Культуросозидающая роль владений графов Воронцовых в контексте региональной культуры

Е. В. БАРСУКОВА КУЛЬТУРОСОЗИДАЮЩАЯ РОЛЬ

ВЛАДЕНИЙ ГРАФОВ ВОРОНЦОВЫХ В КОНТЕКСТЕ РЕГИОНАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ

Ключевые слова: культура, дворянство, храмы, театр, дома и усадьбы, имения, земельные владения

Key words: culture, nobility, temples, theatre, houses and estates, manors, land domain

В статье рассматривается роль земельных владений и имений нескольких поколений родов Воронцовых и Воронцовых-Дашковых, в которых имелись часовни, церкви, господские дома, огромные библиотеки, театры, портретные галереи, оранжереи, сады.

The paper considers the role of lands and estates of several generations of the Vorontsov and Vorontsov-Dashkov family, where they had chapels, churches, manor houses, large libraries, theatres, portrait galleries, greenhouses and gardens.

Исследование культурообразующей роли владений и усадьб диктуется ситуацией в духовной сфере общества и отдельного человека. Поскольку к культуре относятся лишь образцы, на основе которых организуется деятельность в обществе и накапливается передаваемый от поколения к поколению опыт, то представляется актуальным рассмотреть культурообразующую роль владений на примере вотчинных хозяйств древнего рода Воронцовых. Нами были использованы работы биографического характера, касающиеся жизни и деятельности отдельных представителей рода Воронцовых и мемуары1. Самым главным источником изучения стали материалы «Архива князя Воронцова»2, которые имеют историко-культурное значение и представляют ценность для исследования социальной и культурно-бытовой истории XVIII — начала XIX в.

В ряду деятелей эпохи Елизаветы Петровны, Петра III, Екатерины II, Павла I, Александра I и Николая I семейная группа Воронцовых отмечена родовой чертой преемственности дарований и заслуг перед Россией. Ее представители

БАРСУКОВА Елена Викторовна, доцент кафедры английского языка для профессиональной коммуникации Национального исследовательского Мордовского государственного университета, кандидат культурологии.

занимали в XVIII—XIX вв. высокие государственные посты и были крупными помещиками. Результатом их деятельности стало собрание «несметного количества рукописей, оставшихся от государственной деятельности, которая продолжалась в течение 1,5 столетия»3. Этот род дал России президента Российской Академии княгиню Екатерину Романовну Дашкову (Воронцову), дипломата Семена Романовича, президента Коммерц-коллегии Александра Романовича, военного деятеля Михаила Семеновича и коннозаводчика Иллариона Ивановича Воронцова-Дашкова.

В XVIII — начале XX в. роду графов и князей Воронцовых и Воронцовых-Дашковых принадлежали огромные земельные владения, расположенные в 16 губерниях России: Московской, Тверской, Калужской, Владимирской, Костромской, Ярославской, Вологодской, Петербургской, Новгородской, Саратовской, Симбирской, Пензенской, Тамбовской, Воронежской, в Карелии, на Ставрополье, Малороссии, в Крыму и Финляндии. Эти владения состояли из родовых вотчин, купленных или пожалованных государями земель, а также из владений, доставшихся в качестве приданого женам.

Так, Михаилу Ларионовичу, который стал первым графом в роду Воронцовых, принадлежал огромный дворец в Петербурге на Садовой, построенный в 1749—1757 гг. В. В. Растрелли. Огромное П-образное здание с парадным двором, двухэтажными флигелями и великолепной центральной трехэтажной частью до сих пор является прекрасным памятником петербургского барокко. Сразу за дворцом начинался регулярный сад с бассейнами и фонтанами. В этом доме воспитывалась племянница графа, будущая княгиня Е. Р. Дашкова, а также бывало много известных людей, включая иностранцев.

Его брат Роман Ларионович владел в Москве на Знаменке большой усадьбой, расположенной недалеко от Крестовозд-виженского монастыря, места захоронения его родителей. Двухэтажный господский дом на Знаменке имел парадную анфиладу второго этажа и богатый декор. Воронцовский дом считался одним из привлекательнейших московских домов своего времени. Кроме своей архитектуры, здание вошло в историю тем, что здесь располагался знаменитый «Знаменский театр» Воронцова.

Наследственные владения графа Ивана Ларионовича Воронцова достались ему от отца, воеводы Ростова Великого Лариона Гавриловича. Господский дом с парком, прудами и островками на них, оранжереями, великолепными березовыми аллеями вдоль подъездных дорог и другими атрибутами усадьбы того времени находился в с. Богородском. За год до своей смерти, в 1749 г., Ларион Гаврилович проживал в этом населенном пункте. Таким образом, Богородское оказывается древнейшей из всех вотчин Воронцовых. Своему названию «Богородское» село было обязано церкви, главный престол которой был освящен в честь Владимирской иконы Богородицы. В соседнем с. Каликине Иван Ларионович построил двухэтажный каменный храм. В письме к архиерею он сообщал: «А во оном селе по желанию моему и данному от вашего Преосвященства Указу каменная церковь о двух этажах строится, нижняя — престол Святителя Дмитрия Ростовского Чудотворца, а верхняя — Илии пророка, которые через год совсем и покончены могут»4. Святитель Дмитрий Ростовский считался покровителем рода Воронцовых, его иконы хранились в их усадьбах.

От отца Иваном Ларионовичем унаследовано с. Ворон-цовка Тамбовской губернии. В усадьбе имелся двухэтажный каменный дом с великолепной портретной галереей, прекрасный парк с каскадом прудов, спускавшихся к р. Цне, флигели, оранжереи, церковь в честь Казанской иконы Богородицы. В настоящее время от усадьбы сохранился только парк. Часть знаменитого воронцовского собрания портретов хранится в Тамбовской областной картинной галерее. В Во-ронцовке действует небольшой музей истории села.

Усадьба графа И. Л. Воронцова Вороново с конца XVI в. принадлежала роду Волынских. В начале XVIII в. Вороново унаследовал А. П. Волынский, после смерти которого усадьба как приданое дочери перешла к И. Л. Воронцову.

При И. Л. Воронцове в Воронове по проекту архитектора К. И. Бланка были возведены каменная церковь в честь образа Спаса Нерукотворного и знаменитый памятник позднего барокко — голландский домик. Главный усадебный дом в Воронове был построен по проекту архитектора Н. А. Львова. Его же стараниями была создана прекрасная композиция усадьбы, включающая в себя обширный парк с аллеями и террасами, спускающимися к большому пруду.

В усадьбе Батыево Костромской губернии (ныне Ивановская область) в 1766 г. на средства графа И. Л. Воронцова была построена одна из двух каменных церквей в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы. В 1768—1769 гг. в Киёве (г. Лобня) на замену прежней церкви в честь образа Спаса Нерукотворного был построен новый двухэтажный каменный храм с тем же посвящением. Автором проекта здания является архитектор К. И. Бланк, а само здание церкви сходно с уже упоминавшимся храмом в с. Калики-не. В наибольшей степени жизнь Александра Романовича и многих других Воронцовых была тесно связана с их самой известной родовой вотчиной — усадьбой Андреевское, которое представляло собой пример мира русской дворянской усадьбы XVIII в. Андреевское, став однажды воронцовским, оставалось во владении рода до самой национализации, т. е. в течение 1,5 столетия.

Своему появлению название «Андреевское» было обязано древнему вотчиннику окрестных земель, стольнику А. Ф. Нарышкину. В числе принадлежавших ему деревень Матренинской волости была деревушка Бузино. В начале XVIII в. А. Ф. Нарышкин возвел в ней церковь в честь своего небесного покровителя апостола Андрея Первозванного. Разрешение на строительство было подтверждено грамотой патриаршего местоблюстителя митрополита С. Яворского. Освящение храма состоялось в 1703 г.

Спустя полвека эти земли в качестве приданого супруги перешли в собственность Романа Ларионовича. Рядом с Бузином он возвел небольшой двухэтажный каменный дом и стал устраивать вокруг него свою усадьбу. При усадьбе он возвел в 1772 г. каменный храм. Новый пятикупольный храм с колокольней оказался одним из первых каменных храмов в губернской провинции. Его освятили в 1799 г., добавив к главному престолу дополнительный — в честь Святых благоверных князей Бориса и Глеба. Храм был построен симметрично господскому дому и стал одной из главных частей усадебного комплекса.

Уйдя в отставку в 1793 г., Александр Романович уединился в усадьбе Матренино — соседнем с Андреевском селе. Здесь А. Р. Воронцов по проекту архитектора Н. А. Львова заложил двухэтажный каменный храм в честь Воскресения Христова. За годы жизни в Андреевском граф преобразил

внутренние помещения господского дома, который получил при нем представительность дворцовой резиденции. По словам современника, «прекрасный, обширный, убранный по древнему вкусу замок его напоминал владения германских владетельных принцев на Рейне. Тут было все: сады, рощи, парки, портретная галерея великих мужей России, театр, библиотека и проч.»5.

Как и в большинстве крупных дворянских усадеб, в Андреевском имелись свои достопримечательности. Во время проживания здесь графа ими были театр, портретная галерея, библиотека, оранжерея и парк.

Театр в Андреевском возник почти одновременно с появлением в России первых частных театров. Этому процессу способствовали поездки дворян за границу, которые пересаживали европейскую культуру на русскую почву. В 1780—1790-е гг. в Москве существовало около полусотни крепостных театров. Наиболее знаменитыми среди них были театры С. С. Апраксина и князя Белосельского-Белозерского на Знаменке, Г. И. Бибикова на Пречистенке, И. Я. Блудова на Покровской. Под театр Локателли сдавал свой дом отец Александра Романовича граф Роман Ларионович.

«Изюминкой» Андреевского была его портретная зала. Собиранием картин А. Р. Воронцов увлекся еще при своей первой поездке по Европе в 1760-х гг. Всего в Андреевском находилось около 400 портретов, изображавших преимущественно лиц XVIII в. Часть портретов была «копийной» работой крепостных мастеров, а часть холстов имела большую художественную ценность. К таковым относились фамильные портреты Воронцовых, написанные кистью Д. Г. Левицкого, А. Антропова или учеников его школы. Многие из портретов Андреевского в настоящее время находятся в фондах Владимиро-Суздальского музея-заповедника или выставлены в экспозиции того же музея во Владимире.

Выйдя в отставку, Александр Романович перевез в Андреевское свои многочисленные книги, которые он собирал всю жизнь. В чтение он был влюблен с юношества, о чем свидетельствует «Архив»: «Мой отец выписал для нас из Голландии хорошо составленную библиотеку, в которой находились лучшие французские авторы и поэты, а также книги исторического содержания, так что, когда мне было 12 лет, я уже был хорошо знаком с произведениями

Вольтера, Расина, Корнеля, Буало и других французских писателей»6. Для библиотеки и архива в Андреевском было отведено особое крыло здания. Здесь хранилось несколько тысяч книг, рукописей и писем. Обилие и разнообразие книг говорят о широте духовных интересов их обладателей. Преобразующая роль книги в культуре России XVIII—XIX вв. была неоспоримой. С книгой осваивались науки, с ней открывались для себя другие языки.

Великолепная оранжерея («парники») графа А. Р. Воронцова в Андреевском была хорошо известна во Владимире и в Москве, куда отправлялись излишки овощей и фруктов. Для Е. Р. Дашковой после ее любимого Троицкого родовое Андреевское было самым желанным уголком. Судя по переписке, между Андреевским и Троицким шел постоянный обмен растениями для парков и садов. Княгиня Дашкова, считавшая себя «садовником» (по склонности) и «фермером» (по необходимости), разбиралась в искусстве создания парков. Ее сад в Троицком был замечательным провинциальным парком с романтическим оттенком. Княгиня занималась посадкой деревьев.

Дом в Троицком был очень большим. По воспоминаниям К. Уильмот, «если подъехать к дому сзади, взгляду открывается несколько зданий, окружающих площадь, в центре которой высится церковь. Они создают единый ансамбль с домом княгини, и можно решить, что это маленький городок. Тут и театр, и школа верховой езды, больница, конюшня, дом для гостей, дома для слуг, стойло и пр.»7. После смерти княгини Троицкое быстро пришло в упадок.

В настоящее время в Троицком сохранились остатки фундаментов господского дома и усадебного парка с обелиском, восстановлена усадебная церковь в честь Святой Животворящей Троицы, построенная усилиями Е. Р. Дашковой в 1767 г. В соседнем с Троицким — г. Кременки Калужской области — существует школьный музей, посвященный Троицкому и его устроительнице, а сама школа носит имя Е. Р. Дашковой.

В 1766 г. Е. Р. Дашкова приобрела в Москве на Никитской улице участок земли. Автором проекта дома был В. И. Баженов. С 1871 г. в этом доме расположилась Московская консерватория, находящаяся здесь и теперь.

Будучи одаренной устроительницей усадебного быта, княгиня Дашкова занималась благосостоянием своих крестьян. За 40 лет ее правления население Троицкого возросло с 840 до 1 550 душ. Будущая княгиня получила сравнительно небольшое приданое. Почти все, что она имела впоследствии, было нажито ее собственными трудами. Ее владения складывались из вотчины князей Дашковых; имения сестер мужа и свекрови; имения, купленные ей самой; имения, подаренные ей Императрицей Екатериной II.

Граф, впоследствии светлейший князь генерал-фельдмаршал Михаил Семенович Воронцов, четверть века провел в войнах, другую четверть отдал гражданской службе. С 1823 г. М. С. Воронцов был новороссийским генерал-губернатором и наместником Бессарабии. В его подчинении оказались Херсонская, Екатеринославская, Таврическая губернии и Бессарабия, а местом пребывания была выбрана Одесса, которая к его приезду представляла собой большой интернациональный город, где проживали русские, поляки, евреи, греки, итальянцы, румыны. С 1810 г. в Одессе существовал оперный театр. Итальянская опера была на пике своего развития во времена генерал-губернаторства графа. В 1829 г. М. С. Воронцов получил высочайшее разрешение на открытие Одесской публичной библиотеки, а в 1844 г. подарил ей 368 томов редких сочинений.

В особую заслугу Михаилу Семеновичу следует поставить развитие образования и культуры южных губерний России и веротерпимость. Граф Воронцов принял непосредственное участие в открытии в Одессе новых учебных заведений: Училища восточных языков (1828 г.), училища для глухонемых (1848 г.). При его покровительстве в Керчи и Одессе были созданы музеи древности.

Именно при графе Воронцове на юге России началось строительство жизненно важных путей сообщений и широкое развитие виноградарства и овцеводства. Им была начата постройка мола в Ялте, а к 1837 г. был построен и порт. Ялта стала портовым городом8. С постройкой ялтинского порта открывался водный путь в Одессу. Он один из первых завел винодельческое хозяйство в Крыму — в Массандре, Алупке и Ай-Даниле. Массандра и Ай-Даниль уже к концу 40-х гг. стала центром всего южнобережного виноделия. По словам Ф. Ф. Вигеля, «отрасль сию насадил, возрастил и

довел до возможного совершенства Воронцов... До него не слыхивали о крымском вине, ныне во всех губерниях до самой Москвы оно вошло во всеобщее употребление»9. Виноградное хозяйство давало Воронцову доход 50 тыс. руб.10 На крымских землях М. С. Воронцов организовал садовое хозяйство и рыбные ловли. Крым «ожил».

Несмотря на то что в Одессе для Воронцова был построен великолепный губернаторский дворец, он выбрал себе место летнего пребывания на Южном побережье Крыма в 16 верстах к западу от Ялты — маленькую татарскую деревушку, расположенную среди разбросанных по всей территории обломков скал, Алупку, ставшую одним из красивейших и привлекательнейших мест Крыма.

В течение двадцати лет (с 1825 по 1844 г.) Михаилу Семеновичу удалось скупить около 130 дес. земли в самой Алупке и ее окрестностях. На этой земле был возведен скромный временный дом, в котором в 1825 г. останавливался Император Александр I. Этот дом сгорел в декабре 1941 г.

Впоследствии граф Воронцов создал в Алупке великолепную крымскую усадьбу. Ее центром стал красивый дворец из диабаза, построенный по проекту английского архитектора Э. Блора. Дворец был воплощением художественной полноты, благородства и оригинальности стиля. Для огромного собрания книг был выстроен специальный библиотечный корпус. Михаил Семенович с почтением относился к сохранению памяти о своих предках. В его библиотеке хранился богатейший семейный архив, который останется «вечным памятником государственной мысли и не показного, а действительного усердия к здравому Русскому просвещению»11.

По декрету В. И. Ленина относительно использования Крыма для лечения трудящихся в 1920 г. воронцовское имение в Алупке было национализировано и перешло в ведение Всероссийского объединения курортов.

Последний российский граф Илларион Иванович Воронцов-Дашков был наследником почти всех воронцовских владений и личным другом Императора Александра III, за 60 лет своей служебной карьеры он занимал много важнейших военных и гражданских должностей. Благодаря своему увлечению разведением лошадей он был президентом и вице-президентом Императорских рысистого и скакового обществ, известным деятелем и управляющим Государственным конно-

заводством. В 1859 г. он основал в своем тамбовском имении Ново-Томникове конный завод для разведения рысистых орловских лошадей. С 1890 г. на заводе Воронцова-Дашкова появились чистокровные верховые жеребцы и американские рысаки. Орловско-американские лошади, полученные от них, стали родоначальниками выведения русской рысистой породы. Питомцы завода отмечались золотыми медалями Всероссийской сельскохозяйственной выставки. Завод с его постройками сохранился до наших дней.

Ново-Томниково, расположенное в Шацком уезде на р. Цне (Тамбовская область), перешло к Иллариону Ивановичу от отца. Здесь располагались два больших двухэтажных господских дома, огромный великолепный парк, кухня, дом для прислуги, службы, конюшни и другие постройки конезавода, ипподром. Стараниями графа в усадьбе появились признаки «цивилизации»: водяное отопление, электричество, канализация, лифт. Его трудами при усадьбе по проекту архитектора Н. В. Султанова был выстроен шатровый храм в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. В этой же церкви хранится памятное напрестольное Евангелие.

В настоящее время в Ново-Томникове сохранились почти все атрибуты усадьбы. Господские дома служат помещением и школой для детского санатория. Продолжает действовать Ново-Томниковский конезавод.

Представители рода Воронцовых были выдающимися просветителями, культурными хозяевами, умели работать и каждый на своем месте и в своем имении внес значительный вклад в развитие провинциальной культуры. Прежде всего это относится к возведению храмов. При каждой усадьбе возводилась церковь в честь икон Богородицы, Спаса Нерукотворного, апостолов, святителей. Ни одна вотчина не оставалась заброшенной. Значение же храмов на Руси XVIII—XIX вв. трудно переоценить. Со дня основания владения Воронцовых сразу становились культурными центрами целой округи. Любовь к театру, увлечение историей, античной и новейшей литературой Воронцовы сочетали с непрерывной просветительской деятельностью.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См.: Рябинин Д.Д. Граф Семен Романович Воронцов // Русский Архив. 1879. Т. 1—4; Дашкова Е.Р. Записки. М.: Изд-во МГУ, 1987. 496 с.;

Алексеев В.Н. Графы Воронцовы и Воронцовы-Дашковы в истории России. М.: ЗАО «Центрполиграф», 2002. 477 с.

2 См.: Архив князя Воронцова. М., 1870—1895. Т. 1—40.

3 Архив князя Воронцова. Т. 24 (предисл.).

4 Цит. по: Алексеев В.Н. Графы Воронцовы и Воронцовы-Дашковы в истории России. С. 71.

5 ОДРА. Ф. Воронцовых. Оп. 36. Док. 988. Л. 19. Описание с. Андреевского, сделанное А. Кондаковым.

6 Архив князя Воронцова. Т. 5. С. 12.

7 Дашкова Е.Р. Записки. М.: Изд-во МГУ, 1987. С. 341.

8 Архив князя Воронцова. Т. 37. С. 99.

9 Вигель Ф.Ф. Записки. М., 1865. Т. 7. С. 222.

10 Архив князя Воронцова. Т. 38. С. 334.

11 Архив князя Воронцова. Т. 26 (предисл.).

Поступила 10.12.2013.

REFERENCES

1 Sm.: Rjabinin D.D. Graf Semen Romanovich Voroncov // Russkij Arhiv. 1879. T. 1—4; Dashkova E.R. Zapiski. M.: Izd-vo MGU, 1987. 496 s.; Alekseev V.N. Grafy Voroncovy i Voroncovy-Dashkovy v istorii Rossii. M.: ZAO Centrpoligraf, 2002. 477 s.

2 Sm.: Arhiv knjazja Voroncova. M., 1870—1895. T. 1—40.

3 Arhiv knjazja Voroncova. T. 24 (predisl.).

4 Cit. po: Alekseev V.N. Grafy Voroncovy i Voroncovy-Dashkovy v istorii Rossii. S. 71.

5 ODRA. F. Voroncovyh. Op. 36. Dok. 988. L. 19. Opisanie s. Andreevskogo, sdelannoe A. Kondakovym.

6 Arhiv knjazja Voroncova. T. 5. S. 12.

7 Dashkova E.R. Zapiski. M.: Izd-vo MGU, 1987. S. 341.

8 Arhiv knjazja Voroncova. T. 37. S. 99.

9 Vigel' F.F. Zapiski. M., 1865. T. 7. S. 222.

10 Arhiv knjazja Voroncova. T. 38. S. 334.

11 Arhiv knjazja Voroncova. T. 26 (predisl.).

E. V. Barsukova. Culture-Creating Role of the Counts Vorontsovs' Estates in the Context of Regional Culture

The Vorontsov and Vorontsov-Dashkov family of counts and princes gave Russia the President of the Russian Academy Princess Ekaterina Romanovna Dashkova (Vorontsova), diplomat Semyon Romanovich, President of the Collegium of Commerce Alexander Romanovich, military leader Mikhail Semyonovich and an owner of a stud farm Illarion Ivanovich Vorontsov-Dashkov. In the 18th — early 20th century they owned extensive estates located in many regions of Russia: in Moscow, Tver, Kaluga, Vladimir,

Saratov, Simbirsk, Penza, Stavropol, Ukraine, Crimea, etc. These estates consisted of ancestral domains, lands donated by the sovereigns, and also of the lands inherited as wives' dowries. Combining bright personalities, moral and psychological unity within the family manorial estates, carrying out huge administrative and organizational work in different spheres of public life, care of their ancestral lands was characteristic of the Vorontsovs, they protected them as historical memorials, and they tried to retain the estates in the possession of their family. As a consequence, the estates eventually gained manor houses, churches, family portrait galleries, greenhouses and parks, gardens, cemeteries, theatres, collections of documents, huge libraries, archives and other zests of the manorial estates.

Concern for preservation of the ancestral domains as a single indivisible whole was seen from generation to generation of the Vorontsov family. To the credit of the heirs, they neither sold, nor mortgaged any of the ancestral domains.

Since the foundation, the estates of the Vorontsovs immediately became the cultural centers of the neighboring regions. Each representative of the family as a cultural master in his place and in his estate made a significant contribution to the development of provincial culture. First of all, this applies to the construction of temples: no ancestral domain remained "lonely", and also to the construction of library buildings and theatres.

BARSUKOVA Elena Viktorovna, Candidate of Culturology, Associate Professor, Department of the English Language for Professional Communication, National Research Ogarev Mordovia State University (Saransk, Russian Federation).