Когнитивный подход к рассмотрению термина

Т.С. РОСЯНОВА

Татьяна Сергеевна РОСЯНОВА — старший преподаватель кафедры английского языка № 3 ИИЯ СПбГУЭФ.

В 1986 г. окончила Санкт-Петербургский государственный университет. Автор более 20 научных работ.

Область научной специализации — германские языки, терминоведение (на материале английского языка).

^ ^ ^

КОГНИТИВНЫЙ ПОДХОД К РАССМОТРЕНИЮ ТЕРМИНА*

Специальная лексика — это совокупность лексических единиц (в первую очередь, терминов) специальных областей знания, образующая особый пласт лексики, наиболее легко поддающийся сознательному регулированию и упорядочению. Специальная лексика составляет свыше 90 % новых слов, появляющихся в современных развитых языках. Удачные термины способствуют развитию науки, а неудачные — могут тормозить развитие научных знаний [6, с. 5-6].

История исследований специальной лексики в нашей стране насчитывает уже более полувека. Многие дискуссионные вопросы терминоведения к настоящему моменту успешно решены. Работы современных отечественных терминоведов (С.В. Гринева, В.А. Татаринова, Б.Н. Головина, А.В. Суперанской, В.М. Лейчика, С.Д. Шелова, В.П. Даниленко, В.Н. Прохоровой, А.С. Герда и многих других) составляют золотой фонд классического терминоведения. На протяжении последнего десятилетия меняется ракурс научного анализа термина, что обусловлено достижениями современного языкознания и потребностями информационного общества.

В результате развития и специализации терминоведческих исследований, в самостоятельные направления выделились: типологическое терминоведение, семасиологическое, ономасиологическое, сопоставительное, функциональное, историческое, когнитивное терминоведение, терминография, терминоведческая теория текста и др. [там же, с. 8].

Когнитивное терминоведение, исследуя роль терминов в научном познании и мышлении, использует достижения и методы когнитивной лингвистики, в частности когнитивной семантики. В настоящее время когнитивное направление в терминоведении развивают такие российские ученые, как В.М. Володина, Л.В. Ивина, Л.А. Манерко, Л.М. Алексеева, В.Ф. Новодранова, Э.А. Сорокина, В.М. Лейчик и др. Появляются работы, в которых рассматривается лексико-семантическое представление концептов в разных языках, а также психолингвистические, этнолингвистические, лингвокультурологические и антрополингвистические исследования. Особенности формирования терминологий рассматриваются на фоне национального наполнения различных семантических полей, лексико-семантических групп и областей [там же, с. 288].

Междисциплинарные исследования являются характерной особенностью современной науки. Что касается когнитивной науки, то ее можно определить как науку, ориентированную на всестороннее изучение человеческого интеллекта и связанных с ним феноменов, науку об общих принципах, управляющих ментальными процессами [см., напр.: 28; 13; 14; 10; 19]. Когнитивная лингвистика является частью междисциплинарной парадигмы когнитивной науки. В центре внимания лингвистов-когнитивистов находится язык как общий когнитивный механизм. Когнитивной лингвистикой исследуются процессы усвоения, накопления и использования информации как отдельным индивидуумом, так и социумом в целом [см.: 13; 14; 8; 24]. По словам Л.В. Ивиной, «современная когнитивная лингвистика рассматривает язык как когнитивную деятельность, базирующуюся на таких способностях человека, как восприятие и категоризация» [8, с. 23]. Когнитивный подход к исследованию термина как инструмента познания вызывает к жизни новые дефиниции понятий «термин» и «терминосистема».

ГРНТИ 16.21.47 © Т.С. Росянова, 2011 Публикуется по рекомендации д-ра филол. наук, проф. С.В. Киселевой.

Проблема соотношения между словом и термином долгое время оставалась одной из наиболее важных в терминоведении.

Согласно классическому определению терминоведения, «термин (от лат. terminus — граница, предел) — это слово или словосочетание, обозначающее понятие специальной области или деятельности. Термин входит в общую лексическую систему языка, но лишь через посредство конкретной терминологической системы (терминологии)» [18, с. 508]. А слово, по определению Ю.С. Маслова, — «минимальная относительно самостоятельная значащая единица языка» [20, с. 89]. Слово — это основная структурно-семантическая единица языка, служащая для именования предметов и их свойств, явлений, отношений действительности, обладающая совокупностью семантических, фонетических и грамматических признаков, специфических для каждого языка [18, с. 464].

С традиционной точки зрения, для того чтобы разграничить термин и слово, терминоведами был выделен определенный набор лингвистических признаков термина. По словам С.В. Гринева-Гриневича и других исследователей, в них включаются номинативность, наличие дефиниции, точность значения, контекстуальная независимость, устойчивость и воспроизводимость в речи, стилистическая нейтральность, конвенциальный и целенаправленный характер появления [5, с. 101; 7, с. 33; 18, с. 508-509].

В парадигме когнитивного терминоведения термин понимается как информационно-когнитивная структура, аккумулирующая специальные знания, необходимые в процессе научной коммуникации и профессионально-научной деятельности [11]. «Термин — это основная единица науки, специальных отраслей знаний и сфер деятельности человека, призванная номинировать объекты и процессы и одновременно служить средством познания окружающего мира» [8, с. 14]. Термин, по словам О.Г. Козловской, становится инструментом познания, закрепляя полученную информацию в своем содержании. Он дает возможность обобщать научные знания, умножать знания и передавать их следующим поколениям ученых [9, с. 245]. Термины представляют собой элементарные когнитивно-информационные модели, которые несут в себе информацию о данном объекте или явлении [3].

Разница между словом и термином объективно обусловлена тем, что они отражают явления разных уровней мыслительной деятельности — научное мышление и бытовое оперирование представлениями [6, с. 28]. Существует много определений термина, и понимание термина как слова или словосочетания, связанного с понятием, принадлежащим к какой-либо области знаний или профессиональной деятельности, в настоящее время не препятствует единству мнений исследователей. Принципиальное отличие терминов заключается также в специфичности употребления. Так, профессиональное употребление терминологических единиц было выдвинуто горь-ковской школой терминоведения в качестве критерия терминологичности [2, с. 264].

В соответствии с когнитивным подходом предполагается «смещения центра внимания исследователей с термина на построение концептуальных каркасов научных теорий и их терминологической манифестации» [11, с. 17]. Поскольку система научных понятий выражает структуру знания об объекте и способах его описания, а система терминов коррелирует с системой понятий, выражая структуру знания, представляется справедливым мнение ряда лингвистов о том, что ключ к решению когнитивного вопроса о термине лежит в моделировании максимально полной структуры конкретного научного знания [см.: 12; 4].

Терминоведы-когнитивисты делают акцент на соотнесении языковых структур со структурами знания. Именно языку отводят «ключевую роль в познании окружающей действительности и формировании новых терминов» (Т.Д. Томахин, В.Б. Касевич, Г.В. Колшанский, Л.В. Ивина и др.). Многочисленные междисциплинарные исследования, проводимые Л.М. Алексеевой, Е.И. Головановой, Е.С. Кубряковой, И.П. Меркуловым, В.Ф. Новодрановой, дают веские основания полагать, что мышление людей прошло эволюционный путь по смене доминирующих когнитивных типов мышления: от пространственно-образного к знаково-символическому [15, с. 106]. Структура знания — это, прежде всего, совокупность концептов, объединенных определенной иерархией и объективированных в термине [23, с. 150]. Таким образом, в современных исследованиях терминологические единицы и терминологические системы рассматриваются в связи с концептами научных теорий и спецификой предметно-понятийных областей знания.

Терминологические иерархии, как и концептуальные, возникают под влиянием научной систематики, которая, в свою очередь, является проявлением универсальной категории «общее-частное». Поскольку классы объектов, между которыми устанавливаются логические иерархические связи, существуют и изучаются в системе, то и названия этих объектов связаны между собой семантически. Следовательно, семантические гиперо-гипонимические парадигмы обусловлены экстралингвистическими факторами и являются зеркальным отражением объективно существующей на данный момент научной систематики [26, с. 131]. Возможность и необходимость фиксировать понятийную иерархическую соподчиненность с помощью особых словообразующих средств, несущих соответствующую терминологическую информацию, наиболее отчетливо проявляются в сфере терминологии. Отношения соподчинения, фиксируемые языковыми средствами, наиболее типичны для самых низших ступеней иерархии [3, с. 28].

Для рассмотрения всех элементов содержательной структуры терминологических единиц различной степени сложности необходимо использовать лингвистические, семиотические и терминоведческие методы анализа. В.М. Лейчик полагает, что «разумно говорить не просто о семантике, а о содержательной структуре термина»,

так как в случае терминов имеет место комплексное явление, включающее значение термина и смысл термина» [17, с. 32]. Современные исследователи-когнитивисты считают правомерным говорить о концептуальной структуре термина, поскольку моделирование концептов строится на анализе семантики языковых средств, объективирующих этот концепт [9, с. 245].

Изучение терминологии в рамках когнитивной лингвистики предполагает построение концептуальной модели данной области знания и определение взаимосвязи между структурами знания и языковыми формами. В рамках когнитивизма механизмы человеческого сознания исследуются через языковые явления, и принципы исследования базируются на интегрировании ономасиологического подхода (от слова, номинативной единицы к мысли, концепту) с когнитивным (от мысли, концепта, к слову, номинативной единице) [там же].

С точки зрения когнитивного подхода, по мнению И.П. Меркулова и Г.В. Майорова, научный тип познания не сводится исключительно к рациональному мышлению, в основе которого лежит логическое рассуждение. Будучи продуктом когнитивной эволюции человека, научное познание «не отделено какой-то абсолютно непреодолимой гранью от познания обыденного» и использует те же механизмы и мыслительные стратегии [21; 19].

С появлением когнитивной науки акцент исследований смещается от классической однозначности термина к многозначности, и, следовательно, можно говорить о том, что термины имеют производные значения, связанные с метафорами, метонимией и пр. Современными исследователями подвергается сомнению категорическое утверждение о «чистой номинативной функции термина», отсутствию в его значении эмоциональности и экспрессивности, которое было развито в работах А.А. Реформатского, Л.А. Капанадзе и многих других исследователей. Требование классической теории термина о стилистической нейтральности терминологических единиц, требование об отсутствии у них экспрессии и эмоциональных коннотаций вступает в противоречие с идеей о том, что у терминов всех терминосистем могут присутствовать коннотативные значения (эмоциональность, образность, экспрессивность), определенные семантические наслоения [25, с. 17]. Образность, эмоциональность и экспрессивность характерны, прежде всего, для метафорического терминообразования.

В последние десятилетия отечественными и зарубежными исследователями метафорические выражения рассматриваются в новом ключе. Дж. Лакофф и М. Джонсон разработали теорию концептуальной метафоры как базового когнитивного процесса, М. Тернер и Ж. Факонье рассматривали теорию концептуальной интеграции [16; 29]. По мнению Дж. Лакоффа, «метафора — это основной механизм, с помощью которого не только осознаются абстрактные концепты, но и создается возможность абстрактно мыслить» [27, p. 249]. В нашей стране с когнитивных позиций теорию метафоры рассматривали Н.Д. Арутюнова, М.В. Никитин, Г.Н. Скляревская, А.А.Зализняк и др.

По мнению Н.Д. Арутюновой, метафора дает ключ к пониманию основ мышления и созданию образа мира, являясь эффективным эвристическим приемом в научном познании, а также механизмом научного творчества [1].

Л.В. Ивина рассмотрела термины с точки зрения метафоризации как когнитивной модели терминообразова-ния, поскольку метафоре принадлежит ведущая роль в концептуализации человеком действительности [8, с. 46]. Согласно Л.В. Ивиной, один из самых распространенных видов концептуализации окружающего мира — концептуальная метафора, не только участвующая в субкатегоризации понятий, но и обеспечивающая аккумуляцию знаний как отдельного человека, так и социума. Главный принцип такой категоризации сводится к тому, что сложные не наблюдаемые непосредственно ментальные пространства соотносятся через метафору с более простыми и конкретными наблюдениями [там же]. Поскольку одна из основных когнитивных и прагматических функций метафоры заключается в том, чтобы «способствовать становлению концепта в сознании, его формированию и прояснению (собственно познавательная, когнитивная функция метафоры)» [22, с. 762], то именно в процессах терминологической номинации существует необходимость ассоциирования признаков понятия по разным линиям аналогии. Очень часто только метафоричный термин способен передать суть явления или объекта, не имеющих своего устоявшегося названия. В рамках когнитивного терминоведения рассмотрение метафорического терминообразования, таким образом, представляется исключительно перспективным направлением, особенно для терминологий гуманитарных дисциплин.

В метафорах содержится такой объем информации, который позволяет выполнять функцию термина. С точки зрения теории информации, «если некий неожиданный элемент может быть встроен в систему, не нарушая ее законов, то он способен резко повысить ее информационную емкость» [8, с. 48]. Следовательно, правомерно изучать термины, образованные путем метафорического терминообразования, в русле когнитивно-информационной природы самого термина. С их позиций «термин представляет собой особую когнитивно -информационную структуру, в которой аккумулируется выраженное в конкретной языковой форме профессионально-научное знание, накопленное человечеством за весь период его существования» [3, с. 31].

Изучение терминосистем с привлечением методов когнитивного анализа и построением конкретных когнитивных моделей позволяет более глубоко рассматривать процессы их формирования и функционирования.

ЛИТЕРАТУРА

1. Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. М., 1999.

2. Березин Ф.М., Головин Б.Н. Общее языкознание. М.: Просвещение, 1979. 416 с.

3. Володина М.Н. Когнитивно-информационная природа термина (на материале терминологии средств массовой коммуникации). М.: Изд-во МГУ, 2000. 128 с.

4. ГердА.С. Предмет и основные направления прикладной лингвистики // Прикладная лингвистика / отв. ред. А.С. Герд. СПб.: Изд-во СПбГУ, 1996. С. 5-15.

5. Герд А.С. Терминологическое значение и типы терминологических значений // Проблематика определений терминов в словарях разных типов. Л.: Наука, 1976. С. 101-107.

6. Гринев-Гриневич С.В. Терминоведение. М.: Издательский центр «Академия», 2008. 304 с.

7. Гринев С.В. Введение в терминоведение. М., 1993. 309 с.

8. Ивина Л.В. Лингво-когнитивные основы анализа отраслевых терминосистем (на примере англоязычной терминологии венчурного финансирования). М.: Академический проект, 2003. 304 с.

9. Козловская О.Г. Когнитивный подход к исследованию термина как инструмента познания // Язык как средство коммуникации: теория, практика, методика преподавания. М., 2007. С. 245-247.

10. Кокорина Ю.Г. Когнитивное терминоведение и археологическое знание (к проблеме междисциплинарных исследований) // Актуальные проблемы германистики, романистики и русистики. Ч. 1. Материалы Междунар. науч. конф. 5-6 февраля 2010 г. Екатеринбург, 2010. С. 117-124.

11. Комарова З.И. Проблемы языка науки // Там же. С. 7-24.

12. Комарова З.И. Семантические проблемы русской отраслевой терминографии: дис. ... д-ра филол. наук. Екатеринбург, 1991. 401 с.

13. КубряковаЕ.С. Части речи с когнитивной точки зрения. М., 1977. 314 с.

14. Кубрякова Е.С. Язык и знание. На пути получения знаний о языке. Части речи с когнитивной точки зрения. Роль языка в познании мира. М.: Языки славянской культуры, 2004. 560 с.

15. Куркина Т.В. Когнитивные аспекты языка фармации // Профессиональная коммуникация: вербальные и когнитивные аспекты. Сб. докладов Междунар. науч.-практич. конф. М.: ИГУМО, 2007. С. 106-111.

16. Лакофф Дж., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живем. М., 2004.

17. ЛейчикВ.М. Терминоведение: предмет, методы, структура. 2-е изд., испр. и доп. М., 2006.256 с.

18. ЛЭС / под ред . В.Н. Ярцевой. М., 1990. С. 508-509.

19. Майоров Г.В. Научные метафоры в лингвистике // Русский язык: лексикология, лексикография, когнитивная семантика. М., 2010. С. 16-17.

20. МасловЮ.С. Введение в языкознание. 3-е изд. М., 1998.

21. МеркуловИ.П. Эпистемология (когнитивно-эволюционный подход). СПб., 2006. Т. 2.

22. НикитинМ.В. Курс лингвистической семантики. 2-е изд., доп. и испр. СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И.Герцена, 2007. 819 с.

23. Новодранова В.Ф. Проблемы терминообразования в когнитивно-коммуникативном аспекте // Лексикология. Терминоведение. Стилистика. Сб. науч. трудов, посвященных юбилею В.М. Лейчика. М.; Рязань, 2003. С. 150-154.

24. Петров В.В. Семантика научных терминов. Новосибирск: Наука (СО), 1982. 126 с.

25. Прохорова В.Н. Русская терминология (лексико-семантическое образование). М., 1996. 125 с.

26. Шумайлова М.С. Гиперо-гипонимические связи в немецкой терминологии Интернет // Профессиональная коммуникация: вербальные и когнитивные аспекты. Сб. докладов Междунар. науч.-практич. конф. М., ИГУМО, 2007. С. 131-134.

27. Lakoff G. The contemporary theory of metaphor // Metaphor and thought. Second ed / ed. by A. Ortony. New York: CUP, 1993. P. 202-251.

28. ShepardR.N. George Miller's data and the development of methods for representing cognitive structures // The making of cognitive science: Essays in honor of George Miller. Cambridge (Mass.), 1988. P. 45-70.

29. Turner M., Fauconnier J. Conceptual Integration Networks // Cognitive Science. 1998. Vol. 22 (2). P. 133-187.