ПРАВО ПОТЕРПЕВШЕГО НА «ЗАКОННЫЙ СУД» И ЕГО РЕАЛИЗАЦИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

УДК 343.132 DOI 10.257247VAMVD.MRST

ББК 67.410.212.2

П. В. Кондрашин

ПРАВО ПОТЕРПЕВШЕГО НА «ЗАКОННЫЙ СУД» И ЕГО РЕАЛИЗАЦИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

Важным шагом реформирования российской уголовной юстиции стало закрепление в Конституции Российской Федерации, а в дальнейшем и в отраслевом законодательстве, права на «законный суд», т. е. на рассмотрение уголовного дела в определенном суде и конкретным судьей, к подсудности которых оно отнесено законом. Указанному праву уделяется существенное внимание, в том числе и со стороны Конституционного Суда Российской Федерации. Автор отмечает, что определяющее значение при решении вопроса о подсудности уголовных дел и о составе суда, которым будет рассмотрено уголовное дело, имеет позиция обвиняемого. Анализируются законодательство, теоретические источники о равноправии сторон, состязательности в уголовном процессе, в том числе при реализации права на «законный суд». На основе судебной практики выявляются проблемные вопросы осуществления данного права потерпевшим, пути их возможного решения. В результате предлагается внести изменения в уголовно-процессуальный закон, которые позволят решить проблему реализации права потерпевшего на «законный суд».

Ключевые слова: подсудность уголовных дел, состав суда, потерпевший, подсудимый, суд, право на «законный суд».

Р. V. Kondrashin

THE RIGHT OF THE VICTIM TO A "LEGAL COURT" AND ITS IMPLEMENTATION IN CRIMINAL PROCEEDINGS

An important step of reforming the Russian criminal justice system has become enshrined in the Constitution, and later on in the sectoral legislation, the right to a "lawful court", i. e. in criminal proceedings in a particular court and a particular judge, to whose jurisdiction it is assigned by law. This right is given significant attention, including by the constitutional Court of the Russian Federation. The author notes that the position of the accused is of decisive importance when deciding on the jurisdiction of criminal cases and the composition of the court that will consider the criminal case. The article analyzes the legislation, theoretical sources on the equality of the parties, and competition in criminal proceedings, including the exercise of the right to a "legal court". On the basis of judicial practice, problematic issues of the implementation of this right by the victim, and ways of their possible solution are identified. As a result, changes to the criminal procedure law are proposed that will solve the problem of implementing the victim's right to a "legal court".

Key words: jurisdiction of criminal cases, composition of the court, victim, defendant, court, right on a "legal court".

Право на «законный суд» в России впервые нормативно закреплено в Конституции Российской Федерации (далее — Конституция РФ) 1993 г. В части 1 статьи 47 Основного закона нашей страны указывается: «Никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом» [1]. Схожее предписание содержится и в ч. 3 ст. 8 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) [2]. Данные установки соответствуют и положениям международно-

правовых актов (например, ст. 10 Всеобщей декларации прав человека, ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах) [3]. В них провозглашается равенство всех перед судом и законом, а также гарантируется право каждого при предъявлении любого уголовного обвинения на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.

На процедурном уровне принцип «законного суда» реализуется через институт подсудности (ст. 30—35 УПК РФ) [4, с. 194]. Его использование позволяет из общей совокупности судебных органов, уполномоченных рассматривать уголовные дела по первой инстанции, определять конкретный суд, а также его состав. Обозначенный порядок дает гарантию независимости и беспристрастности судебного органа, компетентного осуществлять уголовное производство. Вопрос о подсудности, как правило, возникает при назначении и подготовки дела к судебному заседанию. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 227, п. 1 ч. 1 ст. 228 УПК РФ судья обязан осуществить соответствующую проверку именно на этой стадии процесса. В отдельных случаях проблема корректирования подсудности может появиться и при рассмотрении уголовного дела [5].

До вступления в силу УПК РФ функционировали нормы гл. 2 УПК РСФСР «Подсудность». Они предусматривали различные основания и способы изменения установленной законом подсудности уголовных дел. Например, вышестоящий суд был вправе принять к своему производству в качестве суда первой инстанции любое уголовное дело, подсудное нижестоящему суду (ст. 40 УПК РСФСР). Кроме того, закреплялись широкие основания для передачи уголовного дела из суда, которому оно подсудно, в иной судебный орган (ст. 44 УПК РСФСР): «в целях наиболее быстрого, полного и объективного рассмотрения дела, а равно в целях наилучшего обеспечения воспитательной роли судебного разбирательства» [6]. Это означало, что проконтролировать действительную необходимость в изменении подсудности было практически невозможно. Кроме того, в данной неопределенности потенциально закладывались возможности для воздействия на судей в различных и далеких от правосудия целях.

В связи с этим закрепление в Конституции РФ и отраслевом законодательстве права на «законный суд» (как одного из основных начал осуществления уголовного судопроизводства), подробное определение правил подсудности уголовного дела и состава суда (как гарантии данного принципа) является важным шагом реформирования российской уголовной юстиции. Вместе с тем можно сказать об определенном заимствовании данных положений из зарубежного законодательства. В частности, в VI поправке к Конституции США отмечается, что «обвиняемый имеет право на скорый и публичный суд присяжных того штата или округа, где было совершено преступление, причем этот округ должен быть заранее установлен законом...» [7, с. 12].

Обозначенный принцип отражен и в других нормах Конституции РФ (помимо ч. 1 ст. 47), а также он нашел развитие в ряде законодательных актов нашей страны. Причем, как и иные основополагающие идеи, его следует рассматривать в системе принципиальных положений уголовного процесса.

В соответствии со ст. 19 Конституции РФ все равны перед законом и судом. Государством при этом гарантируется равенство прав и свобод, в том числе и при отправлении правосудия судами.

Кроме того, ч. 3 ст. 5 Федерального конституционного закона «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» предусмотрено, что «суды не отдают предпочтения каким-либо органам, лицам, участвующим в процессе, сторонам по признакам их государственной, социальной, половой, расовой, национальной, языковой или политической принадлежности либо в зависимости от их происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, места рождения, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а равно и по другим, не предусмотренным федеральным законом основаниям» [8].

Важно отметить, что принцип равенства граждан перед судом действует одновременно с положением о едином суде и наряду с единством права. В России нет судов, предоставляющих привилегии определенным лицам либо основанных на дискриминации. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом, т. е. имеют равные процессуальные права для отстаивания перед судом своих позиций и защиты своих интересов [9; 10].

Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации» установлено, что судебная система является единой [11]. Единство судебной системы достигается путем формирования нормативной основы, определяющей не только порядок образования, но и порядок осуществления деятельности судов.

Гарантируя каждому судебную защиту прав и свобод, Конституция РФ (ст. 46) тем самым подтверждает приверженность России общепризнанным международным правовым стандартам защиты прав человека и гражданина (ч. 4 ст. 15) и формулирует четкое правовое положение: решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Это положение зафиксировано в качестве принципа в ч. 2 ст. 5 Федерального конституционного закона «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» в следующей

формуле, развивающей тезис ст. 47 Конституции РФ: «Никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде общей юрисдикции и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено настоящим Федеральным конституционным законом и федеральными законами» [10, с. 143—144].

В силу системности положений гл. 2 УПК РФ, закрепляющей принципы уголовного судопроизводства, нормативная идея о «законном суде» тесно связана с состязательностью сторон, которая, в свою очередь, включает в себя равноправие сторон. Исходя из анализа подходов, где обосновывается именно такое соотношение состязательности и равноправия, можно сделать вывод, что элемент «равноправие» по существу является сутью состязательности. Кроме равноправия в содержание состязательности включают еще две составляющие: объективный и беспристрастный суд и наличие сторон. Объективность и беспристрастность суда с большим основанием можно соотнести с другими положениями. В первую очередь, речь идет о содержании ч. 1 ст. 120 Конституции РФ, закрепляющей правило о том, что судьи независимы и подчиняются Конституции РФ и федеральному закону. Именно это является правовой базой, на основе которой можно говорить об объективности суда, требовать ее от суда при совершении любых действий и принятии решений [12, с. 18].

Право на «законный суд» (или, иначе, «право на своего судью») является элементом права на судебную защиту. В соответствии с этим каждый при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения или при определении его гражданских прав и обязанностей имеет право на справедливое публичное разбирательство дела в разумный срок компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона [13].

Независимость судебного органа означает отсутствие у него интереса в исходе дела. Суд находится над спором, при этом оставаясь объективным относительно позиций сторон, которые своим выбором «связывают» суд по вопросам факта и права. Делают это они прямо (учитывая установленный запрет на выход за пределы обвинения) или косвенно [14].

С позиции действия принципа состязательности сторон (ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, ст. 15 УПК РФ) необходимо анализировать и нормативное положение «о праве на своего судью». В некоторых случаях его выбор зависит от мнения подсудимого (обвиняемого). Если суд установит, что находящееся в его производстве уголовное дело подсудно другому судебному органу такого же уровня,

он вправе с согласия подсудимого оставить данное дело в своем производстве, но только в том случае, если уже приступил к его рассмотрению в судебном заседании (ч. 2 ст. 34 УПК РФ).

Так, уголовное дело в отношении П. и У. принято судьей Сосногорского городского суда Г. к производству 1 апреля 2016 г. и рассматривалось до 13 мая 2016 г. с проведением судебных заседаний, с допросом ряда свидетелей, выполнением иных процессуальных действий. После истечения полномочий судьи Г. дело принято к производству судьей Р., который 19 мая 2016 г. вынес постановление о направлении его по подсудности в Ухтинский городской суд. Принимая указанное решение в порядке ч. 1 ст. 34 УПК РФ, судья Р. не учел, что уголовное дело уже было принято судом к производству и назначено постановлением от 1 апреля 2016 г. к рассмотрению по существу. В данном случае, поскольку суд уже приступил к рассмотрению уголовного дела, вопрос об изменении его территориальной подсудности подлежал разрешению в порядке ч. 2 ст. 34 УПК РФ. Суд же мнение подсудимых по этому вопросу не выяснил, данное постановление вынес вне судебного заседания. По апелляционной жалобе подсудимого П., возражавшего против изменения территориальной подсудности уголовного дела, и с учетом проживания потерпевшего (а также свидетелей) в Сосногорском районе, полагавшего возможным его рассмотрение Сосногорским городским судом, указанное постановление апелляционной инстанцией отменено с направлением уголовного дела на новое рассмотрение в тот же суд [15].

Изменение территориальной подсудности уголовных дел по ходатайству стороны возможно и в том случае, если не все участники уголовного судопроизводства по данному делу проживают на территории, на которую распространяется юрисдикция данного суда, и все обвиняемые согласны на изменение территориальной подсудности (подп. «б» п. 2 ч. 1 ст. 35 УПК РФ).

Постановлением Верховного Суда Российской Федерации от 28 марта 2019 г. отказано в удовлетворении ходатайства потерпевшей Б. об изменении территориальной подсудности уголовного дела. Ею была принесена апелляционная жалоба о несогласии с судебным решением. Б. указала, что у суда первой инстанции имелись основания для изменения территориальной подсудности дела, поскольку потерпевшие и подавляющее большинство свидетелей проживают в г. Барнауле Алтайского края. Кроме того, по мнению Б., удаленность места проживания потерпевших и свидетелей

от территории рассмотрения дела (г. Новосибирск), а также состояние их здоровья и материальное положение, несомненно, затрудняют прибытие участников производства в судебное заседание. Потерпевшая Б. просила апелляционную жалобу удовлетворить, постановление отменить и изменить территориальную подсудность уголовного дела. Рассмотрев данную жалобу, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации оставила постановление без изменения и указала, что согласно подп. «б» п. 2 ч. 1 ст. 35 УПК РФ территориальная подсудность уголовного дела может быть изменена, если не все участники уголовного судопроизводства по данному уголовному делу проживают на территории, на которую распространяется юрисдикция данного суда, и все обвиняемые согласны на изменение территориальной подсудности данного уголовного дела. Однако обвиняемый К. возражает против изменения территориальной подсудности и передачи дела для рассмотрения в Алтайский краевой суд, в связи с чем судом принято решение об отказе в удовлетворении ходатайства потерпевшей (подп. «б» п. 2 ч. 1 ст. 35 УПК РФ) [16].

Кроме того, вопрос о составе суда, которым будет рассматриваться уголовное дело, должен быть решен с учетом положений ст. 30 УПК РФ. Согласно указанной норме суд первой инстанции рассматривает уголовные дела в следующем составе:

1) судья федерального суда общей юрисдикции;

2) судья федерального суда общей юрисдикции и коллегия присяжных заседателей;

3) коллегия из трех судей федерального суда общей юрисдикции.

С учетом указанной нормы, а именно пп. 2—3 ч. 2 ст. 30 УПК РФ, решение о том, каким составом суда будет рассматриваться уголовное дело, зависит от ходатайства (по сути мнения) обвиняемого.

При этом потерпевший не наделен правом выбора состава суда. Хотя есть и исключение, при котором мнение потерпевшего учитывается в полной мере. Так, при назначении рассмотрения дела в особом порядке, когда обвиняемый согласен с предъявленным обвинением (гл. 40 УПК РФ), законодатель установил предписание, в соответствии с которым от позиции потерпевшего зависит форма судопроизводства. И в ситуациях несогласия потерпевшего уголовное дело подлежит рассмотрению в общем порядке судопроизводства [17, с. 117].

Следует также обратить внимание и на то, что применительно к процедуре рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных засе-

дателей потерпевший не назван в числе участников процесса, правомочных заявить немотивированный отвод лицам, привлеченным к отправлению правосудия. В соответствии с п. 2 ч. 5 ст. 327 УПК РФ право заявить немотивированный отвод присяжным заседателям (помимо подсудимого и его защитника) предоставлено государственному обвинителю. Потерпевший также является представителем стороны обвинения и полноправным участником процесса. Считаем, что непредоставление потерпевшему права на немотивированный отвод присяжных заседателей ущемляет права потерпевшего [17, с. 91].

Таким образом, именно позиция обвиняемого имеет определяющее значение при решении вопроса о подсудности и составе суда. Предоставление обвиняемым права выбирать в определенных законом случаях суд, на разрешение которого будет передано уголовное дело, является проявлением диспозитивности в уголовном судопроизводстве — вопрос подсудности решается волеизъявлением частного лица [18].

Однако, несмотря на установленные ст. 47 Конституции РФ гарантии на «законный суд» для всех субъектов, в том числе и потерпевших, мнение пострадавшего от преступления физического или юридического лица при решении вопроса об изменении подсудности уголовного дела и формировании состава суда не учитывается.

Помимо этого в ч. 3 ст. 8 УПК РФ содержится запрет на ущемление прав подсудимого на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено самим Кодексом. Об аналогичных правах потерпевшего нет ни слова [19].

Важно учитывать, что согласно п. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ защита прав и законных интересов потерпевших от преступления является назначением российского уголовного судопроизводства. Данное законоположение определяет место потерпевшего в системе уголовно-процессуальных правоотношений.

Лицо, пострадавшее от преступления (а также от запрещенного уголовным законом деяния, совершенного невменяемым), признается потерпевшим независимо от его гражданства, возраста, физического или психического состояния и иных данных о его личности, а также независимо от того, является ли преступление оконченным и установлены ли лица, его совершившие [20].

Части 5 и 7 ст. 42 УПК РФ по-особенному отражают своеобразие процессуального положения потерпевшего в уголовном судопроизводстве. Наряду с процессуальными правами, которыми он, как

сторона, наделен для отстаивания своих законных интересов, на потерпевшего (под страхом уголовной ответственности за отказ от исполнения) возлагается ряд процессуальных обязанностей, связанных с его личным участием в доказывании по уголовному делу, которое, как правило, имеет особое значение, потому что именно потерпевшему зачастую известны такие фактические обстоятельства дела, которые больше не известны никому [21].

Следует согласиться с И. Дикаревым, который считает, что «при решении вопроса о подсудности должно учитываться мнение не только обвиняемых, но также потерпевших, гражданских истцов и гражданских ответчиков. Норма ч. 1 ст. 47 Конституции РФ, согласно которой никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом, в полной мере распространяется и на этих участников уголовного процесса, являющихся полноправными сторонами по делу. И хотя в подп. "б" п. 2 ч. 1 ст. 35 УПК РФ и других указанных выше нормах закона, регламентирующих вопрос подсудности, о потерпевшем, гражданском истце и гражданском ответчике ничего не сказано, игнорирование позиции этих участников процесса относительно передачи уголовного дела в суд означало бы существенное нарушение их права, гарантированного ч. 1 ст. 47 Конституции РФ» [22].

В то же время нет необходимости ставить вопрос о рассмотрении уголовного дела коллегиально или с участием присяжных заседателей в зависимость от мнения потерпевшего, однако такое мнение необходимо учитывать. В противном случае наблюдается приоритет прав обвиняемого и нарушение права потерпевшего на доступ к правосудию. Считаем, что потерпевшему должно быть предоставлено право выразить свое мнение относительно заявленного обвиняемым ходатайства о рассмотрении уголовного дела коллегиально или судом с участием присяжных заседателей. Данное мнение должно быть обоснованным, но не должно быть обязательным для суда. В таком случае будут соблюдены условия состязательности сторон,

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (ред. от 18.02.2020). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

а решение судьи по данному вопросу будет обоснованным и справедливым, учитывающим все обстоятельства, в том числе изложенные в ходатайстве потерпевшего [17].

На практике возможно пренебрежение мнением потерпевшего при решении вопроса об изменении подсудности — такую опасность порождает возможное буквальное толкование указанных положений УПК РФ. Нам представляется, что в целях исключения подобной ситуации целесообразно изменить анализируемые нормы уголовно-процессуального закона и изложить их в следующей редакции:

— подп. «б» п. 2 ч. 1 ст. 35 УПК РФ: «если не все участники уголовного судопроизводства по данному уголовному делу проживают на территории, на которую распространяется юрисдикция данного суда, и все обвиняемые и потерпевшие согласны на изменение территориальной подсудности данного уголовного дела»;

— ч. 2 ст. 34 УПК РФ: «Суд, установив, что находящееся в его производстве уголовное дело подсудно другому суду того же уровня, вправе с согласия подсудимого и потерпевшего оставить данное уголовное дело в своем производстве, но только в случае, если он уже приступил к его рассмотрению в судебном заседании»;

— ч. 3 ст. 8 УПК РФ: «Стороны по делу не могут быть лишены права на рассмотрение уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено настоящим Кодексом»;

— ч. 2 ст. 30 УПК РФ: в пп. 2 и 2.1 после слов «по ходатайству обвиняемого» добавить слова «с учетом мнения потерпевшего»;

— ч. 2 ст. 30 УПК РФ: в п. 3 после слов «при наличии ходатайства обвиняемого» добавить слова «с учетом мнения потерпевшего».

Полагаем, что внесение данных изменений в уголовно-процессуальный закон позволит в некоторой степени решить проблему реализации права на «законный суд» в уголовном процессе не только подсудимого, но и потерпевшего.

1. Constitution of the Russian Federation (Adopted by popular vote on 12 December 1993). Available from: reference and legal system "Con-sultantPlus".

2. Code of Criminal Procedure of the Russian Federation of 18 December 2001. Available from: reference and legal system "ConsultantPlus".

3. Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.); Международный пакт о гражданских и политических правах (принят 16 декабря 1966 г. Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН); Конвенция о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г.) (с изм. от 13.05.2004). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

4. Муравьев К. В. Оптимизация уголовного процесса как формы применения уголовного закона: дис. ... д-ра юрид. наук. Омск, 2017. 505 с.

5. Зинченко В. Г. Спорные моменты подсудности при рассмотрении уголовных дел // Российский юридический журнал. 2014. № 3. С. 84—87.

6. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (утв. ВС РСФСР 27 октября 1960 г.). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

7. Конституция США. Текст и постатейный комментарий. В 2 ч. Ч. 1 / В. А. Власихин [и др.]. М., 1984. 162 с.

8. О судах общей юрисдикции в Российской Федерации: федер. конституционный закон от 7 февраля 2011 г. № 1-ФКЗ (ред. от 06.03.2019) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2019). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

9. Организация и деятельность судов общей юрисдикции: новеллы и перспективы: монография / А. А. Гравина, В. П. Кашепов, О. В. Макарова [и др.]; отв. ред. В. П. Кашепов. М., 2016. Доступ из справ.-правовой системы «Консуль-тантПлюс».

10. Кашепов В. П. Преобразование системы принципов судопроизводства при осуществлении судебной реформы // Журнал российского права. 2017. № 2. С. 138—151.

11. О судебной системе Российской Федерации: федер. конституционный закон от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ (ред. от 30.10.2018). Доступ из справ.-правовой системы «Консультант-Плюс».

12. Барабаш А. С. Публичное начало российского уголовного процесса: автореф. дис. . д-ра юрид. наук. Красноярск, 2006. 410 с.

13. Вилкова Т. Ю., Максимова Т. Ю. Право на законный суд и вопросы подсудности по уголовным делам // Российский судья. 2015. № 12. С. 19—22.

14. Попова Е. И., Гармаев Ю. П. Использование в ходе предварительного расследования норм об особом порядке судебного разбирательства (криминалистический комментарий к нормам

3. Universal Declaration of Human Rights. Adopted by the UN General Assembly on 10 December 1948; International Covenant on Civil and Political Rights. Adopted by the UN General Assembly on 16 December 1966; Convention for the Protection of Human Rights and Fundamental Freedoms of 4 November 1950. Available from: reference and legal system "ConsultantPlus".

4. Muraviev K. V. Optimization of the criminal process as a form of application of the criminal law. Dissertation of the doctor of juridical scienses. Omsk; 2017.

5. Zinchenko V. G. Controversial points of jurisdiction in criminal cases. Russian Legal Journal. 2014; 3. Available from: reference and legal system "ConsultantPlus".

6. Code of Criminal Procedure of the RSFSR (approved by the Supreme Council of the RSFSR on 27 October 1960). Available from: reference and legal system "ConsultantPlus".

7. Vlasikhin V. A., Zhidkov O. A., Nikiforov B. S. (et. al.) U.S. Constitution. Text and article-by-article commentary: at 2 a. m. Vol. 1. Moscow; 1984: 162 p.

8. Federal Constitutional Law of Russian Federation No. 1-FCL of 7 February 2011. "On Courts of General Jurisdiction in the Russian Federation". Available from: reference and legal system "Con-sultantPlus".

9. Gravina A. A., Kashepov V. P., Makarova O. V. (et. al.) Organization and activity of courts of general jurisdiction: innovations and prospects. Monograph. Ed. by V. P. Kashepov. Moscow; 2016. Available from: reference and legal system "ConsultantPlus".

10. Kashepov V. P. Transformation of the System of Principles of Judicial Procedure in the Implementation of Judicial Reform. Journal of Russian Law. 2017; 2: 138—151.

11. Federal Constitutional Law of Russian Federation No. 1-FCL of 31 December 1996. "On the Judicial System of the Russian Federation". Available from: reference and legal system "ConsultantPlus".

12. Barabash A. S. Public beginning of the Russian criminal process. Abstract of dissertation of the doctor of juridical sciences. Krasnoyarsk; 2006: 410.

13. Vilkova T. Yu., Maksimova T. Yu. Right to a legal court and issues of jurisdiction in criminal cases. Russian judge. 2015; 12: 19—22.

14. Popova E. I., Garmayev Yu. P. Use in the course of preliminary investigation of norms on special procedure of trial (forensic comment to norms of Chapter 40 of the Code of Criminal Pro-

главы 40 УПК РФ). 2015. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

15. Обзор апелляционной практики по уголовным делам за июль 2016 года (подготовлен Верховным судом Республики Коми). Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

16. Апелляционное определение Верховного Суда Российской Федерации от 14 мая 2019 г. № АПЛ19-188. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

17. Абозин Р. В. Соотношение прав и обязанностей потерпевшего и подсудимого в судебных стадиях уголовного процесса: дис. ... канд. юрид. наук. Владимир, 2011. 226 с.

18. Кругликов А., Дикарев И. Подсудность уголовных дел при наличии альтернативы // Российская юстиция. 2003. № 2. С. 32.

19. Бойко А. И. Битый небитого везет? // Судья. 2017. № 11. С. 7.

20. О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве: постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. № 17 (ред. от 16.05.2017). Доступ из справ.-правовой системы «Консультант-Плюс».

21. Безлепкин Б. Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). 14-е изд., перераб. и доп. М., 2017. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

22. Дикарев И. Проблемы применения альтернативной подсудности в уголовном процессе // Уголовное право. 2010. № 1. URL: https://wiselawyer.ru/ poleznoe/48087-problemy-primeneniya-altemativnoj-podsudnosti-ugolovnom-processe (дата обращения: 18.01.2020).

© Кондрашин П. В., 2020

cedure of the Russian Federation). 2015. Available from: reference and legal system "ConsultantPlus".

15. Review of Appeal Practice in Criminal Cases for July 2016 (prepared by the Supreme Court of the Republic of Komi). Available from: reference and legal system "ConsultantPlus".

16. Appeal Decision of the Supreme Court of the Russian Federation No. APL19-188 of 14 May 2019. Available from: reference and legal system "Con-sultantPlus".

17. Abozin R. V. The ratio of the rights and obligations of the victim and the defendant in the judicial stages of the criminal process. Dissertation of the candidate of juridical sciences. Vladimir; 2011.

18. Kruglikov A., Dikarev I. Jurisdiction of criminal cases if there is an alternative. Russian Justice. 2003; 2: 32.

19. Boyko A. I. Beaten unbeaten is lucky? Judge. 2017; 11: 7.

20. Decision of the Plenum of the Supreme Court of Russian Federation No. 17 of 29 June 2010. "On the Practice of Application by the Courts of the Rules Governing the Participation of the Victim in Criminal Proceedings". Available from: reference and legal system "ConsultantPlus".

21. Beslepkin B. T. Comment to the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation (article-by-article). 14th ed., revised and supplemented. Moscow; 2017. Available from: reference and legal system "ConsultantPlus".

22. Dikarev I. Problems of alternative jurisdiction in criminal proceedings. Criminal law. 2010; 1. Available from: https://wiselawyer.ru/poleznoe/48087-problemy-primeneniya-alternativnoj-podsudnosti-ugolovnom-processe. Accessed: 18 January 2020.

© Kondrashin P. V., 2020

Кондрашин Павел Викторович,

судья Кировского районного суда г. Красноярска;

e-mail: kondrashina_05@mail.ru

Kondrashin Pavel Viktorovich,

judge of the Kirovsky District court of Krasnoyarsk;

e-mail: kondrashina_05@mail.ru

***