«о святом Григории»(desanctogregorio) и «о святом Бенедикте»

ПЕРЕВОДЫ

От редакции: Мы продолжаем публикации из «Золотой легенды или Ломбардской истории» Иакоба де Ворагине1 и представляем читателю легенды «О святом Григории» (De

Sancto Gregorio) и Ю святом Бенедикте» (De sancto Benedicto) в переводе и с примечаниями А. А. Клестова. Перевод по тексту: Jacobus de Voragine, Legenda Aurea, vulgo Historia Lombardica dicta. Ad optimorum librorum fidei. Dr. Grassae, potentissimi Regis Saxoniae bibliothecarius. Dresdiae et Lipsiae. MDCCCXLVI.

О святом Григории2

Григорий происходит от grex и gore, что значит проповедовать или излагать. Отсюда Григорий - проповедник собранию. Или же Григорий берет начало от egregorious, egregius и gare - проповедник или доктор. И еще, Григорий означает на нашем языке внимательный; ибо был он внимателен к себе, к Богу и к собранию. К себе, хоронясь от мира, к Богу через внутреннее созерцание, к людям в усердном проповедовании, и эти три качества удостаиваются ведения Божия. Святой Августин говорит в книге «О порядке»: «Тот зрит Бога, кто хорошо живет, правильно изучает и усердно молит». Павел, историк лангобардов, записал его житие, которое в последующем исправлено дьяконом Иоанном3.

1. Григорий родом из сенаторского сословия; отец его Гор-диан, мать звали Сильвия. С детства приобрел он обширные знания в философии, обладал в большом изобилии богатствами и драгоценностями, однако задумал все оставить и принять монашество. Но так как он медлил следовать своему обращению и так как думал служить Христу с большей пользой, оставаясь в мирском одеянии в должности префекта города, то, против воли его, случилось у него большое скопище дел, какие не только по видимости, но и всецело связывали его с миром. Наконец, когда потерял он отца, он построил на свои

1 См. Парадигма, Вып. 17/П.18, СПб, 2011, С. 121-137.

2 Cap. XLVI. De sancto Gregorio, pp. 188 - 202.

3 PL LXXV, Sancti Gregorii Magni vita, auctores Paulo Diacono, monacho Cassinensi, pp.41A -60C; Sancti Gregorii Magni vita, a Joanne Diacono scripta, libris quatuor, pp. 59D-242B.

собственные средства шесть монастырей в Сицилии, а седьмой, в честь Андрея апостола, в ограде Рима, снял он шелковые одеяния, золото и сверкающие каменья и одеться в одежду простого монаха. В короткое время пришел он к такому совершенству, что с начала обращения мог бы быть поставлен в число совершенных. В прологе к «Диалогам» с его слов можно получить некоторое представление о том совершенстве, где он говорит: «Несчастная душа моя, отягченная грузом дел, вспоминала, что некогда была она в монастыре и как топтала ногами все то, что под ней, все вещи, какие окружают ее»4. Имел он обыкновение думать только о небесных предметах, так что избегал в созерцании плотской [слепой] закрытости и саму смерть, которая почти для всех является наказанием, он любил, как вход в жизнь и воздаяние за труды. Однако, он так сокрушил своего тело, что едва ли с его расстроенный желудок мог выдержать, и потеря сознания [обмарок], называемый греками синкопой, бросал его в такое расстройство, что не мог он опомниться в течение нескольких часов. 2. Он пишет, в монастыре, где был он аббатом, ангел Господень предстал перед ним в образе потерпевшего кораблекрушение и со слезами на глазах умолял, сжалиться над ним. А исчез тот, когда Григорий приказал дать ему шесть серебряных монет. Но в тот же день потерпевший явился и снова говорит, что много потерял и что слишком мало получил. После, как снова получил он ту же сумму денег, в третьий раз он вернулся и просил с великим плачем, чтобы имели к нему милосердие, а Григорий, извещенный управителем монастыря, что нечего дать, кроме серебряного блюда, какое его [Григория] мать имела обыкновение посылать с овощами и какое оставалось в монастыре, так вот, тотчас Григорий приказывает отдать блюдо, а тот взял и радостный удалился. А был то ангел Господень, который дал о себе знать после. 3. Как - то днем проходя по рынку города Рима, блаженный Григорий заметил мальчиков хорошо сложенных, благородных обличием, с гладкими волосами. Они были выставлены на продажу. Спрашивает Григорий продавца, из какой страны тот их привел. «Из Британии - отвечает торговец - обитатели которой сияют такой же красотой!». Григорий снова спросил, христиане ли они? Торговец ответил: «Нет, они связаны узами языческих

4 Cf., PL LXXVП, рр. 149С-152А.

заблуждений». Тогда Григорий вздохнул с огорчением и говорит: «О! какое несчастие, что столь прекрасными лицами еще обладает князь тьмы!» Он снова спросил, как называются эти люди. «Они называются англичанами» - говорит торговец. «Право, называются они англичанами, как сказали бы «ангельские» - ответил Григорий - ибо у них лица ангелов». Он спросил еще, какое имя носит провинция, откуда мальчики. Торговец ответил: «Они из провинции Деири». «Они, должно быть называются деири - говорит Григорий - ибо им следует избавиться от гнева Божьего». Он поинтересовался именем короля. Торговец говорит, что тот называется Элле. Григорий отвечает: «Он называется, Элле, чтобы в тех провинциях пели аллилуйя!»5 Григорий пошел и сразу же отыскал суверенного понтифика и попросил его с великой настойчивостью и молитвой, чтобы его послали обратить эту страну. И было так, что он получил согласие и уже отправился в дорогу, когда римляне, весьма обеспокоенные его отъездом, отыскали папу и сказали ему так: «Ты оскорбил Петра, ты разрушил Рим, ты выпроводил Григория!» Папа, испугавшись, поспешил тотчас же послать курьеров, чтобы позвать Григория. Григорий был в трех днях пути. Он остановился в одном месте, где, по-

5 Подобные рассуждения восходят к древней логике александрийских грамматиков

ка его товарищи отдыхали, принялся за чтение и тогда же кузнечик или саранча помешали ему, а слово саранча привело его к мысли, что есть приказ, чтобы оставаться ему на том месте6. Просвещенный пророческим духом, он попросил товарищей выходить, пока прибывают апостольские курьеры, которые и приказывают ему вернуться, хотя он от того сильно опечалился. Папа же взял его из монастыря и сделал кардиналом - дьяконом. 4. Одно время река Тибр настолько разлилась, что вышла за стены города и снесла много домов. Тогда же с водами Тибра спустилось в море множество змей и дракон; утонувшие в волнах и выброшенные на берег, они отравляли воздух гниением, так что явилась худшая беда, которая называется чумой, и которая поражала в пах так, что казалось, будто летели стрелы с небес и убивали каждого. Первым сраженным был папа Пелагий, которого уносит в один миг, а после происходит такое опустошение в народе, что многие дома в городе остались пустыми по смерти их обитателей. Так как церковь Божья не могла оставаться без главы, то, несмотря на сопротивление благородных мужей, народ избирает Григория. Чума опустошала население, когда Григория еще избирали и выступает он с проповедью перед народом, а когда организовал процессию, то постановил петь литанию и просил верующих молиться Богу с большим жаром. В то время, как весь собравшийся народ возносил молитвы Богу, бедствие было столь сильным, что в один час перестало дышать девяносто человек, но это никак не мешало Григорию увещевать народ, который он понуждал не оставлять молитв, пока милосердие Божье не удалит чуму. Когда процессия закончилась, он пожелал удалиться, но не мог, потому что у ворот города была поставлена стража, стеречь день и ночь. Однако, он поменял одежду, укрылся в бочке и с согласия некоторых торговцев, его вывозят в повозке из города. Он ушел в лес, нашел там потайную пещеру, где прятался три дня. Между тем, его принялись повсюду искать, и тогда столп огня с небес опустился на то место, в котором он укрылся, а в том столпе один отшельник видит ангелов, которые поднимаются и опускаются. И тотчас весь народ хватает его, тащит и посвящает в достоинство высшего понтифика. Достаточно прочитать его писания, чтобы убедиться, что, он открыто противился, чтобы его

6 ...locusta (транча) superveniens eum... docuit eum т eodem ^^(^сто) stare debere. См. прим., выше.

возводили в столь высокое достоинство. Действительно, вот, как он говорит в письме к патрицию Нарсессу: «Когда пишите вы о возвышенном созерцании, вы вновь пробуждаете во мне сожаление, какое я испытываю от моего падения, ибо я понял, что я потерял внутри, когда был вознесен на вершину безмерной власти. Итак, знайте же, что я был поражен такой болью, что едва могу говорить об этом. Не напоминайте мне о Ноемии, то есть, о прекрасном, но говорите мне Мара, потому что я исполнен горечи». Также в ином месте: «Если любите меня, то оплакивайте, когда вспоминаете, что я был возведен в достоинство епископа и я постоянно оплакиваю себя и прошу Вас молиться за меня Богу»7. Или, что мы читаем в Предисловии к «Диалогам»: *Моя душа страдает от пастырских забот о мирских людях, от грязи земных дел и жалеет о красоте в покое. Итак, я понимаю, что возношу и что утрачиваю. И когда я вижу, что потерял, мне делается еще тяжелее от того, что я ношу теперь, и еще печальнее, что корабль души моей на волнах моря разбит неистовством бури, а когда оглядываюсь на мою прожитую жизнь, то вздыхаю, как будто обратил взор к берегу, который уходит от меня!»8 Так как чума, о которой сказано, производила опустошения в Риме, он приказал, чтобы в обычное время Пасхи совершали крестный ход вокруг города с пением литаний. Впереди несли с великим почтением образ блаженной девственной Марии, который был в Риме в церкви Санкта Мария Маджоре и говорят, нарисован в полном подобии Лукой, лекарем и превосходным художником. И вот, весь воздух, испорченный и зараженный, расступился, чтобы дать проход образу, как если бы он бежал от его присутствия, а сзади образа была чудная прозрачность и воздух снова обретал чистоту. Как передают, над образом тогда слышались голоса и пение ангелов: «Царица небесная, радуйся, Аллилуйя, ибо Тот, Кого Ты по заслугам носила, воскрес! Аллилуйя!» Сразу блаженный Григорий к этим словам добавляет: «Просим, молись за нас Богу, аллилуйя!» Видит Григорий на дворце Кресцен-ция ангела Господня, вытирающего окровавленный меч, который тот вкладывает в ножны. Григорий понял, что чума прекратилась. И было так. Тот дворец с тех пор получил имя Ангела. А также и во исполнение того, что всегда желал, Гри-

7 СГ, PL LXXII, Lib. I, Ер. VI, рр. 450С - 451А.

8 СГ, Dialog, Lib. I, Рго1., р. 151А-В.

горий посылает Августина, Меллета и Иоанна с некоторыми другими в Англию, жители которой были обращены в веру по его заслугам и молитвам. 5. Смирение блаженного Григория было столь глубоким, что он ни коим образом не позволял восхвалять себя. Действительно, он писал епископу Стефану, который хвалил его: «В ваших письмах ко мне вы употребили такую доброжелательность (какой я слышать вовсе, не достоин), а, ведь, сказано: «Не хвалите никого из живущих»; и хотя я не заслужил того, что вы сказали обо мне, я прошу вас оказать мне честь и помолиться за меня, потому что вы сказали обо мне во благо, какого нет, но пусть сбудется то, что вы сказали!»9 И так же в письме к патрицию Нарсессу: «Но в чем же причины слов и писаний твоих, где ты ссыпаешься на имя похожее на мое, конечно, в том, что ты, ведь, называешь львом обезьяну. Мы делаем также, когда называем маленькую облезлую кошку леопардом или тигром'»10 И точно также в письме Анастасию, патриарху Антиохийскому: «Вы говорите, что я - уста Господни и свет; вы утверждаете, что словом своим я могу быть полезным многим, что я могу просвещать, признаюсь вам, что вы подали повод мне сомневаться в уважении, какое вы, верно, испытываете ко мне. Я понимаю в действительности, кто я есть и не вижу тех благих признаков, я понимаю также, кто вы есть и не считаю, что вы можете обманывать. Так что, когда я хочу верить в то, о чем вы говорите, то немощь моя противится мне, когда же я хочу рассудить то, что сказано в похвалу мне, святость ваша не дает мне. Но прошу вас, святой муж, пусть нам будет какая-то выгода от того, что вы говорите, и если нет того, что вы говорите, то пусть оно будет!»11 Всякие высказывания, какие отдавали трескотней и болтовней, он с презрением отвергал, поэтому он писал так Евлогию, патриарху Александрийскому, который назвал его вселенским папой: «В начале письма, какое вы направили мне, вы посчитали возможным назвать меня высокомерным словом, вселенский папа. О чем прошу я так, чтобы дражайшая святость ваша не делала бы того, ибо это означает для вас поспешное признание других более важными, чем есть на то основание. Я же стремлюсь величаться не в словах, а в делах, и оцениваю не

9 Cf. Ep. Lib. VII, VIII, p. 863A.

ю Cf., Ep. Lib.I, Ep. VI, p. 45^.

и Ep. Lib. I, XXVI, p. 479а

по славе, а в том, как братья оставляют славу. Поэтому, подальше от слов, какие раздувают тщету и ранят любовь»12. И вот еще, когда Иоанн епископ Константинопольский, который вменил ему тщету и коварно, предложил синоду назвать его вселенским папой, то среди прочего, о нем так пишет Григорий: «Каков человек, вопреки Евангелию, против предписаний канонов, имеет он желание дать ему новое имя, как хотел бы того тот, кто желал бы унизить другого и кто желает быть вселенским»13. Он не хотел даже говорить слово «предписание» в отношении коллег-епископов, как он свидетельствует в письме к Евлогию, епископу Александрийскому: «Ваша милость говорит мне в таких словах, «как вы мне предписываете», умоляю, слово «предписание» не употребляйте, потому что я знаю, кто я есть и кто - вы, вы - мои братья по положению и отцы - по обхождению»14. Вдобавок, обладал он таким смирением, что заявлял, что не хочет, чтобы матроны говорили ему, «твоя слуга». Поэтому он пишет Русти-кане из патрицианской семьи: «На твое письмо у меня только одно замечание, это то, что ты повторяешь слишком часто «твоя слуга», «твоя слуга». Моя обязанность епископа делает меня слугой всех, зачем же тебе говорить «твоя слуга»? Тебе, которой до епископства я всецело принадлежал, и вот, я прошу во имя всемогущего Бога, пусть никогда не приходит ко мне в письмах твоих такое слово!»15 И впервые в письмах своих он назвал себя «слуга слуг Божиих»16 и установил, чтобы другие так назывались. При жизни из-за великого смирения, он не желал обнародовать свои книги и считал, что его книги ничего не стоят в сравнении с книгами других авторов. Поэтому он писал Иннокентию, префекту Африки: «Поскольку вы пожелали иметь «Изложение на Иова», то мы разделяем вашу радость чтения, но если вы желаете питать дух изысканной пищей, читайте произведения вашего соотечественника Августина и не меняйте его пшеницу, на наши отруби, ибо не хочу я, пока во плоти, навязывать людям то, что вздумается мне писать»17. Мы читаем в книге, переве-

12 Ер. Lib. VIII, XXX, р. 933В-С.

13 С^ Ер. Lib, V, XX, р. 746А-В.

14 С£ Ер. Lib. VIII, XXX, р. 933В.

15 Ер. Lib. XI, XLIV, р. 1153А.

16 Ер. Lib XIII, I, р. 1253В.

17 Ер. Lib. X. XXXVII, р. 1095А.

денной с греческого на латинский язык, что святой отец именем Иоанн, когда пришел в Рим, чтобы посетить жилище апостолов, видит блаженного Григория, проходящего по городу и желает подойти к нему и поклониться, как это было в обычае. Блаженный Григорий, увидев его, сам первый пожелал склониться перед ним в приветствии, и не поднимался, пока авва не сделал того первым; что особенно и говорит о его смирении. 6. Он столь широко раздавал милостыню, что давал необходимое не только тем, кто были рядом, но еще и тем, кто были далеко, например, монахам с горы Синай; на самом деле, имена всех нуждающихся были записаны у него и помогал он им с великой тщательностью. Он основал монастырь в Иерусалиме и заботился, чтобы слуги Божьи, которые там были, имели бы необходимое; трем тысячам слуг Божьих ежедневно он посылал восемьдесят ливров золотом и еще каждый день он приглашал за свой стол всех странников. Среди прочего, однажды приходит один, кому Григорий пожелал во имя смирения подать воду для мытья рук, он повернулся, чтобы взять сосуд, как вдруг не обнаружил того, на руки кому хотел полить воду. Итак, удивился он такой странности, но той же ночью Господь явился ему в видении и говорит: «В иные дни ты принял Меня [в лице] членов Моих, но вчера ты принял Меня Самого!» В другой раз приказывает он советнику принять на обед двенадцать странников, и советник исполнил приказ. Когда те были за столом, посчитав, папа обнаружил их тринадцать. Он спросил, почему тот, вопреки приказу, пригласил тринадцать человек. Советник посчитал сам и обнаружил только двенадцать приглашенных и говорит: «Поверьте мне, отец, их только двенадцать!» Григорий замечает, что тот, кто возлежал рядом, часто менялся в лице, то это молодой человек, то благородный старец с седой головой. По окончанию обеда Григорий ведет его в комнату, весьма умоляя, чтобы тот согласился сказать ему имя, и кто он; он же говорит в ответ: «Почему ты спрашиваешь имя Мое, какое есть чудо! Знай же, что я есть потерпевший кораблекрушение и кому ты дал серебряное блюдо, какое посылала твоя мать тебе с овощами! Вспомни и отметь тот день, когда дал ты мне его, а Господь предназначил тебе быть главой церкви своей и наследником апостола Петра!» А Григорий говорит: «А ты, как ты узнал, что Господь предназначил меня управлять Его церковью?» А тот отвечает: *Потому что, я - Его ангел, и теперь Господь послал меня к тебе, чтобы помогать тебе и все,

что ты попросись через меня у Него, ты мог бы получить!» И тотчас он исчез. 7. В то время был некий еремит, муж великих добродетелей, который оставил все во имя Божье, и ничего не было у него, кроме кошки, какую он часто ласкал и которая, как подруга грелась у него на коленях. Итак, молился он Богу, чтобы Тот удостоил его узреть, с кем он может надеяться в будущем разделить обиталище воздаяний и наград, он, который во имя Его любви, ничем не обладал из богатств. Итак, ночью открылось ему, что с Григорием, римским понтификом, может он надеяться на обитель наград. И тогда начал он сильно причитать, думая, что его собственная добровольная бедность плохо ему послужила, если он будет вознагражден с Григорием, который обладает в изобилии мирскими богатствами. Итак, провел он ночь и день, сравнивая богатства Григория и свою бедность, на другую ночь услышал он глас Господа, Который изрек: «Богача порождает не богатство, а жадность, почему осмеливаешься ты сравнивать свою бедность с богатством Григория:, ты, который больше занят любовью к кошке и ласкаешь ее каждый день, чем Григорий занят своими богатствами, не любя и презирая которые, он раздает их всему миру?!» Отшельник тот вознес благодарность Богу и начал молиться за то, чтобы получить однажды место рядом с тем, заслуги которого, казалось ему, уменьшают его собственные. 8. Григорий был ложно обвинен перед императором Маврикием и его сыновьями в умерщвлении одного епископа, так что сказал в письме обвинителю: «Есть одно, что ты можешь передать моим господам, то, что если бы я, слуга их, пожелал, то стал бы причиной несчастий или смерти лангобардов и сегодня народ лангобардов не имел бы ни царя, ни князя, ни графа и был бы в великом замешательстве, но, поскольку я боюсь Бога, я боюсь быть причиной смерти всякого человека». Вот, каково его смирение, что, будучи высшим понтификом, он назвал себя слугой императора, а того посчитал господином. И вот, таково бескорыстие Григория, что он не хотел смерти своих врагов, когда император Маврикий преследовал его и церковь Божью. Среди прочего Григорий писал императору: «Поскольку я - грешник, я считаю, что вы настолько умягчаете Бога, насколько я огорчаю плохим служением». Однажды некто, одетый в одежду монаха, смело предстал в присутствие императора и, угрожая мечом, потряс им перед Григорием. Тот же сказал, что готов умереть от меча. Испугавшись, Маврикий перестал преследо-

вать Григория и настойчиво умолял молиться за него, чтобы после он не претерпел наказания. И однажды Маврикий зрит себя перед судом и слышит, как судья объявляет: «Давайте Маврикия!» Его слуги хватают и ведут Маврикия в присутствие судьи, который говорит ему: «Где ты хочешь, чтобы я воздал тебе за твое зло в этом веке?!» Маврикий отвечает: «Лучше здесь, Господи, не оставляй на будущий век!» Тотчас же глас Божий приказывает передать Маврикия, его жену, сыновей и дочерей солдату Фоке, чтобы их предать смерти. Что и случилось в действительности через некоторое время; один солдат, называемый Фока, убил его со всей его семьей и унаследовал империю. 9. В день Пасхи празднует он мессу в Санкта Мария Маджоре и после слов "Pax Domini" ангел Господень громко ответил "et cum spiritu tuo"18. В этой церкви в день Пасхи, папа делает остановку, пока не получит ответ на Pax Domini во свидетельство чуда. 10. Однажды, когда римский император Троян весьма торопился на войну, одна безутешная вдова пришла с плачем и говорит: «Прошу тебя отомстить за невинно пролитую кровь моего сына!» Тогда Троян обещает ей, если вернется целым. Вдова сказала: «А кто может сделать это за тебя, если ты умрешь в битве?!» Троян сказал: «Тот, кто после меня будет императором!» Вдова снова говорит: «В чем будет твоя польза, если другой воздаст справедливостью?!» Троян сказал: «Ни в чем, конечно!» «Тогда не лучше ли - говорит вдова - чтобы ты воздал по справедливости и получил награду, чем передавать другому?!» Тронутый состраданием Троян тогда слез с коня и отомстил за невинно пролитую кровь. Передают и то, что, когда сын Трояна, катаясь по городу верхом на лошади, задавил сына этой вдовы, и та вся в слезах пришла и рассказала Трояну. Император отдал своего сына вдове, вместо ее сына и богато вознаградил. Через много лет после смерти Трояна, однажды Григорий проходил по форуму Трояна, вспоминая о мягкосердечии суда этого императора и вошел в базилику святого Петра, где горько оплакал заблуждения принцепса. И был ему чудесный ответ: «Вот я воздал должное твоей просьбе и уберег Трояна от вечного наказания, но отныне остерегайся изливать молитвы за ксисого-шбудь осужденного!» Дамаскин в одной из своих проповедей рассказывает, что Григорий, из-

18 Лат. «Мир Божий», ... «и со духом твоим»

165

ливая молитвы за Трояна, услышал божественный глас: «Голос твой я услышал и оказываю благодеяние Трояну!» Дамаскин добавляет в том же месте, что «являются свидетелями этого факта и Восток, и Запад». Другие также говорили о том, что Трояи был вызван к жизни и тем обрел славу, что не был наказан адом или приговорен к вечному осуждению. Другие говорили, что душа Трояна была не просто освобождена от вечного наказания, какое тот заслужил, но, что наказание было отсрочено на некоторое время или до судного дня. Иные, что наказание в отношении места и способа было с условием, и когда помолится Григорий, по благодати Христа, место и способ меняются. Иные, как дьякон Иоанн, который переписывал житие, что, мол, нигде не написано, что он молился, но оплакивал; а часто сострадающий Господь, дает согласие на то, что человек не осмеливается у Него просить, и чтобы душа Трояна была освобождена не от ада и помещена в рай, но просто освобождена от наказания ада. Можно, ведь, считать (как он говорит), что некая душа пребывает в аду и по Божьему милосердию, не будет чувствовать страданий ада. Иные же, что вечное наказание состоит из двух вещей, то есть, из чувственного наказания и ущерба, какой есть лишение божественного видения. Благодаря этому, вечное наказание в отношении первого - ему вменялось, в отношении второго - сохранялось. Известно также, что и ангел прибавляет: «Поскольку ты молишься за осужденного, выбирай одно из двух: или страдать тебе два дня в чистилище, или наверняка страдать тебе во все дни жизни твоей от болей и болезней». Григорий выбрал пострадать от болей во все дни жизни, чем мучиться два дня в чистилище. Отчего случалось так, что всегда подряд у него случались или лихорадка, или приступ подагры, или был он изнурен различными болями, или же му-чался от страшных болей в желудке. Поэтому в одном письме он говорит: «Я страдаю, то от подагры, пю от болезней, что жизнь для меня сплошное наказание, и всякий день я болею и жду смерти, как исцеления!» Он говорит еще: «Боль моя, подчас мучительно долгая, подчас острая, но не настолько долгая, чтобы потом оставить и не настолько острая, чтобы умертвить! Отчего случается, что всякий день я близок к смерти, но она не принимает меня. И так растленного греха испарение в меня входит, что жизнь для меня наказание, а смерть желанна и, я верю, язится единственным лечением от моих скорбей!». 11. Одна матрона во всякий воскресный

день готовила хлеба для блаженного Григория, а так как во время мессы он давал ей тело Господне со словами: «Это тело Господа Нашего Иисуса Христа, да, хранит тебя для вечной жизни!», она непристойно рассмеялась. Григорий сразу отводит руку, которую он поднес ко рту женщины и положил кусочек тела Господня на алтарь. Затем он спросил ее в присутствии народа, по какому поводу та начала смеяться? Она ответила: «Потому что этот самый хлеб я испекла моими собственными руками, ты же называешь его телом Господним!» Тогда Григорий на коленях помолился о безверии женщины и, встав с колен, обнаружил, что кусочек хлеба обратился в плоть в виде пальца. И так он привел женщину к вере. Он помолился снова и увидел, что та плоть обратилась в хлеб и он дал его для причастия той женщине. 12. Некие князья попросили у Григория драгоценные мощи, он же дал им малую часть стихаря Иоанна-евангелиста. Те получили, но вернули с величайшим возмущением, утверждая, что это ложная реликвия. Тогда святой Григорий, помолившись, попросил нож и воткнул его в обложку стихаря. Из того места тотчас хлынула кровь, и чудо показало, насколько реликвия была ценной. 13. Один из богатых людей Рима оставивший жену, был лишен общения понтификом; виновный выносил это с большим неудовольствием, но не мог противостоять авторитету столь великого папы. Он обратился к магам, которые обещали ему, что по их возглашениям, демоны войдут в лошадь понтифика, от того животное станет агрессивным и будет реальная опасность для седока. Итак, Григорий время от времени передвигался на лошади, маги же, послав одного из демонов, так сильно мучали животное, что никто не мог ее сдержать. Тогда Григорий, узнав по откровению, что дьявол вошел в лошадь, осенил ее крестным знамением, которое освободило животное от мучившей его ярости. Случилось большее, маги были поражены слепотой. Они исповедовали тогда свое преступное деяние и впоследствие приняли благодать крещения. Но Григорий не захотел возвращать им зрение из страха, что они будут читать магические книги, но приказал питать их за счет церкви. 14. Мы читаем еще в книге Лимон у греков19, что аббат, который был во главе монастыря святого

19 По греч, Лещау (луг, пажить). Напр., «Луг духовный» Иоанн Мосх (+622) — вид житийной литературы.

Григория, донес на одного монаха, у которого было три монеты денег. Григорий лишил того общения, чтобы внушить страх другим. Спустя немного времени брат умирает, а Григорию ничего не сообщают о его смерти. Григорий был разгневан, что того оставили умирать без отпущения грехов. Тогда он написал в поминовении молитву, в котором он отпустил грех, связанный с лишением общения. Затем дал ее одному из дьяконов, чтобы тот прочел ее над могилой брата, которого хоронили, что и было исполнено. Следующей ночью умерший явился аббату и объявил тому, что до сего момента был он посажен в темницу, но вчера отпущен. 15. Григорий написал службу и церковное пение, а также и школьное пение и для этой цели он построил два дома, один - недалеко от базилики Петра, другой, около - Латеранской церкви, где до сегодняшнего дня служба сохраняется, и его ложе, где он обучал пению [детей], и хлыст, каким он их наказывал, а также подлинный антифонарий. Он прибавил к канону: «И положи дни наши в мире, и избавь от вечного осуждения, и к избранному стаду Твоему повели причислить». Наконец блаженный Григорий умер исполненный добрых плодов после, как пробыл на кафедре тридцать лет, шесть месяцев, десять дней. На его могиле написали следующие стихи:

Получи земля тело твое, из тела изошедшее, Чтобы вернуть по воле животворящего Бога, Дух устремляется к звездам, смерть не владеет мужами, К жизни иной - смерть главный путь. В этой могиле скрыты останки верховного понтифика, Кто в бесчисленных благах вечно живет. Было это в год от воплощения Господня 604, при императоре Фоке. 16. После смерти Григория вся страна была опустошена страшным голодом. Тогда бедняки, каких Григорий имел обыкновение поддерживать милостыней, пришли сказать его преемнику: «Господин! Пусть Ваша святость не позволит умереть от голода тем, кого наш отец Григорий имел обыкновение подкармливать!» Возмущенный папа говорит так: «Если Григорий брал на себя обязанность поддерживать всех людей, чтобы снискать славу и хвалу, то, что касается нас, мы не можем вас кормить!» И он отослал их с пустыми руками. Тогда святой Григорий явился ему три раза и упрекал с болью за жадность и отказы. Но папа не принял на себя труд исправиться. Отчего Григорий явился ему четвертый раз в страшном гневе, схватил и смертельно ударил по голове, и

папа тотчас же умер от боли. Пока выше сказанный голод еще продолжался, несколько завистников начали критиковать Григория, уверяя, что тот растратил как какой-то расточитель все сокровища церкви. И мстя ему, они подбивали других сжечь книги Григория. После того, как сожгли какое-то их число и приготовились сжечь остальные, дьякон Петр, который был в большой дружбе с Григорием и который выступал как собеседник в четырех книгах «Диалогов», воспротивился этому с великой силой, утверждая, что это вовсе не разрушит память о нем, поскольку хранились экземпляры его произведений в разных частях мира. Он прибавил, что это позорное святотатство сжигать такие ценные книги, такого великого человека, над головой которого сам он часто наблюдал Дух Святой в виде голубя. Наконец, он убедил всех, что если заслужит смерти, утверждая под присягой, что говорит правду, то прекратят сжигать произведения Григория. Но если он не умрет и выживет во свидетельство, какое только что высказал, то сам своими руками поможет сжечь книги. Действительно, передают, что Григорий сказал Петру, что когда тот откроет чудо голубки, то не сможет жить. И вот, досточтимый левит Петр, одетый в одеяние дьякона, принес книгу Евангелий и коснулся Святых Писаний, чтобы возвещать свидетельство святости Григория не раньше, чем почувствовал боль, какая сопровождала его смерть, и испустил он дух, произнеся слова клятвы. 17. Один монах монастыря святого Григория скопил некоторое количество денег, тогда блаженный Григорий, явившись другому монаху, попросит предупредить, чтобы тот выбросил деньги и покаялся, ибо должен умереть через три дня. Услышав такое, тот монах был чрезвычайно смущен, покаялся и отдал деньги и тотчас же его постигла сильная лихорадка, так что в течение утра третьего дня до третьего часу, он пребывал как в жару, язык его вывалился изо рта, и все решили, что он при последнем издыхании. Итак, монахи, какие были вокруг него, пели псалмы, потом прервали пение и принялись злословить на его счет. Он же неожиданно открыл глаза и говорит с улыбкой: «Пусть Господь пощадит вас, братья, от того, что вы злословите обо мне и этим сильно препятствуете мне, поскольку, обвиненный одновременно вами и дьяволом, я не знал, на какие обвинения мне сначала отвечать, но если увидите кого-то при смерти, то к нему употребите не только злословие, но и сострадание, ибо тот идет со своим обвинителем к суровой судье. Я же предстал перед

судьей с дьяволом, а при поддержке святого Григория, я точно ответил на все, в чем меня обвиняли, только я покраснел от одного обвинения, на которое не мог ответить, и как вы видите, я мучаюсь у входа и от того не могу еще освободитьсяж И так как братья спросили его, о чем идет речь, он говорит: «Я не осмеливаюсь говорить, потому что дьявол сильно сетовал на Григория, после того, как я получил повеление от него прийти те вам, чтобы совершить покаяние за ту вину, вот почему я дал ручательство блаженному Григорию, что я не возведу ни на кого хулы!». И тотчас же он воскликнул: «О, Андрей! О, Андрей! пусть бы ты погиб в тот год, когда подтолкнул меня дурным советом к той опасности!» И тотчас он закатил глаза и испустил дух. Итак, был в городе некто именем Андрей, кто, в то самое время впал в такую страшную болезнь, что вся плоть его отслаивалась кусками, а он не мог умереть. Тогда созвав монахов монастыря святого Григория, он исповедовался, что похитил и унес с монахом некоторые грамоты монастыря, которые он собирался передать за деньги чужеземцам. И он, который не мог умереть, испустил дух, произнеся признания. 18. Как сказано в жизни святого Евгения, в то время, когда в церкви еще следовали больше службе Амвросия, чем Григория, римский понтифик Адриан созвал собор, где было постановлено, что повсюду следует совершать службу Григория. Император Карл сделался исполнителем предписаний и, объезжая различные провинции, угрозами и наказанием принудил клир к подчинению, богослужебные же книги Амвросия повсюду сжигал и бросал в тюрьму непокорных клириков. Итак, блаженный епископ Евгений, отправившись, прибыл на собор. Самый трехдневный собор тотчас же по благоразумию папа так провел, что все прелаты, которые прибыли на собор уже через три дня должны были уехать. Собравшись, собор единогласно всеми отцами порешил, что положит на алтарь блаженного Петра апостола миссал Амвросия и Григория, двери церкви тщательно закроют и опечатают печатью большинства епископов и что все они проведут ночь в молитвах, чтобы Господь удостоил открыть, какую из двух служб желает Он, чтобы более всего служили в Его церкви. Все было исполнено, как предписано, и утром они открыли дверь и обнаружили тот и другой миссал открытыми на алтаре. Иные еще добавляют, что они обнаружили миссал Григория почти спутанным, листки были рассыпаны там и сям, а что миссал Амвросия обнаружили просто открытым на

том самом месте, на каком его оставили. И они поняли по этому чудесному знаку, что служба Григория должна быть распространена по всему миру, а служба Амвросия только в его церкви. Святые отцы, по божественному наущению остались при том мнении и еще сегодня его придерживаются. 19. Дьякон Иоанн, который составил жизнь блаженного Григория, рассказывает, что пока он записывал его жизнь, задремал у светильника и явился ему некий муж в одеянии священника. Одеяние мужа было столь легким и изысканным, что можно было заметить и его темноту под туникой. Тот приблизился к Иоанну и не мог удержаться от смеха. Когда же Иоанн спрашивает его, почему тот муж, при столь благородном сане, так несдержанно ведет себя, тот отвечает: «Потому что ты пишешь о мертвом, которого никогда не видел!» Иоанн ему говорит: «Если я не знаю в лицо [Григория], однако, пишу то, что узнал из чтения!» А тот: «Ты - говорит - как я вижу, делаешь, что хочешь, я же не перестаю делать то, что могу!» И сразу же он потушил светильник, от чего Иоанн испугался и закричал, как если бы его убивали мечом того человека. Но тотчас предстал Григорий вместе с блаженным Николаем с правой стороны и верным дьяконом Петром - с левой и говорит ему: «Маловерный, почему ты усомнился!?» Так как дух злодейства скрылся за шторой ложа, Григорий взял из рук дьякона Петра большой факел, который тот, верно, держал и, поднеся пламя к лицу того завистника, опаляет и делает того по виду черным эфиопом. Тогда легкая искра падает на одеяние того и сжигает так быстро, как [сказаное] слово, и тот предстает весь черным, а блаженный Петр говорит: «Мы сделали его совсем черным!». Григорий отвечает: «Мы не сделали его черным, мы показали, что он был. черным!» Тогда они удалились, оставив великий свет.

О святом Бенедикте20

Бенедиктом он назван потому, что много славил, или получил многие благословения, или все от него благословлялись, или он заслуживает вечное благоволение. Его жизнь описана святым Григорием21.

20 Сар. XLIX. (48) De sancto Benedicto, рр. 204-213.

21 PL LXVI, рр. 126-204С, Vita S. Benedicti ех НЬп II Dialogorum Gregorii Magni excerpta,

1. Бенедикт происходил из провинции Нурсия. Будучи отправлен учиться в Рим совсем молодым, он оставил книги и решил уйти в пустынь. Кормилица, которая нежно любила его, последовала за ним до места, которое называется Эсиде, где попросила взаймы решето, чтобы просеять пшеницу. Когда неосторожно положила она его на стол, то решето упало и разбилось на две части; увидев, как она плачет, Бенедикт взял части решета и, поднявшись после молитвы, обнаружил их накрепко соединенными. Через некоторое время он тайно покинул кормилицу и пришел в местность, где оставался три года неузнанным, за исключением монаха по имени Роман, заботой которого было обеспечивать его всем необходимым, а так как пещера, где Бенедикт обитал около монастыря Романа не имела сообщения, тот привязывал хлеб к концу длинной веревки и так по обыкновению передавал ему хлеб. К той веревке привязывал он колокольчик для того, чтобы по его звуку человек Божий узнал, когда Роман принесет ему хлеб и мог выйти, чтобы его взять. Но, древний враг человеческий, позавидовав человеколюбию Бенедикта и тому, как монах Роман поддерживал его, бросил камень и разбил колокольчик. Это не помешало Роману служить Бенедикту. После Господь явился в видении одному священнику, который приготовился вкушать пасхальный ужин и говорит ему: «Ты приготовил себе лакомства, а мой слуга умирает с голода в таком-то месте». Священник незамедлительно встал и, добравшись до Бенедикта с великими трудностями, говорит ему: «Поднимись и возьми еду, потому что сегодня пасха Господня». Бенедикт ему ответил: «Я вижу, что пасха, потому что заслужил видеть вас!» Действительно, находясь вдали от людей, он не знал ничего, кроме дня пасхи. Священник ему говорит: «Правда, сегодня день Воскресения Господня, и тебе не следует воздерживаться, поэтому я послан к тебе». 2. Однажды черная птица, называемая дрозд, принялась докучливо летать вокруг Бенедикта, так что тот мог схватить ее рукой, но святой сотворил знамение креста, и птица улетела. В скором времени дьявол наслал перед его глазами дух женщины, которую он раньше видел, и зажег дьявол сердце его такой страстью, что побежденный вожделением, Бенедикт готов был покинуть пустынь. Внезапно придя в себя, он сбросил одежду и с такой силой бросился на колючки и колючие ветки, разбросанные там и сям, что плоть его была умерщвлена, и, вылечив он так раны плоти и воображения, Бенедикт победил грех, изгнав огнь вожделе-

ния. С этого момента никакое искушение не возникало в его теле. 3. Его известность росла. Умер аббат одного монастыря, и вся община пришла к нему и просила управлять ими. Он долго отказывался и говорил монахам, что их нравы не согласуются с его обычаем. Наконец, он с большим усилием согласился. Но, так как он объявил, что «Правило» должно соблюдаться со всей строгостью в монастыре, то все монахи принялись укорять друг друга, за то, что они просили его быть наставником, ибо их распущенность ранила любовь, какую он испытывал перед долгом. Когда поняли они, что у них нет возможности совершать зло и что им трудно порвать с привычками, они примешали яду в вино и поставили это на его стол. Но, Бенедикт сотворил знамение креста, которое разбило чашу, будто ударом камня. Тогда он понял, что там был напиток смерти, потому что тот не мог принять знака жизни. Он тотчас же встал и тихо говорит: «Путь всемогущий Бог сжалится над вами, браться мои, не говорил ли я вам, что ваши и мои нравы не согласуются!» Тогда вернулся он к одиночеству, какое оставил; чудеса увеличивались с каждым днем, и сделался он знаменитым. Многие приходили к нему, и он основал двенадцать монастырей. В одном из них находился монах, который не мог долго молиться, но пока другие были на молитве, тот был вне монастыря и предавался пустым земным удовольствиям. Когда аббат того монастыря сообщил об этом Бенедикту, тот поспешил прийти. Видит он, как маленький черный мальчик ведет к воротам за край одежды монаха, и тот не может стоять на молитве. Бенедикт говорит аббату монастыря и монаху Мору: «Разве не видите вы того, кто его тащит?» Так как те ответили «нет», он говорит: «Помолимся, чтобы вы могли видеть». На другой день после молитвы человек Божий встретил монаха за воротами и стегнул прутом из-за его слепоты. С того времени, монах оставался молиться и больше не уходил. И было так, что древний враг человека не осмеливался смущать мысли монаха, как если бы сам принял удары. Среди этих монастырей было три, возведенных на высокой горе; с великим трудом поднимали туда воду снизу. Поэтому братья часто просили человека Божьего сменить место монастыря. Однажды ночью он ушел с маленьким мальчиком на гору, там после долгой молитвы он оставил три камня, чтобы отметить место. Когда утром пришел он и пришли братья, он говорит: «Копайте сейчас по середине той скалы, на которой вы найдете три камня, ибо Господь сотворил вам источ-

ник воды!». Они пошли и обнаружили скалу уже покрывшуюся каплями, они выкопали яму и тотчас же нашли ее полной воды. Она течет еще и посейчас в довольно большом количестве и стекает с вершины горы до самого низа. Однажды один человек косил терновник косой вокруг монастыря человека Божьего, и вот, лезвие соскочило с рукоятки и упало в глубокое озеро. А, так как этот человек от того сильно терзался, Бенедикт положил рукоять на воду, и в один миг железное лезвие приплыло к своей рукояти. Монах по имени Плацид, когда шел зачерпнуть воды, упал в реку, и тотчас же вода захватывает его и относит от берега на расстояние почти полета стрелы. И вот, человек Божий, который сидел в келье, об этом прозрел. Он призвал Мора, рассказал ему о случившемся с этим мальчиком и приказал ему идти и его спасти. Как только Мор получил благословение святого, он поспешил пойти туда и, думая, что идет по земле, на самом деле прошел по воде до самого мальчика и вытащил того за волосы. Затем он пришел к человеку Божьему, чтобы рассказать, что произошло, но святой приписал это не своим заслугам, а послушанию Мора. Священник по имени Флорент, завистник святого, испытывал такую неприязнь к нему, что послал человеку Божьему отравленный хлеб, вместо благословенных хлебов. Святой получил с признательностью, но бросил ворону, который имел привычку получать хлеб из его рук, при этом говоря: «Во имя Иисуса Христа возьми этот хлеб и брось его в такое - то место, чтобы ни один живой человек не мог его поднять!». Тогда ворон раскрыл клюв, расправил крылья и принялся бегать вокруг хлеба и сильно каркать, как если бы хотел сказать, что хочет подчиниться, но не может сделать того, что ему приказано. Святой ему приказал другими словами, говоря: «Возьми, возьми, не бойся! И, выброси, KCLK SL тебе сказал!» Наконец, ворон взял хлеб и возвратился через три дня и получил из рук святого обычное питание. Флорент же видя, что не может убить тело господина, решает убить душу верующих. Тогда он приказал играть и петь семи совершенно голым девушкам в монастырском саду, чтобы воспламенить похоть в монахах. Святой, увидев это из своей кельи и испугавшись, что его ученики впадут в грех, уступил место завистнику и, взяв несколько братьев, ушел с ними. Флорент, который находился на террасе, видя, как Бенедикт удаляется, испытал от того чувство радости, когда вдруг терраса обвалилась, и он вмиг разбился. Мор прибежал сказать человеку Божьему: «Возвращай-

ся, тот, кто преследовал тебя, разбился!» Как только святой услышал об этом, он испустил великий вздох, толи, что тот умер, толи потому, что его ученик был сильно обрадован. Он наложил на него покаяние за то, что он, таким вот образом, объявил ему о подобном злодеянии, и что у него было основание радоваться смерти этого безумца. Что же касается Бенедикта, он не избежал врага, когда сменил место своего обитания. Дело в том, что он пришел на гору Кассино и из храма Аполлона, находившегося там, соорудил часовню в честь святого Иоанна Крестителя, отвратив от идолопоклонства весь окружающий народ. Но, древний враг, с трудом перенося, явился ему в безобразном виде: его рот и глаза, кажется, извергали языки пламени. Он ругался, говоря: «Бенедикт! Бенедикт!», но святой не отвечал, а вместо этого говорит: «Проклятый! Проклятый! Почему ты преследуешь меня!?» Однажды братья захотели поднять большой камень, который был на земле, чтобы употребить его в дело, но не могли. Люди, которые были там в большом числе, тоже не могли поднять его. Тогда пришел человек Божий, благословил, и камень был поднят с великой быстротой. Это расценили как то, что дьявол сидел на нем, и мешал сдвинуть его с места. Когда стена достигла некоторой высоты, демон явился человеку Божьему и дал ему знак идти и найти братьев. Тотчас же Бенедикт послал сказать через гонца: «Братья мои, стерегитесь, потому что злой дух идет к вам!» Едва посланный кончил говорить, как демон обвалил стену, которая при падении раздавила молодого монаха. Но, человек Божий приказал принести мертвого и совсем разбитого на носилках, воскресил его молитвой и отправил на работу. 4. Один мирской человек достойной жизни имел обыкновение каждый год в пост навещать человека Божьего. Однажды шел он к нему с человеком, нагруженным припасами для этого путешествия. Итак, было уже поздно и последний говорит: «Брат, иди, поедим, мы устали в дороге!» В ответ, что не возьмет в рот ничего, путник молчал целый час, а потом еще раз приглашает, но мирской человек не хочет уступать. Наконец, прошло еще около часа, усталые от путешествия, пришли они на лужайку с источником, где могли отдохнуть и освежиться. Тогда путник, показав на это место, приглашает того мирского человека остановиться здесь на время, чтобы поесть. Эти слова достигают слуха мирянина, место радует глаз, и он соглашается. Когда пришли они к Бенедикту, человек Божий говорит: «Брат! Вот, хитрый сопер-

ник не мог уговорить тебя ни в первый, ни во второй раз, но в третъий раз он тебя одолел!» Тогда мирской человек бросился к ногам Бенедикта и повинился в грехе. 5. Тотила, король готов, захотел удостовериться, имеет ли человек Божий дар пророчества. Он дал одному из своих слуг королевское одеяние и послал в монастырь со свитой самодержца. Когда Бенедикт увидел, что тот пришел, говорит ему: «Удались! Сын мой, удались! Что на тебе, не твое!» Тотчас же слуга бросился на землю, и обуял его великий страх, что он осмелился исполнять роль могущественного человека, б. Один клирик, обуреваемый демоном, был приведен к Бенедикту, чтобы получить от него лечение. Когда дьявол был изгнан из тела, Бенедикт говорит: «Иди и впредь не ешь мяса, когда приходишь за святыми наставлениями, ибо в день, когда у тебя будет намерение получить наставления, ты будешь принадлежать демону!». Клирик сохранял это предписание некоторое время, но, приближалась пора перейти от малых дел к святым, и он не сдержал слова, данного человеку Божьему, как будто время позволило ему забыть [их] и получил освященное наставление. Тотчас дьявол, который покинул его, явился и не прекращал мучить до тех пор, пока тот не отдал ему душу. 7. Один человек послал ему через мальчика две бутыли вина и вот, мальчик спрятал одну из них по дороге, а другую принес. Человек Божий получил с благодарностью одну из тех бутылей и во время ухода мальчика сказал: «Сын мой, смотри что в той бутыли, которую ты спрятал, и наклоняй ее с осторожностью и наблюдай, что она содержит!». Тот совершенно смущенный удалился. Возвращаясь, захотел удостовериться в том, что слышал; и когда опрокидывал бутыль, тотчас из нее выползает змея. Однажды человек Божий обедал, когда был вечер, один монах, сын адвоката, присутствовал, поддерживая светильник и, будучи по духу гордым, стал рассуждать промеж себя: «Что это за человек, на обеде которого я присутствую, поддерживаю светильник и кому принужден служить? Кто же я, чтобы быть его слугой?» Тотчас человек Божий говорит ему: «Наблюдай сердце! Брат, мой, наблюдай сердце! Что же ты говоришь!?» Он призывает братьев и просит их взять светильник из его рук. И приказал тому идти в монастырь и отдыхать. 8. Один гот по имени Галла, нечестивый арианин, во времена короля Тотилы, в неистовстве совершал дела жестокости против верующих мужей католической церкви. Всякий клирик или монах, который проходил в

его присутствии, ни коим образом не уходил живым из его рук. Однажды подвигнутый духом жадности, и думая только о грабеже, властитель принудил одного селянина вынести страшные пытки. Побежденный болью, селянин объявил, что отдал себя и имущество под покровительство слуги Божьего Бенедикта. Палач ему поверил и прекратил пытать страдальца, который вернулся к жизни. Но, прекратив его пытать, Галла приказал связать ему руки ремнями и заставил идти впереди лошади для того, чтобы тот показал Бенедикта, получившего его добро. Итак, селянин пошел впереди его со связанными руками и привел в монастырь святого человека, который пребывал в одиночестве сидя у дверей своей кельи и читая книгу. Крестьянин говорит Галле, который следовал за ним сзади и который пытал его: «Вот, тот, о котором я тебе говорил, отец Бенедикт!». Галла, воспламенившись духом, глянул на Бенедикта сумасшедшими глазами и, полагая действовать с ним так, как с другими, начал кричать из всех сил, говоря: «Встань! Встань! Верни добро селянина! Верни то, что ты взял!» На этот голос человек Божий перестал читать, быстро поднял глаза, затем бросил взгляд на Галлу и на селянина, который, как он заметил, был связан. И когда глянул Бенедикт на руки селянина, на ремни, связывающие его, то они развязались чудесным образом с такой скоростью, что человек искусный, каким был селянин, не мог бы сделать это в короткое время. Пленник внезапно получил свободу. Испугавшись проявления силы, Галла бросился на землю, склонив жестоковыйную шею к ногам святого, отдав себя, его милости. Что касается святого человека, он же не встал и не прекратил чтения, но позвал братьев, которым поручил отвести Галлу в дом для того, чтобы тот получил отпущение грехов и благословение. В свою очередь, Бенедикт просил его не заниматься более делами жестокости. Галла принял эти слова, ушел и не нашел у селянина ничего, чем бы человек Божий развязал руки, кроме, как взглядом 9. В одно время голод произвел опустошение в районе Кампании. У всех была нужда, и уж в монастыре Бенедикта кончилась пшеница, почти все хлебы были съедены, так что оставалось не больше, чем пять хлебов в рефектории. Достопочтенный аббат, который видел всех [братьев] удрученными, старался подбодрить, умерить малодушие и поддерживал их мало-по-малу обещаниями, говоря: «Почему же ваш дух в печали от того, что нет хлеба? Сегодня, правда, есть небольшое количество, но завтра бу-

дет в изобилии!» Итак, на следующий день, находят перед дверью монастыря две сотни модиев пшеницы в мешках, какие всемогущий Бог послал, даже не ведая, по какой причине для всех. Братья воздали милость Богу, и поняли, что не следует беспокоиться ни в изобилии, ни в нужде. 10. Читаем еще, что один человек имел сына, пораженного краснухой так, что уже его волосы выпали, и кожа опухла, и невозможно было скрыть гной, который тек в изобилии. Отец послал его к Бенедикту, который тотчас же вернул ему здоровье. Они воздали великую благодарность Богу, а впоследствии, мальчик был настойчив в благих делах и умер счастливо в Господе. 11. Святой послал несколько братьев в одно место, чтобы возвести там монастырь и предупредил их, что в такой-то день он придет их навестить, чтобы дать план построек. Итак, в ночь, которая предшествовала немеченому дню, он явился во сне одному монаху, которого он поставил во главе работ и настоятелю и описал им в деталях все, что они должны строить. Но, так как они не поверили видению и ждали его самого, то в конце, вернулись и говорят ему: «Отец, мы ждали, что ты придешь, как ты нам обещал, а ты не пришел!». Он же им говорит: «Братья, почему так говорите? Разве я вам не явился, разве я не рассказал вам всю местность? Идите и расположите так, как вы это видели!». 12. Недалеко от монастыря Бенедикта жили две женщины из благородного рода, которые были несдержанны в языке. Они вызывали гнев своими речами у всех, кто там был. Некто сообщил об этом человеку Божьему, который дал такой совет верующим: «Обуздайте ваш язык, иначе я лишу вас общения!». Те же вовсе не изменились и умерли через несколько дней, и были погребены в церкви. Во время службы, когда дьякон обычно говорил: «Тот, кто не состоит в общении, выйди вон!». Кормилица женщин, которая всегда получала причастие для них, видит, как те встали из могилы и выходят из церкви. Это было передано Бенедикту. Он дал своими собственными руками ей причастие, говоря: «Идите, дайте им это причастие и отныне они не будут лишены общения!» Было исполнено так. И когда дьякон пел обычные слова, больше уже не видели женщин, покидающих церковь. 13. Один монах ушел [из монастыря], чтобы навестить своих родителей, не получив благословения. В день, когда он пришел к ним, он умер. Когда его погребли, земля извергла его в первый и во второй раз. Его родители пришли к Бенедикту и просили дать ему благо-

словение. Он взял тогда тело Иисуса Христа и говорит: «Идите и положите на грудь умершего и погребите таким, вот, образом!» Так и сделали. И земля хранила тело и не исторгала его больше. 14. Один монах, который не хотел оставаться в монастыре, так настаивал перед человеком Божьим, что тот раздосадованный, позволил ему уйти. Но в час уже не столь ранний, тот встретил на пути дракона с разверстой пастью. Желая избавиться от него, монах начал кричать: «Придите! Придите! Дракон хочет пожрать меня!» Братья прибежали, но не нашли дракона. Тогда привели они дрожащего и расстроенного монаха в монастырь. Он обещал им, что никогда не уйдет ни на шаг. 15. Необычайный голод опустошил всю страну, и человек Божий отдал бедным все, что мог найти. Так что у него ничего не осталось в монастыре, кроме небольшого количества масла в стеклянном сосуде. Он приказал тогда эконому отдать масло бедняку. Эконом хорошо расслышал, что сказал ему Бенедикт, но решил не обращать внимания на приказ Бенедикта, поскольку у него не оставалось масла для братьев. Как только человек Божьей это заметил, он приказал бросить стеклянный сосуд с маслом в окно, чтобы ничего не осталось в монастыре противу послушания. Итак, бросили сосуд, который упал на каменную плиту и не разбился, и масло не разлилось. Тогда Бенедикт приказал подобрать его и отдать бедняку, живущему неподалеку. Затем, он простил монаха за непослушание и недоверие. И принялся молиться. Тотчас же огромная бочка, которая была там, наполнилась маслом и было его в таком изобилии, что, казалось, выливается оно на каменный пол. 16. Однажды Бенедикт пришел к своей сестре. И так как он остался до часу ужина, она просила провести ночь у нее. Он же не захотел согласиться, она склонилась головой на его руки, чтобы просить Господа, а когда поднялась, случилась такая великая вспышка молнии, гром такой силы и дождь хлынул в таком изобилии, что не понятно было, куда поставить ногу, хотя еще мгновение назад, небо было чистым. Итак, источив потоки слез, изменила она безмятежность [природы] и вызвала дождь. Человек Божий опечаленный говорит ей: «Пусть всемогущий Бог простит тебя, сестра моя, что ты так сделала!» Она ему ответила: «Я прошу тебя, а ты не хочешь меня послушать. Я прошу Господа, и Он меня слышит! Иди же теперь, если сможешь!» Случилось так, что они провели всю ночь вместе в святых беседах. Через три дня, когда вернулся он в мона-

стырь, возведя к небу глаза, видит он душу своей сестры в виде голубки, которая устремилась в глубины неба, и тотчас же внесли ее тело в монастырь и она была похоронена в могиле, которая была для нее приготовлена. 17. Однажды ночью, когда слуга Божий смотрел в окно и молился Boiy, видит он, как распространяется свет, который поглотил мрак ночи. И, вот, тотчас же весь мир предстал его глазам, как если бы он был освящен лучами солнца и видит он душу Германа, епископа Капуи, поднимающуюся на небеса. В последствие же, смог он удостовериться, что именно в этот час душа покинула тело прелата. 18. В год своей смерти, предсказывает он братьям ее приход. В шестой день, перед смертью, он просит открыть свой гроб и тотчас его охватила лихорадка. Лихорадка возрастала с каждым мгновением и на шестой день, когда он отправился в часовню, где и приготовился умереть, приняв тела и крови Иисуса Христа. И тогда поддержанный братьями, он встал, воздев руки к небу, и испустил последний вздох в молитве. В тот же день, когда человек Божий перешел от этой жизни ко Христу, два брата, один из которых замешкался в келье, а другой был далеко, имели одно откровение: они видели, как движение света, изукрашенное и сияющее бесчисленным множеством огней и хоров, выходя из кельи блаженного Бенедикта, с пением направлялось в небо в сторону востока. Брат спросил благородного человека, который явился во всем сиянии на том пути, что это за путь, какой они видят, ибо они не знают его и тот сказал: «Вот путь, по которому Бенедикт, человек избранный Богом, поднимается на небеса!». И был Бенедикт погребен в часовне святого Иоанна Крестителя, которую сам построил на месте алтаря, посвященного Аполлону. Бенедикт жил около года Господня 518 во времена Юстина Старшего.

От переводчика

Текст Грассе не имеет примечаний, кроме отсылок на исправленные слова. Переводчик ввел некоторые отсылки к сочинениям св. Григория. Для удобства читателей, прямая речь персонажей выделяется курсивом. Например, фраза: ubi sic dicit: infelix animus meus occupationis suae pulsates...«Несчастная душа моя., отягченная грузом дел...». В остальном переводчик придерживался записи Грассе, стараясь быть ближе к латинскому источнику.

Александр Клестов