По делу «Булгарии» ждут человеческого решения

Вчера в Московском райсуде Казани ключевой фигурант уголовного дела о крушении в 2011 году дизель-электрохода «Булгария», в результате которого погибли 122 человека, субарендатор судна Светлана Инякина отказалась признать свою вину.

В суде после перерыва вчера возобновился процесс по уголовному делу о крушении дизель-электрохода «Булгария». На заседании с последним словом выступила субарендатор судна директор казанского ООО «Аргоречтур» Светлана Инякина. Послушать ее, помимо многочисленных журналистов, пришли потерпевшие — зал был забит до отказа. Госпожа Инякина была единственной из пяти подсудимых, кто не успел выступить на предыдущем заседании 12 мая, когда остальные, в числе которых сотрудники надзорных речных ведомств и старший помощник капитана «Булгарии», заявили (см. „Ъ“ от 13 мая) о своей невиновности. Тогда фигуранты переложили вину на экипаж судна, а также на правоохранительные органы, которые, по их мнению, должны были запретить последний рейс.

До начала процесса в коридоре суда некоторые потерпевшие обсуждали между собой, что, «глядя в глаза», им скажет госпожа Инякина. «Может, подумала и раскаивается?» — предположила одна женщина. «Да что вы,— безнадежно махнул рукой в ответ седовласый мужчина.— Она не из тех людей…» Последний оказался наиболее проницательным — выступление подсудимой заняло всего несколько секунд, за которые она ни словом не обмолвилась о признании вины. «Прошу суд принять человеческое решение при вынесении приговора. Это все»,— отчеканила госпожа Инякина.

Напомним, ЧП произошло на Куйбышевском водохранилище 10 июля 2011 года, когда «Булгария» выполняла туристический рейс Казань—Болгар—Казань. На выходе из Болгара судно завалилось на правый борт и за три минуты затонуло. В результате погибли 122 человека, в том числе 28 детей. По версии следствия, причиной стала совокупность факторов: шторм, плохое техническое состояние судна, неумелые действия экипажа, который, в частности, не задраил иллюминаторы, через которые набралась вода.

Выступление госпожи Инякиной вызвало возмущение потерпевших. «И это все? Она издевается? Мы ждали ее слов больше месяца!» — негодовали одни. «Да ей просто нечего сказать в свое оправдание!» — говорили в сердцах другие. Кто-то более сдержанный произнес: «Бог ей судья…» «Подсудимый выступает с последним словом именно в тех объемах, в каких он сам считает необходимым выступить. Никто не прерывает, никто никаких замечаний не делает»,— постарался им объяснить судья Сергей Якунин. После того он сообщил, что «удаляется для постановления приговора», отметив, что «по закону обязан взять время», и пообещал, что «приговор будет провозглашен 3 июля».

Таким образом, у не признавшей своей вины госпожи Инякиной значительно уменьшились шансы на амнистию, проводимую в честь 20-летия Конституции РФ, ходатайство о которой она заявила во время одного из предыдущих слушаний. По ряду положений она попадает под нее и может быть освобождена от наказания, но при условии, что суд «признает необходимым назначить наказание до пяти лет лишения свободы включительно». Прокуратура просит для подсудимой 14,5 года колонии, на решение судьи о снижении этого срока вполне могло бы повлиять раскаяние, которого не произошло. Сами потерпевшие ранее говорили, что, возможно, не были бы против амнистии, если бы подсудимая «признавала свою вину».

«Такое короткое заседание лично я, учитывая психологический портрет подсудимой Инякиной, прогнозировал. Что может сказать человек, который в душе осознает всю свою вину, но никогда вслух в этом не признается. Потому что сказать ей нечего. Она сказала главное, что хотела сказать: надеюсь на справедливое решение суда. Мы тоже на это надеемся, но каким бы ни было решение суперсправедливым, та трагедия, к сожалению, будет с нами. Погибших никто не вернет»,— прокомментировал вчера журналистам последнее слово подсудимой казанский врач Геннадий Игнарин, у которого в кораблекрушении погиб 35-летний сын и который не пропустил ни одного судебного заседания по делу. По его словам, он во время заседаний «нарисовал психологический портрет» всех подсудимых и пришел к выводу, что их вина «не вызывает сомнений». В свою очередь, прокурор Евгений Дикарев сообщил журналистам, что гособвинение в полном объеме поддержало в суде иски потерпевших. Ранее потерпевшие заявили иски о компенсации морального вреда к подсудимым на общую сумму более 200 млн руб. Свое решение они объяснили тем, что это «не для личного обогащения», а чтобы в будущем не дать возможности осужденным фигурантам дела условно-досрочно освободиться из мест лишения свободы. По словам их адвокатов, такое освобождение невозможно, если осужденный не рассчитался полностью с долгом.