Индекс Трампа

Избрание президентом Дональда Трампа стало главным событием последних трех месяцев ушедшего года. Несмотря на негативные ожидания, оно повлекло новую волну роста на фондовых рынках, а вот рынки облигаций снизились. В наступившем году деятельность эксцентричного миллиардера, вероятно, станет главным, на что надо будет обращать внимание игрокам фондового рынка.

Глобальная контрреволюция

Если в прошлом веке именно 1917-й стал годом глобальных потрясений, особенно для новейшей истории России, то в веке нынешнем скорее ушедший 2016-й запомнится нам надолго (если, конечно, наступивший 2017-й не окажется еще "интереснее"). По сути, прошлый год подвел черту под процессами глобализации — Brexit, избрание Трампа, подъем правых партий в Европе говорят о том, что народы устали от интеграции мировой экономики и хотят большего суверенитета.

Глобальная контрреволюция, движимая «синими воротничками» из США и других развитых стран, которые от процессов глобализации скорее проиграли, похоже, набирает обороты и меняет ландшафт мировой экономики.

Маятник качнулся в другую сторону, и такие слова, как "протекционизм", "национализм", "ужесточение правил миграции", перестали быть для западного уха ругательными.

Пока подобные перспективы нравятся фондовым рынкам, поверившим, что экономический рост в США должен ускориться благодаря объявленной экономической политике 45-го президента, которая предусматривает сокращение налогов, рост государственных расходов на инфраструктуру и протекционистские меры. Индекс S&P 500 вырос за октябрь-декабрь на 3,3%, MSCI World Index поднялся на 1,5%, британский FTSE 100 — на 3,5%, французский CAC 40 — на 9,3%, а немецкий DAX 30 — на 9,2%. На фоне достижения договоренности между странами ОПЕК и Россией по поводу сокращения добычи нефти в течение первых шести месяцев 2017 года нефтяные цены продолжили рост, прервавшийся в третьем квартале,— нефть марки Brent подорожала на 9,5%, перевалив за $56 за баррель.

Российские индексы на этом фоне оказались "вне конкуренции": РТС прибавил 16,3%, ММВБ вырос на 12,9%, продолжив обновлять исторические рекорды (3 января уже нового года был зафиксирован уровень 2293,99 пункта), а рубль укрепился на 2,2%, вплотную подойдя к психологическому уровню 60 рублей за доллар.

Трамп как фактор изменения ожиданий

Несмотря на то что новый президент США приступит к исполнению своих обязанностей лишь 20 января, наговорить о том, что собирается делать сразу после инаугурации, он успел довольно много. Так, Трамп намерен снизить налоги как на семьи, так и на бизнес, а также создать налоговые стимулы для компаний, которые решат вернуться — в организационном смысле — в США и платить налоги на родине (равно как и создавать в Штатах новые рабочие места). Хотя данные меры сулят снижение доходной части госбюджета, миллиардер собирается наращивать расходную часть, пустив новые сотни миллиардов на инфраструктурные инвестиции. Помимо этого Трамп не скрывает своего скептицизма в отношении соглашений о свободной торговле (что, впрочем, не странно, учитывая его в целом протекционистский настрой), таких как Трансатлантическое и Транстихоокеанское, а также торговое партнерство NAFTA.

Реализация Трампом подобного экономического плана сулит мало хорошего для крупных транснациональных компаний, чьи прибыли от политики протекционизма могут только снизиться, а вот для более мелкого бизнеса, ориентированного на внутренний рынок, перспективы выглядят куда радужнее. На эту простую идею ставят и участники рынка: индекс S&P Smallcap 600 с момента избрания Трампа президентом до конца года вырос гораздо сильнее, чем индекс широкого рынка S&P 500 или S&P 100 (включает в себя 100 акций, обладающих наибольшим весом, из индекса S&P 500). А индекс оптимизма малого бизнеса (NFIB Small Business Optimism Index) резко подскочил — до 12-летних максимумов (наиболее резкий подъем с 1980 года).

В то же время программа 45-го президента, как считают многие эксперты, способна заодно с ускорением экономического роста ускорить и темпы роста цен, то есть инфляцию. Такие ожидания уже привели к распродажам на рынке долларовых облигаций и повышению доходностей к погашению данных инструментов. Так, доходность к погашению 10-летних гособлигаций США выросла за квартал на 85 пунктов, с 1,59% до 2,44%.

Помимо облигаций пострадали и другие традиционные "защитные" активы: золото потеряло в цене 12,4%, курс японской иены снизился к доллару на 13,4%. В целом увеличившиеся инфляционные ожидания в США повлекли за собой рост других ожиданий — более быстрого повышения ставок ФРС. Сам регулятор подогрел эти риски, подняв в декабре ключевые ставки на очередные 25 базисных пунктов и заявив, что собирается в 2017 году произвести три таких повышения, а не два, как ожидалось ранее.

Совокупность данных факторов привела к повышению доллара США относительно основных валют-конкурентов: собственно, индекс доллара увеличился на 7,1% за квартал. Курс европейской валюты снизился на 6,4%, китайский юань потерял 4,2%. Ралли доллара имеет все шансы продолжиться, особенно учитывая сохранение мягкой монетарной политики в Европе и Японии.

Китай вновь вызывает опасения

Риски, связанные с возможными проблемами Дойче Банка, обсуждавшиеся в статье, написанной по итогам третьего квартала 2016 года, пока поутихли; акции немецкого гиганта даже сумели вырасти. Скорее всего, тема Дойче Банка еще всплывет в 2017-м, но на данный момент ее актуальность ушла на второй план. Что же касается рисков, способных принести негатив на рынки рисковых активов в первом квартале нового года, то тут на авансцену вновь выходит Китай.

Фондовые рынки существенно выросли после избрания Трампа, благодаря позитивным ожиданиям. Само по себе это уже увеличило риски коррекции, однако для существенной коррекции нужен какой-то глобальный повод. В середине 2015-го и в начале 2016 года такие поводы давала девальвация китайского юаня. В начале 2017-го данный фактор вновь в силе.

Китай столкнулся с усилением оттока капитала, связанным как с замедлением роста национальной экономики и удорожанием труда, так и с повышением долларовых ставок, что давит на курс юаня. В настоящее время китайские чиновники расширяют корзину валют, к которой таргетируется курс национальной валюты: теперь в нее входят 24 валюты (раньше было 13), а вес американского доллара снизился с 26,4% до 22,4%.

С одной стороны, это делает курс юаня более рыночным и облегчает задачу регулирования курса для властей. С другой — эти и другие меры по "поддержанию стабильности" валютного курса приводят к усугублению нервозности на денежном рынке, снижению доступа к ликвидности и росту ставок (трехмесячная ставка недавно поднялась выше 10%, где в последний раз была ровно год назад). Конечно, не факт, что и на этот раз совокупность падающего юаня и растущих ставок приведет к сильным коррекциям на фондовом рынке в США и других странах, особенно учитывая, что состояние экономики КНР, если верить индексам деловой активности, сейчас несколько лучше. С другой стороны, на этот раз в дело может вмешаться и политика.

Как известно, с Поднебесной у Трампа пока отношения не заладились, более того, миллиардер обвиняет Китай во всех "экономических грехах", включая манипулирование валютным курсом. Почему бы функционерам КПК не сделать "подарок" новому президенту США, просто перестав удерживать нацвалюту от очередного раунда снижения?

Русские горки

Как уже было сказано, российские фондовые индексы показали стремительный рост в четвертом квартале. Облигации, впрочем, как и следовало ожидать, не отличились столь впечатляющей динамикой. Так, евробонд Россия, 2023 (USD) принес долларовый убыток в размере 3,1% за квартал, ОФЗ 26207 (погашение в 2027 году) — прибыль порядка 0,6% в рублях.

Банк России, как и ожидалось, не стал снижать ключевую ставку в прошедшем квартале, добиваясь уменьшения как фактических темпов инфляции, так и инфляционных ожиданий. Напомню, что ЦБ рассчитывает добиться инфляции в 4% годовых к концу 2017-го. К концу 2016 года фактическая инфляция в России составила 5,4%, а инфляционные ожидания (прогноз уровня инфляции на конец 2017 года) снизились в четвертом квартале с 5,5% до 5%. Можно ожидать, что на фоне стабильной нефти ЦБ может начать снижать ставку уже в первом квартале наступившего года.

Впрочем, слишком быстрых темпов снижения ожидать не приходится — до тех пор, пока инфляционные ожидания не закрепятся на уровне около 4%. Это значит, что даже к концу года ключевая ставка вряд ли окажется ниже 8%. Таким образом, реальные ставки (то есть с учетом инфляции) останутся высокими, что будет по-прежнему поддерживать привлекательность рублевых инвестиций для иностранцев и курс нацвалюты. По крайней мере, в первом квартале можно ожидать продолжения укрепления рубля к уровням 57-58 рублей за доллар США или хотя бы стабильного курса.

На фоне ралли российского рынка в последние три месяца ушедшего года выросли практически все "голубые фишки": обыкновенные акции Сбербанка прибавили 19,2%, "Газпрома" — 14,6%, "Роснефти" — 17,5%, ЛУКОЙЛа — 12,4%. Сильнее рынка оказались бумаги компаний металлургического сектора — акции "Северстали" прибавили 25,1%, НЛМК — 38,6%.

Внимательный читатель помнит, что в статье, написанной по итогам третьего квартала, отмечались перспективы роста акций компании "Мечел" вследствие резкого роста цен на уголь. Цены на металлы пошли вверх следом за угольными, чем и было обусловлено поведение акций соответствующих компаний. Бумаги же самого "Мечела" выросли более чем в два раза — на 101,4%.

Впрочем, учитывая, что цены на уголь не смогли закрепиться на новых высотах и приступили к снижению, идея в бумагах "Мечела" на данный момент себя исчерпала (если только вы не хотите сыграть на понижение). Упомянутые в прошлой статье акции компаний электроэнергетики также принесли хорошую прибыль,— "Россети" выросли на 22,8%, ФСК — на 13,8%, "ИнтерРАО" — на 20,5%.

Перспективы российского фондового рынка в 2017 году выглядят хорошо: дорожающая нефть, привлекательные для иностранцев рублевые доходности и перспективы постепенной отмены санкций должны привести к очередному году роста при условии отсутствия серьезных "черных лебедей". Инвесторам стоит обратить внимание на акции компаний, ориентированных на внутренний спрос (например, тот же банковский сектор, девелоперы),— именно они выиграют больше всего на фоне возобновления роста экономики, доходов населения и большей доступности кредитных ресурсов.