"Если медиация заработает, года через два-три мы сможем снизить нагрузку на суды на 20-30%"

Председатель комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Государственной думы РФ Павел Крашенинников рассказал корреспонденту "Денег" Марии Глушенковой о пользе решения споров вне суда.

В чем смысл принятого закона "Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)", ведь медиация носит необязательный характер?

— В законе предлагается возможность выбора — каким способом разрешать свой конфликт. Причем как в экономической сфере, так и в бытовой — жилищной, семейной и т. д. То есть либо пойти в суд, написать исковое заявление, нанять адвоката, участвовать в процессах, либо найти посредника-медиатора, который сможет уладить спор без хождения по судам, без неявки сторон и всей прочей сопутствующей судебному процессу нервотрепки.

Конечно, здесь есть условие: обе стороны должны согласиться на одного соответствующего медиатора. И уже тогда он выслушает обе стороны, предложит решение и, получив от обеих сторон согласие, оформит его в виде медиативного соглашения. Это соглашение подписывается сторонами, после чего оно вступает в силу, и люди расходятся.

В России уже не первый год действуют третейские суды, которые создавались как альтернатива арбитражу, но большой их практика так и не стала.

— Да, действительно, третейские суды у нас существуют и там есть установленные процедуры. И все-таки это суды. То есть опять же речь идет о решении конфликта в судебном порядке. А закон предлагает решить спор вне суда. За рубежом ведь тоже есть третейские суды. Но в Европе медиация развивалась с 70-х годов, и люди там чаще идут к медиатору, чем в третейский суд. Медиация там сняла больше трети нагрузки с судов. Причем нагрузка снимается как с судов общей юрисдикции, так и с арбитражных. Естественно, уголовная плоскость здесь не рассматривается.

В Великобритании медиация была введена как обязательная досудебная процедура, и только после этого получила там широкое распространение...

— У нас такого нет и не будет. В договоре такая оговорка возможна — что обращение к медиатору до обращения в суд является обязательным. Но тогда это будет обязательным в силу договора, а не в силу закона.

Закон должен вступить в силу 1 января 2011 года, предполагается создание СРО медиаторов. Будет ли обязательным вступление медиатора в СРО?

— Нет. И сейчас нет, и когда СРО появится, обязательным это не будет. Я думаю, что здесь все сложится само собой. Вряд ли стоит предполагать, что человек, который профессионально занимается медиацией, проигнорирует вступление в профессиональное СРО. Более того, в законе говорится, что медиатор может осуществлять свою деятельность и на непрофессиональной основе. Например, у супругов, которые конфликтуют и подчас видеть друг друга не могут, есть человек, которому они оба доверяют. И такой человек на непрофессиональной основе может стать для них медиатором. С его помощью они могут договориться, расписать все в медиативном соглашении, которое будет иметь статус гражданско-правового договора.

А что с ответственностью медиаторов? В законе отдельно упоминается лишь ответственность за неразглашение конфиденциальной информации.

— Здесь все вытекает из гражданско-правового характера медиативного договора. Поскольку медиация направляется в режим гражданско-правового договора, то и вопрос ответственности — это вопрос ГК, где на этот счет имеется целая глава. В ГК предусмотрен и порядок признания договора недействительным, и все остальное.

Вы сами верите, что медиация получит у нас широкое распространение?

— Мы бились за этот закон несколько лет. И мне кажется, что если медиация заработает, то года через два-три мы сможем снизить нагрузку на суды на 20-30%. Но дело не только в нагрузке. Нагрузка — это вторая цель, главное было найти эффективный инструмент, которым бизнес и граждане могли бы защищать свои права. И я уверен, что у нас это заработает.