«У умной политики больше шансов, чем у политики жесткой»

Счетная палата и Минфин в ближайшие два-три года сосредоточат усилия на контроле сферы государственных закупок, которая является главной болевой точкой, подверженной коррупции. Об этом заявил глава СП Алексей Кудрин, отвечая на вопрос «Коммерсантъ FM» на Петербургском экономическом форуме.

— Вы говорили про борьбу с коррупцией как один из элементов и важных пунктов работы. Какие методы вы считаете наиболее эффективными? Какие сейчас болевые точки есть в этой сфере?

— Самая серьезная болевая точка у нас в стране в части коррупции — государственные закупки: все, начиная от проектирования объектов строительства, закупок, ремонтов, технического обеспечения министерств, ведомств, бюджетных учреждений, включая сами процедуры. Очень много имитационных процедур, когда уже заранее согласованы подходы, очень много завышенных цен, даже несмотря на выполнение процедур — результаты тоже имитируются, и завышенные цены часто являются результатом. Казалось бы, защитились процедурой, а по сути закупили или заявили закупки у не самых эффективных и самых дешевых компаний. Я вижу много таких коррупционных признаков в этой сфере. К сожалению, это во многих странах. Эта сфера самая коррупционная. Поэтому с участием Счетной палаты, Минфина, который сегодня взял на себя регулирование этой сферы, я думаю, мы сделаем решительные шаги в ближайшие два-три года.

— На одной из первых сессий в четверг вы немного поспорили с Антоном Силуановым по поводу бюджетного правила. Вы предлагаете это правило изменить. Почему? Какие негативные стороны есть у действующего бюджетного правила, на ваш взгляд?

— Сейчас в России очень низкие темпы роста, 1,5% — это недостаточно для России даже в сравнении с близкими нам по величине странами. Индонезия, к примеру, растет больше 5%. Кстати, она сегодня на седьмом месте уже в мире по величине экономики. Если она будет расти такими темпами, то сможет конкурировать уже с нами. Бразилия сегодня на шестом месте с темпом роста 2,5%. Поэтому мы, в сравнении со странами, близкими к нам по весу, в общем, можем отстать. Вот почему сегодня нужно использовать все механизмы повышения темпов роста, их не так много или срок их разворачивания тоже немаленький. Изменение, небольшая коррекция по дефициту бюджета — на 0,5% всего ВВП и на $5 изменение цены отсечения — до $45, на мой взгляд, сегодня не вызовет больших рисков и оставит возможность контроля над макроэкономическими рисками, как сегодня, кстати, Эльвира Набиуллина сказала. Но важно, чтобы такая корректировка сопровождалась бы направлением их на структурные реформы. Это было бы очень серьезной поддержкой экономике. Вот я назову еще один такой выбор: повышать налоги для формирования этой большой новой суммы в 8 трлн или не повышать? Я считаю, если нам нужно выбирать между корректировкой бюджетного правила на $5 и повышением налогов, то здесь однозначный вывод — лучше скорректировать бюджетное правило и не повышать налоги. И мы в ближайшее время, может быть, узнаем ответ правительства на эти вопросы.

Нужно использовать каждый шажок для того, чтобы набирать рост.

Является ли это опасным для долговой политики или для формирования резервов нашей страны, для курсовой политики? На мой взгляд, мои предложения не являются критическими — это умеренные вещи, они даже не повлияют сильно ни на инфляцию, ни на курс. Напомню, что до 2014 года мы жили с бюджетным правилом, которое все одобрили — оно позволяло жить при цене $90. Тогда нам всем казалось, что это нормально. Как только цены снизились, мы опять уже дуем на воду и создаем правило $40. $45 не является критическим. Аргумент, что мы сейчас поправили, потом поправим, еще смягчим, и потом следующий раз, наверное, наступит — нужно здесь где-то остановиться. Мы рассчитали в ЦСР темпы роста, за счет чего они могут произойти, поэтому нужно один раз скорректировать и дальше держать. У умной политики больше шансов, чем у политики жесткой. Вот почему я сказал, что эти корректировки могут быть. Они незначительны и не создают макроэкономических рисков, но дают дополнительные возможности роста. Среди других шагов я называл изменение структуры бюджета в пользу производительных расходов, образования, здравоохранения и инфраструктуры примерно на 2% ВВП. Нынешний маневр, который планирует правительство, мы еще не видим его окончательно, существенно мягче, чем мы предлагали. Поэтому, может быть, он не даст того эффекта, который мы от него ожидали.