Букварь Кариона Истомина с рукописными дополнениями Диомида Яковлева сына Серкова как памятник русской книжности XVII века

MONUMENTA MANUALISTICA

БУКВАРЬ КАРИОНА ИСТОМИНА С РУКОПИСНЫМИ ДОПОЛНЕНИЯМИ

ДИОМИДА ЯКОВЛЕВА СЫНА СЕРКОВА КАК ПАМЯТНИК РУССКОЙ КНИЖНОСТИ XVII ВЕКА

Статья посвящена Букварю Кариона Истомина. Исследован конкретный экземпляр, созданный московским книжником и «детским учителем» Диомидом Серковым, с рукописными добавлениями из «Школьного благочиния». Букварь рассмотрен как особый тип книги, формировавшийся в России второй половины XVII в.

Цельногравированный Букварь Кариона Истомина 1694 г. хорошо известен в литературе, как и имена его создателей - гравера Леонтия Бунина и поэта и книжника Кариона Истомина. Биография последнего изучена достаточно подробно, его творчеству посвящены монографические исследования. О жизни Л.К. Бунина известно немного, но и его творческое наследие постоянно привлекает внимание исследователей1.

1 Сазонова Л.И. Карион Истомин // Словарь книжников и книжности Древней Русию Вып. 3 (XVII в.).

Ч. 2 И - О. СПб, 1993. - С. 140 - 152 (библиография); там же: Вып. 3 (XVII в.). Ч. 4 Т - Я. Дополнения. СПб, 2004 -С. 729 - 731 (библиография). Ермакова М.Е. Бунин Леонтий Кузьмич // Православная энциклопедия. М., 2003, т. VI. - С. 371 (библиография); Словарь русских иконописцев XI - XVII веков. М., 2003. - С. 107 - 108 (библиография); Ермакова М.Е., Хромов О.Р. Русская гравюра на меди второй половины XVII - первой трети XVIII века (Москва, Санкт-Петербург) Описание коллекции Отдела

О.Р. Хромов

Ключевые слова:

книговедение, гравюроведение, история учебной книги, книжность, русское искусство XVII в., букварь.

В истории создания Букваря Кариона Истомина и Леонтия Бунина недавно выяснилось еще одно имя, также известное в истории отечественного гравюроведения. Благодаря материалам архива Кариона Истомина, опубликованным еще в позапрошлом веке С.Н. Браиловским, становится ясно, что в издании Букваря принимал участие Иван Агапитов сын Посников, на протяжении ряда лет сотрудничавший с Леонтием Буниным и Карионом Истоминым, известный также как торговец гравюрами, поставщик бумаги и меди. Его авторитетность в граверном деле доказывает и тот факт, что при продаже гравировального стана Л.К. Бунина в Печатную палату Оружейной палаты он был приглашен в качестве эксперта по его оценке1.

Ранее я уже писал о том, что издание гравированного Букваря Леонтия Бунина и Кариона Истомина приобрело характер общенационального, просветительского дела московских книжников и художников. Само издание Букваря как по своей форме, так и содержанию можно отнести к тем явлениям книжной культуры, которые возникали в средневековом типе книжности, по сути разрушали его и одновременно оставались связующей нитью с книжной культурой Нового времени. Издание цельногравирован-ного Букваря Кариона Истомина и Леонтия Бунина - первое в нашей книжности - стало началом зарождения особого по форме типа цельногравиро-ванной книги, который наравне с типографской (наборной) и рукописной книгой стал основой книжной культуры Нового времени2.

О содержании Букваря, его особенностях много писали в литературе. Я хочу остановиться на вопросе о его иконографических источниках. В литературе отмечались некоторые заимствования в изображениях, их аналоги в

изоизданий РГБ. М., 2004. - С.16 - 18; Сукина Л.Б., Левицкая Н.В., Герасимова Н.Р. Московские художники в Переславле-Залесском XVII - XVIII веков (по рукописным и эпиграфическим материалам Переславльского музея) // Филевские чтения: Тез. докл. 22-25 декабря 1997 г. М., 1997. - С. 56 и др.

1 Браиловский С.Н. Один из «пестрых» XVII столетия // Записки Императорской Академии наук: Серия 8. СПб, 1902. Т. 5. - № 5. - С. 139; Хромов О.Р. Русская лубочная книга XVII - XIX веков. М., 1998. - С.113; Алексеева М.А. Из истории русской гравюры петровского времени. I. Иван Агапитов сын Посников // Русское искусство первой четверти XVIII века: Материалы и исследования. М., 1974. - С. 183-190.

2 О новых формах и типах книги в Новое время см подробнее: Хромов О.Р. Русская рукописная книга с гравюрами в контексте общеевропейской книжной культуры XVII-XVIII вв. (специфика оформления жанра) // Берковские чтения. Книжная культура в контексте международных контактов. 2011: Материалы междунар. науч. конф. Минск - М., 2011. - С. 375-379; его же Форма книги и книжная культура эпохи Нового времени // Книжная культура. Опыт прошлого и проблемы современности. 2010. К 90-летию Научно-исследовательского института книговедения в Петрограде. Материалы IV междунар. науч . конф. М., 2010. - С. 348-351.

западноевропейских изданиях. Назывались конкретные азбуки, послужившие образцом для нашей книги. Среди них называли алфавиты, составленные западноевропейскими художниками Петером Флетнером из Нюрнберга (ок. 1540 г.), Джакомо Франко из Венеции (1596 г.). В качестве наиболее близкого к Букварю Кариона Истомина и Леонтия Бунина по времени и графике букв называют «Алфавит» Джузеппе Мителли, изданный в Болонье в 1683 г.1 Действительно, некоторые буквы этого алфавита иконографически очень близки гравюрам Л.К. Бунина, но большинство букв в названных в литературе западноевропейских изданиях имеют лишь конструктивное сходство, связанное с изображением в литерах человеческих фигур. Подобные алфавиты получили широкое распространение в западноевропейской гравюре в XVI-XVII вв. К упомянутым можно добавить алфавит Иоганна Теодора де Бри (Johann Theodor de Bry «Alphabeta et characters» 1596 г., который в свою очередь представляет собой свободную копию c «Menschenalphabet» Петера Флотнера (Peter Flotner) 1534 г. ), а также его проекты (гравюры 1580-1600 гг.) столовых приборов из серебра с изображением в верхней части букв в виде орнаментальных композиций с человеческими фигурами, также близкими буквам Букваря Леонтия Бунина и Кариона Истомина. Факт привлечения для работы подобных материалов (не только готовых алфавитов) может показаться вполне оправданным, если вспомнить о том, что Л.К. Бунин работал знаменщиком в Серебряной палате Оружейной палаты. Отметим также, что в одном из алфавитов Иоганна Теодора де Бри («Nova Alphati Effictio», 1595 г.) можно увидеть в конструкциях букв близкие по стилистике гравюрам Леонтия Бунина фигуры воинов. Рассматривая изображения букв в Букваре Кариона Истомина, становится ясно, что гравер использовал несколько образцов для своей работы. Если один из них можно предположительно видеть в алфавитах де Бри, то другой образец остается неизвестным (это буквы с фигурами людей в светских европейских одеждах, мужчин в шляпах). При ориентации на западноевропейские образцы русский мастер создавал собственные композиции, довольно часто он использовал лишь принцип конструкции буквы, а фигурам, ее образующим, придавал яркие национальные черты. Именно поэтому полной идентификации и точной копии западноевропейского образца в гравюрах Л.К. Бунина мы не увидим.

1 Алексеева М.А. Букварь Кариона Истомина - произведение графики конца XVII века // Букварь составлен Карионом Истоминым, гравирован Леонтием Буниным, издан в 1694 г. в Москве: Факсим. издание. Л., 1981, Приложение. - С.

9 - 10; Шемшурин А.А. О гравированном и рукописных лицевых букварях Кариона Истомина. М., 1917. - С. 15-20. (Издание ОИДР).

При этом совершенно очевидно, что русский мастер работал на основе общеевропейских художественных принципов создания алфавитов, придавая ему свои национальные особенности.

Букварь Кариона Истомина и Леонтия Бунина - удивительное издание, в котором отразились все художественные пристрастия, движения эпохи с интересом к западноевропейским образцам и собственным традиционным формам и сюжетам. Несколько эклектичные по своей стилистике гравюры Л.К. Бунина - типичный образец эпохи, соединяющий новое и традиционное, собственные интерпретации композиций и иконографий художника с точным копированием образца. Таков характер и стиль работы Леонтия Бунина и эпохи, потому, на мой взгляд, бессмысленно выявление точных аналогов. Ясно, что автор использовал орнаментальные и композиционные, иконографические элементы из нидерландских, немецких гравированных изданий, возможно, он видел аналогичные европейские книги, но Букварь стал произведением самостоятельным, созданным Карионом Истоминым и Леонтием Буниным, поиском своеобразного русского национального варианта общеевропейского типа книги, книжной культуры в художественном отношении.

Букварь Кариона Истомина и Леонтия Бунина получил довольно широкое распространение, известно несколько вариантов издания1. Отдельные первые листы Букваря использовались и для украшения рукописей2. Книга бытовала в различных сословиях русского общества вплоть до XIX в. Сегодня трудно сказать, каков в итоге был тираж издания, сколько экземпляров сохранилось. Этой статистики в настоящее время нет. Однако ясно, что книга эта не редкость для наших собраний.

Одним из таких интересных экземпляров, с точки зрения бытования и с точки зрения формы, можно назвать Букварь Леонтия Бунина и Кариона Истомина из собрания Научной библиотеки Государственного Казанского университета им. Н.И. Лобачевского3. Особенность этого экземпляра заключается в том, что гравюры Букваря сопровождают страницы с руко-

1 О вариантах издания см.: Клепиков С.А. Русские гравированные книги XVII-XVIII веков // Книга. Исследования и материалы. М., 1964. Сб. 9. - С. 154-155.

2 См., например, титул в виде рамки-заставки к курсу Поэтики, прочитанному в Московской славяно-греко-латинской академии в 1727 г. (коллаж из фрагментов гравюр, в том числе рамки с заставкой с изображением свободных наук из Букваря Кариона Истомина и Леонтия Бунина) РГБ НИОР. Ф. 183, № 1859.

3 Научная библиотека Казанского государственного университета. Отдел редких книг. XII/81 1415. Далее в сносках - «казанский экземпляр«.

писным поэтическим текстом. Стихотворное произведение представляет собой дидактическое сочинение в виде беседы учителя с учеником и комментариями «слагателя» (автора-составителя), которое озаглавлено «О благоискусном учении школьном». Беседы составлены в виде поучений, каждая строка которых начинается на соответствующую букву алфавита, между буквами помещены комментарии «слагателя». Автор этого поэтического сочинения известен. Это - иерей Прохор Коломнятин. Его имя было прочитано в акростихе в одном из списков «Школьного благочиния» известным исследователем древнерусской литературы А.С. Дёминым. Текст «Школьного благочиния» сегодня известен в ряде списков и неоднократно публиковался.1

Рукописная часть, сопровождающая страницы казанского экземпляра Букваря Кариона Истомина и Леонтия Бунина в основном соответствует опубликованным текстам. Однако начало сочинения Петра Коломнятина в нем изменено: сокращено предисловие и в качестве своеобразной преамбулы добавлены вирши, содержащие акростих «Диомид».

«Днесь о школьномъ ученш дЪтямъ изобразуется и хотАщимъ оучитисА буквамъ о благоискуствЪ написуетсА. О привод Ащемъ в школу с полнымъ умапр1Ати мирно ко всБмъ его присовокупити. ДобрЪ всБхъ учити»2.

Именно Диомиду Яковлеву сыну Серкову «детскому учителю» посвятил свое сочинение Прохор Коломнятин. По просьбе Диомида, как установил А.С. Дёмин, и было написано «Школьное благочиние».3

Все известные в настоящее время списки «Школьного благочиния»

1 Буш В.В. Памятники старинного русского воспитания (К истории древнерусской письменности и культуры). Пг., 1918; фрагменты опубликованы: Мордовцев Д. О русских школьных книгах XVII века. М., 1962; Антология педагогической мысли Древней Руси и Русского государства XIV-XVII вв. М., 1985. - С. 282-294. Дёмин А.С. Диалог «Школьное благочиние» Прохора Коломнятина // Памятники культуры. Новые открытия. Письменность. Искусство. Археология. Ежегодник 1975. М., 1976. - С. 48-51 (Переизд.: Демин А. С. О древнерусском литературном творчестве: Опыт типологии с XI по середину XVIII вв. от Илариона до Ломоносова. М., 2003. - С. 433-437).

2 Казанский экземпляр, л. 15. Книжный блок рукописи разбит, при переплете листы рукописи были перепутаны.

3 Дёмин А.С. Указ. соч.

не имеют иллюстраций. Казанский экземпляр - первый образец, с одной стороны, сочетания цельногравированного издания Букваря Кариона Истомина и Леонтия Бунина с рукописью, с другой - первый известный опыт иллюстрирования «Школьного благочиния«. В этом своеобразие и оригинальность казанской книжки.

«Школьное благочиние» было написано Прохором Коломнятиным в 1681-1683 гг., т.е. почти за десять лет до появления Букваря Кариона Истомина и Леонтия Бунина. В казанском экземпляре оба произведения соединились. Рукописная часть выполнена на бумаге, филиграни которой известны в середине 1680-х гг.1 Учитывая степень «залежлости» бумаги, вполне допустимо, что рукопись была создана практически одновременно с изданием Букваря. Качество оттисков казанской книжки позволяет видеть в ней экземпляр раннего тиража.

Анализ почерка рукописной части и его сравнение с автографами Диомида Яковлева сына Серкова показывает, что перед нами его автограф. Таким образом, казанский экземпляр представляет собой список «Школьного благочиния«, написанный его заказчиком Диомидом Серковым и соединенный им же с новой учебной книгой для детей.

В ответном Послании Диомиду Яковлеву сыну Серкову иерей Прохор Коломнятин писал о цели своего сочинения: «Се тобою желаемое о школе изобразуется, / и хотящим учитися буквам о благоискусстве написуется«2. Вполне очевидно, что для Диомида Серкова «Школьное благочиние» имело не только теоретическое значение, но и практическое - служило пособием в обучении детей грамоте. Появление Букваря Кариона Истомина и Леонтия Бунина значительно улучшало процесс освоения грамоты благодаря наглядности, соединению образа и слова. Дополненный «Школьным благочинием» Букварь приобретал значение не только книги для начального обучения, но и своеобразной хрестоматии для укрепления навыков чтения и постижения христианской морали. Созданная Диомидом Яковлевым сыном Серковым книга объединила два педагогических сочинения XVII в. и стала сама замечательным памятником школьного обучения, учебной книжности эпохи, созданной учителем-практиком.

Личность Диомида Яковлева сына Серкова хорошо известна в книжной

1 Дианова Т.В., Костюхина Л.М. Филиграни XVII века по рукописным источникам ГИМ. М., 1988. № 191 (1685). № 407 (1684).

2 Цитата по: Кошелева О.Е. Как сочинять послания в виршах? «Уроки» Прохора Коломнятина (1680-е гг.) // Человек читающий: между реальностью и текстом источника // Сб. статей Под ред. О.И. Тогоевой и И.Н. Данилевского. М., 2011. - С.288.

культуре конца XVII в. Однако его биография недостаточно ясна. По предположению О.Е. Кошелевой, Диомид был сыном кормового иконописца Якова Прохорова по прозвищу Серков, который упоминается в Москве в 1676-1691 гг. О прозвище Якова Прохорова известно из «расспросных речей» его сына Ивана Яковлева 1746 г., которому в то время было от роду 58 лет.1 Имела ли эта семья отношение к Диомиду или это совпадение фамилий - однозначно ответить сложно.

Если о происхождении и жизни Диомида Серкова документальных сведений почти не сохранилось, то его наследие - созданные им рукописные книги, в большинстве украшенные гравюрами, сегодня хорошо известны. По сохранившимся рукописям-автографам Диомида Серкова можно отнести к числу крупных писцов, создателей книг (не только текста, но и всей конструкции книги, ее декоративного оформления). Собственно, в самих книгах, как и в его литературных произведениях, сохранились немногие достоверные сведения о профессиональных занятиях Диомида Серкова, а созданные им книги в определенной мере свидетельствуют о его интересах и личности. Всего в настоящее время известно 12 рукописных книг Диомида Яковлева сына Серкова2.

Наиболее ранним произведением, связанным с именем Диомида, можно назвать «Школьное благочиние», написанное иереем Прохором Коломнятиным по его заказу. Данное сочинение открывает нам Диомида как «детского учителя», владеющего поэтическим слогом и акростихом. Педагогическая деятельность Диомида относится к 1680-м гг., его рукописи-автографы этого времени в настоящее время неизвестны, за исключением самой ранней известной сегодня рукописи, датированной 1689 г. Это - книга «Страсти Христовы». Она была окончена Диомидом 10 сентября 1689 (7198) г., а 21 сентября ее уже приобрел «за свои архиерейские келейные деньги» архиепископ Афанасий Холмогорский, который во владельческой записи называет Диомида Яковлева сына Серкова «москвитиным», т.е. москвичом3.

Известны две рукописи, созданные Диомидом Серковым в 1691 г.: сбор-

1 Кошелева О.Е. Указ. соч.,с. 290-291.

2 В недавней работе С.А. Семячко (Автограф Диомида Серкова в Библиотеке Академии наук // Материалы и сообщения по фондам рукописного отдела БАН. СПб., 2014. - С. 131-140) приведен список из десяти рукописей-автографов Диомида Серкова, к их числу надо добавить рукописи, находящиеся в Риге и Казани.

3 Дмитриев Л.А. Славяно-русские рукописи Отдела редких книг Латвийской государственной библиотеки в Риге // ТОДРЛ. Т. XIII, 1957. - С. 579-580

ник сочинений Симеона Полоцкого («Венец веры кафолической», «Книга кратких вопросов и ответов катехизических») и «Страсти Христовы». Обе рукописи имеют похожие подписи Диомида Яковлева сына Серкова, в которых он называет себя «наречным киевского пения писцом», «наречного пения писцом»1. В более поздних книгах, созданных Диомидом, например в 1697 г., этой характеристики в подписи уже нет.

Наречного пения писцы - особый штат писцов при государевых певчих дьяках. Их главная обязанность заключалась в переводе крюковой нотации в линейную (киевскую с квадратными нотами), переписке певческих книг для государевых певчих дьяков. Свои служебные обязанности они исполняли при хоре певчих соответствующего члена царский семьи2. В работе протоиерея Дм. Разумовского, в списке государевых певчих дьяков упоминаются наречного пения писцы в 1691-1692 гг. при певчих Петра I, но Диомида Яковлева сына Серкова среди них не значится3. В настоящее время полный штат наречного пения писцов неизвестен. Однако не доверять Диомиду Серкову, называющему себя в 1691 г. наречного пения писцом, мы не можем. Ясно, что в тот год он находился на государевой службе. Этот факт даёт повод видеть в его жизни два периода: первый, связанный с педагогической деятельностью в качестве «детского учителя», относящийся к 1680-м гг., и второй - в качестве профессионального писца наречного пения, относящийся к 1690-м гг. Именно этими годами датируются все известные рукописи Диомида Серкова. К этому времени относится и создание им авторского сборника «Крины сельные или цветы прекрасные» (1692 г.)4. Однако подпись с указанием статуса «наречного пения писца» известна только в книгах 1691 г., в остальных десяти рукописях, известных сегодня, он не указывает этого статуса.

1 РГБ НИОР. Ф. 178, № 4828; Ярославский государственный историко-архитектур-ный и художественный музей-заповедник. Отдел письменных источников. ЯМЗ 54403/3. В своей монографии «Русская лубочная книга XVII-XIX веков» (М., 1998 - С. 97), в разделе о гравюрах в рукописях, я ошибочно назвал Диомида Серкова «киевским спеваком», на что справедливо было указано С.А. Семячко см. указ. соч.

2 Извеков Н.Д. Московские кремлевские дворцовые церкви и служащие при них лица в XVII веке. М., 1906. - С. 190 - 193.

3 Разумовский Дм. Государевы певчие дьяки XVII века // Вестник Общества древнерусского искусства при Московском публичном музее. М., 1873. Вып. 1-3. В работе Н.Д. Извекова упомянуто большее число наречных, получавших жалованье, чем у прот. Дм. Разумовскоко, но имена их не названы.

4 Семячко С.А. Об автографах Диомида Серкова и сборнике «Крины сельные» // ТОДРЛ. СПб., 2003. Т. 54. - С. 613-622.

Обнаруженная новая рукопись-автограф Диомида Серкова «Школьное благочиние» вместе с Букварем Кариона Истомина и Леонтия Бунина указывает на то, что около 1694 г. Диомид Серков по-прежнему был занят обучением детей грамоте, созданная им книга была предназначена именно для этой цели и служила практическим пособием в обучении детей грамоте. Вполне допустимо, что служба в качестве наречного пения писца могла сочетаться с преподаванием, с просветительской миссией, которую Диомид Серков видел в своей книжной деятельности. На эту мысль наталкивают переписываемые им книги: сборник сочинений Симеона Полоцкого - явно направленный на обучение, «Крины сельные» - дидактический сборник, направленный на наставление в православной жизни, близкие к ним по духу «Звезда пресветлая«, «Страсти Христовы». Все эти сочинения относились к той новой литературе, которая интересовала московских книжников из окружения патриарха, Московского печатного двора и чудовских ученых иноков, деятельность которых носила просветительский характер.

Одна из рукописей «Страстей Христовых» из Ярославского музея-заповедника с гравированными иллюстрациями, в которой соединены рамки из серии «Времена года» Афанасия Трухменского и картинки из четырнадца-тилистовой серии «Страсти Христовы» Леонтия Бунина, по своей конструкции, технологии изготовления иллюстраций и написания текста указывает на то, что создание этой книги не могло быть без совместной работы граверов и писца: Диомида Серкова, Афанасия Трухменского и Леонтия Бунина1.

Афанасий Трухменский (Зверев) принадлежал к числу лучших русских граверов резцом. Он работал в селе Преображенском при Петре I, вместе с сыном расписывал для царя яхту в Архангельске. Участвовал он и во многих книжных работах, сотрудничал с Симоном Ушаковым для украшения изданий Верхней типографии, ему принадлежат некоторые гравированные рамки-заставки для рукописных книг, которые использовал в своих рукописях Диомид Яковлев сын Серков. Леонтий Бунин хорошо известен как мастер книжной гравюры и создатель иллюстраций Букваря Кариона Истомина. Его гравюры также активно использовал в своих книгах Диомид Серков. Между этими мастерами явно было определенное творческое сотрудничество.

Созданный Диомидом Серковым казанский Букварь, соединяющий

1 См. подробнее: Хромов О.Р. Об оформлении нескольких неизвестных рукописей книжного мастера конца XVII века Диомида Яковлева сына Серкова // Искусство книги и гравюра в художественной культуре /Сост. М.Е. Ермакова. М., 2014. - С. 168 - 172.

цельногравированную книгу и рукопись, можно назвать новым явлением в книжной культуре России, которое получило впоследствии широкое распространение. Диомида Серкова же отнести к создателям особого жанра в книжности Нового времени, сочетающего рукописный текст и гравюру. В определенном смысле книга Диомида Серкова выступала типичным явлением в придворной, элитарной книжной культуре эпохи1.

Близким по художественному облику к Букварю Диомида Серкова можно назвать Синодик патриарха Адриана, также сочетающий гравированные иллюстрации (цельногравированное издание) и рукописный текст. Эта книга была создана для поминовения последнего патриарха Древней Руси. Её тиражировали и рассылали по монастырям и епархиям. В ее художественной основе был цельногравированный Синодик Леонтия Бунина, известный также в XVIII в., с добавленным к нему рукописным помяником2. Несмотря на разное назначение Букваря Кариона Истомина и Синодика Леонтия Бунина, форма существования этих книг в XVII в. совпадала.

Аналогичную художественную форму можно наблюдать в книге «Страсти Христовы» из ярославского музея, с той лишь разницей, что серия гравюр Леонтия Бунина из 14 листов «Страсти Христовы«, две гравюры с изображением Иисуса Христа и Богоматери и гравированной рамки-заставки меньше по объему цельногравированных Синодика и Букваря, в силу чего рукописный текст занимает здесь большее место, но художественная форма по своей структуре остается той же, что в казанском экземпляре Букваря и Синодике патриарха Адриана3. В различных экземплярах книги «Крины сельные цветы прекрасные«, где Диомид Серков использовал, кроме рамки-заставки, фрагменты гравюры Леонтия Бунина «Лествица монастырского подвижничества», сложно видеть устоявшуюся художественную структуру, расположение иллюстраций не подчиняется строгой схеме, но они тем не менее определяют художественную форму книги4. Настоящим

1 О рукописях с гравюрами и их месте в книжной культуре см.: Хромов О.Р. Рукописная книга с гравюрами - новый жанр в искусстве русской книги позднего Средневековья и Нового времени // Библиотековедение. - 2012. - № 3. - С. 54 - 61.

2 ГИМ ОР и СК. Синодальное собрание № 291. Хромов О.Р. Цельногравированный Синодик в русском обиходе XVIII-XIX веков // Православие и народная культура. М., 1996. Кн.6. - С.23 - 59.

3 Хромов О.Р. Цельногравированная книга и гравюра в русских рукописях XVI -XIX веков: Каталог коллекции Отдела письменных источников Ярославского государственного историко-архитектурного и художественного музея-заповедника. М., 2013. - С. 385. - № 116.

4 Хромов О.Р. Об оформлении нескольких неизвестных рукописей. - С. 165 - 167. 16

шедевром книжного искусства эпохи стал экземпляр сборника сочинений Симеона Полоцкого «Венец веры кафолической» и «Кратких вопросов и ответов катехизических» 1697 г., в котором Диомид Серков использовал множество гравюр Василия Андреева, Афанасия Трухменского, Леонтия Бунина и анонимного мастера1.

Заметим, что подобные книги с гравюрами создавал не только Диомид Яковлев сын Серков, но и другие современные ему книжники. В этом смысле казанский экземпляр Букваря Кариона Истомина и Леонтия Бунина со «Школьным благочинием» Петра Коломнятина, переписанным Диомидом Серковым, еще один яркий пример новых явлений в книжной культуре эпохи, зародившейся в элитарной среде московских книжников из окружения Московского патриарха, Московского печатного двора и ученых иноков Чудовского кремлевского монастыря,и одновременно редкий пример учебной книги, созданной «детским учителем» и профессиональным писцом для практического использования при обучении грамоте.

Любопытна дальнейшая судьба книги. В XVIII в. «полурукопись-полу-гравированное издание» оказалось в руках иконописца. Все чистые страницы книги заняли вырезки из европейских и кириллических книг с изображениями различных священных сюжетов. Это буквицы, иллюстрации и т.п. Скорописью к ним были сделаны подписи, раскрывающие сюжет изображения. Кроме того, свободные места в книге заняли рисунки духовного содержания, на ряде изображений нанесена сетка из квадратов для их перевода в более крупный формат. Очевидно, что книга Диомида Серкова, вновь дополненная, служила уже для обучения не только грамоте, но и христианской иконографии, иконописному делу.

1 РНБ ОР. Б. I. 187. Хромов О.Р. Русская лубочная книга XVII - XIX веков. М.,1998. - С. 98 - 99.