Орфография русских периодических изданий XVII-XIX вв. : правописание букв ъ и ь

Вестник Санкт-Петербургского университета. 2005. Сер. 9, вып. 3

В.В. Каверина

ОРФОГРАФИЯ РУССКИХ ПЕРИОДИЧЕСКИХ ИЗДАНИЙ ХУП-Х1Х вв.: ПРАВОПИСАНИЕ БУКВ Ъ и Ь

Вопросы русского правописания и, в частности, орфографии привлекают сегодня серьезное внимание не только специалистов, но и всего общества. Дискуссия о новом своде правил орфографии и пунктуации, разработанном Орфографической комиссией при Институте русского языка им. В.В. Виноградова РАН, обнаружила дефицит знаний современных носителей языка в области теории и истории орфографии. В данной ситуации, на наш взгляд, важно рассмотреть сложные вопросы орфографии в историческом аспекте, проследить, как осуществлялось становление орфографических норм под влиянием различных факторов.

В начале сложного и длительного пути формирования русского литературного языка закладывались основы нашей орфографии, которая создавалась в первую очередь в писцовой практике московских приказов - центральных правительственных учреждений Русского государства ХУ1-ХУП вв. Пожалуй, самым большим и влиятельным в это время был Посольский приказ, не только осуществлявший деловую переписку с Зарубежьем на русском и иностранных языках, но и «издававший» рукописные книги в довольно большом для того времени количестве. Здесь же собиралась информация о событиях за рубежом. Источниками такой информации служили переводы иностранных газет, отчеты русских послов, сведения от торговых и других прибывших из-за рубежа людей, а также от особых корреспондентов Посольского приказа из разных стран. Все подобные материалы и составляли рукописные «вести», или «куранты», предвосхитившие появление в России печатных газет. Старейшие дошедшие до нас вести датируются 1600 г.1 Скорописные тексты вестей-курантов I половины XVII в. опубликованы Институтом русского языка АН.2

Интерес исследователей к этим текстам обусловлен тем, что язык вестей-курантов является тем лингвистическим основанием, на котором впоследствии развивались научный и публицистический жанры литературного языка. В отличие от других категорий деловых памятников, таких, как грамотки (эпистолярная письменность) и актовая письменность, для вестей-курантов характерна определенная литературность, как и для других образцов письменности хроникальной.3 Для историка орфографии вести-куранты представляют особую ценность, поскольку многие из них сохранились в виде черновых и беловых вариантов. Очевидно, что исправления, вносимые в деловые бумаги, были ориентированы на узуальную норму. Поэтому сравнение черновых и беловых вариантов позволяет выявить лингвистический материал, необходимый для изучения особенностей правописания в данную эпоху, тенденций развития правописных норм.

Наиболее близка к узусу вестей-курантов орфография первого русского периодического издания печатной газеты «Ведомости», предшественниками которой были ско-

© В.В. Каверина, 2005

рописные вести-куранты. Материал для газеты поступал из Посольского приказа, где ранее составлялись «вестовые листы».4 А.Ф. Бычков в предисловии к изданному в 1855 г. Сборнику первых русских ведомостей подчеркивает, что «"Ведомости" писаны довольно правильным языком, близким к разговорному того времени; но нередко погрешают против правописания, по-видимому, тогда не вполне установившегося...».5 Учрежденные Петром I в 1702 г., «Ведомости» играли огромную роль не только в культурной жизни страны, но и в формировании норм нового русского литературного языка, в том числе и орфографии. Ведь это было единственное в то время периодическое печатное издание, каждый номер которого представлял собой оригинальный, не скопированный с древнего образца текст, язык которого отражал борьбу противоречивых факторов - народно-раз-говорной стихии, узуальной нормы деловой письменности и книжной орфографической традиции. Поэтому «Ведомости» и пришедшие им на смену «Санкт-Петербургские ведомости» и «Московские ведомости» - наиболее живой, динамичный и информативный материал, позволяющий проследить пути формирования современной правописной нормы русского языка.

Важнейшей особенностью исследуемого периода является деятельность по нормализации русского языка, особенно активно развернувшаяся начиная с 30-х годов XVIII в. По словам М.В. Панова, «с середины XVIII в. начинает создаваться теория русского правописания. С этого времени нормы орфографии не только стихийно складываются и затем закрепляются в грамматиках, но и сознательно создаются и перестраиваются. Начинаются теоретические поиски наиболее рациональных принципов правописания».6 Интересно проследить, как соотносится выявляемый нами узус с рекомендациями современных исследуемых текстов грамматических сочинений.

Остановимся подробнее на правописании букв ъ и ь - проблеме, остававшейся актуальной на протяжении XVII-XIX вв. и отчасти не утратившей своей остроты в наше время.

В скорописных вестях-курантах XVII в. находим лишь единичные написания приставок на <з>, а также <от-> и <об-> с конечными редуцированными: по 1 написанию <без->, <роз->, <от-> - противно, розъгонАЛИ, и>тъл\бстит, 2 написания <из-> -

изъдовол£Ны, изъискдлъ и 7 написаний <об-> с ъ, ъ и их графически не различимыми вариантами:7 объавитк, оекавитца, обЬавласм и др. в позиции перед [¡]. Написаний приставок на <д> с конечным редуцированным не отмечено. Преобладают выносные начертания конечной согласной, которые, как известно, не сопровождаются буквами ъ и ь. Подобная ситуация наблюдается и в других скорописных текстах XVI-XVII вв.8 В позиции перед согласным корня в скорописи может использоваться надстрочный знак -паерок, однако данное написание нередко используется «при сочетании согласных внутри слова».9 В отличие от скорописных текстов, в печатном Уложении 1649 г. чаще встречаются написания исследуемых приставок с конечным ъ в положении перед глухими согласными: отъкупныхъ, подъписныхъ и н£ подъписных%, подъставою.10 Регулярнее, чем редуцированный, и более последовательно, чем в скорописи, на конце приставок пишется паерок в разных позициях: об'водны£, ок'^зжие, из'стари, рдз'грлкле-ни6, подписные и непод'пнсные, под'говорА.11

Употребление редуцированных в приставках <в-> и <с-> отличается некоторыми особенностями. Так, в текстах вестей-курантов префиксы <в-> и <с-> регулярно пишутся с конечными ь, ъ и их графически не различимыми вариантами перед []"]: еъ^х*'^ съемно", СЬ£СНЫХ и т.п. Такие же написания отмечаются и в других скорописных памятниках деловой письменности XVI-XVII вв.: сЬедомо", въ|Ь3ждлютидр.12 Знак

паерка употребляется не только в этих, но и в иных позициях: с'милунСА, с'здъ и др.13 В Уложении 1649 г. орфография приставок <в-> и <с-> не отличается от орфографии других приставок: иногда они пишутся с конечным ь (съсору), ъ (как правило, перед []]), а обычно с паерком (в'иово, в'возных*, в'кинуть, с'верх*, с'сылокъ). Интересно, что «буквы ъиьи паерок иногда встречаются в положении между согласными, подвергшимися в произношении взаимному воздействию», причем с редуцированным обычно пишутся предлоги: 31 кратною, а приставки - с паерком: з'д^лавъ, з'кбгутъ.14

Выявленное правописание редуцированных в приставках <в-> и <с-> в скорописи отличается от закономерностей, установленных для других префиксов: перед Ц] <в-> и <с-> регулярно пишутся с конечным редуцированным. Очевидно, это связано с тем, что после того, как в середине слова перестали употребляться буквы ъ и ь, в составе префиксов <в-> и <с-> осталась одна согласная буква, находящаяся в позиции начала слова. О звуке [}] перед гласными обычно сигнализирует буква редуцированного после согласного, а в скорописи это сочетание, как правило, заменяется выносным начертанием согласного без последующего редуцированного. Данное начертание дифференцирует сочетание согласного с [)] и одиночного согласного, который перед гласным обычно пишется в строке. Но в скорописи в позиции начала слова, в которой находятся согласные префиксов <в-> и <с->, выносные буквы обычно не употребляются. Поэтому здесь сохраняется знак редуцированного. В печатных изданиях в данной позиции обычно употребляется паерок, как и после всех приставок во всех позициях.

Итак, написание букв редуцированных в приставках, кроме <в-> и <с->, не характерно ни для скорописных, ни для печатных памятников XVII в. Такова и орфография текстов обоих изданий грамматик Мелетия Смотрицкого 1619 и 1648 гг.15 Однако издания 2-й половины XVII в. отличаются от более ранних. По словам Б.И. Осипова, эти отличия «касаются... в основном членения текста и как следствие дают восстановление ь на конце предлогов, начинающих отделяться от следующих за ними слов».16 Сравнивая текст московского издания 1681 г. сочинения Симеона Полоцкого «Обед душевный» с текстами 1649 г. Соборного Уложения и книги «Ратного строя учение и хитрость», исследователь отмечает, что, в отличие от них, в издании 1681 г. «раздельно написанные предлоги регулярно пишутся с ъ или паерком».17 Дальнейшим шагом в том же направлении» является изданное И. Копиевичем в амстердамской типографии И.А. Тесинга «Введение краткое во всякую историю» 1699 г., в котором «отделение служебных слов графически выражено уже достаточно хорошо и несомненно является нормой... и в конце предлогов, а также отделяемых по ложной аналогии с ними приставок (курсив наш. -В.К.) пишется ъ».

Таким образом, «орфография этих изданий может быть охарактеризована как продолжение морфологической линии».18 В отличие от печатных книг, в скорописных памятниках конца XVII в., даже в тех, где уже последовательно проводится раздельное написание самостоятельных слов, тем не менее господствует слитное их написание с предшествующими предлогами и союзами,19 что, очевидно, не способствует появлению букв редуцированных на конце служебных слов и тем более приставок.

В XVII в. во всех системах русского письма завершается устранение ь и ь внутри слова за исключением тех случаев, когда редуцированные обозначают мягкость предшествующего согласного или сигнализируют о последующем Ц]. Буквы ъ и ъ используются и как показатель границы слова. Указанные закономерности все более последовательно соблюдаются в текстах ХУШ-Х1Х вв.: устраняются не мотивированные традиционные написания ь и ь, еще сохранявшиеся в предшествующий период. Введение «граждани-

цы», отменявшей все надстрочные знаки, в том числе паерки, «способствовало окончательному оформлению ь и ъ в качестве твердого и мягкого знаков».20 Следовательно, графическая реформа имела также значение и для развития орфографии. В гражданской системе письма, устранившей выносные начертания и паерки, стираются различия между двумя группами приставок, орфография которых различалась в предшествующий период: состоящими после падения редуцированных из двух и более букв (на <д>, <з>, <от-> и <об->) и могущими после падения редуцированных состоять из одной буквы (<в-> и <с->).

В «Ведомостях» ь и ь пишутся наиболее регулярно на конце знаменательных слов (в конце предлогов иногда заменяется паерком - до 1710 г. - или опускается) как показатель не только межсловной границы, но и твердости-мягкости предшествующего согласного. В середине слова мягкость обозначается крайне непоследовательно, а твердость вовсе не обозначается.21 Не на конце слова буквы ъ и ь чаще всего сигнализируют о последующем Ц]. До реформы 1710 г. в данной функции обычно употреблялся паерок: об'авл£но, под^зд^х* и В гражданском письме в данной позиции, как правило, пишется ь: подъезда, объявленъ, съ'кстныхъ, изъяснить и т.д. Исключения единичны (изявлено). Иногда в этой позиции встречается ь, обычно после <об->: объявляя, обья-вилъ и т.д., что, очевидно, объясняется древней орфографической традицией, в которой существовало написание <об-> с конечным 6. О чисто графическом характере данной вариативности свидетельствует и тот факт, что до 1710 г. в этой позиции регулярно пишется паерок в соответствии как с ъ, так и с ь. По В.П. Горлановой, написание обь-, получая довольно широкое распространение в начале XVIII в., к концу первой четверти выходит из употребления,22 очевидно, под влиянием унифицирующей тенденции развития письма. Буквы редуцированных иногда используются на конце префиксов и перед гласными, не обозначающими [)"]: изьображены, возъим'кли, однако такие написания единичны. Перед согласными они не встречаются вовсе.

Закономерность употребления ъ и ь, намеченная в первой четверти XVIII в. в «Ведомостях», впоследствии устанавливается как норма и отличает также тексты «Санкт-Петербургских ведомостей» и «Московских ведомостей» XVIII и XIX вв. Буквы редуцированных регулярно употребляются на конце слов, варьируясь в зависимости от твердости-мягкости предшествующего согласного. В остальных позициях ъ все более последовательно обозначает мягкость неконечных согласных, а ь используется как «разделительный» знак, сигнализируя о последующем [}] после префиксов: объявить, изъяснешемъ, отъЁхалъ, съестные, въЁздъ и т. д. Вариативность в употреблении букв редуцированных наблюдается лишь в одном положении - после префиксов перед и, гласной, не обозначающей Ц]. Здесь наблюдаются два варианта написаний: префикс с конечным ъ перед и (разъигрываема, изъискали) или без ъ перед ы<и (отыскать, взыскашю). Известно, что уже с ХШ-ХГУ вв. «начальный м, оказавшись после исчезновения слабого [ъ] в сочетании с предшествующим твердым согласным, начинает вытесняться гласным ы»,23 отражая соответствующий произносительный вариант. После некоторых колебаний к XVII в. в рукописных грамотах устанавливается орфография, отражающая «последовательный переход и в ы» после предлогов и приставок на согласную.24 Такие написания отмечаются в вестях-курантах XVII в., а позднее в «Ведомостях» и «Санкт-Петербургских ведомостях» первой половины XVIII в.: подымется, сыскано, ра-зыдошася и др.

Однако тенденция к единообразному написанию морфемы приводит к восстановлению исходной и корня, перед которой начинает употребляться ъ на конце приставки.

В первой половине XVIII в. отмечается неустойчивость таких написаний в словах с различными корнями. Они отмечаются даже в словах с корнем <-иск->, где впоследствии не закрепляются: отъискивать, изьисканныя наряду с взыщется, сыскать. К середине XVIII в. устанавливается следующая крайне стабильная закономерность, действующая на протяжении более чем столетия - с середины XVIII до конца XIX в.: префиксы на согласную пишутся с конечным ъ, при этом начальная и корня остается неизменной: объискали, возьимела, безъименной, безъизвестно,разьигрыва1е, предъистекгиею, предъи-дущаго и т.д. Исключение составляет написание слова «взимать» и производных от него, где перед корневым и редуцированный не употребляется (взималъ, взиматемь и др.). В словах же с корнем <-иск-> приставки регулярно пишутся без ь на конце, а корень начинается буквой ы: сыщемь, взыскатя, отыскивалъ, розыскатя и т.д.

В грамматических сочинениях содержатся противоречивые рекомендации по написанию ь и ь в исходе приставок. Так, сторонники фонетического письма В.Е. Адоду-ров, В.Н. Татищев и В.К. Тредиаковский в 30-40-е годы XVIII в. выдвигают кардинальные предложения об устранении букв редуцированных во всех позициях. В.Н. Татищев предлагает совсем не обозначать мягкость, а для дифференциации мягких и твердых согласных над последними «ставить точку яко пол и пол, тверд и тверд».25 Об упразднении ъ пишет Адодуров, предлагая в функции разделительного знака использовать апостроф или дефис.26 М.В. Ломоносов, напротив, признает в «Российской грамматике» ъ в разделительной функции.27 По словам Б.А. Успенского, «у Ломоносова можно встретить также и намек на возможность разделительного ь ... в подготовительных материалах к его грамматике». Кроме того, в «Суде российских письмен...» Ломоносова содержится мысль о ненужности ъ, не нашедшая отражения в его грамматическом сочинении.28

Н.Г. Курганов в своей грамматике 1769 г., формулируя правила употребления ъ и ь, определяет новые позиции для этих букв. Отмечая регулярность обозначения твердости-мягкости конечных согласных посредством ь и ь, он предлагает обозначать также мягкость согласных в середине слова посредством ь. Н.Г. Курганов однозначно высказывается о необходимости употребления ь в префиксах «в соединении со словами, начинающимися с е, я, ю, i, w», но не перед согласными (заметим, что он считает нормативным написание типа подъисходъ). Автор грамматики рекомендует избегать «положения въ верху строкъ согласныхъ литеръ».29

Подобные рекомендации содержатся в «Опыте нового российского правописания» В. Светова, который, кроме того, формулирует правило употребления разделительных ь и ь: ъ - после приставок, а ь - в остальных случаях. Он выделяет из данного правила случаи, когда слово, в котором «после ь следовать будет w... без сложения неупотребительно». В этом случае ь и и сливаются «в одну самогласную ы, как: розыскъ, подымать, а не розьискь, подышать»?0 A.A. Барсов в своей грамматике 1783-1788 гг., кроме упомянутых выше закономерностей употребления ъ и ь, отмечает «ненужность» ъ на конце слов и необходимость ее в «разделительной» функции. В отличие от Светова, он не делает никаких исключений из правила употребления разделительного ъ перед и: предь-идетъ, отъискать и т.д.31

Все более поздние грамматики однозначно высказываются о необходимости «разделительных» знаков и различаются лишь рекомендациями по написанию слов с приставками перед и - через ьи или ы. Так, в «Российской грамматике» Академии наук 1802 г., в отличие от предшествующих сочинений, говорится, что «если... после буквы ъ следует буква w, тогда обе сии буквы превращаются в ь/, например обыскь, сыскь». В Грамматике подчеркивается, что перед а, о, у «буква ь совсем выпускается».32 Подобная рекоменда-

ция содержится лишь в «Российской грамматике» В. С. Княжева 1834 г. Несколько менее категоричен И. Орнатовский, отмечая, что «ъ с буквою и часто сливается в ы».33 Интересно, что в третьем издании академической «Российской грамматики» 1819 г. содержатся рекомендации, совершенно противоположные правилу первого издания 1802 г.: «Удерживают букву ь слова и предлоги, сложенные с другими речениями, начинающимися с гласных букв е, и... во избежание слияния с оными: безышенный, предьиду...» Однако «многие слова от сего правила уклоняются... например взыскивать, обыск... иногда же буква ь совсем выпускается, как, например, обинякь, взимаю».34

Подобные правила орфографии букв ь и и в интересующей нас позиции, правда без оговорок об исключениях, дают A.C. Шишков в «Разговорах о словесности...» 1824 г., Н.И. Греч в «Практической русской грамматике» 1834 г., А.Х. Востоков в «Русской грамматике» 1835 г., И. Давыдов в академической «Грамматике русского языка» 1849 г. Любопытное рассуждение по рассматриваемому нами вопросу содержится в «Грамматике русского языка» A.M. Будрина 1843-1849 гг.: «Если вторая гласная w, то ь и и прежде сливали в букву ы: взыск, обыск, сыщик, возыметь; а теперь пишут отдельно ъ и и: взъис-кать, обьискать, съищикъ, возъиметь. Однакожь прежнее правописание едва ли не вернее: ъ+^=ы».35

Большое внимание уделяет этому вопросу Я.К. Грот в работе «Спорные вопросы русского правописания...», отстаивая написание через ы во всех случаях, в том числе и «внутри слова» (возыметь, безыменный). Он называет и другие позиции, в которых считает излишним употребление ъ: в конце слова и перед «дебелыми» гласными - о, у, однако указывает, что «об уменьшении случаев употребления еря не может быть и речи».36 Основные положения работы реализуются в форме правил в книге «Русское правописание» 1885 г., где из правила об употреблении ы после приставок автор указывает единственное исключение - взимать.

Итак, сопоставляя узус употребления букв ъ и ъ в периодических изданиях XVII-XIX вв. с рекомендациями грамматических сочинений, можно прийти к выводу, что орфография приставок в вестях-курантах и «Ведомостях» развивается независимо от регламентирующих ее правил, которые появляются позднее, чем устанавливается более или менее стабильная норма, и далее продолжают, противореча друг другу, скорее следовать за узусом, чем реально нормировать письмо. Это положение особенно наглядно иллюстрируют написания префиксов на согласную с конечным ь перед и корня (типа обьиска-ли), установившиеся в ведомостях уже к середине XVIII в. и сохранившиеся вплоть до конца XIX в., тогда как в грамматиках, будучи впервые узаконенными Кургановым лишь в 1769 г., они в течение всего следующего столетия были предметом дискуссии ученых, пока не были окончательно отменены Гротом в 1885 г., что, кстати, узусом было замечено не сразу. Немалый интерес, на наш взгляд, представляет написание слова взимать и производных от него, определившееся как исключение еще в узусе середины XVIII в. и не изменившееся доныне, узаконенное правилами.

1 Тарабасова Н.И. Явления вариативности в языке деловой письменности. М., 1986. С. 7-8.

2 Вести-Куранты. 1600-1639 гг. / Изд. подгот. Н.И. Тарабасова, В.Г. Демьянов, А.И. Сумкина; под ред. С.И. Коткова. М., 1972 (далее - B-K I); Вести-Куранты. 1642-1644 гг. / Изд. подгот. Н.И. Тарабасова, В.Г. Демьянов, А.И. Сумкина; под ред. С.И. Коткова. М., 1976 (далее - B-K II); Вести-Куранты. 1645-1646, 1648 гт. / Изд. подгот. Н.И. Тарабасова, В.Г. Демьянов; под ред. С.И. Коткова. М., 1980 (далее - B-K III); Вести-Куранты. 1648-1650 гг. / Изд. подгот. В.Г. Демьянов, Р.В. Бахтурина; под ред. С.И. Коткова. М., 1983 (далее - B-K IV).

3 Тарабасова H.И. Явление вариативности... С. 14-15; см. также: Котков С.И. Лингвистическое источниковедение и история русского языка. М., 1980. С. 69.

4 Черепахов М.С. Возникновение периодической печати в России. М., 1955. С. 19.

5 Бычков А.Ф. Первые русские ведомости, печатавшиеся в Москве в 1703 г. СПб., 1855. С. 19.

6 Панов М.В. Принципы русской графики и орфографии // Обзор предложений по усовершенствованию русской орфографии. М., 1965. С. 15.

7 Графически неразличимые варианты букв ъ и ь в специальной литературе принято обозначать знаком h.

8 Филиппова И. С. 1) Об употреблении букв ъ и ь в московских рукописях XVII в. // Исследования источников по истории русского языка и письменности. М., 1966. С. 137-138; 2) Московские грамоты XVI в. из Государственного архива Рязанской области // История русского языка. Памятники XI-XVIII вв. М., 1982. С. 261-262; Сморгунова ЕМ. О пограничных сигналах в скорописи // Исследования источников по истории русского языка и письменности. М., 1966. С. 187-189.

9 Сморгунова ЕМ. О пограничных сигналах... С. 188.

10 Черных ПЯ. Язык Уложения 1649 г. М., 1953. С. 163.

11 Там же.

12 Филиппова М.С. 1) Об употреблении... С. 138; 2) Московские грамоты... С. 261-262.

13 Там же.

14 Черных ПЯ. Язык Уложения... С. 163-164, 232.

15 Каверина В. В. Правописание приставок в текстах русской деловой письменности XVII века (на материале вестей-курантов) в контексте истории развития русской орфографической системы: Дис. М., 1997. С. 107.

16 Осипов Б.И. История русского письма: Дис. С. 275.

17 Там же.

18 Там же. С. 275-276.

19 Филиппова М.С. К лингвистическому изучению писцовых книг// Источниковедение и история русского языка. М., 1964. С. 189.

20 Осипов Б.И. История русского письма: Дис. С. 278.

21 Горланова ВЛ. К вопросу... С. 141-148.

22 Там же. С. 151-152.

23 Гаевская Т.Н. Из наблюдений над орфографией рукописных грамот конца XVII - начала XVIII века, направленных на Урал // Пермский гос. педагог, ин-т. Учен. зап. Вып. 25. 1960. С. 92.

24 Там же; см. также: Осипов Б.И, История русского письма: Автореф. докт. дис. С. 30.

25 Успенский Б.А. Первая русская грамматика на родном языке. Доломоносовский период отечественной русистики. М., 1975. С. 83.

26 Там же. С. 178.

27 Ломоносов М.В. Российская грамматика // Ломоносов М.В. Полн.е собр. соч. Т. 7. М.; Л., 1952. С. 434.

28 Успенский Б.А. Первая русская грамматика... С. 178.

29 Курганов Н.Г. Российская универсальная грамматика, или Всеобщее писмословие. СПб., 1769. С. 98-99.

30 Опыт нового российского правописания. СПб., 1773. С. 11-12.

31 Барсов A.A. Российская грамматика. М., 1981.

32 Российская грамматика, сочиненная Императорской Российской академией. СПб., 1802. С. 14.

33 Орнатовский И. Новейшие начертания правил российской грамматики. Харьков, 1810 г. // Texts and studies on Russian universal grammar 1806-1812. München, 1984. Vol. 1. S. 298.

34 Российская грамматика, сочиненная Императорской Российской академией. СПб., 1819. С. 17.

35 Будрин AM. Грамматика русского языка. Тетрадь IV. Орфография. М., 1843-1849. С. 27.

36 Грот Я.К. Спорные вопросы русского правописания от Петра Великого доныне // Филологические разыскания. СПб., 1876. Т. 2. С. 318-319.

Статья поступила в редакцию 30 июня 2005 г.