История расселения и особенности современного распространения степного сурка ( Marmota bobak Müll, 1776) в Удмуртской республике

УДК 599.322.2 М.Н. Загуменов

ИСТОРИЯ РАССЕЛЕНИЯ И ОСОБЕННОСТИ СОВРЕМЕННОГО РАСПРОСТРАНЕНИЯ СТЕПНОГО СУРКА (MARMOTA BOBAK MÜLL, 1776) В УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ

Степной сурок, или байбак (Marmota bobak), - крупный грызун, интродуцированный в 1986 г. в Удмуртию. В настоящее время зверьки обитают на территории Каракулинского и Сарапульского районов. Поселения байбака в Удмуртии являются одними из самых северных в ареале вида, их изучение представляет определённый интерес для оценки адаптивных возможностей степного сурка. Целью нашей работы было обобщение данных по истории интродукции и расселения сурков и характеристика современного состояния всех известных поселений байбака в Удмуртии. Всего в 2011-2012 гг. мы обследовали 14 поселений и изолированных семей этого вида, выявили в общей сложности 96 семей. Численность сурка в республике оценивается нами в пределах 450500 особей. Все выявленные поселения сурков приурочены к безлесным участкам овражно-балочных систем, где они заселяют преимущественно пологие склоны теплых румбов. В целом состояние местной популяции байбака стабильное.

Ключевые слова: степной сурок, интродукция, пространственная структура.

Интродукция степного сурка, или байбака (Marmota bobak Müll, 1776), в Удмуртию была начата в 1986 г. Зверьков выпустили в овражно-балочные системы Каракулинского и Увинского районов УАССР [1; 2]. Позднее, в 2001 г., зверьки были завезены так же и в Сарапульский район Удмуртии [3]. В настоящее время этот вид встречается в республике на территории двух административных районов, Каракулинского и Сарапульского. Зверьки расселились от мест выпуска в данных районах, образовав ряд дочерних поселений. Поселения степного сурка в Удмуртии являются одними из самых северных в ареале вида, по этой причине их изучение представляет определённый интерес для оценки адаптивных возможностей вида.

Сурки Удмуртии привлекали внимание многих исследователей. Наиболее активно изучение степного сурка в республике велось в 1997-2004 гг. Результаты исследований сурков Удмуртии опубликованы в работах сотрудников Удмуртского государственного университета (УдГУ) [1-5], Всероссийского НИИ охотничьего хозяйства и звероводства (ВНИИОЗ) [6; 7] и Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского [8]. Степному сурку Удмуртии посвящен ряд выпускных квалификационных работ студентов УдГУ и ВятГСХА.

Целью нашей работы было обобщение данных по истории интродукции и расселения сурков, также характеристика современного состояния всех известных поселений байбака в Удмуртии. Мы попытались охарактеризовать пространственную структуру и численность местной популяции байбака, и выявить некоторые факторы, влияющие на эти параметры.

Материалы и методы исследований

История интродукции и расселения байбака в Удмуртии изучалась нами по архивным материалам Управления охраны фауны (Управфауны) УР, работам сотрудников и студентов УдГУ [1-5]; проводился опрос респондентов - участников выпусков сурков в начале XXI в.

Полевые исследования проводились два года, в бесснежный период 2011 г. и 2012 г., в местах обитания сурков. В период наземной активности зверьков, с апреля по август, проводили визуальные учёты численности и возрастного состава в утренние и вечерние часы, когда зверьки были более активны. По особенностям социальных взаимоотношений между особями и характеру расположения троп между лазами нор определяли количество семей. Зверьки разделялись нами по двум возрастным группам: «сеголетки» и «взрослые». Определялось также количество колоний сурков в поселении (по наличию непрерывной цепи зрительно-звуковой связи между семьями) и тип поселения (согласно классификации, предложенной в работах Д.И. Бибикова [9] и В.И. Машкина [10]).

После залегания сурков в спячку проводился учёт и картирование зимовочных нор с целью уточнения числа семей с помощью GPS-навигатора фирмы Garmin. Зимовочные норы идентифицировались по наличию характерной пробки из комков земли у входа [9; 11-14]. В некоторых случаях на участках, где семья сурков была выделена в ходе весеннее-летних наблюдений, лаз с пробкой об-

наружить не удавалось. В таком случае нами картировалась нора с самым крупным бутаном (земляным выбросом около норы).

Для выявления пространственного распределения семейных участков учитывалась экспозиция и угол уклона склона с выходом из зимовочной норы. Отмечалось также расположение зимовочной норы по профилю склона (в верхней, средней и нижней трети).

Для вычисления площади локальных поселений байбака использовался спутниковый снимок района, представленный на сервисе «Яндекс. Карты» [15].

Статистическую обработку материала проводили с использованием пакета анализа данных программы MS Excel 2007.

Результаты и их обсуждение

История интродукции и расселения степного сурка в Удмуртии. Работы по интродукции степного сурка в Удмуртии начались в июле 1986 г. с выпуска близ с. Чеганда Каракулинского района республики 94 сурков, отловленных в Старокулаткинском районе Ульяновской области [1; 2] (табл. 1).

Таблица 1

Выпуски сурков на территории Удмуртской Республики

Дата вы- Район Место выпуска Число Место отлова сурков

пуска выпущенных сурков

08.07.1986 Каракулинский 4 км к юго-западу от с. Чеганда 94 Ульяновская обл., Старокулаткинский р-н

29.07.1987 Каракулинский 4 км к юго-западу от с. Чеганда 90 Ульяновская обл., Старокулаткинский р-н

01.07.1988 Каракулинский 5 км к северу от с. Колесниково 98 Ульяновская обл., Старокулаткинский р-н

02.07.1988 Увинский 6 км от с. Кулябино (точное место неизвестно) 96 Ульяновская обл., Старокулаткинский р-н

14.07.1989 Каракулинский 5 км к северу от с. Колесниково 46 Ульяновская обл., Старокулаткинский р-н

15.07.1989 Увинский 6 км от с. Кулябино 48 Ульяновская обл., Старокулаткинский р-н

08.08.2001 Сарапульский 2 км к востоку от д. Соколовка 23 УР, Каракулинский р-н

10.08.2001 Сарапульский 2 км к востоку от д. Соколовка 9 Воронежская обл.

29.06.2002 Сарапульский 2 км к востоку от д. Соколовка 30 Ульяновская обл., Старокулаткинский р-н

2002 Каракулинский 4 км к юго-западу от с. Чеганда 18 Ульяновская обл.

2002 Каракулинский 5 км к северу от с. Колесниково 20 Ульяновская обл.

2002 Каракулинский около с. Кулюшево 20 Ульяновская обл.

2002 Каракулинский около с. Быргында 10 Ульяновская обл.

06.07.2002 Сарапульский 2 км к востоку от д. Соколовка 2 УР, Каракулинский р-н

08.07.2002 Сарапульский 2 км к востоку от д. Соколовка 5 УР, Каракулинский р-н

17.07.2003 Сарапульский 2 км к востоку от д. Соколовка 25 УР, Каракулинский р-н

28.07.2003 Сарапульский 2 км к востоку от д. Соколовка 24 Ульяновская обл., Старокулаткинский р-н

Зверьков выпускали в заранее подготовленные норы в овражно-балочной сети, образованной р. Большая Емаша и её притоками. Повторный выпуск (90 сурков) состоялся в зарождающемся Че-гандинском поселении в июле 1987 г. В 1987-1989 гг. выпускали сурков близ с. Колесниково Кара-кулинского района и в Увинском районе Удмуртии. Всего в 80-е г. ХХ в. в Удмуртии было выпущено 472 сурка. В первые годы после интродукции, в конце 1980-х и начале 1990-х гг., каких-либо специальных исследований сурков не проводилось, сведения, касающиеся того периода, носят отрывочный характер. К большому сожалению, был упущен интересный в научном плане период внедрения чужеродного вида в новую для него среду обитания. Систематические исследования этого вида проводятся с 1997 г. сотрудниками и студентами УдГУ, с этого же времени ежегодные учёты численности проводятся сотрудниками Управфауны УР.

В 2001 г. акклиматизационные мероприятия были продолжены. Животных для расселения отлавливали в Воронежской и Ульяновской областях, а также в поселениях Каракулинского района УР, и выпускали близ д. Соколовка Сарапульского района Удмуртии. Всего было выпущено 118 особей, при этом выпуск 2001 г. оказался неудачным. Все завезённые зверьки разбежались и, вероятно, погибли. Сурки из последующих выпусков занимали старые норы, вырытые их сородичами. Данное обстоятельство могло способствовать выживанию зверьков, выпущенных в 2002-2003 гг. 86 завезённых в этот временной период байбаков образовали новое поселение.

Одновременно с выпуском сурков в Сарапульском районе совершался подпуск небольших групп зверьков в сложившиеся поселения Каракулинского района. Эти работы проводились с целью восполнить число сурков в поселениях после изъятия для внутриреспубликанского расселения и, кроме того, призваны были увеличить генетическое разнообразие популяции байбака в Удмуртии. По устному сообщению сотрудника Управфауны УР А.Р. Волкова, при этом иногда наблюдались жестокие драки между «старожилами» и сурками-вселенцами.

В Увинском районе нашей республики интродукция степного сурка оказалась неудачной. По данным В.А. Матвеева [16], в 90-е годы сурки широко расселились в данном районе, часть откочевала в соседний Вавожский район (на запад от места выпуска). В дальнейшем поселения сурков стали постепенно угасать. Исследователь связывает данный факт с сильным антропогенным прессом. Дольше всего существовало поселение на месте бывшей д. Чужъем (Увинский район). Обследование данной территории в 2002 г. выявило исчезновение и этой последней известной колонии степного сурка в Увинском районе Удмуртии [16]. Дальнейшая акклиматизация степного сурка в этом районе республики признана Управфауной УР бесперспективной.

Иная картина наблюдалась в Каракулинском и Сарапульском районах. Степные сурки прижились и стали активно заселять многочисленные овражно-балочные сети районов.

Динамика числа известных поселений в Удмуртии представлена на рис. 1.

16

14

2

0

1986 1988 1 990 1992 1994 1996 1998 2000 2002 2004 2006 2008 2010 2012

год

Рис. 1. Динамика числа известных поселений степного сурка в Удмуртии

Как следует из представленного графика, с окончания интродукционных работ в 1989 г. по 1997 г. зверьки практически не увеличили общее число заселённых балочных систем. В середине 1990-х гг. угасло поселение в Увинском районе [16], образовались новые поселения в Каракулинском р-не: близ д. Юньга, с. Кулюшево и с. Новопоселенное [17]. Затем, с 1997 г. по 2003 г., наблюдался рост числа поселений. Можно предположить, что зверьки заняли оптимальные участки балочных систем, стали успешнее размножаться и, как следствие, активно расселяться в поисках других территорий. В этот же временной период было искусственно создано новое поселение в Сарапульском р-не. После 2003 г. число поселений стабилизировалось на уровне 8-10 поселений.

Некоторый спад числа поселений с 2005 г. по 2007 г. может быть объяснён хозяйственной деятельностью человека: был прекращён выпас скота во многих поселениях Каракулинского района, что имело негативные последствия для сурков. Балки стали зарастать высокотравьем - это ухудшило кормовые условия и нарушило зрительно-звуковой контакт между особями, необходимый для байбаков. Положительная роль умеренного выпаса скота неоднократно рассматривалась в литературе [18-20]. В настоящее время выпас скота (крупный рогатый скот, овцы, козы) производится на территории всех поселений Сарапульского района Удмуртии, а также в Новопоселеннском, Усть-Саклинском и части Кулюшевского поселения Каракулинского района. По литературным данным [5; 17] и устным сообщениям респондентов, известно, что ранее скот выпасался на территории Че-гандинского и Колесниковского поселений. Прекращение выпаса скота связано, во-первых, с общим снижением поголовья - по данным, предоставленным администрацией Каракулинского района, численность крупного рогатого скота в районе снизилась с 24 942 голов в 1986 г. до 7 272 голов в 2012 г. Во-вторых, по устным сообщениям жителей района, многие хозяйства переходят на круглогодичное стойловое содержание скота, при котором выгон и выпас в балочных сетях не производится. Исчезновение небольшого поселения близ д. Усть-Бельск, по-видимому, связано со строительством непосредственно на территории поселения лыжной трассы.

Современное состояние. В ходе полевых исследований нами выявлены 4 изолированные семьи и 10 поселений степного сурка в Удмуртии (табл. 2).

Таблица 2

Поселения и изолированные семьи степного сурка в Удмуртской Республике

№ Название Год Географическое Число

образования положение семей,

(обнаружения) 2012 г.

1 Чегандинское поселение 1986 4 км к ЮЗ от с. Чеганда 21

2 Колесниковское поселение 1988 около с. Колесниково 9

3 Новопоселенское поселение 1997 около д. Быргында и с. Новопоселенное 18

4 Кулюшевское поселение 1998 около с. Кулюшево 8

5 Юньгинское поселение 1998 1 км к В от д. Юньга 3

6 Шигнандинская семья 1999 1,5 км к СВ от посёлка Шигнанда 1

7 Соколовское поселение 2001 1,5 км к В от д. Соколовка 21

8 Ныргындинское поселение 2003 5 км к СЗ от д. Ныргында 4

9 Мазунинское поселение 2009 в непосредственной близости от села Мазунино 4

10 Мостовинская семья 2011 4 км к В от с. Мостовое 1

11 Бисарская семья 2012 3 км к ЮЗ от д. Старая Бисарка 1

12 Гремячевское поселение 2012 около д. Гремячево 2

13 Поповская семья 2012 около д. Поповка 1

14 Усть-Саклинское поселение 2012 около д. Усть-Сакла 2

Термин «поселение» употребляется нами в отношении группы семей, заселяющих одну овраж-но-балочную систему. В определении этого термина мы придерживаемся точки зрения В.И. Машкина [10; 21], который определяет его как совокупность функционально взаимосвязанных отдельных се-

мей или колоний, занимающих определенный тип ландшафта, в котором обитают сурки [10. С. 44]. Поселение зверьков нами именуется по названию близлежащего жилого населённого пункта.

Численность сурков. В ходе исследований в 2011 г. нами было учтено 100 семей байбака. При этом не были обследованы отдельные колонии Колесниковского, Кулюшевского и Новопоселеннского поселений. По этой причине для определения численности зверьков в 2011 г. данные были дополнены результатами летних учётов специалистов Управфауны УР. Общее число семей мы приняли равным 145 (что могло быть завышенной цифрой, так как при летних учётах особей из одной и той же семьи, замеченных у разных нор, можно принять за разные семьи [21]). Общая численность сурков в Удмуртии, согласно нашей оценке [22], составляла 640 особей. В 2012 г. нами были обследованы все известные на данный момент местообитания байбака в Удмуртии. В общей сложности было учтено 96 семей байбака, что позволяет говорить о приблизительной численности сурков в 450-500 особей. Примечательно, что на этом уровне численность байбака в республике оценивалась и прежде [2].

Таким образом, по сравнению с 2011 г. в 2012 г. численность байбака в Удмуртии снизилась. Наиболее сильно сократилось число семей байбака в Колесниковском и Кулюшевском поселениях. Так, по учётным данным Управфауны УР в 2011 г. Колесниковское поселение состояло из 30 семей, Кулюшевское - из 27. В 2012 г. мы учли здесь 9 и 8 семей соответственно. Падение численности семей может быть связано с прекращением выпаса скота в поселениях. В колониях этих поселений пастьба не ведётся уже около трёх лет, склоны заросли высокотравьем. Кроме того, нельзя исключать и переучёт числа семей в поселениях в прежние годы. Снижение числа зверьков и их семей в Чеган-динском поселении уже отмечалось В.И. Капитоновым [23]. Исследователь также связывает данные процессы с прекращением выпаса скота, следствием чего становится зарастание участков высоко-травьем и снижение питательной ценности угодий для сурков.

Особенности распространения. Большинство поселений байбака расположены в балках, образованных малыми реками и ручьями; Юньгинское поселение локализовано на припойменной террасе правого берега р. Кама, Дубровская семья - на припойменной террасе р. Кырыкмас. Поэтому поселения сурков в Удмуртии были отнесены к балочному типу. Данный тип характеризуется расположением колоний и семейных участков зверьков на склонах балок, оврагов, террас [9; 10; 24]. При этом в ряде поселений (Чегандинское, Колесниковское и Кулюшевское) колонии сурков удалены друг от друга на значительное расстояние (до 3 км между ближайшими колониями в одной балочной сети).

В непосредственной близости от 9 поселений и одиночных семей расположены поля, засеянные кормовыми культурами (клевер, люцерна). Выраженные тропы сурков и отдельные временные норы на полях свидетельствуют о фуражировании зверьков в данных агроценозах. Близость посевов кормовых культур и наличие выпаса скота привлекают степных сурков к сёлам, деревням, лагерям для скота. Так, некоторые семейные участки Кулюшевского, Мазунинского, Новопоселенского, Усть-Саклинского поселений практически вплотную примыкают к тем или иным постройкам человека. Возможность обитания сурков в антропогенно преобразованной среде ранее отмечалась исследователями в Татарстане [25].

Отдельно отметим расположение Ныргындинского поселения байбака. Сурки здесь заселили территорию бывшей д. Ильнеш. Заселение сурками мест, где располагались бывшие деревни, отмечено ранее в работе А.В. Дежкина [26].

Мы также рассматривали расположение семейных групп в поселениях. Подавляющее большинство семей заселяют свободные от древесно-кустарниковой растительности участки склонов с преобладанием злаково-землянично-разнотравных растительных ассоциаций. Только в Соколовском поселении 2 семьи поселились в разреженных зарослях можжевельника (Juniperus communis).

Согласно нашим данным, сурки в Удмуртии предпочитают селиться на склонах тёплых румбов. Из общего числа (96 зимовочных нор) на склонах южной экспозиции расположена 31 нора (32 %). В сумме с норами юго-восточной и юго-западной экспозиций - 56 нор (58 %). Напротив, на северных склонах зимовочных нор мы не обнаружили. Такое размещение убежищ может быть связано с лучшей инсоляцией южных склонов и более ранним сходом снега с них, что особенно важно на северном пределе распространения вида. На таких участках зверьки могут раньше начать кормёжку и накопить к периоду зимней спячки больший жировой запас. Сходная тенденция в характере размещении убежищ уже отмечалась в отдельных поселениях байбака на территории Удмуртии [5; 17], а также в заповеднике «Оренбургский» [27; 28].

90 М.Н. Загуменов

2014. Вып. 1 БИОЛОГИЯ. НАУКИ О ЗЕМЛЕ

Рис. 2. Распределение зимовочных нор степного сурка по отношению к экспозиции склона в 2012 г. Условные обозначения: С - склоны северной экспозиции; Ю - южной; В - восточной; З - западной; СЗ - северо-западной; СВ - северо-восточной; ЮВ - юго-восточной; ЮЗ - юго-западной; СЮЗВ -площадки, плакоры; (ЦЭ)- число зимовочных нор на склонах данной экспозиции

Выявлено, что на склонах балок сурки заселяли в основном пологие участки (с крутизной до 20°), а также выровненные гребни и террасированные площадки (рис. 2). Зимовочных нор на склонах, имеющих уклон более 25°, по нашим данным, немного: 2 норы в Юньгинском поселении и 1 - в Че-гандинском. На склонах крутизной более 35° обнаружены только временные норы некоторых семей. Возможно, это связано с тем, что на слишком крутых склонах зверькам сложно передвигаться и добывать корм.

Рис. 3. Распределение зимовочных нор степного сурка по отношению к углу уклона склонов Условные обозначения: 0-5° - угол уклона склонов балок; число зимовочных нор на склонах

данной крутизны

Норы сурков располагались большей частью в нижней части склонов (44 норы, 46 % от общего числа). Выявленная особенность может быть связана с преимущественным развитием здесь более продуктивных мезофильных луговых сообществ, в ряде поселений используемых для выпаса скота. Преимущественное использование байбаками нижних и средних частей склона и ранее было отмечено в Удмуртии [4; 17].

Аналогичные данные по распределению сурочьих семей в поселениях были получены нами ранее при исследовании Соколовского поселения [29; 30].

Заключение

Таким образом, в настоящее время байбак широко расселился по территории Каракулинского и Сарапульского районов, уйдя на расстояние до 20 км от мест выпуска. В то же время численность зверьков в республике остаётся стабильно невысокой, практически не превышая числа завезённых зверьков. Большинство поселений в республике - малочисленные, более 10 семей обитает только в Новопоселенском, Соколовском и Чегандинском поселениях. По всей видимости, условия лесной зоны Удмуртии не в полной мере удовлетворяют потребностям животных (являются субоптимальными), и сурки стремятся расселиться в поиске наилучших мест. Для увеличения численности степного сурка можем рекомендовать выпас скота либо скашивание травы в местах обитания сурков, а также засевание полей, прилегающих к поселениям, кормовыми травами.

Благодарности

Считаю приятным долгом поблагодарить моего научного руководителя, декана БХФ УдГУ к.б.н. Н.Е. Зубцовского, за помощь в обработке материала и подготовке работы. Также признателен доценту БХФ УдГУ В.И. Капитонову за ценные замечания и начальнику отдела мониторинга объектов животного мира и охраны среды их обитания Управфауны УР С.П. Украинцевой за любезно предоставленные архивные материалы. Неоценимую помощь в сборе полевого материала оказали сотрудники Управфауны УР - А.А. Горьков, П.П. Дегтев, Е.О. Сухих, Д.Ю. Соколов.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Попов Ю.К. Степной сурок в Удмуртии // Человек и окружающая среда: тез. докл. 2-й Республ. науч.-практ. конф. Устинов, 1987. С. 37-38.

2. Капитонов В.И., Украинцева С.П. История акклиматизации и современное состояние поселений байбака в Удмуртии // Сурки Голарктики как фактор биоразнообразия: тез. докл. III Междунар. конф. по суркам. М., 1997. С. 54.

3. Капитонов В.И., Капитонов К.А. Современное состояние поселений байбака (Marmota bobak) в Удмуртии // Сурки в антропогенных ландшафтах Евразии: тез. докл. IX Междунар. совещ. по суркам стран СНГ. Кемерово, 2006. С. 27.

4. Капитонов В.И., Капитонова О.А. Влияние роющей деятельности байбака (Marmota bobak) на растительность ксеротермных склонов юга Удмуртии // Биология сурков Палеарктики. М., 2000. С. 34-44.

5. Капитонов В.И., Капитонов К.А. Некоторые черты пространственной структуры байбака (Marmota bobak Müll.) на территории Удмуртии // Вестн. Удм. ун-та. Сер. Экология. 2001. № 1. С. 155-162.

6. Колесников В.В. Колонии байбака на севере европейской части его ареала // Современные проблемы природопользования, охотоведения и звероводства: материалы Междунар. науч.-практ. конф., посвящ. 80-летию ВНИИОЗ. Киров, 2002. С. 260-262.

7. Колесников В.В. Ресурсы и управление популяциями степного (Marmota bobak), серого (Marmota baibacina) и монгольского (Marmota sibirica) сурков: автореф. дис. ... д-ра биол. наук. Киров, 2003. 43 с.

8. Самхарадзе Н.М. Особенности биологии и биоценотические отношения степного сурка (Marmota bobak Müll) на северной границе ареала в Поволжье: автореф. дис. ... канд. биол. наук. М., 2003. 21 с.

9. Бибиков Д.И. Сурки. М.: Агропромиздат, 1989. 255 с.

10. Машкин В.И. Европейский байбак: экология, сохранение и использование. Киров: Киров. обл. типография, 1997. 160 с.

11. Машкин В.И., Батурин А.Л., Колесников В.В. Экология, поведение и использование сурков Евразии. Киров: Киров. обл. типография, 2010. 290 с.

12. Исмагилов М.И. О типах поселений степного сурка (Marmota bobak Müll) и влиянии его на растительность районов освоения целинных земель в Казахстане // Зоологический журн. 1961. Т. 40, № 6. С. 905-913.

13. Сорока О.В. Влияние факторов окружающей среды на динамику сезонной активности степного сурка (Marmota bobak Müll, 1776) // Биология сурков Палеарктики. М., 2000. С 34-44.

14. Токарский В.А. Строение зимовочных нор европейского подвида степного сурка (Marmota bobak bobak, Rodentia, Sciuridae) // Зоологический журн. 2008. Т. 87, № 9. С. 1148-1152.

15. Сервис «Яндекс. Карты». URL: http://maps.yandex.ru/ (дата обращения: 24.11.2013).

16. Матвеев В.А. Результаты акклиматизации степного сурка (Marmota bobak Müll) в лесной зоне Удмуртской Республики // Сурки в антропогенных ландшафтах Евразии: тез. докл. IX Междунар. совещ. по суркам стран СНГ. Кемерово, 2006. С. 36.

17. Досковская Н.В., Капитонов В.И., Хасминский Б.В. Современное состояние популяций байбака (Marmota bobac) в Каракулинском районе Удмуртии // Тез. докл. 4-й унив.-акад. науч.-практ. конф. Ч. 2. Ижевск, 1999. С. 72-73.

18. Колесников. В.В. К вопросу о взаимосвязи байбака и скота // Сурки в антропогенных ландшафтах Евразии: тез. докл. IX Междунар. совещ. по суркам стран СНГ. Кемерово, 2006. С. 31.

19. Савченко Г.А., Ронкин В.И. Влияние выпаса на площадь индивидуальных участков степного сурка (Marmota bobak Müll.) // Сурки Палеарктики: биология и управление популяциями: тез. докл. III Междунар. совещ. по суркам стран СНГ. М., 1999. С. 86-87.

20. Резолюция Х Международного совещания по суркам «Прошлое, настоящее и будущее сурков Евразии и экологические аспекты расселения сурков в байкальском регионе». URL: http://rusmarmot.wordpress.com/ 2010/10/12/резолюция-х-международного-совещания/ (дата обращения 18.02.2014).

21. Машкин В.И. Структурные элементы популяции сурков // Сурки Голарктики как фактор биоразнообразия. М.: Изд-во ABF, 2002. С. 269-279.

22. Загуменов М.Н., Капитонов В.И., Украинцева С.П. Ресурсы степного сурка (Marmota bobak Müll, 1776) в Удмуртской Республике // Современные проблемы природопользования, охотоведения и звероводства: материалы Междунар. науч.-практ. конф. Киров, 2012. С. 181-182.

23. Капитонов В.И. Современное состояние поселений байбака (Marmota bobak) в Удмуртской Республике // Прошлое, настоящее и будущее сурков Евразии и экологические аспекты расселения сурков в Байкальском регионе: тез. докл. X Междунар. совещ. по суркам стран СНГ. Улан-Удэ, 2010. С. 21.

24. Шубин В.И. Структура популяции и размножения байбака в северной части Казахского мелкосопочника // Структура популяций сурков: сб. науч. тр. М., 1991. С. 98-118.

25. Бойков А.В., Горшков П.К., Абузарова Г. Адаптированность степных сурков к антропогенным ландшафтам // Сурки в степных биоценозах Евразии: Докл. VIII совещ. по суркам стран СНГ. Чебоксары; М., 2002. С. 8.

26. Дежкин А.В. Необычные поселения сурка-байбака // Влияние антропогенной трансформации ландшафта на население наземных позвоночных животных: тез. Всесоюз. совещ. Ч. 1. М., 1987. С. 257-258.

27. Сорока О.В. Основные черты пространственной структуры популяций степного сурка в государственном природном заповеднике «Оренбургский» // Бюл. МОИП. Отд. биол. 2001. Т. 106, вып. 1. С. 50-55.

28. Сорока О.В. Экология степного сурка на территории заповедника «Оренбургский»: автореф. дис. ... канд. биол. наук. М., 2001. 23 с.

29. Загуменов М.Н., Капитонов В.И. Некоторые черты пространственной структуры Соколовского поселения байбака (Marmota bobak) в Удмуртской Республике // Прошлое, настоящее и будущее сурков Евразии и экологические аспекты расселения сурков в Байкальском регионе: тез. докл. Х Междунар. совещ. по суркам стран СНГ. Улан-Удэ, 2010. С. 20-21.

30. Загуменов М.Н. Некоторые черты пространственной структуры поселения байбака (Marmota bobak) на северном переделе распространения (Удмуртская Республика) // XXXVIII Итоговая студен. науч. конф.: материалы конф. Ижевск, 2010. С. 72-73.

Поступила в редакцию 16.01.14

M.N. Zagumenov

THE HISTORY OF SETTLEMENT AND CHARACTERISTICS OF STEPPE MARMOT'S DISTRIBUTION

(MARMOTA BOBAK MÜLL, 1776) IN UDMURT REPUBLIC

The steppe marmot, or bobak, is a big rodent, that was introduced in 1986 in Udmurtia. Nowadays marmots live in Kar-akulinsky and Sarapulsky districts. Bobak's settlements in Udmurtia are the northernmost of the bobak's area. That's why they can be interesting for investigation of the adaptive potential of this species. In this article we summarized data of marmot's introduction and settlement and characterized the modern conditions of all known settlements of bobak in Udmurtia. We have investigated 14 local settlements and detected 96 marmot's families. The number of marmots in our republic is about 450-500 individuals. All of the investigated settlements are situated in woodless ravine systems, where marmots occupy, mainly, gentle southern slopes. Generally, the condition of bobak's local population is stable.

Keywords: steppe marmot, introduction, spatial structure.

Zagumenov M.N., postgraduate student of Department of animal ecology

Загуменов Михаил Николаевич, аспирант кафедры экологии животных

ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет» Udmurt State University

426034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1 (корп.1) Universitetskaya st., 1/1, Izhevsk, Russia, 426034 E-mail: micheyzag@mail.ru E-mail: micheyzag@mail.ru