Николай Аксененко: это правительство — реализационное

Николай Аксененко: это правительство — реализационное
       Вот уже почти месяц в России новое правительство. Однако почти ничего не известно о том, какими экономическими принципами оно собирается руководствоваться в работе. Завесу тайны в эксклюзивном интервью корреспонденту "Коммерсанта" НИКОЛАЮ Ъ-ИВАНОВУ приоткрыл первый вице-премьер НИКОЛАЙ АКСЕНЕНКО.

"Правительство, безусловно, рыночное"
       — Продолжится ли реформирование экономики, и если да, то какие конкретно реформы правительство намерено провести в первую очередь?
       — Реформировать... В определенном смысле — да, продолжим реформы. Предыдущие правительства провели много работы в этом направлении. Ими создана хорошая законодательная база для реформ, которые уже проведены, и для тех реформ, которые продолжаются. Главная задача нашего правительства — наполнить реальным содержанием решения и обязательства предыдущих правительств, парламента. Я думаю, что правильнее это правительство называть реализационным. В своих действиях мы собираемся опираться именно на решения, причем рыночные решения, выработанные предыдущими правительствами. Наша главная беда в том, что условия, предложенные предыдущими правительствами и законодателями, не стали обязательными для всех. Предприятия сплошь и рядом нарушают эти правила игры. В целом же я считаю новый состав правительства, безусловно, рыночным.
       — Некоторые назначения в правительстве заставляют в этом усомниться. Например, рыночника Виктора Семенова на посту министра сельского хозяйства сменил известный своими, скажем так, традиционными взглядами Владимир Щербак.
       — Я считаю, у Семенова была гораздо большая возможность проявить себя на этом месте, чем это случилось на самом деле. Важно ведь не только то, каких принципов в своей работе придерживаешься, но и твоя способность эти принципы реализовать. Владимир Николаевич Щербак — мы с ним встречались и до назначения, и после — не производит впечатления человека с консервативными взглядами.
       — Можно ли сказать, что правительства Примакова и Степашина — это одно и тоже?
       — Нет.
       — Какое из четырех российских правительств вам ближе по духу и по принимавшимся решениям?
       — Вы предлагаете мне составить сборную мира? Я бы в каждом правительстве выделил что-то хорошее. В том числе и в правительстве Гайдара. Я бы отметил высочайшую активность и смелость того правительства по созданию законодательной базы для рыночных отношений в стране. Тот объем работы, который проделало правительство Гайдара в короткие сроки, вызывает уважение. Другое дело, что этому правительству не хватило опыта практической хозяйственной деятельности. Отсюда ряд ошибок и справедливых, я считаю, упреков в том, что они недостаточно прагматично, что ли, подошли к решению конкретных задач.
       
"Приватизация будет продолжена"
       — Вы говорите, что нынешнее правительство займется реализацией решений, принятых правительствами предыдущими. Будет ли продолжена начатая еще Анатолием Чубайсом приватизация госсобственности, по каким правилам она будет проходить, не планирует ли правительство аннулировать некоторые приватизационные сделки прошлых лет?
       — Приватизация будет продолжена. Но продажа госсобственности должна проходить на основе определенных принципов. Сначала нужно подготовить объект к продаже, поднять его стоимость, а потом продавать. Другое дело, что на предпродажную подготовку тоже нужны деньги... Однако есть и абсолютно безнадежные предприятия, на поднятие которых у государства нет денег. Если есть желающие купить и такое предприятие, то его тоже нужно продавать, но стоимость будет, разумеется, другой. У нас есть сейчас объекты--претенденты на приватизацию. Но мы сейчас занимаемся их некоторой переоценкой, поэтому я бы не хотел пока их называть.
       — Стоит ли банкротить те предприятия, которые находятся действительно в плачевном состоянии? Предыдущее правительство говорило об этом крайне неохотно.
       — Обязательно стоит. Выдать такому предприятию субсидии, поменять руководителя — это все полумеры. Но обязательно надо изучать все детали. Вы же знаете, что иногда искусственно создается ситуация для банкротства. Это выгодно не обществу, и даже порой не самому предприятию, а каким-то отдельным людям. Поэтому мы будем в каждом конкретном случае тщательно разбираться.
       — Каждое новое правительство говорит о поддержке отечественного производителя — в том числе и ваше. В чем конкретно будет выражаться эта поддержка?
       — В ряде мер. Например, в загрузке отечественных комплексов сырьем, которое сейчас вывозится за пределы России. Мы будем регулировать экспорт налогами, пошлинами. В некоторых случаях я не исключаю квотирования экспорта сырья, возможности для обработки которого имеются и в России. Будем проводить законы, предполагающие иностранные и российские инвестиции в отечественное производство, давать этим инвесторам определенные льготы, в некоторых случаях — даже госгарантии. То есть государство будет гарантировать инвесторам возмещение возможных потерь.
       — Предыдущее правительство не брезговало прямыми бюджетными вливаниями в некоторые предприятия, например в "Ростсельмаш". Вы будете продолжать эту политику?
       — Оказание реальной финансовой поддержки, в том числе из бюджета — я за это. Но только при наличии соответствующего проекта оздоровления того или иного завода. Это нормально. Но я подчеркиваю: деньги давать не для того, чтобы просто помочь какому-то предприятию протянуть подольше, не дать ему умереть, а именно для его оздоровления. А давать денег просто чтобы "снять боль" — нет.
       — Первые свои поездки в качестве первого вице-премьера вы совершаете в угольные регионы — Кузбасс, Коми, Ростов-на-Дону. Почему именно угольная промышленность, ведь в остальных отраслях положение тоже невеселое?
       — Угольные регионы — это регионы с перезревшими социальными проблемами. Воркута — это нечто из ряда вон выходящее, это боль.
       — Каковы итоги поездки?
       — В таких поездках все-таки не реализуют какие-то решения, а набирают вопросы, требующие немедленного разрешения, и находят способы их решения. В этом отношении мои намерения реализовались. По ряду вопросов у меня уже есть мнение. В частности, по Воркуте. Сначала здесь нужно провести работы по нормализации социальной обстановки. Начать — с бюджетной помощью — процесс отселения людей в более благополучные регионы. Решение о том, как именно это должно происходить, будет принято уже через месяц. Это, в свою очередь, будет предпосылкой для рентабельной работы шахт. Кроме того, нашим экспортноориентированным предприятиям, которые сейчас находятся в наиболее выгодном положении, уголь очень нужен, но платят они за него почему-то не всегда деньгами. С руководителями ряда таких предприятий мы договорились о том, чтобы оплата угля производилась исключительно денежными средствами. Раньше, к примеру, шахте "Воргашорская" платили от силы 45% "живыми" деньгами.
       — Некоторые наблюдатели утверждают, что, заняв новый пост, вы сразу начали "перекраивать" под себя расклад сил в ТЭКе. Именно этим объясняют ваше заявление, что выработанные прежним правительством планы слияния "Роснефти", ОНАКО и "Славнефти" еще "сырые" и их нужно переработать...
       — Во-первых, я не говорю, что этим компаниям надо обязательно сливаться. Но меня этот проект прельщает тем, что это даст правительству дополнительный рычаг для влияния на цены на рынке нефтепродуктов. Кроме того, это позволит более оперативно решать вопросы обеспечения бюджетных предприятий нефтепродуктами. Но с другой стороны, нам нужно еще посмотреть, что это будет за рычаг. Можно ли будет с его помощью действительно управлять? Поэтому я и назвал этот вопрос "сыроватым".
       — Есть информация, что правительство в вашем лице пытается усилить влияние на "Газпром". Так ли это?
       — Я думаю, что любой собственник — в том числе и государство — должен проводить динамичную политику, связанную с получением большего эффекта от той собственности, которой он владеет. И "Газпром" здесь не исключение.
       
"Про меня пишут неправду"
       — По неофициальной информации, большую роль в вашем назначении сыграл бизнесмен Роман Абрамович. Так ли это?
       — Абрамович — это малоизвестная мне фигура. А то, что про него пишут... Я много читаю про себя и знаю, что в прессе все, связанное со мной, часто подается очень тенденциозно и лживо. Поэтому, когда в прессе описываются другие фигуры, я отношусь к этому с большим сомнением. Я же не могу сказать: вот про меня пишут неправду, а про остальных — правду.
       — Идейная платформа какой из действующих сейчас в России политических партий вам ближе всего?
       — Если говорить о парламентских партиях, мне сложно здесь сказать что-либо определенное. Я знаю, например, что на сегодняшний день меня не устраивает позиция КПРФ, ее блокирование нормального прохождения необходимых стране законов. Позиция "Яблока" мне тоже не всегда понятна. Не нравятся мне действия аграриев по ряду позиций. Но есть в парламенте и прагматики. Я не хочу сказать, что я как-то "запредельно" поддерживаю НДР. Но там гораздо больше здравого смысла, чем в других партиях, и меньше амбиций. Много амбиций у ЛДПР. Но тем не менее они как-то умудряются на последнем этапе поддержать законы, важные для России. У "Народовластия" очень заметно конструктивное начало. Но в целом одной такой партии, которую я бы однозначно поддержал, нет.
       — Есть информация, что администрация президента сейчас выбирает претендента на роль "сменщика" Бориса Ельцина в 2000 году. Чаще других называют Сергея Степашина и вас...
       --Во-первых, мне об этом ничего не известно. Во-вторых, я считаю, что эти разговоры пока больше из области абстрактной аналитики.
       — Тем не менее вы не исключаете возможности, что в 2000 году вам придется занять президентское кресло?
       — Я об этом просто не думаю. И думаю, что это очень правильно, что я об этом не думаю.