Россия: эффект упущенных возможностей экономического присутствия в евразийском пространстве

МИГРАНЯН А.А., ЛЕБЕДЕВА А.В.

РОССИЯ: ЭФФЕКТ УПУЩЕННЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПРИСУТСТВИЯ В ЕВРАЗИЙСКОМ

ПРОСТРАНСТВЕ

Проведено исследование состояния внешнеторговых отношений России со странами СНГ и Таможенного союза. Оценены достижения, проблемы и перспективы развития экономической интеграции в евразийском пространстве, роль России в этом процессе. Проанализированы экономические эффекты и потери России от евразийской интеграции с учетом проводимой ею внешнеэкономической политики по отношению к странам СНГ.

MIGRANYANA.A., LEBEDEVA A. V.

RUSSIA: THE EFFECT OF THE LOST OPPORTUNITIES FOR THE ECONOMIC PRESENCE IN EURASIA

There was an investigation on the condition of trade relations between Russia, the CIS, and the Customs Union. Russia's role was assessed through looking at the achievements, problems and prospects of economic integration in the Eurasian region. The positive and negative effects on Russia's economy because of the Eurasian integration was analyzed, as well as taken into account is its ongoing foreign policy towards the CIS countries.

Ключевые слова: евразийская интеграция, внешнеторговые операции, внешняя политика, торговый оборот, экспорт, импорт, внешние инвестиции, интеграционные связи, инвестиционное присутствие, экономическое сотрудничество.

Keywords: Eurasian integration, foreign trade operations, foreign policy, trade, exports, imports, foreign investment, integration of communication, investment presence, economic cooperation.

Начало евразийского интеграционного движения в его современном формате было положено 10 октября 2000 г., когда в городе Астане (Казахстан) было подписано соглашение о создании ЕврАзЭС1. В Заявлении глав государств об учреждении Евразийского экономического сообщества указывается, что «этот шаг - свидетельство единства политической воли руководителей пяти государств еще более решительно идти по пути взаимного многопланового сотрудничества с перспективой выхода на реальную интеграцию».

При создании ЕврАзЭС государства-участники исходили из того, что взаимодействие между ними в торгово-экономической области уже достигло

1 Евразийское экономическое сообщество - организация, созданная пятью государствами-участниками СНГ: Республикой Беларусь, Республикой Казахстан, Киргизской Республикой, Российской Федерацией и Республикой Таджикистан на основе Договора об учреждении Евразийского экономического сообщества. Позже присоединился Узбекистан.

такого этапа, на котором возникла потребность в более тесном сближении и унификации национальных законодательств, проведении мероприятий, направленных на увеличение совокупного экономического потенциала этих стран, согласованной структурной перестройки их экономик. До 2008 г. взаимодействие на интеграционном поле характеризовалась вялым нормативно-правовым творчеством (которое справедливости ради нужно отметить сыграло свою положительную роль позже в 2009 г.). Эта деятельность способствовала формированию правовой базы и унификации торговых соглашений и условий: переходу к новому этапу интеграции способствовали проведенная отмена тарифных и количественных ограничений, введение по большинству номенклатуры товаров общих таможенных тарифов, осуществление согласованных мер нетарифного регулирования, шаги по созданию единой таможенной территории, а также совместные действия в гуманитарной сфере. Но при этом локомотивом даже столь замедленного движения оставалась Россия, а точнее укрепление ее экономической мощи в период с 2000-2008 гг., что создало потребности в новых рынках и сферах приложения и укрепило инвестиционный потенциал страны. Фактически ЕврАзЭС в период 20002008 гг. больше носила формальный характер «цивилизованного объединения», также как СНГ было формализованной стадией «цивилизованного развода». Подтверждением этого является объявленный выход из ЕврАзЭС Узбекистана в 2008 г. и то, что практически все соглашения и торговые уступки были сформированы в двустороннем, а не многостороннем формате.

Возможно, подобное инерционное развитие было бы продолжено не случись в 2008-2009 гг. мировой финансово-экономический кризис, в ходе которого больше всех пострадали Казахстан и Белоруссия. Потери России тоже были ощутимы. Финансовые ограничения, неустойчивость мировых рынков и проблемы с дефицитом финансовых средств возникшие в результате негативного влияния мирового кризиса вновь обратили взоры правительств стран ЕврАзЭС к внутренним ресурсам интеграционной группировки. Именно проблемы посткризисной реанимации экономических систем вынудили руководителей лидеров интеграционного движения Казахстан и Россию вновь вернуться к ускоренному объединению в рамках сначала Таможенного союза, а затем и в формате Евразийского экономического пространства. Отличительной особенностью всех форматов перечисленных экономических интеграционных группировок является тот факт, что образованы они, прежде всего на основе политической воли, а не на базе объективных экономических предпосылок. Как и в рамках ЕврАзЭС основной целью и ТС и ЕЭП остаются создание базы и стимулов экономической интеграции в расширенном поле объединения торговых, финансовых, производственных и трудовых ресурсов. Подтверждением этого является отсутствие до сих пор того самого «синергетического эффекта», пока основным достижением ТС остается наращивание валовых объемов деятельности (подробнее см. анализ текущего положения в ТС).

Общепризнанным критерием эффективности и тесноты межстранового сотрудничества является объем и темп роста взаимной торговли, что собст-

венно и является основной причиной формирования Таможенного союза. Состояние российского внешнеторгового оборота в страны СНГ и ТС характеризуется существенным ростом, начиная с 2000 г. Что является следствием изменения внешнеполитических ориентиров, связанных с переходом к евразийской интеграции и обусловленных ростом экономических возможностей России. В 2009 г. произошел спад, который соответствует общему тренду снижения деловой активности в мировой торговле, что было обусловлено негативными факторами мирового финансового кризиса. Однако масштабы внешнеторговой деятельности были восстановлены уже к осени 2011 г. за счет восстановительного тренда экономик стран-членов СНГ и снятию торговых барьеров в рамках ТС, что способствовало ускорению движения товарных потоков.

При этом доля внешней торговли России со странами ТС в период с 1995-2011 гг. колеблется в пределах 50 %, максимум был в 2009 г. 53%, а минимум в 1995 - 37 %. В годы создания ТС с 2010-2011 доля российской торговли с ТС держалась на уровне 47-48 % и в целом не подверглась существенным изменениям с момента интеграционного объединения, что подтверждает невысокую значимость евразийской экономической группировки с точки зрения удовлетворения российских экономических интересов. Тогда как в этот же период, несмотря на гораздо более низкие темпы интеграционного сотрудничества с Украиной, доля торгового оборота РФ с ней в общем объеме торговли с СНГ стабильно держится на уровне 40-44%. Столь весомые торгово-экономические связи диктуют необходимость углубления экономической интеграции России с Украиной, что может стать замыкающим звеном промышленной и технологической интеграции в ТС (ЕЭП).

Сохранение опережающих темпов роста торговых отношений со странами ТС тем более значимо, и демонстрирует интеграционные эффекты с учетом преобладания внешней торговли России с Украиной (на ее долю во внешнеторговом обороте РФ приходится около 30 % всего экспорта в среднем ежегодно, а по итогам 2011 г. торговля России с Украиной вышла на 4-е место по значимости после стран ЕС, Китая и США, что практически в 2 с лишним раза больше доли торговли с ТС). Этот факт является ярким свидетельством незавершенности интеграции и ее неполноценности для полного удовлетворения экономических интересов России. Состояние торговых отношений России со странами СНГ и ТС с большей убедительностью показывает необходимость расширения евразийской экономической группировки в рамках СНГ с включением в нее основного коммерческого партнера России -Украины, что придаст интеграционным процессам большую динамику и глубину.

Наибольший удельный вес российского экспорта приходится на Белоруссию 4-6 % от общего экспорта РФ, на долю Казахстана 2-3 % от общего объема экспорта ежегодно.

Если же рассматривать значимость Казахстана в евразийской интеграции, то для России именно эта страна имеет определяющее значение в развитии внешнеторговых отношений. Доля торгового оборота России с Казахста-

ном в рамках ЕврАзЭС составляет 70-75% от объема торгового оборота с расширенным форматом евразийской интеграционной группировки.

Это составляет 30-43% (за период с 1995-2010 гг.) экспорта России в Казахстан, при этом доля казахстанского экспорта в РФ составляет около 1012% от общего объема экспорта РК, это составляет 90% от всего казахстанского экспорта в страны СНГ. При этом более 50% всего экспорта Казахстана приходится на страны ЕС, товарная структура которого в основном представлена углеводородами, металлопродукцией, зерна, сельхозпродукции.

Сопоставление темпов роста внешнеторгового оборота стран СНГ и ТС показывает, что ежегодный темп роста в 2010 г. торговых связей РФ со странами ТС (119 %) существенно отстает от темпов роста по торговле с СНГ в целом (133 %).

В 2011 г. ситуация меняется: темпы роста торговых отношений со странами ТС набирают большие темпы 127%, а со странами СНГ только 122%. Опережение темпов роста торговых отношений стран ТС в 2011 г. можно расценивать как свидетельство положительного влияния либерализации торговых отношений между странами ТС и положительном эффекте интеграционных процессов и если судить по валовым показателям, если данный тренд сохраниться и 2012.

Несомненным преимуществом евразийской интеграции в рамках ТС является тот факт, что российский экспорт именно в страны ТС отличается большей диверсифицированностью поставок (более 190 наименований продукции по ТН ВЭД) и большей долей готовой продукции с высоким уровнем технологической переработки.

Основную долю экспорта из России в Республику Беларусь составляют топливо минеральное (64,7% общего объема импорта товаров), черные металлы и изделия из них (9,4%). В Казахстан из России ввозятся, в основном, топливо минеральное (26,9% общего объема импорта товаров), машины и оборудование (15%), черные металлы и изделия из них (12,3%).

В целом российское внешнеторговое присутствие (размер экспорта) в ТС в большей степени представлено готовой продукцией (готовая продукция сельского хозяйства и пищевой продукции, металлопродукция, продукция машиностроения, станкостроения и химической промышленности), т.е. характер этого экспорта существенно отличается от российского экспорта в страны ЕС, который отличается большей сырьевой направленностью (в торговле с ЕС более 70 % экспорта России представлено минеральными продуктами). Следовательно, именно экспорт готовой продукции в страны СНГ и ТС, дает шанс ускоренного развития конкурентоспособного потенциала России.

В структуре экспорта из РФ в страны ТС первое место приходится на Белоруссию 69,3 %, на Казахстан 30,6 %. По структуре российского импорта из стран ТС практически сохраняется такое же долевое распределение: поставки из Беларуси 70 %, из Казахстана - 30 %. При этом белорусский импорт характеризуется высокой долей готовой продукции, что свидетельствует о большей конкурентоспособности белорусского экспорта в странах ТС. В

то же время структура казахского импорта сохраняет сырьевую направленность.

Представленные данные свидетельствуют, что основным поставщиком товарной продукции на рынок Таможенного союза выступает Российская Федерация. Республика Беларусь и Республика Казахстан покупают на общем рынке товаров больше, чем продают.

Показатели развития внешней и взаимной торговли государств - членов Таможенного союза за 2011 год демонстрирует рост валовых объемов, но сохранение стабильной сырьевой структуры. Преимущества интеграции на базе Таможенного союза дают надежду на дальнейшее развитие взаимовыгодного торгового сотрудничества Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации, как между собой, так и с другими странами, если бы качество этого присутствия (товарная структура с точки зрения роста конкурентоспособности) улучшалось. В сочетании с невысоким уровнем долевого присутствия стран евразийской тройки в мировой торговле низкоконкурентная структура внешнеторгового оборота РФ требует существенного увеличения объемов (особенно российского экспорта) и улучшения товарного ассортимента, тем более что на этом внешнем рынке у России есть для этого как политические, так и интеграционные, и экономические преимущества. Это подтверждается данными по инвестиционному присутствию России в ТС.

За период с 1995 г. по 2010 г. объем российских инвестиций в страны ТС были незначительными от 5 млн. долл. до 5331 млн. долл. [1], с 2007 г. наблюдается резкое увеличение объема российских инвестиций (темп роста инвестиций в Беларусь составил 250 % и практически сохранились до 2011 г., темп роста инвестиций в Казахстан - от 300 до 500 %).

Скачок темпов роста инвестиций в эти страны обеспечен началом работы интеграционной группировки ЕврАзЭС и необходимостью обеспечения исполнения целей интеграции - создание условий для полноценной экономической интеграции. Максимум инвестиций был, достигнут в 2010 г. При этом доля этих инвестиций в общем объеме российских инвестиций колеблется от 4,7% до 6,7% соответственно по периодам. Безусловным лидером российских капиталовложений была Белоруссия, которая и до конца исследуемого периода сохраняет это лидерство.

Основное направление российских инвестиций это топливно-энергетический комплекс, нефтехимическая промышленность и металлургия стран ТС и представлены они в основном в форме государственных заимствований. Доля прямых инвестиций в экономики стран ТС ничтожно мала. Следует признать, что основной причиной низкого уровня инвестиционной активности российского бизнеса являются сложные и неустойчивые политические процессы, которые приводят к высоким коммерческим и финансовым рискам. В общем объеме российских инвестиций в страны СНГ доля инвестиций в Белоруссию составляет около 50 % (то есть именно РБ является одной из самых кредитуемых стран, что является еще одним подтверждением донорского характера взаимоотношений России и Белоруссии и отвечает це-

лям ускоренной интеграции белорусской стороны). Доля Казахстана в сфере российских инвестиций составляет 16 %, что обусловлено высоким уровнем западных инвестиций в высокодоходных отраслях экономики республики. Уровень российских инвестиций служит росту и углублению интеграционно -го сотрудничества. В последние годы Казахстан приобрел особый статус в российских инвестициях, сопровождающихся ростом их объемов, что обусловлено развитием экономической интеграции в рамках ТС (при этом сохраняется высокий уровень инвестиций в ТЭК, который теперь уже сталкивается с европейскими интересами и антимонопольным законодательством ЕС).

Инвестиционная активность России имеет явную тенденцию к росту с углублением экономической интеграции, что соответствует процессам развития экономического сотрудничества, но при этом сохраняет преимущественное преобладание государственных вливаний. При сохранении высоких темпов роста инвестиционной активности России необходимо сменить вектор инвестиций с государственных на прямые инвестиции, осуществляемые непосредственно бизнес структурами с целью укрепления прямого сотрудничества и интеграции на микроэкономическом уровне.

Миграция - еще один значительный сектор интеграционного взаимодействия, уровнем доходов населения. Двигателем миграции является разница в уровне жизни населения, в его доходах и структуре расходов. Для стран ТС может быть характерна направленность основного потока мигрантов в РФ ввиду больших масштабов ее экономики. Однако уровень и темпы развития экономик с точки зрения мотивирующих факторов миграции Казахстана и Белоруссии примерно одинаков, поэтому миграционные перетоки в рамках евразийской интеграции не столь существенны.

В краткосрочном контексте, текущие процессы трудовой миграции в основном влияют на экономику в плане создания значительной массы денежных и товарных ресурсов, ценностей создаваемых за пределами страны и затем ввозимых, импортируемых в страны региона. Эта проблема существует в России по отношению к другим странам центральноазиатского региона (Киргизия, Таджикистан), к Украине, так как именно величина миграционного потока из этих стран наиболее ощутима для РФ. В этой связи необходимость урегулирования вопросов миграционного движения трудовых ресурсов создает дополнительные побудительные мотивы для расширения поля экономической интеграции в рамках ЕврАзЭС (вовлечения указанных стран в ЕЭП) со стороны России и стран тройки, ибо единое экономическое пространство в ЕЭП грозит свободным перетоком миграционных потоков из РФ в Казахстан и Белоруссию.

Обобщая состояния всех факторов экономического присутствия России в странах ТС и ЕЭП, можно утверждать, что степень экономического взаимодействия предопределяет лидирующее значение России в интеграционном процессе региона. Проблема заключается в выборе более эффективной и экономически обоснованной стратегии интеграционного поведения РФ. Основным требованием формирования стратегии является прагматический учет

собственных интересов, геополитической ситуации, условий и целей интеграции всех членов евразийской тройки, факторы глобальной интернационализации экономических отношений, состояние посткризисной экономики ее влияние на геополитическое измерение, которое выражается в универсализации мирового рынка и стирания национальных границ.

Не менее значимым фактором является то обстоятельство, что в результате принятия антикризисных мер, стала развиваться специализация отдельных стран в международной торговле в условиях неполной конкуренции. Этот факт в корне изменил, объемы и направленность движения грузопотоков и обозначил конкурентные позиции России и Казахстана на рынке углеводородов и металлопродукции, и Белоруссии на рынках продукции машиностроения, сельского хозяйства т.п. Данная ситуация требует выработки специфических форм ухода от открытой конкуренции, что существенно снижает экономический эффект для всех стран ТС, и перехода к конструктивному партнерству и объединения ресурсов для увеличения собственных доходов на мировых рынках.

Также в новой стратегии евразийской интеграции необходимо учитывать новую технологию внешнеторговых отношений, когда предметом сделок становится не конкретный товар, а бренд, технология, а торговля становится в большей степени вендорной, ориентирующий потребителя на узнаваемый продукт и позволяющий ему тем самым не теряться в мире альтернативных продуктов.

Проблемы российского присутствия и возможностей получения достаточно высоких экономических и геополитических дивидендов от интеграционного развития в евразийском регионе заключаются в отсутствии четко обозначенных целей, собственных интересов, ориентиров и стратегий своих взаимоотношений со странами региона. Так в начале девяностых годов Россия полностью вычеркнула Центральную Азию из числа своих интересов и практически самоустранилась из региона, существенно ослабила интерес к Закавказью и восточной Европе, выбрав в качестве приоритета ничем не обоснованную с точки зрения экономического конкурентного потенциала стратегию «евро-атлантической интеграции». И тем самым, предоставила зависимым от нее во всех отношениях, особенно в экономической сфере, республикам самостоятельно выбираться из экономического коллапса. Этот период стал временем необратимых потерь экономического и политического статуса России в странах СНГ. Результатом этой политики стали экономические потери, представленные потерей контроля над энергоресурсами, коммуникациями и сырьевыми запасами. Более того, именно этот фактор привел к потере абсолютного конкурентного преимущества по добыче, транспортировке и реализации углеводородов на евроазиатских рынках, появлению альтернативных, конкурирующих с российскими трубопроводами, к активному росту инвестиционного присутствия третьих стран, а в последствии и к потере собственных инвестиционных возможностей в наиболее привлекательных отраслях экономик стран региона.

Казахстан к 2015 г. предполагает направлять в соседний Китай не менее 20% нефтяного экспорта по недавно введенному в эксплуатацию трубопроводу «Атасу - Алашанькоу». Параллельно с этим не менее 25% нефтяного экспорта направляется в Европу по трубопроводу «Баку - Тбилиси -Джейхан». В настоящее время Казахстан уже взял обязательства поставлять в Европу ежегодно 7,5 млн. тонн нефти по вышеуказанному трубопроводу.

В свою очередь, Туркменистан направляет, минуя территорию России, не менее 40% своего газового экспорта, включая 10% в Иран по уже действующему маршруту «Корпедже - Курт-Куи», рассматривая при этом возможность продления экспортного маршрута до Турции и далее, а около 30% - в Китай через территорию Узбекистана и Казахстана по трубопроводу, пуск которого состоялся в 2009 году. Одновременно с этим, в Ашгабате изучается возможность участия и в транскаспийском, в трансафганском и трансанатолийском трубопроводных проектах [2].

Проблемы транзита энергоресурсов являются камнем преткновения в отношения России и Украины, что побуждает Киев находиться в постоянном поиске альтернативных маршрутов и источников обеспечения газом и нефтью собственной экономики. Согласно основной стратегии развития ТЭК Украины главным вектором развития газовой отрасли является увеличение газодобычи посредством открытия новых месторождений и внедрения новых технологий, а также диверсификация импортных поставок по источникам поставок и способам транспортировки.

Первое направление развития ТЭК Украины сталкивается с проблемами добычи собственных ресурсов (высокой себестоимости, низкой технологичностью отрасли и отсутствием транспортных коммуникаций) расширения сырьевой базы угольной и нефтяной промышленности, и вопреки громким декларациям украинских властей скорее остается целью долгосрочного характера.

Второй же вектор решения газовых проблем Украины: диверсификация импортных поставок и путей транспортировки - последние годы получил бурное развитие в умах руководства страны, но практической реализации не получил и вряд ли обретет в краткосрочной перспективе. Тем не менее, чуть подробнее о них следует упомянуть, т.к. эти идеи стали основополагающим в риторике украинских властей в последние годы.

Диверсификацию импортных поставок газа с целью снижения энергозависимости от России на Украине планируют провести за счет:

❖ перехода на азербайджанские и туркменские поставки газа по альтернативным газопроводам (что маловероятно, т.к. несмотря на подписанные меморандумы и предварительные соглашения с Азербайджаном и Туркменией реальных запасов газа и тем более газопроводов и других путей доставки на сегодняшний день не имеются);

❖ перехода на спотовые поставки газа из Западной Европы (для чего необходимо создание хабов1), к тому же для этих поставок требуется риверсировать газотранспортную систему Украины, что в принципе возможно технически, но потребует дополнительных инвестиций, установки счетчиков газа на входе на западных границах Украины, но самое главное потребуется изолировать один из участков украинской ГТС, обеспечив ему реверсный режим. Тем самым может быть нарушен график поставок российского газа в Европу, поскольку украинская ГТС работает в синхронном режиме с ГТС России, что противоречит интересам и России, и Европы;

❖ сокращение объемов поставок российского газа потребует пересмотра газовых контрактов с «Газпромом», что чревато для Украины штрафными санкциями, судебными разбирательствами из-за нарушения подписанного контракта;

❖ реформирования газотранспортной системы (ГТС) Украины, и в целом нефтегазовой отрасли страны. По этому вопросу возникает масса сложностей, начиная от необходимости реформирования законодательной базы приватизации отрасли, создания нефтегазового консорциума, завершая урегулированием вопросов долговых обязательств основного оператора НАК «Нафтогаз Украины» и согласованием интересов сторон российского «Газпрома» и ЕС.

России с трудом удалось избежать аналогичных проблем с белорусским транзитом собственных энергоносителей. Однако упущенное время, недостаточное внимание к партнерам по СНГ в пользу евро-атлантических ориентиров обошлись России в почти двукратное удорожание проекта слияния белорусской трубы с российской частью, что немало сдерживало темпы взаимной интеграции и снижало интеграционный эффект в рамках Союзного государства Россия-Беларусь, которое носит скорее номинальный характер.

Серьезные экономические потери, которые не поддаются учету, возникли в результате разрывов межхозяйственных связей между российскими предприятиями и их партнерами в евразийском регионе в машиностроении, сельском хозяйстве, пищевой переработке, в металлургии и в научно-образовательной среде. Экономические отношения между странами практически полностью были перенесены лишь на торговые отношения, отсутствие сколь-нибудь значимы совместных производств, общих бизнес проектов, организационных форм организации производств (совместных предприятий, технологической, финансовой кооперации и т.п.) свидетельствует об отсутствии полноценной интеграции. Взамен Россия получила серьезных конкурентов на энергетическом рынке в лице крупных мировых игроков, объединивших ресурсный потенциал стран ЦА и каспийского бассейна, в борьбе за рынок сбыта энергоносителей. Усилилась конкуренция на мировых рынках экспорта металлов и металлопродукции, продукции машиностроения и неф-

1 Спотовые площадки обычно формируются в районах с высокой концентрацией продавцов и покупателей газа, например в узлах газотранспортной сети — хабах.

техимии. Также существенны потери России и на внутреннем рынке сельхозпродукции, продукции швейной и пищевой промышленности, где наблюдается устойчивый тренд замещения собственной продукции на импорт. Потери на финансовых рынках стран евразийского региона также стали ощутимы: по совокупной оценке более одной трети (в некоторых странах около половины) рынка финансовых капиталов стран СНГ перешло под контроль западноевропейских, американских и китайских игроков, которые получили доступ к энергетическим и сырьевым ресурсам, контроль над коммуникациями.

Смена правления в России в 2000-х годах ознаменовалась сменой ориентиров российской политики, в которой значение Центральной Азии и интеграции в рамках стран СНГ значительно возросло, которая стала более прагматичной и направленной на возрождение былого статуса страны как одного из мировых центров силы.

Однако исполнение поставленной цели стало крайне проблематичным, финансово затратным и осложнилось уже устоявшими интеграционными связками с другими игроками современного евразийского рынка. Иначе говоря, результатом упущенных экономических выгод стало то, что России от безусловного лидерства пришлось перейти на сложно структурированный конкурентный рынок. Это требует разработки грамотной экономической стратегии возрождения и развития экономической интеграции с учетом специфики каждой страны региона.

Несмотря на все достаточно ощутимые потери упущенных экономических выгод, у России все еще сохраняется весомый конкурентный потенциал центра притяжения интеграционных процессов региона. Однако и более поздние этапы российской политики на евразийском направлении были направлены на военно-политическую интеграцию, которая в большей степени востребована странами региона, но которая экономически нерентабельна. Проблема в том, что наращивание Россией политической активности в регионе, не подкрепленное адекватным развитием экономического сотрудничества, вряд ли станет гарантией необратимости наблюдаемого в настоящее время процесса российско-евразийского сближения. Понимание этого привело к активизации российских усилий в области экономической интеграции в рамках ТС и ЕЭП.

Для достижения цели - восстановление геополитического влияния и лидерства на территории СНГ - России необходимо выполнение следующих основных задач:

1. Формирование такого интеграционного механизма, который бы позволил сформировать первичный уровень экономического интеграционного базиса - интеграции на микроуровне на основе прямых экономических связей агентов национальных рынков, национальных производителей и потребителей. Это позволило бы сделать интеграционные связи, а значит и геополитическое и геоэкономическое влияние России устойчивым, независимым от политической конъюнктуры, интересов и воли властей стран, включенных в интеграционную группировку. Решение этой задачи означает формирование

устойчивого и завершенного формата интеграции (наивысшая форма - создание валютного союза) на евразийском пространстве. Следовательно, эта задача имеет стратегическую значимость и долгосрочную перспективу.

2. Формирование системы стимулов и механизмов, порождающих долгосрочный и устойчивый интерес интегрируемых государств к углублению интеграционного сотрудничества: формирование торговых центров с углубленной специализацией, работающих по принципам товарных и сырьевых бирж; углубление межстрановой специализации и кооперации производственной деятельности; создание замкнутых технологических цепочек промышленных производств с увязкой к рынкам потребления (на основе франшизы, инжиниринга, аутсорсинга и т.п.); создание инвестиционных стимулов и механизмов для создания центров притяжения к финансовым источникам.

3. Расширение инвестиционного присутствия России в странах интеграционной тройки через систему акционирования, биржевых торгов, совместных финансовых проектов и прямого финансирования экономически выгодных проектов (стимулирование российского крупного бизнеса к прямым инвестициям в страны ЕЭП с одновременной выработкой системы ответственности по использованию стратегических ресурсов) и государственного финансирования стратегически важных проектов.

4. Увеличение доли российского присутствия в экономиках стран-партнеров по интеграции (посредством увеличения доступа к активам, представляющим стратегический и экономический интерес для России).

Вовлечение партнеров по интеграции в совместные экономические проекты по развитию коммуникаций, использованию природных ресурсов всех стран тройки на паритетных началах и потребительских рынков (желателен бизнес формат, возможно государственно-частное партнерство для отраслей промпереботки, для стратегических отраслей межгосударственное сотрудничество) с целью: расширения доступа к разработке минерально-сырьевой базы стран тройки; снижения, в перспективе полного избегания конкуренции со странами-партнерами на рынках энергоносителей, металлов и металлопродукции и т.п.; расширения рынков сбыта основных экспортных продуктов объединенной базы ЕЭП; повышения коммерческой эффективности от операций российских агентов на рынках партнеров по интеграции и роста деловой активности

Развитие интеллектуального и технологического потенциала РФ за счет использования научного и человеческого капитала стран-партнеров.

Расширение товарных рынков посредством использования принципов разноуровневой интеграции со странами СНГ (использование потенциала зоны свободной торговли, интеграционного потенциала ЕврАзЭС) до уровня свободной торговли со странами Восточной и Западной Европы, Ближнего Востока и странами АТР.

_Литература_

1. Федеральная служба государственной статистики РФ, по URL: http://www.gks.ru/ wps/wcm/connect /rosstat/rosstatsite/main/trade.

2. Splidsboel-Hansen F. GUUAM and the Future of CIS military Cooperation // European Security,.Vo19, N 4, Winter 2000, pp.92-106.