«Литературный портрет» слова: метаязыковое сознание автора как предмет лексикографического описания

THE DICTIONARY OF TRADITIONAL POETIC WORDS AND PHRASES OF PUSHKIN EPOCH AS A UNIVERSAL OF RUSSIAN ROMANTIC WORLD IMAGE

O.I. Kourova

The analysis of dictionary material shows, that the leading lyric concepts of the Pushkin epoch correlate with the basic themes of romanticism. The detailed analysis of concept "Life" and connotation peculiarities leads to the conclusion that the traditional poetic words and phrases constitute a principal fund of Russian romantic world image.

© 2009

М.Р. Шумарина

«ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПОРТРЕТ» СЛОВА: МЕТАЯЗЫКОВОЕ СОЗНАНИЕ АВТОРА КАК ПРЕДМЕТ ЛЕКСИКОГРАФИЧЕСКОГО ОПИСАНИЯ

В последние годы наблюдается активизация исследовательского интереса к явлению метаязыковой рефлексии, под которой обычно понимается «тип языкового поведения, предполагающий осмысленное использование языка, т.е. наблюдение, анализ его различных фактов, оценку их, соотнесение своих оценок с другими, нормой, узусом» [Шмелева 1999: 108]. Особого внимания заслуживают метаязыковые комментарии, содержащиеся в текстах художественной литературы. Лингвистами рассматривались так называемые художественные дефиниции (см.: [Ханпира 1984], [Грузберг 2004]) — различного рода толкования слов, встречающиеся в художественных произведениях, а также в других эстетически организованных текстах. Исследователи выделяют особый речевой акт — дефинитив, реализуемый как «высказывания, включающие межъязыковой, а также внутриязыковой перевод» [Булыгина, Шмелев 1999: 147]. Истолкования слов и выражений в художественном тексте может представлять собой не только объяснение значения, но и выявление деривационных и этимологических связей слова, различного рода семантические сближения и др. (см. [Нико-лина 1983: 74]).

Помимо установления типологии художественных дефиниций, их эстетических функций и т.д., важной представляется задача сплошной выборки и каталогизации подобных контекстов, а также их лексикографическое описание в рамках словаря особого типа.

Основным объектом метаязыкового комментирования рядового («наивного») носителя языка является слово; в конкретных актах рефлексии могут актуализироваться различные свойства слова — семантические, стилистические, грамматические, лингвокультурные и т.д. Таким образом, словник словаря

составят выявленные исследователем слова и выражения, подвергшиеся мета-языковой рефлексии в художественных текстах. Содержание лексикографического описания этих единиц — весь спектр толкований и оценок соответствующих языковых единиц.

Источником материала для словаря являются произведения русской художественной литературы (проза, поэзия, драматургия) XIX, XX и начала XXI в. Функцию формальных показателей контекстов-дефиниций выполняют метао-ператоры: слово, выражение, имя, означать, называться, по-русски говоря и тому подобные: ... пока содержат комнаты в опрятности. Теперь это называется жилой площадью... (Б. Пастернак. Доктор Живаго). Признаком дефинитива также является определенная синтаксическая модель, напр., форма биноминативного предложения: N это N не что иное как N (... честолюбие есть не что иное, как жажда власти. М. Лермонтов. Княжна Мери) или вопросо-ответное единство (А что такое счастие?Насыщенная гордость. Там же).

Метаязыковой комментарий к слову (выражению) может содержать различные типы информации о языковой единице. Перечислим наиболее типичные виды лингвистических оценок (характеристик), встречающихся в художественных текстах:

— объяснение значения слова: А все улицы, говорит, были ОСФАЛЬТОМ покрыты. Это будто бы такая мазь была, твердая, черная, ступишь — не провалишься (Т. Толстая. Кысь);

— установление эквивалентности между словами русского и других языков: ... только что она открыла глаза, начала звать Печорина. «Я здесь, подле тебя, моя джанечка (то есть, по-нашему, душенька)», — отвечал он, взяв ее за руку (М. Лермонтов. Бэла);

— разъяснение концептуального содержания слова: ... искусство не название разряда или области, обнимающей необозримое множество понятий и разветвляющихся явлений, но, наоборот, нечто узкое и сосредоточенное, обозначение начала, входящего в состав художественного произведения, название примененной в нем силы или разработанной истины. И мне искусство никогда не казалось предметом или стороною формы, но скорее таинственной и скрытой частью содержания... (Б. Пастернак. Доктор Живаго);

— выявление оттенков значения, периферийных семантических компонентов: Из-за полуопущенных ресниц они [глаза Печорина] сияли каким-то фосфорическим блеском, если можно так выразиться. То не было отражение жара душевного или играющего воображения: то был блеск, подобный блеску холодной стали, ослепительный, но холодный (М. Лермонтов. Максим Максимыч);

— ассоциативные связи слов и выражений: Анна Ивановна не любила гардероба. Видом и размерами он походил на катафалк или царскую усыпальницу. Он внушал ей суеверный ужас. Она дала гардеробу прозвище «Аскольдова могила». Под этим названием Анна Ивановна разумела Олегова коня, вещь, приносящую смерть своему хозяину. Как женщина беспорядочно начитанная, Анна Ивановна путала смежные понятия (Б. Пастернак. Доктор Живаго);

— деривационные или этимологические характеристики слова, выражения: — Водоплясов! Ты знаешь, какая у тебя фамилия? Водоплясов! То есть «пляшущий по воде», понимаешь? То есть легкий, воздушный. А ты что пишешь мне

здесь ежедневно? Слово «шинель» через две буквы «е»?! Ты чего, Водоплясов?! (А. Покровский. Мироощущение);

— стилевая и социолингвистическая характеристика единицы: Я понял его: бедный старик, в первый раз отроду, может быть, бросил дела службы для собственной надобности, говоря языком бумажным, — и как же он был награжден (М. Лермонтов. Максим Максимыч); Спустясь в один из таких оврагов, называемых на здешнем наречии балками, я остановился, чтоб напоить лошадь (М. Лермонтов. Княжна Мери);

— описание типичной сочетаемости слова: С березонькой навеки срослись живописующие эпитеты: белая, кудрявая (А. Югов);

— оценка уместности / неуместности употребления слова в определенной ситуации: Брошена! Придуманное слово/ Разве я цветок или письмо? (А. Ахматова);

— оценка эстетических свойств слова, выражения: — Но почему в Смоленск? — спросила она, глядя на меня недоумевающими глазами. / — Потом в Витебск... в Полоцк... / — Зачем?/— Не знаю. Прежде всего — очень нравятся слова: Смоленск, Витебск, Полоцк... <...> Разве вы не знаете, как хороши некоторые слова? (И. Бунин. Жизнь Арсеньева);

— комментирование национально-культурного своеобразия языковой единицы: Англия — родина европейской демократии, Шекспира и фунта стерлингов. Стерлинг в переводе означает серебро. Перевод помогает понять разницу между Англией и Россией, где исторически привыкли фунтами мерить лихо (М. Веллер. Легенды Невского проспекта);

— указание на авторство слова или выражения: Как дивно звучат они для меня и до сих пор, с детства войдя в меня без возврата, тоже оказавшись в числе того самого важного, из чего образовался мой, как выражался Гоголь, «жизненный состав» (И. Бунин. Жизнь Арсеньева).

Реже в художественных текстах встречаются и иные виды лингвистических характеристик. При этом высказываемые поэтами, писателями, персонажами оценки могут по-разному соотноситься с научно-лингвистическим знанием: они могут быть точными и вполне корректными, но могут представлять собой искреннее заблуждение и даже намеренно сконструированный лингвистический миф. Для художественной речи важной оказывается чаще всего не научная правильность метаязыкового комментария, а его эстетическая мотивированность.

Словарь, который объединит художественные метаязыковые комментарии к различным словам и выражениям, будет представлять собой конкорданс, демонстрирующий все без исключения обнаруженные исследователем релевантные контексты. В этом отличие, например, от толкового словаря, задача которого — описать инвариантные свойства характеризуемой единицы, выявить наиболее общие элементы семантики слова и дать типичную иллюстрацию. В нашем случае интересно установить не только общие элементы языкового сознания «наивного» носителя, но индивидуальные смыслы, которые приобретает словарная единица в частном тезаурусе языковой личности.

Немногочисленные пометы, которые включаются в словарную статью, указывают не на свойства описываемой языковой единицы, а на параметры

этой единицы, являющиеся объектом комментирования. Например, СЛ — социолингвистическая характеристика, ЭСТ — эстетические свойства, Э — этимология слова и т.д.

Определенную трудность представляет выбор названия для словаря обсуждаемого типа, поскольку нет специального терминологического обозначения для словарных единиц, которые в художественном тексте снабжаются комментарием. Мы используем условное рабочее название, которое, на наш взгляд, отражает специфику метаязыковой рефлексии именно в художественном тексте, — «Литературный портрет слова».

Как известно, жанр литературного портрета отличается от нехудожественного словесного портрета (напр., в официально-деловой речи) целеустановкой. Литературный портрет стремится не столько к точности описания, сколько к художественному изображению наиболее ярких, индивидуальных черт объекта. При этом выбор как изображаемого предмета, так и актуализируемых признаков обусловлен эстетической задачей автора. Таким образом, литературный портрет никогда не является фотографически точным изображением, но «штрихи» этого портрета всегда эстетически мотивированы.

«Литературный портрет» слова (или любой другой языковой единицы) также не является исчерпывающим лингвистическим описанием; его нельзя соотнести со словарной статьей, включающей всестороннюю характеристику семантики слова. Как правило, автор художественного произведения обращает внимание на отдельные свойства языковой единицы, но это именно те свойства, которые соотносятся с текущей художественной задачей автора и актуальны для образной системы данного произведения. Таким образом, «литературный портрет» слова (выражения) представляет собой «выборочное» описание языковой единицы, осуществленное в одном или нескольких художественных текстах.

Можно с уверенностью утверждать, что создание словаря, о котором идет речь в данной статье, станет шагом к решению целого ряда исследовательских задач. Как известно, литература является формой общественного сознания (наряду с другими формами — моралью, правом, религией, политикой, идеологией, наукой, обыденным сознанием, конечно же, языком и т.д.) и отражает основные содержательные и оценочные элементы этого общественного сознания. Языковая рефлексия писателя выступает «как часть культурного самосознания, компонент национального самосознания» [Вепрева 2005: 17].

Изучение достаточно большого количества примеров, систематизированных в рамках словаря, позволит сделать выводы о некоторых чертах общественного метаязыкового сознания, проявившегося в художественном дискурсе. В частности, к таким выводам могут относиться: а) состав языковых единиц, ставших предметом писательской рефлексии; б) наиболее типичные оценки языковых единиц и относительная частотность различного рода оценок; в) однородность / неоднородность оценок одних и тех же единиц; г) совпадение / несовпадение оценок одних и тех же единиц разными авторами; д) общность мета-языковых оценок и их объектов для определенного временного периода; е) совпадение / несовпадение научных и «наивных» оценок фактов языка и речи и многие другие.

ЛИТЕРАТУРА

Булыгина Т.В. Человек о языке (метаязыковая рефлексия в нелингвистических текстах) // Логический анализ языка: Образ человека в культуре и языке. — М.: Наука, 1999. — С.146—161.

Вепрева И.Т. Языковая рефлексия в постсоветскую эпоху: моногр. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2005.

Грузберг Л. Художественная дефиниция // Филолог. — Пермь. — 2004. — Вып. 4. — С.78—80.

Николина Н.А. Семантизация слов и ее функции в художественном тексте // Язык и композиция художественного текста / под ред. Л.Ю. Максимова. — М.: Изд-во МГПИим. В.И.Ленина, 1983. - С.64-75.

Ханпира Э.И. О художественной дефиниции / Э.И. Ханпира // Проблемы структурной лингвистики - 1982. - М.: Наука, 1984. - С.225-236.

Шмелева Т.В. Языковая рефлексия // Теоретические и прикладные аспекты речевого общения. - Красноярск, 1999. - Вып. 1 (8). - С. 108-110.

"LITERARY PORTRAIT" OF WORDS: WRITER'S METALINGUISTIC AWARENESS AS AN OBJECT OF LEXICOGRAPHIC DESCRIPTION

M.R. Shumarina

The article considerers the dictionary containing author's comments on words and expressions used in literary texts (meaning interpretation, stylistic, socio-linguistic, expressive and aesthetic evaluation, etymological reference, etc.).

© 2009

А.М. Мелерович, В.М. Мокиенко

ОПЫТ ФРАЗЕОГРАФИЧЕСКОЙ СИСТЕМАТИЗАЦИИ УПОТРЕБЛЕНИЙ ФРАЗЕОЛОГИЗМОВ В РУССКОЙ ПОЭЗИИ

Последние десятилетия ознаменованы становлением и активным развитием поэтической лексикографии (словарной разработкой языка поэзии). Среди словарей поэзии особо выделились сводные словари, фиксирующие слова во множестве употреблений в творчестве ряда поэтов [СЯРП; Шестакова 2006: 321-327]. При этом имеются лишь отдельные словари, в которых единицами описания служат фразеологизмы, паремии, крылатые выражения. Это словари, описывающие фразеологию в творчестве отдельных поэтов ([Крылов 2004], [Мокиенко, Сидоренко 2005], [Ничик, Ронгинский 1991]).

Словарь «Фразеология в русской поэзии» (ФРП) явится первым сводным фразеологическим конкордансом, представляющим не только контексты употреблений фразеологических единиц (ФЕ), но и их разностороннюю интерпре-