Космическая одиссея

Восстание машин — известный троп литературы и кинематографа. В антиутопиях спасение приходит со стороны повстанцев, побеждающих холодный расчет мыслящих машин тонкостью человеческой души и гибкостью ума. В реальности нас, похоже, защитит модная индустрия, приручившая технологии до того, как они успели поработить планету.

1 / 6

Прошедшая этим летом 94-я Pitti Uomo имела все шансы превратиться в выставку цифровых достижений. Пускай не всецело. Но несколько марок нашли, чем удивить гостей и прессу. Утомленные флорентийским солнцем и позерством "павлинов", посетители заинтересованно рассматривали чемоданы Piquadro, в которые были встроены GPS-трекеры и датчики загрязнения воздуха. На стенде Herno вовсю работала пневмомашина — она показывала, что ткани бренда действительно непродуваемые (ее даже приходилось несколько раз заглушать, чтобы президент компании Клаудио Маренци смог дать интервью в относительной тишине).

Поскольку выставка Pitti Uomo — весьма точный индикатор мужской моды, подобные новшества наталкивали на мысль: потребителю уже недостаточно красивой легенды о том, как долго и кропотливо создавалась та или иная вещь. Ему хочется дополнительных функций, главная из которых — защита. И он хочет быть защищен даже сверх необходимого.

Конечно, мужчин, нахваливающих суперпрочное кевларовое покрытие новых курток с той же экспрессией, с которой они готовы обсуждать водонепроницаемость своих часов, встретишь нечасто. Но это пока. С какой вероятностью вы предпочтете костюм из ткани, которой нипочем опрокинутый бокал красного вина, обычному? Бонус в виде защитной пропитки слишком соблазнителен — отказываясь, вы рискуете оказаться среди прочих, ничем не выдающихся "пиджаков", беззащитных перед брызгами алкоголя. Так технологии дают вам ощущение превосходства (даже если красного вина вы не пьете).

Раньше, чтобы почувствовать себя венцом творения, нужно было заказывать костюмы у личного портного и точно знать, сколько человекочасов потрачено на каждую обновку. Сегодня даже преданные адепты сарториального искусства признаются: без передовых технологий бренды не смогут конкурировать за внимание потребителя. Даже Лучано Барбера, основатель марки Luciano Barbera, педант и консерватор (что не мешает ему быть одним из самых элегантных мужчин в мире) готовится применить японскую технологию в производстве обуви: внутреннюю поверхность лоферов и брогов бренд планирует сделать из кожи, заселенной бактериями — они будут выполнять гигиеническую функцию, заодно поддерживая тонус стоп. Именно такие "незаметные" нововведения помогают маркам оставаться на плаву, и сила будет в руках тех, кто владеет рецептурой. Если Herno в какой-то момент понадобилась помощь создателя технологичной марки Acronym Эрролсона Хью — для разработки мембранных вещей Laminar, то Loro Piana поставляют ткани Storm System (собственного производства) таким маркам, как Macintosh и Norse Projects. Компании удалось сделать непродуваемыми классические натуральные материалы — лен и шерсть.

Почти десять лет назад влиятельный японский критик моды Такедзи Хиракава сформулировал, что индустрия использует технологии с простой и понятной целью — создать продукт, а не миф: "Компании делают товары, чтобы их продать. Очевидно, модные дома хотят продавать больше, а не меньше". Чтобы торговля спорилась, маркам необходимо соответствовать духу времени и не выпадать из ритма жизни своих клиентов. Поэтому Z Zegna производит костюмы для занятых людей и джетсеттеров — из мериносовой шерсти Techmerino. Такую одежду можно стирать в машине (конечно, в щадящем режиме) и надевать сразу после высыхания. Вам даже не всегда потребуется отпариватель. Или, например, Brioni шьет рубашки из ткани, подвергаемой специальной обработке Journey Finishing, благодаря чему сорочка сохраняет идеальный вид даже на следующий день. Такая ткань называется Ventiquattro, то есть "двадцать четыре" — по количеству часов в сутках. Это значит, что у вас будет круглосуточно свежая рубашка. Все эти высокотехнологичные изобретения можно купить и в Москве, в ЦУМе и в бутиках брендов.

Подобные характеристики, созданные, что называется, для жизни, прекрасны как раз своей дискретностью. И далеко не все в индустрии считают нагромождение технологий дурным тоном. На современный fashion-бизнес как никогда влияют уличная мода и стиль работников Кремниевой долины.

Сегодня униформа улиц — основной источник идей для модных конгломератов. Стилистические отсылки к techwear или outdoor-эстетике, то есть технологичной одежде и гардеробу для длительного пребывания на лоне природы (например, для хайкинга или кемпинга), то и дело возникают в коллекциях Louis Vuitton и Lanvin; шведский бренд Acne Studios выпускает коллекцию с компанией Fjallraven, специализирующейся на снаряжении для пешего туризма, а Prada возрождает культовую линию Linea Rossa. Причем делает это с упорством техногика. Новые куртки сшиты из тканей с графеновым покрытием (графен — материал, получаемый путем модификации графита), а также водоотталкивающей микрофибры и сверхлегкого Nylon 3L — самого тонкого из возможных. Классический нейлон Tela Tecnica тоже получил апгрейд — он также защищает от воды и ветра, но стал воздухопроницаемым и получил название Tela Tecnica Pro. Такой подход ставит буржуазную марку Prada в один ряд с модными авангардистами Undercover или "технарями" Stone Island. Первые, например, используют ткань, произведенную компанией Dimension-Polyant (сложный ламинат из трех слоев, укрепленный арамидным волокном),— из нее обычно делают паруса для гоночных яхт. Вторые — детище гениального инженера Массимо Ости, который одним из первых начал использовать ткани, ранее не предназначавшиеся для пошива одежды — прыгнули выше головы, создав новую версию куртки Ice Jacket, меняющую цвет на морозе. Модель этого года сделана в сотрудничестве с лабораторией Ecco. Куртка сшита из кожи, укрепленной материалом Dyneema — готовое полотно имеет толщину всего 0,5 миллиметра. Смена цвета происходит благодаря покрытию из термочувствительного состава, в который инкапсулированы молекулы пигмента. Stone Island, с равным успехом котирующийся у потребителей разных культурных кругов — молодых безбашенных модников, серьезных венчурных капиталистов и футбольных хулиганов,— пожалуй, самый яркий пример того, как модные "ботаники" захватывают власть в маскулинном мире (к слову, недавно флагманский корнер бренда открылся в ЦУМе).

Удобство одежды, над которой корпели лучшие дизайнерские умы, продает само себя. Технологии же превращаются в ее добавочную стоимость. Все теперь хотят быть умниками. Особенно — умниками при власти, как основатель Amazon Джефф Безос. Даже раскованность калифорнийского стиля больше не ассоциируется с расписными шортами серферов. Тон обновленному деловому дресс-коду задают стартаперы из Маунтин-Вью и Пало-Алто. Современные массовые бренды стремятся работать не с итальянскими портными, а с Google. Как это сделала Levi's — вместе с Google фирма тестировала технологию Jacquard (в ткань вплетаются токопроводящие волокна, такой материал легко переносит стирку и позволяет нашпиговать готовую вещь разнообразной электроникой). Кроме того, в начале этого года джинсовый гигант представил технологию Project F.L.X. (future-led execution). Лазером на ткани можно выжечь любой узор или придать джинсам вид винтажных — процесс заменяет обработку вручную и занимает всего 90 секунд.

Возникает вопрос: что делать маленьким, нишевым и сарториальным маркам на фоне этой гонки технологических вооружений? Далеко не всем выпадает шанс быть вовремя прирученными условным Chanel и спасти себя от разорения, исполняя заказы кутюрного дома. Одно из решений — брать курс на sustainability, то есть устойчивость. Конечно, экологичное и этичное производство тоже грешит избытком технологий: Y-3 внедряют в коллекции биоткань, которая полностью разлагается в земле за три года, а Neil Barrett переходят на тенсел, получаемый из древесины эвкалипта (процесс более сложный, чем производство вискозы). С другой стороны, многие марки философски подходят к вопросу — вместо борьбы со стихией они ищут способы подружиться с природой, а не противостоять ее гневу. Например, используют аналог льна — рами, волокно из крапивы, получение и обработка которого требуют многих часов ручного труда. Но даже самые рукотворные коллекции немыслимы без помощи умных машин. Грамотно построенное производство экономно и рационально. "Все должно быть сделано просто насколько возможно, но ничуть не проще",— утверждал Эйнштейн, но на это хочется ответить: и не сложнее, чем необходимо. Современная мода обретет равновесие не в скорости, а в поступательном движении, при котором секреты мастеров будут поддержаны внедрением технологий — в разумном объеме. Иначе мы окажемся на пороге куда более нервной эры, где вещи действительно будут умнее нас — в непозволительно превосходной степени.