Культура и экономика в информационном обществе

Культура и экономика в информационном обществе

Попов Владимир Дмитриевич — доктор философских наук, профессор кафедры культурологии и социальной коммуникации Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации (е-таН: popov@ur.rags.ru).

Аннотация. В статье с позиции теории культурологии и социальной психологии рассматриваются истоки мирового финансового кризиса, информационной экономики в контексте диалектики материального и идеального, стихийного и сознательного, реальной и виртуальной информации.

Ключевые слова: виртуальная реальность, информация, информационная экономика, культура, культура управления, реальная виртуальность.

Культурология особое внимание уделяет специфике материальной и духовной культуры, и их единству. При этом вводится механизм «материализации духа» средствами культуры при переходе материального в идеальное, и наоборот. Добавим, что подобная диалектика относится к материальному и духовному производству. Развивается процесс «инфогенеза» в процессе формирования и реализации «информационной культуры»1.

На практике данный процесс в условиях информационного общества осуществляется за счёт новых знаний и технологий, развития новых наук: социальной информациологии, коммуникативистики и др. Меняется диалектика, соотношение времени, скорости и пространства. Сегодня, как доказывают учёные, информационное время уже обогнало время биологическое (Петров). Действительно, «особенность современного этапа заключается в увеличивающейся скорости, массовости и охвате... бурно развивающимися информационными и телекоммуникационными технологиями. Таким образом, информация во всех сферах деятельности способ её упаковки и передачи становятся важнейшим, ключевым моментом экономического и социокультурного развития»2.

Подчеркнём здесь - «способ упаковки». Это важно. Но важнее - содержание упаковки и скорость информации. Думается, что сегодня информационное время обогнало время и экономическое и культурное.

1 Киричёк П. Н. Информационная культура общества. - М. , 2010.

2 Гольц Г. А. Культура и экономика России за три века. - Новосибирск, 2002. - С. 481.

В условиях информационной цивилизации материального и духовного производства вплетается информационное производство. И как мы уже отмечали и писали, что формируется новая парадигма экономики - «информационная экономика», которая вбирает в себя данные «производства».

Но она развивается достаточно противоречиво. Наука перестала обращаться к законам диалектики, выкинув их вместе с «марксизмом» и «социализмом» на помойку или захоронили глубоко в подземелье. А зря. Она объективно срабатывает. Сегодня в развитии информационного общества (особенно в России) нарушена диалектика объективного и субъективного, сознательного и стихийного, материального и идеального.

В чем она конкретно проявляется? Во-первых, в недооценке правящей элитой перспективы развития целостности информационного общества, о чем свидетельствует самый простой контент-анализ публичных выступлений наших политических лидеров. Во-вторых, явное смещение в развитии информационных технологий в сторону технической составляющей - в насыщение населения компьютерами и очевидная недооценка гуманитарной составляющей - каким содержанием, какого качества информации заполнить мировое и отечественное компьютерное пространство1. Здесь господствует стихия (разве что кроме Китая). А в ней масса не реальной, а виртуальной информации.

Данный процесс охватил всю мировую экономику. Реальная стоимость основного и оборотного капитала, рабочей силы заменяется печатанием денежной массы, количеством ценных бумаг, акций, в десятки и сотни раз (в ряде стран) превышающих наличный материальный капитал. То есть деньги делают деньги. Банки кредитуют население под низкие проценты (пример, ипотеки в США в начале ХХ! века и др.). Страна начинает жить не по средствам. Но «кайф» кончается, наступает кризис, сопровождаемый страхом, паникой, народными волнениями. Банки закупоривают денежные потоки, предприятия терпят банкротство.

В этих условиях возрастает роль единства информационной и экономической культуры. Обманы, жульничество, спекуляция виртуальным капиталом -это антикультура, ведущая к мировым кризисам. А в основе понимания их истоков лежит простая диалектика материального и идеального, стихийного и сознательного. Она позволяет увидеть плюсы и минусы информационной экономики, пределы её виртуализации, накачивания её денежными знаками.

Придётся все-таки признать, что производство товаров - первично как материя, а их идеализация сознанием вторична. Это старейший философский принцип, но он объективен. Правда есть и другой, без чего материя не развивается. Он гласит: сознание не только отражает, но и творит мир.

1 См. : Попов В.Д. Социальная информациология и журналистика. - М. , 2007.

Экономическое сознание, его развитость управляет «культурным хозяйственником» (А.Твардовский).

Однако сегодня в этот процесс вторглась: 1) информация, отражающая объективно реальность в экономике и 2) информация - виртуальная, как средство манипуляции, конкуренции, легкой наживы, победы над соперниками, возвышения над другими1. Все это исходит от сущности человека, которую мы пока очень плохо знаем. Мы не раскрыли в ней всей гаммы мотивов экономического, социального, политического, экологического, нравственного поведения.

Отрадно, что начинаем изучать идеализацию материи и материализацию духа через призму диалектики материальной и идеальной информации в контексте сохранения «методологического потенциала принципа противоречия в социальном познании»2.

Учёный-экономист К. К. Вальтух при разработке «информационной теории стоимости» выделяет особо «материальную и идеальную информацию» и раскрывает диалектику «материализации идеальной информации». В данных процессах не трудно обнаруживать совпадение взглядов культурологов и экономистов.

Константин Куртович доказывает, что процессы использования человеком идеальной информации, её преобразование в материальную информацию -это процесс «содержательного, качественного изменения состояния материи -энергии и изменения их распространённости», который он и называет «материализацией идеальной информации»3.

При посещении Санкт-Петербурга, Венеции понимаешь, что шедевры музеев, архитектура строений вначале создавалась в головах (в культурном сознании), в сознании людей - архитекторов, учёных, заказчиков. И только потом по планам и чертежам строились здания, возводились великолепные дворцы, мостовые, памятники. Все это также «материализация идеальной информации».

По Вальтуху, она «представляет собой разновидность тиражирования идеальной информации. Вместе с тем это - материализация: содержательное воплощение знания, изначально существующего в голове человека как идеальный объект и программа создания его материально аналога в материальном объекте»4.

Сходство позиции экономиста с культурологами заложено в информационно-семиотическом подходе. В культурологии выделяются артефакты как

1 См. : Попов В. Д. Информационно-психологический фактор современного кризиса. - М. , 2010.

2 Жовтун Д. Т. Методологический потенциал принципа противоречия в социальном познании // Социология власти. 2010. - № 7.

3 Вальтух К. К. Информационная теория стоимости. - Новосибирск, 1996. - С. 129.

4 Вальтух К. К. Указ. соч..

искусственно созданные человеком предметы, в экономике - идеальная экономическая информация и знания, экономическое сознание. При этом производимые товары - также искусственно созданные, но это уже материальный продукт.

Союз культурологии и экономической науки открывает перед нами новые проблемы и возможности. Их методологическое совпадение происходит в прямом и обратном взаимодействии материи, сознания и духа. Не только идеальное переходит в идеальное, но и материальное (в культуре и в экономике) переходит в материальное.

Скажем, экспонаты материальной культуры (например, полученные при раскопках археологами), помещённые в историческом музее воспринимаются, усваиваются сознанием посетителей, т.е. обретает свойства идеального. То же самое, в сущности, происходит со стоимостью товаров в экономике, когда они выражаются в деньгах. Исторические предметы, ставшие достоянием культуры, и товары в экономике обладают атрибутивными свойствами информации. А функциональными свойствами они приобретают в культуре, где происходит превращение материального в идеальное. Или иначе - материальная культура в результате трансформируется в духовную, происходит «материализация духа» и одухотворение материи. Осуществляется этот процесс с помощью системы коммуникации и обмена на её основе информацией.

В этих превращениях актуализируются проблемы коммуникативной и информационной культуры как материального (включая экономическое) производства, так и производства духовного. В данном контексте встает проблема огромной важности - формирования культуры информационной экономики.

Корнейчук Б. В., автор учебного пособия «Информационная экономика», справедливо отмечает, что «информациональная экономика находится в начальной стадии своего развития, поскольку переход цивилизации в информационную стадию начался лишь несколько десятилетий назад. Термин информационная экономика вошёл в широкий научный оборот, благодаря... М. Кастельсу»1. Так-то оно так, только у М. Кастельса, если быть точным, речь идёт об «информациональной экономике». Но это сути не меняет. Важно, что «современная стадия развития цивилизации. характеризуется преобладающей ролью творческого труда, и информационных услуг». Это, по мнению Б.Корнейчука, - креативная теория информационной экономики», которая «представляет собой экономическую теорию информационного общества»2. В данном аспекте актуализируется проблема информационной культуры в сфере экономики.

Подтверждением этому тезису служит следующий факт. Разработчик информационной экономики лауреат Нобелевской премии Д. Стиглиц обосно-

1 КорнейчукБ.В. Информационная экономика: Учебное пособие. - СПб. : Питер, 2006.

2 Корнейчук Б. В. Указ. соч. - С. 15, 22-23.

вывает её на диалектике информации, на принципе «асимметричной информации». Данный подход открывает острую проблему современности, когда асимметрия включает в себя соотношение реальной и виртуальной информации. Данная асимметричность - есть, по сути, диалектическое сочетание объективной, реальной, истинной информации и идеальной, субъективной, переходящей в виртуальную информацию в экономических процессах.

М. Кастельс при обосновании «информационализма» как нового типа цивилизации и «информациональной экономики» вводит тезис о «культуре реальной виртуальности». Он считает, что «культуры созданы из коммуникативных процессов. А все коммуникации. основаны на производстве и потреблении знаков. Таким образом, считает М. Кастельс, не существует разделения между реальностью и символическим отображением»1. Заметим, что и он обращается к знаковой системе, как это делает Ю. Лотман в семиотике. С этим тезисом невозможно не согласиться. А вот со следующим - о несуществующем разделении меду реальностью и символическим отображением её в знаках, - согласится трудно, особенно, приняв во внимание концепт Д. Стиглица об «асимметричной информации». Существует разделение между реальностью и ее отражением в сознании и дальнейшем использовании.

По нашему мнению, взгляды М. Кастельса и Д. Стиглица расходятся в части понимания «реальной виртуальности» и «виртуальной реальности». М. Кастельс считает, что «исторически специфичным в новой коммуникационной системе, организованной вокруг электронной интеграции всех видов коммуникации, от типографического до мультисенсорного, является не формирование виртуальной реальности, а строительство реальной виртуальности»2.

С позиции теории отражения, гносеологической коммуникации, диалектики материального и идеального, реальной и виртуальной информации с данным тезисом М. Кастельса невозможно согласиться. Ведь он выше признает «виртуальные сообщества» в социальных сетях. А ниже в разделе «Размывание жизненного цикла: на пути к социальной аритмии» выдвигает гипотезу: «сетевое общество характеризуется уничтожением ритмичности, как биологической, так и социальной, связанной с понятием жизненного цикла»3. Не надо быть великим философом или физиком, чтобы понять, что ассимитричность информации уничтожает ритмичность жизненного цикла, а, значит, и экономики. Асимметричность в проявлениях сущности «информационного человека» приводит к формированию противоречия между реальной виртуальностью (когда сознание реально, объективно отражает экономическое бытие) и виртуальной реальностью (когда субъективное сознание творит реальность в экономике). Это происходит, по справедливому замеча-

1 Кастельс М. Информационная эпоха. Экономика, общество и культура. - М., 2000. - С. 351.

2 Там же.

3 Кастельс М. Указ. соч. —С. 414.

нию М. Кастельса, когда «выдуманный мир есть выдумка в процессе своего сознания»1.

В данном контексте нельзя не принять определение М. Кастельсом «реальной виртуальности». Она есть «система, в которой сама реальность (т.е. материальное/символическое существование людей) полностью схвачена, полностью погружена в виртуальные образы, в выдуманный мир, мир, в котором внешние отображения находятся не просто на экране, через который передается опыт, но сами становятся опытом»2. Здесь тезис: «полностью схвачена, полностью погружена» в реальность есть результат реального, объективного отражения в символах, знаках (деньгах) стоимости материального капитала. А вот «выдуманный мир», который отражается на экране, есть отражение отражённого и часто искажённого, манипулятивного, ставшего опытом, т.е. реальным экономическим опытом. В этом заключена сущность виртуальной реальности.

Но у М. Кастельса поставлено много новых фундаментальных проблем, касаемых «информациональной экономики». Это и возникновение новой «культуры средств массовой информации», диалектики системы: «время, пространство и общество», «виртуальное время», когда «вневременность мультимедийного гипертекста есть определяющая черта нашей культуры, формирующая ум и память де ей, получающих образование в новом культурном контексте»3. Или идея о «вневременном времени», когда «информациональ-ная парадигма и сетевое общество порождают систематическую пертурбацию в порядке следования явлений»4. Вот отсюда и закладывается принцип «асимметричной информации».

Нарушение принципы симметрии, в сторону асимметрии с преобладанием виртуальной экономической информации во «вневременное время» приводит к «надуванию мыльных пузырей» (Д. Стиглиц) и ведут к мировому экономическому кризису, что и случилось в 2008 годуг. «Я привнёс в процессе выработки политических решений, - пишет Д. Стиглиц, - мои труды в области экономики информации, в частности, проблему асимметрии информации - различия в информированности, например, наёмного работника и его работодателя, кредитора и заёмщика, страховой компании и застрахованного. Подобные асимметрии пронизывают всю экономику»5. Впоследствии эту идею он развивает до обоснования новой парадигмы в экономической науке.

Получается, что при информационной культуре, построенной на асимметрии, реальной виртуальности и виртуальной реальности в экономике зарождается кризис. Причиной дефолта в России 1998 г. явилось также надувание

1 Там же. - С. 353.

2 Там же.

3 Там же. - С. 429.

4 Там же. - С. 431.

5 Стиглиц Д. Глобализация: тревожные тенденции. - М. , 2003. - С. 9.

«мыльных пузырей» в экономике в результате создания множества финансовых пирамид (типа пирамиды МММ и др.) с позволения государства, когда правительство занималось практически тем же самым, выпуская гособлигации, не подкреплённые их материальным содержанием. Такое состояние экономической деятельности бизнеса и экономических структур государства можно охарактеризовать асимметричной информационной и экономической культурой в результате осуществления асимметричной экономической политики. Размах коррупции - следствие дефицита гармоничной культуры, когда честность, порядочность становятся антиподами экономической жизни.

Весь мир погружается в виртуальную реальность, где мнимые ценности и корыстные инстинкты, манипулятивные информационные технологии, сети объединившись, ведут мировую экономику к катастрофе. Жан Бодрийяр справедливо замечает, что «в поле виртуального мы попадаем, если, движемся от символического к реальному, продолжаем движение за пределы реальности - реальность в таком случае становится нулевой степенью виртуального»1. Созданию виртуальности в информационном и экономическом пространстве способствуют: манипуляции экономической информацией, инсайдерство, закрытость от масс истинной информации, расхождение между словом и делом, обещаниями и реальностью. Похоже, что борьба у нас с коррупцией - это уже «движение за пределы реальности», т.е. за пределы допустимого, также как и с действием «закона 4-х Б» - богатые богатеют, бедные - беднеют».

Жан Бодрийяр предупреждает, что «теперь виртуальное есть то, что идёт на смену реальному и знаменует собой его окончательное разрушение, поскольку, делая вселенную предельной реальностью, оно неизбежно подписывает ей смертный приговор»2. Отсюда можно сделать вывод: если и далее глобальная мировая экономика будет однобоко развиваться, т.е. опираясь на виртуальную реальность, когда знаки (деньги) производя новое количество знаков (денег), не создавая адекватные материальные стоимости, то её ждёт бесконечность кризиса, а в итоге смертный приговор.

Таким образом, получается, что культура, информация, экономика в условиях информационной цивилизации крепко завязываются в один «узел», ведущий к развитию новой - информационной парадигме развития экономики. Следовательно, актуализируются проблемы формирования реальной, а не виртуальной информационной культуры экономического развития и экономической культуры в производстве информации, отражающих законы экономического бытия.

Если принять, что культура - это созданный человечеством «механизм, имеющий целью выработку и хранение информации»3 или согласиться с те-

1 Лотман Ю.М. Семиосфера. - СПб. , 2001. - С. 395.

2 Кармин А .С, Новикова Е.С. Культурология. - СПб. : Питер, 2008. - С. 25.

3 Лотман Ю. М. Указ. соч. - С. 395.

зисом: «культура представляет собой особый тип информационного процес-са1, а в экономике складывается новая парадигма - «информациональная» (М. Кастельс) или «информационная экономика» (Д. Стиглиц и др.), то, следовательно встаёт проблема идентичности экономической и информационной политики. А её исследование возможно на «стыке» гуманитарных наук. Но прежде всего в сопряжении: культурологии, социальной информациоло-гии и экономики, а также социологии и социальной психологии, исследующих процессы этногенеза, социогенеза, культурогенеза, психогенеза и инфогене-за, проявляющиеся в стабильности или напряжённости социально-политической ситуации в стране.

Особенно актуально в данном контексте следование закону ментальной идентичности, использование психокоррекционного потенциала информационной политики в духоподъёмности нации посредством вытеснения из характера российского социума негативных черт и культивирования положительных2.

История России свидетельствует, что подъем экономики происходил тогда, когда народ проявлял силу духа, свойства «светлоэфирного эгрегора» и гасил свойства «темноэфирного эгрегора»3. «Экономическое чудо» Японии в прошлом веке по доказательствам учёного Мосарани Моритани заключалось в том, что «культура производства» отражала японский интеллектуальный и эмоциональный строй», оно «предельно глубоко связано с духом и культурой нации», развивать «творческое начало в экономике невозможно без учёта особенностей национальной психологии»4. То же самое происходит сейчас в Китае.

Академик Е.М.Примаков в своих интервью последовательно проводил следующую позицию: перспектива России - левый центр. Но, похоже, он остался не услышан реформаторами. Другой учёный Г. А. Гольц считает, что «если понять главное в коллективной психологии народов России, проникнуть в истоки уникального российского менталитета, то все остальные сопряжённые с проблемой «культура - экономика» задачи будет осваиваться значительно легче»5. Вот в чем заключается алгоритм формирования экономической и информационной политики, нацеленной на материальное и духовное возрождение могущества России.

© В.Д.Попов, 2012

1 Кармин А. С, Новикова Е. С. Указ. соч. - С. 25.

2 См. : Попов В. Д. Тайны информационной политики (социокоммуникативный психоанализ информационных процессов). Издание третье. - М. , 2009. - С. 207-220.

3 См. : Попов В. Д. Духовно-информационный потенциал эгрегора в менеджменте и управлении //Социология власти. - 2010. - № 6.

4 Мосарани Моритани. Современная технология и экономическое развитие Японии. - М., 1986. - С. 141-146.

5 Гольц Г. А. Указ. соч. - С. 65.