Правовая регламентация ответственности за уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иным способом по уголовным кодексам России

Горелов С.М.,

Правовая регламентация ответственности за уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иным способом

по уголовным кодексам России

Уголовная ответственность за уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем членовредительства, симуляции болезни или иным способом предусматривалась в отечественном законодательстве во всех уголовных кодексах РСФСР с некоторыми особенностями, характерными для каждого издания названного нормативного акта. Кроме того, указанный состав преступления против порядка прохождения военной службы был известен еще и в дореволюционной России.

Однако, несмотря на это обстоятельство, впервые термин «членовредительство» как основная составляющая данного преступления на законодательном уровне применяется только в законе Верховного Совета СССР «Об уголовной ответственности за воинские преступления» от 25 декабря 1958 г., ст. 13 которого называлась «Уклонение от воинской службы путем членовредительства или иным способом» и содержала уголовно-правовую норму об ответственности за уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем членовредительства или иным способом [1, с. 62].

Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. согласно п. 1 постановления ВЦИК «О введении в действие Уголовного Кодекса РСФСР» с 1 июня 1922 г. был введен в действие на всей территории РСФСР [2, с. 5] и в главе 7 предусматривал преступления против военной службы, или воинские преступления.

Кроме самовольного оставления части или места службы, противозаконное уклонение военнослужащих от несения военной службы по УК РСФСР 1922 г. могло быть совершено и путем причинения какого-либо повреждения здоровью или путем иного обмана. Ответственность за данное деяние предусматривалась в ст. 206, редакционно изложенной первоначально следующим образом:

«Уклонение военнослужащего от несения военной службы или от участия в боевых действиях путем причинения себе какого-либо повреждения или путем иного обмана (симуляция глухоты, немоты, слепоты, душевной болезни и т.п.), подстрекательство к совершению сего деяния и способствование ему - карается наказаниями, предусмотренными в ст. 204».

Статья 204 УК РСФСР 1922 г. предусматривала уголовную ответственность за побег, т.е. самовольное оставление части или места службы с целью уклонения от несения военной службы или от участия в боевых действиях, за совершение которого предусматривалось наказание в виде лишения свободы на срок до 3 лет с конфискацией или без конфискации имущества, а в военное время или при боевой обстановке - высшей мерой наказания или лишением свободы со строгой изоляцией на срок не ниже 3 лет с конфискацией имущества.

В такой редакции ст. 206 УК просуществовала недолго, и постановлением 4-й сессии IX созыва ВЦИК от 11 ноября 1922 г. в нее были внесены изменения с добавлением отдельной части о совершении данного деяния в военное время или при боевой обстановке.

Таким образом, в новой редакции ст. 206 УК уже излагалась следующим образом: «Уклонение военнослужащего от несения военной службы путем причинения себе какого-либо повреждения или путем иного обмана (симуляция глухоты, немоты, слепоты, душевной болезни и т.п.), подстрекательство к совершению сего деяния и способствование ему караются лишением свободы на срок до трех лет с конфискацией или без конфискации имущества.

Те же деяния, учиненные в военное время или в боевой обстановке, караются высшей мерой наказания или лишением свободы со строгой изоляцией на срок не ниже трех лет с конфискацией имущества» [2, с. 26].

В уголовно-правовой науке того времени существовало следующее представление о составе уклонения от исполнения обязанностей военной службы путем членовредительства или иным способом: субъектом данного преступления признавался только военнослужащий, а подстрекателем или пособником могли быть как военнослужащие, так и частные граждане (гражданские лица).

С объективной стороны, рассматриваемый состав преступления мог выражаться не только в полном освобождении от военной службы, но и в более или менее длительном уклонении от несения службы, и считался оконченным с момента, когда военнослужащий установленным порядком получал освобождение от несения военной службы. Кратковременное освобождение (от строевых занятий, нарядов и т.п.) влекло за собой наказание в порядке дисциплинарного устава.

Уклонение от исполнения обязанностей военной службы могло быть совершено путем причинения лицом себе какого-либо повреждения или путем иного обмана [3, с. 121].

Под повреждением понималось причинение военнослужащим себе какого-либо телесного повреждения -отрубание пальцев, растравление раны, прием веществ, вызывающих расстройство здоровья, и т.д.

Иной обман по УК РСФСР 1922 г. заключался исключительно лишь в симуляции физических недостатков: глухоты, немоты, слепоты, душевной болезни и т.п. Указанный перечень не носил исчерпывающего характера,

однако перечисление только физических и психических недостатков дает нам основания предполагать, что законодатель имел в виду исключительно симуляцию различных заболеваний, дающих право на освобождение от обязанностей военной службы. Поэтому вопрос об уклонении от несения службы путем, например, представления виновным командованию подложного документа о болезни, если и возможно было подводить под действие ст. 206 УК РСФСР, то только путем применения ст. 10 УК, согласно которой, в случае отсутствия в Уголовном кодексе прямых указаний на отдельные виды преступлений, наказания или меры социальной защиты могли применяться согласно статьям Уголовного кодекса, предусматривавшим сходные по важности и роду преступления, с соблюдением правил Общей части Кодекса.

Данное положение нашло свое закрепление в Циркуляре НКЮ № 48 «О введении в жизнь Уголовного Кодекса» от 8 июня 1922 г., согласно которому «по общему правилу наказание и другие меры социальной защиты могут применяться судами лишь в отношении деяний, точно указанных в Уголовном кодексе. Изъятие из этого правила допускается лишь в тех исключительных случаях, когда деяние подсудимого, хотя точно и не предусмотрено УК, но суд признает его явно опасным с точки зрения основ нового правопорядка, установленного Рабоче-Крестьянской властью, но не законов свергнутых правительств. В этих случаях меры социальной защиты применяются согласно статьям УК, предусматривающим наиболее сходные по важности и роду преступления с соблюдением правил Общей части Уголовного кодекса» [2, с. 26].

Таким образом, законодатель пытался предусмотреть такие общественно опасные деяния, которые хотя и не были включены в действующий в то время УК, однако представляли большую общественную опасность.

Кроме того, вопрос о незначительных по своему характеру преступлениях передавался на усмотрение суда, и в целом следственно-судебная практика того периода сводилась к применению за совершение в первый раз преступных деяний небольшой тяжести, которые не содержали в себе других преступлений, мер дисциплинарного воздействия, предусмотренных Дисциплинарным уставом Красной армии 1919 г. (Дисциплинарный устав РККА). Такие рекомендации давались в одном из Циркуляров Верховного суда (в дополнение к № 202 1922 г.): «По нарушениям и проступкам маловажным и незначительным, не повлекшим за собою каких-либо вредных последствий и совершенных в первый раз и по явной несознательности или невежеству, или смягчающих или оправдывающих обстоятельствах, налагать на виновных военнослужащих взыскания по правилам устава дисциплинарного, выносить уголовные приговоры лишь в случаях совершения этих проступков и нарушений во второй раз или хотя бы и впервые, но при корыстных или злонамеренных целях» [2, с. 401].

Например, незначительным по тяжести предлагалось считать причинение виновным себе такого телесного повреждения, в результате которого он получал освобождение от исполнения должностных обязанностей на непродолжительное время (3-4 дня).

С субъективной стороны, данное деяние могло совершаться только с умышленной формой вины.

31 октября 1924 г. на заседании II сессии постановлением ЦИК СССР было утверждено «Положение о воинских преступлениях», которое включало 19 статей, девятая из которых устанавливала ответственность за уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем членовредительства или иным способом и включала в себя следующие положения: «Уклонение военнослужащего от военной службы путем причинения себе какого-либо повреждения или симуляции такового (глухоты, немоты, слепоты, душевной болезни и т.п.) или путем подлога документов, подстрекательство к совершению этого деяния или способствование ему -влекут за собой применение меры социальной защиты в виде лишения свободы на срок до 3 лет с конфискацией имущества или без таковой.

Те же деяния, учиненные в военное время или при боевой обстановке, влекут за собой - высшую меру социальной защиты и при смягчающих обстоятельствах - лишение свободы со строгой изоляцией на срок не ниже 3 лет с конфискацией имущества».

Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. был утвержден постановлением ВЦИК от 22 ноября 1926 г. «О введении в действие Уголовного Кодекса РСФСР редакции 1926 года» и с 1 января 1927 г. вступил в силу на всей территории страны [4, с. 5].

Ответственность за совершение преступлений против военной службы в УК РСФСР 1926 г. предусматривалась в его главе IX под названием «Преступления воинские», которая первоначально состояла из 19 статей (1931-19319 УК РСФСР), восприняв редакцию Положения о воинских преступлениях 1924 г. Такая структура главы о преступлениях против военной службы в дальнейшем в связи с принятием в 1927 г. нового Положения о воинских преступлениях претерпела изменения, т.е. полностью заменена новой редакцией Положения о воинских преступлениях.

Ответственность за уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем членовредительства или иными способами сначала предусматривалась в ст. 1939УК, которая не имела названия и была приведена в редакции, дословно воспроизводившей ст. 9 Положения о воинских преступлениях 1924 г.

В отличие от ст. 206 УК РСФСР 1922 г. в изложении объективной стороны преступления, предусмотренного в ст. 1939 УК РСФСР 1926 г., появляется такой способ совершения уклонения от исполнения обязанностей военной службы, как подлог документов, привлечение к ответственности за совершение которого ранее возможно было только с применением ст. 10 УК 1922 г. Однако надо отметить, что добавление в УК такого

способа не давало возможности полностью охватить все возможные способы совершения уклонений, в связи с чем законодатель в ст. 16 УК 1926 г. сохранил положение предыдущего УК, допускавшего применение уголовного закона по аналогии.

В ст. 1939 УК сохраняется норма об ответственности за уклонение от исполнения обязанностей военной службы, совершенное в военное время или при боевой обстановке, однако появляется также и такой квалифицирующий признак, как совершение указанного преступления при смягчающих обстоятельствах, перечень которых был дан в ст. 48 УК.

Данная редакция главы о воинских преступлениях в УК РСФСР 1926 г. просуществовала недолго, поскольку постановлением ЦИК и СНК СССР от 27 июля 1927 г. было утверждено новое Положение о воинских преступлениях, которое было включено в главу IX УК РСФСР 1926 г. под названием «Воинские преступления», полностью заменив главу в редакции Положения о воинских преступлениях 1924 г.

Уклонению от исполнения обязанностей военной службы путем членовредительства или иным способом в новом Положении о воинских преступлениях были посвящены две статьи (ст. 12 и 13). Статья 12 состояла из трех пунктов и редакционно излагалась следующим образом:

«Уклонение от выполнения обязанностей военной службы путем причинения себе какого-либо повреждения или путем симуляции болезни, или путем подлога документов либо иного обмана - влечет за собой лишение свободы со строгой изоляцией или без таковой на срок до трех лет (п. "а").

То же деяние, совершенное в военное время или в боевой обстановке, - влечет за собой высшую меру социальной защиты с конфискацией имущества (п. "б").

Деяние, предусмотренное п. "б" настоящей статьи, при наличии смягчающих обстоятельств - влечет за собой лишение свободы со строгой изоляцией на срок не ниже трех лет с конфискацией имущества (п. "в")».

Статья 13 предусматривала, что за «уклонение от несения обязанности военной службы, в частности под предлогом религиозных или иных убеждений при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных другими статьями Положения, - влечет меры социальной защиты, предусмотренные ст. 2» [5, с. 230, 231].

В УК РСФСР 1926 г. все изложенные статьи Положения о воинских преступлениях были включены под соответствующими номерами (ст. 12 стала ст. 19312УК РСФСР, а ст. 13 - ст. 19313).

Главное отличие ст. 19312УК РСФСР от предыдущей ее редакции заключалось в закреплении в диспозиции указанной статьи возможности совершения уклонения от исполнения обязанностей военной службы наряду с подлогом документов также и путем иного обмана. Кроме того, законодатель особо выделял ранее неизвестный способ совершения уклонения от исполнения обязанностей военной службы - уклонение под предлогом религиозных или иных убеждений.

Постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1934 г. ст. 12 Положения о воинских преступлениях от 1927 г. была изложена в следующей редакции: «Уклонение военнослужащего от несения обязанностей военной службы путем причинения себе какого-либо повреждения или путем симуляции болезни, подлога документов или иного обмана - карается лишением свободы на срок до 5 лет (п. "а").

То же преступление при наличии отягчающих обстоятельств карается лишением свободы на срок не ниже трех лет (п. "б").

То же преступление, совершенное в военное время или боевой обстановке, карается высшей мерой уголовного наказания - расстрелом с конфискацией всего имущества (п. "в")» [5, с. 345, 346].

Аналогичные изменения были внесены и в ст. 19312 УК РСФСР 1926 г., а основным отличием новой редакции стало усиление наказания за совершение рассматриваемого нами состава преступления.

В таком виде рассматриваемые статьи УК РСФСР 1926 г. просуществовали достаточно долгий период времени вплоть до принятия в 1960 г. нового УК РСФСР. Следует также особо отметить, что описанные выше уголовно-правовые нормы выполняли возложенные на них функции и во время Великой Отечественной войны, а применение такой редакции УК РСФСР было возможно, в том числе, и в военное время, поскольку там имелись положения об ответственности за совершение воинских преступлений в условиях войны, и «скромными и скупыми средствами удалось Особенной части уголовного права своевременно и эффективно реагировать на новые формы преступности и на повышение во время войны опасности некоторых видов преступлений, известных в мирное время. Потребовалось только принятие немногочисленных Указов Президиума ВС СССР, устанавливавших новые составы преступлений» [6, с. 434]. Однако необходимо обратить внимание на то, что изменения в законодательстве, произведенные во время Великой Отечественной войны, рассматриваемый состав преступления не затронули.

Дальнейшее развитие отечественного законодательства об уклонении от исполнения обязанностей военной службы путем членовредительства или иным способом, как и остальные преступления против военной службы, связано с принятием Верховным Советом СССР Закона «Об уголовной ответственности за воинские преступления» от 25 декабря 1958 г.

Данный Закон важен потому, что впервые термин «членовредительство» применительно к преступлениям против военной службы появился на законодательном уровне и включен в название и текст диспозиции его ст. 13 (Уклонение от воинской службы путем членовредительства или иным способом), установившей ответственность за совершение следующих деяний:

«Уклонение военнослужащего от несения обязанностей военной службы путем причинения себе какого-либо повреждения (членовредительство) или путем симуляции болезни, подлога документов или иного обмана, а равно отказ от несения обязанностей военной службы - наказывается лишением свободы на срок от 3 до 7 лет (п. "а"). Те же деяния, совершенные в военное время или в боевой обстановке, - наказываются смертной казнью или лишением свободы на срок от пяти до десяти лет (п. "б")» [1, с. 62].

В Уголовном кодексе РСФСР 1960 г., утвержденном Законом РСФСР от 27 октября 1960 г., ответственность за совершение преступлений против военной службы предусматривалась в главе 12, которая называлась «Воинские преступления» и состояла из 33 статей (ст. 237-269).

Статья 13 Закона об уголовной ответственности за воинские преступления 1958 г. была включена в УК РСФСР 1960 г. под номером 249, и данное в них понятие уклонения от исполнения обязанностей военной службы путем членовредительства или иным способом практически ничем не отличалось от изложенного в ст. 19312 ук РСФСР 1926 г., но имело свои особенности.

Так, ст. 249 УК 1960 г. впервые в советском уголовном законодательстве в качестве способа совершения рассматриваемого состава преступления предусматривала отказ от несения обязанностей военной службы, который, однако, был известен Воинскому уставу о наказаниях 1869 г. Его объективная сторона заключалась лишь в волеизъявлении военнослужащего, который, не имея уважительных на то причин или обстоятельств, руководствуясь только своими внутренними мотивами, например, нежеланием исполнять возложенные на него обязанности, отказывается от их выполнения. При этом, в отличие от нормы, закрепленной в ст. 1251 Воинского устава, в ст. 249 УК 1960 г. отсутствует такой признак, как «упорный» отказ, что подразумевает ответственность за совершение первого же такого отказа [7, с. 398].

Ответственность за совершение таких уклонений в мирное время по УК РСФСР 1960 г. усиливалась, и максимальный срок наказания в виде лишения свободы был увеличен с 5 до 7 лет, причем одновременно возрастал и его минимальный порог, установленный в размере 3-х лет. Однако за совершение того же преступления в военное время или в боевой обстановке ответственность, напротив, смягчалась и в качестве альтернативы смертной казни с конфискацией всего имущества как единственного вида наказания по УК РСФСР 1926 г. возможно было применение лишения свободы на срок от 5 до 10 лет.

Уклонение путем членовредительства или иным способом могло носить временный или постоянный характер, что заключалось в освобождении от несения военной службы вообще или от исполнения отдельных видов воинских обязанностей (например, от несения караульной службы) и признавалось оконченными с момента фактического уклонения или отказа лица от несения обязанностей военной службы.

Субъективная сторона рассматриваемого преступления характеризовалась прямым умыслом, а также наличием цели на постоянное или временное, полное или частичное уклонение от несения обязанностей военной службы.

В рассмотренной редакции ст. 249 УК РСФСР 1960 г. просуществовала вплоть до 1997 г., когда ему на смену пришел новый кодекс теперь уже Российской Федерации. Следует также отметить, что за более чем тридцатипятилетнее существование данного Кодекса в его ст. 249 не было внесено ни одного изменения.

13 июня 1996 г. Государственной думой Российской Федерации был принят УК РФ, который вступил в силу с 1 января 1997 г., явившийся единственным источником уголовного и военно-уголовного законодательства России. Рассматриваемому составу преступления посвящена ст. 339 «Уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иными способами», разместившаяся в главе 33 раздела XI УК РФ, имеющих одинаковые названия «Преступления против военной службы». Данная статья состоит из двух частей и определяет в качестве наказуемых следующие деяния:

1. Уклонение военнослужащего от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или причинения себе какого-либо повреждения (членовредительство), или подлога документов, или иного обмана наказывается ограничением по военной службе на срок до одного года либо арестом на срок до шести месяцев, либо содержанием в дисциплинарной воинской части на срок до одного года (ч. 1).

2. Согласно ч. 2 общественно опасными признаны те же деяния, совершенные в целях полного освобождения от исполнения обязанностей военной службы, которые наказываются лишением свободы на срок до семи лет.

Отличие ст. 339 УК РФ от ст. 249 УК РСФСР заключается в том, что в ней отсутствует ответственность за совершение преступлений в военное время или боевой обстановке, а ч. 3 ст. 331 УК РФ определяет, что разрешение данного вопроса определяется законодательством Российской Федерации военного времени, которого, к сожалению, до настоящего времени нет, хотя потребность в нем имеется, о чем свидетельствует практика ведения боевых действий в Чечне.

Кроме того, анализ ст. 249 УК РСФСР и ст. 339 УК РФ показывает, что ныне действующий УК отличается более мягкими видами наказаний за членовредительство, а также в УК РФ отсутствует ранее существовавший способ совершения уклонения - отказ от несения обязанностей военной службы.

Подводя итог историческому очерку становления и развития законодательства об ответственности за уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни, членовредительства или иным способом, можно сделать вывод, что данный состав издавна известен российскому уголовному праву и

не является для него новым, о чем свидетельствует анализ первых законодательных актов Судебника 1551 г., в котором в ст. 61 речь идет о «градском здавце», т.е. о начальнике укрепленного города, который добровольно сдал его неприятелю. За совершение указанного преступления было предусмотрено наказание в виде смертной казни [8, с. 36], что, на наш взгляд, было связано с совершением преступления в условиях ведения боевых действий.

Однако впервые преступления против порядка прохождения военной службы определены в Уставе ратных, пушкарских и других дел, касающихся военной науки 1621 г., нормы военно-уголовного характера в котором были помещены в отдельной главе «О статейной росписи пушкарей», где говорилось об ответственности за совершение воинских преступлений, в том числе и за самовольное оставление службы, самовольную отлучку от пушки [9].

Кроме того, рассматриваемый состав преступления об уклонении от исполнения обязанностей военной службы встречается также в Воинском уставе о наказаниях 1869 г.

Таким образом, сравнительный анализ уголовных кодексов России, предусматривавших ответственность за уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иным способом, свидетельствует, с одной стороны, о преемственности указанных уголовных кодексов, а с другой - раскрывает социально-политические условия, вызывавшие необходимость замены УК в соответствующий период.

Литература

1. Захаров Н.С. Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР (1953-1991 гг.). Казань: Казанский ун-т, 1992.

2. УК РСФСР с постатейно-систематизированными материалами / Под ред. С.С. Аскарханова. М.: НКЮ РСФСР, 1925.

3. Змиев Б. Уголовное право. Особенная часть. Казань: Красный Печатник, 1925. Вып. II.

4. УК РСФСР ред. 1926 г. с постатейно-систематизированными материалами / Под ред. С.С. Аскарханова. М.: НКЮ СССР, 1927.

5. Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР 1917-1952 гг. М.: Госюриздат, 1953.

6. Герцензон А.А. История советского уголовного права 1917-1947 гг. М.: Юриздат, 1948.

7. Лазаревский Н.И. Законодательные акты переходного времени (1904-1908 гг.). СПб.: Юрид. книжный склад «Право», 1909.

8. Судебники Русского государства. Горький: ГГПИ, 1939.

9. Бобровский П.Р. Очерк истории военно-судебных учреждений в России до кончины Петра Великого. СПб., 1837.