Проблема выделения падежей в баскском языке

H. М. Заика

ИЛИ РАН — СПбГУ, Санкт-Петербург

ПРОБЛЕМА ВЫДЕЛЕНИЯ ПАДЕЖЕЙ В БАСКСКОМ ЯЗЫКЕ1

I. Введение

В статье рассмотрен ряд проблем, связанных с составом именной парадигмы баскского языка.

Выявление количества падежей в конкретном языке достаточно часто представляет определенную проблему . Однако если при определении состава, например, русской именной парадигмы разногласия часто возникают из-за маргинальности того или иного падежа, то в баскском языке спорным является статус форм, которые сами по себе являются достаточно распространенными.

Традиционно считается, что баскский язык обладает богатой падежной системой . Кроме падежей, в языке имеются многочисленные послелоги.

Далее мы будем рассматривать склонение не имени существительного, прилагательного или местоимения, а склонение именной группы в целом, поскольку в баскском языке показатели склонения и послелоги постпозиционно присоединяются ко всей именной группе. Дейктические местоимения имеют тот же набор падежных форм, что и именные группы определенного склонения.

1 Исследование было поддержано грантом РГНФ «Вариативность аргументной структуры глаголов и классификация глагольной лексики в разноструктурных языках» (№ 11-04-00179а).

Cр. традиционные обсуждения второго родительного, второго предложного и некоторых других форм в русском языке, например, [Зализняк 1973].

Достаточно большой набор падежей, как это часто происходит, включает ряд падежей, имеющих локативное значение.

2. Существующие описания падежной системы баскского языка

Прежде всего, рассмотрим уже существующие описания падежной системы в баскском языке. Поскольку язык оформился в качестве литературного лишь во второй половине XX века, в описаниях, предшествующих этому периоду, нам придется иметь дело с диалектным материалом, что, впрочем, не должно оказать влияния на выводы нашего исследования, поскольку падежные системы в диалектах баскского языка устроены сходным образом.

Ж. Итурри в конце XIX века в грамматике лабурдин-ского диалекта, близкого к литературному баскскому языку, описывает в своей грамматике следующие 11 падежей : номинатив (= абсолютив)6 (0)7, актив (= эргатив) (-k), датив (-/), социатив

4 Анализ падежной парадигмы в работах XVIII-XIX вв. (М. Лар-раменди, Ф. Леклюз, Ж.-П. Дарриголь, А. Шао, Ж. Дювуазен, Л. Л. Бонапарт) см. в [Campión 1884/1977: 177-191].

5 Здесь и далее, при описании падежных парадигм у разных авторов мы приводим лишь показатели неодушевленного склонения (неопределенной субпарадигмы) как насчитывающей максимальное количество форм, причем мы рассматриваем лишь некоторые из возможных алломорфов, появление которых обусловлено тем, заканчивается ли основа на гласную или на согласную. В парадигме определенного склонения отсутствуют партитив и пролатив. В парадигме одушевленного склонения отсутствует генитив места. Наше морфемное членение не всегда совпадает с морфемным членением автора, предложенным Ж. Итурри.

6 Термины абсолютив, эргатив, датив, комитатив, инессив, аблатив, аллатив, инструменталис, генитив (собственно генитив, или притяжательный генитив) соответствуют традиционным описаниям в типологической литературе, партитив употребляется вместо абсолютива в вопросительных, отрицательных и некоторых других конструкциях, пролатив имеет значение 'в качестве чего-то', дестинатив — 'для чего-то', моти-ватив — 'из-за чего-то', показатель -ko (генитив места) при присоединении к основе обозначает отношение связанное с местом, ср. etxeko horma 'стена дома' (данный показатель также может присоединяться к другим падежным показателям), аллатив цели имеет значение 'до чего-то', аллатив направления — 'по направлению к чему-то'. В скобках после знака равенства мы приводим современные, в той или иной степени общепринятые названия падежей.

7 Нулевой показатель.

(= комитатив) (-ekin), инессив (-n), элатив (= аблатив) (-rik8), ад-латив (= аллатив) (-rat), лимитатив (= аллатив цели) (-raino), ме-диатив (= инструменталис) (-z), партитив (-ik) и пролатив (-tzat) [Ithurry 1979: 2-3].

Формы на -ko (в традиционной терминологии — генитив места) Итурри относит к производным (относительным) прилагательным, которые образуются путем прибавления данного показателя к комитативу, инессиву, аблативу, аллативу, аллативу цели, инструменталису и партитиву, и, очевидно, исходя из дистрибуции морфемы, не относит ее к падежным показателям. С другой стороны, менее обоснованно, он не относит к падежной парадигме и притяжательный генитив на -en, который не способен присоединяться к разным падежным показателям, считая его относительным прилагательным [ibid.: 7-10]. Вероятно, такая трактовка вызвана тем, что генитивные формы могут присоединять показатели склонения и определенности или числа, хотя в данном случае речь идет о двух именных группах, одна из которых входит в состав другой, ср. [[lagun-aren]-a] (друг-GEN.SG^BS^SG) 'тот, который относится к другу' (формы такого типа во французской традиции называются суперсклонением).

С. Ароцарена выделяет в баскском склонении следующие 13 падежей: номинатив (= абсолютив) (0), партитив (-ik), пролатив (-tzat), актив (= эргатив) (-k), датив (-i), медиатив (= инструмента-лис) (-z), унитив (= комитатив) (-ekin), инессив (-n), адитив (= ал-латив) (-rat, -ra), лимитатив (= аллатив цели) (-raino) , элатив (= аблатив) (-tik, -rik), местный генитив (-ko) и притяжательный генитив (-en) [Arotfarena 1951: 29-30]. Формы, относимые рядом

8 Литературный вариант -tik.

9 Диалектный вариант. Автор также упоминает более распространенный ныне вариант на -ra.

10 Итурри также отмечает, что если речь идет о лицах, то падежные суффиксы инессива, аблатива, аллатива и аллатива цели заменяются частицами baithan (современный литературный вариант baitan), ganik и др. О некоторой разнице в употреблении показателей -gan- и -baita- см. в [Creissels, Mounole 2011: 172-175].

11 В некоторых парадигмах автор опускает данный падеж.

12

Рассматривая присоединение данного суффикса к другим падежным показателя, автор не называет его падежным и трактует как отдельную сущность.

современных грамматик к дестинативным, (-entzat) Ароцарена рассматривает как пролатив от притяжательного генитива [ibid: 65].

П. Лафитт, автор баскской грамматики наварро-лабурдин-ского литературного диалекта, выделяет следующие 12 падежей: номинатив (= абсолютив (0), актив (= эргатив) (-k), медиатив (= ин-струменталис) (-z), инессив (-n), элатив (= аблатив) (-tik, -rik ), адлатив (= аллатив) (-rat ), генитив места (-ko), притяжательный генитив (-en), датив (-i), унитив (= комитатив) (-ekin), партитив (-ik) и пролатив (-tzat). С существительными, обозначающими лиц, местные падежи, под которыми Лафитт подразумевает инессив, аблатив и аллатив, заменяются послелогами, которым предшествует номинатив или притяжательный генитив [Lafitte 1962: 54, 55, 57].

Отдельно Лафитт описывает ряд маргинальных форм, различаемых далеко не всеми авторами грамматик, что связано с тем, что некоторые падежные формы адвербиализировались, а часть выступает в отношениях свободного варьирования с вышеописанными падежами . Так, автор рассматривает в качестве «дополнений к склонению» разновидность инструменталиса с особым показателем -taz, обозначающим не причину или средство, а тему высказывания, показатель -kila, обозначающий цель движения для присоединения к кому-то, а также разводит два вида аллатива (на -rat и на -ra), утверждая, что первый обозначает движение без возвращения, а второе — с возвращением. В ту же группу Лафитт помещает аппроксиматив (= аллатив цели) (-raino/-radino), который образуется путем добавления дополнительных показателей к форме на -ra и который автор называет «производным падежом». Прола-тив (= дестинатив) (-rentzat) относится им к случаям «суперсклонения» («surdeclinaison»), поскольку формально он состоит из показателя генитива (-ren) и показателя пролатива (-tzat) [ibid.: 59-61].

Л. Вильясанте выделяет в баскской именной парадигме следующие 14 падежей , среди которых первые три связаны с

13 В современном литературном языке только -tik.

14 Вариант, характерный для Французской Страны басков. В современном литературном языке в данном значении используется суффикс -га.

15 Статус части из них близок к тому, что в терминологии А. А. Зализняка называется факультативными падежами [Зализняк 1973: 640].

16 Мы приводим не все названия автора.

полиперсональным спряжением, а последние шесть — с локализацией объекта: пациенс (= абсолютив) (0), эргатив (-к), датив (-/), партитив (-/£), посессив (= притяжательный генитив) (-ей), дести-натив (-entzat, -entzako), социатив (= комитатив) (-вШн), инстру-менталис (-z), инессив (-п), делимитатив (= генитив места) (-ко), аблатив (-Ш), аллатив (-га), аллатив направления (-rantz), аллатив цели (-raino).

Однако автор добавляет, что можно провести различие между собственно падежами и послелогами, приводя пример одушевленного существительного в инессиве (gizonar(en)gan 'в мужчине'), но, не уточняя, какие именно из вышеназванных падежей можно считать конструкциями с послелогами. С большой долей вероятности можно предположить, что речь идет о падежах, содержащих показатель одушевленности ^ап- (см. раздел 4) [УШазаШе 1972: 18-22].

Обратимся теперь к более современным описаниям падежной системы баскского языка.

И. Лака в своих работах выделяет лишь три падежа (абсолютив) (0), эргатив (-к) и датив (-0), признавая остальные единицы послеложными ^ака 1996, 2006].

П. Уркису выделяет 13 падежей, из которых два имеют особый статус: номинатив (= абсолютив) (0), эргатив (-к), датив посессив (= притяжательный генитив) (^п), локатив (= генитив места) (-ко), социатив (= комитатив) (^кт), инструменталис (^), инессив (-п), аллатив (-га), аблатив (-Ш), партитив (^к). Аллатив цели (-гато) и аллатив направления (-rantz) исследователь относит к «падежам, производным от аллатива». Еще три показателя Уркису описывает, избегая упоминания их грамматического статуса, отмечая, что существуют суффиксы мотиватива (-(аг)е^а^к), дестина-тива (-(ar)entzat/еМако) и пролатива (^а(). [Urqшzu 1996: 157-164].

Р. Л. Траск перечисляет следующие 13 падежей: абсолютив (-), эргатив (-к), датив (-{), инструменталис комитатив (^кн), генитив (-€п), локатив (= инессив) (-н), аблатив (-Ш), аллатив (-(г)а), бенефактив ( = дестинатив) (-entzat), дестинатив (-гако), термина-тив (= аллатив цели) (-гато), дирекционалис (= аллатив направления) (-rantz). Последние четыре падежа он называет «составными по форме» и выражающими все характерные особенности падежей, от которых они образованы. Таким образом, исследователь

считает их полноценными членами падежной парадигмы баскского языка [Trask 1997: 92-93].

В то же время Траск отказывается признавать падежными показателями показатели партитива (-ik) и пролатива (-tzat), которые он считает определителями, поскольку они не могут присоединяться к полной именной группе, содержащей определитель, традиционный местный генитив (-ko), показатель которого он рассматривает как суффикс со значением отношения, а также мотиватив/ка-узалис (-gatik), показатель которого исследователь считает послелогом, не комментируя данное грамматическое решение [ibid.: 93-94].

Для поздних работ, в которых уделяется внимание именной парадигме, характерно выделение групп падежей, основанное на грамматических признаках.

Академическая грамматика баскского языка выделяет следующие 15 падежей: грамматические падежи: абсолютив (0), эр-гатив (-k), датив (-i); падежи времени и места: инессив (-n), генитив места (-ko), аллатив (-га), падеж направления (= аллатив направления) (-rantz), аллатив цели (-raino), аблатив (-tik); «оставшиеся падежи»: партитив (-ik), генитив (-en), социатив (= коми-татив) (-ekin), инструменталис (-z), мотиватив (-gatik), дестинатив (-entzat) [Altuna at al. (arg.) 1991: 216-217].

Пролатив не выделяется в качестве отдельного падежа, поскольку при присоединении соответствующего показателя не происходит морфонологических изменений, характерных для баскского языка — появления эпентетического e между основой и аффиксом, а также поскольку соответствующий показатель встречается только в т. н. неопределенном склонении [ibid.: 305]. Следует, однако, отметить, что в баскской именной парадигме встречаются и другие падежи, в которых появление эпентетического e не обязательно, ср. варианты Paris(e)-tik и Paris-tik в аблативе. Партитив, который также встречается только в неопределенной форме, включен авторами в падежную парадигму.

Те же 15 падежей выделены в «Краткой грамматике баскского языка». Однако в качестве вариантов дестинатива, кроме самого падежа на -entzat (-endako), приводятся формы с адъективирующим показателем -ko (-ko, -rako), а также пролатив (-tzat) [Altuna et al. 2002: 503-524].

17 В терминологии Траска — эссив/транслатив.

И. Ибаррече-Антуняно, опираясь на Академическую грамматику баскского языка [Altuna at al. (arg.) 1991], рассматривает следующие 17 падежей: грамматические — абсолютив (0), эргатив (-k), датив (-i); местные падежи: дестинатив18 (-rako), инессив (-n), аблатив (-tik), аллатив (-ra), аллатив цели (-raino), дирекционалис (= аллатив направления) (-rantz), местный генитив (-ko); остальные падежи: генитив (-en), комитатив (-ekin), бенефактив (= дестинатив) (-entzat), инструменталис (-z), каузалис (= мотиватив) (-gatik), пролатив (-tzat), партитив (-ik) [Ibarretxe-Antunano 2001: 3-4]. Те же падежи рассматриваются в учебной грамматике баскского языка Патрика и Субири [Patrick, Zubiri Ibarrondo 2001: 51-100]19.

Х. И. Уальде в грамматике баскского языка выделяет следующие 15 падежей20: абсолютив (0), эргатив (-k), датив (-i), генитив (-en), бенефактив (= дестинатив) (-tzat + генитивная основа), комитатив (-kin), инструменталис (-z), пролатив (-tzat + основа), партитив (-ik); локативные падежи: локатив (= инессив) (-an), аблатив (-tik), аллатив (-ra), дирекционалис (= аллатив направления) (-rantz) и терминатив (= аллатив цели) (-raino), а также относительный падеж («relational» -ko), имеющий промежуточный статус и рассматривающийся отдельно. Мотиватив (-gatik) признается послелогом [Hualde, Ortiz de Urbina 2003: 179-186, 144-148, 742].

А. Альберди выделяет следующие 16 падежей, разбивая их на группы: грамматические падежи21 (именные группы в этих падежах согласуются с глаголом) абсолютив (-), эргатив (-k) и датив (-i), падежи времени и места инессив (-n), местный генитив (-ko), аллатив (-ra), аллатив направления (-rantz), аллатив цели (-raino), аблатив (-tik); остальные падежи: партитив (-ik), притяжательный

18 В других работах может иметь другие названия или вообще не рассматриваться как падеж. Обозначает отношение, связанное с направлением, напр. mendi-ra-ko bide-a (гора-all-kö дорога[abs]-sg 'дорога в гору').

Аналогичная падежная система представлена в [Zubiri 2000]. Локативные падежи одушевленных существительных в обеих работах представлены отдельно, однако в [Patrick, Zubiri Ibarrondo 2001] они имеют те же названия, что и для неодушевленных существительных.

20 Тот же набор падежей выделяется в [Sagües 1980].

21 В качестве названия автор приводит один из вариантов баскских названий падежей, представляющие собой вопросительные местоимения в данном падеже, например NORI 'кому', NOREKIN 'с кем'.

генитив (-en), комитатив (-ekin), инструменталис (-z), мотиватив (-gatik), дестинатив (-entzat) и «особый падеж» — пролатив (-tzat) [Alberdi 2008: 168-176]. В то же время автор отдельно останавливается на показателе -ko, который может присоединяться ко многим падежам и глагольным формам, таким образом, одна и та же форма рассматривается одной стороны как падежная, а с другой стороны как форма на -ko от инессива [ibid.: 123, 170]23.

Р. де Рейк выделяет в своей дидактической грамматике 14 падежей, среди которых имеются основные падежи — абсолютив (0), эргатив (-k), датив (-i), социатив (= комитатив) (-ekin), генитив (-en) и инструменталис (-z), а также два падежа, образованных на базе генитива (бенефактив (= дестинатив) (-tzat)24, мотиватив (-gatik)) — и локативная система (инессив (-an)25, элатив, или аблатив (-tik), аллатив (-ra) и его производные на (-raino) и (-rantz)26): отдельно в качестве падежа рассматривается партитив (-ik). Пролатив (-tzat) рассматривается в качестве разновидности бенефактива.

С точки зрения исследователя, формы, выделяемые в качестве падежных в баскском языке, с синтаксической точки зрения являются промежуточным случаем между морфологическими падежными формами и формами с предлогами в индоевропейских языках . Генитивный формант -ko исследователь считает не падежным, а адъективным показателем. Также в дальнейшем

22

Автор считает его «особым» на основании некоторых грамматических и морфонологических характеристик.

23 Те же 16 падежей с практически совпадающим делением на группы выделяет Чильярдеги, не проводя, однако, различия между разными функциями показателя -ko [Txillardegi 1978].

24 Судя по описанию де Рейка, приименной аллатив (-rako) находится в отношениях, близких к отношениям дополнительной дистрибуции с дестинативом на -tzat: первый из них употребляется с неодушевленными существительными, а второй — преимущественно с одушевленными [de Rijk 2008: 94].

25 Показатель в единственном числе.

26 В терминах де Рейка соответственно «terminal» и «tendential».

27 Ср. мнение А. Кампиона, который один из немногих исследователей в конце XIX века утверждал, что в баскском языке отсутствует склонение, а выражение абстрактных значений, соответствующих падежному склонению или предлогам в других языках, осуществляется с помощью суффиксов [Campion 1884/1977: 177].

адъективным показателем признается генитивный формант -еп, который отличается от других падежных показателей тем, что соот-ветстсвующая форма (наряду с формой на -ко) зависит от имени, а не от глагола, может выступать в роли именной части сказуемого и способна образовывать формы суперсклонения ^е Ш)к 2008: 3135, 45, 88, 94, 98]28.

Ж. Ребюски выделяет 10 основных падежей: абсолютив (0), эргатив (-к) и датив (-/), генитив-1 (-еп), социатив (= комитатив) (-ек/п), инессив (-ап), аблатив аллатив (-га), генитив-2 (-ko),

инструменталис (-г). Однако, по утверждению исследователя, данный список ограничивают лишь произвольные критерии. Партитив (-/к) Ребюски относит не к падежным показателям, а к определителям. Пролатив, несмотря на морфонологические отличия, выделяется как падеж, являясь, таким образом, одиннадцатым падежом. Дирекционалис (= аллатив направления) (-гап&) и терминатив (=ал-латив цели) (-га/по) признаются расширениями аллатива. Первый их элемент является явно падежным, тогда как статус второго менее очевиден. Падеж, традиционно называемый дестинативом (-еп-&а(), рассматривается в качестве генитива1, за которым следует показатель пролатива [Rebuschi 1984: 109, 124, 148, 154, 156-162].

Из приведенных описаний (ср. Таблицу 1) становится очевидно, что наряду с падежами, которые признают все или большинство исследователей (абсолютив, эргатив, датив, комитатив, инессив, аблатив, аллатив, инструменталис, притяжательный генитив), в баскском языке есть формы, признаваемые падежными не всеми (партитив, пролатив, генитив места, дестинатив, мотиватив и, в некоторых случаях, другие производные от основных падежей).

3. Критерии разграничения постпозитивных показателей в баскском языке

3.1. Общие замечания

Очевидно, основная проблема при определении состава баскской падежной парадигмы состоит в том, что некоторые

28 См. также обширный библиографический комментарий, посвященный показателю -ko в [de Rijk 2008: 103-105].

29 Под постпозитивными показателями мы понимаем любые показатели, стоящие в конце именной группы, т. е. не исключительно послеложные показатели (ср. англ. «postposition»).

Таблица 1. Падежная система баскского языка в различных

современных описаниях

[Laka 1996, 2006] [Ithurry: 1979] [Rebuschi 1984] [Lafitte 1962] [Urquizu 1996]. [Trask 1997] [Arotgarena 1951] [de Rijk 2008] Villasante 1972] [Altuna at al. (arg.) 1991] [Altuna et al. 2002] [Hualde, Ortiz de Urbina 2003] [Alberdi 2008] [Txillardegi 1978] [Ibarretxe-Antunano 2001; Patrick, Zubiri Ibarrondo 2001]

количество падежей 3 11 11 12 13 13 13 14 14 15 15 15 16 16 17

- + + + + + + + + + + + + + + +

-k + + + + + + + + + + + + + + +

-i + + + + + + + + + + + + + + +

-ekin - + + + + + + + + + + + + + +

-n - + + + + + + + + + + + + + +

-rik / tik - + + + + + + + + + + + + + +

-ra / rat - + + + + + + + + + + + + + +

-z - + + + + + + + + + + + + + +

-en - - + + + + + (+) + + + + + + +

-raino - + - (1Ш) +ПП +ПП + +ПП + + + + + + +

-rantz - - - - +ПП +ПП - +ПП + + + + + + +

-ik - + - + + - + + + + + + + + +

-tzat - + + + С - + -Д+ - - -Д+ + + + +

-entzat - - - - С +ПП - +ПП +30 + + + + + +

-rako (-ra-ko) - - - - - +ПП - - - - -Д+ - - - +

-gatik - - - - С - - +ПП - + + - + + +

kO\ - - + + + - + - + + + (+) + + +

ko2 - 0 0 0 0 0 0 0 0 0 -Д+ 0 - 0 0

Примечания:

(1111) — Показатель производного падежа, рассматриваемого вне падежной парадигмы.

30 В качестве одного из показателей дестинатива Вильясанте приводит -entzako, состоящий из дестинативного показателя и показателя ^о, который у него рассматривается как делимитатив.

ПП — Показатель производного (составного) падежа, рассматриваемого в рамках парадигмы.

С — суффикс, рассматриваемый вне падежной парадигмы.

Д+ — Показатель подтипа дестинатива.

ko1 — падежный суффикс -ko.

ko2 — суффикс -ko, рассматриваемый вне падежной парадигмы (0 — не рассматривается отдельно, - — рассматривается вне падежной парадигмы).

грамматические единицы системы обладают дистрибутивными свойствами, которые отличают их от прототипических падежей, признаваемых практически всеми исследователями. В значительной части случаев речь идет о большей или меньшей степени спаянности с основой. При выделении в системе именного словоизменения более чем одного класса постпозитивных единиц, имеющих одну и ту же функцию, часто их принято разграничивать на падежные показатели (разновидность суффиксов) и послелоги (разновидность клитик). Таким образом, в грамматиках конкретных языков падежные суффиксы и послелоги часто определяются не исходя из общетипологических предпосылок, а как два разряда единиц, более или менее тесно спаянных с основой31. Для выяснения того, являются ли показатели падежными аффиксами или послелогами, исследователи традиционно определяют, являются ли они грамматически более автономными, чем остальные аффиксы, или менее автономными, чем остальные послелоги.

Очевидно, что проблема выделения падежных аффиксов и ад-логов касается преимущественно языков с послелогами, поскольку для многих языков с предлогами характерны не падежные префиксы, а падежные суффиксы, которые, вообще в языках мира распространены гораздо шире32.

С другой стороны, определенные дистрибутивные отличия могут не приниматься исследователями во внимание. Так, напри-

31

Ряд исследователей использует для отделения послелогов от суффиксов лингвоспецифичные критерии. Так, в корейском языке, по утверждению исследователей, послелоги являются облигаторными, в отличие от падежных аффиксов, которые в некоторых контекстах могут опускаться [Kwang-sup 2005].

32 Ср. однако, универсалию Гринберга 27 [Гринберг 1970] и WALS [Chapter 51, 85].

мер, в венгерском языке падежные суффиксы и послелоги может разграничивать критерий гармонии гласных [Trommer 2008: 403]. Сам автор статьи утверждает, что эти две сущности являются единицами одного класса, на основании того, что синтаксически они ведут себя практически одинаково. Разница заключается в том, что в сочинительных конструкциях при использовании послелогов, но не падежных суффиксов, возможен эллипсис вершинного существительного при координации послелогов, а также эллипсис послелога при координации именных групп [ibid.]. Считается, что в баскском языке возможность/невозможность эллипсиса вершинного существительного при координации послелогов достаточна для того, чтобы выделить два класса грамматических единиц, ср. пример (55).

Для выявления того, какие именно падежи входят в именную парадигму в баскском языке, необходимо рассмотреть возможные критерии отделения падежных суффиксов от послелогов33 (существенный вклад в решение данной проблемы внесла работа [Zwicky, Pullum 1983], ср. также ряд критериев в [Lapointe 1996], в нашем исследовании мы будем также прибегать к другим критериям). Ряд типологически релевантных критериев отделения единиц двух типов не будет действовать на материале баскского языка.

Проблема отделения одних постпозитивных грамматических единиц от других представляется весьма актуальной для целого ряда языков, ср., например, венгерский34, цыганский35, тюркские36

33 Принято считать, что сами падежные суффиксы в баскском языке по происхождению, являются послелогами [Hualde 2002: 337].

34 «The inventory of cases is a matter for dispute and ranges from 17 (including the zero-marked nominative) to 28 (...)»; «I argue that case markers in Hungarian are best thought of as 'fused postpositions'» (далее Спенсер отказывается от понятия падежного аффикса в венгерском языке, постулируя в нем два вида аффиксов, отличающихся своими синтаксическими свойствами) [Spencer 2008: 35, 49]; «I will argue, on the basis of Hungarian data, that no clear line can be drawn between case suffixes and adpositions» [Asbury 2005: 72, 74].

35 «[W]e have reason to suspect that Romani has made the transition from postpositional enclitics to agglutinative cases. Most scholars present these affixes either as cases (...) or as postpositions without addressing the question of why one view is preferable to the other» [Friedman 1991: 58];

языки. Зачастую она сводится к тому, что все единицы одного класса признаются либо падежными аффиксами, либо послелогами.

Очевидно, при отделении падежных суффиксов от послелогов проблемы могут быть связаны и с тем, что иногда существует более, чем две градации по степени спаянности именной группы и суффикса/послелога. Так, в эстонском языке, наряду с падежными суффиксами оформляющими как существительные, так и прилагательные, и послелогами, существуют показатели, оформляющие лишь последнее прилагательное именной группы, что позволяет исследователям сомневаться в их суффиксальном статусе [Baerman et al. 2002: 23]. Возможность троякой градации именных групп также предлагает М. Драер:

«In general, the difference between case affixes and adpositions is that the former are phonologically attached to nouns, while the latter are separate words that combine syntactically with noun phrases. Adposi-tional clitics are intermediate between these two in that, while they attach phonologically to some word, the word they attach to need not be a noun, and which word they attach to is determined syntactically» [WALS: Chapter 51].

Следует особо оговорить, что нас будет интересовать скорее не выделение двух или трех классов единиц (суффиксов и послелогов; аффиксов, фразовых аффиксов и клитик и т. п.), ср. дискуссию о неуниверсальности некоторых грамматических категорий в [Haspelmath 2007], а выделение набора признаков, которыми одни грамматические единицы могут отличаться от других. Таким образом, при комбинации этих признаков может выделяться не два, а гораздо большее число классов. Также нас будет интересовать, представляют ли данные признаки или, по крайней мере, некоторые из них иерархию.

При выделении единиц разных классов нас будут интересовать не описательные, а конструктивные критерии, используя которые, можно отделить единицы одного класса от другого.

«case suffixes were not always easily distinguishable from postpositions» (о немецком диалекте цыганского языка) [Plank 1995: 12].

36 Ср. «For one thing, in Turkic languages, the boundary between affix and postposition is not always clear, since some postpositions can also be attached to (the last word of) their complements (and are sometimes seen as case suffixes)» [Libert 2008: 230].

Приведем пример описательного подхода при разграничении ад-логов и падежных суффиксов у К. Ажежа. Так, некоторыми (естественным образом, не единственными) критериями, отличающих адлоги от падежных суффиксов, согласно Ажежу, является их объединение в парадигмы, которые способны претерпевать в качестве единого подмножества определенные исторические изменения, тот факт, что падежные аффиксы, как правило, короче адлогов, а также семантические и прагматические критерии. [Hagege 2010: 25, 29, 34]37. Несмотря на безусловную ценность такого рода описательного подхода, мы не будем его придерживаться в нашем исследовании. Мы также признаем как типологически релевантные, так и лингвоспецифические критерии38.

Наиболее часто могут вызывать неоднозначность трактовки следующие грамматические единицы:

1. -(en/a)gatik — показатель мотиватива (падежный суффикс либо показатель абсолютивно- или генитивно-послеложной конструкции).

2. -aren(-)tzat — показатель дестинатива (падежный суффикс либо показатель генитивно-послеложной конструкции).

3. -т(-)то, -ra(-)ntz — показатели аллатива цели и аллати-ва направления (падежный суффикс либо показатель аллативно-послеложной конструкции).

4. -ко — показатель генитива места (падежный суффикс либо деривационный показатель).

5. -gan-(a), -gan-(diк), -gan-(aino) — показатель одушевленности (суффикс либо послелог).

Кроме этого, при рассмотрении адекватности тех или иных критериев мы проанализируем ряд послелогов и локативных имен, способных изменяться по падежам.

37

Ср. также другой пример описательного подхода к определению категорий в [WALS: Chapter 85]: «A word is treated here as an adposition (preposition or postposition) if it combines with a noun phrase and indicates the grammatical or semantic relationship of that noun phrase to the verb in the clause», ср. в той же главе: «In some languages, some or all of the functions of adpositions are carried by case affixes on nouns».

38 Так, для дравидийских языков С. Малассери отмечает, что падежные аффиксы не могут быть отделены от именной группы другими морфемами, тогда как послелоги могут [Mallassery 1994: 93].

3.2. Критерии, нерелевантные для баскского языка Баскские падежные показатели и послелоги и некоторые из их свойств уже рассматривались Х. И. Уальде, проанализировавшем относительные (локативные) имена, «настоящие послелоги», послелоги, способные управлять абсолютивной ИГ, и некоторые суффиксы, обратив внимание на нечеткость границы между послелогами и суффиксами [НиаЫе 2002]. Мы же попытаемся привлечь внимание к аспекту, которому он не уделил внимания — проблеме их отделимости в именных группах и сочинительных конструкциях.

Перейдем к вопросу о том, корректно ли считать единицы, традиционно и бесспорно выделяемые в качестве падежных суффиксов, послелогами. Аргументом в пользу этого является критерий отделимости39: как мы уже упоминали во введении, в баскском языке показателем или показателями определенности, падежа и числа оформляется не отдельно существительное, прилагательное или детерминант, а вся именная группа в целом, таким образом, вставка полноценных лексических единиц возможна вне зависимости от того, идет ли речь о суффиксе или послелоге, а значит, сам по себе данный критерий не является диагностическим ни для того, чтобы отделить суффиксы от послелогов, ни для того, чтобы провести морфемную границу в падежно-послеложной конструкции или установить, что данная граница отсутствует, ср.:

• падежный суффикс

(1) етаЫте-а^ (женщина-SG-INS)'о женщине'40

(2) етаЫте ederr-a-z (женщина красивый-SG-INS) 'о красивой женщине'

(3) етаЫте eder har-taz (женщина красивый этот^]-1Ш) 'об этой красивой женщине'

• падежно-послеложная конструкция

(4) етаЫте-а-п Ьигт (женщина-SG-DAT про) 'про женщину'

39

Ср. критерий «лексической цельности» (lexical integrity) в работе [Zwicky, Pullum 1983: 504] и контрпримеры в [Heggie, Ordonez 2005: 4].

40 Примеры, источник которых не указан, были проверены на носителях баскского языка.

(5) emakume ederr-a-ri Ьигш (женщина красивый-SG-DAT про) 'про красивую женщину'

(6) emakume eder har-i Ьигт (женщина красивый этот^]-ЭАТ про) 'про эту красивую женщину'

• падежный аффикс / падежно-послеложная конструкция

(7) emakume-a-rentzat (женщина-SG-DEST) vs. emakume-a-ren-tzat? (женщина-SG-GEN-DEST41) 'для женщины'

(8) emakume ederr-a-rentzat (женщина красивый-SG-DEST) vs. emakume ederr-a-ren-tzat (женщина красивый-SG-GEN-DEST?) 'для красивой женщины'

(9) emakume eder har-entzat (женщина красивый этот[SG]-DEST) vs. emakume eder har-en-tzat (женщина красивый этот^]-GEN-DEST?) 'для этой красивой женщины'

Имеются и другие критерии, используемые в лингвистической литературе и позволяющие отделить аффиксы от кли-тик, которые также не дают результата на материале бакского языка.

• Непосредственное присоединение к ИГ, к которой показатели семантически относится (ср. ^аро^е 1996: 76] — критерий 4).

• Отсутствие лакун в парадигмах ([Zwicky, Ри11ит 1983: 505] — критерий В42).

• Семантическая идиосинкразия ([Zwicky, Ри11ит 1983: 505] — критерий Б), под которой понимается как несводимость значению образованной составляющей к значению входящих в нее элементов44.

41 При данном анализе под «dest» мы понимаем не падежный, а послеложный показатель.

42 Ср. контпримеры данного критерия (появление лакун при комбинации клитик) в [Spencer, Luís 2012: 118].

43 В работе исследователей является скорее тенденцией, чем критерием в строгом смысле слова.

44 А. Спенсер и А. Р. Луис рассматривают данные критерий как наличие у показателя одного (для аффиксов) или нескольких (для клитик) показателей [Spencer, Luís 2012: 110]. См. контрпример данного критерия Цвики и Пуллума в [Heggie, Ordóñez 2005: 5].

3.3. Согласование в рамках именной и глагольной группы

Одним из критериев, позволяющим отделять клитики от аффиксов, может признаваться согласование в рамках именной группы. В случае его наличия спорная грамматическая единица считается словоизменительным аффиксом, а при его отсутствии —

45

адлогом , что достаточно хорошо коррелирует с другими критериями отделимости. Для баскского языка рассматриваемый критерий неприменим из-за строения именной группы, которая оформляется один раз, ср. примеры (1)-(3).

С другой стороны, адлоги также могут повторяться при нескольких составляющих в именной группе, так, например, как могут удваиваться предлоги в древнерусском языке.

Более конструктивным критерием для баскского языка может

Ф46

инитным глаголом (в баскском языке с ним согласуется абсолютивная, эргативная и дативная именные группы). Среди баскологов данный критерий использует И. Лака, признающая абсолютив, датив и эргатив падежами, а остальные формы именных групп — послеложными [Laka 1996, 2006].

3.4. Селективность

С точки зрения селективности, то есть выбора синтаксического хозяина, к которому присоединятся показатель, практически все рассматриваемые нами единицы ведут себя одинаково, демонстрируя низкую степень селективности и присоединяясь к именным группам и только к ним (ср. [Zwicky, Pullum 1983: 503] — критерий А), см. примеры (1)-(9). При этом прототипические падежные показатели присоединяются непосредственно к именной группе, другие (традиционно называемые послелогами) могут присоединяться к падежному показателю; также может существовать конкуренция между формами с присоединением показателя непосредственно к именной группе и показателю генитива.

45 Ср. «The inflection-word distinction is sometimes applied to cases and adpositions on the basis that agreement can be seen with inflectional categories (e.g. Latin adjectives have case suffixes agreeing with the noun), whereas independent words do not agree» [Asbury et al. 2006: 8].

46 К. Ажеж также отмечает, что для падежных аффиксов более характерен контроль глагольного согласования, чем для адлогов [Hagege 2010: 34].

Исключения составляют показатель -ko с крайне широкой дистрибуцией, способный присоединятся к показателям, традиционно называемым падежными, послеложными и даже к финитным глаголам [Trask 1997: 101-102], а также показатель аблатива -tik, способный, кроме именных групп, присоединяться к некоторым наречиям времени и места, и показатель аллатива -ra, способный присоединяться к некоторым наречиям места:

(10) hemen-dik (здесь-ABL) 'отсюда'

(11) atzo-tik (вчера-ABL) 'начиная со вчерашнего дня'

Отдельно имеет смысл рассмотреть присоединение морфемы -ko к именной группе. Данная морфема может присоединяться к инессивной, аллативной, аблативной, комитативной и инструментальной именным группам как с сохранением, так и с удалением падежного показателя, причем, если в инессивной конструкции такое удаление является обязательным, то в других падежах зависит от семантики [de Rijk 2008: 91-96]. Приведем примеры удаления инессивного, аблативного и комитативного показателя из работы де Рейка:

(13) ni-re bihotz-eko agur bero-a

я-GEN сердце-KO прощание горячий[ABS]-SG 'горячее сердечное прощание'

(14) sudur handi-ko gizon-a

нос большой-KO мужчина[ABS]-SG 'мужчина с большим носом' [ibid.]

3.5. Морфонологические изменения

Согласно критерию С А. Цвики и Дж. Пуллума [Zwicky, Pul-lum 1983: 505], нетривиальные фонологические изменения более характерны для аффиксов, чем для клитик. В баскском языке показатели, 0, -k, -i, -ra, -n, -tik, -z, -ekin, -en, традиционно считаемые падежными, влияют на выбор показателя множественного числа (показатель -ak в абсолютиве, показатель -е- в эргативе, дативе и

инструменталисе, показатель -eta- в аллативе, аблативе и инессиве и нулевой показатель, в отличие от эксплицитно выраженного показателя единственного числа в комитативе и генитиве). При присоединении показателей, традиционно считающихся послеложными, изменений, отличных от морфонологических, не происходит:

(15) etxe-eta-n (дом-PL-IN) 'в домах'

(16) etxe-e-i buruz (дом-PL-DAT про) 'про дома'.

Что касается показателя -ko, то при его присоединении к падежным показателям происходят закономерные морфонологиче-ские изменения, тогда как при присоединении данного показателя непосредственно к основе (ср. пример (12)) мы, с одной стороны, можем считать, что он влияет на выбор показателя множественного числа, а с другой стороны, признавать, что в данной конструкции присоединение данного показателя происходит не непосредственно к основе именной группы, а к инессивному показателю, который затем удаляется, и таким образом, именно инес-сивный показатель, а не показатель -ko влияет на выбор показателя множественного числа.

3.6. Сочинительные конструкции

Далее рассмотрим критерии, описывающие дистрибуцию служебных морфем в сочинительных конструкциях. Согласно критериям С. Лапойнта, лексические аффиксы и фразовые аффиксы (в отличие от клитик) способны присоединяться к каждому элементу сочинительной конструкции, а фразовые аффиксы и клитики (в отличие от лексических аффиксов) способны присоединяться ко всей сочинительной конструкции в целом [Lapointe 1996: 76]. В данном отношении в баскском языке и падежные аффиксы, и послелоги, в отличие от показателя -ko (местного генитива) способны присоединяться как к каждому элементу сочинительной конструкции, так и ко всей конструкции в целом, являясь, таким образом, согласно данным критериям, Лапойнта фразовым аффиксом:

• падежный суффикс

(17) liburu eta disko-ak (книга и диск-ABS.PL) 'книги и диски'

(18) liburu-ak eta disko-ak (книга-ABS.PL и диск-ABS.PL) 'книги и

диски'

• падежно-послеложная конструкция

(19) liburu eta disko-e-i buruz (книга и диск-PL-DAT про) 'про книги и диски'

(20) liburu-e-i eta disko-e-i buruz (книга-PL-DAT и диск-PL-DAT про) 'про книги и диски'

(21) liburu-e-i buruz eta disko-e-i buruz (книга-PL-DAT про и диск-PL-DAT про) 'про книги и диски'

Показатель -ko отделяется в сочинительных конструкциях другими именными группами достаточно плохо, отличаясь по своей дистрибуции от падежных показателей и послелогов баскского языка:

(22) OKurre eta zilarre-z-ko txanpoi-ak золото и серебро-INS-KO монета-ABS.SG 'золотые и серебряные монеты'

(23) OKurre-z-ko eta zilarre-z-ko txanpoi-ak золото-INS-KO и серебро-INS-KO монета-ABS.SG 'золотые и серебряные монеты'

(24) ??urre-z eta zilarre-z-ko txanpoi-ak золото-INS и серебро-INS-KO монета-ABS.SG 'золотые и серебряные монеты'

Исключения достаточно редки и встречаются преимущественно с аллативом и комитативом, причем некоторые носители не признают такие примеры грамматичными:

(25) Kongresu-ra eta Senatu-ra-ko Конгресс-ALL и Сенат-ALL-KO hauteskunde-e-i begira выборы-PL-DAT смотря

'Принимая во внимание выборы в Конгресс и Сенат'.

(26) IAEA-rekin eta Europa-ko Batasuna-reki-ko МАГАТЭ-COM и Европа-KO союз-COM-KO negoziazio-eta-n

переговоры-PL-IN

'В переговорах с МАГАТЭ и Евросоюзом'

Падежные аффиксы в некоторых контекстах демонстрируют свойства сочетаемости с сочинительными конструкциями, отличающиеся от вышеописанных47.

Так, очевидно, является невозможным присоединение падежного аффикса к показателю одушевленности -gan-, ср.

(27) OKaita eta ama-ren-gan-dik (отец и мать[SG]-GEN-ANIM-ABL) 'от отца и матери'

(28) OKaita-ren eta ama-ren-gan-dik (отец[SG]-GEN и мать^]^Е№ ANIM-ABL) 'от отца и матери'

(29) *aita-ren-gan eta ama-ren-gan-dik (отец[SG]-GEN-ANIM и мать [SG]-GEN-ANIM-ABL) 'от отца и матери'

(30) okaita-ren-gan-dik eta ama-ren-gan-dik (отец[SG]-GEN-ANIM-ABL и мать[SG]-GEN-ANIM-ABL) 'от отца и матери'

Очевидно, невозможность употребления конструкции (29) в значении 'от отца и матери' связана с тем, что форма на -rengan имеет инессивное значение (aitaren-gan 'отец^^ММ^]'). Также затруднены сочинительные конструкции с локативными именами, которые иногда трактуются как послелоги:

(31) *etxe-a-ren aure eta atze-a-n48 дом-SG-GEN передняя.часть и задняя.часть-SG-IN 'спереди и сзади дома'

(32) OKetxe-a-ren aure-a-n eta atze-a-n дом-SG-GEN передняя.часть-SG-IN и задняя.часть-SG-IN 'спереди и сзади дома'

Данный критерий, не позволяя отделить суффиксы от послелогов, позволяет провести границу для ряда спорных единиц.

Рассмотрим поведение показателя -entzat, традиционно называемого дестинативным. В текстах встречаются и носителями признаются правильными следующие конструкции, в которых показатель -tzat присоединяется либо к каждой составляющей

47 Ср. свойства португальских мезоклитик (интраклитик), которые в зависимости от конструкции проявляют свойства клитик либо аффиксов [Spencer, Luís 2012: 205-206].

48 Однако некоторые носители признают грамматичной конструкцию etxe aure eta atzean.

сочинительной конструкции, либо присоединяется ко всей сочинительной конструкции в целом, но лишь совместно с показателем -en.

(33) liburu-entzat eta disko-entzat (кнш-apL^DEST и диск[PL]-DEST) 'для книг и статей'

(34) liburu eta disko-entzat (книга и диск[PL]-DEST) 'для книг и статей'

Исключения встречаются в корпусе текстов достаточно редко. Приведем, однако, такие примеры.

(36) Aginte-en edo konpaini-en-tzat lan

власти [PL] -GEN или компания^-GEN-DEST работа egi-ten dute.

делать-IPFV AUX

'Они работают для властей или для компаний'

Таким образом, если не принимать во внимание исключения, мы можем рассматривать -tzat в данном контексте либо как суффикс, присоединяемый к другому суффиксу/фразовому суффиксу, либо как часть падежной морфемы.

Отделение показателей -(ra)ino и -(ra)ntz еще более затруднительно, чем отделение показателя -tzat49. Д. Крессель называет падежи «морфологически сложными», включающими падежный показатель и «расширение» [Cresseils 2009: 619]. Х. Леман их рассматривает в качестве суффиксов, присоединяемых к суффиксу аллатива [Lehmann 2002: 75].

49 Сочинение показателя -ntz с другими затрудняется также тем, что в отличие от традиционно признаваемых послелогов, он не является слоговым.

Показатель -raino является по происхождению сочетанием аллативного показателя -ra и послелога gino (giño) / dino. Употребление данного послелога как с аллативом, так и с абсолюти-вом, инессивом и некоторыми наречиями50 засвидетельствовано в старобаскских и диалектных баскских текстах, как в пространственном, так и во временном значениях:

(38) Jesu Kristo gu-re Jaunaren Bizitze-a bere Иисус Христос мы-GEN господин жизнь[ABS]-SG его Jaiotza-tik Bateo giño

рождение-ABL крещение до

'Жизнь Господа нашего Иисуса Христа от рождения до крещения' (klasikoak, 1804-1821)'.

(39) eriotza-ra giño смерть-ALL до

'до смерти'

Поскольку подобного рода конструкции встречаются в небольшом количестве и у ограниченного круга авторов, найти сочинительную конструкцию, оформленную с помощью показателя gino (giño) представляется затруднительным, однако нам удалось обнаружить один пример в корпусе старобаскских текстов:

Вариант dino употребляется реже, чем gino:

(41) Larrañe-tik Kostalde-ra-dino Ларранье-ABL побережье-ALL-до

'от Ларранье до побережья'

50 Следует отметить, что подобная конкуренция аллатива, абсо-лютива и в редких случаях инессива, а также некоторых наречий характерна также при другой единице, удовлетворяющей критериям после-ложности — arte 'до'.

(42) eta gero juie-ak ema-n ziozkaten, Samuel и потом судья-ABS.PL давать-PFV AUX Самуил profeta-ra dino

пророк-ALL до

'и потом давал им судей до пророка Самуила'

Таким образом, показатель -(ra)ino является, вероятно, единственным, процесс грамматикализации которого от послелога к аффиксу можно наблюдать в письменный период51: кроме вышеописанных фонологических изменений, произошло изменение дистрибуции показателя — у gino/dino засвидетельствована возможность сочетания только с аллативным показателем из нескольких ранее возможных, вероятно, в связи с этим он практически не сочетается с сочинительными именными группами.

Для показателя -antz в корпусе [EPG] примеров на сочетание именных групп обнаружить практически не удается. В ряде случаев найденные нами примеры с аллативными именными группами, как кажется, допускают, двоякое толкование:

(43) Arrauna-ren eskutoki-a behe-ra eta весло-GEN ручка[ABS]-SG низ-ALL и atze-ra-ntz ekar-tzen zuten. задняя.часть-ALL-NTZ нести-IPFV AUX

'Они перемещали ручку весла вниз и назад'

С помощью поисковой системы Google, однако, обнаруживаются редкие примеры такого рода:

(44) alde hori makil bat-ekin сторона этот[ABS.SG] палка один-COM go-ra eta behe-ra-ntz igurtzi-z верх-ALL и низ-ALL-NTZ тереть-INS soinu-a lor-tzen da Звук[ABS]-SG получать-IPFV AUX

'если потереть эту сторону палочкой вверх-вниз, получается звук' [о музыкальном инструменте]

(45) kanpo-ra eta barru-ra-ntz (наружная.часть-ALL и внутренняя. часть-ALL-NTZ) 'внутрь и наружу'

51 Первый баскский текст, достаточно репрезентативный для исследования грамматики, появляется в 1545 году.

(46) aurrera eta atzerantz (передняя.часть-ALL и задняя.часть-ALL-NTZ) 'взад-вперед'

(47) aide bate-ra eta beste-ra-ntz (сторона один-ALL и другой-ALL-NTZ) 'туда-сюда'

Вероятно, возможность их употребления связана с тем, что у локативных имен абсолютив (goi 'верхняя часть', kanpo 'наружная часть', aurre 'передняя часть') используется гораздо реже, чем одна из падежных форм, и аллативная форма воспринимается в качестве базовой.

Принципиально иная дистрибуция характерна для моти-вативного показателя, который присоединяется к генитивному или абсолютивному, причем в сочинительной конструкции одна из именных групп может быть генитивной, а вторая — абсолютивной:

(48) Zortzi urte-ko kartzela zigorr-a

восемь год-KO тюрьма наказание[ABS]-SG tratu txarr-ak eta bortxaketa-gatik

торговля плохой-ABS.PL и нарушение[ABS.SG]-MOT 'Наказание в восемь лет тюрьмы за незаконную торговлю и нарушения'

(49) %3,6-ek beste herrialde batzu-eta-ra 3,6%-ERG другой страна некоторый-PL-ALL joa-n behar dute,

ехать-PFV должен AUX

lan-a edo ikasket-en-gatik

работа[ABS]-SG или учеба^-GEN-MOT

'3,6 % вынуждены уехать в другие страны из-за работы или

учебы'

Таким образом в сочинительных конструкциях показатель мотиватива ведет себя как типичный послелог (19)-(21), имея возможность присоединяться: 1). один раз вместе с генитивным или абсолютивным показателем ко всей именной группе целиком (50); 2) один раз к именной группе, каждая составляющая которой оформлена абсолютивом или генитивом (48)-(49); 3) к каждому компоненту именной группы (51).

(50) inguru-an zegoen giro eta рядом-IN находиться.PST.ABS.3SG атмосфера и informazio-a-gatik информация[ABS]-SG-MOT

'он находился рядом ради атмосферы и информации'

(51) Jende-a lan-a-gatik eta ikasket-en-gatik

люди-^BS^SG работа[ABS]-SG-MOT и учеба^-GEN-MOT mugi-tzen da.

переезжать-IPFV AUX

'Люди переезжают из-за работы и из-за учебы'.

Данные примеры демонстрируют, что конструкции с показателями -(ren)tzat, -gatik, а в редких случаях и -(ra)ino, -(ra)ntz, в современном баскском языке могут вести себя как типичные послеложные конструкции при сочинении.

3.7. Сочинительные конструкции

Единственным существенным признаком отличия послелогов от суффиксов, который приводится в грамматиках баскского языка является то, что для послелогов возможно сочинение, тогда как суффиксы (-gan-, -gatik, -entzat) сочиняться не могут52, ср.

(52) zu-re kontra ala alde azal-du da? ты-GEN против или за выражаться-PFV AUX 'Он выступил за или против тебя'

(53) *ama-ren-gan ala gatik aurki-tu duzu мать [SG] -GEN-ANIM[IN] или MOT найти-PFV AUX laguntza?

помощь[ABS.SG]

'ты нашел помощь у своей матери или получил помощь из-за матери?' [Altuna at al. (arg.) 1991: 304; Altuna et al. 2002: 501]

52

Однако в бискайском диалекте, по мнению Уальде, данный показатель является свободной формой, также как и показатель аллатива границы, поскольку имеет свое ударение [НиаЫе 2002: 332]. Мы не рассматриваем данный случай в нашем исследовании. С акцентологической точки зрения, послелоги и суффиксы в большинстве диалектов баскского языка ведут себя одинаково, не получая самостоятельного ударения.

С нашей точки зрения, в данном контексте критерий не может считаться релевантным из-за семантики рассматриваемых единиц: неприемлемый пример с сочинением суффиксов менее приемлем и прагматически, в отличие от более естественной ситуации с сочинением послелогов, где зачастую они имеют либо синонимическое, либо антонимическое значение. Относительно других послелогов, таких, например, как truk 'в обмен на' или eske 'требуя' нельзя утверждать, что они свободно сочетаются друг с другом (очевидно, также из-за семантики), однако это не приводит к тому, что авторы грамматик считают их падежными показателями. Также на возможность образования сочинительной конструкции с двумя послелогами влияет количество послелогов, которые способны управлять тем или иным падежом (например, количество послелогов, управляющих дативом гораздо меньше, чем управляющих в баскском языке генитивом). Признаем, однако, что в случае использования данного критерия нам пришлось бы расширить падежную парадигму баскского языка, что, хотя, возможно и противоречит интуиции, не может быть полностью отвергнуто.

Следует отметить, что в ряде языков адлоги могут различаться по способности к сочинению. Так, например, согласно Д. Кибли, в турецком, тагальском, нивхском и русском языках возможно сочинение одних адлогов и невозможно сочинение других (ср. за и перед ним, но *в и на ящике) [Kilby 1981: 106, 110-111], цит. по [Hagege 2010: 23-24].

При применении в качестве критерия сочинительных конструкций для отделения единиц разных классов играет роль лишь позиция второго элемента сочинительной конструкции, поскольку в баскском языке возможно сочинение суффиксов и послелогов:

(54) saltsa-rekin ala gabe соус-COM или без 'с соусом или без'

(55) *saltsa gabe ala (r)ekin соус без или COM 'Ожид.: 'с соусом или без'

Одним из показателей, вызывающим наибольшую неоднозначность трактовки среди исследователей, является мотивативный

показатель -gatik. В старобаскских текстах, а также в некоторых современных, он пишется раздельно53:

(56) Ez uste iza-n halere, adin-a-ren gatik не мнение иметь-PFV однако возраст-SG-GEN MOT de-la hori bakarrik.

AUX-COMP это только

'Однако не думай, что это только из-за возраста'.

В современных и в старобаскских текстах, однако, обнаруживаются примеры, когда показатель -gatik входит в сочинительную конструкцию:

(57) paper hon-i esker edo gatik бумага этот-DAT благодаря или MOT

'благодаря этой бумаге или из-за нее'

(58) Naturaleza geldi dago, природа[ABS.SG] спокойный находиться.PRS.ABS.3SG haize-a-k damaio-n

ветер-SG-ERG давать.PRS.ABS.3SG.DAT.3SG-REL higidur-a-ren arren edo gatik.

движение-SG-GEN из-за или MOT

'Природа спокойна из-за того движения или по причине того движения, которое придает ей ветер'.

(59) Jainko-a-ren gan-dik Бог-SG-GEN ANIM-ABL

eta gatik arreraz-ten zaio-n-a.

и MOT умолять-IPFV AUX-REL-[ABS]SG

'То, о чем его умоляли Богом и ради Бога'. (http://andima.

armiarma.com/eugo/eugo31/eugo3115.htm)

По крайней мере некоторыми носителями языка (естественно, не считая самих авторов данных текстов) данные конструкции

53

Традиционно суффиксы пишутся слитно, а адлоги раздельно, ср., однако, «It is not uncommon to find dependent-marking elements that are written as one word together with their hosts described as "postpositions", and vice versa separately spelled elements are often described in terms of "case"» [Haspelmath 2009: 507].

признаются естественными, причем менее естественными они становятся в том случае, если послелоги управляют разными падежами (ср. пример (57), где esker управляет дативом, а gatik — абсолю-тивом либо генитивом). Однако другие носители языка признают примеры (57)-(59) странными или неестественными.

Координация бенефактивного показателя -tzat с другим показателем, используемым после генитивного, по всей видимости, невозможна.

3.8. Присоединение к другим постпозитивным показателям и присоединение других постпозитивных показателей

Достаточно часто исследователи признают, что непосредственно присоединяться к основе могут лишь суффиксы. В случае, если две единицы могут последовательно присоединяться к основе , одна из них считается падежным показателем (аффиксом), а другая — послелогом (клитикой) . Данный критерий в своей работе используют А. Цвики и Дж. Пуллум ([Zwicky, Pullum 1983: 504] — критерий F)56. Однако примеры сочетаний клитики и аффикса обнаружены в романских языках, ср. пример из португальского:

(60) dar-me-a

дать-мне-3SG .FUT

'он мне даст' [Мельчук 1997: 214-215]

И. А. Мельчук рассматривает показатель me в португальском в качестве клитики (интраклитики); Р. Диксон и А. Айхенвальд также в аналогичной конструкции procur a=lo=ei 'я буду это искать' отмечают, что последний показатель является клитикой, а не аффиксом [Dixon, Aikhenvald 2003: 19], такой же трактовки для

54 Ср. понятие «Complex adposition» (сочетание падежного показателя с соответствующим послелогом) в терминологии Ажежа [Hagege 2010: 38-39].

55

Ср., однако, контрпримеры из лезгинского, демонстрирующие сочетание падежных показателей в [Riemsdijk, Huybregts 2001], цит. по [Asbury 2008: 48].

56 Согласно данному критерию, клитики, в отличие от аффиксов, могут присоединяться к материалу уже содержащему клитики. Однако еще в 1977 году Цвики рассматривает понятие эндоклитики — клитики, которая появляется внутри слов, между аффиксальными морфемами [Zwicky 1977: 8].

подобного рода примера из карибского испанского придерживаются Л. Хегги и Ф. Ордоньес [Heggie, Ordonez 2005: 3].

Среди анализируемых нами единиц могут (и в некоторых случаях должны) присоединяться к аффиксам показатели -ko, -(ra)-ino, -(ra)-ntz, -(ren)tzat, а также показатели, которые пишутся раздельно и традиционно называются послелогами (truk 'в обмен на', esker 'благодаря', aide 'за' и т. п.) и локативные имена (aurre(an) 'впереди', barru(an) 'внутри' и т. п.).

Возможностью присоединения постпозитивных показателей, обладают лишь локативные имена , что объединяет их с другими именами в баскском языке58:

(61) etxe-a-ren aurre-a-n дом-SG-GEN передняя.часть-SG-IN 'перед домом'

(62) etxe-a-ren aurre-tik дом-SG-GEN передняя.часть-ABL 'из места перед домом'

3.9. Дистрибуционные свойства постпозитивных показателей в баскском языке

Представим в виде таблицы свойства баскских именных постпозитивных показателей, характерные для суффиксов vs. послелогов (см. Таблицу 2 на следующей странице).

Как видно из таблицы, ряд дистрибуционных свойств баскских постпозитивных показателей достаточно хорошо укладывается в иерархию (из наличия одних свойств следует наличие других, ср. первые пять строчек таблицы). Шкала (иерархия грамматикализации) для баскской именной парадигмы может быть представлена следующим образом: суффиксы падежей, согласующихся с глаголом — суффиксы остальных падежей — послелоги, неспособные к сочинению — послелоги, способные к сочинению — локативные имена — существительные.

Кроме того, имеются единицы, дистрибуционные свойства которых не вписываются в данную иерархию. C одной стороны,

57

Речь идет о присоединении показателей с локативным значением (-ra, -an, -tik).

58 Однако некоторые дистибутивные свойства локативных имен (ср. пример (31)) отличают их от других имен в баскском языке.

Таблица 2. Дистрибуционные свойства постпозитивных показателей в баскском языке

-ra, -n, -tik-z, ekin, -en ki-I tz Д 1?  о ni т 1?  ta zt 1? e  truk 'в обмен на', ... kontra 'против', alde Í 5 w 59 с , за , gatik из-за , ... aurre(an) 'впереди', barru(an) 'внутри'.

Согласование с глаголом +

Влияние на выражение показателя числа, ср. [Lapointe 1996: 76] — критерий 2, [Zwicky, Pullum 1983: 503] — Критерий С + + +-

Невозможность присоединение к другому (формально), правому, падежному показателю — [Lapointe 1996: 76] — критерий 3 + + +

Невозможность употребления в сочинительной конструкции с суффиксом или послелогом после союза (bere alde ala kontra) + + + + + + +

Невозможность присоединения локативных показателей слева + + + + + + + + -

Возможность использования один раз и отнесения к каждой составляющей в сочинительных конструкциях [Lapointe 1996: 76] — критерий 6 + + + +- + + +

Селективность показателя ([Zwicky, Pullum 1983: 503] — Критерий А): присоединение к именной группе целиком и -60 только к ней + +-61 + + + + + +

59 В зависимости от того, возможна ли в речи конкретного носителя баскского языка сочинительная конструкция показателя gatik с другими показателями, этот показатель должен находиться в восьмой либо девятой колонке.

60 Сочинительные конструкции рассматриваюся отдельно.

61 Показатель -tik также способен присоединяться к наречиям времени и места.

Примечания к таблице

1. (-) — Зафиксированы лишь отдельные случаи употребления.

2. /+/ — Зафиксирован в небольшом количестве случаев.

3. Мы признаем ^а^ и -tzat2 разными морфемами, учитывая разницу как в их значении, так и в дистрибуции.

4. В показателях типа аигге(ап) — мы имеем в виду исключительно случаи с зависимым существительным.

это показатели аллатива цели и аллатива направления, а также дес-тинатива, которые не способны настолько же свободно присоединяться к сочинительным именным группам, как другие послелоги. С другой стороны, это показатель ^о, традиционно называемый генитивом места, релятивным показателем либо адъективирующим показателем, который, в отличие от других, оформляющих лишь именную группу, способен присоединяться к группам различных типов.

4. Одушевленные именные группы: критерии выделения падежей

Далее рассмотрим вопрос правомерности объединения в один падеж (одну падежно-послеложную форму) некоторых форм с локативным значением (инессив, аблатив, аллатив, аллатив цели и аллатив направления) у одушевленных и неодушевленных именных групп. Падежи с таким значением у одушевленных существительных содержат показатель — -gan- , который в отличие от неодушевленных именных групп, в одушевленных именных группах присоединяется не непосредственно к основе, а к генитиву или абсолютиву . Исследователи отмечают, что для некоторых

62 В том же значении также используется показатель ЬаЫап (преимущественно во Французской Стране басков), который, согласно нормам современной орфографии, в отличие от показателя ^ап- пишется раздельно, однако морфосинтаксические свойства двух данных единиц не позволяют отнести их к двум разным классам. Мы рассматриваем данный показатель отдельно от падежных и послеложных из-за семантической разницы между ними.

63 Заметим, что в корпусе баскского языка [EPG] падежи с локативным значением у одушевленных существительных выделяются как отдельные формы.

из данных падежей, в частности, для инессива и аллатива, характерно употребление скорее в метафорическом, чем в пространственном значении [Creissels, Mounole 2011: 170-171].

Следует отметить, что одушевленные именные группы в инессиве способны образовывать формы как одушевленного, так и неодушевленного склонения с разницей в значении (mutil-en-gan '(быть) в мальчиках' vs. mutil-eta-n 'среди мальчиков'), ср. [Ibarretxe-Antunano 2004: 272]. Данное явление можно сопоставить с известным примером из русского языка пойти в солдаты, проанализированном А. А. Зализняком [Зализняк 1967/2002: 50-52].

Данные падежи являются полноправными членами парадигмы во многих грамматиках, ср., например, наиболее авторитетную баскскую грамматику [Hualde, Ortiz de Urbina 2003]. Представляется, что включение данных падежей в именную парадигму объясняется традицией их слитного написания, которая впрочем, не была постоянной на протяжении веков вплоть до настоящего времени64:

(63) Ethorr-i da gu-re gan-at, Bethleeme-ko приходить-PFV AUX мы-GEN ANIM-ALL Вифлеем-KO Haur ezti-a.

дитя милый[ABS]-SG

'Оно пришло к нам, милое дитя из Вифлеема'

(64) Hori dugu zu-re gan-dik igurika-tzen dugu-n это AUX ты-GEN ANIM-ABL ждать-IPFV AUX-REL fagore-a.

милость[ABS]-SG

'Вот та милость, которой мы ждем от тебя'

Несмотря на параллелизм в значении с неодушевленными именными группами, показатели одушевленных именных групп более близки по своим дистрибутивным свойствам к послелогам. Они часто присоединяются не к основе, а к генитивной форме, как это свойственно послелогам.

64 Заметим, что Р. Лафон признает данные формы на ^ап- послелогами, не аргументируя свое решение [ЪаЮп 1933: 150], ср. сходную трактовку в [ДеЬшсЫ 1984: 178].

(65) gizaki-en eta animalien-gan ere izan dezake человек-GEN и животное-ANIMpN] тоже иметь AUX.POT eragin-a

влияние[ABS]-SG

'это также может повлиять на людей и животных'

(66) aita-ren eta ama-ren-gan-dik sor-tu-a

отец-GEN и мать-GEN-ANIM-ABL родиться-PFV^ABS^G

nintzen

AUX

'я родился от своих отца и матери?'

Сходные примеры мы находим как в современных, так и в более старых текстах, с раздельным написанием ср.:

(67) Eta Moise xuti-tu zen eta goa-n zen и Моисей встать-PFV AUX и идти-PFV AUX Dathan-en eta Abiron-en gan-a

Дафан-GEN и Авирон-GEN ANIM-ALL

'И встал Моисей, и пошел к Дафану и Авирону' (klasikoak,

l859—18б5)

С другой стороны, показатели, включающие -gan-, в отличие от некоторых послелогов, по-видимому, не всегда способны использоваться в сочинительных конструкциях, ср. (б8), что, вероятно, связано с упомянутым выше ограничением на семантику аблатива у одушевленных существительных.

(68) ??ama-ren-gan-a ala gan-dik? мама[SG] -GEN-ANIM-ALL или ANIM-ABL 'к маме или от мамы?'б5

(69) OKama-ren alde ala kontra? мама[SG]-GEN за или против 'за маму или против мамы?'

При анализе одушевленных существительных следует учесть, что из общесистемных соображений у слова не может быть двух

65 Ср. аналогичную конструкцию с показателем baita во Французской Стране басков: *ama-ren baita-ra ala baita-tik (мама[sg]-gen в-all или в-abl) 'к маме или от мамы'.

падежных аффиксов по возможном отдельном употреблении каждого из них. Следовательно, речь идет о клитике со значением одушевленности, которая сама по себе может изменяться по падежам.

Можно ли рассматривать показатель -gan- в качестве кли-тики, допускающей словоизменение? Такое решение может постулироваться в ряде примеров для того, чтобы избежать типологически редкой ситуации, когда клитика появляется в цепочке аффиксов, ср. [Spencer, Luís 2012: 212-214]. Такие случаи считаются типологически нетривиальными, ср., однако, примеры из [Hagege 2010: 28-29] Достаточно часто в качестве таковых рассматриваются имена, обозначающие место (например, в баскском языке, ср. также примеры из финно-угорских языков [Grünthal 2003 74-75]).

В итоге можно постулировать, что одушевленные и неодушевленные именные группы в баскском языке обладают разной падежной парадигмой, и это, несмотря на непривычность трактовки, не противоречит критериям выделения падежей. Сходным образом, например, в романских языках у имен существительных и у местоимений падежная парадигма представлена по-разному: у первых она вообще отсутствует, тогда как у вторых имеется небольшая парадигма, состоящая из трех падежей66. Также разными падежными парадигмами в баскском языке обладают именные группы в определенном и неопределенном типе склонения, поскольку в парадигме последних отсутствуют такие падежи, как партитив и пролатив.

С другой стороны, можно постулировать наличие в баскском языке категории, которая может выражаться как синтетически, так и аналитически (ср. примеры синтетического и аналитического выражения категорий ТАМ, а также синтетический и аналитический способ образования форм сравнительной и превосходной степени в английском языке [Hopper, Traugott 2003: 7]). В области именного склонения такое решение менее распространено, чем в области глагольного словоизменения (в именной морфологии скорее принято выделять суффиксы и послелоги, отличные по своим свойствам), однако такое решение теоретически ничему не противоречит.

66 Более подробно случаи асимметрии падежных систем см. в [WALS: Chapter 50].

5. Выводы

Разницу в трактовке падежной системы у разных исследователей можно объяснить тем, что рассмотренные нами показатели обладают разными дистрибутивными свойствами, каждое из которых позволяет отнести их к одному из двух классов. Вследствие этого есть основания выделить больше, чем две группы, которые традиционно называются падежными аффиксами и послелогами.

Возможно, что со временем послелоги потеряют характерные им свойства и станут полноценными падежными показателями . Процессу грамматикализации способствует тот факт, что как суффикс, так и послелог присоединяется к именной группе лишь один раз. Однако данный процесс проходит достаточно медленно: со времени появления первых репрезентативных для наших целей текстов на баскском языке в середине XVI века в системе склонения не произошло сильных изменений (исключением является грамматикализация показателя аллатива цели, бывшего в некоторых диалектах послелогом и приобретшего свойства суффикса, в отличие от показателя аллатива границы).

Подводя итоги, скажем, что при желании выделить набор единиц, обладающих сходными свойствами, в состав именной парадигмы в баскском языке можно включить следующие падежи: абсолютив, эргатив, датив, инструменталис, комитатив, аллатив, аблатив и генитив, как обладающие наиболее сходной дистрибуцией, причем в ряде отношений данные единицы ведут себя не так, как прототипические падежи в языках мира.

Список условных сокращений

3 — третье лицо; abl — аблатив; abs — абсолютив; all — аллатив; anim — одушевленность; aux — вспомогательный глагол; com — комитатив; comp — показатель изъяснительного придаточного предложения; dat — датив; dest — дестинатив; emph — эмфаза; erg —

67 Данный путь грамматикализации является вполне признанным, ср., однако, «It may appear that — historically — clitics represent an intermediary stage of a development path, from 'full' words to 'full' affixes. Historical and comparative studies show, however, that this is not the case» [Aikhenvald 2003: 57].

эргатив; fut — будущее время; gen — генитив; in — инессив; ins — инструменталис; ipfv — имперфектив; ko — адъективный показатель (генитив места); mod — модальный глагол; mot — мотиватив; ntz — показатель аллатив направления; part — партитив; pfv — перфектив; PL — множественное число; pot — потенциалис; prs — настоящее время; pst — прошедшее время; rel — показатель относительного придаточного предложения; sg — единственное число.

Литература

Гринберг 1970 — Дж. Гринберг. Некоторые грамматические универсалии, преимущественно касающиеся порядка значимых элементов // Новое в лингвистике 5. М., 1970. С. 114-162. Зализняк 1967 — А. А. Зализняк. Русское именное словоизменение // А. А. Зализняк. «Русское именное словоизменение» с приложением избранных работ по современному русскому языку и общему языкознанию. М.: Языки славянской культуры, 2002. С. 1-370. (1-ое изд. — 1967.) Зализняк 1973 — А. А. Зализняк. О понимании термина «падеж» в лингвистических описаниях // А. А. Зализняк. «Русское именное словоизменение» с приложением избранных работ по современному русскому языку и общему языкознанию. М.: Языки славянской культуры, 2002 (первое издание — 1973). С. 613-647. Мельчук 1997 — И. А. Мельчук. Курс общей морфологии. Т. I. М. — Вена: Языки русской культуры, Wiener Slawistischer Almanach, Прогресс, 1997.

Aikhenvald 2003 — A. Y. Aikhenvald. Typological parameters for the study of clitics, with special reference to Tariana // R. M. W. Dixon, A. Y. Aikhenvald (eds.). Word. A Cross-Linguistic Typology. Cambridge: Cambridge University Press, 2003. P. 42-78. Alberdi 2008 — A. Alberdi. Oinarrizko gramatika. Donostia: Elkar, 2008. Altuna et al. 2002 — Р. Altuna et al. Euskal Gramatika Laburra: Perpaus

Bakuna. Bilbo: Euskaltzaindia, 2002. Arotçarena 1951 — Abbé S. Arotçarena. Grammaire basque (Dialectes Navarro-

Labourdins). Tours: Maison Mame, 1951. Asbury 2005 — A. Asbury. Adpositions as case realizations. Structures and consequences // M. Salzmann, L. Vicente (eds.). Leiden Papers in Linguistics 2, 3, 2005. P. 69-92. Asbury 2008 — A. Asbury. The Morphosyntax of Case and Adpositions.

Utrecht: LOT Janskerkhof, 2008. Asbury et al. 2006 — A. Asbury, B. Gehrke, V. Hegedûs. One size fits all: prefixes, particles, adpositions and cases as members of the category P, 2006.

Baerman et al. 2002 — M. Baerman, D. Brown, G. Corbett. Case syncretism in and out of Indo-European // M. Andronis et al. (eds.). Papers from the 37th Meeting of the Chicago Linguistic Society. Vol. 2. Chicago: Chicago Linguistic Society, 2002. P. 15-28. Campión 1884/1977 — A. Campión. Gramática de los cuatro dialectos literarios de la lengua euskara. Vol. 1. Bilbao: La gran encyclopedia vasca, 1977. (1-ое изд. — 1884). Cresseils 2009—D. Cresseils. Spatial cases // A. Malchukov, A. Spencer (eds.). The Oxford Handbook of Case. Oxford: Oxford University Press,

2009. P. 609-625.

Creissels, Mounole 2011 — D. Creissels, C. Mounole. Animacy and spatial cases. Typological tendencies, and the case of Basque // S. Kittila, K. Vasti, J. Ylikoski (eds.). Case, Animacy and Semantic Roles. Amsterdam — Philadelphia: John Benjamins, 2011. P. 157-182. Dixon, Aikhenvald 2003 — R. M. W. Dixon, A. Y. Aikhenvald. Word: a typological framework // R. M. W. Dixon, A. Y. Aikhenvald (eds.). Word. A Cross-Linguistic Typology. Cambridge: Cambridge University Press, 2003. P. 1-41. Altuna at al. (arg.) 1991 — Altuna at al. (arg.). Euskal gramatika: Lehen

urratsak. Bilbo: Gramatika batzordea, Euzkaltzaindia, 1991. EPG — Ereduzko proza gaur (корпус современных текстов на баскском

языке) (http://www.ehu.es/euskara-orria/euskara/ereduzkoa). Friedman 1991 — V. A. Friedman. Romani nominal inflection: Cases or postpositions? // Problemy opisu gramatycznego jçzykôw slowianskych [Studia gramatyczne 11]. Warsaw: Polish Academy of Sciences, 1991. P. 57-64.

Grünthal 2003 — R. Grünthal. Finnic Adpositions and Cases in Change.

Helsinki: Société finno-ougrienne, 2003. Hagège 2010 — C. Hagège. Adpositions. Oxford: Oxford University Press,

2010.

Haspelmath 2007 — M. Haspelmath. Pre-established categories don't exist. Consequences for language description and typology // Linguistic Typology 11, 2007. P. 119-132. Haspelmath 2009 — M. Haspelmath. Terminology of case // A. Malchukov, A. Spencer (eds.). The Oxford Handbook of Case. Oxford: Oxford University Press, 2009. P. 505-517. Heggie, Ordóñez 2005 — L. Heggie, F. Ordóñez. Clitic ordering phenomena. The path to generalizations // L. Heggie, F. Ordóñez (eds.). Clitic and Affix Combinations: Theoretical perspectives. Amsterdam — Philadelphia: John Benjamins, 2005. P. 1-29. Hopper, Traugott 2003 — P. H. Hopper, E. C. Traugott. Grammaticalization. Cambridge: Cambridge University Press, 2003.

Hualde 2002 — J. I. Hualde. Regarding Basque postpositions and related matters // X. Artiagoitia, P. Goenaga, J. Lakarra (eds.). Erramu Boneta: A Festschrift for Rudolf P.G. de Rijk, Bilbao: Univ. del País Vasco/ Euskal Herriko Unib [Supplements of ASJU 44], 2002. P. 325-339.

Hualde, Ortiz de Urbina 2003 — J. I. Hualde, J. Ortiz de Urbina (eds.). A Grammar of Basque. Berlin — New York: Mouton de Gruyter, 2003.

Ibarretxe-Antuñano 2001 — I. Ibarretxe-Antuñano. Overview of Basque Lo-cational Cases: Old Descriptions, New Approaches [International Computer Science Institute Technical Report No. 01-006], 2001.

Ibarretxe-Antuñano 2004 — I. Ibarretxe-Antuñano. Polysemy in Basque Loca-tional Cases. Belgian Journal of Linguistics 18, 2004. P. 271-298.

Ithurry 1895 — J. Ithurry. Grammaire basque. Dialecte labourdin. San Sebastián: Ediciones vascas, 1979.

Kilby 1981 — D. Kilby. On case markers // Lingua 54, 2-3, 1981. P. 101-133.

Klasikoak — Klasikoen gordailua (http://klasikoak.armiarma.com).

Kwang-sup 2005 — K. Kwang-sup. Missing affixes // Studies in Generative Grammar 15, 7, 2005. P. 275-292.

Lafitte 1962 — P. Lafitte. Grammaire basque (navarro-labourdin littéraire). Bayonne: Editions des "Amis du Musée Basque" et "Ikas", 1962.

Lafon 1933 — R. Lafon. Basque et langues kartvèles: à propos des postpositions basques formées au moyen de -gan // Revista internacional de los estudios vascos 24, 2, 1933. P. 150-172.

Laka 1996 — I. Laka. A Brief Grammar of Euskara, the Basque Language. Gasteiz: EHU, 1996.

Laka 2006 — I. Laka. Deriving split ergativity in the progressive. The case of Basque // A. Johns et al. (eds.). Ergativity. Emerging Issues. Dordrecht — Berlin: Springer, 2006. P. 173-195.

Lapointe 1996 — S. G. Lapointe. Comments on Cho and Sells: "A lexical account of inflectional suffixes in Korean" // Journal of East Asian Linguistics 5, i, 1996. P. 73-100.

Lehmann 2002 — Ch. Lehmann. Thoughts on Grammaticalization. Erfurt: Seminar für Sprachwissenschaft der Universität, 2002.

Libert 200S — A. R. Libert. Case marking of Turkic adpositional objects // D. Kurzon, S. Adler (eds.). Adpositions: Pragmatic, Semantic and Syntactic Perspectives. Amsterdam: John Benjamins, 200S. P. 229255.

Mallassery 1994 — S. R. Mallassery. Postpositions in a Dravidian language. New Deli: Nav Prabhat Printing Press, 1994.

Patrick, Zubiri Ibarrondo 2001 — J. D. Patrick, I. Zubiri. Ibarrondo. A Student Grammar of Euskara. München: Lincom Europa, 2001.

Plank 1995 — F. Plank. (Re-)introducing Suffixaufnahme // F. Plank (ed.). Double Case: Agreement by Suffixaufnahme. New York — Oxford: Oxford University Press, 1995. P. 3-110. Rebuschi 1984 — G. Rebuschi. Structure de l'énoncé en basque. Paris: SELAF, 1984.

Riemsdijk, Huybregts 2001 — H. van Riemsdijk, R. Huybregts. Location and locality // M. van Oostendorp, E. Anagnostopoulou (eds.). Progress in Grammar. Amsterdam: Roccade, Utrecht and Meertens Institute, 2001. P. 1-23.

de Rijk 2008 — R. P. G. de Rijk. Standard Basque. A Progressive Grammar.

Cambridge, London: The MIT Press, 2008. Sagües 1980 — M. Sagües. Gramatica elemental vasca. Gramatica comparada.

San Sebastián: Txtertoa, 1980. Spencer 2008 — A. Spencer. Does Hungarian have a case system? // G. G. Corbett, M. Noonan (eds.). Case and Grammatical Relations. Studies in honor of Bernard Comrie. Amsterdam — Philadelphia: John Benjamins, 2008. P. 35-56. Spencer, Luís 2012 — A. Spencer, A. R. Luís. Clitic. An Introduction. Cambridge: Cambridge University Press, 2012. Trask 1997 — R. L. Trask. The History of Basque. London — New-York: Routledge, 1997.

Trommer 2008 — J. Trommer. "Case suffixes", postpositions, and the phonological word in Hungarian // Linguistics 46, 2, 2008. P. 403-437. Txillardegi 1978 — Txillardegi (J. L. Alvarez Enparantza). Euskal gramatika.

Bilbo: Ediciones Vascas, 1978. Urquizu 1996 — P. Urquizu. Gramática de la Lengua Vasca. Madrid: UNED, 1996.

Villasante 1972 — L. Villasante. La declinación del vasco literario común.

Oñate: Arantzazu, 1972. WALS — The World Atlas of Linguistic Structures Online (wals.info). Zubiri 2000 — I. Zubiri. Gramática didáctica del euskera. Bilbo: Didaktiker, 2000.

Zwicky 1977 — A. M. Zwicky. On Clitics. Bloomington: Indiana University

Linguistic Club, 1977. Zwicky, Pullum 1983 — A. M. Zwicky, G. K. Pullum. Cliticization vs. inflection: English n't // Language 59, 3, 1983, P. 502-513.