Теория оценки в традиционной лингвистике (на материале французского и английского языков)

УДК 811.111 '37+811.133.1 '37

Т. А. СОЛДАТКИНА

ТЕОРИЯ ОЦЕНКИ В ТРАДИЦИОННОЙ ЛИНГВИСТИКЕ

Ключевые слова: оценка, теория оценки, семантические и прагматические особенности оценки.

Рассмотрен вопрос теории оценки в лингвистике. В качестве примеров семантических и прагматических особенностей оценки представлены паремии французского и английского языков с отрицательной оценкой.

T.A. SOLDATKINA THEORY OF APPRECIATION IN TRADITIONAL LINGUISTICS

Key words: appreciation, the theory of appreciation, semantic and pragmatic peculiarities of appreciation.

This article is devoted to the questions that arise while studying the theory of appreciation.

The examples coverparemiological units with negative appreciation in French and English.

Теория оценки прошла долгий путь становления. В каждый конкретный период развития лингвистической науки исследователей интересовали разные аспекты оценочных суждений. Обобщение информации об их природе, структуре и принципах организации привело к возникновению новых методов и подходов к анализу оценочных категорий. Вопросы, связанные с изучением различных аспектов оценки, рассматривались в рамках непосредственно лингвистических дисциплин, а также стали предметом изучения в философии, этике, логике, психологии, аксиологии. Однако именно в лингвистике остро стоит вопрос о разработке различных концепций оценки, взаимодействии контекста и оценочного значения и др. Оценка представляет собой сложное и многогранное явление для осмысления и анализа, несмотря на то, что сама природа оценки и особенности ее функционирования широко освещаются в трудах отечественных и зарубежных лингвистов (В.М. Никитевич, 1960; Г.Х. Шингаров, 1971; И.В. Арнольд, 1975; В.И. Шаховский, 1975, 1987; Е.М. Вольф, 1979, 1983; В.А. Кузнецова, 1980; Г.Г. Кошель, 1980; Н.Д. Арутюнова, 1984, 1985; Дж. Мур, 1984; Э. Сэпир, 1985; Р.М. Хэар, 1985; М.С. Ретунская, 1988; В.Н. Телия, 1991; Т.В. Маркелова, 1994; В.Г. Гак, 1997; Н.Н. Миронова, 1997; E.W. Hall, 1947; P. Nowell-Smith, 1957; A.J. Ayer, 1958; Wright, 1963; J.J. Katz, 1964; Z. Vendler, 1967; T. Givon, 1970; Ch.E. Osgood, May, Miron, 1975, и др.).

Изначально понятие «оценки» было заимствовано из логики оценок и нашло свое отражение в области лингвистики. В этой связи оценка в общем виде определяется не только как высказывание о ценностях [3. С. 12], но и как определение объекта, при котором выявляется его положительное/отрицательное значение для субъекта [3. С. 62].

Мы, вслед за исследователями, сосредоточили внимание на проблеме оценочных значений и способах их выражения в языке. Интерес к анализу общих вопросов семантики и структуры оценки, изучение специфики основных элементов оценочной структуры, определение функциональных особенностей оценочных высказываний в целом послужили толчком для исследования семантических, прагматических и функциональных особенностей оценочных значений, осуществляемых представителями структурализма и функциональной грамматики.

Исследуя семантические особенности оценки, некоторые авторы пришли к выводу о необходимости изучения соотношения субъективных и объективных факторов в оценке, разграничения оценочных и дескриптивных компонентов значения (А.А. Ивин, 1970; Г.В. Колшанский, 1975; Е.М. Вольф, 1978, 1985;

Н.Д. Арутюнова, 1988, 1999; Э.Н. Меркулова, 1995, и др.). Вопрос о соотношении оценочного и дескриптивного значений является основным для определения семантики оценки в лингвистическом плане, несмотря на то, что многочисленные исследования в данной области не смогли выработать четкого и единого подхода к дифференциации данных значений, оставляя данную проблему открытой. Наиболее убедительным, на наш взгляд, является мнение Н.Д. Арутюновой, которая считает, что дескриптивные значения фиксируют отношение между языком и окружающим миром, а оценочные значения характеризуют отношение между окружающим миром и его идеализированной моделью, наличие и отсутствие соответствия между этими мирами [1. С. 182]. Подобное противопоставление значений лежит в основе деления предложений с точки зрения их основной функции на дескриптивные и оценочные. По мнению А.А. Ивина, цель дескриптивных предложений - описание и сообщение информации, соответствующей действительности.

Faute avouee est a demi (a moitie) pardonnee. - A sin confessed is a sin half pardoned (lit.: an error revealed is partially forgiven, досл.:признанный грех наполовину прощен).

Quand le chat n’est pas la les souris dansent. - When the cat’s away, the mice will play (lit.: when the cat is not there, the mice dance, досл.: когда кота нет, мыши пляшут). В первом примере, который одинаково звучит и на французском, и на английском языках, сообщается информация о том, что в случае, когда человек признает ошибку (в английском варианте грех), его наполовину простят. В данном сообщении заложено зерно морали, нравственности, которое доносится (сообщается) адресату. Второй пример носит описательный характер - если нет сдерживающих факторов, можно себя ни в чем не ограничивать (нет кота, мыши могут танцевать, не опасаясь, что их поймают).

Оценочные предложения указывают на то, что человек считает ценным, что он считает хорошим, плохим или безразличным [3. С. 11].

Qui a bu boira. - A leopard never changes its spots; once a thief, always a thief (lit.: he who has drunk will drink, досл.: тот, кто пил, пить не бросит).

Qui se ressemble, s’assemble. - Birds of a feather flock together (lit.: those who resemble each other will get together, досл.: вместе будут те, кто похож друг на друга. Рыбак рыбака видит издалека).

В первом случае мы сталкиваемся с отрицательной оценкой с элементами фатализма, с твёрдым убеждением, что люди не меняются. Так, во французском варианте данная аксиома обличает такой порок общества, как пьянство, от которого, по сложившимся стереотипам, сложно избавиться. В английском варианте мы находим два абсолютно разных эквивалента французской пословицы. Первый связан с леопардом, пятна на шкуре которого никогда не изменятся, т.е. состояние вещей останется по-старому, и в этом прослеживаются такие оценки, как апатия и безразличие. Второй аналог английской пословицы более близок к французскому варианту в негативном проявлении, когда обличается такой порок, не менее осуждаемый, чем пьянство, как воровство. Когда к человеку, единожды укравшему, приклеивается ярлык вора. Данная пословица имеет более интенсивную негативную оценку по сравнению с французским вариантом.

Во втором случае оцениваются критерии, по которым люди могут находиться вместе. Во французском варианте это «кто похожи друг на друга, те и объединятся». В английском варианте - это «птицы с одинаковыми перьями». Следует отметить, что оба примера, рассматриваемые изолированно, не несут самостоятельной яркой положительной либо отрицательной оценки, ее интенсивность зависит от контекста или от ситуации. Неизменным критерием оценки в данной паре остается «подобное к подобному».

Границы оценочного и дескриптивного в рассмотренных нами паремиях на первый взгляд представляются размытыми. Однако жесткое разделение оценочного и дескриптивного, как правило, наблюдается в логических теориях оценки. Сходная точка зрения высказывается представителями логико-лингвистического и функционально-грамматического направлений. Так, Дж. Мур и З. Вендлер определяют дескриптивные свойства как «естественные». По мнению авторов, «естественные» свойства являются теми кирпичиками, из которых строятся объекты и которые приобретают субстанциональное наполнение. При этом оценочное значение характеризует уже готовый объект с его описательными свойствами извне (З. Вендлер, 1981; Дж. Мур, 1984).

Sante passe richesses. - Health is better than riches (lit.: health exceeds riches/wealth, досл.: здоровье лучше, чем богатство). В данном примере «естественным» свойством является «здоровье». Описательный объект извне представлен «богатством». Каким бы богатым ни был человек, без здоровья полученные материальные блага владельца не будут радовать в полной мере.

В лингвистической литературе оценка представляет собой субъективную категорию (Т. Гоббс, 1964; Дж. Локк, 1960; Н.Д. Арутюнова, 1999; D.A. Hudson, 1980). Н.Д. Арутюнова считает, что оценка отражает субъективное отношение к явлениям окружающего мира, а не их объективные характеристики.

Qui vole un ceuf vole un beuf. - Once a thief, always a thief; little lies lead to big lies (lit.: he who steals an egg will steal an ox, досл.: кто украдет яйцо, украдет и быка). В рассматриваемом примере отсутствуют объективные характеристики окружающего мира (яйцо, бык, вор, ложь). Субъективное отношение каждого человека к воровству и лжи всегда негативно, независимо от того, разделяет человек данные постулаты или нет. Английский вариант французской пословицы представлен и таким эквивалентом, как «маленькая ложь приведет к большой лжи». Понятие «маленькой/большой» лжи для каждого человека субъективно, в зависимости от морально-этической нормы, заложенной при воспитании. Таким образом, положение о том, что субъективный характер категории оценки можно объяснить зависимостью оценки от номинатора определенной реалии, его системы ценностей и отношений к миру (Н.Д. Арутюнова, 1999), обосновывает необходимость изучения отрицательных оценочных значений.

Ce n'est pas a un vieux singe qu’on apprend a faire la grimace. - You can’t teach an old dog new tricks; there’s no substitute for experience (lit.: one can’t teach an old monkey to smile, досл.: старую обезьяну не научишь улыбаться). Отрицательная оценка отсутствия элементарных навыков, умений и опыта, которые к определенному этапу развития сложно чем-либо компенсировать.

Ce n'est pas la vache qui crie le plus fort qui fait le plus de lait. - Talkers are not doers; all talk and no action (lit.: it’s not the cow that moos the loudest that makes the most milk, досл.: больше молока дает не та корова, что мычит громче). Отрицательная оценка такого качества, как излишняя болтливость, во французском варианте выражена имплицитно через сравнение с коровой, которая мычит громко, но дает мало молока, тогда как англичане более прямолинейны - «кто много говорит, тот мало делает». Так, различные типы оценки, с одной стороны, отражают эмоциональную сферу говорящего, с другой стороны, имеют целью вынести оценочного суждения. Следовательно, как отмечает Н.Д. Арутюнова, анализ значений оценочных предикатов имеет непосредственный выход в прагматику речи, где специфика оценки объясняется через коммуникативные цели соответствующих речевых актов [1. С. 164]. В рамках прагматического подхода исследователи сосредоточили свое внимание на изучении оценочных предикатов в зависимости от контекста употребления. Так в ситуации сожаления об упущенных возможностях говорят так: Si jeunesse savait, si vieillesse pouvait. - Youth is wasted on the young (lit.: if youth

knew, if old age could, досл.: если бы молодость знала, если бы старость могла). Так, Н.Д. Арутюнова утверждает, что оценка - это наиболее яркий представитель прагматического значения. Для того, чтобы правильно интерпретировать оценочные предикаты, особенно предикаты общей оценки «хороший/плохой», нужна информация обо всех компонентах контекста, т.е. необходима прагматическая компетенция (Н.Д. Арутюнова, 1984;

М.С. Ретунская, 1989). Е.М. Вольф, отмечает, что категория оценки, бесспорно, относится к сфере прагматики. Соответственно семантика оценочного речевого акта определяется прагматической ситуацией, в которой он реализуется [2. С. 164].

Следует отметить, что зарубежные авторы разделяют точку зрения отечественных ученых относительно того, что оценка часто определяется как прагматическая категория. Так, Г. Клаус характеризует оценку как сознательную деятельность человека, которая влечет за собой его положительную или отрицательную позицию по отношению к оцениваемому в конкретной ситуации [4. С. 4]. Так жить в мире и принимать гостей всегда оценивается положительно, однако, если гости приходят с оружием (мечом), полярность оценки резко меняется. Qui conque se sert de l’epee perira par l’epee. - He who lives by the sword shall die by the sword. (досл.: кто с мечом придет, от меча и погибнет). В следующем примере представлен глагол «сеять», который априори оценивается положительно ввиду возникающих ассоциаций «сеять хлеб», «сеять доброе». Однако в ситуации, когда человек намеренно совершает действия, последствия которых вызовут большую негативную реакцию и действия, говорят Qui seme le vent recolte la temp§te. - As you sow, so shall you reap (lit.: he who sows the wind reaps the storm, досл.: кто посеет ветер, пожнет бурю).

Исходя из прагматического подхода оценка в речи является целеориентированной. Наличие общеоценочного предиката в высказывании предполагает целевую интерпретацию речевого акта.

Принимая во внимание все вышеперечисленные особенности оценочных предикатов, можно сделать вывод, что оценка специфична в своем семантическом проявлении, при этом она имеет ярко выраженный прагматический характер. Подобное сочетание семантических и прагматических аспектов в оценке определяет тот факт, что в рамках традиционной лингвистики однозначно не решен вопрос о ее принадлежности к семантике или прагматике. Вслед за Е.М Вольф мы считаем что «в оценке семантический и прагматический аспекты неразделимы, все стороны ее функционирования отражают слияние семантики (собственного значения языковых единиц, включая высказывание в целом) и прагматики (условий реализации процесса коммуникации)» [2. С. 203]. Соответственно, оценку в одинаковой степени можно определить как прагматическую категорию (воздействие на реципиента), её можно также отнести к сфере семантики (специфика содержания языковых единиц).

Литература

1. Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. М.: Языки русской культуры, 1999. 896 с.

2. Вольф Е.М. Функциональная семантика оценки. М.: Наука, 1985. 229 с.

3. Ивин А.А. Основания логики оценок. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1970. 230 с.

4. Френкель Е.И. Парадигма оценочных сем в современном английском языке: автореф. дис. ... канд. филол. наук. Одесса, 1982. 22 с.

СОЛДАТКИНА ТАТЬЯНА АЛЬБЕРТОВНА - старший преподаватель кафедры иностранных языков № 1, Марийский государственный университет, Россия, Йошкар-Ола (stata@rambler.ru).

SOLDATKInA TATYANA ALBERTOVNA - senior teacher of Foreigen Languages Chair № 1, Mari State University, Russia, Yoshkar-Ola.