Торговые постройки в городах Востока и Золотой Орды

УДК 902/904 https://doi.Org/10.24852/pa2017.4.22.46.66

ТОРГОВЫЕ ПОСТРОЙКИ В ГОРОДАХ ВОСТОКА И ЗОЛОТОЙ ОРДЫ

© 2017 г. Э.Д. Зиливинская

В статье рассматриваются торговые сооружения в странах Востока. По письменным источникам известно, что рынки или базары являлись важнейшими учреждениями в средневековых восточных городах. При этом они служили не только для купли-продажи, но и выполняли различные общественные функции. Архитектурные формы восточных базаров сложились достаточно рано. Элементарной единицей их была лавка или дуккан. Восточные рынки состояли из отдельных дукканов, сгруппированных в блоки различным образом (таки, тимы, чорсу). Отличительной чертой планировки таков и чорсу является центрально-купольная композиция, а для тимов характерна секционная структура, которая может быть скомпонована в виде линейных пассажей или дворовых комплексов. Некоторое сходство со среднеазиатскими тимами линейной планировки имеют малоазийские крытые рынки - бедестаны. В городах Золотой Орды существовали торговые улицы (тимы), о чем косвенно свидетельствуют исследования в Ургенче. В Болгаре и, возможно, Старом Орхее найдены торговые здания капитальной постройки, напоминающие по своей планировке бедестаны Малой Азии.

Ключевые слова: археология, архитектура, страны Востока, Золотая Орда, торговля, лавки, рынки, торговые здания.

Торговля являлась важнейшей составляющей жизни человеческого общества с древнейших времен. Известно, что некоторый обмен материальными продуктами у многих народов осуществлялся уже в каменном веке. Однако торговля в современном понимании этого термина, то есть обмен с целью получения выгоды, стала развиваться только тогда, когда стали появляться излишки производимых продуктов и товаров. Внутренняя, а затем и внешняя торговля становятся существенным фактором исторического развития. Для осуществления обмена товарами возникают специально отведенные места, а затем и постройки -рынки. Точно определить, когда они появляются, не представляется возможным. Скорее всего, в том или ином виде рынки возникают одновременно с выделением торговли в отдельное

занятие. По крайней мере, в Древнем мире рынки были уже довольно развиты, что нашло отражение в различных литературных источниках.

Страны Среднего Востока и Передней Азии всегда находились на пересечении торговых путей, и в каждом городе непременно были торговые точки. Купля-продажа велась в городских постоялых дворах (караван-сараях, фундуках, ханах), но большинство исследователей считает, что в них совершались в основном оптовые сделки, а для розничной торговли использовались другие заведения. Арабские авторы называли их сук (рынок) или асвак (рынки); по-персидски они назывались базар. У Истахри и Ибн Хаукаля встречаются названия маджма и алим маджма, то есть «место сбора» и «великое место сбора» (Смирнова, 1970, с. 127). Эти тер-

мины подчеркивают многолюдность мест торговли. Кроме того, восточный базар служил не только для продажи и покупки товаров, но и являлся одним из важнейших общественных мест города, был средоточием социальной, политической и культурной жизни. На базар приезжали купцы и приходили странники со всех сторон света; здесь можно было совершить сделку, узнать последние новости, услышать проповедь, узнать предсказание своего будущего, воспользоваться услугами цирюльника или лекаря. На базарных площадях провозглашались указы правителей и выступали с представлениями бродячие артисты. Многообразная жизнь базара на Востоке нашла свое отражение в средневековой литературе: в повестях, сказках и притчах почти всегда есть сюжет, так или иначе связанный с базаром.

В средние века рынки в крупных городах находились чаще всего в пределах рабата, то есть ремесленного пригорода (Смирнова, 1970, с. 127— 129), но в Самарканде крытый базар обнаружен в шахристане, к северу от соборной мечети города (Буряков, Садиев, Федоров, 1975, с. 93). Как и в более позднее время, существовали определенные «базарные» дни, когда в город съезжались ремесленники со своими товарами и жители близлежащих деревень (Смирнова, 1970, с. 131). Каждый рынок (или определенная часть пассажа) имел свою специализацию. О рынках Нишапура X в. и городских караван-сараях при них подробно и красочно пишет Ибн Хаукаль: «И есть в этих базарах постоялые дворы (ханат) и фундуки, в которых живут купцы с товарами и есть в них «ханбераты» для продажи и купли. В каждый фундук направля-

ется с теми видами товаров, которыми в нем обычно торгуют. И редко какой из этих фундуков не похож на самые большие базары своего рода» (Беле-ницкий, Бентович, Большаков, 1973, с. 318). В Халебе в Х11-Х111 вв. известны рынки тканей, ювелиров и конный базар (Большаков, 1984, с. 116117). Описывая Самарканд XV в., Ба-бур специально отмечает: «У этого города есть особенность, которая редко встречается в других городах: для каждого промысла отведен отдельный базар, и они не смешиваются друг с другом» (Бабур-наме, 1993, с. 73).

Достаточно рано сложились архитектурные формы восточных базаров. Элементарной единицей их была лавка или дуккан. Лавка могла служить только для торговли или в ней могла находиться мастерская ремесленника. О.И. Смирнова приводит сведения из истории Самарканда, в которых рассказывается о заезжем еврее, который видел на базаре ювелиров мастера, изготавливавшего «двух газелей из золота и зайца из серебра» (Смирнова, 1970, с. 131). Мастерские ремесленников могли находиться как в самих лавках, так и в караван-сараях при базаре. Об этом известно от Ибн Хау-каля: «А для небогатых есть фундуки и постоялые дворы (хан), в которых обитают люди труда и ремесленники, с оживленными лавками, заселенными комнатами и мастерскими, наполненными ремесленниками. Так, у изготовляющих калансувы на их базаре есть фундук с мастерскими и комнатами, заполненными ими. У сапожников, галантерейщиков, веревочников и других на их базарах также есть фундуки, наполненные людьми их ремесла» (Беленицкий, Бентович, Большаков, 1973, с. 318).

В разных странах лавки могли отличаться своим внешним видом. А. Мец приводит описание базаров Северной Африки: «Представьте себе два или три ряда поистине собачьих будок, в них по базарным дням сидят на корточках арабы и торгуются» (Мец, 1996, с. 436). В Средней Азии, судя по письменным источникам, дук-кан - это однокамерное здание с ай-ваном. Дукканы могли иметь второй этаж - балхона (Маньковская, 2014, с. 197-198).

Восточные рынки состояли из отдельных дукканов, сгруппированных в блоки. Часто базары располагались вдоль городских магистралей, например именно так выглядели рынки Пенджикента (Распопова, 1971, с. 69). Строительство торговой улицы в Самарканде при Тимуре подробно описывает Руи Гонсалес де Клавихо: «В этом городе Самарканте продается каждый год много разных товаров, которые привозят туда из Катая, Индии, Тарталии и различных других мест и из самой (Самаркантской) земли, достаточно богатой. А так как (в городе) не было специальной площади, где бы удобно было торговать, сеньор приказал проложить через город улицу, в которой по обеим сторонам были бы лавки и палатки для продажи товаров. Эта улица начиналась в одном конце города и шла до другого, пересекая его весь... Менее чем за двадцать дней было сделано такое большое дело, что просто удивительно» (Клавихо, 1990, с. 124-125).

Подобные торговые улицы обычно перекрывали куполами, таками. Слово так обозначало постройки с криволинейным перекрытием - арками или куполами (Смирнова, 1970,

с. 128; Маньковская, 2014, с. 198-200). Например, в Самарканде в домонгольский период квартал, где находились рынки, назывался Рас ат-Так, дословно «Голова свода» (Бартольд, 1963, с. 136). Восточные авторы упоминают персидские рынки в виде крытых галерей: «На таком базаре, когда его хотели сделать красивым, расписывали стены, белили их, базар мостили и накрывали крышей» (Мец, 1996, с. 436).

Еще одно древнейшее название архитектурного торгового ансамбля -это чахар-су или чорсу, дословно «четырехсторонний» (Смирнова, 1970, с. 128). Обычно - это центрические здания с выделенным большим куполом в центре. Древнейшим известным примером такого здания является сооружение близ Ярбекир-калы, в левобережном Хорезме, исследованное Хорезмской экспедицией и датированное XII-XIII вв. (Вишневская, 1963, с. 68-73). Л.Ю. Маньковская относит его к караван-сараям «с четырьмя равновеликими дворами» (Мань-ковская, 2014, с. 205). Здание не было достроено, но, судя по имеющейся части, оно должно было представлять собой квадрат со стороной около 200 м (рис. 1). Этот квадрат был разделен двумя взаимно перпендикулярными улицами на четыре одинаковых квартала (полностью возведены два северных). Каждый квартал состоял из большого квадратного двора, окруженного со всех сторон сплошной секционной застройкой. В свою очередь, секции состояли из двух комнат и айвана, соединенных между собой, но изолированных от других секций. Помещения, скорее всего, были перекрыты сырцовыми сводами. Всего в постройке должно было быть свыше

Рис. 1. Здание близ Ярбекир-калы: 1 - план; 2 - аэрофото (по О.А.Вишневской). Fig. 1. Building near Yarkbekir-kala: 1 - plan; 2 - aerial photograph (after O.A. Vishnevskaya).

Рис. 2. Торговые здания в Средней Азии: 1 - Чорсу в Ташкургане (Афганистан); 2 - Таки Загаррон в Бухаре; 3 - Чорсу в Самарканде; 4 - Чорсу в Шахрисябсе; 5 - Таки Саррафон в Бухаре; 6 - Таки Тельпак Фурушон в Бухаре; 7 - Тим Палван-Дарваза в Хиве (по Л.Ю.Маньковской).

Fig. 2. Trade buildings in Central Asia: 1 - Chorsu in Tashkurgan (Afghanistan); 2 - Taki Zaharron

in Bukhara; 3 - Chorsu in Samarkand; 4 - Chorsu in Shahrisabz; 5 - Taki Sarrafon in Bukhara; 6 - Taki Telpak Furushon in Bukhara; 7 - Tim Palvan-Darvaza in Khiva (after L.Yu. Mankovskaya).

750 помещений, образовывавших более 250 жилых ячеек (Вишневская, 1963, с. 68).

Если бы не особенности планировки, здание напоминало бы четыре караван-сарая, пристроенных друг к другу. Для караван-сараев характерно замкнутое пространство, обеспечивающее безопасность купцов и их товаров. Его образуют толстые глухие стены, часто укрепленные башнями, а во внутренний двор ведет один вход. У караван-сараев дворового типа обширный двор окружают жилые и хозяйственные помещения, пристроенные к внешним стенам. Особенностью сооружения у Ярбекир-калы является то, что жилые секции не соединялись с дворами, а имели выходы с наружной стороны здания и со стороны магистральных улиц. Во дворы можно было попасть через четыре входа, расположенных по середине каждой стороны. На месте пересечения магистральных улиц, которые имели ширину 5 м, находилась обширная (300 кв. м) площадь. На центральную площадь в каждом углу выходило по два изолированных помещения и лестница, вероятно, ведущая на крышу. Стены, ограничивающие площадь, были облицованы обожженным кирпичом, а повороты на центральные улицы были оформлены пилястрами треугольного сечения.

О.А. Вишневская считала это здание караван-сараем, а особенности его конструкции объясняла тем, что оно являлось одновременно базаром. Следует отметить, что в Ярбекире полностью отсутствует функция защиты, присущая караван-сараям. Скорее всего, это просто рынок, находящийся за стенами города. Секции представляют собой лавочки (дукканы), воз-

можно, с мастерскими и жилыми помещениями в задних комнатах. Лавки образуют торговые ряды, пассажи (тим) вдоль улиц и с внешней стороны здания. Улицы, возможно, должны были иметь перекрытие, а на месте их пересечения мог быть возведен купол (так). Четыре внутренних двора служили, скорее всего, для разгрузки и складирования товаров, возможно для кратковременного содержания животных. Таким образом, хотя четкой дифференциации между городским караван-сараем и базаром в восточных городах не существовало, здание у Ярбекир-калы является скорее рынком, нежели караван-сараем.

Чорсу могли быть замкнутыми и оставались вдали от проезжей части дороги или проходными, если находились на перекрестках магистралей. Такую же структуру, по мнению Л. Ю. Маньковской, имеют и таки (Маньковская, 2014, с. 199-200). Это хорошо видно на планах сохранившихся базаров более позднего времени. Проходными являются Чорсу в Ташкургане (Афганистан), Самарканде (XVIII в.), Шахрисябсе (XVII в.) и знаменитые рынки Бухары Таки Сар-ррафон (купол менял, XVI в.), Таки Загаррон (купол ювелиров, XVI в.) и Таки Тельпак Фурушон (купол шапок и украшений, XVI в.) (рис. 2: 1-6, 3).

В отличие от таков и чорсу тимы определенного строения не имеют. Это многокамерные структуры различной планировки, которая адаптируется к условиям застройки. Так, тим Абдуллахана в Хиве (XVI в.) имеет фасадную композицию, а тим Палван Дарваза в Хиве (XIX в.) - продольно-осевую (рис. 2: 7). На основе анализа вакфных документов Л.Ю. Маньковская пришла к выводу, что тимы

и тимча Самарканда (XV-XVII вв.) могли иметь дворовую планировку, которая делает их фактически не отличимыми от караван-сараев (Мань-ковская, 2014, с. 200). О.И. Смирнова полагает, что в средневековье было два вида тимов: специализированные торговые постройки, при которых имелись постоялые дворы (ханы) со складскими помещениями, где велась также оптовая торговля, и тимы -обычные торговые ряды (Смирнова, 1970, с. 134-135). В качестве примера торговых рядов она приводит описание крытого рынка Оша конца XIX-XX вв., составленного по рассказам старожилов: «... Здесь через речку были перекинуты два висячих моста

Рис. 3. Торговые здания XVI-XVII вв. в Бухаре: 1 - Таки Саррафон; 2 - Таки Загаррон; 3 - Таки Тельпак Фурушон.

Fig. 3. Trade buildings of 16tll-17th

centuries in Bukhara: 1 - Taki Sarrafon; 2 - Taki Zaharron; 3 - Taki Telpak Furushon.

(осма-купрюк) на расстоянии 800-900 м друг от друга. Тим стоял между этими мостами на главной городской улице, проходившей по правому берегу речки параллельно ее руслу, в 40-50 м от последнего... Это деревянное каркасное сооружение, нечто вроде наземного тоннеля длиной в 700-800 м, перекрывающее улицу и открытое с двух сторон. Внутри тима по обеим сторонам улицы тянулись, как и сейчас, лавки, которые он защищал от жаркого солнца летом и непогоды зимой. Раньше тим был покрыт камышом, в настоящее время камышовая кровля заменена листовым железом.

Лавки в тиме располагались в определенной последовательности. Сначала шли лавки продавцов духов и лекарств (аттор) и сладостей (канд-фуруш), глубже - продавцов тканей, одежды и тюбетеек (баззоз), а за ними уже лавки слесарей (тамурчи), ювелиров (заргар) и ножевщиков (пучокчи), в которых сидели ремесленники. Лавки последних состояли из двух помещений - переднего, где ремесленник работал, выставлял и продавал свой товар и заднего - пристройки для товарных запасов. Вокруг тима со-

средоточивалась почти вся городская торговля, в особенности в базарные дни. Между тимом и речкой (от моста до моста) шла бойкая торговля чаем (чой-бозор), тюбетейками (дуппи-бо-зор), одеждой (тон или джома-бозор). По другую сторону тима торговали зеленью - арбузами и дынями (кавун-бозор), изюмом (узум-бозор), овощами и фруктами. Ниже мостов и тима по обеим сторонам речки в базарные дни собиралось несколько базаров. На левом берегу, между ним и дорогой, торговали фуражом (утун, или алаф-бозор); по другую сторону дороги, между этим базаром и тимом, шла торговля лошадьми (кой-бозор) и ско-

Рис. 4. Торговые ряды в Самарканде: 1 - лавки ковров;

2 - лавки веревок; 3 - лавки медных изделий; 4 - лавки тканей

(Туркестанский альбом 1871-1872).

Fig. 4. Trade stalls in Samarkand: 1 - carpet shops; 2 — rope shops;

3 - copper ware shops; 4 - fabric shops

(Turkestan album, 1871-1872).

том (мол-бозор). На правом берегу речки, ниже моста, шла торговля камышом и камышовыми поделками (бурье-бозор). Около висячих мостов у воды были чайханы и ошханы, по две с каждой стороны моста, в базарные дни переполненные народом. Чайханы играли большую роль в базарной жизни, здесь люди встречались, заключали разные торговые сделки; тут же на базарных площадях стояли мечети и мадрасе» (Смирнова, 1970, с. 135-136).

Исследовательница совершенно верно отмечает, что описание торгового центра старого Оша местным старожилом удивительно напоминает описания самаркандских и других средневековых рынков географами и помогает лучше их себе представить. Это описание может быть великолепно проиллюстрировано фотографиями «Туркестанского альбома» (Туркестанский., 1871-1872) (рис. 4).

Таким образом, отличительной чертой таков и чорсу является центрально-купольная композиция, а для тимов характерна секционная структура, которая может быть скомпонована в виде линейных пассажей или дворовых комплексов.

Некоторое сходство со среднеазиатскими тимами линейной планировки имеют малоазийские крытые рынки - бедестаны. Однако считается, что это чисто турецкий тип сооружений (ВИА, 1966, с. 446-447). Первоначально бедестаны предназначались для торговли тканями, а затем стали использоваться для продажи других товаров. Построенные в торговых районах, бедестаны представляли собой улицы, перекрытые сводами и застроенные по обеим сторонам лавками. Такая композиционная схема была заимствована у мечетей с многокупольным покрытием на столбах. Простейшая постройка такого плана -беде стан Эшефроглу в Бейшехире (XIV в.). Он имеет шесть куполов в два ряда, которые опираются на стены и два устоя в центре зала (рис. 5: 1). По периметру центральная часть обустроена лавками со сводчатым перекрытием. Такую же структуру имеют и другие крытые рынки: здание в Тире (1396) перекрыто восемью куполами на трех столбах, в Бурсе (1405 г.) и Эдирне (1418 г.) шесть опор поддерживают четырнадцать куполов. Крытый рынок в Анкаре (1465 г.) имеет более развитый план: прямоугольный, сильно вытянутый зал, перекрытый десятью куполами на двух столбах, окружен сводчатым коридором с лавками по обеим сторонам.

Небольшие торговые здания имели два входа, более крупные - четыре входа, расположенные по середине каждой стороны. Архитектура беде-станов проста и целесообразна; различались они только размерами, от которых зависело количество опор и соответственно - куполов.

Золотоордынские города, хотя и обладали своей спецификой, были

типично восточными городами. Об этом свидетельствует, прежде всего, состав общественных зданий, таких как мечети, медресе, мавзолеи, бани-хаммам. Естественно, в них имелись и такие важные общественные места, как базары, которые непременно упоминаются авторами в письменных источниках. «Он, то есть Сарай, город великий, заключающий в себе рынки, бани и заведения благочестия, место, куда направляются товары», - писал ал-Омари о столице улуса Джучи (Ти-зенгаузен, 1884, с. 241). Ибн Баттута также отмечает наличие базаров в Сарае: «Город Сарай (один) из красивейших городов, достигший чрезвычайной величины, на ровной земле, переполненный людьми, красивыми базарами и широкими улицами. В нем (живут) разные народы, как то: Монголы - это (настоящие) жители страны и владыки (ее); некоторые из них мусульмане; Асы, которые мусульмане; Кипчаки, Черкесы; Русские и Византийцы, которые христиане. Каждый народ живет на своем участке отдельно, там и базары их. Купцы же и чужеземцы из обоих Ираков, из Египта, Сирии и других мест живут в (особом) участке, где стена окружает имущество купцов» (Тизенгаузен, 1884, с. 306). Из этого описания видно, что в Сарае были не только различные базары, организованные, в том числе, и по этническому принципу, но и большой городской караван-сарай. Ибн Баттута также упоминает базар в Маджаре, на котором он встретил еврея из «земли Андалусской» и на котором было много странствующих торговцев (Тизенгаузен, 1884, с. 288).

Несмотря на то что археологические исследования проводились на многих золотоордынских городах,

Рис. 5. Бедестаны Малой Азии: 1 - Эшрефоглу в Бейшехире, XIV в.; 2 - в Бурсе, 1405 г.; 3 - Махмуд-паши в Анкаре, 1465 г.; 4 - Капалы Чарши в Стамбуле, 1455 г.

Fig. 5. Bidestans in Asia Minor: 1 - Esrefoglu in Bey^ehir, 14th c.; 2 - in Bursa, 1405; 3 - Mahmud-Pasha in Ankara, 1465; 4 - Kapaly Charshi in Istanbul, 1455.

Рис. 6. «Улица караван-сарая» в Куня-Ургенче, план (по Г.А. Федорову-Давыдову).

Fig. 6. 'Caravanserai street' in Kunya-Urgench, layout (after G.A. Fedorov-Davydov).

объекты, которые можно связать с торговлей внутри города, - единичны.

Некоторое представление о торговых комплексах золотоордынского времени дают результаты раскопок ХАЭЭ в Ургенче в районе «ворот караван-сарая» Здесь была раскопана часть улицы, которая получила название «Улицы караван-сарая» (Вак-турская, 1958, с. 478-479; Федоров-Давыдов, 1958, с. 506-528). Улица имела направление восток-запад и часть помещений ее была пристроена к порталу здания «караван-сарая». Всего было вскрыто 54 помещения, которые располагались двумя кварталами без разделения на отдельные

дома по двум сторонам улицы (рис. 6, 7). Улица была немощеной, ширина ее составляла около 3 м. Исследователи предположили, что она могла быть крытой (Вактурская, 1958, с. 478). Стены помещений сложены из вторично использованного золотоордын-ского кирпича. В планировке выделяется несколько групп комнат, причем в каждой группе присутствует одно или два помещения жилого характера. В жилых комнатах вдоль стен находились суфы, занимавшие большую часть помещения. К ним пристроены печи, от которых отходят горизонтальные дымоходы канов, обогревающих поверхность суфы. Полы

Рис. 7. «Улица караван-сарая» в Куня-Ургенче: 1- общий вид;

2-3 - виды помещений (по Г. А. Федорову-Давыдову).

Fig. 7. 'Caravanserai street' in Kunya-Urgench: 1- general view; 2-3 - views of premises (after G.A. Fedorov-Davydov).

з

выложены кирпичом или обмазаны глиной; в центре пола находилась тошна, закрытая кирпичной плитой с одним или несколькими отверстиями или звезчатым вырезом.

Наряду с жилыми вскрыты комнаты производственного или торгового назначения. Помещение 12 являлось жилищем бедного ремесленника-пекаря. К стандартной жилой комнате здесь пристроено небольшое помещение с тандыром. Помещение 10 являлось мастерской-пекарней зажиточного ремесленника. В ней находились два больших тандыра и подставка под жернов. К пекарне примыкали четы-

ре комнаты, в которых жила семья пекаря. Непосредственно на улицу с обеих сторон выходили айваны с деревянными навесами. В раскопе были расчищены нижние части столбов, опиравшихся на кирпичи и поддерживающих крышу. В айванах находились очаги-тандыры. Один из айва-нов служил мастерской для кузнеца и ремесленника-литейщика. Здесь находились три очага, внутри которых и рядом с ними обнаружены куски меди и железа, а также медный шлак и уголь. В другом айване обнаружены три печи, вероятно, для варки еды. Во всех айванах найдены многочислен-

Рис. 8. Рынок в Болгаре: 1 - общий план; 2 - стремена; 3 - решетки (по В.Ю. Ко валю и Д.Ю.Бадееву).

Fig. 8. Market in Bolgar: 1 - general layout; 2 - stirrups; 3 - bars (after V. Yu. Koval and D.Yu. Badeev).

ные монеты, в том числе два монетных клада; в одной комнате обнаружены чашечки весов.

На юго-западном углу улицы исследована двухкомнатная чайхана. Собственно чайхана (пом. 34) представляла собой четырехугольную комнату с входом с улицы. Вдоль трех стен в ней были сделаны суфы, а в центре находился кирпичный пол. К западу от входа пристроен айван с тремя очагами. В южной стене было

сделано окно во внутреннюю комнату, в которой расчищен очаг и вскрыта мусорная яма, забитая керамикой и костями. К северу и западу от этого комплекса также располагались дополнительные пристройки к чайхане в виде айванов с суфами и очагами. В них были найдены фрагменты различной посуды, в том числе чайников.

Торговая улица, вскрытая раскопками, относится к самому позднему периоду существования этой части

города, то есть к XVI-XVII вв. Стратиграфический раскоп показал, что здесь прослеживается пять строительных горизонтов, причем во всех периодах сохранялось направление улицы и ее планировка. Самые ранние постройки относятся к концу XIV -началу XV в., то есть к финалу золо-тоордынского периода. Можно предположить, что в это время торговая улица Ургенча имела примерно такую же структуру.

Единственным торговым зданием в Золотой Орде, назначение которого не вызывает сомнений, является рынок г. Болгара (Баранов, Бадеев, Коваль, 2012; Коваль, Бадеев, 2015). Здание расположено в центральной части города в 150 м к юго-западу от Соборной мечети. Оно было построено в 1350-х гг. и погибло в 1360-х -1370-х гг. от пожара (Коваль, Бадеев, 2015, с. 189).

Постройка имела форму прямоугольника, размерами 37^34 м (рис. 8). Внешние стены ее были сложены из обожженного кирпича на ленточном фундаменте из белого камня, залитого известковым раствором. Кладка стен велась на глиняном растворе с применением известкового. Толщина внешних стен составляла приблизительно 4 ряда кладки. По мнению исследователей, во внутрь здания вели четыре входных проема, расположенные по центру стен и имевшие ширину около 4 м (Коваль, Бадеев, 2015, с. 190). Внутри, на расстоянии 2,4 м от внешних стен, находилась ленточная кладка из сырцовых кирпичей, уложенных на ребро под углом, т.е. «в елочку». Ширина этих стенок 25 см (1 ряд кирпича). Эти кладки являлись остатками цоколей внутренних стен, которые были деревянными или фахверковы-

ми. Перегородки отгораживали ряды лавок, идущих вдоль внешних стен здания. При ширине помещений лавок около 2 м, по периметру здания могли быть расположены около 50 дукканов (Коваль, Бадеев, 2015, с. 191). Внутри помещений были обнаружены остатки деревянных полов. Лавки, по-видимому, закрывались деревянными дверьми, которые запирались на железные засовы и цилиндрические замки, большое количество которых (46 шт.) было найдено в местах предположительного расположения дверей (Коваль, 2013, с. 29).

Кроме лавок, расположенных вдоль стен, внутри здания базара были сооружены 4 павильона размерами 10,6^9 м, стены которых также стояли на ленточных цоколях из сырцового кирпича. В них также, вероятно, находились торговые секции. Внутри каждого павильона были сделаны небольшие прямоугольные (4x3 м) помещения, служившие, вероятно, для складирования товаров. Между пристенными лавками и павильонами шла обводная галерея шириной 3,2 м.

Точных данных о перекрытии здания базара в Болгаре не выявлено, но, учитывая то, что внутренние стены, скорее всего, были деревянными, перекрытие могло быть только плоским, балочным. Освещение здания осуществлялось через зарешеченные окна, сделанные, видимо, в крыше. Железные решетки от окон были найдены в разных частях галереи. Они были сделаны из четырех круглых в сечении железных прутьев и имели размеры 60x60 см. Решетка в центре здания состояла из 6 прутьев и была размерами 80x80 см.

Внутри здания найдены предметы, являющиеся неотъемлемыми

Рис. 9. Каменные сооружения в Старом Орхее: 1 - здание I; 2 - здание II. Fig. 9. Stone structures in Old Orhei: 1 - building I; 2 - building II.

атрибутами процесса торговли: весы, разнообразные гирьки, большое количество медных и серебряных монет (Коваль, 2013). Пробирные камни со следами золота свидетельствуют о том, что здесь могли продаваться ювелирные изделия. Также было найдено большое количество фламандских свинцовых торговых пломб, которыми маркировали высококачественное шерстяное сукно (Коваль, 2015). К другим товарам, которыми торговали на этом базаре, относятся стремена, 70 пар которых обнаружены в слое пожара.

К северо-восточной стене базара примыкали две кирпичные стенки, которые пристроены к фундаменту здания под прямым углом в 10 м от внешних углов северо-восточной сте-

ны. Расстояние между ними составляло 12 м. Между стенками прослежены остатки деревянной уличной вымост-ки. Вероятно, здесь располагалась торговая улица с лавками, которая вела к зданию базара. Об этом свидетельствуют, в частности, находки монет и гирек (Бадеев, 2015, с. 202-203).

Таким образом, архитектура центрального рынка города Болгара была простой и предельно функциональной. Здание представляло собой слегка вытянутый призматический объем с глухими кирпичными стенами, расчлененными по середине широкими входами. Перекрытие было плоским со световыми отверстиями. По планировке более всего болгарский базар напоминает среднеазиатские тимы линейной планировки и турецкие бе-

дестаны. Своеобразие его плану придает наличие внутренних павильонов, структура которых напоминает дворы Ярбекира в миниатюре.

Еще один объект, который может рассматриваться как городской рынок находится на западе Золотой Орды - на городище Старый Орхей. В центральной части города здесь были исследованы две крупные каменные постройки, которые условно получили названия «караван-сарай I» и «караван-сарай II». Эти названия появились в публикации первого исследователя памятника Г. Д. Смирнова (Смирнов, 195, с. 39).

Стены обоих зданий сложены панцирной кладкой из слегка подтесанных крупных глыб известняка на известковом растворе. Первое здание прямоугольное в плане и ориентировано по оси север-юг с небольшим (10°) отклонением к востоку (рис. 9: 1). Его внешние размеры 57,7^51,5 м. В северной стене находился вход, который снаружи был оформлен большим порталом, от которого сохранились два прямоугольных пилона. Восточная и западная стены имели прямоугольные контрфорсы, которые ввиду их незначительной величины являлись, скорее всего, декоративными. В середине южной стены, снаружи, сделан полукруглый выступ диаметром 2,6 м, который сложен в перевязку со стеной. Северо-восточный угол здания охвачен цоколем шестиугольного сооружения со сторонами длиной 3,05 м - 3,4 м. Внутренние конструкции не прослеживались, так как здание не было достроено, но внутри него было найдено много архитектурных деталей, среди которых каменные базы колонн. В центре огороженного пространства находился неглубокий

бассейн размерами 3,75^3,3 м со стенками и дном, покрытыми известковым раствором. П.П. Бырня, проанализировав планировку здания, пришел к выводу, что развалины «караван-сарая I» в Старом Орхее являются остатками недостроенной Соборной мечети города (Бырня, 1985; Бырня, Рябой, 1997, с. 92). Сравнение этого здания с другими мечетями Золотой Орды позволяет считать эту атрибуцию абсолютно верной (Зиливинская, 2009; 2011, с. 9-36; 2014, с. 17-45).

Другое монументальное здание расположено в 18-20 м к востоку от мечети. Стены его имеют точно такое же направление. Постройка прямоугольной, сильно вытянутой в меридиональном направлении формы (рис. 9: 2). Размеры ее 52x26 м. Стены сложены из слабо обработанных блоков известняка на известковом растворе. Кладка стен лежит на сплошном ленточном фундаменте также из известняка, залитого раствором. Высота фундамента до 0,5 м, толщина до 1,7 м. Толщина стен 1,1 м; они сохранились на высоту около 0,5 м над фундаментом. Здание имело два входа, которые размещались по середине коротких стен, точно друг против друга. Оба входа были оформлены порталами, от которых сохранились пилоны длиной 2,8 м. Северный портал был несколько больше южного, ширина его пилонов 1,8 м, а расстояние между ними - 3,4 м. Южный вход имел ширину 3,0 м и был обрамлен пилонами толщиной 1,5 м (Бырня, Рябой, 1997, с. 100-102). Внутри здания были обнаружены траншейки, вероятно, от деревянных брусьев, выкопанные параллельно внешним стенам на расстоянии примерно 3,2 м, а также столбовые ямы, то есть вну-

тренние конструкции могли быть деревянными. Здание не было достроено, и точное его назначение не определено.

Рассмотрев комплекс «караван-сараев», Т. Нестерова высказала предположение, что два монументальных здания в Старом Орхее представляют собой караван-сарай сельджукского типа, в котором две части не примыкают друг к другу, а поставлены рядом (№81егоу, 2003, р. 47-49, 96-100). Эта гипотеза кажется довольно странной. Если считать эти здания караван-сараями, то, скорее, можно предположить, что это два хана, построенные рядом, как, например, ханапары Ани (Халпахчьян, 1971, с. 186). Кроме того, здание I с многогранной башней (минаретом) в углу и полукруглым (михрабным) выступом в южной стене, на мой взгляд, однозначно является мечетью. Что касается сооружения II, то оно действительно может быть городским караван-сараем. Именно городские постоялые дворы не столь замкнуты и могут иметь два входа, как караван-сараи в Пайкенде, на городище Куртлы (Хмельницкий, 1992, с. 180-182; 1996, с. 298-299) и уже

упоминавшиеся ханапары Ани. По своим пропорциям сооружение II, наиболее близко к караван-сараям Армении (Халпахчьян, 1959; 1971, с. 188; Hillenbrand, 1994. P. 554).

В то же время расположение здания рядом с Джума мечетью, его прямоугольная сильно вытянутая форма и наличие сквозного прохода позволяют предположить, что оно является рынком, аналогичным городскому базару Болгара. Деревянные конструкции, найденные внутри периметра стен, могут быть остатками перегородок, разделяющих отдельные лавки. К сожалению, доказать эту гипотезу невозможно, так как раскопки здесь проводились достаточно давно, и материалы их в настоящее время недоступны.

Таким образом, следует констатировать, что здания, связанные с городской торговлей в Золотой Орде, почти не выявлены. При проведении дальнейших исследований золотоор-дынских городищ следует учитывать возможность обнаружения подобных объектов, причем, судя по материалам Болгара и Старого Орхея, они могут быть расположены в центральной части города.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бабур-наме. Записки Бабура / перевод М. Салье; общая ред. и доработка С. А. Азимджановой. Ташкент: Главная редакция энциклопедий Института Востоковедения АН Узбекистана, 1993 г. 464 с.

2. Бадеев Д.Ю. Городская планировка Болгара к юго-западу от Соборной мечети в 30-70 гг. XIV в. // КСИА. Вып. 237. М.: Языки славянской культуры, 2015. С. 200-211.

3. Баранов В. С., Бадеев Д.Ю., Коваль В.Ю. Исследование остатков монументальной постройки к юго-западу от Соборной мечети в Болгаре // Поволжская археология. 2012. № 1. С. 158-171.

4. Бартольд В.В. Туркестан в эпоху монгольского нашествия // Сочинения. Т. 1. М., 1963. С. 4-60.

5. Беленицкий А.М., Бентович И.Б., Большаков О.Г. Средневековый город Средней Азии. Л.: Наука, 1973. 390 с.

6. Большаков О.Г. Средневековый город Ближнего Востока. VII - середина XIII в. М.: Наука, 1984. 345 с.

7. Буряков Ю. Ф., Садиев М., Федоров М.К. Соборная мечеть Самарканда в IX -нач. XIII вв. // Афрасиаб. Вып. IV / Сост. Д. Кадырова. Ташкент: Фан, 1975. С. 77-100.

8. Бырня П.П. Каменное сооружение 1 в Старом Орхее // Археологические исследования средневековых памятников в Днестровско-Прутском междуречье. Кишинев, 1985. С. 24-35

9. Бырня П.П., Рябой Т. Ф. Монументальная архитектура золотоордынского города XIV в. Шехр ал-Джедид // СА. 1997. № 2. С. 91-104.

10. Вактурская Н.Н. Раскопки городища Ургенч в 1952 г. // Археологические и этнографические работы Хорезмской экспедиции 1949-1953 / Труды ХАЭЭ. Т. II / Отв. ред. С.П. Толстов. М.: Наука, 1958. С 467-495.

11. Вишневская О.А. Археологические разведки на средневековых поселениях левобережного Хорезма // Полевые исследования Хорезмской экспедиции в 19581961 гг. Вып. 7. Ч. II. Памятники средневекового времени, этнографические работы / Материалы Хорезмской экспедиции. / Отв. ред. С.П. Толстов. М.: Из-во АН СССР, 1963. С. 54-72.

12. Всеобщая история литературы. Т.3. Л.-М.: Из-во литературы по строительству, 1966. 704 с.

13. Зиливинская Э.Д. Архитектура Золотой Орды. Ч. I. Культовое зодчество. Казань, 2014. М.; Казань: Отечество, 2014. 448 с.

14. Зиливинская Э.Д. Золотая Орда как архитектурная провинция ислама: мечети Среднего и Нижнего Поволжья, Северного Кавказа и Крыма // Archaeologia Abrahamica: исследования в области археологии и художественной традиции иудаизма, христианства и ислама / Ред.-сост. Л.А. Беляев. М.: Индрик, 2009. С. 349-385.

15. Зиливинская Э.Д. Очерки культового и гражданского зодчества Золотой Орды. Астрахань: Изд. дом Астраханский университет, 2011. 252 с.

16. Клавихо Руи Гонсалес де. Дневник путешествия в Самарканд ко двору Тимура (1403-1406). М.: Наука, 1990. 166 с.

17. Коваль В.Ю. Торговый инвентарь из раскопок базара середины XIV в. в Болга-ре // Поволжская археология. 2013. № 2. С. 9-33.

18. Коваль В.Ю. Фламандские текстильные пломбы из раскопок средневекового базара в Болгаре и некоторые аналогии с территории Руси // КСИА. Вып. 237. М.: Языки славянской культуры, 2015. С. 211-222.

19. Коваль В.Ю., Бадеев Д.Ю. Исследования центрального базара Болгара в 20122013 гг. // КСИА. Вып. 237. М.: Языки славянской культуры. С. 188-199.

20. Маньковская Л.Ю. Формообразование и типология зодчества Средней Азии. IX - начало XX века. Ташкент: Baktria Press, 2014. 496 с.

21. Мец А. Мусульманский ренессанс. М.: ВиМ, 1996. 542 с.

22. Распопова В.И. Один из базаров Пенджикента VII-VIII вв. // Страны и народы Востока. Вып. X. М.: Наука, 1971. С. 67-76.

23. Смирнов Г.Д. Археологические исследования Старого Орхея // КСИИМК. Вып. 56. М.: Изд-во АН СССР, 1954. С.24-40.

24. Смирнова О.И. Очерки по истории Согда. М.: Наука, 1970. 287 с.

25. Тизенгаузен В. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I. Арабские источники. СПб, 1884. 588 с.

26. Туркестансшй альбом, 1871-1872. Часть промысловая / Сост. А.Л. Кун, М.И. Бродовский Ташкент: Главный штаб туркестанского военного округа. 1871-72. 50 с.

27. Федоров-Давыдов Г.А. Раскопки квартала XV-XVII вв. на городище Таш-кала // Археологические и этнографические работы Хорезмской экспедиции 1949-1953 / Труды ХАЭЭ. Т. II / Отв. ред. С.П. Толстов. М., 1958. С. 505-529.

28. Халпахчьян О.Х. Гражданское зодчество Армении (жилые и общественные здания). М.: Издательство литературы по строительству, 1971. 248 с.

29. Халпахчьян О.Х. Каравансараи Армении // Архитектурное наследство. 1959. № 11. С. 105-133.

30. Хмельницкий С. Между арабами и тюрками. Архитектура Средней Азии IX-X веков. Берлин, Рига: Continent Ltd., 1992. 343 с.

31. Хмельницкий С.Г. Между саманидами и монголами. Архитектура Средней Азии XI-XIII вв. Ч.1. Берлин; Рига: «GAMAJUN», 1996. 335 с.

32. Hillenbrand R. Islamic Architecture. N.Y.: Columbia University Press, 1994. 645 p.

33. Nesterov T. Situl Orheiul Vechi. Monumente de arhitektura. Moldova, Epigraf, 2003. 236 с.

Информация об авторе:

Зиливинская Эмма Давидовна, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник. Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН (г. Москва, Россия), eziliv@mail.ru

TRADE CONSTRUCTIONS IN ORIENTAL AND GOLGEN HORDE TOWNS

E.D. Zilivinskaya

The article considers trade constructions located in Oriental countries. According to written sources, markets or bazaars represented the most important institutions in medieval Oriental towns. At the same time, they were not only used for sales and purchases, but also served various public functions. The architectural forms of Oriental bazaars established in a rather early historical period. Their basic unit was a shop, or dukkan. Oriental markets consisted of individual dukkans arranged in groups on the basis of various criteria (Taks, Tims and Chorsu). A distinctive feature of the layout of Taks and Chorsu is a central dome composition, whereas the Tims are characterized by a sectional structure which can be arranged in the form of linear passages or courtyard complexes. Certain similarity with the Central Asian Tims with a linear arrangement is demonstrated by Minor Asian covered markets - Bidestans. As indirectly evidenced by studies conducted in Urgench, trading streets (Tims) were present in the towns of the Golden Horde. Trade buildings of capital construction resembling the bidestans of Minor Asia in terms of arrangement have been discovered in Bolgar, and presumably in Old Orhei.

Keywords: archaeology, architecture, Oriental countries, Golden Horde, trade, shops, markets, trade buildings.

REFERENCES

1. Babur-name. Zapiski Babura (Baburnama. Letters of Babur). 1993. Tashkent: "Glavnaia redaktsiia entsiklopedii Instituta Vostokovedeniia AN Uzbekistana" Publ. (in Russian).

2. Badeev, D. Yu. 2015. In Kratkie soobshcheniia Instituta arkheologii (Brief Communications of the Institute of Archaeology) 237. Moscow: "Iazyki slavianskoi kul'tury" Publ., 200-211 (in Russian).

3. Baranov, V. S., Badeev, D. Yu., Koval', V. Yu. 2012. In Povolzhskaya arkheologiya (Volga River Region Archaeology) (1), 158-171 (in Russian).

4. Bartol'd, V. V. 1963. In Sochineniia (Compositions) 1. Moscow: "Nauka" Publ., 4-60 (in Russian).

5. Belenitskii, A. M., Bentovich I. B., Bolshakov, O. G. 1973. Srednevekovyi gorod Srednei Azii (Medieval Town of Central Asian). Leningrad: "Nauka" Publ. (in Russian).

6. Bol'shakov, O. G. 1984. Srednevekovyi gorod Blizhnego Vostoka. VII - seredina XIII v. (Medieval Town of the Middle East. 7th - mid-13th centuries). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

7. Buriakov, Yu. F., Sadiev, M., Fedorov, M. K. 1975. In Kadyrova, D. (ed.). Afrasiab (Afrasiyab) 4. Tashkent: Fan Publ., 77-100 (in Russian).

8. Byrnia, P. P. 1985. In Arkheologicheskie issledovaniia srednevekovykh pamiatnikov v Dnestrovsko-Prutskom mezhdurech'e (Archaeological Studies of Medieval Monuments in the Dniester-Prut interfluve). Kishinev, 24-35 (in Russian).

9. Byrnya, P. P., Ryaboy, T. F. 1997. In Sovetskaia Arkheologiia (SovietArchaeology) (2), 91104 (in Russian).

10. Vakturskaia, N. N. 1958. In Tolstov, S. P. (ed.). Arkheologicheskie i etnograficheskie raboty Khorezmskoi ekspeditsii 1949-1953 (Archaeological and Ethnographical Activities of the Khwarezm Expedition of 1949-1953). Series: Trudy Khorezmskoi arkheologo-etnograficheskoi ekspeditsii (Proceedings of the Khwarezm Archaeological and Ethnographic Expedition) 2. Moscow: "Nauka" Publ., 467-495 (in Russian).

11. Vishnevskaia, O. A. 1963. In Tolstov, S. P. (ed.). Polevye issledovaniia Khorezmskoi ekspeditsii v 1958-1961 gg. Ch. II. Pamiatniki srednevekovogo vremeni, etnograficheskie raboty (Field research of the Khwarezm Expedition in 1958-1961. Part II. Monuments of the Medieval Period, Ethnographic Activities). Series: Materialy Khorezmskoi ekspeditsii (Materials of the Khwarezm Expedition) 7. Moscow: Academy of Sciences of the USSR, 54-72 (in Russian).

12. Vseobshchaya istoriya literatury (General history of literature) 3. 1966. Leningrad; Moscow: "Izd-vo literatury po stroitel'stvu" Publ. (in Russian).

13. Zilivinskaya, E. D. 2014. Arkhitektura Zolotoi Ordy (Architecture of the Golden Horde) 1. Kul'tovoe zodchestvo (RitualArchitecture). Moscow; Kazan: "Otechestvo" Publ. (in Russian).

14. Zilivinskaya, E. D. 2009. In Beliaev, L. A. (ed.). Archeologia Abrahamica. Issledovaniia v oblasti arkheologii i khudozhestvennoi traditsii iudaizma, khristianstva i islama (Archeologia Abrahamica. Studies in Archaeology and Artistic Tradition of Judaism, Christianity and Islam). Moscow: "Indrik" Publ., 349-385 (in Russian).

15. Zilivinskaya, E. D. 2011. Ocherki kul'tovogo i grazhdanskogo zodchestva Zolotoy Ordy (Essays on the cult and civil architecture of the Golden Horde). Astrakhan: "Astrakhanskii universitet" Publishing House (in Russian).

16. Klavikho Rui Gonsales de. 1990. Dnevnik puteshestviia v Samarkand ko dvoru Timura (1403-1406) (Diary of a Journey to Samarkand to the Court ofTimur (1403-1406).). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

17. Koval', V. Yu. 2013. In Povolzhskaya arkheologiya (Volga River Region Archaeology) (2), 9-33 (in Russian).

18. Koval', V. Yu. 2015. In Kratkie soobshcheniiaInstituta arkheologii (Brief Communications of the Institute of Archaeology) 237. Moscow: "Iazyki slavianskoi kul'tury" Publ., 211-222 (in Russian).

19. Koval', V. Yu., Badeev, D. Yu. 2015. In Kratkie soobshcheniia Instituta arkheologii (Brief Communications of the Institute of Archaeology) 237. Moscow: "Iazyki slavianskoi kul'tury" Publ., 188-199 (in Russian).

20. Man'kovskaia, L. Yu. 2014. Formoobrazovanie i tipologiia zodchestva Srednei Azii. IX - nachalo XX veka (Morphogenesis and Typology of Central Asian Architecture. 9th - early 20th centuries). Tashkent: "Baktria Press" Publ. (in Russian).

21. Mets A. 1996. Musul'manskiy renessans (Muslim Renaissance). Tashkent: "ViM" Publ. (in Russian).

22. Raspopova, V.I. 1971. In Strany i narody Vostoka (Countries and peoples of the East) 10. Moscow: "Nauka" Publ., 67-76 (in Russian).

23. Smirnov, G. D. 1954. In Kratkie soobshcheniia Instituta istorii materiaVnoi kuVtury (Brief Communications of the Institute for the History of Material Culture) 56. Moscow: Academy of Sciences of the USSR, 24-40 (in Russian).

24. Smirnova, O. I. 1970. Ocherki po istorii Sogda. (Essays on the History of Sogdia). Moscow: "Nauka" Publ. (in Russian).

25. Tiesenhausen, V. G. 1884. Sbornik materialov, otnosiashchikhsia k istorii Zolotoi Ordy. T. 1. Izvlecheniia iz sochinenii arabskikh (Collected Works Related to the History of the Golden Horde. Vol. 1. Excerpts from Arab Writings). Saint Petersburg: Typography of the Imperial Academy of Sciences (in Russian).

26. Kun, A. L., Brodovskii, M. I. (comp.). 1871-1872. Turkestanskii al'bom, Chast'promyslovaia (Turkestan Album, 1871-1872. Crafting Section). Tashkent: "Glavnyi shtab turkestanskogo voennogo okruga" Publ. (in Russian).

27. Fedorov-Davydov, G. A. 1958. In Tolstov, S. P. (ed.). Arkheologicheskie i etnograficheskie raboty Khorezmskoi ekspeditsii 1949-1953 (Archaeological and Ethnographic Activities of the Khwarezm Expedition in 1949-1953). Series: Trudy Khorezmskoi arkheologo-etnograficheskoi ekspeditsii (Proceedings of the Khorezm archaeological and ethnographic expedition) 2. Moscow: "Nauka" Publ., 505-529 (in Russian).

28. Khalpakhch'ian, O. Kh. 1971. Grazhdanskoe zodchestvo Armenii (zhilye i obshchestvennye zdaniia) (Civil Architecture of Armenia (Residential and Public Buildings)). Moscow: "Izdatel'stvo literatury po stroitel'stvu" Publ. (in Russian).

29. Khalpakhch'ian, O. Kh. 1959. In Arkhitekturnoe nasledstvo (Architectural Heritage) (11), 105-133 (in Russian).

30. Khmel'nitskii, S. 1992. Mezhdu arabami i tiurkami. Arkhitektura Srednei Azii IX-X vv. (Between Arabs and Turkics: Architecture of Central Asia in 9th -10th Centuries). Berlin; Riga: "Continent Ltd" Publ. (in Russian).

31. Khmel'nitskii, S. G. 1996. Mezhdu samanidami i mongolami. Arkhitektura Srednei Azii XI-XIII vv. (From the Samanids to the Mongols: Architecture of Central Asia in 11th -13th Centuries). Part 1. Berlin; Riga: "Gamajun" Publ. (in Russian).

32. Hillenbrand, R. 1994. Islamic Architecture. New York: Columbia University Press.

33. Nesterov. T. 2003. Situl Orheiul Vechi. Monumente de arhitektura. Moldova, Epigraf.

About the author:

Zilivinskaya Emma D. Doctor of Historical Sciences. Institute of Ethnology and Anthropology named after N.N. Miklouho-Maklay (IEA), Russian Academy of Sciences. Leninsky Ave., 32а, Moscow,119334, Russian Federation; eziliv@mail.ru

Статья поступила в номер 07.08.2017 г.