Музыка в драматургии А. П. Чехова

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

Г. С. Миронова

Тульский государственный педагогический университет

им.Л. Н. Толстого

МУЗЫКА В ДРАМАТУРГИИ А. П. ЧЕХОВА

В статье анализируется роль музыки в жизни и творчестве А. П. Чехова, писателя, восприимчивого к музыке, переживание которой давало ему ощущение радости жизни и становилось импульсом творческого вдохновения. Опираясь на высказывания современников писателя и исследователей его творчества (Т. Л. Щепкина-Куперник, К. С. Станиславский, В. Э. Мейерхольд, Я. М. Платек, Е. С. Роговер, Н. Ф. Иванова, Н. П. Малютина и др.), автор приходит к выводу о том, что чеховские произведения построены по музыкальным законам (рассказ «Счастье» -«квазисимфония», повесть «Черный монах» - «вещь, построенная в сонатной форме», комедия «Вишневый сад» - симфония). Особое место в работе занимает исследование мелодических форм и звуковой организации зрелой чеховской драматургии. В статье представлены ключевые эпизоды, реплики персонажей и ремарки из таких чеховских пьес, как «Иванов», «Чайка», «Дядя Ваня», «Три сестры», «Вишневый сад». Во всех этих произведениях используются яркие музыкальные образы, слышится звучание различных музыкальных инструментов (свирель, гармоника, скрипка, гитара, фортепьяно), которые создают особый лирический фон, лирическую интонацию, составляющую уникальность чеховской драматургии. В статье исследована также роль музыкальных мотивов и звуковых эффектов в композиции пьес и создании образов героев, изучена особая лирическая, музыкальная атмосфера чеховской драматургии, которая одухотворяет жизнь, изображенную писателем, включает читателей в жизнь чеховских персонажей.

Ключевые слова: драматургия, музыкальные мотивы, полифонизм, музыкальность композиции, лиризм, звуковое оформление.

The article analyzes the role of music in the life and work of Anton Chekhov, the writer, receptive to the music, which is the experience gave him a sense of the joy of life and becomes an impulse of creative inspiration. Based on the statements of the writer's contemporaries and scholars of his work (T. L. Shchepkinа-Kupernik, ^ S. Stanislavski, V. E. Meyerhold, J. M. Platek, E. S. Rogover, N. F. Ivanova, N. P. Malyutina etc.), the author concludes that Chekhov's works are built on the laws of music (the story «Happiness» - «kvazisimfoniya», the story «The Black monk» - «a thing built in sonata form» comedy «Cherry garden»- a symphony). A special place in the study takes the melodic shapes and sound organization mature Chekhov's drama. The article presents the key episodes, characters and remarks replica of Chekhov's plays such as «Ivanov», «Seagull», «Uncle Vanya», «Three Sisters», «The Cherry Orchard». In all these works are used vivid musical images, hear sounds of different musical instruments (flute, harmonica, violin, guitar, piano), which create a special lyrical background, lyrical tone, unique component of

G. S. Myronova

Tula State Lev Tolstoy Pedagogical University

MUSIC IN DRAMA ANTON CHEKHOV

Chekhov's dramaturgy. The paper studies the role of musical motifs and sound effects in the composition of plays and creating characters images, studied special lyrical, musical atmosphere of Chekhov's drama that inspires the life depicted writer includes readers in the life of Chekhov's characters.

Keywords: drama, musical motifs, polyphony, music, lyricism, sound design.

Антон Павлович Чехов был чрезвычайно восприимчив к музыке, переживание которой давало ему ощущение радости жизни и становилось импульсом творческого вдохновения. По словам Т. Л. Щепкиной-Куперник, только в музыке Чехов признавал пафос и романтизм и «отдавался их очарованию» [11, с. 332]. Поэтому писатель обогащал свои произведения музыкальными мотивами и мелодическими формами, которые пронизывали ритм его рассказов, речевые высказывания персонажей, они часто упоминались в тексте, вводились для сравнения жизненных явлений, заполняли паузы в сюжетном движении.

В ряде случаев Чехов строил свои произведения по музыкальным законам. Например, сам писатель говорил, что рассказ «Счастье» художественно организован как «квазисимфония», а повесть «Черный монах» была воспринята Д. Шостаковичем как «вещь, построенная в сонатной форме» [1, с. 152-153]. Об исключительной музыкальности чеховской прозы писали такие исследователи, как И. Эйгес [12], Н. Фортунатов [9], Я. Платек [6; 7]. Но не в меньшей степени, а, возможно, и в большей музыкальность Чехова проявилась в его драматургии. Так, исследователь Н. Ф. Иванова обратила внимание на роль романсового начала в пьесе «Вишневый сад» [2, с. 560-565]. Н. П. Малютина сопоставила полилог данной комедии с музыкальной драматургией рубежа XIX-XX столетий и пришла к выводу о сложности полифонизма этой пьесы, который становится мощным средством драматургии и важнейшим средством художественного мышления [4, с. 553559].

К. С. Станиславский подчеркивал, что Чехов как автор драматических произведений был не только поэтом и художником, но и музыкантом. Как отмечает Е. С. Роговер, пьесы Чехова «были транспонированы в соответствии с ритмами его эпохи» [8, с. 197]. А по словам французского писателя Андре Моруа, «любая пьеса Чехова подобна музыкальному произведению... Создается впечатление, что в свой театр он пытался перенести ощущение нежности, воздушной легкости, меланхоличной и хрупкой красоты» [5], присущее музыкальным произведениям. По этой, видимо, причине драматургия Чехова притягивала внимание таких композиторов, как П. И. Чайковский и С.В. Рахманинов. Последний, например, создал на чеховские темы не только «фантазию для оркестра», но и романс «Мы отдохнем» на слова монолога Сони из IV действия пьесы «Дядя Ваня», а также композитор планировал создать оперу «Дядя Ваня», о чем сообщал Б. Асафьев. При восприятии чеховской драматургии вспоминаются также мелодии П. И. Чайковского. От их произведений веет особой теплотой, душевностью, горячим сочувствием человеку, а в опере «Евгений Онегин», по словам Б. Асафьева, «предварен лиризм чеховских драм» [1, с. 157]. В свою очередь, А.

П. Чехов претворял в своих пьесах принцип музыкальной драматургии. В. Э. Мейерхольд в письме автору «Вишневого сада» отмечал: «Ваша пьеса абстрактна, как симфония Чайковского. И режиссер должен уловить ее слухом прежде всего» [3, с. 448]. Американский историк театра Дж. Гасснер справедливо назвал чеховские пьесы «социальными фугами» и отметил «симфонию их характеров» и устремлений.

Нередко действие в художественном мире чеховской драматургии сопровождается звуками различных музыкальных инструментов, таких как свирель, гармоника, скрипка, гитара, фортепьяно, еврейский оркестр в 3 действии «Вишневого сада», - все эти звуковые эффекты сопровождают едва ли не каждое значительное событие, становясь символическим отзвуком в читательской памяти. Например, в конце первого действия комедии «Вишневый сад» Чехов замечает: «Далеко за садом пастух играет на свирели. Трофимов идет через сцену и, увидев Варю и Аню, останавливается. <...> Трофимов (в умилении). Солнышко мое! Весна моя!» [10, с. 639-640]. Высокий, чистый и нежный звук свирели является здесь, прежде всего, фоновым оформлением нежных чувств, испытываемых персонажем. Звук гармоники в драме «Иванов», напротив, становится символом одиночества героини: «Пауза; слышны далекие звуки гармоники. Анна Петровна. Какая скука!.. Вон кучера и кухарки задают себе бал, а я... я - как брошенная...» [10, с. 386].

Интересен и символ скрипки, на которой играет Андрей Прозоров, персонаж драмы «Три сестры». С одной стороны, его умение играть - признак образованности. В начале пьесы сестры гордятся им: «За сценой игра на скрипке. Маша. Это Андрей играет, наш брат. Ирина. Он у нас ученый. Должно быть, будет профессором. Папа был военным, а его сын избрал ученую карьеру» [10, с. 578]; «Ольга. Он у нас и ученый, и на скрипке играет, и выпиливает разные штучки, одним словом, мастер на все руки» [10, с. 579]. С другой стороны, для самого Андрея скрипка - это способ бегства от окружающей действительности, от проблем. Даже начавшийся пожар не трогает его: «Ирина. <...> И вот все побежали на пожар, а он сидит у себя в комнате и никакого внимания. Только на скрипке играет» [10, с. 608]. И даже его жена начинает пренебрежительно относиться к занятию мужа: «Наташа (горничной). <.> В твою комнату я велю переселить Андрея с его скрипкой -пусть там пилит!» [10, с. 623]. К концу пьесы скрипка начинает звучать все чаще. Андрей все больше замыкается в своем мире, больше времени уделяет игре на инструменте.

Действие в пьесе «Дядя Ваня» сопровождается звуками гитары, которая присутствует уже в первом действии во вводной ремарке: «...на одной из скамей лежит гитара» [10, с. 529]. На этом музыкальном инструменте на протяжении всего произведения наигрывает «обедневший помещик» Илья Ильич Телегин: «Телегин настраивает гитару... Телегин играет польку.» [10, с. 535]; «Телегин бьет по струнам и играет польку...» [10, с. 538]; «Входит Астров... за ним Телегин с гитарой. Астров. Играй! Телегин. Все спят-с! Астров. Играй! Телегин тихо наигрывает» [10, с. 543]. И последний

монолог Сони «Что же делать, надо жить!» сопровождается звуками гитары: «Телегин входит на цыпочках, садится у двери и тихо настраивает гитару»; «Телегин тихо играет на гитаре»; «Телегин тихо наигрывает. Соня. Мы отдохнем!» [10, с. 569].

Особое место в драматургии Чехова занимает звук фортепьяно. Его символическое значение реализуется в четвертом действии пьесы «Чайка»: «Через две комнаты играют меланхолический вальс. Полина Андреевна. Костя играет. Значит, тоскует» [10, с. 517]; «за сценой играют меланхолический вальс» [10, с. 522]. Меланхолический вальс объясняет внутреннее состояние чеховских героев, не только Треплева, но и Полины Андреевны, и Маши. Неслучайно во время игры Маша «делает бесшумно два-три тура вальса» [10, с. 517]. Робкий намек на танец под звуки печальной музыки становится в данном случае выражением тайной любви без какой-либо надежды на ее осуществление в реальной жизни. В конечном же итоге, объединяя всех персонажей мизансцены, меланхолический вальс превращается в символ несбывшихся надежд.

Музыка в драматургии Чехова озвучивает образы и ситуации, является важным строительным материалом в композиции пьес. Лирическая, музыкальная атмосфера одухотворяет жизнь, изображенную писателем, приближает к нам образ автора, со всей непосредственностью включает читателей в жизнь чеховских героев. Музыкальное начало сказывается у Чехова в языке произведений, в особом внимании к звуковым образам, в музыкальности композиции, в общей лирической интонации. Чеховская драматургия - это удивительный пример органического синтеза двух видов искусств - литературы и музыки.

Литература

1. Балабанович, Е. Чехов и Чайковский [Текст] / Е. Балабанович. М. : Моск. рабочий, 1970. 184 с.

2. Иванова, Н. Ф. «Ужасно поют эти люди...» (Романсы в пьесе Чехова «Вишневый сад») [Текст] / Н. Ф. Иванова // Чеховиана. «Звук лопнувшей струны»: к 100-летию пьесы «Вишневый сад» / отв. ред. В. В. Гульченко. М. : Наука, 2005. С. 560-565.

3. Чехов А.П. Литературное наследство. Т. ЬХУШ. [Текст]. М. Издательство академии наук СССР, 1960. 974 с.

4. Малютина, Н. П. Характер полилога в пьесе «Вишневый сад» в контексте поисков музыкальной драматургии рубежа Х1Х-ХХ столетий [Текст] / Н. П. Малютина // Чеховиана. «Звук лопнувшей струны»: к 100-летию пьесы «Вишневый сад» / отв. ред. В. В. Гульченко. М. : Наука, 2005. С. 553-559.

5. Моруа, А. Честные и смелые глаза [Текст] / А. Моруа // Литературная газета. 1960. 29 янв.

6. Платек, Я. Под сенью дружных муз [Текст] / Я. Платек. М. : Сов. композитор, 1987. 232 с.

7. Платек, Я. Одинокая душа. Музыка на страницах Чехова [Текст] / Я. Платек. М. , 2006. 190 с.

8. Роговер, Е. С. Русская и зарубежная драматургия в школьном изучении [Текст]: учебное пособие. В 2 ч. / Е. С. Роговер. СПб. ; М. : САГА : ФОРУМ, 2007. Ч. 2. 432 с.

9. Фортунатов, Н. Пути исканий [Текст] / Н. Фортунатов // О мастерстве писателя. М. : Сов. писатель, 1974. 240 с.

10. Чехов, А. П. Избранные сочинения [Текст]. В 2 т. / А. П. Чехов. М. : Худож. лит., 1986. Т. 2. 671 с.

11. Чехов в воспоминаниях современников. 2-е изд., доп. М. : Гослитиздат, 1954.682 с.

12. Эйгес, И. Музыка в жизни и творчестве Чехова [Текст] / И. Эйгес. М. : Музгиз, 1953. 96 с.

Bibliography

1. Balabanovich, E. Chekhov and Tchaikovsky [Text] / Е. Balabanovich. Moscow: Mosk. rabochiy, 1970. 184 p.

2. Ivanova, N. F. «Uzhasno poyut eti lyudi...» (Romansy v p'yese Chekhova «Vishnevyy sad») [«These people terribly sing...» (lyrical sentimental songs in Chekhov's play «The Cherry orchard»)] [Text] / N. F. Ivanova // Chekhoviana. «Zvuk lopnuvshey struny»: k 100-letiyu p'yesy «Vishnevyy sad» / ed. by V. V. Gul'chenko. Moscow: Nauka, 2005. Pp 560-565.

3. Chekhov A.P. Literaturnoye nasledstvo [Literary inheritance]. Vol. LXVIII. [Text]. Мoscow: Izdatel'stvo akademii nauk SSSR, 1960. 974 p.

4. Malyutina, N. P. Kharakter poliloga v p'yese «Vishnevyy sad» v kontekste poiskov muzykal'noy dramaturgii rubezha XIX-XX stoletiy [Character of polylogue in the play «The Cherry orchard» in a context of searching musical dramaturgy on the turn of the XIX-XXth centuries] [Text] / N. P. Malyutina // Chekhoviana. «Zvuk lopnuvshey struny»: k 100-letiyu p'yesy «Vishnevyy sad» / ed. by V. V. Gul'chenko. Moscow: Nauka, 2005. Pp 553-559.

5. Maurois, A. Chestnyye i smelyye glaza [Honest and bold eyes] [Text]/A. Maurois // Literaturnaya gazeta. 1960. Jan. 29.

6. Platek, Ya. Pod sen'yu druzhnykh muz [Under the shadow of amicable muses] [Text] / Ya. Platek. Moscow: Sov. kompozitor, 1987. 232 p.

7. Platek, Ya. Odinokaya dusha. Muzyka na stranitsakh Chekhova [Lonely soul. Music in pages of Chekhov] [Text] / Ya. Platek. Moscow, 2006. 190 p.

8. Rogover, E. S. Russkaya i zarubezhnaya dramaturgiya v shkol'nom izuchenii [Russian and foreign dramaturgy in school study] [Text]: teaching aid. In 2 parts / E. S. Rogover. Saint Petersburg; Moscow: SAGA: FORUM, 2007. Part 2. 432 p.

9. Fortunatov, N. Puti iskaniy [Paths of searching] [Text] / N. Fortunatov // O masterstve pisatelya. Moscow: Sov. pisatel', 1974. 240 p.

ryMaHurapHbie BegoMOCTM Trny mm. fl. H. ToncToro

№ 2 (18), MWHb 2016 r.

10. Chekhov, A. P. Izbrannyye sochineniya [Selected works] [Text]. In 2 vol. / A. P. Chekhov. Moscow: Hudozh. lit, 1986. Vol. 2. 671 p.

11. Chekhov v vospominaniyakh sovremennikov [Chekhov in memoirs of contemporaries]. The 2nd edition, add. Moscow: Goslitizdat, 1954.682 p.

12. Eiges, I. Muzyka v zhizni i tvorchestve Chekhova [Music in the life and work of Chekhov] [Text] / I. Eiges. Moscow: Muzgis, 1953. 96 p.