Акционеры на полном пенсионе

Для негосударственных пенсионных фондов (НПФ) 2015 год стал переломным. Новая реальность в виде акционирования и вступления в систему гарантирования пенсионных накоплений обернулась первой волной крупных крахов и заложила основание для дальнейшей консолидации. Но пенсионные маневры правительства и различные нововведения, которые вступят в силу в 2016 году, поставили НПФ в трудные условия. Выход они видят в новых методах конкурентной борьбы и развитии негосударственного пенсионного обеспечения, но и здесь уповают на господдержку.

Новый год неумолимо приближается, а у НПФ нет ясности в отношении своей участи. С одной стороны, поставлена точка в вопросе о заморозке пенсионных накоплений на 2016 год. На этой неделе президент Владимир Путин подписал соответствующий закон. С другой стороны, вопрос, станет ли 2015 год последним для выбора пенсионного обеспечения, остается без ответа. На данный момент есть два варианта: предложение Минфина о продлении права на пять лет и мнение Минтруда, что ничего менять не надо. По данным "Ъ", точка в межведомственной дискуссии будет поставлена 21 декабря на совещании в правительстве.

Смена правил игры

За 23 года существования НПФ неоднократно переживали взлеты и падения. На первом этапе фонды занимались исключительно корпоративными программами. Именно тогда фондам, говорит президент Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов (НАПФ) Константин Угрюмов, удалось привлечь 8 млн клиентов. Однако в 1998 году из-за кризиса рынок начал сужаться. В 2002 году НПФ получили подарок от правительства: молодые россияне получили право на накопительную часть пенсии, которую можно было передать под управление частным структурам.

Впрочем, для развития финансового рынка, на что надеялись власти, пенсионные деньги серьезным подспорьем не стали. А ближе к концу 2013 года, который исходно был объявлен последним для выбора пенсионного обеспечения, многие кэптивные фонды решили вовсе отказаться от ОПС, выделили бизнес и продали его. Покупателями выступили в основном финансовые или банковские группы ("Открытие", "Алор", О1, "Бин"), которые усмотрели в пенсионных накоплениях возможность удобного и дешевого фондирования.

Однако и эта тенденция не стала долгосрочной. В ходе проверок при вступлении в систему гарантирования Центробанк насторожили такие "родственные" отношения. В итоге регулятор снизил нормативы для инвестирования пенсионных накоплений в связанные проекты до 25%. Впереди еще большее ужесточение, заявил недавно первый зампред ЦБ Сергей Швецов. В частности, ЦБ очень не нравится, что многие акционеры используют пенсионные накопления для вложений в собственные проекты, поэтому регулятор создает схему, которая позволяла бы понимать, является проект аффилированным или нет. С учетом заморозки окончания права выбора это делает систему ОПС не такой привлекательной и требует от НПФ адаптации к текущим условиям, выработки новой стратегии.

В каком-то смысле адаптация уже произошла. Как заявила на пенсионной конференции в Москве в начале декабря гендиректор НПФ Сбербанка Галина Морозова, у фондов сейчас несколько бизнес-планов на будущий год в зависимости от того, какие решения будут приняты до конца 2015 года. Конечно, рынок ожидает, что право на выбор пенсионного обеспечения продлят, а заморозки, наоборот, прекратятся. "Если законопроект Минфина о продлении права выбора успеют одобрить, то НПФ продолжат активные продажи услуг ОПС "молчунам"",— прогнозирует председатель совета НПФ "Европейский" Евгений Якушев. Он также считает, что получит развитие тенденция уходящего года: фонды будут активно бороться за тех, кто уже сделал выбор и перевел пенсионные накопления в НПФ, не вошедшие в систему гарантирования.

Тем не менее фонды обкатывают правила и принципы существования в новой реальности. "Если переходы для "молчунов" из ПФР в НПФ не продлят, основной тенденцией рынка станет активная конкуренция среди крупнейших НПФ, поскольку единственной возможностью для привлечения клиентской базы по ОПС станет переманивание застрахованных лиц из фонда в фонд",— отмечает вице-президент "НПФ электроэнергетики" Наталья Чуйкова. Это уже подтверждает практика. По данным ПФР, почти половина всех заявлений сейчас приходится на переходы из НПФ в другой НПФ. Этот процесс будет не самым простым, поскольку, согласно последним законодательным изменениям, при досрочном переходе из фонда в фонд застрахованное лицо теряет инвестиционный доход. "То есть некое логичное ограничение уже предусмотрено, но зависеть оно будет от информированности текущих клиентов",— подчеркивает госпожа Чуйкова.

В поисках новых ресурсов

Конечно, новые условия не самые комфортные для НПФ, но ресурс у отрасли еще имеется, даже если реализуется наихудший сценарий. Во-первых, фонды уже распоряжаются накоплениями на сумму почти 1,7 трлн руб., которые им передали 26,7 млн человек. По итогам текущей переходной кампании НПФ надеются получить еще не менее 6 млн человек. По предварительной оценке замминистра финансов Алексея Моисеева, фонды в 2016 году получат 270 млрд руб. ранее замороженных накоплений.

Кроме того, остаются молодые люди, которые только начинают трудовую деятельность. Им отводится пять лет, чтобы определиться, формировать свои пенсионные накопления или передать их в страховую часть. "По ОПС НПФ будут ориентироваться на молодых людей, которые только вступают в трудовые отношения,— подтверждает Евгений Якушев.— Сейчас емкость этого рынка — 7-10 млн человек, и еще до 1,5 млн будет прибывать ежегодно". Но НПФ придется очень сильно постараться, чтобы привлечь молодежь в клиенты. Как показало исследование ВЦИОМа, среди россиян 18-24 лет значительно больше людей (32%), чем в других возрастных категориях (21%), которые не имеют представления о том, что такое пенсионные накопления.

И хотя НПФ полны желания бороться за клиентов друг друга и за молодежь, их возможности скромны. Гендиректор НПФ "Будущее" Николай Сидоров считает, что на данный момент для развития новых маркетинговых программ сдерживающую роль играют законодательные ограничения для фондов, работающих по ОПС. Фактически им ничего не остается, как развивать агентские сети через банковские отделения, отделения связи, улучшать работу онлайн-сервисов через личные кабинеты. "Если будет рассмотрен ряд законодательных поправок, фонды смогут разрабатывать и продвигать новые продукты, в первую очередь кобрендинговые с банками и страховыми компаниями",— добавляет господин Сидоров. Это, полагает он, уравняет НПФ с другими игроками финансового рынка по возможностям маркетинговой активности для привлечения новых и удержания имеющихся клиентов.

У НПФ остается еще потенциал для развития через программы НПО, с которых, собственно, и начинали фонды в 1990-е годы. Но количество людей, которые участвуют в НПО, не только не выросло, а уменьшилось, в том числе за счет застрахованных, которым уже выплачивается пенсия. По данным ЦБ на 1 октября, количество участников НПО едва превышает 6 млн человек, примерно 1,6 млн уже получают пенсии. При этом участники рынка признают: надежды на то, что люди захотят добровольно копить на пенсию, не оправдываются. Так, исследование Российского социального гуманитарного университета (РСГУ) показало: почти 50% людей считают, что заботиться об их пенсии должны государство и работодатель. Взять ответственность на себя готовы лишь 7% опрошенных. Но даже желание работодателя позаботиться о прибавке к пенсии рассматривается настороженно. Хотя около трети (32,4%) людей поддерживают идею развития корпоративного пенсионного обеспечения, только 14,6% заявили, что вступят в такую программу. Отрицательно ответили около 20% опрошенных.

Тем не менее исполнительный директор НПФ "Благосостояние" Юрий Новожилов уверен, что на рынок НПО все еще перспективен, поскольку сейчас доля компаний, которые имеют корпоративные программы, не превышает 20%. При этом, по результатам исследования РГСУ, 64% сотрудников считают, что работодатель должен предоставить им такую дополнительную меру социальной поддержки. Вопрос в том, что потенциал "богатых" отраслей, которые могли позволить себе такие программы, исчерпан. "Для корпоративных программ необходимы свободные средства, а их у предприятий нет и не предвидится,— поясняет советник президента НАПФ Валерий Виноградов.— Кроме того, в 2015 году впервые за многие годы фиксируется сокращение реальных зарплат". "Не каждый бизнес готов к дополнительным затратам на социальное обеспечение работников, соответственно, необходимы меры, стимулирующие развитие сегмента корпоративного НПО",— соглашается Юрий Новожилов и отмечает, что без поддержки государства развивать НПО трудно. Он считает, что власти должны как косвенными, так и прямыми действиями мотивировать бизнес внедрять корпоративное пенсионное обеспечение (КПО), а людей — делать самостоятельные взносы.

Речь может идти о дополнительных финансовых льготах: освобождении организаций от налога на прибыль при отчислении взносов в пользу бывших работников, возможности получить вычет из страхового взноса на сумму или часть взносов, направляемых в КПО. Кроме того, отрасль ждет от государства решения вопроса об отмене НДФЛ при выплате пенсий по НПО. На пенсионной конференции в Москве Сергей Швецов заявил, что регулятор поддерживает отмену НДФЛ, но не уточнил, когда эта идея может оформиться в законопроект.

Также участники рынка надеются, что государство примет участие в софинансировании пенсий вместе с работодателем и работником. В частности, отрасль ждет законопроекта по досрочному негосударственному пенсионному обеспечению, разработанного Минтрудом. Документ предусматривает, что сотрудники предприятий, попадающие в льготные категории, за которых работодатель платит в ПФР дополнительные взносы, могут увеличить размер будущей пенсии. Они, если захотят, будут платить определенный процент, а государство и работодатель — пропорционально софинансировать эти взносы.

По мнению участников рынка, подобная программа может увеличить количество участников НПО почти на 700 тыс. человек к 2018 году и на 1,7 млн человек, то есть удвоить по сравнению с нынешними показателями, к 2025 году. При этом выпадающие расходы бюджета в 2018 году в связи с программой в отрасли оценивают на уровне чуть более 11 млрд руб. Проект, разработанный еще весной, мог вступить в силу еще в июле, но пока даже не внесен в Госдуму. В пресс-службе Минтруда сообщили, что проект находится на согласовании в заинтересованных ведомствах. Источник, близкий к Минтруду, уточнил, что состояние проекта можно скорее назвать замороженным. По словам собеседника "Ъ", против выступает Минфин (там на запрос не ответили), который всегда, но особенно в кризисные времена, нервно реагирует на словосочетание "выпадающие доходы".