2001. 04. 006. Статьи по общему языкознанию

ОБЩЕЕ ЯЗЫКОЗНАНИЕ

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ И ОТДЕЛЬНЫЕ МЕТОДЫ

2001.04.006. СТАТЬИ ПО ОБЩЕМУ ЯЗЫКОЗНАНИЮ.

А.В. Кравченко (2) полагает, что лингвистика должна сосредоточиться на следующих проблемах: а) виды и типы знаков (семио-тика); б) виды и типы знаний (гносеология) и механизмы извлечения из этих знаков знаний (когнитивная семантика и прагматика — а, следова-тельно, и синтактика); в) условия возникновения и развития знаков (семиотический онтогенез) и принципы, регулирующие их функционирование (семиозис).

Изучение языка с целью понять его устройство и функционирование должно иметь эпистемиологическую ориентацию, требующую выход на большое количество смежных дисциплин, составляющих комплекс гуманитарных наук (философия, психология, социология, нейрофизиология и другие науки).

Знание как продукт сознательной деятельности материализуется в языке. Когда мы говорим об "опыте мира", мы подразумеваем и "опыт языка". Различия в опыте ведут к различиям в знании, а через них - к разным картинам мира. "Если мы действительно хотим понять язык, мы должны все время помнить, что наш путь познания должен пролегать по кругу "ЯЗЫК - СРЕДА — ОПЫТ — ПОЗНАНИЕ —ЗНАНИЕ — ЯЗЫК". Это означает, что пришла пора лингвистам определиться с основными положениями когнитивной философии языка, которая рассматривала бы язык не как систему представлений знаний... но как эмпирический объект/явление биологической природы, имеющий общебиологическую (естественную) функцию адаптации к среде" (с. 94).

Говоря о полевых моделях в современной лингвистике, Л.М. Босова и И.А. Герман (1) считают, что теория семантического поля представляет собой одну из форм систематизации языкового материала (значений). Помимо семантического поля они выделяют смысловое поле, представляющее собой — в отличие от семантического поля - принципиально открытую модель, ибо количество элементов этого поля определяется интегративным признаком, структурирующим смысловую доминанту поля, объединяющего вербальные и невербальные компоненты речевого произведения.

Смысловое поле — это модель функциональной системы смыслов, которые объединены актуальным для продуцента/реципиента интегративным признаком. Смысловое поле характеризуется открытостью; оно развивается по запрограммированному пути, "организуется" и направляется своим аттрактором. Смысловое поле формируется на основе действия таких когнитивных механизмов, как аналогия и символизация. Аналогия как операциональная модальная структура предельно абстрактна и обнаруживается в бесконечном количестве явлений. Символизация как принцип организации полевых структур не предполагает структурного подобия символизируемых реалий. "Когнитивные механизмы аналогии и символизации, будучи психофизиологическими константами, выступают операциональной основой стабилизации речевой деятельности" (с. 56).

В отличие от семантического поля, которое объединяет элементы на основе общности лексического значения, смысловое поле представляет собой функциональную систему гетерогенных средств представления/понимания смысла. Смысловое поле характеризуется теми же параметрами, что и семантическое поле (наличие структуры, ядра, периферии, неравномерность, аттракция, связь элементов).

"Семантические и смысловые поля сосуществуют как взаимообус-ловленные и взаимодействующие подсистемы единой концептуальной картины мира индивида, являясь при этом универсальными принципами организации речемыслительной деятельности" (с. 54).

Речевую деятельность авторы рассматривают как самоорганизующую систему, охватывающую субъект, его когнитивные структуры и язык как целостный объект -

субстанцию, отличную от составляющих ее элементов. Такой подход известен как лингвосинергетический, способствующий познанию сущностных свойств реалий, созданию целостного образа.

О лингвосинергетике рассуждают Н.А. Манаков и Г.Г. Москальчук в статье (4). Они полагают, что традиционный путь исследования от составляющих к целому не привел к постижению свойств текста как целостного объекта. В то же время нельзя отрывать постижение структуры целостного объекта от языковых единиц, которые могут быть переходным мостиком от уровня текстообразования к уровню формообразования текста как такового. Такими единицами являются два дополняющих друг друга конструкта — повторяющееся и различное.

Формы текста варьируются по интенсивности протекания синергетического процесса. Немаловажной является и проблема сопряженности текста со средой.

Имеющиеся исследовательские приемы позволяют, по мнению авторов: свертывать структуру текста в символы, читаемые компьютером; фиксировать разнообразные состояния структуры текста; идентифициро-вать метроритмическую матрицу любого текста на основе методики позиционных срезов и формулы текста; позиционно синхронизировать тексты различной протяженности и изучать не отдельные произведения, а достаточно большие их массивы; рассматривать дрейф формы русского текста в диахронии (например, в поэзии XIX-XX вв.); моделировать поведение идиостиля на фоне статистической тенденции эволюции русского текста, опираясь на правдоподобие реализованных форм; определять граничные условия модели.

По мнению В.В. Красных (3), лингвокогнитивный подход позволя-ет выделять и анализировать два основных "плана" коммуникации: обще-лингвистический аспект и национально-детерминированный компо-нент. Другими словами, данный подход позволяет анализировать универ-сальное в коммуникации и определять национальное. Человеческая коммуникация в статье определяется как процесс взаимодействия двух и более языковых личностей с целью передачи/получения/обмена информа-цией. В качестве субъекта коммуникации выступает человек говорящий, предстающий в каждый момент своей речевой деятельности в трех ипос-тасях: как личность языковая, речевая и коммуникативная. Каждый гово-рящий человек обладает индивидуальным когнитивным пространством (ИКП), набором коллективных когнитивных пространств (ККП) и когни-тивной базой (КБ) того национально-лингвокультурного сообщества, к которому он принадлежит.

ИКП и КБ формируются когнитивными структурами, среди которых выделяются феноменологические когнитивные структуры (ФКС) и лингвистические когнитивные структуры (ЛКС). Эти когнитивные структуры лежат в основе компетенции человека говорящего и можно установить определенные соотношения между типом когнитивных структур и видом компетенции. Так, языковая речевая компетенции формируются в первую очередь ЛКС, предметная компетенция - ФКС, культурная и коммуникативная — теми и другими. ЛКС участвует в формировании языковой картины мира. Материалом формирования концептуальной (образной) картины мира служат в первую очередь ФКС.

В.В. Красных понимает пресуппозицию как зону пересечения когнитивных пространств коммуникантов. Она выделяет три типа пресуппозиций, каждый из которых соотносим с определенным типом когнитивного пространства: 1) микропресуппозиция (соотносится с ИКП);

2) социумная, константная пресуппозиция (соотносится с ККП); 3) макропресуппозиция (соотносится с КБ) или ККП и включает в себя (1) знание конситуации, представления о ней, (2) знание контекста, т.е. понимание всех смыслов, релевантных для акта коммуникации,

3) понимание речи, если таковая имеет место. Проблемы в общении возникают в первую очередь тогда, когда нет макропресуппозиции и/или социумной (константной) пресуппозиции, что имеет место при межкультурном и/или межсоциумном общении.

Основной единицей коммуникации является коммуникативный акт (КА), понимаемый как функционально целый фрагмент коммуникации, ядром которого является текст (монолог, диалог или полилог). Каждый КА имеет две структурные составляющие - ситуацию и дискурс. В каждом КА выделяются четыре аспекта: 1) экстралингвистический аспект связан с конситуацией; 2) семантический аспект определяется контекс-том; 3) когнитивный аспект непосредственно связан с пресуппозицией; 4) собственно лингвистический аспект обусловливается речью.

Структура КА может быть представлена следующим образом:

Коммуникативный актив

Ситуация Конситуция

Контекст

Дискурс

Речь Пресуппозиция

Т.А.Фесенко (5) постулирует наличие "промежуточного языка мысли", опосредующего связь мышления с естественным языком, которое он определяет как "язык ментальных построений" (ЯМП). Одним из структурных компонентов этого языка является концепт. Концепт - это совокупность знаний и информации об актуальном или вероятном положении дел в реальном мире, в контексте эмоций, переживаний, ассоциации и т.д. Семантическое содержание концептов интерпретируется автором в контексте форм мысли носителя языка как их этнокультурная репрезентация. Любой концепт может быть переведен с одного языка на другой и представлен в иной вербальной "упаковке". Указанное положение иллюстрируется примером с немецким концептом seshaft, представленным в следующем вербальном контексте: Ich bin nicht seshaft, werde es nie sein... В семантической основе концепта seshaft лежат лексические единицы постоянно проживающий, местный, оседлый. Неоседлый человек (nicht seshaft) может считаться непоседой, концепт которого имеет ассоциативную связь с образом ребенка-"егозы" и сопровождается в этом контексте положительными психологическими оценками. Применительно к взрослому человеку образ "непоседа" рождает иные ассоциации, связанные с такими признаками как несеръезный, бездумный, ветреный, дурашливый и т.д., т.е. несет отрицательную психологическую и прагматическую оценку. Семантическая основа второго варианта концепта nicht seshaft складывается из смысловых компонентов бродяжничество, бездомность, скитание и т.д. Слово может быть переведено как бродяга и оно несет отрицательную оценку. Автор приходит к выводу "об определяющей роли концептуальных систем при трансформации исходного смыслового содержания, поскольку лингвокогнитивной основой понимания и оптимального перевода является согласованность уровней концептуальных систем представителей тех или иных лингвокультурных миров, в частности автора исходного текста и его переводчиков, и соотнесение "личностных картин мира" (с. 7-8).

В статье (7) А.А. Чернобров выделяет те аспекты семантики, где могут быть применены количественные методы: 1) коммуниканты при общении подразумевают больше, чем говорят, следовательно, доля имплицитных сем в значении слова может быть больше, чем эксплицитных; 2) компоненты значения слов обусловлены фоновыми знаниями, распространенность которых колеблется от двух коммуникантов до социума в целом; 3) вероятность появления имплицитных сем колеблется от величины, близкой к нулю, до близкой к ста процентам; 4) на вероятность появления имплицитных сем влияет распространенность фоновых знаний, стереотипы сознания данной культуры; 5) деление признаков на существенные и несущественные субъективно и уникально для большинства культур; 6) логические, психологические и гносеологические признаки часто могут быть различными и они не должны смешиваться друг с другом; 7) языковые концепты и компоненты значения отражают субъективные приоритеты и стереотипы сознания носителей данного языка и культуры: нельзя с точностью сказать, какое отношение эти ментальные структуры имеют к реальному положению вещей.

Объектом исследования статьи (6) выступает функционально-семантическое поле (ФСП) бытийности в современном английском языке. Автор приходит к следующим выводам: 1) оппозитивные отношения в структуре ФСП могут устанавливаться между единицами, принадлежащими различным уровням языковой системы; 2) поскольку ФСП представляет собой одну из языковых парадигм, функционирование оппозиций между составляющими его единицами раскрывает определенные стороны их семантики; 3) динамический характер функционально-семантических оппозиций проявляется в их совместной встречаемости на уровне осложненного/сложного предложения, сверхфразового единства или текста; 4) семантические оппозиции в структуре ФСП выявляют ряд систем необусловленных признаков лежащей в основе ФСП семантической категории и, следовательно, могут рассматриваться в качестве языковых явлений, формирующих соответствующую языковую картину мира.

Список литературы

1. Босова Л.М., Герман И.А. Перспективы использования полевой модели в современной лингвистике // Методология современной лингвистики: Проблемы, поиски, перспективы. Сб. ст. - Барнаул, 2000. - С. 52-57.

2. Кравченко А.В. Куда идет современная лингвистика // Там же. - С. 90-96.

3. Красных В.В. Лингвокогнитивный подход к коммуникации // Язык, сознание, коммуникация.

Сб. ст. - М., 2000. - Вып. 12. - С. 41-45..

4. Манаков Н.А., Москальчук Г.Г. Лингвосинергетика: Первые результаты проблемы и перспективы // Методология современной лингвистики: Проблемы, поиски, перспективы. Сб. ст. - Барнаул, 2000. - С. 107-113.

5. Фесенко Т.А. Концептуальное моделирование как метод изучения ментальной реальности человека // Язык, сознание, коммуникация. Сб. ст. — М., 2000. - Вып. 12. - С. 5-8.

6. Хрисонопуло Е.Ю. О характере лингвистических противопоставлений в структуре функционально-семантического поля // Квантитативная лингвистика и семантика. Сб. ст. -Новосибирск, 2000. - С. 237-243.

7. Чернобров А.А. Структура и системность в семантике и прагматике языка // Там же. - С. 244-

254.

Ф.М. Березин