К вопросу об уголовной ответственности юридических лиц

ствия (постоянно действующие, временные (принятые на определенный срок)), в том числе акты, содержащие сведения, составляющие государственную тайну, или сведения конфиденциального характера.

Зарегистрированные нормативные правовые акты включаются в Государственный реестр нормативных правовых актов Кыргызской Республики. Ведение Государственного реестра нормативных правовых актов осуществляется Министерством юстиции в электронной и бумажной формах на государственном (кыргызском) и официальном (русском) языках. Кроме того, нормативный правовой акт, не включенный в Госу-

дарственный реестр нормативных правовых актов, не имеет юридической силы.

Положение о порядке ведения Государственного реестра нормативных правовых актов Кыргызской Республики утверждено постановлением Правительства Кыргызской Республики от 8 декабря 2009 г. № 743.

Принятие Федерального закона «О нормативных правовых актах в Российской Федерации» будет способствовать усилению эффективности механизма правотворчества, согласованности системы нормативных правовых актов в России, установит их иерархичность.

УДК 342.951 ББК 67.401.041

К ВОПРОСУ ОБ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ

СЕРГЕЙ МИХАЙЛОВИЧ ЗЫРЯНОВ,

профессор кафедры административного права Московского университета МВД России имени В.Я. Кикотя,

доктор юридических наук, профессор Научная специальность 12.00.14 — административное право, финансовое право, информационное право

E-mail: zyryanov.s@gmail.com Рецензент: кандидат юридических наук Хадисов Г.Х.

Citation-индекс в электронной библиотеке НИИОН

Аннотация. Рассматриваются особенности публично-правовой ответственности юридических лиц в Российской Федерации с точки зрения соотношения административной и уголовной ответственности. Автор отмечает, что ни законодатель, ни юридическая теория не смогли предложить каких либо сущностных отличий между уголовной и административной ответственностью. Уголовная ответственность юридических лиц устанавливается в зарубежных странах, в которых административная ответственность не получила такой степени обособления как в России, поэтому ссылки на зарубежный опыт в данном случае также неосновательны. В результате автор приходит к выводу о том, что дискуссия о целесообразности установления уголовной ответственности юридических лиц в нашей стране лишена смысла.

Ключевые слова: юридическое лицо, административная ответственность, уголовная ответственность, вина.

Annotation. Administrative responsibility used as an universal controller public relations. But there are no objective cri-terias to distinguish it from criminal responsibility. Legal person can to be a subject to criminal responsibility in that states, where are no administrative responsibility as a kind of publicity liability. So we have no reasons to install criminal responsibility of legal persons instead of or along with the administrative responsibility.

Keywords: administrative responsibility, criminal responsibility, legal person, guilt.

Время от времени в российском праве возрождается дискуссия на тему об уголовной ответственности юридических лиц, о необходимости и о возможности ее установления1. Очередной импульс дис-

куссии был дан появлением соответствующей рекомендации ГРЕКО для России2 в соответствии с требованиями Конвенции об уголовной ответственности за коррупцию.

1 Эта дискуссия продолжается уже длительное время, а ее корни обнаруживаются в немецкой юридической науке позапрошлого века (Таганцев Н.С. Курс русского уголовного права. Часть Общая: Кн. 1. Учение о преступлении. СПб., 1874. С. 9; Бернер А.Ф. Учебник уголовного права. Части Общая и Особенная. Т. I. Часть Общая. СПб., 1865. С. 339.

2 Отчет по Российской Федерации о соответствии рекомендациям ГРЕКО, одобренный Группой государств против коррупции (ГРЕКО) на 49-м пленарном заседании (Страсбург, 29 ноября — 3 декабря 2010 г.). Страсбург, 2010.

Практика привлечения юридических лиц к уголовной ответственности существует в США, Франции, Литве, Китае и ряде других стран. Вместе с тем, в России широко распространена практика привлечения юридических лиц к административной ответственности. В связи с этим представляется необходимым ответить на следующие вопросы:

♦ как соотносятся виды юридической ответственности с сущностью юридического лица как субъекта права;

♦ как соотносятся два смежных вида публично-правовой ответственности — административной и уголовной с точки зрения допустимости применения их к юридическим лицам;

♦ какие задачи могут быть решены посредством установления уголовной ответственности юридических лиц, и что мешает решению их без ломки отечественного публичного права?

Проблема соотношения публично-правовой ответственности с сущностью юридического лица остается неразрешенной, несмотря на то, что, если можно так сказать, публичная деликтоспособность юридических лиц признается многими национальными правовыми системами. Главным препятствием, через которое еще никому не удалось перешагнуть, — вопрос о вине юридического лица. Фактически этот вопрос решается публичным вменением, как, например, это сделано в ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ или в ст. 3.5 КоАП РБ, в соответствии с которыми юридическое лицо признается виновным, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. В соответствии со ст. 28 КоАП РК вина юридического лица в совершении административного правонарушения вообще не нуждается в установлении. Достаточно противоправности.

Нормы общего права США допускают привлечение к уголовной ответственности традиционно при условии наличия вины, однако прецедентное право и статутное законодательство штатов допускают отступление от этого правила, если речь идет о преступлении против общественного блага; тогда предусматривается объективная ответственность: в порядке суб-ститутивной ответственности, когда вина одного человека переносится на другого человека; при уго-

ловной ответственности корпорации, так как у корпорации не может быть и виновной воли3.

В немецком праве проблема установления вины юридического лица обходится путем разграничения психологической характеристики вины физического лица и нормативной характеристики вины юридического лица4.

Подобные «обходные» решения не получили признания в российском праве5, несмотря на это сама идея оказалась весьма жизнеспособной, о чем свидетельствуют исторические данные. Нормы об административной ответственности юридических лиц присутствовали в законодательстве 40-х гг. XX в.6. Вопрос о публично-правовой ответственности юридических лиц в нашей стране вновь был поставлен сразу вслед за появлением тех самых юридических лиц. Первоначально в областях оборота алкогольной и спирт-содержащей продукции и в строительстве.

При разработке нового КоАП РФ идея о публично-правовой ответственности юридических лиц закладывалась уже в его концепции. Однако, была реализована лишь со второй попытки. Причина известна — затруднение определения вины юридического лица. Надо сказать, что эта причина не была устранена, ее просто проигнорировали.

Административная ответственность юридических лиц оказалась крайне актуальным институтом. Оценить ее эффективность с точки зрения ее прямого предназначения (предупреждение совершения новых правонарушений) не представляется возможным, однако подспудная (но, при этом, пожалуй, главная) цель пополнения бюджетной системы достигается весьма успешно.

Для того чтобы ответить на вопрос о том, какой вид публично-правовой ответственности юридических лиц был бы более эффективным и может быть допустимым в российской правовой системе, прежде

3 УильямБернам. Правовая система США / Научн. ред. проф. В.А. Власихин. М., 2007. С. 862.

4 Жалинский А., Рерихт А. Введение в немецкое право. М., 2001. С. 608.

5 Сорокин В.Д. Комментарий избранных мест Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях // Избранные труды. СПб., 2005. С. 1020; Панова И.В. Еще раз о двух тенденциях, разрушающих целостность института административной ответственности // Вестник ВАС РФ. 2007. N° 8.

6 № 18 ст. 459 и № 26 ст. 634 СУиР СССР 1940 г. «О наложении штрафов на колхозы за невыполнение обязательных поставок зерна, риса, картофеля»; приказ Народного комиссара юстиции СССР от 4 сентября 1941 г. // Соц. законность. 1941. № 5.

необходимо вспомнить о том, что такое юридическое лицо.

В цивилистике существует теория фикции. В специальной литературе приводятся исторические свидетельства, что в 1245 г. папа Иннокентий IV (который считается автором этой теории) на вопросы: может ли корпорация (юридическое лицо) быть отлучена от Церкви, допускаться к присяге, быть восприемницей детей при крещении, основываясь на положениях Corpus Juris Civilis, отвечал, что корпорация не имеет души, а существует лишь в воображении людей, будучи persona ficta, т.е. фиктивным, не существующим в реальности лицом7. Сторонниками этой теории были Савиньи и Виндштейн. Существуют и другие теории (интереса, Гирке, советские теории коллектива, государства, директора — Ю.К. Толстой и др).

При том, что известные концепции юридического лица могут существенно различаться друг от друга по ряду вопросов, все они сходятся на том, что юридическое лицо не существует как физическое лицо, не имеет сознания и психики. Собственники юридического лица ограничены в возможностях влияния на его поведение, которое выражается в сделках и действиях (бездействии). Они также ограничены в возможности управлять имуществом юридического лица, и получают часть прибыли, соответствующую их долям в капитале юридического лица.

Ключевым, с точки зрения выбора вида юридической ответственности, конечно же, становится вопрос о вине юридического лица. Надо сказать, что этот вопрос изначально стоял во главе угла уже в римском праве. Н.С. Суворов приводит высказывание Ульпиа-на относительно возможности возложения юридической ответственности на город: «Разве может город учинить что-либо умышленно недобросовестное? Все, чего можно с него искать, это выдачи того, чем он обогатился благодаря недобросовестному образу действий его администраторов, иск же по поводу недобросовестности может быть направляем лишь против самих декурионов, т.е. против городских администраторов»8. Высказывание это можно толковать так: город как юридическое лицо может нести гражданскую (материальную) ответственность за причиненные его должностными лицами убытки, публично-правовая ответственность возлагается на должностных лиц.

Представляется, что соображения относительно распределения бремени ответственности сыграли не

последнюю роль и в формировании юридического лица как юридической конструкции. Так, юридическое лицо как объединение лиц (товарищество) характеризуется солидаризацией ответственности товарищей, т.е. распределением бремени ответственности между участниками юридического лица в каком либо соотношении. Иначе решается этот вопрос в юридическом лице как объединении капиталов (обществе). Здесь участники вообще отстраняются от ответственности за действия (бездействие) юридического лица за пределами внесенных ими в уставный капитал имущественных долей. Справедливости ради заметим, что члены общества, освобождая себя от ответственности за действия (бездействие) юридического лица, одновременно ограничивают себя и в части распределения доходов, получаемых юридическим лицом.

Еще одно важное обстоятельство, связанное с правосубъектностью владельцев юридического лица, необходимо учитывать при разрешении вопроса об ответственности. Члены коммерческого общества не вступают в отношения с его контрагентами, не участвуют в управлении юридическим лицом. Собственно предпринимательской деятельностью занимаются специально нанятые владельцами работники.

Для управления юридическим лицом создается администрация — единоличный или коллегиальный орган управления (директор, совет директоров) и другие исполнительные органы. Собственники участвуют в управлении юридическим лицом в составе представительного органа (собрание акционеров, например). Собственники могут влиять на выбор кандидатуры директора (членов совета директоров). Но реально юридическим лицом управляют его исполнительные органы.

Более того, ответственность по обязательствам юридического лица в материальном плане ограничивается имуществом юридического лица, а в личност-

7 Гражданское право: Учебник. В 2 т. Т. 1 / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 1998. С. 172; СумскойД.А. Статус юридических лиц: Учеб. пособие для вузов // Консультант Плюс. Однако, уже тогда меркантильные интересы порой преобладали над здравым смыслом, и другой папа Иоанн XXII немного позже признал, что, хотя корпорация как юридическое лицо не имеет души и у нее нет подлинной личности, она все-таки имеет фиктивную личность в силу юридической фикции и в силу этой же фикции имеет душу и потому может совершать правонарушения и может быть подвергнута наказанию (Гражданское право России. Общая часть: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 2001. С. 160, 161).

8 Суворов Н.С. Об юридических лицах по римскому праву. М., 2000. С. 250.

ном плане ложится на его исполнительные органы — ответственность как перед собственниками юридического лица, так и перед контрагентами, третьими лицами и государством. В соответствии с ч. 3 ст. 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника.

Даже если директором юридического лица назначен «зицпредседатель Фунт», а реально юридическим лицом управляет его собственник, сидеть будет именно Фунт, поскольку осознанно взял на себя это обязательство. Максимальный объем ответственности собственника юридического лица ограничен его долей в этом юридическом лице — если юридическое лицо будет ликвидировано, а его имущество уйдет на покрытие обязательств, собственник потеряет свою долю, не больше.

Таким образом, безответственность собственников юридического лица, недопустимость возложения на них частно-правовой или публично-правовой ответственности — фундаментальное основание юридического лица как правового института. Собственник юридического лица также может понести ответственность, но уже за деяния, совершенные им в отношении юридического лица.

Необходимо также учитывать, что у юридического лица может быть любое число собственников — от одного до бесконечности. Так, общее число акционеров Газпрома — более полумиллиона человек, а крупнейшим, владельцем 50,002% акций, является Российская Федерация. Это еще раз подтверждает бесперспективность поиска и установления собственников юридического лица для привлечения их к публично-правовой ответственности за деяния юридического лица.

Другой аспект рассматриваемой проблемы заключается в соотношении существующих видов публично-правовой ответственности — административной и уголовной. Попытки их разграничения по каким-либо объективным основаниям предпринимаются учеными уже более полутораста лет, начиная с судебной реформы второй половины XIX в., когда в российском уголовном законодательстве были выделены уголовные проступки.

Надо ли повторять, что все эти попытки потерпели фиаско9. Единственный критерий разграничения административных проступков от преступлений —

степень общественной опасности, которая определяется (оценивается) группой лиц, именуемой законодателем, под воздействием множества субъективных факторов, нередко из популистских соображений. За краткий исторический период в сто лет представления законодателя об общественной опасности того или иного деяния менялись порой кардинально. Примеров тому масса.

Более существенным и реально выраженным отличием этих двух видов ответственности является процесс их реализации. В этой части различия объективны и закреплены в кодифицированных законодательных актах. Уголовный процесс гораздо более строгий, более развитый, и, в то же время, предоставляющий реальные гарантии лицу, привлекаемому к уголовной ответственности. Один пример: подозреваемый (обвиняемый, подсудимый, осужденный) вправе обжаловать действия (бездействие), решения дознавателя, следователя, прокурора, суда, эксперта, специалиста, переводчика, а эта жалоба будет рассмотрена в рамках одного уголовного процесса до вынесения приговора. В административном процессе жалобы, по мнению законодателя, не должны влиять на выносимое постановление, поэтому их рассмотрение выносится за пределы, в другой административный процесс (юстицию).

Судья Конституционного Суда Российской Федерации А.Н. Кокотов, выражая свое особое мнение в связи с вынесением Конституционным Судом постановления от 17 января 2013 г. № 1-П по делу о проверке конституционности положения ч. 5 ст. 19.8 КоАП РФ в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «Маслянский хлебоприемный пункт»10, отметил, что в ряде случаев административное наказание объективно направлено на осуществление не только предупредительной, но и карательной функции, по крайней мере, применительно ко многим малым предприятиям, и в этом вполне сопоставимо с уголовно-правовыми штрафами. Это позволяет утверждать, что в условиях, когда в стране отсутствует уголовная ответственность юридических лиц, их административная ответственность выступает в известной

9 Зырянов С.М. Административная ответственность как самостоятельный вид юридической ответственности. Юридическая ответственность: современные вызовы и решения: Мат. для VIII Ежегодных науч. чтений памяти проф. С.Н. Братуся / Отв. ред. Н.Г. Доронина. М., 2013. С. 111—120.

10 СЗ РФ. 2013. № 4. Ст. 304.

мере в качестве превращенной формы ответственности уголовной.

В этой связи реализация рекомендации ГРЕКО об установлении в российском законодательстве уголовной ответственности юридических лиц в целях противодействия коррупции может быть решена простым путем признания существующей уже сейчас административной ответственности юридических лиц «псевдоуголовной» или «квазиуголовной» ответственностью, что в сущностном плане будет совершенно правильным.

Вернемся к выбору вида публично-правовой ответственности юридических лиц.

Действующая сейчас административная ответственность юридических лиц фактически является карательной, построенной на принципе объективного вменения, когда невиновность юридического лица в совершении административного правонарушения связывается с обстоятельствами непреодолимой силы, штрафной ответственностью, направленной на пополнение бюджетной системы. Это одно из проявлений распространного в последние годы цивилисти-ческого подхода к государственному управлению. Кстати, надо сказать несколько слов о действительном целеполагании административной юрисдикции. Показательный факт — планирование сумм штрафных санкций федеральными органами исполнительные власти, что не имеет ничего общего с легальными целями административного наказания, которые прямо названы в КоАП РФ.

В соответствии со ст. 1.2 КоАП РФ задачами законодательства об административных правонарушениях являются защита личности, охрана прав и свобод человека и гражданина, охрана здоровья граждан, санитарно-эпидемиологического благополучия населения, защита общественной нравственности, охрана окружающей среды, установленного порядка осуществления государственной власти, общественного порядка и общественной безопасности, собственности, защита законных экономических интересов физических и юридических лиц, общества и государства от административных правонарушений, а также предупреждение административных правонарушений.

Цели административного наказания сформулированы в ч. 1 ст. 3.1 КоАП РФ: предупреждение совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами. Исходя из этого, субъекты административной юрисдикции, органы ад-

министративного надзора должны планировать в качестве одного из ключевых показателей эффективности своей правоприменительной деятельности не количество выявленных правонарушений и собранных административных штрафов, а состояние вверенных им областей правового регулирования. Так, для службы судебных приставов таким показателем должна стать исполняемость исполнительных документов, для ГИБДД — показатели безопасности дорожного движения, для Роспотребнадзора — степень защищенности прав потребителя и санитарное состояние, для Росприроднадзора — состояние окружающей среды, поголовье охраняемых животных и т.д. И то, что рост штрафных поступлений в бюджет не приводит к улучшению этих показателей, вовсе не обязательно означает, что размеры штрафов недостаточны. Вполне вероятно, что они излишне большие. А скорее всего, это значит, что органами управления не используются другие регуляторы, кроме административной ответственности.

Наконец, последний вопрос о том, какие задачи могут быть решены посредством установления уголовной ответственности юридических лиц, и что мешает решению этих задач без ломки отечественного публичного права.

Основным административным наказанием юридического лица является штраф. Штрафной, имущественно-взыскательный характер носит и конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения. И лишь административное приостановление деятельности принципиально отличается от других административных наказаний, но лишь потому, что введено это наказание было в 2006 г. в целях защиты юридических лиц от произвола коррумпированных государственных служащих. По существу же, это наказание так и осталось мерой пресечения, о чем свидетельствуют его характерные признаки, например, возможность досрочного прекращения его исполнения в случае устранения нарушений, послуживших основанием его назначения.

Одной из особенностей существующей в настоящее время административной ответственности юридических лиц является неограниченность размеров штрафных санкций «сверху».

Да, по общему правилу административный штраф для юридических лиц не может превышать 1 млн руб. Но, во-первых, уже в ч. 1 ст. 3.5 КоАП РФ заложены исключения, повышающие для отдельных видов пра-

вонарушений максимальный размер штрафа для юридических лиц до 60 млн руб. Во-вторых, при исчислении административного штрафа по специальным правилам верхний предел не устанавливается. Штраф может исчисляться в величине, кратной стоимости предмета административного правонарушения, сумме неуплаченных налогов, таможенных пошлин, стоимости ценных бумаг, сумме выручки юридического лица за год, цене государственного контракта, сумме средств, полученных из бюджета. Размер штрафа, правда, не может превышать названные суммы более чем в три раза, но, поскольку сами эти величины не ограничены, то и их трехкратный размер также не ограничен. Также не установлено ограничений стоимости вещей, подлежащих конфискации.

Есть еще одно обстоятельство, которое надо учитывать при решении данного вопроса. Оно связано с многосубъектностью деликтов с участием юридических лиц. Целый ряд составов могут иметь общие объективные признаки, но разные субъективные признаки (гражданин, должностное лицо, юридическое лицо), и, в связи с этим, разную юридическую природу. Так, за подделку документа работником организации к уголовной ответственности будет привлечен этот работник, а организация как юридическое лицо — к административной ответственности. Причем производства по уголовному делу и по делу об административном правонарушении будут вестись независимо друг от друга, хотя и с использованием одних и тех же доказательств.

Так в чем же смысл введения уголовной ответственности юридических лиц? Какие задачи, которые не могут быть решены посредством административной ответственности, будут решены ответственностью уголовной?

Можно ли предположить, что уголовное законодательство будет предусматривать какие-то новые виды уголовных наказаний для юридических лиц, за исключением уголовного штрафа? Скорее всего, нет. С юридической фикции, не имеющей физического тела, сознания и психики взять нечего, кроме имущества (в том числе, денежных средств). Уничтожить юридическое лицо (аналог смертной казни) позволяет гражданское законодательство. При этом невозможно миновать процедуру банкротства.

Имеет ли значение судимость юридического лица? Трудно сказать что-либо определенное, хотя собственники судимого юридического лица в любой

момент могут его ликвидировать и образовать новое юридическое лицо, не обремененное судимостью и вообще негативной историей.

Может быть, в уголовном законодательстве будут сформулированы признаки субъективной стороны преступлений — вина, умысел, мотив? Опять же вряд ли. Эти категории не могут быть соотнесены с юридической фикцией. Они, как свидетельствует мировая практика, могут быть только обойдены.

В то же время, с учетом усложненной формы уголовного процесса, по сравнению с административным процессом, реализация уголовной ответственности юридических лиц будет существенно затруднена. И с позиции предпринимательского сообщества это, вероятно, хорошо, поскольку повышает их защищенность.

Административная ответственность юридических лиц, в отличие от административной же и уголовной ответственности физических лиц, предполагает правопреемство, что, вероятно, обусловлено ее материальным (имущественным или штрафным) характером. Возможно ли учесть это обстоятельство в уголовном законодательстве?

Таким образом, остается только одна причина продолжения дискуссии об введении уголовной ответственности юридических лиц — то, что в интернет-сообществе именуется термином «троллинг», а в просторечье — забалтыванием проблемы.

Если же инициаторы введения уголовной ответственности юридических лиц подразумевают в действительности уголовную ответственность собственников юридических лиц, то это приведет к реставрации социалистической системы хозяйствования, уничтожению частного сектора в экономике и переложению всей промышленности, строительства, сферы работ и услуг, сельского хозяйства, транспорта и всего остального на плечи государства—на государственные организации, для которых проблемы уголовной, да и административной ответственности не актуальны.

Литература

1. Таганцев Н. С. Курс русского уголовного права. Часть Общая: Кн. 1. Учение о преступлении. СПб., 1874.

2. Бернер А.Ф. Учебник уголовного права. Части Общая и Особенная. Т. I. Часть Общая. СПб., 1865.

3. Отчет по Российской Федерации о соответствии рекомендациям ГРЕКО, одобренный Группой государств против коррупции (ГРЕКО) на 49-м пле-

нарном заседании (Страсбург, 29 ноября — 3 декабря 2010 г.). Страсбург, 2010.

4. Уильям Бернам. Правовая система США / Науч. ред. проф. В.А. Власихин. М., 2007.

5. ЖалинскийА., РерихтА. Введение в немецкое право. М., 2001.

6. СорокинВ.Д. Комментарий избранных мест Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях // Избранные труды. СПб., 2005.

7. Панова И.В. Еще раз о двух тенденциях, разрушающих целостность института административной ответственности // Вестник ВАС РФ. 2007. № 8.

8. Гражданское право: Учебник. В 2 т. Т. 1 / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 1998.

9. Сумской Д. А. Статус юридических лиц: Учеб. пособие для вузов // КонсультантПлюс.

10. Гражданское право России. Общая часть: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 2001.

11. Суворов Н.С. Об юридических лицах по римскому праву. М., 2000.

12. Зырянов С.М. Административная ответственность как самостоятельный вид юридической ответственности. Юридическая ответственность: современные вызовы и решения: Мат. для VIII Ежегодных науч. чтений памяти проф. С.Н. Братуся / Отв. ред. Н.Г. Доронина. М., 2013.

References

1. Tagantsev N.S. Course of Russian criminal law. Part of Total: Bk. 1. The doctrine of the crime. SPb., 1874.

2. Berner A.F. Textbook of Criminal Law. General and Special Parts. T. I. Part General. SPb., 1865.

3. Report of the Russian Federation according to GRECO recommendations, endorsed by the Group of States against Corruption (GRECO) at the 49th plenary meeting (Strasbourg, 29 november — 3 december 2010). Strasbourg, 2010.

4. William Burnham. The legal system of the United States / Sci. ed. prof. V.A Vlasihin. M., 2007.

5. Zhalinsky A. Reriht A. Introduction to German law. M., 2001.

6. Sorokin V.D. Comment your favorite places of the code of Administrative violations // Selected works. SPb., 2005.

7. Panova I.V. Once again, two trends that destroy the integrity of the institution of administrative responsibility // the Bulletin YOU. 2007. № 8.

8. Civil law: the textbook. In 2 t. T. 1 / Ed. E.A. Sukha-nov. M., 1998.

9. Sumskoi D.A. The status of legal entities: Proc. manual for schools // Consultant.

10. Civil law of Russia. Overview: Lecture / Ed. H.E. Sadikov. M., 2001.

11. SuvorovN.S. On the legal entities of the Roman law. M., 2000.

12. Zyryanov S.M. Administrative responsibility as an independent legal liability. Legal liability: Current challenges and solutions: Mat. for the VIII Annual scientific. readings in memory of prof. S.N. Bratusya / Ed. N.G. Do-ronin. M., 2013.

Актуальные проблемы уголовно-процессуального права: Учеб. пособие / Под ред. О.В. Химичевой, О.В. Мичуриной. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2015.

Учебное пособие, подготовленное в соответствии с федеральным государственным образовательным стандартом высшего профессионального образования по направлению подготовки 030900 «Юриспруденция», квалификация «магистр», отражает современные актуальные в теоретиче-ском и практическом плане проблемы уголовно-процессуального права.

Для магистров, слушателей (студентов), адъюнктов (аспирантов) и преподавателей юридических вузов, а также для всех интересующихся проблемами уголовного судопроизводства.