Государственно-частное партнерство как инновационный ресурс региона

ГОСУДАРСТВЕННО-ЧАСТНОЕ ПАРТНЕРСТВО КАК ИННОВАЦИОННЫМ РЕСУРС РЕГИОНА

Мошкова Л.Е., к.э.н, доцент кафедры менеджмента, декан факультета управления и социологии, Тверской государственный

университет

В статье проведено исследование теоретических и практических аспектов государственно-частного партнерство (ГЧП), приводятся результаты мониторинга Тверского бизнес-сообщества, предложены направления модернизации взаимодействия бизнеса и власти в регионе.

Ключевые слова: государственно-частное партнерство, критерии, формы и сферы применения ГЧП, инфраструктура, индустриальные парки.

PUBLIC-PRIVATE PARTNERSHIP AS AN INNOVATIVE RESOURCE FOR THE REGION

Moshkova L., Ph.D., Associate Professor of Management, Dean of the Faculty of Management and Sociology, Tver State University

In this paper a study of theoretical and practical aspects ofpublic-private partnership (PPP), the results of monitoring of Tver business community, proposed directions of modernization of interaction between business and government in the region.

Keywords: public-private partnership, the criteria, form and scope of the PPP, infrastructure, industrial parks.

Движущими силами (субъектами) глубокой модернизации такой огромной страны, как Россия, могут являться только общественно-политические подсистемы, наделенные элементами субъектно-сти. Это - власть (государство), общество и бизнес (экономика).

Эти подсистемы постоянно взаимодействуют в масштабах страны в целом, а также на региональном и муниципальном уровнях, имеют как свои собственные, так и общие функции. Подход к исследованию проблемы взаимоотношений этих подсистем предложен Г.Б.Клейнером. Он базируется на пяти принципах.

Первый - принцип устойчивости конфигурации страновых макросистем: государства (понимаемого как политическая организация, осуществляющая управление); общества (совокупность индивидов, проживающих на территории страны и способных объединяться в политические и иные организации) и экономики (совокупности производительных сил и производственных отношений в марксистской терминологии, или экономических агентов и экономических институтов).

При этом (второй принцип) каждая из подсистем, действуя в масштабах страны, выступает относительно самостоятельной, т.е. обладает определенной автономностью. Третий принцип: взаимность отношений между подсистемами. Четвертый принцип связан с тем, что у каждой из макросистем есть свои специфические функции и миссии, реализуемые во взаимодействии друг с другом, которые не могут заменяться даже схожими функциями другой подсистемы.

Последний, пятый принцип - принцип институциональной непрерывности как ключевой функции государства.1 Государство обеспечивает преемственность во времени и пространстве (на территории данной страны) действия основных страновых институтов, выступает как фактор, интегрирующий во времени и пространстве разнородные элементы странового развития.2

Три главных актора реализуют себя в разных формах. Государство - через федеральные, региональные и муниципальные органы власти, деятельность учреждений и должностных лиц - представителей законодательной, исполнительной и судебной властей. Экономика реализуется в микроэкономическом плане в деятельности хозяйствующих субъектов, в мезоэкономическом - в развитии и взаимодействии комплексов, отраслей, регионов, в макроэкономическом - в динамике объемов производимой и потребляемой продукции, в уровне цен, занятости, инвестиций и т.п. Роль общества проявляется в создании и деятельности общественных организаций, средств массовой информации и т. д. Создать наиболее оптимальный в данный исторический момент баланс между этими тремя

1 Название принципа предложено Г.А. Явлинским.

2 Клейнер Г.Б. Государство, общество, бизнес: взаимодействие в целях модернизации // Россия в глобализирующемся мире: модернизация российской экономики / под ред. Д.С. Львова, Г.Б. Клейнера.- М., 2007. - С. 165-166.

3 См., напр.: Явлинский Г. А. Социально-экономическая система России и проблемы ее модернизации: дис.... доктора экон. наук. -М., 2005. - С. 82-85.

4 См., напр.: Варнавский В.Г. Партнерство государства и частного сектора: формы, проекты, риски. - М., 2005; Дерябина М. Государственно-частное партнерство: теория и практика // Вопр. экономики. - 2008. - № 8. - С. 61-78; Кабашкин В.А. Государственно-частное партнерство: международный опыт и российские перспективы. - М., 2010 и др.

силами - значит создать условия для успешной модернизации, для развития страны по такому сценарию, в котором положительные эффекты действий подсистем будут значительно превышать негативные. Если же одна из подсистем начнет доминировать (приметы чего явственны в современной России), это деформирует все общественное устройство и в конечном итоге лишает его эффективности, обрекает на проигрыш в конкуренции со сбалансированными социальными системами.

Усвоение данной аксиомы для нашей страны чрезвычайно важно, в силу того, что российская политико-экономическая система, приобретя в последние двадцать лет определенные формы рыночной экономики и политической демократии, остается, тем не менее, во многом чуждой стандартам развитых стран. Характеризуя этот феномен, ученые используют такие понятия, как «плановый капитализм», «меркантильная экономика», «мутантный капитализм», «политико-экономический гибрид», «периферийный капитализм» и др.3

Избрав парадигмой развития переход к рыночной экономике, Россия столкнулась с проблемой интеграции устремлений частного сектора с интересами государства в контексте национальной социально-экономической политики. Появилась потребность в новой системе управления и новых механизмах взаимодействия государства и бизнеса. Цель - ускоренное формирование социального рыночного хозяйства западноевропейского типа.

В глобальном масштабе новыми чертами последних десятилетий стало «вторжение» или привлечение частных капиталов в такие отрасли, которые традиционно находились в большинстве стран в государственном ведении: электроэнергетику, коммунальное хозяйство, все виды транспортной инфраструктуры и другие сферы экономики. Активно подключаются альтернативные источники к финансированию сверх бюджетов всех уровней таких сфер, как образование, здравоохранение, культура.

Вовлечение частного капитала в государственные сектора экономики - от контрактов управления на действующие объекты до осуществления частными компаниями полного цикла строительства и эксплуатации новой инфраструктуры - стало общемировой тенденцией. Это явление простимулировано приватизацией государственных активов в ходе волны либерализации экономики 19801990-х гг., недостатком финансовых ресурсов у национальных правительств, а также большей относительно государственных структур мобильностью бизнеса, способностью к нововведениям, использованию технических и технологических изменений.4

Как показывает опыт зарубежных стран, «плюсы» государствен-

но-частного партнерства проявляются в усвоении общественными секторами экономики традиций эффективного управления, в расширении инвестиционных возможностей, в том числе на местном уровне, в экономии бюджетных средств, а также привлечении частных инвестиций к решению общественных задач.5 Таким образом, развитие института государственно-частного партнерства как «новой технологии управления развитием экономики»6 становится все более актуальным. При том, что сама идея такого партнерства далеко не нова. Историки находят документы о совместных проектах государственных структур и частных предприятий в архивах Западной Европы начиная с XVI века (постройка во Франции первого канала по концессионному принципу, согласно эдикту короля Генриха III). Нас интересуют, естественно, современные формы ГЧП. Они складываются с конца 80-х гг. прошлого столетия, когда институты ГЧП начали интенсивно развиваться. Так, в Великобритании за последние десять лет ХХ века с помощью специальной программы Private Finance Initiative (PFI) были реализованы программы государственно-частного партнерства на сумму 40 млрд фунтов стерлингов.7

С использованием этого механизма в мире были завершены такие серьезные проекты, как строительство Евротоннеля под проливом Ла-Манш, Сиднейского портового тоннеля в Австралии, моста Конфедерации в Канаде, национальных аэропортов в Гамбурге и Варшаве и множество других.8 В связи с этими общеизвестными успехами ряд экспертов позиционирует ГЧП как «новую технологию управления развитием экономики».9

В мировой практике под государственно-частным партнерством понимается, во-первых, система отношений государства и бизнеса в договорной (контрактной) форме, используемая в качестве инструмента социального развития и планирования; во-вторых конкретные большие проекты, реализуемые совместно государственными органами и бизнесом, либо только частными компаниями на объектах государственной и муниципальной собственности. Партнерства означают систему институциональных преобразований государственного сектора экономики и представляют собой реформирование относящихся к ведению государства видов и сфер деятельности путем или частичной (или относительной) приватизации. При этом в разных странах имеются существенные различия в трактовке понятия.

В США ГЧП понимается в более широкой плоскости - как «закрепленное в договорной форме соглашение между государством и частной компанией, позволяющее последней определенным образом участвовать в государственной собственности в большей степени по сравнению с существующей практикой».10 Соглашение предполагает наличие контракта правительственного агентства с частной компанией, предметом которого выступает строительство или реконструкция объекта госсобственности и/или его эксплуатация, управление им. При этом основные права собственности в отношении объекта не изменяются, и государство остается собственником даже после передачи его частной компании.

В странах Европейского союза партнерство понимается в более узком смысле и не включает приватизацию и традиционные госзакупки. В ЕС за последние годы вышло достаточно много документов, которые затрагивают вопросы ГЧП; в общем плане под таковым понимаются формы кооперации между общественными властями и бизнесом, которые служат цели обеспечения финансирования, строительства, модернизации, управления, эксплуатации инфраструктуры или оказания услуг.11

По числу соглашений и числу отраслей, где применяется механизм ГЧП, лидирует Великобритания. Британское правительство использует более 600 проектов совокупной стоимостью порядка 60 миллиардов фунтов для развития и оснащения всех видов инфраструктуры - от школ до военно-промышленного комплекса. Ежегодно в Великобритании выполняется или закладывается около 100 моделей сотрудничества. На государственно-частное партнерство приходится от 10 до 13% всего объема государственных инвестиций в стране. Опыт Великобритании показывает, что даже в секторах инфраструктуры, традиционно считающихся неподходящими для ГЧП (например, полиция, тюрьма, оборона) возможно привлечение частных компаний для оказания услуг.12

В 80-е годы прошлого века использование частного капитала для нужд государственного сектора регулировалось в Великобритании так называемыми Правилами Райри (Ryrie Rules). Они гласили, что частное финансирование государственных проектов может осуществляться только в том случае, если не существует более приемлемых форм риска, например, возможности использовать го-

сударственные обязательства. В 1992г. министр финансов Великобритании Норман Леймонт объявил о замене правил Райри на Частную финансовую инициативу (Private Finance Initiative, далее PFI).13 PFI дала «зеленый свет» развитию любых форм договорных отношений частного и государственного сектора, включая создание совместных предприятий, своего рода аутсорсинг, где частный сектор управляет активами государства, продажу долей собственности государственных компаний (но, в отличие от приватизации, государство продолжает играть основную роль в деятельности проектов, например, как главный потребитель услуг), стратегическое партнерство, и другие формы сотрудничества.

Использовать британский опыт вскоре решили руководители Японии, где очень быстро ГЧП стало заметным элементом национальной экономики. В 1999 г. там был принят Закон о содействии развитию общественных объектов путём использования частного финансирования (Закон об инициативе частного финансирования).14 В сжатом виде концепция японского закона сводится к тому, что развитие социальной инфраструктуры в стране должно как можно шире опираться на государственно-частное партнерство, в рамках которого следует предоставить частному сектору возможность эффективно и прибыльно использовать свои финансовые средства. Партнерство должно предусматривать ясное разделение ответственности сторон, при этом вмешательство государства в сферу компетенции частного сектора должно быть наименьшим.15

Несмотря на постоянно возрастающую роль в развитии современных производительных сил, понятие ГЧП остается «плавающим», не имеющим узаконенного представления о том, что можно считать таким партнерством. Отсутствие четкого определения затрудняет создание нормативно-правовой и регламентирующей базы эффективного государственно-частного взаимодействия, а также представляет возможности для спекуляций на популярном понятии и искажений его основных принципов. Отсюда же - терминологическая неустойчивость: отечественные авторы используют такие термины, как частно-государственное партнерство, государственно-частное партнерство, партнерство государства и частного сектора, частно-общественное партнерство, публично-частное парт-нерство.16 Весьма разнообразны определения понятия. Например, В.Г. Варнавский определяет партнерство государства и частного сектора (Public - Private Partrership, PPP), как «стратегический, институциональный и организационный альянс между государством и бизнесом в целях реализации общественно значимых проектов в широком спектре сфер деятельности: от базовых отраслей промышленности и НИОКР до оказания общественных услуг. Партнерства все более широко используются в качестве инструмента городского и регионального экономического и социального развития и планирования на уровне муниципальных образований. Каждый такой альянс временный, поскольку создается, как правило, на определенный срок в целях реализации конкретного проекта и прекращает существование после его осуществления».17

Т.А.Сибурина считает что, «государственно-частное партнерство - это прежде всего институциональный и организационный альянс между государством и бизнесом. Другими словами, речь идет

об урегулировании и структурно-оформленной системе взаимоотношений публичной (федеральной, региональной, местной) власти и представителей частного сектора экономики».18 Этой же точки зрения придерживаются и другие исследователи.19

Наконец, в документах Европейского Союза, регламентирующих механизм ГЧП, главными чертами партнерства называются: долгосрочный характер отношений; полное или частичное финансирование частным сектором; распределение рисков между партнерами. Экономическая комиссия ООН в Европе критериями ГЧП признает: долгосрочность; обязательное представительство как частного бизнеса, так и госсектора; наличие главной цели - оказание общественно-значимых услуг; достижение взаимной дополнительной выгоды в выполнение совместной задачи; руководство собственными интересами участниками при заключении соглашения; разделение доходов пропорционально инвестициям участников и принятым рискам; официальное оформление соглашения.20

Суммируя характеристики, содержащиеся в зарубежных и отечественных источниках, можно констатировать, что ГЧП представляет собой:

• Организационную форму взаимодействия между государством и частным сектором длительного характера, в котором участники производят продукты или оказывают услуги, характеризующиеся разделением рисков, доходов и расходов.

• Институциональную форму взаимодействия между государством и частным сектором, когда на основании заранее установленных правил стороны, преследуя собственные интересы, работают в целях достижения общей цели, а так же принимают инвестиционные риски на основе регламентированной формы распределения доходов и расходов.

• Систему, в которой общественная услуга или частное предприятие финансируется и управляется посредством партнерства между правительством и одной или несколькими компаниями частного сектора.

• Отношения, возникающие между частным сектором и государственными органами, как правило, с целью привлечения частных ресурсов и/или знаний для того, чтобы способствовать созданию общественных благ и оказанию общественных услуг.

Ключевым признаком ГЧП является привлечение государством на договорной основе инвестиций частного сектора для развития социально важной инфраструктуры и сферы услуг.

Вопрос определения возможных направлений ГЧП со стороны органов власти, а также выбора форм такого партнерства - прерогатива руководителей. Но столь же важной представляется активность и информированность бизнесменов, которые могут предлагать собственные проекты, не дожидаясь политического решения по каждому конкретному вопросу. Между тем, как показывает анкетирование, проведенное лабораторией социологических исследований Тверского государственного университет по заданию региональным объединением работодателей «Тверской союз промышленников и предпринимателей» (РОР ТСПП) (июнь-июль 2011), со стороны представителей бизнес-структур налицо недостаточная осведомленность о возможностях и перспективах государственночастного партнерства.

Анкетирование показало, что такая форма взаимодействия (партнерства) бизнеса и власти, как ГЧП, в регионе пока реализуется не активно. В то же время члены Тверского союза накопили значительный опыт в реализации социально значимых проектов. В ходе анкетирования больше 50% опрошенных показали владение информацией о законотворческой деятельности по вопросам ГЧП

- как на федеральном уровне, так и в регионе. В то же время выяснилось, что именно те группы предпринимателей, на которых в первую очередь ориентировался закон о государственно-частном партнерстве, не были привлечены к разработке и обсуждению его проекта, и только 8% опрошенных имели представление о том, что такой законопроект существует. Выяснилось также, что региональная бизнес-элита не владеет достоверной информацией об инвестиционно привлекательных инфраструктурных проектах, предлагаемых органами региональной и муниципальной власти: 44% опрошенных затруднились ответить на этот вопрос. Финансовая поддержка бизнеса путем вовлечения его в различные формы партнерства с властью для осуществления проектов используется пока очень слабо. Лишь 8% опрошенных заявили, что им известно о реализации таких партнерских проектов.

По просьбе организаторов анкетирования, тверские предприниматели проранжировали наиболее перспективные, на их взгляд, сферы партнерства в форме ГЧП. Приоритетом для них явились ЖКХ, сфера услуг, производственная инфраструктура. Что касается барьеров на пути внедрения ГЧП, тверская бизнес-элита назвала в качестве таковых информационную закрытость и бюрократические барьеры (их наличие отметили соответственно 88 и 76% респондентов), а также отсутствие ресурсов у предпринимателей, что закрывает перед ними возможность участия в подобных проектах (16%). На вопрос о преимуществах внедрения ГЧП руководители тверских компаний ответили: это возможность привлечения бюджетных средств в совместных проектах - (84%), а также диверсификация бизнеса и доступ к новым сферам предпринимательской деятельности - 52%.

Государственно-частное партнерство предполагает совместное разделение рисков. На вопрос анкеты о наиболее существенных рисках, связанных с деятельностью государственных органов власти, ответили: риск неэффективного управления проектом (88%), риск неправильной оценки проекта (80%), высокий уровень коррупции и бюрократии (68%), недостаточность опыта и квалифицированных специалистов как в сфере бизнеса, так и в государственных органах, ответственных за развитие региональной экономики.

Многоаспектное изучение проблемы внедрения современных форм государственно-частного партнерства в Тверской области позволяет выделить основные проблемы, решив которые, можно будет широко открыть региональную экономику для использования ГЧП к обоюдной пользе сторон, а прежде всего - к пользе жителей региона. Три шага, необходимые для успеха в данном направлении - это принятие соответствующего регионального закона, создание областной инфраструктуры и, отталкиваясь от этих двух факторов, формирование действительно партнерских отношений на основе взаимного доверия и легитимности.

В уже подготовленном проекте Закона Тверской области о государственно-частном партнерстве дана следующая формулировка главного предмета регулирования данным актом: государственночастное партнерство - привлечение российского или иностранного хозяйствующего субъекта с целью реализации социально значимых проектов на территории Тверской области, путем заключения и исполнения соглашений о государственно-частном партнерстве на условиях разделения рисков, компетенций и ответственности.

Проект регламентирует сферу применения на территории Тверской области существующих форм государственно-частного партнерства следующими объектами:

- транспортной инфраструктуры и транспорта, включая железнодорожный, автомобильный, воздушный, водный транспорт, в том числе автомобильных дорог, объектов дорожного сервиса, железных дорог.

- системы жилищно-коммунального хозяйства, включая объекты водо-, тепло-, газо- и энергоснабжения (включая энергогенерирующие системы, а также системы передачи и распределения

5 Сибурина Т. А. Механизмы государственно-частного партнерства: российский и зарубежный опыт, особенности применения в социальной сфере // Менеджмент и бизнес-администрирование. - 2010. - № 1. - С. 46.

6 Варнавский В.Г. Указ.соч.

7 Цит. по: Чеберко Е.Ф. Новые тенденции в отношениях государства и бизнеса // Вестн. С.- Петерб. ун-та. Сер 5. Экономика. - 2008. -Вып. 4.-С. 26.

8 Там же.

9 Вилисов М.В. Государственно-частное партнерство - политико-правовой аспект. // Власть. - 2006. - № 6.

10 Цит.по: Кабашкин В.А. Указ. соч.-С. 55.

11 См. Сибурина Т.А. Указ. соч.-С.52.

12 См. Савин М. Государственно-частное партнерство в Великобритании: достижения и перспективы // Современная Европа.- 2010.-№2.-С.102-103.

13Там же.

14 Цит. по: Иванова А.О. Государственно-частное партнерство: японский вариант инициативы частного финансирования // Менеджмент в России и за рубежом.-2009.-№6.- С.114-115.

15 Цит.по: Указ. соч.

16 См., напр.: Бадалов А.Л. Частно-государственное партнерство в реализации инвестиционных проектов //Эко. - 2008. - № 6. - С. 129141; Бутенко Я. Частно-государственное партнерство - эффективный инструмент взаимодействия // Проблемы теории и практики управления. - 2008. - № 7. - С. 44-51; Варнавский В.Г. Указ. соч.; Шамбир В.Н. Государственно-частное партнерство в муниципалитетах России: сущность, формы и противоречия // Экон. науки. - 2009. - №2. - С. 112-118 и др. уже упомянутые в тексте.

17 Варнавский В.Г.Указ. соч. - С.13.

18 Сибурина Т.А. Указ. соч. - С.43.

19 См., напр.: Бутенко Я. Указ. соч. С. 44-454; Дерябина М. Указ. соч. - С. 61.

20 Цит.по: Булт-Спиринг М., Девульф Г. Стратегические аспекты государственно-частного партнерства: международный опыт // Blackwell Publishing ltd.-UK,2006

энергии), водоотведения, очистки сточных вод, утилизации (захоронения) бытовых отходов;

- объектов капитального строительства областного значения;

- объектов информационной и телекоммуникационной инфраструктуры;

- объектов, используемых для осуществления медицинской, лечебно-профилактической и иной деятельности в системе здравоохранения;

- объектов, образования, воспитания, культуры и социального обслуживания;

- объектов, используемых для осуществления туризма, рекреации и спорта;

- объектов промышленного производства в инновационной сфере;

- объектов безопасности и правопорядка.

Что касается организационных форм реализации государственно-частного партнерства, то в проекте областного закона учтены все варианты, зафиксированные федеральным законодательством на 2011 год.

К сожалению, говорить о многообразии форм ГЧП в России пока не приходится, поскольку по большей части все ограничивается так называемыми инновационными проектами государственного значения, формы организации которых зачастую не выдерживают серьезной критики. В высокоразвитых государствах и новых индустриальных странах содействие развитию инновационного ориентированного предпринимательства тесно связано со стимулированием развития и функционированием инновационной структуры. Территориальными формами ГЧП выступают в последние годы такие элементы инфраструктуры, как технополисы, технопарки и инновационные центры, инновационные бизнес-инкубаторы, центры трансфера технологий и т. д. В настоящее время максимально соответствующим концепции ГЧП, как она складывается и понимается в России, и одновременно самым развитым с точки зрения нормативной проработки и практики применения инструментом государства и бизнеса является Инвестиционный фонд Российской Федерации. Потенциально он является более эффективным инструментом бюджетного инвестирования по сравнению с федеральными целевыми программами и федеральными программами развития регионов, благодаря проектному принципу финансирования, положенному в основу его работы.

Все более распространенной формой интенсификации инновационной деятельности в условиях рыночной экономики является венчурное финансирование инновационных проектов, связанных с большим риском. Венчурный капитал как альтернативный источник финансирования частного инновационного бизнеса зародился в США в середине 50-х годов XX в., а затем получил распространение в Европе. При сравнении венчурного предпринимательства в России, где первые фонды были созданы в 1994 г., и в Европе и США, где история венчурного капитала насчитывает десятки лет, инновационная сфера экономики России выглядит намного слабее подобных секторов экономики развитых стран.

Несмотря на положительные изменения в экономике и растущий интерес к российскому инновационному бизнесу, по-прежнему существует немало препятствий, мешающих более динамичному развитию венчурного предпринимательства в России:

• сложная система налогообложения;

• многочисленность регулирующих органов;

• сложный и запутанный механизм реализации существующей нормативной базы;

• низкий уровень образования менеджмента инновационных проектов;

• недостаточное развитие инновационной инфраструктуры, инвестиционно-финансовой, в том числе рынка ценных бумаг.

В то же время есть примеры, пока очень редкие, того, как частный бизнес, включаясь в программы государственно-частного партнерства, продолжает это партнерство проектами, инициированными уже самостоятельно. Таков пример создания индустриального парка в промышленной зоне «Лазурная». Она расположена на окраине города Твери, в городской черте. В зоне располагаются производственные мощности основанной в 1999 г. компании «ДКС»: цеха по переработке ПВХ и полиэтилена методом экструзии, по переработке оцинкованной стали, по изготовлению металлических лотков для прокладки кабельных трасс и другой продукции. Компания работает успешно, даже в кризисный 2009 год, снизив оборот на 15%, она не стала сворачивать программу модернизации

производственных мощностей стоимостью в несколько миллионов евро. С 2010 г. компания устойчиво работает, оборот вырос более чем в полтора раза, производительность труда поднялась в среднем на 12%. В 2011 г. компанией было принято решение о создании индустриального парка на соседней территории, которая располагается в той же самой промышленной зоне «Лазурная» и занимает около 30 гектаров. Компания предложила партнерские отношения в создании нового индустриального парка властям города и области, а также Тверскому государственному университету.

Этот пример сигнализирует о нарождающейся тенденции в государственно-ориентированной предпринимательской среде: выстраивать прочные долговременные партнерские отношения не только с властью, но и с государственными научными и образовательными учреждениями, способствуя тем самым возрождению отечественной науки, сокращению интеллектуального донорства России другим странам, косвенные потери от которого некоторые эксперты оценивают в 40-50 млрд. долларов ежегодно. Разработка и создание новых форм государственно-частного партнерства в нашей стране - настоятельное требование времени. Оно исходит уже не только из центра, от федеральных властных структур и столичных научных центров. Идеи все более активного и масштабного применения ГЧП появляются на местах. И это - признак того, что в самом ближайшем времени мы сможем увидеть в России всплеск партнерства бизнеса и государства, который повысит инвестиционную привлекательность и конкурентоспособность модернизирующейся страны.

Литература:

1. Клейнер Г. Б. Государство, общество, бизнес: взаимодействие в целях модернизации // Россия в глобализирующемся мире: модернизация российской экономики / под ред. Д.С. Львова, Г. Б. Клейнера. - М., 2007. - С. 165-166.

2. Явлинский Г. А. Социально-экономическая система России и проблемы ее модернизации: дис.... доктора экон. наук. - М., 2005. - С. 82-85.

3. Варнавский В. Г. Партнерство государства и частного сектора: формы, проекты, риски. - М., 2005.

4. Дерябина М. Государственно-частное партнерство: теория и практика // Вопр. экономики. - 2008. - № 8. - С. 61-78.

5. Кабашкин В. А. Государственно-частное партнерство: международный опыт и российские перспективы. - М., 2010.

6. Сибурина Т. А. Механизмы государственно-частного партнерства: российский и зарубежный опыт, особенности применения в социальной сфере // Менеджмент и бизнес-администрирование.

- 2010. - № 1. - С. 46.

7. Чеберко Е. Ф. Новые тенденции в отношениях государства и бизнеса // Вестн. С.-Петерб. ун-та. Сер 5. Экономика. - 2008. -Вып. 4. - С. 26.

8. Вилисов М. В. Государственно-частное партнерство - политико-правовой аспект. // Власть. - 2006. - № 6.

9. Бадалов А. Л. Частно-государственное партнерство в реализации инвестиционных проектов //Эко. - 2008. - № 6. - С. 129141.

10. Бутенко Я. Частно-государственное партнерство - эффективный инструмент взаимодействия // Проблемы теории и практики управления. - 2008. - № 7. - С. 44-51.

11. Шамбир В. Н. Государственно-частное партнерство в муниципалитетах России: сущность, формы и противоречия // Экон. науки. - 2009. - №2. - С. 112-118.

12. Булт-Спиринг М., Девульф Г. Стратегические аспекты государственно-частного партнерства: международный опыт // Blackwell Publishing ltd.-UK, 2006.