Инициатива предсказуема

Глава СПЧ Валерий Фадеев рассказал, какие поправки совет предложил внести в законодательство об иноагентах. Ранее было опубликовано поручение президента «проанализировать» практику его применения и при необходимости разработать поправки. Ключевые предложения по СМИ-иноагентам уже сформулированы: снизить административную нагрузку на редакции, уведомлять главных редакторов и издателей о рисках заранее, не считать международные премии «иностранным финансированием» и четко закрепить в законе его допустимую «минимальную долю» для каждого СМИ, сказал господин Фадеев. Доработкой законодательства займется рабочая группа, «лидером» которой станет Минюст. Сами иноагенты, судя по всему, в группу не войдут.

Валерий Фадеев предпочитает пока не раскрывать весь объем изменений, которые могут быть внесены в законодательство об иноагентах

Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ

Предложения по изменению «иноагентского» законодательства СПЧ сформулировал еще в августе 2021 года, рассказал “Ъ” глава совета Валерий Фадеев, но они не раскрывались до обсуждения с президентом. Встреча Владимира Путина с советом состоялась 9 декабря 2021 года, а поручения по ее итогам были опубликованы 29 января. Среди прочего президент поручил до 1 мая «проанализировать» применение «иноагентских» законов и «при необходимости представить предложения» по их изменению. Ответственными за исполнение поручения помимо Валерия Фадеева назначены министр юстиции Константин Чуйченко, генпрокурор Игорь Краснов, руководитель Роскомнадзора Андрей Липов и глава Союза журналистов России Владимир Соловьев.

«Отмены закона об иноагентах не будет, но доработать его вполне реально»,— заявил в понедельник Валерий Фадеев на встрече с журналистами.

В России, напомним, существуют три иноагентских реестра: НКО, объединений без юрлица и СМИ. Для попадания в первые два списка организация или группа лиц должны вести «политическую деятельность» и получать «иностранное финансирование». В случае с СМИ-иноагентами редакции или физическому лицу необходимо соответствовать двум критериям: «распространять предназначенные для неограниченного круга лиц… сообщения и материалы» и получить «денежные средства и (или) иное имущество» от иностранных государств, организаций и граждан либо «от российских юридических лиц, получающих денежные средства от указанных источников». Политики и правозащитники неоднократно критиковали эти формулировки, указывая, что закон не требует от государства доказывать наличие связи между иностранным финансированием и публикуемой информацией. Кроме того, в законе нет «минимальной суммы» финансирования из-за рубежа, в итоге, указывают критики, теоретически в реестр может попасть любое лицо, использующее соцсети и хотя бы один раз получившее бытовой перевод из-за рубежа. Так, координатор «Голоса» (внесен в реестр иноагентов) в Ивановской области Илья Пигалкин заявил, что Минюст внес его в реестр СМИ—иностранных агентов из-за 2 тыс. руб., которые он получил от мужа соседки — гражданина Афганистана Мохаммеда Ханифы Бабур Шаха, тот брал деньги в долг, а потом вернул, но перевод посчитали «иностранным финансированием».

Поручение президента Путина касается реестров для НКО и СМИ, но на встрече с журналистами господин Фадеев сделал упор на второй реестр.

По его мнению, для начала «следует уточнить критерии» признания СМИ или конкретного человека иноагентом.

Например, в случае с редакцией ошибочно считать иностранным финансированием традиционные формы заработка на размещении рекламы или продаже фотографий, а в случае с журналистом — получение профессиональной премии. Необходимо также «определить минимальную долю иностранного финансирования», а также доработать процедуры включения в реестры иноагентов и исключения из них (о механизме исключения прямо говорится в поручениях Владимира Путина). Сейчас о включении в реестры объявляет Минюст — уведомления в НКО и редакции заранее не направляются. А исключение возможно только при ликвидации СМИ или судебном разбирательстве по инициативе НКО: организации необходимо доказать, что она в течение года не получала иностранного финансирования. Среди предложений СПЧ есть и снижение административной нагрузки — например, отказ от требования к СМИ отчитываться о получении иностранных средств. «Такие сведения уже есть у Росфинмониторинга и ФНС»,— пояснил Валерий Фадеев.

В ноябре “Ъ” сообщал, что СПЧ направил в Госдуму два законопроекта, дополняющих иноагентское законодательство. Поправки предполагают «механизм предупреждения» потенциальных иноагентов специальными уведомлениями и возможность устранять нарушения до попадания в реестры Минюста. Предлагается также однозначно исключить получение международных премий и участие в международных конференциях из числа оснований для внесения в реестр. Проекты находятся на рассмотрении профильных комитетов ГД. Но предложения, перечисленные главой СПЧ в понедельник, могут перерасти в новый законопроект, не исключает Валерий Фадеев:

«Президент поручил нам "проанализировать" ситуацию, он считает ее важной. За три месяца, которые у нас есть, я надеюсь, пройдет содержательное обсуждение с привлечением глав ведомств и руководителей редакций. Думаю, можно выходить на создание рабочей группы. Лидером ее создания, скорее всего, будет Минюст».

Господин Фадеев не пояснил, будут ли привлечены к работе по доработке «иноагентского» законодательства сами иноагенты. Аналогичный вопрос “Ъ” адресовал Генпрокуратуре и Минюсту, но на момент сдачи материала ведомства на него не ответили. Источник “Ъ” в Минюсте пояснил, что работа по совершенствованию законов и так ведется «непрерывно» и «с учетом мнения общественности», а «положения законодательства (об иноагентах.— “Ъ”) будут рассмотрены совместно с заинтересованными органами».

Напомним, после внесения в реестры иноагенты обязаны маркировать все публичные сообщения и в четыре раза чаще обычных организаций отчитываться в Минюст о своей работе. Если и организация, и ее руководитель включены в реестры, то отчетность подается до восьми раз в год. Собеседники “Ъ” из числа иноагентов неоднократно подчеркивали: СМИ-иноагенты из-за статуса теряют рекламодателей и возможность общаться с госслужащими или экспертами, а НКО вынуждены закрываться из-за административной нагрузки и оттока жертвователей. Сейчас в списке объединений-иноагентов «без юрлица» шесть организаций, в том числе правозащитный медиапроект «ОВД-Инфо», в списке НКО-иноагентов — 73 организации. Наиболее динамично расширяется список СМИ-иноагентов: к концу 2020 года в него были включены 17 редакций и физлиц, к концу 2021 года — уже 111.