«Попытки создать антииранскую коалицию смешны»

Москву для участия в Ближневосточной конференции международного дискуссионного клуба «Валдай» посетил замминистра иностранных дел Ирана, президент Института политических и международных исследований Сайед Казем Саджадпур. В интервью корреспонденту “Ъ” Марианне Беленькой он рассказал об отношении Тегерана к попыткам США и Израиля создать антииранскую коалицию.

— Президент Ирана Хасан Роухани назвал американские санкции против республики экономической войной. До этого он говорил, что Иран переживает тяжелейший экономический кризис за 40 лет. Как ваша экономика справляется с этим кризисом?

— Американские санкции — это гораздо больше, чем просто санкции. Это выражение политики враждебности, настоящая война, в том числе экономическая, которая влияет на жизнь простых людей. И эта враждебность США в отношении Ирана сейчас на самом высоком уровне. Но Иран справляется с этой ситуацией при помощи наших людей и наших ресурсов. Да, это вызов для нас, но мы можем ему противостоять благодаря нашему опыту. На протяжении 40 лет мы сталкивались с подобным американским поведением.

— В феврале главы МИДов Франции, Германии и Великобритании заявили о регистрации совместного механизма расчетов с Ираном INSTEX. Однако Тегеран считает это недостаточной мерой для сохранения ядерной сделки. Что Иран ждет от Европы?

— Несмотря на то что мы соблюдаем совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), мы находимся под давлением санкций. Европа действует очень медленно и не слишком продуктивно. Она пытается остаться в рамках СВПД, но здесь важны эффективность, время и конкретный результат, а не тот или другой механизм. Европейцы должны дать нам то, что должны — итогом должна стать нормализация экономических связей Ирана с миром.

— В Тегеране заявляют, что терпение Ирана относительно усилий ЕС сохранить СВПД может иссякнуть. Что будет, когда это произойдет? И когда это будет?

— Я не могу сказать. Но обычно, когда у вас есть соглашение, особенно такое, о котором вы вели переговоры на протяжении долгого времени, есть и ожидания. И эти ожидания должны быть соответственно встречены. Реальность должна соответствовать ожиданиям.

— В четверг в Москву должен прилететь премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. Как правило, у него одна повестка переговоров с Россией — ограничение иранского влияния в Сирии и в регионе в целом. Как вы относитесь к диалогу между Россией и Израилем?

— Иранское влияние в регионе, естественно, основано на прочных корнях, которые есть там у Тегерана. Поэтому такого рода заявления об ограничении влияния Ирана никак не угрожают этому влиянию. Влияние — это не то, что можно навязать, это то, что само развивается, эволюционирует. Заявления Израиля об иранском влиянии можно назвать иранофобией, которую используют для повышения политического рейтинга, для выборов, для внутренней аудитории.

— А как относится Иран к диалогу между Россией и Израилем?

—…(Молчит.)

— Израиль утверждает, что атакует в Сирии иранские военные объекты и объекты союзников Ирана. Что это за объекты?

— Прежде чем ответить на этот вопрос, давайте спросим: зачем Израиль нарушает территориальную неприкосновенность Сирии? Это фундаментальный вопрос. Израиль выступает как оккупационная сила в Сирии, он занимает Голанские высоты более чем 50 лет. Нарушает сирийское воздушное пространство, что противоречит международным законам.

— Согласно заявлениям в России и Израиле, проиранские силы были отведены от израильской границы по просьбе России. Это действительно так?

— У меня нет информации об этом.

— Есть мнение, что интересы России и Ирана в Сирии рано или поздно столкнутся. Особенно экономические интересы. Что вы думаете об этом?

— Я думаю, что отношения России и Ирана достаточно уверенные, чтобы решить любые вопросы. Это крепкие отношения. Они достаточно надежны и для сотрудничества, и для решения спорных вопросов.

— Правда ли, что вы помогаете хуситскому движению «Ансар Аллах» в Йемене оружием?

— Очень много всяких утверждений. Наши симпатии со всеми, кого угнетают. И мы симпатизируем хуситам, потому что они как раз подвергаются угнетению.

— На прошлой неделе США провели в Польше конференцию, где основной темой было противодействие Ирану. Как вы оцениваете результаты конференции? Возможно ли создать антииранский блок?

— Думаю, что попытки создать коалицию против Ирана были искусственными, ненатуральными и, я бы даже сказал, смешными. Иран — это не проблема региона. Иран — это решение. Ни один вопрос в регионе не может быть решен без участия Ирана. И это участие позитивно и нацелено на установление мира. В частности, в Сирии, где мы участвовали в борьбе с террористической группировкой «Исламское государство» (запрещена в РФ.— “Ъ”). Цель США заключается в создании антииранской атмосферы, в которой они могут продать больше оружия своим союзникам, а также представить свою «сделку века», которая игнорирует права палестинцев. Основная проблема для региона — это палестинский вопрос. И любые попытки маргинализировать палестинский вопрос будут обречены на провал. Говоря о том, что Иран — это проблема региона, США и Израиль пытаются уйти от обсуждения палестинского вопроса. Это не удастся. Только сравните Варшавскую конференцию с проходившим в тот же день саммитом в Сочи, где встретились президенты России, Ирана и Турции. Он был успешным, так как его целью было действительно принести мир и стабильность в Сирию. А конференция в Варшаве была сама по себе ошибочной.

— Вице-президент США Майкл Пенс на конференции обвинил Иран в поддержке терроризма и антисемитизме. Как вы это прокомментируете?

— Если вы читаете международную прессу, за исключением американской, то вы увидите отзывы о речи Пенса. Она была катастрофой. Что касается обвинений Ирана в терроризме, это невозможно. Иран сам жертва терроризма. Только в прошлую среду в Иране был очередной теракт, погибли свыше 20 военных. Обвинения в антисемитизме также абсолютно неуместны. Евреи в Иране жили на протяжении тысяч лет. В конституции Ирана гарантировано соблюдение прав евреев, как и других граждан страны. Мы уважаем иудаизм, как и другие религии. Но мы не уравниваем иудаизм с сионизмом. Это важно.

— Признает ли Иран холокост?

—…(Молчит.)

— Вы упомянули о теракте. Кто за ним стоит? Из Ирана звучали заявления о поддержке террористов Пакистаном и Саудовской Аравией.

— Идет расследование. И я не уполномочен говорить о том, кто стоит за этим преступлением. Но, так или иначе, известно, что некоторые региональные игроки хотели бы принести войну на территорию Ирана.

— Готовы ли вы к диалогу с Саудовской Аравией?

— Мы всегда выступаем за снижение напряженности в регионе и за сотрудничество. В 2017 году на Мюнхенской конференции наш министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф напомнил о плане по достижению стабильности в регионе на основе резолюции Совбеза ООН 598, принятой в 1987 году для того, чтобы остановить ирано-иракскую войну. Там была закреплена региональная договоренность о безопасности. Мы не выступаем за эскалацию, мы выступаем за диалог. Было много предложений о посредничестве между нами, но с той стороны был негативный ответ.

Фотогалерея

1 / 15