В великорусской деревне на рубеже XIX-XX вв

10 ГУМАНИТАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ЦЕНТРАЛЬНОЙ РОССИИ_ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ИСТОРИЯ

2016. Вып. 1 (1). С. 10-13.

УДК 947.083

ПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ МОЛОДЫМ ПОКОЛЕНИЕМ В ВЕЛИКОРУССКОЙ ДЕРЕВНЕ НА РУБЕЖЕ Х1Х-ХХ вв.

И.А. Шевченко

В статье рассмотрен вопрос о традициях потребления спиртных напитков в молодежной среде великорусской деревни Европейской России в конце XIX- начале XX века. Автором проведен анализ общего потребления алкоголя в Российской империи в указанный период в сравнении с другими странами, сопоставлено потребление в разных социальных слоях России. Для решения поставленных задач были привлечены разнообразные источники: данные официальной статистики, сведения периодической печати, отзывы современников и мемуары, стенографические отчеты заседаний Государственной думы III созыва, материалы Первого Всероссийского съезда по борьбе с пьянством (1909-1910 гг.). Дана краткая характеристика историографии по теме дореволюционного, советского и современного периодов, выявлена специфика каждого из них. На основе анализа источников были сделаны выводы о том, что младшее поколение великорусских сел знакомилось со спиртным в ранние годы - под влиянием традиционных установок и по причине отсутствия должных медицинских знаний о вреде употребления алкоголя в несовершеннолетнем возрасте. При этом в деревне порицалось и являлось исключением регулярное систематическое потребление спиртных напитков. В то же время среди крестьянской молодежи имела место тенденция к увеличению размеров потребления под влиянием неземледельческого отхода, службы в армии. Уход молодых людей из-под контроля общины на заработки в города, как правило, негативно сказывался на соблюдении трезвеннических установок. Вероятно, подогреваемая алкоголем сельская молодежь внесла существенный вклад в радикализацию атмосферы в деревне на рубеже XIX-XX вв.

Ключевые слова: великорусская деревня, трезвость, пьянство, дети, молодежь.

Борьба за трезвость в России на рубеже XIX-XX вв. является довольно хорошо разработанной темой. Изучение проблем, связанных с чрезмерным потреблением алкоголя в разных слоях населения и мерами по борьбе с оным, привлекало пристальное внимание уже современников [1]. В советское время данный вопрос, как правило, поднимался в годы антиалкогольных компаний и рассматривался через призму борьбы с «буржуазными пережитками» [2]. В настоящее время исследовательский интерес также не ослабевает в отношении указанной проблемы - в огромной степени в связи с высокими показателями современного потребления спиртного [3].

По данным переписи населения 1897 г., крестьяне составляли 77,1% населения страны [4]. Трезвость и благополучие социального большинства - вопрос национальной безопасности страны для любого времени. Данные официальной статистики сообщают о том, что на рубеже XIX-XX вв. Россия занимала 11-е место среди европейских стран и США по потреблению абсолютного алкоголя (с учетом всех спиртных напитков) и 9 место по потреблению водки в 40 градусов [5]. Кроме того, имеющиеся статистические сведения о потреблении алкогольных напитков в Российской империи в указанный период единогласно утверждают о том, что в сельской местности в силу разных обстоятельств пили спиртного меньше, чем в городах. Так, по данным директора Центрального статистического комитета при министерстве внутренних дел России А.М. Золотарева, опиравшегося на отчеты Главного управления неокладных сборов и казенной продажи питей министерства финансов, за период с 1904 по 1908 гг. душевое потребление спиртного в городах составило 1,56 ведра, в селах - 0,45 [6]. С этими данными был полностью согласен экономист И.Х. Озеров, также оперировавший сведениями официальной статистики [7].

В этой связи особый интерес должен вызывать вопрос о том, как обстояла ситуация с потреблением алкоголя среди подрастающего поколения. По некоторым свидетельствам современников, которые могут несколько шокировать современного читателя, знакомство крестьян со спиртным происходило в весьма раннем возрасте, в абсолютном большинстве случаев во время широкого празднования семейных или церковных торжеств.

Доктор А.М. Коровин в 1908 году вместе с коллегами провел опрос в 358 сельских школах Московской губернии на предмет употребления алкогольных напитков учащимися. В своем докладе на Всероссийском съезде по борьбе с пьянство он цитировал одного знакомого врача, который, описывая крестьянский быт в Калужской губернии, приводил следующий факт: «Ни один престольный праздник, ни одно семейное или иное торжество не обходятся без того, чтобы 3-4 летним и 2-летним детям не давали водки» [8]. Существование подобной традиции применительно к сельским свадьбам подтверждал и Д.Н. Бородин: «По обычаю, жених или отец жениха выносят в холодные сени большой графин водки с закуской и начинают подносить всем по очереди по 2 стакана водки. Маленьким, пришедшим смотреть на свадьбу, наливают такой же стакан» [9]. Известный публицист М.О. Меньшиков приводил слова сельского учителя, который под Рождество дал задание своим ученикам написать в сочинении о том, как они проведут праздник: «Многие ребята написали: "Пойду в гости с родителями и напьюсь пьян"» [10].

При этом необходимо отметить, что подобное раннее знакомство со спиртным происходило в деревне под влиянием традиционных установок. По мнению абсолютного большинства этнографов, земских деятелей, врачей, священников, учителей, тесно соприкасавшихся с сельской жизнью, и самих крестьян, потребление алкоголя в деревне носило спорадический характер. Иными словами, оно было не систематическим, а приуроченным к тем или иным значимым церковным и семейным событиям - покровским свадьбам, престольным праздникам.

Таким образом, и приучение младшего поколения к употреблению алкогольных напитков шло, как правило, через личный пример поколения старшего, которое позволяло себе спиртное, как правило, в строго оговоренные традицией случаи. «Сельские школьники пьют, вернее, поят их, конечно, при тех же самых случаях, что и взрослые», - указывал А.М. Коровин [11]. Дети приучались с ранних лет к тому, что для потребления спиртного есть определенные, относительно немногочисленные поводы, выход за рамки которых является отклонением от норм сельской жизни. Так в деревне у молодого поколения формировалась определенная культура пития, которая, конечно, была далека от идеальных трезвеннических установок, но, так или иначе, контролировала потребление алкоголя, держала этот процесс в рамках.

Безусловно, раннее знакомство со спиртным, пусть даже не носившее регулярного характера, негативно влияло на растущие организмы крестьянских детей. Однако неизвестно, отдавали ли себе в этом полный отчет сельчане, если, по словам отечественного психиатра И.А. Сикорского, сказанным на закате XIX века, «вред алкоголизма стал точно известен медицине лишь с конца 70-х годов настоящего столетия, до того же времени пьянство скорее привлекало внимание моралистов, нежели врачей, в пьянстве усматривали отвратительную, но не особенно вредную привычку» [12]. Более того, у крестьян бытовало мнение, что употребление спиртного с малых лет будет являться залогом того, что, повзрослев, человек не станет пропойцей, вероятно, избежав, таким образом, комплекса «запретного плода». «В простом народе сохраняется убеждение, что, если дитя приучить пить водку сызмала, тогда он не будет пьяницей, не будет даже и пить водку в зрелых годах», - отмечал священник В.Я. Михайловский [13].

Кроме того, нельзя сказать, чтобы дети в деревне каким-то образом отличались от своих сверстников в городе в плане потребления алкогольных напитков. Д.Н. Бородин сообщал о том, что в четырех школах Санкт-Петербурга из 182 учеников 8-13 лет 166 человек были уже знакомы со спиртным, 151 учащийся пил водку [14]. Как видно, в городе также подавляющее большинство школьников пили алкогольные напитки. Более того, дети рабочих, ориентируясь на пример своих родителей, имели больше шансов пристраститься к спиртному, чем их ровесники из сельской местности. По мнению А.М. Коровина, «городской промысловый и рабочий люд обнаруживает

12

И.А. Шевченко

сильную наклонность приближаться к ежедневному потреблению спиртных напитков, в виду особых условий городского склада существования» [15].

Нельзя не отметить и тот факт, что число детей, больных алкоголизмом, то есть регулярно употреблявших спиртное, имевших влечение к нему и, как следствие, страдавших различными физическими и психическими недугами, было сравнительно мало. Из 22 с лишним тысяч школьников Московской губернии в этом смысле алкоголиками можно было назвать 0,7% мальчиков и 0,4% девочек [16]. Для сравнения отметим, что сто лет спустя регулярными потребителями спиртного в России являются 9,1% 12-летних детей [17].

Некоторые современники вовсе отрицали факты пития алкоголя детьми или считали их совершенно нетипичными. Примечательно, что это были, как правило, отзывы самих крестьян или непосредственных свидетелей их жизни. «Среди детей употребление спиртных напитков является как исключение», - утверждал священник из Орловской губернии [18]. «Между тем, пьют только мужчины, хотя говорили тут, что и дети. Но это, так сказать, дворянские дети, может быть, пьют, а крестьянским не до того, не до питья», - говорил в Государственной думе депутат из крестьян И.С. Томилов [19]. В то же время современники признавали, что сравнительно высоким уровнем потребления алкоголя отличалась деревенская молодежь. Депутат-октябрист из Пензенской губернии С.В. Андронов отмечал, что основным потребителем сельских винных лавок являлось молодое поколение, «те подростки, которые, с одной стороны, стараются подражать взрослым, а с другой стороны, к величайшему нашему ужасу и сожалению, думают, что пьянство есть молодечество» [20].

Стоит признать, что модернизация постепенно разрушала патриархальный уклад деревни, в начале XX в. во взрослую жизнь вступало поколение молодых крестьян, чье мировоззрение существенно расширилось за счет отходничества, распространения грамотности, свободы, зачастую эти молодые люди были свидетелями и участниками революционных событий 1905-1907 гг., что вело к напряжению обстановки в деревне на фоне конфликта отцов и детей. «В настоящее время патриархальность общины подорвана, сыновья и внуки вышли из-под контроля отцов, авторитет старейших членов общины пал, старики отстранились от схода и общественных дел - уже не они повелевают детьми, а дети ими. На сходах появились водка и подкуп», - сообщали об изменениях в общинной жизни современники [21]. «Драки в деревнях среди деревенской молодежи, уже прошедшей через школы, на деревенских праздниках и гуляньях становились совершенно заурядным явлением, и кровавая, под пьяную руку, расправа была главным средством для сведения счетов, возникших на почве имущественных или романтических отношений», - констатировал князь Б.А. Васильчиков [22].

Согласно опросу крестьян Владимирской губернии, первое место по приучению молодежи к потреблению спиртного играли отхожие промыслы. В пользу них ответил 71% респондентов. Еще 17% высказались в пользу того, что вовлечение молодого поколения в процесс пития алкоголя происходило в домашних условиях, 9% опрошенных отвели эту роль армии [23]. Последний пункт нуждается в комментарии. Дело в том, что следствием введения в России в 1874 г. всеобщей воинской повинности вместо рекрутского набора стал тот факт, что масса молодых крестьян несколько лет проводила вдали от своей общины, в местах воинской службы. За это время крестьяне могли как научиться полезным умениям и навыкам, в том числе грамоте, так и пристраститься к употреблению алкоголя. «Нередко парень, поступающий на военную службу трезвым, возвращается в деревню пьяницей солдатом», - утверждал учитель А.Т. Соловьев [24]. Обострение алкогольной проблемы многими современниками отмечалось и применительно к русской армии во время русско-японской войны: «Во время последней войны вопрос об алкоголиках был очень острым, о чем открыто свидетельствует ряд участников войны» [25]. Напомним, что долгое время военнослужащим была положена винная порция. В военное время строевые солдаты получали одну чарку (0,16 л.) три раза в неделю, нестроевые - 2 раза. В мирное время количество выдач чарок солдатам в год доходило до 15. В декабре 1908 г. на общей волне борьбы с пьянством выдача винных порций, а также продажа водки в солдатских буфетах, были отменены [26].

Обобщая, можно сказать, что традиционная крестьянская культура предполагала раннее знакомство молодого поколения со спиртными напитками в рамках широкого празднования семейных или церковных торжеств, при этом речь не могла идти о регулярном потреблении алкоголя, нераспространенного в деревне в принципе. Ситуация менялась при активном вовлечении сельского населения к заработкам на стороне - отходничеству. Мобильная крестьянская молодежь, подогреваемая казенной водкой, становилась недооцененным исследователями фактором, ради-кализующим и без того непростую обстановку в российской деревне начала XX века.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Кроль Т.К. К вопросу о влиянии алкоголизма на заболеваемость, смертность и преступность. СПб., 1897; Бородин Д.Н. Значение школы в борьбе с пьянством. СПб., 1903; Рождественский И.И. К вопросу о пьянстве в земледельческой деревне. М., 1914.

2. Ларин Ю. Алкоголизм и социализм. М., 1929; Зеневич Г.В. Алкоголизм - вреднейший пережиток капитализма. Л., 1955; Народная борьба за трезвость в русской истории. Материалы семинара, проведенного обществами борьбы за трезвость БАН СССР, ЛГУ, ЛОИИ АН СССР 18 декабря 1987 г. Л., 1989.

3. Веселие Руси. XX век. Градус новейшей российской истории: от «пьяного бюджета» до «сухого закона». М., 2000; Афанасьев А.Л. Трезвенное движение в России в период мирного развития. 1907-1914 годы: опыт оздоровления общества. Томск, 2007.

4. Россия. 1913 год. Документально-статистический справочник. СПб., 1995. С. 219.

5. Дмитриев В.К. Критические исследования о потреблении алкоголя в России. М., 2001. С. 43-44, 332.

6. Золотарев А.М. Потребление вина в России в 1904-1909 годах / / Ежегодник России. 1909 год. СПб., 1910. С. ЬХХ1Х.

7. Озеров И.Х. На темы дня. К экономическому положению России. М., 1912. С. 91.

8. Коровин А.М. Сельская школа и алкоголизм в Московской губернии / / Труды Первого Всероссийского съезда по борьбе с пьянством. В 3 т. СПб., 1910. Т. 2. С. 567.

9. Бородин Д.Н. Пьянство среди детей / / Там же. С. 483.

10. Меньшиков М.О. Пьяный бюджет / / Новое время. 1907. №11 393.

11. Коровин А.М. Указ. соч. С. 567.

12. Сикорский И.А. Алкоголизм и питейное дело. Киев, 1897. С. 10.

13. Михайловский В.Я. Друзьям трезвости. Винопитие детей, отроков и отроковиц. СПб., 1891. № 6. С. 11.

14. Бородин Д.Н. Указ. соч. С. 484.

15. Коровин А.М. Указ соч. С. 567.

16. Там же.

17. Дудкина О.В. Алкоголизация населения в России: социально-демографические последствия: ав-тореф.... дис. канд. социол. наук. Новочеркасск, 2007. С. 22.

18. Прот. Н. Миртов. Народное пьянство и современная борьба духовенства за трезвость по данным анкеты, произведенной Александро-Невским обществом трезвости // Труды... Т. 3. С. 1142.

19. Стенографические отчеты Государственной думы третьего созыва. Сессия вторая. Ч. 2. СПб., 1909. Стб. 96.

20. Там же. Стб. 80.

21. Тернер О.Г. Общинное владение и частная собственность / / Вестник Европы. 1895. № 3. С. 45.

22. Кн. Борис Васильчиков. Воспоминания. М., 2003. С. 106.

23. Черневский В.А. К вопросу о пьянстве во Владимирской губернии и способах борьбы с ним. Владимир, 1911.С. 24.

24. Соловьев А.Т. К вопросу о борьбе с пьянством / / Труды. Т. 3. С. 953.

25. П.Н. О пьянстве в армии / / Новое время. 1907. № 11. С. 416.

26. Протько Т.С. В борьбе за трезвость: страницы истории. Минск, 1988. С. 32-35.