«Мы не работаем со средним классом»

Перед тем как возглавить российскую «дочку» чешской финансовой группы Home Credit – «Хоум Кредит энд Финанс банк», бывший топ-менеджер «СБС-Агро» Андрей Лыков три года искал работу. А потом менее чем за год сумел сделать «Хоум Кредит» вторым игроком на отечественном рынке потребительского кредитования. Сейчас Лыков уверен, что его банку не страшен даже приход в Россию крупнейших международных финансовых компаний.

«Всегда есть риск в чем-то отстать от конкурентов»
СЕКРЕТ ФИРМЫ: Менее чем за год «Хоум Кредит» вырвался в тройку лидеров на рынке потребительского кредитования. Сегодня по количеству выданных кредитов вас опережает только банк «Русский стандарт». За счет чего вам удалось добиться таких результатов?
АНДРЕЙ ЛЫКОВ: Мы занялись этим бизнесом не потому, что он нас внезапно чем-то заинтересовал. Наш акционер, чешская Home Credit Group – это не портфельный инвестор, который просто искал, куда вложить деньги. Владельцы группы досконально знают этот бизнес, поскольку занимаются им в Чехии и Словакии. Они – стратегические инвесторы. Потребительским кредитованием наш чешский акционер занимается уже давно, и все технологии так или иначе отработаны. И мы, запуская «Хоум Кредит», просто взяли на вооружение технологические наработки и модифицировали их под российские условия. Какие-то эксклюзивные секреты выстраивания бизнеса я вам раскрывать не буду, поскольку просто не готов выпускать методические пособия для конкурентов. Ведь в нашей стране ситуация на рынке меняется постоянно: год работы в России – это как десять лет на Западе.

Home Credit Group довольно долго исследовала российский рынок и его специфику. Изучались и макроэкономическая ситуация, и нюансы законодательства, и различные системные риски. Были выведены среднесрочные перспективы развития рынка до 2008 года. Всего же на подготовку запуска «Хоум Кредит» было потрачено около двух лет.

Такой серьезный рост мы показали еще и потому, что раньше других игроков, в частности «Русского стандарта», пошли в регионы. Мы занимались региональной экспансией весь прошлый год. Естественно, она потребовала колоссальных инвестиций, но это были вложения в наш будущий рост.

СФ: Ранее появлялась информация, что «Хоум Кредит» намерен «подвинуть» лидера банковской розницы – Сбербанк. Однако недавно вы заявили, что не собираетесь расширять линейку банковских услуг. Почему?
АЛ: На самом деле, приписывание нам таких планов – чистейшей воды вымысел. Это же просто смешно. Посудите сами, что такое «Хоум Кредит» в сравнении со Сбербанком? Сбербанк – это гигантская структура с многолетней историей, и я даже представить себе не могу, сколько лет может потребоваться для того, чтобы его куда-то подвинуть. Нужно же реально смотреть на вещи. Так что такой задачи мы никогда не ставили. Нашим стремлением всегда было стать одним из лидеров рынка. Но только одним из них.

Андрей Лыков родился в 1967 году. В 1990 году окончил Московский институт народного хозяйства имени Плеханова. Еще до окончания вуза, в 1989 году, Лыков пришел в банк «Столичный». В начале карьеры ему пришлось попробовать себя даже в роли кассира. Впоследствии занимал должности начальника отдела, затем директора по внешнеэкономической деятельности. В 1994 году Лыков стал вице-президентом банка. В 1995 году перешел в другой проект известного российского банкира Александра Смоленского – банк «СБС-Агро», где стал первым заместителем председателя правления. А в 1999 году Лыков начал запуск нового бизнеса Смоленского – российской платежной системы STBCard – на посту председателя совета директоров. В 2000 году ушел из банковской империи Смоленского. В апреле 2003-го Лыков занял пост председателя правления «Хоум Кредит энд Финанс Банка».

СФ: Вас так заботит сохранение на рынке конкурентной среды?
АЛ: Естественно. Ведь чем больше будет представлено игроков, тем выгоднее населению. А чем лучше условия для потребителей, тем быстрее будет развиваться весь рынок. Безусловно, каждая компания в любом бизнесе хотела бы быть первым и единственным игроком на рынке. Но ведь в реальной жизни так не бывает. К примеру, на рынке потребкредитования Чехии на 10 млн жителей работают около 15 компаний, и они все находят свое место. Россия намного больше Чехии, поэтому здесь возможности для ведения и развития бизнеса безграничны. А конкурентная среда чрезвычайно стимулирует развитие компаний. Бизнес – это постоянное соревнование. А потребкредитование в России к тому же переживает бурный рост. В ближайшее время сюда выйдет много крупнейших международных игроков: General Electric Consumer Finance, уже купившая Дельта-банк, Household, Cetelem с «Русским стандартом», Citibank. Но я уверен, что места хватит всем: страна у нас очень большая. Хотя, безусловно, никогда нельзя расслабляться. Потребкредитование – это технологически очень сложный механизм с крайне непростыми процессами логистики, обеспечения контроля, разворачивания компьютерных систем. И всегда есть риск хоть в чем-то, но отстать от конкурентов. Для нас на сегодня неким главным ориентиром является «Русский стандарт», поскольку мы работаем с ним в одной нише, но у него объемы больше, чем у нас. Мы, разумеется, стремимся со временем обогнать и его.

СФ: Однако эксперты полагают, что выход таких гигантских структур с мощными финансовыми ресурсами, как та же GE, приведет к глобальному переделу рынка потребкредитования. Вас такие перспективы не пугают?
АЛ: Но ведь деньги далеко не все в этой жизни. Глупо полагать, что можно просто купить какие-то технологии кредитования, пусть даже и за большие деньги, воткнуть систему в розетку и начать немедленно зарабатывать. Для этого потребуются годы. У нас же имеется определенный временной запас в два-три года перед всеми новыми игроками. Кстати, примерно такое же преимущество перед нами имеет «Русский стандарт».

СФ: А ваши акционеры не кусают сейчас себе локти из-за того, что так долго готовили почву для прихода в Россию?
АЛ: Нет, не кусают. Ведь «Русский стандарт» вообще появился на рынке в 1999 году, вскоре после августовского кризиса. А вы хорошо помните это время? Тогда же вообще никто из иностранцев даже и не думал об инвестициях в Россию. Тем более, из числа банкиров. Поэтому, на мой взгляд, время для запуска «Хоум Кредит» было выбрано абсолютно правильно.

«Время от времени случаются махинации среди клиентов»
СФ: Ваш банк активно занимается привлечением финансов. В начале октября он воспользовался облигационной программой ING Bank, а в конце того же месяца разместил рублевый заем. На что вы направите эти средства?
АЛ: Прежде всего, на развитие бизнеса – выдачу большего количества кредитов. У нас сегодня открыто 25 региональных представительств, которые работают в 850 городах. И мы планируем идти в новые регионы. Цель банка «Хоум Кредит» – работать везде, где только может быть представлена его целевая аудитория. Поэтому в каждом российском регионе мы тщательно зондируем почву на предмет ее соответствия нашим бизнес-задачам. Причем мы не работаем со средним классом – это не наш клиент. Потребители услуг «Хоум Кредита» – люди с доходом ниже среднего уровня. Выбор в пользу именно этой аудитории был вызван опять-таки опытом работы в других странах.

СФ: Это наиболее перспективная аудитория для развития бизнеса?
АЛ: Дело в том, что человек со средним уровнем дохода может себе позволить просто купить те товары, которые мы обычно кредитуем: телевизоры, холодильники, стиральные машины. Средний класс, как правило, пользуется кредитами для совсем других приобретений: квартир, машин. А наши клиенты как раз нацелены взять кредит под покупку бытовой техники, и таких людей сейчас абсолютное большинство. Такой массовостью нас и привлекает эта аудитория.

СФ: Вы не собираетесь расширять спектр кредитования и выдавать деньги в том числе и на покупку квартир и автомобилей?
АЛ: В ближайшие три года это не входит в наши планы.

СФ: А в банковскую розницу выходить не планируете?
АЛ: Тоже нет. И дело не в том, интересно нам это или нет. Просто компании обычно добиваются успеха в том, на чем они специализируются. Каждый должен профессионально заниматься своим делом – концентрироваться на нем. Мы знаем и умеем работать с потребкредитованием и не пытаемся заниматься другими направлениями банковского бизнеса. Открытие розничных офисов потребует немалых дополнительных инвестиций. К тому же, в отношении подобного бизнеса имеются определенные ограничения ЦБ в плане обеспечения безопасности, организации работы кассовых помещений и т. д.

СФ: Направляет ли инвестиции на развитие «Хоум Кредит» ваша «материнская» компания или ее владелец – международная группа компаний PPF?
АЛ: Безусловно, эти инвестиции поступают. Хотя я бы не хотел называть какие-то конкретные цифры. Могу сказать лишь, что в ближайшее время мы планируем с их помощью заметно увеличить свой уставный капитал.

СФ: Вы активно сотрудничаете не только с крупными ритейлерами, но и с региональными сетями и даже самыми небольшими магазинами. Как вы управляетесь с такой разветвленной системой?
АЛ: Специфика российского розничного рынка техники состоит в том, что на нем действуют пять крупнейших компаний федерального масштаба – «Эльдорадо», «Техносила», «М.Видео», «Мир» и «Партия». А на местном уровне существует множество локальных сетей и одиночных магазинов. Когда мы выходили в Россию, то начинали как раз с сотрудничества с мелкими магазинами. Мы умеем с ними взаимодействовать: все процессы и методы управления давно отработаны в Чехии и Словакии, где работает огромное количество мелких магазинчиков. Понятно, что время от времени случаются и сбои в системе, и махинации среди клиентов, но от этого никуда не денешься. А чтобы снижать риски, у нас существуют многоуровневые службы контроля.

«„Бейсбольную команду” к нечестным клиентам мы не отправляем»
СФ: Какие цели вы преследуете, запустив не так давно проект по выдаче пластиковых карточек своим клиентам?
АЛ: Подобные наработки приняты в общемировой кредитной практике. Для начала мы запустили так называемую ID-карту. Всем клиентам, которые уже брали у нас кредит и погасили его, была отправлена по почте такая карточка. С ней человек может прийти в любой сотрудничающий с «Хоум Кредит» магазин и сразу же приобрести товар без процедуры оформления кредита. Ему нужно будет только удостоверить свою личность как владельца карты и подписать документы. А в декабре мы готовимся выпустить и классическую кредитную карту международной системы Master Card, по которой люди смогут расплачиваться в ресторанах, магазинах и снимать деньги в банкоматах.

СФ: То есть вы будете работать так же, как и другие розничные банки?
АЛ: Мы не собираемся выдавать карты кому угодно. Этот продукт будет опять-таки предложен только тем людям, кто уже брал и успел вернуть нам кредит. Но мы не рассматриваем карты как еще один способ привязать к себе людей. Мы скорее пытаемся несколько упростить жизнь нашим клиентам с хорошей кредитной историей и расширить их финансовые возможности: они смогут не только взять кредит под конкретную покупку, но и тратить деньги по своему усмотрению.

СФ: Система выдачи кредитов в торговых точках чревата серьезным риском по их невозвращению. Насколько актуальна эта проблема для вашего банка?
АЛ: Подобный риск существует всегда. Банк может выдать кредит гигантской корпорации, и нельзя исключать вероятность того, что она его не вернет. Безусловно, выживают только те банки, которые умеют профессионально управлять своими рисками. Мы не раскрываем информацию об уровне своих потерь. Скажу лишь, что этот показатель не превышает планку, заложенную еще при запуске бизнеса.

СФ: А как вы управляете своими рисками по невозврату кредитов?
АЛ: Для этого существуют специальные службы, которые работают с клиентами и занимаются взысканиями кредитов – досудебными, судебными или внесудебными. Когда клиент хронически не реагирует на наши просьбы, звонки и уведомления и не возвращает деньги, нам не остается ничего, кроме как подать на него в суд. А после получения судебного решения мы вместе со службой приставов взыскиваем товар. Все в рамках закона. «Бейсбольную команду» к нечестным клиентам мы не отправляем – это не наш метод.

«Для нас каждый новый клиент – „темная лошадка”»
СФ: Как вы проверяете своих клиентов – только по собственной базе данных или наводите справки в других банках?
АЛ: Мы работаем только со своей базой данных. Другие источники информации, в особенности нелегальные, мы не используем.

СФ: Тем не менее, скоро они у вас могут появиться, причем вполне легальные. В Россию уже пришли два западных бюро кредитных историй – Experian и TransUnion, которые приступят к работе после принятия соответствующего законопроекта.
АЛ: Это безусловно полезные для развития потребительского кредитования инициативы. Притом вслед за кредитованием «потянутся» и многие другие отрасли. Ведь если будут созданы кредитные бюро и базы данных по клиентам, риски банков будут застрахованы, в результате они потеряют меньше денег и, как следствие, опустят кредитные ставки. Российские банки часто обвиняют в том, что они держат очень высокие проценты. Но это происходит не потому, что мы стремимся получать сверхприбыль – у нас просто очень серьезные риски. Четкой кредитной истории на сегодня нет ни у одного гражданина России. Для нас каждый новый клиент – «темная лошадка». Мы понятия не имеем, как он может себя повести уже через полгода. Так что высокие размеры комиссий и кредитных ставок – это плата за риск. Порядочные клиенты вынуждены платить за непорядочных. А что делать?

Насколько же эффективной может оказаться система кредитных бюро в нашей стране, пока совершенно неясно. На мой взгляд, совершенно некорректно давать какие-либо прогнозы и оценки, когда у системы нет даже минимального опыта работы на рынке. Пока очевидно только то, что создание единого бюро, которое бы работало сразу в нескольких часовых поясах и предоставляло информацию в режиме реального времени, потребует колоссальных инвестиций. Притом дефицита свободных средств в стране явно не наблюдается.

Наша группа сотрудничает с кредитными бюро в Чехии и Словакии. В этих странах подобные бюро являются частными. И их услугами пользуются не только банки, но и телефонные операторы, и вообще все те компании, которые работают с населением. Насколько я понимаю, нынешний вариант российского законопроекта не ограничивает создание кредитных бюро частными структурами. Возможно, это сработает.

СФ: А ваш банк готов поделиться данными о своих клиентах с тем или иным кредитным бюро?
АЛ: Я не могу вам ответить на этот вопрос. Просто потому, что разрешение на передачу этих данных сначала нужно спросить у самих клиентов. Ведь взаимоотношения между банком и клиентом, как правило, очень интимные. К примеру, если мне как частному лицу банк предложит кредит при условии передать информацию обо мне в некое бюро, я откажусь от его услуг. Я не хочу, чтобы информация обо мне гуляла где-то на рынке.

СФ: А вы не думаете, что людей, солидарных с вами, в нашей стране огромное количество?
АЛ: Я знаю это наверняка.

СФ: Но ведь в таком случае система кредитных бюро может никогда не заработать.
АЛ: Именно поэтому нужно очень профессионально и кропотливо работать над ее созданием. Однако как именно она будет выглядеть, я не знаю – я же не работаю в российском парламенте. Пока оттуда выходят только декларации. И очевидно, что процесс создания и налаживания системы кредитных бюро в нашей стране продлится еще долгие годы.

«Империи, созданные по велению одного человека, быстро разрушаются»
СФ: Вы довольно долго работали в структурах банковской группы «СБС-Агро». Однако в 2000 году вы ушли из этого бизнеса. Почему?
АЛ: Я бы не хотел комментировать эту тему. Это было мое личное решение.

СФ: После ухода из «СБС-Агро» вы около трех лет искали работу. Почему так долго? Вам сослужила плохую службу довольно скандальная репутация вашего прежнего работодателя – бывшего владельца этого банка Александра Смоленского?
АЛ: Когда я ушел из «СБС-Агро», банки еще в полной мере не оправились от августовского кризиса, и было совершенно непонятно, что ждет российский финансовый сектор. Кроме того, предложения о работе, которые я тогда получал, были мне неинтересны. А я по складу характера не тот человек, который прыгает с одного места на другое. Поэтому я очень щепетильно подходил к выбору новой работы. Скандальная репутация кого бы то ни было тут совершенно ни при чем.

СФ: Вы сразу же откликнулись на предложение возглавить «Хоум Кредит», ведь до этого вы не занимались потребкредитованием?
АЛ: Переговоры длились около восьми месяцев. Человеческий фактор имеет огромное значение в любом деле. Поэтому все это время я присматривался к Home Credit Group, а ее акционеры – ко мне. Ведь они шли на серьезный риск, вкладывая деньги в российский бизнес. Но меня никогда не пугал тот факт, что я до тех пор никогда не занимался потребкредитованием. Учиться чему-то новому никогда не поздно. Хотя я – по определению банкир и так или иначе знаком со всеми аспектами этого бизнеса.

СФ: В период вашей работы в «СБС-Агро» вы довольно быстро сумели запустить платежную систему STB Card. Банк «Хоум Кредит» стал одним из лидеров рынка менее чем за год. У вас есть какая-то технология достижения столь быстрых результатов?
АЛ: Наверное, я просто умею выстраивать отношения с людьми. Нужно уметь их убеждать. В таких больших компаниях, как «Хоум Кредит», очень важно создать благоприятную моральную атмосферу. Ведь общий успех в бизнесе достигается каждым из сотрудников компании. Империи, созданные по велению одного человека, как правило, быстро разрушаются.