Приверженность к терапии у больных деменцией

ПРИВЕРЖЕННОСТЬ ТЕРАПИИ У БОЛЬНЫХ ДЕМЕНЦИЕЙ

Е.Е. Васенина, О.С. Левин

Современная терапия деменции требует длительного приема антидементных препаратов. Но как и при других хронических заболеваниях, эффективность лечения в значительной степени зависит от приверженности терапии, которая у пациентов с деменцией не превышает 40-50 %. В статье рассмотрены факторы, влияющие на приверженность антидементной терапии, даны практические рекомендации для улучшения комплаен-са. Обсуждаются вопросы безопасности лечения и особенности лекарственного взаимодействия антидементных препаратов со средствами симптоматической терапии поведенческих нарушений, а также с препаратами, необходимыми для коррекции сопутствующей соматической патологии. Приводятся данные об эффективности и безопасности применения Акатинола Мемантина в решении вопроса об улучшении приверженности лечения пациентов с деменцией.

Ключевые слова: деменция, болезнь Аль-цгеймера, приверженность терапии, Акатинол Мемантин.

Исходя из немногих эпидемиологических исследований и половозрастной структуры населения, в России примерно 1,8 млн пациентов с деменцией, в том числе 1,2 млн больных болезнью Альцгеймера, причем в ближайшие 10-15 лет можно ожидать увеличения распространенности деменции как минимум в 1,2-1,5 раза [1, 2]. В то же время фактические цифры в значительной степени отличаются от ожидаемых в связи с крайне низкой выявляемостью деменции и болезни Альцгеймера как в стационарном, так и амбулаторном звене, как в системе неврологической, так и психиатрической помощи [1, 3, 4]. Наряду с этим крайне низкая осведомленность населения о заболеваниях, сопровождающихся деменцией среди населения, стигматизированность диагноза, терапевтический нигилизм врачей в отношении БА — это лишь малая часть тех причин, которые приводят к недостаточной и поздней диагностике и малой эффективности терапии. Между тем с появлением современных противодементных препаратов появилась возможность у части больных со контролировать течение заболевания, замедлять 5 утрату бытовой автономии и развитие поведенческих симптомов, которые резко увеличивают на-^ грузку на лиц, ухаживающих за этими пациентами °! [1, 5]. Проблема лечения пациентов с деменцией

сводится не только к своевременной диагностике заболеваний и назначению оптимальной терапии, но также к укреплению приверженности терапии и «удержанию» пациента на назначенном лечении, что представляется достаточно сложной клинической задачей[4, 5].

Приверженность терапии, или комплаенс (англ. сотрИапое — производное от англ. сотр1у, действовать в соответствии с командами, требованиями, правилами) широко используется в литературе последние 30 лет, когда стало ясно, что значительная часть рекомендаций врача не выполняется Состояние приверженности лучше всего изучено у кардиологических пациентов, которым показан постоянный прием гипотензивных препаратов, антиаритмиков, антиагрегантов, статинов и др. [6, 7]. Несмотря на проведение образовательных мероприятий, школ для пациентов и доступность информации о риске неконтролируемой гипертензии и гиперхолестеринемии, приверженность больных к лечению остается низкой и не превышает 50 % [7]. Аналогичный показатель приверженности отмечен у пациентов с сахарным диабетом, которым необходимо четкое соблюдение схемы лечения, постоянного контроля уровня гликемии и риска развития ургентных состояний при несоблюдении врачебных рекомендаций.

При этом более высокая приверженность терапии связана с более высокой выживаемостью. Даже незначительные различия в приверженности могут приводить к клинически значимым положительным или отрицательным результатам. Например, регулярный прием одной таблетки антигипертензив-ного средства в течение недели снижает риск инсульта на 8-9 %, а небольшие отклонения в приеме варфарина приводят к быстрым непредсказуемым колебаниям эффективности или изменениям риска геморрагических осложнений.

При неврологических заболеваниях, требующих постоянного приема препаратов, показатели приверженности лечению в целом соответствуют таковым у терапевтических пациентов. Например, несоблюдение назначенной врачом терапии выявлено у 25-70 % пациентов с эпилепсией и 16-89 % больных болезнью Паркинсона. Столь значительный разброс показателей объясняется различием в методологии исследований [8].

Существует много причин низкой приверженности пациентов терапии. Некоторые из них относятся к самому пациенту (состояние его здоровья, наличие сопутствующих заболеваний, особенности его личности), некоторые — к применяемым

методам лечения (например, неудобный режим приема препаратов, необходимость многократного приема препаратов в течение дня), третьи связаны с особенностью назначения препарата данным конкретным врачом и чертами его личности, четвертые — с лицами, осуществляющими уход за больным и контролирующими прием им препаратов.

Деменция — состояние, при котором в силу полной или частичной утраты автономии пациента проблема его приверженности лечению стоит особенно остро. Кроме того, пожилым больным по поводу основного и сопутствующих заболеваний приходится принимать несколько препаратовв течение многих лет, при этом схема их приема постоянно усложняется и, как правило, предусматривает многократный прием препаратов в течение суток. Она может меняться в зависимости от результатов лечения, переносимости лекарственных препаратов и других факторов [3, 22]. В то же время эффективность других препаратов может представляться пациенту и его близким неочевидной, что может быть поводом для самостоятельного прекращения их приема. В любом случае оценка приверженности пациентов с деменцией и разработка методов по ее улучшению является важнейшей практической задачей.

Если с пациентом возможен открытый откровенный разговор, а память остается относительно сохранной, состояние его приверженности лечению можно оценить при непосредственном опросе. Однако объективная информация может быть скрыта из-за выраженных когнитивных нарушений или в силу иных причин, вынуждающих больного или его родственников скрывать отклонения от рекомендаций врача. В качестве таких причин чаще всего выступает желание больного или его родственников продемонстрировать неэффективность терапии, недоверие пациента или родственников к врачу, убеждения больного во вредности длительного приема препаратов, возможности их токсического воздействия на внутренние органы. Мотивы такого поведения разнообразны (от простого желания получить группу инвалидности до сложных психологических проблем, связанных с «уходом в болезнь», формированием ожидания у больного и манипулированием поведением близких людей). Кроме этого, пациент может скрывать перерывы в лечении и несоблюдение других рекомендаций в силу боязни навлечь на себя гнев со стороны лечащего врача или расстроить последнего, что также нередко служит причиной не вполне откровенного ответа на вопросы, касающиеся приверженности лечению. Таким образом, расспрашивая больного, мы нередко можем получить ту информацию, которую хотим услышать, по крайней мере, по мнению пациента, а не ту, которая отражает действительность. В такой ситуации прямой вопрос не имеет смысла, и необходимы объективные методы оценки приверженности.

Методы оценки приверженности пациентов терапии делят на прямые и непрямые. К прямым

относят прямое измерение количества самого препарата или уровня его метаболитов в крови, моче, слюне. Прямое измерение концентрации препаратов или их метаболитов в крови и других биологических средах, с одной стороны, предоставляет максимально объективную информацию об истинном приеме препарата, что невозможно ни при одном из других методов. С другой стороны, если данная процедура выполняется лишь при очередном визите к врачу, то приверженность тоже может быть завышена, так как известно, что больные лучше соблюдают рекомендации по приему препаратов накануне визита к врачу. При интерпретации результатов подобных исследований следует учитывать, что приверженность терапии может улучшиться во время самой процедуры измерения.

Применение электронных устройств, которые монтируются во флакон с препаратом и фиксируют в памяти время и кратность открытия крышки флакона, позволяет обеспечить ежедневной мониторинг не только регулярности приема препаратов, но и отследить интервал между дозами. К сожалению, даже столь сложный метод не позволит с уверенностью говорить о том, что лекарственный препарат был действительно принят пациентом. В идеале он должен дополняться фармакокинетическим анализом, что возможно лишь в очень ограниченных исследованиях. В условиях стационара контроль приема препаратов в крайних случаях может осуществляться медицинским персоналом, и именно электронное мониторирование считается золотым стандартом в изучении приверженности терапии, но используется оно редко в связи с высокой стоимостью и техническими трудностями проведения.

К непрямым относятся методы оценки приверженности к терапии с помощью опросников, которые, как правило, используются в массовых исследованиях приверженности больных к терапии и считаются наиболее доступным способом ее оценки. Они имеют небольшую информативность, когда группа исследуемых невелика. Одним из самых распространенных (не в последнюю очередь благодаря своей простоте) методов оценки приверженности пациентов к лечению является опросник Мориски-Грина (Мапэ^-ОгеепТеэТ — MGT), который включает 4 вопроса:

1) забывали ли вы когда-либо принять препараты?

2) не относитесь ли вы иногда невнимательно к часам приема лекарств?

3) не пропускаете ли вы прием препаратов, если чувствуете себя хорошо?

4) если вы чувствуете себя плохо после приема лекарств, не пропускаете ли вы следующий прием [25]?

Комплаентными согласно данному тесту являются больные, набирающие 4 балла, некомплаент-ными — менее 3. Иногда прибегают к дополнительным вопросам, например, принимает ли больной препараты, если находится вне дома, в поездках, при приеме алкоголя и др. [37].

со

о сч

О!

со

о сч

01

Более надежную оценку дает подсчет количества выданного и возвращенного препарата. Этот метод оценки приверженности, как правило, используют в клинических исследованиях. Он позволяетоценивать приверженность больного количественно, но не доказывает факта приема препаратов и соблюдения режима их приема. Как правило, приверженность, оцененная данным методом, является завышенной, так как нередко больные возвращают не все оставшиеся у них таблетки. Это может происходить по различным причинам, чаще всего в силу попытки представить себя как больного, соблюдающего режим приема препаратов, или «сэкономить» выданный препарат. Приверженность считается удовлетворительной, если по данному методу соответствие между ожидаемым и реально возвращенным количеством препарата составляет 80 % и выше.

Данные о приверженности пациентов с де-менцией к терапии ограничены и противоречивы. К настоящему времени выполнено всего несколько исследований, оценивающих ее. Низкая приверженность пациента к лечению может приводить к усугублению симптомов деменции и быть причиной ошибочного решения о необходимости изменения схемы терапии, поскольку и пациент, и врач могут рассматривать ухудшение когнитивных функций как признак недостаточной эффективности лекарственных препаратов. Это может привести к неоправданным изменениям схемы приема препаратов, их дозировок и вместо положительного эффекта вызвать развитие побочных эффектов, что бывает причиной дальнейшего ослабления приверженности к лечению и замыкает порочный круг.

Выделяют первичное и вторичное нарушение приверженности больных терапии. При первичном нарушении приверженности пациент с самого начала не принимает назначенный препарат. Оно может быть намеренным и определяться такими факторами, как неприятие пациентом диагноза, рекомендаций, слишком высокая стоимость препарата, и непреднамеренным, когда несоблюдение назначений может обуславливаться забывчивостью пациента [6, 7, 12].

Недостаточная эффективность терапии также может привести к самостоятельному прекращению приема препаратов. Этому нередко способствуют такие факторы, как завышенный уровень ожиданий от лечения и депрессия. Важной причиной низкой приверженности терапии являются сопутствующие заболевания, которые часто встречаются у пожилых людей с деменцией, и существенно увеличивают число препаратов, которые вынужден принимать пациент. Подсчитано, что пациент с деменцией принимает одновременно в среднем 2,5 наименования препаратов, а с учетом средств, применяемых по поводу сопутствующих заболеваний, это число увеличивается до 5. Депрессия и апатия являются другими независимыми прогностическими факторами низкой приверженности к лечению. Когнитивные нарушения также ограничивают способность пациента адекватно

оценить эффективность лечения и следовать определенному графику лечения.

В случае деменции важнейшим фактором, влияющим на приверженность терапии, является отношение к лечению родственников пациентов и ухаживающих за ними лиц. Кроме того, личностные, поведенческие, психотические нарушения, снижение критики пациента, подозрительность могут быть причиной отказа от приема лекарств. Кроме того, приверженность терапии снижает затрудненная оценка эффективности лечения, особенно при прогредиентном нейродегенеративном заболевании, когда положительный эффект лечения может заключаться лишь в замедлении про-грессирования заболевания. То есть у пациентов с деменцией отсутствует «фактор наглядности» проводимой терапии, что требует детальной работы с родственниками по «управлению» их ожиданиями.

Показатели приверженности терапии напрямую зависят от возраста пациентов, степени тяжести деменции, половозрастных характеристик ухаживающих лиц, а также особенностей действия препаратов. По данным анализа более 20 тыс. пациентов, получавших ингибиторы холинэстеразы (ИХЭ), показатели приверженности составили 69,9 и 52,7 % пациентов соответственно через 6 и 12 месяцев лечения, причем наилучшие показатели «удержания» на терапии были отмечены у донепезила, который больные принимали один раз в день, а наиболее низкую приверженность лечению демонстрировали те больные, которые получали ривастигмин. При этом профиль безопасности и спектр побочных эффектов ИХЭ оказался сопоставимым у всех ИХЭ. Появление новых лекарственных форм препаратов, в частности пластыря ривастигмина, позволило улучшить приверженность терапии за счет однократности приема и уменьшения количества побочных эффектов со стороны желудочно-кишечного тракта.

Наиболее крупное исследование приверженности терапии при деменции было проведено с участием 15 тыс. больных с БА. За 6 месяцев наблюдения лечение прекратили 34 % пациентов, а спустя год — 58 %. При этом среди пациентов, принимавших Мемантин, приверженными к лечению остались 55 %, а у пациентов, принимавших ИХЭ, этот показатель был достоверно ниже — менее 40 %.

Повышению приверженности терапии может способствовать информирование пациентов и ухаживающих лиц о предполагаемом эффекте лечения, побочных эффектах, необходимости длительного приема препаратов. Однако исследования, оценивающие действенность образовательных методик (брошюры, видеофильмы, консультирование, школы), а также физических средств напоминания (сигнализаторы, графики, специализированная упаковка, напоминание через мобильный телефон и т.д.), показывают незначительный и непродолжительный эффект [10]. В метаанализе рандомизированных контролируемых исследований, которые включали 18 922 пациентов с хроническими заболеваниями,

не удалось определить эффективных стратегий для улучшения приверженности лечению [18, 21].

Большинство подобных исследований ставят в качестве первоочередной задачи скрупулезное следование указаниям врача, тогда как исследования в области психологии здоровья показывают, что люди склонны интерпретировать советы и принимать собственные решения (даже в случае, когда консультацию проводит знакомый врач или врач, чье мнение они уважают). Важно знание индивидуальных убеждений пациента и его опекуна, понимание ими сути заболевания и целесообразности терапии, вовлечение их в процесс принятия решения, понимание пациентом плана действий, встраивание приема препаратов в его ежедневный распорядок. На приверженность лечению влияют также:

— доступность врачебной поддержки, контроль и регулярность наблюдения;

— эффективность терапии, включая «ощутимость» пациентом и опекуном ее эффекта;

— безопасность терапии;

— фармакоэкономические аспекты и доступность терапии;

— удобство применения назначенных средств;

— их сочетаемость с сопутствующей терапией.

Применение базисных антидементных препаратов (ИХЭ и Мемантин) опирается на хорошую доказательную базу. Так, в плацебо-контролируе-мых исследованиях у больных болезнью Альцгей-мера показана способность Акатинола Мемантина улучшать когнитивный и функциональный статус, а также уменьшать поведенческие нарушения.

Более высокая безопасность Мемантина и относительная быстрота наступления эффекта повышает приверженность лечению как со стороны пациентов, так и со стороны их родственников и ухаживающих за ними лиц.

Доказанная эффективность антидементных препаратов по данным контролируемых исследований, к сожалению, не всегда столь же значима для родственников и ухаживающих за пациентом лиц и не всегда обусловливает высокую приверженность к терапии. Правильно сформирован-

ные ожидания, разъяснение целей проводимой терапии являются неотъемлемой частью лечения больных [1, 2].

В практической деятельности врача целевой точкой может быть оценка по Краткой шкале исследования психического статуса (ММБЕ), проводимой каждые 6 месяцев (снижение оценки менее чем на один балл за полгода может быть расценено как положительный результат). Однако чувствительность ММБЕ, как и других стандартных шкал по мере прогрессирования деменции снижается, поэтому часто приходится делать акцент на качественную оценку функционального статуса, повседневной активности пациента, его способности к контакту, степени сохранения бытовой автономии, а также динамику аффективных, поведенческих и психотических нарушений (таблица).

Пожилой возраст пациентов предопределяет наличие частой сопутствующей патологии (артериальная гипертензия, сердечная недостаточность, нарушения сердечного ритма, сахарный диабет и т.д.) и, соответственно, дополнительных препаратов, принимаемых пациентом для коррекции этих заболеваний. Поэтому для врача при выборе базисной терапии необходимо учитывать риск лекарственного взаимодействия. Так, совместное назначение карбамазепина и кветиапина может приводить к снижению концентрации последнего в плазме на 90 %, почти полностью нивелируя его симптоматический эффект, что часто компенсируют увеличением дозы кветиапина, а это в свою очередь повышает риск побочных эффектов.

Анализ побочных эффектов ИХЭ как следствие возможного лекарственного взаимодействия показал, что у 54,5 % пациентов отмечены эпизоды брадикардии ввиду отсутствия коррекции дозы принимаемых ими кардиологических препаратов. Важно учитывать возможность взаимодействия ИХЭ с препаратами, оказывающими холинолити-ческое действие. Показано, что пациенты, получавшие одновременно ИХЭ с холинолитиками, демонстрировали значительное ухудшение по показателям когнитивных шкал. Совместный прием ИХЭ и нейролептиков также может оказать

Таблица. Качественные ориентиры эффективности антидементной терапии в зависимости от исходной тяжести деменции

Деменция Легкая Умеренная Тяжелая

Когнитивные функции Лучше память на недавние события и личные данные; лучше внимание, более быстрая реакция Лучше строит фразы; лучше вспоминает события жизни (например, профессию) Лучше узнает знакомых; лучше контакт при необходимости помощи

Повседневная активность Улучшение инструментальной активности; улучшение планирования Улучшение базисной активности; улучшение одевания, гигиенических процедур и т.д. Меньше сопротивления действиям ухаживающих лиц; меньше сопротивления использованию приспособлений для ходьбы

Поведение Больше мотивации и инициативы; улучшение настроения, контактности Устранение возбуждения, агрессии,психотических нарушений Меньше стонов и вокализаций в отсутствие дистресса; снижение возбуждения при попытках помощи

со

о см

О!

со

о

CN

Ol

неблагоприятное влияние как на когнитивный статус, так и на сердечно-сосудистую систему, в частности повышая риск синкопальных состояний. Нейролептики могут способствовать пролонгации интервала QT, что отмечено как у классических препаратов (галоперидол и др.), так и у атипичных средств (кветиапин, рисперидон, оланзапин и др.).

Благоприятный профиль безопасности и переносимости, а также низкий риск лекарственных взаимодействий при терапии Акатинолом Меман-тином предопределяет высокую приверженность терапии данным препаратом. Конечный путь метаболизма Мемантина осуществляется через почки и, соответственно, не задействует систему печеночных энзимов, тем самым минимизируя риски лекарственного взаимодействия на уровне печени, в том числе при комбинации со средствами симптоматической терапии (антипсихотиками, антидепрессантами и т.д.).

Упрощение схемы лечения может быть достигнуто назначением препаратов с более низкой частотой приема. Однако эти действия не должны привести к уменьшению эффективности или увеличению частоты побочных эффектов. Новая лекарственная форма Акатинола Мемантина, содержащая в одной таблетке 20 мг активного вещества, упрощает схему лечения и позволяет рассчитывать на дополнительное повышение приверженности терапии. Таким образом, при выборе препарата для базисной терапии деменции следует учитывать вопросы приверженности терапии и лекарственного взаимодействия.

Литература

1. Левин О.С., Васенина Е.Е. Диагностика и лечение когнитивных нарушений и деменции. - М.: Медпресс-информ, 2015. - 80 с.

2. Гаврилова С.И. Болезнь Альцгеймера. Современные представления о диагностике и терапии. - М., 2012. -80 с.

3. Гаврилова С.И. Фармакотерапия болезни Альцгеймера. - М., 2003. - 319 с.

4. Левин О.С. Алгоритмы диагностики и лечения деменции. - М., Медпресс-информ, 2011. - 127 с.

5. Васенина Е.Е., Левин О.С. Особенности клинической картины и лечения умеренной и тяжелой болезни Альцгеймера // Журнал неврологии и психиатрии им. C.C. Корсакова. - 2015. - Т. 115, № 6-2. - С. 17-25.

6. Yeaw J., Benner J.S., Walt J.G., Sian S., Smith D.B. Comparing adherence and persistence across 6 chronic medication classes // J. Manag. Care Pharm. 2009; 15 (9): 728-40.

7. Haynes R.B., Ackloo E., Sahota N., McDonald H.P., Yao X. Interventions for enhancing medication adherence // Cochrane Database of Systematic Reviews. 2008 (Issue 2): CD000011.

8. Левин О.С., Тумгоева А.И. Приверженность к терапии больных с болезнью Паркинсона и пути ее повышения // Consilium medicum. - 2012. - № 2. - С. 14-19.

9. Bond M., Rogers G., Peters J., et al. The effectiveness and cost-effectiveness of donepezil, galantamine, rivastigmine and memantine for the treatment of Alzheimer's disease (review of Technology Appraisal No. 111): a systematic review and economic model // Health Technol. Assessment. 2012; 16 (21).

10. Боголепова А.Н. Приверженность антидементной терапии // Фарматека. - 2009. - №4. - С. 54-56.

11. Pasqualett G., Sara Tognini, Valeria Calsolar, Antonio Polini. Potential drug-drug interactions in Alzheimer patients with behavioral symptoms // Clinical Interventions in Aging 2015: 10 1457-1466.

12. Borah B., Sacco P., Zarotsky V. Predictors of adherence among Alzheimer's disease patients receiving oral therapy // Curr. Med. Res. Opin. 2010; 26 (8): 1957-1965.

13. Haider B., Schmidt R., Schweiger C., et al. Medication Adherence in Patients With Dementia: An Austrian Cohort Study // Alzheimer Dis AssocDisord. 2013. Oct 9 [Epub ahead of print].

14. Henley D.B., Sundell K.L., Sethuraman G., Schneider L.S. Adverse events and dropouts in Alzheimer's disease studies: What can we learn? // Alzheimers Dement. 2014. Mar 6. pii: S1552-5260(13)02944-0.

15. Brewer L., Bennett K., McGreevy C., Williams D. A population-based study of dosing and persistence with antidementia medications // Eur. J. Clin. Pharmacol. 2013; 69 (7): 1467-75.

16. Mucha L., Shaohung S., Cuffel B., et al. Comparison of cholinesterase inhibitor utilization patterns and associated health care costs in Alzheimer's disease // J. Manag. Care Pharm. 2008; 14 (5): 451-461.

17. Sicras-Mainar A., Vergara J., Leon-Colombo T., et al. Retrospective comparative analysis of antidementia medication persistence patterns in Spanish Alzheimer's disease patients treated with donepezil, rivastigmine, galantamine and memantine // Rev. Neurol. 200; 43 (8): 449-53.

18. Stamouli S.S., Tzanakaki M., Giatas S., et al., Multicenter Observational Study for Patients with Alzheimer's Disease Treated with Memantine in the Clinical Practice// Dement Geriatr. CognDisord. Extra. 2011; 1: 10-19.

19. Roe, C. M., Anderson, M. J. and Spivack, B. (2002), Use of Anticholinergic Medications by Older Adults with Dementia // Journal of the American Geriatrics Society, 50: 836842. doi:10.1046/j.1532-5415.2002.50208.

20. The American Geriatrics Society 2012 Beers Criteria Update Expert Panel (2012), American Geriatrics Society Updated Beers Criteria for Potentially Inappropriate Medication Use in Older Adults // J Am GeriatrSoc, 60: 616-631. doi:10.11 11/j.1532-5415.2012.03923.

21. Carnahan, R. M., Lund, B. C., Perry, P. J. and Chrischilles, E. A. (2004). The Concurrent Use of Anticholinergics and Cholinesterase Inhibitors: Rare Event or Common Practice? // Journal of the American Geriatrics Society, 52: 2082-2087. doi:10.1111/j.1532-5415.2004.52563.

22. US Food and Drug Administration. Deaths with Antipsychotics in Elderly Patients with Behavioral Disturbances. US FoodandDrugAdministration; 2005. Availablefrom: http:// www.cchrint.org/pdfs/US_Food_and_Drug_Administration_ Warnings_on_Antipsychotic_Drugs.pdf. AccessedAugust 15, 2015.

Adherence to therapy in patients with dementia

Vasenina E. E., Levin O. S.

Modern therapy of dementia requires long-term use antidementia drugs. But as with other chronic diseases, treatment efficacy largely depends on adherence to therapy, which patients with dementia does not exceed 40-50 %. The article considers the factors influencing the commitment to antidementia therapy, practical recommendations to improve compliance. Security issues are discussed and treatment features drug interactions antidementia drugs with the means of symptomatic therapy of behavioral disorders, as well as preparations required for the correction of concomitant somatic pathology. Provides data about the effectiveness and safety of the use of Akatinol of Memantine in addressing the issue of improving the adherence of the treatment of patients with dementia.

Keywords: Dementia, Alzheimer disease, patient compliance, Akatinol Memantine.