Правительство просит верить на слово

Правительство просит верить на слово
       Премьер Михаил Касьянов вчера на совещании со своими заместителями объявил, что с инфляцией в России дела сейчас обстоят просто замечательно. В августе она составила всего 1%, а с начала года цены выросли лишь на 12,6%. Ну что же — правительству остается только прибегать к заклинаниям.

       Ситуация начинает вызывать по меньшей мере удивление. По официальным данным, денежная масса в России с начала года увеличилась на 125 млрд руб. (то есть на 40%). При таких объемах эмиссии цены просто не могут не расти. И они растут. В августе цены в магазинах на продовольствие и ширпотреб продолжали заметно увеличиваться — и граждане в разговорах между собой не устают выражать недовольство. Госкомстат вчера сообщил, что за месяц цены на бензин выросли на 6,3% (в июле рост составил 2,2%). И тем не менее правительство заявляет, что с инфляцией все в порядке, а в августе так она просто почти прекратилась. Мол, в июне действительно было 2,5%. Зато в июле — всего 1,8%, а в августе — вообще 1%.
       Очевидно, что российский потребительский рынок находится в плохом состоянии. Несмотря на стабильный курс доллара, цены повышаются даже на импортные товары (хотя эти цены и так находятся на запредельном по западным меркам уровне). Естественные монополии пытаются ликвидировать свою убыточность, добиваясь от властей разрешения повысить расценки на услуги. Покупателям приходится платить все, что с них запросят: особой конкуренции со стороны продавцов не наблюдается. О том, чтобы понизить цены в магазинах, и речи не идет. Цены понижаются только в том случае, если до этого они были совершенно неприлично задраны и просто отпугивали клиентов.
       И тем не менее правительство отрицает очевидную инфляцию. Зачем ему это нужно? Объяснение может быть очень простое: признать инфляцию — значит признать отсутствие каких-либо экономических успехов. Не секрет, что все то, чем гордится правительство (большие бюджетные доходы, стабильный курс рубля, выплата внешней задолженности, формальный рост производства), обеспечено высокими мировыми ценами на нефть. Единственное, что не зависит (во всяком случае, не прямо зависит) от мировых цен на нефть,— это внутренние розничные цены. Если они перестанут расти, то правительство действительно может это поставить себе в заслугу. Тем более что Владимир Путин в последнее время несколько раз высказывал озабоченность инфляцией.
       И у правительства просто не осталось выхода. Нужно рапортовать о том, что инфляция, которая было подняла голову, теперь полностью побеждена. Проверить очень трудно: считает цены правительственный же Госкомстат. Приходится верить на слово. Жалко, что граждане не верят.
       
       СЕРГЕЙ Ъ-ВИКТОРОВ, ВАДИМ Ъ-БАРДИН