Июльская революция 1830 г. Во Франции в освещении английской газеты «Таймс»

ИЮЛЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ 1830 г. ВО фРАНЦИИ В ОСВЕЩЕНИИ АНГЛИйСКОй ГАЗЕТЫ «ТАйМС»

JULY REVOLUTION OF 1830 IN FRANCE AS COVERED BY 'THE TIMES'

Н. П. Баутина

В данной статье исследуется освещение Июльской революции 1830 г. во Франции в независимой английской газете «Таймс». Автор рассматривает, как в газете описывались причины Июльской революции, решались вопросы ответственности за революционные потрясения и наказания виновных, анализировались дальнейшие перспективы развития Франции во главе с новопровозглашенным королем Луи Филиппом Орлеанским и иллюстрировалось отношение жителей Великобритании к июльским событиям во Франции.

Ключевые слова: Июльская революция 1830 г., «Таймс», общественное мнение.

В Великобритании в первой половине XIX в. набирало силу движение за проведение парламентской реформы, поэтому Июльская революция 1830 г. во Франции, в ходе которой французский народ отстоял свои конституционные права, особо привлекла внимание британской общественности. Наиболее достоверным источником новостей из Франции для жителей Великобритании в этот период была ежедневная лондонская газета «Таймс». Несмотря на обилие газет и журналов, издававшихся к началу XIX в. в Великобритании, общим недостатком прессы была ее политизированность: все крупнейшие печатные издания либо получали правительственные дотации, либо финансировались оппозицией и, как следствие, изображали события в выгодном для своих спонсоров ракурсе. «Курьер», «Морнинг пост», «Квотерли Ревью», «Анти-Джэкобин Ревью» отражали интересы находящейся у власти партии тори; «Морнинг Кроникл», «Критикл Ревью», «Эдинбург Ревью», «Ньюс» были голосом партии вигов; к влиятельным радикальным изданиям относились «Реформист'с Реджи-стер», «Блэк дворф» и «Рипабликэн». В таких условиях газета «Таймс» представляла для читателей огромную ценность благодаря тому, что она не связывала себя определенными политическими симпатиями, выступая в качестве независимого печатного издания.

С самого начала Июльской революции «Таймс» информировала британскую общественность о состоянии дел во Франции. Ежедневно в газете печатались подробные корреспонденции и статьи о развитии революции: о вооруженном восстании и уличных боях в Париже, о столкновениях в других городах, о поражении и отступлении правительственных войск, об отречении Карла X и воцарении Луи Филиппа Орлеанского [1, 430]. Помимо отчетов о ходе революции в «Таймс» публиковались отрывки из переписки современни-

N. P. Bautina

The article explores the interpretation of the July Revolution of 1830 in France in the independent British newspaper «The Times». The author examines the ways the newspaper described the reasons of the July Revolution, covered the issues of responsibility for the revolutionary upheavals and punishment of the perpetrators, analyzed further prospects of the development of France headed by the new king Louis Philippe d'Orleans, and illustrated the attitude of the British to the July events in France.

Keywords: the July Revolution of 1830, «The Times», public opinion.

ков и непосредственных участников событий, а также выдержки из французской прессы. Таким образом, корреспонденты газеты во главе с редактором Томасом Барнсом делали все возможное для того, чтобы дать своим читателям полное представление о ходе Июльской революции 1830 г. во Франции, ее причинах и последствиях.

«Таймс» горячо приветствовала Июльскую революцию. Выражая свое восхищение поведением французов, газета заявляла, что в истории едва ли найдется достойное сравнение проявленной ими «быстроте, решительности и мужеству в борьбе и умеренности в победе» [2]. Положительная оценка Июльской революции газетой «Таймс» объясняется тем фактом, что агрессивная внешняя и реакционная внутренняя политика династии Бурбонов, проводимая с 1814 по 1830 г., настроила против них не только население Франции, но и передовые круги британского общества. Уже в 1823 г. «Таймс» писала, что «Бонапарт обладал большими талантами, чем весь род Бурбонов вместе взятый» (цит. по: [3, р. 111]) и с едкой иронией советовала отослать эту династию «в тихое отдаленное место - такое, например, как остров Святой Елены» [4].

Недовольство «Таймс», в частности, было вызвано тем, что Людовик XVIII в первые дни после реставрации на французском престоле устроил «белый террор», то есть преследование лиц, оказавших поддержку Наполеону, а в 1820-е гг. после убийства наследника престола герцога Беррийского восстановил цензуру и передал образование под контроль церкви. Интервенция в Испанию в апреле 1823 г. с целью реставрации непопулярного среди испанцев короля и стремление подчинить освободившиеся испанские колонии в Южной Америке окончательно убедили «Таймс» в том, что политика этого монарха не только представляет опасность для либеральных институтов во

Франции, но и угрожает демократическим веяниям на европейском континенте. «Немногие... дадут 5 фунтов, чтобы оживить его» [5], - писала «Таймс» после смерти Людовика XVIII, подводя итоги его правления.

В 1824 г. на престол вступил брат умершего короля Карл X, снискавший себе славу еще большего консерватора и врага гражданских свобод, нежели его предшественник. «Кажется сомнительным, что новый король будет проводить политику отличную от той, которую проводил его брат» [6], -предсказывала «Таймс» и оказалась права. Правление Карла X было отмечено изданием закона о денежном возмещении дворянам-эмигрантам за земли, утраченные ими в годы революции; публикацией «закона о святотатстве», предусматривавшим серьезные наказания за действия против религии и церкви; роспуском Национальной гвардии; формированием реакционного министерства во главе с ультрароялистом князем Ж. Полиньяком; роспуском Палаты депутатов, потребовавшей отставки министерства. Эти меры вызвали огромное возмущение среди населения Франции, последней же каплей, переполнившей чашу общественного терпения, стала публикация Карлом X ордонансов от 26 июля 1830 г., согласно которым распускалась Палата депутатов, ужесточалось избирательное право и еще больше ограничивалась свобода слова. «Он нарушил клятву правительству, растоптал хартию, защищать которую было его обязанностью» [7], - отмечала эта газета, и население Франции, «которое долго страдало» [7], единым фронтом встало на защиту своих демократических прав.

Поскольку Июльская революция 1830 г. во Франции, согласно мнению «Таймс», была вызвана постепенным наступлением королей династии Бурбонов на демократические права своих подданных, которое резко усилилось во время правления Карла X, то ответственность за революционные потрясения в стране, прежде всего, возлагалась на этого монарха и его сподвижников [7]. Однако если поведение Карла X могло быть оправдано тем фактом, что он «смотрел на свои права сквозь предрассудки и одержимость абсолютного монарха» [8], то у его министров не было, по словам издания, ни малейшего оправдания. Вместо того чтобы способствовать процветанию Франции посредством проведения умеренных реформ, эти «преступники» [8], наоборот, «разрушали свою страну с целью угодить глупому и злобному хозяину, которого бы им следовало или сдерживать, или отправить в отставку» [8].

Отдельные слова критики на страницах «Таймс» заслужил глава французского правительства Полиньяк, автор ордонансов от 26 июля 1830 г. Газета отзывалась о нем, как о «лишившемся рассудка глупце, который нес рабство и гибель в каждую часть своей родной страны» [9]. В августе 1830 г. в оппозиционной прессе много писали о связях британского премьер-министра герцога Веллингтона и Полиньяка. Выражалось мнение, что Веллингтон был причастен к возвышению Полиньяка и являлся соучастником государственного переворота во Франции. «Таймс» опровергала эти утверждения, заявляя, что между двумя деятелями «никакого сходства в мышлении и никакой симпатии в чувствах не существует» [9].

«Таймс» считала совершенно справедливым, что виновные в революционных потрясениях в стране должны понести наказание. «Мы надеемся увидеть, что французских министров привлекут к ответственности» [8], - сообщалось в газете. Наказанием же для Карла X стало уже то, что он «потерял всякое право не только на французскую корону, но и на убежище в этой стране» [10]. Более того, «Таймс» отмечала, что «нет такого места в цивилизованном обществе, где они (Карл X и французские министры. - Н. Б.) будут приняты с уважением» [10]. Поэтому прибытие Карла X со своей семьей и свитой к берегам Великобритании оценивалось газетой крайне отрицательно. Такие «преступники еще никогда не причаливали к берегам Англии» [8], - писала «Таймс», выражая радость лишь по тому поводу, что они на территории Великобритании долго не задержатся [11], так как британский премьер-министр герцог Веллингтон разрешил Карлу X остаться до тех пор, пока австрийский император не пришлет подтверждение о предоставлении ему политического убежища. О материальной помощи свергнутому монарху со стороны британских властей также не могло быть и речи. «Здесь ему не дадут ни шиллинга» [8], - ультимативно заявляла «Таймс».

Возможность реставрации на французском престоле утратившего доверие и уважение собственных подданных Карла X, «Таймс» исключала, заявляя, что «соседние правительства не примут участие в бедах Франции» [2]. Подобная уверенность «Таймс» была неслучайна, газета считала, что «Англия одержит победу в решении этого вопроса и подаст пример остальным европейским державам» [12]. Правящие же круги Великобритании осознавали, что агрессивная внешняя политика Франции в Алжире, ее начавшееся сближение с Россией, планы по аннексии бельгийских провинций королевства Нидерландов и превращение рейнских областей Пруссии в союзное с ней государство представляют угрозу внешнеполитическим интересам их страны, а протекционистская экономическая политика династии Бурбонов наносит ощутимый урон английской промышленности и торговле; по этим причинам восстановление этой династии на французском престоле не представлялось им целесообразным. Кроме того, находившееся у власти правительство герцога Веллингтона не могло игнорировать общественное мнение, симпатии которого были на стороне восставших. На протяжении августа, сообщала «Таймс», по всей Великобритании прошла волна митингов и собраний с целью «выразить восхищение... героическому поведению жителей Парижа... в сопротивлении посягательству на их конституционные права» [9].

Отрицательно относясь к вмешательству во внутренние дела Франции и полагая, что французы должны самостоятельно решить все вопросы относительно дальнейшего государственного устройства, «Таймс», однако, выражала надежду на то, «монархия будет скоро восстановлена во главе с тем королем, за которого выскажется большинство» [9]. Большинство в Палате депутатов выступило в поддержку Луи Филиппа Орлеанского, представителя младшей ветви династии Бурбонов, коронация которого состоялась 9 августа 1830 г. «Таймс» одобрила выбор французов, заявив, что герцог Орлеанский «достоин короны» [13]. Эта лондонская газета верила в то, что новый король и французское правительство «не запятнают

честь... страны, которой они управляют, и не предадут священные принципы свободы и терпимости, которые они провозгласили» [14], поэтому «Таймс» призывала правительство Великобритании «установить сердечное согласие с обновленным правительством и просвещенным монархом Франции» [9]. Таким образом, с восшествием на престол Луи Филиппа Орлеанского Июльская революция 1830 г. была завершена, но еще долгое время в газете обсуждались июльские события во Франции и их последствия для остальной Европы, выразившиеся в серии революционных потрясений в Бельгии, некоторых государствах Германского союза, итальянских герцогствах и Польше.

Итак, лондонская ежедневная газета «Таймс» приветствовала Июльскую революцию 1830 г. во Франции, потому что французам, сумевшим избежать массовых кровопролитных столкновений, удалось предотвратить зарождающуюся тиранию и отстоять свои демократические права, зафиксированные в Хартии 1814 г. Ответственность за революционные потрясения в стране возлагалась на последнего монарха из династии Бурбонов Карла X и французское правительство, чья реакционная политика не только навлекла на них гнев подданных, но и подорвала доверие великих держав, которые не решились выступить в защиту свергнутого монарха. Надежды на стабилизацию обстановки в стране «Таймс» связывала с предста-

вителем младшей ветви династии Бурбонов Луи Филиппом Орлеанским, вступление на престол которого открывало новую страницу не только в истории Франции, но и всего европейского континента.

список источников и ЛИТЕРАТУРЫ

1. Молок А. И. Англия и революция 1830 г. во Франции // Международные отношения. Политика. Дипломатия. XVI-XX вв. - М., 1964.

2. Times. - 1830. - 2 August.

3. Дубровский А. В. Английское буржуазное общественное мнение и реставрация Бурбонов во Франции (1814-1830). - М., 1981.

4. Times. - 1823. - 4 February.

5. Times. - 1824. - 18 September.

6. Times. - 1824. - 21 September.

7. Times. - 1830. - 2 August.

8. Times. - 1830. - 5 August.

9. Times. - 1830. - 16 August.

10. Times. - 1830. - 3 August.

11. Times. - 1830. - 19 August.

12. Times. - 1830. - 20 August.

13. Times. - 1830. - 4 August.

14. Times. - 1830. - 11 August.

ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ РЕЛИГИОЗНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КОСТРОМСКОГО АЛЕКСАНДРОВСКОГО ПРАВОСЛАВНОГО БРАТСТВА (КОНЕЦ XIX - НАЧАЛО XX вв.)1

MAIN AREAS OF RELIGIOUS EDUCATIONAL WORK OF THE ALEXANDER ORTHODOX FRATERNITY OF KOSTROMA PROVINCE

И. А. Бауэр

Статья посвящена исследованию религиозно-просветительской деятельности костромского Александровского православного братства. Братство принимало деятельное участие в развитии народного образования и оказывало материальную помощь наиболее нуждающимся ученикам церковно-приходских школ, открывало церковные библиотеки, распространяло среди народа книги религиозно-нравственного содержания.

I. A. Bauer

The article examines the religious educational work of the Alexander Orthodox Fraternity of Kostroma province. The Fraternity took an active part in developing public education and provided financial and other support for the poorest students of parish schools, opened church libraries, distributed books of religious and moral contents among poor people.

Ключевые слова: Костромская губерния, церковноприходские школы, церковные библиотеки, просветительская деятельность, Александровское православное братство.

Keywords: Kostroma province, parish schools, church library, educational work, Alexander Orthodox Brotherhood.

1 Работа выполнена в рамках ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры в инновационной России» на 2009-2013 гг. ГК № П 1142 от 2 июня 2010 г.