Фонетические процессы в системе гласных дагурского и бурятского языков

ФИЛОЛОГИЯ

УДК 811.512

© Ж.Б. Бадагаров

ФОНЕТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В СИСТЕМЕ ГЛАСНЫХ ДАГУРСКОГО И БУРЯТСКОГО ЯЗЫКОВ

Рассматриваются диахронические изменения в системе гласных фонем дагурского и бурятского языков. По мнению автора, рассматриваемые фонетические явления возникли как результат языковых контактов, в частности между дагурским языком и отдельными диалектами бурятского языка. В то же время нельзя однозначно исключать возможность генетически обусловленных сходств.

Ключевые слова: монгольские языки, дагурский язык, бурятский язык, диалекты, вокализм, языковые контакты.

J.B. Badagarov

PHONETIC PROCESSES IN THE VOWEL SYSTEMS OF DAGUR AND BURYAT LANGUAGES

The article deals with the diachronic development in the vowel system of phonemes in Dagur and Buryat languages. The author states that the phenomenon under question should be regarded as a contact-induced, particularly with Dagur and some dialects of Buriat languages. At the same time one could not completely eliminate the possibility of genetically conditioned similarities in both languages.

Keywords: Mongolic, Dagur, Buryad, Buriat, dialects, vocalism, language contacts.

Дагурский язык - один из периферийных монгольских языков, носители которого проживают в основном на северо-востоке современного Китая. Небольшая группа дагуров есть на северо-западе КНР, в Синьцзян-Угурском автономном районе. Вплоть до начала культурной революции дагурский язык был очень важным языком в регионе, выполняя функции языка межнационального общения [5, с. 1]. Ныне же им пользуется в большей степени старшее поколение дагуров, молодежь почти повсеместно переходит на китайский язык. Хотя оазисы, где этим языком активно пользуются и дети, и взрослые, все еще сохранились.

Научный интерес к дагурскому языку возник в Х1Х в., и сейчас накоплено довольно большое количество материала. Трудность для исследователя представляет разве что разноязычие источников. Свой вклад в дагуроведение внесли как отечественные ученые, так и зарубежные, среди которых следует особо отметить ученых из Внутренней Монголии.

Впервые дагурский материал был введен в научный оборот А.О. Ивановским в 1894 г. в книге «Магуипса I. Образцы солонского и да-хурского языков» [5]. На тот момент дагурский

считался тунгусо-маньчжурским языком, который подвергся значительному монгольскому влиянию [15, с. 288-290], некоторые называли его даже смешанным монголо-тунгусским наречием. Вот что писал, к примеру, академик Б.Я. Владимирцов [3, с. 8]: «...мало известно наречие дагурское... На какие говоры оно распадается -неизвестно. На основании имеющихся данных можно думать, все-таки, что это особое наречие монгольского языка, смешанное с манджурски-ми элементами». Интересен тот факт, что Б.Я. Владимирцов в своей классификации относит дагурский язык к северной группе монгольских языков, куда кроме прочих включены и наречия бурят и баргу-бурят. Такую же классификацию мы видим в работе А. Д. Руднева [9].

Н.Н. Поппе более чем через четверть века после выхода в свет труда А.О. Ивановского установил, что «.дагурское наречие (дагурский язык) безусловно, не является не только тунгусским языком, но и монголо-тунгусским жаргоном, представляя собой очень своеобразный и во многих отношениях чрезвычайно архаичный монгольский диалект, сохранивший ряд черт, характерных для наречий ХШ-Х1У вв.» [8, с. 2].

Исследованный Н.Н. Поппе язык назван им хай-ларским диалектом дагурского языка.

Б.И. Панкратов, будучи студентом Восточного института во Владивостоке, после путешествия в 1914-1915 гг. в Баргу написал диплом по дагурскому языку «Исследование языка дагуров, живущих в Барге», в котором доказал, что этот язык является одним из монгольских [13, с. 9]. Тогда он имел возможность познакомиться в Хайларе «... как с живущими там, так и с приезжими из Бутхи дагурами» [там же, с. 128]. Впоследствии в 20-30-е гг. ХХ в., находясь в командировке в Китае, он собирает дагурский материал, планируя издать большое исследование по языку и истории дагуров. Кстати, о диалекте, названном Н. Н. Поппе хайларским, Панкратов говорит буквально следующее: «Язык дагуров, проживающих в Хулуньбуире, уже описанный в научной литературе, не является самостоятельным диалектом. Это язык переселенных ... из Бутхи в Хулуньбуир в 1732 г.».

В 1954-1957 гг. Китайская академия наук организовала экспедицию по изучению языков малых народностей. За два года были изучены десятки языков, многие из них впервые. В экспедиции принимали участие советские ученые. Для изучения монгольских языков от Советского Союза была направлена Б.Х. Тодаева. Работа групп по изучению дагурского языка, в составе которых была и советская исследовательница, позволила уточнить место дагурского языка в составе монгольской группы, а также определить количество его диалектов. Б.Х. Тодаева выделяет четыре говора: цицикарский, бутха-ский, хайларский и синьцзянский. Работа, изданная ею, основывается на данных бутхаского говора дагурского языка «как ранее неизученного и весьма своеобразного в системе дагурских говоров, который сохраняет некоторые древние черты и тем самым существенно восполняет картину исторического развития монгольских языков» [12, с. 9].

За рубежом дагурский язык неоднократно являлся предметом пристального внимания со стороны исследователей. Л. Лигети во время своей поездки во Внутреннюю Монголию специально посетил дагуров, где в течение нескольких месяцев изучал их язык. Особенно его интересовал сохранившийся в дагурском среднемонгольский начальный *h (<*p, *ф). К сожалению, собранный им богатый материал не был полностью опубликован. Был лишь приведен список слов с сохранившимся начальным *h в «Предварительных отчетах» [18, с. 42].

С. Мартин описал дагурский язык с позиций де-

скриптивной лингвистики, основываясь на речи одного информанта - Питера У. Онона [19].

Интенсивное изучение монгольских языков и диалектов Китая, развернувшееся в КНР после 50-х гг. XX в., затронуло и дагурский язык. Появляются ученые из числа самих дагур, занимающиеся языком и фольклором своего народа. Так, Энхэбату издал большой словник, содержащий около 8 тыс. слов, включая парные слова и словосочетания [16]. Им же была издана книга, содержащая бытовые фразы, а также большое количество сказок [17]. Все опубликованные материалы ценны тем, что приведены в транскрипции, основанной на МФА, с включением дополнительных знаков для палатализованных согласных. Намцарай и Хасэрдэни написали большой труд - сравнительную грамматику дагурского и монгольского языков [20].

Материал, использованный в данной работе, в основном выбран из трудов ученых из Внутренней Монголии и приведен в том же виде, в каком он представлен в источниках. По мере необходимости мы использовали знаки МФА для того, чтобы подчеркнуть особый характер отдельных звуков.

Углубленное изучение фонетики современного дагурского языка, несомненно, поможет выяснить многие спорные вопросы исторической фонетики монгольских языков. Следует отметить, что все существующие работы основаны на субъективно-слуховом методе фонетического анализа. Еще не было исследований, посвященных экспериментальному анализу фонетической системы дагурского языка. Но, тем не менее «ретроспективный анализ звукового состава современных монгольских языков с применением экспериментального метода и фонологической теории последних лет почти полностью подтверждает результаты субъективнослуховых исследований корифеев монгольской компаративистики Т.И. Рамстедта, Б.Я. Влади-мирцова, Н.Н. Поппе и др. по определению фонемного состава древнемонгольского и среднемонгольского языков» [1, с. 3].

Гласные

Состав кратких гласных первого слога да-гурского языка характеризуется рядом особенностей, отдельные из которых сближают его с современными бурятскими говорами. Необходимо выявление и детальное рассмотрение этих сходств для определения причин их возникновения.

1. Гласный [е] дагурского языка исследователи определяют как несколько огубленный гласный среднего ряда [8, с. 105; 12, с. 10, 14]. Соответствующий ему бурятский гласный [з] также относится к среднему ряду. На слух незначительная огубленность дает довольно существенное отличие. Этот звук свойствен не только дагурскому языку, можно даже утверждать, что это особенность всего региона СевероВосточного Китая [8, с. 106-107]. Достаточно сказать, что этот звук (т. е. [е]) мы видим в языке шэнэхэнских бурят, поселившихся в данном регионе относительно недавно, причем в речи

СПМЯ СМЯ СКЯ

е^г едер едр

80Ш шене се

8йПе8йП CYHC CYHCH

8йше CYм CYм

О причинах подобного явления выдвигалось мнение, в частности В.И. Рассадина, согласно которому в бурятском и в дагурском языках подобная конвергенция является результатом контактов с тунгусо-маньчжурскими языками [11, с. 22, 167-168]. Для дагурского языка эти контакты имеют место на протяжении очень долгого периода. Ведь в соответствии с наиболее распространенной гипотезой он является потомком киданьского языка, который тесно контактировал с тунгусо-маньчжурскими языками еще в эпоху киданьского государства Ляо [2]. Контакты протобурятского языка с тунгусоманьчжурскими происходили в рамках племенного объединения Шивей [11, с. 160]. А затем, прекратившись на много сотен лет (в XIII в. хо-ринцы были отданы ойратскому Буха-ноёну и кочевали с ойратами), вновь возродились, когда 11 хоринских родов были отданы в качестве приданого Балжин-хатун солонскому Буубэй-бэйлэ. В китайских летописях, по свидетельству Панкратова, солоны начинают упоминаться с начала XVII в. совместно с дагурами под названием солон-дагур [13, с.132]. Период, когда хо-ринцы прибыли к солонскому Бубэй-бэйлэ, - это конец XVI - начало XVII в. В результате притеснений со стороны последнего эти непродолжительные (10-20 лет) контакты были прерваны уходом значительной части хоринского племени в Забайкалье. Однако не все хоринцы ушли на запад, были и оставшиеся [14, с. 219]. По всей вероятности, они продолжали присоединяться к

тех, кто родился там, хотя они уже довольно пожилого возраста. Т.е. усвоение этого звука, когда-то не свойственного носителям этого говора, произошло очень быстро и, видимо, не столь заметно для самих носителей языка. Дальнейшие исследования позволят уточнить картину распространения данного звука в языках региона (как монгольских, так и тунгусоманьчжурских).

2. Конвергенция двух мягкорядных огубленных фонем *й и *о в одну [а] (орф. Y) произошла также в языке хори-бурят:

СБЯ Даг.

YДэр а^г день

hYни ночь

hYнэhэн 8ИШ8 душа

hYмэ 8УШ храм

своим сородичам на протяжении многих десятилетий, внося свои коррективы в развитие языка. Если учесть путь хоринцев к отрогам Хингана через территории, занимаемые другими восточномонгольскими племенами, в языке которых также имеет место конвергенция мягкорядных губных гласных [11, с. 22], то контакты, могущие послужить причиной подобного явления в языке хори-бурят, возможно, длились на протяжении нескольких поколений.

Ведь если сохранение самостоятельных губных мягкорядных фонем в западнобурятских говорах можно объяснить влиянием ойратских и монгольских этнических элементов, то вполне логично предположить, что к моменту возобновления контактов с тунгусо-маньчжурскими племенами и с дагурами хоринцы также имели еще не конвергировавшиеся губные мягкорядные фонемы, так как со времен Чингисхана хо-ринцы находились в составе ойратского тумэна [7, с. 156]. А конвергенция, видимо, есть результат тех самых контактов в Маньчжурии и Барге в более позднее время.

Контакты дагурского языка с тунгусоманьчжурскими языками не прерывались на протяжении более чем тысячелетия. Именно это послужило поводом к дальнейшему процессу конвергенции, вовлекшему в свою орбиту и твердорядные губные фонемы. В результате в дагурском появились слова, имеющие такой звуковой облик:

СПМЯ СМЯ СКЯ СБЯ Даг.

й8йп Yс Yсн Yhэн ХИ8 волосы

8йке CYх CYк hYхэ XV топор

судар судр hудар sudur сутра,

книга

Случаи подобного развития уступают в количественном отношении еще более распространенно

явлению - переход *и > о.

СПМЯ СМЯ СКЯ СБЯ Даг.

8оуиуа соёо соя hоёо soyo: клык

8ИГ- сУР- сур- hура- sor- учиться

8иЬаі сувай суврха hубай SOYUІ яловая

Шулі тугал туhл тугал tokulj теленок

^га8- дурс- дурс- дурса- dors- вспоминать

^иі дусал дусал дуhал dosul капля

3. Образование долгих гласных и дифтонгов Представляет собой единый процесс. Поэтому, изучая историю их возникновения, разумнее всего рассматривать их в комплексе. Причины эволюции так называемых долготных комплексов в монгольских языках в долгие гласные и дифтонги вызывали интерес ученых с самого момента зарождения монголоведения как науки. На сегодня можно с уверенностью сказать, что это живой и обусловленный внутренними законами развития монгольских языков процесс. Об этом свидетельствуют, прежде всего, факты из западнобурятских диалектов: барг.-бур. гара-ан < гараhан «вышедший», бох.-бур. саан <

саhан «снег», загаан < загаhан «рыба». Как видно из примеров, долгие гласные продолжают образовываться, но теперь уже на месте сочетаний Г+h+Г. Подобные процессы наблюдаются и в других монгольских языках и диалектах [10]: ст.-баргут. загуу < *загаhун «рыба», наруу < *нараhун «сосна», халх.-зап. тогтууртай < *тогт(о)вортой «устойчивый» и т. д.

В сочетаниях ГСГ губные гласные являлись «сильными», т. е. характер образовавшегося долгого гласного зависел от наличия или отсутствия в качестве одного из элементов сочетания губного гласного. Например:

СПМЯ СМЯ СКЯ СБЯ Даг.

^еге ввр эврэн вврвв м> в: г сам

ґоуа тоо то тоо ґо: число

ауиіа УУл уул уула аиі гора

egule Пл уулн уулэн виївп облако

В сочетаниях с i в качестве второго гласного «старший, старший брат; » - ахые, но хоюулайень

оба элемента являлись «равноправными». До «обоих»; тиин гэhынь «тогда» и тиин гэhээнь id.

сих пор в пределах одного говора, в речи одного Данное явление имеет еще более широкий

и того же носителя можно слышать то дифтонг размах между языками и диалектами: халх.-вост.

(случай, когда «побеждает» первый гласный дэлхэй «земля, мир» и халх.-центр. дэлхий ій,

комплекса), то долгий ии~ы (когда «побеждает» бээлэй «варежки» и бээлий ісі.

второй гласный): бур.-диал. вин. п. от аха

СПМЯ СМЯ СКЯ СБЯ Даг.

аісауі- алцай- алца- алсай- а1$:- расставлять ноги

Ьиіґауі- бултай- булта- бултай- Ьоіґі:- высовываться

Ьиіґеуі- бYлтий- бYлти- бэлты- Ьиіґі:- быть пучеглазым

-ґаі, -тай, -та, лит.: -ґі: аффикс совм. пад.

-ґеі -той, -тэй -тз -тай3 цонг.:

-ты

kei хий ки хии xein ветер

Эти данные заставляют нас усомниться в гипотезе о долготе второй гласной комплекса ГСГ. А вместе с тем и с ее аргументацией, например, с предположением о том, что знак «удан» в ой-ратском письме обозначал долгие а, е [4]. Ведь если вторые гласные этих сочетаний являлись долгими, то мы должны были бы везде иметь долгие гласные по вторым элементам комплексов, чего в действительности нет.

Итак, дагурский и бурятский языки имеют соответствия гласных, которые характерны только для этих двух языков и возникли в результате одинаковых процессов. Примечательно то, что явления, общие для дагурского и бурятского языков, не всегда охватывают бурятские диалекты в целом, а свойственны отдельным из них. Это, на наш взгляд, позволяет говорить о том, что данные сходства, скорее всего, возникли в результате контактного взаимодействия в различные временные периоды. Что касается развития вторичных долгот, несмотря на противоречивость и в некоторой степени хаотичность самого процесса возникновения долгих гласных на месте сочетаний ГСГ, в отдельных случаях можно наблюдать сходные пути развития, которые также могут быть объяснены контактным взаимовлиянием. Однако в случае со вторичными долготами необходимо учитывать вероятность действия и генетически общих тенденций и путей развития двоеслогов.

Литература

1. Бураев И.Д. Эволюция бурятского консонантизма // Историко-сравнительное изучение монгольских языков. - Улан-Удэ, 1995. - С. 3-14.

2. Василевич Г.М. К вопросу о киданях и тунгусах // Советская этнография. - 1949. - №1. - С. 155160.

3. Владимирцов Б.Я. Сравнительная грамматика монгольского письменного языка и халхаского наречия. Введение и фонетика. - М., 1989. - 2-е изд.

4. Жамьян Г. Обозначение долгих гласных в ой-ратском «ясном письме» // Народы Азии и Африки, 1979. - №5. - С. 150-152.

5. Ивановский А.О. Мащипса. Т. 1. Образцы со-лонского и дахурского языков. - СПб., 1894.

6. История и культура бурятского народа / под ред. Т.В. Михайлова. - Улан-Удэ, 1999.

7. Нимаев Д. Д. О средневековых хори и баргутах // Этническая история народов Южной Сибири и Центральной Азии. - Новосибирск, 1993. - С. 144166.

8. Поппе Н.Н. Дагурское наречие. - Л., 1930.

9. Рамстедт Г.И. Сравнительная фонетика монгольского письменного языка и халхаско-ургинского говора. - СПб., 1908.

10. Рассадин В.И. Историческая связь бурятского языка с языком баргутов // Цыбиковские чтения: тез. докл. и сообщ. - Улан-Удэ, 1989. - С.173-176.

11. Рассадин В.И. Очерки по исторической фонетике бурятского языка. - М., 1982.

12. Тодаева Б.Х. Дагурский язык. - М., 1986.

13. Страны и народы Востока. Вып. XXIX. Борис Иванович Панкратов. Монголистика, синология, буддология. - СПб., 1998.

14. Цыдендамбаев Ц.Б. Бурятские исторические хроники и родословные. - Улан-Удэ, 1972.

15. Шренк Л.И. Об инородцах Амурского края. -Т. 1. - СПб.: Тип. Имп. Акад. наук, 1883.

16. Engkebatu nar, Dayur kelen-u uges. Obur Mongyul-un arad-un keblel-un qoriy-a, 1984.

17. Engkebatu nar, Dayur kelen-u uge kelelge-yin material. Obur Mongyul-un arad-un keblel-un qoriy-a, 1985.

18. Ligeti L. Rapport preliminaire d’un voyage d’exploration fait en Mongolie chinoise. 1928-1931. Budapest, 1977.

19. Martin S. Dagur Mongolian Grammar, Texts and Lexicon // Indiana University Publications Uralic and Altaic Series. Vol.4. Bloomington, 1961.

20. Namcarai, Qaserdeni. Dayur kele mongyul kelen-u qaricayulul. Obur mongyul-un arad-un keblel-un qoriy-a, 1983.

Список сокращений:

СПМЯ - старописьменный монгольский язык

СМЯ - современный монгольский язык

СБЯ - современный бурятский язык

СКЯ - современный калмыцкий язык

Даг. - дагурский язык

Ст.-баргут. - язык старых баргутов

Барг.-бур. - баргузинский говор бурятского языка

Бох.-бур. - боханский говор бурятского языка

Бур. диал. - бурятские диалекты

Цонг. - цонгольский говор бурятского языка

Халх.-зап. - западно-халхаский говор

Халх.-вост. - восточно-халхаский говор

Халх.-центр. - центрально-халхаский говор

Бадагаров Жаргал Баяндалаевич, старший преподаватель кафедры филологии Центральной Азии Бурятского государственного университета. 670025, Улан-Удэ, ул. Пушкина 25, e-mail: bjargal@mail.ru

Badagarov Jargal Bayandalaevich, senior lecturer, Inner Asia Philology Chair, Department of Oriental Studies, Buryat State University., Ulan-Ude city, 670025, Ulan-Ude, Pushkina St. 25, e-mail: bjargal@mail.ru