На газ и на свет товарища нет

На газ и на свет товарища нет

       Крупнейшие корпорации — это национальное достояние. Вот, например, говорят: "Что хорошо для General Motors, то хорошо для Америки". В России на место General Motors может претендовать только "Газпром". Ну и еще, быть может, РАО "ЕЭС России". И вопрос, что хорошо для "Газпрома" и РАО ЕЭС, еще никогда не стоял так остро, как сейчас.

       С начала года "Газпром", крупнейшую компанию страны, лихорадит. Дело дошло до заявления Рема Вяхирева о разделе газовой корпорации на две части. Кремлю и Белому дому эти слова не понравились. Досталось и РАО ЕЭС, причем от самого Владимира Путина. Хотя Анатолий Чубайс, в отличие от Вяхирева, таких громких заявлений пока не делал.
       
       Можно долго искать ответ на вопрос, какой будет экономическая стратегия Владимира Путина, в его гэбэшном прошлом, в его деятельности на посту главного экономиста Санкт-Петербурга, сподвижника Павла Бородина или кремлевского контролера. Можно вчитываться в его нынешние выступления. Картина получается расплывчатой: Путин предстает то продолжателем прежней политики и недопущения пересмотра итогов приватизации, то убежденным сторонником возвращения государства в экономику (поддержка стопроцентной продажи экспортной выручки, обеспечение роста за счет стимулирования спроса, борьба с "разболтанностью аппарата управления"). На самом деле тест для Путина — это выбор будущего для "Газпрома" и РАО ЕЭС.
       До последнего момента и. о. президента оставался в стороне. Однако, выступая в Минюсте 31 января, он неожиданно обрушился на руководство РАО. Обвинение было выдвинуто чисто политическое. По мнению Путина, рост энерготарифов, который не пройдет бесследно ни для промышленности, ни для населения,— следствие неэффективного руководства компанией.
       Вяхирева Путин публично до сих пор ни в чем не обвинял. Даже после встречи 3 февраля с Михаилом Касьяновым позицию Кремля и Белого дома по поводу заявлений Вяхирева о разделе "Газпрома" представил не сам Путин, а его первый заместитель. Тем не менее власть, судя по словам Касьянова ("Мы будем требовать, чтобы с нами проконсультировались и согласовали этот вопрос, так как в одностороннем порядке руководство 'Газпрома' не должно принимать такие важные решения"), заявления Вяхирева не одобряет. Отчасти потому, что намерение Вяхирева разделить "Газпром" "оказалось для главного акционера — государства — неожиданным".
       
       Незадолго до сенсационного выступления Рема Вяхирева в Сургуте 29 января, где он прямо заявил о возможном разделе "Газпрома", на него начали атаку сразу с двух сторон. Примечательно, что атакующие — министр топлива и энергетики Виктор Калюжный и один из правительственных экспертов — явно не симпатизируют друг другу. Кто из них выполняет только волю Путина, а кто преследует при этом еще и свои личные или клановые интересы, не столь важно. Главное, что у Вяхирева почти не осталось наверху влиятельных заступников, какими были в свое время Виктор Черномырдин и даже Борис Ельцин.
       Виктор Калюжный атаковал широким фронтом. Публично он осторожно рассуждал: "Минтопэнерго потому успешно работает с нефтяниками, что у него есть госкомпания 'Транснефть'". В газовой сфере тоже неплохо бы "подумать о создании подобия 'Транснефти' и допускать без ограничений к трубе независимых газодобытчиков". Зато среди своих Калюжный был куда откровеннее. Собрав в Минтопэнерго преданных нефтяников (конечно, в их число не входят ни Дмитрий Савельев, ни бывший глава Минтопэнерго Сергей Генералов) и лоббистов ТЭК из Думы, он, по сведениям "Власти", выступил с обвинениями в адрес Вяхирева: "Руководство в компании слабое. Из-за этого в 2000 году падение добычи газа составит 20 млрд м3, в 2001 году — 45 млрд м3... Воровство газа украинцами — это махинация. Газ присваивает себе 'Итера' (аффиллированная с 'Газпромом' компания, 80% оборота которой дает перепродажа газа, добываемого в России и Туркмении.— Ъ)". И заключил: "Работу 'Газпрома' надо подчинить Минтопэнерго".
       Слова Калюжного были адресованы прежде всего депутатам. Любовь левого большинства Думы второго созыва к Вяхиреву и его естественной монополии общеизвестна. 2 июля 1998 года думцы, едва узнав о приказе Сергея Кириенко арестовать счета "Газпрома" за долги бюджету, тут же прекратили заседание и вызвали на ковер самого Кириенко и автора этой идеи Бориса Федорова. После личного вмешательства еще и президента Кириенко и Федорову пришлось отойти на прежние позиции. Виктор Калюжный, очевидно, намерен не допустить подобных думских демаршей при наступлении на "Газпром". Насчет реакции Путина он, по-видимому, не беспокоится.
       В отличие от Калюжного правительственный эксперт не переходит на личности. Однако и он считает, что монополизм "Газпрома" стал причиной парадокса: "В стране, добывающей газ больше всех в мире, стало не хватать газа!" Ряд предложений эксперта напоминают план лечения "Газпрома" по Калюжному: "Только государство имеет право определять порядок доступа потребителей к услугам естественных монополий. Поэтому должен быть рассмотрен и решен вопрос о реальном доступе независимых производителей газа к газопроводам". При этом предлагается напрямую подчинить "Газпром" первому вице-премьеру. Дело не в Касьянове (после выборов президента правительство может быть кардинально обновлено), главное — в самом предложении: не допустить контроля за "Газпромом" со стороны Калюжного. Кроме того, подчинить "Газпром" государству предлагается посредством жесткого тарифного контроля, который будет осуществлять Федеральная энергетическая комиссия.
       Если принять все это во внимание, становится понятно, что у Вяхирева оставался единственный ответный ход — опередить всех и осуществить выгодный только ему раздел "Газпрома". И Вяхирев выступил со своим нашумевшим заявлением, так как уже не сомневался в том, что после выборов, когда Путин избавится от приставки "и. о.", он официально одобрит планы выделить из "Газпрома" аналог "Транснефти" и подчинить его государству. Как именно это будет сделано, не так уж важно. Путин может, например, издать указ о реструктуризации газовой отрасли, реализация которого приведет в итоге к увеличению госдоли в "Газпроме", что даст возможность выделить из него "Трансгаз".
       
       Схватка за "Газпром" показательна. Похоже, Владимиру Путину действительно близки предложения его советников о существенном усилении государственного вмешательства в экономику. Тем более что нападению подвергся не только "Газпром", но и РАО "ЕЭС России" и "нефтяные генералы".
       Тот же Виктор Калюжный на закрытом заседании в Минтопэнерго заявил, что необходимы "резкое усиление госрегулирования в ТЭКе и жесткий контроль за деятельностью компаний" — вплоть до разработки и доведения до нефтяных компаний "планов по объемам бурения и географии экспортных потоков". Минтопэнерго, по словам Калюжного, будет заключать отдельные договоры с каждой компанией. И в этих документах будут закреплены плановые производственные показатели на год.
       Что касается РАО ЕЭС России, то весьма показательным стало недавнее назначение первым зампредседателя правления РАО, курирующим финансовые вопросы, Леонида Меламеда. Два года назад, когда Анатолий Чубайс пришел в РАО, Меламед стал исполнительным директором "Росэнергатома", находящегося под контролем министра атомной промышленности Евгения Адамова. Ну а Адамов входит в ту же олигархическую группировку, что и Калюжный. В РАО ЕЭС надеются найти с Меламедом общий язык, но тем не менее Чубайс зачастил в Лондон, где ведет переговоры с иностранными акционерами РАО ЕЭС об увеличении их доли в компании, уже составляющей около 30%. Кроме того, РАО пытается срочно сбросить балласт в виде убыточных электростанций, начав процесс их приватизации.
       Однако не исключено, что и Чубайсу, чтобы сохранить свой контроль над РАО "ЕЭС России", придется воспользоваться опытом Вяхирева и попытаться разделить компанию на две части.
       Схемы выгодных для Вяхирева и Чубайса разделов компаний могли бы быть следующими. Из состава монополистов в новые ОАО выделяются добывающие (генерирующие) и транспортные мощности. В конце концов, не газодобыча или производство электроэнергии составляют естественную монополию. Монополия в одном случае — труба, в другом — линии электропередачи. Вяхиреву и Чубайсу достаточно сохранить контроль за экспортными потоками, которые, собственно, и являются основой финансовой мощи естественных монополий (прежде всего "Газпрома"). Теоретически существует также вариант создания холдинга (возможно, с участием ряда физических лиц), к которому перейдут контрольные пакеты акций всех созданных на обломках "Газпрома" и РАО ЕЭС компаний. И Вяхирев, и Чубайс наверняка постараются войти в число учредителей холдингов-монополистов.
       
       Сценарии контригры руководителей естественных монополий могут быть самыми разными. Однако любой из них предполагает конфликт с властью. И это самое уязвимое звено в обсуждаемых идеях по реструктуризации "Газпрома" и РАО ЕЭС.
       Владимир Путин в настоящее время явно не испытывает ни желания, ни необходимости приближать к себе олигархов. Напротив, он занял по отношению к Вяхиреву и Чубайсу жесткую позицию. Хлесткие заявления Михаила Касьянова, беспрерывные вызовы олигархов на ковер к Виктору Христенко — лишнее тому подтверждение. Напряженность между Путиным и естественными монополистами появилась еще в начале января. Тогда и Чубайс, и Вяхирев выступили против публично одобренной Путиным идеи Виктора Геращенко о введении стопроцентной продажи валютной выручки. В результате Путин отступил, но фронды не забыл.
       Рем Вяхирев, похоже, уже понял бесперспективность борьбы с государством и ясно дает понять, что "Газпром" поддержит Путина на президентских выборах. 3 февраля в Краснодаре он, как в старые, но памятные ему годы, заявил: "У России есть будущее, есть надежда, есть цели. У руля страны стоит надежный человек — Владимир Владимирович Путин!" И взял назад все свои слова о грядущем разделе "Газпрома". Иными словами, дал понять, что уже готов отказаться от контригры.
       Чубайс умеет держать паузу лучше. Он разделом РАО "ЕЭС России" не грозил, критику Владимира Путина в свой адрес, прозвучавшую в Минюсте, проглотил. Молчит и сейчас.
Молчит пока и Путин. Однако будущее и "Газпрома", и РАО ЕЭС в его руках.
       
КОНСТАНТИН ЛЕВИН, НИКОЛАЙ ВАРДУЛЬ
       
       СУДЬБА "ГАЗПРОМА" И РАО ЕЭС ПОКАЖЕТ, КАКОЙ БУДЕТ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА ПУТИНА
       МОНОПОЛИЯ ВЯХИРЕВА И ЧУБАЙСА — ЭТО НЕ ГАЗ И ЭЛЕКТРИЧЕСТВО, А ТРУБЫ И ЛИНИИ ЭЛЕКТРОПЕРЕДАЧИ