В парламентское расследование вносят оживление

Члены Совета федерации (СФ) Константин Добрынин и Андрей Клишас подготовили поправки в закон "О парламентском расследовании", который они считают "мертворожденным". Согласно поправкам, расследование депутаты смогут инициировать не только по своему усмотрению, но и по заявлению президента или губернатора. А если какая-либо из палат парламента откажется от расследования, то в законе должно быть предусмотрено "принуждение к согласию". Оппозиционеры уверены, что сенаторы не смогут "реанимировать" закон до тех пор, пока парламент будет под контролем партии власти.

Закон "О парламентском расследовании" действует с 2005 года. Он был принят в то время, когда в СФ работала комиссия, члены которой расследовали причины захвата школы в Беслане и гибели 334 заложников. Оппозиционеры уже тогда заявляли, что с таким законом расследования станут невозможными. Их прогноз был отчасти верным. С тех пор расследование проводилось единственный раз — после аварии на Саяно-Шушенской ГЭС в 2009 году. Думская оппозиция пыталась инициировать расследования многих событий, к примеру, массовых беспорядков на Манежной площади в Москве в 2010 году, но все ее попытки блокировались "Единой Россией".

Сенаторы Константин Добрынин и Андрей Клишас назвали действующий закон "мертворожденным" и сообщили, что "решили подойти к его изменению не революционно, а эволюционно". "Изменения будут носить точечный и поэтапный характер",— сообщил господин Добрынин. В частности, сенаторы изменили процедуру инициирования расследования. Сейчас это возможно только в том случае, если на расследование согласны и Госдума, и СФ. Если одна из палат против, то другая не вправе проводить самостоятельного расследования. На этот случай сенаторы предлагают заложить в закон механизм "принуждения к сотрудничеству". В случае разногласий представители обеих палат создают согласительную комиссию. После этого вопрос выносится на повторное голосование в той палате, которая первоначально была против. И если со второй попытки две трети этой палаты проголосует за, то расследование начинается. Фильтр в две трети голосов введен потому, что "расследования должны возбуждаться только по наиболее важным, резонансным делам, а вето нужно преодолевать красиво", пояснил "Ъ" господин Добрынин.

Это "даже не полумера", считает депутат Госдумы, глава юрслужбы компартии Вадим Соловьев. По его словам, логичнее было бы дать и СФ, и Госдуме право на самостоятельное расследование, "как оно было до принятия закона в 2005 году". Коммунист напомнил, что комиссию по расследованию бесланской трагедии создали члены СФ, а комиссию по расследованию первой чеченской войны в 1995 году — депутаты Госдумы. А если решать вопрос "двумя третями голосов, то никаких расследований не будет, как их нет сейчас", полагает господин Соловьев.

Сенаторы решили расширить и круг лиц, которые могли бы инициировать расследование. Сейчас таким правом обладают депутаты, а также уполномоченный по правам человека. Господа Добрынин и Клишас включили в это число президента, губернаторов, а также "обращения граждан". Зампред думской фракции "Справедливая Россия" Михаил Емельянов считает, что в распоряжении президента "и без того достаточно "силовых структур", чтобы провести любое расследование". К тому же, по его мнению, включив в закон о парламентском расследовании президента и губернаторов, сенаторы "нарушили принцип разделения властей". Ведь расследование, по словам справоросса, это один из способов "парламентского контроля законодательной власти за деятельностью исполнительной".

Сенаторы решили расширить и перечень событий, по которым станет возможным расследование. Сейчас это факты грубого или массового нарушения конституционных прав гражданина, причины техногенных катастроф и их последствия. По мнению же сенаторов, расследованию должны подлежать нарушения, допущенные в сферах бюджетного процесса, управления госсобственностью, размещения госзаказов и исполнения госконтрактов, а также противодействия коррупции. Вице-спикер Госдумы от ЛДПР Игорь Лебедев отметил, что всем этим "занимается Счетная палата, которая, по Конституции, и есть орган парламентского контроля". Но Константин Добрынин уверен, что парламентарии не будут дублировать функции каких-либо ведомств: "Просто у депутатов должна быть возможность влияния на ситуацию в тех случаях, когда ответственные ведомства занимаются этим недостаточно активно либо не занимаются".

Самое главное, по словам господина Добрынина, в том, что "у законопроекта четкая антикоррупционная направленность". "Мы уже получили благоприятный отзыв на него от Верховного суда, руководство Совета федерации также понимает, что он востребован, и поддерживает нас",— заявил сенатор. Игорь Лебедев уверен, что "закон останется "мертворожденным" и никакие поправки его не смогут реанимировать". По его мнению, надо "сначала реанимировать само парламентское расследование", а это "не произойдет до тех пор, пока доминирующее большинство будет у одной партии — партии власти". Единороссы отказались комментировать законопроект. Авторы проекта планируют внести его в Госдуму до конца года.