Как новый виток кризиса отразится на России?

Евгений Ретюнский, заместитель председателя правления Абсолют-банка:

— На какое-то время уменьшится потребительская активность и возрастет норма сбережений. Повысится спрос на валюту, так как люди хорошо помнят события трехлетней давности, когда рубль быстро откатился вниз. В условиях неопределенных процентных ставок притормозится рост длинных депозитов. Вместо этого люди пойдут в золото, но это несколько запоздалая мера, так как основной рост там уже состоялся, и золото близко к верхним ценовым уровням. Что же касается заявления Кудрина о больших внутренних заимствованиях, то он не может занимать эти деньги из матрасов. Государственные облигации могут покупаться банками, пенсионными и инвестиционными фондами, которые аккумулируют как корпоративные средства, так и деньги частных клиентов.

Мария Субботина, заместитель начальника аналитического управления Промсвязьбанка:

— Нынешний отток капитала и продажи на российском рынке носят в большей степени спекулятивный, чем фундаментальный характер. Небольшая девальвация в 5-7% не повредит российской экономике и повысит ее конкурентоспособность. Показатели федерального бюджета ухудшатся при нефти меньше $90 за баррель, и в таком случае действительно возрастет необходимость дополнительных заимствований. Но ежегодное привлечение 2 трлн руб. в течение трех лет потребует участия западных инвесторов, а для этого придется существенно либерализовать и упростить законодательство.

Нынешний виток кризиса не такой острый, как в 2008 году. Но восстановление может занять не меньше времени.

Евгений Ясин, научный руководитель НИУ ВШЭ:

— Были прогнозы, что к 2015 году у нас кончатся все деньги. Но с тех пор мы успели накопить новые резервы — во многом благодаря росту нефтяных цен. Так что тревожные прогнозы отодвинулись по времени. А вся нынешняя тревожность, связанная с ослаблением рубля и резкими скачками на рынке, происходит от плохой памяти. Мы забываем, что живем в эпоху турбулентности, и к таким вещам давно пора привыкнуть. В 2008 году экономические факторы носили более фундаментальный характер, чем сейчас.

Евгений Надоршин, главный экономист АФК "Система":

— Нынешняя паника на мировых рынках не будет иметь для нас долгосрочных последствий. Но надо понимать, что инвесторы боятся рисков. Если посмотреть на динамику торгов прошлой недели, в том числе на фондовых, валютных и сырьевых рынках, то видно, что они пребывают в растерянности. Вкладывать в развивающиеся рынки и проекты они будут с еще большей осторожностью. Это не будет напоминать ситуацию 2008 года, когда в одночасье сворачивались многомиллиардные сделки, но активность по новым проектам снизится.

Ярослав Лисоволик, главный экономист "Deutsche Bank Россия":

— В течение последних торговых сессий ЦБ обозначил курс на гибкость рубля. Это разительно отличается от ситуации осени 2008 года, когда ЦБ долгое время тратил резервы и играл на удержание валютного курса. Сейчас ЦБ экономит резервы. Снижение на рынках носит во многом спекулятивный характер, но и долгосрочные инвесторы уходят, не чувствуя особого доверия к развивающимся рынкам. К нынешнему времени паника утихла, но при негативной макроэкономической статистике падение может продолжиться. Если нефть упадет ниже $100 за баррель, то источники финансирования начнут ограничиваться. Государство будет вынуждено пойти на приватизацию и начать программу внутренних заимствований. Но сумму 6 трлн руб. следует воспринимать не как принятое решение, а скорее как некоторый потолок заимствований за три года.

Максим Петроневич, старший научный сотрудник Центра развития:

— При рассмотрении влияния нефтяных цен на экспортную выручку часто не учитывается временной фактор. А лаг по времени составляет два-три месяца, проходящих между заключением фьючерсной сделки, поставками и расчетами. В июне-июле цены на нефть были на комфортном для нас уровне, так что падение экспортной выручки в этом году отразится на платежном балансе не очень значительно. Стабильность платежного баланса и обменного курса рубля гарантируется при курсе $103-105 за баррель. В январе и феврале экспорт традиционно большой, а импорт — низкий. Поэтому угрозы дальнейшего ослабления рубля возникнут ближе к марту-апрелю.

Объявленный потолок заимствований 6 трлн руб., составляющий за три года 5% ВВП, может быть реализован в полной мере только при падении нефти ниже $90. Но такой сценарий представляется сейчас малореалистичным.

Михаил Мошиашвили, кандидат экономических наук, экс-председатель совета директоров Deutsche Securities:

— Импорт растет на 50% в год, на фоне снижения экспортной выручки это чревато нулевым или даже отрицательным сальдо платежного баланса. Ухудшение платежного баланса является фундаментальным фактором ослабления рубля. Существует миф, что снижение национальной валюты — благо для экспортно ориентированных экономик. На самом деле это верно только для экономик, экспортирующих оборудование, продукцию машиностроения, потребительские товары. Но основные статьи российского экспорта — это сырье: нефть, газ, металлы.

При разрыве пузырей на мировых рынках на фоне общего замедления темпов роста мировой экономики это сильно ударит по доходам страны, корпораций и домохозяйств.