Генотипично русский

Генотипично русский

Кирилл Журенков — о национальной идентичности и генах

Современные россияне — коренные русские лишь на 16 процентов, удивили на днях ученые-генетики. "Огонек" связался с авторами нашумевшего исследования и попытался разобраться, что говорят о нас наши гены

Согласно данным исследования, 89,5 процента нашего генома мы унаследовали от европейцев: 67,2 процента приходится на Центральную и Восточную Европу

Сказать, что исследование медико-генетического центра Genotek, сделавшего этнический "портрет" среднестатистического жителя России, заметили, значит, не сказать ничего. Обнародованные учеными данные (соотношение фрагментов нашего генома, унаследованных от различных этнических групп) на минувшей неделе обсуждали на все лады: в СМИ, к примеру, успели сообщить, что "в современной России проживает больше коренных украинцев, чем россиян", и даже что нашими предками "оказались выходцы из Западной Европы". Эмоционально откликнулось на исследование и научное сообщество: коллеги-генетики интересовались, как насчет публикации в рецензируемом журнале? И каковы методы обработки и способы сбора материала? "Новость надо рассматривать как рекламное заявление",— заявила интернет-изданию "Индикатор" Светлана Боринская из лаборатории анализа генома Института общей генетики РАН.

"Огонек" связался с авторами исследования, чтобы разобраться в его результатах, а главное — целях.

Как пояснил нашему изданию генеральный директор Genotek Валерий Ильинский, генетики изучали клиентов центра, которые обратились туда для определения своего происхождения. В исследовании приняли участие более 2 тысяч человек из России и ближнего зарубежья, география — от Москвы и Санкт-Петербурга до Владивостока, Симферополя и Киева. От участников исследования многого не потребовалось: ДНК выделялась из образца биоматериала (слюны), а ее анализ проводился с помощью генотипирования более 560 тысяч ДНК-маркеров.

— Для интерпретации этих данных мы брали публичные данные по определенным локусам (так называется местоположение гена на карте хромосомы.— "О"), характерным для той или иной популяции, населяющей определенные регионы мира,— говорит Ильинский.— Поясню: исследуя геномы различных людей, ученые давно пытаются найти фрагменты, сходные у всех жителей той или иной территории. Сейчас известно 36 таких этнических групп со схожими фрагментам ДНК, которые мы и искали у наших клиентов.

При этом эксперт оговаривается, что корректнее говорить не о коренных русских, а о жителях Центральной России, подчеркивая: национальность — это все же вопрос самоопределения. Что касается цели исследования, то, по словам Ильинского, ученые хотели, чтобы люди задумались о своем происхождении.

— И судя по откликам на исследование, это произошло,— подытоживает он.

Возможно, для научного сообщества выводы, которые можно сделать из приведенных исследователями данных, так или иначе очевидны. Но вот широкой аудитории — не всегда. Итак, напомним, что же говорят о нас наши гены.

Ну, например, споры о том, что такое Россия — Восток или Запад, не утихают до сих пор. Однако с генетической точки зрения в них точно пора ставить точку. Согласно данным исследования, 89,5 процента нашего генома мы унаследовали от европейцев: 67,2 процента приходится на Центральную и Восточную Европу, а 22,3 процента — на Западную. Для сравнения, на Азию остается лишь 9,7 процента — разница очевидна. Интересно, что в целом в научном сообществе уже сложился консенсус: фраза "поскреби русского — найдешь татарина" не подтверждается.

Зато вопреки любым популярным сегодня теориям и мнениям подтверждается сходство генофондов русских, белорусов и украинцев: согласно исследованию, на белорусский и украинский "след" в геноме среднестатистического россиянина приходится до 19,2 процента. И это — самый высокий "адресный показатель". Тот же вывод и у других отечественных специалистов: как пояснял в одном интервью Олег Балановский из Института общей генетики РАН, первоначальные исследования показали, что генофонды наших восточнославянских народов похожи настолько, что порой и неотличимы, и лишь позднейшие исследования выявили "тонкие" различия — в свете нынешней геополитической турбулентности этот вывод звучит примиряюще.

Удивительнее другое: наличие в нашем геноме фрагментов, характерных для выходцев из Шотландии или, допустим, Италии. Ученые разводят руками: геном современного человека — своего рода мозаика, все дело в существовавших некогда крупных популяциях, которые просто смешались, ну а дальше, мол, все вопросы к историкам. Зато по поводу главной интриги — насколько гены определяют культуру и самосознание нации — исследователям все же приходится отвечать самим, и здесь они осторожны: сводить культуру к генам нельзя. А к чему можно?

— Обычно мы обращаем внимание на представления людей о национальной идентичности, на чувства, которые вызывает у них это понятие, и, наконец, на то, как национальная идентичность проявляется в поведении,— говорит социальный психолог Зарина Лепшокова, старший научный сотрудник Международной научно-учебной лаборатории социокультурных исследований НИУ ВШЭ.— Так что на первый план я бы все-таки поставила ценности, которые разделяют в обществе, именно это, похоже, и определяет национальную идентичность.

Лепшокова, в частности, ссылается на недавнее исследование, проведенное в их лаборатории под руководством известного российского кросс-культурного психолога Надежды Лебедевой,— оно как раз было посвящено ценностям людей на постсоветском пространстве. Эксперты рассматривали русских в разных социокультурных контекстах, то есть по всему периметру страны — от Латвии до Азербайджана. Оказалось: если для западноевропейских обществ более характерны ценности открытости к изменениям, а, допустим, для северокавказских народов — ценности традиций, то у русских — это ценности самоопределения, а именно — универсализм: толерантность, забота о других, благожелательность.

— Мы с коллегами предполагаем, что это те ценности, которые русская нация несет в себе и сохраняет из поколения в поколение,— говорит Зарина Лепшокова.— И, как вы можете сами видеть, они обладают интеграционной силой, то есть способны объединять самых разных людей.

И вот здесь выкладки социальных психологов дополняют данные ученых-генетиков: те считают, что Россия — своего рода плавильный котел наций, похожий, например, на США. Как поясняет Валерий Ильинский, есть страны, генотип жителей которых имеет очень однородный состав, и, напротив, те, где смешены разные фрагменты, так вот Россия как раз из последних — это, пожалуй, тоже хорошая новость.

Экспертиза

Братья не по крови

Елена Филиппова, главный научный сотрудник Центра этнополитических исследований Института этнологии и антропологии РАН

Фото: iea-ras.ru

Набор генов зависит от того, на какой территории живут люди, в какие брачные союзы они вступают друг с другом, каким образом происходит передача наследственных признаков... Фактически изучение ДНК может сказать нам, откуда прибыли носители этих генов: например, недавно генетики проследили путь нашей праматери Евы, родом из Африки. Другой вопрос: что это говорит нам о нашей культуре и идентичности?

Генами определяется устойчивость к болезням, продолжительность жизни, наша физическая конституция — склонность к полноте, рост. Однако они ничего не говорят нам о том, какая культура станет родной для человека, на каком языке он будет говорить. Человек формируется средой — тем, что слышит в школе, в семье, по телевизору, о чем разговаривает с друзьями; идентичность — вообще вещь сугубо субъективная. Наш институт неоднократно пытался организовывать совместные научные семинары с генетиками, и всегда камнем преткновения становится переход от генетики популяций к национальной идентичности: генетикам зачастую это кажется очевидным, мы же, напротив, ничего очевидного здесь не видим.

С русскими и русской нацией то же самое: возьмите территорию РФ, здесь много популяций с самыми разными наборами генов. Или вот еще пример. Часто говорят, что русским, допустим, присуще особое почтение к власти, но это закладывается не генами, а воспитанием, тем, что считается безусловными ценностями в этом обществе, что является социально одобряемым поведением, примерами для подражания, наконец. Для сравнения: во Франции культивируется дух бунтарства, готовность протестовать по любому поводу, а покорность (от нас, мол, все равно ничего не зависит) — не в чести.

Еще раз: нас определяет наше социальное окружение, поэтому я, кстати, не люблю понятие "русские", когда всех, кто живет здесь, объединяют в некое целое. Не люблю вот почему: внутри этой мнимой целостности мы видим такие социальные различия, такие дистанции в образе жизни, в системе ценностей, в образе мыслей, что только диву даешься. О какой целостности может идти речь? Боюсь, что и дальше этот разрыв будет увеличиваться — налицо проблемы с доступом к информации, к культуре... Помните у Достоевского: "Развитый человек острог предпочтет, чем с такими иностранцами, как мужички наши, жить".

Однако у меня для вас есть и хорошая новость. Мы — европейцы, здесь я солидарна с генетиками. Недавно я беседовала с одним болгарским философом, он сказал: люди, доказывающие, что родина Чайковского, Рахманинова, Лобачевского — не Европа, просто ничего не понимают. Безусловно, все наши культурные ориентиры в Европе, а не в Азии. И несмотря на утверждения последних лет о том, что все зло идет с Запада, Россия была и остается европейской страной, ну а мы, соответственно, европейцами.

Гены не говорят, какая культура станет родной для человека, на каком языке он будет говорить. Человек формируется средой

Цифры

Россиянин в разрезе

"Да, скифы — мы, да, азиты — мы",— писал поэт. Ученые не согласны: в нашем геноме больше фрагментов, унаследованных от европейцев

Результат ДНК-теста среднестатистического жителя России

Источник: Genotek

Детали

Сам себе гражданин

Мы определяем себя прежде всего через принадлежность к стране — прочие варианты самоидентификации не столь популярны

Как бы вы ответили сами себе на вопрос: "Кто я такой?"

Источник: ВЦИОМ, 2016 год

Брифинг

Константин Скрябин, академик РАН и РАСХН

Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсантъ

Россия — это больше 80 национальностей! Разные они или одинаковые? Как и откуда произошли и куда двигались? Еще Карамзин сказал, что если поскрести русского, то найдешь татарина. А кто такой татарин? Татарин, который был раньше, это не современный татарин. Найдите захоронения времен Чингисхана и определите, что это за национальность. Потом сравнивайте. Мы очень похожи на поморов, но ближе к уграм и так далее. Может быть, и татаро-монгольского нашествия не было, а это русские сражались с русскими, используя татар?

Олег Балановский, руководитель лаборатории геномной географии Института общей генетики РАН

Фото: генофонд.рф

— Откуда все-таки пошел русский народ?

— Касательно русских точно можно утверждать лишь то, что монгольское завоевание XIII века, вопреки распространенному мнению, не оказало влияния на генофонд — в русских популяциях практически не обнаруживаются центральноазиатские варианты генов... Генетические исследования народов часто воспринимаются как окончательное слово науки. Но это не так! До нас работали главным образом антропологи. Причем уровень работы классиков во многом остается непревзойденным.

Андрей Кончаловский, кинорежиссер

Фото: Петр Быстров / Коммерсантъ

Я снял три фильма в русской деревне, я живу в этой стране и знаю мой народ. И постепенно убедился: чтобы изменить страну, надо изменить ментальность. А чтобы изменить ментальность, нужно изменить культурный геном. А чтобы изменить культурный геном, надо сначала его разобрать на составные части вместе с величайшими русскими философами, то есть понять причинно-следственную связь, которая в нашей стране до сих пор не изучена. И только потом уже решить, куда нам идти.