Преступление и гражданское правонарушение: теории разграничения

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2017. № 4

В. В. Александрова, ассистент кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета МГУ*

преступление и гражданское правонарушение: теории разграничения

Статья посвящена вопросам разграничения преступлений и гражданских правонарушений. Автор анализирует различные научные теории разграничения преступления и гражданского правонарушения начиная с XIXв.

Ключевые слова: история уголовного права, научные теории разграничения преступления и гражданского правонарушения, взаимодействие уголовного и гражданского права.

The article is dedicated to the distinction between crimes and civil offences. The author analyzes the different views of the distinction between crimes and civil offences since 19th century.

Keywords: history of the criminal law, scientific views of the distinction between crime and civil offence, interaction between the criminal and the civil laws.

Учение о преступлении включает в себя вопросы разграничения преступления с иными видами правонарушений, в частности гражданскими правонарушениями. Этот вопрос представляет собой научную проблему, актуальную для современного этапа развития отечественного законодательства.

Поиск признаков, однозначно разделяющих преступление и гражданское правонарушение, ведется давно — с самого начала становления наук уголовного и гражданского права. Исторически первым специальным исследованием является работа И. Наумова «О разделении преступлений против права гражданского и против права уголовного», изданная в Санкт-Петербурге в 1813 г.1

Начиная с конца XIX в. можно выделить два периода научной активности по данной теме.

Так, в большинстве работ второй половины XIX—начала XX в. уделялось повышенное внимание делению правонарушений на виды, а также дифференциации преступления и гражданского правонарушения. По мнению Н. Д. Сергеевского, отправной точкой для «теоретических попыток различения неправд» служило «разделение функций

* v.domnikova@mail.ru

1 Наумов И. О разделении преступлений против права гражданского и против права уголовного. Спб., 1813.

правосудия между тремя видами судов — между судами уголовными, гражданскими и так называемыми полицейскими»2. Представляется, что последующая кодификация отечественного законодательства, основанная на отраслевом принципе систематизации, также привела к необходимости точного разграничения предметов правового регулирования различных отраслей права.

Дореволюционные (до 1917 г.) научные теории разграничения преступления и гражданского правонарушения (уголовной и гражданской «неправды»3) можно разделить на две большие группы.

Первая группа объединяет позиции, полностью отрицающие саму возможность разграничения преступления и гражданского правонарушения.

Вторая группа, наоборот, предлагает различные критерии, служащие целям такого разграничения.

В первой группе выделяются два направления. Представители первого из них утверждали, что демаркационной линии между преступлением и гражданским правонарушением не существует в принципе. Такого мнения придерживались: А. Ф. Кистяковский4, Л. С. Бе-логриц-Котляревский5, П. Д. Калмыков6, Гаер 7 , а также, по словам Н. Д. Сергеевского, ряд французских криминалистов8. Так, Гаер писал: «Объем карательной власти государства зависит от различных исторических условий, и было бы ошибочно предполагать, что возможно установить a priori различие между преступлением и гражданским правонарушением или, вообще говоря, между преступлением в тесном смысле слова и другими злодеяниями»9.

2 Сергеевский Н. Д. Русское уголовное право. Пособие к лекциям. Часть Общая. Спб., 1896. С. 63.

3 Н. Д. Сергеевский писал: «По принятой в нашей науке терминологии, нарушения норм правопорядка называются обыкновенно правонарушениями или неправдой — Unrecht; неправда наказуемая называется неправдою уголовною» (Там же. С. 50). Н. С. Таганцев также пояснял: «Преступное деяние в обычном смысле является правонарушением или неправом (Unrecht), а в применении к русскому и вообще славянскому юридическому мировоззрению, отождествляющему понятие права с правдой, с осуществлением справедливости (Правда Русская), посягательство на право будет нарушением требований правды, справедливости — неправдой» (Таганцев Н. С. Русское уголовное право. Т. 1. Спб., 1908. С. 51).

4 Кистяковский А. Ф. Элементарный учебник общего УП. Т. 1. Общая часть. Киев, 1875. С. 51-52.

5 Белогриц-Котляревский Л. С. Учебник русского уголовного права. Общая и особенная части. Киев; Пг.; Харьков, 1903. С. 102-103.

6 Калмыков П. Д. Учебник уголовного права. Часть общая, изд. А. Любавским. Спб., 1866. С. 10-11.

7 Гаер. Учебник уголовного права. Часть общая. Одесса, 1873. С. 13-14.

8 Сергеевский Н. Д. Указ. соч. С. 65.

9 Гаер. Указ. соч. С. 14.

Представители второго направления объясняли неделимость правонарушений тем, что гражданское правонарушение и преступление составляют лишь различные стороны одного правонарушения. Н. С. Таганцев пояснял: «Неправда едина, и то, что мы называем неправдой уголовной и гражданской, составляет только различные моменты или стороны одного и того же правонарушающего посягательства...»10. Представленную позицию разделяли С. В. Познышев11, Н. Д. Сергеевский12, Ф. Лист13, Г. Ф. Шершеневич14, а также, по словам Н. С. Таганцева, ряд немецких криминалистов (Биндинг, Мер-кель, Мейер, Бар).

Группу теорий, настаивающих на возможности разделения преступления и гражданского правонарушения (вторая группа), в свою очередь можно разделить на несколько направлений в зависимости от выбранных критериев разграничения.

Первое направление — субъективное. Его представители полагали, что разграничение зависит от внутреннего отношения субъекта правонарушения к праву. Данное мнение разделялось такими учеными, как Г.В.Ф Гегель15, Х. Р. Кёстлин16, А. Ф. Бернер17, Л. Е. Владимиров18, Н. С. Власьев19 и др. Объединяющая эти позиции идея берет свое начало в учении Гегеля, рассматривавшего право как абсолютную, всеобщую волю. Само уклонение индивидуальной воли конкретного субъекта от всеобщей воли представляет собой правонарушение. В зависимости от участия сознания субъекта, различается гражданская «неправда» (воля не осознает своего уклонения в данном случае, по своему характеру она желает соответствовать всеобщей воле) и уголовная «неправда» (здесь имеет место сознательное противопоставление индивидуальной воли всеобщей воле).

Второе направление — субъектное. Его отличие от предыдущего направления в том, что разграничительный критерий заключается в состоянии действующего субъекта, его волевых и сознательных спо-

10 Таганцев Н. С. Указ. соч. С. 263.

11 Познышев С.В. Основные начала науки уголовного права. М., 1907. С. 106.

12 Сергеевский Н. Д. Указ. соч. С. 65-66.

13 Цит. по: Пусторослев П. П. Анализ понятия о преступлении. М., 1892.

14 Шершеневич Г. Ф. Общая теория права. Т. 2. М., 1910.

15 Цит. по: Пусторослев П. П. Указ. соч.

16 Цит. по: Таганцев Н. С. Указ. соч.

17 Бернер А. Ф. Учебник уголовного права. Части общая и особенная. С примечаниями, приложениями и дополнениями по истории русского права и законодательству положительному Н. Неклюдова. Т. 1. Спб., 1867. С. 96-97.

18 Владимиров Л. Е. Учебник русского уголовного права. Общая часть. Харьков, 1889. С. 1-2.

19 Власьев Н. С. О вменении по началам теории и древнего русского права. М., 1860. С. 41-42.

собностях. Известными представителями данного направления являются И. Я. Фойницкий20, П. П. Пусторослев и В. В. Есипов21.

Третье направление можно называть «объектным» в соответствии с выбранным его представителями критерием. Разграничение между преступлением и гражданским правонарушением основывалось на объекте посягательства, т. е. на выделении того элемента, на которое посягает субъект. Сторонниками этого направления являлись: Г. Ф. Гельшнер22, В. Д. Спасович, Н. А. Неклюдов, С. В. Пахман23 и др. Общая идея использования объекта посягательств распадалась на конкретные виды в зависимости от позиции автора. Например, по мнению В. Д. Спасовича, гражданское правонарушение посягало на частные права, а преступление — на «учреждения, установленные в интересах общественного порядка»24. По мнению Н. А. Неклюдова, преступление посягало непосредственно на объект права, «на самый корпус права, все равно личный или вещный», а гражданское правонарушение — на установившиеся между людьми отношения по поводу этих объектов прав (личных или вещных)25.

Четвертое направление можно отнести к смешанному, или субъективно-объектному, направлению из-за использования при разграничении рассматриваемых правонарушений сразу нескольких из перечисленных критериев. Среди его представителей — Ф. Ю. Шталь26, французский криминалист Ж. Ортолан27, С. М. Будзинский28 и др.

Заметим, что отдельного направления, использующего для разделения правонарушений исключительно элементы объективной стороны, не существовало. Однако ряд авторов указывали на насилие и обман как на способы, позволяющие относить деяние к числу пре-ступных29.

Второй период оживления научных дискуссий по исследуемому вопросу начался на рубеже 40-х и 50-х гг. XX в. Представляется, что

20 Фойницкий И. Я. Уголовно-правовая доктрина о соучастии // Юридический вестник. 1981. № 1 С. 19.

21 Есипов В. В. Очерк русского уголовного права. Часть общая. Варшава, 1894. С. 79, 86-87.

22 Цит. по: Кистяковский А. Ф. Указ. соч. С. 52; Познышев С. В. Указ. соч. С. 107; Есипов В. В. Указ. соч. С. 85.

23 Пахман С. В. Курс русского гражданского судопроизводства. Лекции, читанные 1-му классу Императорского Училища Правоведения в 1877-1878 уч. году. Спб., 1877. С. 4.

24 Спасович В. Д. Учебник уголовного права. Т. 1. Спб., 1863. С. 4-5.

25 НеклюдовН.А. Общая часть уголовного права. Конспект. Спб., 1875. С. 10 и дал.

26 Кистяковский А. Ф. Указ. соч. С. 52; Таганцев Н. С. Указ. соч; Познышев С. В. Указ. соч. С. 109.

27 Кистяковский А. Ф. Указ. соч. С. 52-53; Таганцев Н. С. Указ. соч; Познышев С. В. Указ. соч. С. 110.

28 Будзинский С. М. Начала уголовного права. Варшава, 1870. С. 52, 62-63.

29 См., напр.: Кистяковский А. Ф. Указ. соч. С. 51; Владимиров Л. Е. Указ. соч. С. 1-2.

она также связана с масштабной научной деятельностью по разработке нового уголовного и гражданского законодательства РСФСР.

Проблему разграничения преступления и гражданского правонарушения рассматривали в своих научных трудах многие ученые, в том числе: Н. Г. Александров 30, С. С. Алексеев31, А. Н. Васильев32, В. М. Галкин33, П. И. Гришаев34, С. А. Домахин35, Н. Д. Дурманов36, О. С. Иоффе37, Ю. Х. Калмыков38, М. И. Ковалев39, В. Н. Кудрявцев40, Н. Ф. Кузнецова41, Б. А. Куринов42, О. Э. Лейст43, А. Е. Лунев44, Ю. И. Ляпунов45, Н. С. Малеин46, Г. К. Матвеев47, В. Д. Меньшагин48, А. Е. Пашерстник49, Г. И. Петров50, А. А. Пионтковский51, А. Н. Позд-

30 Александров Н. Г., Пашерстник А.Е. Советское трудовое право. 1952. С. 265.

31 Алексеев С. С. Проблемы теории права: Курс лекций в двух томах. Т. 1. Свердловск, 1972.С. 373.

32 Васильев А. Н. Рецензия на учебник общей части уголовного права // Соц. законность. 1953. № 8. С. 90.

33 Галкин В. М. Соотношение норм уголовного права с нормами других отраслей права // Проблемы совершенствования советского законодательства: Тр. М., 1977. Т. 8. С. 103-114.

34 Гришаев П. И. Понятие преступления. Причины преступности. М., 1960. С. 17, 25, 29, 33.

35 Домахин С.А. Курс советского уголовного права. Часть Общая. Т. 1. Л., 1968. С.170.

36Дурманов Н. Д. Понятие преступления. М., 1948. С. 134-136; 278-287.

37 Иоффе О. С., Шаргородский М. Д. Вопросы теории права. М., 1961. С. 248, 249.

38 Калмыков Ю. Х. Об элементах состава гражданского правонарушения // Учен. зап. Вып. 10. Саратов, 1962. С. 27-28.

39 Ковалев М. И. Понятие и признаки преступления и их значение для квалификации: Учеб. пособие. Свердловск, 1977. С. 28-29, 32-34; его же. Преступление и проступок // Проблемы совершенствования законодательства по укреплению правопорядка и усилению борьбы с правонарушениями: Межвуз. сб. науч. тр. Свердловск, 1982. С. 3-7.

40 Кудрявцев В. Н. Что такое преступление? М., 1959. С. 8-10.

41 См., напр., Кузнецова Н. Ф. Преступление и преступность // Кузнецова Н. Ф. Избр. тр. СПб., 2003. С. 497-499, 506.

42 Цит. по: Фефилова В. Ф. Преступление и проступок: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1977. С. 5.

43 Лейст О. Э. Санкции в советском праве. М., 1962. С. 69.

44 Лунев А. Е. Административная ответственность за правонарушения. М., 1961. С. 45; его же. Понятие административного проступка и основания административной ответственности // Правоведение. 1959. № 3. С. 98.

45 Ляпунов Ю. И. Общественная опасность как универсальная категория советского уголовного права. М., 1989. С. 21-118.

46 Малеин Н. С. Возмещение вреда, причиненного личности. М., 1965. С. 5-7.

47 Матвеев Г. К. О гражданском противоправном действии // Сов. гос. право. 1955. № 3. С. 78; его же. Вина в советском гражданском праве. С. 27-33; его же. Основания гражданско-правовой ответственности. С. 30-32.

48 Меньшагин В. Д. Преступления против обороны СССР: Автореф. дис. ... д-ра. юрид. наук. М., 1951. С. 31-32.

49 Александров Н. Г., Пашерстник А. Е. Указ. соч. С. 265.

50 Петров Г. И. Советское административное право. Часть общая. Л., 1960. С. 214216.

51 Пионтковский А. А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву. М., 1961. С. 46-47.

няков52, И. Ребане53, И. С. Самощенко54, А. Б. Сахаров55, В. Г. Смир-нов56, М. С. Строгович57, С. С. Студеникин58, А. Н. Трайнин59,

B. Ф. Фефилова60, В. Д. Филимонов61, В. М. Чхиквадзе62, М. Д. Шар-городский63, О. Ф. Шишов64, М. А. Шнейдер65, Л. Шуберт66.

В рассматриваемый период времени преобладающим большинством советских ученых неотъемлемым свойством преступления признавалась общественная опасность. Однако по вопросу соотношения преступления и гражданского правонарушения научные позиции ведущих исследователей различались.

Одна группа авторов полагала, что общественная опасность — свойство всех без исключения правонарушений. К ним относятся:

C. С. Алексеев, П. И. Гришаев, С. А. Домахин, О. С. Иоффе, М. И. Ковалев, Н. Ф. Кузнецова67, Б. А. Куринов, А. Е. Лунев, Ю. И. Ляпунов, Н. С. Малеин, Г. К. Матвеев, А. А. Пионтковский, А. Б. Сахаров, А. Н. Трайнин, М. В. Турецкий, В. Ф. Фефилова, М. Д. Шаргородский, О. Ф. Шишов, Л. Шуберт и др.

Так, А. Б. Сахаров писал: «Любое правонарушение есть нарушение социалистических общественных отношений, а значит, в какой-то мере, социально опасно. Другое дело, что характер и степень общественной опасности различных правонарушений не равнозначны»68.

52 Поздняков А. Н. Дисциплинарная ответственность военнослужащих Советской армии: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1953. С. 10.

53 Цит. по: Самощенко И. С. Понятие правонарушения по советскому законодательству. М., 1963. С. 52.

54 Там же. С. 53-236.

55 Сахаров А. Б. Должностное преступление и дисциплинарный проступок // Сов. гос. право. 1955. № 2. С. 61-66; его же. Понятие преступления по советскому уголовному праву. М., 1973. С. 17, 27, 31.

56 Смирнов В. Г. Функции советского уголовного права. Л., 1965. С. 65-68.

57 Строгович М. С. Основные вопросы советской социалистической законности. М., 1966. С. 199-200.

58 Студеникин С. С. Советское административное право. 1950. С. 172.

59 Трайнин А. Н. Общее учение о составе преступления. М., 1957. С. 167.

60 Фефилова В. Ф. Указ. соч. С. 5-8.

61 Филимонов В. Понятие деяния, содержащего признаки преступления // Сов. юстиция. 1983. № 3. С. 22-23.

62 Чхиквадзе В. М. Советское военно-уголовное право. 1948. С. 188-190.

63 Шаргородский М. Д. Преступность, ее причины и условия в социалистическом обществе // Преступность и ее предупреждение. Л., 1966. С. 24.

64 Шишов О. Ф. Преступление и административный проступок: Учеб. пособие. М., 1967. С. 7-16, 65; его же. О разграничении преступлений и административных проступков в советском праве // Сов. гос. право. 1962. № 6. С. 65-66.

65 Шнейдер М. А. Советское уголовное право. Часть общая: Учеб. пособие. М., 1956.

66 Шуберт Л. Об общественной опасности преступного деяния. М., 1960. С. 23-34.

67 В более поздних работах Н. Ф. Кузнецова пишет об общественной опасности как свойстве исключительно преступлений.

68 Сахаров А. Б. Понятие преступления по советскому уголовному праву. С. 27. Подобные аргументы содержатся в работах большинства сторонников указанной позиции (см., напр.: Иоффе О. С., ШаргородскийМ. Д. Указ. соч. С. 248).

Исследователи, отстаивающие указанную точку зрения, считали, что преступление более общественно опасно, чем остальные правонарушения, однако разница между ними не качественная, а количественная. В качестве критерия, отграничивающего преступление от других правонарушений, в том числе гражданско-правовых, называли степень общественной опасности.

Например, М. И. Ковалев писал: «Общественная опасность — свойство всякого правонарушения, а общественная опасность преступления отличается особой степенью опасности»69.

В ранних работах Н. Ф. Кузнецовой также высказывается мысль, что «по степени общественной опасности преступления отличаются от иных правонарушений всеми теми признаками, которые влияют на эту степень — ущербом, способом, местом, временем, многократностью совершенных преступлений, наличием группы, степенью вины, мотивами и целями, особыми качествами специального субъ-екта»70. Законодательным поводом для такой позиции представляется положение ст. 1 УК РСФСР 1960 г., в которой сказано, что «Уголовный кодекс РСФСР определяет, какие общественно опасные деяния являются преступными.». Следовательно, напрашивался вывод, что существуют общественно опасные, но непреступные деяния, к которым сторонники данной позиции относили прочие правонарушения. На самом деле, под такими общественно опасными деяниями могли пониматься, например, действия (бездействия) лиц, не подлежащих уголовной ответственности71.

Другая группа авторов считала, что общественная опасность есть свойство исключительно преступлений. Другие правонарушения не обладают общественной опасностью, и поэтому преступление четко отграничивается от них по наличию общественной опасности. Сторонниками этой позиции являлись: Н. Г. Александров, А. Н. Васильев, Н. Д. Дурманов, В. Н. Кудрявцев, Н. Ф. Кузнецова72, О. Э. Лейст, И. С. Самощенко, М. С. Строгович, М. А. Шнейдер и др.

Например, И. С. Самощенко ссылался на ч. 2 ст. 7 УК РСФСР 1960 г., которая устанавливала, что «не является преступлением действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного Особенной частью настоящего Кодекса, но в силу малозначительности не представляющее обще-

69 Ковалев М. И. Понятие и признаки преступления и их значение для квалификации. С. 28-29.

70 Кузнецова Н. Ф. Преступление и преступность. С. 499.

71 Самощенко И. С. Указ. соч. С. 54-55.

72 В более поздних работах, например современного периода (см.: Уголовное право России. Общая часть / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 2005. С. 108-109 (автор главы — Н. Ф. Кузнецова)).

ственной опасности»73. Малозначительные деяния могли влечь за собой иные виды ответственности, например, административную или гражданско-правовую, что означало, что эти правонарушения не общественно опасны74.

М. С. Строгович утверждал, что «нельзя применять понятие общественной опасности к гражданским правонарушениям. никак нельзя сказать, что невозвращение в срок одним лицом другому взятой взаймы денежной суммы есть общественно опасное деяние, хотя это, несомненно, гражданское правонарушение»75.

Поэтому одни авторы предлагали разграничивать преступления по степени общественной опасности76, другие — как по степени, так и по характеру общественной опасности77, а третьи — устанавливали само наличие общественной опасности 78. Все предложения упирались в поиск факторов, влияющих на возникновение общественной опасности или на возрастание её степени.

Анализ точек зрения показал, что в большинстве случаев крими-нообразующими признаками считали объективные и субъективные элементы состава79, например: объект преступления, способ совершения преступления, формы вины, мотив, цель, ущерб, время, место, отдельные качества специального субъекта. Некоторые авторы указывали даже на признаки, лежащие вне состава преступления, например, смягчающие и отягчающие обстоятельства80, а также личность преступника81.

В современной уголовно-правовой литературе по-прежнему ведется поиск демаркационной линии между преступлением и гражданским правонарушением. Многие авторы подчеркивают важность и актуальность поставленной задачи в настоящее время. Так, С. М. Брынза обращает внимание на то, что в условиях развития рыночных отношений имеет место особо тесная взаимосвязь уголовного и гражданского права, которая, в частности, касается «разграничения имущественных преступлений и гражданских деликтов»82.

73 Самощенко И. С. Указ. соч. С. 55.

74 Там же.

75 Там же. С. 200.

76 Например, О. Ф. Шишов категорически отрицал само понятие характера общественной опасности и использовал при разграничении только степень общественной опасности (Шишов О. Ф. Преступление и административный проступок. С. 10).

77 Напр., см.: Кузнецова Н. Ф. Преступление и преступность. С. 497.

78 Напр., см.: Строгович М. С. Указ. соч. С. 199-200.

79 Гришаев П.И. Указ. соч. С. 33.

80 Шишов О. Ф. Преступление и административный проступок. С. 11-14.

81 Там же; Ляпунов Ю.И. Указ. соч. С. 114.

82 Брынза С. М. Проблемы соотношения уголовной ответственности за имущественные преступления и гражданско-правовой деликтной ответственности // Соот-

Многие современные работы тем или иным образом затрагивают указанные вопросы83. Однако новых теорий, принципиально отличающихся от вышеперечисленных, предложено не было. Таким образом, в настоящее время вопрос о разграничении преступления и гражданского правонарушения представляет собой научный про-блему84. Особую актуальность проблеме разграничения преступления и гражданского правонарушения на современном этапе придает активное реформирование как уголовного, так и гражданского законодательства. Именно в такие исторические периоды возникает необходимость в установлении четких границ между правонарушениями.

Как представляется, наличие множества теорий разграничения преступлений и гражданских правонарушений, а также отсутствие общепризнанного решения вызвано как сложностью определения понятия «гражданское правонарушение», так и отсутствием ясно поставленной задачи, сформулированной на общем уровне. Между тем проблему разграничения преступления и гражданского правонарушения следует рассматривать в двух различных аспектах.

Во-первых, в аспекте установления «соотношения» между преступлением и гражданским правонарушением, когда из одного юри-

ношение преступлений и иных правонарушений: современные проблемы. М., 2005. С. 85-91.

83 См., напр.: ЧучаевА.П. О проекте УК России // Государство и право. 1992. № 7; Пикуров Н. И. Уголовное право в системе межотраслевых связей. Волгоград, 1998; Жалинский А. Э. О соотношении уголовного и гражданского права в сфере экономики // Государство и право. 1999. № 12. С. 50; ЗавидовБ. Д., Гусев О.Б. К экстравагантному вопросу о перерастании гражданской ответственности в уголовную // Юрист. 2000. № 5; Гончаров Д. Межотраслевая коллизия уголовного и гражданского законодательства России // Уголовное право. 2002. № 3; Камынин И. Соотношение норм гражданского и уголовного законодательства // Уголовное право. 2002. № 2; Шишко И.В. Экономические правонарушения. СПб., 2004; Соотношение преступлений и иных правонарушений: современные проблемы. Материалы IV Междунар. науч.-практ. конф., посв. 250-летию образования МГУ имени М. В. Ломоносова и состоявшейся на юридическом факультете МГУ 27-28 мая 2004 г. М., 2005; Кузнецова Н. Ф. Проблемы квалификации преступлений. Лекции по спецкурсу «Основы квалификации преступлений». М., 2007. С. 221-241; Пикуров Н. И. Отграничение преступления против собственности от гражданского правонарушения в сфере предпринимательской деятельности// Российское правосудие. 2012. № 12. С. 58-63; Домникова В. В. Преступление и гражданское правонарушение в период первой половины XIX века // Проблемы кодификации уголовного закона: история, современность, будущее (посвящается 200-летию проекта уголовного уложения 1813 года). Материалы VIII Российского конгресса уголовного права, состоявшегося 30-31 мая 2013 г. М., 2013; ее же. Восстановительные меры ответственности в уголовном праве и карательные меры ответственности в гражданском праве // Уголовно-исполнительная политика, законодательство и право: современное состояние и перспективы развития: сб. материалов круглого стола, посв. памяти О. В. Филимонова / Науч. ред. В. И. Селиверстов, В. А. Уткин. М., 2014. С. 218-223; и др.

84 Под научной проблемой понимается специфическая разновидность вопроса, которые поставлен самой наукой, осознан концептуально и для его решения не существует разработанного алгоритма (Ушаков Е. В. Введение в философию и методологию науки: Учебник. М., 2005. С. 187).

дического факта следуют одновременно два вида юридической ответственности.

Камнем преткновения как дореволюционных, так и последующих теорий, стала тесная связь преступления с основанием возмещения причиненного вреда. Дореволюционному исследователю были известны примеры как раздельного существования преступления без гражданского правонарушения (например, преступления против веры85), гражданского правонарушения без преступления (например, вред, причиненный животным по недосмотру хозяев86), так и их одновременного наличия. Примеры последнего вида встречаются в законодательстве ХГХ-начала XX в. повсеместно. Аналогичная ситуация имела место и в последующие периоды.

Что касается действующего российского законодательства, то уголовная ответственность за преступление может сочетаться со следующими мерами внедоговорной гражданско-правовой ответственности:

♦ с гражданско-правовым возмещением вреда (на основании ст. 1064 ГК РФ). Например, согласно ч. 1 ст. 167 УК РФ за умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, наступает уголовная ответственность и в зависимости от воли потерпевшего — гражданско-правовое возмещение вреда;

♦ с компенсацией морального вреда (на основании ст. 1099 ГК РФ). Например, ст. 128.1 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за клевету, а ст. 1100 ГК РФ — гражданско-правовую компенсацию морального вреда;

♦ с возмещением убытков или выплатой компенсации за нарушение исключительного права (на основании ст. 1252 ГК РФ). Так, незаконное использование объектов авторского права, в частности, произведения, в крупном размере согласно ч. 2 ст. 146 УК РФ влечет уголовную ответственность, но при этом согласно ст. 1301 ГК РФ и п. 3 ст. 1252 ГК РФ правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты гражданско-правовой компенсации и др. Во-вторых, анализируемая проблема должна быть рассмотрена в

аспекте определения критериев разграничения преступления и гражданского правонарушения (при отсутствии состава преступления), например, при разграничении мошенничества и неисполнения гражданско-правового договора.

85 Раздел II Уложения о наказаниях 1845 г.

86 «Владелец диких и других опасных животных обязан вознаградить за всякий причиненный кому-либо сими животными вред в здоровье или ущерб в имуществе, если он виновен в недосмотре за ними, или будет доказано, что принятые им меры предосторожности были явно недостаточны» (ст. 668. Т. X Свода законов (ред. 1857 г.), а также ст. 74 Закона от 21 марта 1851 г.).

Представляется, что дореволюционные теории «двух сторон одной неправды» относятся к первому аспекту проблемы разграничения преступления и гражданского правонарушения, но абсолютно неприменимы ко второму аспекту. И наоборот, общественная опасность в качестве критерия разграничения справедлива для второго из названных аспектов, но не дает объяснения «двойной» квалификации одного и того же юридического факта в первом аспекте. По этому вопросу И. С. Самощенко писал, что для совмещения в одном деянии преступления с гражданскими правонарушениями «необходимо лишь одно «условие»: деяние должно быть одновременно и опасным, и не опасным для общества, что абсолютно исключается»87. Таким образом, стремясь к установлению единого критерия разграничения правонарушений, исследователи не учитывали существование нескольких вариантов их взаимоотношения. Следовательно, создать общую теорию разграничения преступления и гражданского правонарушения, оказалось невозможным.

В заключение можно прийти к следующему выводу. Единой общепризнанной теории разграничения преступления с гражданским правонарушением к настоящему времени создать не удалось. Это вызвано сложностью и неопределенностью понятия гражданского правонарушения. К сожалению, оно остается недостаточно разработанным в науке гражданского права, что объясняется сосредоточенностью отрасли на гражданско-правовом регулировании нормального имущественного оборота. Находясь в основании как договорной, так и внедоговорной ответственности, нарушая как абсолютные, так и относительные правоотношения, гражданское правонарушение представляет собой многогранное и неоднородное понятие. Это влечет за собой невозможность одинакового соотношения с преступлением во всех существующих проявлениях.

Следовательно, решение проблемы разграничения преступления с гражданским правонарушением, следует искать в зависимости от различных аспектов их взаимоотношения.

список литературы

1. Александров Н. Г., Пашерстник А. Е. Советское трудовое право. М., 1952.

2. Гришаев П. И. Понятие преступления. Причины преступности. М., 1960.

3. Дурманов Н. Д. Понятие преступления. М., 1948.

4. Иоффе О. С., Шаргородский М. Д. Вопросы теории права. М., 1961.

5. Ковалев М. И. Понятие и признаки преступления и их значение для квалификации: Учеб. пособие. Свердловск, 1977.

6. Кудрявцев В. Н. Что такое преступление? М., 1959.

87 Самощенко И. С. Указ. соч. С. 219.

7. Кузнецова Н. Ф. Преступление и преступность // Кузнецова Н. Ф. Избранные труды. СПб., 2003.

8. Лейст О. Э. Санкции в советском праве. М., 1962.

9. Ляпунов Ю. И. Общественная опасность как универсальная категория советского уголовного права. М., 1989.

10. Пионтковский А. А. Учение о преступлении по советскому уголовному праву. М., 1961.

11. Познышев С. В. Основные начала науки уголовного права. М., 1907.

12. Сергеевский Н. Д. Русское уголовное право. Пособие к лекциям. Часть Общая. Спб., 1896.

13. Спасович В. Д. Учебник уголовного права. Т. 1. Спб., 1863.

14. Таганцев Н. С. Русское уголовное право. Т. 1. Спб., 1908.

15. Фойницкий И. Я. Уголовно-правовая доктрина о соучастии // Юридический вестник. 1981. № 1.

16. Шершеневич Г. Ф. Общая теория права. Т. 2. М., 1910.