Проблема локализации Сарая XIII века в современной историографии

© Д.А. Сиксимов, 2007

ИСТОЧНИКИ. ИСТОРИОГРАФИЯ

ПРОБЛЕМА ЛОКАЛИЗАЦИИ САРАЯ XIII ВЕКА В СОВРЕМЕННОЙ ИСТОРИОГРАФИИ

Д.А. Сиксимов

В отечественной археологической и нумизматической литературе в последние годы обозначился устойчивый интерес к проблемам локализации важнейших очагов золотоордынской городской культуры, и в первую очередь это касается Нижневолжского региона - центрального улуса империи джучидских ханов. В связи с получением новых археологических и нумизматических материалов встают вопросы их культурной интерпретации, напрямую связанные с проблемами исторического географирования региона. Наиболее остро в настоящее время стоит проблема локализации золотоордынских столиц, но ряд спорных моментов имеется и в отношении менее значительных населенных пунктов. Самой значительной проблемой при локализации золотоордынских городов XIII в. в Нижнем Поволжье является проблема локализации Сарая. В решении этой проблемы необходим наиболее скрупулезный подход, основанный на анализе максимально широкого круга письменных, археологических, нумизматических материалов, данных средневекового картографирования. Целью данной статьи является анализ концепций, выдвинутых современными исследователями по вопросу о локализации Сарая XIII в., выявление основных проблемных моментов в решении этого вопроса и выведение новой гипотезы о местоположении и статусе золотоордынской столицы в XIII веке.

В настоящее время локализация города Сарай в XIV в. у исследователей не вызыва-

ет сомнений - он обоснованно связывается с Селитренным городищем Однако на Се-литренном городище до сих пор не было найдено слоев, которые можно было бы датировать временем ранее 30-х гг. XIV в., находки монет XIII в. на Селитренном городище крайне незначительны. Таким образом, само существование города Сарай в ХИТ в. (и локализация Сарая XIII в. на Селитренном городище) встает под сомнение. В действительности проблема даже сложнее: все указания письменных источников о Сарае XIII в. крайне скудны, неточны и подчас небесспорны.

Город Сарай в XIII в. нам известен только из указаний западноевропейских путешественников. Самое раннее упоминание о Сарае принадлежит Гильому де Рубруку, который в 1254 г. побывал в этом городе. Он упоминает Сарай трижды: находясь в ставке Сарта-ка, от одного из монгольских чиновников он узнает, что Сарай - это новый город, построенный Бату на Этилии 2, затем упоминает

о пути к Сараю за 2 недели до праздника Всех Святых (16 октября 1254 г.) на юг по берегу Этилии из ставки Бату, где он провел месяц, наконец третье упоминание: «Сарай и дворец Бату находятся на восточном берегу; долина, по которой разливаются упомянутые рукава реки (Волги. - Д. С.), имеет более 7 лье в ширину и там водится огромное количество рыбы»3. Как видно из приведенных отрывков, описание Сарая у Рубрука отсутствует, к тому же вызывает сомнение точная локализация

этого объекта на Селитренном городище. И.В. Волков справедливо отмечал, что описание Рубрука «больше соответствует участку у Астрахани, чем у Селитренного городища»4. Еще одно упоминание о Сарае в XIII в. мы встречаем в «Книге Марко Поло». Марко Поло, говоря о путешествии Николо и Маф-фео Поло (1255-1267), пишет: «...Так-то они и прибыли к Барка (Берке. - Д. С.)- хану, что татарами владел и жил в Болгаре да в Сарае»5. Далее, говоря о Каспийском море, он называет его Сараинским 6. Эти указания также не могут приниматься как безоговорочный аргумент в пользу существования города Сарай в XIII в. - ни один из Поло в Сарае никогда не был (Николо и Маффео Поло побывали лишь в Болгаре и Укеке). Необходимо также заметить, что Марко Поло вообще не был в Поволжье, Волгу он называет Тигри, в его книге имеется очень много неточностей, к тому же она написана не самим Поло, а генуэзцем Рустичано в 1298-1299 гг. на основе того, что диктовал ему путешественник. Таким образом, это достаточно поздний источник, к сведениям которого необходимо подходить крайне осторожно.

Восточные авторы были гораздо лучше информированы о событиях в улусе Джучи. Все восточные авторы относят основание Сарая ко времени правления хана Берке (1257-1266). Это можно объяснить симпатией к первому хану-мусульманину Золотой Орды и желанием уцревнить историю города. Однако необходимо заметить, что все упоминания о Сарае восходят к XIV в., ни один из арабских авторов, живших в ХИТ в., о Сарае не сообщает7.

Материалы средневекового картографирования также не дают исчерпывающего ответа на поставленный вопрос. Самые ранние из них - карта братьев Пицигани и Каталонский атлас А. Крескуса восходят к 1367 и 1375 гг. соответственно. Даже если учитывать их анахроничность на полвека, согласно Г.А Федорову-Давыдову 8, они отражают ситуацию второго десятилетия XIV в. (правление Узбека). Карта Франческо Фра-Мауро Камальдолезе, традиционно привлекаемая для решения вопросов локализации золотоордынских городов, -еще более поздний источник (1459 г.). Таким образом, очевидна их непригодность для локализации Сарая XIII века 9.

На протяжении длительного времени проблеме локализации Сарая XIII в. в отечественной археологической и исторической науке не уделялось должного внимания. Традиционная точка зрения по данному вопросу нашла свое отражение в трудах классиков -золотоордынской археологии 10. Так, например, Г.А. Федоров-Давыдов объяснял отсутствие монет XIII в. вообще и монет чекана Сарая XIII в. в частности тем, что «наиболее ранняя часть города XIII в. еще не обнаружена»11. В настоящее время очевидно, что подобная точка зрения не является решением поставленной проблемы.

Первым из современных исследователей, кто обратился к проблеме локализации золотоордынских столиц, был И.В. Евстратов. Не обращаясь специально к проблеме локализации Сарая ХИТ в., И.В. Евстратов, анализируя монетный материал Селитренного городища, предполагал, что трансгрессия Каспия в конце XIII в., меандрирование русла реки Ахтубы и ежегодные паводки могли смыть и похоронить под слоем песка часть города или весь город, существовавший в XIII веке 12. В последовавшей новой застройке города он и видел причину переименования Сарая в Са-рай-аль-Джедид 13.

В.Г. Рудаков вслед за И.В. Евстрато-вым, не обращаясь специально к проблеме местоположения золотоордынской столицы в ХИТ в., локализуя Сарай и Сарай-аль-Дже-дид на Селитренном городище, предположил, что появление эпитета «аль-Джедид» было связано сразрастанием города в 10—30-е гг. XIV века 14.

И.В. Волков, придерживаясь «теории двух Сараев», объяснял отсутствие слоев и монетного обращения XIII в. на Селитренном городище отчасти тем, что на начальном этапе существования город был небольшим по размерам; отчасти тем, что эталонных хроноиндикаторов XIII в. до последнего времени выделено не было 15.

Е.Ю. Гончаров предположил, что остатки Сарая XIII в. находятся ныне под застройкой села Селитренного (где явно прослеживаются культурные напластования), а Сарай ХИТ в. считал подобным Каракоруму, каким его описывает Рубрук. По мнению Е.Ю. Гончарова, до Узбека Сарай был скорее главным

торговым центром страны и ремесленной факторией, чем политическим центром 16.

Непосредственно проблеме локализации Сарая XIII в. была посвящена одна из работ А.В. Пачкалова. Внимание автора было привлечено нумизматическим материалом Красноярского городища, расположенного у поселка Красный Яр Астраханской области в дельте Волги. При археологических раскопках в 1989-1990 гг. здесь был собран небольшой комплекс джучидских монет (23 экз.)17. Некрополем Красноярского городища является грунтовый могильник Маячный бугор, раскопки которого дали интересный материал для определения хронологии городища. В 1990-е гг. здесь были обнаружены в различных погребениях монеты с определенным временем чеканки: 1266 г. -2; 1271 г.-1; 1280 г.-2; 1290 г.-1; 1293 г.-2; конец XIII в.-6; 1310 г. -6; 1310-1316 гг. -3; 1313 г. - 2; 1313-1317 гг. - 3; 1316 г. - 1; 1322 г. - 1 18. Таким образом, наиболее активный период функционирования могильника, а следовательно, и городища приходится на конец XIII - начало XIV в. (в основном, период правления Токты). А.В. Пачкалов, исходя из того, что на Селитренном городище нет слоев XIII в. и монетный материал XIII в. на памятнике крайне незначителен, а также из сообщений Пеголотти и Тосканского анонима, повествующих об одном дне пути от Сарая до Хаджи-Тархана 19, полагает, что Сарай XIII в. мог находиться на Красноярском городище, и перенос столицы на Селит-ренное городище был обусловлен трансгрессией Каспия 30-х гг. XIV века. Судя по монетам, Красноярское городище запустевает именно к этому времени. А.В. Пачкалов считает, что эпитет «аль-Джедид», применявшийся к различным городам Улуса Джучи, обозначал новые населенные пункты. Таким образом, эпитет «аль-Джедид» стал одним из эпитетов, применявшихся для отличия от Старого Сарая, в начале постоянно, а затем, когда старая столица была уже оставлена, время от времени 20. По сути дела, этот взгляд - продолжение теории двух Сараев.

Проблеме локализации Сарая XIII в. также посвящена недавно вышедшая статья ис-следователя-нумизмата В.П. Лебедева. Не обращаясь к анализу письменных источников

по данному вопросу, автор рассматривает, главным образом, нумизматический материал. Отмечая уже обозначенное выше отсутствие монет XIII в. на Селитренном городище, а равно и отсутствие на его территории монет чекана Сарая XIII в. (вплоть до 1310 г. -года открытия нового монетного двора Сарай-аль-Махруса) и крайне незначительное их количество в Нижнем Поволжье вообще, автор формулирует следующие вопросы, напрямую связанные с проблемой локализации Сарая

XIII в.: почему на городищах ниже Царева отсутствуют клады с монетами XIII в., почему столичные монеты чекана Сарая XIII в. встречаются на поволжских городищах и городах от г. Городец на севере и только до Царева на юге и не встречены до сих пор на участке от Царева до Астрахани, почему не известен чекан разменной медной монеты Сарая до 721 г. х.21 и, наконец, где располагался Сарай 1254-1330 гг. 22 ? Автор отрицает версию Е.Ю. Гончарова о нахождении остатков Сарая XIII в. под застройкой села Се-литренного на основании анализа монетных комплексов, собранных местными жителями на территории села (монеты, происходящие с территории села Селитренного, синхронны нумизматическим комплексам археологических объектов). Точка зрения А.В. Пачкалова, обозначенная выше, автором никак не комментируется. Констатируя невозможность ответа на поставленные вопросы на основании данных золотоордынской нумизматики,

В.П. Лебедев пытается найти ответ на эти вопросы при помощи гидрологии. Взяв за основу шкалу трансгрессий Каспия А. Алексина и Л. Гумилева, предложенную ими в 1963 г.23, он приводит следующие цифры: на момент основания города Сарая (середина ХИТ в.) уровень моря был -28 м абс. высоты (аналогичен современному), а к началу XIV в. поднялся до отметки -20 м абс. высоты, что являлось рекордной отметкой в средневековье. Исходя из этого, автор полагает, что «все ахтубинские прибрежные поселения XIII в., расположенные ниже « 240 км от ее устья, должны быть смыты водами мощных паводков конца XIII - начала XIV в. ...На территории Селитренного городища разрушительному воздействию вешних вод могли не подвергнуться только верхние части ряда высоких

бугров... Пять веков спустя новая, но несколько более мощная трансгрессия Каспия в конце XVIII в. (с максимальным уровнем -22 м) могла внести дополнительную лепту в размывание прибрежных областей в низовьях Ах-тубы»24. Таким образом, автор находит ответы на поставленные вопросы и формулирует гипотезу: клады монет XIII в. ниже Царева отсутствуют потому, что все золотоордынские поселения XIII в. на Ахтубе 25 были смыты и находятся под донными отложениями, места наибольшей концентрации сарайских монет на юге также были смыты, отсутствие медных монет чекана Сарая XIII в. также объясняется именно этим (хотя часть их могла сохраниться в Саратовском Поволжье), и наконец, Сарай 1254-1300 гг., скорее всего, также находится под донными отложениями Ах-тубы 26. По сути дела, В.П. Лебедев воспроизводит точку зрения И.В. Евстратова 27.

Как представляется, ни одна из предложенных в литературе точек зрения в настоящий момент не дает исчерпывающего ответа на поставленный вопрос. Трудно согласиться с

В.Г. Рудаковым в том, что поначалу Сарай был небольшим городом, а застройка времени Узбека превратила его в Сарай-аль-Джедид. В этом случае крайне проблемно интерпретировать присоединение к названию города на монетах эпитета «аль-Джедид» -«новый», так как этот эпитет в период «великой замятии» появляется на монетах Гюлис-тана и Болгара, и неясно, каким образом в период упадка во всех сферах жизни в Золотой Орде может активно вестись градостроительство. Объяснять отсутствие слоев XIII в. на Селитренном городище неразработанностью хронологии, вслед за И.В. Волковым, - значит

упрощать проблему. Слои XIII в. хорошо выделяются на других золотоордынских памятниках, прежде всего по монетам. Точка зрения Е.Ю. Гончарова также не представляется убедительной: если Сарай в XIII в. был главным торговым центром страны и ремесленной факторией, то объяснить отсутствие развитого денежного обращения на территории Селитрен-ного городища не представляется возможным.

Для проверки гипотезы А.В. Пачкалова обратимся к нумизматическому материалу, происходящему с территории собственно Красноярского городища и с могильников Маячный бугор I и Маячный бугор II, являвшихся его некрополями. Недавно опубликованный монетный комплекс Красноярского городища (подъемный материал) дает следующую картину 28: самые ранние монеты относятся ко времени правления Узбека - 5 анонимных сарайских пулов 730-740 гг. х. Монетное обращение на территории памятника продолжается непрерывно вплоть до конца XIV в., самые поздние медные монеты относятся к периоду правления Токтамыша 29. Данный комплекс демонстрирует непрерывное функционирование памятника в период каспийской трансгрессии. Монеты, собранные на Красноярском городище, никак не позволяют говорить о том, что оно было оставлено в начале XIV века.

Нумизматические комплексы могильников Маячный бугор I и Маячный бугор II были опубликованы С.А. Котеньковым 30.В погребениях могильников найдены следующие монеты XIII в. (приводятся только определенные)31 (см. табл. 1).

Приведенная выборка, при всей своей нерепрезентативности, демонстрирует ситуацию конца XIII в. на могильниках Краснояр-

Таблица 1

Монетный комплекс XIII в. могильников Маячный бугор I и Маячный бугор II

Имя хана, город, год выпуска (по хиджре) Количество монет *

Менгу-Тимур, Сарай, 671 г. х. 1

Менгу-Тимур, Сарай, 677 г. х. 3

Токта, Сарай, конец XIII в. 2

Токта, Укек, начало XIV в. 8

* Все монеты серебряные.

ского городища, когда монеты Менгу-Тимура еще не успели окончательно выйти из обращения и имели хождение наряду с монетами Токты. В выборке представлены два типа сарайских дирхемов Менгу-Тимура (причем тип 671 г. х. - первая монета, отчеканенная на сарайском монетном дворе) и один тип сарайских дирхемов Токты, но количественно преобладают монеты Токты чекана Укека, и это несмотря на то, что исследователи насчитывают до 14 типов монет Токты, выпущенных в Сарае, и всего 3 типа серебряных монет Токты, чеканенных в Укеке 32. Как представляется, данная выборка также не позволяет локализовать Сарай XIII в. на Красноярском городище, в противном случае местный чекан превосходил бы чекан Укека 33. Имеются еще два противоречия: во-первых, обнаруживается хронологический разрыв между предполагаемым временем переноса столицы на Селитренное городище (30-е гг. XIV в.) и временем начала эмиссии монет с легендой «чекан Сарай аль-Джедид» (самая первая - 742 г. х. - 1342 г.), во-вторых, исходя из тезиса А.В. Пачкалова о том, что присоединение эпитета «аль-Джедид» означает появление нового населенного пункта, мы столкнемся с проблемой локализации всех прочих «аль-Джедидов».

Как было отмечено И.В. Евстратовым, а впоследствии В.П. Лебедевым, проблема локализации Сарая XIII в. находится в тесной связи с вопросом величины каспийской трансгрессии рубежа ХТП-ХТУ вв. и ее влияния на историческую географию золотоордынских городов Нижнего Поволжья. Наступление Каспия стало основным фактором, обусловившим развитие важнейших очагов городской культуры в Волжском Понизовье. В ходе каспийской трансгрессии и связанного с ней изменения русел Волги и Ахтубы были оставлены некоторые города, располагавшиеся в Волжской дельте. Наконец, наступление Каспийского моря вызвало во всем Нижнем Поволжье существенные климатические изменения, которые, в свою очередь, стали благоприятным фактором для развития золотоордынской городской культуры Нижнего Поволжья в XIV веке.

В литературе, посвященной изучению истории золотоордынских городов вообще и Ниж-

него Поволжья в частности, каспийской трансгрессии уделялось мало внимания, а между тем без ее изучения реконструкция исторической географии городов Нижнего Поволжья золотоордынской эпохи будет неполной. Л.Н. Гумилев, занимавшийся исследованием данного вопроса, приводит следующие данные: V-VIII вв. - море стояло низко, уровень его был -34 м абс. высоты; УГТТ-Х вв. - время постепенной трансгрессии Каспия. В ходе этой трансгрессии уровень моря к X в. достиг современного (-28 м абс. высоты). Начиная с X в. он отмечал резкую аридизацию степного климата, однако уровень Каспия оставался практически неизменным, на отметке, близкой к современной. Только в ХТП-ХТУ вв. начинается трансгрессия, в ходе которой уровень моря повысился на 10 м и достиг отметки -18 м. абс. высоты. Согласно Л.Н. Гумилеву, в процессе трансгрессии были залиты не только территории Волжской дельты, но и значительная часть Прикаспийской низменности, прежде всего Волго-Ахтубинская пойма, в том числе и территория Селитренного городища 34.

Г.А. Федоров-Давыдов, опираясь на материалы письменных источников, считал, что подъем Волги (связанный с подъемом Каспия), по-видимому, имел место в XIII в., а Сарай иногда становился как бы морским портом, так как нижнее течение Волги превращалось в результате этих подъемов в большой залив Каспийского моря. По его мнению, в XIV в. же, напротив, уровень Каспия и нижнего течения Волги и Ахтубы понизился, и море было достаточно далеко от города 35.

В настоящее время в гидрологии принята иная шкала колебаний уровня Каспия, отличная от предложенной Л.Н. Гумилевым. По данным А.Н. Варущенко и С.И. Варущенко, в УШ-Х вв. уровень Каспия стоял на отметке от -35 до -36 м абс. высоты. В Х1-ХШ вв. в ходе трансгрессии повысился до отметки -31... -34 м абс. высоты (то есть поднялся на 2-4 м, но был существенно ниже современного), наконец, в XIVв. уровень Каспия стоял не выше отметки -25... -26 м абс. высоты, то есть всего на 2-3 м выше современного 36. Приведенные цифры позволяют правильнее судить о величине трансгрессии конца XIII -начала XIV в. и о влиянии последней на золотоордынскую городскую культуру.

Так, с уверенностью можно говорить о том, что больше всех от трансгрессии пострадало Самосдельское городище. Большая часть города была затоплена, что зафиксировано археологически, от города уцелело лишь незначительное поселение на бэровском бугре «Рябичкин»37. Чертово городище, располагавшееся в дельте, южнее Самосдельского, также, видимо, пострадало от подъема уровня моря. В настоящее время самые ранние слои на памятнике датируются временем Джанибека, однако нельзя исключать того, что более ранние слои города были уничтожены трансгрессией. Во всяком случае, предположение Е.В. Шнайдштейн о том, что это городище в XIV в. было морским портом, подтверждается 38. Лапасское городище, располагавшееся севернее, в низовьях Ахтубы, практически не пострадало - археологически зафиксированы лишь очень незначительные донные отложения на окраине памятника39. Селитренное городище, по всей видимости, не пострадало от трансгрессии, располагаясь на высокой надпойменной террасе 40. Памятники золотоордынской городской культуры Нижнего Поволжья, располагавшиеся севернее, также не пострадали от каспийской трансгрессии.

Таким образом, приведенные выше цифры говорят нам о том, что трансгрессия Каспия ХТТТ-ХТУ вв. носила постепенный характер. В XIII в. уровень моря поднимался медленно, резкий скачок произошел в начале

XIV века. Однако этот резкий скачок носил характер катастрофы только для населения Волжской дельты, говорить о превращении нижнего течения Волги в большой залив Каспийского моря неправомерно (уровень Каспия в XIV в. был только на 2 м выше современного). О регрессии Каспия в XIV в. говорить также не приходится. В ходе трансгрессии про-

изошло резкое сдвижение природных зон к югу, что в некоторой степени могло обусловить расцвет градостроительства в Нижнем Поволжье в 30-40-е гг. XIV века. Очевидно, что В.П. Лебедев вслед за И.В. Евстратовым (и Л.Н. Гумилевым) переоценил величину каспийской трансгрессии и степень ее влияния на территорию Северного Прикаспия и Волго-Ахтубинс-кой поймы (в противном случае неясно, как могли в середине - второй половине XIV в. функционировать левобережная часть Самосдельского городища, Чертово, Красноярское городище, городище Шареный Бугор и прочие памятники Волжского Понизовья).

По всей видимости, решение проблемы локализации Сарая XIII в. лежит в области джучидской нумизматики. Интересные результаты дает анализ монетных комплексов золотоордынских городов Нижнего Поволжья. Для анализа денежного обращения в Нижнем Поволжье были использованы опубликованные монетные комплексы с Увекского 41, Царевс-кого 42, Селитренного городищ 43.

Для удобства монетный комплекс Увекского городища был помещен в одну таблицу с комплексами, полученными Поволжской археологической экспедицией и опубликованными В.Г. Рудаковым (см. табл. 2).

Укек - один из тех городов, локализация которых не вызывает сомнений. Денежное обращение в золотоордынском Укеке складывается во второй период денежного чекана в XIII в. (по периодизации А.З. Сингатулли-ной 44). Самые ранние золотоордынские монеты, происходящие с Увекского городища, -

2 медных болгарских «пула» с именем кагана Менгу (1251-1257) и с его тамгой. На городище довольно высокий (самый высокий в Нижнем Поволжье!) процент монет 2-го пе-

Таблица 2

Распределение монет по периодам чеканки

Период Название городища

Селитренное Царевское Увекское

Медь Серебро Медь Серебро Медь Серебро

кол. % кол. % кол. % кол. % кол. % кол. %

XIII в. 3 0,07 1 0,9 2 0,12 - - 4 0,48 16 10,60

Токта - - 1 0,9 - - 4 4,8 - - 29 19,21

риода [суммарный процент монет времени Менгу-Тимура, Туда-Менгу, Тула-Буги и Ток-ты составляет по серебряным монетам 19,5 % от общего числа серебряных монет; общий же процент всех монет этого времени по отношению к общему числу всех монет, происходящих с городища, составляет 3 %, то есть более чем в 30 раз больше (!) соответствующего показателя по Селитренному городищу (0,092 %)]. При Токте денежное обращение в Укеке увеличивается по сравнению с предыдущим временем. Так, монет Токты, битых до 710 г. х. на Увекском городище,

22 штуки, что больше, чем монет, битых при Менгу-Тимуре, Туда-Менгу и Тула-Буге вместе взятых (20 монет). Такого количества монет Токты, особенно дореформенных, нет ни на одном другом нижневолжском городище. П.С. Савельев еще в XIX в. предположил, что в Укеке располагалась резиденция Токты (в пользу этого также говорят легенды на Укекских монетах, написанные уйгурским письмом). Начало монетной чеканки в Укеке - вопрос спорный. А.З. Сингатуллина считала, что самые ранние монеты Укека выпускаются в 700 г. х. Л.Ф. Недашковский предлагает этот же тип датировать 686-687 или 696-697 г. х., а некоторые другие типы укекских монет - временем более ранним (они могли выпускаться при Менгу-Тимуре и его преемниках 45). Из материалов Увекского городища нам известно 22 монеты чекана Сарая XIII в., еще 2 монеты происходят из его округи: Сарай, 677 г. х. - 1; Туда-Менгу, Сарай, 681 г. х. -1; 682 г. х. - 1; год(?) - 3; анонимные: Сарай, 681 г. х. - 2; 681(?) - 2; 689 г. х. - 1; ан-Насир-лид-Дин Аллах (Токта?), Сарай - 3; Токта, Сарай 691 г. х.-2;695 (690?) - 1; 696 г. х.-1; без года - 4; округа: Туда-Менгу, Сарай 682(?) г. х. - 1; Токта, Сарай, без года - 1 46.

Монетный чекан Сарая начинается также во второй период денежного чекана в XIII в. при хане Менгу-Тимуре. В XIII в. Сарай значительно уступал Болгару по размерам денежной эмиссии. Первые датированные сарайские дирхемы относятся к 671 г. х., однако этот выпуск был эпизодичным, как, впрочем, и последующие 672,673,674,677,681 г. х. и пр. Монеты первых сарайских эмиссий обнаруживают значительное сходство с синхронными болгарскими монетами. Вряд ли это

можно объяснять заимствованием типа, перемещением мастеров или направлением на данные монетные дворы единого типового образца (в этом случае неясно, почему так же не произошло с Биляром и Укеком - их монеты значительно отличаются от болгарских и сарайских). На Селитренном городище монет Сарая ХИТ в. нет (вообще процент монет ХИТ в. на Селитренном городище крайне незначителен). Материал других золотоордынских городов Нижнего Поволжья по чекану Сарая XIII в. дает нам аналогичную картину (за исключением Увекского городища).

Из материалов Царевского городища нам известно 2 монеты XIII в.: болгарская медная монета с именем халифа ан-Насир-лид-Дина, чеканенная в 40-х гг. XIII в. (из материалов Болгарского городища известно 73 таких монеты) и укекский дирхем XIII в., анонимный, предположительно битый при Токте - типа 1 или 2 по Л.Ф. Недашковскому. Нумизматический комплекс Терновского селища включает в себя 3 монеты XIII в.: анонимный сарайский дирхем 673 г. х. (Менгу-Тимур), анонимный укекский дирхем времени Токты и анонимный укекский пул того же периода 47. Один укекский дирхем находился в составе клада на Селитренном городище. Также на Селитренном городище были найдены 3 медные монеты ХИТ в.: анонимный болгарский пул XIII в. с орнаментом в виде решетки (52 экз. данного типа известно на Болгарском городище) и болгарский пул времени Токты (104 экз. на Болгарском городище) 48.

Памятники Волжской дельты также не дают монетного материала XIII в. (Само-сдельское49, Чертово, Красноярское городища), за исключением могильников Маячный бугор I и Маячный бугор II, где доминируют дирхемы укекского чекана. Таким образом, и материал городских памятников, существовавших в Волжской дельте, не позволяет говорить о том, что она заполнялась за счет монет, битых в Сарае.

На фоне практически полного отсутствия монет XIII в. на городских памятниках Нижнего Поволжья монеты ранних золотоордынских эмиссий также редко встречаются в погребальных памятниках. Так, сарайские дирхемы Туда-Менгу были встречены в одном погребении могильника Колобовка II, одном

погребении Царевского могильника (оба памятника расположены в непосредственной близости от Царевского городища). Один дирхем времени Менгу-Тимура был встречен в погребении грунтового могильника Комсомольский IV в Астраханской области 50. Причина столь редкой встречаемости золотоордынских монет

XIII в. вообще и сарайского чекана этого периода в частности, как представляется, заключается практически в полном отсутствии развитых товарно-денежных отношений в Нижнем Поволжье в XIII веке. Самым южным городом, в котором в массовом количестве встречаются монеты XIII в. как местного, так и сарайского чекана, является город Укек.

Где же выпускались монеты чекана Сарая ХИТ века? По нашему мнению, монеты Сарая не бились в Нижнем Поволжье. Обращает на себя внимание факт поразительного сходства нескольких типов сарайских и болгарских монет ХИТ века. Учитывая малое распространение монет сарайского чекана в Нижнем Поволжье, можно предположить, что они могли выпускаться в кочевой ставке хана (как известно, во второй половине XIV в. факт эмиссии монет в Орде имел место и был достаточно значительным). Для этого могли быть использованы болгарские штемпеля (в целях экономии времени). Золотоордынский же город Укек выполнял функцию фильтра, поглощавшего значительное количество сарайских и болгарских монет. Дирхемы сарайского чекана, по-видимому, оседали в Укеке, а лакуна, образовывающаяся в Нижнем Поволжье, заполнялась за счет дирхемов и пулов, отчеканенных в Укеке. Видимо, только с 710 г. х. можно говорить о начале эмиссии денежных единиц на монетном дворе (или монетных дворах) Селитренного городища. Эмиссия монет с легендой «чекан Сарай-аль-Махруса» и является, возможно, первой эмиссией, сделанной на Селитренном городище (небольшое их количество на памятнике не должно настораживать: эти дирхемы имели очень широкое хождение в Орде, монет этого типа в Нижнем Поволжье значительное количество, они известны как из материалов городищ, так и из материалов погребальных памятников).

Где же находилась столица джучидс-ких ханов XIII в. - город Сарай? Как представляется автору, приведенные выше аргументы не позволяют говорить о конкрет-

ной локализации объекта. Л.В. Яворской было высказано предположение, что город, расположенный на месте Царевского городища, возникает на основе существовавшего здесь ранее кочевнического зимника, что подтверждается и монетным материалом памятника; здесь был обнаружен клад с младшими монетами времени Туда-Мен-гу 51. Подобная реконструкция событий может быть применима и по отношению к Се-литренному городищу. Скорее всего, можно говорить о Сарае XIII в. как о «кочевом городе», не имевшем постоянного местонахождения. Подобное описание мы встречаем у Ибн-Батуты, когда он описывает кочевую ставку Узбека: «...подошла ставка, которую они называют Орда, и мы увидели большой город, движущийся со своими жителями, в нем мечети и базары, да дым от кухонь... Когда достигают места привала, то палатки снимают с арб и ставят на землю, так как они легко переносятся.. .»52. По-видимому, город Сарай возникает в конце правления хана Токты - начале правления хана Узбека на основе постоянной зимней стоянки ставки (Орды). Культурный слой в этом случае практически отсутствует. Ги-льом де Рубрук и Марко Поло, вероятно, описывают не отдельный город, как таковой, а дворец Бату, находившийся где-то в Нижнем Поволжье, возможно, на месте Селитренного городища. Эпитеты «аль-Джедид», «аль-Махруса» (а в случае с Гюлистаном, вероятно, и «лис-Сарай») несли одну и ту же смысловую нагрузку: они означали приобретение городом иного статуса - статуса ведущего города в Золотой Орде или в конкретном улусе - таковым становится Сарай в правление Узбека, таковым же становится Гюлистан (если считать его городом) при Хыз-ре и Мюриде в первый период «замятии».

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Егоров В.Л. Историческая география Золотой Орды в Х1П-Х1У вв. М., 1985. С. 114-117; Федоров-Давыдов Г.А. Золотоордынские города Поволжья. М., 1994. С. 20-23; Гончаров Е.Ю. Старый и Новый Сарай - столица Золотой Орды II Степи Европы в эпоху Средневековья: Сб. ст. Т. I. Донецк,

2000; Рудаков В.Г. Вопрос о существовании двух Сараев и проблема локализации Гюлистана II Ученые записки Казанского университета. Казань, 1999. № 7; Он же. К вопросу о двух столицах в Золотой Орде и местоположении города Гюлистана II Научное наследие А.П. Смирнова и современные проблемы археологии Волго-Камья: Материалы науч. конф. М., 2000. (Тр. ГИМ. Вып. 122); Евстратов И.В. О золотоордынских городах, находившихся на местах Селитренного и Царевского городищ (опыт использования монетного материала для локализации средневековых городов Поволжья) II Эпоха бронзы и ранний железный век в истории древних племен южнорусских степей. Саратов, 1997.

Следует отметить, однако, различие во взглядах Г.А. Федорова-Давыдова, В.Л. Егорова и других исследователей. Так, первый и второй полагали, что на Селигренном городище располагался Старый Сарай (Сарай-Бату), но помимо него существовал еще один - Новый Сарай (Сарай-аль-Дже-дид), находившийся на территории Царевского городища. И.В. Евстратов, Е.Ю. Гончаров и В.Г. Рудаков исходили из положения о том, что в Золотой Орде существовала всегда только одна столица -город Сарай, располагавшаяся на Селитренном городище в Астраханской области, на Царевском же городище располагался другой крупный золотоордынский город - Гюлистан. В настоящее время среди специалистов наибольшее число сторонников имеет вторая точка зрения.

2 Путешествия в Восточные страны Плано Кар-пини и Рубрука. Книга Марко Поло. М., 1997. С. 179.

3 Там же. С. 181.

4 Волков И.В. О наименовании золотоордынских поселений правобережья Нижней Волги II Поволжье в Средние века: Материалы науч. кон-ф. Н. Новгород, 2000. С. 58.

5 Путешествия... С. 193.

6 Там же. С. 371.

7 Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I. СПб., 1884.

8 Федоров-Давыдов Г.А. Указ. соч.

9 С этими картами можно ознакомиться в уже указанных статьях В.Г. Рудакова.

10 Федоров-Давыдов Г.А. Указ. соч.; Егоров В.Л. Указ. соч.

11 Федоров-Давыдов Г.А. Указ. соч. С. 25.

12 Евстратов И.В. Указ. соч. С. 103.

13 Тем самым И.В. Евстратов затронул еще одну проблему, имеющую место в современной золотоордынской нумизматике, тесно связанную с вопросами локализации золотоордынских городов, - проблему интерпретации эпитетов на золотоордынских монетах, в которой до настоящего времени нет ясности. Традиционная точка зрения по данному вопросу отражена в трудах С.А. Яниной,

А.Г. Мухамадиева и других исследователей (См., напр.: Янина С.А. Монеты Золотой Орды из раскопок и сборов Поволжской археологической экспедиции на Царевском городище в 1959-1962 гг. II Поволжье в средние века. М., 1970; Мухамадиев А.Г. Булгаро-Татарская монетная система XII-

XV вв. М., 1983). Эти авторы исходили из того, что присоединение эпитета «аль-Джедид» означало появление нового города и открытие в нем монетного двора (правда, в этом случае должно было бы существовать два Гюлистана, два Болгара, два Шех-ра и т. д.). Очевидно, данная точка зрения не является исчерпывающим ответом на вопрос.

14 Рудаков В.Г. Вопрос о существовании двух Сараев... С. 115.

15 Волков И.В. Предпосылки возникновения золотоордынских городов

IIXIII Уральское археологическое совещание: Тез. докл. Ч. II. Уфа, 1996; Он же. О наименовании золотоордынских поселений правобережья Нижней Волги II Поволжье в Средние века: Материалы науч. конф. Н. Новгород, 2000.

16 Гончаров Е.Ю. Указ. соч.

17 Пачкалов А.В. О местоположении Сарая (первой столицы Золотой Орды) II Археологія та етнологія східної Європи. Т. 3. Одесса, 2002.

18 Там же. С. 61-62.

19 Как представляется, сообщения Ф. Бальдуч-чи Пеголотти и Тосканского анонима не противоречат помещению Сарая на Селитренном городище: путь от Хаджи-Тархана до Сарая (на месте Се-лигренного городища) можно было преодолеть и за один день - все зависело от транспорта, используемого путешественниками (путь на лошадях занимал, естественно, меньше времени, чем на верблюдах, и покрыть сто километров за один день вряд ли было проблематично).

20 Пачкалов А.В. Указ. соч. С. 62.

21 Именно в этом году имела место первая эмиссия медных сарайских пулов. В XIII в. сарайс-кий монетный двор не чеканил медной разменной монеты, а между тем эмиссии меди в XIII в. известны в других городах Золотой Орды, в частности в Поволжье эмиссии пулов осуществлялись в Бол-гаре и Укеке (См.: Сингатуллина А.З. Джучидские монеты поволжских городов XIII века. Казань, 2003; Недашковский Л.Ф. Золотоордынский город Укек и его округа. М., 2000).

22 Лебедев В.П. Судьба города Сарая XIII века. Факты, вопросы, версии, гипотеза II Тр. междунар. нумизматических конференций «Монеты и денежное обращение в монгольских государствах XIII—

XIV веков». М., 2005. С. 17.

23 Алексин А., Гумилев Л. Каспий, климат и кочевники Евразии II Татарская археология. Казань, 1997. №1.

В последующих работах Л.Н. Гумилев приводил цифры даже превышающие те, из которых исходит В.П. Лебедев. Так, пик трансгрессии рубежа ХШ-

XIV вв. приходился на отметку-18 м абс. высоты (См.: Гумилев Л.Н. Открытие Хазарии. М., 1966.

С. 55-70; Он же. Колебания увлажненности АралоКаспийского региона в голоцене II Гумилев Л.Н. Тысячелетие вокруг Каспия. М., 2000. С. 377-393).

24 Лебедев В.П. Указ. соч. С. 19.

25 Существование золотоордынских поселений XIII в. на берегу Ахтубы не подтверждается ни археологическими, ни письменными, ни нумизматическими, ни какими-либо другими видами источников.

26 Там же. С. 20.

27 Евстратов И.В. Указ. соч. С. 103.

28 Комплекс включал в себя 52 медных монеты, из которых были определены 36. Серебряные монеты отсутствовали.

29 Монетные находки с городищ Красный яр, Лапас, Чертово городище / Пигарев Е.М., Скисов

С.Ю., Лосев Г.А., Минаев А.П. II Тр. междунар. нумизматических конференций «Монеты и денежное обращение в монгольских государствах ХП1-Х1У веков». М., 2005.

30 Котеньков С.А. Нумизматический материал золотоордынского времени из погребений грунтовых могильников Маячный I, IIII Тр. междунар. нумизматических конференций «Монеты и денежное обращение в монгольских государствах XIII— XIVвеков». М., 2005.

31 В табл. 1 были помещены также дореформенные монеты Токты. Монеты, битые после 1310 г., в табл. 1 не включались. Весь комплекс насчитывает 24 определенные монеты. Неучтенные нами монеты в количестве 10 экземпляров - пореформенные дирхемы Токты, Узбека и анонимный сарайский пул, чеканенный в Сарае при Узбеке в 721 г. х.

32 Сингатуплина А.З. Указ. соч. С. 152-154; Не-дашковский Л.Ф. Указ. соч. С. 20.

33 В любом случае локализовывать город на основании нумизматического комплекса близлежащего могильника (даже при репрезентативной выборке) вряд ли правомерно: в Нижнем Поволжье в золотоордынскую эпоху могильники, расположенные в округе крупных городских центров, зачастую возникали раньше городов (См.: Недашковс-кий Л.Ф. Хронология нижневолжского золотоордынского города и его округи II Российская археология. 2006. № 3. С. 75-84).

34 Гумилев Л.Н. Открытие Хазарии. С. 55-70; Он же. Колебания увлажненности....

35 Федоров-Давыдов Г.А. Указ. соч. С. 26-27.

36 Бронникова М.А., Зазовская Э.П., Аржан-цева И.А. Городище «Самосделка». Предварительные результаты и перспективы комплексных почвенно-ландшафтных исследований II Археология Нижнего Поволжья на рубеже тысячелетий: Тез. докл. Астрахань, 2001.

37 Гречкина Т.Ю., Васильев Д.В. Предварительные итоги исследований на Самосдельском городище в дельте Волги II Археология Нижнего Поволжья на рубеже тысячелетий: Тез. докл. Астрахань, 2001.

38 Шнайдштейн Е.В. Археологические исследования Астраханского пединститута II Материалы Второй краеведческой конференции. Астрахань, 1989.

39 Васильев Д.В. Городище Ак-Сарай II Археология Нижнего Поволжья на рубеже тысячелетий: Тез. докл. Астрахань, 2001.

40 Федоров-Давыдов Г.А. Указ. соч.

41 Недашковский Л.Ф. Золотоордынский город Укек...

42 Янина С.А. Указ. соч.; Евстратов И.В. Указ. соч.; Рудаков В.Г. Вопрос о существовании двух Сараев...; Он же. Квопросуо двух столицах...

43 Рудаков В.Г. Вопрос о существовании двух Сараев...; Он же. К вопросу о двух столицах...

44 Сингатуллина А.З. Указ. соч. С. 59-60.

45 В настоящее время большинство нумизматов разделяют точку зрения А.З. Сингатуллиной.

46 Недашковский Л.Ф. Золотоордынский город Укек... С. 20-22.

47 Клоков В.Б., Лебедев В.П. Монетные комплексы трех небольших золотоордынских поселений Нижнего Поволжья II Древности Поволжья и других регионов. Вып. V. Н. Новгород, 2004. С. 100-112.

48 Евстратов И.В. Указ. соч. Табл. 1; Рудаков В.Г. Указ. соч. Табл. 1-2.

49 Только один неопределимый дирхем с Са-мосдельского городища может быть отнесен к XIII в., между тем городище, несомненно, непрерывно функционировало с домонгольского времени по 30-е гг. XIV в. (См.: Гречкина Т.Ю., Васильев Д.В. Указ. соч.; Гончаров Е.Ю. Указ. соч.).

50 Недашковский Л.Ф. Хронология нижневолжского золотоордынского города... С. 77-80.

51 Яворская Л.В. Город в степи: некрополи округи Царевского городища как источник для реконструкции исторических процессов II Археология Нижнего Поволжья на рубеже тысячелетий: Тез. докл. Астрахань, 2001.

52 Тизенгаузен В.Г. Указ. соч. С. 289.