Экономику разогнали сырье и соцрасходы

Наращивание инвестиций нефтегазовых компаний и всплеск бюджетных вливаний в конце 2021 года ускорили годовой рост ВВП РФ до 4,7%, зафиксировал Росстат. Впрочем, основным его источником стали потребительские расходы, подогретые разовыми социальными выплатами, сверхвысоким уровнем кредитования и сверхнизким уровнем безработицы. В 2022 году, судя по стенограмме экономического совещания Владимира Путина с правительством в пятницу, основной тактикой властей в экономической политике останется поддержка доходов граждан. Это, однако, с высокой вероятностью не ускорит потенциальный рост ВВП, а высокая база 2021 года усложнит и задачу повышения его краткосрочных темпов.

Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ

По первой оценке Росстата, в 2021 году ВВП РФ вырос на 4,7%, полностью компенсировав спад 2020 года и превысив показатель «доковидного» 2019 года на 1,9%. Это на 0,1–0,3 процентного пункта выше прогнозов, притом что такой результат получен на фоне пересмотра статистиками спада экономики в 2020 году с минус 3% до минус 2,7% за счет улучшения оценок динамики строительства, что свидетельствует о заметном его ускорении и в четвертом квартале 2021 года. Хотя Росстат опубликует данные по четвертому кварталу в марте, аналитики VTB Capital считают, что экономика в нем ускорилась до 5,1% годовых против 4,3% в третьем квартале 2021 года, хотя оперативные данные о состоянии частного потребления предсказывали ее замедление (см. “Ъ” от 9 февраля). «Выше тренда оказались те сектора, восстановлению которых способствовали стимулирующая бюджетная политика и мягкие денежные условия: финансовый сектор, оптовая и розничная торговля, строительство»,— отмечают в VTB Capital.

Со стороны использования ВВП ускорение в конце года главным образом обеспечено инвестициями, заявила заместитель главы Минэкономики Полина Крючкова, оценив годовой рост капвложений в 6%.

На такое оживление инвестактивности указывали и опережающие показатели (см. “Ъ” от 29 декабря 2021 года), но оно оказалось недолгим (см. “Ъ” от 27 января и 2 февраля) и вызвано разовыми факторами — всплеском капвложений нефтегазовых компаний для наращивания предложения вслед за повышением квот ОПЕК и традиционным «распечатыванием» бюджетного навеса. «Здесь (на рост капвложений.— “Ъ”) повлиял в первую очередь значительный объем чистой прибыли компаний. Существенную ее часть бизнес вкладывал в развитие, а значит — новые рабочие места. Основной вклад в рост прибыли внесли экспортно ориентированные отрасли, но прибыль росла и в отраслях, ориентированных на внутренний рынок»,— отметила госпожа Крючкова, не пояснив, наблюдался ли во втором случае столь же заметный рост инвестиций. Аналитики же Sberbank SIB указывают, что капзатраты только «Газпромнефти» для обеспечения роста добычи нефти вслед за ослаблением квот ОПЕК+ в четвертом квартале выросли на 73% по сравнению с предыдущим кварталом (до $2,2 млрд).

Неравномерные проинфляционные траты бюджета на инфраструктурные проекты, вызвавшие очередные нарекания ЦБ, стали одним из сюжетов экономического совещания президента с правительством 18 февраля. «Надо проводить эту подготовительную работу, конечно, заблаговременно, чтобы не сталкиваться с ситуацией, когда средства выделяются в авральном режиме, что потом приводит к таким последствиям, о которых сказала председатель Центрального банка»,— пожурил Владимир Путин представителей правительства. Стоит заметить, что причиной неравномерного расходования денег на бюджетные стройки в 2021 году стал и резкий рост цен, что привело к пересмотру смет.

Впрочем, несмотря на инвестиционный всплеск в конце года, в использовании ВВП капвложения росли заметно медленнее частного потребления — 7% против 9,6% соответственно по сравнению с 2020 годом.

«Главным фактором восстановления (экономики в 2021 году.— “Ъ”) стал потребительский спрос — за счет роста доходов»,— отмечает Полина Крючкова. При этом структура использования ВВП сместилась в пользу увеличения доли запасов (с 2% до 2,5%) и чистого экспорта (с 5,2% до 9,6%) — в силу резкого роста цен дефлятор валовой добавленной стоимости в добыче вырос в 1,5 раза на фоне снижения доли накопления основного капитала (с 21,6% до 20%) и конечного потребления домохозяйств (с 50,7% до 49,7%).

Возвращение структуры использования ВВП к традиционной, когда сырьевые доходы трансформируются в потребление (на фоне растущих рисков для частных капвложений), косвенно подтверждают и планы по наращиванию поддержки доходов граждан из сверхплановых поступлений в бюджет. Они также зафиксированы стенограммой пятничного совещания президента с правительством в рамках подготовки послания Федеральному собранию. «…Дополнительных доходов у нас будет 1,5 триллиона — 1,4 триллиона (рублей.— “Ъ”), Минфин говорит, что триллион, и, соответственно, от этого исходит, считает, сколько мы должны будем… направить средств на выполнение растущих социальных обязательств в связи с изменением экономической ситуации в целом: и у нас, и в мире»,— отметил Владимир Путин.

Хотя несвязанные сверхплановые доходы, вероятно, будут направлены на достижение цели по росту реальных располагаемых доходов на 2,5%, вероятность того, что это позволит добиться роста экономики в 2022 году на уровне выше 3%,— нулевая.

Это отмечают не только аналитики инвестбанков, но признают и в ЦБ, который ожидает роста ВВП в 2022 году в интервале 2–3%, но понизил прогноз роста в 2023 году до 1,5–2,5% (с 2–3%). Хотя в начале совещания президент отметил, что «важно обеспечить устойчивое долгосрочное развитие, что называется, повысить темпы потенциального роста российской экономики» (сейчас — от 2%, по оценке ЦБ, до 1,5%, по данным Всемирного банка) — и достигается его увеличение качественными сдвигами в структуре экономики, которых пока не просматривается.