Метафорическая модель концепта beauty, вербализуемая в художественном англоязычном мужском дискурсе

Lingua mobilis № 1 (47), 2014

УДК 808.1

МЕТАФОРИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ КОНЦЕПТА BEAUTY, ВЕРБАЛИЗУЕМАЯ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ АНГЛОЯЗЫЧНОМ МУЖСКОМ ДИСКУРСЕ

М. А. Каратышова

Статья посвящена описанию метафорической модели концепта BEAUTY (КРАСОТА), объективируемой в англоязычном художественном дискурсе мужчин. Основная цель статьи заключается в выявление наиболее частотных по своей дискурсивной реализации метафорических проекций, релевантных для рассматриваемого нами концепта. Специфика метафорического моделирования заключается в том, что метафорическая репрезентация концепта основана на перекатегоризации, представляющей собой перенос структуры иных концептов на структуру исходного. Материалом исследования выступает художественный текст, как основная сфера метафорической вербализации концепта BEAUTY. Наблюдается разнообразие и высокая частотность дискурсивной репрезентации данного типа модели концепта BEAUTY.

Ключевые слова: художественный дискурс, концепт, вербализация, метафорический перенос, метафорическая модель, гендер.

Описание структуры и содержательного наполнения концепта BEAUTY предполагает рассмотрение его метафорической модели, так как метафорическая вербализация концепта BEAUTY составляет 72,3% от общего корпуса примеров, репрезентирующих рассматриваемый концепт. Данная модель представлена совокупностью обобщенных моделей метафорических переносов, служащих средством конкретизации сущности рассматриваемого нами концепта посредством других концептов [6. С. 204].

Художественный текст, являющийся средоточием образных средств выражения, выступает приоритетной сферой метафорической вербализации концепт BEAUTY, наиболее ярко и рельефно отражая смысловое наполнение рассматриваемого концепта.

14

Язык художественной литературы

Итак, рассмотрим основные метафорические проекции, лежащие в основе вербализации концепта BEAUTY коммуникантами-мужчинами, располагая их по частотности дискурсивной реализации.

На первом месте по частотности объективации в речи мужчин находится метафорическая проекция КРАСОТА^СВЕТ (39,8% от корпуса контекстов метафорической вербализации концепта BEAUTY). Лексемы, содержащие компонент значения «giving light», такие как shining, sparkling, dazzling, brilliant, bright, jewellike, to flash, to gleam и др., используются коммуникантами-мужчи-нами при объективации различных областей концепта BEAUTY:

(1) And yet wonderful was the touch of her shoulders, beautiful the shining of her face [2. С. 177];

(2) There was something impenetrable about him, like his eyes, which were as bright as agate [2. С. 150].

Сема «giving light» является компонентом значения лексем shining и bright, что легко установить при анализе дефиниции данных лексических единиц: shining - producing light [7. C. 1316]; bright - shining with plenty of light [7. C. 156]. Метафорическое описание красоты глаз в примере (2) происходит через их сравнение с драгоценным камнем, агатом, и хотя в семантике лексемы agate семы «giving light» и «beauty» не содержатся эксплицитно, представление о драгоценном камне как о красивом, сияющем предмете позволяет утверждать о том, что данная лексема также выступает вербализатором рассматриваемого нами концепта, что служит доказательством метафорической проекции, существующей между концептами BEAUTY и LIGHT.

Итак, красота глаз, кожи, волос объекта положительной оценки зачастую метафорически описывается посредством их сопоставления с драгоценным металлом или камнем. В большинстве случаев данный прием выступает вспомогательным образным средством репрезентации рассматриваемого нами концепта (используется в высказывании наряду с другими, более эксплицитными вербали-заторами концепта BEAUTY):

(3) «And your husband, Natalie, what a treat to meet him. He’s so handsome and kind. Where did you find such a jewel?» [4. C. 125].

(4) The golden-skinned, handsome man near the fire watched her as she wept [2. С. 150].

15

Lingua mobilis № 1 (47), 2014

В некоторых случаях уже одного описанного метафорического приема бывает достаточно для того, чтобы воспринять и охарактеризовать объект оценки (или его компонент) как красивый. Несмотря на отсутствие в примере (5) эксплицитных вербализато-ров концепта BEAUTY, используемая в нем формулировка однозначно указывает именно на красоту глаз:

(5) The stranger turned round in his seat, and his quick-moving dark, jewel-like eyes went from the sergeant to the landlady [2. С. 149].

Следующей по частотности дискурсивной реализации среди мужчин является метафорическая проекция КРАСОТА^-ЦВЕТОК, лежащая в основе вербализации рассматриваемого концепта в 20% проанализированных примеров метафорической вербализации концепта. Показателен в этом отношении пример (6), в котором абстрактное понятие красоты развернуто представлено через конкретный образ цветка:

(6) True beauty takes a long time to mature...the real silver bloom, the real golden-sweet bouquet of beauty had its roots in the Renaissance, not in any later or shallower period [2. С. 220].

В приведенном примере ориентиром выступает концепт FLOWER, ментально проецирующийся на концепт BEAUTY. Обратим внимание на тот факт, что использование эпитетов silver и golden-sweet еще раз подтверждает уже упомянутую нами тенденцию к метафорическому описанию прекрасного посредством его сопоставления с драгоценным металлом. Нельзя также не отметить, что в рассматриваемом примере вербализован также феномен синестезии - слияния восприятий различными органами чувств (в данном случае зрительного и вкусового). Вербализация синестезии при репрезентации концепта BEAUTY в дискурсе, на наш взгляд, свидетельствует о том, что в ментальном пространстве говорящего имеет место поликонцептуальный бленд, когда слиянию подвергаются не два, а три и более концептов (в данном случае BEAUTY - FLOWER - TASTE).

В следующем примере содержание концепта BEAUTY также частично структурируется концептом FLOWER: увядание красоты сродни увяданию цветка без воды:

(7) When she appeared, she looked fresh, young and lovely. But she was inclined to fade rather quickly, like a flower without water, in the day-time [2. С. 238].

16

Язык художественной литературы

16,3% примеров проанализированной метафорической выборки обнаруживают метафорический перенос КРАСОТА^-КАРТИНА. Рассмотрим некоторые примеры, вербализирующие данный компонент нашей метафорической модели:

(8) «Amanda looked pretty as a picture...». She had never looked lovelier than she did that day [8. С. 123];

(9) «She’s such a picture! [3. С. 359].

Мужскому языковому сознанию свойственно представление о красоте как о мощном средстве воздействия, определенного рода силе. Ассоциативная связь КРАСОТА^-СИЛА представлена в 10,2 % от общего корпуса примеров, репрезентирующих метафорическую вербализацию рассматриваемого нами концепта. Красота воздействует на созерцателя, вызывая порой чувство недоумения, замешательства и беззащитности:

(10) In view of the delicate flame which seemed to come from her face like a light, he was powerless [2. С. 177];

(11) He was fascinated by that lady in all her charm. Completely fascinated. And for the rest, paralysed in a long-term confusion [2. С. 237].

Лексемы powerless, confusion и paralysed характеризуются наличием общей семы: the loss of ability to deal with or control a situation [7]. Таким образом, можно констатировать, что красота для созерцателя есть сила, под воздействием которой последний утрачивает контроль над ситуацией, становится уязвимым и зависимым от нее.

Последний из приведенных примеров демонстрирует посредством использования лексемы to fascinate смежную с описанной, но отдельную метафорическую проекцию КРАСОТА^-ЧАРЫ, существование которой также подчеркивает наличие пленяющей, завораживающей силы КРАСОТЫ, оказывающей воздействие на созерцателя. Показательны в этом отношении и следующие примеры:

(12) It was beautiful, her face. It seemed to mesmerize him [2. С. 171];

(13) He looked down at this beautiful woman like a creature spellbound or possessed by some devil’s own intention [2. С. 154];

(14) He looked down at her with his bewitched face [1. С. 24].

Очевидно, что лексемы to mesmerize, spell-bound и bewitched

имеют в своей семантике общий компонент значения, который

17

Lingua mobilis № 1 (47), 2014

можно представить в виде следующей формулировки: strong magic influence on somebody [7]. Характерно, что значительное число вер-бализаторов данной модели употребляется в форме пассива, что говорит о том, что созерцатель красоты выступает пациентом, испытывающим на себе ее магическую силу.

В связи с существующим в сознании ЯЛ мужчины представлением о красоте как о мощной силе воздействия (в том числе и колдовского) вполне закономерно наличие такой ассоциативной связи, как КРАСОТА^-СТРАХ:

(15) He looked down at the tangled wet hair, the bare shoulders. He was amazed, bewildered, and afraid [2. С. 177].

В анализируемом случае также показательно употребление вербализаторов BEAUTY в форме пассива (эксплицитно и имплицитно).

Итак, анализ языкового материала, репрезентирующего концепт BEAUTY в современном англоязычном мужском дискурсе, позволяет говорить о наличии шести основных ассоциативных механизмах, лежащих в основе процесса метафоризации концепта BEAUTY: КРАСОТА^СВЕТ, КРАСОТА^ЦВЕТОК, КРАСОТА^КАРТИНА, КРАСОТА^СИЛА,КРАСОТА^ЧАРЫ, КРАСОТА^СТРАХ.

Анализ процентной дистрибуции позволяет утверждать, что наиболее частотными в мужском дискурсе являются так называемые «однонаправленные» метафорические проекции, служащие средством прояснения относительно абстрактного содержания исходного концепта (BEAUTY) посредством более конкретных концептуальных понятий. Данная отличительная черта вербализации концепта BEAUTY может быть объяснена, на наш взгляд, стремлением мужчин к точности и простоте оценочной номинации.

Список литературы

1. Медовый месяц и другие рассказы английских писателей. М. : Айрис-пресс, 2006. 288 с.

2. Лоуренс, Д. Г. Рассказы (на английском языке). М. : Прогресс, 1997. 293 с.

Referencies

1. Medovyj mesjac i drugie rasskazy anglijskih pisatelej. M. : Ajris-press, 2006. 288 s.

2. Lourens, D. G. Rasskazy (na anglijskom jazyke). M. : Progress, 1997. 293 s.

18

Язык художественной литературы

3. Ahem, C. P. S. I love you. London, Harper Collins, 2008. 395 p.

4. Gaeddert, L. Perfect strangers. London, 1989. 173 p.

5. Johnson-Laird, P. N. Mental Models (Towards a Cognitive Science of Language, Inference and Consciousness). Cambridge : Cambridge University Press, 1983.318p.

6. Lakoff, G. The contemporary theory of metaphor // Metaphor and Thought. Cambridge : Cambridge University Press., 1993. P.202-251.

7. Longman Dictionary of Contemporary English. Barselona Pearson Education Limited, 2001. 1754 p.

8. Steel, D. Vanished. N. Y., 2007. 391 p.

9. Лоуренс, Д. Г. Рассказы (на английском языке). 9 декабря 2013.

3. Ahern, C. P. S. I love you. London, Harper Collins, 2008. 395 p.

4. Gaeddert, L. Perfect strangers. London, 1989. 173 p.

5. Johnson-Laird, P. N. Mental Models (Towards a Cognitive Science of Language, Inference and Consciousness). Cambridge : Cambridge University Press, 1983.318 p.

6. Lakoff, G. The contemporary theory of metaphor // Metaphor and Thought. Cambridge : Cambridge University Press., 1993. P. 202-251.

7. Longman Dictionary of Contemporary English. Barselona Pearson Education Limited, 2001.1754 p.

8. Steel, D. Vanished. N. Y., 2007. 391 p.

9. Lourens, D. G. Rasskazy (na anglijskom jazyke). 9 dekabrja 2013.

19