Контаминация в современном английском языке: структура, семантика, прагматика

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 8 (223).

Филология. Искусствоведение. Вып. 51. С. 88-93.

Н. А. Лаврова

КОНТАМИНАЦИЯ В СОВРЕМЕННОМ АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ: СТРУКТУРА, СЕМАНТИКА, ПРАГМАТИКА

В статье анализируется лингвистический феномен контаминации - словообразовательной модели, в результате которой возникают контаминанты - слова, образованные стяжением осколочных элементов слов или морфем. В статье освещаются различные структурные и семантические типы контаминации, предлагаются критерии определения морфологического базиса и признака контаминированного слова, намечаются причины возникновение контаминиро-ванных лексем, подчеркивается продуктивный статус контаминации.

Ключевые слова: контаминация, морфологический осколок, морфологический базис и признак, парадигматические и синтагматические контаминанты.

В лингвистической литературе по морфологии и словообразованию до сих пор не существует единства мнений относительно словообразовательной модели контаминации, или стяжения (англ. ‘blending’). Исследования контаминации стали появляться в начале XX века, постепенно расширялись в середине прошлого столетия и достигают апогея на рубеже XX-XXI веков (Н. Paul, 1880; Н. Sweet, 1892; G. Bergstrom, 1906; H. Wentworth, 1934;

H. Marchand, 1960, 1969; И. М. Берман, 1960; L. Soudek, 1967; Т. Р. Тимошенко, 1976; J. Algeo, 1977; А. Ю. Мурадян, 1978; Ю. А. Жлуктен-ко,1983; G. Cannon, 1986; Л. А. Тарасова, 1991; С. Ж. Нухов, 1997; А. А. Де Болт, 1998;

А. Н. Шевелева, 2003; P. Frath, 2005; Ю. П. Ермоленко, 2007).

В настоящий момент исследуются закономерности моделирования формальной и содержательной стороны контаминированных образований, что предполагает их структурную и семантическую классификацию, а также анализ мотивирующих компонентов, участвующих в их создании (Ю. П. Ермоленко)1.

Анализ словарей неолексики (“The Longman Register of New Words” (1989), “The Oxford Dictionary of New Words” (1991), “Dictionary of New Words and Meanings” (2006)) показывает, что количество контаминированных слов растет, хотя и незначительно (от 2 до 7 %), однако эти данные далеко не объективны в отражении количества контаминантов, возникших в последние десятилетия: дело в том, что большинство словарей неолексики не фиксирует слова разговорно-окказионального характера, а именно такими являются около 80 % контами-нантов современного английского языка. Специфика семантики контаминанта заключается в

избирательной представленности компонентов значения (сем) мотивирующих слов-основ, эта избирательность заключается в расширении, сужении, метафоризации или специализации значения исходных слов1.

Изучение контаминированных слов представляется перспективным с точки зрения когнитивной лингвистики, так как процесс создания контаминанта отражает процесс оперирования различными концептами, из которых избираются одни элементы, представленные в контаминанте, и маргинализируются другие.

Одним из первых о контаминации заговорил Г. Пауль (1890), определив ее “as occurring when two synonymous items force themselves simultaneously into consciousness, thereby creating a new form in which elements of one form mingle with the elements of the other, as manifested partly in the phonetic form of single words and partly in their syntactic combination”2. Г. Марчанд определяет контаминацию как метод слияния частей слов в одно новое слово. Г. Бергстром рассматривает стяжение (‘blending or contamination’) как слияние любых частей исходных слов, а также синтаксических конструкций, полагая, что немаловажную роль в процессе образования контаминантов играет семантическое подобие исходных компонентов. Контаминацию он определяет как процесс, возникающий следующим образом: “... due to association by synonymy or similarity of the meaning of the compromising element”3. Г. Кэннон также подчеркивает важность семантического сходства: “Blends <...> are caused by the rise of two or more words (often synonyms or near-synonyms) to one’s consciousness at the same time. The resulting interference produces hesitation and a compromise word”4. Как и

Г. Уентворт, Г. Кэннон выделяет не только лексико-морфологическую, но и синтаксическую контаминацию, приводя следующий пример: “nothing else but a miracle” - nothing but a miracle + nothing else than a miracle4.

Можно видеть, что разные исследователи отдают предпочтения разным терминам, большинство из которых являются синонимичными с контаминацией (стяжение, блендинг), некоторые - смежными (слова-портмоне), другие представляют собой ее частную разновидность (телескопия). Так, Т. Р. Тимошенко отдает предпочтение термину ‘телескопия’, определяя структурную и семантическую особенности этого процесса как «такой способ словообразования, который представляет собой слияние двух (или более) усеченных основ или слияние полной основы с усеченной основой, в результате которого образуется новое слово, полностью или частично включающее в себя значение всех входящих в него структурных элементов»5. А. Ю. Мурадян отдает предпочтение термину ‘словослияние’ и рассматривает его как «процесс образования слов по одной из пяти формальных моделей: начало первого слова и целое второе слово, целое первое слово и конец второго слова, два целых слова, частично накладывающихся друг на друга в месте соединения, начало первого слова и конец второго слова, слово или часть его помещается внутри другого исходного слова»6. А. Ю. Му-радян предлагает следующее определение контаминации (словослияния): «процесс создания нового слова, совмещающего в себе формы и значения двух уже существующих в системе языка слов с обязательным усечением, по крайней мере, одного из исходных слов и (или) наложением их в месте соединения»6.

Можно видеть, что определения и понимание того, что мы называем контаминацией, с одной стороны, обнаруживают много общего, с другой стороны, в известной мере разнятся, выделяя либо структурный, либо семантический аспекты данного явления. Общим является то, что все исследователи единодушны в упоминании процесса усечения и возможного наложения морфов.

Примерно до середины XX века существовала традиция отождествления контаминации с другими словообразовательными процессами

- с аббревиатурой, с сокращением, со словосложением, со сложносокращенными словами. Данный подход, однако, представляется не вполне оправданным, хотя и понятным, так как

в широком смысле в контаминации присутствуют все данные процессы: и сокращение, и аббревиация, и сложение элементов слов. Основное различие между контаминацией и аббревиацией заключается в том, что аббревиатура представляет собой слово-заместитель, употребляющееся вместо и как синоним соответствующего развернутого словосочетания. Контаминант, в отличие от аббревиатуры, в большинстве своем не является синонимом или знаком-заместителем соответствующего развернутого словосочетания. Основное различие между контаминацией и сложным словом заключается в том, что контаминант представляет собой единую корневую морфему, что особенно ощутимо в контаминантах, состоящих из одного-двух слогов. На это обстоятельство указывает как Т. Р. Тимошенко, так и

В. М. Лейчик. По мнению В. М. Лейчика, «создание такой морфемы из двух или нескольких корневых морфем является существенным отличием слова-стяжения от сложных слов»7.

Контаминация нередко служит базой стилистического приема - каламбура, однако не следует отождествлять контаминацию и каламбур (игру слов), хотя одно не исключает другое. Можно сказать, что контаминация представляет собой разновидность словесной игры, последняя же далеко не всегда основана на контаминации. Как справедливо отмечает Дж. Алджео, если два слова или две формы слова «накладываются» друг на друга и при этом совпадают фонетически или графически, речь не идет о контаминации, но об игре слов, основанной на полисемии или паронимии.

Существует мнение, что базой для образования контаминантов «служит свободная синтаксическая конструкция, стереотипный характер и частая повторяемость которой являются основными катализаторами ее трансформации в цельнооформленную лексему»8. Ю. А. Жлук-тенко указывает на то, что контаминация «в отличие от аббревиатур, не имеет соответствия в свободных словосочетаниях, а образуется вследствие установления ассоциативных связей между двумя синтаксически обособленными словами»9. В действительности, оба утверждения являются правильными, что не противоречит контаминации как сложному и многогранному явлению: в зависимости от структурного типа контаминантов можно условно выделить синтагматические и парадигматические кон-таминанты. Синтагматические контаминанты состоят из слов, встречающихся в линейной

цепи и имеющих общий элемент (графему или слог) на границе конца первого слова и начала второго, именно это обстоятельство и способствует слиянию двух слов, например: Chicagorilla - Chicago + gorilla, morphonemics

- morphology + phonemics; radarange - radar + range, dramateur - drama + amateur. Как указывает Ю. П. Ермоленко10, ассоциативные, или парадигматические, контаминанты возникают сначала в сознании говорящего, а потом уже в речи, причем нередко это стяжение синонимов или семантически сходных слов, например: needcessity - need + n(e)cessity, crocogator -crocodile + alligator. Важно отметить, что помимо семантической или понятийной близости исходных слов определенную роль играет и фонетическое подобие слов, что способствует их одновременной активизации в сознании в и речи: preet - pretty + sweet. В последнем случае, однако, возникновение контаминанта может быть не столько осознанным образованием, сколько результатом оговорки.

Некоторые исследователи (G. Bergstrom. J. Algeo, И. И. Борисенко) считают, что семантический аспект играет доминирующую роль при формировании контаминанта и что слова-стяжения в большинстве случаев создаются благодаря ассоциативным связям между исходными словами (данные и примеры приводятся по Ю. П. Ермоленко), которые могут быть близкими по значению: needcessity - need + necessity, preet - pretty + sweet; swellegant -swell + elegant; противоположными no значению, например: contract - concrete + abstract; относящимися к одному понятию или одному классу явлений: Octembre - October+November; Eurasia - Europe + Asia; не близкими по значению, но обладающими способностью использоваться взаимозаменяемо в речевой цепи, то есть грамматически равнозначными словами: baskart - basket + cart; не близкими по значению и не обладающими способностью использоваться взаимозаменяемо в речи, но ассоциирующимися между собой, например, foodoholic

- food + alcoholic.

По мнению Г. Бергстрома, «чем меньше семантическое сходство исходных единиц, тем меньше у них шансов образовать стяжение»11. Материал современных контаминантов, однако, опровергает это утверждение: в случае шутливо-иронических контаминантов (то есть в абсолютном большинстве случаев) решающим оказывается фонетическое сходство, а не семантическое (см., например, словарь “The

Little Hiptionary”12. Представляется, что с теоретической точки зрения возможно объединение практически любых слов в контаминанте, решающими оказываются экстралингвистиче-ские или ономасиологические предпосылки: ассоциации, возникающие в сознании говорящего между двумя или более концептами, служат основной предпосылкой формирования контаминанта.

Сложным и до сих пор не решенным оказывается вопрос об ономасиологическим базисе и признаке контаминированного образования. Для их определения существует как чисто формальные, так и концептуально-смысловые критерии, однако, взятые вне контекста, контами-нанты обнаруживают значительную сложность в установлении их базиса и признака. Формальным признаком определения базиса является расположение компонентов в контаминанте: зачастую базисным элементом является второй (то есть последний) мотивирующий компонент контаминанта. Однако это оказывается справедливым только в том случае, если конта-минант восходит к словосочетанию или если в ассоциациях, возникающих в сознании говорящего, первый компонент выступает в качестве определения второго. Еще одним критерием является акцентно-слоговая структура конта-минанта: предположительно, базисом является то слово, которое совпадает с контаминантом по количеству слогов и по ударению. Определим базис и признак в следующих контами-нантах: ‘shamateur’, ‘brunch’, ‘herrible’, ‘motel’, ‘swellegant’, ‘foodaholic’. В первом случае, очевидно, что базисом является второй компонент контаминанта - ‘amateur’, потому что ‘shamateur’ совпадает с ним по фонетическому и по слоговому составу и потому что ‘sham’ выступает в качестве определения (зависимого компонента) в словосочетании ‘sham amateur’. В контаминанте ‘brunch’ базисным элементом также является второй компонент ‘lunch’, так как он присутствует в слове в большем объеме, совпадает по акцентно-слоговой структуре с контаминантом и обозначает «плотный второй завтрак, включающий первый завтрак». В данном случае, как, впрочем, и во всех остальных, важным и, пожалуй, абсолютно достоверным критерием является значение соответствующе -го контаминанта: зная значение, мы безошибочно определяем базисный элемент и модифицирующий. Во всех остальных случаях мы можем только высказывать предположение о том, какой элемент является главным, какой -

зависимым. В контаминанта ‘herrible’ вторым компонентом выступает слово ‘terrible’, совпадающее с ним по акцентно-слоговому составу. В то же время видно, что оба слова представлены в контаминанте в одинаковом объеме. Учитывая то, что компоненты контаминанта находятся в равных с точки зрения семантики и синтаксиса отношениях - являются синонимическими прилагательными, делаем вывод о том, что в данном случае оба компонента являются «главными», а выделить зависимый (модифицирующий) элемент не представляется возможным. Контаминант ‘motel’ можно представить в виде синтаксического словосочетания ‘a hotel for motor vehicles’. В значении контаминанта на первом месте находится понятие ‘отель’, а не ‘транспортное средство’, поэтому именно слово ‘отель’ является базисным элементом. Кон-таминант ‘swellegant’ восходит к мотивирующим словам-основам ‘swell’ и ‘elegant’. С точки зрения семантики и синтаксиса, данные слова также находятся в равных отношениях: это синонимичные прилагательные со значением ‘превосходный’, ‘элегантный’, ‘привлекательный’, которые представлены в контаминанте в полном объеме. С другой стороны, слово ‘swell’ обладает коннотацией экспрессии и оценоч-ности, в отличие от слова ‘elegant’, и поэтому может употребляться как слово-усилитель значения компонента ‘elegant’. В контаминанте ‘foodaholic’ базисным элементом является второй компонент ‘alcoholic’, так как значение кон-таминанта ‘человек, испытывающий нездоровое пристрастие к потреблению пищи’. Таким образом, учитывая семантический, синтаксический, понятийный и акцентно-слоговой аспекты составляющих компонентов контаминанта, можно сформулировать некоторые правила относительно дистрибуции базисного и модифицирующего компонентов контаминанта:

1. Базисным элементом может выступать второй компонент контаминанта в том случае, если оба мотивирующих слова восходят к устойчивому или свободному синтаксическому словосочетанию, расположение компонентов которого совпадает с расположением компонентов слов в контаминанте.

2. В случае если слова-источники являются синонимами и не допускают расположения компонентов «главное-зависимое» или «зависимое-главное», оба элемента являются в равной степени важными, таким образом, определить базисный и модифицирующий элемент не представляется возможным.

3. Решающую роль при определении главного и зависимого элемента играет то понятие, которое передается контаминантом.

4. В некоторых случаях при очевидном наличии главного и зависимого компонентов определить их дистрибуцию затруднительно, что обусловлено неустойчивым, в известной степени субъективным восприятием того, какое понятие является доминирующим. В качестве примера можно привести контаминант ‘boatel’, компонентами которого являются слова ‘boat’ и ‘hotel’. В отличие от упомянутого выше контаминанта ‘motel’, представляющего собой ‘отель для автотранспорта’, контаминант ‘boatel’ - не есть ‘отель для лодок’, но ‘отель на воде, который по форме напоминает лодку’. В большинстве своем этот отель способен передвигаться по воде, как и лодка. Получается, что понятия, передаваемые контаминантами ‘motel’ и ‘boatel’ не полностью сопоставимы: то, что называется вторым контаминантом, в большей степени напоминает лодку как по форме, так и по функции.

Важно подчеркнуть, что возникновение контаминантов может быть обусловлено как лингвистически, так и экстралингвистически: к лингвистическим относятся синтагматические контаминанты, возникновение которых обусловлено принципом экономии. Экстралингви-стическими, или ономасеологическими, являются ассоциативно-парадигматические конта-минанты, возникновение которых обусловлено во многом субъективными ассоциациями, возникающими в сознании говорящего.

Интересно, что статус осколочного элемента контаминанта также может быть различным: различают уникальные и неуникальные осколочные элементы. Уникальные - это такие элементы, которые не встречаются в других контаминантах. Неуникальные элементы активно используются для образования целой группы контаминантов. К последним относятся такие осколки, как ‘-tel’, ‘-holic’, ‘-tainment’, ‘-cersize’, ‘-gasm’, ‘-tastic’, ‘-tarded’, ‘-unch’, ‘-thon’, etc. Повторяющиеся в других словах, эти элементы находятся на пути становления суффиксами. Однако особенность их семантики заключается в том, что они сохраняют тесную смысловую связь со своими прототипами - полноценными словами, к которым они восходят: «связанность их семантики рамками телескопного слова, некоторая неясность их значения, а также невозможность их функционирования в качестве самостоятельной едини-

цы языка свидетельствует о том, что неуникальные “осколочные” элементы не достигают статуса морфемы, а полностью отвечают определению квази-морфемы»13.

До сих пор остается дискуссионным и вопрос о продуктивности контаминации как словообразовательной модели. Если понимать под продуктивностью модели возможность ее применения в любой момент, а также факт ее неоднократного использования для образования новых слов, то контаминация, безусловно, продуктивна, хотя и имеет следствием образование стилистически маркированных и нередко окказиональных слов. В пользу продуктивности контаминации говорит и то обстоятельство, что контаминанты могут служить основой формирования других слов, как правило, дериватов, например: to infinitply (infinite + multiply) + -ment

- infinitplyment; to jazzercise (jazz + to exercise) + -er - jazzerciser; to mnemorize ( mnemonic + to memorize) + -ation - mnemorization; to producticrastinate (productive + to procrastinate) + -ation - producticrastination.

Некоторые исследователи предлагают разграничивать причины образования контами-нантов на лингвистические и экстралингвисти-ческие. Так, Ю. П. Ермоленко относит к лингвистическим факторам следующие: «1) сте-

реотипность синтаксических конструкций; 2) наличие в английском языке большого количества атрибутивных сочетаний; 3) фонетическое сходство отдельных элементов мотивирующих слов; 4) аналогия». К экстралингвистическим факторам автор относит: «1) установление особых ассоциативных связей между синтаксически обособленными словами; 2) компромисс, когда при выборе того или иного слова одновременно употребляются оба; 3) номинативная целесообразность; 4) привнесение элементов субъективного смысла (экспрессия, новизна, комизм); 5) стремление коммуникантов к благозвучию и к языковой экономии»14.

По данным, приводимым Ю. П. Ермоленко, большинство контаминированных слов представлены именами существительными, компонентами которых также являются имена существительные (601 контаминант в выборке Ю. П. Ермоленко). Только 2 % контаминантов состоят из трех и более компонентов. Концептуальный аспект формирования семантики контаминанта заключается в том, что его появление обусловлено осмыслением объектов, некоторые черты которых мыслятся как схожие или смежные. Этапу образования контаминан-

та предшествует этап осмысления денотатов, обозначаемых составными компонентами кон-таминанта. Поэтому контаминированное слово можно рассматривать как результат мыслительных операций по установлению связей и отношений между предметами и явлениями объективной реальности.

Наиболее многочисленные в тематическом отношении - контаминанты, обозначающие человека и его деятельность, прежде всего, это качественно-оценочные слова, характеризующие действия человека, как правило, с отрицательной стороны.

Итак, контаминация представляет собой самостоятельную модель образования новых слов, не сводимую к смежным словообразовательным явлениям, как то: аббревиация, сокращение, словосложение. Несмотря на наличие смежных терминов, в настоящей работе отдается предпочтение термину ‘контаминация’ как, во-первых, более традиционному, нежели остальные, во-вторых, как термину, употребляющемуся в докторских диссертациях отечественных исследователей (см., в частности, диссертацию С. Ж. Нухова)15. При всем многообразии структурных и семантических типов контаминантов, наиболее значимым и непротиворечивым представляется выделение синтагматических и парадигматических кон-таминантов. Образование первых обусловлено лингвистическими факторами, в частности, соображениями языковой экономии, образование вторых - экстралингвистическими причинами. Косвенным подтверждением популярности и продуктивности контаминации служит то обстоятельство, что контаминанты могут становиться источником формантов, постепенно достигающих статуса суффиксальной словообразовательной морфемы.

Примечания

1 См.: Ермоленко, Ю. П. Номинативные модели формирования новых слов методом стяжения в современном английском языке : дис. ... канд. филол. наук. М. , 2007. 296 с.

2 Cannon, G. Blends in English word formation // Linguistics. 1986. № 24. P. 725-753.

3 Bergstrom, G. A. On Blendings of Synonymous or Cognate Expressions in English : doctoral dissertation. Lund, 1906. 211 p.

4 Cannon, G. Blends in English word formation.

5 Тимошенко, Т. Р. Телескопия в словообразовательной системе современного английско-

го языка : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Киев, 1976. 26 с.

6 Мурадян, А. Ю. Словослияние в современном английском языке (специфика, динамика, теория) : автореф. дис. ... канд. филол. наук. Л., 1978. 15 с.

7 Лейчик, В. М. Об одном малоизученном способе словообразования. «Телескопные слова» современного французского языка // Науч. докл. высш. шк. Филол. науки. 1966. № 3.

С.14-21.

8 Омельченко, Л. Ф. Телескопия - один из малоизученных способов глаголообразования современного английского языка // Филол. науки. 1980. № 5. С. 66-71.

9 Английские неологизмы / под ред. Ю. А. Жлук-тенко. Киев : Наукова думка, 1983. 172 с.

10 См.: Ермоленко, Ю. П. Номинативные модели формирования новых слов методом стяжения в современном английском языке : дис. ... канд. филол. наук. М., 2007. 296 с.

11 Bergstrom, G. A. On Blendings of Synonymous...

12 См.: Cullen, R. The Little Hiptionary. N.-Y. : Peter Pauper Press, 2007. 145 p.

13 Тимошенко, Т. Р. Телескопия.

14 Ермоленко, Ю. П. Номинативные модели.

15 См.: Нухов, С. Ж. Языковая игра в словообразовании (на материале лексики английского языка) : дис. ... д-ра филол. наук. М., 1997. 370 с.