Демографическая динамика мордовского населения России в ХХ веке

54

Демографическая динамика мордовского населения России в XX в.

В. К. Абрамов,

доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой новейшей истории народов России ГОУВПО «МГУ им. Н. П. Огарева»

Демографическая динамика мордвы в ХХ в., отраженная в материалах переписей и других статистических публикациях, подвергалась воздействию разнообразных факторов, среди которых важнейшими были исторические процессы, определяющие темпы и масштабы естественного русско-мордовского смешения, в значительной мере как следствие предшествующей национальной политики; общероссийские социальные и экономические условия, влияющие на общий рост населения страны и его структуру; методика проведения переписей или получения данных текущей статистики; моральнопсихологическое состояние мордовского населения в момент проведения переписи.

Первой переписью в России, проведенной в соответствии со всеми требованиями «повсеместности и единовременности», была 1-я Всеобщая перепись Российской империи 1897 г., показавшая рост численности мордвы с 660 тыс. (в 1859 г.) до 1 023 тыс. [7, 37; 13, 34]. Такое значительное увеличение, несомненно, было связано, как с общим большим приростом населения (по мнению специалистов, тогда мордва принадлежала «к самым плодовитым народностям Восточной Европы» [20, 122]), так и с повышением точности его учета. В то же время перепись 1897 г. отмечала граждан не по национальности, а по родному языку, т. е. приуменьшала численность нерусских. По оценке автора, мордвы тогда было около 1,2 млн. В губерниях

с наиболее высокой долей мордовскоязычного населения насчитывалось 34 дворянина с родным мордовским языком, около 5 тыс. казаков, более 10 тыс. мещан (горожан) и т. д. Основную часть (98,4 %) составляли крестьяне [2, 46, 48].

Перепись 1920 г. показала 1 154 тыс. граждан мордовской национальности, в том числе в Европейской России - 1 096 тыс. [2, 181; 14, 2]. Эти цифры вполне согласуются с людскими потерями в годы Гражданской войны, один из фронтов которой проходил по Среднему Поволжью. Ликвидация сословий коренным образом изменила социальную структуру населения, сделала более или менее точными лишь сведения по соотношению крестьян, рабочих и служащих.

Всесоюзная перепись 1926 г. отмечена у специалистов весьма высокой оценкой «устойчивости репрезентативности и достоверности» [23, 121-130]. Но даже повышением точности учета нельзя объяснить рост численности мордовского народа почти на 200 тыс. за 6 лет, особенно зная о больших потерях от голода 1921-1922 гг. Очевидно, здесь мы сталкиваемся с мощным морально-психологическим фактором, ставшим следствием повышения статуса немногочисленных народов страны в условиях новой национальной политики. По данным этой переписи, мордвы в стране было 1 340 тыс. чел., в том числе в Европейской России - 1 196 тыс. [4, 87]. По-прежнему подавляющее большинство народа составляли крестьяне.

Как известно, Всесоюзная перепись 1937 г. официально была объявлена дефективной, проведенной с грубейшими нарушениями положений статистической науки и утвержденных правительством инструкций в связи с тем, что совершенно неожиданно для сталинского руководства показала резкое падение темпов прироста населения. Однако современный анализ дает основания для заключения, что сведения переписи были сравнительно точными. Она показала, что численность людей, относящих себя

© Абрамов В. К., 2011

к мордовской национальности, уменьшилась до 1 249 тыс. чел., в том числе в Европейской России -до 1 163 тыс. [5, 83-93]. При этом произошло абсолютное сокращение количества мордвинов в средневолжском регионе, т. е. именно на коренной территории, почти на 200 тыс. чел., в том числе в собственной автономии - на 100 тыс. С учетом высокого естественного прироста, наблюдаемого в те годы, прямые потери мордовского народа двукратно превосходили приведенные данные. Совершенно ясно, что они были связаны, во-первых, с огромными жертвами, понесенными во время коллективизации и сталинских репрессий; во-вторых, с резко возросшей дисперсностью народа из-за массового выселения так называемых кулаков, разнообразных массированных вербовок, целенаправленного переселения мордовских семей с коренной территории в районы Казахстана, Алтая и Сибири. Таких потерь не понес больше ни один из народов Поволжья. Поясним, что переселение русской семьи, например, из деревни в город, меняло лишь ее социальную принадлежность; изолированная мордовская семья, как правило, русела уже в следующем поколении. Еще одной причиной, на наш взгляд, стала деградация национального самосознания в самой Мордовской автономии из-за особого преследования здесь национальных кадров (борьба с «буржуазным национализмом» и пр.). Доля мордвы в населении автономии сократилась с 40 % в 1930 г. до 34 % в 1939 г. Таким образом, политика центральной власти в 1930-е гг., особенно негативно проявившаяся в мордовском крае, не только привела к сокращению численности мордвы, но и подготовила условия для усиления ее ассимиляции в дальнейшем.

Перепись 1939 г., как считают специалисты, дала «намеренный переучет» населения СССР минимум на 2,9 млн чел. [6, 8—9]. Он был связан с прямым указанием Сталина и касался прежде всего регионов и народов с уменьшающимися показателями. Поэтому оценка численности мордвы в 1 456 тыс. чел. не может вызывать доверия. Показанная переписью доля городского мордовского населения (по России -21 %), существенно превосходящая данные по соседним народам со сходными социально-экономическими условиями, дает понять, каким способом была решена задача искусственного увеличения его численности. Особенно это бросается в глаза при сравнении с долей городского населения мордвы по России и СССР. Последняя, естественно, больше при всех переписях, кроме 1939 г. Вероятно, доля городской мордвы вполне соответствовала указанной величине в 20 %, но не следует забывать, что переселявшиеся в города финно-угры чаще, чем, например, представители тюркских народов, записывались русскими, от которых меньше отличались антропологически. Все переписи от 1897 до 1989 г.

это перманентное явление отражали одинаково - по заявлению респондентов. В границах МАССР перепись 1939 г. вполне точна, но в границах РСФСР она, односторонне увеличивая долю городской мордвы, выбивалась из общей методики и искусственно завышала численность всего нашего народа.

Данные переписи 1959 г. (проведенной обычным способом), показавшие 1 285 тыс. чел. мордовского населения в стране, стали восприниматься как свидетельство снижения численности мордвы, хотя на самом деле она с 1939 г. возросла на 3 %.

0 подобном росте свидетельствует увеличение доли мордвы за эти годы не только в самой автономии (с 34 до 36 % [1, д. 36-69, л. 26]), но и в некоторых других областях Поволжья. Однако в последующие годы послевоенные «демографические ямы», урбанизация, общее снижение рождаемости и усиливающаяся ассимиляция привели к сокращению численности мордвы. Перепись 1970 г. оценила ее количество в 1 263 тыс. чел.; 1979 - 1 192; 1989 г. -в 1 154 тыс. чел., в том числе в Российской Федерации соответственно: 1 211 (в 1959 г.); 1 177;

1 111; 1 073 тыс. чел. [25, 7]. Приведенные данные говорят об уменьшении численности мордовского народа за указанные 30 лет на 10 %. Это уменьшение проявилось во всех областях Поволжья. Например, доля мордвы в населении Куйбышевской (ныне Самарской) области сократилась с 7,6 до

3,6 %; Пензенской - с 6,9 до 5,7; Ульяновской -с 6,5 до 4,4 % [12, 2; 21, 100; 22, 51].

Примерно такие же темпы снижения в указанные годы мы наблюдаем и в Мордовской автономии. После катастрофических потерь, вызванных коллективизацией, репрессиями 1930-х гг., политикой переселения и войной, к 1945 г. количество ее жителей, по оценке НКВД, составило около 886 тыс. чел.[1, д. 31-2, л. 26]. К 1950 г. оно возросло лишь до 904 тыс. [1, д. 36-69, л. 26] из-за продолжающихся массовых вербовок и переселений (в Калининградскую область и др.). Создание местных совнархозов в середине 1950-х гг. и увеличение числа рабочих мест уменьшили эмиграцию из республики, численность ее населения стала возрастать. К 1970 г. она составила около 1 030 тыс. чел., но затем, прежде всего за счет резкого падения рождаемости (в 1960 г. родилось 27 571 чел.; 1970 - 15 423; 1975 - 14 983; 1985 -15 123; 1990 - 12 910; 1995 - 8 589; в 1999 г. -6 994 чел.), вновь сократилась. В 1981 г. городское население республики превысило сельское; с 1985 г. у последнего наблюдается отрицательный естественный прирост; с 1991 г. в Мордовии отмечается общий отрицательный естественный прирост [9, 5,

13, 35]. До этого уменьшение населения происходило главным образом за счет выезда людей в другие регионы. Причем мордвины выезжали в большей сте-

55

пени, чем русские или татары. Так, за 1979-1989 гг общее сокращение населения республики составило

2,6 %, а мордвинов - 7,5 %; за 1979-2002 гг. - 10,2 и 16,3 % соответственно.

В губерниях с наиболее высокой долей мордовскоязычного населения насчитывалось 34 дворянина с родным мордовским языком, около 5 тыс. казаков, более 10 тыс. мещан (горожан) и т. д. Основную часть (98,4 %) составляли крестьяне.

Следует отметить, что данная, крайне неблагоприятная, демографическая ситуация являлась общей для всего региона и для Российской Федерации в целом. Так, естественный прирост на 1 000 чел. населения в 1999 г. составил по России -6,3 %о, по Мордовии -7,6, по соседней с Мордовией Нижегородской области -9,5, Пензенской -8,9, Самарской -7,6, Саратовской -7,3, Ульяновской -6,4 % [19, 604]. Иными словами, этот процесс являлся общим как для русских, так и для финно-угров. Но мордовское население убывало значительно быстрее русского прежде всего за счет 56 ассимиляции, стимулированной миграцией из сельских районов в города и из Мордовии в регионы с более высоким уровнем жизни. Тюркское население находилось в более благоприятном положении. Так, доля татар в Пензенской области увеличилась с 4,9 % в 1970 г. до 5,4 % в 1989 г. В Ульяновской области в 1959-1989 гг. доля татар возросла с 8,7 до 10,6 %, а чувашей - с 5,3 до 7,3 % [12, 9; 15, 6].

Изменение численности мордвинов с 1970 по 2002 г. по различным регионам России показано в табл. 1.

Известно, что на демографическую динамику определенное влияние оказывает социальная структура населения. Современная социальная структура мордвы в общем соответствует структуре других нерусских народов Среднего Поволжья и определяется в первую очередь соотношением городского и сельского населения. Например, в Ульяновской области, по материалам переписи 1989 г., 59,1 % мордвы числились рабочими, 16,5 - служащими и 24,3 % - колхозниками. У татар в эти категории входили соответственно 59,3; 20,1; 20,5 %; у чувашей -62,9; 15,6; 21,3 %; у русских - 60,3; 31,7; 7,9 % [8, 76]. В плане профессиональной деятельности особенностью мордвы была сравнительно большая занятость в сельском (33,5 %; в 1897 г. - 96,5 %) и лесном (1,6 %) хозяйстве на фоне среднеобластных показателей 16,7 и 0,7 % [8, 123-124]. Следовательно, ниже среднеобластной была занятость мордвы в других сферах деятельности.

Приведенные данные вполне отражают социальную структуру на всей коренной территории мордвы и в демографическом отношении мало отличают ее от других народов Поволжья. Отмечая более быстрое уменьшение общей численности мордвинов по сравнению с русскими, нужно учитывать сохранение у мордвы высокого уровня рождаемости и даже рост доли мордовского населения в целом ряде регионов. Например, в начале 1990-х гг. произошло его увеличение в Республике Коми на 15,8 %, Марий Эл на

3,7, Якутии в 1,4 раза, Ямало-Ненецком АО в 4,3, Ханты-Мансийском АО в 2,5 раза. К сожалению, подобное «увеличение» только усилило дисперсность расселения мордовского народа.

Перепись 2002 г. показала очередное снижение количества жителей Мордовии - до 888 766 тыс. чел., а мордвы вообще - до 843 350 чел. (в том числе 52,1 % городского населения) [17, 10]. Более 100 тыс. мордвинов остались за пределами России в других бывших республиках Советского Союза (по данным 1989 г., около 30 тыс. в Казахстане, 20 тыс. в Украине, 12 тыс. в Узбекистане и т. д.). Доля мордвы в автономии сократилась до 32,0 %, а вся численность народа в России по сравнению с 1989 г. - на 21,4 %. Основной причиной этого стала дисперсность расселения мордвы. В качестве важных факторов также можно назвать, с одной стороны, высокую смертность, обусловленную уходом многочисленных поколений, родившихся в 1920-1930-е гг, а с другой - чрезвычайно малую рождаемость вследствие неквалифицированной демографической политики. Без сомнения, к способствующим факторам нужно отнести достаточно низкий жизненный уровень в Республике Мордовия по сравнению с рядом соседних областей и, особенно, Москвой, куда направлялся основной поток мигрантов.

Необходимо заметить, что с учетом всех вышеназванных факторов специалисты прогнозировали уменьшение количества граждан мордовской национальности в России к 2002 г. примерно до 1 млн чел. [3, 90]. Столь значительную деградацию можно отнести и к действию морально-психологических факторов, а среди последних назвать отмену пункта о национальности в новых паспортах, расширяющую возможности сокрытия своей национальности. Тем не менее сомнения в точности переписи 2002 г. по национальным показателям имеются.

Динамика расселения мордвы по основным регионам между тремя последними переписями показана в табл. 2. Приведенные в ней обобщенные данные отражают закономерность: чем выше плотность коренного населения, тем ниже темпы его ассимиляции. По основному ареалу расселения мордвы сокращение составило 17,2 %, по коренной территории - 13,6, по Мордовской автономии - 9,4 %, что лишь ненамного вышло за уровень общего

Динамика численности мордвы в 1970-2002 гг. и ее распределение по регионам России

Таблица 1

Составлено по: Финно-угорские и самодийские народы России: стат. сб. Сыктывкар, 2006. С. 16.

Регион Численность Распределение по регионам, %

1970 г. 1979 г. 1989 г. 2002 г. 1970 г. 2002 г.

Россия 1 177 492 1 110 753 1 072 939 843 350 100,0 100,0

Республика Мордовия 364 689 338 898 3 134 201 283 861 31,0 33,7

Самарская область 118 117 1 171 279 116 475 86 000 10,0 10,2

Пензенская область 106 485 95 718 86 370 70 739 9,0 8,4

Оренбургская область 92 215 80 611 68 879 52 458 7,8 6,2

Ульяновская область 69 644 64 016 61 061 50 229 5,9 6,0

Республика Башкортостан 40 745 35 900 31 923 26 020 3,5 3,1

Нижегородская область 51 628 45 028 36 709 25 022 4,4 3,0

Республика Татарстан 30 963 29 905 28 859 23 387 2,6 2,8

г. Москва 17 281 22 274 30 916 23 387 1,5 2,8

Московская область 16 540 21 660 28 328 21 856 1,4 2,6

Челябинская область 31 915 29 306 27 095 18 138 2,7 2,2

Саратовская область 23 865 23 344 23 381 16 523 2,0 2,0

Республика Чувашия 21 041 20 276 18 686 15 993 1,8 1,9

Свердловская область 17 135 16 164 15 453 9 702 1,5 1,2

Тюменская область 3 012 5 507 11 159 9 683 0,3 1,1

Красноярский край 17 997 15 779 14 873 7 523 1,5 0,9

Рязанская область 3 858 5 424 8 528 7 252 0,3 0,9

Кемеровская область 19 158 15 239 13 894 7 221 1,6 0,9

Краснодарский край 6 072 6 416 7 364 4 861 0,5 0,6

Алтайский край 11 005 8 466 7 455 4 769 0,9 0,6

Приморский край 11 847 10 233 9 193 4 307 1,0 0,5

Иркутская область 7 067 6 824 6 781 3 879 0,6 0,5

Волгоградская область 4 571 4 866 4 851 3 601 0,4 0,4

Владимирская область 3 829 4 199 5 142 3 570 0,3 0,4

Ростовская область 3 015 3 544 4 657 3 447 0,3 0,4

Хабаровский край 10 234 8 799 8 193 3 399 0,9 0,4

г. Санкт-Петербург 2 281 3 765 5 175 3 369 0,2 0,4

Сахалинская область 7 941 6 710 5 641 2 943 0,7 0,3

Новосибирская область 5 885 4 729 4 418 2 608 0,5 0,3

Мурманская область 3 071 3 739 4 214 2 479 0,3 0,3

Республика Коми 2 803 3 389 3 927 2 390 0,2 0,3

Пермская область 4 740 4 159 4 150 2 363 0,4 0,3

Калининградская область 3 280 3 678 3 482 2 320 0,3 0,3

Омская область 3 308 3 098 2 772 1 966 0,3 0,2

Ивановская область 3 618 3 626 3 386 1 948 0,3 0,2

57

58

Изменения расселения мордовского народа по регионам России, по данным переписей 1979-2002 гг.

Таблица 2

Основные регионы расселения мордвы 1979 г. 1989 г. 2002 г Мордва, % Мордва, %

Все население В том числе мордва Все население В том числе мордва Все население В том числе мордва 2002 г к 1989 г Дина- мика

Мордовия 989 509 338 898 963 504 313 420 888 766 283 861 90,6 -9,4 83,7 -16,3

Нижегородская область 3 711 617 45 028 3 719614 36 709 3 524 028 25 022 68,2 -31,8 55,6 -44,4

Пензенская область 1 510 325 95 718 1 504 569 86 370 1 452 941 70 739 81,9 -18,1 73,9 -26,1

Ульяновская область 1 267 765 64 016 1 396 193 61 061 1 382 811 50 229 82,3 -17,7 78,5 -21,5

Итого по коренной территории 7 479 216 543 660 7 583 880 497 560 7 248 546 429 851 86,4 -13,6 79,1 -20,9

Самарская область 3 093 501 117 127 3 262 906 116 475 3 239 737 86 000 73,8 -26,2 73,4 -26,6

Саратовская область 2 563 327 23 344 2 684 471 23 381 2668310 16 523 70,7 -29,3 70,8 -29,2

Оренбургская область 2 088 150 80 611 2 170 692 68 879 2 179 551 52 458 76,2 -23,8 65,1 -34,9

Итого по основному ареалу 15 224 194 764 742 15 701 949 706 295 15 336 144 584 832 82,8 -17,2 76,5 -23,5

Башкирия 3 844 280 35 900 3 943 113 31 923 4 104 336 26 020 81,5 -18,5 72,5 -27,5

Татария 3 445 412 29 903 3 641 742 28 859 3 779 265 23 702 82,1 -17,9 79,3 -20,7

Чувашия 1 298611 20 276 1 338 023 18 686 1 313 754 15 993 85,6 -14,4 78,9 -22,1

Красноярский край 3 198 551 15 779 3 605 454 14 873 2 966 042 7 526 50,6 -49,4 47,7 -52,3

Москва 8 057 395 22 274 8 875 579 30 916 10 382 754 23 387 75,6 -24,4 105,0 +5,0

Московская область 6 208 325 21 660 6 646 356 28 328 6618538 21 856 77,2 -22,8 101,0 +1,0

Кемеровская область 2 958 429 15 239 3 171 134 13 894 2 899 142 7 221 52,0 -48,0 47,4 -52,6

Свердловская область 4 454 508 16 164 4 706 763 15 453 4486214 9 702 62,8 -37,2 60,0 -40,0

Челябинская область 3 430 929 29 306 3 617 752 27 095 3 603 339 18 138 66,9 -33,1 61,9 -38,1

Россия 137 409 921 1 111 075 147 021 869 1 072 939 145 166 731 843 350 78,6 -21,4 75,9 -24,1

Составлено по: Финно-угорские и самодийские народы России: стат. сб. Сыктывкар, 2006. С. 16; Национальный состав населения РСФСР по данным Всесоюзной переписи населения 1989 года. М., 1990. С. 37, 70-89, 110-147; Сводные итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. М., 2005, Т. 14, кн. 1. С. 11-611.

сокращения населения республики — 7,8 % [11, 11], вызванного резким ухудшением жизненных условий в 1990-е гг. и государственной демографической политикой в указанный период.

Среди российских регионов наиболее благоприятными для мордвы являются республики Башкортостан, Татарстан, Чувашия, а также Пензенская и Ульяновская области, хотя и там темпы ассимиляции значительно выше, чем в Мордовии. Все это говорит о том, что в современных условиях Мордовия, при всех своих недостатках, является единственным более или менее удовлетворительным местом в России для сохранения мордовского этноса. Понижение статуса республики, например ее объединение с любой из русских областей, неизбежно приведет к усилению темпов ассимиляции и поставит под угрозу само существование мордовского народа.

В общем, перепись 2002 г. показала, что уменьшение численности мордвинов идет значительно более быстрыми темпами, чем, например, русских или представителей тюркских народов (в целом по России сокращение численности населения составило лишь 1,3 %). В то же время перепись однозначно подтвердила наличие единого мордовского народа. Несмотря на многолетнюю направляемую пропагандистскую деятельность некоторых организаций по расколу мордвы на так называемые мокшанский и эрзянский народы, из зафиксированных 843,5 тыс. чел. только около 80 тыс. отнесли себя к эрзянам и около 50 тыс. — к мокшанам, что в совокупности составляет лишь 15 % населения. Следует подчеркнуть, что подавляющее большинство этих людей проживают в Республике Мордовия, где такая дифференциация специально проводилась для планирования выпуска художественной и учебно-методической литературы и т. п. Нет ни малейшего сомнения в том, что проголосовавшие подобным образом также относят себя к единому мордовскому народу. Это показывают другие регионы, где призывов к указанию субэтнической принадлежности не было. Например, в Пензенской области из 70 739 чел., отнесших себя к мордве, только 25 и 49 чел. соответственно заявили о своей «мокшанской» и «эрзянской» национальности и т. д. В ходе проведенного в 2007 г. опроса в рамках Финляндско-Российского проекта «О положении финно-угорских народов России» только 3,9 % мордвинов заявили о своей «мокшанской» или «эрзянской» национальности, не упомянув о мордовской.

Динамика численности населения по отдельным районам Мордовии представлена в табл. 3.

Данные таблицы отражают абсолютное уменьшение численности населения по всем городам и райо-

нам республики на 7,8 %, мордовского населения -на 9,4 %. При этом произошло незначительное увеличение (на 4-7 %) доли мордвы в г. Саранске и пригородных Лямбирском и Ромодановском районах - явно за счет переезда из других районов республики. В 7 районах: Ардатовском, Атюрьев-ском, Атяшевском, Большеигнатовском, Дубенском, Старошайговском и Торбеевском - русское население убывало быстрее мордовского. В 13 районах: (Ельниковском, Зубово-Полянском, Ичалковском, Инсарском, Кадошкинском, Ковылкинском, Кочку-ровском, Краснослободском, Рузаевском, Темников-ском, Теньгушевском, Торбеевском, Чамзинском), наоборот мордовское население убывало быстрее русского. Как и в целом по России, в основном это зависело от плотности мордовского населения. Прослеживается явная обратная связь двух факторов - чем выше доля в населении района той или иной национальности, тем ниже темпы ее убывания.

Тенденцию нарушают лишь два района: Зубо-во-Полянский и Большеберезниковский. В Зубо-во-Полянском районе с долей мордвы в 50,6 % убыль мордовского населения составила 11,5 % при общей убыли в 4,4 %. Это может объясняться наличием в районе зоны лагерей с преимущественно немордовским составом, динамика которого зависит от специфических факторов. Что касается Большеберезниковского района (44,3 % мордвы), то экстраординарная убыль мордовского населения на 27,5 % при общей в 19,4 % требует специального исследования на месте.

Проведенный демографический анализ показывает, что дисперсность расселения мордвы, вызванная целенаправленной политикой центральной российской власти в течение XVII—XIX вв.*, в ХХ столетии еще более возросла. Такая разбросанность мордвы с учетом единой с русскими религией и близостью их антропологических типов делает со временем неизбежной полную ассимиляцию мордовского населения за пределами Республики Мордовия. Негативная демографическая ситуация в самой республике преодолима при условии создания и сохранения в мордовских селах рабочих мест, желательно производственной сферы, с приемлемой заработной платой. Разумеется, это

"Известный писатель и опытный чиновник П. И. Мельников-Печерский подчеркивал: «С крайней осторожностью стали смотреть в XVII столетии на мордву и всеми способами заботиться о наибольшем усилении русского населения между инородцами. В тоже время запрещено было продавать им оружие и всякие военные принадлежности, не позволялось в мордовских деревнях заводить кузницы и даже земледельческие орудия и другие металлические вещи, необходимые в домашнем быту, дозволялось покупать только в городах и притом в самом ограниченном количестве... В то же время приняты деятельнейшие меры к распространению между ней христианства, а главное, к утверждению ее в истинной вере и к возможно большему обрусению»

59

60

Динамика численности населения в районах Мордовии, по данным переписей 1959-2002 гг.

Таблица 3

Административная единица 1959 г. 1970 г. 1979 г. 1989 г. 2002 г. 2002 к 1989 г., динамика

Всего, чел. Мор- два, % Всего, чел. Мор- два, % Все- го, чел. Мор- два, % Всего, чел. Мордва, % Всего, чел. Мордва, % Всего, % Мор- два, %

г. Саранск* 99 509 10,1 208 909 ,3 5, 284 828 17,7 339 365 20,5 332 237 21,8 -2,1 +4,1

Ардатовский 44 203 40,3 48 300 45,3 41 871 46,3 36 494 45,7 34 565 45,8 -13,5 -13,4

Атюрьевский 28 819 52,2 22 316 62,3 18 984 68,7 15 016 72,4 12 151 76,5 -19,6 -14,9

Атяшевский* 47 898 63,2 38 868 66,9 32 811 68,5 27 437 67,4 22 889 67,8 -16,6 -16,1

Большеберезни- ковский 37 176 48,7 30 636 50,5 24 400 47,9 19 340 44,3 15 584 39,8 -19,4 -27,5

Большеигнатов- ский 18 657 54,1 14 600 59,8 12 084 62,1 10 715 65,5 9 483 68,0 -11,5 -8,1

Дубенский 28 287 59,6 24 997 65,2 21 109 67,8 18 683 70,1 16 366 70,6 -12,4 -11,7

Ельниковский 21 318 25,8 22 636 31,8 18 133 30,7 15 928 30,9 13 359 30,1 -16,1 -18,1

Зубово-Полян- ский* 84 085 58,1 78 987 63,2 65 318 60,8 68 790 50,6 65 735 46,2 -4,4 -11,5

Ичалковский 50 042 35,8 41 863 40,4 33 951 40,2 26 806 37,8 22 835 36,8 -14,8 -16,9

Инсарский* 26 841 29,2 41 242 32,0 35 097 32,4 29 373 29,3 15 909 29,4 - -

Кадошкинский** 25 983 29,4 - - - - - - 9 484 27,6 -13,6 -15,2

Ковылкинский* 61 702 31,9 77 774 42,5 68 440 42,1 55 346 38,9 47 361 38,3 -14,3 -15,6

Кочкуровский 31 779 65,5 27 475 72,4 20 242 74,1 13 852 77,1 11 829 75,7 -14,6 -16,2

Краснослобод- ский* 42 638 16,9 46 340 21,9 40 230 23,1 34 215 19,9 28 703 18,8 -16,1 -21,1

Лямбирский 30 639 0,8 28 565 3,4 30 741 8,0 34 343 14,1 33 872 15,3 -1,4 +6,9

Мельцанский** 19 207 24,7 - - - - - - - - - -

Пурдошанский** 21 862 23,6 - - - - - - - - - -

Ромодановский* 34 091 3,1 35 889 4,2 27 958 5,5 23 519 7,6 21 986 8,4 -6,5 +4,3

Рузаевский* 62 283 23,6 72 419 24,5 72 265 22,7 70 628 22,7 68 881 21,6 -2,5 -7,2

Рыбкинский** 24 086 60,5 - - - - - - - - - -

Старошайговский 24 684 44,3 32 450 37,8 25 259 41,8 18 343 45,3 15 870 48,2 -13,5 -7,9

Темниковский* 29 410 28,4 37 207 27,7 31 516 30,0 27 053 30,7 21 172 29,8 -21,7 -24,0

Теньгушевский 28 619 36,4 22 281 37,5 17 914 36,9 15 678 31,3 14 286 28,3 -8,9 -17,6

Торбеевский* 43 320 49,8 39 253 50,5 31 307 53,0 26 304 51,8 23 285 53,1 -11,5 -9,3

Чамзинский* 33 055 37,9 36 555 37,1 35 051 37,2 36 186 38,9 33 871 38,1 -6,4 -8,4

Итого 1 000 193 35,8 1 029 562 35,8*** 9 0 с* 8 9 34,2 963 504 ,5 2, СП 888 766 31,9 -7,8 -9,4

Составлено по: ЦГА РМ. Ф. 662. Оп. 23. Д. 570а. Л. 2-2 об.; Оп. 29а. Д. 423. Л. 28-142; Д. 424. Л. 143-262; Д. 425. Л. 263-361; Д. 426. Л. 362-487; Д. 427. Л. 488-597; Национальный состав населения Республики Мордовия: Итоги Всероссийской переписи населения Республики Мордовия. Саранск, 2005. С. 58-88.

*Вместе с населенными пунктами, подчиненными городской администрации.

** Мельцанский и Пурдошанский районы упразднены в 1962 г, Рыбкинский и Кадошкинский - в 1963 г. Последний восстановлен в 1991 г.

*** По официальным районным данным, численность мордвы в 1970 г. составляла 369 063 чел., или 35,8 % населения. По общим официальным данным, мордвы тогда было 364 689 чел., или 35,4 %.

Среди российских регионов более благоприятными для мордвы являются также республики Башкортостан, Татарстан, Чувашия, а также Пензенская и Ульяновская области, хотя и там темпы ассимиляции значительно выше, чем в Мордовии. В современных условиях Мордовия является единственным более или менее удовлетворительным местом в России для сохранения мордовского этноса.

должно сочетаться с оптимизацией общегосударственной демографической политики в России и Мордовии.

Что касается прошедшей переписи, то при ее проведении необходимо было более тщательно учитывать мордовское население по всей стране

и, особенно, в тех регионах, где в 2002 г. наблюдалось его чрезмерное уменьшение (г. Москва, Красноярский край, Кемеровская, Московская,

Нижегородская, Оренбургская, Самарская, Саратовская, Свердловская, Челябинская области) вследствие упущения переписчиков.

Хотелось бы обратить внимание на то обстоятельство, что национальность в переписи 2010 г. должна была указываться лично респондентом. Поскольку трудно представить, чтобы все члены семьи в течение почти двух недель с утра до вечера сидели дома, ожидая переписчиков, такое положение грозит большим недоучетом лиц мордовской национальности, в первую очередь в городах. В будущих переписях необходимо добиться отмены этого решения и устанавливать национальность родственников по заявлениям любых наличных членов семьи, как в переписях до 2002 г.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА

>

перепись; численность мордовского населения; регионы России; районы Мордовии

Census; Mordovian population; regions of Russia; regions of Mordovia

KEYWORDS

Поступила 30.04.2010

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИМ СПИСОК

>

1. Архив УФСБ Российской Федерации по Республике Мордовия. Д. 31; 36-39.

2. Абрамов, В. К. Мордовский народ (1897-1939) / В. К. Абрамов. - Саранск : Изд-во Мордов. ун-та, 1996. - 412 с.

3. Богоявленский, Д. Д. Этнический состав населения России // Социс. - 2001. - № 10. - С. 88-93.

4. Всесоюзная перепись населения 17 декабря 1926 г. - М. : ЦСУ СССР, 1929. - Т. 9. - 328 с.

5. Всесоюзная перепись населения 1937 г.: Краткие итоги. -М. : АН СССР ; Ин-т истории СССР, 1991. - 238 с.

6. Всесоюзная перепись населения 1939 года: Основные итоги. - М. : АН СССР ; Науч. совет по ист. демографии и географии, 1992. - 254 с.

7. Вопросы этнической истории мордовского народа. - М. : Изд-во АН СССР, 1960. - 256 с.

8. Демографическая, культурная и социально-экономическая характеристика отдельных национальностей Ульяновской области по данным Всесоюзной переписи 1989 г : стат. сб. - Ульяновск : Статуправление Ульяновской области, 1990. - 130 с.

9. Демографический ежегодник Республики Мордовия. - Саранск : Ком. гос. статистики РМ, 2000. - 142 с.

10. Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 г. РСФСР. -М. : Госстатиздат, 1963. - 456 с.

11. Итоги Всероссийской переписи населения 2002 года. -М. : Статистика России, 2005. - Т. 14. - 493 с.

12. Межнациональные отношения в Ульяновской области : справ.-информ. материал по Ульяновской обл. - Ульяновск : Статуправление Ульяновской обл., 1989.

13. Мордва. - Саранск : Мордов. кн. изд-во, 1981. - 334 с.

14. Мордовское население Пензенской губернии, его прошлое и современное состояние. - Пенза : Изд-во агитац. пропаг. отдела Пензенского губкома ВКП(б), 1927. - 139 с.

15. Население Ульяновской области. Итоги всесоюзной переписи населения 1959 г. - Ульяновск : Статуправление Ульяновской обл., 1961. - 110 с.

16. Национальный состав населения РСФСР по данным Всесоюзной переписи населения 1989 г. - М. : Госкомстат РСФСР, 1990. - 747 с.

17. Национальный состав населения Республики Мордовия. Информационно-аналитический материал. Итоги всероссийской переписи населения 2002 года. - Саранск : Ком. гос. статистики РМ, 2004. - 12 с.

18. Национальный состав населения Республики Мордовия: Итоги Всероссийской переписи населения Республики Мордовия / Федеральная служба гос. статистики ; Ком. гос. статистики РМ. - Саранск, 2005. - 97 с.

19. Самарская область : стат. сб. 99. - Самара : Самар. обл. ком. госстатистики, 2000. - 620 с.

20. Смирнов, И. Н. Мордва / И. Н. Смирнов. - Казань : Тип. Императорского ун-та, 1895. - 291 с.

21. 150 лет Самарской губернии. Цифры и факты. - Самара : Самар. обл. ком. статистики, 2000. - 405 с.

22. Ульяновская область за 50 лет Советской власти. -Ульяновск : Приволж. кн. изд-во. Ульяновский отдел, 1967. - 100 с.

23. Федорова, Н. А. Всесоюзная перепись населения 1926 г.: анализ статистической информации / Н. А. Федорова. - Казань, 1991.

24. Финно-угорские и самодийские нарды России : стат. сб. / Территориальный орган Федеральной службы гос. статистики по Республике Коми. - Сыктывкар, 2006. - 275 с.

25. Финно-угорский мир : стат. сб. / Ком. гос. статистики Респ. Коми. - Сыктывкар, 2004. - 68 с.

61

Обычно-правовые аспекты дохристианских верований мордвы

Ю. Н. Сушкова,

доктор исторических наук, заведующая кафедрой международного и европейского права, декан юридического факультета ГОУВПО «МГУ им. Н. П. Огарева»

Религиозные основы обычно-правовых отношений у 62 мордвы до принятия христианства определялись верой народа в божества, осуществлявшие покровительство над определенными сферами природы, хозяйственной деятельности, общественных и семейно-родовых отношений. Верховным богом, главным божественным судьей, у мордвы считался Нишке (эрз.), Шкай (мокш.). Мордва-эрзя называла его также теонимом Нишке-паз (паз - бог), Вере-паз (вере - верх, верхний), а мордва-мокша - Вярде Шкай (вярде - верх, верхний), Шкабавас, Оцю шкайбас [7, 40, 71-73, 96]. Согласно сферам покровительства божествами контролировалось поведение конкретной личности и коллектива в целом. Религиозные воззрения сопутствовали формированию обычно-правовых норм главным образом в части механизма реализации, выступая сакральным гарантом исполнения принятых решений, поскольку считалось, что их нарушение влечет за собой наказание со стороны не только земных (мирских) юридических институций, но и божественных.

По мордовским дохристианским верованиям божества обладали правомочием как помогать людям, так и наказывать их за те или иные непозволительные деяния, т. е. были амбивалентными. Для достижения желаемого результата люди старались умилостивить, задобрить их. В народе превалировало представление об абсолютной справедливости воли богов и умерших предков, которая считалась одним из основных ориентиров в восприятии отношений между человеком и богом. Потерпевший, обиженный умолял богов найти и наказать виновного, а тот, как правило, просил не

о пощаде, а о снисхождении. Мордва обращалась к богам за содействием в делах, в надежде получить возможность жить в добре и согласии, избегать споров, конфликтов, злых поступков.

В честь божеств на предполагаемых местах их обитания (в лесах, на полях, у рек, в жилищах, во дворах и банях, у родников и озер) устраивались моляны, моления (озкст), на которых совершались жертвоприношения, воздавались молитвы (мокш. озондомат, эрз. озномат). Моления были либо общественными -устраивавшимися всем селом для защиты коллективных дел, либо семейными - в интересах отдельной семьи. В них отражен уникальный обычно-правовой механизм народного правосудия. Его уникальность -в особой форме защиты, представления интересов, борьбы за права, благополучие как со стороны конкретной личности, так и группы в целом.

Одним из социально-правовых институтов у мордвы обстоятельно зафиксированных М. Е. Евсевьевым, у мордвы-мокши в начале XX в. была братчина. Так называлась группа семей, ведущих свое происхождение от одного предка. Например, община мокша-мордовского села Волгапино Краснослободского уезда Пензенской губернии делилась на 11 таких групп, включавших от 10 до 40 и более домов. Важной функцией братчин считались организация и проведение молений для поддержания в этих родственных группах (патронимиях) и в каждой индивидуальной семье благополучия, мира и согласия. Порядок и роли отдельных лиц в проведении моления во многом определялись правовым статусом индивида. Религиозная деятельность служила также средством усиления и закрепления различий в юридическом положении членам семей в зависимости от гендерных, возрастных и иных характеристик.

Семьи в рамках братчины обладали равным социально-правовым статусом, что подтверждалось порядком хранения символа молений, в качестве которого выступала родовая восковая свеча (штатол). Каждая братчина имела свой штатол, хранившийся

© Сушкова Ю. Н., 2011