Природопользование в новом районе освоения 1950- 1980 годах (по материалам молодых городов Приангарья)

УДК 504.75:001.8

С. А. ЯНЮШКИН В. А. КУДАШКИН

Братский

государственный университет

ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЕ В НОВОМ РАЙОНЕ ОСВОЕНИЯ В 1950-1980 ГОДАХ

(ПО МАТЕРИАЛАМ

МОЛОДЫХ ГОРОДОВ ПРИАНГАРЬЯ)

В статье рассмотрены вопросы природопользования в районах освоения Приангарья во второй половине XX века и проблемы, возникшие в этот период. Приводятся данные по количеству выбросов вредных веществ и норм, превышающих предельно допустимые концентрации в промышленных городах. Рекомендуются пути и мероприятия выхода городов Приангарья из кризисной ситуации.

В начале XX века было обращено внимание на полноводность реки Ангары — уникального создания природы, проявлен большой интерес к ее богатым энергетическим ресурсам. Тогда же Советским Правительством была поставлена задача комплексного освоения огромного Приангарского региона Восточной Сибири, предусматривающая создание энергетики, разработку угольных и рудных богатств, строительство металлургических заводов, лесохимических предприятий, развитие сельского хозяйства. Она была успешно решена, а вот вопросы охраны природы и рационального использования ее ресурсов вначале просто не ставились и даже при строительстве таких гигантов, как Братский алюминиевый завод, Братский лесопромышленный комплекс, не принимались во внимание, хотя они находятся в тесном единстве с вопросами общественного прогресса.

Проблема взаимодействия природы и общества — одна из старейших. Любые изменения природы оказывают мощное воздействие на людей и их хозяйственную деятельность. Особенно важное место здесь занимают экологические проблемы, которые в наше время следует считать главнейшими для человеческой цивилизации, поскольку само существование государств находится во взаимосвязи с их способностью осуществлять эффективную политику эксплуатации природных ресурсов, так как человечество не имеет других ресурсов для своего развития, кроме природных [1].

Глобальные планы руководителей Советской республики по освоению Сибири были связаны с Ангарой. Особо привлекала ее полноводность, способность обеспечить энергетическими ресурсами промышленность региона. Постановлениями ЦК КПСС и Советского Правительства требовалось комплексное промышленное освоение Приангарья на базе каскада мощных гидроэлектростанций на Ангаре.

Для достижения поставленной цели в кратчайшие сроки в Приангарье построены гидроэлектростанции, введены в эксплуатацию такие гиганты, как Братский алюминиевый завод, лесопромышленный комплекс, завод отопительного оборудования, а так-

же сопутствующие предприятия теплоэнергетики и строительной индустрии.

Вместе с тем задачи охраны природы и рационального использования ее ресурсов, находящиеся в тесном единстве с вопросами общественного прогресса, не были решены. Охрана окружающей среды стала в те годы одной из острейших, глобальных проблем современности. Особое место в ее решении отводилось районам нового хозяйственного освоения, где происходила реализация крупномасштабных проектов. С этой точки зрения актуальны уроки хозяйственного и научно-технического освоения Ангарского региона. Сразу отметим, что формирование одноименной системы территориально-промышленных комплексов (ТПК) находилось под воздействием природных условий и ресурсов региона, которые оказывали серьезное влияние на специализацию того или иного комплекса, являлись одними из основополагающих предпосылок их создания. Здравый смысл говорил о необходимости разработки таких проектов народно-хозяйственных программ создания ТПК, которые бы обеспечивали увязку вопросов развития производительных сил, внедрения достижений научно-технического прогресса с задачами природоохранной деятельности. Однако при проектировании отраслевой и территориальной структуры ТПК эти вопросы предавались забвению. Создание надлежащих экологических условий для проживания и трудовой деятельности населения находится в прямой зависимости от плановой и научно-технической подготовки территории к освоению. В действительности на подготовительном этапе формирования промышленных предприятий Приангарья не было проведено тщательного изучения местных условий, недооценивались и не анализировались последствия принимаемых решений, В результате этого в городской черте оказались предприятия тяжелых отраслей промышленности [2].

Ускоренное хозяйственное освоение данного региона неизбежно влекло за собой недостаточное внимание к проблеме восстановления нарушенной окружающей среды. Приангарье всегда являлось

крупнейшим сырьевым и промышленным придатком России. Чтобы оценить сегодняшнюю экологическую ситуацию, необходимо обратиться к анализу данной проблемы в прошлом. На основе изученных данных государственных архивов Иркутской области, монографической литературы автор приводит обзор экологической ситуации в Приангарье, сложившейся во второй половине XX века.

Решение экологических проблем имеет свою специфику и определенную сложность. Ни в отечественной, ни в мировой практике нет аналогов освоения столь огромных природных ресурсов в сравнительно небольшом по территории, густонаселенном и экономически развитом районе. Но и здесь экологический критерий не стал важнейшим при выборе стратегии и тактики развития этого комплекса. Более того, нарушался принцип недопустимости создания энергетических и промышленных объектов в тех случаях, когда нет полной гарантии экологической безопасности. Еще в период плановой подготовки территории к освоению высказывалось мнение отдельных специалистов о том, что негативные экологические последствия сооружения гигантских ГЭС будут необратимыми.

Сооружение гигантских гидроэлектростанций привело к тому, что под водой оказались плодородные сельскохозяйственные угодья. Была затоплена «Илимская пашня» — сельскохозяйственная основа Приангарья, что причинило колоссальный урон земледелию данного региона. Процентное соотношение потерь и восстановленных сельскохозяйственных угодий при затоплении территорий под водохранилища гидроэлектростанций составляет 100/65 процентов, то есть 35 процентов земель были навсегда потеряны [3].

Затопление территорий при подготовке водохранилищ гидроэлектростанций вызывало изменения хозяйственной жизни районов, а новые территории, куда можно было осуществить переселение людей, представляли труднопроходимые, трудноосваива-емые таежные леса. Из зоны затопления переселили свыше 120 тыс. человек [4].

Существует и моральный аспект антропогенного влияния, связанный с формированием индустриального пояса Приангарья, — это затопление кладбищ, в результате чего многие люди уже не могли посещать могилы своих близких. Страдали также лесные площади. К серьезным изменениям в природном комплексе региона привело сооружение крупных гидроузлов на Ангаре.

Грубейшие ошибки в планировании и финансировании, практические недоработки при создании Братского и Усть-Илимского водохранилищ привели к затоплению миллионов кубометров заготовленной деловой и невырубленной древесины. Все это повлекло нарушение экологического режима водохранилищ, ограничение их рекреационных возможностей, ухудшение гидрохимического состава воды; создало серьезные трудности в эксплуатации ГЭС; снизило выработку электроэнергии.

Перед началом строительства Братской ГЭС лесозаготовители должны были подготовить ложе ее водохранилища к затоплению, а для этого требовалось провести лесосводку и лесоочистку свыше 300 тыс. га с объемом древесины 36-38 млн. куб. м (по разным оценкам). Несмотря на то что в эту работу было вовлечено около 30 леспромхозов, сроки наполнения водохранилища отодвинулись на два года. В результате было заготовлено 27 млн. куб. м, что в конечном итоге составило 71 % от товарной древесины, на-

ходящейся в ложе водохранилища, а очистные работы были проведены всего лишь на 30%. Таким образом, большое количество ликвидной древесины оказалось под водой, хотя имелась возможность для продолжения лесосводки и лесоочистки, поскольку основные потребители Братской ГЭС в момент пуска первых агрегатов еще не были построены [5].

В связи с отсутствием дорог и техники лес сплавляли по реке Ангаре. Так называемый молевой сплав отличался низкими затратами на его проведение. С другой стороны, с каждым годом терялось все больше леса, что приводило к снижению судоходности реки из-за засорения ее топляком.

В 1954 году Совет Министров СССР принял Постановление «О запрещении молевого сплава леса», но лесозаготовительные комбинаты не спешили выполнять его. В результате потери леса к 1970 году приблизились до отметки 500 тыс. куб. м в год [6].

Причинами такого положения дел можно считать следующие: отсутствие квалифицированных рабочих, развитой транспортной сети, материально-технического обеспечения; невысокие штрафы за нарушение правил проведения лесных рубок. Лесхозам проще было заплатить деньги в качестве наказания, чем заниматься лесовосстановительными природоохранными мероприятиями. Еще одной проблемой лесопользования являлось засорение лесосек. Многие лесные массивы были брошены и сгнивали на местах лесных рубок, а несоблюдение правил пожарной безопасности в лесах не только лесозаготовителями, но и другими людьми, например обычными туристами, приводило к возгораниям леса. Число пожаров увеличивалось из года в год и составляло от 1000 в 1960 году до 2000 и более к 1970 году [7].

Загрязнение водоемов древесиной привело к ухудшению качества воды, хотя при проектировании считалось, что вода должна остаться на должном качественном уровне и не потерять своих питьевых качеств.

Повышение воды в Байкале, вызванное строительством Иркутской ГЭС, привело к нарушению экологического равновесия озера и исчезновению ценных пород рыб. Был также нанесен вред флоре водохранилищ из-за снижения способности воды к самоочищению [8]. В 1966 г. на озере Байкал начал работу целлюлозно-бумажный комбинат. Но несовершенство очистных сооружений приводило к неполной очистке отходов производства от вредных веществ. Объем загрязнений водного бассейна озера Байкал превышал 100 тыс. куб. м в сутки, загрязнение воздушной среды распространялось в радиусе 40 км от предприятия [9).

Формирование промышленных комплексов повлекло за собой изменение климатической обстановки в Приангарье. Большая часть Ангары перестала замерзать зимой, что повлекло за собой высокую влажность воздуха и, как следствие, затуманивание территории, особенно в городах, что, в свою очередь, вызвало в них увеличение концентрации вредных веществ в несколько раз, привело к возрастанию числа заболеваний верхних дыхательных путей у населения [10].

Строительство городов как важнейшая часть хозяйственного освоения региона тоже нанесло вред окружающей природной среде. Вместе с тем необходимо отметить серьезные недостатки в проектах планировки и застройки молодых городов Приангарья: Братска, Усть-Илимска, Железногорск-Илимского и других. Строители мало внимания уделяли исполь-

зованию окружающего ландшафта, нанося ему непоправимый вред. Поскольку города строились в таежном лесу, его необходимо было вырубать.

Жилые города в тайге - основная особенность градостроительства в Приангарье. Необходимо было добиться равновесия между природой и застройкой. Структура города должна была сохранить природные ресурсы — лесные массивы и чистые реки. В каждом микрорайоне необходимо было сохранить лесные участки площадью 3 га, а после застройки получились не города в тайге, а деревья в городах. Деревья, оторванные от массива тайги, как правило, нежизнеспособны, падают под напором даже не очень сильного ветра.

Во времена формирования городов выделялись две расточительные теории:

1. Теория бесцельности, сторонники которой считали, что гибель деревьев в условиях строительства городов неотвратима, и выступали за полную вырубку существующего леса.

2. Теория предварительной замены одного древостоя другим, сторонники которой предлагали вырубать лес за 10... 15 лет до постройки городов, чтобы к моменту строительства вырос новый молодняк [11].

Таким образом, представители двух теорий предлагали строить молодые города Приангарья на обнаженных территориях с пнями бывшего леса и выращивать менее ценные породы дерева. Это были неоправданные, хищнические взгляды. В то время особенно важно было сохранить таежный лесной массив — основу здоровья населения, естественный фильтр вредным веществам, выделяемым промышленными узлами.

Архивные данные показывают, что ежегодно промышленными объектами в наиболее крупных городах выбрасывалось в атмосферу около 170тыс. тонн вредных веществ, кроме этого, не учитывалось большое количество выбросов от деятельности вспомогательных производств. Можно сказать, что количество выбросов вредных веществ по всей территории городов Приангарья в конце 1980-х гг. превышало значение предельно допустимых концентраций от нескольких раз до нескольких десятков раз [12].

Так, в 1960-х гг. в Иркутске количество выбросов золы от ТЭЦ №1 составляло в среднем 300 тонн в сутки, что в 60 раз превышало предельно допустимую концентрацию. В тот период только 20% ТЭС были оснащены очистными сооружениями [13].

Большая часть угля добывалась открытым способом, однако в использованных карьерах не проводились земляные восстановительные работы. Например, комбинат «Черемховуголь» в 1963 г. восстановил только 8% отработанных площадей [14].

В 1959 г. Ангарский цементный завод, работая без очистных сооружений, выбрасывал в воздух около 500 тонн цементной пыли в сутки. Очистные сооружения были созданы спустя 4 года, да и то в недостаточном объеме, после применения к заводу жестких санкций [15].

В Братске очистные сооружения имели только 20% предприятий, четверть из которых находилась в неисправном состоянии. Из-за выбросов БРАЗа 12 тыс. куб. м леса погибло на корню, но завод ограничился только санкцией в виде штрафа. После формирования Братского индустриально-промышленного комплекса общий объем загрязнений Братского водохранилища в 1960-е гг. составил около 7 млн. куб. м в сутки, что было в 140 раз больше, чем в начале его формирования.

По официальным отчетам, в Приангарье вплоть до 1987 года в зоне деятельности предприятий концентрация бензопирена в воздухе превышала санитарную норму в 50 раз, хлористого водорода — в 25 раз, сероводорода — в 24 раза, сероуглерода — в 22 раза, пыли — в 18 раз, фтористого водорода — в 6 раз. Например, в Ангарске концентрация вредных веществ достигала: фенол — 283 ПДК, сероводород — 17 ПДК, сажа — 10 ПДК. В Байкальске: фенол — 385 ПДК, сероводород — 114 ПДК. В Братске: фенол — 30 ПДК, аммиак — 300 ПДК. В Иркутске: сажа — 175 ПДК и т. д. [16].

К сожалению, были допущены ошибки в территориальном размещении городов Приангарья. Недостаточное изучение местных микроклиматических условий, розы ветров, неверное расположение жилых микрорайонов города к крупным промышленным предприятиям стали причиной стабильной неблагоприятной экологической обстановки в городах Приангарья.

Среди других причин такого положения можно назвать следующие: недостаточное изучение местных сырьевых ресурсов и несвоевременные прогнозы экономического развития района, несвоевременное утверждение проектов районной планировки, отсутствие полноправного хозяина строящегося энергопромышленного района. Необходимо было изменить отношение к созданию города. Ведь сооружение города — это сложный и длительный процесс, включающий в себя учет различных факторов: материальных возможностей, создание проекта, сметы, плана организации работ, особенностей природных климатических условий, характера промышленности. Этотакойже процесс, как формирование промышленного комплекса, который сам является частью города.

Делая вывод, нельзя не отметить колоссальные успехи строительства. Такие грандиозные заводы были возведены в кратчайший срок, вызывая удивление всей страны. Однако есть и обратная сторона такой «медали» — интенсивное ухудшение экологии, которое в будущем привело к серьезным экологическим проблемам, так как никто тогда даже и не задумывался о строительстве хотя бы простейших очистных сооружений и защитных мероприятиях.

Стремительное развитие промышленного потенциала ТПК, рост новых городов и поселков заметно сказались на экологической обстановке в Приангарье. Возрастающие масштабы хозяйственной деятельности в природном комплексе далеко не всегда носили научно обоснованный характер и привели к заметному сокращению земельных, минеральных, водных и лесных ресурсов, отрицательным образом сказались на состоянии воздушного бассейна. Наряду с общесоюзными проблемами в районах ТПК возникли различного рода местные экологические проблемы. Сегодня в неудовлетворительном санитарном и гидробиологическом режиме находится Ангарское водохранилище. Остро стоит вопрос оздоровления воздушного бассейна Братского промышленного узла. До сих пор не решены проблемы сохранения гидрологических условий, флоры и фауны быстро осваиваемых обширных районов. Ведомственный произвол в размещении и наращивании вредных производств в регионе оказал самое негативное влияние на состояние озера Байкал. За последнее десятилетие резко возросли объемы промышленного водопотребления, последствием которого явилось увеличение сбросов неочищенных вод в важные водоемы региона.

Итак, проводя анализ вопроса природопользования и гидроэнергетического строительства на Ангаре как нового этапа хозяйственного освоения восточных районов страны, авторы пришли к следующим выводам:

1. Сосредоточение запасов природных ресурсов определило создание энергетических комплексов в данном регионе. Экстенсивный путь развития — это этап развития индустриального общества, многие индустриально развитые страны, в том числе и зарубежные, на данном периоде развития претерпевали такое же нарушение экологического равновесия, как и район Приангарья.

2. Отрицательное воздействие на характер экологической политики оказало несовершенство материально-технической базы в регионе. Вследствие этого были недооценены воздействия промышленных объектов на окружающую среду, допускались серьезные ошибки при планировании месторасположения производств.

3. Анализ документов показывает, что наличие обширных природных запасов в Приангарье и задача их ускоренного освоения привели к формированию утилитарного отношения к природе. Иркутская область с давних времен считалась сырьевым придатком. Поэтому проблема охраны окружающей среды отодвигалась на второй план.

4. Развитие индустрии региона требовало все большего вовлечения в оборот природных ресурсов, однако качество их использования всегда оставалось низким. Несмотря на улучшение научного потенциала, материального обеспечения, в последующие десятилетия загрязнение окружающей среды росло. Недостаточное внимание уделялось устройству очистных сооружений, более качественному использованию природных ресурсов, что привело к сокращению биологических богатств региона.

Необходимо заострить внимание на том, что в течение исследуемого периода наблюдаются и позитивные тенденции. Освоение района Приангарья позволило стране выйти на одно из первых мест по добыче цветных и черных металлов, угля, по экспорту древесины и производству электроэнергии.

Во второй половине 1950 — 1970 гг. был проведен ряд природоохранных, ресурсосберегающих мероприятий: устройство очистных сооружений, запрет вырубки кедров, работы по лесовосстановлению.

Однако масштаб проведенных действий не соответствовал размерам ущерба природе. Но важно отметить данные мероприятия как первую ступень в направлении рационального природопользования, чему способствовало развитие природоохранного законодательства.

Библиографический список

1. Зуляр Ю.А. Очерки истории природопользования в Байкальском регионе в XX веке / Ю.А. Зуляр. - Иркутск: Изд-во Иркут. гос. ун-та, 2002. — С. 4.

2. Цыкунов Г.А. Ангаро-Енисейские ТПК: проблемы и опыт (исторический аспект) / Г.А. Цыкунов. — Иркутск: Изд-во Иркут. гос. ун-та, 2001. - С. 112.

3. ГАИО Ф. р - 1827, оп. 5, д. 279, л. 36-40.

4. Алексеев В.В. Электрификация Сибири. Историческое исследование. Ч. 2. / В.В. Алексеев. — Новосибирск, 1976. -С. 172.

5. Долголюк A.A. Формирование трудовых коллективов Братско-Усть-Илимского ТПК 1955-1980 / A.A. Долголюк. -Новосибирск: «Наука», Сиб. отд-ние, 1988. — С. 37-38.

6. Народное хозяйство РСФСР в 1970 г. - М., 1971. -С.95-100.

7. ГАИО Ф. р. - 1933, оп. 6. д. 82, л. 11-40, д. 95, л. 14.

8. Иванов И.Н. Использование и охрана пресных вод СССР / И.Н. Иванов. - Иркутск, 1985. - С. 25.

9. ГАНИИО. Ф. 3018, оп. 1, д. 51, л . 97-130.

10. Иванов И.Н. Использование и охрана пресных вод СССР / И.Н. Иванов. - Иркутск, 1985. - С. 53-54.

11. Ковалев А.Я. Ангарский каскад. — М., «Стройиздат», 1975. - С. 217.

12. ГАИО. Ф. р - 2918, оп. 2. д. 43, л. 43-58.

13. ГАИО. Ф. р - 2795, оп. 3, д. 73, л. 170.

14. ГАНИИО. Ф. 127, оп. 73, д. 18. л. 6-7.

15. ГАИО. Ф. р - 2795, оп. 3, д. 106, л. 1-2, Ф. р - 1933, оп. 6, д. 50. л. 9-43.

16. ГАИО. Ф. р - 1933, оп. 6, д. 95, л. 60-62.

ЯНЮШКИН Сергей Александрович, старший преподаватель кафедры «Правоведение». КУДАШКИН Вячеслав Александрович, аспирант кафедры «История и политология».

Статья поступила в редакцию 04.12.06 г. © Янюшкин С. А„ Кудашкин В. А.

Книжная полка

Джанджугазова Е.А. Маркетинг туристических территорий: учеб. пособие / Е.А. Джанджу-газова. - М.: ИЦ «Академия», 2006. - 224 с.

В учебном пособии рассмотрены основные пути, методы формирования и продвижения территориального туристического продукта с учетом региональной специфики. Большое внимание уделено формированию особого образа региона в глобальном информационном пространстве. Изложение вопросов теории органично сочетается в учебном пособии с примерами из практики работы российских и зарубежных предприятий индустрии и туризма и гостеприимства, национальных и региональных туристических администраций.

Для студентов вузов. Может быть полезно аспирантам, магистрам, преподавателям высших и средних учебных заведений, а также специалистам, занимающимся вопросами территориальной организации ту-ристско-рекреационной деятельности региональных туристских администраций, Рекомендовано УМО.