Отношение к материнству у современных женщин

1.2. ПСИХОЛОГИЯ ВОЗРАСТНОГО И ИНДИВИДУАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

С. С. Савенышева

ОТНОШЕНИЕ К МАТЕРИНСТВУ У СОВРЕМЕННЫХ ЖЕНЩИН

Психология материнства является одной из наиболее сложных и к настоящему времени недостаточно разработанных областей современной науки. Актуальность ее изучения продиктована остротой демографических проблем, связанных с падением рождаемости в нашей стране, огромным числом распадающихся семей, увеличением числа детей-сирот при живых родителях. Проблему усугубляет и тот факт, что указанные негативные проявления осуществляются в России на фоне изменения семейных стереотипов и ценностей, трансформации традиционных стереотипов репродуктивного поведения, изменения паттернов семейных отношений. На готовности к материнству сказываются более поздний возраст вступления в брак, установки на уменьшение количества детей в семье, карьерные устремления женщин (дилемма «ребенок или карьера»).

Психология, сочетающая в себе тенденции как естественно-научных, так и гуманитарных подходов, оказывается в эпицентре проблем материнства. В разработку психологии материнства большой вклад внесли такие ученые, как Г. Г. Филиппова, Р. Ж. Мухамедрахимов,

Н. П. Коваленко, И. В. Добряков, В. И. Брутман, А. Я. Варга, И. Ю. Хамитова, Е. X. Агнаева, Т. В. Леус, А. И. Захаров, М. Ю. Чибисова и др.

Считается, что особенности материнского отношения определяются не только культурным и социальным статусами женщины, но и ее собственной психической историей до и после рождения. Индивидуальный онтогенез материнства проходит несколько этапов, в процессе которых осуществляется естественная психологическая адаптация женщины к материнской роли. Одним из важнейших считается период беременности, содержание которого определяется изменениями самосознания женщины, направленными на принятие новой социальной роли и формирование чувства привязанности к ребенку.

Исследования отношений матери и ребенка обнаружили, что многие современные матери не обладают достаточным уровнем компетентности в сфере воспитания маленького ребенка. Оказалось (по данным некоторых авторов), что уже на этапе беременности примерно у 40 % обследованных женщин выявились те или иные особенности, которые впоследствии могут оказать неблагоприятное влияние на развитие ребенка. По данным других авторов, около 50 % из обследованных психически здоровых матерей не могут выработать адекватного отношения к ребенку на первом году его жизни. По данным С. Ю. Мещеряковой1, лишь 25 % матерей из обследованной выборки обнаружили высокий уровень психологической готовности к материнству и эффективности последующего материнского поведения.

Выделение стилей и типов отношения, поведения, взаимодействия матери с ребенком проводилось в психологии неоднократно (Н. Н. Авдеева, О. В. Баженова,

© С. С. Савенышева, 2008

Л. Я. Варга, С. Ю. Мещерякова, Г. В. Скобло, Г. Г. Филиппова). Анализ исследований позволил выделить критерии сформированности и описать уровни развития материнского отношения:

1. Гармоничное зрелое отношение к материнству определяется позитивным отношением к нему, сохраняющемся на протяжении всего периода беременности; выраженной динамикой развития материнско-детской привязанности; опорой на модели материнства и детства, принятые в культуре и интериоризированные матерью в процессе онтогенеза; принципиальной установкой на актуальность и ценности материнства, его ведущее место в ценностно-смысловой иерархии личности; ролью внутреннего потенциала и активности личности в вопросах развития и воспитания ребенка; осознанной готовностью к освоению новой социальной роли и высокой степенью ответственности за рождение ребенка. Таким образом, успешность адаптации к материнству связана с успешностью личностной и половой идентификации, личностной зрелостью и психологической готовностью к реализации данной социальной роли.

2. Дисгармоничное, когнитивно незрелое отношение к материнству, сформированное на базовом уровне, характеризуется инстинктивным биологическим желанием женщины родить ребенка, которое при возникновении проблемной ситуации (социальноэкономического, семейно-бытового, профессионального характеров) легко может изменить свою модальность, обострением имеющихся у женщины психологических проблем, отсутствием выраженной привязанности к ребенку на момент рождения.

3. Дисгармоничное, аффективно незрелое, отношение к материнству характеризуется аффективно-отрицательным отношением, устойчиво сохраняющемся на всем протяжении беременности; запаздыванием идентификации беременности; несформированностью всех характеристик системы субъективных отношений, заменой ценности ребенка на ценности социально-комфортной сферы; отвержением ребенка, отсутствием эмоциональной общности, формальностью всех видов контакта, неэмпатийностью, повышенной ригидностью, сочетанием чувствительности, ранимости с невосприимчивостью к ожиданию ребенка, эмоциональной холодностью, агрессивностью и тревожностью. Под воздействием такого общего состояния образ ребенка зачастую искажается и приобретает негативные черты болезненного, неполноценного, вызывая чувство жалости и вины. Таким образом, при анализе выраженности характеристик эмоциональной сферы обращает на себя внимание тот факт, что общее эмоциональное отношение к будущему ребенку является диагностическим критерием эффективности материнства. Блокирование эмоциональных сигналов матерью влечет за собой особую динамику эмоциональных состояний, выработку поведенческих стереотипов защитного характера: апатию, отказ от контакта, «уход в болезнь» ребенка и самой матери2.

Особое понимание материнства как самостоятельной сферы предложила Г. Г. Филиппова. Под материнским поведением автор понимает сложное личностное образование, имеющее потребностно-мотивационные и ценностно-смысловые ориентации. Особое значение этой формы поведения заключается в том, что, с одной стороны, материнское поведение является одной из самостоятельных поведенческих сфер, имеющих свой путь развития в онтогенезе, а с другой — взаимоотношения с матерью являются источником развития мотивационных основ образа мира ребенка. Материнство рассматривается как функциональная сфера, назначение которой состоит в обеспечении матерью адекватной заботы о потомстве3.

Феномен материнства получил разностороннее развитие в концепции В. С. Мухиной, которая рассматривает материнство как психологическое состояние и социальную

ответственность, как составную часть чувства личности женщины, ее ментальности. Согласно

В. С. Мухиной, материнство — это особое состояние женщины в период беременности, родов, кормления и взращивания ребенка. Материнство в норме — чувство любви и ответственности за своего ребенка, способность к рефлексии на физические и психические состояния ребенка, а также способность к психологическому его сопровождению и реальному ведению по жизни. В. С. Мухина утверждает, что полноценное материнство предполагает сохранение любви и привязанности к отцу ребенка4.

В рамках разработки прикладного аспекта психологии материнства современные психологи обращаются к термину «психологическая готовность к материнству». Большинство авторов (О. В. Баженова, Л. Л. Баз, О. А. Копыл5, С. Ю. Мещерякова, В. С. Мухина, Г. Г. Филиппова, В. И. Брутман, А. Я. Варга, И. Ю. Хамитова), исследующих данную проблему, считают, что готовность к материнству формируется на протяжении всей жизни женщины. На этот процесс влияют как биологические, так и социальные факторы, поскольку готовность к материнству, с одной стороны, имеет мощную инстинктивную основу, а с другой стороны, выступает как личностное образование, в котором отражается весь предыдущий опыт взаимоотношений женщины со своими родителями, сверстниками, мужем и другими людьми.

Так, Г. Г. Филиппова выделяет пять основных блоков готовности к материнству6:

1. Личностная готовность — общая личностная зрелость (адекватная возрастнополовая идентификация; ответственное принятие решений; внутренний локус контроля; отсутствие зависимостей) и личностные качества, необходимые для эффективного материнства (эмпатия; способность к совместной деятельности; творческие способности; интерес к развитию другой личности; интерес к воспитанию; умение получать удовольствие).

2. Адекватная модель родительства — адекватные модели материнской и отцовской ролей, сформированных в своей семье; оптимальные родительские установки, воспитательские стратегии, материнское отношение.

3. Мотивационная готовность — зрелость мотивации рождения ребенка, т. е. ребенок — не средство полоролевой, возрастной или личностной самореализаций женщины, средство удержания партнера или достижения определенного социального статуса.

4. Сформированность материнской компетентности — отношение к ребенку как к субъекту физических и психологических потребностей, субъективных переживаний; способность к адекватному реагированию на проявления ребенка, к пониманию особенностей его поведения и состояний; необходимые знания о физическом и психическом развитиях ребенка, особенно возрастных особенностях его взаимодействия с миром; способность к совместной деятельности с ребенком; навыки воспитания и обучения, адекватные возрастным особенностям ребенка.

5. Сформированность материнской сферы — в данном случае материнство рассматривается как часть личностной сферы женщины, которая включает в себя три блока (эмоционально-потребностный; операциональный; ценностно-смысловой), содержание которых последовательно формируется в онтогенезе.

С. Ю. Мещерякова также рассматривает психологическую готовность к материнству как специфическое личностное образование, основой которого является субъект-субъектная ориентация по отношению к еще не родившемуся ребенку. Основными составляющими структуры психологической готовности к материнству являются7:

• особенности коммуникативного опыта, полученного в детстве;

• переживание женщиной беременности;

• ориентация на стратегию воспитания и ухода за младенцем.

Исследования психологической готовности к материнству показывают, что для женщин с нарушением течения беременности характерно наличие внутреннего конфликта, связанного с неготовностью принятия материнской роли, проявляющегося в глубокой внутренней неудовлетворенности и создающего ситуацию острой напряженности. Подобную ситуацию женщина не может разрешить конструктивно. Показателями внутреннего конфликта в материнской сфере у женщин с нарушениями течения беременности являются: конфликтный и тревожный образ будущего ребенка, объектное отношение к ребенку со стороны матери, отсутствие эмоционального принятия будущего ребенка; конфликтный образ себя как матери, эйфорическое или дискомфортное отношение к собственной материнской позиции; тревожный или конфликтный образ собственной матери. У женщин с нормально протекающей беременностью, как правило, образ ребенка адекватен, отношение к ребенку субъектное, эмоциональное принятие достаточно хорошо выражено. Образ себя как матери не имеет признаков конфликтности, дифференцирован и наполнен положительными эмоциями. Образ собственной матери является адекватным, отношения с ней теплые, эмоционально насыщенные, но в то же время женщина не является зависимой от своей матери. При этом для уже имеющих или еще не имеющих детей женщин характерны различные типы отношения к ребенку и материнству, аналогичные таковым у беременных женщин. Наличие конфликтности или тревожности в материнской сфере проявляется в таких же характеристиках образов ребенка, себя как матери, своей матери и себя как ребенка своей матери. Таким образом, психологические особенности, относящиеся к материнской сфере женщины и провоцирующие нарушение течения беременности, во-первых, являются общими характеристиками, проявляющимися на всех этапах развития материнской сферы (до беременности и после нее), а во-вторых, могут быть выявлены (как факторы группы риска) до наступления беременности.

Как было показано во многих исследованиях (О. В. Баженова, Л. Л. Баз, О. А. Копыл8,

С. Ю. Мещерякова, В. С. Мухина, Г. Г. Филиппова), дальнейшее поведение женщины после рождения ребенка, ее способность обеспечить ребенку чувство эмоционального комфорта напрямую связаны с психологической готовностью женщины к материнству. Чувство эмоционального комфорта служит показателем оптимального состояния ребенка в системе «Я — Мир» и является необходимым условием его развития. Оно продуцируется положительным эмоциональным отношением матери, активно проявляемым в процессе взаимодействия с ребенком. Нарушение такого поведения матери (разные формы эмоциональной депривации) ведет к искажению психического развития ребенка, причем во всех сферах.

В исследовании С. Ю. Мещеряковой младенцы, матери которых имели низкий уровень готовности к материнству, имели самые низкие показатели компонентов комплекса оживления, часто отвлекались от общения, у них было слабо выражено стремление к сопереживанию матери в радостной ситуации. Позднее они с трудом вступали в контакт с посторонними, слабо владели речью, плохо играли. У младенцев из третьей группы исследованных матерей уровень общения с матерью ниже, чем у младенцев из второй группы. Они менее инициативны, но имеют высокие показатели компонентов комплекса оживления, демонстрируя ответное поведение, нередко сами прерывают общение с другими.

В ходе лонгитюдного исследования В. Ф. Чижовой9, проведенного под нашим руководством, были получены данные о связи общего показателя психомоторного развития детей раннего возраста с типом отношения к беременности у женщин (в период беременности). Стоит отметить, что выявлены последствия, возникающие при развитии нежеланных детей. Такие дети уже с самого начала развития будут физически слабыми, будут часто и продолжительно

болеть, для них характерен плохой аппетит. Из-за стрессового состояния матери, тем более при отрицательном отношении к беременности, у плода уже повреждены защитные силы организма. Нежеланные дети легко расстраиваются, повышенно обидчивы и капризны, беспокойно спят, много плачут и долго не могут успокоиться, имеют пристрастие к соскам, сосанию пальца10.

Таким образом, мы можем говорить о том, что на формирование готовности женщины к принятию новой социальной роли матери влияет огромное количество сложно взаимодействующих факторов, изменяющих и тем самым подготавливающих сознание и самосознание будущей матери к приему ребенка еще задолго до его рождения, и ее значение для последующего развития ребенка невозможно переоценить. Изучение некоторых из данных факторов и особенности отношения к материнству у женщин в период беременности (в группах с разными статусными характеристиками) мы и хотели бы проанализировать в нашем исследовании.

В исследовании участвовало 110 беременных женщин, проживающих в Санкт-Петербурге, со сроками беременности от 20 до 39 недель, в возрасте от 18 до 40 лет, с различным семейным и образовательным статусами.

Методики: анкета (включающая данные о возрасте, работе, образовании, семейном положении, сроке беременности и количестве детей в семье обследуемых), тест отношений беременной (ТОБ) И. В. Добрякова11 (диагностирующий 5 различных типов психологического компонента гестационной доминанты: оптимальный, гипогестогнозический, эйфорический, тревожный и депрессивный), тест «Фигуры»12 (позволяет диагностировать три типа отношения к беременности и будущему ребенку — сформировавшуюся готовность к материнству, тревожное амбивалентное материнское отношение и игнорирующее материнское отношение), цветовой тест отношений (ЦТО)13 М. Эткинда (в исследовании цвета подбирались для следующих понятий: Я, беременность, муж, мама, семья, прошлое, настоящее, будущее), опросник «Измерение родительских установок реакций» (PARI)14.

Результаты

Изучение отношения к собственной беременности и будущему ребенку у женщин (ТОБ) показало, что в целом для беременных женщин характерен преимущественно оптимальный тип гестационной доминанты (5,15), что свидетельствует об адекватном отношении женщины к происходящим в ее жизни изменениям, к предстоящим трудностям, высокой степени ответственности. Достаточную выраженность можно отметить у эйфорического типа отношения к беременности и своему материнству у женщин (2,13), что говорит о некоторой легкости и не критичности и о недостаточном осознании своей новой роли — роли матери. Тревожный тип отличается слабой выраженностью (1,01), тогда как гипогестогнозический (0,53) и депрессивный (0,16) практически не встречаются, что говорит о том, что в целом женщины данной выборки отличаются адекватным отношением к собственной беременности и материнству. Данные подтверждаются и результатами частотного анализа: у 78,1 % женщин был выявлен ведущий оптимальный тип гестационной доминанты, у 7,5 % — эйфорический, у 2,5 % — тревожный, у 1,9 % — гипогестогнозический, и у 10 % — смешанные типы. Не выявилось ни одного случая выраженного депрессивного типа отношения к беременности.

Анализ отношения и переживания ситуации материнства по проективной методике (методика «Фигуры») при этом показывает преимущественно наличие тревожного и амбивалентного переживаний ситуации материнства у женщин (1,12), что подтверждают результаты частотного анализа (данный тип встречается у 42,7 % беременных женщин). При этом

у части женщин (22,9 %) наблюдается конфликт с ситуацией беременности и материнства. Такое частичное несоответствие результатов данных методик может объясняться меньшей осознаваемостью результатов проективной методики. Таким образом, мы можем говорить об адекватном отношении к беременности и ситуации материнства только у части женщин в период беременности.

Изучение отношения к беременности и ребенку в системе значимых отношений (по методике ЦТО) у беременных женщин показало, что ребенок занимает в данной системе первое место (1,75), опережая по показателям отношение к себе (2,25). Отношение к беременности занимает 3-е место (2,40), при этом близкое к понятию «Я». Таким образом, можно говорить о высокой значимости для женщин беременности и эмоциональной близости ребенка в системе значимых отношений. Далее по важности идет отношение к мужу (3,15). Менее значимыми, но все же положительно оцениваемыми женщинами являются понятия «семья» (3, 80), «роды» (3,81) и «мама» (3,97). Отношение к прошлому, настоящему и будущему демонстрирует более положительную оценку будущего (3,46) при недостаточном принятии настоящего (4,46) и отрицательной оценке прошлого (5,41), что демонстрирует типичную картину для восприятия взрослого человека. В целом позитивным является положительное отношение беременных женщин к своему будущему, которое они связывают в первую очередь с рождением ребенка.

Анализ установок беременных женщин на воспитание показал следующее.

Шкала 1. «Отношение к семейной роли». Низкая выраженность установки «невнимательность мужа к жене» свидетельствует о достаточном участии супруга (по мнению жены) в делах семьи в данный период. Положительным моментом также является тот факт, что женщины отмечают относительно низкий уровень установки на супружеские конфликты в семейных отношениях. При этом беременные женщины отмечают наличие некоторой неудовлетворенности ролью хозяйки дома (по данному параметру были получены средние результаты), для них не характерно ощущение самопожертвования в роли матери, а выраженность установки необходимости ограничения матери ролью хозяйки дома невысока, что свидетельствует о том, что будущие матери не считают, что они должны быть привязаны исключительно к дому и семье в будущем при воспитании ребенка. Женщины исследуемой выборки не считают необходимым проявление в воспитании ребенка своей власти, но при этом у них был выявлен средний уровень проявления установки на поощрение зависимости ребенка от родителей, что может объясняться ориентацией на воспитание маленького ребенка. Также они не подчеркивают необходимость в посторонней помощи в воспитании ребенка.

Шкала 2. «Оптимальный эмоциональный контакт». По параметрам данной шкалы было обнаружено, что беременные женщины не ориентированы на уравнительные, товарищеские отношения с ребенком, что может объясняться ориентацией на воспитание очень маленького ребенка. Интересно, что при среднем уровне выраженности установки на побуждение вербализаций у ребенка, отмечается более низкий уровень развития активности ребенка, что говорит о том, что беременные женщины не ориентируются на чрезмерное стимулирование и активное обучение и развитие ребенка после его рождения.

Шкала 3. «Излишняя эмоциональная дистанция с ребенком». Анализ результатов параметров входящих в данную шкалу показал, что у беременных женщин не выражена установка на строгость в воспитании и избегание общения с ребенком, но при этом они отмечают возможность раздражительности матери в процессе воспитания.

Шкала 4. «Излишняя концентрация на ребенке». Достаточно низкие результаты были получены по выраженности таких непродуктивных установок, как подавление воли,

агрессивности и сексуальности ребенка, стремление ускорить развитие ребенка, навязчивость родителей; был выявлен средний уровень установок на оберегание ребенка от трудностей и страх причинить вред ребенку, что характерно для женщин, еще не имеющих детей (таких в исследовании большинство).

Далее рассмотрим более подробно влияние таких факторов, как возраст, семейное положение, образование, планирование беременности и наличие детей на отношение женщин к беременности и материнству. Значение данных факторов мы изучали с помощью корреляционного и сравнительного анализов.

Анализ отношения к материнству у женщин с разным семейным статусом выявил ряд особенностей. Более адекватное отношение к материнству можно отметить у замужних женщин. Так, незамужние женщины (по сравнению с женщинами, состоящими в официальном или гражданском браках) характеризуются более низким уровнем оптимального типа ($ < 0,01) и более высоким уровнем тревожного типа отношения к беременности ^ < 0,001), оценивают как более близкие отношения с матерью, при этом их отношения к мужу (£ < 0,05) и к родам (£ < 0,05) отрицательно эмоционально окрашены. У незамужних женщин в большей степени отмечаются такие неэффективные установки на воспитание, как жертвенность (£ < 0,001), навязчивость родителей (£ < 0,05), зависимость ребенка от матери (^ < 0,05) и необходимость в посторонней помощи при воспитании ребенка (^ < 0,01). Замужние женщины отличаются более позитивной оценкой своего настоящего, его принятием.

Данные сравнительного анализа подтверждаются и данными корреляционного анализа: при более благоприятном семейном положении наблюдается меньшая выраженность тревожного и депрессивного типов отношения к беременности ^ < 0,01), более адекватный тип переживания ситуации материнства (^ < 0,05), более позитивное отношение к мужу (£ < 0,01) и настоящему (£ < 0,05).

Анализ отношения к материнству у женщин с учетом фактора возраста показал следующее. По данным корреляционного анализа для беременных женщин более старшего возраста характерна позитивная оценка своих настоящего (£ < 0,05) и будущего (£ < 0,01), семьи ^ < 0,01) и менее положительное восприятие матери ^ < 0,05). Последнее можно объяснить, с одной стороны, увеличением степени сепарации женщины от матери с течением времени, с другой стороны, возможно, для женщин, которые решились родить ребенка в более старшем возрасте, характерна меньшая привязанность к матери. Также женщины старшего возраста более ориентированы на поощрение активности ребенка, необходимость в посторонней помощи в воспитании ребенка (^ < 0,05), но при этом подчеркивают большую навязчивость родителей ^ < 0,01).

Также интересную картину выявил сравнительный анализ трех возрастных групп: ранней взрослости (18-25 лет), первой (26-30 лет) и второй половин (31-40 лет) средней взрослости. Беременные женщины ранней взрослости характеризуются более негативным отношением к семье (^ < 0,01) и настоящему (^ < 0,05), а также меньшей навязчивостью ^ < 0,01). Женщины старшей возрастной группы отличаются от женщин других возрастных групп более негативной оценкой отношений к матери ^ < 0,05), а также стремлением к поощрению активности ребенка ^ < 0,01). Интересно, что женщины средней возрастной группы отличаются от женщин более старшего и младшего возрастов более выраженным оптимальным (^ < 0,05) и менее — эйфорическим типами отношения к беременности ^ < 0,05). Таким образом, можно отметить, что у женщин 25-30 лет отмечается более благоприятная ситуация отношения к материнству.

Сравнительный анализ отношения к материнству и беременности женщин, планировавших и не планировавших беременность, показал, что планирование беременности более характерно для замужних женщин (p < 0,05) и женщин с высоким уровнем образования (p < 0,05). Такие женщины отмечают большую желанность беременности (p < 0,001). Для них свойственно большее поощрение активности ребенка (p < 0,01), и они в меньшей степени подчеркивают необходимость в посторонней помощи в воспитании ребенка (p < 0,05).

Сравнительный анализ отношения к беременности и воспитанию ребенка женщин,_уже имеющих и еще не имеющих детей, показал, что женщины с двумя детьми характеризуются меньшей выраженностью оптимального типа отношения к беременности (p < 0,05) по сравнению с женщинами, у которых один ребенок или еще нет детей. При этом у них наблюдается большая выраженность эйфорического и гипогестогнозического типов гестационной доминанты (p < 0,05), что свидетельствует об отклоняющемся отношении к собственной беременности и будущему ребенку у женщин данной группы.

Еще не имеющие детей женщины отличаются большей выраженностью тревожного типа отношения к беременности (p < 0,05), что можно объяснить наличием страхов, связанных с предстоящими родами и отсутствием опыта обращения с маленькими детьми. Интересными являются данные о различных степенях важности настоящего в системе значимых отношений в данных группах: у женщин с 1 и 2 детьми оно занимает 1-е места, а у женщин, у которых нет детей, отношение к настоящему не очень позитивное (4, 5).

Среди различий в установках на воспитание было выявлено только одно статистически достоверное различие: женщины с детьми не стремятся ускорить развитие ребенка (p < 0,01).

Сравнительный и корреляционный анализы показали, что у женщин с более высоким уровнем образования наблюдается более адекватное отношение к материнству и будущему ребенку (по проективной методике «Тест „Фигуры“») (p < 0,01), чем у женщин с более низким уровнем образования. Также они позитивно воспринимают свое будущее (p < 0,01), что, возможно, связано с большими уверенностью в себе и возможностями.

Статистически значимые различия были выявлены в установках на воспитание у женщин с разным уровнем образования: у женщин с более низким уровнем образования установлена более высокая выраженность таких непродуктивных установок, как власть матери (p < 0,01), жертвенность родителей (p < 0,01), невнимательность мужа к жене и ограниченность ролью хозяйки (p < 0,01).

В ходе изучения взаимосвязей параметров отношения к материнству были сделаны важнейшие выводы. Ведущими параметрами оказались отношение к ребенку, себе и гипогестогнозический тип гестационной доминанты. Проанализируем наиболее значимые взаимосвязи подробней.

Выявленная прямая связь между оптимальным типом отношения к беременности и материнству (ТОБ) и отношением к ситуации материнства (p < 0,05) (по методике «Фигуры») свидетельствует о содержательной близости этих методик, несмотря на различную конструкцию.

Также большая выраженность оптимального типа (p < 0,01) и меньшая — тревожного типа (p < 0,01) наблюдаются при более позитивном отношении к мужу, что подчеркивает значимость отношений с мужем для женщин в данный период.

Большая выраженность тревожного типа (p < 0,01) характерна для случаев большей значимости для женщины матери, что, возможно, наблюдается в ситуации неуверенности в собственных силах. У женщин с высокими показателями данного типа чаще наблюдаются

страх причинить вред своему ребенку (p < 0,01) и установка на подавление сексуальности ребенка (p < 0,05).

Гипогестогнозический тип отношения к беременности и материнству чаще наблюдается у женщин с менее позитивным самоотношением (p < 0,01). При этом для женщин свойственны такие негативные установки, как избегание от общения с ребенком (p < 0,05) и супружеские конфликты (p < 0,05), в меньшей степени — побуждение вербализаций у ребенка (p < 0,01), ориентация на равенство (p < 0,05) и товарищеские отношения с ребенком (p < 0,05).

Женщины с адекватным отношение к материнству и беременности (по методике «Фигуры») характеризуются позитивным отношением к будущему (p < 0,05), меньшей выраженностью установки на супружеские конфликты (p < 0,05) и страх причинить вред ребенку (p < 0,05).

Отношение к ребенку тесно связано с отношением к мужу (p < 0,05), таким образом, мы опять видим значимость отношений с супругом для позитивного отношения беременных женщин к ребенку. Отношение к ребенку также тесно связано с отношением к себе (p < 0,05), беременности (p < 0,01) и к настоящему (p < 0,01). Для женщин, для которых высокую значимость имеет ребенок, не свойственны подавление сексуальности (p < 0,01) и ускорение развития ребенка (p < 0,01), а также поощрение зависимости ребенка от матери (p < 0,01), но при этом они ориентированны на равенство родителей и ребенка (p < 0,01).

Для женщин с положительным самоотношением характерно позитивное отношение к семье (p < 0,05), ребенку (p < 0,05) и беременности (p < 0,05), и отрицательное — к собственному прошлому (p < 0,05). Также эти женщины ориентированы на равенство в отношениях между родителем и ребенком (p < 0,01), товарищеские отношения (p < 0,05) и побуждение вербализаций у ребенка (p < 0,01).

Выводы

Изучение отношений к собственной беременности и ситуации материнства у женщин выявило несколько противоречивые результаты: если результаты опросного метода свидетельствуют об оптимальном типе отношения к беременности и материнству у большинства исследуемых женщин (78 %), то проективная методика показывает, что для беременных женщин преимущественно характерно тревожно-амбивалентное отношение (43 %), в то время как адекватное отношение к собственной беременности и ситуации материнства характерно только для трети женщин в период беременности. В системе значимых отношений ребенок и беременность у женщин занимают ведущие позиции.

Анализ установок беременных женщин на воспитание выявил наличие у них преимущественно адекватных, продуктивных установок. Для них не характерна, с одной стороны, излишняя эмоциональная дистанция с ребенком, с другой — излишняя концентрация на нем. Интересно, что женщины исследуемой выборки не считают, что должны быть исключительно привязаны к дому и семье в будущем при воспитании ребенка, они не ориентированы на уравнительные, товарищеские отношения с ребенком, а скорее на поощрение зависимости ребенка от родителей, что может объясняться ориентацией на воспитание маленького ребенка.

Сравнительный анализ отношения к материнству у беременных женщин с разными статусными характеристиками показал, что более адекватное отношение к материнству наблюдается у замужних женщин, женщин с более высоким уровнем образования и у женщин в возрасте 25-30 лет.

Изучение взаимосвязей параметров отношения к материнству выявил их тесную связь, при этом ведущими являются отношение к ребенку, себе и гипогестогнозический тип отношения к беременности и ребенку. Анализ показал, что для адекватного, оптимального отношения к материнству большое значение имеет позитивное отношение к мужу и к себе, также анализ выявил, что у женщин с адекватным отношением к материнству выявляются более продуктивные установки на воспитание ребенка.

1 Мещерякова С. Ю. Психологическая готовность к материнству // Вопросы психологии. 2000. № 5.

2 Волкова В. В. Психологические особенности отношения к материнству матерей-подростков: Дис. ... канд. псих. наук. Петропавловск-Камчатский, 2005.

3 Филиппова Г. Г. Психология материнства: Учеб. пособие. М., 2002.

4 Мухина В. С. Психологические проблемы материнства // Перинатальная психология и психотерапия. Сб. материалов конференции по перинатальной психологии. М., 2003.

5 Баженова О. В., Баз Л. Л., Копыл О. А. Готовность к материнству: Выделение факторов, условий психологического риска для будущего развития ребенка // Синапс. 1993. № 4.

Филиппова Г. Г. Психологическая готовность к материнству // Хрестоматия по перинатальной психологии: Психология беременности, родов и послеродового периода / Сост. А. Н. Васина. М., 2005.

7Мещерякова С. Ю. Психологическая готовность к материнству // Вопросы психологии. 2000. № 5.

Баженова О. В., Баз Л. Л., Копыл О. А. Готовность к материнству: Выделение факторов, условий психологического риска для будущего развития ребенка // Синапс. 1993. № 4.

9 Сборник статей по материалам лучших дипломных работ выпускников факультета психологии СПбГУ 2007 года. СПб., 2008.

10 Захаров А. И. Ребенок до рождения. СПб., 1998.

Эйдемиллер Э. Г., Добряков И. В., Никольская И. М. Семейный диагноз и семейная психотерапия. СПб.,

2006.

12 Брутман В. И., Филиппова Г. Г., Хамитова И. Ю. Методики изучения психологических состояний женщин во время беременности и после родов // Вопросы психологии. 2002. № 3.

13 СобчикЛ. Н. Модифицированный восьмицветовой тест Люшера. СПб, 2002.

14 Практикум по возрастной и дифференциальной психологии / Под ред. Л. А. Головей, Е. Ф. Рыбалко. СПб., 2002.