Эволюция идеи Н. Саркози о создании Средиземноморского союза: от тулонской речи к «Римскому воззванию»

Вестн. Моск. ун-та. Сер. 25. Международные отношения и мировая политика.2010. № 1

МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ И МЕЖДУНАРОДНАЯ ИНТЕГРАЦИЯ

Н.В. Татарчук*

ЭВОЛЮЦИЯ ИДЕИ Н. САРКОЗИ О СОЗДАНИИ СРЕДИЗЕМНОМОРСКОГО СОЮЗА: ОТ ТУЛОНСКОЙ РЕЧИ К «РИМСКОМУ ВОЗЗВАНИЮ»**

Развитие диалога со странами Средиземноморья — одно из приоритетных направлений внешней политики ЕС. Долгое время европейские лидеры делали ставку на Барселонский процесс, однако его замедление побудило их к поиску иных форматов сотрудничества. Одним из первых подобную инициативу выдвинул в рамках своей предвыборной кампании Н. Саркози, озвучивший в феврале 2007 г. в Тулоне идею создания новой организации — Средиземноморского союза. После избрания Н. Саркози президентом и начала обсуждения его проекта с европейскими партнерами первоначальная идея претерпела существенные изменения, зафиксированные в «Римском воззвании» декабря 2007 г. В статье исследован процесс эволюции идеи Н. Саркози, определены его основные этапы, объяснены причины трансформации и дана оценка заложенному в проекте французского президента потенциалу.

Ключевые слова: Средиземноморский союз, Союз для Средиземноморья, Европейский союз, Барселонский процесс, «Римское воззвание», Франция, Н. Саркози, неоголлизм.

The promotion of dialogue with Mediterranean countries is one of the foreign policy priorities for the European Union. For quite a long time EU leaders had been placing stake on Barcelona process but its slowdown made them search for other cooperation formats. N. Sarkozy was one of the first politicians who came up with such an initiative. Campaigning for president in Toulon in February 2007 he voiced the idea of creating a new organization under the name of the «Mediterranean Union». This idea underwent significant changes after his election and initial discussions with European partners documented in the «Appeal from Rome» of December 2007. The article examines the evolution of N. Sarkozy's idea, identifies its main stages, explains the reasons behind the transformation occurred and assesses the potential of the original project.

* Татарчук Наталья Васильевна, к.и.н., доцент кафедры региональных проблем мировой политики факультета мировой политики МГУ имени М.В.Ломоносова (e-mail: bete_a_bon_dieu@mtu-net.ru).

** Статья написана при финансовой поддержке Франко-российского центра гуманитарных и общественных наук в Москве.

Keywords: Mediterranean Union, Union for the Mediterranean, European Union, Barcelona process, «Appeal from Rome», France, N. Sarkozy, Neo-Gaullism.

С 90-х гг. XX в. одно из приоритетных направлений внешней политики Европейского союза (ЕС) — развитие диалога со странами, расположенными на южном и восточном берегах Средиземного моря. В 1995 г. в рамках «новой средиземноморской политики» ЕС, нацеленной на развитие и укрепление сотрудничества со Средиземноморьем, была проведена масштабная конференция в Барселоне с участием министров иностранных дел 15 государств — членов ЕС и 12 стран средиземноморского бассейна1. Основным итогом этого мероприятия стало подписание ее участниками Барселонской декларации. В документе фиксировались главные направления их дальнейшего взаимодействия — политика и безопасность, экономика и финансы, социальная сфера и культура — и указывалась важнейшая долгосрочная цель сотрудничества — создание к 2010 г. зоны свободной торговли [1].

Способствовать воплощению в жизнь барселонских решений были призваны ежегодные конференции министров иностранных дел 27 стран-участниц. Однако уже первый такой форум, собравшийся в 1997 г. на о. Мальта, выявил серьезные разногласия между ЕС и арабскими государствами по двум ключевым вопросам: ближневосточному урегулированию и экономическому развитию [3, с. 418]. Острые дискуссии продолжались и на следующих конференциях — в Палермо (1998), Штутгарте (1999), Марселе (2000) [4, с. 226]. Разногласия привели к тому, что «бурный старт евро-средиземноморского сотрудничества вскоре потерял темп» [3, с. 417].

В начале XXI в. многие политологи отмечали, что Барселонский процесс потерпел неудачу, исчерпал себя и нуждается в реанимации [15, с. 47; 14, с. 117—118]. Так, французский исследователь Ж.-И. Муассерон назвал четыре основные причины этого «провала»: во-первых, военные операции США в Афганистане и Ираке и реализация американского проекта «большого Ближнего Востока»; во-вторых, отсутствие у государств — членов ЕС общей позиции по целому ряду острых внешнеполитических вопросов, прежде всего, связанных с безопасностью самого Средиземноморья; в-третьих, расширение Евросоюза на Восток в 2004 и 2007 гг.; наконец, в-четвертых, институциональный кризис ЕС, обусловленный несостоявшейся ратификацией Евроконституции в 2004 г. и недавними трудностями с одобрением Договора о реформе Европейского союза [32, с. 157—160]. Указанные обстоятельства стали причиной

1 Кипр, Мальта, Турция, Палестина, Израиль, Иордания, Сирия, Ливан, Египет, Марокко, Тунис, Алжир.

роста недоверия и недовольства со стороны арабских государств по отношению к ЕС, а также к изменению самих рамок Барселонского процесса и активному вмешательству в ситуацию в регионе США.

Не только ученым, но и политикам пришлось признать, что Барселонский процесс потерпел неудачу. Одним из первых сказал об этом открыто тогда еще кандидат на пост президента Франции от неоголлистской партии «Союз за народное движение» (СНД), министр внутренних дел V Республики Николя Саркози. В речи, произнесенной в ходе предвыборной кампании 7 февраля 2007 г. в Тулоне, он подчеркнул, что «начатый двенадцать лет назад в Барселоне евро-средиземноморский диалог не достиг своих целей. Провал стал очевиден с тех пор, как приоритетом для Европы стал Восток [т.е. расширение ЕС за счет стран Восточной Европы. — Н.Т.]» [19, с. 10]. Тогда же Н. Саркози призвал создать, отчасти для реанимации Барселонского процесса, новую организацию — Средиземноморский союз.

Однако в ходе продвижения этой идеи французскому президенту пришлось столкнуться на уровне ЕС с ее неприятием, попытки преодоления которого привели, в конечном счете, к существенной трансформации проекта Н. Саркози, зафиксированной в «Римском воззвании» декабря 2007 г. Данный документ, подписанный Францией, Испанией и Италией, стал первым шагом к образованию в июле 2008 г. Союза для Средиземноморья. Целью статьи является изучение произошедшей в 2007 г. эволюции идеи Н. Сар-

кози и причин, приведших к ее трансформации.

* * *

Зимой 2007 г. во Франции стартовала предвыборная кампания, основная борьба в которой разворачивалась между неоголлистом Н. Саркози и социалисткой С. Руаяль [21]. Французская социалистическая партия (ФСП) основное внимание в своих программных документах и деятельности традиционно уделяет социальной политике, поэтому предвыборные обещания С. Руаяль были направлены, главным образом, на улучшение условий жизни французов. На этом поле Н. Саркози бороться с кандидатом от ФСП было в определенной мере сложно. Отчасти именно поэтому, а также в связи с традиционной голлистской идеологией2 предвыборная программа Н. Саркози помимо социальных положений содержала большие разделы, касавшиеся активизации французской внешней политики.

2 Неоголлисты, вслед за голлистами, традиционно выступают за сильную президентскую власть, крепкое государство и проведение Францией активного внешнеполитического курса, ключевую роль в формировании которого играет президент [9].

Очерчивая свой будущий внешнеполитический курс в программном документе «Вместе все станет возможным», кандидат от СНД писал: «Я желаю, чтобы Франция на мировой арене обладала влиянием и брала на себя ответственность в разрешении международных конфликтов» [33, с. 15]. Развивая эту мысль, Н. Саркози заявлял: «Я буду способствовать развитию бедных стран с помощью прекращения дотаций коррумпированным правительствам, создания Средиземноморского союза с государствами Юга, приоритетного развития отношений с Африкой» [33, с. 15]. Предвыборная программа будущего французского президента стала, пожалуй, первым официальным документом, в котором была зафиксирована идея образования Средиземноморского союза. Прежде, в частности в своих политических работах, Н. Саркози ничего об этом не писал. Так, в обширном труде «Доказательство», опубликованном в июле 2006 г., он ни слова не говорил о Средиземноморском союзе, хотя высказывался за более тесное сотрудничество Франции с арабским миром, которое, однако, по его мнению, не должно влиять на французско-израильские отношения [40, с. 266].

Появление идеи создания Средиземноморского союза связывают с именем особого советника Н. Саркози А. Гэно, которого называют также «серым кардиналом» нынешнего президента Франции [44, 02.03.2008]. Во время предвыборной кампании 2007 г. он являлся, по выражению французской газеты «Libération», «пером» Н. Саркози [31, 15.03.2008]. А. Гэно говорил о себе, что он — «суверенист и горд им быть» [цит. по: 44, 02.03.2008]. Он не раз жестко высказывался о Евросоюзе и резко критиковал Европейскую комиссию [31, 15.03.2008; 44, 02.03.2008]. Именно исходя из своих правых, суверенистских убеждений А. Гэно зимой 2006/2007 г предложил Н. Саркози создать Средиземноморский союз, куда вошли бы все страны Средиземноморья. При этом, по идее А. Гэно, государства — члены ЕС, не имевшие выхода к Средиземному морю, не могли войти в состав нового объединения. Понимая, что это положение может вызвать неоднозначную реакцию во французском обществе, в своей предвыборной программе Н. Саркози обошел молчанием вопрос о составе участников новой организации. Однако в тулонской речи он сказал о нем открыто, показав тем самым, что не боится негативной реакции несредиземноморских государств — членов ЕС. В числе стран — участниц Средиземноморского союза со стороны ЕС, помимо Франции, Н. Саркози видел Португалию, Испанию, Италию, Грецию и Кипр [19, с. 10].

Французский ученый А. Бенсаад полагает, что выступление кандидата от СНД в Тулоне 7 февраля 2007 г. ознаменовало собой поворот в его предвыборной кампании: вместо вопросов внутренней политики (занятости, налогообложения) центральное место в ней заняли «цели европейской геополитики» и прежде всего —

создание Средиземноморского союза [14, с. 118]. Даже если не считать тулонскую речь поворотной, нельзя не отметить, что она стала одной из наиболее примечательных в предвыборной кампании Н. Саркози по двум причинам.

Во-первых, очень удачно было выбрано место и время для ее оглашения. Крупнейший французский порт на Средиземном море Тулон, с одной стороны, решает те же проблемы, что и другие средиземноморские государства — члены ЕС (Италия, Испания, Греция), а с другой — его затрагивают и вопросы развития североафриканских стран, традиционно близких Франции, — Алжира, Туниса, Марокко. Так, например, как и многие другие средиземноморские города Европы, Тулон страдает от легальной и нелегальной иммиграции, которая возрастает, как только дестабилизируется положение в Северной Африке. Кроме того, выбор Тулона имел и историческую подоплеку: именно отсюда, проявив незаурядную доблесть, начал свое восхождение к вершинам власти Наполеон Бонапарт3 [6, с. 83]. Обобщая отмеченные факторы, Н. Саркози в самом начале своей речи сказал: «В Тулон, город открытого моря, из которого Вобан4 хотел сделать "самый большой порт в Европе", город, судьба которого неразрывно связана с морской судьбой Франции в самые славные ее часы и в самые трагические моменты, город, где увидел свет гений Наполеона..., в Тулон, старый провинциальный город Франции, обращенный к морю, я прибыл рассказать французам, что их будущее решается здесь, в Средиземноморье» [19, с. 2].

Н. Саркози произнес тулонскую речь не только в нужном месте — там, где идея создания Средиземноморского союза прозвучала особенно актуально, — но и в удачный момент, в начале февраля 2007 г., когда разрыв в предвыборной гонке между ним и С. Руаяль увеличился до 10% [5, 16.02.2007]. Предложение образовать Средиземноморский союз стало своеобразным козырем в рукаве кандидата от СНД, в частности, благодаря которому он сохранил свою лидирующую позицию.

Во-вторых, именно в тулонской речи Н. Саркози впервые публично высказал идею создать Средиземноморский союз. Прежде в своих выступлениях он о ней не упоминал. Причем 7 февраля 2007 г. Н. Саркози не только предложил создать Средиземноморский союз, но и в общих чертах обрисовал его устройство. Новую организацию кандидат от СНД предложил построить «по модели

3 Наполеон Бонапарт пользуется особым уважением среди неоголлистов, прежде всего как политический лидер, многое сделавший для укрепления государственной власти во Франции и повышения ее авторитета на европейской арене.

4 Вобан Себастьен Ле Претр де (1633—1707) — французский военный инженер, маршал Франции. В своих трудах разработал научные основы фортификации, построил и перестроил около 300 крепостей.

Европейского союза», т.е. образовать Средиземноморский совет по образцу Европейского совета и основать Средиземноморский инвестиционный банк наподобие Европейского инвестиционного банка, проводить с определенной периодичностью политические встречи на уровне глав государств и правительств, сформировать систему коллективной безопасности стран Средиземноморья [19, с. 11]. Ключевую роль в создании Средиземноморского союза Н. Саркози отводил Франции: «Именно Франция, европейская и средиземноморская страна одновременно... возьмет на себя инициативу создания Средиземноморского союза так, как она прежде взяла на себя инициативу создания Европейского союза» [19, с. 10].

Будущий французский президент в своем выступлении в Тулоне также перечислил четыре основных приоритетных направления деятельности Средиземноморского союза. Речь шла, во-первых, об управлении миграционными потоками. Н. Саркози предложил средиземноморским государствам бороться с нелегальной иммиграцией сообща, в частности посредством конвенции, которая будет разработана совместно и облегчит выдворение незаконных иммигрантов на родину. Он добавил, что, если его изберут президентом, выдворенные из Франции не смогут в течение 5 лет получить вид на жительство [19, с. 12]. Следовательно, Н. Саркози озвучил конкретные меры в области иммиграционной политики, над которыми Средиземноморскому союзу следовало поработать. Во-вторых, среди основных направлений деятельности будущей организации он назвал решение экологических проблем, выступив, в частности, за очистку общими усилиями Средиземного моря [19, с. 13]. В-третьих, Н. Саркози сказал о «совместном развитии», под которым подразумевал многостороннее сотрудничество средиземноморских стран по широкому спектру вопросов — от образования и науки до экономики и финансов. По его мнению, именно «совместное развитие» станет основой для конкретных проектов в рамках новой организации [19, с. 14]. В-четвертых, он упомянул о «борьбе против коррупции, организованной преступности и терроризма» [19, с. 15].

Из всех предполагаемых направлений деятельности Средиземноморского союза наиболее подробно, предлагая конкретные меры, кандидат от СНД обрисовал политику в области иммиграции, в то время как остальные три были лишь намечены им и носили скорее декларативный характер. Можно назвать две причины такого «распределения внимания» — субъективную и объективную. Первая заключалась в том, что Н. Саркози, являясь с июня 2005 г. министром внутренних дел Франции, очень хорошо разбирался в проблемах иммиграции и проводил активную иммиграци-

онную политику5. Суть второй сводилась к тому, что Французская Республика начиная с 70-х — 80-х гг. XX в. и особенно на рубеже веков была фактически наводнена иммигрантами [22]. Данное обстоятельство обусловило превращение иммиграционного вопроса в один из ключевых во внутренней политике Франции, поэтому Н. Саркози не упустил возможности в своей тулонской речи высказаться относительно его решения.

Тогда же в Тулоне будущий французский президент озвучил основную причину, по которой идея создания новой организации казалась ему особенно привлекательной. Еще в своей предвыборной программе Н. Саркози писал: «я хочу, чтобы Европа имела границы, и я буду противостоять вступлению Турции [в ЕС. — Н.Т.]» [33, с. 10]. В тулонской речи он предложил Турции вместо членства в ЕС занять ведущее место в Средиземноморском союзе. Н. Сарко-зи, в частности, сказал: «Именно в рамках перспективы создания Средиземноморского союза следует намечать отношения между Европой [т.е. ЕС. — Н.Т.] и Турцией. Ибо Европа [т.е. ЕС. — Н.Т.] не может расширяться бесконечно... У Турции нет своего места в Европейском союзе, потому что она не является европейской страной. Но Турция — великая средиземноморская страна, вместе с которой средиземноморские страны Европы могут продвигать идею единства Средиземноморья. Именно такой большой совместный амбициозный проект я хочу предложить Турции» [19, с. 11]. Таким образом, будущий президент Франции вновь недвусмысленно высказался в Тулоне против вступления Турции в ЕС, выдвинув в качестве альтернативы создание Средиземноморского союза, где это государство могло бы играть одну из ключевых ролей. Следовательно, стремясь не пустить Турцию в ЕС, он не хотел, однако, идти с ее руководством на конфронтацию. Позиция Н. Саркози по турецкому вопросу не только могла настроить против него руководство Турции и часть государств ЕС, выступавших за ее присоединение к Евросоюзу, но и шла вразрез с позицией бессменного лидера неоголлистов, патриарха французской политики Ж. Ширака6.

5 Н. Саркози занимался иммиграционной политикой и раньше. Так, 26 ноября 2004 г. вступил в силу направленный на усиление интеграции иммигрантов во французское общество закон, ужесточивший иммиграционное законодательство Франции. Он был разработан в период с июня 2002 г. по март 2004 г., когда Н. Сар-кози первый раз занимал пост министра внутренних дел.

6 Ж. Ширак не раз, в том числе публично, высказывался за вступление Турции в ЕС. В частности, в своем телевизионном интервью на канале TF1 15 декабря 2004 г. он заявил, что Европа в целом и Франция в частности заинтересованы в том, чтобы Турция стала членом ЕС при условии выполнения ею всех поставленных Евросоюзом условий. Он также подчеркнул, что присоединение Турции к ЕС «усилит Европу» [16]. «Протурецкие» высказывания Ж. Ширака привели к тому, что известный французский правый политик Ф. де Виллье, открывший во Франции кампанию против вступления Турции в ЕС, даже поместил его фотографию в одеянии турецкого султана на обложку своей книги, в которой призывал президента изменить точку зрения [45].

В политическом труде «Вместе» Н. Саркози так поясняет свое отношение к данному вопросу: «Вступление Турции [в ЕС. — Н.Т.] убило бы саму идею европейской интеграции... Оно нанесло бы смертельный удар самому понятию европейской идентичности» [39, с. 95]. Представляется, что помимо беспокойства за «идею» ев-роинтеграции у Н. Саркози было еще несколько причин, обусловивших его нежелание видеть Турцию в составе ЕС. В их числе можно назвать негативное отношение французов к вступлению этой страны в Евросоюз, связанное во многом с увеличением иммиграции во Францию из Восточной Европы после четвертого и пятого расширения ЕС в 2004 и 2007 гг. Так, в 2004 г. 58% французских граждан высказывались «против» присоединения Турции к ЕС, «за» выступали только 29% [23, с. 231]. Кроме того, не поддерживала эту идею и часть политической элиты страны, прежде всего представители правых партий (некоторые члены СНД, Движение за Францию Ф. де Виллье), что выразилось, в частности, в деятельности французского Национального собрания, направленной на признание геноцида армян в Османской империи в 1915 г. В 2001 г. французский парламент принял разработанный социалистами закон, который гласил: «Франция официально признает геноцид армян 1915 г.» [13]. 12 октября 2006 г. Национальное собрание одобрило 106 голосами против 19 законопроект об уголовной ответственности за отрицание геноцида армян7 [42]. Таким образом, негативным отношением к вступлению Турции в ЕС Н. Саркози обеспечивал себе, с одной стороны, лояльность, по крайней мере, части правых сил, а с другой — занимал, возможно, более выигрышное положение, чем С. Руаяль, высказывавшаяся за принятие Турции в будущем при выполнении ею ряда условий [38, с. 309—310]. Не стоит забывать и о том, что во Франции проживает самая большая армянская диаспора в Европе — около полумиллиона человек, — поддержка которой на выборах важна любому кандидату на пост президента [41]. С этой точки зрения, выступать против присоединения Турции к ЕС было более выгодным, чем высказываться «за». Наконец, стоит отметить, что в рамках голлистской идеологии позиция Н. Саркози была ближе по духу, чем мнение Ж. Ширака, идеям Ш. де Голля, выступавшего в 1960-х гг. категорически против присоединения Великобритании к Европейским Сообществам.

Причины, по которым Н. Саркози активно отстаивал идею создания Средиземноморского союза, лишь частично взаимосвязаны с вопросом вступления Турции в ЕС. Новая организация, по мысли Н. Саркози, стала бы также принимать активное участие в иммиграционной политике всего Средиземноморского региона, что

7 В данный момент документ находится на рассмотрении Сената. 4 ВМУ, международные отношения и мировая политика, № 1

помогло бы Франции контролировать потоки иммигрантов из Африки и Ближнего Востока. Третья причина, не очевидная на первый взгляд, являлась, тем не менее, наиболее важной: проект Средиземноморского союза был направлен на то, чтобы Франция заняла лидирующее место в Средиземноморье, стала связующим звеном между ним и Европейским союзом и за счет этого увеличила бы свое влияние на международной арене в целом и в ЕС в частности.

В ходе своей предвыборной кампании Н. Саркози не раз подчеркивал приверженность идее создания Средиземноморского союза. Он уделил ей, в частности, много внимания в книге «Вместе», ставшей его предвыборным манифестом. В нее были включены части тулонской речи, например та, где он подчеркивал, что из всех государств — членов ЕС в формировании Средиземноморского союза должны участвовать Франция, Португалия, Испания, Греция и Кипр [39, с. 105]. Вместе с тем возникал вопрос: будет ли Н. Саркози в случае победы на президентских выборах отстаивать идею образования Средиземноморского союза или откажется от нее, как от привлекательного предвыборного обещания, трудновыполнимого на практике?

22 апреля 2007 г. Н. Саркози выиграл первый тур выборов на пост президента Франции, набрав 31,18% голосов избирателей [11, с. 123]. 6 мая он одержал победу над С. Руаяль во втором туре с перевесом в 6,12% голосов [11, с. 123]. Став президентом, Н. Саркози не только не отказался от идеи образования Средиземноморского союза, но и начал продвигать ее на самом высоком уровне. Уже через четыре месяца после избрания, 27 августа 2007 г., в ходе XV конференции послов, на которой присутствовали высокопоставленные дипломаты различных государств, а также премьер-министр Франции Ф. Фийон, глава Кэ д'Орсэ Б. Кушнер, французские депутаты и сенаторы, Н. Саркози кратко изложил проект создания Средиземноморского союза. Прежде всего, он открыто высказался против вступления Турции в ЕС, предложив в качестве альтернативы ее ассоциированное членство в Евросоюзе [10, с. 4]. Интересно отметить, что после турецкого вопроса Н. Саркози не перешел сразу к теме образования Средиземноморского союза и даже не предложил, как прежде, Турции присоединиться к нему в качестве альтернативы вступления в ЕС. Создается впечатление, что в рассматриваемой речи проблема будущего членства Турции в Евросоюзе и вопрос формирования Средиземноморского союза были специально разведены, возможно, чтобы показать масштабность идеи и не сводить цели создания новой организации лишь к стремлению решить таким образом турецкий вопрос.

Затронув наиболее острые проблемы современной международной политики — ситуацию в Афганистане и Ираке, ядерную

программу Ирана, арабо-израильский конфликт, — Н. Саркози обратился, наконец, к проекту Средиземноморского союза. Подчеркнув, что он рассматривает новую организацию в качестве «ответа на угрозу конфронтации между Исламом и Западом», французский президент перечислил четыре основы будущего союза: «окружающая среда, диалог культур, экономический рост, безопасность» [10, с. 9—10]. Отметим, что проблему иммиграции, о которой было столько сказано в тулонской речи, Н. Саркози обошел молчанием. Не уточняя состав участников новой организации, он высказался за то, что «Европейский союз посредством своих институтов, в частности Комиссии, должен бы стать полноправным участником Средиземноморского союза» [10, с. 10]. Кроме того, в отличие от тулонской речи, Н. Саркози не ограничился общими положениями: он предложил начать подготовку «первого собрания глав государств и правительств [будущего Средиземноморского союза. — Н.Т.], которое должно будет состояться в первом семестре 2008 г.» [10, с. 10].

Подводя итог, можно отметить, что в речи, произнесенной 27 августа 2007 г., Н. Саркози, уже в ранге президента Франции, постарался сгладить острые углы, т.е. не озвучивать те возможные проблемы, с которыми было связано создание Средиземноморского союза: сотрудничество в области иммиграции, состав участников новой организации и участие в ней Турции в качестве альтернативы вступления этой страны в ЕС. Более того, несколько видоизменилась сама идея Средиземноморского союза: по словам французского лидера, в его формировании и деятельности важную роль должен был сыграть Евросоюз, а точнее — его институты. В тулонской речи Н. Саркози говорил лишь о том, что органы Средиземноморского союза следует создавать по образцу институтов ЕС. В целом 27 августа 2007 г. французский президент предложил смягченный, в чем-то даже компромиссный вариант новой организации по сравнению с тем проектом, который он озвучил в своей тулонской речи. Безусловно, это было связано и с изменением статуса Н. Саркози, и с разницей в жанровой направленности речей и аудитории, для которой они предназначались (предвыборная в Тулоне — избирателям, а президентская на конференции послов — дипломатам), но также, вероятно, и с осознанием того, что идея Средиземноморского союза в тулонском варианте может не устроить ряд государственных лидеров (например, Турции или Великобритании) и необходимо искать компромисс, чтобы ее реализовать. Важно также подчеркнуть, что французский президент впервые выдвинул конкретное практическое предложение: провести собрание глав стран Средиземноморья.

14 октября 2007 г. Н. Саркози начал свое первое рабочее турне за пределами Европы. Маршрут был выбран не случайно — французский президент намеревался за два дня посетить страны Ма-гриба (Алжир, Тунис и Марокко), с которыми Францию связывают как общее историческое прошлое, так и тесное сотрудничество в различных сферах деятельности на современном этапе развития. Одной из основных целей поездки, наряду с укреплением двусторонних связей, являлось представление североафриканским лидерам проекта Средиземноморского союза. Однако начало турне омрачил небольшой скандал: в последний момент, как сообщили из Елисейского дворца, «по требованию марокканских властей» рабочую поездку Н. Саркози в Рабат пришлось перенести [26, 14.10.2007]. По данным Кэ д'Орсэ, аннулирование марокканским руководством рабочей поездки Н. Саркози объяснялось так: «Рабат был недоволен тем, что президент [Французской. — Н.Т.] Республики начал свое турне с Алжира», граница с которым у Марокко закрыта вот уже 12 лет, а отношения, за редким исключением, носят характер недружественных [26, 14.10.2007; 8, с. 60—64].

Отмена марокканского этапа турне стала не единственным обстоятельством, омрачившим первое посещение Магриба Н. Сар-кози в ранге французского президента. Накануне поездки официальный Стамбул выступил с резкой критикой его предложения заменить вступление Турции в ЕС ее присоединением к Средиземноморскому союзу на правах ведущего участника. Турецкий министр иностранных дел А. Гюль заявил: «Сотрудничество в бассейне Средиземного моря и сотрудничество в рамках ЕС — это две разные вещи. Турция является страной, которая начала переговоры с ЕС и которая находится в процессе переговоров»8 [26, 14.10.2007]. Эти слова еще раз подтвердили тот факт, что Турция не намерена отказываться от вступления в Евросоюз. Не называя имен, но, очевидно, обращаясь в первую очередь к Н. Саркози, А. Гюль подчеркнул: «Ставить препятствия на пути процесса переговоров [о присоединении Турции к ЕС. — Н. Т.] означало бы не уважать поставленные подписи и принятые обязательства. Я этого не понимаю» [26, 14.10.2007].

Позиция Турции, однако, не могла помешать Н. Саркози ни начать североафриканское турне, ни представить проект Средиземноморского союза лидерам Алжира и Туниса. По сведениям французской газеты «Le Figaro», алжирский президент Абдельазиз Бутефлика благосклонно отнесся к этому проекту французского лидера [26, 14.10.2007]. Поддержал идею Н. Саркози и президент

8 Соглашение об ассоциированном членстве между Европейскими Сообществами и Турцией было подписано в 1963 г. Переговоры о присоединении Турции к ЕС на правах полноправного члена начались в 2005 г

Тунисской республики Зин аль-Абидин Бен Али, который, в частности, сказал: «Мы очень рады перспективе углубления сотрудничества между странами южного Средиземноморья и Францией, которое будет играть ведущую роль в поддержке мира и безопасности, а также послужит интересам и развитию народов Африки» [26, 14.10.2007]. Таким образом, лидеры Алжира и Туниса высказались за создание Средиземноморского союза. Однако не было ясно, какой именно проект этой организации Н. Саркози им озвучил — более радикальный тулонский или достаточно компромиссный, изложенный на конференции послов. Есть, тем не менее, все основания полагать, что второй, поскольку 23 октября, находясь с государственным визитом в Марокко, французский президент открыто сказал именно о нем.

Это произошло в Танжере, крупном марокканском порту, городе с более чем 2000-летней историей, перекрестке различных цивилизаций и значительном центре европейской иммиграции в Северной Африке. Именно здесь 23 октября 2007 г. в королевском дворце Маршан перед политической и экономической элитой Марокко Н. Саркози произнес речь об особой важности единства народов Средиземноморья, живым воплощением которого должен стать Средиземноморский союз [34, 25.10.2007]. Французский президент, в частности, сказал: «Именно Средиземное море объединит Европу и Африку... Я призываю всех тех, кто может, вступить в Средиземноморский союз, потому что он станет движущей силой Евроафрики, великой мечтой, способной изменить мир» [46, с. 3—4]. Со своей стороны Н. Саркози пообещал «проконсультироваться со всеми странами, расположенными на берегу Средиземного моря, относительно повестки будущего саммита» и «предложить им поработать приблизительно над десятью конкретными проектами» [46, с. 7]. О каких именно проектах шла речь, президент Франции не уточнил, но подчеркнул, что в рамках новой организации сотрудничество будет развиваться прежде всего в области энергетики, транспорта и водных ресурсов. В числе приоритетов Средиземноморского союза он назвал, с одной стороны, «культуру, образование, здоровье, человеческий капитал», а с другой — «борьбу против неравенства и правосудие» [46, с. 6]. Согласно Н. Сар-кози, основная цель новой организации — «сделать Средиземное море самой большой в мире лабораторией по совместному развитию, где решение о развитии все принимают и все осуществляют, где свободное передвижение людей все создают и все контролируют, где безопасность все организуют и все гарантируют» [46, с. 6]. Нельзя не заметить, что указанная цель носила во многом утопический характер: на данном этапе сложно представить себе и свободное передвижение населения в рамках средиземноморского

бассейна, и совместную работу над каким-либо серьезным проектом таких стран с непростыми взаимоотношениями, как, например, Алжир и Марокко или Израиль и Ливан.

Обращаясь к вопросу участия ЕС в деятельности новой организации, Н. Саркози, как и в речи, произнесенной на конференции послов, предложил привлекать Европейскую комиссию ко всем работам Средиземноморского союза. Он выразил надежду на то, что «отношения между двумя Союзами будут отношениями партнерства и взаимодополняемости» [46, с. 7]. Французский президент отметил также, что, возможно, в конечном счете новая организация не станет копией ЕС, институты которого следует взять за образец, поскольку Средиземноморский союз, как и Евросоюз, будет «оригинальным и уникальным опытом» [46, с. 5].

В целом танжерская речь Н. Саркози во многом походила на его выступление в ходе конференции послов размытостью формулировок и нечеткостью озвученных рамок новой организации. Газета «Le Monde» с некоторой долей ехидства отмечала: «В Танжере Николя Саркози не стал поднимать наиболее острые вопросы в отношениях между Европой и Африкой, такие, например, как иммиграция» [34, 25.10.2007]. Действительно, в тулонской речи контуры нового союза были очерчены гораздо более рельефно: указывался состав участников, намечались и отчасти раскрывались основные направления деятельности, ставилась политическая цель — не допустить полноправного членства Турции в ЕС. Став президентом, Н. Саркози уже не мог позволить себе таких откровений: следовало учитывать мнения других стран. Однако на президентском посту у Н. Саркози появились широкие возможности для продвижения своей идеи, чем он и воспользовался, выступив на конференции послов 27 августа 2007 г. с предложением созвать саммит глав государств и правительств Средиземноморья и подтвердив в танжерской речи свою вовлеченность в процесс его подготовки.

Король Марокко Мухаммад VI в целом поддержал проект Н. Саркози о создании Средиземноморского союза, назвав его «смелым» [34, 25.10.2007]. Он сказал также, обращаясь к французскому президенту: «Мы готовы изучать с вами все возможности для реализации нового подхода. [Ваша. — Н.Т.] инициатива, без сомнения, станет вехой в создании нового пакта между Европой и Африкой, основой которого будет Средиземноморье» [34, 25.10.2007].

Таким образом, к концу октября 2007 г. Н. Саркози заручился в деле создания Средиземноморского союза поддержкой трех североафриканских стран — Алжира, Туниса и Марокко. В то же время другое средиземноморское государство — Турция, чьи намерения вступить в ЕС шли вразрез с изначальным тулонским про-54

ектом Н. Саркози, выступала категорически против образования этой организации. Вместе с тем в середине осени 2007 г. инициатива французского президента все еще не была официально представлена ни европейским государствам, ни органам ЕС. По сообщению «Le Monde», Италия, Испания, Португалия и Греция высказали заинтересованность в новом проекте, но «они опасаются возможного преобладания Франции в отношениях с другим берегом Средиземноморья» [34, 25.10.2007]. Проект Н. Саркози, отмечалось в газете, «не нравился» Великобритании, «которая требовала продолжения начатых ЕС с Турцией переговоров [о вступлении. — Н.Т.]», а Германия «воздерживалась от каких-либо комментариев» [34, 25.10.2007]. На основании даже этих данных можно было предположить, что дебаты о реализации проекта Н. Саркози в рамках ЕС не пройдут гладко и потребуют от французского президента новых уступок и компромиссов. Лидеру Французской Республики предстояли большая работа и не один час сложных переговоров,

чтобы его идея воплотилась в жизнь.

* * *

Пока Н. Саркози продвигал идею Средиземноморского союза в североафриканских государствах, его особому советнику А. Гэно и бывшему специальному посланнику ЕС в Македонии, а ныне ответственному за представление этой идеи в органах Евросоюза А. Лё Руа9 предстояло убедить Европейскую комиссию принять проект Н. Саркози. В конце октября 2007 г. оба французских политика должны были нанести визит председателю Еврокомиссии Ж.М. Баррозо, а затем А. Лё Руа ждали в Берлине для уточнения позиций двух стран [34, 25.10.2007]. С определенной долей сарказма «Le Monde» отмечала, что в ходе этих встреч А. Лё Руа «придется продемонстрировать чудеса дипломатии, чтобы убедить своих собеседников» [34, 25.10.2007].

Подробности переговоров в Брюсселе и Берлине остались неизвестными широкой общественности, как и позиции министров иностранных дел государств — членов ЕС, обозначенные на очередной евро-средиземноморской конференции в Лиссабоне 6 ноября 2007 г., когда Франция впервые официально представила своим партнерам по Евросоюзу инициативу Н. Саркози. В прессу лишь просочилась информация, что озвученный вариант проекта носил компромиссный характер. В частности, Франция подчеркивала «неформальность» и «гибкость» Средиземноморского союза, предлагая взять за образец G8, а также его «дополнительность» по от-

9 А. Лё Руа был назначен французским президентом на этот пост в сентябре 2007 г.

ношению к Барселонскому процессу, утверждая, что саммиты новой организации будут проводиться только в том случае, если не предусмотрена евро-средиземноморская конференция [25, 12.11.2007]. Указанные уступки, вероятно, имели целью убедить прежде всего Испанию и Италию в том, что новый проект не предполагает ослабления налаженного в рамках ЕС сотрудничества государств северного и южного Средиземноморья и утверждения главенства Франции в этом диалоге.

К декабрю 2007 г. стало совершенно очевидно не только то, что Н. Саркози стремится продвинуть идею о создании Средиземноморского союза одновременно на двух фронтах — североафриканском и европейском, но и то, что на первом из них французский президент добился успеха, а на втором терпит поражение. Так, находясь с государственным визитом в Алжире, 4 декабря Н. Саркози вновь призвал А. Бутефлика присоединиться к Средиземноморскому союзу и получил его поддержку [47, с. 3]. Характерно, что в этой речи французский президент, в отличие от всех своих предыдущих, говорил о новой организации совсем немного и лишь в общих чертах, не вдаваясь в подробности, видимо, не в последнюю очередь опасаясь вызвать негативную реакцию партнеров по ЕС. Однако в своем выступлении 4 декабря 2007 г. Н. Саркози успел изложить предложение, которое прежде еще не озвучивал на публике. Обращаясь к А. Бутефлике, он заявил: «Я приглашаю Алжир, Господин Президент, стать мотором средиземноморской инициативы» [47, с. 4]. Таким образом, если в тулонской речи Н. Саркози называл ведущим партнером Франции в деле создания и продвижения новой организации Турцию, то после отрицательного ответа и негативной реакции со стороны последней глава V Республики решил сделать ставку на Алжир, который с конца XIX в. был оплотом распространения ее влияния в Северной Африке. Очевидно, что Алжир являлся для Франции гораздо более удобным союзником для образования Средиземноморского союза, чем Турция, и выбор Н. Саркози был неслучайным.

В декабре проект создания новой организации одобрил в ходе своего визита в Париж ливийский лидер М. Каддафи. Он отнесся с энтузиазмом к идее Н. Саркози и, в частности, отметил: «Мы должны очень серьезно рассматривать эту инициативу, мы надеемся, что создадим Средиземноморский союз» [26, 12.12.2007]. Ввиду улучшения взаимоотношений двух стран, которое нашло отражение в успешном посредничестве Н. Саркози и его супруги в решении проблемы возвращения на родину болгарских медсестер в июле 2007 г., заявление главы Джамахирии не стало неожиданностью. Еще летом в прессе высказывались предположения, что в обмен на помилование и отъезд медиков в Софию Франция будет

выступать за полноправное членство Ливии в Средиземноморском союзе [5, 24.07.2007]. Для Джамахирии участие в новой организации было политически выгодным, поскольку означало бы укрепление позиций этого североафриканского государства в регионе.

Вмешательство Франции в процесс возвращения медсестер в Болгарию из ливийского плена насторожило Германию, которая на протяжении нескольких лет вела переговоры, в частности усилиями своего тогдашнего министра иностранных дел Ф.-В. Штайнмайе-ра, с лидером Джамахирии и его окружением. Тот факт, что лавры спасителей достались чете Саркози, вызвал в Берлине недовольство. Немецкий журнал «Der Spiegel» подверг критике действия французского президента и его супруги, назвав их спектаклем [43, 30.07.2007]. Ситуация с болгарскими медсестрами стала первым тревожным звонком: на протяжении осени 2007 г. вся Европа наблюдала за похолоданием, наступившем во франко-немецких отношениях. Так, на встрече в Берлине, состоявшейся в начале сентября, Н. Саркози негативно отреагировал на планы канцлера Германии А. Меркель отказаться от использования атомной энергии [26, 15.09.2007]. Анализируя в феврале 2008 г. развитие франко-немецких отношений осенью 2007 г., английская газета «The Independent» подчеркивала, что одним из основных пунктов разногласий между двумя странами стала финансовая политика ЕС: критикуя меры по стабилизации евро, проводимые Европейским центральным банком, Франция неохотно выполняла свои обязательства по сдерживанию бюджетного дефицита, чем вызывала недовольство Берлина. В свою очередь Елисейский дворец был неприятно удивлен отказом Германии принять участие в военной миссии ЕС в Дарфуре, главным инициатором которой стала Франция [30, 28.02.2008].

В ситуации заметного похолодания между двумя странами проект Н. Саркози о создании Средиземноморского союза без участия немецких партнеров стал для них серьезным раздражителем. В августе 2007 г. «Die Welt» расценила новую инициативу французского президента как «ответ на усиление Германии в ЕС после воссоединения страны и расширения Евросоюза» [48, 28.08.2007]. С такой оценкой газеты трудно не согласиться: будучи неоголли-стом, Н. Саркози своим средиземноморским проектом, очевидно, стремился усилить позиции Франции и на международной арене, и в ЕС, где в борьбе за лидерство французам противостояла Германия, значительно укрепившаяся после присоединения к Евросоюзу стран Центральной и Восточной Европы в 2004 и 2007 гг. Сначала немецкое руководство хранило обиженное молчание. На состоявшемся 12 ноября 2007 г. в Берлине межправительственном семинаре по проблеме интеграции иммигрантов новую инициативу

французского президента не обсуждали, однако накануне 32-го франко-германского саммита, прошедшего 6 декабря в Париже, немецкий канцлер подвергла критике проект создания Средиземноморского союза. Она, в частности, назвала эту инициативу «очень опасной», способной «привести к распаду ЕС на большие области» [43, 05.12.2007]. А. Меркель заявила также, что «500 миллионам европейцев надлежит формулировать свои интересы совместно» [43, 05.12.2007]. Кроме того, канцлер подчеркнула, что совершенно недопустимо использовать финансы из бюджета ЕС на нужды Средиземноморского союза [43, 05.12.2007]. Таким образом, в завуалированной форме А. Меркель фактически обвинила Н. Саркози в подрывной деятельности внутри Евросоюза. Сложно очертить весь комплекс причин, которые сподвигли ее на подобное резкое заявление, но очевидно одно — накануне встречи с французским президентом глава Германии стремилась недвусмысленно дать понять Н. Саркози, что без участия ее страны создание Средиземноморского союза не состоится.

6 декабря в Париже стороны четко обозначили свои позиции и попытались найти компромисс. В частности, Н. Саркози заявил, что разногласий у Франции и Германии по Средиземноморскому союзу нет, а «есть соображения, которые нужно согласовать» [37, с. 1], и поддержал А. Меркель в том, что проблемы Средиземноморья касаются всех без исключения стран ЕС, а значит, все они должны участвовать в создании новой организации в этом регионе. Н. Сар-кози подчеркнул: «Я не вижу, почему Франция могла бы пожаловаться на то, что Германия желает вместе с другими европейскими странами участвовать в проекте, который она считает важным» [37, с. 1]. Однако французский президент решил, как говорится, добавить ложку дегтя, и его слова прозвучали ответом на недавнее выступление А. Меркель: «Моей единственной заботой является лишь то, чтобы не создали организацию, в которой было бы столько людей, что это мешало бы ей развиваться» [37, с. 1]. В заключение Н. Саркози заявил, что французские и немецкие специалисты10 начнут разработку совместного проекта, в соответствии с которым все государства ЕС, имеющие такое желание, смогут присоединиться к Средиземноморскому союзу. А. Меркель подтвердила эти слова президента Франции, а также поприветствовала его усилия, направленные на укрепление сотрудничества в Средиземноморье. Кроме того, она разъяснила опасения Германии, вызванные новой инициативой Н. Саркози: «Если рядом с Европейским союзом его средиземноморские государства-члены создадут второй союз без других стран-участниц ЕС, тогда это станет тяжелым испытанием

10 Н. Саркози употребил без каких-либо уточнений слово "Sherpa", которое переводится с французского языка как «проводник или носильщик в Гималаях».

для Европы, потому что впоследствии Германия будет сотрудничать больше с Восточной Европой, а Франция — с Южной и Средиземноморьем» [37, с. 2].

Таким образом, 6 декабря Н. Саркози и А. Меркель выразили друг другу свое понимание, смягчив, насколько возможно, позиции. Вместе с тем саммит показал, что взгляды немецкого канцлера и французского президента по вопросу о создании Средиземноморского союза не совпадают и привести их к единому знаменателю будет сложно, настолько сложно, что понадобилось сформировать команду специалистов, целью которой стала выработка компромисса. Краеугольным камнем разногласий был вопрос об участии несредиземноморских государств — членов ЕС в образовании и деятельности новой организации. Представляется, что именно от его решения зависела в тот момент судьба Средиземноморского союза. При этом уже тогда стало понятно, что Франции придется так или иначе согласиться на участие Германии в инициативе Н. Саркози не только для того, чтобы не обострять двусторонние отношения и не потерять традиционного союзника в Европе, но и для того, чтобы иметь возможность финансировать новую организацию и ее проекты отчасти из бюджета ЕС, значительную долю которого составлял немецкий взнос.

В свою очередь Германия тоже не могла просто «отмахнуться» от идеи создания Средиземноморского союза. Так, открывшийся в Лиссабоне через два дня после встречи немецкого канцлера и французского президента второй саммит ЕС—Африка в очередной раз показал, что в отношении, по крайней мере, североафриканских государств инициатива Н. Саркози может увенчаться успехом. В первый день работы саммита А. Меркель выступила с резкой критикой в адрес президента Зимбабве за нарушение прав человека в этой стране. Здесь стоит напомнить, что второй саммит ЕС— Африка должен был состояться в 2003 г., но его несколько раз переносили именно из-за введения Евросоюзом санкций против Зимбабве. Присутствие зимбабвийского президента на встрече в Лиссабоне привело к тому, что премьер-министр Великобритании Г. Браун не принял в ней участия. Немецкому канцлеру возразили сначала исполнительный секретарь Сообщества развития Юга Африки Т.А. Саломао, а затем премьер-министр Сенегала А. Вад, подчеркнув, что вопрос о нарушении прав человека в Зимбабве не включен в повестку дня и африканские государства решат его сами. Газета «Frankfurter Rundschau» так охарактеризовала реакцию Т.А. Саломао и А. Вада: «Это новый тон в переговорах. Теперь у Африки есть множество партнеров. Государствам этого континента нет больше необходимости делать ставку на готовность Европы оказать им помощь» [28, 10.12.2007]. Возражения африканских ли-

деров, прозвучавшие в ответ на критику А. Меркель, свидетельствовали, в частности, о том, что выбранная немецким канцлером и английским премьером тактика не совсем соответствует реалиям времени: продвижение в Африку России, Китая и Индии, а также монархий Аравийского полуострова дало возможность странам Черного континента выбирать. В этой ситуации проект Н. Сарко-зи о создании Средиземноморского союза, реализация которого не требовала от североафриканских государств соблюдения демократических принципов, но сулила партнерство с ЕС и финансирование крупных социальных проектов, имел большие шансы на успех, тем более по сравнению с политикой предъявления претензий.

Не успев оправиться от критики в ее адрес, прозвучавшей на саммите ЕС—Африка, Германия получила очередное подтверждение того, что Франция сделает все для осуществления на практике новой инициативы Н. Саркози, и А. Меркель придется с этим считаться. Сложно представить, что именно французский президент пообещал итальянскому и испанскому премьер-министрам Р. Про-ди и Х.-Л. Сапатеро, а также насколько трудными были закулисные переговоры между ними, но 20 декабря в Риме Франция, Италия и Испания обнародовали «Римское воззвание»11, призывавшее к созданию в Средиземноморье новой организации. Появление этого документа стало неожиданностью, поскольку официально Н. Саркози отправился в Рим на встречу с папой римским Бенедиктом XVI. Текст воззвания, несмотря на тщательный подбор обтекаемых формулировок, содержал ряд важных положений. Во-первых, Средиземноморский союз получил новое название — Союз для Средиземноморья [12, с.1]. «Le Figaro» отмечала, что такая замена не является простой формальностью. По справедливому замечанию газеты, новое название отчасти способствовало тому, что Испания и Италия перестали воспринимать новую организацию как угрозу Барселонскому процессу [26, 21.12.2007]. Во-вторых, хотя вопрос о составе новой организации в воззвании не поднимался, в нем подчеркивалось: «Союз для Средиземноморья должен объединить Европу и Африку вокруг прибрежных средиземноморских стран» [12, с. 1]. Вместе с тем отдельно оговаривалось, что эти государства соберутся на встречу в Париже 13 июля 2008 г., а на следующий день будут присутствовать на уже намеченном саммите ЕС для разработки «общих [для двух организаций. — Н.Т.] позиций». В-третьих, в последующие месяцы, вплоть до указанных переговоров, Франция, Испания и Италия брали на себя обязанность подготовить июльские встречи на высшем уровне «в тесном сотрудничестве со странами, приглашенными в них участвовать» [12, с. 1].

11 От фр. «Appel de Rome», что может также быть переведено как «Призыв из Рима».

Целью предварительной работы должно было стать «определение сфер приоритетного развития, наиболее подходящих проектов, изучение их недостатков и [поиск. — Н.Т.] источников финансирования, составление списка участников, которые хотели бы принять участие в каждом конкретном проекте» [12, с. 1]. Таким образом, направления деятельности будущего Союза не указывались, а предполагалась их дальнейшая совместная разработка заинтересованными сторонами, прежде всего странами, но возможно также и другими акторами, например корпорациями. В-четвертых, предусматривалось, что Союз для Средиземноморья станет организацией, «основанной на принципе сотрудничества, а не интеграции» и «на конкретных проектах» [12, с. 1]. В-пятых, подчеркивалось, что Союз не станет заменой уже существующим механизмам партнерства. В воззвании говорилось: «Барселонский процесс и европейская политика соседства останутся ведущими в сотрудничестве ЕС и его средиземноморских партнеров» [12, с. 1]. Наконец, в-шестых, в конце документа отдельно было оговорено, что новая организация не станет помехой на пути «текущих переговоров между Европейским Союзом и Хорватией, с одной стороны, и Европейским союзом и Турцией, с другой» [12, с. 2].

Не трудно заметить, что основные положения воззвания не соответствовали тулонской речи Н. Саркози: круг сфер деятельности новой организации только предстояло очертить; структура Союза для Средиземноморья не напоминала ЕС, поскольку в ее основе лежал принцип не интеграции, а межгосударственного сотрудничества, направленного на осуществление отдельных проектов; переговоры Турции о вступлении в Евросоюз продолжались. Вместе с тем в тексте воззвания были зафиксированы шаги на пути к созданию будущей организации: Франция, Италия и Испания взяли на себя обязательства провести переговоры и подготовить саммит Союза, намеченный на 13 июля 2008 г. Таким образом, Франция уже не одна, а с партнерами работала над реализацией идеи Н. Сар-кози. Три крупнейших средиземноморских государства ЕС объединились для воплощения в жизнь его инициативы. С таким триумвиратом не могли не считаться другие страны Евросоюза и прежде всего недовольная проектом французского президента Германия. Стоит заметить, что воззвание не сняло ключевого противоречия между Францией и Германией: в документе нигде однозначно не было сказано, что к организации могут присоединиться не средиземноморские государства. Конечно, документы о переговорах в Риме между Н. Саркози, Р. Проди и Х.-Л. Сапатеро хранятся под грифом «секретно», но очевидно одно: в обмен на поддержку своей инициативы французскому президенту пришлось распрощаться с мыслью о том, что его страна станет во главе Союза для Средизем-

номорья, отныне лидерство в этом проекте ей предстояло разделить с Испанией и Италией.

В декабре 2007 г. стало ясно, что идея Н. Саркози не будет положена под сукно: ее поддержали ведущие североафриканские государства — Алжир, Тунис, Марокко, Ливия, а также основные средиземноморские страны — участницы ЕС — Италия и Испания. Вокруг реализации идеи создания нового Союза развернулась серьезная борьба между Францией и Германией, в основе которой лежало стремление к лидерству в ЕС, а также проблема формирования его бюджета. От исхода этой борьбы зависела судьба Союза для Средиземноморья. Кроме того, в конце 2007 г. сложно было предугадать окончательную позицию, которую займет в отношении проекта Н. Саркози ЕС и прежде всего его основной наднациональный орган — Еврокомиссия. В свете сказанного предвестником будущих дипломатических схваток прозвучали слова Р. Проди, произнесенные им после подписания воззвания: «наше послание [т.е. воззвание. — Н.Т.] будет передано Европейскому союзу, Комиссии

и другим государствам» [17, с. 1].

* * *

Процесс трансформации идеи Н. Саркози о создании Средиземноморского союза можно условно разделить на три этапа: первые два связаны с ее внутренней эволюцией, а третий — с изменением под влиянием внешних факторов. Первый этап начался 14 января 2007 г. избранием Н. Саркози кандидатом от партии СНД на пост президента и закончился 6 мая 2007 г. его победой на президентских выборах во Франции. На этом этапе проект, озвученный им в тулонской речи, предусматривал включение в состав новой организации лишь стран, имеющих выход к Средиземному морю, с ведущей ролью Франции и, возможно, Турции, которой предлагалось занять в союзе важное место в обмен на отказ от вступления в ЕС. Основными направлениями деятельности Средиземноморского союза должны были стать: иммиграция, экология, «совместное развитие» и борьба с преступностью.

Избрание Н. Саркози на пост президента ознаменовало начало второго этапа, который завершился в конце октября 2007 г. выступлением главы Франции во дворце Маршан. Именно на этом этапе идея о создании новой организации претерпела значительные изменения. Больше не звучало предложение о замене вступления Турции в ЕС ее привилегированным участием в Средиземноморском союзе и не поднимался вопрос о списке его членов, за скобки оказалась вынесенной такая чувствительная сфера взаимоотношений Европы и Африки, как управление потоками иммигрантов. Подобная трансформация изначальной идеи во многом

была обусловлена не только изменением статуса Н. Саркози, но и необходимостью поиска компромисса с руководством других государств для реализации проекта создания Средиземноморского союза. Важнейшим практическим итогом второго этапа стало предложение Н. Саркози провести учредительный саммит новой организации летом 2008 г. в Париже. Вероятность его созыва зависела в первую очередь от того, сумеет ли Франция договориться со своими партнерами по ЕС и пойти на уступки в болезненном турецком вопросе.

Именно продвижение проекта создания новой организации на международном уровне стало содержанием третьего этапа, на котором французской дипломатии пришлось действовать в двух направлениях — североафриканском и европейском.

На первом направлении, более простом, переговоры вел сам Н. Саркози и добился значительных успехов: Алжир, Марокко, Тунис и Ливия благосклонно (хотя, вероятно, по разным причинам) отнеслись к идее создания Средиземноморского союза. На этом направлении в дальнейшем французской дипломатии предстояло удерживать завоеванные позиции, что было достаточно сложно в ситуации, во-первых, непредсказуемости ливийского лидера М. Каддафи, а во-вторых — тлеющего конфликта между Алжиром и Марокко, тем более что Н. Саркози 4 декабря призвал Алжирскую республику стать, наряду с Францией, «мотором» новой организации. На втором направлении, европейском (гораздо более сложном) сначала никакого прогресса заметно не было. Более того, один из европейских лидеров — Германия открыто выразила свое несогласие с проектом французского президента, после чего Н. Сар-кози пришлось срочно включаться в процесс переговоров с А. Мер-кель. На двустороннем саммите в декабре 2007 г. лидерам Германии и Франции так и не удалось прийти к соглашению: основным расхождением между двумя странами стал вопрос о вхождении в будущий союз государств — членов ЕС, не имевших выхода к Средиземному морю.

Однако и на европейском направлении Н. Саркози вскоре удалось совершить прорыв. Подписание совместно с Р. Проди и Х.-Л. Сапатеро «Римского воззвания» означало поддержку его инициативы со стороны Италии и Испании. В то же время первоначальная идея Н. Саркози под влиянием внешних факторов — прежде всего необходимости договариваться с другими странами и их давления — подверглась существенной трансформации. Теперь уже не только французский президент, но и его коллеги — итальянский и испанский премьер-министры приняли участие в разработке проекта новой организации, получившей название Союз для Средиземноморья. В соответствии с «Римским воззванием» он

должен был стать межгосударственной организацией, не интеграционного, а модульного типа, т.е. занимавшейся отдельными проектами, состав участников которой мог варьировать. Документ, подписанный в Риме, свидетельствовал также о том, что Франция уступила своим партнерам в турецком вопросе: новая организация не являлась препятствием на пути переговоров о вступлении Турции в ЕС. Но на повестку дня встала другая проблема — список участников Союза для Средиземноморья. В «Римском воззвании» не содержалось на этот счет четко сформулированного положения, а указывалось лишь, что в новую организацию будут приглашены все средиземноморские страны. Таким образом, в декабре 2007 г. Н. Саркози еще придерживался, хотя и латентно, стараясь затушевать свою позицию, изначальной мысли, высказанной им еще в тулонской речи, о том, что со стороны ЕС в будущий союз должны войти лишь страны, имеющие выход к Средиземному морю. Но было очевидно, что в этом вопросе ему придется искать компромисс с А. Меркель. Именно франко-германские переговоры по вопросу о составе государств — членов Союза для Средиземноморья могли привести либо к его созданию в первоначальной или слегка видоизмененной форме, либо к выхолащиванию в ходе поиска компромисса первоначальной идеи Н. Саркози, что означало бы создание громоздкого многостороннего механизма, напоминающего по сложности (не по процессу) принятия решений и согласования позиций Евросоюз. Отсутствие компромисса внутри «мотора европейской интеграции» поставило бы фактически непреодолимую преграду на пути создания новой организации.

Если говорить о потенциале предложенного французским президентом проекта, то можно отметить его перспективность с точки зрения сотрудничества Европы и Африки, например в таких областях, как экология и иммиграция, а также привлечения к развитию ЕС ресурсов, природных и человеческих, стран юга Средиземноморья. Представляется, что этому способствовало бы изначальное предложение Н. Саркози об ограниченном списке участников, озвученное им в тулонской речи. Более того, как показал второй саммит ЕС—Африка, его стратегия взаимодействия с североафриканскими странами, отраженная в идее создания совместной с ними средиземноморской организации, лучше отвечала реалиям времени, чем требование Германии и Великобритании строго соблюдать права человека в обмен на помощь. Ситуация, сложившаяся на саммите, показала, что африканская политика Евросоюза, а вероятно, и всего западного мира нуждается в доработке, а инициатива Н. Саркози, возможно, измененная и дополненная, является вариантом для построения иных, не императивных отношений с Черным континентом. 64

Вместе с тем идея французского президента, причем на всех этапах ее эволюции, не предполагала никакого решения основной проблемы в диалоге ЕС — арабский мир, которая, во многом, завела в тупик Барселонский процесс, — проблемы ближневосточного урегулирования. Более того, в ходе продвижения Н. Саркози своего проекта в странах Северной Африки стало понятно, что к этой проблеме добавится еще одна — неурегулированность отношений между Алжиром и Марокко в контексте непростого международного вопроса о самоопределении Западной Сахары. Можно лишь предполагать, исходя из начального варианта идеи о создании Средиземноморского союза, где ключевая роль отводилась Франции, что Н. Саркози хотел бы играть роль арбитра как в палестино-израильском конфликте, так и в алжиро-марокканском, причем в последнем предпочтение он отдавал Алжиру. Однако какие бы скрытые цели Н. Саркози не преследовал, очевидно, что одной из задач его проекта о Средиземноморском союзе в полном соответствии с голлистской традицией было укрепление авторитета Франции на международной арене и прежде всего в рамках ЕС и в Средиземноморье. Это прекрасно понимали другие ведущие государства — члены ЕС, каждое из которых стремилось сдержать амбиции французского лидера и привести его проект в соответствие со своими национальными интересами. Столкновение позиций европейских стран уже на начальной стадии обсуждения проекта в очередной раз продемонстрировало, насколько сложной, а подчас неразрешимой проблемой для ЕС является формирование единого внешнеполитического курса.

Процедура доработки проекта Союза для Средиземноморья в рамках подготовки к учредительному саммиту в июле 2008 г., безусловно, заслуживает того, чтобы стать предметом отдельного исследования.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Барселонская декларация // Мохова И.М. Западное Средиземноморье: проблемы интеграции. М., 2005. С. 157—162.

2. Дударь А.Ю. Внешнеполитический курс Франции после президентских выборов 2007 г. // Политика в XXI веке: вызовы и реалии. М., 2007. С. 5—35.

3. Европа: вчера, сегодня, завтра. М., 2002.

4. Европейский Союз: Справочник-путеводитель. М., 2003.

5. Коммерсант.

6. Манфред А.З. Наполеон Бонапарт. М., 1980.

7. Монне Ж. Реальность и политика. М., 2001.

8. Мохова И.М. Западное Средиземноморье: проблемы интеграции. М., 2005.

5 ВМУ, международные отношения и мировая политика, № 1

65

9. Преображенская А.А. Голлисты на рубеже XX—XXI вв. // Французский ежегодник 2003: Правые во Франции. М., 2003. С. 255—272.

10. XVème conférence des ambassadeurs. Allocution du Président de la République, M. Nicolas Sarkozy (Paris, 27 août 2007). Paris, 2007.

11. L'Année politique, économique et sociale. Paris, 2008.

12. Appel de Rome pour l'Union pour la Méditerranée de la France, l'Italie et l'Espagne. Communiqué de la Présidence de la République (Rome, 20 décembre 2007). Paris, 2007.

13. Assemblée Nationale. Proposition de loi relative à la reconnaissance du génocide arménien de 1915 (Texte definitive.) [En ligne] // Assemblée Nationale [Site officiel]. URL: http://www.assemblee-nationale.fr/11/ta/ta0611.asp (дата обращения: 24.05.2009).

14. Bensaad A. L'Union méditerranéenne, une structure périphérique pour l'Union européenne? // L'opinion européenne en 2008. Paris, 2008.

15. Charillon F. La politique étrangère de la France au Moyen-Orient et en Méditerranée: dilemmes et recompositions // Regards sur l'actualité. 2007. № 332. P. 39—48.

16. Chirac J. Mon combat pour la paix. Paris, 2007. P. 357—363.

17. Déclaration conjointe du Président de la République, M. Nicolas Sarkozy, du Président du Conseil Italien, M. Romano Prodi, et du Président du Gouvernement Espagnol, M. Jose Luis Zapatero (Rome, 20 décembre 2007). Paris, 2007.

18. Désirs d'avenir. Ségolène Royal. Paris, 2007.

19. Discours de Nicolas Sarkozy. Toulon—Mercredi 7 février 2007. Paris,

2007.

20. Election présidentielle 2007. François Bayrou. Paris, 2007.

21. Les élections présidentielles en France. Quarante ans d'histoire politique. Paris, 2008.

22. L'état de la France 2007—2008. Paris, 2007.

23. L'état de l'opinion 2004. Paris, 2004.

24. European Union Bulletin from November'95. Brussels, 1995.

25. Europolitique.

26. Le Figaro.

27. La France en 2007. Chronique politique, économique et sociale. Paris,

2008.

28. Frankfurter Rundschau.

29. Gurrey B. Le rebelle et le roi. Paris, 2004.

30. The Independent.

31. Libération.

32. Moisseron J.-Y. Le partenariat euroméditerranéen. L'échec d'une ambition régionale. Grenoble, 2005.

33. Mon projet. Ensemble TOUT devient possible. Nicolas Sarkozy. Paris, 2007.

34. Le Monde.

35. Raffy S. La guerre des trois. Paris, 2006.

36. Reinhard Ph. Chirac mortelle randonnée Sarkozy. Paris, 2005.

37. Rencontre de Blaesheim à Paris — Conférence de presse conjointe (6 décembre 2007). Paris, 2007.

38. Royal S. répond à Marie-Françoise Colombani. Maintenant. Paris, 2007.

39. Sarkozy N. Ensemble. Paris, 2007.

40. Sarkozy N. Témoignage. Paris, 2006.

41. Sénat. Allocution prononcée par M. Christian Poncelet, Président du Sénat, à l'occasion du déjeuner offert en l'honneur de Son Exellence M. Andranik Markarian, Premier minister de la République d'Arménie, mardi 17 octobre 2006 [En ligne] // Sénat [Site officiel]. URL: http://www.senat.fr/basile/visio. do?id=a/senateurs/presidence-1998-2008/presidence/discurs (дата обращения 24.05.2009).

42. Sénat. Proposition de loi adoptée par l'Assemblée Nationale, tendant à réprimer la contestation de l'existence du génocide arménien [En ligne] // Sénat [Site officiel]. URL: http://www.senat.fr/leg/pp106-020.html (дата обращения: 24.05.2009).

43. Der Spiegel.

44. Le Taurillon.

45. Villiers de Ph. Les turqueries du grand Mamamouchi. Paris, 2005.

46. Visite d'Etat au Royaume du Maroc. Discours du Président de la République, M. Nicolas Sarkozy (Tanger, 23 octobre 2007). Paris, 2007.

47. Visite d'Etat en Algerie. Allocution du Président de la République, M. Nicolas Sarkozy, à l'occasion du déjeuner d'Etat offert par le Président de la République Algérienne Démocratique et Populaire, M. Abdelaziz Bouteflika (Alger, 4 décembre 2007). Paris, 2007.

48. Die Welt.