Повседневная и праздничная культура дальневосточных городов: сфера досуга (вторая половина ХIХ–начало ХХ В. )

Вестник ДВО РАН. 2013. № 4

УДК 947.05 (=571.6) Г.А. АНДРИЕЦ

Повседневная и праздничная культура дальневосточных городов: сфера досуга

Анализируется повседневная и праздничная культура дальневосточных городов во второй половинеХ1Х— начале ХХ в., отмечаются ее особая роль и значимость для культурной жизни региона.

Ключевые слова: культура, повседневность, досуг, любительское искусство, вечер, спектакль, концерт, праздник, культурно-просветительская, культурно-развлекательная деятельность.

Everyday and holiday culture of the Far Eastern cities: leisure sphere of the second half of the 19th—beginning of the 20th centuries. G.A. ANDRIETS (Institute of History, Archaeology and Ethnography of the Peoples of the Far East, FEB RAS, Vladivostok).

Everyday and holiday culture of the Far Eastern cities of the second half of the 19th—beginning of the 20h centuries has been analyzed and its special role and importance for cultural life of the region has been noted.

Key words: culture, everyday life, leisure time, amateur art, evening, performance, concert, celebration, cultural-educational and cultural-entertainment activity.

До недавнего времени проблеме повседневного отдыха и праздничного времяпрепровождения городского населения были посвящены главным образом работы по этнографии, религиоведению, философии, социологии [2, 3, 9, 13, 17, 19, 23]. Историки только приступают к серьезному осмыслению этой проблематики. Между тем именно урбанизация жизни придала досуговой сфере самостоятельную ценность, и здесь не последнюю роль сыграла культура «праздного сословия», первоначально представленного преимущественно неслужилым дворянством [14].

Во второй половине XIX-начале XX в. культурная жизнь молодых дальневосточных городов определялась спецификой региона позднего заселения. На необжитой территории в суровых условиях дальневосточного климата повседневное общение и внешние контакты между представителями городского сообщества вне профессиональных занятий являлись наиболее распространенными формами внетрудового поведения. Низкий уровень культуры был следствием общей культурной отсталости основной массы населения региона вследствие его удаленности и недавнего освоения.

Как отмечал в 1890-х годах Д.И. Шрейдер, скучна и тосклива была жизнь весьма небольшого общества Владивостока, где все друг друга хорошо знали. Всем было заранее известно, что каждый скажет. «За эти долгие годы совместной жизни в малолюдном порту мы, может быть, по сто раз повествовали друг другу одни и те же истории...» [29, с. 39, 41]. Увлеченность тайгой, инородцами, охотой, природой постепенно прошла.

«Разумные развлечения» становились стержнем культурной жизни образованного общества в молодых дальневосточных городах. Большая заслуга в этом принадлежала женам высокопоставленных чиновников и офицеров высшего звена. Например, Екатерина Ивановна Невельская в 50-х годах Х1Х в. положила начало домашним вечерам. Благодаря

АНДРИЕЦ Галина Алексеевна - кандидат исторических наук, научный сотрудник (Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН, Владивосток). E-mail: andriets2005@list.ru

ее стараниям офицеры в Николаевске чаще всего собирались в доме Невельских. Под аккомпанемент фортепиано, снятого с фрегата «Паллада», устраивались танцы, в которых нередко принимал участие сам Геннадий Иванович [1, а 145].

Немногочисленное николаевское общество старалось не скучать: устраивались домашние театры, маскарады, танцы. Популярным было катание на собаках. Местными силами поставили четыре спектакля по комедиям Н.В. Гоголя. В продолжение зимнего сезона 1854/55 г. до великого поста у Невельских было дано шесть танцевальных вечеров, на святках прошел маскарад, где были представлены замечательные костюмы [1, а 147, 148]. Душой всех развлечений, столь необходимых в глуши, отрезанной от цивилизации, были Е.И. Невельская и Е.О. Бачманова - супруга официально назначенного помощника начальника Амурской экспедиции капитан-лейтенанта Александра Васильевича Бачманова.

В 80-е годы Х1Х в. инициатором культурных развлечений в Хабаровске была супруга Приамурского генерал-губернатора барона А.Н. Корфа Софья Алексеевна. Поскольку сама была «большая охотница танцевать», на каждой неделе она устраивала «если не танцевальный вечер, то музыкальный, а по временам... спектакли». По установившемуся обычаю вновь прибывшему на службу чиновнику требовалось вместе с женой «сделать визит баронессе», которая, по воспоминаниям очевидцев, принимала настолько радушно, что «всякие предубеждения» и «неловкость» тут же исчезали (Хабаровский краевой музей им. Н.И. Гродекова, далее ХКМ. Ф. 69. Оп. 7. Д. 1. Л. 10). Образованные люди часто собирались друг у друга на чаепитие. Так, жившая во Владивостоке американка Э. Л. Прей вспоминает, что в октябре 1899 г. прошло одно из таких чаепитий, посвященное популярной в то время писательнице Марии Корелли. Были прочитаны стихотворения «Лотос», «Лилия», «Голос возлюбленного», сделана выборка из «Аидат»: «Мы провели два чудесных часа, и я надеюсь повторить их как-нибудь еще» [21, с. 257].

Наиболее распространенной формой проведения свободного времени для высшего общества были домашние или семейные вечера. Они устраивались в выходные и праздничные дни и не требовали больших материальных затрат. Например, в 1904 г. в Порт-Артуре квартира полковника 26-го Восточно-Сибирского стрелкового полка А.А. Кирилленко и его супруги Веры Яковлевны была своеобразной музыкальной гостиной. В семье Кирилленко, где бы она ни проживала, в свободное время собирались офицеры полка, знакомые из гражданских сословий на своеобразные вечера отдыха. Обаяние хозяйки, ее интеллект, богатая фантазия очаровывали всех. Вера Яковлевна неплохо играла на фортепиано и не могла не привлечь внимания капельмейстеров полка с высшим музыкальным образованием. Не случайно М. А. Кюсс первое издание своего вальса «Амурские волны» (рис. 1) посвятил супруге полковника Кирилленко [16, с. 28, 29].

Проводилось много тематических мероприятий для детей. Так, зрители по достоинству оценили литературно-вокально-музыкальный вечер, состоявшийся 13 февраля 1916 г. в театре «Золотой Рог», и спектакль-концерт, прошедший 13 мая того же года в Пушкинском театре. В выступлениях принимали участие ученицы Владивостокского 10-го женского одноклассного городского училища (рис. 2). Хорошее исполнение театральных или музыкальных номеров на многих детских культурных мероприятиях позволяло публике отметить

Рис. 1. Фрагмент первого издания вальса М.А. Кюсса «Амурские волны». Из фондов РГВИА

своим признанием способных учениц (Российский государственный исторический архив Дальнего Востока, далее РГИА ДВ. Ф. 28. Оп. 3. Д. 24-а. Л. 6, 17 об.).

По словам очевидца, «подобные начинания, развивая у детей эстетический вкус и облагораживая их молодые души, дают возможность даже детям внести свою лепту на алтарь отечества» (РГИА ДВ. Ф. 28. Оп. 3. Д. 24-а. Л. 12, 12а).

Со второй половины XIX в. большую популярность в высшем обществе России приобрели публичные балы, обязательной принадлежностью которых был оркестр (танцы под фортепиано балом не считались). Кроме танцев церемония бала включала дополнительные развлечения: небольшой концерт специально приглашенных артистов или любителей из числа гостей, «живые картины», любительский спектакль. Иногда проводились благотворительные балы с лотереями, базарами, аукционами. В заключение устраивался ужин. К балу готовились весьма тщательно: заранее давали объявление о предстоящем мероприятии, заказывали музыку, дамы самостоятельно шили наряды.

Особенность балов в городах Дальнего Востока заключалась в том, что из-за отсутствия помещений они нередко устраивались в «необычных» местах. Во Владивостоке, например, большую популярность получили балы на кораблях Императорского Тихоокеанского флота. Так, в июле 1894 г., по воспоминаниям г-жи Прей, состоялся грандиозный бал на борту флагманского корабля «Адмирал Нахимов», нарядное убранство которого подчеркивало пышность торжества. Для танцев было отведено пространство на кормовой палубе, оформленное в виде шатра из чередовавшихся голубых и белых полос, в самой верхней точке которого «находилась большая масса зеленых веток», насчитывавшая «около пятидесяти лампочек накаливания». От лампочек «в ветках к краям шатра шли во всех направлениях тяжелые гирлянды из листьев, а на них были лампочки накаливания... прикрытые бумагою различных цветов. Они смотрелись как многочисленные цветы среди зелени. Все было покрыто коврами и задрапировано» [21, с. 217, 218]. Как видим, досуг привилегированных сословий отличался изысканностью и разнообразием.

Ярким свидетельством общественного стремления к разумному времяпрепровождению служит появление на Дальнем Востоке любительского театра. Отвечая задачам просвещения, приобщения к искусству широких слоев населения, любительский театр не организовывался свыше; он действительно был проявлением свободной воли, поскольку

Рис. 2. Программа литературно-вокально-музыкального вечера учениц 10-го женского одноклассного городского приходского училища г. Владивосток. 13 февраля 1916 г.

02114211

для значительной части образованных горожан игра на сцене была привычной формой самовыражения и общения.

Особое место занимали спектакли, которые по инициативе офицеров и членов их семей ставились силами нижних чинов. Первые сведения об их проведении находим в сибирской прессе 1860-х годов, с появлением в крае своих газет информация о солдатских спектаклях стала встречаться чаще. Принятое в 1860-е годы решение об учреждении постоянного «матросского театра» в г. Николаевск можно считать одной из первых попыток отвлечь военный состав от пьянства, карточных игр, разврата и попыток суицида. Предполагалось набрать актеров из нижних чинов и низшего городского сословия за поспек-такльную плату, чтобы по воскресным вечерам матросы собирались не в пивной, а в театре, где играла бы национальная музыка, исполнялся государственный гимн, шли пьесы народного быта [6, 1865, 25 дек., с. 179]. К сожалению, постоянного воплощения данная идея не получила, но единичные спектакли по инициативе офицеров все же имели место. В 1880-1890-е годы в солдатских театрах идут «Ревизор» Н. Гоголя, «Сцена в корчме» из «Бориса Годунова» А. Пушкина, «Человек предполагает, а бог располагает» Н. Щеглова, «Волчонок» В. Овсеенко, «Антошкины проказы» Н. Шульгина. Во всех газетных заметках повторяется мысль о важности подобных мероприятий для просвещения солдат, сплочения воинского коллектива, для разумного проведения досуга. Такие инициативы одобряло высшее руководство, например командир Сибирского флотского экипажа капитан первого ранга Д.В. Палеолог [8, с. 63]. Пресса благожелательно относилась к начинаниям военных, информация о солдатских спектаклях нередко заканчивалась словами: «...вот у кого бы поучиться этим интеллигентным любителям» [28, с. 189, 190].

Во Владивостоке одна из первых любительских трупп была организована в 1873 г. Запасной фельдшер Бакушев с писарями флотского экипажа и гарнизона, а также женщинами-каторжанками представили на суд зрителей постановку по пьесе А.Н. Островского «Бедность не порок» [28, с. 189]. Со временем к театральному искусству были приобщены пролетарские слои городского населения, о чем свидетельствуют, например, объявления в местных газетах: «Сегодня в матросской чайной при сибирском экипаже любителями кадровыми мастеровыми Владивостокского порта дан будет спектакль. Поставлено будет «Наталка Полтавка», оперетка в 2-х действиях и 3-х картинах, соч. Котляревского; в антрактах будет играть хор портовых музыкантов; начало в 7 час. вечера; после спектакля танцы» [5].

Первые любительские театральные постановки проходили в неприспособленных помещениях, без декораций. Принимая во внимание полное отсутствие опыта и соответствующего образования у участников, можно предположить, что уровень спектаклей был весьма невысок. Часть горожан к посещению подобных, по их выражению, «канителей» привлекала водка, которую «театралы» распивали после представления. Однако, по мнению наблюдателя, любительские спектакли были необходимы: они не давали «окончательно заснуть» дальневосточной окраине и способствовали появлению у общества более высоких интересов, чем карты и кутежи. Кроме того, разговоры об игре исполнителей, выборе пьес, о ролях и музыкальных произведениях сближали горожан, наполняя содержанием их повседневную жизнь [10, с. 92, 93].

На рубеже Х1Х-ХХ вв. важную роль в культурной жизни городского населения продолжали играть традиционные народные праздники, включенные в систему православного календаря, например зимние святки - от Рождества Христова до Крещения (с вечера 24 декабря по 6 января по старому стилю). Кроме сугубо религиозной праздник выполнял и развлекательную функцию. Широкое распространение на Дальнем Востоке имел обычай ряжения. Основными его участниками были мелкие канцелярские чиновники, мещане, казаки. Нижним чинам предписывалось оставаться в форме. Утром на Рождество дети и подростки ходили по городу и «славили Христа».

В годовом цикле календарных праздников наряду со святками выделялась своей те-атрализованностью масленица. В обрядовой атмосфере, восходящей к язычеству, были

естественны проказы ряженых, шуточные сценки. В течение всей масленичной недели в общественных, военных и прочих собраниях проходили балы, танцевальные вечера. В хабаровском высшем обществе было принято днем после блинов ездить на тройках на Красную речку и пить там чай. Для «народа» на плацу устраивали качели. В Общественном собрании читали лекции. Супруга генерал-губернатора В.Ф. Духовская вспоминала: «...Вечером... лектор Лапин читал назидательную лекцию о любви» [12, с. 48].

Газета «Харбинский вестник» поместила описание празднования масленицы в Коммерческом собрании г. Харбин в 1914 г. К традиционным блинам прибавилось выступление на сцене «масленицы» - с песнями и плясками. Играли балалаечники, пели вокалисты, выступали чтецы. Одна из местных дам, переодетая цыганкой, «гадала» для публики. Бал-маскарад с призами за лучшие костюмы продлился до глубокой ночи. Во время танцев и всеобщего веселья играл оркестр духовой музыки [27: 7 февр., с. 2, 3].

Характерные масленичные забавы — катания в санях и с ледяных гор - устраивались во всех городах Дальнего Востока. В масленичных гуляниях участвовали все слои населения, от рядовых горожан до верхушки местной администрации. Особенно веселились дети, для которых организовывали бесплатный каток, выдавали коньки, санки.

Из весенних праздников в городах наиболее значимой была Пасха, которая отмечалась не ранее 22 марта и не позднее 25 апреля. Роль Пасхи определялась прежде всего значением данного праздника для каждого христианина. Запрещенные на время поста общественные увеселения возрождались и продолжались в течение всей пасхальной недели. На площадях устраивали качели, различные аттракционы и другие развлечения [15, с. 130]. В простонародной среде были популярны традиционные пасхальные игры - «биться яйцами» и «катать яйца». В высшем обществе накрывали обильные столы, вели приемы, дарили подарки. Так, супруга генерал-губернатора В.Ф. Духовская вспоминает, что в честь Великого Христова Воскресенья ученицы женского училища преподнесли ей в дар вышитую подушку и «два яйца, на которых были искусно вырезаны имена всех учительниц» [12, с. 48].

Официальная общественно-религиозная часть являлась сильной стороной календарных праздников. Однако к участию в подобных мероприятиях людей влекла также возможность встреч и общения с широким кругом знакомых. Причем радость общения присутствовала и в официальной, и в культурно-развлекательной части праздника, независимо от возраста и положения человека в обществе. Особенно в таком общении нуждались дети и подростки. Не случайно на пасхальной неделе 1901 г. были устроены праздники для хабаровской учащейся молодежи в женской гимназии (320 чел.) и для городских училищ в Николаевском городском училище (420 чел.), куда также прибыли кадеты хабаровского корпуса и ученики технического железнодорожного училища. В дополнение к хоровому пению, танцам, чаепитию, показу «туманных картин», вручению подарков с искусственными пасхальными яйцами и конфетами организаторы пригласили гастролировавшего по Дальнему Востоку фокусника и чревовещателя Отто Шарлье [22: 1901, 8 апр., с. 5].

Для основной массы горожан среди общественных развлечений первое место, если позволяла погода, занимали массовые гуляния в скверах, на центральных улицах или в городском саду. Здесь организовывались выступления военных оркестров, хоров, устраивались бесплатные качели и прочие аттракционы, включая выступления фокусников, акробатов. Непременными атрибутами подобных увеселений являлись тир, стрельба с призами, буфеты и киоски с прохладительными напитками и закусками. Для солдат организовывали бесплатное угощение с выдачей спиртного. Вечер завершался праздничной иллюминацией и фейерверком [22: 1900, 20 авг., с. 9]. Городской праздник при всем его разнообразии и пестроте воспринимался как нечто цельное. Эту целостность создавала специфическая атмосфера праздничной площади с ее весельем, равенством людей, совместными едой и питьем.

Как показывает изучение праздничного досуга горожан, выделение трех основных его компонентов - торжественно-официального, массово-развлекательного, относящихся к

общественной жизни, и домашне-бытового, присущего семейной сфере, достаточно условно [3, а 212]. По своей природе праздники принадлежат к явлениям общественным. Роль общества велика как в гражданских, так и в семейных торжествах. Семейное (личное) и массовое (общественное, коллективное) начала в любом празднике взаимодополняют друг друга. Различны лишь степень и характер массовости, обусловленные местом проведения торжества. Часть традиционных календарных праздников (Семик, Троица, Ивана Купала) в быту горожан не имели столь сложной обрядовой структуры, как в крестьянской среде. Зато в городах существовали более благоприятные условия для организации упоминавшихся разовых праздничных мероприятий в форме балов, маскарадов, танцевальных вечеров.

Среди религиозных праздников свое место занимали торжества, связанные с памятными датами в истории русской церкви и ее деятелей. Важным событием для всего православного населения страны было празднование в 1888 г. 900-летия крещения Руси. В Благовещенске 15 июля в Покрово-Николаевской церкви прошла божественная литургия, по окончании которой открылся крестный ход на р. Амур, где было совершено освящение воды. Днем на всех колокольнях городских церквей области был «целодневный звон». Дома города к этому дню украшали флагами, а торговые и питейные заведения закрывали (РГИА ДВ. Ф. 755. Оп. 2. Д. 366. Л. 1-3).

Важное место в череде праздничных мероприятий занимали знаменательные даты российской истории. При проведении подобных торжеств существовал определенный регламент, единый для страны. Организацию официальной церемонии на местах поручали высшим чиновникам. Любой государственный праздник начинался в соборе, где все горожане во главе с представителями власти были обязаны молиться за царя. Важнейшей частью многих мероприятий были воинские парады. Они устраивались по «царским дням», в честь военных побед русских войск и в дни других общегосударственных и местных праздников. Торжественный марш солдат и офицеров под оркестровую музыку собирал большое число зрителей (рис. 3).

Среди памятных дат непременным являлось празднование общезначимых для страны военных побед, мирных соглашений, других свидетельств воинской доблести россиян. В 1909 г. отмечали 200-летие Полтавской битвы (рис. 4), а в 1911 г. во Владивостоке военный флот праздновал День морской победы Петра I над шведами при Гангуте в 1714 г. Стоявшие на рейде военные суда, включая германские и итальянские, были украшены флагами и произвели салют из пушек [26: 1911, 30 июля].

Рис. 3. Парад на ипподроме. Войска на молитве. Владивосток, 27 июня 1909 г.

Рис. 4. Парад на ипподроме. Почетный караул солдат Владивостокского гарнизона в форме начала XVIII в. Владивосток, 27 июня 1909 г.

Особенно торжественно отмечался 100-летний юбилей победы русского народа в Отечественной войне 1812 г. В честь этого события одну из школ Благовещенска, закладка которой состоялась 26 августа 1912 г., назвали «Памяти Отечественной войны 1812 года» [20, с. 19]. Для всех учащихся в городах Дальнего Востока провели чтения об Отечественной войне, роздали детям брошюры, организовали кинематографические сеансы и спектакли. Для остальной части населения были устроены грандиозный парад войск и общенародное гуляние (РГИА ДВ. Ф. 159. Оп. 1. Д. 11. Л. 162, 230).

Примечательным стало празднование в 1911 г. 50-летия освобождения крестьян от крепостной зависимости (19 февраля 1861 г.). В Николаевске, например, состоялись народные чтения в Пьянковском народном училище, бесплатные спектакли для бедноты в Общественном собрании. Для учащихся городских училищ было устроено литературно-музыкальное утро, окончившееся танцами. В иллюзионе «Прогресс» прошли сеансы для самых маленьких детей из бедных семей. На проведение трехдневного праздника городом было ассигновано 2 500 руб. [6: 1911, 22 февр.]. В Благовещенске была учреждена стипендия «В память 19 февраля» для продолжения обучения в средних учебных заведениях способных детей из крестьянского и мещанского сословий. Для учеников начальных училищ 18-20 февраля были поставлены дневные спектакли, городом выделено по 150-200 руб. на каждое представление (РГИА ДВ. Ф. 755. Оп. 2. Д. 990 а. Л. 3).

В дальневосточных городах, как и во всей России, отмечались памятные даты, связанные с жизнью и деятельностью выдающихся полководцев, писателей, ученых. Например, в 1900 г. торжественно праздновалось 170-летие со дня рождения великого русского полководца А.В. Суворова. В Благовещенске в честь этого события приняли решение переименовать Загородную улицу в Суворовскую. Город был украшен флагами и иллюминирован. На приобретение брошюр о жизни и деятельности полководца, на устройство народного гуляния из городского бюджета выделили дополнительно 500 руб. 1 сентября 1906 г. здесь было решено открыть одноклассную женскую школу имени князя Суворова (РГИА ДВ. Ф. 755. Оп. 3. Д. 218. Л. 1 об., 4а).

В городах регулярно проводились мероприятия, посвященные знаменитым российским деятелям культуры. С большим размахом повсеместно прошли юбилейные торже-

ства в связи со 100-летием со дня рождения А.С. Пушкина (1899 г.). По распоряжению Приамурского генерал-губернатора были закуплены и розданы во все начальные городские училища 200 экземпляров полного собрания сочинений А.С. Пушкина в 10 томах и несколько экземпляров отдельных дешевых изданий поэта. В Благовещенске на празднование юбилея А.С. Пушкина было выделено 400 руб., постановлением городской думы от 3 мая 1899 г. решено устроить на Большой улице города бульвар с оградой и назвать его Пушкинским (РГИА ДВ. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1612. Л. 4; Ф. 755. Оп. 3. Д. 70. Л. 1-2, 6-7). Городская управа г. Хабаровск к торжественной дате постановила назвать именем Пушкина одну из улиц города. На торжественное заседание в Военное собрание прибыл генерал-губернатор Н.И. Гродеков [7, с. 26]. В Морском собрании Владивостока состоялся драматический вечер, сбор от которого пошел на строительство Пушкинского народного дома [22: 1899, 1 авг., с. 8-9].

Осенью 1901 г. в Морском собрании Владивостока с большим успехом прошел ученический вечер музыкальной школы городского Общества поощрения изящных искусств, посвященный памяти П.И. Чайковского; прозвучали увертюра «1812 год», сюита из балета «Щелкунчик» и другие произведения композитора [11].

Случалось, что празднества в провинции предшествовали столичным. Например, 80-летие графа Л.Н. Толстого (1908 г.) в городах Дальнего Востока было отмечено чтениями, музыкально-литературными вечерами. Настойчивые «толстовцы» добились, чтобы одна из улиц г. Хабаровск была названа именем писателя. Стоит напомнить, что в Москве улица Л. Толстого появилась лишь после Октябрьской революции, в 1920 г. [7, с. 40].

В марте 1909 г. отмечалось 100-летие Н.В. Гоголя. С особым вниманием отнеслись к этому событию в Благовещенске. Заранее было объявлено о чтении во всех школах лекций, посвященных жизни и творчеству писателя, о постановке в Общественном собрании и театре Роганова четырех спектаклей по пьесе «Женитьба», подготовленных Обществом бесплатной народной читальни. В Общественном собрании городским самоуправлением было устроено литературное утро, сбор с которого пошел на образование фонда для выдачи стипендии им. Н.В. Гоголя [25: 25 февр., с. 2; 19 марта, с. 4].

В 1910 г. прошли торжества в связи с 50-летием со дня рождения А.П. Чехова, чье имя стало особенно дорого дальневосточникам после его поездки на о-в Сахалин. Общественность Хабаровска провела вечер, на котором присутствовали все члены городской думы и управы во главе с И.И. Еремеевым. Члены Литературно-музыкально-драматического общества выступили с концертом [7, с. 40]. 13 марта Обществом бесплатной народной читальни Благовещенска в память писателя в театре Роганова режиссером А. В. Аксаковой был поставлен спектакль «Дядя Ваня» [24]. Следует заметить, что по сравнению с официальными мероприятиями государственного масштаба празднование культурно значимых событий отличалось меньшей помпезностью, зато давало простор для проявления инициативы организаторов, не скованных обязательным регламентом.

Особенно памятными становились даты, связанные со страницами дальневосточной истории. Таким было празднование юбилейных дат по случаю водружения русского флага в устье Амура. В мае 1868 г. в Благовещенске впервые с большим размахом отмечалось десятилетие заключения Айгунского договора. На берегу Амура, где размещался временный лагерь Н.Н. Муравьева, подписавшего от имени России этот договор, установили памятник, представлявший собой обелиск в виде четырехгранной усеченной пирамиды, увенчанной капителью. На его лицевой грани укреплена доска с мемориальным текстом [20, с. 26, 27]. Дата, ставшая точкой отсчета региональной истории, получила постоянную «прописку» в местном календаре: 40-летие (1898 г.) и 50-летие (1908 г.) заключения Ай-гунского договора отмечали во всех дальневосточных городах.

Культурным новшеством в жизни российской провинции являлись праздники местного значения, в частности дни посещения города «высочайшей особой». Среди первых таких визитов - прибытие во Владивосток на фрегате «Светлана» Великого Князя Алексея

Александровича (1873 г.). Известно, что высокий гость охотился в окрестностях города, встречался с представителями местного купечества, призывая их «к самодеятельности», а также предложил учредить музей, для чего оставил привезенные сюда «некоторые коллекции» [18, с. 86]. В память об этом визите центральную улицу Владивостока переименовали из Американской в Светланскую. Далее Алексей Александрович отправился сухим путем через Сибирь. Посещение Хабаровска представителем правящей династии ознаменовалось первой в этом городе иллюминацией: на фасаде дома купцов Плюсниных светились буквы А.Х.П. - «Алексей Хабаровку посетил». Впоследствии именем Великого Князя были названы одна из улиц города и женская гимназия [4, с. 36, 250].

Приезд высокопоставленных гостей в дальневосточные города непременно сопровождался торжественной воинской церемонией встречи или парадом войск. Дальнейший ход официальных праздников был почти неизменным. Участие в последующих за праздничным богослужением и военным парадом мероприятиях для каждого жителя было обусловлено его социальным статусом. Для высшего чиновничества давались торжественные обеды, ужины. В целях укрепления верноподданнических чувств был регламентирован порядок провозглашения тостов: первой звучала здравица в честь государя императора, затем провозглашались тосты за здравие руководителей региональной администрации в строгом соответствии с иерархией. Вечером устраивались балы, иногда - балы-маскарады.

Весной 1891 г. Владивосток посетил наследник престола цесаревич Николай. В честь этого события была воздвигнута Триумфальная арка. Ожидалось, что визит высокого гостя оставит след в истории города - это стало традицией царствующего дома Романовых. Действительно, в день прибытия великого князя объявили высочайший манифест с некоторыми послаблениями в отношении каторжных и ссыльных. Затем в присутствии цесаревича были заложены сухой док, названный его именем, Уссурийская железная дорога и памятник адмиралу Г.И. Невельскому. Кроме того, цесаревич сделал денежные пожертвования местным благотворительным и просветительным учреждениям. Не удивительно, что «летописцем» города Н.П. Матвеевым 1891 год был назван выдающимся в жизни Владивостока [18, с. 216, 217].

Со временем организаторы праздничных мероприятий накопили солидный опыт и не стесняли себя в расходах, проявляя выдумку и изобретательность. Так, на встречу Приамурского генерал-губернатора С.М. Духовского и его супруги Варвары Федоровны 15 августа 1893 г. прибыли вся высшая администрация края, духовенство, крупные предприниматели, купечество, депутации от городов. Боевые корабли Тихоокеанской эскадры «украсились флагами расцвечивания, на палубах были построены экипажи, кричавшие "ура"... Берег был усыпан разноцветной толпой горожан, вдоль дороги, ведущей в город, шпалерами стояли солдаты. После краткого молебна, вручения хлеб-соли и приветственных речей С.М. Духовской поблагодарил за встречу» [7, с. 66].

Форма своеобразного массового праздника могла придаваться и мероприятиям благотворительного характера. Таким был, например, всероссийский праздник «Белого цветка» (1911 г.) в больших и малых городах России (Москва, Чита и Читинская область, другие города Сибири, Благовещенск, Хабаровск, Владивосток, Никольск-Уссурийский и др.), который никого не оставил равнодушным. В комитет по устройству праздника и юридической организации Общества по борьбе с туберкулезом и чахоткой вошли представители всех общественных слоев: докторская корпорация, военные, купечество, мещане и др. Цель праздника - продать как можно больше белых цветов. Вырученные деньги предназначались на постройку санаториев, приютов для больных (в том числе для детей), на улучшение питания больных и другие медицинские нужды. Массовое шествие принесло значительный доход. Только за один день «Белого цветка» в Хабаровске получено 2 500 руб. 57 коп., в Благовещенске - около 3 000, в Чите - свыше 4 000, во Владивостоке - 4 460 руб. 69 коп. [26: 1911, 1 июня; 5, 9, 14, 21, 24 июля; 2, 24 авг.; 14 сент.].

и

//ШЛ yip^'viv

Комитегъ по устройству Праздника БЬпаго Цв-Ьтна.

Пушкинскш театрь

Въ Субботу 27 августа 1911 года,

Любители чи ¡им;дч-«¡¡а щн-д'-пш.-и-ии Гу^-п,.

цшшшпн

я п и ц а:

К сбору средств были подключены все культурные учреждения городов. Так, Владивостокское Собрание приказчиков (Пушкинский театр) к всероссийскому празднику «Белого цветка» подготовило специальную театрально-концертную программу (рис. 5).

Благотворительные праздники проходили организованно и всегда получали поддержку прессы. Праздник «Белого цветка» был хорошо подготовлен, и спустя два месяца владивостокской публике был продемонстрирован снятый А.А. Шульцем фильм о его проведении [26: 1911, 17 нояб.]. В 1912 г. в дальневосточных городах вновь прошел этот праздник [26: 1912, 24 авг.], а 26 апреля 1914 г. Владивостокский отдел лиги борьбы с туберкулезом выпустил журнал «Белый цветок» [26: 1914, 30 июня].

Таким образом, во второй половине Х1Х-начале ХХ в. культурная жизнь активировалась во всех дальневосточных городах, где решающую роль играла местная интеллигенция. Организация культурного времяпрепровождения - от домашнего (в тесном кругу) отдыха до массово-зрелищных (всенародных) гуляний, литературно-музыкальных вечеров, театральных постановок и тематических концертов - определяла содержание культуры региона. Активная культурно-развлекательная и культурно-просветительская деятельность интеллигенции имела целью поднять культурный уровень широких слоев населения и помочь обществу хотя бы частично решить острые социальные проблемы.

Ы, Я-К-6 /1.1.г....... М. !:

Действующ

1>ата<'|п> Пышге, Лытвичъ I"'*]! -м. |л МуааI , .... Кок» | <''" .'..,-,

1№|1Я Г;и!Л1'|:иа 141, !ГЛ<-мянш:па 1'аП ищ<ил. Сили 1;г.ч}  иимт.щ, . ¡.'ипша Луктпиша д;;:н.плл ¡1.1 .

К*р1Г-П. Н.1ад. А д<-:г худ. >:.. I' . . .

/151:1 и|ЛП. Пикт. Данил. . . . Л|П[а |'и))11Г)ЧНЛИ ['¡Г|:1| I!......

Начапо въ 8 час. вечера.

Режнссфь М. Д. Голдниъ.

Помщцв. Гса;а™-]м Вд Гордонъ.

Танцами Д|цм1ж1ц»уг-|7> п. м- Каочковъ - I I. -

н в- Дубравснгн. д. а тонкий. . гл. д Голдинъ М И. Щсдкииа. н. 0 Паповъ К- В Тайнива. . й а б1«оусовъ. . К. и. Ксдылввъ . С. а- Бонашкевичъ

Концертное отд-Ьпеше

I Apiil У|нздн он. „\Д'-1.

Лнк'м.ш." Г|>: ДоГ>|М|

2 Соло на г1.||ццм-. пел. r ui. ., . .......

» ,И МОЧЬ, И ЛЮГюЫ, И .чуни" |Ч»Ы, Д:ии.|дм!1:1 Hril. I'-IKSI Лшм

4 Соло ни |1ом.т). .иск. 1*-(11. Г.Л';н!|»'[-. а Романпы ион. г-жа 1[|нп;ая. (» Сило «а ишшлсими »си. r-irhTwi.ynii.. j Томлен при. г-жа UuiiiHoiK'Kiui. к д^климшин не11- lv«t» уотк'агаишзд«.,

Лккомшипфуггъ Г. IYUviKP'b. По окончзнж концерта

Т А Н Ц

до 5-}съ насоаъ ночи.

чта, (wft ктф'тп и сдипштинъ.

ы

Рис. 5. Афиша Собрания приказчиков

ЛИТЕРАТУРА

1. Алексеев А.И. Хозяйка залива счастья: книга о большой любви и исполненном долге. Хабаровск: Кн. изд-во, 1981. 224 с.

2. Анохина Л. А., Шмелева М.Н. Быт городского населения средней полосы РСФСР в прошлом и настоящем. На примере городов Калуга, Елец, Ефремов. М.: Наука, 1977. 359 с.: ил.

3. Будина О.Р., Шмелева М.Н. Город и народные традиции русских. М.: Наука, 1989. 254 с.

4. Вежновец А.Ф., Крадин Н.П. Записки краеведов. Хабаровск: Магеллан, 2000. 335 с.

5. Владивосток. 1903. 4 мая.

6. Восточное Поморье. Николаевск-на-Амуре, 1865, 1911.

7. Востриков Л. А., Востоков З.В. Хабаровск и хабаровчане. Очерки о прошлом. Хабаровск: Кн. изд-во, 1991. 256 с.

8. Галлямова Л.И. Театральная жизнь Владивостока на рубеже Х1Х-ХХ вв. (Основные тенденции и особенности) // Взаимодействие искусств на рубеже веков: материалы науч.-практ. конф. Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2002. С. 63-67.

9. Город как социокультурное явление исторического процесса. М.: Наука, 1995.

10. Гребенщиков М.Г. Путевые записки и воспоминания по Дальнему Востоку. СПб., 1887. 271 с.

11. Дальний Восток. Владивосток, 1901. 25 окт.

12. Духовская В.Ф. Из моих воспоминаний. М., 1901. Ч. 1, 2. 605 с.

13. Клокман Ю.Р. Социально-экономическая история русского города. Вторая половина ХУШ в. М., 1967. 335 с.

14. Колесникова А.В. Бал в России: ХУШ-начало XX в. СПб.: Азбука-классика, 2005. 304 с.

15. Куприянов А.И. Русский город в первой половине Х1Х века: общественный быт и культура горожан Западной Сибири. М.: АИРО-ХХ, 1995. 160 с.

16. Лупач В.И. Воскрешение памяти // Записки Общества изучения Амурского края. Владивосток, 2001. Т. 35. С. 28-29.

17. Мазаев А.И. Праздник как социально-художественное явление. М.: Наука, 1978. 391 с.

18. Матвеев Н.П. Краткий исторический очерк г. Владивостока. Владивосток: Уссури, 1990. 302 с.

19. Некрылова А.Ф. Русские народные городские праздники, увеселения и зрелища. Конец ХУШ-начало ХХ века. СПб.: Азбука-классика, 2004. 256 с.: ил. + вкл. 16 с.

20. Памятники истории и культуры Амурской области: аннот. список. Благовещенск, 1991. 136 с.

21. Прей Э.Л. Письма из Владивостока (1894-1930). Владивосток: Приморский музей им. В.К. Арсеньева; альманах «Рубеж», 2008. 448 с.

22. Приамурские ведомости. Хабаровск, 1899-1901.

23. Рабинович М.Г Очерки этнографии русского феодального города: Горожане, их общественный и домашний быт. М.: Наука, 1978. 327 с.: ил.

24. Торгово-промышленный листок. Благовещенск. 1910. 7 марта. С. 3.

25. Торгово-промышленный листок объявлений. Благовещенск, 1909. 8 апр.

26. Уссурийская окраина. Никольск-Уссурийский, 1911-1912, 1914.

27. Харбинский вестник. Харбин, 1914.

28. Шавгарова А.В. Зарождение театральной культуры на Дальнем Востоке (1860—1890-е годы) // История культуры Дальнего Востока России ХУП-начала ХХ века: сб. науч. тр. Владивосток: Дальнаука, 1996. С. 183-202.

29. Шрейдер Д.И. Наш Дальний Восток (Три года в Уссурийском крае). СПб., 1897. 468 с.