Правопонимание в современной российской юриспруденции

, ТЕХНОЛОГИИ И РЕЗУЛЬТАТА НАУЧНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

ПРАВОПОНИМАНИЕ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИЙСКОЙ ЮРИСПРУДЕНЦИИ

Г.Д. Гриценко

LAW UNDERSTANDING IN THE PRESENT-DAY RUSSIAN JURISPRUDENCE

Gritsenko G.D.

The article views main approaches to law understanding existing in the present-day Russian jurisprudence. The author gives the critical analysis of most prevalent modern theories of law understanding and also presents non-traditional approaches to the revealing of the matter and structure of law, which allow to comprehend main tendencies of present-day law development.

В статье рассматриваются основные подходы к пониманию права, которые сложились в современной российской юриспруденции. Дан критический анализ наиболее распространенным с настоящее время теориям правопонимания, а также показаны нетрадиционные подходы к раскрытию содержания и структуры права, которые позволяют понять основные тенденции развития современного права.

Анализ состояния современного российского теоретического правопонимания позволяет говорить ряду ученых о симптомах кризиса (1, с. 3-12; 2, с. 4; 3, с. 26). Этот кризис связывают с дезавуацией марксистской школы объяснения политико-правовых феноменов и образовавшейся вследствие этого «черной дырой» в теории государства и права, «заделывать» которую предстоит не одному поколению ученых. Большинство современных попыток модернизировать российскую теорию права представляют собой, как считает современный теоретик права А.В. Поляков, эклектичное сочетание разнородных начал и идей, плохо согласующихся между собой и в силу этого не удовлетворяющих элементарным требованиям, предъявляемым к научным теориям. Само существование правоведения, резюмирует он, как системы научного знания тем самым становится под сомнение (2, с. 5).

Подобную оценку российскому правоведению дает российский теоретик права А.Ф. Черданцев, который убежден, что «советская юридическая наука ничего нового в проблему понимания права не внесла» (3, с. 26). «Мы наблюдаем элементарное эпигонство, - утверждает он, - повторение идей других теорий в разном их сочетании, а иногда и прямую апологетику^ Склонность к той или иной идеологии неизбежно отражается и на научных позициях отдельных авторов, в том числе авторов учебников и учебных пособий. Здесь мы видим приверженцев как марксистских взглядов на сущ-

и_

ность государства и права, так и либерально-демократических. Зачастую наблюдается промежуточная позиция, иногда переходящая в эклектизм, т.е. желание соединить разные подходы и взгляды на те или иные проблемы» (4, с. 200).

Но среди российских ученых существует и другая точка зрения. Так, российский правовед М.Н. Марченко полагает, что, «несмотря на отдельные эмоциональные, зачастую порожденные новой политической конъюнктурой в России и других странах, всплески в целом вполне естественный, обусловленный объективными изменениями в экономике, обществе и государстве процесс пересмотра некоторых прежних взглядов и подходов, а также зарождения и становления новых государственно-правовых воззрений и доктрин проходил вполне достойно и без особых потрясений» (4, с. 2). Такой же точки зрения придерживается и другой российский философ права Д.А. Керимов: «...в последние годы стали появляться труды по философии права, которая постепенно, но неуклонно обретает «право гражданства» в системе юридических наук, а со стороны широкой юридической общественности. осознается... действительным средством преодоления юридического догматизма и позитивизма, методологической базой познания права, всех отраслей юридической науки» (5, с. 3).

Однако, как часто бывает в науке, истина лежит где-то посередине между крайними точками зрения. Действительно, фундаментальных научных результатов «зарождения и становления новых государственно-правовых взглядов и доктрин» не видно. Но есть попытки теоретически переосмыслить традиции правовой мысли, в частности русской, на основе достижений современной философско-правовой науки, есть попытки сформировать новые теоретико-методологические подходы к пониманию права в результате интеграции наук.

Необходимо признать, что идеи гуманизации права, «расширения» его трактовки за счет сущностных признаков образуют в последние годы устойчивую тенденцию в российской науке. Для современной юриди-

ческой науки, как отмечает российский правовед М.И. Байтин, характерен «процесс углубления нравственных начал отечественного права, сближения права и морали демократического общества» (6, с. 99).

Действительно, в современных условиях осмысление права с философских, аксиологических, социологических, культурологических или политологических позиций стало необходимым. Но выработанные таким образом определения понятия права приходят в противоречие с существующим механизмом его реализации, с практикой применения права. Однако новое понятие права должно гармонично вписываться во всю правоведческую науку. Поэтому проблема соотношения сформировавшихся концепций правопонимания является на сегодняшний день, пожалуй, самой актуальной.

В современной юридической науке по-прежнему существует представление о праве как о системе общеобязательных, неперсо-нифицированных, формально-определенных, установленных государством правил поведения, выражающих волю политических сил, стоящих у власти, направленных на урегулирование общественных отношений (7, с. 41 - 42; 8, с. 288; 9, с. 83 - 85; 10, с. 17 - 18). Данная точка зрения очень близка ранее господствующему в советской правовой науке марксистскому подходу к пониманию права, по которому право есть закон. «Право всегда выражает государственную волю» - именно так описывается один из основных признаков права. Ставя права в непосредственную зависимость от «государственной воли», последователи данного типа правопонимания «возрождают» основные положения юридического позитивизма, хотя некоторые из ученых не отрицают значимость содержательного компонента.

Сохраняется в современной российской юриспруденции проблема дуализма естественного и позитивного права. С точки зрения известного российского теоретика права В.К. Бабаева, для того чтобы уяснить суть права и его признаки, уместно обратиться к старой, хорошо разработанной в дореволюционной юриспруденции идее де-

ления права на позитивное и естественное. «Естественное право, - утверждает В.К. Бабаев, - представляет собой совокупность идеальных, глубоко нравственных и в высшей степени справедливых представлений о праве. Позитивное право - это право, которое выражено в принятых государством нормах, законодательстве, а также в других источниках права» (11, с. 113- 114; 12, с. 369).

С подобным идейным положением так или иначе соглашаются некоторые авторитетные российские правоведы (13, с. 5; 14, с. 54; 15, с. 61; 16, с. 12).

Например, естественное право, утверждает С.С. Алексеев, само по себе не выражено в каких-либо особых нормах. Оно находится за нормами. «Существуя в качестве объективных требований, вытекающих из самой жизни, естественное право выступает в виде идей, представлений, а затем отражается в определенных нормах». Естественное право «представляет собой, - по утверждению ученого, - более глубокий, основательный, исходный в жизни людей феномен, источником которого является. либо «сама природа», либо естественный порядок вещей» (14, с. 54; 15, с. 61; 16, с. 12).

В этом случае естественное право выступает как некая идеальная конструкция, призванная служить критерием оценки права позитивного, что не соответствует исходному смыслу идеи естественного права. Признание существования некоего нормативного естественного права наряду с правом позитивным, как считают некоторые ученые, в частности Я.В. Гайворонская (17, с. 39 - 45), уводит исследователя в область идеальных абстракций, не верифицируемых эмпирически, и не имеет положительного познавательного потенциала. Абстрактность конструкции естественного права в данном случае необоснованно усложняет и без того сложную проблему правопонимания. Этот подход не может найти практического применения ни в законотворческой, ни тем более в правоприменительной деятельности, равно как не решает он и научно-теоретических проблем отечественного правоведения.

Нельзя не согласится с точкой зрения другого российского правоведа А.В. Полякова, который считает, что хотя такой «идейный гибрид» и отвечает определенным политическим и идеологическим настроениям сегодняшнего дня, но с точки зрения развития правовой теории - «мертворожденное дитя» (18, с. 6).

В последнее время появились теории понимания права, в которых избегают употребления традиционных понятий - позитивное и естественное права, но в которых это подразумевается. В частности, российский правовед В.Н. Протасов пишет, что правом в собственном смысле можно считать единство правового содержания (правил, соответствующих природе права, - а это есть не что иное, как естественное право) и официальных форм его объективирования, внешнего выражения и закрепления (это в свою очередь есть позитивное право) (19; 5, с. 133). В этом ракурсе дает определение праву и профессор В.С. Нерсесянц. «Право, - отмечает ученый, - это соответствующая требованиям принципа формального равенства система норм, установленных или санкционированных государством и обеспеченных возможностью государственного принуждения» (20, с. 37; 21, с. 320321). Приведенная дефиниция права, с точки зрения ученого, носит общий характер и распространяется на все типы и системы права (прошлые и современные), правда, уточняет В.С. Нерсесянц, лишь в том смысле и постольку, поскольку она соответствуют объективной природе и требованиям права и действительно позитивирует право, а не произвол. Именно данная дефиниция, согласно этой концепции права, по терминологии В.С. Нерсесянца - либертарно-юридической концепции права, выступает в качестве критерия для проверки и оценки правового качества различных практически действующих систем и типов права, для определения того, действительно ли в этих системах идет речь о позитивации права или формы права и закона используются в антиправовых целях, для прикрытия произвола и насильственных установлений деспотизма. Здесь, таким образом, мы сталкиваемся с

и_

отождествлением общего понятия права с правовым законом, а его в свою очередь с позитивным правом, которое соответствует объективным сущностным свойствам права. Безусловно, такое правопонимание еще больше запутывает проблему правопонима-ния.

Представляется, что активное развитие философии, антропологии, этнологии и социологии права позволяет современной российской теории права изучать право с помощью иных - не специально-юридических - методов и систематизировать полученные знания не в ущерб устоявшимся и апробированным практикой конструкциям позитивной теории права.

Антропосоциологический подход (22, с. 27 - 39) позволяет рассматривать право как явление сугубо социальное, которое зарождается и функционирует в социуме. И именно социальные закономерности порождают отличительные характеристики права.

Право принадлежит к классу таких социальных явлений, как мораль, религия, этикет, которые выступают как нормативно-регулятивные системы. Каждая из них - это социально-культурный комплекс норм, идей и отношений, определяющий характер и направления человеческой деятельности через формирование и реализацию поведенческих стереотипов. Подобно морали, религии, право представляет отдельную сферу социо-нормативной культуры общества, специфический вид социальной регуляции, способ организации, контроля и защиты поведения людей. Однако в ряду нормативно-регулятивных систем, отмечает известный современный теоретик права Г.В. Мальцев (23, с. 3 - 6), право выделяется некоторыми специфическими видовыми признаками, суть которых можно выразить так: право -это официальный, поддерживаемый властью, регулятор. Право в состоянии поддерживать и сохранять в рамках некоторого социального единства порядок общественных связей (правопорядок), в равной мере отвечающий интересам всех его участников, то есть беспристрастный порядок, правила которого являются общими, одинаковыми для всех. Право как нормативно-регулятивная

система, таким образом, есть регулятор, который устанавливает поддерживаемый средствами власти порядок организации, контроля и защиты человеческого поведения.

Тот факт, что право связано с обществом, еще не означает, что оно столь же неразрывно связано и с государством. Современное исследование правогенеза позволяет прийти к выводу о более раннем возникновении права по сравнению с государством (24, с. 98-101).

Государство, когда оно появляется, активно формирует систему позитивного права, установленного в виде законов, административных распоряжений, судебных прецедентов, санкционированных обычаев и т.д. Новое, что приносит государство обществу в нормативно-регулятивной сфере, есть не право как общественный регулятор, оно уже было известно в форме обычая, но совершенно новая правовая форма - закон, законодательный акт, кодекс.

Право имеет свою собственную жизнь и собственные особенности, не сводимые к государственно-властному характеру юридических предписаний. Право есть результат объективного процесса правообразования. Позитивное право формируется как одно из проявлений нормативности права, при котором характеристики социальной нормативности регулятивного феномена искусственно моделируются государством в интересах всего общества или отдельной его группы. Позитивное право - результат процесса правотворчества. Это означает, что позитивное право отражает лишь определенную часть права как социального явления, познанную и признанную государством часть.

Достаточно интересным является взгляд на право современного российского правоведа Р.З. Лившица (25, с. 62 - 69; 77 -80), применившего структурно-

функциональный подход к определению понятия «право».

Современному этапу развития российского общества, по мнению ученого, отвечает именно такое понимание, при котором право - совокупность идей, норм и реальных отношений. Если право - «система

только норм, - спрашивает Р.З. Лившиц, -тогда зачем оно, право?»

Право включает три компонента: правовые идеи, нормы права, общественные правоотношения. Предложенная структура - это следствие определенного правопони-мания. Среди названных трех элементов нет главных и неглавных, первостепенных и второстепенных. Каждый элемент необходим: при отсутствии хотя бы одного из них, указывает Р.З Лившиц, мы имеем дело с другим общественным феноменом, но не с правом.

В правовых идеях концентрируется и формулируется содержательная сторона права, его сущность. Правовые идеи, представления о праве составляют гуманитарную сущность права. Механизм формирования правовых норм как повторяющихся форм взаимодействия людей близок к регулирующей роли правосознания. Определяющим фактором существования правовой нормы как объективной категории является именно правовое сознание человека (26, с. 17). Правовые идеи, правовые представления существуют до возникновения «правовых норм» в виде моделей поведения, оценок и возможных последствий такого поведения. Они в значительной степени характеризуют аксиологический потенциал права как средства общественного согласия. Такой подход к праву обусловил и выбор его фундаментальных идей, а именно: идей социальной справедливости, свободы и формального равенства.

Значительный вклад в раскрытие именно такого идейного потенциала права внесен В.С. Нерсесянцем. «Право по своей сущности и по своему понятию, - пишет он, - это исторически определенная и объективно обусловленная форма свободы, .это принцип формального равенства людей в общественных отношениях. и справедливость» (27, с. 242 - 343; 21, с. 20; 28, с. 52).

В содержании правовых идей могут выражаться представления о социальной справедливости, желание следовать религиозным, моральным, идеологическим и иным ценностям, идеалам, убеждениям, той или иной научной теории, тем или иным право-

вым учениям, доктринам. Особую роль здесь играют экономические или, точнее, социально-экономические причины, производственно-технические закономерности, социокультурные особенности и т.д.

Идея права не исчерпывает всего содержания права. Идея обладает лишь властью авторитета, чего для права мало. Право имманентно включает и авторитет власти, нормативную силу, включающую потенциальную возможность принуждения. Но идеи сами по себе не обладают нормативной силой. А без потенциальной возможности принуждения нет права. Такая возможность составляет отличительную особенность права, выделяющую его из других социальных регуляторов. Принудительная сила придается праву путем наделения правовых идей силой норм. Именно нормы, обладающие потенциальной возможностью принуждения, составляют характерную особенность права. Поэтому право - это не просто та или иная идея, но идея, получившая нормативное закрепление, доведенная до уровня нормы, выраженной в той или иной форме

И все же вместе взятые идеи и нормы, как утверждает Р.З. Лившиц, не дают полной характеристики права. Идея - только пожелание. Сама по себе норма права остается печатным листом бумаги, юридическим текстом, и только.

Неотъемлемая часть права, его источник и цель - это общественные отношения. Именно к общественным отношениям обращены принимаемые нормы. Если норма осталась на бумаге, не реализовалась в общественных отношениях, она не выполнила функции права как социального регулятора. Действительную жизнь праву придают реализация норм, их претворение в общественную жизнь, человеческую практику. Только претворение в жизнь подтверждает функционирование права в качестве социального регулятора. Таким образом, право - это нормативно закрепленные правовые идеи, регулирующие общественные отношений с целью достижения общественного согласия.

Дискуссия о понятии права, таким образом, в юридической литературе начинает

т_

постепенно выходить за рамки юридического позитивизма. Хотя часть из ее участников не желает покидать почву этатического позитивизма, другие, склонные к социологиза-ции правовых проблем, предлагают конструкции в духе социологического позитивизма; третья часть ученых стремится вновь «возродить» естественно-правовой подход к пониманию права. Но в последнее время наметились довольно интересные подходы к пониманию права: представление о праве как социальном явлении, которое возникло еще в первобытном обществе; представление о трехэлементной структуре самого права - правовых идеях, нормах права, правоотношениях. Но несмотря на указанные достижения в теоретической юриспруденции, проблема поиска новых определений остается открытой. В невероятно сложных политических и социально-экономических условиях России предстоит сделать выбор основных ориентиров и принципов правового развития, а для этого прежде всего необходим выбор правопонимания.

ЛИТЕРАТУРА

1. Пермяков Ю.Е. Лекции по философии права. - Самара, 1995.

2. Поляков A.B. Петербургская школа философии права и задачи современного правоведения //Правоведение. - 2000. - * 2.

3. Черданцев А.Ф. Теория государства и права. -М, 1999.

4. Общая теория государства и права: Академический курс: B 2 т. // Под ред. проф. М.Н. Марченко. Т. 1. Теория государства. -М., 1998.

5. Керимов ДА. Основы философии права. -М, 1992.

6. Байтин М.И. О современном нормативном понимании права // Журнал российского права. - 1999. -* 1.

7. Комаров С.А. Общая теория государства и права. - 3-е изд., переработанное и дополненное. -М., 1997

8. Теория государства и права / Под ред. М.Н. Марченко. -М., 1996.

9. Общая теория права / Под ред. А.С. Пигол-кина. -М., 1997.

10. Теория права и государства / Под ред. Г.Н. Манова. -М, 1995.

11. Бабаев В.К. Понятие права // Общая теория права / Под ред. В.К. Бабаева. - Н. Новгород, 1993.

12. Бабаев В.К. Нормы права // Теория государства и права / Под ред. В.К. Бабаева. - М.

1999.

13. Байтин М.И. Понятие права и современность. - Саратов, 1998. - Вып. 1.

14. Алексеев С.С. Государство и право. - М., 1994.

15. Алексеев С.С. Теория права. -М., 1993.

16. Алексеев С.С. Право на пороге нового тысячелетия: некоторые тенденции мирового правового развития - надежды и драма современной эпохи. -М., 2000.

17. Гайворонская Я.В. К вопросу о понимании правовых и юридических норм // Правоведение. - 2001.—* 3.

18. Поляков А.В. Петербургская школа философии права и задачи современного правоведения //Правоведение. - 2000. -* 2.

19. Протасов В.Н. Теория права и государства. Проблемы теории права и государства. -М., 1999.

20. Нерсесянц В.С. Философия права. - М.,

2000.

21. Нерсесянц В.С. (Философия права. - М., 1997.

22. Бачинин В.А. Антропосоциологические проблемы права: методология и эмпирия // Правоведение. - 2001. - *3.

23. Мальцев Г.В. Понимание права. Подходы и проблемы. -М., 1999.

24. Мальцев Г.В. Происхождение и ранние формы государства и права. Проблема до-государственного права // Проблемы общей теории права и государства / Под ред. В.С. Нерсесянца. -М., 1999.

25. Лившиц Р.3. Теория права. -М., 1994.

26. Малахов В. П. Философия права. -М., 1993.

27. Нерсесянц В.С. Право и закон. -М., 1983.

28. Нерсесянц В.С. Социалистическое правовое государство: проблемы и суждения. - М., 1989.

Об авторе

Гриценко Галина Дмитриевна, кандидат философских наук, доцент кафедры политологии и социологии, докторант кафедры социальной философии и этнологии. Научные интересы долгое время были связаны с проблемами социологии личности и девиантного поведения. В последние десять лет занимается вопросами понимания права, спецификой современного правопонимания, также особенностями правового сознания современного российского общества. Имеет около 50 работ научного и учебно-методического характера.