Меры пресечения в уголовно-процессуальном законодательстве Республики Казахстан

В ГОСУДАРСТВАХ СОДРУЖЕСТВА

Меры пресечения в уголовно-процессуальном законодательстве Республики Казахстан

КАСИМОВ Акылтай Ахметжанович,

председатель надзорной судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Казахстан, кандидат юридических наук

Институт мер пресечений в уголовно-процессуальном праве Республики Казахстан является достаточно устоявшимся. Уголовно-процессуальный закон также дает развернутую классификацию рассматриваемых мер. В то же время ряд вопросов остаются нерешенными как на теоретическом, так и практическом уровне.

Меры пресечения являются составляющей мер процессуального принуждения. В правовой науке имеются мнения, что меры пресечения представляют собой форму реализации уголовной ответственности, начало которой — их применение1. Подобная позиция неверна. Меры пресечения обеспечивают раскрытие преступлений и назначение справедливого наказания лицам, привлекаемым к уголовной ответственности, и сами по себе не являются наказанием за преступление.

Несмотря на ярко выраженный принудительный характер, меры пресечения носят превентивный характер и направлены на предупреждение противозаконных действий со стороны обвиняемого (подозреваемого) или пресечение таковых. В последнем случае, по справедливому

1 См.: Багрий-Шахматов Л. В. Уголовная ответственность и наказание. Минск, 1976. С. 154.

мнению В. Б. Алексеева, меры пресечения обоснованно рассматриваются как способ реализации уголовно-процессуальной (но не уголовной) ответственности2.

Так как применение мер пресечения связано с ограничением конституционных прав и свобод граждан, уголовно-процессуальный закон устанавливает процессуальные гарантии законности и обоснованности их применения. В. Н. Григорьев, А. В. Победкин, В. Н. Яшин в качестве таких гарантий определяют: возможность их применения только по возбужденному уголовному делу; конкретный круг лиц, в отношении которых они могут быть применены; установленные законом основания и условия их применения; строгую законодательную регламентацию порядка их применения; прокурорский надзор и судебный контроль; возможность применения строгих мер пресечения только с санкции прокурора либо по решению суда3.

Систематизация мер пресечения складывается на основе различных их классификаций. Так, профессор И. Л. Петрухин разделял меры пресечения на две группы: 1) фактически ограничивающие личную свободу граждан, включая свободу передвижения; 2) действующие только психологически. Причем ко второй группе он относил меры как имуще-

2 См.: Курс советского уголовного процесса. Общая часть. М., 1989. С. 506.

3 См.: Григорьев В. Н., Победкин А. В., Яшин В. Н. Уголовный процесс: учебник. М., 2006. С. 222—224.

ственного, так и неимущественного характера4.

В. А. Михайлов выделяет четыре группы мер пресечения: 1) личного обеспечения; 2) имущественного обеспечения; 3) морально-нравственного обеспечения; 4) административно-властного обеспечения. Подобная классификация, основанная на методе личного и государственно-властного обеспечения, позволяет охарактеризовать специфические признаки отдельной меры пресечения и определить их сущность5.

В основе нашего исследования лежит наиболее распространенный и удачный подход ученых-процессуалистов, которые разделяют меры пресечения по виду принуждения на физически-принудительные и психолого-принудительные6. Физически-принудительные меры пресечения, такие как арест и домашний арест, физически ограничивают личную свободу обвиняемого, изолируя его от общества. Они избираются и применяются непосредственно к обвиняемому без согласия заинтересованных лиц. Прямое ограничение личной неприкосновенности требует состязательной процедуры избрания таких мер пресечения. С тяжестью данных мер пресечения связано и специальное ограничение срока их применения.

Остальные меры пресечения относятся к психолого-принудитель-

4 См.: Петрухин И. Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М., 1989. С. 143.

5 См.: Михайлов В. А. Меры пресечения в уголовном судопроизводстве. Тюмень, 1994. С. 30.

6 Впервые в науке уголовного процес-

са подобная классификация была предложена профессором М. А. Чельцовым. Меры психолого-принудительного характера подразделялись им на две группы: 1) действующие непосредственно на психику обвиняемого; 2) действующие на психику обвиняемого путем воздействия на третьих лиц (см.: Чельцов М. А. Уголовный процесс. М., 1948. С. 334—335).

ным. Они ограничивают личную свободу обвиняемого психическим воздействием. Эти меры не связаны с изоляцией от общества, избираются и применяются при согласии заинтересованных лиц (а иногда только по их ходатайству) без специально установленного срока.

Избрание и применение психолого-принудительных мер пресечения регулируется Минимальными стандартными правилами ООН в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила)7. Согласно п. 3.4 этих Правил не связанные с тюремным заключением меры, которые накладывают какое-либо обязательство на обвиняемого (подозреваемого) и применяются до формального разбирательства или суда либо вместо них, требуют согласия обвиняемого (подозреваемого).

Итак, суть психолого-принудительных мер пресечения состоит в том, что на обвиняемого возлагается моральное обязательство надлежащего поведения. Это обязательство может возлагаться на обвиняемого с помощью психологического воздействия, направленного непосредственно на него или опосредованно через третьих лиц. Психолого-принудительные меры пресечения могут обеспечиваться одним из трех способов: личным обещанием, имущественной ответственностью и действиями третьих лиц. При этом нельзя упускать из виду, что все психолого-принудительные меры пресечения обеспечиваются угрозой применения более строгой меры пресечения в случае процессуальных нарушений со стороны обвиняемого. Однако эта санкция преследует скорее не карательные, а восстановительные цели — обеспечение надлежащего поведения обвиняемого.

С учетом указанных признаков психолого-принудительные меры

7 Приняты 14 декабря 1990 г. Резолюцией 45/110 Генеральной Ассамблеи ООН.

пресечения можно разделить на три группы.

Меры пресечения, основанные на личном обещании самого обвиняемого. Это подписка о невыезде и надлежащем поведении. Подписка считается самой легкой мерой пресечения, поскольку ее содержание состоит в моральном обязательстве обвиняемого.

Меры пресечения, основанные на имущественной ответственности — залог. Когда залог вносится самим обвиняемым, его надлежащее поведение обеспечивается угрозой утраты имущества. Однако залог может быть внесен третьим лицом (залогодателем). В этом случае надлежащее поведение обвиняемого должно обеспечиваться действиями залогодателя в отношении обвиняемого (как в третьей группе мер пресечения). В действующем процессуальном законе эти действия не упоминаются, и эффективность залога как меры пресечения ограничивается моральным долгом обвиняемого перед залогодателем. Залог реально ограничивает права по владению, пользованию и распоряжению имуществом, поэтому считается самой строгой из всех психолого-принудительных мер пресечения и применяется с санкции прокурора или по решению суда.

Меры пресечения, основанные на действиях третьих лиц. К этой группе относятся личное поручительство, отдача несовершеннолетнего под наблюдение командования воинской части, отдача несовершеннолетнего под присмотр и залог, вносимый третьим лицом. Поручительство здесь выступает как родовое понятие. По характеристике правового статуса обвиняемого эти меры пресечения делятся на общие и специальные. Специальные меры пресечения (есть специальные виды поручительства) применяются при особых признаках обвиняемого: несовершеннолетие (присмотр за ним) и прохождение действительной военной службы (наблюдение командования).

Данная группа психолого-принудительных мер пресечения состоит в непроцессуальных действиях иных лиц, обеспечивающих надлежащее поведение обвиняемого. Поэтому эти лица должны быть действительно способны положительно влиять на обвиняемого. При невыполнении возложенных обязанностей к ним могут быть применены карательные меры: денежное взыскание с поручителей и лиц, присматривающих за несовершеннолетним; обращение в доход государства залога. При применении этих мер возникают сложные отношения. На обвиняемого возлагаются обязательства не только перед органами, ведущими процесс, но и перед третьими лицами, которые, в свою очередь, подотчетны субъектам, осуществляющим производство по делу.

В уголовном процессе Республики Казахстан существует относительно разветвленная система мер принуждения, применение которых в большинстве своем вполне может гарантировать обязательство явки обвиняемого по вызовам органов расследования, прокурора и суда, а также обеспечение других интересов уголовного процесса. Система различных мер пресечения позволяет избрать именно ту меру, которая в каждом конкретном случае обеспечивала бы надлежащее поведение обвиняемого (подозреваемого) и при этом минимально ограничивала бы его права и свободы (п. 2.3 Токийских правил).

Так, ст. 140 Уголовно-процессуального кодекса Республики Казахстан (далее — УПК РК) выделят семь видов мер пресечения, располагая их по степени интенсивности принуждения: 1) подписка о невыезде и надлежащем поведении; 2) личное поручительство; 3) передача военнослужащего под наблюдение командования воинской части; 4) отдача несовершеннолетнего под присмотр; 5) залог; 6) домашний арест; 7) арест.

Кратко остановимся на основных параметрах каждого вида мер пресечения.

Подписка о невыезде (ст. 144 УПК РК) состоит в отобрании от подозреваемого или обвиняемого обязательства не отлучаться с места жительства или временного нахождения без разрешения соответственно лица, производящего дознание, следователя, прокурора или суда. Также можно выделить обязанность подозреваемого (обвиняемого) не препятствовать уголовному судопроизводству по делу и своевременно реагировать на вызовы органа, ведущего уголовный процесс.

Место жительства или временного нахождения, из которого не должен отлучаться обвиняемый (подозреваемый), определяет орган, избирающий меру пресечения, с учетом возможностей и интересов лица, к которому применяется данная мера.

Личное поручительство (ст. 145 УПК РК) состоит в принятии на себя заслуживающими доверия лицами письменного обязательства в том, что они ручаются за надлежащее поведение и явку подозреваемого или обвиняемого по вызову лица, производящего дознание, следователя, прокурора и суда.

Число поручителей не может быть менее двух. Лиц, которые могут быть поручителями, называет обвиняемый (подозреваемый), либо эти лица сами обращаются в органы предварительного расследования, прокуратуру или суд, заявляя о своем желании поручиться за лицо, привлекаемое к уголовной ответственности. В качестве поручителей вправе выступать родственники, соседи, друзья или знакомые обвиняемого (подозреваемого), которые в силу своего авторитета имеют на него достаточное влияние. Поручителями могут быть только заслуживающие доверия лица.

Отметим, что поручителями могут выступить перечисленные лица лишь с согласия самого обвиняемого или подозреваемого.

При отобрании подписки о личном поручительстве поручитель должен быть поставлен в известность

о сущности дела, по которому избирается мера пресечения, и об ответственности в случае ненадлежащего поведения обвиняемого (подозреваемого) или уклонения его от следствия и суда. В соответствии с п. 5 ст. 144 УПК РК на поручителя может быть наложено судом денежное взыскание.

Следует поддержать мнение М. Ч. Когамова, который считает, что в отличие от подписки о невыезде личное поручительство является более обязательной мерой пресечения, так как выполнение обязательств здесь делится между подозреваемым (обвиняемым) и по-ручителями8.

Передача военнослужащего под наблюдение командования воинской части характеризуется прежде всего тем, что в данном случае субъектами регулирования, с одной стороны, выступают только военнослужащие, с другой — командование воинской части. Данная мера практически ничем не отличается от двух предыдущих мер пресечения, кроме того что в случае нарушения подозреваемым (обвиняемым) своих обязательств он подвергается дисциплинарному воздействию, тогда как поручители подвергаются материальной ответственности.

Аналогично действуют нормы, регулирующие отдачу несовершеннолетнего под присмотр. Данная норма может применяться только к несовершеннолетним. Присматривающей стороной могут выступить родители, опекуны, попечители и другие заслуживающие доверия лица. В случае невыполнения ими своих обязательств они также могут быть подвергнуты денежному взысканию.

Единственной отличительной чертой этой меры от поручительства является то, что для его применения согласие несовершеннолетнего не тре-

8 См.: Когамов М. Ч. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Республики Казахстан. Алматы, 2008. С. 293.

буется, учитывается лишь воля родителей или других лиц, выступающих присматривающей стороной. Вероятно, это обусловлено тем, что несовершеннолетний еще не обладает полной дееспособностью, предусмотренной гражданским законодательством, и ответственность за него несут родители или опекуны.

В истории мирового уголовного процесса залог является весьма распространенным и древним процессуальным институтом, но в советский период, где властвовал административно-бюрократический режим с присущими ему методами подавления и принуждения, экономические гарантии обеспечения надлежащего поведения участников уголовного процесса всячески стали искореняться как из практики расследования и судебного разбирательства, так и из сферы законодательства9. В связи с этим залог считается относительно новым видом среди уже существующих мер пресечения. Мы не будем его рассматривать подробно, так как он обстоятельно освещен в современной юридической литературе, а также в Инструкции о применении залога в качестве меры пресечения от 2005 г., в разработке и принятии которой участвовали все силовые и правоохранительные структуры Казахстана10.

В отличие от предыдущих мер залог является полностью материаль-

9 См.: Оспанов С. Д. Уголовный процесс Республики Казахстан (общая часть). Ал-маты, 2004. С. 243.

10 Утверждена совместным приказом и. о. Министра внутренних дел РК от 6 октября 2005 г. № 590, Генерального прокурора РК от 18 октября 2005 г. № 56, Председателя Комитета национальной безопасности РК от 22 октября 2005 г. № 187 и Председателя Агентства РК по борьбе с экономической и коррупционной преступностью (финансовая полиция) от 7 октября 2005 г. № 214

«Об утверждении Инструкции о применении залога и домашнего ареста в качестве меры пресечения». Согласовано с Председателем Верховного суда РК 9 ноября 2005 г.

ной мерой пресечения, поскольку исполнение обязательств подозреваемым или обвиняемым гарантируется деньгами или иными ценностями. Размер залога определяется лицом, ведущим уголовный процесс, но минимальные его стандарты установлены в п. 3 ст. 148 УПК РК. Залог, как уже указывалось выше, применяется только с санкции прокурора или по решению суда.

Но залог ни в коем случае не может применяться в отношении лиц, обвиняемых или подозреваемых в совершении особо тяжких преступлений. Данное положение является достаточно прогрессивным и заслуживающим внимания и уважения к правам потерпевших. Этим казахское уголовно-процессуальное законодательство выгодно отличается от законодательства ряда зарубежных стран с так называемой развитой демократией, где, невзирая на тяжесть преступления, виновные отпускаются под залог, другими словами, мерилом может выступить материальная обеспеченность привлекаемого лица. Во избежание этого нашим законодателем была сделана данная оговорка, а также то, что сумма залога определяется с учетом тяжести обвинения, личности подозреваемого, обвиняемого, имущественного положения залогодателя.

Залог возвращается залогодателю в полном объеме при вынесении окончательного решения по уголовному делу при условии добросовестного выполнения своих обязательств подозреваемым (обвиняемым): вынесение приговора или прекращение дела. В противном случае залог обращается в собственность государства.

По степени тяжести принуждения залог занимает место после заключения под стражу и домашнего ареста11.

Домашний арест также является новеллой для уголовного процесса

11 См.: Лившиц Ю. Залог в качестве меры пресечения // Законность. 2003. № 5.

Республики Казахстан. Следует отметить, что и сегодня эта мера пресечения используется достаточно редко. Вероятно, сказывается неспособность государственного аппарата принуждения обеспечить надлежащие условия ее применения либо отсутствие соответствующей практики. Хотя вышеуказанная Инструкция детально регламентирует процедуру применения данной меры.

Мы же остановимся на ключевых моментах домашнего ареста и его принципиальных отличиях от других мер, прежде всего от ареста.

Домашний арест является более гуманной мерой пресечения, так как не изолирует полностью субъекта от общества, кроме того, ограничивается не весь объем прав. При стандартном аресте из-за того, что субъект содержится в специально отведенных и охраняемых местах, он лишается полного комплекса прав, предусматривающих свободу общения, передвижения, режима, рода деятельности и т. д. При домашнем аресте, как правило, ограничения налагаются только на определенный вид права. Так, п. 2 ст. 149 УПК РК устанавливает, что в постановлении об избрании данной меры пресечения указываются конкретные ограничения в свободе, которым подвергается арестованный. Арестованному могут быть запрещены общение с определенными лицами, получение и отправление корреспонденции, ведение переговоров с использованием любых средств связи, а также установлены ограничения выхода из жилища.

Домашний арест, как и стандартный арест, применяется только с санкции суда. К нему целесообразно прибегать, когда нет острой нужды в изоляции субъекта от общества, с учетом его возраста, состояния здоровья или семейного положения.

К сожалению, такая эффективная и мало травматичная с точки зрения лишения прав и свобод мера не нашла широкого применения: в 2005 г. прокурором было дано 207 санкций

на домашний арест, в 2006 г. — 219, в 2007 г. — 213, санкционировано судом домашних арестов за 5 месяцев 2008 г. — 23, в 2009 г. — 152, за девять месяцев 2010 г. — 11112.

Приведенная статистика свидетельствует о том, что либо правоприменители опасаются использовать данную норму, либо она сложна по своей законодательной конструкции. На наш взгляд, проблемы надлежащего применения данной нормы кроются в отсутствии материально-технических возможностей органов уголовного преследования.

Статья 150 УПК РК посвящена аресту и является самой объемной, что неудивительно, так как арест — самая жесткая мера пресечения. Обвиняемый (подозреваемый), взятый под стражу, физически изолируется от общества и содержится под охраной и в условиях режима, который лишает его возможности продолжать свою преступную деятельность, мешать установлению истины, скрываться от следствия и суда, уклоняться от исполнения приговора.

Необходимо вновь обратить внимание, что по своей юридической природе арест как мера пресечения не уголовное наказание обвиняемого, она не имеет карательного значения, носит только предупредительный характер, применяется не к виновному, а к обвиняемому (в исключительных случаях — к подо-зреваемому)13.

Новеллой для казахского уголовно-процессуального законодательства является исключительное судебное санкционирование ареста, что не типично в целом для истории существования уголовного процесса, в том числе и в советский период. Правда, ранее действующие редакции конституции не возбраняли применение судебного санкциониро-

12 См.: Применение мер пресечения в Республике Казахстан. 2005—2010 гг.: статистический сборник. Алматы, 2010.

13 См.: Оспанов С. Д. Указ. соч. С. 245.

вания. Так, в п. 2 ст. 16 действовавшей до мая 2007 г. Конституции Республики Казахстан говорилось, что арест и содержание под стражей допускаются только в предусмотренных законом случаях и лишь с санкции суда или прокурора.

Следует отметить остроту многолетней дискуссии о наделении судов исключительной прерогативой санкционирования арестов. Оппоненты данной позиции высказывали мнение о недопустимости судебного санкционирования в виду того, что при даче санкции судья уже выносит свое мнение о виновности субъекта, что не допустимо на этой стадии уголовного процесса. В последующем при судебном рассмотрении этого дела судья будет подвержен влиянию предыдущего своего решения либо решения коллеги.

Однако в результате многочисленных дебатов казахское правовое общество осознало необходимость введения исключительного судебного санкционирования ареста. На сегодня такая практика, являясь традиционной, применяется более чем в 110 странах мира и только в 17 государствах (преимущественно в СНГ) санкцию на арест дает прокурор. И это неудивительно, потому что при применении данной меры субъект подвергается лишениям и суровым ограничениям, когда фактически его вина еще не доказана. Ведь в соответствии с фундаментальным принципом презумпции невиновности такой субъект до решения судя является невиновным. В данном случае судебное санкционирование ареста — это еще один правовой механизм защиты человека от необоснованного ареста.

В связи с этим закономерным видятся изменения14, внесенные в

14 См. Закон Республики Казахстан «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам применения мер пресечения в виде ареста и домашнего ареста», введенный в действие с 30 августа 2008 г.

ст. 150 УПК РК, импульсом для которых послужила конституционная реформа 2007 г., которая и определила арест исключительной прерогативой суда15.

Сегодня, по истечении ряда лет, можно сказать, что данное новаторство позволило отчасти соответствовать международным стандартам в области охраны прав человека, так как ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, ратифицированного Казахстаном в 2005 г., определяет право только судебного санкционирования ареста. Более того, судебный контроль на такой ранней стадии уголовного судопроизводства значительно повышает ответственность должностных лиц, принимающих решение об аресте. Органы уголовного преследования более взвешенно и ответственно подходят к данному вопросу, реализуется принцип открытости и состязательности процесса, повышается роль адвоката. Так, если в 2008 г. судами Республики Казахстан было отказано в даче санкции на арест в отношении 131 лица, то в 2009 г. эта цифра составила 725, а за девять месяцев 2010 г. — 498. Кроме того, практика прошлых лет показывает, что в Казахстане ежегодно санкция на содержание под арестом выдавалась прокурорами в отношении более 20 000 человек, в то время как за девять месяцев 2010 г. судами было выдано санкций на арест в отношении 11 499 лиц16.

Арест как мера пресечения может применяться к подозреваемым,

15 См. Закон Республики Казахстан от 21 мая 2007 г. № 254-Ш «О внесении изменений и дополнений в Конституцию Республики Казахстан».

16 См.: Жумабеков О. И. Судебное санкционирование ареста — новый этап в укреплении гарантий защиты прав граждан: сборник выступлений на международной конференции «Санкционирование ареста судом: совершенствование законодательства и правоприменительной практики». Астана, 2010. С. 20.

обвиняемым по делам о совершении умышленных преступлений, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок не менее пяти лет. Введение ограничений применения ареста в зависимости от сроков наказаний соответствует соразмерности строгости принуждения от причиненного вреда.

Существуют и исключительные случаи, когда эта мера может быть применена в отношении обвиняемого, подозреваемого по делам о преступлениях, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок не свыше двух лет, если: а) он не имеет постоянного места жительства на территории Республики Казахстан; б) не установлена его личность; в) им нарушена ранее избранная мера пресечения; г) он пытался скрыться или скрылся от органов уголовного преследования или суда.

В соответствии со ст. 491 УПК РК применение этой меры пресечения в отношении несовершеннолетних допустимо лишь в исключительных случаях, при совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.

Местами ареста являются следственные изоляторы. Лица, взятые под арест в порядке применения меры пресечения, могут содержаться в помещениях, специально оборудованных для содержания задержанных, а также на гауптвахте.

Основными требованиями режима в местах содержания лиц, заключенных под стражу, являются: изоляция лиц, взятых под стражу, постоянный надзор за ними и раздельное содержание в установленном законом порядке.

Стандартный срок ареста составляет два месяца со дня выдачи санкции на арест. В случае невозможности закончить расследование в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения он может быть продлен по мотивированному ходатайству следователя, согласованному с районным (городским) проку-

рором и приравненными к ним иными прокурорами, судьей районного и приравненного к нему суда до трех месяцев, а по мотивированному ходатайству следователя, согласованному с прокурором области и приравненными к нему прокурорами и их заместителями, судьей районного и приравненного к нему суда — до шести месяцев.

Продление срока ареста свыше шести месяцев может быть осуществлено судьей районного и приравненного к нему суда лишь в виду особой сложности дела по мотивированному ходатайству начальника следственного отдела, согласованному с прокурором области и приравненными к нему прокурорами, до девяти месяцев.

Продление сроков ареста свыше девяти месяцев допускается только в исключительных случаях в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких или особо тяжких преступлений, судьей районного или приравненного к нему суда по мотивированному ходатайству начальника следственного отдела, согласованному с прокурором области и приравненными к нему прокурорами, до 12 месяцев.

Пункт 5 ст. 153 УПК РК категоричен в отношении дальнейшего продления сроков: дальнейшее продление сроков ареста не допускается, арестованный обвиняемый подлежит немедленному освобождению. Срок ареста не может превышать максимального срока лишения свободы, предусмотренного уголовным законом за совершение инкриминируемого обвиняемому преступления.

Таким образом, на основании изложенного можно сделать следующие выводы.

1. Под мерами пресечения в уголовном процессе понимаются специально предусмотренные уголовно-процессуальным законом средства, применение которых оказывает на обвиняемого (подозреваемого) определенное психологическое воздействие или ограничивает его личную

свободу с целью лишить возможности скрыться от дознания, предварительного следствия и суда; помешать установлению истины по делу; продолжать преступную деятельность; обеспечить исполнение приговора.

2. По виду принуждения меры пресечения следует классифицировать на физически-принудительные и психолого-принудительные. Последние подразделяются на три группы: меры пресечения, основанные на личном обещании самого обвиняемого; меры пресечения, основанные на имущественной ответственности; меры пресечения, основанные на действиях третьих лиц.

3. Анализ процессуальных форм применения мер пресечения позволяет утверждать о необходимости дальнейшего их совершенствования как с позиции нормативного правового обеспечения, так и практик применения, что требует более глубокого и детального исследования.

Библиографический список

Багрий-Шахматов Л. В. Уголовная ответственность и наказание. Минск, 1976.

Григорьев В. Н., Победкин А. В., Яшин В. Н. Уголовный процесс: учебник. М., 2006.

Жумабеков О. И. Судебное санкционирование ареста — новый этап в укреплении гарантий защиты прав граждан: сборник выступлений на международной конференции «Санкционирование ареста судом: совершенствование законодательства и правоприменительной практики». Астана, 2010.

Когамов М. Ч. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Республики Казахстан. Алматы, 2008.

Курс советского уголовного процесса. Общая часть. М., 1989.

Лившиц Ю. Залог в качестве меры пресечения // Законность. 2003. № 5.

Михайлов В. А. Меры пресечения в уголовном судопроизводстве. Тюмень, 1994.

Оспанов С. Д. Уголовный процесс Республики Казахстан (общая часть). Алма-ты, 2004.

Петрухин И. Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М., 1989.

Применение мер пресечения в Республике Казахстан. 2005—2010 гг.: статистический сборник. Алматы, 2010.

Чельцов М. А. Уголовный процесс. М., 1948.