Полиция российской империи накануне революции 1917 г. : перспективы развития

УДК 94:351.74(470 + 571) Сунгуров Павел Александрович

преподаватель Тюменского государственного нефтегазового университета

ПОЛИЦИЯ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ НАКАНУНЕ РЕВОЛЮЦИИ 1917 Г.: ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

Sungurov Pavel Aleksandrovich

Lecturer,

Tyumen State Oil and Gas University

THE POLICE IN THE RUSSIAN EMPIRE ON THE EVE OF THE 1917 REVOLUTION: DEVELOPMENT PROSPECTS

Аннотация:

В статье анализируются работы российских и зарубежных исследователей, посвященные изучению положения полиции в последние десятилетия существования Российской империи. Независимый характер высказываний и личное участие авторов в подборе информации по разрабатываемым вопросам превращают труды литераторов, юристов и журналистов в ценный источник для изучения истории правоохранительных органов России. Максимально объективно характеризуя структуры МВД, исследователи в большинстве случаев приходили к выводу о системном кризисе всего административно-правоохранительного механизма государства.

Ключевые слова:

полиция, деятельность, эффективность, Сибирь, реформы, законодательство, революция, литература.

Summary:

This article reviews the works of Russian and foreign researches concerned with the status of the police during the last decades of the Russian Empire. The independent nature of expression and personal involvement of the researchers in the selection of data on the issues under development explain the fact, that the works of writers, lawyers and journalists is a valuable source for study the history of the Russian law enforcement agencies. Objectively describing the structure of the Ministry of Internal Affairs, the researchers in most cases deduced that there was a systemic crisis of the entire administrative enforcement mechanism in the country.

Keywords:

police, activities, effectiveness, Siberia, reform, legislation, revolution, literature.

История полиции нашего государства насчитывает не один век, продолжается процесс развития силового ведомства и в наши дни. Исторический путь существования ключевой структуры Министерства внутренних дел был прерван революционными потрясениями в 1917 г. и продолжен в 2011 г. Конечно, изложенное утверждение можно оспорить тем фактом, что полиция существовала и в советское время, и в первые десятилетия истории современной России. Единственным отличием этой «полиции» было иное название - «милиция». Данная работа посвящена анализу положения полиции России в последние предреволюционные годы, выявлению обстоятельств, не позволивших структуре развиваться в прежней форме и под старым названием.

Накануне революции 1917 г. в российской исторической и юридической литературе высказывалось множество мнений о дальнейшей судьбе правоохранительной системы России. Бывший директор Департамента полиции А.А. Лопухин изложил свои соображения в работе «Из итогов служебного опыта: настоящее и будущее русской полиции». На страницах сравнительно небольшого труда бывший чиновник обозначил ряд важных вопросов, стоявших как перед полицией, так и перед всем государственным аппаратом империи. Удивительным, на первый взгляд, выглядит общий критический уклон исследования. В частности, представляют интерес рассуждения ученого по вопросу разделения полиции на наружную (общую) и политическую: «Это деление принято только русским законодательством. Ни в одном иностранном государстве особой политической полиции не существует. В государствах этих обнаружение и исследование политических преступлений входит в круг обязанностей общей полиции или судебной там, где таковая отдельно от наружной полиции имеется. В России к учреждению политической полиции в составе отдельного корпуса жандармов государственная власть прибегла под страхом угрозы самодержавию, созданной декабрьским бунтом 1825 г. Корпус жандармов в России был основан в 1826 г. для охраны самодержавной монархической власти от новых посягательств на нее, для наблюдения за состоянием умов, за настроением общества и для доведения о том до сведения верховной власти. Ему была придана и другая задача - доносить о произволе и злоупотреблениях дворян-помещиков и чиновников» [1].

Конечно же, Лопухин не мог обойти стороной такой важный вопрос, как пределы власти полиции и, собственно, круг ее должностных обязанностей. Как отмечал бывший чиновник, определяя «предметы ведомства» полиции, законодательство давало множество «общих» положений, каждое из которых затем было пояснено в огромном количестве мельчайших разъяснений.

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ

Но он, оставаясь верным организации, в которой проработал немало лет, рассуждал о юридической пригодности и состоятельности существовавшего законодательства по полицейской части: «При всей неясности и юридической неточности этих определений они едва ли сами по себе в практическом их применении могли бы привести к такому вмешательству полиции в повседневную жизнь населения, какое наблюдалось всегда, наблюдается и в настоящее время» [2].

Свой взгляд на постановку полицейского дела в России имел Н.М. Павлов, который именовал Министерство внутренних дел не иначе как «Министерство полиции». Ученый отмечал, «что Министерство внутренних дел и есть ничто другое, как Министерство полиции - эту азбучную истину не отрицает и наш Свод законов. Позволительно спросить поэтому, совместима ли с полицейской деятельностью забота о таких делах, которые никоим образом не вяжутся с деятельностью полицейских агентов?» [3]. Рассуждал он и о возможностях самой полиции, констатировал ее «неповоротливость» и во многом вообще полнейшую недееспособность и бессмысленность функционирования. Он писал, что сам Александр II после одного из покушений на улицах Петербурга вспоминал, как в него целился из пистолета злодей, а «полициант» в это время отдавал императору честь. В целом же характеризуя полицию России, Н.М. Павлов отмечал: «...что касается неестественного положения, в каком состоит у нас министерство полиции, обратившееся в учреждение, уполномоченное творить законы внутренней жизни русского народа - это требует неотложного исправления.» [4]. К сожалению, приведенное суждение не было услышано властью.

Более эмоциональные заявления делал американский журналист Г. Кеннан, путешествовавший по сибирским губерниям. Корреспондент заявлял, что деятельность полиции в России носила всеобъемлющий и всеохватывающий характер. Подобное положение дел он связывал с несовершенством государственного устройства империи. «Русское правительство считает своих подданных неспособными не только заведовать общегосударственными или местными делами, но и вести собственное хозяйство, почему правительство признает своим священным долгом от того момента, когда русский появляется на свет божий, до той минуты, когда он, разбитый жизненной борьбой, засыпает вечным сном, вести его, направлять, держать в ежовых рукавицах, угнетать, охранять, наблюдать, так что русскому человеку приходится всю жизнь делать то, что другим вздумается ему приказать» [5], - именно такими словами характеризовал российских правоохранителей журналист.

Далее путешественник констатировал, что количество законов, касающихся регламентации организации и деятельности полиции, насчитывает более пяти тысяч параграфов в Своде законов. Характеризуя все «величие» полиции, Кеннан отмечал: «...без преувеличения можно сказать, что в деревнях, находящихся далеко от центров образования, вездесущая и всемогущая полиция предписывает каждому его образ жизни и играет, конечно довольно неудачно, роль представителя божественного провидения» [6]. Чтобы у читателя сложилось целостное представление о всей широте должностных обязанностей правоохранителей, американец приводил выдержки из ряда циркуляров, разосланных Министерством внутренних дел в разные времена. Эти документы предписывали полицейским контролировать следующие вопросы: «1. О преподавании Закона Божьего в школах, не состоящих в ведении местного духовенства. 2. Меры к пресечению конокрадства. 3. Список драм, постановка которых безусловно разрешена. 4. Запрещение продажи пилюль провизора Шиманского. 5. Воспрещение порубки молодых березок для украшения домов и церквей во время праздников. 6. Предписание о контроле счетов частных обществ. 7. Отмена ограничений по перевозке сала. 8. О перечислении особых примет в документах мещан иудейского вероисповедания. 9. Об отпуске минеральных вод для больных и раненых офицеров. 10. Предписание о продаже хлеба не по мере, а по весу» [7].

Н.Я. Новомбергский, подобно Кеннану путешествовавший по Сибири, также оставил ряд воспоминаний о правоохранителях. Особое внимание юрист уделил вопросу организации службы низового звена провинциальной полиции - урядников, сотских и десятских. В селах, расположенных вблизи озера Байкал, единственным представителем власти был полицейский урядник, и, как выразился исследователь, «по внешнему виду его канцелярии можно заключить, что он на доходном месте». Тем самым, Новомбергский недвусмысленно намекал на наличие коррупции в рядах полицейских чиновников. Но куда интереснее выглядела характеристика сотских и десятских: «Разговорившись случайно с этой полицейской дружиной, мы узнали, что один из них ссыльнопоселенец Балаганского уезда, другой Киренского и так все, впрочем, один назвался мещанином г. Иркутска. Трудно было разобраться в этой путанице обязанностей и прав в этом оригинальном закабалении свободных обывателей.» [8].

Таким образом, можно заключить, что на начало XX в. в России существовало множество мнений и принципиальных авторских позиций, определявших как существовавшее положение полиции, так и возможные прогнозы дальнейшего развития структуры. Имевшие критический

настрой по отношению к наличествовавшему социально-политическому строю авторы не предрекали административно-правоохранительной системе России безоблачное будущее. По мнению исследователей, полиция в России имела множество неразрешимых противоречий даже на организационном уровне. На практике же деятельность стражей порядка зачастую имела характер антиобщественный, почти случайный и неконтролируемый. Важно отметить, что выявленные исследователями кризисные явления, имевшиеся как в Министерстве внутренних дел, так и в других властных структурах, привели к гибели царской России.

Ссылки:

1. Лопухин А.А. Из итогов служебного опыта: настоящее и будущее русской полиции. М., 1907. С. 18.

2. Там же. С. 37-38.

3. Павлов Н.М. «Записка» // Русский архив. 1917. № 1. С. 19.

4. Там же. С. 19-20.

5. Кеннан Г. Сибирь! СПб., 1906. С. 229.

6. Там же. С. 232.

7. Там же. С. 232-233.

8. Новомбергский Н.Я. По Сибири. СПб., 1903. С. 216.