О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

УДК 81' 119

О МЕТОДОЛОГИЧЕСКОМ ВКЛАДЕ ЛИНГВИСТИКИ ТЕКСТА В ПРАКТИКУ ДИСКУРСИВНОГО АНАЛИЗА

Л.А. Голышкина

Статья посвящена осмыслению методологического вклада лингвистики текста в практику дискурсивного анализа. Рассматривается процедура коммуникативно-грамматического анализа текста, входящая в исследовательский арсенал лингвистики текста. На материале Нобелевской лекции И. Бродского анализируются селекция и комбинация коммуникативных регистров речи в структуре текста, что позволяет выявить тенденции смыслообразования, демонстрирующие трансформацию текста в дискурс. Дискурс, таким образом, понимается как процесс смыслообразования. Статья вносит вклад в развитие аналитических моделей лингвистики текста и в теорию дискурса.

Ключевые слова и фразы: лингвистика текста; дискурсивный анализ; смыслообразование; коммуникативный регистр речи; селекция; комбинация.

METHODOLOGICAL CONTRIBUTION OF TEXT LINGUISTICS INTO THE PRACTICE OF DISCOURSE ANALYSIS

L.A. Golyshkina

The article involves reflection on the methodological contribution of text linguistics into the practice of discourse analysis. The procedure of communicative and grammatical analysis of the text as a research tool of text linguistics is considered. On the basis of J. Brodsky's Nobel lecture selection and combination of communicative speech registers in the structure of the text are analyzed, which allows to identify patterns of meaning construction as examples of transforming texts into discourse. Thus, the discourse is given as a process of meaning construction. The article contributes to the development of analytical models of text linguistics and discourse theory. Keywords and phrases: text linguistics; discourse analysis; meaning construction; communicative speech register; selection; combination.

Мысль о переработке и интеграции дискурсивным анализом методологических достижений лингвистики текста неоднократно проводилась исследователями [Макаров 2003; Филиппов 2007; Чернявская 2013], апеллирующими к теории макроструктур Т. ван Дейка, учению о тематических прогрессиях Ф. Данеша, концепции текстуальности Р. де Богранда и В. Дресслера и другим подходам зарубежных ученых, в которых в качестве операциональных аналитических единиц рассматривались конституенты, выходящие за рамки одного предложения на уровень сверхфразовой организации.

Устойчивое понимание дискурса как коммуникативного события [Дейк 2015: 121122] или в отечественной интерпретации как текста, погруженного в жизнь / в ситуацию

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

общения [Арутюнова 1990: 136-137; Карасик 2009: 278], предполагает осмысление оснований существования феномена, измеряемых в категориях «адресант (субъект) -сообщение (текст / объект) - адресат».

В этой триаде лингвистику текста интересует, прежде всего, сообщение, а точнее принципы и механизмы создания связного текста, где единицей его конструирования выступают компоненты сверхфразового уровня. При этом важно учесть, что акт сверхфразовой организации, как отмечает М.Я. Дымарский, совершается по отношению к каждой планируемой смысловой зоне текста, транспонируя заданный смысловой объем в линейную последовательность. Охарактеризовать сверхфразовую организацию текста значит ответить в первую очередь на вопрос: каков преобладающий тип сверхфразовых компонентов текста, какие единицы текстообразования лежат в их основе [Дымарский 1999: 191].

Развивая мысль М.Я. Дымарского, мы говорим о направленности исследовательского фокуса лингвистики текста не только на линейную (локальную), но и на смысловую (глобальную) структуру текста.

С понятием «дискурс» мы связываем процессы смыслообразования в тексте [Голышкина 2000]. «Дискурсия начинается там, где появляются дополнительные смыслы, отличные от буквального понимания текста» [Костомаров, Бурвикова 1995: 238]. Именно в границах дискурса происходит порождение глубинных смыслов, эксплицируемых в последовательности речевых актов, в аргументации, в системе авторских аксиологических приоритетов и константах индивидуальной картины мира. Так, В.И. Тюпа, размышляя о природе эстетического дискурса, определяет его как «смыслообразующий процесс взаимодействия субъекта, объекта и адресата эстетической информации» [Тюпа. URL: www.nsu.ru/education/virtual/discourse2_3.htm (дата обращения - 22.05.2016)], где характеристика «смыслообразующий» оказывается доминантной.

В рамках заявленного понимания дискурса процедура его анализа представляет собой реконструкцию процесса смыслообразования, которая базируется на представлении о двух базовых этапах создания текста - селекции и комбинации.

Соответственно, первый этап дискурс-анализа требует реконструкции процедуры селекции автором сверхфразовых единиц из парадигматического ряда текстовых составляющих, которые представляют собой своеобразные модели представления действительности, являющиеся следствием концептуализации и вербализации мира человеком.

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

Второй этап дискурс-анализа предполагает изучение комбинаторики этих конститутивных единиц, что позволяет наблюдать не только за синтагматическим конструированием линейной структуры, но и за формированием и последовательностью смысловых компонентов. При этом обязательно учитывается, что и отбор, и комбинация текстовых единиц обусловлены авторскими интенциями, авторским целеполаганием. Именно интенциональность, регулирующая смысловую организацию, придает тексту дискурсивный характер: делает его актуальным для ситуации «здесь и сейчас», наделяет его интерпретативным потенциалом.

Предлагаемая поэтапная процедура дискурс-анализа базируется на методологии лингвистики текста, точнее - грамматики текста, основу которой составляет процедура членения текста на единицы его сверхфразовой организации. Такими единицами могут выступать функционально-смысловые типы речи (описание, повествование, рассуждение) [Нечаева 1974], композиционно-смысловые типы речи (демонстрационный, информационный, сентенционный) [Ильенко 1985], сложное синтаксическое целое [Дымарский 1999], коммуникативные регистры речи [Золотова и др. 1998] и другие выделяемые исследователями составляющие [Гальперин 1981; Москальская 1981], большие, чем предложение, и обладающие достаточно устойчивыми языковыми, коммуникативными и когнитивными характеристиками.

Стоит отметить, что в ХХ веке идея создания парадигмы моделей / единиц сверхфразовой организации, получающих свою синтагматическую реализацию в пространстве текста и формирующих его композиционно-смысловую структуру, оказывается продуктивной для лингвистики текста и стилистики текста (см. [Нечаева 1974; Бурвикова 1981; Кожин и др. 1982; Ильенко 1985; Золотова 1998; Колесов 2007 и др.]).

Единицей, имеющей лингвокогнитивную природу, представляющей своего рода ментальную модель, выступает предложенный в концепции функционального синтаксиса Г.А. Золотовой коммуникативный регистр речи. Коммуникативные регистры -отвлеченные от конкретных текстов «однородные структурно-композиционные формы речи, объединенные внутри и противопоставленные друг другу по способу восприятия и познания мира (и соответственно по типу ментального процесса), по категориальному характеру воспринимаемых явлений и по коммуникативным интенциям говорящего» [Золотова и др. 1998: 29].

Процедура выделения в структуре текста монологических коммуникативных регистров речи

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

коррелирует с известными способами ментальной и сенсорной фиксации фрагментов картины мира. В том или ином типе речи проявляются разные степени участия сознания индивида в процессе отражения действительности, разные степени абстрагирования говорящего от самой действительности.

Рассмотрим механизмы смыслообразования на материале Нобелевской лекции И. Бродского путем использования аналитического инструментария коммуникативной грамматики, входящего в методологический арсенал лингвистики текста.

Этап селекции. Ведущую текстообразующую и смыслообразующую роль в Нобелевской лекции И. Бродского играют генеративный и информативный регистры речи.

Высокая афористичность текста И. Бродского достигается путем частого обращения к генеративному типу речи, представляющему собой обобщение, осмысление информации, соотнесение ее с жизненным опытом, с универсальными законами мироустройства, с фондом знаний, достигаемое посредством абстрагирования от событийного времени и места: ... Лучше быть последним неудачником в демократии, чем мучеником или властителем дум в деспотии; Если искусство чему-то и учит (и художника - в первую голову), то именно частности человеческого существования; Язык и, думается, литература - вещи более древние, неизбежные, долговечные, чем любая форма общественной организации; <...> До тех пор пока государство позволяет себе вмешиваться в дела литературы, литература имеет право вмешиваться в дела государства; Искусство вообще и литература в частности тем и замечательно, тем и отличается от жизни, что всегда бежит повторения и др. (С. 5-8).

Очевидна антитетичность большинства генеративных высказываний. Антитеза уже на уровне высказывания позволяет актуализовать комплекс концептуальных оппозиций, важнейших в картине мира И. Бродского: частное / общественное, искусство / государство, художник / власть. Антитеза преодолевает границы высказывания и уже на дискурсивном уровне рассматривается как определенный тактический прием, создающий эффект концептуализации мира: Философия государства, его этика, не говоря уже о его эстетике -всегда «вчера»; язык, литература - всегда «сегодня» и часто - особенно в случае ортодоксальности той или иной системы - даже «завтра». Одна из заслуг литературы и состоит в том, что она помогает человеку уточнить время его существования, отличить себя в толпе как предшественников, так и себе подобных, избежать тавтологии, то есть участи, известной иначе под почетным названием «жертвы истории» (С. 8).

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

В формировании генеративных регистров ведущую роль играют глаголы настоящего времени с экзистенциальным значением, глаголы ментальных действий, а также глаголы более сложной семантики - социальных интерсубъектных действий. Кроме того, в генеративных блоках получают реализацию субстантивные и адъективные предложения, сообщающие либо классифицирующую, либо квалифицирующую информацию: <...> Эстетика - мать этики; понятие «хорошо» и «плохо» - понятия прежде всего эстетические, предваряющие категории «добра» и «зла» (С. 9). Роман или стихотворение -не монолог, но разговор писателя с читателем <...> Книга - феномен антропологический, аналогичный по сути изобретению колеса (С. 11).

Информативный регистр содержит сообщение об известных говорящему явлениях действительности в отвлечении от их конкретно-временной длительности и от пространственной отнесенности к субъекту речи. В информативных блоках могут фиксироваться как узуальные, повторяющиеся события и признаки, так и познавательные, квалификативные сведения о свойствах и связях предметов, явлений, абстрактных понятий. Эти разновидности информативного регистра различаются степенью абстрагированности от конкретного. Авторы «Коммуникативной грамматики русского языка» предлагают выделить последний в информативно-логический подтип, представляющий понятийную, концептуальную сферу в научных, аналитических, энциклопедических текстах [Золотова и др. 1998: 394]. Информативно-логические регистры в структуре текста демонстрируют интерпретационное осмысление события или явления, сопровождаемое нередко оценочной реакцией субъекта речи: Я назвал лишь пятерых (поэтов - Л.Г.) - тех, чье творчество и чьи судьбы мне дороги...; Великий Баратынский, говоря о своей Музе, охарактеризовал ее как обладающую «лица необщим выраженьем» (С. 5-6).

Репродуктивный регистр речи, ориентированный на воспроизведение событий действительности как непосредственно воспринимаемых органами чувств говорящего и локализованных в едином с ним хронотопе, в тексте представлен в тех редких случаях, когда И. Бродский апеллирует непосредственно к процедуре награждения - к ее проживанию лауреатом в конкретном времени и пространстве: Для человека частного... оказаться внезапно на этой трибуне - большая неловкость и испытание (С. 5-6). При этом даже в репродуктивном типе речи, ориентированном на ситуацию «здесь и сейчас», прослеживается установка на генерализованную референцию.

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

Репродуктивный план в целом не актуален для данного жанра: выраженное стремление поэта обобщить свой философско-эстетический и социально-этический опыт не требует фиксации происходящего.

Этап комбинации. Основным смыслообразующим принципом формирования Нобелевской лекции И. Бродского выступает комбинаторика генеративного регистра речи с информативным: .. .Писатель не может говорить за писателя, особенно - поэт за поэта (генеративный); ... окажись на этой трибуне Осип Мандельштам, Марина Цветаева, Роберт Фрост, Анна Ахматова, Уинстон Оден, они невольно бы говорили за самих себя, и, возможно, тоже испытывали бы некоторую неловкость (информативный) (С. 5).

Наблюдения над спецификой употребления информативного типа речи свидетельствуют о том, что, как правило, данный регистр выполняет в тексте аргументативную функцию, поскольку он призван сообщать о фактах, источником которых может являться как мировой социально-культурный опыт, так и «эмпирический багаж» самого субъекта речи. Генеративный регистр речи актуализует тезис-суждение, а информативный блок представляет поддерживающие его аргументы: Существует преступление более тяжкое - пренебрежение книгами, их не-чтение (подтезис-суждение = генеративный). <...> Для человека, начитавшегося Диккенса, выстрелить в себе подобного во имя какой бы то ни было идеи затруднительнее, чем для человека, Диккенса не читавшего. И я говорю именно о чтении Диккенса, Стендаля, Достоевского, Флобера, Бальзака, Мелвилла и т.д., т.е. литературы, а не о грамотности, не об образовании (аргумент 1: образец = информативный). Грамотный-то, образованный-то человек вполне может, тот или иной политический трактат прочтя, убить себе подобного и даже испытать при этом восторг убеждения. Ленин был грамотен, Сталин был грамотен, Гитлер тоже; Мао Цзедун, так тот даже стихи писал; список их жертв, тем не менее, далеко превышает список ими прочитанного (аргумент 2: антиобразец = информативный) (С. 13).

Здесь дедуктивный способ изложения позволяет реализовать причинно-следственное рассуждение особого типа, в котором подтезис-суждение трансформируется сначала в гипотезу, а затем она подтверждается путем использования т.н. аргументации с помощью образца (аргумент 1) и антиобразца (аргумент 2), при этом последний трактуется как риторический прием «апелляции к истории». Х. Перельман и Л. Ольбрехт-Тытека отмечают: «Если указание на образец позволяет рекомендовать определенное поведение, то указание на

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

отталкивающий пример, на антиобразец, позволяет от него отвратить» [Перельман и др. 1998: 222].

Взаимодействие текстовых конституентов демонстрирует важнейшую тенденцию формирования данной Нобелевской лекции - структурное доминирование именно генеративного типа речи: Чем богаче эстетический опыт индивидуума, чем тверже его вкус, тем четче его нравственный выбор, тем он свободнее - хотя, возможно, и не счастливее (генеративный). Именно в этом, скорее прикладном, чем платоническом смысле следует понимать замечание Достоевского, что «красота спасет мир», или высказывание Мэтью Арнольда, что «нас спасет поэзия» (информативный). Мир, вероятно, спасти уже не удастся, но отдельного человека всегда можно. Эстетическое чутье в человеке развивается весьма стремительно, ибо, даже не полностью отдавая себе отчет в том, чем он является и что ему на самом деле необходимо, человек, как правило, инстинктивно знает, что ему не нравится и что его не устраивает. В антропологическом смысле, повторяю, человек является существом эстетическим прежде, чем этическим (генеративный) (С. 10). Преобладающий генеративный план, характеризующийся установкой на генерализованную референцию и отсутствием пространственно-временной ориентации, наделяет данное речевое произведение сентенционным характером.

С другой стороны, обобщая и концептуализируя свой опыт, автор часто вводит в структуру высказываний метатекстовые средства - глаголы речевого и ментального действия, перформативы, выполняющие авторизующую и контактоустанавливающую функции: я назвал, я позволю себе, я говорю, я не призываю, думается, я не сомневаюсь, я могу сказать, повторяю, скажу только, я полагаю и др., а также средства выражения эпистемической модальности, а именно вводно-модальные слова со значением проблематической достоверности: кажется, вероятно, грубо говоря, возможно, может быть. Обилие таких языковых средств свидетельствует о том, что именно субъект речи выступает в качестве организующей категории данного текста. При выраженной тенденции к генерализации семантико-смыслового плана лекции И. Бродский вербализует такую особенность русской интеллигенции, как стремление к постоянной рефлексии. Автор таким образом приглашает к диалогу, создает стимулы для интеракции.

В структурно-семантическом пространстве анализируемого текста И. Бродского обращают на себя внимание уточняющие повторы: На сегодняшний день чрезвычайно распространено утверждение, будто писатель, поэт в особенности, должен пользоваться в своих произведениях языком улицы, языком толпы (С. 9) или Она, эта литература, не была

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

бегством от истории, ни заглушением памяти... (С. 14). Отметим и часто встречающиеся конструкции с союзом ибо, манифестирующие причинно-следственные связи между сущностями и информирующие о степени достоверности сообщаемого: Ибо там, где прошло искусство, где прочитано стихотворение, они обнаруживают на месте ожидаемого согласия и единодушия - равнодушие и разноголосие. (С. 7) или Ибо, будучи всегда старше, чем писатель, язык обладает еще колоссальной центробежной энергией, сообщаемой ему его временным потенциалом - то есть всем лежащим впереди временем (С. 17). Здесь амплификация, а также экспликация причинно-следственных связей демонстрируют авторский поиск адекватной номинации и точного способа выражения мысли.

Проведенный анализ позволяет сделать вывод о коммуникативной стратегии текста, относящейся к категориям дискурс-анализа (см. [Макаров 2003: 193-194]).

Дискурсивную специфику Нобелевской лекции И. Бродского определяют две стратегические интенциональные установки: стремление автора максимально концептуализировать реальность, взглянуть на нее абстрагированно - с высоты мирового культурного и социального опыта - и при этом персонифицировать повествование. Поэт представляет свою эстетическую и экзистенциально-этическую программу особым, интерпретационным, способом. «При интерпретационной номинации к наблюдению добавляется эмоционально-оценочная реакция, осмысление события, включение его в причинно-следственные связи, что уводит нас от непосредственной наблюдаемости в область трактовок, догадок, логических выводов.» [Золотова и др. 1998: 415].

Обобщая свои наблюдения, отметим, что процедура коммуникативно-грамматического анализа позволяет выявить дискурсивную природу речевого произведения, то есть вскрыть механизмы смыслообразования путем осмысления когнитивных, аргументативных и языковых характеристик коммуникативных регистров речи, селекция и комбинация которых обусловлены авторской интенциональностью.

Методологический вклад лингвистики текста в практику дискурсивного анализа заключается в предоставлении исследователю апробированного инструментария для изучения механизмов текстообразования, гибко адаптирующегося к целям реконструкции смысловой структуры речевого произведения. В свете интеграции дисциплин актуальным представляется положение А.Е. Кибрика о переходе от таксономической, сосредоточенной на вопросе КАК?, к объяснительной ПОЧЕМУ-лингвистике [Кибрик 1995: 219]. Иными словами, лингвистика текста, отвечая на вопрос «Как устроен текст?», создает условия для

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

понимания феномена смыслообразования, выступающего в полной мере предметом дискурсивного анализа.

Список литературы

Арутюнова Н.Д. Дискурс // Лингвистический энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1990. С. 136-137.

Бродский И. Нобелевская лекция // И. Бродский. Стихотворения. Таллинн: Александра; Ээсти раамат, 1991. С. 5-18.

Бурвикова (Зарубина) Н.Д. Закономерности линейной структуры монологического текста: автореф. дис. д-ра филол. наук. М., 1981. 44 с.

Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. М.: Наука, 1981.

139 с.

Голышкина Л.А. Лингвистические основы интерпретации художественного текста в аспекте понимания индивидуального стиля как речевого поведения: автореф. канд. филол. наук. СПб, 2000. 18 с.

Дейк ван Т.А. Язык. Познание. Коммуникация. Изд. 2-е. М.: ЛЕНАНД, 2015. 320 с. Дымарский М.Я. Проблемы текстообразования и художественный текст (на материале русской прозы XIX-XX вв.). СПб: Изд-во СПбГУ, 1999. 284 с.

Золотова Г.А., Онипенко Н.К., Сидорова М.Ю. Коммуникативная грамматика русского языка. М., 1998. 544 с.

Ильенко С.Г. Предложение в текстовом аспекте // Предложение в текстовом аспекте. Вологда, 1985. С. 3-13.

Карасик В.И. Языковые ключи. М.: Гнозис, 2009. 406 с.

Кибрик А.Е. Куда идет современная лингвистика // Лингвистика на исходе XX века: тез. междунар. конф. Т. 1. М., 1995. С. 217-219.

Кожин А.И., Крылова О.А., Одинцов В.В. Функциональные типы русской речи. М.: Высшая школа, 1982. 222 с.

Колесов И.Ю. О значимости некоторых когнитивных моделей в языке // Филология и человек. 2007. № 3. С. 33-45.

Костомаров В.Г., Бурвикова Н.Д. Субъективная модальность как начало дискурсии // Международная юбилейная сессия, посвящ. 100-летию со дня рожд. ак. В.В. Виноградова: тез. докл. М., 1995. С. 238.

Макаров М.Л. Основы теории дискурса. М.: Гнозис, 2003. 280 с. Москальская О.И. Грамматика текста. М.: Высшая школа, 1981. 183 с. Нечаева О.А. Функционально-смысловые типы речи (описание, повествование, рассуждение). Улан-Удэ: Бурятское книжное издание, 1974. 261 с.

Перельман Х., Ольбрехт-Тытека Л. Новая риторика: трактат об аргументации // Язык и моделирование социального взаимодействия. Благовещенск, 1998. С. 207-264.

Тюпа В.И. Пролегомены к теории эстетического дискурса. URL: www.nsu.ru/education/virtual/discourse2_3.htm (дата обращения: 22.05.2016).

Филиппов К.А. Лингвистика текста. СПб: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2007. 331 с. Чернявская В.Е. Лингвистика текста. Лингвистика дискурса. М.: Флинта: Наука, 2013.

208 с.

References

Аrutyunova N.D. Diskurs [Discourse]. Lingvisticheskij ehntsiklopedicheskij slovar' [Linguistic Encyclopedic Dictionary]. M.: Sovetskaya ehntsiklopediya Publ., 1990. Pp. 136-137.

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

Brodskij I. Nobelevskaya lektsiya [Nobel lecture]. Stikhotvoreniya [Poems]. Tallinn: Aleksandra; Ehehsti raamat Publ., 1991. Pp. 5-18.

Burvikova (Zarubina) N.D. Zakonomernosti linejnoj struktury monologicheskogo teksta [Patterns of linear structure monologic text]. M., 1981. 44 p.

Gal'perin I.R. Tekst kak ob"ekt lingvisticheskogo issledovaniya [Text as an object of linguistic research]. M.: Nauka Publ., 1981. 139 p.

Golyshkina L.A. Lingvisticheskie osnovy interpretatsii khudozhestvennogo teksta v aspekte ponimaniya individual'nogo stilya kak rechevogo povedeniya [Linguistic foundations of the interpretation of the literary text in the aspect of understanding of the individual style as a speech behavior]. SPb, 2000. 18 p.

Dejk van T.A. Yazyk. Poznanie. Kommunikatsiya [Language. Cognition. Communication]. Ed. 2. M.: LENAND Publ., 2015. 320 p.

Dymarskij M.Y. Problemy tekstoobrazovaniya i khudozhestvennyj tekst (na materiale russkoj prozy XIX-XX vv.) [Problems of text-formation and the literary text (on the basis of Russian prose of XIX-XX centuries.)]. SPb: SPbGU Publ., 1999. 284 p.

Zolotova G.A., Onipenko N.K., Sidorova M.YU. Kommunikativnaya grammatika russkogo yazyka [Communicative Grammar of the Russian Language]. M., 1998. 544 p.

Il'enko S.G. Predlozhenie v tekstovom aspekte [The sentence in text aspect]. Predlozhenie v tekstovom aspekte [The sentence in text aspect]. Vologda, 1985. Pp. 3-13.

Karasik V.I. Yazykovye klyuchi [Language keys]. M.: Gnozis Publ., 2009. 406 p.

Kibrik A.E. Kuda idet sovremennaya lingvistika [Where modern linguistics goes]. Lingvistika na iskhode XX veka [Linguistics at the end of the XX century]. Vol. 1. M., 1995. Pp. 217-219.

Kozhin A.I., Krylova O.A., Odintsov V.V. Funktsional'nye tipy russkoj rechi [Functional types of Russian speech]. M.: Vysshaya shkola Publ., 1982. 222 p.

Kolesov I.YU. O znachimosti nekotorykh kognitivnykh modelej v yazyke [The importance of some of the cognitive models of language]. Filologiya i chelovek. 2007. No. 3. Pp. 33-45.

Kostomarov V.G., Burvikova N.D. Sub"ektivnaya modal'nost' kak nachalo diskursii [Subjective modality as the beginning of the discourse]. Mezhdunarodnaya yubilejnaya sessiya, posvyashh. 100-letiyu so dnya rozhd. ak. V.V. Vinogradova [International anniversary session dedicated to the 100th anniversary of the birth of ac. V.V. Vinogradov]. M., 1995. P. 238.

Makarov M.L. Osnovy teorii diskursa [Fundamentals of theory of discourse]. M.: Gnozis Publ., 2003. 280 p.

Moskal'skaya O.I. Grammatika teksta [Text grammar]. M.: Vysshaya shkola Publ., 1981.

183 p.

Nechaeva O. A. Funktsional'no-smyslovye tipy rechi (opisanie, povestvovanie, rassuzhdenie) [Functional and meaning types of speech (description, narration, reasoning)]. Ulan-Udeh, 1974. 261 p.

Perel'man Kh., Ol'brekht-Tyteka L. Novaya ritorika: traktat ob argumentatsii [New rhetoric: a treatise on argumentation]. Yazyk i modelirovanie sotsial'nogo vzaimodejstviya [Language and modeling of social interaction]. Blagoveshhensk, 1998. Pp. 207-264.

Tyupa V.I. Prolegomeny k teorii ehsteticheskogo diskursa [Prolegomena to the theory of the esthetic discourse]. Available at: www.nsu.ru/education/virtual/discourse2_3.htm (accessed 22.05.2016).

Filippov K.A. Lingvistika teksta [Text Linguistics]. SPb: SPbGU Publ., 2007. 331 p.

Chernyavskaya V.E. Lingvistika teksta. Lingvistika diskursa [Text Linguistics. Discourse Linguistics]. M.: Flinta: Nauka Publ., 2013. 208 p.

Экология языка и коммуникативная практика. 2017. № 2. С. 66-76

О методологическом вкладе лингвистики текста в практику дискурсивного анализа (на

материале Нобелевской лекции И. Бродского)

Л.А. Голышкина

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ:

Голышкина Людмила Александровна, кандидат филологических наук, доцент, доцент кафедры филологии, декан факультета повышения квалификации Новосибирский государственный технический университет Россия, 630073, Новосибирск, пр. К. Маркса, 20 E-mail: Ludmila200273@mail.ru

ABOUT THE AUTHOR:

Golyshkina Lyudmila Aleksandrovna, Candidate of Philological Sciences, Associate Professor, Associate Professor of the Department of Philology, Dean of the Faculty of In-service Training

Novosibirsk State Technical University 20 ProspektK. Marks, Novosibirsk, 630073, Russia E-mail: Ludmila200273@mail.ru