Интервью

руководитель отдела по работе с розничными сетями "ACNielsen Россия"

"В регионах будет лидировать тот, кто решит проблемы логистики"

— Участники рейтинга Ъ — это игроки какого масштаба по восточноевропейским меркам?

— Я совершенно точно не могу сказать, что они мелкие. Для сравнения: у Tesco Polska всего 38 гипермаркетов, у Auchan Polska — и вовсе 16. Конечно, один гипермаркет сравним по оборотам с несколькими десятками супермаркетов. Но не менее 500 магазинов "Эльдорадо" или 200 магазинов "Пятерочки" — это серьезный бизнес.

— Такое количество сетей вас не удивляет?

— То, что в Москве одних только продуктовых сетей три-четыре десятка,— это нормально. Нормально для всякого рынка на ранних стадиях его развития. Московский рынок (про российский я вообще не говорю) только развивается: доля современных форматов на нем занимает всего 20-25%, тогда как в Восточной Европе вдвое выше, в Западной — втрое и более.

Если московский рынок будет развиваться в той же последовательности, что и Польша и Чехия, лет через пять в Москве и на МКАД будет построено до 30 новых гипермаркетов, после чего доля современных форматов в торговле вырастет до средних для Восточной Европы 50-55%. Понятно, что в таких условиях 30 сетей жить уже не смогут, поскольку начнется реальная конкуренция, о которой сейчас в Москве представления не имеют. Здесь по-прежнему специализация сетей строится так: или хороший сервис и выбор продуктов, или низкие цены. В странах с реальной конкуренцией такого нет. В той же Польше все ритейлеры: Real, Biedronka, Tesco, Auchan и другие — промотируют себя с упором именно на низкие цены. Какая это конкуренция, если сегодня любая сеть готова выбросить из ассортимента популярный у покупателей товар, а ввести никому не нужный, только потому что его производитель заплатил $100 тыс.?

— Но в Москве лишь две сети гипермаркетов — "Ашан" и "Мосмарт". У других отечественных ритейлеров этот формат не очень популярен...

— Замечу — пока. Возможно, до тех пор, пока внутри Москвы есть помещения для супермаркетов и дискаунтов. Кстати, возможно, таким образом ритейлеры избегают рисков. Инвестиции в гипермаркет составляют порядка $10 млн, в Москве, пожалуй, что и больше. И здесь нет такой стабильности, как в Восточной Европе. Люди боятся вкладывать.

Сейчас Москва развивается, скажем так, нетипично для крупных городов "новой Европы". Местные ритейлеры постепенно движутся от мелких форматов (многие начинали с магазинов площадью 300-600 кв. м) к более крупным. Тогда как в Восточную Европу западные компании сразу зашли с гипермаркетами (от 4,5 тыс. до 20 тыс. кв. м), а только потом, когда эта ниша оказалась заполненной, пошли в мелкие форматы. Сейчас на 38 млн населения в Польше 60-70 гипермаркетов; в Варшаве (население около 2 млн человек) гипермаркетов около 25, на их долю приходится 50-60% розничного товарооборота.

— То, что в Топ-10 рейтинга только столичные операторы,— это нормально?

— Да. С той лишь разницей, что в России из столицы на периферию идут национальные операторы, а в других странах Восточной Европы — глобальные. Но не думаю, что Россия идет по какому-то особому пути. Логика бизнеса везде одинакова: сначала охват густонаселенной и богатой столицы, потом — крупнейших и богатейших городов (в России это 11 городов-миллионников). Единственное, пожалуй, отличие России от большинства европейских стран — огромный разрыв между доходами москвичей и всех остальных россиян. В Польше, например, зарплата в Варшаве всего в два-три раза выше, чем в среднем по стране ($200-300 на человека в месяц), поэтому и торговая инфраструктура распределена довольно равномерно. У вас же разрыв на порядок, поэтому есть только Москва. В этом Россия очень похожа на Венгрию: там на Будапешт приходится больше половины всего товарооборота страны.

— На ваш взгляд, способна ли какая-то из российских сетей сегодня противостоять пресловутой западной экспансии?

— По-моему, некоторые российские сети, и прежде всего Топ-10 рейтинга Ъ, уже весьма сильные операторы. И они правильно развиваются: пока нет реальной конкуренции, развивают свою сеть так быстро, как только можно. Например, "Пятерочка" и "Перекресток". Это очень дальновидная политика, поскольку с приходом западных конкурентов и развитием рынка цены начнут снижаться, ресурсов для развития станет меньше.

— Можно ли прогнозировать, что сегодняшние лидеры будут лидерами и на федеральном уровне?

— В регионах будет лидировать тот, кто решит проблемы логистики — страна-то огромная. Кто станет федеральным оператором номер один, в немалой степени зависит от того, кто первым сможет создать сеть логистических центров. Например, в Финляндии около 80% рынка контролируют всего три оператора, которые смогли наладить хорошую логистику. Замечу, что в плане сложности передвижения Россия схожа с Финляндией, поэтому вопрос региональной экспансии придется решать через создание логистики. Словом, кто первым создаст здесь такую систему — того и рынок. Российская или иностранная сеть — это не важно. Главное — наличие финансовых ресурсов. У российских компаний есть время, пока местные бюрократические препоны отпугивают западных ритейлеров.

— Видите ли вы шанс у региональных сетей? Допустим, такое разделение рынков: города-миллионники — федеральным операторам, прочие регионы — локальным?

— Сложно прогнозировать — движение в регионы только началось. Но, во всяком случае, такие примеры есть. Например, такое практикуется в Южной Европе: крупные сети работают только в больших городах. Правда, дальше своего региона региональные сети вряд ли смогут развиться. Россия очень большая страна — в разных регионах свои предпочтения.