О чем мечтает каждый губернатор

Игорь Сечин и Сергей Шойгу договорились о строительстве большого НПЗ в Подмосковье. А заодно и поставили под вопрос перспективы российской нефтяной промышленности.

Собственный НПЗ — мечта любого российского губернатора. Пусть не в частной собственности: самогонный аппарат за несколько миллиардов долларов декларация о доходах позволяла, пожалуй, лишь Роману Абрамовичу, даже семейному бюджету четы Лужковых это было не под силу. И все же появление в области нефтепереработки сулит неисчерпаемые выгоды: дополнительные доходы бюджета, инвестиции, рабочие места, сырье для дорожного строительства и т. д. Не говоря уже о том, чтобы встроить в сбытовые цепочки НПЗ торговый домик кума, сына, брата или свата. Миллиардером не станешь, но обеспечить благосостояние потомков поколения на три сможешь.

Сергей Шойгу работает на посту губернатора Подмосковья считанные дни, но мечту об НПЗ уже почти успел претворить в жизнь. На Петербургском экономическом форуме Московская область подписала соглашение с "Роснефтью": похоже, рядом с Коломной за $7 млрд и 2,5-3 года построят нефтепереработку, рассчитанную на 12 млн тонн нефти в год.

На первый взгляд, прекрасная и своевременная идея: количество машин в регионе растет, бензина им нужно не только больше, но и лучшего качества. А современный НПЗ даст не только моторное и авиационное топливо стандарта Евро-5, но и "более 500 тыс. тонн современного модифицированного битума для строительства и ремонта автодорог" (цитата с сайта "Роснефти").

Увы, все не так просто. В регионе есть достаточные мощности: Московский НПЗ в среднесрочной перспективе вполне способен удовлетворять потребности и города, и области. У жителей Капотни, конечно, есть к нему вопросы с точки зрения экологии, но его хозяева (государственная же "Газпром Нефть") давно занимаются модернизацией. Ценой вложений, куда меньших $7 млрд, вопросы экологии можно снять навсегда.

Да и реальные расходы на НПЗ окажутся больше. И не только потому, что фактические затраты почти всегда оказываются раза в полтора выше сметных — это знает любой, кто сталкивался хотя бы с ремонтом квартиры. Дело еще и в том, что пропускной способности трубопроводов в регионе просто недостаточно для дополнительных 12 млн тонн в год.

Но и это мелочи по сравнению с тем, что стране просто не нужны новые перерабатывающие мощности. Увеличением глубины переработки на существующих НПЗ можно закрыть все потребности страны в топливе — даже с учетом прогнозов их роста. В октябре 2011 года именно на основании этих расчетов была изменена схема налогообложения нефтяной отрасли.

С ее помощью пытались победить позорную практику: российским компаниям было выгодно удерживать низкую глубину переработки, большая же часть экспортируемых нефтепродуктов (мазут и дизтопливо) были сырьем для иностранных переработчиков. Поэтому было принято решение сделать экспорт темных фракций невыгодным, стимулировать модернизацию, увеличение производства качественного топлива. А параллельно нарастить экспорт нефти, заодно обеспечив загрузку существующих и строящихся нефтепроводов. Собеседники "Денег" в нефтяной отрасли рассказывали про десятки правительственных совещаний, которые за несколько последних лет провел всемогущий куратор российского ТЭКа Игорь Сечин (ныне — глава "Роснефти"), прежде чем государство все же решилось на эту реформу.

Ее цель, заметим, не только увеличение эффективности ключевой отрасли нашей экономики, но и стимулирование инвестиций в добычу нефти. Без них и добыча, и экспорт, и бюджетные доходы уже в скором времени начнут падать. Что чревато проблемами — от социальных до геополитических.

Теперь же вся эта логика, похоже, приносится в жертву. Чему же? Господин Шойгу сам и объяснил: дескать, у области появится возможность влиять на тарифную политику. Ручное управление, ничего особенного. Даже если не задавать вопросов, кто заработает на этом проекте, понятно, кто потеряет: нефтяная отрасль, утратившая предсказуемость регулирования, и страна в целом. Ну что ж, не привыкать.