Экономическая интеграция в СНГ

Экономическая интеграция в СНГ

Российское промышленное лобби замолвит слово за Украину

       И в Москве, и в Киеве близится к завершению процесс принятия законопроекта о финансово-промышленных группах. Насколько серьезны перспективы создания российско-украинских финансово-промышленных групп, равно как и ФПГ с другими странами СНГ? Очевидно, в процессе интеграционного ренессанса существует объективная закономерность, если одновременно в разных странах СНГ активно продвигаются законопроекты о финансово-промышленных группах.
       
       Как считает один из авторов российского закона о ФПГ, председатель бюджетно-финансового комитета Совета федерации Николай Гончар, российский законопроект является наиболее либеральным. В нем не оговорены конкретные формы создания ФПГ — они могут быть любыми из предусмотренных Гражданским кодексом. Но в законе есть существенная норма: предприятие стран — участниц СНГ, входящее в группу, получает статус российского со всеми вытекающими преимуществами при условии, что все российские партнеры имеют на территории указанных государств аналогичный статус. В конечном итоге такие вопросы должны регулироваться межправительственными соглашениями, под которые закон подводит юридическую базу. Все возникающие проблемы предстоит решать путем заключения специальных межправительственных соглашений, которые не должны противоречить национальным законодательствам стран-партнеров.
       На Украине весьма настороженно относятся к возможной передаче в совместные ФПГ предприятий, относящихся к транспортировке и переработке энергоносителей, и не хотят торопиться с серьезными решениями об их судьбе. Но в авиастроении, автомобильной промышленности, судостроении перспективы интеграции выглядят более благоприятно. В будущем предстоит заключать соглашения об образовании ФПГ для каждого конкретного случая, учитывающие отраслевую специфику.
       Основная концепция российского закона состоит в интеграции финансового капитала с промышленными предприятиями ради привлечения инвестиций в реальный сектор, а украинского — в сохранении технологических цепочек, но отнюдь не в передаче собственности из одних рук в другие.
       Очевидно, что когда идет разговор об инвестиционных стимулах, то целью является на самом деле привлечение капитала в единые технологические цепи. В разорванные производственные циклы никто инвестировать не станет. Последние встречи представителей российского и украинского парламентов в Киеве позволяют сделать вывод о том, что на Украине сознают: западный инвестор вкладывает средства только в предприятие, приносящее быструю отдачу. Никто не станет развивать дополнительные мощности ради замыкания технологических циклов внутри страны, тем более что многие украинские предприятия сейчас не имеют полной загрузки. Если же нормы, действующие на территории Украины, позволят банкам приобретать пакеты акций партнеров по ФПГ, то такой поворот событий интенсифицировал бы процесс создания совместных ФПГ.
       Кстати, в процессе неофициальных консультаций с украинскими парламентариями все поправки, предложенные украинскими разработчиками национальных нормативных актов о ФПГ, были учтены в проекте рамочного закона, который был внесен на рассмотрение межпарламентской ассамблеи (хотя Украина и не является участником межпарламентской ассамблеи).
       Разрабатывая украинский закон о ФПГ, его авторы преследовали национальные интересы страны, стараясь создать условия для перелива капитала в промышленность. Российский закон о ФПГ также направлен на интересы реального сектора национальной экономики, исходя из отсутствия альтернативы восстановлению технологических связей. Россия обладает самыми крупными фрагментами бывших союзных отраслевых комплексов и материальной базой, но без взаимодействия с украинскими предприятиями российское промышленное лобби не видит будущего для ФПГ в целом ряде отраслей: ресурсов национальных банков для замыкания высокотехнологичных производственных циклов внутри страны не хватит.
       Надо признать, что интересы российских высокотехнологичных отраслей в данном случае объективно совпадают с украинскими интересами, поскольку Киев отчасти все еще заинтересован в возвращении на российский рынок. С другой стороны, в России существует и иной подход, подразумевающий ориентацию на форсированное развитие топливно-сырьевых отраслей и преимущественное развитие связей со странами дальнего зарубежья. Эта проблема экономической политики России будет, очевидно, решаться уже новым составом ее парламента.
       АЛЕКСАНДР Ъ-ПИВОВАРОВ