Жизнь и творчество Дмитрия Севастьянова (1908-1956)

Людмила ТОМА

ЖИЗНЬ И ТВОРЧЕСТВО ДМИТРИЯ СЕВАСТЬЯНОВА

Дмитрий Севастьянов, живописец редкого колористического дарования, давно признан классиком молдавского изобразительного искусства. Среди наиболее популярных произведений 1940-1950-х годов - его картины «Штефан Великий перед битвой при Бырладе», «Жо-яна», «Портрет колхозника», которые часто экспонировались и воспроизводились в альбомах. Но в целом творчество мастера мало изучено. Остались в тени обстоятельства его жизни, годы формирования личности, недооценены и забыты многие его полотна и рисунки. В брошюре Л. Чеззы «Дмитрий Севастьянов» (1960) тенденциозно освящен только советский период творчества художника.

Недолгая жизнь Д. Севастьянова была насыщена событиями, как радостными, так и драматическими, его труд не лишен противоречий, но достоин внимательного исследования и объективной оценки. Задача осложняется тем, что о начале его пути можно судить лишь по очень немногим сохранившимся полотнам и ряду репродукций в каталогах и прессе. Поэтому очень ценны характеристики работ художника, данные обозревателями выставок тридцатых годов.

Дмитрий Севастьянов родился 26 октября 1908 в городе Тулча (Доб-руджа), в семье русских старообрядцев, обосновавшихся сначала в Бессарабии, затем переехавших в Румынию. Отцу троих детей, по про-

фессии сапожнику, было уже 65 лет, когда появился на свет Дмитрий. Способный к искусству юноша, работая помощником маляра, сам скопил необходимую сумму для поступления в Бухарестскую академию художеств (1927). Как и его земляк Александру Чукуренку, он обучался у крупного мастера, замечательного педагога - Камилла Рессу. Некоторая разница в возрасте (пять лет) и опыте (четыре учебных года) не мешала дружескому сближению студентов, чему способствовала и летняя практика в Свободной школе живописи Бая Маре.

Со студенческих лет Д. Севастьянов, тогда называвшийся Думитру Севастьян, участвовал в конкурсах. Художник Иосиф Бене, вспоминая о конкурсе 1929 года на получение стипендии „Fontenay-aux Roses”, вспоминал спустя много лет, что из 28 претендентов на последний этап вышло пять живописцев и три скульптора, «среди них Чукуренку, Иримеску /.../и талантливый живописец Севастьян, умерший слишком рано»1. Критики сразу обратили внимание на работы Д. Севастьяна, называя его среди тех, чьи «произведения выделяются подлинными качествами»2

Наряду с живописью молодой художник выставлял рисунки и гравюры - «Рабочий пейзаж» (1931), «Прачка» (1932), «Резчик по дереву» (1933). В них сказывается демократическая тенденция румынского искусства, очевидно, воспринятая от Камилла Рессу и близкая ему самому, выходцу из простонародной среды. Пейзаж, в котором запечатлена окраина города с одинокой фигурой идущего рабочего, перекликается с городскими мотивами Штефана Лукьяна. Чуткость молодого художника к жизни бедного люда не приводит к бытописанию, он передает унылое состояние, используя лаконичные приемы графики. Обозреватель выставки «Официальный салон» 1934 года отмечает индивидуальное своеобразие Севастьяна, его «серьезность, уверенность в постановке проблем и в их разрешении. »3.

Молодой художник проявил себя и в качестве искусствоведа4, будучи в 1933-1934 гг. сотрудником журнала „Arta §i omul” («Искусство и человек»). Но по мере успеха в живописи он отдает ей почти все время. Оригинальность его работ признают авторитетные критики, среди которых известный искусствовед Джордже Опреску.

Первые персональные экспозиции работ Д. Севастьяна в 1935 и 1936 гг. сделали художника заметной фигурой среди молодых живописцев5. Композиция «Nud» (1936, музей К. Замбакчана) была закуплена крупным коллекционером, тонким знатоком искусства Кликором Замбакчаном. Она интересна не только светоносным колоритом, легкостью и уверенностью письма, но и как свидетельство дружбы с Чу-куренку: та же модель, в интерьере на стене - известная картина Чуку-

ренку «Натюрморт с зеркалом». О скромном быте свидетельствуют лампочка без абажура под низким потолком, простая печь.

Сложные живописные задачи блестяще решены в написанной в Бал-чике «Одалиске» (1937): золотистость кожи выделена тонко нюансированным белым цветом блузы, накидки, фона и поддержана плотными тонами волос, жилета. Как видно, не случайно Д. Севастьян победил в конкурсе на государственную стипендию для двухгодичной стажировки в Риме (1937-1939). Созданные там работы он показал весной 1940 года на персональной выставке, широко освещенной в прессе. Критик Ионел Жиану усмотрел влияние современных итальянских живописцев в его предпочтении холодной тональности и в тенденции к декоративности. И особенно оценил рисунки, некоторые из которых, по его мнению, похожи на стилизованные этрусские6.

Но эти характеристики не подходят к «Автопортрету» (1938, Национальный художественный музей Румынии), исполненному с несомненным артистизмом: легкие экспрессивные линии акцентируют раскованность жеста, а лучезарный колорит выделяет серьезность серых глаз, передает дыхание жизни. Здесь чувствуется почитание и Ван-Гога, и Матисса, хотя молодой художник не заимствует приемы, по-своему претворяя принципы постимпрессионизма и фовизма.

Красота живописи Д. Севастьяна восхищала бессарабцев Михаила Греку, Фиру Брик (ставшую позднее супругой Греку), Аду Зевину, которые учились в Бухарестской академии художеств в конце тридцатых годов. М. Греку вспоминал: «Я встретил его в Балчике в 1936 году, но знал о нем и раньше. Он был для меня самым талантливым художником из молодых. Когда я смотрел его «Одалисок» или «Апельсины», у меня перехватывало дыхание. Письма, которые писал он мне из Италии, я читал лихорадочно. Они зажигали меня его великой любовью к прекрасному»1.

Д. Севастьянов приехал в Кишинев осенью 1940 года вместе с друзьями, которые возвращались в Бессарабию после ее присоединения к Советскому Союзу. Как и они, он не принял профашистскую политику румынского правительства и верил красивым лозунгам о строительстве светлого будущего в Стране Советов. Но надежда на свободный труд в Молдавии не оправдалась: интеллигенции, воспитанной в атмосфере европейского плюрализма мнений, навязывались вульгарные эстетические критерии.

Привлеченный к выполнению панно для павильона Молдавии на Выставке достижений народного хозяйства СССР в Москве, Дмитрий Севастьянов вместе с Моисеем Гамбурдом, Виктором Ивановым и Евгенией Гамбурд разработал большой эскиз композиции «Встреча Красной Армии с населением Бессарабии». Панорамный пейзаж и теп-

лый колорит передавали своеобразие края, а облик персонажей - разнообразную гамму чувств. По требованию комиссии ВДНХ авторам пришлось существенно переработать композицию, и в результате снизилась роль природной среды и появилась излишняя торжественность. Это был вынужденный компромисс ради сохранения авторства и, разумеется, заработка. Тем не менее, панно было выполнено на хорошем профессиональном уровне, и в виде поощрения авторам оплатили поездку в Ленинград для посещения музеев. Из русских мастеров Севастьянову более всего импонировала живопись Константина Коровина - как своеобразный русский вариант импрессионизма8.

С началом войны Д. Севастьянов был призван в армию, попал в немецкий плен, после освобождения вновь присоединился к советским войскам и участвовал в боях на территории Венгрии и Австрии. В свободные минуты он рисовал. Сохранился пожелтевший тетрадный листок с «Автопортретом» (1944, послан с фронта вместе с письмом Аде Зевиной), в котором напряженность состояния передана экспрессией разнообразных линий, штрихов.

Нелегко протекала жизнь художника в период послевоенной разрухи, голода засушливых лет и сталинских репрессий. Избранный председателем секции живописи Союза художников Д. Севастьянов должен был подавать пример, создавая картины ангажированной тематики. А это давалось непросто. Творцов искусства обязывали демонстрировать трудовой пафос тружеников, дабы «воспитывать советскую молодежь бодрой, жизнерадостной, способной преодолеть любые трудности»9. Но идеалы расходились с реальностью. На одном из собраний коллектива художников Д. Севастьянов признался в порядке самокритики: «Никто из нас не работает систематически и не понимает жизни»10. Ясно, что имелась в виду не подлинная действительность, а начертанная в лозунгах.

Художника больше привлекали простые мотивы, наблюдаемые в жизни («Пахота», «Молдавский базар», «Лесник»), и непритязательные сельские пейзажи. Изменив прежнюю свою стилистику, он выявляет взаимосвязь предметного мира с пространственной средой. Сохраняется присущая ему поэтичность видения, свобода письма и свежесть колорита. Но не всегда так. Некоторые портреты, созданные по заказу, написаны в академическом духе, без вдохновения, с излишним вниманием к моделировке объемов. Сказываются уступки автора требованию жизнеподобного воссоздания вещественных признаков натуры.

Руководящие деятели порицали живописца за «импрессионизм видения», за предпочтение писать этюды, а не тематические картины. Ему, как и другим художникам «с грузом прошлого», нужно было пе-

реучиваться, осваивая метод социалистического реализма. С этой целью их направляли на творческие базы Подмосковья. К счастью, кураторами оказались незаурядные личности - А. Бубнов, М. Шегаль, Н.Со-колов, Г. Нисский - им самим приходилось выдерживать несправедливую критику, и они не ограничивали свободы подопечных. Имела значение и возможность посещать столичные музеи, изучать любимых мастеров, тогда как в Кишиневе принимались весьма крутые меры «перевоспитания» сложившихся художников, вплоть до исключения их из творческого союза.

Первая многофигурная композиция Д. Севастьянова «Стефан Великий перед битвой при Бырладе» (1947) решена в романтическом ключе, но без героического пафоса. Из густого предрассветного тумана выступают пешие воины во главе с мудрым господарем, возвышающимся на коне. К нему в ожидании приказа обернулся молодой пушкарь передовой позиции. Дальние всадники вырисовываются общим силуэтом. Необычный для автора темный колорит служит созданию атмосферы таинственности.

В картинах современной тематики «На вечное пользование землей» (1950-1954), «Сбор винограда» (1953-1955) художник заботился не столько о раскрытии декларативной идеи, сколько о выявлении специфическими средствами живописи природного своеобразия края. В период их подготовки создавались многочисленные эскизы и этюды, написанные с вдохновенной раскованностью. Так, в пейзаже «Виноградники» (1953) игра красок, нанесенных порывистыми мазками, выражает энергию жизненных сил и создает эффект янтарного свечения спелых ягод среди листвы, пожухшей от солнца, а в тени сохранившей изумрудную глубину тона.

Ряд работ имеет не только подсобное, но и самостоятельное значение. «Портрет колхозника» - погрудное изображение старика на фоне синего неба - в последствие признан одним из наиболее выразительных народных образов в молдавской живописи.

На одном из творческих отчетов Д. Севастьянова обвинили в неоправданных затратах на работу, якобы не способствующую выполнению заказанных ему картин. Художнику пришлось объяснять, что писал этюды на пленэре в свободное время, что на выезд в сельскую местность не получал денег от Художественного фонда11. Труднее было оправдать свою увлеченность живописной красотой.

Картина «Жояна» (1956), последняя работа Д. Севастьянова, осталась местами недописанной, отчего вовсе не пострадала ее пластическая целостность. Впечатляет необычная интерпретация трудовой темы в жанрово-лирическом ключе. Световым потоком, льющимся из окон просторной фермы, выделен новорожденный теленок, неуверен-

но делающий первый шаг. Атмосфере доброй заботы о нем животноводов соответствует теплый колорит, в котором доминируют золотистые тона, то приглушенные, то вспыхивающие.

Художник не успел вдохнуть свежего дуновения наступающей «оттепели», чтобы воспламенить свой мощный потенциал, полнее используя опыт своего раннего творчества. Задачи живописно-пластической экспрессии, возникшие в Молдове на рубеже пятидесятых и шестидесятых годов, оказались близкими тем, которые прежде увлекали Д. Севастьянова. Художники, помнящие ранние полотна мастера, осознали драматизм его судьбы. «Нельзя пренебрегать своим талантом, своими эстетическими критериями, добытыми тобой в труде./.../ Природа так щедро одарила его талантом, что он с ним даже не считался»,12 - размышлял Михаил Греку. Эти мысли актуальны и в наши дни.

Лучшие работы Дмитрия Севастьянова, отражающие его своеобразное живописное видение и дающие пример творческого освоения культурных традиций великих предшественников, необходимо чаще популяризировать на выставках. И, несомненно, что несправедливо забытый мастер достоин издания хорошего альбома.

Д.К. Севастьянов. Жояна. 1956 г.

ЛИТЕРАТУРА

1. Bene Iosif. Anii de studentie. „Arta plastica”, 1964. Nr.12. P. 629.

2. LabinGh. Salonul de toamna. Pictura.”Axa”, 1932. 20-X...

3. Arta §i omul. 1935,. Nr.22. P. 339.

4. Статьи „Portretul lui Vodr Broncoveanu”, „Boris Carajea”.

5. TudorAndrei. /nsemnäri plastice. „Zorile”. 1936. 6-XII.

6. Jianu Ionel. Les dernieres expozision. „Le Moment”. 1940. 16-Y. P.1.

7. Михаил Греку. Первые наши художники // Вечерний Кишинев. 1967. 12 июня. С. 3.

8. По воспоминаниям художницы Анны Баранович, супруги Д.Севастья-нова Записи бесед с ней из архива Л. Тома.

9. Там же. Дело 12. Л. 121.

10. НАРМ. Фонд Р-2906. Оп. 1. Дело 55. Л. 1.

11. Там же, Дело 67. Л. 54.

12. ГрекуМ. Первые наши художники // Вечерний Кишинев. 1967. 12 июня. С. 3.

ПОДПИСКА НА

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ «РУСИН» НА 2007 год!

Периодичность выхода - 1 раз в квартал.

Объем - 172-240 стр.

Формат - А5.

Тематика: история русинского этноса.

Язык: русский, русинский. По согласованию с редакцией допускаются публикации и на других языках.

Рубрики: история, языкознание, знаменитые русины, публицистика, архив.

На журнал объявлена подписка. Стоимость подписки на один экз. с учетом почтовых услуг (бандероль с уведомлением):

- США и Канада

- Европа - 9 EURO

- Украина - 45 гривен

- Россия - 280 рублей

- Молдавия - 35 леев Адрес редакции см. с. 208