Современные проблемы построения моделей научно-технической сферы экономики

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПОСТРОЕНИЯ МОДЕЛЕЙ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОЙ СФЕРЫ ЭКОНОМИКИ1

И.Э. Фролов, И.Г. Чаплыгина

В статье содержится анализ некоторых концепций, моделирующих отдельные параметры научно-технического прогресса и его влияния на экономику. Подробно рассмотрена модель П. Ромера, описывающая воздействие «рынка технологий» и «человеческого капитала» на экономический рост. Предложен новый подход к этой проблеме, базирующийся на развитии теории материализации научных знаний А.И. Анчишкина, а также один из вариантов ее формализации.

Ключевые слова: научно-технический прогресс, инновационные процессы, экономическая теория

ВВЕДЕНИЕ В ПРОБЛЕМУ

Актуальность применения результатов научно-технического прогресса (НТП) и решение задачи перехода к инновационному развитию российской экономики стимулируют интерес к построению теории воспроизводства научно-технического и технологического потенциала2. Одним из нерешенных вопросов является соотношение научно-технической сферы и финансово-экономических процес-

1 Статья подготовлена при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (проект № 07-06-1212 офи).

2 Среди новейших работ отечественных ученых на эту тематику следует упомянуть: (Голичен-ко, 2006; Бендиков, Фролов, 2007), коллективную монографию ИНП РАН (Проблемы и перспективы..., 2007), (Макаров, Клейнер, 2007) и др.

сов, прежде всего вопрос, является ли НТП экзо- или эндогенным фактором экономического развития.

В моделировании параметров НТП и его влияния на экономику существует важная методологическая проблема. Заключается она в том, как НТП определяет качественные изменения экономической системы: смену технологий, форм организации производства, изменения типов продукции и изменения потребительского и производственного спроса.

Дискуссия о том, возможна ли количественная интерпретация качественных изменений в экономике, в том числе связанных с НТП, возникла еще в первой трети XX в., как только развитие экономической статистики позволило создать относительно адекватный инструментарий анализа этих явлений, а также появился устойчивый спрос на прикладные исследования подобного рода. Это способствовало пониманию того, что такого рода изменения нельзя описать имевшимися в то время методами. В конечном итоге усилиями ученых многих стран возникла и сформировалась отдельная область исследований - теория экономической динамики, которая стала развиваться относительно самостоятельно3.

Теоретический аспект дискуссии касается вопроса, существует ли причинная связь между двумя качественно различными периодами экономического развития. В этом вопросе показательны позиции двух экономистов

3 Существуют как минимум две традиции понимания динамической теории. Первая, использующаяся в основном в настоящей статье, включает в себя разделы экономического анализа, которые занимаются качественными изменениями экономической системы. Это теории роста, теории эволюционных процессов и экономического прогресса. Такое определение динамики, в частности, характерно для Н. Кондратьева, Р. Харрода и Дж. Стиглера. Согласно второй традиции к экономической динамике относятся те теории, которые учитывают взаимовлияние экономических показателей различных временных периодов. Этим определением пользуются Й. Шум-петер, Р. Фриш, Дж. Хикс.

первой половины XX в. - Н.Д. Кондратьева и Й. Шумпетера. Первый, опираясь на традицию позитивизма, исходит из существования необходимых причинных связей между явлениями. На этом строится сама возможность прогнозирования этих явлений (см., например, (Кондратьев, 2002, с. 517-532)). С точки зрения Й. Шумпетера, качественные изменения носят принципиально дискретный характер. Они основаны на внедрении инноваций, т.е. принципиально новых технологических и организационных форм производства и бизнеса, которые формально-логически не могут быть выведены из предыдущего периода развития. Такого рода изменения не имеют явных причин в предыдущем периоде и соответственно не могут ни прогнозироваться методами формальной экстраполяции, ни анализироваться как набор факторов, определяющих динамику подобного рода процессов. Если Н. Кондратьев пишет о принципиальной возможности описания любых качественных изменений методами количественного анализа (см. об этом (Кондратьев, 1991, гл. 9)), то Й. Шумпе-тер настаивает на невозможности подобного упрощения.

Еще один важный аспект проблемы заключается в том, что качественные изменения системы, в частности появление новых технологий, всегда сопряжены с ситуацией неопределенности. Эта неопределенность порождает целый ряд сложностей для построения стратегий фирм на основе неоклассических моделей. Последние предполагают максими-зационную модель принятия решений, которая в свою очередь опирается на расчеты выгод и издержек. Рациональный выбор фирма может осуществить лишь при наличии четкой информации о технологических и экономических преимуществах нового производственного процесса. По мнению критиков количественного подхода, главной характеристикой процесса внедрения новой технологии, всей инновационной деятельности является существенный рост неопределенности, связанный, в частности, с проблемой прогнозирования спроса на новые виды продукции.

Существуют и «технические» ограничения количественной интерпретации качественных изменений, накладываемые используемым математическим инструментарием. Одна из них связана с тем, что появление инновационной продукции на рынке сразу делает невозможным корректное использование процедуры построения индексов цен, которые традиционно используются для сопоставления наборов переменных, соответствующих разным моментам времени (см., например, (Блауг, 1994, с. 438)). Все модели подобного типа, рассматривающие технологические изменения в процессе производства (совершенствование техники), должны абстрагироваться от изменения качества продукции. Однако такое ограниченное понимание технологических изменений является слишком упрощенным, поскольку в реальности совершенствование производственных технологий тесно связано с изменением качества выпускаемой продукции. Тем не менее принятые «технические» ограничения количественного анализа делают неизбежным использование нереалистично упрощенного понимания технологических изменений.

Качественные изменения экономической системы создают сложности и для применения эконометрических методов анализа и прогнозирования. В случае если технология является «локальной» и не меняет характер экономической системы, то ее применение сказывается только на ее отдельных параметрах и использование эконометрического анализа возможно. Тогда экономическая система описывается некоторым случайным процессом, а внедрение «локальной» технологии моделируется включением в него ряда добавочных слагаемых. Если же речь идет об оценке «супертехнологий», которые меняют саму макроэкономическую систему (например, приводят к возникновению новых отраслей и т.д.), то такие технологии не описываются ординарным случайным процессом. В этом случае необходимо рассматривать две разные макроэкономические системы, два разных вероятностных пространства - до и после вне-

дрения технологии. Их сопоставление крайне сложно.

Тем не менее в последние десятилетия был выработан целый ряд подходов, позволяющих с той или иной степенью реалистичности моделировать проявления НТП в реальных национальных экономиках.

1. МОДЕЛИ КОЛИЧЕСТВЕННОГО АНАЛИЗА ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ

Учет НТП в экономических моделях неизбежно потребовал целого ряда упрощений в описании этого явления.

1.1. НТП как экзогенный фактор

Общим для «количественных» теорий является сведение НТП к тому или иному экономическому эффекту, к которому он приводит. Это влияние либо на уровень производительности факторов производства, либо на относительные цены факторов (теории производственной функции), либо на темпы экономического роста. НТП рассматривается как фактор, действие которого имеет только «однонаправленное» влияние - научно-технических новаций на экономические явления. Обратная зависимость - влияние экономических условий на ход НТП - практически всегда остается за рамками исследования.

В рамках теорий производственной функции уровень технологического развития изначально определялся степенью капиталоемкости производства. В частности, Дж.Б. Кларк (Кларк, 2000 (1899), гл. XI, XVIII) считал, что чем больше доля капитала в структуре производства, тем совершеннее используемая технология, выше капиталовооруженность труда, а следовательно, и производительность этого труда. Это закономерно при предположении, что технологический

прогресс имеет «уклон» в сторону трудосбережения, что само по себе не является очевидным4. При абстрагировании от «уклона» внедряемой инновации уровень технологического усовершенствования измеряется уменьшением средних издержек на единицу продукции при заданных ценах на ресурсы. Это значит, что влияние НТП рассчитывается через его факторосберегающий эффект.

Графически внедрение новой технологии интерпретируется как стягивание всех изоквант к началу координат, что означает возможность производства того же объема выпуска при меньших затратах ресурсов.

Еще один вариант моделирования НТП связан с его возможным влиянием на относительные цены факторов производства. Новая технология может иметь либо трудо-, либо капиталосберегающую направленность. Тем самым она приводит к увеличению (либо уменьшению) капиталовооруженности производства, что графически выражается как сдвиг

4 Предположение о трудосберегающей направленности инноваций изначально было более распространенным, в частности, в силу того, что примеры капиталосберегающих технологий являются сравнительно более редкими. В свое время Дж. Хикс дал объяснение этому явлению (Шкз, 1932). Он ввел понятие индуцированных инноваций, т.е. инноваций, вызванных изменениями относительных цен на факторы производства. Проведя исследование, Дж. Хикс делает вывод, что индуцированные нововведения имеют ярко выраженный уклон в сторону сокращения доли труда, что с точки зрения Дж. Хикса объясняется ростом капитала и, следовательно, его удешевлением относительно трудовых ресурсов. Этот вывод впоследствии вызвал серьезную дискуссию о том, насколько правомерно рассматривать результаты таких нововведений, как замещение в рамках той же агрегатной производственной функции (или смещение кривой, переход к иным параметрам производственной функции). Здесь следует также понимать, что «труд» представителями «мэйнстрима» изначально понимался как фонд расходов на наемный персонал, а «капитал» - как стоимость основных производственных фондов.

изокванты к оси соответствующего фактора (1а - трудосберегающая технология, 1Ъ - капиталосберегающая технология) (рис. 1).

На макроуровне согласно концепциям Дж. Хикса и Дж. Робинсон трудосберегающие технологии увеличивают предельный продукт капитала относительно предельного продукта труда (при данном отношении капитал - труд и при данном объеме производства), что ведет к снижению предельной нормы замещения капитала трудом и изменению относительных цен этих двух факторов.

В теориях роста используется еще один вариант моделирования технического развития. Здесь эффекты НТП сведены к экзогенно задаваемому коэффициенту в формуле, по которой оцениваются общие темпы роста экономики.

Во всех этих вариантах сам процесс создания новых технических новаций остается за рамками моделирования. Технологии рассматриваются как уже присутствующие на рынке в свободном доступе, а фирмы, следовательно, могут в любой момент купить ту из них, которая максимизирует их прибыль (см. (Блауг, 1994, с. 441-450; Нельсон, Уинтер, 2002, с. 260-269)).

Влияние конъюнктуры рынка на характер инновационной деятельности частично рассматривается в рамках концепции индуциро-

Рис. 1. Влияние внедрения новой технологии на кривые равного выпуска

ванных нововведений Дж. Хикса (Hiks, 1932). Он утверждает, что в зависимости от соотношения цен факторов производства фирма предпочтет ту инновацию, которая будет сберегать наиболее дорогой фактор. Но и здесь речь идет именно о выборе максимизирующей фирмой-производителем наилучшего варианта технологического решения между уже существующими на рынке. Сам Дж. Хикс отличает такого рода нововведения от инноваций, вызванных автономным НТП. Последние, согласно его исследованиям, не демонстрируют устойчивого уклона в какую-либо сторону (трудо- или капиталосбережения), т.е. проявляют независимость от цен на факторы производства. Таким образом, эта концепция также исходит из экзогенного характера НТП.

То же можно сказать и о теориях, которые развивают подход Дж. Хикса, в частности о работах У.Дж. Фелнера (Fellner, 1953). Он утверждал, что фирмы в своем поведении учитывают тренды смещения кривых факторного предложения, что оказывает влияние на их выбор между различными технологиями. Принимая то или иное инновационное решение, они учитывают свои ожидания будущих цен на продукцию и на факторы производства. Поэтому в условиях роста цен на один из факторов фирмы будут предпочитать внедрять ту технологию, которая сберегает именно этот фактор. В результате формируется модель адаптации технологического развития в рамках одной фирмы к показателям относительной редкости факторов производства. Этот механизм может обеспечиваться не только сознательным поведением компаний, но также естественным отбором - выживают именно те фирмы, которые «угадали», какую технологию нужно внедрять. На современном этапе эти идеи получили развитие в целом ряде исследований (см. (Kennedy, 1964; Weizsäcker, 1966; Samuelson, 1965). Однако эти теории носят микроэкономический характер и не могут быть использованы для описания процессов на макроуровне. Они ограничиваются анализом выбора частной фирмой той или иной инновации среди уже существующих в отрасли.

Следовательно, процесс создания инноваций в них не анализируется.

1.2. НТП как общий уровень

технологических знаний

Еще одним аспектом неоклассического подхода к моделированию НТП является интерпретация его как «общего фона», уровня технологических возможностей для всей экономики. Предполагаются, во-первых, общий высокий уровень развития технологических знаний, во-вторых, свободный и равный доступ фирм к имеющемуся набору техноло-гий5. В теориях экономического роста предпосылка об однородности «технологического фона» экономики подкрепляется идеей о том, что технологические открытия обладают свойствами общественного блага, в частности «неисчерпаемости» и «неограниченности» (Р. Солоу, К. Эрроу, Р. Лукас).

В ряде концепций (Р. Солоу, Дж. Тобин, У. Салтер, Л. Йохансен (Solow, Tobin at al., 1966; Salter, 1966; Johansen, 1972)) говорится о возможных различиях между фирмами в уровне применяемых технологий. В качестве причины этих различий рассматривается разное время «входа» компаний на рынок, что

5 В основе такого подхода лежат определенные методологические основания. Неоклассическая теория исходит из однородности элементов экономической системы, что диктуется, с одной стороны, принятой моделью конкурентного рынка, а с другой, интересом неоклассики к долгосрочным эффектам, интересом, имеющим практическое значение, поскольку это позволяет рассматривать экономическую систему как систему, стремящуюся к статическому состоянию. Это также является важным техническим требованием, упрощающим процесс моделирования экономики. В этой связи типично высказывание Дж.Б. Кларка: «И труд, и капитал имеют тенденцию приобрести известную производительность, одинаковую в различных группах и подгруппах; и эта тенденция вызывается передвижениями, в свою очередь вызываемыми конкуренцией» (Кларк, 2000 (1899), с. 61).

задает цикл смены оборудования и технологий. Согласно этим концепциям, чем позже фирма вступила в отрасль, тем позднее она будет осуществлять переоборудование производства, ожидая износа уже имеющегося. Из этого делается вывод, что более «молодые» фирмы будут отставать от своих конкурентов в процессе смены технологий. При этом общий уровень технологических знаний сохраняет свою однородность. Здесь принципиально игнорируется тесная связь между модернизацией производственной технологии и изменениями качества продукции.

Существует также модель, созданная Г. Хаутэккером, в которой предполагается технологическая неоднородность отрасли (НоиШаккег, 1956). Фирмы с разным уровнем технологий неодинаково реагируют на динамику цен, а также демонстрируют переменный уровень рентабельности в зависимости от ценовой ситуации. Но в этой модели технологии и производственные мощности заданы и неизменны. Механизм замены технологии фирмой, также как и процесс разработки новых технологий, не рассматривается.

2. МОДЕЛИРОВАНИЕ МЕХАНИЗМА СОЗДАНИЯ НОВЫХ ТЕХНОЛОГИЙ

2.1. Интерпретация технологий как общественного продукта, производство которого не стимулируется рынком

В рамках теорий роста целый ряд моделей исходит из предположения, что технологическое развитие должно рассматриваться как область производства общественных благ, а рассмотрение технологий редуцируется до гипотезы представления технологии как суммы технологических идей и новых решений в области организации и техники производства. Предполагается, что в силу своего «невещественного» характера эти «технологические идеи»

обладают свойствами общественного блага, а именно «неисчерпаемостью» (неконкурентность в потреблении)6 и «неисключаемостью»7. Из первого свойства вытекает то, что при производстве такого рода благ неизбежно возникают «внешние эффекты» (экстерналии)8. Следствие второго - невозможность получения частной прибыли от производства такого рода благ в полном объеме. Тогда разработка технологий будет носить «нерыночный» характер, т.е. оно не будет стимулироваться рынком. Поэтому при моделировании экономики с техническим прогрессом производство технологий будет носить экзогенный характер, поскольку оно не описывается моделью рыночного поведения частных фирм.

Такой была интерпретация технологического развития в теории Р. Солоу (Solow, 1956). Аналогичный подход содержится в работах К. Шелла, который интерпретирует технологический прогресс как общественное благо, создаваемое государством (Shell, 1973).

Первые попытки предложить эндогенную модель НТП были предприняты К. Эрроу (Arrow, 1962). В своей теории он предложил рассматривать технологический прогресс как побочный и не запланированный результат рыночного поведения. Эрроу использует концепцию «обучения в ходе производства» (learning-by-doing), которая представляет процесс наращивания «технологических знаний»

6 Это означает, что использование такого рода благ одним индивидом не уменьшает их количества на рынке, а значит, и возможности их потребления другими участниками рынка.

7 Иначе говоря, если благо присутствует на рынке, то нет возможности помешать пользоваться этим благом даже тем, кто не заплатил за него. Здесь дискуссионным является вопрос, почему в подобных теориях (например, теория общественного выбора Дж. Бьюке-нена) блага рассматриваются как рыночная категория.

8 Экстерналии в рамках неоинституциональной теории - это издержки или выгоды, которые возникают в результате как производства, так и потребления товаров и услуг и связаны с взаимозависимостью функций полезности и производственных функций.

как побочный эффект организации производства. Размеры этого эффекта определяются размерами аккумулированного капитала - как доля этого капитала, рассчитываемая с помощью экзогенно вводимого коэффициента. Таким образом, технологический прогресс рассматривается подобно эффекту роста дохода от масштабов производства (см. (Стиглиц, Аткинсон, 1995, с. 320)). Аналогичный подход использует и Р. Лукас, только в его модели НТП является побочным эффектом аккумуляции не всего капитала, а «человеческого капитала». Лукас использует это понятие, введенное Т. Шульцем (Schultz, 1963) и Г. Беккером (Becker, 2003 (1964)), для обозначения уровня профессиональной подготовки рабочей силы h(t). На микроуровне h(t) означает «индивидуальный человеческий капитал», а на макроуровне - «совокупный человеческий капитал»9 (Lucas, 1988). h(t) рассматривается как фактор роста, так как он в первую очередь непосредственно влияет на производительность труда. Считается, что рабочий, владеющий навыками h(t), по своей производительности равен двум рабочим, владеющим навыками V2 h(t). Если в модели Р. Солоу труд понимается как численность трудоспособного населения, то Р. Лукас «численность» «человеческого капитала» выражает следующим образом10:

Ne =J0°° u (t) N (h)tdh,

где М(Н) - численность рабочих, обладающих навыком Н(/); и(/) - количество времени (часы), которое рабочий тратит на производственную деятельность, так как предполагается, что остальную часть рабочего времени (1 - и(/)) он тратит на расширенное воспроизводство

9 По сути, h(t) представляет собой личные затраты работников, направленные на получение профессионального образования, а также инвестиционные расходы фирм на подготовку и переподготовку наемного персонала для конкретных рабочих мест.

10 Формульные зависимости (1)-(4) приведены в строгом соотвествии с публикацией (Lucas, 1988, р. 3-42), а формульные зависимости (5)-(12) -соотвествии с публикацией (Romer, 1990, p. 71-102).

своего «человеческого капитала». Для макроэкономической модели эта величина принимает вид и(/) Н(/) М(/), где берутся совокупные показатели и, Н, N в периоде времени

С точки зрения Р. Лукаса, если бы это был единственный экономический эффект «человеческого капитала», то его аккумуляция осуществлялась бы экономическими агентами на основе рационального выбора, поскольку она имеет четко выраженную частную выгоду. Исходя из того что почасовая заработная плата рабочего с более высокой квалификацией будет пропорционально выше заработной платы рабочего с меньшей квалификацией, индивиды рассчитывают возможный прирост дохода от вложений в свой «человеческий капитал» и определяют, какую часть времени (1 - и(/)) потратить на совершенствование своих профессиональных навыков. Именно из этой гипотезы исходят и другие теории, которые связывают технологический рост с понятием человеческого капитала, и рассматривают его как частное благо, которое эффективно воспроизводится на рынке.

Р. Лукас настаивает на том, что аккумуляция «человеческого капитала» имеет дополнительно «внешний эффект», который не учитывается индивидуальными рациональными расчетами. Этот эффект состоит во влиянии на производительность всех факторов производства. В модели Р. Лукаса он выражается параметром На(/), который рассчитывается как общий производительный эффект от «человеческого капитала»:

h=

J0° hN(h)dh J0° N(h)dh '

По мнению Р. Лукаса, этот эффект носит «побочный характер», так как он не учитывается в рациональных расчетах частными экономическими агентами будущих выгод от вложений в «человеческий капитал».

Тогда модель роста Р. Лукаса, имеет следующий вид:

Y = A K

где h(t) - уровень (коэффициент) производительности работника определенной квалификации; ha(t) - внешний эффект от среднего уровня «человеческого капитала», выраженный в росте производительности всех факторов производства; А, Р и у - технологические параметры; К - капитал (стоимость средств производства).

Уровень технологического прогресса, который определяется ростом «человеческого капитала», зависит в модели Р. Лукаса от имеющегося уровня профессиональных навыков h(t) и времени, которое тратится на повышение этих навыков (1 - u(t)):

h

где h(t) - рост (growth) «человеческого капитала»; Z - коэффициент отдачи11; G - возрастающая функция, при G(0) = 0.

Р. Лукас придает большое значение оценке базового уровня h(t), который с его точки зрения определяет социальный характер накопления «человеческого капитала». В частности, он утверждает, что размер индивидуального «человеческого капитала» будет рассчитываться по формуле (4) не с нулевого уровня, а пропорционально «человеческому капиталу» семьи, в которой он родился. Тем самым Р. Лукас подкрепляет свою точку зрения, согласно которой технологический рост на основе «человеческого капитала» не описывается индивидуалистическими моделями.

Отличие моделей Р. Лукаса и К. Эрроу от предыдущих заключается в том, что здесь НТП хотя и сохраняет свойства общественного блага (оно также «неисчерпаемо» и «не-исключимо»), но приобретает эндогенный характер, так как является результатом (хоть и побочным) рыночных действий экономи-

11 Этот коэффициент изначально принимается как Z < 1, что означает убывающую отдачу от накопления «человеческого капитала» и «исчерпае-мость» его технологического эффекта. Затем, вслед за рассуждениями Х. Узавы, Р. Лукас приравнивает этот коэффициент единице и преобразует уравнение (4) следующим образом: h(t) = h(t )8[1 - u(t)].

ческих агентов. Правда, эти модели частично эндогенны, поскольку темпы роста нового знания находятся просто в пропорциональной зависимости от размеров физического или человеческого капитала. Эта пропорция является заданной, но так и необъяснимой, а следовательно, реально экзогенной.

2.2. Новые знания как частное благо, создаваемое в условиях совершенной конкуренции

В рамках современных теорий человеческого капитала используется и другая мо-тивационная модель эффективной аллокации этого капитала на рынке, а именно модель равновесной рыночной экономики, где действуют рациональные максимизаторы. Эти модели также рассматривают человеческий капитал как фактор, определяющий уровень технологического развития экономики. Но сам этот капитал интерпретируют как исключительно индивидуальное благо, как уровень профессиональной подготовки, которым нераздельно владеет тот или иной индивид и от которого он получает сверхдоход в виде более высокой заработной платы. Такое благо является нормальным и обладает свойством «ис-черпаемости» и «исключимости». Наличие «внешних эффектов» исключается. Это позволяет ввести предпосылку о том, что производство этих благ эффективно осуществляется в рыночных условиях рациональным макси-мизатором (см. (King, 1988; Jones, Manuelli, 1988; Becker at al., 1990)).

Базовой теорией для этих моделей является концепция человеческого капитала Г. Беккера (Becker, 2003 (1964)). Еще в 1964 г. он описал модель рационального выбора потребителя на рынке образовательных услуг. Представив получение образования как частную долгосрочную инвестицию, он рассчитал издержки этих инвестиций и будущие доходы. «Потребитель образования» оценивает эти два фактора и на основе их сравнения принимает решение о том, вкладывать средства в

повышение квалификации или нет. Г. Беккер применил свою теорию «неявных рынков» к сфере образовательных услуг, описав механизм установления равновесия на этом рынке. Таким образом, в его работе была сформирована теоретическая основа для утверждения, что рынок совершенной конкуренции является эффективным механизмом по созданию человеческого капитала.

Тем не менее, когда понятие «человеческий капитал» используется как фактор, определяющий уровень технологического развития экономики, применение этой теории представляется серьезным упрощением, так как она не учитывает существенных характеристик НТП, связанных с наличием очевидных «внешних эффектов». В этом заключается основной пункт критики подобных теорий: утверждается, что равновесная траектория роста, основанная на действии рыночных механизмов и поведении максимизирующих рациональных индивидов, из которой исходят эти теории, не будет совпадать с наиболее эффективной траекторией роста.

2.3. Новые знания как смешанное благо, создаваемое на рынке монополистической конкуренции

Более сложный вариант моделирования производства технологических благ представлен в теории П. Ромера (Romer, 1990, p. 71-102). Новые технологии интерпретируются им не как общественный продукт, но и не как традиционный товар. П. Ромер также сводит понятие «технологии» к «технологической идее» или «проекту» (design), а технологические изменения (technological change) интерпретирует как методику (instruction) совершенствования способов обработки сырых материалов (raw materials).12 Это позволяет

12 Здесь грубой, хотя и неявной ошибкой П. Ромера являются его рассуждения об инвариантности использования одних и тех же «сырых материалов» в разных технологиях и в разные историче-

ему под термином «технология» (know how), со своим устоявшимся содержанием, понимать одну из форм знания (instruction). Поэтому П. Ромер сводит технологический прогресс к росту знаний (knowledge acquisition), обозначая его как A. Это дает возможность ему в свою очередь отделить «технологические идеи» (А) от понятия «человеческий капитал» (H), рассматривая первое как «неисчерпаемый» (nonrival) компонент «знаний», а второе - как «исчерпаемый» (rival) компонент. Согласно П. Ромеру, человеческий капитал в первую очередь связан с таким выражением способностей человека (не важно, физических или интеллектуальных), которые в конечном итоге сводятся к понятию физических способ-ностей13. Технология (instruction или design), при такой трактовке, является нематериальным активом, ценность которого не привязана к конкретному физическому воплощению (например, сброшюрованные листы бумаги, компакт-диск)14.

Из различия «технологических идей» и «человеческого капитала» П. Ромер выво-

ские эпохи (Romer, 1990, p. 72-76). Это не верно хотя бы потому, что производственные технологии всегда учитывают чистоту исходных веществ. По-видимому, П. Ромер, будучи экономистом, не различает понятия «химическое вещество» (которые бывают «аналитически чистыми», «химически чистыми» и «технически чистыми») и «химический элемент». Кроме того, реальная производственная технология помимо учета свойств исходных материалов всегда включает в себя технические средства, специфику форм деятельности определенным образом обученного квалифицированного персонала, а также саму организацию технологического процесса.

13 Эти способности ограничены временем, местом работы и физическими возможностями индивида.

14 Типичной ошибкой подобных рассуждений

является игнорирование того факта, что «носителем»

любого знания, в том числе и «технологического» всегда, является некий коллектив (в частном случае индивид), а деятельность по воспроизводству знаний в конечном коллективе всегда ограничена временными и другими «исчерпаемыми» условиями.

дит два следствия. Во-первых, в отличие от человека (специалиста), «технология» может использоваться любым количеством фирм для одновременного решения «неограниченного» числа задач. Специалист, напротив, может работать только в одном месте определенное количество времени и с ограниченным числом задач15. Во-вторых, издержки по созданию каждой дополнительной единицы человеческого капитала, т.е. вложения в подготовку каждого нового специалиста определенной квалификации, примерно одинаковы. Издержки же по воспроизводству «технологической идеи» несопоставимы с издержками по ее созданию16: скопировать диск с программой стоит значительно дешевле, чем создать эту программу. Таким образом, «технология» в отличие от человеческого капитала обладает свойством «неисчерпаемости» или «не-конкурентного» потребления - использование определенной технологии одной фирмой не ограничивает возможностей других фирм. Свойство «неисчерпаемости» сближает «технологии» с общественными благами, что предполагает наличие «внешних эффектов» при их производстве.

С другой стороны, П. Ромер полагает, что технологии являются «частично исклю-чимыми» (partially excludable) благами, т.е. разработчики технологий способны тем или иным образом ограничить доступ к ним и могут получить дополнительную прибыль от их применения. Он пишет о том, что «технологические идеи» имеют двойной экономический

15 Здесь П. Ромер явно исходит из идеи Г. Бек-кера о различении между специальными и общими инвестициями в человеческий капитал (см. (Becker, 2003 (1964))).

16 Здесь воспроизводится, конечно, не «идея» (как думает П. Ромер), а происходит процесс воспроизведения информации, записанной в каком-либо формате данных, а также воспроизводство определенной формы знаний и типа общественного субъекта, способного работать с этими знаниями и форматами данных. Потому П. Ромер и пишет о свойстве «неисчерпаемости».

эффект. С одной стороны, они позволяют предпринимателям создавать новый продукт или использовать новую технологию. В этом случае они являются предметом частной собственности (т.е. могут быть запатентованы) и соответственно источником дополнительной прибыли. Тогда технологии являются благами, производство которых выгодно частным фирмам. С другой стороны, технологии увеличивают общий объем «знаний» и тем самым увеличивают производительность «человеческого капитала», работающего в сфере собственно создания «технологий». Этот эффект не носит частного характера, он является «внешним эффектом» (knowledge spillovers), от которого владелец данной «технологии» неспособен получить частный доход.

Таким образом, «технологии» представляются смешанным типом блага, обладающего «неисчерпаемостью» и «частичной исключимостью», а следовательно, продуктом, создаваемым частными фирмами17. Производство этого блага, с одной стороны, сопряжено с наличием «внешних эффектов» и невозможностью полной компенсации затрат на их производство в условиях совершенной конкуренции, а с другой стороны, оно дает существенные преимущества фирмам в виде роста частного дохода, что делает это благо привлекательным для частных инвесторов.

П. Ромер делает вывод о том, что технологии являются результатом целенаправленных действий частных компаний (а не государства, как у К. Шелла, и не побочным эффектом частной деятельности, как у К. Эр-роу и Р. Лукаса)18. Таким образом, основная гипотеза П. Ромера заключается в том, что

17 П. Ромер в тексте статьи делает оговорку, что для академического сектора необходимо финансирование со стороны правительства. Частные фирмы по факту создают «технологии» совместно с государством. Однако в самой модели вклад государства в явном виде не выделен.

18 При этом не утверждается, что все, кто работает на НТП, мотивированы рынком. Утверждается, что рынок играет существенную роль в возникно-

частные фирмы, финансируя разработку «технологий» (покупая их на «рынке технологий»), в силу свойств «частичной исключимости» «технологий», могут включать эти издержки в цену продукции. Но эффективное равновесие на «рынке технологий» будет достигнуто не в условиях совершенной конкуренции, а в условиях монополистической конкуренции.

Модель экономики П. Ромера включает в себя три сектора:

1) исследовательский сектор, создаю-

^ 19

щий «технологии»19.

2) сектор производства средств производства.

3) сектор конечной (финальной) продукции.

Сектор производства средств производства не располагает своим «человеческим капиталом» (Н), а оплачивает труд ученых и инженеров по созданию новых технологий в первом секторе. В первом секторе «человеческий капитал» потребляется как для сохранения имеющегося объема знаний (А), так и для создания знаний новых (А). В создании «нового знания» принимают участие лишь «человеческий капитал» и «старые знания», а труд (Ь) и физический капитал (К) не участвуют в этом процессе. После приобретения и освоения новой «технологической идеи» фирма второго сектора защищает патентом свое монопольное право на ее использование и налаживает выпуск соответствующих средств производства для фирм третьего сектора. Для производства одной единицы оборудования расходуется п единиц конечной продукции третьего сектора. Средства производства не продаются, а сдаются в аренду.

Отношения фирм второго и первого секторов опосредованы «рынком технологий». Фирмы третьего сектора «расходуют» наборы средств производства (х), труд (Ь) и «человеческий капитал» (Н). Его конечная продукция

вении новых технологии, т.е. в превращении знании в товар с новыми полезными свойствами.

19 В некотором смысле этот сектор эквивалентен понятию «сферы НИОКР».

(товары длительного пользования - durables) потребляется в первом и втором секторах. Фирмы - производители конечной продукции строят свои отношения с производителями средств производства исходя из задачи максимизации прибыли. Фирмы второго сектора, оплачивающие работу по созданию новых технологий в исследовательском секторе, определяют объем выпуска продукции для третьего сектора с учетом максимизации своего дохода за вычетом переменных издержек, а также стремятся «переложить» издержки на «покупку технологий». Для любого момента времени превышение дохода над предельными издержками в единицу времени должно покрывать процентные выплаты на величину инвестиций в разработку новой технологии.

Другими допущениями модели П. Роме-ра являются: 1) предположение об отсутствии влияния численности населения на рост «человеческого капитала»; 2) утверждение, что все виды капитальных благ не являются субститутами, а следовательно, каждое капитальное благо отдельно влияет на выпуск товаров длительного пользования.

Исследовательский сектор П. Ромер описывает следующей функцией (см. (Romer, Op. cit. p. S83)):

a _ maa,

где HA - расходы на НИОКР, которые несут частные фирмы; А - стоимость имеющихся патентов; A - «новые знания» (стоимость «новых» патентов); ô - коэффициент «продуктивности» HA. П. Ромер вводит дополнительное сильное допущение о том, что темпы всех экономических изменений равны (см. (Romer, Op. cit. p. S92)):

С _ Y _ K _ A

С _ Y _ K _ A ~ a

Развивая свою гипотезу, П. Ромер воспроизводит рассуждения Й. Шумпетера (Шумпетер, 1942), утверждая, что фирма, которая несет фиксированные издержки на НИОКР при создании нового товара, должна включить эти издержки в цену, подняв по-

следнюю выше издержек производства товара. Если рынок является конкурентным, то равновесие на этом рынке будет достигнуто при цене, равной предельным издержкам производства. А это не позволит фирме-новатору компенсировать свои расходы, и в конечном итоге, она откажется от инновационной деятельности.

П. Ромер стремится обосновать эту гипотезу Й. Шумпетера, используя средства количественного анализа. Он указывает на то, что «неисчерпаемость» «технологии» меняет структуру издержек фирм, которые ее используют. «Технология» как фактор производства «не тратится» в процессе производства и даже не амортизируется, следовательно, расходы на «технологию» не зависят от объемов производства и могут быть отнесены к постоянным издержкам. Но если производственная функция фирмы включает в себя как «исчер-паемые», так и «неисчерпаемые» ресурсы, такая функция не будет обладать свойством однородности. П. Ромер предполагает, что (см. (Romer, Op. cit. p. S76)):

Y = F

где Х - полный список «исчерпаемых» ресурсов; А - «неисчерпаемые» ресурсы (технологические идеи, проекты).

Тогда при отсутствии новых технологических решений простое увеличение выпуска на базе имеющихся «технологий» (А) будет достигнуто исключительно за счет прироста «ис-черпаемых» ресурсов (Х) и будет им пропорционально. Поскольку А не требует в каждом новом периоде восполнения всех издержек в полном объеме, то при отсутствии новых технологических решений линейную производственную функцию можно выразить как

F

Но такая производственная функция уже не является линейно-однородной, поскольку приращение обоих факторов - А и Х дает большее приращение функции:

F

Такая производственная функция, являясь однородной только по Х, демонстрирует возрастающую отдачу от масштаба и обладает свойством невыпуклости20. Поэтому уравнение (5) также является нелинейным по А. Это значит, что кривая долгосрочных предельных издержек фирмы с такой производственной функцией лежит выше кривой долгосрочных средних издержек. Следовательно, такая фирма не сможет выжить на конкурентном рынке, где цены устанавливаются по предельным издержкам. Она будет терпеть убытки. Поэтому в своей модели П. Ромер рассматривает «рынок технологий» как монополистический и показывает, что «равновесие» будет достигнуто при установлении монопольных цен на технологические блага.

Модель роста П. Ромера основывается на известной производственной функции Кобба-Дугласа. Но, во-первых, П. Ромер предлагает дополнительно учесть неоднородность капитала по его физической структуре, а потому К записывает как

X ,

1=1

где х1 - единица оборудования21. Во-вторых, П. Ромер вводит новый параметр - «человеческий капитал» (Н).

20 В этих рассуждениях П. Ромер почему-то игнорирует реальную проблему перехода от А и Хкак векторов, что судя по контексту статьи изначально задано, к А и Х как скалярным величинам. Кроме того, введение F(A, X) = X(dF/dX)(A, X) требует, чтобы dF/dA(A, X) > 0, т.е. была бы монотонно возрастающей функцией. А это в общем случае не доказано ^м. (Romer, Op. cit. p. S76)).

21 Можно предположить, что количество xt П. Ромер полагает бесконечным, для того чтобы: 1) перейти к непрерывным функциям и интегрированию; 2) множество «проектов» (design) было «неисчерпаемым» при t ^ да. Здесь реальной проблемой будет доказательство того, что для этого интеграла величину i (число единиц оборудования) можно рассматривать как бесконечно малую.

Так как «человеческий капитал» используется только в двух секторах - в исследовательском (НА) и в секторе конечной продукции (Н7), то

H = HY + НА.

В производственную функцию П. Ромер включает только HY.

Таким образом, производственная функция имеет вид (см. (Romer, Op. cit. p. S92)):

Y(Hy, L, x) = HaLßI x]-i=1

a-ß

Введя допущение о том, что i для различных благ является непрерывной переменной, П. Ромер заменяет ^ x]-a-ß на интеграл

i=1

jœ x(i )i-a-ß di.

Поскольку в процессе производства принимают участие только те факторы, которые уже созданы (изобретены) (А), и их число конечно, то для всех i > A, x(i) = 0. Далее П. Ромер придает долговременным факторам производства (xi) «усредненное» значение X , в результате чего при раскрытии интеграла и подстановке его в (10) он получает следующую функцию (см. (Romer, Op. cit. p. S80)):

Y

По условиям модели H и L являются постоянными величинами в течение года, поэтому динамическими элементами модели становятся А и К, выраженные через конкретный набор факторов X . При этом «человеческий капитал» в секторе конечной продукции в равновесном случае будет находиться через «технологические параметры» следующим образом:

h =]

a

ô

где г - ставка банковского процента.

Для создания нового фактора производства требуется капитал, который интерпретируется как часть совокупного дохода ^(1)),

не потраченного на потребление (C(t)), т.е. как отложенный спрос (см. (Romer, Op. cit. p. S82)):

К(t) = Y(t) - С (t).

При этом П. Ромер подчеркивает, что эта доля совокупного дохода не совпадает по своим технологическим характеристикам с теми инвестициями, которые необходимы экономике. Поэтому при превращении К(?) в набор капитальных факторов производства часть «отложенного спроса» (п) «теряется». Таким образом, К соотносится с факторами производства как

К = пЕ X = пЁ X

i=i

i=i

или K = nAx

Выразив x через K и подставив его в уравнение (11), получаем ^м. (Romer, Op. cit. p. S89)):

Y (HY, L, x) = HaLßÄx1-a-ß = = H; Lß Ä(K )1-a-ß= ...

nA

. = (HYÄ)a (LÄ)ß ( К )1-a-ßna+ß-1.

Получившаяся производственная функция (15) достаточно интересна для дальнейших исследований, так как выражает нелинейную зависимость совокупного конечного дохода от факторов производства Y, Ь, К и А. Таким образом, реальным достижением П. Ро-мера является получение формального описания того факта, что сфера НИОКР влияет на экономику не только непосредственно через новые прикладные разработки, но и опосредованно. В первом случае издержки на создание «знаний» (А) напрямую включаются в стоимость технологических проектов, а во втором - опосредованно, через влияние на возникновение новых средств производства (конкретных наборов х ). Темп экономического роста находится в обратной зависимости от ставки банковского процента и в прямой зависимости от величины «человеческого капи-

тала», сосредоточенного в исследовательском секторе.

Важным, хотя и косвенным следствием модели П. Ромера является то, что для накопления «человеческого капитала» необходимо поощрять получение нового знания ради знания как такового, иначе вряд ли можно рассчитывать на ощутимую практическую отдачу от науки в будущем.

В заключение анализа модели П. Роме-ра заметим, что неустранимым недостатком его концепции (частично это относится и к упомянутым выше моделям Р. Лукаса, К. Эр-роу и др.) являются принятые допущения о наличии у каждого экономического агента набора всей информации обо всех возможных «технологиях», выставляющихся на «рынке технологий»22. Иначе говоря, в неоклассической традиции принято игнорировать нестационарные, переходные (практически всегда нелинейные) процессы разработки и освоения реальных производственных технологий, обусловливающие нелинейность процессов диффузии инноваций. Это не только ведет к постоянному нарушению равновесия на «рынках технологий», но и вообще делает проблематичным достижение так понимаемого равновесия при каких-либо реально существующих социально-экономических условиях. А это принципиально не позволяет вводить в подобные модели динамику, связанную с изменением множества наборов из тех, что предлагает торговля технологиями23.

22 Предпосылка о том, что появление новой «технологии» (даже в смысле «технологической идеи») при прочих равных условиях увеличит выпуск продукции без увеличения закупаемых материалов и услуг, полностью нереалистична. В некотором смысле «рынок технологий» у П. Ромера аналогичен понятию «абстрактная экономика» в знаменитой модели конкурентного равновесия Эрроу-Дебре (Arrow-Debreu model). См., подробнее (Чусов, 2008).

23 Динамика здесь понимается как связь состояний, сохраняющая какой-либо инвариант типа лагранжиана.

3. ПЕРСПЕКТИВЫ ФОРМИРОВАНИЯ НОВОЙ СИСТЕМНОЙ ТЕОРИИ

Подводя некоторые итоги рассмотрения особенностей моделирования параметров НТП и его влияния на экономику, заметим, что за границами статьи осталось множество концепций, разрабатываемых в рамках институциональной традиции (Ф. Перру, Дж. Гэлбрейт, Т. Питерс и Р. Уотерман и др.), неоинституциональной теории (О. Уильям-сон, М. Аоки и др.), сторонников ресурсно-ориентированного подхода (resource-based approach) (Э. Пенроуз, Д. Ричардсон, Дж. Барни, Б. Вернерфельт, Р. Грант, Б. Лоусби, Дж. Стиглиц и др.), теории экономики, основанной на знаниях (П. Дракер, Ф. Махлуп, М. Кастельс, Т. Стюарт, Д. Тис, В.Л. Иноземцев, Г.Б. Клейнер, А.Н. Козырев, В.Л. Макаров, Б.З. Мильнер и др.). Однако характерной чертой множества исследователей, работающих в этих традициях, является попытка построения своих концепций путем обобщения ряда эмпирически наблюдаемых фактов, связанных с функционированием фирм как на локальных рынках, так на макроуровне (национальной экономики). Однако при этом возникает опасность игнорирования реальных специфических особенностей мезо- и макроуровня, существующих относительно самостоятельно. На взгляд авторов данной работы, более перспективным является системный подход, который базируется на принципиально другой основе и, в частности, более корректно объясняет (см. подробнее (Бендиков, Фролов, 2007; Фролов, 2004, 2007)):

• эффект длительного неравномерного повышения производительности труда в результате НТП в различных секторах экономики, которые получили наименования высокотехнологичных и наукоемких отраслей, а впоследствии были объединены в «новую экономику» и «экономику знаний»;

• появление для хозяйствующих субъектов, работающих на рынках продукции высоких переделов, комплекса условий, обе-

спечивающего возможность списания существенно более высоких затрат на НИОКР и на переподготовку высококвалифицированного персонала не на прибыль предприятий, а на издержки;

• возникновение более высокой нормы прибыли в этих отраслях по сравнению с производствами низших переделов;

• цикличность развития наукоемких, высокотехнологичных производств и инновационных рынков.

В этой связи в качестве начального пункта дальнейших исследований можно рассмотреть полузабытую теорию материализации научных знаний А.И. Анчишкина. Суть ее (см. подробнее (Анчишкин, 1986, с. 58-144)) заключается в том, что общий эффект влияния НТП на экономику (макроуровень) связан с глобальными процессами капитализации научно-технической сферы, а в последние десятилетия и системы образования. Научный (интеллектуальный) труд способен обеспечивать экономию затрат «живого труда». Хозяйствующие субъекты получают дополнительную прибыль из-за того, что они не оплачивают фундаментальные знания, благодаря воспроизводству которых и возможно существование всей научно-технической сферы. Большая часть фундаментальных знаний была создана и оплачена трудом предыдущих поколений, а большая часть текущих затрат на фундаментальную науку, которые несут все экономические субъекты (включая государство), идет на их тиражирование, что существенно дешевле, чем их новое производство.

Предварительный ответ на вопрос об экзо- или эндогенности эффектов влияния НТП на экономическое развитие состоит в следующем (см. также (Фролов, 2007)).

1. Формирование относительно автономной научно-технической сферы завершилось примерно к 1930-1940 гг. в большинстве индустриально развитых стран мира. В этих условиях эффект НТП в существенной мере был еще «внешним» по отношению к развитию экономики и сферы финансов. Этим и обусловлены многочисленные работы, бази-

рующиеся на неоклассической и посткейнси-анской традициях.

2. Однако в 1960-1970 гг. возникает (исторически сначала в США) качественно новая сфера общественной деятельности - инновационная экономика. В рамках инновационной экономики происходит интеграция и объективирование ряда ранее возникших сфер деятельности НТП сначала с бизнес-процессами в высокотехнологичных отраслях, а затем и распространение инновационных процессов на другие отрасли, производящие финальную продукцию. С этим и связан всплеск интереса к полузабытой к началу 1970-х гг. теории нововведений Й. Шум-петера. Именно с образованием и развитием инновационной экономики и возможны новые концепции и модели, подобные модели П. Ромера, описывающие НТП как эндогенное условие развития экономики. На наш взгляд, эффекты влияния НТП на экономику и финансы надо рассматривать в исторической ретроспективе в рамках процессов капитализации24 систем науки («инновации») и образования («человеческий капитал») (см. подробнее (Ко-шовец, 2007)).

В рамках статьи мы лишь предложим модифицированный вариант формализации предложенной А.И. Анчишкиным гипотезы оценки «экономии общественного труда». В рамках итерационной системы уравнений (16)-(23) обозначим базовый год предшествующий год - / - 1.

В рамках допущений, принятых А.И. Анчишкиным, эффект НТП на макро-

24 Понятие «капитализация» здесь используется в классическом политэкономическом значении, т.е. как процесс подчинения производственных отношений процессу воспроизводства капитала (взятого как единство сфер производства, обращения и потребления), а отнюдь не как рост стоимости финансовых активов, который в этом случае лучше называть «фи-нансизацией», т.е. процессом подчинения той или иной сферы общественных отношений закономерностям воспроизводства финансов.

уровне может быть оценен следующей трех-факторной производственной функцией25:

ЛУ = ц' К'-1 + £' Ь'-1 + V',

где ЛY - прирост ВВП; ц и £ - соответствующие коэффициенты прироста ВВП от производственных фондов и расходов по труду (экстенсивные факторы); V - среднегодовой прирост ВВП в результате повышения эффективности общественного труда (интенсивный фактор - реализация научно-технического и технологического потенциала).

При этом: ЭТ'ч = ЭТ'в -

ЭТ'в = а' ЛК' - £'

а' =Лр±-

ЛК'

ц' = (а1 г + Ла1), V' = (ЭТ'ч - г ЛК'),

г' = ЛК

К'-1

£' = ЛИ £ '-1 .

и

Здесь ЭТч - «чистая» экономия общественно необходимого труда26; ЭТв - «валовая»

25 Вывод многофакторной производственной функции приведен в (Анчишкин, 1986, с. 87-95), а теоретические условия и предпосылки этой функции вводятся и обсуждаются ранее (Анчишкин, 1986, с. 58-87). Первоначальный вывод приведенной в статье трехфакторной функции приведен в (Фролов, 2004, с. 190-194).

26 Чистая экономия труда оценивается как разность между валовой экономией и увеличением

затрат средств производства при условии неизменной скорости оборота средств производства в течение отчетного периода. На масштабы чистой экономии труда влияет совершенствование самих средств производства (эффект НТП). С одной стороны, чем меньше затрат труда необходимо для воспроизводства той же реальной потребительной ценности средств производ-

экономия общественно необходимого труда; а - годовая норма износа первоначальной стоимости средств труда (амортизация); ЛаМ - изменение нормы амортизации средств производства вследствие изменения материалоемкости производства; ЛаМИ - возрастание нормы амортизации средств производства вследствие их устаревания (моральный из-нос27); р - коэффициент годового уменьшения

ства, тем больше чистая экономия труда и тем больше может быть направлено сэкономленного общественного труда на удовлетворение непроизводственных потребностей - как непосредственно в данный момент времени, так и в будущем через увеличение масштабов накопления средств производства. С другой стороны, воздействуя как на совершенствование потребительной ценности средств производства, так и на снижение их стоимости, научные знания ведут также к моральному износу (устареванию) уже накопленных средств производства. Возникающая при этом потеря части первоначальной стоимости накопленных средств производства является вполне реальной величиной; она выражается в увеличении перенесенной стоимости средств производства. Эффект замещения «живого труда» (т.е. стоимости рабочей силы) стоимостью средств производства может быть быть выражен через коэффициент (а - а), при условии равномерного замещения в течение года.

27 Моральный износ выражается: а) в сокращении сроков службы средств производства, в основном средств труда; б) в ускоренной потере ими части своей первоначальной стоимости, которая компенсируется за счет уменьшения чистой экономии труда. В принятых обозначениях это означает увеличение а - годовой нормы износа первоначальной стоимости накопленных средств производства. Однако этому противостоит удешевление самих средств производства, также являющееся моментом морального износа вследствие повышения производительности труда при их производстве, что непрерывно уменьшает стоимость воспроизводства средств производства по отношению к их первоначальной стоимости. В результате этого процесса уменьшается сам размер перенесенной стоимости, хотя норма износа может расти (очевидно, что при измерении накопленных средств производства лишь в их первоначальной

стоимости накопленных средств производства вследствие повышения производительности создающего их труда (в инвестиционных отраслях); АР - изменение общественной производительности труда; а' - прирост производительности труда, приходящийся на единицу прироста его капиталовооруженности.

Существенными допущениями предложенной модели являются: 1) г - темп прироста накопления средств производства и £ - темп прироста расходов на труд оцениваются в предположении равномерного роста в течение отчетного периода; 2) в течение года расходы на труд и интенсивность труда используемой рабочей силы остаются постоянными.

Соответственно, чем выше V, тем больше годовой прирост ВВП обеспечивается за счет НТП. Предельной формой реализации эффекта использования научно-технических результатов в экономике является добавочная прибыль, в общем случае - избыточный по отношению к среднему уровню прибавочный продукт; непосредственной причиной его появления служит в условиях товарно-денежных отношений снижение издержек производства при неизменных ценах. Субъектом присвоения этого дополнительного дохода становится тот собственник или общественный институт, который в течение достаточно длительного времени способен получать эффект результатов НИОКР, недоступный всем участникам общественного производства, т.е. находящийся в позиции локального монополиста28. Естественно, что этот доход, своеобразная «рента

стоимости воздействие данного условия не учитывается). К этому следует добавить, что величина а изменяется также под воздействием сдвигов в материалоемкости производства, а ее изменение (АаМ) учитывает относительное уменьшение потребности в средствах производства вследствие снижения материалоемкости.

28 Время существования и объемы локальной монопольной прибыли зависят от периода типичного инновационного бизнес-цикла (способов применения передовой технологии и передовой организации труда) в конкретной группе высокотехнологичных

за научные знания», будет тем ниже, чем большее развитие получит всеобщность науки и ее достижений.

Преимущества вышеуказанного подхода и его формализации по сравнению с традиционными подходами состоят в том, что:

1) он обладает огромным эвристическим потенциалом (в том числе и прогностическим), так как учитывает все стадии цикла общественного производства, что в перспективе позволяет смоделировать основные аспекты образования новых сфер деятельности, связанных с развитием высокотехнологичных отраслей и инновационных процессов. Он, в частности, может быть развит в сторону как более четкого представления процессов капитализации науки и сферы образования, так и более полного анализа процессов воспроизводства рабочей силы29;

2) научно-технический прогресс здесь рассматривается не как экзогенный фактор по отношению к росту экономики, а как внутреннее условие ее развития, что учитывается в повышении производительности труда с учетом оценки процессов воспроизводства как средств производства, так и рабочей силы.

Литература

Анчишкин А.И. Наука, техника, экономика. М.: Экономика, 1986.

Бендиков М.А., Фролов И.Э. Высокотехнологичный сектор промышленности России: состояние, тенденции, механизмы инновационного развития. М.: Наука, 2007.

производств и рынков, а также скорости и интенсивности диффузии инноваций.

29 Один из вариантов развития системного подхода к процессам воспроизводства рабочей силы предложен И.Э. Фроловым (см.: Процессы воспроизводства рабочей силы в высокотехнологичных отраслях: прогнозные оценки, проблемы и ограничения // Проблемы прогнозирования. 2009. № 5-6 (в печати)).

Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. М.: Дело, 1994.

Голиченко О.Г. Национальная инновационная система России: состояние и пути развития. М.: Наука, 2006.

Кларк Дж.Б. Распределение богатства. М.: Гелиос АРВ, 2000 (1899).

Кондратьев Н.Д. Основные проблемы экономической статики и динамики. М., 1991.

Кондратьев Н.Д. Проблема предвидения // Большие циклы конъюнктуры и теория предвидения. М.: Экономика, 2002. С. 517-532.

Кошовец О.Б. Особенности экспертного знания в России (на примере становления российского Форсайта) // Вопросы экономики. 2007. № 11. С. 25-44.

Макаров В.Л., Клейнер Г.Б. Микроэкономика знаний. М.: Экономика, 2007.

Нельсон Р., Уинтер С. Эволюционная теория экономических изменений. М.: Дело, 2002.

Проблемы и перспективы технологического обновления российской экономики / Под ред. В.В. Ивантера, Н.И. Комкова. М.: МАКС Пресс, 2007.

Стиглиц Дж.Е., Аткинсон Э.Б. Лекции по экономической теории государственного сектора. М.: Аспект-Пресс, 1995.

Шумпетер Й. Капитализм, социализм и демократия. М., 1942.

Шумпетер Й. Теория экономической динамики. М., 1982.

ФроловИ.Э. Наукоемкий сектор промышленности РФ: экономико-технологический механизм ускоренного развития. М.: МАКС Пресс, 2004.

Фролов И.Э. Концепция экономико-технологического механизма ускоренного развития наукоемкого, высокотехнологичного сектора экономики и ее теоретические основы // Концепции. 2007. № 1 (18). С. 27-58.

Чусов А.В. Теоретические допущения и реальность в экономической науке. Анализ теоретико-методологических взглядов М. Фридмана и модели равновесия в конкурентной экономике Эрроу-Дебре с точки зрения современных методологических подходов: Доклад на семинаре кафедры экономической методологии и истории. М.: ГУ ВШЭ, 2008.

Arrow K.J. The Economic Implications of Learning by Doing // Revue of Economic Studies. 1962. № 29. June. Р. 155-173. Becker G., Murphy K., Tamura R. Human Capital, Fertility and Economic Growth // J.P.E. 1990. Vol. 98. № 5. Part 2. Becker G.S. Human Capital. Columbia University Press for the National Burea, of Economic Research. N.Y., 1964. Перевод: Беккер Г.С. Человеческое поведение: экономический подход // Избранные труды по экономической теории: Пер. с англ. М.: ГУ ВШЭ, 2003. Fellner W.J. The Significance and Limitations of Contemporary Distribution Theory // American Economic Review. 1953. May. Vol. 43. № 2. P. 484-494.

Hiks J.R. The Theory of Wages. Macmillan, 1932. Houthakker H.S. The Pareto Distribution and the Cobb-Douglas Production Function in Activity Analysis // Review of Economic Studies. 1956. № 23. P. 27-31.

Johansen L. Production Functions. Amsterdam, 1972. Jones L., Manuelli R. A Model of Optimal Economic

Growth. Working paper. Stanford, 1988. Kennedy C. Induced bias in innovation and the theory of distribution // Economic Journal. 1964. P. 541-547.

King R., Rebelo S. Business Cycles with Endogenous Growth // Working paper, Rochester. N.Y., 1987. Lucas R. On the Mechanics of Economic Development // Journal of Monetary Economics. 1988. July. № 22. P. 3-42. Rebelo S. Long Run Policy Analysis and Long Run

Growth. Working paper. Rochester. N.Y., 1988. Romer P.M. Endogenous Technological Change (1990) // The Journal of Political Economy. 1990. Vol. 98. № 5. Part 2. P. 71-102. Salter W.E.G. Productivity and Technical Change.

Cambridge, 1966. Samuelson P.A. A Theory of Induced Innovation along Kennedy-Weizsacker Lines // Review of Economics and Statistics. 1965. P. 343-356. Schultz T.W. The Economic Value of Education. N.Y.:

Columbia University Press, 1963. Shell K. Inventive Activity, Industrial Organisation and Economic Growth // Models of Economic Growth. Ed. by J.A. Mirrlees and N.H. Stern. N.Y., 1973.

Solow R. A Contribution to the Theory of Economic Growth // Quarterly Journal of Economics. 1956. № 70. February. P. 65-94.

Solow R., Tobin J., Weizacker C., Yaari M. Neoclassical Growth with Fixed Factor Proportions // Review of Economic Studies. 1966. № 33. P. 79-116.

Solow R. A Technical Change and the Aggregate Production Function // Review of Economics and Statistics. 1957. August.

Weizsäcker C.C. Tentative Notes on a Two Sector Model with Induced Technical Progress // Review of Economic Studies. 1966. P. 245-251.

Рукопись поступила в редакцию 08.04.2008 г.

ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ТЕЗИСОВ ОБ АКТИВНОСТИ ГОСУДАРСТВА В СОЦИАЛЬНОЙ СФЕРЕ

А.Я. Рубинштейн

Содержанием настоящей статьи является авторский ответ на пять ключевых вопросов о деятельности государства в социальной сфере: почему государство должно поддерживать социальную сферу? Каково экономическое содержание расходов государства в этой сфере? Сколько бюджетных средств ей нужно? Какие методы финансирования эффективны? В каком правовом пространстве функционирует социальная сфера? В основе ответов на эти общие вопросы лежит теория рынков опекаемых благ, продолжающая исследования в области «экономической социодинамики». В связи с этим в статье рассмотрены продукты «баумолевской экономики», общественные и мериторные блага, сформулированы критерий принадлежности товаров и услуг к классу опекаемых благ, а также универсальный мотив общественной опеки. Кроме того, в статье обсуждаются прикладные аспекты предложенной теории, в иных тонах освещающие закономерности функционирования общественного сектора и непосредственно государственную деятельность, указывающие на необходимость принципиального пересмотра экономических основ социальной политики и ее правового регулирования. Ключевые слова: опекаемые блага, государственные активы, субсидии, ошибки рынка, мериторные блага.

Ошибочность социальной политики 1990-х гг., в соответствии с которой за рыночные реформы следует расплачиваться человеческим капиталом, уже не вызывает сомнений. Появление «национальных проектов» - первые попытки изменить сложившуюся тенденцию и придать иное направление государственной деятельности в социальной сфере.