Слуга двух реформ

В четверг завершил работу седьмой созыв Госдумы. В тот же день президент Владимир Путин подписал указ о назначении парламентских выборов на 19 сентября. Уходящий созыв Думы запомнился прежде всего в связи с пенсионной и конституционной реформами. Представители думского меньшинства повлиять на решение спорных вопросов не могли, но их лидеры благодарны руководству палаты за то, что их голос «был слышен». Тем не менее оппозиционеры считают, что нынешний созыв в законотворчестве был еще более репрессивным, чем предыдущий. Эксперт полагает, что если поначалу эта Дума еще подавала надежды стать «нормальным парламентом», то в конце созыва она вновь скатилась к «жесткому закручиванию гаек».

Последнее пленарное заседание седьмого созыва Госдумы

Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ / купить фото

17 июня в Госдуме прошло последнее пленарное заседание седьмого созыва. Теперь депутаты месяц поработают в регионах и будут готовиться к осенним выборам. Спикер Вячеслав Володин в начале заседания посоветовал коллегам не фотографироваться на прощание, а быть «более уверенными» в своем переизбрании.

Для самого господина Володина одной из главных задач была забота о дисциплине: депутатам запретили голосовать по доверенности (хотя они по-прежнему нажимают кнопки друг за друга) и ввели штрафы за прогулы (хотя ни об одном таком штрафе неизвестно). В течение всех пяти лет спикер не оставлял в покое думский регламент, то и дело что-то в нем меняя. Например, в 2017 году были приняты поправки, разрешающие рассматривать законопроекты сразу в нескольких чтениях лишь в исключительных случаях. Однако в 2020 году тот же Вячеслав Володин с гордостью заявлял о рассмотрении сразу в трех чтениях проектов, которых «ждут наши граждане»,— об усилении ответственности за нарушение карантина. А оппозиционеры часто делали ему замечания из-за его постоянных выступлений «с нравоучениями» на заседаниях в нарушение регламента. В то же время к явным аппаратным успехам спикера можно отнести борьбу с «законодательными завалами»: депутаты разобрались с документами, копившимися в течение нескольких созывов, хотя и оставили будущей Думе более 1000 собственных нерассмотренных законопроектов.

Центральными событиями седьмого созыва стали две масштабные реформы — пенсионная и конституционная.

Правительственный законопроект о повышении пенсионного возраста был одобрен летом 2018 года голосами исключительно единороссов, а КПРФ, ЛДПР и «Справедливая Россия» выступили категорически против. Кроме того, против голосовала депутат ЕР от Крыма Наталья Поклонская, а единоросс Сергей Железняк не голосовал. Отметим, что в Думе нового созыва их обоих, судя по всему, не будет.

В реформе Конституции Дума тоже в основном играла роль исполнителя: большинство поправок поступали либо от президента, либо от представителей общественности через рабочую группу. Но поправка об обнулении президентских сроков, давшая возможность Владимиру Путину и экс-президенту Дмитрию Медведеву баллотироваться еще на два срока, была внесена депутатом-единороссом Валентиной Терешковой.

Одной из популярных тем было регулирование интернета.

В частности, «на случай отключения России от интернета» был одобрен так называемый закон о «суверенном рунете» (предусматривает установку на сетях операторов систем фильтрации интернет-трафика для противодействия внешним угрозам). Кроме того, депутаты ввели административное наказание за распространение в сети недостоверной общественно значимой информации и материалов, оскорбляющих госсимволы и институты власти РФ.

Еще одной характерной приметой седьмого созыва стала борьба с иностранным вмешательством, которой занялась специальная комиссия, созданная после летних протестов 2019 года.

Именно ее члены подготовили законопроект, позволяющий признавать иностранными агентами россиян, которые при наличии иностранного финансирования занимаются политической деятельностью «в интересах иностранного государства». А в выборном законодательстве появились понятия «кандидаты-иноагенты» и «кандидаты, аффилированные с иноагентами». Заодно было ужесточено и законодательство о митингах, в которых депутаты тоже нередко видят «руку Запада».

Помимо этого, в последний год работы Дума одобрила и другие важные изменения в избирательном законодательстве.

Среди главных новаций, принятых под предлогом борьбы с пандемией,— возможность трехдневного голосования на любых выборах и электронное голосование. А под занавес депутаты одобрили закон, запрещающий участвовать в выборах лицам, которые были причастны к деятельности организаций, признанных впоследствии экстремистскими. Он был принят, невзирая на критику многих юристов, усмотревших в этой норме противоречие ст. 54 Конституции («Никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением»).

Сами депутаты оценили итоги седьмого созыва по-разному.

Вячеслав Володин среди главных достижений назвал переход диалога с правительством «на другой качественный уровень» (одним из примеров «нового качества», видимо, можно считать случай в марте 2019 года, когда спикер прервал выступление министра экономразвития Максима Орешкина на «правительственном часе», сообщив, что тот не готов к разговору). Первый замглавы фракции ЕР Андрей Исаев напомнил о «беспрецедентных решениях по инициативам президента по поддержке семей с детьми» и оперативном принятии решений, связанных с оказанием помощи пострадавшим в ходе пандемии.

Лидер КПРФ Геннадий Зюганов отметил, что начиналось все оптимистично: «Володин вначале все сделал, чтобы в этом зале впервые зазвучали голоса с мест, здесь мы рассмотрели проблемы обманутых дольщиков, сделали все, чтобы изучить проблемы развития села, заставили все службы министерств и ведомств слушать Думу». Но затем «под руководством ЕР грянула холодная эпоха, которая началась с людоедской пенсионной реформы», добавил коммунист. Лидер «Справедливой России» Сергей Миронов согласен, что «благодаря позиции председателя Госдумы голос оппозиционных фракций слышен», так как они «получили возможность рассматривать те законопроекты, которые считают приоритетными».

Рядовые оппозиционеры настроены более критично.

Сергей Иванов (ЛДПР) полагает, что в эти пять лет «по всем фронтам был наезд на права и свободы граждан», а седьмой созыв оказался более репрессивным, чем шестой.

Новые полномочия Думы (право утверждать вице-премьеров и министров несилового блока) депутат считает профанацией — «все равно все решает президент». При этом седьмой созыв продемонстрировал «более наплевательское» отношение к Конституции, отмечает господин Иванов: «Что говорить, если даже судьям КС запретили озвучивать особое мнение». «Хочу извиниться перед избирателями за эту Думу — такого позора я не помню»,— сказал он “Ъ”. Под видом антиковидных мер депутатам «позатыкали рты и штамповали антисоциальные законы по упрощенной процедуре», добавляет Валерий Рашкин (КПРФ). «Позором» он считает и закон, позволяющий отстранить от участия в выборах за «выражение поддержки» в виде лайка в соцсетях экстремистской организации за год до ее признания таковой.

Эксперты тоже увидели в седьмом созыве отличия от шестого. Политолог Дмитрий Бадовский считает новацией практику «гражданской экспертизы» в рамках парламентских слушаний по наиболее чувствительным социальным законопроектам. Политолог Алексей Макаркин полагает, что если шестая Дума была чистым исполнителем, то седьмая более осознанно консервативна: она проявляла большую инициативу в ограничительных законах, в том числе в морально-нравственной сфере (например, с декриминализацией домашнего насилия).

Первая часть созыва была обнадеживающей, спикер не возражал против дискуссии, и оппозиция чувствовала себя намного комфортнее, чем в предыдущих созывах, согласен политолог Аббас Галлямов:

«Тут достаточно вспомнить историю с московской реновацией, когда уличный протест был перенесен в парламент, недовольные получили слово и были услышаны, а первоначальная версия реформы сильно изменена». В диалоге с исполнительной властью законодатели тоже чувствовали себя достаточно уверенно, и «такого, чтобы они, спотыкаясь, бежали выполнять поручения, поступившие из Кремля или Белого дома, поначалу не было», отмечает эксперт: «Все это напоминало зачатки нормального парламента». Но начиная с прошлого года ситуация изменилась: рост протеста вынудил власть закончить игру в «нормальность» и приступить к жесткому закручиванию гаек, а Дума тоже не осталась в стороне и теперь напоминает предыдущие созывы, констатирует господин Галлямов.