Альянс березы и клена

Западные бизнес-школы мирового уровня до сих пор обходили Россию стороной. Теперь ситуация меняется. Канадская Joseph L. Rotman School of Management, которая, по версии Business Week, входит в десятку лучших неамериканских школ, выходит на российский рынок. Нынешней осенью совместно с Академией народного хозяйства она начнет предлагать топ-менеджерам короткие обучающие курсы.

Экспорт канадского образования
В одной китайской семье рос обычный китайский мальчик. Звали его Хуан Гуанюй. Мальчик вырос, приехал в Пекин и, начав с аренды магазина площадью 100 кв. м, к 35 годам создал международную империю GoMe Appliances. Его состояние теперь оценивается в 1 млрд евро. Эту историю нам рассказывает человек, который сам когда-то работал в качестве консультанта в GoMe Appliances – профессор Сэм Чу, директор по международным программам для руководителей канадской Rotman School of Management. «Чтобы строить бизнес, нужно выбирать правильный путь,– выводит мораль профессор.– И лучше при этом опираться на опыт тех, кто уже этот путь прошел. Хуан Гуанюй всегда пользовался подсказками мудрых людей, когда был бедным, и лучших консультантов, когда разбогател».

Визитами западных профессоров в Москву сегодня уже никого не удивишь. Однако Rotman School of Management – практически первая западная школа мирового уровня, которая не только присылает своих специалистов, но и заявила о своем выходе на российский рынок. В сентябре 2005 года совместно с Академией народного хозяйства при правительстве РФ она запускает серию коротких сертифицированных программ для топ-менеджеров – Certified EMBA (CEMBA). Это короткие выжимки из программы ЕМВА для тех, у кого нет времени проходить ее полностью. Соответственно, ни о каком дипломе речи не идет, слушатели получат лишь сертификат.

Rotman School of Management была создана в начале ХХ века на базе старейшего канадского вуза – университета Торонто, основанного в 1827 году. Это крупнейший научно-исследовательский центр Канады и один из самых больших университетов мира (здесь одновременно обучаются свыше 55 тыс. студентов). Свое имя бизнес-школа получила в честь бывшего студента Джозефа Ротмана, пожертвовавшего ей несколько миллионов долларов. Сегодня учебное заведение развивается очень динамично. Так, Financial Times в этом году поставила программу MBA Rotman School of Management на 21-е место среди 100 лучших бизнес-школ мира, а с 1999-го по 2002 год продвинулась вверх на 51 пункт. В списке лучших неамериканских школ Business Week она оказалась на девятой позиции.

В России канадская школа пока малоизвестна. Отчасти потому, что канадское образование у нас еще не так раскручено, как американское или европейское. «Я пока штучный экземпляр,– шутит единственный российский выпускник Rotman School of Management Сергей Руцков, менеджер по торговле компании BP.– Но надеюсь, что ситуация скоро изменится». Изменится она во многом благодаря настойчивости самой школы. Два года подряд она организовывала для групп из России пробные лекции и семинары, на которые слушатели должны были приезжать в Канаду. А теперь решилась сама приехать к российским студентам.

Профессор Rotman School of Management Дэн Ондрак считает этот шаг вполне логичным: «Согласно современной экономической теории, Западная Европа и Северная Америка являются устоявшимися, богатыми экономиками, находящимися в „стадии плато” – их дальнейший рост затруднен. Международный бизнес пытается найти страны с высоким потенциалом. Три основных кандидата – Китай, Индия и Россия. С Китаем Rotman уже установил сотрудничество. Но, рассматривая дальнейшее развитие экономики и связанного с этим спроса на наши услуги, мы решили, что Россия имеет больший потенциал, чем Индия и даже Китай».

– Почему в качестве партнера вы выбрали АНХ в целом, а не какую-то конкретную школу этой академии? – интересуюсь я у Дэна Ондрака.

Он долго формулирует ответ, пытаясь быть максимально корректным по отношению ко всем учебным заведениям: «Нам было важно, чтобы это был уважаемый в своей стране вуз. Привлекло и то, что академия работает при правительстве России. Но самую большую роль сыграли рекомендации, которые мы долго и тщательно собирали».

Теория и практика
Презентация новых программ Rotman School of Management в Москве преследовала несколько целей. Во-первых, рассказать потенциальным слушателям о выходе школы на российский рынок, а во-вторых, показать, как именно будет проходить обучение, для чего в программу были включены мастер-классы канадских профессоров. Но при этом школа не забыла и о финансовой стороне дела, оценив участие в своем мероприятии в $200. «Мы делаем то, что проповедуем»,– сказал по окончании презентации профессор Дэн Ондрак, подразумевая, что бизнесмен в любой ситуации остается бизнесменом.

Мастер-классы профессоров Сэма Чу («Глобальный рынок – безграничный рост или жесткая конкуренция?») и Дэна Ондрака («Стратегические перемены для быстрого роста») были выстроены по схожей схеме: история, вопросы залу, немного теории и на закуску – небольшой получасовой кейс. Например, Дэн Ондрак начал с рассмотрения приватизации компании Ontario Electric Power System.

– Эта компания долгое время была монополистом на рынке энергетики штата Онтарио. Теперь же ситуация в корне изменится, потому что она впервые окажется в конкурентном окружении. Как вы думаете, какие трудности возникнут у менеджмента компании? – задает он вопрос присутствующим.– Какие новые подразделения придется создать?

Слушатели надолго задумались. «Золотую звезду нашедшему правильный ответ!» – пообещал Дэн Ондрак, отчаявшись подтолкнуть зрителей наводящими вопросами. Воображаемая звезда досталась директору какой-то региональной компании. Впрочем, за моей спиной еще раньше шепотом кто-то произнес: «Отдел продаж, маркетинга и управление по работе с персоналом».

Кейсом «на закуску» стала история неудавшейся экспансии компании Wal-Mart в Германию. Участников презентации поделили на группы, выдали каждому раздаточные материалы с детальным описанием ситуации и сформулировали вопрос – почему компания, успешно действующая в других странах, в Германии с треском провалилась?

Как оказалось, ответы лежали практически на поверхности – американцы не учли, что в Германии их ниша уже была занята. Кроме того, они недальновидно оставили официальным языком компании английский, который немецкие сотрудники не захотели осваивать. Наконец, Wal-Mart не учел тот факт, что немцы не готовы из-за более низких цен менять привычные им места покупок.

Российским слушателям было трудно поверить, что такая крупная компания могла просчитаться в таких нюансах. Впрочем, сама Rotman School of Management пока тоже детально не продумала свой приход в Россию.

Расписание на осень
«Мы хотели бы запустить в России полноценную программу ЕМВА,– говорит Дэн Ондрак.– Но сначала посмотрим, что получится с СЕМВА».

Программа СEMBA Rotman и АНХ представляет собой шесть интегрированных курсов: «Стратегическое управление персоналом», «Лидер и управление корпорацией», «Интегрированный маркетинг», «Глобализация мировой экономики – новые стратегии для международного рынка», «Ведение бизнеса, планирование и управление доходами», «Принятие финансовых решений на уровне корпорации». Вся программа рассчитана на 4–6 месяцев очно-дистанционной работы. В интенсивном режиме слушатели СЕМВА будут учиться всего лишь три дня в месяц на так называемых длинных выходных – с пятницы по воскресенье. «Занятия для топ-менеджеров, как правило, не предполагают теории в большом объеме. Поэтому эти курсы в основном будут состоять из работ в группах, разбора кейсов, участия в дискуссиях. Однако и какие-то элементы лекций также вполне возможны»,– пояснили СФ представители Rotman.

Изначально планировалось, что обучать студентов будут канадские профессора на английском языке. Но не исключено, что к программе привлекут переводчиков, поскольку набрать 20–25 топ-менеджеров, свободно владеющих английским и при этом готовых учиться в России, не очень легко.

Впрочем, вопрос с целевой аудиторией СЕМВА пока не совсем ясен. С одной стороны, программа стоит достаточно дорого, $10 тыс., и явно рассчитана на топ-менеджеров. С другой – в АНХ утверждают, что она адресована не только первым лицам компаний, но и тем, кто хотел бы ими стать. К участникам пока предъявляют такие формальные требования – не младше 26 лет, слушатели с высшим образованием должны иметь два-три года опыта управленческой работы, а без вузовского диплома или с незаконченным высшим образованием – не меньше восьми. Каким образом этих разношерстных слушателей будут комплектовать в группы, неясно.

Кроме того, в России пока не привыкли платить такие деньги за краткосрочное обучение, тем более что многие менеджеры относятся к совместным программам скептически. «Мы имели отрицательный опыт обучения наших сотрудников на западных и совместных российско-западных программах,– говорит HR-директор KPMG Мария Мусина.– В конечном результате мы сосредоточились на внутрикорпоративном обучении».

В общем, школе Rotman придется преодолеть не только языковой барьер, но и доказать качество и эффективность своих программ российским слушателям, гораздо более привередливым, чем они были еще несколько лет назад.