К вопросу о материальной конструкции состава присвоения авторства

К ВОПРОСУ О МАТЕРИАЛЬНОЙ КОНСТРУКЦИИ СОСТАВА ПРИСВОЕНИЯ АВТОРСТВА

В статье раскрываются некоторые проблемы квалификации присвоения авторства (плагиата). Анализируется такой криминообразующий признак плагиата, как крупный ущерб, а также расположение статьи 146 в системе Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.

Ключевые слова: присвоение авторства; плагиат; личные неимущественные права; конституционные права; интеллектуальная собственность; авторские и смежные права; крупный ущерб; крупный размер; материальный состав преступления.

T.B. Sharyurova

TO THE ISSUE ON MATERIAL CONSTRUCTION OF AUTHORSHIP ATTRIBUTION

In the article some problems of qualification of authorship attribution (plagiarism) are revealed. Such criminal forming feature ofplagiarism as major loss is analyzed as well as disposition of Article 146 in the system of Features of the part of Criminal Code of the Russian Federation.

Keywords: authorship attribution, plagiarism, personal non-property rights, constitutional rights, intellectual property, authorship and adjacent rights, major loss, major amount, material composition of crime.

Уголовная ответственность по ч. 1 ст. 146 УК РФ наступает лишь при условии, что нарушение авторских или смежных прав, выразившееся в присвоении авторства (плагиат), причинило крупный ущерб автору или иному правообладателю. Сумма ущерба, который может быть признан судом крупным, в законе прямо не указана. И теоретики, и правоприменители ранее оценивали его как результат посягательства на личное неимущественное право с позиции автора как личности. Так, М.В. Вощинский писал, что крупный ущерб «... может быть определен только через нематериальные признаки, например, степень нарушения конституционных прав» [2, с. 104]. Однако пленум Верховного суда РФ в п. 28 постановления от 26 апреля 2007 г. № 14 дал более четкие инструкции по определению крупного ущерба: судам следует исходить из обстоятельств каждого конкретного дела, например, наличия и размера реального ущерба, размера упущенной выгоды, размера полученных нарушителем доходов. Не должен учитываться причиненный потерпевшему моральный вред, в том числе связанный с подрывом его деловой репутации.

Таким образом, законодатель очертил границы общественной опасности плагиата материальным критерием, совершенно не согласующимся с объектом уголовно-правовой охраны авторских и смежных прав, поскольку последствия посягательства на конституционные права человека и гражданина трудно оценить в материальном эквиваленте. Право авторства - одно из личных неимущественных прав автора, право, охраняемое Конституцией («Интеллектуальная собственность охраняется законом» - ч. 1 ст. 44 Конституции РФ) и рядом международных актов. Действительно, интеллектуальные права имеют двойственную природу, большинство из них носит имущественный характер, но именно право авторства, на которое посягает плагиат, носит личный неимущественный характер, неразрывно связано с личностью автора, обусловлено ею.

Крупный ущерб трудно рассчитать, поскольку он, как правило, выступает в виде упущенной выгоды. Это оценочная категория, в рамки которой не входят причинение вреда здоровью граждан, а также моральный вред [6, с. 321-322]. Соответственно плагиат, способный причинить крупный ущерб, в большинстве случаев сопряжен с незаконным использованием объекта авторских прав, т.е. при условии, что виновное лицо на правах «автора» распорядится исключительным правом на него. В таком случае действия плагиатора по использованию объектов авторских или смежных прав одновременно посягают не только на личные неимущественные, но и на исключительные права автора или иного правообладателя, подпадают под действие ч. 2 ст. 146 УК РФ, но совокупности преступлений такие действия не образуют, поскольку последствия незаконного использования охватываются здесь последствием плагиата в виде причинения крупного ущерба. Законодатель изначально вкладывает в термин «ущерб» экономическое содержание, для обозначения же нарушения неимущественных интересов обычно используется термин «вред». Если же ущемляются и имущественные, и неимущественные права, чаще применяется такая категория, как «последствия». Соответственно в понятие «ущерб» применительно к ч.1 ст.146 УК РФ следует вкладывать экономическое содержание [6, с. 321-322]. Дополнительным подтверждением этому выводу служит термин «правообладатель», включенный в диспозицию ч.1 ст.146 УК РФ, несморя на положение гражданского законодательства о неотчуждаемости права авторства.

Тем не менее полагаем, что самыми существенными недостатками рассматриваемого криминообразующего признака плагиата выступают его неконкретность, чрезмерное увлечение субъективной оценкой потерпевшими причиненного им ущерба. В соответствии с ч. 3 ст. 20 УПК РФ присвоение авторства относится к делам частно-публичного обвинения и возбуждается не иначе, как по заявлению потерпевшего. При этом почти никогда не

Т.Б. Шарьюрова. К вопросу о материальной конструкции состава присвоения авторства

исследуется отношение к данному признаку самого виновного. Субъективная сторона здесь характеризуется умышленной формой вины, т.е. виновный должен осознавать тот факт, что своими действиями причиняет крупный ущерб автору или иному правообладателю. Присваивая авторство, невозможно предвидеть реальный ущерб, наносимый потерпевшему. Квалифицировать действия лица необходимо по направленности умысла, на деле же при неконкретизированном умысле (относительно причиняемого ущерба) содеянное квалифицируется в зависимости от размера фактически причиненного ущерба.

Р.В. Притулин предлагает необычное решение проблемы определения крупного ущерба. По его мнению, здесь возможно применение «порядка расчета квалифицирующего признака кражи - «с причинением значительного ущерба гражданину» (п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ)», что потребовало бы внесения в примечание к ст. 146 УК следующего дополнения: «Крупный ущерб применительно к ч. 1 ст. 146 УК РФ и ст. 147 УК РФ определяется с учетом имущественного положения автора или иного правообладателя, но не может составлять менее пятидесяти тысяч рублей» [6, с. 83]. Предложенное решение, на наш взгляд, имеет существенный недостаток. Определять степень общественной опасности посягательства на конституционное право с учетом имущественного положения потерпевшего неправильно, такая градация в предоставлении уголовно-правовой охраны нарушает ст. 19 Конституции РФ: «Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от ... имущественного и должностного положения...».

Вообще настоящее расположение ст. 146 УК РФ в главе 19 УК в отличие от УК РСФСР 1926 г., где аналогичная статья располагалась в главе об имущественных преступлениях, способствует развитию в научной литературе споров о расположении ст. 146 в системе Особенной части УК РФ [1, с. 67].

Объясняется такое расположение решением законодателя о том, что данное преступление посягает главным образом не на материальные права, интересы граждан, а в первую очередь на гарантированную ст.44 Конституции РФ свободу литературного, художественного и научного творчества. Тем не менее изначально двойственная природа результатов интеллектуальной деятельности - их неразрывная связь с личностью автора и существование как имущественной ценности - являет собой постоянный камень преткновения в механизме уголовно-правовой охраны интеллектуальной собственности.

Материальная конструкция состава плагиата вызывает недовольство тех, кто ратует за надлежащую охрану интеллектуальных прав автора в контексте их конституционной природы [4, с.67; 3, с.229]. Крупный ущерб больше подходит для оценки последствий незаконного использования объектов (ч.2 ст. 146 УК РФ), как это было ранее, до внесения в редакцию статьи изменений федеральным законом № 45-ФЗ от 08 апреля 2003 г., но в таком случае возникает необходимость каждый раз устанавливать конкретного правообладателя, право которого нарушено. Если сконструировать плагиат как формальный состав, как предлагают некоторые авторы [3, с. 229], он более гармонично впишется в контекст и общую схему главы 19 УК РФ. Но такое решение также видится нам несправедливым. Мы нисколько не принижаем вредность плагиата, но полагаем, что это не будет соответствовать принципам уголовного закона ввиду несоразмерности общественной опасности этого деяния и установленного уголовно-правового запрета. Плагиат, безусловно, представляет собой негативное социальное явление, однако его способы и объемы настолько разнообразны и различны по последствиям, что оценивать все его проявления одинаково невозможно. Плагиатор, присвоивший право авторства на произведение в полном объеме, автоматически наносит автору существенный вред, но причиняемый в результате материальный ущерб не обязательно будет крупным. Студент, не оформивший надлежащим образом сноску в дипломной работе, вряд ли способен причинить автору хоть какой-то материальный ущерб. Сложившаяся ситуация подтверждает тезис, выведенный Иоганнесом Анденесом: «чем более рационально и обыденно мотивируется то или иное преступление, тем большее значение имеют уголовные санкции как средство поддержания законности» [1, с. 64].

Таким образом, дополнительный криминообразующий признак плагиата, определяющий грань между плагиатом - преступлением и плагиатом - правонарушением, необходим. Законодатель устанавливает в качестве такого признака крупный ущерб, но не указывает его размеры, границы. Кроме того, в подобной ситуации достаточно сложно установить, что умысел виновного был направлен на нарушение авторских прав именно в крупном размере, поскольку общественно опасные последствия в материальном составе также должны охватываться умыслом. Применение нормы на практике затруднено, но альтернативного критерия, на наш взгляд, не существует.

Ряд авторов предлагает руководствоваться при его определении установленным в примечании к статье крупным размером незаконного использования объектов авторских и смежных прав. Мы поддерживаем такую инициативу. Размер крупного ущерба должен быть четко определен именно законодателем, но, как разъясняет нам п. 25 постановления пленума ВС РФ № 14 от 27.04.2007 г., «если деяниями виновного, формально подпадающими под действие части 1 статьи 146. УК РФ, причинен ущерб, не превышающий пределы крупного размера, . содеянное может повлечь за собой гражданско-правовую или административную ответственность по части 1 или 2 статьи 7.12 . Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

Учитывая изложенное, предлагаем декриминализировать плагиат как самостоятельный состав преступления (ч. 1 ст. 146 УК РФ) и ввести новый квалифицирующий признак незаконного использования объектов авторских или смежных прав (ч. 2 ст. 146 УК РФ) «посредством присвоения авторства (плагиата)». Предлагаемое

решение устранило бы ряд имеющихся противоречий. Во-первых, плагиат также представляет собой незаконное использование объектов авторских или смежных прав: произведение используется плагиатором без согласия автора или иного правообладателя. Во-вторых, как отмечено, крупный ущерб фактически может быть причинен только посредством незаконного использования объектов авторского или смежных прав, нижний предел которого предлагается определять исходя из предложенного законодателем в примечании к статье крупного размера. В-третьих, окончательное изложение диспозиции ст. 146 УК РФ в контексте охраны имущественных прав авторов и иных правообладателей положит конец спорам относительно фактического объекта уголовно-правовой охраны нарушения авторских и смежных прав, и, возможно, послужит основанием для переноса статьи в раздел VIII УК РФ «Преступления в сфере экономики».

Литература

1. Анденес И. Наказание и предупреждение преступлений / пер. с англ. В.М. Когана; под ред. Б.С. Никифорова. - М.: Прогресс, 1979. - С. 64.

2. Вощинский М.В. Уголовно-правовые меры противодействия нарушению авторского и смежных прав: дис. ... канд. юр. наук. - М., 2005. - 213 с.

3. Долотов Р.О. Механизм уголовно-правового регулирования в сфере преступных посягательств на объекты интеллектуальной собственности: дис. ... канд. юр. наук. - Саратов, 2009. - 229 с.

4. Мачковский Л.Г. Интеллектуальная собственность: уголовно-правовая охрана // Законодательство. -2005. - №11.

5. Притулин Р.В. Уголовная ответственность за нарушение авторских и смежных прав: проблемы теории и практики: дис. ... канд. юр. наук. - М., 2010. - 218 с.

6. Чупрова А.Ю., Чупрова Е.В. К вопросу о понятийном аппарате применительно к преступлениям в сфере экономики // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: сб. ст.: в 2 т. - Н. Новгород, 2001. - Т. 2. - 544 с.

Шарьюрова Татьяна Борисовна, ассистент кафедры международного права и международный отношений Бурятского государственного университета, e-mail: Wletters@mail.ru

Sharyurova Tatyana Borisovna, teaching assistant, department of international law and international relations, Buryat State University.