Как вы оцениваете первый год Эльвиры Набиуллиной во главе ЦБ?

21 июня Госдума должна рассмотреть годовой отчет Банка России, а 24 июня исполняется год, как его возглавила Эльвира Набиуллина. За это время ей пришлось столкнуться и с необходимостью стимулирования резко замедлившегося роста экономики, и с ускорением инфляции, и с усилением волатильности курса рубля. Но главное, что отмечают наблюдатели,— ей удалось запустить работу по очистке банковской системы от неустойчивых и откровенно криминальных кредитных учреждений.

Сергей Дубинин, председатель наблюдательного совета банка ВТБ, в 1995-1998 годах председатель Центробанка России:

— ЦБ демонстрирует преемственность. Очень хорошо, что в важном органе кредитно-денежной политики и банковской системы существуют традиции преемственности. Трудно сказать, как заработает Центробанк в роли регулятора. Здесь много еще предстоит нарабатывать. Но сама по себе идея для российского финансового рынка правильная. С другой стороны, надо сказать, что в очень непростое время приходится работать Эльвире Набиуллиной — есть и внутренние проблемы экономики, а есть еще внешний экономический фон, с политическими проблемами и замедлением в целом экономического роста. Идет ограничение спроса на традиционные экспортные продукты, что влияет в том числе и на валютные курсы. Поэтому постановка вопроса о переходе к свободно плавающему курсу от управляемого плавания правильная. Необходимо сконцентрироваться на проектируемой инфляции. Ведь за двумя зайцами сразу бежать невозможно. Жизнь показала, что необходимо не допускать девальвации и переключиться на инфляцию для стабильного развития. Набиуллина продемонстрировала высокий профессионализм, и она хорошо справляется вместе со своей командой.

Сергей Алексашенко, экономист, в 1995-1998 годах первый заместитель председателя правления Центробанка:

— Не могу отметить никаких особых достижений, провалов тоже не было. Нормально работают, на четверку. Прошел всего год: за это время невозможно понять суть профессии, стать "настоящим банкиром". Тем более Центробанк — это ведь не банк, это орган государственного управления.

Анатолий Аксаков, зампред комитета Госдумы по финансовому рынку, президент Ассоциации региональных банков:

— Набиуллина показала себя последовательной, целеустремленной, профессиональной и принципиальной. Она четко исходит из необходимости устойчивой финансовой системы. Приятно, что инициативы, которые мы предлагали по улучшению ситуации в судебной практике по защите прав кредиторов, по рефинансированию, приняты. Она понимает, что любой заболевший организм проходит стадии либо лечения, либо удаления заболевшего органа. И в нынешней ситуации именно так и надо делать.

Виктор Геращенко, в 1992-1994 и 1998-2002 годах глава Центробанка России:

— Уже год будет? А я думаю, почему, когда я в банк прихожу за своей не персональной пенсией, все плачутся мне в плечо. Назначение с самого начала было глупым. Набиуллина — девушка, может, очень умная. Она 20 лет на разных должностях работала в Минэкономики, но какие успехи у нас в экономике? Зачем нужно было Улюкаева ставить министром экономразвития, хотя он девять лет был первым зампредом ЦБ, отвечающим за денежно-кредитную политику, а на пост главы ЦБ назначать человека, совершенно не знающего систему? Меня даже не волнует, что она за год сделала. А что касается отзывов лицензий, то я считаю, что иногда нужно строже относиться к тем, кто нарушает закон.

Михаил Беляев, главный экономист Института фондового рынка и управления:

— С денежно-кредитной политикой в области регулирования денежного оборота ЦБ справляется. Серьезные и обоснованные претензии могут быть к методам борьбы с инфляционными тенденциями. ЦБ так и не хочет принять во внимание, что у нас значительная часть инфляции определяется факторами немонетарными, которые лежат за пределами регулирования денежного обращения. А те методы, которые использует Эльвира Сахипзадовна, относятся к монетарным. Она держит ключевую ставку на высоком уровне, что не позволяет развиваться той ситуации, которая и должна уничтожить инфляцию. Похвально, что с ее приходом ЦБ пытается навести порядок в системе. Но, на мой взгляд, надо было действовать более избирательно: не лицензии отзывать, а оставлять на рынке, применяя инструментарий санаций, как это сейчас делается с Мособлбанком и татарским БТА-банком. Три десятка лицензий в прошлом году и три десятка в этом — очень серьезная величина. А чем занимался надзор, который считался эффективным? Почему ЦБ вдруг прозрел? Моя версия: все достигло уже таких масштабов, что этим просто надо было заняться. А чтобы круто изменить политику, нужна смена руководства, нужна была Набиуллина.