Миллионеры трудной судьбы

В Монако завершился 11-й по счету конкурс "Предприниматель года", проводимый компанией Ernst & Young. Нынешний конкурс отличался от предыдущих не только количеством номинантов, которых стало больше, но и небывалой политкорректностью жюри.

Музыкально-цирковое представление

По традиции церемония награждения "предпринимателей года" от Ernst & Young прошла в звездном зале (Salle des Etoiles) Спортинг-клуба Монако. Десятилетний опыт проведения этого мероприятия позволил организаторам отточить весь процесс до мельчайших деталей, а два первых лица E&Y, Джим Терли и Джон Ферраро, достигли такого уровня конферанса, что на сцене превращались уже буквально в коллективного Джима Керри. Публика им внимала на сей раз куда более многочисленная, чем в прошлом году: аудиторы вывезли по одному победителю локальных конкурсов с многочисленной свитой уже не из 40 стран, а из 50. В прошлом году, например, за весь СНГ отдувалась одна Россия, теперь же кроме российского Максима Ноготкова из "Связного" в зале восседали также казахская и украинская делегации, последние две, правда, усадили ради экономии места за один стол.

Вечер гуманно начали с ужина. Гостям было предложено дважды отведать фуа-гра: один раз в виде закуски, другой — в виде торнадо Россини, говяжьего филе с мощной пластиной фуа-гра и ягодным соусом. Кроме того, подавали рыбу и десерты. Десерты еще не убрали, когда разошлась над головами крыша Salle des Etoiles и начался оглушительный салют — за многими столами джентльмены заботливо хлопали по спинам нарядных, не успевших дожевать и поперхнувшихся дам. Одновременно на сцену незаметно прокрались мимы из Cirque du Soleil и начали свой полет воздушные гимнасты.

Было опасение, что выход и чествование поочередно всех пятидесяти номинантов-предпринимателей станет процедурой сильно утомительной, но этого, в общем, не произошло, поскольку их монотонное шествование несколько раз прерывалось выступлениями того же Cirque du Soleil. Особым развлечением было гадать, под какую песню выйдет тот или иной номинант. Предсказания сбылись, впрочем, лишь относительно представителей Швеции и Ирландии, которые вышли под ABBA и U2 соответственно. Российский Максим Ноготков тоже, в общем, имел близкий, хоть и не всем знакомый ассоциативный ряд: ему поставили песню "Moscow Calling" группы "Парк Горького". Все остальные выходили под произвольную программу. Номинант из Норвегии, Петтер Анкер Стордален, потрясая наградой над головой, исполнил под выпавшую ему по воле устроителей рок-композицию нечто вроде национального танца, а украинский предприниматель Сергей Григорович блаженно задержался на сцене, ожидая, пока зал допоет вместе с Фрэнком Синатрой куплет из песни "My Way". Российская же делегация непременно хотела спеть важную для нашей страны песню "Smoke on the Water", которая также прозвучала во время награждений, хоть сопровождала и не англичанина. За два дня, предшествующих церемонии, все уже более-менее между собой перезнакомились, и представителям СНГ не пришлось выпучивать глаза при выходе на сцену человека по фамилии Гробокопатель — соевого короля из Аргентины (как он рассказывал, на самом деле предки его были русско-еврейского происхождения).

Тренд плевать на тренды

Делать ставки на победителя на конкурсе Ernst & Young столь же бессмысленно, как гадать, по какому принципу номинантам подбирают музыку. Пытаясь строить прогнозы, поневоле навязываешь судьям логику всяких актуальных в бизнесе трендов. Следуя ей, жюри должно было бы выбирать последние годы, наверное, кого-то из азиатских стран, лучше женщину, чтобы бизнес был не сырьевой и не финансовый, социально ответственный и экологичный. Есть, конечно, и формальные критерии, которые требуют от судей замерять силу предпринимательского духа и что-то еще в том же духе. Но опыт прошлых лет показывает, что судьям (поскольку сами они не политики, а бизнесмены-победители прошлых лет) на эту логику плевать, и выбирают они попросту того, кто им больше глянется. Предпринимателем года-2010 вопреки всем трендам был выбран британский финансист Майкл Спенсер. Из необходимого набора Предпринимателя года в его портфеле была только история в духе Аристотеля Онассиса, то есть необходимое свойство являться полноценным self-made миллиардером. На те обстоятельства, что мир еще не перестал после кризиса слать проклятия финансистам, жюри благополучно наплевало. И ровно таким же образом в этом году судейство наплевало на только что наметившийся тренд плевать на тренды, сделав не просто политкорректный, но политбезукоризненный выбор.

В пользу этого выбора говорит все. Прежде всего, служивший где-то в порту малолетний Аристотель Онассис по сравнению с победившей в этом году Оливией Лум — баловень и везунчик. Как заявляет Оливия Лум, она родилась в Малайзии, и ее вместе с пятью братьями и сестрами удочерила бедная женщина, которая столь же беспечно вскоре проиграла в казино все свои деньги и жилье. Потом они вроде как переехали в дом, который был построен нелегально, и в нем не было воды. С тех пор вода стала главной темой в жизни Оливии, и вот теперь она владелица компании Hyflux Limited, крупнейшего в Юго-Восточной Азии поставщика комплексных решений для водных ресурсов, с прибылью $450 млн в год и листингом на Сингапурской фондовой бирже. "Я продала свой дом, чтобы начать этот бизнес,— рассказывала миссис Лум на пресс-конференции после награждения.— Я была очень наивным человеком. Я и сейчас надеюсь сделать мир лучше. В Китае текут реки, которые каждый день меняют свой цвет: они зеленые, желтые и синие. Если не заниматься проблемой загрязнения воды, мир погибнет".

Нужно отметить, что сделать политкорректный выбор в этом году судьям было довольно просто. Сырьевой и финансовый сектор не были представлены практически совсем, зато социально ответственного и экологичного навалом. Много было среди номинантов и женщин. Например, Джуди Лейснер из Гонконга, которая основала собственную винную компанию и сделала первое в истории титулованное китайское, и при этом не сливовое, вино. Или Ализа Жабес из Франции, основательница косметической компании Nuxe. Была также Вальтрауд Шинко-Ньюрот из Австрии, производитель слуховых аппаратов. Что же касается принципа Онассиса, ему не соответствовали лишь несколько номинантов, которым "не повезло" унаследовать семейный бизнес — как, например, произошло с профессором Клаусом Хиппом из Германии: ему, собственно, достался производитель детского питания Hipp. Все трое номинантов из СНГ принципу соответствовали более чем. Душещипательными подробностями младенческих лет не снабдил свою историю лишь Анатолий Попелюшко (Казахстан, компания "Рахат"), зато он втихаря угощал лишенных детства предпринимателей действительно потрясающими сладостями собственного производства. Но эти подробности были и у Сергея Григоровича (Украина, GSC Game World), и у Максима Ноготкова (Россия, "Связной"): первый начал по рублю сдавать одноклассникам привезенную родителями игру в 12 лет, второй уже стоял на "Горбушке" в 14. Хотя, конечно, стоит признать, что проигранного в казино дома эти истории не переплюнут. И до фондовой биржи Сингапура им тоже, в общем, далеко.