ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ РАЗВИТИЯ ЭКОЛОГО-ИНДУСТРИАЛЬНОГО ПРОСТРАНСТВА

DOI: 10.29141/2658-5081-2020-21-4-2

JEL classification: Q57

Е. О. Вегнер-Козлова Институт экономики УрО РАН; Уральский федеральный университет

им. первого Президента России Б. Н. Ельцина, г. Екатеринбург, Российская Федерация О. М. Гуман Уральский государственный горный университет, г. Екатеринбург,

Российская Федерация

Теоретико-методологические аспекты развития эколого-индустриального пространства

Аннотация. Современное общество столкнулось с необходимостью удовлетворения противоречащих, на первый взгляд, потребностей - достижения экономического благосостояния и сохранения экологической безопасности. С одной стороны, увеличивающиеся объемы загрязнения окружающей среды ставят под угрозу системы жизнеобеспечения. С другой стороны, экономические проблемы все чаще приводят к финансовой нестабильности. В связи с этим назрела необходимость перехода к более устойчивой эко-лого-экономической системе, что требует дополнительных исследований в этой сфере. Статья посвящена циркулярной экономике как инструменту формирования эколого-индустриального пространства для достижения целей устойчивого развития на основе принципов рыночной организации и исторически сложившихся социально-экономических отношений. Методологическую базу исследования составили концептуальные положения теории циркулярной экономики и теории социального пространства. В работе использовались методы дедуктивно-индуктивного познания, метод анализа и синтеза, статистический, сравнительный и причинно-следственный анализ, факторный анализ, исторический метод, дающий возможность учесть исторические, социальные и культурные особенности экономики. Результатами исследования являются: 1) выделение в социальном пространстве эколого-индустриального подпространства, позволяющего уточнить специфику взаимодействия акторов социального пространства, заинтересованных в одновременном удовлетворении потребностей экономического развития и создания устойчивой экосистемы; 2) разработка системы оценки циркулярной экономики с точки зрения эколого-индустриального взаимодействия. Научная значимость указанных результатов заключается в уточнении знаний об экологическом аспекте функционирования индустриальных регионов. Потенциал циркулярной экономики может способствовать повышению энергоэффективности, снижению загрязнения окружающей среды, а также созданию эффективных способов производства и потребления. Предложенная система оценки циркулярной экономики позволяет определить динамику объема негативной нагрузки на экосистему, что предоставляет органам власти возможность целенаправленно способствовать экологизации индустриального развития.

Ключевые слова: циркулярная экономика; устойчивое развитие; экономическое пространство; социальное пространство; эколого-индустриальное пространство; фреймворк «ЗЯ», «ЮЯ».

Благодарности: Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) в рамках научного проекта № 20-010-00558.

Для цитирования: Вегнер-Козлова Е. О., Гуман О. М. (2020). Теоретико-методологические аспекты развития эколого-индустриального пространства // Journal of New Economy. Т. 21, № 4. С. 28-44. DOI: 10.29141/2658-5081-2020-21-4-2 Дата поступления: 20 сентября 2020 г.

Введение

Необходимость перехода к более устойчивой социально-экономической системе обусловлена насущной потребностью установления баланса экономических и экологических интересов. С одной стороны, цели достижения конкурентоспособности, роста и развития экономики, снижения уровня безработицы не предполагают включения экологической стабильности в разряд первостепенных задач. С другой стороны, деградация экологических систем, проявляющаяся в чрезмерном загрязнении почв, воды и воздуха, а также в образовании значительных объемов отходов, отрицательно сказывается в том числе и на экономических показателях, так как негативное воздействие на экосистему снижает качество и уменьшает количество природных и человеческих ресурсов. Конструктивная переориентация на нормы устойчивого развития требует активного взаимодействия всех заинтересованных сторон: общественных, экономических и экологических институтов, государственных, региональных и местных органов власти, населения, научных кругов, бизнес-сообщества.

Ранее хозяйственная деятельность рассматривалась в рамках единой для всех стран линейной схемы, предполагающей последовательно сбор и извлечение ресурсов, производство продукта, передачу продукта потребителю и утилизацию продукта. Однако необходимость совмещения экономического развития с экологической безопасностью заставила обратить внимание на возможности нелинейной (циркулярной) экономической системы. Циркулярная экономика (ЦЭ) - это инициатива устойчивого развития, направленная на снижение линейности общественных систем производства и потребления.

ЦЭ способствует организации высокостоимостных материальных циклов наряду с более традиционной переработкой и применению системных подходов к сотрудничеству производителей, потребителей и других общественных субъектов в области устойчивого развития [Korhonen et al., 2018, p. 37-46]. Соответствующая экономическая система построена на бизнес-моделях, которые заменяют концепцию «конца жизни» концепцией сокращения, повторного использования, рециркуляции материалов в процессах производства или распределения и потребления. Модель циркулярной экономики основана на принципах устойчивого развития, и ее главными инструментами становятся экологические инновации и «зеленые», т. е. экологически чистые, технологии, дружественные по отношению к окружающей среде [Брутян и др., 2016, с. 12].

Тенденции мирового экономического роста подтверждают, что определяющим фактором конкурентоспособности на мировых рынках остается развитие высокотехнологичных производств. Насущная необходимость сохранения конкурентоспособности национальных экономик заставляет развитые страны активно переориентироваться на циркулярную модель, позволяющую более длительно сохранять практическую полезность ресурсов и материалов, минимизировать объемы образования отходов и достигать устойчивого, ресурсоэффективного и конкурентоспособного развития. Кроме того, ужесточение требований к соблюдению экологических стандартов со стороны мирового сообщества становится фактором конкурентной борьбы.

Целью проведенной работы является теоретическое обоснование эколого-индустри-ального пространства с позиции принципов циркулярной экономики.

В соответствии с целью были поставлены следующие задачи:

• уточнение концептуальных основ циркулярной экономики;

• определение возможностей ЦЭ для индустриальных регионов;

• формирование онтологических представлений об эколого-индустриальном пространстве;

• разработка системы показателей оценки циркулярной экономики с точки зрения эколого-индустриального взаимодействия.

В работе использовались методы дедуктивно-индуктивного познания, метод анализа и синтеза, статистический, сравнительный и причинно-следственный анализ, факторный анализ, исторический метод, позволяющий учесть исторические, социальные, культурные особенности экономики, а также другие общетеоретические методы.

Концептуальные и содержательные основы циркулярной экономики

На сегодняшний день общепризнанным недостатком является отсутствие как отчетливой концептуализации циркулярной экономики, так и общепринятого определения этого понятия [Silvestri, Spigarelli, Tassinari, 2020]. Сущность и значение рассматриваемого явления в мировом научном сообществе оцениваются по-разному: в частности, ЦЭ рассматривают как «новое мировоззрение», «новый путь индустриализации» или подход, который требует смены производственной парадигмы в мире [Reike, Vermeulena, Witjes, 2018].

Концепция циркулярной экономики ориентирована на оптимизацию индустриальных систем путем построения новой модели экономической системы производства; становление нового типа взаимодействия природы и общества в направлении ресур-соформирования; создание методического инструментария менеджмента ресурсов для индустриальной системы с позиции интегрирования процессов управления ресурсами [Мишенин, 2017].

ЦЭ синтезирует идеи и выводы таких исследовательских направлений, как экологическая экономика, промышленная экология, концепция устойчивого развития, зеленая экономика, синяя (голубая) экономика, концепция «от колыбели к колыбели» [Geissdoerfer et al., 2017; Reike, Vermeulena, Witjes, 2018].

Базисными положениями ЦЭ являются принципы «3R»:

1) сокращение (reduce);

2) повторное использование (reuse);

3) переработка (recycle).

Однако к настоящему моменту этот перечень расширен до «10R» [Kirchherr, Reike, Hekkert, 2017] (табл. 1).

«Циркулярная экономика - это промышленная система, которая является регенеративной. Она заменяет концепцию конца жизни восстановлением, смещается в сторону использования возобновляемых источников энергии, устраняет использование токсичных химических веществ, которые препятствуют повторному использованию и возвращению в биосферу, и направлена на ликвидацию отходов посредством улучшения процессов проектирования материалов, продуктов, систем и бизнес-моделей»1.

Циркулярная экономика может концептуализироваться через специфику объекта исследования. С точки зрения предпринимательского сектора она понимается как инструмент повышения производительности ресурсов, с точки зрения государственного

1 Ellen MacArthur Foundation (2013). Towards the Circular Economy: Economic and Business Rationale for an Accelerated Transition. Available at: https//www.ellenmacarthurfoundation.org/assets/downloads/publications/ Enen-MacArthur-Foundation-Towards-the-Circular-Economy-voL1.pdf.

Таблица 1. Принципы циркулярной экономики «10R» Table 1. The 10Rs principles of the circular economy

Принцип Характеристика принципа

Отказ (Refuse) Перевод продукта в категорию излишества. Отказ от продукта или перенос его функций на другой продукт

Пересмотр (Rethink) Повышение эффективности использования продукта

Сокращение (Reduse) Потребление меньшего количества природных ресурсов и материалов

Повторное использование (Reuse) Повторное использование продукта, который выполняет свою первоначальную функцию

Ремонт (Repair) Ремонт и обслуживание продукта

Модернизация (Refurbish) Восстановление и обновление продукта

Реконструкция (Remanufacture) Изменение параметров продукта, использование частей устаревшего продукта в новом продукте

Перепрофилирование (Repurpose) Перенаправление использованного продукта в другую область использования

Рециклинг (переработка) (Recycle) Вторичная переработка

Восстановление (Recover) Сжигание материалов с рекуперацией энергии

сектора - как задача взаимодействия широкого круга заинтересованных лиц (акторов) с целью достижения устойчивого развития, которое подразумевает создание качественной окружающей среды, обеспечение экономического процветания и социальной справедливости на благо нынешнего и будущих поколений [ЮгсЬЬегг, Ке1ке, Неккег!, 2017]. Для научного сообщества циркулярная экономика - это экономическая система с «циклическими» ресурсными потоками и «замкнутыми» потоками энергии.

В рамках системного анализа ЦЭ может рассматриваться на микроуровне (продукция, компании, потребители), мезоуровне (регионы, эко-промышленные парки, производственные кластеры) и макроуровне (национальная экономика, мировая экономика).

Органы государственной власти развитых стран активно способствуют переходу к принципам циркулярной экономики для достижения эколого-экономической устойчивости. Они фактически берут на себя ведущую роль в формировании экологически ответственного поведения граждан и местных предприятий, предусматривающего целенаправленное снижение негативного воздействия на окружающую среду и обеспечение стабильности жизни и работы. Устойчивость экосистем зависит от активизации экологически ориентированного взаимодействия субъектов природно-хозяйственных комплексов, чему способствуют принятые на государственном уровне экологические концепции, определяющие существенные цели и показатели [Гребенкин, Вегнер-Козло-ва, 2019, с. 155]. Заинтересованность мирового сообщества в улучшении экологической ситуации наряду с экономическим развитием и ростом конкретизируется в совершенствовании нормативно-правового регулирования ЦЭ. В 2002 г. Япония приняла «Основной закон для формирования общества, ориентированного на переработку». Китай стал первым государством, прямо указавшим на ЦЭ в нормативном акте - принятом в 2009 г. Законе «О стимулировании циркулярной экономики». Европейский союз поощряет и развивает применение принципов ЦЭ с помощью политических мер и мер по достижению значительного воздействия на протяжении всего цикла использования ресурсов -от производства и потребления до обращения с отходами и управления ими. Германия была одной из первых стран, внедривших двойную систему сбора отходов и принявших

законы о замкнутом цикле материалов и об управлении отходами. В Дании усилия были сосредоточены на проектировании товаров, изменении бизнес-моделей и стратегий соответствующего проектирования. Это, в частности, касается сложных потребительских товаров (электроники, автомобилей) и высокотехнологичных производств. Исследовательские университетские центры и финансируемые Евросоюзом проекты были ориентированы на реализацию принципов ЦЭ. В 2015 г. Европейская комиссия содействовала выпуску Европейского пакета документов, который поддерживал внедрение передовой практики ЦЭ [Silvestri, Spigarelli, Tassinari, 2020]. Европейские страны оценивают перспективы циркулярной экономики достаточно высоко - как возможность достичь регионального развития за счет реиндустриализации европейской экономики на основе ресурсосберегающего долгосрочного роста [Hobson, 2016].

Возможности циркулярной экономики для индустриальных регионов

Обязательным условием применения принципов циркулярной экономики является учет географических, экологических, экономических, социальных факторов, а также специфических особенностей отдельных территорий. Разнообразие территориальных контекстов обусловливает различие потребностей и возможностей, которые следует учитывать, в том числе при внедрении ЦЭ [Силин, Анимица, 2020; Bacova et al., 2020].

Более всего деградации экологической системы в результате экономической деятельности подвержены регионы с развитой добывающей и обрабатывающей промышленностью (табл. 2).

Таблица 2. Рейтинг регионов РФ по негативному воздействию на окружающую среду Table 2. Russian regions ranked by the negative impact on the environment

Позиция в рейтинге

по абсолютному по выбросам по объему по сбросу

вкладу загрязняющих образованных загрязненных

Регион добывающей веществ отходов сточных вод

и обрабатывающей в атмосферный производства в поверхностные

промышленности воздух и потребления водные объекты

в ВРП

Тюменская область 1 2 52 41

Красноярский край 2 1 2 10

Республика Татарстан 3 11 34 12

Московская область 4 19 33 1

Сахалинская область 5 43 8 72

Свердловская область 6 4 9 4

Пермский край 7 14 21 17

Кемеровская область - Кузбасс 8 3 1 8

Самарская область 9 21 37 6

Республика Башкортостан 10 10 22 16

Иркутская область 11 6 7 5

Республика Саха (Якутия) 12 15 3 52

Челябинская область 13 9 12 3

Оренбургская область 14 7 20 29

Нижегородская область 15 42 42 7

Составлено по данным Федеральной службы государственной статистики. URL: https://rosstat. gov.ru/.

По данным 2018 г., из 15 регионов, ранжированных по наибольшему вкладу в абсолютном выражении добывающей и обрабатывающей промышленности в ВРП, 11 регионов входят в «ТОП-15» по объему загрязняющих выбросов от стационарных источников, 9 - в «ТОП-15» по сбросу загрязненных сточных вод, 7 - в «ТОП-15» по объему образованных отходов производства и потребления.

Индустриальные территории (с высокой долей добывающего и обрабатывающего производства в структуре ВРП), являясь базисом конкурентоспособности экономики (что связано с процессами трансформации технологической структуры и модернизации процессов производства и потребления), одновременно становятся лидерами в нанесении вреда экологической системе. Для них применение ЦЭ открывает исключительные возможности.

Наглядным примером деградации экологической системы индустриального региона является Свердловская область (табл. 3), которая характеризуется развитием черной и цветной металлургии, строительства, химического производства, добычи полезных ископаемых, включая золотодобычу. Индустриальный рост сопровождается внедрением технологий, способствующих деградации экосистемы, что обостряет целевое противоречие между интересами бизнеса (получение прибыли) и общества (обеспечение благоприятных условий жизнедеятельности).

Таблица 3. Воздействие основных видов экономической деятельности

на загрязнение окружающей среды в Свердловской области Table 3. The impact of main economic activities on the environmental pollution in the Sverdlovsk oblast

Вид экономической деятельности Доля вида деятельности в общем объеме загрязнения, %

от выбросов вредных веществ в атмосферный воздух от водоотведения в поверхностные водные объекты загрязненных (без очистки и недостаточно очищенных) вод от использования воды от образованных отходов

Добыча полезных ископаемых 15,8 9,8 8,6 86,2

Обрабатывающие производства 27,6 30,9 35,2 8,5

Обеспечение электрической энергией, газом, паром и кондиционирование воздуха 40,7 3,4 22,6 2,8

Водоснабжение, водоотведение, организация сбора и утилизации отходов, деятельность по ликвидации загрязнений 3,9 55,6 30,2 0,9

Прочие виды экономической деятельности 12,0 0,3 3,4 1,6

Всего по Свердловской области 100,0 100,0 100,0 100,0

Составлено по данным Государственного доклада «О состоянии и об охране окружающей среды Свердловской области в 2017 году». URL: https://mprso.midural.ru/article/show/id/1126.

Анализ структуры выбросов в разрезе видов экономической деятельности показывает, что на долю добывающего сектора приходится около 16 % от объема выбросов вредных веществ в атмосферный воздух. Наибольший вклад в загрязнение

вносят предприятия по производству и распределению электроэнергии, газа и воды. Свыше 27 % атмосферных выбросов приходится на долю обрабатывающих производств, прежде всего предприятий черной и цветной металлургии. Существенным фактором влияния промышленности на окружающую среду остается использование воды и сброс загрязненных сточных вод. Наиболее водоемкими являются предприятия, по виду экономической деятельности относящиеся к обрабатывающим производствам (из которых основные потребители водных ресурсов - металлургия и машиностроение) и производству и распределению электроэнергии, газа и воды. В структуре водоотведения в поверхностные водные объекты загрязненных вод (без очистки и недостаточно очищенных) преобладают предприятия по производству и распределению электроэнергии, газа и воды (свыше 55 %). Доля обрабатывающих производств - более 30 %, среди них лидируют предприятия металлургического и химического производства. Производственные отходы - один из самых существенных факторов загрязнения окружающей среды в регионе. К концу 2019 г. их объемы составляли более 9,2 млрд тонн. Основная масса промышленных отходов (более 80 %) образуется в отраслях по добыче полезных ископаемых, на втором месте по этому показателю находятся обрабатывающие производства.

Анализ воздействия видов экономической деятельности на загрязнение окружающей среды в Свердловской области обнаружил, что обрабатывающие производства и предприятия добычи полезных ископаемых являются основными источниками загрязнения природной среды в регионе. Существенную нагрузку на экосистему оказывает металлургическая промышленность. Учитывая выявленную специфику, следует обратить особое внимание на возможности реализации принципов циркулярной экономики в указанных отраслях (табл. 4).

Таблица 4. Перспективные направления применения принципов циркулярной экономики в Свердловской области Table 4. Prospective directions for applying the circular economy principles in the Sverdlovsk oblast

Виды отходов производства и потребления обрабатывающей и добывающей промышленности Использование отходов в рамках ЦЭ

Отходы добычи черных и цветных металлов Балластный материал Рекультивационный материал В качестве глинистых экранов В качестве строительных материалов В качестве добавок для строительных материалов

Отходы добычи нерудного сырья В качестве строительных материалов В качестве добавок для строительных маиетриалов В качестве глинистых экранов Балластный материал

Отходы добычи энергетического сырья (уголь) Балластный материал Рекультивационный материал

Отходы обогащения (хвосты) В качестве полезного ископаемого В качестве добавок для строительных материалов Рекультивационный материал

Отходы металлургического производства (шлаки доменные и шлаки сталеплавильные) В качестве полезного ископаемого В качестве добавок для строительных материалов Рекультивационный материал Балластный материал

Отходы водоподготовки и водоочистки Рекультивационный материал В качестве добавок для удобрений

Онтологические представления об эколого-индустриальном пространстве

Обозначенная проблематика возможности совмещения экологических и экономических интересов заставляет рассматривать систему не как набор элементов (собственность, имущество, право, ресурсы и т. д.), а с точки зрения способа взаимосвязи этих элементов между собой (что позволяет выявить функциональную нагрузку каждого элемента), т. е. с точки зрения пространственного подхода.

Значимость пространственного аспекта хозяйственной жизни обусловлена сложной природой взаимодействия акторов социума. Согласно М. Кастельсу, «пространство и время есть фундаментальные материальные измерения человеческой жизни. Пространство и время трансформируются под совместным влиянием информационно-технологической парадигмы и социальных форм и процессов, вызванных процессом исторических изменений» [Кастельс, 2001].

Категория пространства достаточно многогранна. Д. Харви выделяет три способа его понимания:

• «пространство как абсолют, "вещь в себе", обладающая существованием, независимым от содержания. Это пространство обладает структурой, которую мы можем применять к изолированным или индивидуализированным феноменам;

• релятивное пространство предполагает, что оно может быть понято как отношение между объектами, существующее лишь до тех пор, пока существуют и находятся в отношениях друг с другом сами объекты;

• реляционное пространство как пространство, содержащееся в объектах, в том смысле, что об объекте можно сказать, что он существует, лишь поскольку он содержит и репрезентирует в себе самом отношения к другим объектам» [Меренков и др., 2015, с. 15].

«Пространство не является ни абсолютным, ни релятивным, ни реляционным само по себе, но оно может стать одним из них или тремя сразу в зависимости от обстоятельств». Использование подхода определяется предметом анализа [Меренков и др., 2015, с. 15]. Пространство включает в себя географические, экономические, политические, технические, экологические, социальные, культурные и региональные составляющие и одновременно не сводится к ним [Беспалова, 2013].

На наш взгляд, для более глубокого понимания категории пространства следует вернуться к основам пространственного подхода, а именно к онтологическим представлениям о социальном пространстве. По мнению П. Бурдье, оно представляет собой «абстрактное пространство, конституированное ансамблем подпространств» (экономическое подпространство, интеллектуальное подпространство и др.). Согласно М. Кастельсу, пространственные формы и процессы определяются динамикой общей социальной структуры. Современное общество построено вокруг потоков, являющихся выражением процессов, доминирующих в экономической, политической и символической жизни (потоков капитала, информации, технологий, организационного взаимодействия, изображений, звуков и символов) [Кастельс, 2004, с. 269]. Дж. Урри развивает теорию потоков, рассматривая в качестве «потока» людей, деньги, капитал, информацию, идеи и образы, которые движутся по различным «каналам» (scape), образующим сложные, переплетающиеся сети [Урри, 2012, с. 26]. О. И. Иванов отмечает, что «социальное пространство включает в себя множество систем социальных отношений, социальных акторов (индивидуальных и коллективных) по поводу удовлетворения их жизненных потребностей, реализации их различных интересов и законных прав на основе выполнения необходимых деятельностей». Базисом каждого поля (системы социальных отношений) является человеческая социально значимая деятельность, базирующаяся на нормах и правилах. «В структуре социального пространства можно выделить следующие

основные социальные поля: экономическое, образовательное, культурное, политическое, информационное и др. Структуру социального пространства и каждого социального поля образуют и устойчивые отношения между социальными акторами. Поля существуют независимо друг от друга, но могут и пересекаться. А пересечения полей, даже их наложение друг на друга, создают социальные акторы, каждый из которых одновременно находится в нескольких полях». В исследовании О. И. Иванова определены существенные нюансы понимания пространства, а именно возможность использования для взаимодействия акторов и настоящих, и будущих ресурсов, а также возможность выстраивать это взаимодействие на основе как одобряемых, так и неодобряемых социальных норм. «Социальное пространство - это система деперсонализированных взаимосвязанных и существующих относительно независимо друг от друга социальных мест-позиций, которые могут занимать и занимают различные социальные акторы (индивидуальные и коллективные) для выполнения на этих местах-позициях социально необходимых де-ятельностей. Жизнедеятельность, отношения и взаимодействия социальных акторов в социальном пространстве поддерживаются и происходят посредством обмена между ними наличными и будущими ресурсами на основе действующих как одобряемых, так и неодобряемых социальных норм-правил» [Иванов, 2013, с. 57].

Итак, изучение онтологических представлений о социальном пространстве позволяет сделать вывод о том, что экономическое пространство является одним из социальных полей пространства социального. Экономическое пространство возникает в результате взаимоотношений по поводу удовлетворения потребностей социальных акторов и предполагает обмен ресурсами на основе норм, регулирующих предпринимательскую и иную экономическую деятельность. Индустриальное пространство, в свою очередь, является полем экономического пространства, представляя собой систему взаимодействия акторов в сфере промышленного производства по поводу производства и потребления индустриальной продукции. Указанные поля могут пересекаться с другими социальными полями социального пространства (рис. 1).

Социальное пространство Экономическое пространство Индустриальное пространство

Рис. 1. Взаимодействие полей социального пространства Fig. 1. Interaction of the fields of the social space

Определяя экономическое пространство, О. А. Бияков говорит о трех сложившихся подходах к его исследованию: территориальном, ресурсном и информационном, считая последний частным случаем более общего процессного подхода [Бияков, 2004, с. 102]. Территориальный подход рассматривает экономическое пространство с точки зрения географических критериев. «Экономическое пространство - это насыщенная территория, вмещающая множество объектов и связей между ними: населенные пункты, промышленные предприятия, хозяйственно освоенные и рекреационные площади, транспортные и инженерные сети и т. д.» [Гранберг, 2000, с. 25]. Ресурсный подход к определению экономического пространства «содержит установку на перераспределение ресурсов, к которым имеют доступ субъекты хозяйствования. Суть информационного подхода заключается в трактовке экономического пространства через информационную

составляющую экономического процесса, т. е. через информационные потоки, которыми в процессе хозяйствования обмениваются субъекты» [Бияков, 2004, с. 103]. Определенный О. А. Бияковым процессный подход предполагает, что «формирование совокупного виртуального экономического процесса (У-процесса) происходит в результате параллельного согласования экономических интересов многих субъектов хозяйствования. Для каждого субъекта из совокупного виртуального экономического процесса вычленяется конкретный хозяйственный процесс, который реализуется, как правило, парой субъектов. С учетом того, что каждый субъект из этой пары связан в общем случае со многими другими субъектами, формируется сетевая структура хозяйственной деятельности, где каждый субъект напрямую или косвенно связан с множеством субъектов. В каждый момент времени У-процесс предстает в форме множества частных процессов, которые экономические субъекты реализуют через свою хозяйственную деятельность. Главной функцией, которую выполняет У-процесс, является преобразование факторов производства в удовлетворенные общественные потребности» [Бияков, 2004, с. 104].

Полагаем, что важным является рассмотрение вопроса об отличительных параметрах физического и социального пространства. Эта разница, по всей видимости, и порождает отличие территориального подхода к определению экономического пространства от иных подходов. Социальное пространство, как и его поля, в том числе экономическое пространство, воплощается физически. Согласно П. Бурдье, физическое пространство -это «социальная конструкция и проекция социального пространства, социальная структура в объективированном состоянии, объективация и натурализация прошлых и настоящих социальных отношений». Социальное пространство - абстрактное пространство, конституированное ансамблем подпространств или полей (экономическое поле, интеллектуальное поле и др.) [Бурдье, 1993]. Исследователь подразумевает, что физическое пространство определяется через «абстракцию (физическая география), игнорируя все, чему оно обязано, являясь обитаемым. Иначе говоря, физическое пространство есть социальная конструкция и проекция социального пространства, социальная структура в объективированном состоянии, объективация и натурализация прошлых и настоящих социальных отношений. Социальное пространство стремится к реализации в физическом пространстве. Реализованное физически, социальное пространство представляет собой распределение в физическом пространстве различных видов благ и услуг, а также индивидуальных агентов и групп, локализованных физически» [Бурдье, 1993].

Для нас важен аспект физической реализации пространства в связи с тем, что взаимодействие его акторов происходит в их среде обитания, т. е. в экологической среде. Акторы пространства, осуществляя свою деятельность (в том числе экономическую) и реализуя социальные отношения, жизненно заинтересованы в благоприятных экологических условиях. Таким образом, экологическое пространство можно рассматривать, во-первых, в широком плане, как неотъемлемую необходимую среду обитания социальных акторов, и, во-вторых, более узко, как социальные взаимоотношения индивидуальных и групповых акторов по поводу реализации потребности в благоприятной окружающей среде. Взаимодействие физически реализованного индустриального пространства с экологическим пространством порождает противоречие целей акторов этих пространств.

Таким образом, мы предлагаем выделить в социальном пространстве поле эколого-индустриального пространства (рис. 2), под которым будем подразумевать взаимоотношения акторов пространства, обусловленные необходимостью одновременного удовлетворения потребности в экономическом развитии и конкурентоспособности экономики и потребности в создании устойчивой и безопасной экосистемы.

Экологическое пространство Индустриальное пространство Эколого-индустриальное пространство

Рис. 2. Формирование эколого-индустриального пространства Fig. 2. Formation of eco-industrial space

Оценка эколого-индустриального взаимодействия акторов пространства

Принципы и инструменты циркулярной экономики могут стать ключевым элементом трансформации социального пространства и формирования поля эколого-индустриального пространства ввиду того, что, во-первых, позволяют оптимизировать потоки ресурсов и, во-вторых, дают возможность отходам производства становиться потоком ресурсов за счет повторного использования, переработки и усовершенствования проектирования. Однако в настоящее время вопрос оценки эколого-индустриального взаимодействия проработан недостаточно. Существующие системы показателей ЦЭ мало связаны с «индустриальным» полем. Y. Geng и соавторами предложена система, состоящая из 12 показателей на уровне индустриальных парков и оценки их воздействия на экосистему [Geng et al., 2012]. В работе W. Su представлены две оценочные индикаторные системы, посредством которых правительство Китая регулирует реализацию ЦЭ [Su et al., 2013]. Первая из них, разработанная Министерством охраны окружающей среды, содержит 20 показателей, разделенных на 4 группы: экономическое развитие; сокращение и переработка материалов; контроль над загрязнениями; администрирование и управление. Вторая индикаторная система, представленная Комиссией по развитию и реформам, классифицирует 13 показателей, образующих 4 группы: нормы выработки ресурсов; нормы потребления ресурсов; комплексное использование ресурсов; сокращение образования отходов. В работе Н. В. Пахомовой предложен индекс развития циркулярной экономики для отраслей промышленности (CEDI), учитывающий объемы продукции, прошедшей техническое обслуживание, повторно используемой и восстановленной продукции, переработанной продукции и отходов, коэффициент веса применяемого метода управления отходами и отслужившей продукцией для промышленных отраслей, общий объем отходов промышленных отраслей и продукции, вышедшей из эксплуатации [Па-хомова, Рихтер, Ветрова, 2017].

По нашему мнению, для более скоординированных действий в сфере реализации ЦЭ в индустриальных регионах следует обратить внимание на показатели, позволяющие определить вклад предприятий в развитие циркулярной экономики. Такая система, во-первых, даст возможность оценить эффективность мероприятий по предупреждению и уменьшению загрязнений, проводимых предприятиями в отраслевом разрезе, а во-вторых, позволит региональным органам власти стимулировать экологически ответственную деятельность отраслей и отдельных хозяйствующих субъектов (акторов эколого-ин-дустриального пространства).

Предлагаем рассмотреть следующие индикаторы развития эколого-индустриального поля региона.

1. Экологические.

1.1. Выбросы вредных веществ в атмосферный воздух определенного раздела ОКВЭД в расчете на вклад этого вида деятельности в структуру ВРП.

1.2. Водоотведение загрязненных (без очистки и недостаточно очищенных) вод определенного раздела ОКВЭД в расчете на вклад этого вида деятельности в структуру ВРП.

1.3. Объем использования воды предприятиями определенного раздела ОКВЭД в расчете на вклад этого вида деятельности в структуру ВРП.

1.4. Образование отходов производства предприятиями определенного раздела ОКВЭД в расчете на вклад этого вида деятельности в структуру ВРП.

1.5. Показатели рециркуляции для конкретных видов отходов (соответствующие показатели для Свердловской области представлены в табл. 3).

2. Административные.

2.1. Объем региональных «зеленых» государственных закупок.

2.2. Объем инвестиций в инновационные разработки, направленные на охрану окружающей среды.

2.3. Количество патентов, связанных с инновационными технологиями в циркулярной экономике.

Применение индикаторов 1.1-1.4 на основании существующей статистики позволяет наглядно продемонстрировать динамику объема негативной нагрузки на экосистему относительно экономической результативности отрасли (табл. 5).

Таблица 5. Оценка воздействия обрабатывающих производств на загрязнение

окружающей среды в Свердловской области Table 5. The assessment of manufacturing industries' impact on the environmental pollution in the Sverdlovsk oblast

Год Выбросы вредных веществ в атмосферный воздух, кг на 1 тыс. руб. Водоотведение загрязненных (без очистки и недостаточно очищенных) вод, м3 на 1 тыс. руб. Использование воды, м3 на 1 тыс. руб. Образование отходов, кг на 1 тыс. руб.

2017 0,39 0,27 0,36 21,52

2018 0,32 0,23 0,31 19,04

Оценка эколого-индустриального взаимодействия акторов пространства, связанная с конкретной экологической проблематикой региона, предоставляет региональным и местным органам власти возможность целенаправленно способствовать экологизации индустриального развития.

Заключение

Использование принципов и инструментов циркулярной экономики всё чаще рассматривается в качестве средства достижения целей устойчивого развития. Такой подход обусловлен тем, что хозяйственная деятельность в рамках ЦЭ ориентирована на максимальное сохранение стоимости продукции, материалов и ресурсов, а наряду с этим на минимизацию объема загрязняющих выбросов и образованных отходов. Однако концепция ЦЭ находится в стадии наполнения.

Проблематика совмещения экономических и экологических интересов общества рассмотрена нами с точки зрения теории социального пространства, что позволило выделить в качестве подпространства социального пространства эколого-индустриальное поле. Определение эколого-индустриального пространства основывается на специфике социальных взаимоотношений индивидуальных и групповых акторов с учетом реализации потребностей в благоприятной окружающей среде и развитой экономике.

Поскольку в настоящее время вопрос оценки эколого-индустриального взаимодействия проработан недостаточно полно и существующие показатели оценки ЦЭ на ме-зоуровне мало связаны с «индустриальным» полем, в работе предложена система индикаторов оценки эколого-индустриального пространства, представляющих собой

соотношение показателей, характеризующих экологический вред в отраслевом разрезе, и показателей, характеризующих развитие отрасли.

Источники

Беспалова Ю. M. (2013). Региональное пространство в русле проблем социальной экзистенции // XIX Уральские социологические чтения: региональные особенности разработки и реализации социальной политики: сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции, Екатеринбург, 14-1б марта 2013 г. Екатеринбург: Уральский университет. С. 42-45.

Бияков О. А. (2004). Экономическое пространство: сущность, функции, свойства // Вестник Кузбасского государственного технического университета. № 2. С. 101-10S.

Брутян M. M., Вахромеева M. П., Ворожейкина Т. M., Головчанская Е. Э., Грубич Т. Ю., Ки-рильчук С. П. ... Terziev V. (201б). Проблемы современной экономики / под общей редакцией С. С. Чернова. Швосибирск: Издательство ^HC 2б0 с.

Бурдье П. (1993). Социология политики. Mосква: Socio-Logos. URL: http://edu.tltsu.ru/er/er_ files/book2125/book.pdf

Ганюхина О. Ю., Агапов Д. А. (201S). Современная концепция промышленной экологии: правовой аспект // Вестник КРАГСиУ. Серия «Государство и право». № 25. С. S6-90.

Гранберг А. Г. (2000). Основы региональной экономики. Mосква: ГУ ВШЭ. 495 с.

Гребенкин А. В., Вегнер-Козлова Е. О. (2019). Возможности и риски цифровизации для циркулярной экономики // Цифровая трансформация промышленности: тенденции, управление, стратегии: материалы I международной научно-практической конференции. Екатеринбург. C. 153-1б1.

Иванов О. И. (2013). Социальное пространство как объект научного изучения и управляемой трансформации // Журнал социологии и социальной антропологии. № 2. С. 49-б4.

Кастельс M. (2001). Информационная эпоха: экономика, общество и культура. M.: ГУ ВШЭ. URL: https://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Polit/kastel/index.php.

Комарова И. И., Коптева Е. H., Кондаков А. В. (2015). Mорские кластеры как инструмент управления «синей экономикой» // Современные производительные силы. № 2. С. 145-154.

Mатвеев M. M. (2011). Теоретические основы концепции социоэкономического пространства // Общество: политика, экономика, право. № 3. С. 43-50. URL: http://inec.enjournal.net/article/1023/

Mатеос Родригес А. (201S). Экологическая экономика и экономика окружающей среды: генезис, соотношение и проблемы // Известия Санкт-Петербургского государственного экономического университета. № 1 (109). C. 1б1-1бб.

Mеренков А. В., Данилова А. В., Кораблева Г. Б., Ракевич Е. В., Вандышев M. H., Бурлуцкая M. Г. ... Смирнова О. Г. (2015). Социальное пространство современного города. Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та. 252 с.

Mишенин Е. В., Коблянская И. И. (2017). Перспективы и механизмы развития «циркулярной» экономики в глобальной среде // Mаркетинг и менеджмент инноваций. № 2. С. 329-343.

Пахомова H. В., Рихтер К. К., Ветрова M. А. (2017). Зеленая экономика и экологический менеджмент // Вестник СПбГУ Экономика. Т. 33, вып. 2. С. 244-26S.

Силин Я. П., Анимица Е. Г. (2020). Эволюция парадигмы региональной экономики // Journal of New Economy. Т. 21, № 1. С. 5-2S. DOI: 10.29141/265S-50S1-2020-21-1-1.

Урри, Дж. (2012). Социология за пределами обществ: виды мобильности для XXI столетия. Mосква: Изд. дом Высшей школы экономики. 33б с.

Bacova M., Böhme K., Guitton M., Herwijnen M., van, Kállay T., Koutsomarkou J. ... Rok A. (201б). Pathways to a circular economy in cities and regions. Available at: https://urbact.eu/sites/default/files/ policy_brief_on_circular_economy.pdf.

Cora C. (2013). From green to blue economy. Available at: https://business.inquirer.net/12S5S7/ from-green-to-blue-economy.

Geissdoerfer M., Savaget P., Bocken N. M. P., Hultink E. J. (2017). ^e Circular Economy - A new sustainability paradigm? Journal of Cleaner Production, vol. 143, pp. 757-76S. DOI: http://dx.doi. org/10.1016/j.jclepro.2016.12.048.

Geng Y., Fu J., Sarkis J., Xue B. (2012). Towards a national circular economy indicator system in China: An evaluation and critical analysis. Journal of Cleaner Production, no. 23, pp. 216-224. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jclepro.2011.07.005.

Hobson K. (2016). Closing the loop or squaring the circle? Locating generative spaces for the circular economy. Progress in Human Geography, vol. 40, issue 1, pp. 88-104. DOI: 10.1177/0309132514566342.

Kirchherr J., Reike D., Hekkert M. (2017). Conceptualizing the circular economy: An analysis of 114 definitions. Resources, Conservation & Recycling, vol. 127, pp. 221-232. DOI: https://doi.org/10.1016/j. resconrec.2017.09.005.

Korhonen J., Honkasalo A., Seppala J. (2018). Circular economy: The concept and its limitations. Ecological Economics, vol. 143, pp. 37-46. DOI: https://doi.org/10.1016/j.ecolecon.2017.06.041.

Korhonen J., Nuur C., Feldmann A., Eshetu Birkie S. (2018). Circular economy as an essentially contested concept. Journal of Cleaner Production, vol. 175, pp. 544-552. DOI: https://doi.org/10.1016/j. jclepro.2017.12.111.

McDonough W., Braungart M. (2002). Cradle to cradle: Remaking the way we make things. New York: North Point Press. 202 p.

Morgan J., Mitchell P. (2015). Employment and the circular economy. Job creation in a more resource efficient Britain. London: Green Alliance. Available at: https://circulareconomy.europa.eu/platform/ sites/default/files/britain_employment_and_ce.pdf.

Reikea D., Vermeulena W.J.V., Witjes S. (2018). The circular economy: New or refurbished as CE 3.0? - Exploring controversies in the conceptualization of the circular economy through a focus on history and resource value retention options. Resources, Conservation & Recycling, vol. 135, pp. 246-264. DOI: https://doi.org/10.1016/jj.resconrec.2017.08.027.

Sauve S., Bernard S., Sloan P. (2016). Environmental sciences, sustainable development and circular economy: Alternative concepts for trans-disciplinary research. Environmental Development, vol. 17, pp. 48-56. DOI: https://doi.org/10.1016/jj.envdev.2015.09.002.

Silvestri F., Spigarelli F., Tassinari M. (2020). Regional development of Circular Economy in the European Union: A multidimensional analysis. Journal of Cleaner Production, vol. 255, art. no. 120218. DOI: https://doi.org/10.1016/jj.jclepro.2020.120218.

Su B., Heshmati A., Geng Y., X. Yu. (2013). A review of the circular economy in China: Moving from rhetoric to implementation. Journal of Cleaner Production, vol. 42, pp. 215-227. DOI: http://dx.doi. org/10.1016/j.jclepro.2012.11.020.

Информация об авторах Вегнер-Козлова Екатерина Олеговна, кандидат экономических наук, доцент, старший научный сотрудник Центра структурной политики Института экономики УрО РАН, РФ, 620014, г. Екатеринбург, ул. Московская, д. 29; доцент кафедры региональной экономики, инновационного предпринимательства и безопасности Уральского федерального университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина, РФ, 620002, г. Екатеринбург, ул. Мира, 19 Контактный телефон: +7 (343) 379-90-92, e-mail: katya.human@mail.u

Гуман Ольга Михайловна, доктор геолого-минералогических наук, профессор, профессор кафедры гидрогеологии, инженерной геологии и геоэкологии Уральского государственного горного университета, РФ, 620144, г. Екатеринбург, ул. Куйбышева, 30 Контактный телефон: +7 (343) 379-90-92, e-mail: guman2007@mail.ru

Ekaterina O. Wegner-Kozlova Institute of Economics (Ural branch of RAS); Ural Federal University

named after the first President of Russia B.N. Yeltsin, Ekaterinburg, Russia

Olga M. Guman Ural State Mining University, Ekaterinburg, Russia

Theoretical and methodological aspects of the eco-industrial space development

Abstract. Contemporary society is challenged by the issue of meeting seemingly contradictory needs: achieving economic well-being and ensuring environmental security. On the one hand, rising levels of environmental pollution increasingly threaten systems of life support. On the other hand, economic difficulties cause the growing financial instability. Accordingly, there is a need to move towards a more sustainable environmental and economic system, which requires additional research in this field. The paper focuses on the circular economy as a tool for creating the eco-industrial space to attain sustainable development goals based on the principles of market organisation and long-standing social and economic relations. Methodologically, the research relies on the theory of circular economy and the theory of social space. Research methods include deduction and induction, analysis and synthesis, statistical, comparative, causal, and factor analysis, historical method, which allows taking in account historical, social and cultural peculiarities of the economy, as well as other general theoretical methods. As a result of the research, the authors (1) identify eco-industrial subspace within the social space, which enables clarifying the specifics of the interaction between actors of the social space interested in meeting the needs of both economic development and ecosystem sustainability; (2) develop a system for assessing the circular economy from the viewpoint of eco-industrial interaction. The scientific value of the research findings consists in elaborating on the ecological aspect of industrial regions' functioning. The circular economy can potentially contribute to the energy efficiency, reduce environmental pollution, and create efficient ways of producing and consuming. The suggested system for assessing the circular economy allows detecting the dynamics of the negative pressure on the ecosystem, which enables the government authorities to purposefully green the industrial development.

Keywords: circular economy; sustainable development; economic space; social space; eco-industrial space; 3R and 10R's framework.

Acknowledgements: The paper is funded by the Russian Foundation for Basic Research (RFBR) within the framework of the scientific project no. 20-010-00558.

For citation: Wegner-Kozlova E. O., Guman O. M. (2020). Teoretiko-metodologicheskie aspek-ty razvitiya ekologo-industrial'nogo prostranstva [Theoretical and methodological aspects of the eco-industrial space development]. Journal of New Economy, vol. 21, no. 4, pp. 28-44. DOI: 10.29141/2658-5081-2020-21-4-2 Received September 20, 2020.

References

Bespalova Yu. M.

Biyakov O. A.

Brutyan M. M., Vakhromeeva M. P., Vorozheykina T. M., Golovchanskaya E. E., Grubich T. Yu., Kiril-chuk S. P. ... Terziev V.

Bourdieu P.

Ganyukhina O. Yu., Agapov D. A.

Granberg A. G.

Grebenkin A. V., Wegner-Kozlova E. O.

Ivanov O. I.

Castells M.

Komarova I. I., Kopteva E. N., Kondakov A. V.

Matveev M. M.

Mateos Rodriges A.

Merenkov A. V., Danilova A. V., Korableva G. B., Rakevich E. V., Vandyshev M. N., Burlutskaya M. G. ... Smirnova O. G.

Mishenin E. V., Koblyanskaya I. I.

Pakhomova N. V., Rikhter K. K., Vetrova M. A.

Silin Ya. P., Animitsa E. G.

Urry J.

Bacova M., Böhme K., Guitton M., Herwijnen M., van, Kallay T., Koutsomarkou J., ... Rok A. (2016). Pathways to a circular economy in cities and regions. Available at: https://urbact.eu/sites/default/files/ policy_brief_on_circular_economy.pdf

Cora C. (2013). From green to blue economy. Available at: https://business.inquirer.net/128587/ from-green-to-blue-economy

Geissdoerfer M., Savaget P., Bocken N. M. P., Hultink E. J. (2017). The Circular Economy - A new sustainability paradigm? Journal of Cleaner Production, vol. 143, pp. 757-768. DOI: http://dx.doi. org/10.1016/j.jclepro.2016.12.048.

Geng Y., Fu J., Sarkis J., Xue B. (2012). Towards a national circular economy indicator system in China: An evaluation and critical analysis. Journal of Cleaner Production, no. 23, pp. 216-224. DOI: https:// doi.org/10.1016/j.jclepro.2011.07.005.

Hobson K. (2016). Closing the loop or squaring the circle? Locating generative spaces for the circular economy. Progress in Human Geography, vol. 40, issue 1, pp. 88-104. DOI: 10.1177/0309132514566342.

Kirchherr J., Reike D., Hekkert M. (2017). Conceptualizing the circular economy: An analysis of 114 definitions. Resources, Conservation & Recycling, vol. 127, pp. 221-232. DOI: https://doi.org/10.1016/;). resconrec.2017.09.005.

Korhonen J., Honkasalo A., Seppala J. (2018). Circular economy: The concept and its limitations. Ecological Economics, vol. 143, pp. 37-46. DOI: https://doi.org/10.1016/j.ecolecon.2017.06.041.

Korhonen J., Nuur C., Feldmann A., Eshetu Birkie S. (2018). Circular economy as an essentially contested concept. Journal of Cleaner Production, vol. 175, pp. 544-552. DOI: https://doi.org/10.1016/j. jclepro.2017.12.111.

McDonough W., Braungart M. (2002). Cradle to cradle: Remaking the way we make things. New York: North Point Press. 202 p.

Morgan J., Mitchell P. (2015). Employment and the circular economy. Job creation in a more resource efficient Britain. London: Green Alliance. https://circulareconomy.europa.eu/platform/sites/default/ files/britain_employment_and_ce.pdf

Reikea D., Vermeulena W.J.V., Witjes S. (2018). The circular economy: New or refurbished as CE 3.0? - Exploring controversies in the conceptualization of the circular economy through a focus on history and resource value retention options. Resources, Conservation & Recycling, vol. 135, pp. 246-264. DOI: https://doi.org/10.1016/j.resconrec.2017.08.027.

Sauve S., Bernard S., Sloan P. (2016). Environmental sciences, sustainable development and circular economy: Alternative concepts for trans-disciplinary research. Environmental Development, vol. 17, pp. 48-56. DOI: https://doi.org/10.1016/j.envdev.2015.09.002.

Silvestri F., Spigarelli F., Tassinari M. (2020). Regional development of Circular Economy in the European Union: A multidimensional analysis. Journal of Cleaner Production, vol. 255, art. no. 120218. DOI: https://doi.org/10.1016/jjclepro.2020.120218.

Su B., Heshmati A., Geng Y., X. Yu. (2013). A review of the circular economy in China: Moving from rhetoric to implementation. Journal of Cleaner Production, vol. 42, pp. 215-227. DOI: http://dx.doi. org/10.1016/j.jclepro.2012.11.020.

Information about the authors

Ekaterina O. Wegner-Kozlova, Cand. Sc. (Econ.), Associate Prof., Sr. Researcher of the Center for Structural Policy, Institute of Economics (Ural branch of RAS), 29 Moskovskaya St., Ekaterinburg, 620014, Russia; Associate Prof. of Regional Economics, Innovative Entrepreneurship and Security Dept., Ural Federal University named after the first President of Russia B.N. Yeltsin, 19 Mira St., Ekaterinburg, 620002, Russia

Phone: +7 (343) 379-90-92, e-mail: katya.human@mail.ru

Olga M. Guman, Dr. Sc. (Geology & Mineralogy), Prof., Prof. of Hydrogeology, Engineering Geology, and Geoecology Dept., Ural State Mining University, 30 Kuibysheva St., Ekaterinburg, 620144, Russia Phone: +7 (343) 379-90-92, e-mail: guman2007@mail.ru

© BerHep-Ko3TOBa E. O., TyMaH O. M., 2020