Метонимия в селькупском языке

УДК 811.511.21

Н. В. Дубровская МЕТОНИМИЯ В СЕЛЬКУПСКОМ ЯЗЫКЕ

Данная статья является продолжением комплексного исследования понятийной категории абстрактности/ конкретности на примере селькупского языка. В статье рассматриваются вопросы метонимических переносов наименований.

Ключевые слова: метонимия, семантический конгломерат, ассоциативный, конкретное, абстрактное.

Под метонимией, как известно, понимается перенос наименования, основанный на ассоциации по смежности, обусловленной смежностью самих вне-языковых объектов [1, с. 92]. М. М. Покровский первым обратил внимание на то, что психологические ассоциации определяются социальными и истори-чес-кими причинами, условиями жизни, внешней средой, окружающей носителей языка. Он отмечал, что «для понимания семасиологических явлений необходимо постоянно иметь в виду психологию и историю народа» [2, с. 32]. В современной отечест-венной психологии отчетливо звучит мысль о том, что у мышления нет внеисторической природы [3, с. 178].

При рассмотрении метонимических переносов обычно все внимание уделяется типам переносов, их классификации по определенным видам, отражающим связи между конкретными классами объектов (например, каузальный, локальный, темпоральный и т. п.) [4, с. 300-301]. Однако и сами психологические ассоциации, и, главное, определение смежности явлений, безусловно, историчны, чего нельзя не учитывать при изучении языка народа, в истории которого был «переход из одного временного измерения в другое» [5, с. 40], обусловленный приходом на территорию Сибири русскоязычного населения. С учетом специфики исторического бытования народа при определении метонимических переносов возникает ряд вопросов: какие явления рассматриваются как смежные, стоящие рядом; как определяется их близость; что считается совмещенным во времени, пространстве, связанным причинно-следственными отношениями? Нет сомнений, что эти связи и отношения не являются раз и навсегда установленными. Они меняются с изменением жизни общества, развитием производства, культуры, с изменением картины мира. В отечественной науке еще прошлого столетия отмечалась важность «внутренней основы ассоциаций», связанной с культурой, уровнем знаний носителей языка: важно не то, что события следовали в таком порядке, а то, что человек обращал внимание на эту последовательность [6, с. 113].

Определение метонимических переносов наименования как основанных на смежности явлений подразумевает для современного языкового сознания прежде всего различие, четкое разграничение этих явлений, понятия о которых лишь частично совмеща-

ются. При метонимии «объем понятий вновь именуемого объекта и уже отраженного в предшествующем значении языковой формы совпадают в каких-то частях», т. е. речь идет о смежных, но все-таки разных явлениях действительности [1, с. 92].

Данные селькупского языка свидетельствуют о том, что наличие ассоциативных связей между явлениями не обязательно сопровождается их четкими разграничениями, и, соответственно, во многих случаях нельзя говорить о последовательной многозначности слова и отчетливой вторичности переноса наименования. В этом случае находят отражение необычная для современного языкового сознания широта значения и отсутствие последовательного разграничения конкретного и абстрактного в семантике селькупского слова.

Среди устойчивых ассоциаций, получивших разнообразное отражение в селькупском языке, выделяются ассоциации представлений о смежности свойства и объекта, обладающего данным свойством, а также ассоциации «орудие действия - действие, совершаемое этим орудием».

В качестве примера рассмотрим селькупское существительное об. Ш, кет., вас., тым. t'el, tёl, кет. t ’еЫ, tёlat, об. С, Ш, тым. t'eld, об. С ^еЫэ, teldэ, об. Ш, кет. t’elt, tёlt, об. С, кет. t’el2t, об. Ч, вас. ке1, ел. кеИ, тур. кёП ‘солнце’, ‘свет’, ‘день’, ‘погода’ [7, с. 237; 279]. Представляется, что структура данного слова складывается не в результате непосредственных переносов вторичных наименований, а как результат расщепления единого смыслового целого - по терминологии Б. А. Ларина - «семантического конгломерата». Так, данное существительное может употребляться в значении дневного светила - солнца, на-например: кет. ^е1ап ауап ‘солнце взошло’; об. Ч кеЫэ кdgэrna ‘солнце сияет’; вас. ке12Ы2 ке12тЪа ‘солнце светит’; вас. кеЫэ р2^э саппэтЪа ‘солнце высоко взошло’; об. Ч кеЫэ е11’е раЫеЗра ‘солнце садится’; об. Ч кеЫэ росетЪаХ ‘солнце печет’; об. Ч кеЫэ ХауеЗра ‘солнце всходит’; тур. taq2Г кё12 рофа ‘летнее солнце теплое’. Оно может обозначать объективную причину зрительных ощущений и употребляться в значении «свет»: об. Ч ке1эпЫ кеЫ ‘солнечный свет’, а также в значении «день»: во-первых, «день как часть суток, промежуток времени с утра до вечера», например, тур. s’er2mtel ’ ке12 ‘дождливый день’; ел.

Kelende qet2mb2tij Kel2 ‘солнечный день’; об. Ч qal Kelda qafigaq eq ‘зимний день короткий’; об. Ч Kel’eqend qula sorumyoqot caWsdst ‘целый день люди под дождем идут’; об. Ч Kel’eqsnd kojak mad’oy2t ‘целый день в лесу хожу’; во-вторых, «день как сутки, промежуток времени в 24 часа или неопределенный промежуток времени в пределах суток, принимаемый за отдельные сутки при счете в быту»: вас. qfislsand mat oqsr Kel m ’eyap ‘обласок я один день делал’; в-третьих, «день как промежуток времени (в пределах суток календарного дня), связанный с какой-либо социальной деятельностью», например, а ud'edsl Kel ‘нерабочий день’. Последнее значение, несомненно, относится к более позднему периоду в истории селькупского языка.

Примеров словоупотребления данной лексемы в значении «погода» мы не находим, хотя это значение было зафиксировано исследователями селькупского языка [7, с. 279], а, следовательно, можно говорить о том, что значение «погода» также входит в семантический конгломерат.

Таким образом, наряду с разграничением значений данная лексема проявляет довольно прочные семантические связи внутри значений. Представления о близости, смежности, даже тождественности явлений отражаются в селькупском языке в одном обозначении, которое охватывает целую семантическую область на основе ассоциаций, не имеющих резких границ. Характерно, что четкое разграничение отсутствует между соседними представлениями «солнце-свет», «свет-день», однако оно проявляется в отношении крайних членов ассоциативного ряда «солнце-день». Примеры применения данного слова в селькупском языке свидетельствуют о более последовательном выделении и разграничении значений. Так, представление о дне не ограничивается представлением только о светлом времени суток, другие выделенные значения понятия «день» составляют неотъемлемую часть его семантики, что свидетельствует о большей смысловой определенности слова. Таким образом, в лексике селькупского языка необходимо отметить тенденции к образованию последовательной многозначности и оформлению отдельных значений путем разделения широкого по значению слова.

Другим словом, в семантике которого наблюдается расщепление семантического конгломерата, является существительное об. С aW, oW, об. Ш, Ч, кет., вас. оу, об.Ч, кет. оуэ, вас. ос, среди значений которого выделяют значения ‘голос’ ‘слово’ ‘разговор’ ‘известие’ [7, с. 2l; l73]. Относительно этой лексемы можно предположить, что в её семантике прослеживаются следы уподобления выделенных значений. Значения «слово» и «известие», как правило, реализуются в сочетании с декларативными глаголами и глаголами восприятия: кет. tep asss urjgulyumbat oysm, qstpadi onds azands ‘он не послушался слов, сказанных его отцом’; об. С tan ugulyak man oWogsn

‘ты прислушайся к моим словам’; об. С man 0dd2dezau sod’iga о W2m ‘я получил (букв. услышал) хорошее известие’. Таким образом, значения «слово» и «известие» реализуют представление о данных понятиях как о звуковом выфажении отдельного предмета мысли и обнаруживают семантическую связь со значением «голос». Связь подобного рода («уста-голос-слово») демонстрирует поговорка: кет. aygana оуэ p2r)galenyir), tebam ass a oralyenyal ‘(если) с уст слово сорвется, его не поймаешь’. В селькупском языке в отношении понятия «слово» можно констатировать наличие переносного значения «слово как уверение, обещание»: об. С man oralabu onen о Wofi ‘я держу свое слово-мое’. Однако наличие лично-притяжательного суффикса позволяет говорить только об относительной абстрактности данного понятия, лично-притяжательный суффикс еще как бы удерживает его в сфере конкретного.

Словом близкой семантики является об. Ч cencade, cencate, среди значений которого выделяют следующие: ‘произношение’, ‘слово’, ‘разговор’ [7, с. 280]. Примеры словоупотребления свидетельствуют в пользу конкретизации данных понятий селькупского языка. Во всех случаях слово также как и об. С aW, о W, об. Ш, Ч, кет., вас. оу, об.Ч, кет. дуа, вас. ос употребляется в сочетании с глаголами высказывания и восприятия: об. Ч ti cencalt izabal, a cencadel aja ‘вы говорите правильно, а произношение-твое плохое’, об. Ч tab a ungayaamb2t and cencatep ‘он не слушал слов отца-его’; об. Ч mat tabadat cencatemdat a undayam ‘я их разговора-их-многих не слышал’; об. Ч Xugulyel caWedi qula mi cencatedat a dndayidat ‘идущие позади люди не слышали нашего разговора’. Таким образом, в отношении данного слова трудно говорить о расширении ассоциативных связей, они еще довольно отчетливо демонстрируют общее значение, которое описательно можно выразить следующим образом: об. Ч cencade, cencate - то, что говорит человек.

Более расширенные ассоциативные связи проявляются в применении другого селькупского слова об. С, вас., тым. 2y, тур. ed2, eda, об. Ш, Ч, кет, вас., тым. еу, ёу2, eya, кет. eyi, ел. et, об., кет., вас., тым. ay, кет. ayi, кет. ayi со значениями ‘слово’ ‘голос’ ‘язык’ ‘речь’ ‘вопрос’ ‘разговор’ ‘легенда’ ‘сказание’ ‘предание’; об. С 2yla мн. ч. ‘слова’, тур. ed2ta мн. ч. ‘голоса’ [7, с. 305, 308, 313, 314].

Данное существительное фигурирует в селькупской сказке и применяется по отношению к мифоло-мифологическому животному: об. Ч oka celyoqot p2kan aqmut ayacannanya ‘однажды изо рта быка голос вышел’. В данном примере понятие «голос» демонстрирует специфическое более раннее осмысление, так как выступает в роли производителя действия, и сверх того, его активность подчеркивается семантикой глагола. Как известно, мифологическая картина мира подразумевает отождествление человека и природы, в сказках животных часто наделяют способностью говорить

— l3l —

на человеческом языке, что демонстрирует более раннее осмысление объективной действительности. Однако, о том, что понятие «голос» находится в переходном состоянии, свидетельствуют следующие факты селькупского языка. С одной стороны, можно наблюдать «модернизацию» данного понятия, когда голос воспринимается в основном как свойство человека: об. Ш qun эуap ontel’d’ap ‘голос человека услышал -я’; кет. qun s/yam md2disaft ‘голос человека услышал -я’; об. Ч tabs q2g2s parqugu, ay ads netuya ‘он хотел кричать, голоса-его не было’; об. Ч tabsnan eyat q2b2Woq sarfiatpa ‘у него голос-его тихий (букв. едва говорит)’. С другой стороны, примеры указывают на конкретизацию данного понятия в селькупском языке: лексема может употребляться с лично-притяжательным суффиксом, а также выступать в роли производителя действия, что указывает на своеобразную связь, наслоение на более раннее специфическое восприятие данного понятия как активно действующей сущности и как свойства и человека, и животного. Это наслоение, как видно из примеров словоупотребления, выражается в уточнении того факта, что услышанный голос принадлежит именно человеку. Подтверждением сказанному является следующий пример употребления данного имени в значении «язык»: кет. qul2j эуэ ‘человеческий язык’.

Другим значением, которое передает рассматриваемое существительное, является значение «слово». Оно может участвовать в метонимических переносах, например,: тур. ed2ta sajk2t2F irayotat soma eqgoat ‘слова безглазого старика добрые’; об. Ч eye kfiatku ‘словом убить’ (слова = сказанное); кет. onende ayam oralbagu ‘свое слово сдержать’ (слово = обещание).

В семантике данного существительного отражается сообщение лексеме особой христианской «нагрузки»: кет. nun ёу2 ‘божье слово’.

Судя по примерам, данная лексема в значении «слово» в основном употребляется в сочетании с глаголами высказывания, сообщения и восприятия, а, следовательно, может выступать в значении единицы речи, представляющей собой звуковое выражение мысли: об. С man tenga taft 2ylam ketkofi, a oneq ergas t ’uraq ‘я тебе эти слова говорю, а сама чуть не плачу’; об. Ч man eyom ungetygmhlel! ‘к моим словам прислушайся!’; вас. taЪg larembeya eyap kadagu qajgo, n2l’yi eya ‘он боялся слово сказать про то, (как) это случилось’; об. Ч koy eyap ege cencesak! ‘много слов не говори!’; вас. cundkurrale qfienna, tat orall’eye, tan eyap kadal’ey ’e, tаЪэp a orall’ey ’e ‘(если) конь вырвется, ты (его) поймаешь, (если) ты слово произнесешь, его не поймаешь’ (поговорка); об. Ч quda tassenda oyolalyespa qostal ayep cencugu? ‘кто тебя учит плохое слово говорить?’; кет. ass so qunni t’ar2q ton kot ayi, qunni okk2r ayi ‘плохому человеку скажи тысячу слов, а хорошему человеку одно слово’ (поговорка); кет. tep ez2dd2 ayim ass2 йggэlyiЪЪ2z2t ‘он не слушал слов отца-его’.

В селькупском языке в сочетании с глаголами высказывания, сообщения и восприятия мы находим употребление данной лексемы в других значениях: кет. me md2d’et teb2n ay am soy ‘мы слушали его речь внимательно’; кет. man ted2nni в attorn so ayim qetcafi ‘я тебе по дороге хорошую весть передам (букв. расскажу)’; кет. qul’diy nimdikttate ayan? ‘как называется на вашем языке’; об. Ч tab ayalguk: “Qail’na ay?Man n2l’yi ay a tanundak, senye a kadespal” ‘она говорит: «Разве это предание? Я такое предание знаю, (что) языком не расскажешь»’.

На конкретизацию указывает употребление рассматриваемой лексемы с лично-притяжательным суф-суффиксом: вас. tan eyol/За ek ‘твоя речь-твоя хорошая’.

Таким образом, образование новых значений, обусловленное появлением новых ассоциаций, проходит в условиях характерной для селькупского слова широкозначности. Возникающие ассоциативные связи являются очень тесными. Полное или почти полное уподобление одного явления другому (слово, речь, предание, весть, язык тесно связаны с представлением их как звукового выражения мысли) указывает на то, что в селькупском языке еще не произошло окончательное разграничение значений. Свидетельством тому является совмещение этих значений в семантической структуре слова.

Существительное кет. sa, об. С s ’е, ел. s ’ej, s ’ejt2, об. С, кет. se, sё, об. Ш, Ч, вас., тым. Зё ‘язык’ относится к антропологической лексике и употребляется в значении «орган в полости рта»: кет. qftersaj se ‘шершавый язык’; об. С man tunfiaq seze norpalgu ‘я умею чистить языком (убирать соринку)’; об. Ч adalyalel sёmd! ‘покажи язык!’; об. Ч sen ug ‘кончик языка’. В селькупском языке есть примеры употребления данного слова в переносном значении: об. С s’el saWet! ‘прикуси язык-твой’, вас. sel xacet! ‘язык-твой прикуси’ (не говорить, сразу замолчать); об. С tebnan t’ubba set ‘у нее длинный язык’ (о болтуне, о том, кто болтает лишнее).

Результатом ассоциативных связей «орудие действия - действие, совершаемое этим орудием» обусловливается следующее значение данной лексемы: «язык как исторически сложившаяся система, объективирующая работу мышления и являющаяся орудием общения, обмена мыслями и взаимного понимания людей в обществе». Например, об. С dray cocoga sё ‘иностранный язык’; вас. cйmэl’qut se ‘селькупский язык’; вас. mzat se ‘русский язык’; об. С man t’al2mpaku tunfiay susegu sёn ‘я умею говорить по-селькупски’ (букв. на селькупском языке)’;

об. Ч kolofiatpad cum2l’ set ‘говорите по-селькупски! (букв. на селькупском языке)’; кет. kul’diy n’urugu te sefian? ‘как называется на вашем языке’; об. Ш mat 6y2lyespap ruzij sep, sosquj sep ‘я изучаю русский язык, селькупский язык’.

Следует отметить, что в селькупском языке есть примеры, которые позволяют говорить о еще доволь-

но тесной связи или отождествлении орудия действия и действия, совершаемого этим орудием: об. Ч onenWe sende kadekfiet! ‘говори на своем языке (букв. языком)!’; об. Ч tabat se%e qanduq qfiarat? ‘на его языке (букв. языком) как называется?’.

Примеры словоупотребления данной лексемы с лично-притяжательными суффиксами свидетельствуют о конкретизации понятия «язык»: кет. man oneq sefia qay2na ass2 efialyenyaP ‘я свой язык-мой никогда не забуду’; кет. man semdat negargu q2qan ‘я язык-ваш записать хочу’; об. С man te semd2lta nag2rgu kegau ‘я ваш язык-ваш записать хочу’; об. Ч tabla oyolalWespadat nagarond onyadat seqandat ‘они учатся грамоте на своем языке-их-многих’.

Как видно из примеров, значение «язык» реализуется в сочетании с глаголами, семантика которых связана с идеей изучения, получения знаний посредством определенных действий. Подтверждением сказанному являются и другие примеры: об. Ш mat ti semd2 nagurgu k2gak ‘я ваш язык записать хочу’; об. Ш qanduj selap tat tanfial? ‘какие языки ты зна-

ешь?’; об. Ш qanduj selap tat oy21yespal? ‘какие языки ты изучаешь?’.

Таким образом, можно констатировать наличие в селькупском языке ассоциаций «орудие действия -действие, совершаемое этим орудием», что, несомненно, является более поздним по времени фактом селькупского языка, чем отождествление орудия действия и действия, совершаемого этим орудием. Итак, семантическая структура рассматриваемого слова складывается не в результате непосредственных переносов вторичных наименований, а как процесс расщепления семантического конгломерата.

В целом, применительно к селькупскому языку, можно говорить о специфике и исторической обусловленности языкового выражения ассоциаций по смежности. Метонимия служит примером отражения в языке процесса расширения диапазона осмысляе-мыгс понятий от более конкретный к более абстрактным. Иллюстрацией истоков языковой метонимии как осознанных последовательных переносов наименований служат языковые факты селькупского языка.

Сокращения: вас. - васюганский диалект, ел. - елогуйский говор, кет. - кетский диалект, об. - обский ареал (об. С, Ш, Ч), об. С - обские говоры Сюсюкум, об. Ч - обские говоры Чумылькуп, об. Ш - обский говор Шёшкум и Шёшкуп, тур. - туруханский говор, тым. - тымский диалект.

Литература

1. Языковая номинация. Общие вопросы / под ред. Б. А. Серебренникова и А. А. Уфимцевой. М., 1977.

2. Покровский М. М. Избранные работы по языкознанию. М., 1959.

3. Поршнев Б. Ф. Социальная психология и история. М., 1979.

4. Арутюнова Н. Д. Метонимия // Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990. С. 300-301.

5. Осипова О. А. Процесс формирования абстрактных существительных и его связь с уровнем культуры народа // Вестн. Томского гос. ун-та. 2002. Вып. 1. С. 40-42.

6. Каптерев П. Ф. Из истории души. Очерки по истории ума. СПб., 1890.

7. Селькупско-русский диалектный словарь / под. ред. проф. В. В. Быконя. Томск, 2005.

Дубровская Н. В., аспирант, ведущий инженер кафедры английской филологии.

Томский государственный педагогический университет.

Ул. Киевская, 60, г. Томск, Россия, 634061.

E-mail: socium@sibmail.com

Материал поступил в редакцию 10.10.2008

N. V Dubrovskaya METONYMY IN THE SELKUP LANGUAGE

This article is a prolongation of a complex research of the notional category of abstractedness/concreteness by the example of the Selcup language. The article deals with the questions of the analogical transfers of denominations.

Key words: metonymy, semantic conglomeration, associative, concrete, abstract.

Dubrovskaya N.V

Tomsk State Pedagogical University.

Ul. Kievskaya, 60, Tomsk, Russia, 634061.

E-mail: socium@sibmail.com