Нарративные характеристики новостного дискурса в эпоху новой медиальности

Е.Ю. Сокрута (Москва) ORCID ID: 0000-0002-7275-1714

НАРРАТИВНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ НОВОСТНОГО ДИСКУРСА В ЭПОХУ НОВОЙ МЕДИАЛЬНОСТИ

Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского научного фонда (РНФ), проект № 17-78-30029

Аннотация. В статье рассматривается проблема реализации новостного дискурса в эпоху новых медиа, когда нарративные характеристики медиа-среды изменяются вместе с запросами общества. При этом нарративизация новостного потока в ситуации, когда основным источником сообщений обо всех событиях мире становится интернет, еще малоизучена и представляет собой совершенно новое исследовательское поле. У современной новости другой формат, предполагающий дискретность и разбивку на мини-сообщения. Они могут укладываться в 140 символов, а в случае полноценной статьи - дробиться на параграфы, пункты и подпункты, каждый из которых, как правило, снабжен все тем же коротким сообщением, выделяемым шрифтом или цветом. В конце такого параграфа часто находится «суммирующее» высказывание, которое иногда читается вместо статьи и представляет собой готовый вывод. В ходе анализа выявляются базовые черты как отдельных сообщений, так и принципы формирования ленты новостей, ее контекстная стратегия и синтез визуальности и нарративности, длящиеся гипертекстуальные сюжеты, роль читательских откликов, которые становятся продолжением и развитием новостного сюжета. Автор приходит к выводу о том, что новые медиа уделяют репрезентации новостного дискурса гораздо больше внимания, нежели их предшественники: стремятся к полноценной вербализации новости, используя при этом нарративные стратегии, выработанные художественной литературой. При помощи детального нарратологического анализа можно составить карту реализации и восприятия современного новостного контента, просчитать те стратегии, которые позволяют новым медиа влиять на формирование общественных настроений.

Ключевые слова: новость; новостной сюжет; новые медиа; дискретное восприятие; нарративные характеристики; нарративность.

E.Yu. Sokruta (Moscow) ORCID ID: 0000-0002-7275-1714

The Narrative Characteristics of News Discourse in the Time of New Media

Abstract. The article deals with the problem of implementing news discourse in the present time of new media, when the narrative characteristics of the media environment have changed because of the demands of society. At the same time, the narrativization

of the news when the Internet becomes the main source of news about all the events is unknown and represents a completely new research field. Modern news has a new different format, suggesting discreteness and breaking down into messages. They can fit into 140 letters or splits up into paragraphs and sub-paragraphs, which is equipped with the same short message, allocated in font or color. At the end of the article, we often have a "summing up" block, which represents a ready-made conclusion. In the course of the analysis, the basic features of both individual messages, as well as the principles of the news formation, its contextual strategy and the synthesis of visuality and narrativity, the continuing hypertextual plots, the role of reader responses that become the continuation and development of the news story are revealed. The author concludes that new media devote much more attention to the representation of news discourse than their predecessors did: they are striving for a full verbalization of the news, using narrative strategies worked out by fiction. With the help of detailed narratological analysis, it is possible to map the implementation and perception of modern news content, to research those strategies that allow new media to influence to the formation of public opinions.

Key words: news; news plot; new media; discrete perception; narrative characteristics; narrative.

В быстроменяющемся мире современных медиа, притягивающем не только тех, кто «производит» новости, но каждого, кто хоть раз в день включается в общемировой информационный поток с целью узнать или сообщить миру нечто свежее и интересное, любые способы исследования должны учитывать динамическую природу рассматриваемого феномена. Медиаполе видоизменяется стремительно и ежесекундно, предсказать новости нельзя, можно лишь представить себе, как и каким образом они будут распространяться.

По этой причине новостям дня сегодняшнего оказываются совершенно неприменимы алгоритмы пяти- или десятилетней давности - хотя бы потому, что у новостей изменился физический носитель, и процесс обработки и восприятия информации значительно ускорился. Никто более не дожидается шестичасового выпуска телевизионных программ или свежей утренней газеты, чтобы узнать, что произошло в мире.

Сегодня у пользователя есть возможность узнавать обо всем из своего смартфона, который, благодаря алгоритмам RSS и синхронизации обновлений, сам уведомляет владельца о том, что ему пора ознакомиться со свежими новостями. В эту игру включаются не только активные пользователи, которые не мыслят жизни вне сети, но и все мировые крупные информационные агентства: они создают профили присутствия в интернет-пространстве, независимо от того, в каком виде - печатном или телевизионном - существует их СМИ в реальном мире.

Можно сказать, что новостной дискурс в настоящее время испытывает (и осознает) колоссальную потребность в изменениях - меняются не сами новости, но, собственно, вид их передачи, способ рассказывания, меняется новостной нарратив.

В чем же заключаются эти изменения в нарративизации новостно-

го дискурса в период, чаще всего именуемый «временем новых медиа» и эпохой «многоканальных СМИ»? Как изменяется новостной дискурс и каковы основные черты его новой нарративизации? Основная задача данной статьи - указать на ключевые отличия нарративизации современного новостного дискурса от предшествующих форматов, что позволит характеризовать и описывать его с большей точностью, а в перспективе - разрабатывать алгоритмы нарративного анализа нового новостного дискурса с целью его подробного изучения.

Начать, вероятно, следует с очевидных внешних примет. Новостное сообщение сменило привычный облик. Новость стала короче. Знаменитый твиттер-формат (названный так по мотивам контент-стратегии сети Twitter, где одна запись не может превышать 140 символов) не просто не мешает реализации сколь угодно сложного сообщения, но кажется, способствует ей. Сегодня свой twitter есть практически у каждого новостного издания, радиостанции или телеканала: новость проявляется там в виде одного короткого предложения и ссылки на основной материал.

При этом большая статья, которая может ожидать нас после перехода по ссылке, даже если она содержит серьезную аналитику (как это часто бывает в случае политических или экономических новостей), все равно дробится на параграфы, пункты и подпункты, каждый из которых, как правило, снабжен все тем же коротким сообщением, выделяемым шрифтом или цветом. В конце такого параграфа часто находится «суммирующее» высказывание, вывод, который можно понять, не читая статьи.

Это своего рода мимикрия под «новостную ленту» в том виде, в котором она появляется на экране смартфона. Привычка скорее «листать», чем читать, новости формируется благодаря усиливающейся дискретности восприятия: современные носители информации предполагают восприятие текста очень короткими блоками, с соблюдением «разбивки» и привлекающих внимание коротких вставок. Такие отличия и создают специфику интернет-новостей, которые получили название «новых медиа».

Сам по себе термин не нов: еще в 1991 г. в книге «The future of the mass audience» Рассел Ньюман (Russell Neuman) [Neumann, 1991] попытался определить новые медиа не просто как новый вид сообщений, но как принципиально иную многопользовательскую структуру, указав, что new media - это новый формат существования средств массовой информации, постоянно доступных на цифровых устройствах и подразумевающих активное участие пользователей в создании и распространении контента.

То есть, фактически, применяя нарративные характеристики к современному новостному дискурсу, мы должны понимать, что речь идет не об одном тексте и не о множестве отдельных текстов, но о сети постоянно взаимосвязанных между собой сообщений, различных «историй», которые и образуют сложный фрактальный узор актуального новостного поля. Гипертекстуальность становится еще одной отличительной чертой новостного дискурса, с которой приходится считаться.

На первый взгляд, это простой расчет: если новость содержит одну или

несколько ссылок, у нее больше шансов быть прочитанной: пользователь «пробежит» по ссылкам, чтобы сэкономить время на самостоятельном поиске. Однако возможности гипертекста гораздо шире, а природа сложнее: фактически, гипертекст лишает новость завершенности. Одна ссылка ведет к другой, другая к третьей - такого рода «перекрестное» чтение нельзя закончить, его можно только оборвать. Новость больше не ограничена пространством текста, но только личным временем адресата. Теоретически, он может «бродить» по ссылкам сколь угодно долго. И в отличие от информационно-аналитической статьи гипертекст не обязан предлагать читателю выводы: абзац такого сообщения может прерываться посреди фразы, а для продолжения пользователю нужно перейти по ссылке. Таким образом, читатель новых медиа никогда не имеет дело с одной новостью, но всегда - со сверхтекстовым множеством, с сетью в самом прямом смыс-

Известно, что создатели первых гипертекстовых алгоритмов обращались к понятию ризомы, предложенному Делезом и Гваттари в одноименной работе [Делез, Гваттари, 2010]. Ризома, понимаемая как «принципиально внеструктурный и нелинейный способ организации целостности, оставляющий открытой возможность для имманентной автохтонной подвижности и, соответственно, реализации ее внутреннего креативного потенциала самоконфигурирования», служит пусть и метафорическим, но очень точным описанием механизма существования новости в интернет СМИ.

Кроме «сетевой» природы важно учитывать, что новости не только рассказываются, но одновременно и «показываются», в прямом смысле - демонстрируются нам, сохраняя при этом нарративную стратегию и успешно сочетая ее с перформативной.

Благодаря современным технологиям новость может одновременно содержать текст, видео, аудио и фото, и все это в режиме постоянного обновления. Это приводит к некоторому размыванию границ, но при этом - к появлению так называемых универсальных форматов. Никто больше не требует от новости исчерпывающей полноты или завершенности: все понимают, что в режиме «реального времени» полной информации нет, но никто не хочет дожидаться логической развязки того или иного события, гораздо важнее обеспечить эффект присутствия «здесь и сейчас».

При таком подходе граница между профессиональными журналистами и обычными пользователями становится проницаемой. Перед нами не односторонний канал связи автор-читатель, нарратор-адресат, но ситуативное межличностное общение. Коммуникативная природа современного новостного дискурса не просто предполагает участие читателей в создании новостного потока, но настаивает на нем.

Пользователь может «отреагировать» на новость, оставить комментарий, задать вопрос, нередко - стать источником последующего рассказа о каком-то событии, первым публично объявив о том, что произошло нечто заслуживающее внимания. И на его фото или текст будут ссылаться круп-

ные новостные агентства. Разумеется, это не отменяет их собственной работы, но для новых медиа оперативность и достоверность гораздо важнее качественной подачи.

В ожидании полноценного новостного материала читатель гарантированно посмотрит плохое любительское видео или прочтет заметку, написанную непрофессиональным автором, оказавшемся, тем не менее, в нужном месте в нужное время - скорость передачи сообщения важнее его объема и «красоты картинки».

Таким образом, можно определить еще одну важную черту новых медиа: подчеркнуто коммуникативную природу современного новостного дискурса, который уже рождается многоголосым.

Однако нарратологическая характеристика позволяет заметить, выявить и описать в этом пестром многоголосье те закономерности, которые дают возможность увидеть в новых медиа объект изучения и анализа. Важно помнить, что, несмотря на растущее многообразие подходов, перед нами, пусть измененные согласно требованиям времени, но реально существующие механизмы формирования и ретрансляции актуального человеческого опыта.

Пресловутая интерактивность обнажает коммуникативную природу новостного дискурса: у читателя появилась возможность не только узнавать новости, но публично откликаться на них, сопоставлять факты, анализировать, высказывать свое мнение и получать одобрение тех, кто его разделяет. Не вполне «готовые», слишком свежие, лишенные оценки новости этому только способствуют - они нуждаются не столько в читателе, сколько в собеседнике и соавторе.

Кроме того, новые медиа развиваются в теснейшем взаимодействии с маркетинговым сегментом рынка. Фраза «плохие новости лучше продаются» уже никого не удивляет. Интересно, что сообщения, содержащие констатацию свершившегося факта (отчет о катастрофе или стихийном бедствии), собирают столько же «реакций» и отзывов среди пользователей сети интернет, сколько и сообщения, содержащие лишь неявную угрозу - Третьей мировой войны, международного терроризма, глобального потепления. Правило общее: если новость пугает, она будет прочитана. Так большинство новостей в интернете приобретает неоправданно угрожающий характер.

Нужно учитывать, что в силу постоянного потока разного рода информации, новости необходимо «конкурировать» с другими, а значит быть кричащей, использовать различные способы привлечения внимания.

Однако все это дополняет характеристику новой медиальности со стороны формы. Но что меняется в содержании новостного нарратива?

На первый взгляд, сама по себе новость, взятая как самостоятельное законченное сообщение о чем-либо, не меняется. Она по-прежнему соответствует алгоритму, описанному ван Дейком, составляющие новостного сообщения сохраняют нарративное деление на «эпизоды», информация организована и оформлена в узнаваемом порядке.

Но при более детальном рассмотрении мы отмечаем следующее: прежде всего, черты объективности, к которым тяготеет любая новость, подкрепляются отныне не нарратором, но адресатом: именно свидетельства очевидцев или комментарии причастных придают новости характер достоверности.

Фактически, задача автора - привлечь внимание, написать такой заголовок и лид, чтобы к нему «потянулись» читатели, а дальше начинается процесс непрерывного взаимодействия. Накал страстей вокруг той или иной ситуации, «амплитуда» колебания общественных мнений напрямую зависят от количества людей, которые отреагируют на новость. При этом всякое новостное сообщение стремится сохранить одну из основных событийных характеристик - сингулярность. Характерной особенностью при этом становится семантическая акцентуация: если происшествие «недотягивает» до статуса события, этот статус присваивается ему искусственно, появляются эпитеты «невероятное событие», «сенсация», «шок», заголовки становятся излишне яркими, часто искажая содержание текста. Новость словно настаивает на событийном статусе описываемого, потому что обратное утверждение - о том, что ничего необычного не произошло -для данного формата губительно.

Автор новости, в отличие от автора художественного нарратива, отнюдь не всеведущ. Он является создателем рассказа о новости, но не творцом ее, следовательно, его позиция, его точка зрения - одна из возможных. Полисубъектность новостного дискурса приводит к наложению различных точек зрения друг на друга: фокализация становится многовекторной, и единственный шанс для новости не перейти в разряд слухов - это апелляция к фактам, точным сведениям, которые можно проверить. Имена, время суток, географические координаты, видео «с места событий», как правило, формируют доказательную базу интернет-новости.

Однако при этом современный новостной дискурс тяготеет к развлекательному формату. Даже самые серьезные новостные агентства в сети интернет позволяют себе гораздо больше шуток, картинок, карикатур и элементов разговорного стиля в сообщениях, чем на телевидении или радио. Кроме того, в новых медиа журналист не обязан излагать факты в их хронологической последовательности, как этого требуют традиционные СМИ. В это смысле современный дискурс еще сильнее подражает художественному нарративу, стремясь предложить не просто сухое изложение фактов, но полноценный рассказ о них, предполагающий активное участие читателей.

В книге «Дискурс/жанр» В.И. Тюпа в главе «Нарратология и дискурсивные практики» отмечает, что «современная нарратология придает понятию интриги значение объяснительного сопряжения событий, связывающего начало истории с ее концом» [Тюпа 2013, 26], - это утверждение оборачивается правилом для новых медиа, которые стремятся привнести интригу в рассказ о происшествии и переплести события таким образом, чтобы рассказ о них представлял интерес сам по себе, даже если речь идет

о рядовом происшествии - открытии нового торгового центра или вело-параде, который проводится несколько раз в год. Благодаря яркой, тяготеющей к художественности наррации, даже мелкому эпизоду можно попытаться придать статус исключительного события новостного характера.

Таким образом, новые медиа уделяют репрезентации новостного дискурса гораздо больше внимания, нежели их предшественники: они стремятся к полноценной вербализации новости, используя при этом нарративные стратегии, выработанные художественной литературой. Заметен и обратный процесс: некоторые современные авторы, подхватывают эту тенденцию и «откликаются» на новостную повестку в стихотворной или эссеистической форме, еще больше сближая новые СМИ с литературой.

Однако при этом механизмы нарратологии достаточно редко применяются к анализу новых форматов новостного дискурса, хотя очевидно, что с помощью нарратологического анализа можно не просто составить определенную «карту» реализации и восприятия современного новостного контента, но просчитать те стратегии, которые позволяют новым медиа не только привлекать внимание, но формировать общественные настроения и добиваться лояльности пользователей, демонстрирующих солидаризацию с той точкой зрения, которая высказана в сообщении. При этом далеко не всегда наибольшей ценностью оказывается достоверность новости. Если автор ангажирован, параллельно с фактами излагает свою личностную / идеологическую / этическую позицию, это не будет помехой для читающего, раз новость подана интересно и интригующе.

Однако междисциплинарный характер нарратологии позволяет анализировать не только художественные произведения, но и нефикциональные нарративы в других областях. Так, именно нарратология может помочь ответить на вопросы, как научиться не только потреблять новостной контент, но и противостоять ему, в тех случаях, когда новостные сообщения носят сознательно деструктивный характер (разжигают вражду и рознь, манипулируют фактами, пугают или демонстрируют необоснованно угрожающую интенцию), с тем, чтобы критерий объективности не оказался в мире развивающихся интернет-технологий избыточным требованием, по сравнению с возможностью управления общественными настроениями и мнениями.

ЛИТЕРАТУРА

1. Делёз Ж., Гваттари Ф. Капитализм и шизофрения. Тысяча плато. Екатеринбург, 2010.

2. Тюпа В.И. Дискурс / Жанр. М., 2013

3. Neumann W.R. The Future of the Mass Audience. Cambridge, 1991.

Новый филологический вестник. 2018. №2(45). --

REFERENCES

1. Deleuze J., Guattari F. Kapitalizm i shizofreniya. Tysyachaplato [Capitalism and Schizophrenia. A Thousand Plateaus]. Yekaterinburg, 2010. (Translated from French to Russian).

2. Neumann W.R. The Future of the Mass Audience. Cambridge, 1991. (In English).

3. Tyupa V.I. Diskurs/Zhanr [Discourse / Genre]. Moscow, 2013. (In Russian).

Сокрута Екатерина Юрьевна, Российский государственный гуманитарный университет; Институт мировой литературы им. А.М. Горького РАН.

Кандидат филологических наук, научный сотрудник Научно-образовательного центра когнитивных программ и технологий РГГУ; докторант ИМЛИ РАН. Научные интересы: теоретическая поэтика, автопоэтика, нарратология, диалогическая философия, компаративистика, современный европейский роман.

E-mail: sokruta@gmail.com

Sokruta Ekaterina Yu., Russian State University for Humanities; A.M. Gorky Institute of World Literature of the Russian Academy of Sciences.

Candidate of Philology, researcher at the Scientific and Educational Center for Cognitive Programs and Technologies, RSUH; doctoral candidate, IWL RAS. Research area: theoretical poetics, autopoetics, narratology, dialogic philosophy, comparative studies, contemporary European novel.

E-mail: sokruta@gmail.com