Оценка результатов внешнего воздействия на демографическое развитие постперестроечной России

УДК 314.8

Черешнев Валерий Александрович Valery Chereshnev

Быстрай Геннадий Павлович Gennady Bystray

Васильева Александра Владимировна Aleksandra Vasileva

Лыков Иван Александрович Ivan Lykov

Шилкова Евгения

Владимировна Evgeniya Shilkova

ОЦЕНКА РЕЗУЛЬТАТОВ ВНЕШНЕГО ВОЗДЕЙСТВИЯ НА ДЕМОГРАФИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ПОСТПЕРЕСТРОЕЧНОЙ РОССИИ

ASSESSMENT OF EXTERNAL IMPACT RESULTS ON THE DEMOGRAPHIC DEVELOPMENT OF POST-PERESTROIKA RUSSIA

Рассмотрены современные проблемы демографического развития России и причины их формирования. Выделены две основные гипотезы, объясняющие положительную динамику процессов воспроизводства населения в 2000-е гг.: 1) саморазвитие демографической системы в рамках второго демографического перехода; 2) высокая эффективность мер государственного регулирования.

Contemporary problems of Russian demographic development and their origins are under the authors attention. Two main hypotheses explaining positive dynamics of reproduction population in the 2000s: 1) self-development of demographic system within second demographic transition; 2) high efficiency of state regulation. Basing on the carried-out analysis we conclude that dynamics of birth and mortality rates observed

На основе проведенного анализа сделан вывод, что наблюдаемая в постперестроечный период динамика рождаемости и смертности в большинстве случаев была обусловлена внешним воздействием на демографическую систему России. Численную оценку такого воздействия предложено осуществлять на основе использования модернизированного метода Хёрста, применяя который к данным за дореформенный период были построены прогнозные траектории показателей рождаемости и смертности населения, отражающие развитие процессов воспроизводства населения России в постперестроечный период при условии отсутствия внешнего воздействия на демографическую систему.

Сравнение фактической и прогнозной динамики процессов воспроизводства населения за постперестроечный период позволило сделать вывод, что при отсутствии негативного воздействия социально-экономических преобразований 1990-х гг. на демографическую систему России наступление «русского креста» было бы отложено лишь до 1994 г. При этом период адаптации к негативному внешнему воздействию от смертности значительно дольше, чем от рождаемости. Активизация демографической политики России после 2006 г. положительно повлияла как на рождаемость, так и на смертность, но «человеческие потери» от социально-экономических шо-ков 1990-х гг. не удалось компенсировать до сих пор

Ключевые слова: воспроизводство населения, демографическая система, модернизированный метод Хёрста, прогноз, социально-экономические преобразования, государственное управление

during the post-Perestroika period was mainly caused by external impact on demographic system of Russia. It is offered to carry out a numerical assessment of such influence with the help of modernized Hurst method. Applying it to the pre-reform period data the expected trajectories of birth and mortality rates reflecting development of reproduction processes in Russia during the post-Perestroika period on condition of lack of external impact on demographic system were constructed. Comparing the actual dynamics with expected dynamics of population reproduction for the post-Perestroika period, we conclude that if the negative impact of social and economic transformations of the 1990s on demographic system of Russia had not taken place, «the Russian cross» would have been postponed only until 1994. Thus the adaptation period to negative external impact at mortality is much longer, than at birth rate. Also we conclude that activization of population policy in Russia after 2006 has had a positive effect on both birth and mortality rates, but «human losses» from social and economic shocks of 1990s have not been compensated yet

Key words: reproduction of population, demographic system, modernized Hurst method, forecast, socioeconomic transformations, state regulation

Работа выполнена при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда № 12-02-00000 а «Модельный комплекс диагностики и оптимизации социально-демографического развития региона: социально-экономические и медико-демографические приоритеты»

Современные российские тенденции процессов воспроизводства населения начали формироваться после 1965 г. (рис. 1), когда рождаемость впервые опустилась ниже уровня простого воспроизводства населения, что свидетельствовало о начале второго демографического перехода [8; С. 41]. Изменения в смертности и миграции — двух других переменных, которые формируют численность населения, имеют от-

носительно небольшое значение во время второго перехода.

В 90-е гг. для России стали характерны высокие и непрерывно возрастающие показатели смертности, существенно опережающие коэффициенты рождаемости [19; С. 219]. В результате данных демографических тенденций в 1992 г. произошла смена естественного прироста убылью населения. Сочетание низкой рождаемости и высокой

смертности в постперестроечной России является уникальным явлением, не имеющим аналогов в современном мире. В качестве решающего фактора, спровоцировавшего

демографический кризис, многие российские ученые выделяют спонтанный ход проведения социально-экономических преобразований 1990-х гг.

Саморазвитие демографической системы

Внешнее воздействие на демографическую систему

Рис. 1. Анализ динамики общих коэффициентов рождаемости и смертности

в России за 1960-2013 гг.

По мнению Н. Римашевской, реформы нанесли ущерб демографическому развитию посредством существенного снижения качества условий и уровня жизни, социальных напряжений и нестабильности, непреодолимых трудностей адаптации перехода к рынку [15]. Совокупность патологических процессов, которые в ходе реформ вызвали развитие сверхвысокой и сверхранней смертности лиц трудоспособного возраста, ухудшение состояние здоровья и отрица-

тельный естественный прирост населения, Б. Величковским обозначена как социальный стресс [9]. Неспособность адаптироваться к новым условиям вызвала у многих состояние неуверенности в завтрашнем дне, непонимание стратегии правильного поведения в новых обстоятельствах. А. Шафиркин в своих исследованиях [22] также указывает, что социальный стресс, обусловленный резким снижением качества жизни в большинстве семей, является

первопричиной резкого нарастания смертности населения России, снижения рождаемости и развития острого демографического кризиса. Репродуктивный кризис в России С. Глазьев, С. Кара-Мурза, С. Бат-чиков [10] также объясняют спецификой осуществляемых реформ: «социально-экономический коллапс блокировал для значительной части россиян их стремление к воспроизводству».

Из финансового кризиса августа 1998 г. работодатели снова вышли за счет глубокого обнищания населения, предельно обострившего социальный стресс. Закономерно, что именно после дефолта убыль численности населения России стала составлять почти миллион человек в год [9; С. 144].

Обратное пересечение кривых рождаемости и смертности зафиксировано в 2012 г., сложившееся благодаря росту рождаемости с начала 2000-х гг. и снижению смертности с середины 2000-х гг. Можно выделить две основные гипотезы, объясняющие положительную динамику процессов воспроизводства населения в 2000-е гг.:

1) реализация отложенных рождений и улучшение здоровья населения в результате преодоления социального стресса, спровоцированного экономическим реформированием России в 1990-е гг., в совокупности с благоприятным наложением демографических волн;

2) высокая эффективность предпринятых Правительством РФ мер по преодолению демографического кризиса, центральное место среди которых заняли выплата «материнского капитала» [23] и реализация национального проекта «Здо-ровье»[24].

Проведенный анализ дает основания полагать, что наблюдаемая в постперестроечный период динамика рождаемости и смертности в большинстве случаев была обусловлена внешним воздействием на демографическую систему России (рис. 1). Однако при большом количестве исследований причин демографического кризиса России отсутствуют работы, посвященные численной оценке результатов внешнего

воздействия на демографическую ситуацию в России. Представленное в статье исследование направлено на восполнение данного научного пробела.

Оценку результатов внешнего воздействия на демографическую ситуацию в постперестроечной России предлагается осуществлять на основе модернизированного метода Хёрста [2, 3]. Применение данного метода позволяет достаточно точно производить достроение временного ряда исследуемого показателя воспроизводства населения на период времени в будущем, в течение которого фрактальные свойства демографической системы остаются неизменными.

В качестве фрактальных свойств демографической системы мы выделяем репродуктивные установки и психоэмоциональное состояние населения [1; С. 66], существенное изменение которых в результате стихийного реформирования России привело к демографическому кризису. Следовательно, построение прогноза показателей рождаемости и смертности населения с помощью модернизированного метода Хёрста по временному ряду за дореформенный период позволит смоделировать развитие процессов воспроизводства населения России в постперестроечный период при условии отсутствия внешнего воздействия на демографическую систему и, следовательно, изменения психоэмоционального состояния населения и его репродуктивных установок. Сравнение полученного прогноза с фактическими данными позволит оценить результаты внешнего воздействия на демографическое развитие России в постперестроечный период.

Модернизированный метод Хёрста. В соответствии с методом Хёрста в классической теории для имеющегося временного ряда ^(1) вычисляется среднее значение <^(1)> на интервале времени т, имеющем ту же размерность, что и время 1:

1 1

-Ж').

Т 1=\

Затем рассчитывается зависимость накопленного отклонения X(t, т) на интер-

вале времени т, по которому вычисляется функция абсолютного размаха R:

X

~ V ' ,X ' 1<t<T 1<t<T V '

u=1

Размах зависит от длины интервала т и может расти с её увеличением. Далее вычисляется зависимость безразмерной функции R/S от длины временного интервала т делением R на стандартное отклонение S ряда £(t):

s w-На)-m J2

V T t=i

По результатам исследования многих природных процессов Хёрстом установлена эмпирическая связь между нормированным размахом R/S и длиной интервала т через показатель H [7]:

R/S-

ln х- ln 2 '

Впоследствии самим Хёрстом было доказано, что Н может принимать значения от 0 до 1.

При анализе показателей воспроизводства населения, характерных для определённой демографической системы, значение показателя Н может быть трактовано следующим образом. В случае отсутствия долговременной статистической зависимости (случайное поведение показателя воспроизводства населения) данное отношение должно асимптотически стремиться к т1/2 (Н=0,5) при стремлении длины выборки к бесконечности, что на примере броуновского движения доказано ещё Б. Мандельбротом. Значения же Н>0,5 характеризуют сохранение тенденций к росту или убыванию показателя, как в прошлом, так и в будущем (персистентное поведение — сохранение тенденции) [18]. Н<0,5 означает склонность демографической системы к постоянной смене тенденции: рост сменяется убыванием и наоборот.

Некорректность анализа временных рядов показателей воспроизводства населения методом Хёрста в классической теории заключается в предположении наличия одинаковых фрактальных структур анализируемых рядов на всех временных масш-

табах, т.е. предполагается неизменность свойств демографической системы, определяющих ее саморазвитие.

В работах [2, 3] показано, что если сделать предположение о зависимости показателя H в выражении (4) от временного масштаба т и определить функцию H( т) из производной функции R/S по т, то для удобства численного дифференцирования функции R/S в виде временного ряда выражение для нахождения зависимости H( т) примет следующий вид:

H * , ч 'n

H vxi>~-П-ГТ7—\-

ln

По поведению характеристической функции можно классифицировать временные ряды как статистически фрактальные, случайные, периодические. Можно выделить ещё один тип с глобальной пер-сисистентностью, который характерен для функций роста или убывания. По поведению этой функции в случае анализа существенно нелинейной системы с хаотическим поведением можно установить характерное время выхода на случайный процесс.

Время достоверного прогноза. Время т, при котором зависимость показателя Хёрста Н( т) выходит в область значений, близкую к 0,5, принято называть временем выхода на случайный процесс, которое, как показано в [4], близко ко времени забывания начальных условий t, на котором теряется корреляция (взаимосвязь) будущих значений с прошлыми, происходит смена фрактальной структуры, а точное предсказание поведения системы на интервалах времени, больших tr, становится невозможным. Достоверное прогнозирование на интервалы времени, превышающие tr, невозможно, поэтому tr можно назвать временем достоверного прогноза.

Считая фрактальные свойства демографической системы неизменными, возможно достроение временного ряда исследуемого показателя воспроизводства населения на некоторый временной интервал в будущем. Функция R/S и показатель Хёрста в этом случае считаются постоянными для системы с неизменными фракталь-

ными свойствами и не зависящими от длины исследуемого временного ряда. Поэтому достроение временного ряда на некоторый интервал в будущем выполняется таким образом, чтобы оно не меняло функцию Хёр-ста для исследуемого ряда. Подробнее это описано в работах [2, 3].

Однако при использовании для прогнозирования временных рядов показателей воспроизводства населения за достаточно длительный промежуток времени нельзя быть уверенным, что за это время не произошло никаких изменений управляющих социально-экономических параметров нелинейной демографической системы, следовательно, и её фрактальных свойств. При этом управляющее воздействие на демографическую систему может быть как случайным, непредвиденным и плохо поддающимся регулированию, так и целевым. При рассмотрении России в качестве случайного управляющего воздействия на демографическую систему можно выделить «шоковую стратегию» ускоренной приватизации в январе 1992 г. и дефолт в августе 1998 г., в качестве целевого управляющего воздействия — выплату «материнского капитала» и реализацию национального проекта «Здоровье». Таким образом, несмотря на автоматический учёт при построении прогноза времени забывания начальных условий, возникает необходимость проведения оценки достоверности прогнозирования показателей воспроизводства населения России.

При изменении параметров даже четко детерминированных систем с течением времени неизбежно происходит и изменение времени забывания начальных условий. Несмотря на то, что функция R/S рассчитывается для прогнозирования по последним точкам, ближайшим к прогнозируемой, с увеличением временного интервала т происходит охват всё большей предыстории, и вклад в значение функции R/S постепенно начинают вносить не только последние, но и довольно «давние» по предыстории значения временного ряда. За большой интервал времени т, таким образом, неизбежно находится некоторая усреднённая функция R/S и соответственно

показатель Хёрста, слабо отражающий изменение времени забывания начальных условий со временем. Поэтому наличие такого усреднения негативно влияет на точность (следовательно, на общую достоверность) прогнозирования. Так как изменение параметров демографических систем с течением времени неизбежно, необходимо оценивать степень такого изменения для коррекции метода прогнозирования с целью повышения его достоверности даже на временных интервалах, не превышающих времени забывания начальных условий.

Такая коррекция возможна, если знать, на каком участке исходного для прогнозирования временного ряда изменение параметров не превысило некоторую допустимую для данной конкретной ситуации построения прогноза норму. Оценить это изменение можно по ширине «коридора» изменения функции R/S, построенной по скорости изменения исследуемого показателя.

Оценку «коридора» изменения функции R/S предлагается проводить следующим образом. Изначально вычисляется весь спектр значений R(t)/S(t) по всему временному ряду при условии, что T<t0, где t0 — длина временного ряда. Для дискретного набора N выборок, которым является временной ряд, это возможно, если определить z'=z/h, t=t/h, где h=t0/N — временной шаг. В этом случае дискретная функция накопленного отклонения Xf и функция размаха R . могут быть представлены в виде:

i+t'

Ь =- mzX™

u=i

Тогда максимальным и минимальным значением R/S, или верхней и нижней границей коридора можно называть величины:

R R

RS

шахУ ' 1 <i<N-z'S ттУ ' liüN-T'S

z',i z',i

Если среднее значение функции R/S близко к обеим границам коридора, по сравнению с её текущим значением, то, следовательно, влияющие параметры системы за анализируемый промежуток времени меня-

лись незначительно. Если среднее значение функции R/S остаётся близким к верхней границе, при этом нижняя испытывает резкий «скачок» в сторону уменьшения — это означает изменение времени забывания начальных условий. Например, на рис. 2, а, б показано, как при изменении времени забывания начальных условий происходит резкий «отрыв» нижней границы функции R/S от её усреднённого значения (выделена овалом область перегиба нижней границы, обозначенной штрихпунктирной линей).

Результаты численных расчетов. На рис. 2,а,в представлен R/S анализ для общего коэффициента рождаемости с построением «коридора» функции R/S (т) (рис. 2,а) и функции Н(т). Анализ проводился по первой производной исследуемой

функции коэффициента рождаемости. Хорошо виден не только резкий отрыв нижней границы функции R/S(т), приводящий к переходу Hmin в область отрицательных значений, что указывает на меняющееся значение времени забывания начальных условий, с минимальным его значением, равным 3 годам, но также и отрыв верхней границы, что, безусловно, указывает на наличие периодических изменений параметров демографической системы России «извне». При этом максимальное значение времени забывания начальных условий для процесса рождаемости не выявляется ( на рис. 2в пересечение с 0,5 при H « 35 лет связано со скудной статистикой H на больших интервалах).

min tr=3zoda

i

И

0.5

ь Р7^

1 Я ^Р

rn

1

1

1 max tr=35Mem \

1

1

1 10

т, лет т, лет

Рис. 2. Изменение функции нормированного размаха и соответствующая её зависимость показателя Хёрста от временного интервала для общего коэффициента рождаемости (а, в) и для общего коэффициента смертности (б, г) за 1960-2013 гг.

соответственно

Примечание. Пунктирной и штрихпунктирной линиями на а, б) выделен коридор изменения функции R/S, светлой сплошной линией показано усреднение показателя Хёрста. Пунктирной и штрихпунктирной линией на в, г) обозначены усреднённые значения Н для верхней и нижней границы функции R/S

0

На рис. 2,б овальная область выделяет перегиб R/Smin, наличие которого приводит к отрыву нижней границы Нтш^-0 ( обозначена пунктирной стрелкой на рис. 2,г). Таким образом, минимальное значение времени забывания начальных условий для процесса смертности с учетом периодических изменений параметров демографической системы России «извне» также составляет 3 года. Зависимость показателя Хёрста Н( т) для общего коэффициента смертности выходит в область значений, близкую к 0,5 (область случайных значений), при т равном 12 лет (рис. 2 г). Таким образом, для общего коэффициента смертности, в отличие от общего коэффициента рождаемости, максимальное время достоверного прогноза выявляется и составляет 12 лет. На временных интервалах более 12 лет взаимосвязь будущих значений общего коэффициента смертности с прошлыми теряется.

На основе проведенного анализа можно сделать вывод, что достаточно точно спрогнозировать воспроизводство населения России при учёте постоянного изменения управляющих социально-экономических параметров можно только на 3 года вперед.

В то же время в рамках нашего исследования мы ставим задачу смоделировать развитие процессов воспроизводства населения в постперестроечный период при условии отсутствия внешнего воздействия на демографическую систему России, что позволяет увеличить интервал моделирования до максимальных значений времени забывания начальных условий: 12 лет для смертности и 35 лет для рождаемости.

Необходимо отметить, что максимальные значения времени забывания начальных условий соответствуют интервалу времени в будущем, через который наиболее вероятно произойдет изменение фрактальных свойств демографической системы в результате ее саморазвития. Зная, что в течение постперестроечного периода де-

мографическая система России находилась в стадии своего саморазвития, именуемой как «второй демографический переход», можно сделать вывод, что развитие процессов воспроизводства населения России при условии отсутствия внешнего воздействия можно достаточно точно смоделировать на весь постперестроечный период (1990-2013).

Прогноз скорости изменения показателей воспроизводства населения, где каждая последующая точка определялась по функции минимаксной оценки стандартного отклонения функции R/S, что позволило минимизировать отклонение функции Хёрста для исследуемого ряда от функции Хёрста для ряда с достроенной прогнозной точкой, представлен на рис. 3, 4.

Все вычисления и построенные на их основе графики выполнены с помощью специализированного программного продукта [25]. По построенным рядам скоростей изменения общего коэффициента рождаемости и общего коэффициента смертности были восстановлены их прогнозные траектории. Одновременное графическое изображение фактической и прогнозной динамики общего коэффициента рождаемости и общего коэффициента смертности представлено на рис. 5.

Сравнив фактическую и прогнозную динамику процессов воспроизводства населения за постперестроечный период (см. рис. 5), можно сделать вывод, что даже при отсутствии внешнего воздействия на демографическую систему России удалось бы не избежать, а лишь отсрочить наступление «русского креста» до 1994 г.

В то же время результаты моделирования позволяют утверждать, что периоды адаптации к внешнему воздействию у рождаемости и смертности существенно отличаются: если фактическое значение рождаемости достигает уровня, который она имела бы при условии отсутствия внешнего воздействия, в 2002 г., то фактическое значение смертности — лишь в 2009 г.

га q

i= га к *

И

х о ш о 5 о

Л Ч

0.6 0.4 0.2 0 -0.2 -0.4 -0.6 -0.8 -1 -1.2

1960

Мод. Факт

1965

1970

1975

1980

1985

ГОДЫ

1990

1995

2000

2005

2010

Рис. 3. Прогноз по глобальным минимумам стандартного отклонения функции R/S для общего коэффициента рождаемости СССР и РФ

к ц

ш

га 3

го о га -fc

i; " § с

I <1)

s^S

о. ш

к

й

2 2 11______  ___II О- Мод.

' Факт

2

1.8

1.6

1.4

1.2

1

0.8 0.6 0.4 0.2 0 -0.2 -0.4 -0.6 -0.8 -1

1 960 1 965 1 970 1 975 1 980 1 985 1 990 1 995 2 000 2 005 2 010

ГОДЫ

Рис. 4. Прогноз по глобальным минимумам стандартного отклонения функции R/S для общего коэффициента смертности СССР и РФ

-ОКР факт

-ОКР модель

ОКС факт

ОКС модель

25

20

15

10

0

1 960 1965 1970 1Э75

1980 1985

19Э0

1995 2000 2005 2010

Рис. 5. Фактическая и прогнозируемая динамика рождаемости и смертности

в России

Следовательно, активизация демографической политики после 2007 г., в т.ч. национального проекта «Здоровье», существенно повлияла, главным образом, на показатели смертности. В свою очередь, превышение фактических значений рождаемости над прогнозными с 2002 по 2007 гг. является следствием реализации отложенных рождений, но их резкий скачок после 2007 г. безусловно — результатом введения «материнского капитала». Сравнение фактических и модельных значений общего коэффициента рождаемости позволило сделать вывод, что внешнее воздействие на демографическую систему, как положительное, так и отрицательное влияет, главным образом, не на ожидаемое число детей, а на планируемое время их рождения.

В целом полученные результаты подтвердили положительный эффект предпринятых Правительством РФ мер по преодолению демографического кризиса, как на рождаемость, так и на смертность. Для выявления времени преодоления негативных последствий социально-экономического преобразования России было произведено сравнение численности населения по фак-

ту и по сценарию отсутствия внешнего воздействия на демографическую систему.

Взяв в качестве точки отсчета значение численности населения России за 1989 г. и умножив ее на фактические и модельные значения коэффициента естественного прироста населения, были получены фактические и модельные значения численности населения России за постперестроечный период без учета вклада миграции (см. таблицу). Сравнение данных значений делает очевидным, что начиная с 1990 г. и до сих пор Россия несет «человеческие жертвы» от ее реформирования, ускоренной приватизации и дефолта. Максимальная разница фактической численности населения и какой бы она могла быть в случае отсутствия социального стресса от отмеченных событий наблюдалась в 2005 г. и составляла 6,5 млн человек. Наблюдаемое с 2006 г. снижение данной разницы, безусловно, свидетельствует о положительном эффекте демографической политики России, однако полностью восполнить численные потери от социально-экономических шоков 1990-х гг. до сих пор не удалось.

Расчет фактических и модельных значений численности населения России за постперестроечный период

Наименование показателя Годы

1990 1991 1992 1993 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010 2011 2012 2013

Общий коэффициент рождаемости, чел/тыс. чел. факт 13,4 12,1 10,7 9,4 9,6 9,3 8,9 8,6 8,8 8,3 8,7 9,0 9,7 10,2 10,4 10,2 10,3 11,3 12,0 12,3 12,5 12,6 13,3 13,2

мод. 14,3 13,9 13,1 12,6 12,2 11,9 11,5 11,0 10,6 10,0 9,5 9,1 8,9 9,3 9,1 8,8 8,6 8,5 8,2 8,0 7,7 7,3 7,2 7,0

Общий коэффициент смертности, чел/ тыс. чел. факт 11,2 11,4 12,2 14,5 15,7 15 14,2 13,7 13,6 14,7 15,3 15,6 16,2 16,4 15,9 16,1 15,1 14,6 14,5 14,1 14,2 13,5 13,3 13

мод. 10,7 10,9 12,2 12,3 12,5 12,6 12,5 12,8 13,2 13,3 13,5 13,6 13,3 13,5 13,6 13,8 14,1 14,2 14,3 14,5 14,5 14,5 14,4 14,6

Коэффициент естественного прироста, чел /тыс. чел. факт 2,2 0,7 -1,5 -5,1 -6,1 -5,7 -5,3 -5,1 -4,8 -6,4 -6,6 -6,6 -6,5 -6,2 -5,5 -5,9 -4,8 -3,3 -2,5 -1,8 -1,7 -0,9 0,0 0,2

мод. 3,6 3,0 0,9 0,3 -0,3 -0,7 -1,0 -1,8 -2,6 -3,3 -4,0 -4,5 -4,4 -4,2 -4,5 -5,0 -5,5 -5,7 -6,1 -6,5 -6,8 -7,2 -7,2 -7,6

Численность населения (без учета вклада миграции), млн чел. факт 148 148 148 147 146 145 145 144 143 142 141 140 139 139 138 137 136 136 136 135 135 135 135 135

мод. 148 149 149 149 149 149 149 148 148 147 147 146 145 145 144 144 143 142 141 140 139 138 137 136

Разность фактической и модельной численности населения, млн чел. -0,2 -0,5 -0,9 -1,7 -2,6 -3,3 -3,9 -4,4 -4,7 -5,1 -5,5 -5,7 -6,0 -6,3 -6,4 -6,5 -6,3 -6,0 -5,4 -4,8 -4,0 -3,2 -2,2 -1,1

Выводы. Итак, выделили пять основных полученных результатов, использование которых позволит органам исполнительной власти повысить эффективность принимаемых ими управленческих решений в демографической сфере:

1) при условии отсутствия негативного воздействия социально-экономических преобразований 1990-х гг. на демографическую систему России удалось бы не избежать, а лишь отсрочить наступление «русского креста» до 1994 г.;

2) период адаптации к негативному внешнему воздействию у смертности значительно дольше, чем у рождаемости;

3) «человеческие потери» от снижения рождаемости могут быть восполнены при эффективной демографической политике, т.к. данное снижение является результатом отложенных рождений, а не изменений норм детности. В свою очередь «человеческие потери» от роста смертности при

негативном социально-экономическом воздействии на демографическую систему невосполнимы;

4) активизация демографической политики России после 2006 г. положительно повлияла как на рождаемость, так и на смертность;

5) «человеческие потери» от социально-экономических шоков 1990-х гг. не восполнены до сих пор.

При этом существующие различия в социально-экономическом развитии регионов России [11, 13, 14, 17] определяют необходимость, кроме реализации общефедеральных мер, разработки собственных региональных программ в данном направлении. А в наиболее кризисных по показателям воспроизводства населения субъектах РФ [7, 12, 20] не обойтись без оптимизации иммиграционных потоков [5, 6, 16, 21].

Литература_

1. Быстрай Г.П., Васильева А.В., Лыков И.А. Прогнозирование демографического развития России // Вестник УрФУ. Сер.: Экономика и управление. 2012. № 6. С. 61-72.

2. Быстрай Г.П., Коршунов Л.А., Лыков И.А., Никулина Н.Л., Охотников С. А. Методы нелинейной динамики в анализе и прогнозировании экономических систем регионального уровня // Журнал экономической теории. 2010. № 3. С. 103-114.

3. Быстрай Г.П., Коршунов Л. А., Никулина Н.Л., Лыков И.А. Диагностика и прогнозирование социально-экономического развития регионов в рамках нелинейной динамики / / Вестник Тюменского государственного университета. 2010. № 4. С.164-170.

4. Быстрай Г.П. Термодинамика необратимых процессов в открытых системах. М. — Ижевск: НИЦ Регулярная и хаотическая динамика. 2011. 264 с.

5. Васильева А.В. Прогнозирование миграционного движения и его экономических эффектов в рамках теории поиска и подбора соответствий // Журнал экономической теории. 2013. № 3. С. 117-131.

6. Васильева А.В., Тарасьев А.А. Динамическая модель трудовой миграции: построение и реализация // Экономика региона. 2012. № 4. С. 140-148.

_References

1. Bystray G.P., Vasilyeva A.V., Lykov I.A. Vest-nik UrFU. Seriya: Ekonomika i upravlenie (Bulletin of URFU. Series: Economy and management), 2012, no. 6. P. 61-72.

2. Bystray N.L., Korshunov L.A., Lykov I.A., Ni-kulina N.L., Okhotnikov S.A. Zhurnal ekonomiches-koy teorii (Journal of economic theory), 2010, no. 3. P. 103-114.

3. Bystray G. P., Korshunov L. A., Nikulina N. L., Lykov I. A. Vestnik Tyumenskogo gosudarstvenno-go universiteta (Bulletin of Tyumen State University), 2010, no. 4. P. 164-170.

4. Bystray G.P. Termodinamika neobratimyh protsessov v otkrytyh sistemah [Thermodynamics of irreversible processes in open systems]. Moscow, Izhevsk, 2011. 264 p.

5. Vasilyeva A.V. Zhurnal ekonomicheskoy teorii (Journal of economic theory), 2013, no. 3. P. 117131.

6. Vasilyeva A.V., Tarasyev A.A. Ekonomika re-giona (Economy of Region), 2012, no. 4. P. 140-148.

7. Васильева Е.В., Гурбан И. А. Диагностика качества жизни населения: международный опыт и российская действительность // Ползуновский альманах. 2011. № 3. С. 12-20.

8. Васильева Е.В. Обоснование приоритетных направлений оптимизации социально-демографического развития субъектов УрФО / / Управленец. 2013. № 4 (44). С. 41-47.

9. Величковский Б.Т. Жизнеспособность Нации. Роль социального стресса и генетических особенностей популяции в развитии демографического кризиса и изменении состояния здоровья населения России. М.: РАМН, 2009. 176 с.

10. Глазьев С.Ю., Кара-Мурза С.Г., Батчиков С.А. Белая книга: Экономические реформы в России 1991-2002 гг. М: Эксмо, 2004. С. 21-23.

11. Куклин А.А., Быстрай Г.П., Никулина Н.Л., Синенко А. И. Синергетическая диагностика кризисных явлений в сфере финансовой безопасности региона // Вестник Забайкальского государственного университета. 2013. № 7. С. 101-110.

12. Куклин А. А., Васильева Е.В. Методический подход к оценке эффективности управления социально-демографическими процессами в регионе // Известия Уральского государственного экономического университета. 2012. Т. 41. № 3. С. 79-86.

13. Куклин А.А., Леонтьева А.Г. Государственная политика в области оплаты труда и ее влияние на динамику бедности в регионе // Экономика региона. 2010. № 1. С. 21-27.

14. Куклин А. А., Мызин А. Л., Пыхов П. А., Потанин М.М. Диагностика и механизмы повышения энергетической безопасности России // Вестник Забайкальского государственного университета. 2013. № 10. С. 134-149.

15. Римашевская Н.М. Человек и реформы: Секреты выживания. М.: ИСЭПН РАН, 2003.

16. Тарасьев А.А. Построение прогноза миграционных потоков в регионы России // Экономика региона. 2013. № 2. С. 192-199.

17. Татаркин А.И., Куклин А.А., Чусова А.Е. Влияние теневой экономики на хозяйственный комплекс региона // Экономика. Налоги. Право. 2009. № 6. С. 101-110.

18. Федер Е. Фракталы: Пер. с англ. М.: Мир, 1991. 254 с.

19. Черепанова А.В. Оценка демографической политики в рамках механизма обеспечения эффективного развития региона // Экономика региона. 2009. №4 (20). С. 219-223.

20. Черепанова А.В., Васильева Е.В. Проблемы и перспективы социально-демографического развития регионов России (на примере Свердловской области) // Экономика региона. 2011. № 1. С. 57-61.

7. Vasilyeva E.V., Gurban I.A. Polzunovskiy almanah (Polzunovsky almanac), 2011, no. 3. P. 1220.

8. Vasilyeva E.V. Upravlenets (Administrator), 2013, no. 4 (44). P. 41-47.

9. Velichkovskiy B.T. Zhiznesposobnost Natsii. Rol sotsialnogo stressa i geneticheskih osobennostey populyatsii v razvitii demograficheskogo krizisa i izmenenii sostoyaniya zdoroviya naseleniya Rossii [Nation viability. Role of social stress and genetic features of population in demographic crisis development and change of health state of population of Russia]. Moscow, RAMS, 2009. 176 p.

10. Glaziev S.Yu., Kara-Murza S.G., Batchikov S.A. Belaya kniga: Ekonomicheskie reformy v Rossii 1991-2002 [White book: Economic reforms in Russia 1991-2002]. Moscow, Eksmo, 2004. P. 21-23.

11. Kuklin A.A., Bystray G.P., Nikulina N.L., Sinenko A.I. Vestnik Zabaykalskogo gosudarstven-nogo universiteta (Transbaikal State University Journal), 2013, no. 7. P. 101-110.

12. Kuklin A.A., Vasilyeva E.V. Izvestiya Uralsk-ogo gosudarstvennogo ekonomicheskogo universiteta (Proceedings of the Ural State University of Economics), 2012, no. 3. P. 79-86.

13. Kuklin A.A., Leontieva A.G. Ekonomika re-giona (Economy of Region), 2010, no. 1. P. 21-27.

14. Kuklin A.A., Myzin A.L., Pyhov P.A., Po-tanin M.M. Vestnik Zabaykalskogo gosudarstvennogo universiteta (Transbaikal State University Journal), 2013, no. 10. P. 134-149.

15. Rimashevskaya N.M. Chelovek i reformy: Sekrety vyzhivaniya [Person and reforms: Survival secrets]. Moscow, ISJePN RAN, 2003.

16. Tarasyev A.A. Ekonomika regiona (Economy of Region), 2013, no. 2. P. 192-199.

17. Tatarkin A.I., Kuklin A.A., Chusova A.E. Ekonomika. Nalogi. Pravo (Economy. Taxes. Right), 2009, no. 6. P. 101-110.

18. Feder E. Fraktaly: Per. s angl. [Fractals: translation from English]. Moscow, Mir. 1991. 254 p.

19. Cherepanova A.V. Ekonomika regiona (Economy of Region), 2009. No 4 (20). P. 219-223.

20. Vasilyeva A.V., Vasilyeva Е. V. Ekonomika regiona (Economy of Region), 2011, no. 1. P. 57-61.

21. Черешнев В. А., Васильева А.В. Модельный комплекс прогнозирования взаимообусловленного развития миграционных процессов и рынка труда региона // Экономика региона. 2013. № 3 (35). С. 272-281.

22. Штемберг А.С., Шафиркин А.В., Ушаков И.Б. Влияние психического и психологического состояния населения, обусловленного социальным стрессом, на демографическую ситуацию в России // Материалы Всероссийской научной конференции «Демографическая ситуация в современной России: состояние и перспективы». Тверь, 27-28 ноября 2008 г. Тверь, 2008. С. 375-383.

23. Федеральный закон от 29 декабря 2006 г. № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей»

24. Основные документы по приоритетному национальному проекту «Здоровье» / / Приоритетные национальные проекты : [сайт]. URL: http:// www. rost. ru / proj ects/health/p0 5/ docs. shtml ( дата обращения: 4.03.2010).

25.Быстрай Г.П., Лыков И.А. Свидетельство о государственной регистрации программы для ЭВМ №2012615414 «Оценка рисков, нелинейный анализ и прогнозирование для длинных временных рядов экономических показателей». Роспатент. Зарегистрировано 15 июня 2012 г.

Коротко об авторах_

Черешнев В.А., академик РАН, д-р мед. наук, вед. науч.сотрудник, Институт экономики Уральского отделения Российской академии наук, г. Екатеринбург , Россия chereshnev@duma.gov.ru

Научные интересы: проблемы демографического развития, иммунитет, стресс, цитокины, фагоцитоз, лимфоциты, иммунорегуляция, иммунокоррекция

Быстрай Г.П., д-р физ.-мат. наук, профессор каф. «Общая и молекулярная физика», институт естественных наук, Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н. Ельцина. г. Екатеринбург, Россия gennadyi.bystrai@usu.ru

21. Chereshnev V.A., Vasilyeva A.V. Ekonomika regiona (Economy of Region), 2013, no. 3 (35). P. 272-281.

22. Shtemberg A.S., Shafirkin A.V., Ushakov I.B. Materialy Vserossiyskoy nauchnoy konferentsii «Demograficheskaya situatsiya v sovremennoy Rossii: sostoyanie i perspektivy» (Materials of the All-Russian scientific conference «Demographic situation in modern Russia: state and prospects»), Tver, 2008. P. 375-383.

23. Federalny zakon ot 29 dekabrya 2006 g. № 256-FZ «O dopolnitelnyh merah gosudarstvennoy pod-derzhki semey, imeyushhih detey» (The Federal Law of 29 December 2006 № 256-FZ «On Additional Measures of State Support for Families with Children») (in red. Federal Law of 23.07.2008 № 160-FZ of 25.12.2008 № 288-FZ, from 28.07.2010 № 241-FZ of 29.12.2010 № 440-FZ) Available at: http://www.pfrf.ru/mother_ fam_capital/726.html (accessed 04.08.2013).

24. Osnovnye dokumenty po prioritetnomu nat-sionalnomuproektu «Zdorovie» (Essential Documents on the priority of national project «Health») Available at: http: //www.rost.ru/projects/health/p05/docs. shtml (accessed 04.03.2010).

25. Bystray G.P., Lykov I.A. Svidetelstvo o gosudarstvennoy registratsii programmy dlya EVM №2012615414 «Otsenka riskov, nelineyny analiz i prognozirovanie dlya dlinnyh vremennyh ryadov ekonomicheskih pokazateley» [Certificate of state registration of the computer № 2012615414 «Risk Assessment, nonlinear analysis and forecasting for long time series of economic indicators»]. Rospatent. Registered June 15, 2012.

_Briefly about the authors

V. Chereshnev, academician, Russian Academy of Sciences, doctor of medical sciences, leading researcher, Institute of Economics, Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

Scientific interests: problems of demographic development, immunity, stress, cytokines, phagocytosis, lymphocytes, immunoregulation, immunocorrection

G. Bystray, doctor of physical and mathematical sciences, professor, General and Molecular Physics department, Federal State Autonomous Educational Institution, Higher Professional Education «Ural Federal University named after the first President of Russia B. N. Yeltsin»

Научные интересы: методы синергетика, нелинейная динамика, теория детерминированного хаоса, математическое и компьютерное моделирование социально-экономических процессов, фракталы

Scientific interests: Synergetics, nonlinear dynamics, theory of determined chaos, mathematical and computer modeling of socio-economic processes, fractals

Васильева А.В., канд. экон. наук, науч. сотрудник центра экономической безопасности, Институт экономики Уральского отделения Российской академии наук, г. Екатеринбург, Россия sa840sha@mail.ru)

Научные интересы: трудовая миграция, воспроизводство населения, математическое моделирование, вычислительные методы

A. Vasileva, candidate of economic sciences, research associate, Center for Economic Security, Institute of Economics, Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

Scientific interests: labor migration, population reproduction, mathematical modeling, computing methods

Лыков И.А., канд.физ.-мат. наук, ассистент, каф. «Общая и молекулярная физика», институт естественных наук, Уральский федеральный университет имени первого Президента России Б.Н. Ельцина, г. Екатеринбург, Россия john-winner@yandex.ru

Научные интересы: методы нелинейной динамики, экономическое прогнозирование

I. Lykov, candidate of physical and mathematical sciences, assistant, Chair for general and molecular physics, Federal State Autonomous Educational Institution of Higher Professional Education «Ural Federal University named after the first President of Russia B. N. Yeltsin»

Scientific interests: methods of nonlinear dynamics, economic forecasting

Шилкова Е.В., канд. экон. наук, ст. бухгалтер, ООО «ПИРРО», г. Екатеринбург, Россия tch_ev@mail.ru).

Научные интересы: демография, математические методы в экономике

E. Shilkova, candidate of economic sciences, senior accountant, Limited Company PIRRO

Scientific interests: demography, mathematical methods in economics