«Мы идем по пути расширения и упрощения»

Для предоставления предпринимателям на Дальнем Востоке льгот и преференций, которые дают территории опережающего развития (ТОР) и Свободные порты, пришлось принять множество законов и подзаконных актов. Курирующий вопросы разработки и совершенствования законодательства замглавы Министерства по развитию Дальнего Востока Кирилл Степанов объясняет „Ъ“, на основании чего в действующую нормативно-правовую базу вносятся поправки, как усовершенствовать систему выдачи «дальневосточного гектара» и виз на въезде в Свободные порты и скоро ли в ТОР смогут появиться частные управляющие компании и объекты инфраструктуры в акваториях портов.

— За последний год Минвостокразвития сформирован целый массив законодательных актов о развитии Дальнего Востока. Как вы его трансформируете и дорабатываете, созданы ли какие-либо специальные механизмы по сбору предложений по изменениям в законы, скажем, от инвесторов?

— Законов принято много, а подзаконных актов — вообще подсчитать сложно. И все они постоянно подвергаются нашей оценке на предмет практической применимости и полезности. Что касается системы, то подготовка закона — это вообще вопрос комплексный. Зачастую информация по апробации законодательства поступает извне, из-за пределов системы органов власти: это и инвесторы, и эксперты, и простые граждане, делающие предложения. В дальнейшем, естественно, мы все это обрабатываем, обсуждаем внутри министерства, с коллегами из других федеральных структур, в том числе из администрации президента. Затем все это отрабатывается в комитетах Госдумы и Совета Федерации. Так что в процесс вовлечено очень большое число лиц.

— Пример каких-то запланированных изменений, направленных на улучшение системы, можете привести?

— Подготовлен объемный пакет поправок в закон о территориях опережающего развития. Изначально мы собрали предложения и с рынка, и от нашего форпоста в сфере ТОР — АО «Корпорация развития Дальнего Востока» (КРДВ). Проведено согласование проекта поправок с федеральными органами власти, и мы уже доложили его в правительство РФ. В основном с нашими предложениями в правительстве согласны, хотя есть ряд поручений по корректировке и доработке.

— Ключевые элементы поправок сейчас уже можно раскрыть?

— В первую очередь мы продолжаем совершенствование административного режима функционирования территорий. Это относится, например, к особенностям осуществления на них государственного контроля. Облегченный административный режим в отношении инвесторов очень важен, он позволяет формировать благоприятный инвестиционный климат. Приглашая бизнес в ТОР, мы обещаем, что он будет именно таким. Поэтому мы продолжим совершенствовать режим проведения плановых и внеплановых проверок — они возможны только по согласованию с Минвостокразвития.

— Усиления роли субъектов РФ в процессе создания ТОР, чего так хотят регионы, не будет?

— Есть предложение упростить координацию. Разрешить заключать трехсторонние соглашения между Минвостокразвития, субъектом РФ и муниципалитетом о создании ТОР раньше, чем принимается соответствующее постановление правительства России. Сейчас наоборот: сначала постановление, затем — соглашение. Что поменяет наше предложение? Оно позволит еще до принятия правительственного постановления, например, урегулировать земельные вопросы — ведь в ТОР встречаются земли всех уровней собственности. На землях стоят объекты инфраструктуры с разными формами собственности — порядок их использования также регулируется соглашением. Сейчас, мы считаем, телега впереди лошади, и предлагаем сделать наоборот. Сначала нужно обо всем договориться, а потом выходить на правительство с готовым решением.

— Какие-то изменения в систему управления вносить нужно?

— Мы предлагаем рассмотреть возможность создания частных управляющих компаний. Сейчас она одна и государственная — это КРДВ. Это, конечно, позволяет нам администрировать процесс, учитывая полную подотчетность корпорации министерству. КРДВ может создавать «дочки», в которых оставляет за собой контрольный пакет в 51%, передавая остальную часть, например, субъекту РФ или юридическому лицу. Но здесь пока никак не учитываются интересы «якорных» инвесторов — будущих резидентов ТОР, которых 49% не устраивает. Иногда крупные иностранные инвесторы еще на стадии обсуждения перспективы вхождения в территорию опережающего развития поднимают вопрос о создании ими собственной управляющей компании. Сейчас УК по закону оказывает разные сопутствующие услуги — от бухгалтерских до юридических — и выступает застройщиком общей инфраструктуры. Частная УК не потребует финансирования из государственного бюджета — это плюс. Не нужно будет выделять федеральные средства, как это делается в отношении КРДВ. С другой стороны, встает вопрос контроля — пустить частные УК в «свободное плавание» мы права не имеем. Все это учтено в проекте поправок.

— А в сам процесс создания ТОР изменения будут?

— Мы стараемся идти по пути расширения и упрощения. В плане упрощения — будем предлагать прописывать для каждой ТОР не список разрешенных в ней видов деятельности для резидентов, которых может быть множество, а сразу перечень тех видов, на осуществление которых не распространяются меры господдержки.

Это не значит, что заниматься ими в ТОР запрещено — то, что под запретом, установлено законодательством. Просто на эти виды деятельности не будут распространяться налоговые льготы, и инвестор будет обязан вести по ним раздельный учет. Мы также хотим сделать, как я считаю, серьезный шаг и разрешить формировать ТОР за пределами земельных участков — в акваториях. Это важно для проектов в сфере аква- и марикультуры. В законопроекте мы предусматриваем такую возможность — распространение режима ТОР на внутренние воды и строительство в них объектов инфраструктуры.

— Законодательство о Свободных портах нуждается в корректировке?

— Оно моложе закона о ТОР и сейчас в полной мере апробируется во Владивостоке, где создан первый Свободный порт. Еще четыре муниципальных образования Дальнего Востока из других субъектов РФ в июле присоединено к этому списку. Какие-то существенные поправки в этой части мы пока не разрабатываем. Но нами уже подготовлен законопроект, который позволяет наконец-то развязать «узел» по режиму упрощенного визового въезда. Сейчас принимаются определенные паллиативные меры: мы сокращаем сроки для получения виз в органах Министерства иностранных дел, в основном это касается деловых виз. Но у нас были более радикальные предложения. Мы хотели бы сделать действительно удобный въезд на территорию Свободного порта для представителей инвесторов из тех стран, инвестиционный капитал которых нам интересен в первую очередь. Для этого нужны поправки в законы о порядке въезда-выезда и в сам закон о Свободном порте.

— Как можно сделать режим максимально приближенным к безвизовому?

— Через возможность подачи заявки в электронном виде — через специализированный сайт МИД. Это сложный, комплексный вопрос, и механизм получается новаторским для России. Вместе с Минкомсвязи и МИДом мы продумали модель, разработали ее, коллеги из правоохранительных органов нареканий к ее безопасности не имеют. Схема такова: человек подает заявление, не взаимодействуя с представителем консульства, отсылает свои данные и документы. Ему могут дистанционно в выдаче визы отказать. Если уведомляют о выдаче визы, он приезжает в пункт пропуска на границе и там, пройдя обычный контроль, получает возможность въехать в страну. Сейчас нужно принять изменения в законодательство и определить порядок оформления электронных виз актом правительства для запуска такой системы. Надеемся, что поправки будут приняты в осеннюю сессию Госдумы.

— Закон о «дальневосточном гектаре» — также новый и в то же время, как признается всеми, непростой для реализации. Почему не получилось с первого раза создать работающую без нареканий систему выдачи земли на Дальнем Востоке?

— Федеральная информационная система (ФИС), оператором которой выступает Росреестр, создавалась в беспрецедентно сжатые сроки. И, разумеется, не лишена «детских» недостатков. Некоторые из них не требуют правки законодательства. Например, закон предоставил право на «бесплатный гектар» всем гражданам России, включая несовершеннолетних детей, у которых еще нет паспорта. Но ФИС не пропускала подобные коллективные заявки на землю, подаваемые родителями от своего имени и имени детей — требовала обязательной регистрации детей в ЕСИА, которую они по причине отсутствия паспорта не могли получить. Эту проблему мы решили техническими методами. Но есть и другие. Скажем, ФИС могла бы обеспечить взаимодействие всех органов власти, у которых есть полномочия по предоставлению земельных участков, с Росреестром — при постановке участка на кадастровый учет и регистрации прав. Пока она этого не делает. Что сейчас делает уполномоченный орган? На каком-то внешнем накопителе, флэш-карте или диске, куда записываются поданное заявление и документы, которые к нему прилагаются, берет — и физически передает данные в Росреестр. Это лишние издержки, как финансовые, так и по срокам. Здесь требуется уточнение функциональных возможностей ФИС, которое, кстати, мы можем закрепить нашим приказом в соответствии с законом.

— Еще какие-то изменения в него вноситься будут?

— Конечно, закон нуждается в доработке. Не случайно мы его запустили сначала в «пилотных» муниципалитетах субъектов ДФО: практика — критерий истины. Уже сейчас понятно, что, например, требуется уточнить полномочия органов власти, правильно их распределить и оптимизировать. Есть и другие, более масштабные, вещи, которые выясняются по ходу. Основная часть земель, запрещенных сейчас к предоставлению в качестве «бесплатного гектара», так называемая «зона нельзя», — это территории традиционного природопользования и защитные леса. Здесь возможна корректировка законодательства. Никто не говорит, что нужно нарушать права коренных малочисленных народов. Но если, например, в территорию традиционного природопользования включены населенные пункты, а не зоны охоты и рыболовства, почему нельзя вывести их из-под запрета? По защитным лесам — такая же ситуация. Есть, безусловно, те защитные леса, которые трогать нельзя, например, в особо охраняемых природных территориях. Но есть категории, к которым нужно взвешенно отнестись, есть ли потенциал для предоставления там «бесплатного гектара». А он есть. В закон можно внести изменения, разрешающие выделение «бесплатного гектара» на территории некоторых категорий защитных лесов с обременениями или ограничениями по использованию. Такое поручение есть. Поправки мы подготовим, сессия Госдумы в этом году начинается в октябре, поэтому вполне можно добиться того, чтобы они заработали уже со следующего года.