Миграция населения Среднего Поволжья во второй половине xix века

ФИЛОЛОГИЯ И КУЛЬТУРА. PHILOLOGY AND CULTURE. 2012. №2

УДК 94(470.40/43)“18”

МИГРАЦИЯ НАСЕЛЕНИЯ СРЕДНЕГО ПОВОЛЖЬЯ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

© Н.С.Хамитбаева

Статья посвящена исследованию миграционного движения населения Среднего Поволжья во второй половине XIX века. Посредством критерия, удовлетворяющего определенные требования, прослежены основные направления миграционных потоков населения Среднего Поволжья, а также уделено внимание передвижению наемных рабочих в регионе в пореформенный период.

Ключевые слова: история второй половины XIX века, Среднее Поволжье, миграция населения, отходничество, наемные рабочие.

Миграционные процессы в дореволюционный период оказывали значительное влияние на все стороны общественной жизни отдельных районов России.

Оценка объемов и географии миграционных потоков в регионах в дореволюционный период

- одно из самых слабых мест в изучении развития населения. А без них трудно воссоздать реальную картину демографических изменений в населении. Сложность проблемы связана как с противоречивостью имеющейся статистической информации, так и с тем, что миграционные процессы в изучаемый период развивались достаточно бурно. Поэтому данные, содержащиеся в первой и единственной всеобщей переписи населения России 1897 г., использованные Б.В.Тихоновым в своей монографии «Переселения в России во 2 пол. XIX в.», обусловили, прежде всего, выбор темы статьи и подход к ее рассмотрению. В статье делается попытка выявить наиболее характерные особенности миграционных потоков и определить основные причины, вызывающие миграцию населения в регионе.

Миграционные процессы в значительной степени обусловливались социально-экономическими процессами, которые развивались в стране и были тесно связаны с различными сторонами развития капитализма во второй половине XIX в. Обезземеленное, доведенное до нищеты и привлеченное высокими нормами земельных наделов, крестьянство направлялось на слабозаселенные окраины страны, стремясь улучшить свое материальное положение. Кроме этих добровольных переселений, большую роль играли принудительные отправки населения на колонизуемые окраины. Господствующей формой внутренних миграций в России во второй половине XIX века были крестьянские переселения. Однако по мере развития машинной индустрии избыточное население образовывалось во всех отраслях промышленности, куда проникал капи-

тализм, и в земледелии точно так же, как и в промышленности.

Б.В.Тихонов в указанной выше монографии посредством критерия, удовлетворявшего определенные требования, установил основные направления миграции населения в стране. Таким критерием явился миграционный баланс, означающий, что в составе наличного населения одной губернии должно быть не менее 5 тыс. уроженцев другой губернии после уравнения взаимопроникающих потоков миграции. Таблица 1, составленная по данным книги Б. В. Тихонова, дала следующую картину миграции для Среднего Поволжья1.

Таблица 1.

Миграционные потоки населения

Среднего Поволжья во 2-й пол. XIX в.

Откуда Куда (губ., обл.), кол-во (чел.) Миграционный баланс

Из Самар-ской губернии В Оренбургскую (39877), Акмолинскую (19072), Томскую (16065), Уральскую (12111), Уфимскую (10929), Тургайскую (8199), Кубанскую (6679) 112932

Из Казанской губернии В Самарскую (18782), Уфимскую (17757), Оренбургскую (16987), Пермскую (9874), Томскую (9547), Уральскую (5593), Тобольскую (5071), Астраханскую (5066) 88677

Из Симбир ской губер- нии В Самарскую (35773), Оренбургскую (11959), Астраханскую (10499), Саратовскую (8800), Томскую (8099), Уфимскую (6016) 81146

1 В регион Среднего Поволжья включены Казанская, Симбирская, Самарская губернии.

Для Средневолжского региона общим районом выхода являлись Оренбургская, Уфимская и Томская губернии со значительным числом мигрантов.

Для Симбирской и Казанской губерний общим районом выхода были: Самарская и Астраханская губернии. Кроме того, районами выхода были: для Самарской губернии - Акмолинская, Уральская, Тургайская и Кубанская области; для Казанской губернии - Пермская, Тобольская губернии и Уральская область; для Симбирской -Саратовская губерния.

Миграционные направления из Среднего Поволжья показывают, что крестьяне в основном уходили из местностей с наибольшим распространением отработок и примитивных форм земледелия в те районы, где были более благоприятные условия для развития сельского хозяйства. Уходили из местностей с низкой заработной платой в местности с более высоким заработком. Уходили из Казанской и Симбирской губерний, где преобладал «прусский» путь аграрной буржуазной эволюции, в степное Самарское Заволжье, где наблюдалось преобладание «американского» пути аграрного буржуазного развития.

Таблица 2, составленная по материалам книги Б.В.Тихонова, показывает передвижение наемных рабочих в регионе.

Таблица 2.

Передвижение наемных рабочих в регионе во 2-й пол. XIX в.

В Самар- Из Нижегородской

скую гу- (2369), Пензенской

бернию. (6176), Саратовской

(3521).

Как видно из данных таблицы 2, рабочие из Казанской и Симбирской губерний уходили в основном в Самарскую, Астраханскую, Московскую, Оренбургскую губернии и Уральскую область. Кроме того, передвижение рабочих из Казанской губернии наблюдалось в Пермскую, Уфимскую, С.-Петербургскую и Томскую губернии, из Симбирской губернии - в Саратовскую губернию и Область Войска Донского. Самарская губерния оказалась районом отлива и прилива рабочих, но приток рабочих был сильнее, и, в отличие от Казанской и Симбирской губерний, миграционный баланс в Самарской губернии явился положительным в количестве 4686 человек. Поставщиками рабочих в Самарскую губернию были Пензенская, Саратовская и Нижегородская губернии, в которых цены на рабочие руки были ниже, чем в Самарской губернии. Материал, собранный Тихоновым, показывающий распределение числа неместных уроженцев, занятых в промышленности, на транспорте и в торговле, подтверждает закономерный процесс отлива рабочей силы из Казанской и Симбирской губерний и их прилив в Самарскую губернию. Так, если из общего количества рабочих названных категорий в Казанской губернии (20452) и Симбирской губернии (23275) неместных уроженцев было соответственно 20,8% и 11,9%, то в Самарской (26742) - количество неместных уроженцев составляло 45,4%.

Таким образом, в поисках заработка рабочие Среднего Поволжья пополняли ряды будущего пролетариата как близлежащих, так и отдаленных губерний.

Анализ многочисленных фактов позволил Ю.И.Смыкову сделать вывод, что «процесс пролетаризации основной массы крестьян и кустарей опережал возможности поглощения свободных рук местной промышленностью», что в деревне «быстрыми темпами нарастал процесс аграрного перенаселения» [1: 215]. Из этого избыточного населения и формировалась в основном армия наемных рабочих, как сельскохозяйственных, так и промышленных.

Часть таких крестьян стремилась найти выход в найме на работу в соседних помещичьих имениях, в кулацких и купеческих хозяйствах. В найме сельских рабочих различались следующие виды: наем годовых рабочих, наем на определенный сезон и поденщики. У одних крестьян заработок на помещичьих землях носил случай-

Откуда Куда (губ., обл.), сколько (чел.) Миграционный баланс

Из Казанской губернии В Самарскую (6670), Пермскую (4470), Оренбургскую (3730), Астраханскую (2441), Уфимскую (1769), Уральскую (1607), С.-Петербургскую (1515), Томскую (1173), Московскую (1124). - 24499

Из Симбирской губернии В Самарскую (8676), Астраханскую (3591), Саратовскую (2576), Московскую (1975), Оренбургскую (1249), Область Войска Донского (1109), Уральскую (1065). - 20241

Из Самарской губернии. В Оренбургскую (3166), Уральскую (3004), Кубанскую (1210). - 7380 + 12066 + 4686

ный характер, у других - становился необходимостью, причем часто одна часть крестьянской семьи оставалась на своей земле, перебиваясь поденной работой, другая часть семьи батрачила на чужой земле, временно переселяясь в местную экономию; у третьих - наемный труд становился занятием целой семьи, оторванной навсегда от собственной земли. Для Среднего Поволжья, как в целом в дореформенной деревне Европейской России, наиболее характерными фигурами сельскохозяйственного рабочего являлись батрак и поденщик с наделом, который не мог его прокормить и вынуждал искать всевозможные заработки вне своего хозяйства.

Большая часть этих крестьян искала выход в отходничестве. Так, в Сызранском лечебнопродовольственном пункте с 15 августа по 9 октября 1899 г. было зарегистрировано: 60 человек безземельных (4%), 854 малоземельных (60%), 516 безлошадных (36%) [2: 283-285]. Из статистических данных по Новоузенскому уезду Самарской губернии за 1888-1889 гг. видно, что основную группу отходников (58,6%) поставляли несостоятельные дворы. Эта группа отходников шла «на заработки не ради того, чтобы иметь у себя лишние деньги - нет. Большинство из них идет лишь с тем, чтобы только прокормиться «на чужой стороне», и с тем, чтобы, если посчастливится принести домой 5-10 руб. для уплаты недоимок и податей» [3: 438 - 439]. В основном эта группа и на стороне занималась сельскохозяйственными работами в кулацких и помещичьих хозяйствах. Середняцкие хозяйства поставляли на рынок наемной рабочей силы до 30,6% всех отходников. Эта группа отходников стремилась к добыче средств на стороне для сохранения и укрепления своего хозяйства. Из этой группы шли не только в сельское хозяйство, но и в промышленную сферу: в одних случаях как простые ремесленники, в других - как наемные рабочие у состоятельных промышленников. В отходниче-ском движении принимала участие и незначительная часть зажиточного крестьянства в основном с целью буржуазного предпринимательства, расширения своих экономических связей на рынках сырья и готовых изделий. Чаще всего это были состоятельные деревенские промышленники, которые в глухих районах, богатых сырьем, оборудовали мастерские, нанимали рабочих и налаживали какой-либо промысел. Кроме земледельцев, которые выполняли сезонно-полевые работы, шли на заработки портные, кожевники, валяльщики (валенок) и другие сельские специалисты.

Тысячи сельских батраков шли на заработки и в более отдаленные районы России. Многие из

них постоянно работали на шахтах Донбасса, приисках Сибири, заводах Урала, Бакинских нефтяных промыслах. В связи с развитием пароходства бурлачество в пореформенный период значительно сократилось, но, повлияв на сокращение общего числа судовых рабочих, оно поставило перед необходимостью известного отбора рабочей силы. Необходимость в квалифицированных работниках приводила к созданию отряда постоянных судовых рабочих, служащих, которые годами работали на одном и том же предприятии, возвращались каждую весну на одно и то же судно. Огромное большинство служащих составляли крестьяне. Из зарегистрированных в 1900 году 37510 служащих крестьян было 33138 человек или 88,34% [4: 757]. Особую группу рабочих в судоходстве составляли грузчики. Они не были в полной мере судоходными служащими, так как в большинстве случаев содержались не самими судоходными предприятиями, а особыми подрядчиками или же работали на артельных началах, обслуживая и другие предприятия. В поисках навигационной работы грузчики приходили в разные прибрежные пункты Поволжья иногда из очень отдаленных мест. К началу ХХ столетия их насчитывалось не менее 30-35 тыс. человек [5: 28]. В основном это были крестьяне, имевшие малые земельные наделы и не могущие прокормить свои семьи. По национальности профессиональные грузчики были главным образом русские, но в некоторых пунктах, таких как Казань, более или менее значительную часть составляли татары, а в Астрахани - персы.

В середине 70-х гг. XIX в. из всей массы отходников удельный вес русских составлял 38,2%, татар - 39,2%, чувашей - 16,1%, марийцев -6,2%, удмуртов - 0,3% [1: 188], то есть по числу отходников русские и татарские деревни находились на одном уровне, затем шли чувашские, марийские и удмуртские отходники. Все это свидетельствует об определенной степени распада прежнего уклада, разрушения патриархальных связей даже в самых отдаленных и глухих местах, о приобщении крестьян и промышленников к развитию нового капиталистического строя.

Движение отходников начиналось уже ранней весной, шли «группами в несколько (3 - 4, 10

- 15) человек, питаясь размоченными в воде сухарями, а то и Христовым именем. Совершая утомительный и зачастую длинный путь, питаясь донельзя скудно, они еще терпят дорогою от властей: их отовсюду гонят - с площадей, с улиц, гонят деревенские власти, гонит полиция» [6: 59]. Нисколько не лучше было положение рабочих, передвигающихся водным путем. Пароходы

переполнялись рабочими до такой степени, что пассажиры «не имели возможности от тесноты не только сесть или лечь, но даже сложить с плеч котомки и таким образом вынуждены были в продолжение всего рейса просто стоять на ногах с тяжелыми котомками за спиною» [6: 66]. Передвижение рабочих в поездах было значительно дешевле. Однако вот как описывает Шаховской передвижение рабочих в поездах: «Грузят рабочих прямо в товарные вагоны. Народ набивается вплотную, приспособлений в вагонах никаких нет, и притом подобного рода поезда проходят в течение двух суток то расстояние, которое легко можно пройти в полдня», т.е. «эти пассажиры не считаются людьми и как груз малой скорости подлежит доставке по мере возможности» [6: 67]. В таких вагонах размещали до 70 человек с женщинами, детьми и дорожным провиантом [7].

Вся эта масса рабочих двигалась на рынки найма. В Заволжье находились крупные и хорошо известные рынки найма пришлых рабочих: Покровская слобода, сёла Ровное и Дерачи, хутор Муравли, Бузулук, Алексеевка, Любимовка и др. Здесь на рынках и решалась судьба отходников. Стихийность отходничества приводила к тому, что нередко рабочие попадали в неурожайные места или скапливались в большом количестве в одном месте, что обесценивало их труд, вынуждая наниматься на кабальных условиях. И часто, придя в неурожайное место, рабочим приходилось, исколесив весь юг и издержавши последние запасные гроши, возвращаться домой, «питаясь подаянием, и таких рабочих, измученных физически и нравственно, можно встретить всюду на рынках найма в середине лета, готовых наняться за одни харчи...» [6: 87].

Наемная плата за сельскохозяйственный труд отличалась крайней неустойчивостью и зависела от многих факторов: урожайности, количества рабочих рук, погодных условий и пр. Средняя заработная плата колебалась от 10 до 25 рублей. Высший заработок доходил иногда до 40 рублей. Большей частью рабочие приносили домой не

более 10-15 рублей за лето. Но часто можно было видеть «бледные измученные лица, вялые движения. это бросается в глаза при общем взгляде на возвращающиеся группы рабочих, и среди них встречаются зачастую настоящие тени рабочих. дома ничего, везется домой ничего, а впереди суровая зима с ее суровыми жизненными потребностями и платежами» [8: 15].

В конечном итоге отходничество еще более усиливало расслоение крестьянства и сельских промышленников, обостряло внутри них классовые противоречия. Отходничество, несмотря на всю свою прогрессивность, было не в состоянии разрешить острые социально-экономические противоречия в пореформенной деревне. Однако оно способствовало повышению у крестьян сознательности, постепенно приводило их к пониманию причин этих противоречий.

Таковы были основные формы, направление, результаты и значение сложного и многогранного процесса в пореформенное время, каким являлась миграция населения в изучаемом регионе.

1. Смыков Ю.И. Крестьяне Среднего Поволжья в период капитализма. - М.: Наука, 1984. - 232 с.

2. Материалы по санитарному состоянию населения Симбирской губернии. - Симбирск: Сан. бюро губ. земства, 1900. - Вып.1. - 607 с.

3. Сб. статистических сведений по Самарской губернии. - Самара: Тип. губ. земства, 1890. - Т. 7. Новоузенский уезд. - 528 с.

4. Шубин И.А. Волга и волжское судоходство. - М.: Транспечать,1927. - 908 с.

5. Никитин А.Ф. Очерк санитарно-экономического положения грузчиков на Волге. - СПб: Управ. внутренних водных путей, 1904. - 304 с.

6. Шаховской Кн.Н. Сельскохозяйственные отхожие промыслы. - М., 1896. - 260 с.

7. Русские ведомости. - 1896. - № 152.

8. Казаринов Н. Очерки санитарного положения пришлых рабочих в Новоузенском уезде. - Самара: Тип. губ. земства, 1898. - 254 с.

MIGRATION OF MIDDLE VOLGA POPULATION IN SECOND HALF OF XIX CENTURY

N.S.Hamitbayeva

The article investigates migratory movement of the Middle Volga population in the second half of XIX century. By means of the criterion that meets certain requirements, the main directions of the migration are traced, and the movement of the hired-workers in the region during the post-reform period is highlighted.

Key words: history of the second half of the XIX century, the Middle Volga, migration, seasonal work, hired -workers.

Хамитбаева Найла Сахабидиновна - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории им.Ш.Марджани АН РТ.

E-mail: hamit46@bk.ru

Поступила в редакцию 25.04.2012