Разработка тезисов «Неохристианской» доктрины в переписке В. В. Розанова и протоиерея А. П. Устьинского (1898-1901)

Вестник ПСТГУ

II: История. История Русской Православной Церкви.

2010. Вып. 11:2 (35). С. 7-21

Разработка тезисов «неохристианской»

ДОКТРИНЫ В ПЕРЕПИСКЕ В. В. РОЗАНОВА

и протоиерея А. П. Устьинского

И. В. Воронцова

В статье рассматривается на материале переписки писателя В. Розанова и протоиерея

А. Устьинского роль последнего в разработке тезисов «нового религиозного сознания»

0 поле и браке в христианстве. В качестве приложения приводятся неопубликованные

письма В. Розанова и протоиерея А. Устьинского из данной переписки.

В России начала ХХ в., в Санкт-Петербурге заявило о себе нарождающееся в среде религиозной интеллигенции движение за «новое религиозное сознание» (НРС). Содержанием программы этого движения стало критическое отношение к уставной, догматической, литургической, социальной сторонам церковной жизни, целью — модернизация данных областей, задачей — привести церковное христианство к согласию с современным научным и философским мировоззрением, примирить с процессом демократизации в обществе. Тезисы будущей программы организаторами движения и авторами доктрины были вынесены в конце 1901 г. на Петербургские религиозно-философские собрания (ПРФС) (1901-1903 гг.) в целях обсуждения их с представителями Русской Церкви. Изучение переписки деятелей движения НРС (Д. С. Мережковского, Д. В. Философова, Н. А. Бердяева, В. В. Розанова. З. Н. Гиппиус, А. В. Карташева) и, в особенности, корреспонденции монашествующих1, клириков и академической профессуры2 позволило определить3 вектор наметившихся изменений в традиционном религиозном сознании России 1-й четверти ХХ в. Переписка отразила сотрудничество в области церковного обновления вождей НРС и представителей Церкви, что дало возможность отследить исторические связи движения на протяжении 1901-1917 гг. и влияние НРС на лидеров «обновленческого» движения, роль отдельных поло-

1 См. : Воронцова И. В. «Завтра помяну Вас у престола Божия...» Письма монашествующих к В. В. Розанову // Наш современник. 2007. № 4. С. 230-239.

2 См. : Воронцова И. В. Н. Н. Глубоковский по письмам к В. В. Розанову // Религиоведение. 2008. № 2. С. 115-126.

3 См. : Воронцова И. В. Русская религиозно-философская мысль в начале ХХ века. М. : ПСТГУ, 2008.

жений религиозно-обновительской доктрины НРС в оформлении реформаторских программ 1922-1923 гг. «обновленческой» Церкви.

Принято считать, что конгломерат идей, составивших доктрину НРС, оформился в ходе работы Петербургских религиозно-философских собраний. Однако изучение неопубликованной переписки одного из авторов доктрины В. В. Розанова и протоиерея А. П. Устьинского показало, что разработанное Розановым положение доктрины о поле и браке в христианстве: 1) было сделано до вынесения вопроса на ПРФС; 2) разработано оно было в тесном сотрудничестве с клириком А. П. Устьинским, которого, вследствие его публичных размышлений от лица священнослужителя на тему религиозного обновления христианства, можно назвать первым церковным «реформатором» и «обновленцем» ХХ в.

Протоиерей А. П. Устьинский был убежденным церковным «реформатором» (до церковно-реформаторского движения 1905-1907 гг.) и священником, принявшим метафизику НРС4. Он всю жизнь придерживался радикальных взглядов на церковное обновление и, несмотря на осуждение их Церковью в 1902-1903 гг.5, продолжал публиковать свои статьи, в том числе и после февральской революции 1917 г. Имя А. Устьинского на непродолжительное время, надо полагать, стало «знаменем» церковного обновления в Новгороде (в 1917 г.) во время противления обновленчески настроенных клириков Новгородскому архиепископу Арсению (Стадницкому)6. Ниже публикуются эпистолярные документы, относящиеся только к подготовительному периоду (1898-1900) в истории движения НРС, которые можно назвать программными как для движения, так и для обновленческого мировоззрения А. Устьинского.

Александр Петрович Устьинский (1854-1922) окончил Санкт-Петербургскую духовную академию со степенью кандидата богословия, был священником в Димитровской церкви в Старой Руссе, затем протоиереем и настоятелем церкви Рождества Богородицы Десятинного женского монастыря в Новгороде. С 1896 г. законоучительствовал в «Лесной школе»7; в 1899-1900 гг. в новгородском Софийском соборе проводил «вечерние чтения» о Святой Земле, выступая от Православного Палестинского общества. Обладая хорошим литературным слогом, А. Устьинский писал письма в редакции центральных газет и журналов, которые эти издания публиковали как его статьи. Они касались разных вопросов, но в 1899-1901 гг. преимущественно брака в христианстве — темы, которую разрабатывал В. В. Розанов в контексте «нового религиозного сознания». Списавшись в 1898 г. с Розановым, Устьинский на долгие годы стал его советником, наставником и помощником в религиозной обработке розановских тем в контексте НРС, с ним советовался по отдельным вопросам своей «религии плоти и духа»

4 См. здесь «Мои тезисы» А. Устьинского.

5 РГАЛИ. Ф. 2176. Оп. 1. Ед. хр. 5. Л. 1-4. Устьинский Александр Петрович. Объяснительная записка в [Консисторию] о его переписке с В. В. Розановым о христианском браке. [1902].

6 В апреле 1917 г. фамилия Устьинского стояла первой в списке учредителей Новгородского Братства ревнителей церковного обновления (см. : Новгородские епархиальные ведомости. 1917. № 7. С. 330).

7 НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 1. Л. 1. Сегодня — Лисинский лесной колледж примерно в 60 км от Санкт-Петербурга.

основной теоретик доктрины НРС Д. С. Мережковский. Заслугой Устьинского является возвращение общественной мысли к творчеству бывшего архимандрита Феодора Бухарева8, проводившего в XIX в. идею воцерковления культуры.

Письма Устьинского Розанову 1898—1899 гг. открывают личность клирика, заинтересовавшегося религиозным подходом писателя к вопросам семьи и брака в христианстве, обособившим их в отдельную публично заявленную тему и впервые в эти годы вынесенную Розановым на обсуждение. Так, статья «Женщина перед великою задачею»9, в которой В. Розанов заявил о сакральности пола, вызвала восторженную похвалу А. Устьинского. «Ну что за прелесть, что за роскошь, — писал он. — Так я расцеловал бы Вас за вашу статью! Ведь Вы открываете своего рода Америку... это область, куда не ступала нога христианская... Вся христианская догматика составлена монахами. Нужно, чтобы на христианские темы писали и женатые люди, ведущие семью к Богу»10.

В. Розанов, сначала отнесшийся к письмам незнакомого священнослужителя с равнодушной вежливостью11, видя его заинтересованность в вопросе о браке, стал высылать ему свои статьи12 и сообщать о своих публикациях. В следующие три года он регулярно посылал А. Устьинскому свои «фельетоны» и книги13, а последний непременно высказывался об их литературном, церковном и общественном значении14. Так, получив книгу В. Розанова «Сумерки просвещения», протоиерей А. Устьинский писал, что она должна постоянно лежать на столе «рядом с “Зерцалом”», как «руководственная книга», в «наших Ученом и Учебном Комитетах, где создаются и издаются к употреблению. наши учебные программы»15. Все рецензии на статьи и книги В. Розанова А. Устьинский неизменно прочитывал и всегда не соглашался с отрицательной оценкой творчества писателя16.

8 НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. 1899 г. Л. 2, 4, 11. Вся корреспонденция приводится по автографам.

9 Женщина перед великою задачею // Биржевые ведомости. 1898. № 117. С. 2—3; № 119.

3 мая. С. 2. В числе откликов на статью были публикации прот. Устьинского : О В. В. Розанове и его религии брака // Русский труд. 1899. 12 июня; 1 авг.; Брак и девство: Письмо к В. В. Розанову // Там же. 1899. 31 июля.

10 Цит. по : Фатеев В. С русской бездной в душе: Жизнеописание Василия Розанова. Кострома, 2002. С. 213.

11 См. : РГАЛИ. Ф. 419. Оп. 1. Ед. хр. 315. 1898 г. Л. 1-4.

12 «Не откажитесь, глубокоуважаемый Александр Петрович, обратно выслать мои фельетоны: “Семя и жизнь” и “Номинализм и христианство”» (РГАЛИ. Ф. 419. Ед. хр. 315. Л. 12. Получено А. Устьинским 8 ноября 1898 г.).

13 «Вы меня засыпали книгами и журналами. Одновременно со второй Вашей книжкой “Религия и культура” я получил еще и 4 номера (5-8) невиданного мною журнала “Мир искусства”» (НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. Л. 13. 10 апреля 1899 г. См. : Там же. Л. 19, 30, 32; Ед. хр. 3. Л. 7-9).

14 «С глубокою благодарностью возвращаю Вам Ваши фельетоны. Прочитал оба. В первом все прекрасно. Во втором Вы касаетесь весьма больной стороны в нашей повседневной жизни, и в принятом Вами направлении, по данному вопросу, следовало бы говорить почаще и погромче» (НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 1. 4 ноября. 1898 г.).

15 Там же. Ед. хр. 2. Л. 9. 12 марта 1899 г.

16 «С возмущением просмотрел я рецензию на Вашу книгу “Сумерки просвещения”.» (Там же. Л. 17. 19 мая 1899 г.).

В. Розанов решил использовать одобрение А. Устьинским мыслей писателя о поле и браке17. Публикация писем священнослужителя — это был проект, предложенный им Устьинскому и поддержанный последним; сотрудничество писателя и священника по теме «пол, брак, семья в “историческом христианс-тве”18» растянулось на полтора десятка лет. Устьинский предложил смотреть на вопрос не так, как это сложилось в церковной традиции, т. е., опираясь на высказывания ап[остола] Павла, но опротестовывая их. «По Павлу, плотию мы служим закону греха. Может быть и так, по сознанию девственников. Но мы, брачники, имеем полное право заподозрить учение Павла в неистинности, или, по крайней мере, в односторонности. Опротестовать его и признать, что и плотию мы служим тоже закону Божию...»19 В последнем предложении выражена Устьинским основная концепция доктрины, касающаяся вопроса о пересмотре (дополнении) догмата о воплощении Христа: НРС ставило акцент на том, что целью воплощения было единожды и навсегда освящение всей «плоти мира» во всех ее состояниях и проявлениях (сакрализации подлежали: культура, творчество, чувственность, пол), враждебными данному направлению объявлялись: византизм, монашеский аскетизм, церковная иерархия.

В. Розанову как начинающему религиозному мыслителю требовалась поддержка со стороны представителей Церкви. Предлагая таковую поддержку в своем лице (священнослужителя), А. Устьинский в 1898-1899 гг. помогал в своих письмах писателю20 рассматривать «существо брачных отношений с догматической или богословской точки зрения. коснуться современного церковного взгляда на этот предмет»21. Когда на Розанова посыпались обвинения в порнографии, А. Устьинский поддерживал писателя утешительными словами22 и ссылался на опубликованные сочинения признанных церковных авторитетов — профессора-протопресвитера И. Л. Янышева23 и А. Ф. Гусева24.

17 См. : Розанов В. Брак и христианство: Моя переписка с православным священником // Русский труд. 1901. 21 нояб. № 47. С. 21-22; 28 нояб. № 48. С. 20-22; 5 дек. № 49. С. 20-21;

12 дек. № 50-51. С. 30-34; 23 дек. № 52. С. 18-22.

18 Термин, принадлежащий Мережковскому, как и понятие «историческая Церковь», подразумевал то духовное религиозное наследие, которое сложилось в истории после первых веков христианства до современности, и которое подлежит пересмотру, как «исказившее» христианство в догматическом и административном отношении.

19 НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 1. Л. 17-20. Без даты. Подчеркнуто Устьинским.

20 См. : Там же. Ед. хр. 1. Л. 17-18.

21 Там же. Л. 1.

22 «Позвольте, брате, протянуть Вам руку. .Как все в ваших речах мне понятно, близко, знакомо, родственно. <...> Пишите, несмотря на эти невежественные клики: “порнография!”» (НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. Л. 1-2, 5-6).

23 Ректор СПбДА (1866-1883), протоиерей Придворного собора Спаса Нерукотворного при Зимнем дворце и Благовещенского собора в Кремле, заведующий придворным духовенством.

24 «В письме Вы говорили: “Ведь все так думают, что Христос девство поставил выше, а брак считал слабостью, которая дана маломощным”. .В среде наших богословов есть два авторитетных гиганта, которые так не думают. Это — протопресвитер Янышев, бывший мой ректор и профессор, и профессор А. Ф. Гусев. Пожалуйста, приобретите книгу Янышева “Православно-христианское учение о нравственности”, Москва, 1887 г. и познакомьтесь с ней. .Вы прочтете с несомненнейшим удовольствием. Она и разрешит некоторые Ваши противоречия и недоумения, и даст Вам в руки несокрушимое орудие. Проф. Гусев высказал

Позднее он начал излагать свое мнение (не всегда каноничное), развивающее тему в розановском ключе (Розанов сакрализировал пол и брак), тщательно подбирая аргументы, иногда высылая писателю тезисный план своих писем-статей, как бы сверяясь с его мнением, как это было, например, с письмом, опубликованным в «Русском труде» в 1899 г.25 В 1899 г. А. Устьинский намеревался присылать Розанову свои рассуждения по двум темам: «понятие “законный брак”» и «христианский развод». Тема «брака» тезисно была изложена А. Устьинским уже в письме в 1898 г.: «А. Бросить взгляд на существо брачных отношений с догматической или богословской точки зрения; б., коснуться современного церковного взгляда на этот предмет и в., поведать о своем собственном отношении к данному факту»26. Вскоре он высылает тезисы и к рассмотрению темы о разводе27.

Провинциальному протоиерею, несомненно, льстило внимание к его мыслям столичного журналиста, в 1899 г. А. Устьинский пишет заметки28 и через В. Розанова передает их в печать. Так, в письме от 4 декабря он сообщает

о приостановке присылки Розанову обещанных тем о браке, т. к. задумал написать заметку в защиту Вл. Соловьева, и просит отнести ее в «Русский труд» или «Петербургские ведомости»29. 29 января 1899 г. пересылает через В. Розанова «открытое» письмо издателю «Гражданина» С. Ф. Шарапову30, а 14 августа присылает ответ «Мирянину», своему оппоненту из «Русского труда»31, — «заметку на Мирянина»32, со словами «попробуйте отдать ее Шарапову»33. В. Розанов со своей с стороны всячески содействовал публикациям А. Устьинского в «Русском

свой взгляд по занимающему нас вопросу в “Христианском чтении” за 1843 год. приблизительно такого заглавия — ’’Евангельские советы”, а потом тот же взгляд развивал и во многих других своих статьях, рассеянных преимущественно в “Православном обозрении”. Имея за своей спиной два таких влиятельных авторитета, Вы можете действовать самоувереннее» (НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. Л. 19. Подчеркнуто А. Устьинским).

25 У—ский А. О В. В. Розанове и его религии брака / А. Устьинский // Русский труд. 1899. № 24. С. 11-14.

26 НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 1. Л. 1. 28 октября 1898 г.

27 «Свой взгляд на развод я утверждаю на трех изречениях из Свящ[енного] Писания. Первое место — это учение Спасителя, заключенное в первых девяти стихах 19-й гл[авы] Ев[ангелия] от Матфея, и как дополнение к нему — учение ап[остола] Павла в 10 и 11 стихах седьмой главы 1 Посл[ания] к Коринфянам. .На этом единственном только месте основано наше новозаветное учение о разводе. Второе место — это изречение пророка Малахии. Если дозволено расходиться по разности в вере, то почему же не расходиться по разности всего душевного склада мужа и жены» (НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. Л. 32-33. 30 октября 1899 г. Подчеркнуто А. Устьинским).

28 «Имею горячее желание продолжить свои письма к Вам. Но потерпите. Шарапов своим примечанием отвлек в сторону» (НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. Л. 4).

29 Там же. Л. 10.

30 «Посылаю Вам письмо к г. Шарапову. Думал послать непосредственно, да ведь он может письмо мое бросить в печь, и делу конец. <.> Если он откажется напечатать в “[Русском] Труде”, то не примут ли в какой-нибудь другой редакции?» (Там же. Л. 4).

31 Мирянин. О В. В. Розанове и его религии брака // Русский труд. 1899. № 25. С. 14-16; № 26. С. 10-12.

32 Псевдоним автора «Гражданина», возможно, М. А. Новоселова.

33 НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. Л. 27.

труде»34 и «Гражданине»35, особенно когда они находились в контексте разрабатываемой им темы.

«Уважаемый и дорогой Александр Петрович! — отвечал он. — Я уже давно отдал статью Вашу о Соловьеве в одну редакцию, где, если она пройдет, я постараюсь настоять на гонораре. Что касается письма к Ш[арапо]ву, то сомневаюсь: будет ли оно полезно для дела ?6 Т. е. продолжения наших идей (курсив мой. — И. В). В сущности, его примечание крайне нам нужно, ибо очевидно в историческом развитии Церкви (“монахи”) есть в данном пункте сбивчивость, муть, незнание, которое “в миру”отразилось таким. мятущимся, т. е. крайне распространенным мнением, какое выпукло и [нрзб.] словами излагал он. Его строки через год, через И сыграют свою нужную роль»37.

С началом работы Петербургских религиозно-философских собраний «неохристиане» решают привлечь к участию в обсуждении докладов А. Устьинского как своего союзника. «Вы — желательный гость, если Господь сподобит Вас приезжать в Петербург», — пишет В. Розанов, сообщая Устьинскому о собрани-ях38. А. Устьинскому редко удавалось выбраться из Новгорода, но он оставался в курсе происходящего на собраниях благодаря письмам В. Розанова, а позднее регулярно прочитывал отчеты о собраниях в приложении к начавшему издаваться журналу Мережковских «Новый путь». В феврале 1902 г. В. Розанов собирался (по рекомендации Мережковского) прочитать в собрании ПРФО письмо А. Устьинского об отношениях В. Гоголя и о. Матвея39. Стенограммы заседаний не сохранили этого события.

После личного знакомства с главным руководителем движения Д. С. Мережковским А. Устьинский чувствует в себе прилив творческих сил, и его отзывы и высказывания в адрес традиционного христианства окрашиваются в религиозно-модернистские тона метафизики «нового религиозного сознания». «Неохристианские» понятия: «мертвенный византизм», «истинное христианство», «подлинное исповедание Святой Троицы», учение об ипостаси и эпохе Св. Духа, «святость» пола и брака, становятся отправными точками его рассуждений40. А. Устьинский рассуждает о философии Ф. Ницше, «скрытом» «историческим христианством» ипостасном достоинстве Святого Духа и, как и В. Розанов, публично высказывается о каноничности женатого епископата и проч.

34 «Наконец Вам удалось добиться, что Шарапов напечатал мое письмо» (НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. Л. 25).

35 См. предисловие, написанное В. Розановым к публикации : У—ский А. Брак и девство / А. Устьинский // Русский труд. № 31. С. 12-15.

36 Подчеркнуто автором письма.

37 РГАЛИ. Ф. 419. Ед. хр. 315. Л. 20-21. Получено 12 февр. 1899.

38 Там же. Л. 77 об.

39 «Письмо Ваше, дорогой Алекс. Петрович, я прочел Мережковскому, а он предложил прочесть в кружке, у нас собирающихся [нрзб.]; “вот кто понимает, в чем дело расхождения Гоголя с от. Матвеем, и основательность упорства от[ца] Матвея и победу его”, сказал он» (см. : Там же. Л. 81. Подчеркнуто В. Розановым).

40 НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 1. Л. 15-16.

А. Устьинский стал тем человеком, который настоял на изучении В. Розановым творческого наследия Феодора Бухарева41. Он постоянно отсылал писателя, к сочинениям Ф. Бухарева, обещая, что В. Розанов найдет в его трудах поддержку своим мыслям, познакомил писателя с вдовой Ф. Бухарева42, договаривался об издании ее воспоминаний о бывшем архимандрите43, а по выходе статей о Ф. Бухареве хлопотал перед В. Розановым об отзывах в печати.

После публикации В. Розановым в «Русском труде» отзывов протоиерея А. Устьинского о В. Розанове и его теме обсуждение пола и брака в христианстве разрослось в периодике в диалог многих лиц с разным мнением. Подпись «А. У-ский», под которой единомышленники условились публиковать корреспонденцию протоиерея, стала вызывать вопросы о том, кто скрывается за псевдонимом. Новгородский протоиерей не хотел, чтобы Розанов открывал его имя44, оппоненты варьировали его подпись в своих статьях то как «Ус-кий», то как «У-й», то предполагали, что расшифровывается она как Успенский45.

В конце 1899 — начале 1900 г. по теме В. Розанова появились критические отклики церковной журналистики («Душеполезное чтение», «Вера и церковь»),

о чем А. Устьинский из предосторожности не замедлил сообщить писателю46. В это время Розанов перешел на работу в «Новое время», где принялся за темы церковного обновления, время от времени продвигая и своего единомышлен-ника47, а в 1901 г. вышла книга В. Розанова48, в которой были опубликованы письма А. Устьинского в его поддержку. Отдельные письма А. Устьинского 1899-1901 гг. вошли в сборник статей о браке в христианстве, изданный С. Ша-раповым49. В целом же выдержки, доводы, ссылки на Священное Писание из корреспонденции протоиерея В. Розанов использовал по мере надобности в собственных статьях, без указания «первоисточника». А. Устьинский был не против заимствования50.

Став, как и «неохристиане», противником «византизма», А. Устьинский предложил теоретикам НРС свою концепцию двух форм религиозного сознания в России — старого московского и нарождающегося петербургского. Несколь-

41 «Если попадет Вам в руки книжка Бухарева “Печаль и радость по слову Божию”, то просмотрите в ней страницы 99-114. А может быть, было бы полезно Вам прочитать и весь помещенный в ней очерк “Песни Песней”. <...> Предлагаю это в надежде, не встретите ли Вы там хотя малой поддержки своих взглядов» (НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. Л. 36).

42 См. : Там же. Л. 32. 30 октября 1899 г.

43 «Попробуйте-ка позонтировать почву, не напечатают ли их где-нибудь, напр[имер], в “Историческом вестнике”, “Русской старине”, “Русском Архиве”, или в ином органе» (Там же. Л. 28). Устьинский послал Розанову брошюру проф. Знаменского о Ф. Бухареве.

44 «Фамилии моей не открывайте. Зачем знать ее? Ведь я не писатель, не литератор. Да и безопаснее быть в неизвестности» (Там же. Л. 5-6).

45 Там же. Л. 48.

46 Там же.

47 У-ский А., прот. О «незаконнорожденных»: Письмо в редакцию / А. Устьинский // Новое время. 1901. № 9238. С. 4.

48 Розанов В. В мире неясного и нерешенного. СПб., 1901.

49 Сущность брака : Сб. / Сост. С. Шарапов. СПб., 1901. С. 115-125.

50 «Эти письма неудобно в настоящем их виде печатать. Может быть, Вы переработаете их в особую статью» (НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 6. Л. 6).

ко раз в эти годы он писал В. Розанову о том, что «взгляд современной Церкви отождествляется с византийско-московским стилем. Очевидно, нужен или должен выступить на сцену петербургский стиль, родоначальником которого [вставлено: вместе с несколькими. другими лицами51], являетесь Вы»52. Новое понимание Святой Троицы, «Триединства» или «Триединого христианства») — это заслуга Петербурга и ныне пророчествующих в нем53. По А. Устьинскому, Петр Великий, построив в новой столице храм в честь Пресвятой Троицы, «задал нам историческую и национальную задачу, чтобы мы доразвились до идеи поклонения Пресвятой Троице... Поставлением этого храма он сразу же резко, решительно и строго определенно указал на различие русского религиозного поклонения от византийского. Византия до идеи поклонения Пресвятой Троице никогда не возвышалась»54.

Хлопотами митрополита Антония (Вадковского), познакомившегося с «неохристианами» в период председательства митрополита на Петербургских религиозно-философских собраниях, наказание, грозившее А. Устьинскому, подпавшему за свою переписку с В. Розановым духовному суду, было сведено к минимуму. В. Розанов писал опальному клирику, пересказывая свою встречу с владыкой: «Митрополит, оказывается, сам принял в Вас участие, и сказал Антонину, своему викарию (свободолюбивый и смелый монах)55: «Я не нахожу ничего неправильного в мыслях Устьинского. То, что он говорил, и все мы думаем. В нашем народе, его богобоязненных частях, принято всякую крошку хлеба принимать с благоговением, перекрестившись. И он ест хлеб, взяв в горсточку и боясь уронить на пол, что считает грехом. Св[ященник] Устьинский этот благочестивый взгляд распространяет и на половой акт, что, без сомнения, есть в хороших частях народа и что совершенно правильно. Напишите Преосвященному Гурию56 от себя с упоминанием и обо мне, что я также прошу его поберечь и не причинить какого-нибудь вреда Устьинскому»57. Вопрос о суде над А. Устьинским был «положен под сукно». Отбыв двухмесячный срок покаяния в Хутынс-ком монастыре, протоиерей продолжил свое сотрудничество с В. Розановым и «неохристианами».

Корреспонденция протоиерея А. Устьинского к В. Розанову позволяет определить место священнослужителя в истории разработки доктрины «нового религиозного сознания» и степень его участия в популяризации идей церковного обновления. К знаковому для истории России 1905 г. религиозно-обновительское движение уже имело достаточно сформулированную доктрину, в уточнении ме-

51 Видимо, Мережковский, Философов, Минский.

52 НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 1. Л. 16.

53 «Предъявить миру триединое христианство — это задача Петербурга, нашего российского Сиона. Это последнее обстоятельство — такое завидное преимущество Петербурга, какого совершенно лишены три старых, пресловутых Рима (Рим, Византия, Москва)» (Там же. Ед. хр. 2. Л. 47).

54 НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 5. Л. 10 об. 1902 г.

55 Епископ Антонин (Грановский), в 1922 г. один из руководителей обновленческого раскола Церкви.

56 Архиепископ Новгородский и Старорусский Гурий (Охотин).

57 РГАЛИ. Ф. 419. Оп. 1. Ед. хр. 315. Л. 198.

тафизики которой далеко не последняя роль принадлежала протоиерею А. П. Устьинскому. Комментарии А. Устьинского к тезисам НРС оказали Д. Мережковскому и В. Розанову помощь в религиозном оформлении ряда идей доктрины. Выработанные им предложения по церковной реформе в России А. Устьинский впоследствии использовал для написания «программы» (или «Тезисов»), предложенной им несостоявшемуся Собору в 1907 г. После Февральской революции 1917 г. А. Устьинский был намерен вновь опубликовать свои обновленческие «Тезисы» — отдельной брошюрой58. А. Устьинский продолжал публиковаться вплоть до смерти В. Розанова в 1919 г., который, очевидно, и рекомендовал к печати подновленные старые статьи протоиерея.

Ниже приводятся реформаторские тезисы протоиерея А. Устьинского, которые оставались актуальны для него в течение 20 лет (1899-1919), два письма протоиерея, — их текст помогает разобраться в пунктах «Моих тезисов» А. Устьинского; а также два ответных письма В. Розанова А. Устьинскому, показательных для НРС. «Мои тезисы» написаны в 1902 г., но суммированное в них было выработано в 1898-1900 гг. и изложено в переписке этих лет. «Мои тезисы» были хорошо известны Д. Мережковскому и его близкому окружению, направлявшему ход собраний. Текст «Моих тезисов» А. Устьинского практически идентичен тексту «Тезисов», подготовленных им к предполагавшемуся в 1906-1907 гг. созыву Поместного Собора Православной Российской Церкви.

Статья протоиерея А. Устьинского «Мои тезисы»

12 августа 1902 г.

1. Я признаю и исповедую: Триединое христианство59, как свободный, по требованию совести, синтез католичества, православия и протестантства, — как трех совершенно равных и равночестных между собою трех Лиц Пресвятой Тро-

ицы60.

2. Я признаю и исповедую, что Триединое христианство должно быть сословием священников по отношению ко всем не-христианским народам, и, следовательно, церковная христианская молитва должна обнимать собою не в идее только, а фактически и практически весь мир, все нехристианские народы61.

3. Я признаю и исповедую равенство и равночестность семьи и девственности, по образу Отца Небесного и Сына Его62, и это утвердительно и решительно, а

58 Издание не найдено.

59 Здесь и далее подчеркнуто протоиереем А. Устьинским.

60 Доктрина НРС предполагала объединение всех христианских конфессий в единую «Церковь Третьего Завета». В представлении А. Устьинского Трем Ипостасям в христианстве соответствовали три христианские конфессии.

61 Вселенская «Церковь Третьего Завета» предполагала внесение в будущую религию языческих элементов и должна была строиться на принципах любви и социального единства.

62 Согласно А. Устьинскому, «Отчая Ипостась» (рождающая) — образ «родительства» в мире, Ипостась Сына — образ девственности и монашеского статуса. Провозглашение их «равночестности» для протоиерея А. Устьинского и Розанова являлось провозглашением для женатых людей и монашества равного пути спасения.

вместе с сим, но только предположительно и гипотетически, я признаю равенство третьего члена во образ Духа Святого, именно: состояние свободных половых отношений, образом которых может служить век Перикла с его Аспазиями и Фринами.

4. Я признаю и исповедую, что новозаветная христианская семья должна быть основана не на фундаменте древней языческой римской семьи, как это практикуется у нас доселе, а на фундаменте древней библейской священной семьи, что, следовательно, в христианстве должны быть удержаны все типы и формы ветхозаветной семьи, нигде и нимало не осужденные Христом Спасителем, начиная от семьи патриарха Исаака и священника Захарии, продолжая семьей Патриарха Иакова и кончая семьей царя Давида63.

5. Признаю, исповедую, что епископский сан, согласно примеру св. апостолов и практике первых семи веков христианства должен быть предоставляем совершенно наравне как монахам, так и женатым священникам.

6. Я признаю и исповедую, что развод между супругами применительно к жестокосердию нынешних нравов, должен быть даваем без всякой затруднительности и притом с непременным и неоспоримым правом для той и другой разводящейся стороны вступать в новые законные браки64.

7. Я высказываю пламенное желание и предъявляю настойчивое требование, чтобы было дозволено общение трех христианских исповеданий в Таинстве Евхаристии, т. е., чтобы священники всех трех исповеданий могли совершать Божественную Литургию совместно и приобщаться Св. Евхаристии совместно, по любому чинопоследованию, будет ли то по православному, католическому, или лютеранскому.

8. Я признаю и исповедую, что при неизменности основного строя православной Церкви в его общем, — в частностях, в особенности в отношении постов и подробностей церковного богослужения, должна быть даваема верующим, применительно к их желаниям, всяческая льгота, до уподобления в этом отношении нашей церковной практике первых трех веков христианства.

9. Я признаю настоятельную необходимость пересмотра Требника и Канонника в целях исправления закравшихся туда манихейских понятий65.

10. Я признаю настоятельно необходимым христианскую семью трактовать с точки зрения спасения и в этих целях признаю крайне желательным иметь печатное руководство ко спасению в христианской семье.

11. Я признаю, что монахи, по выражению В. В. Розанова, оскопили Библию, т. е. выставили из нее для народного сознания лишь те черты и пункты, которые говорят в пользу монашества, и совершенно затушевали и оставили в тени те черты и пункты, которые говорят в пользу семьи.

63 То есть допустимость неоднократных браков, разводов, многоженства (см. об этом : НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 7. Л. 12-13).

64 Протоиерей А. Устьинский настаивал на максимальном сокращении сроков между браками, считая трехлетний испытательный срок поводом для появления внебрачных детей.

65 Протоиерей А. Устьинский считал, что в этих богослужебных книгах не отразились главные положения «неохристианской» доктрины: «святая плоть», «святой пол» и брак, которыми доктрина подчеркивала умаление историческим христианством человеческой природы во Христе.

12. Я признаю и исповедую, что правила нашего «Номоканона» должны быть разделены на три разряда. К первому разряду следует отнести такие правила, которые должны остаться общеобязательными, сохранив и впредь свою силу и действие. Ко второму разряду правила не обязательные, которые бы предоставлялись доброй воле каждого: кто хочет, исполняй их; кто не хочет, может быть совершенно свободен от них. В третий разряд входят правила, которые совершенно должны быть вычеркнуты из употребления, ибо странно было бы при постоянной текучести и изменчивости времени и обстоятельств руководствоваться в житейском быту правилами, создававшимися полторы тысячи лет назад. Ведь тогда пришлось бы христианству превратиться в допотопную окаменелость.

В таких размерах, в таких рамках, по такой программе должно быть проведено обновление и возочищение православия, если только оно не хочет попасть в фазу «саморазложения христианства» (термин Гарнака).

Протоиерей Александр Устьинский

12 августа 1902.

НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 5. Л. 45-46 об. Автограф.

Письма протоиерея А. П. Устьинского к В. В. Розанову 1899—1900 гг.

11 декабря 1899 г.

1

Любезнейший Василий Васильевич!

За Вашу третью статью по поводу «Воскресенья» (в № 95 «Гражд[анина]») целую Вам руки. Да, Византию необходимо тряхнуть, не в смысле, конечно, ее отвержения, а в смысле дополнения. Византия дала только костяной остов или скелет для организма тела Церкви. Недаром свв. отцы называются столпами Церкви. Да, они воистину столпы, так же тверды, как кости, но так же и сухи, и безжизненны, как эти последние. Но ведь очевидно, что для полного организма, кроме костяного скелета, необходимы еще и мускулы, и кровеносная система, и нервная система, и пр., и пр. Ничего этого Византия дать не может. Все это должны восполнить иные нации.

Указанные Вами три категории бытия (силы, воли, хотения (Дйгуацп, ©^бпца, Ройбал), разума (АітіоАоуіа): логос, закона, нормы, правила, порядка) и чувства, (любви, благоволения (Дух отца Небесного (Мф. 10. 20) свидетельствует о Сыне: Сей есть Сын Мой возлюбленный...), радости (Сам Дух ходатайствует о нас воздыханиями неизреченными, Рим. 8. 26), утешения (егда же приидет Утешитель), (идеже Дух Господень, там свобода, 2 Кор. 3. 17), ясновидения, предвидения, пророчества (грядущая возвестит вам, Иоанн. 16. 13))66, обозначенные Вами по образу и подобию Пресвятой Троицы, пожалуйста, оттените как можно рельефнее и внушительнее и поставьте их в основание своей метафизики. Такое

66 Скобки А. Устьинского. Сохранено преимущественно авторское написание.

основание, положенное непосредственно на корне Пресв[ятой] Троицы, конечно, будет непоколебимым и несокрушимым. Это будет далеко не то, что играть в бирюльки, в бытие и небытие, как это делает в своей метафизике, повторяя Гегеля, Б. Н. Чичерин67. А далее приложим эти три категории к установлению идеи Триединого, единосущного и равночестного, христианства, (состоящего из католичества, православия и протестантства (лютерства [?], реформатства, англиканства и проч.)), долженствующих соблюдать «единство духа в союзе мира» (Еф 4. 3), при полном признании взаимных разногласий и при сохранении своих вероисповедных особенностей. Ибо, как равны между собою, несмотря на Личные особенности, три Лица Пресвятой Троицы, так точно должны признаваться равными, несмотря на вероисповедные разности, существующие по образу Триединого Бога три специфических христианских вероисповедания. Предъявить миру триединое христианство — это задача Петербурга, нашего российского Сиона, ибо он и основан-то Петром Великим на имени Пресвятой Троицы. Это последнее обстоятельство — такое завидное преимущество Петербурга, какого совершенно лишены три старых, пресловутых Рима (Рим, Византия, Москва). Ведь мысль, идея, замысел Петра Великого незримо носится над Петербургом и насыщает собою даже воздух его. Необходимо эту забытую, двести лет тлевшую под прахом заброшенности, мысль Петра Великого поднять из пепла забвения и дать ей надлежащее движение и реализацию.

Ну, спасайтесь. Да благословит Вас, и семейство Ваше Живоначальная Троица.

Ваш доброжелатель прот[оиерей] Александр Устьинский

11 декабря 1899 года.

НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. Л. 45-47. Автограф.

2

4 июля 1900 г.

Дорогой Василий Васильевич!

В последних №№ «Гражданина», начиная с 36, я встретил целый ряд Ваших статей. Особенно хорошо сказано по поводу книжки «Мать-воспитательница».

Опять имею возможность просматривать «Новое время». Прочитал уже два Ваших фельетона о Соловьеве и о Михайловском. Статья Ваша в № 9-10 «Мира искусства» возбуждает немало недоумений. Всех нас, не отрекшихся от жены и детей, Вы, по-видимому, готовы отнести к царству Антихриста. Правда, Лермонтов видел в небесах не «Распятого», а другого Бога, но именно только другого, а не противного. Ведь кроме «Распятого» есть еще Отец Небесный и Дух Святой. Так что Лермонтов, как и ему подобные, могли видеть в небесах не противника Христова, а Отца Его. Мне думается, что Вы высказали свою мысль только в качестве завязки или перехода к [нрзб.] и развитию той именно мысли, что, помимо «Царства Христова» как специально — личного царства Сына, никогда

67 Чичерин Борис Николаевич (1828-1904) — юрист, историк, философ, рационалист, один из главных идеологов либерализма в России.

не рождающего и подбирающего в свою партию тоже никогда не рождающих, или девственников, есть еще «Царство Отца» предвечно рождающего, к партии Которого, очевидно, относятся все отцы, для которых милы и возлюблены дети их, и «Царство Духа Святого», не стесненного какими либо препонами и преградами и, идеже хочет, дарующего. Во всяком случае, я буду ждать от Вас продолжения начатой Вами мысли именно в сейчас названном мною направлении.

Начатое это письмо пролежало несколько дней неоконченным. За это время я прочитал еще два Ваших фельетона: о статье Мережковского и о судьбе «Русского вестника» [далее нрзб.].

Статью Сильченкова в «Вере и раз [уме]» прочитал. Очень маленькая. По характеру семинарское сочинение, написанное по указу и под руководством

о. иеромонаха-инспектора. Вооружается против Вашей мысли, что в основе брака лежит страсть. Чудаки, право, эти ученички о. иеромонахи. Совсем ослепли. Или, по крайней мере, не желают видеть противоположного. Если Вы еще не читали этой статьи и желаете с ней ознакомиться, то я попробую выписать книжку из редакции и пришлю Вам.

Спаси Вас Господи.

Преданный Вам прот[оиерей] А. Устьинский

НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 2. Л. 45-47.

Письма В. В. Розанова А. П. Устьинскому

1

Не позднее 6октября 1898 г.68

Глубокоуважаемый Александр Петрович!

Вы и не знаете, как дороги мне стали по сочувствию к циклу [?] мыслей, которые глубоко меня взволновали.

В письмах Ваших ко мне есть 2 богатейших выражения: «что [нрзб.] жену поях — и не могу прийти (на вечерю Господню)69. Напротив, я скажу: Господи, прими меня и с детьми, и с женою». Знаете ли, дорогой, что ведь это совершенно новая концепция христианства, что это такой святой образ, промелькнувший у Вас в воображении, коему нечего [нрзб.] под спудом». «Изжену раба, иже врученный ему талант прячет в землю»70. Другое выражение, менее богатое, но тоже важное (в целях оспаривания монахов и вообще богословов): «Где два или три соберутся во Имя Мое — я посреди них»71 — почему это выражение не примут прежде всего для семьи. О, ведь Вы понимаете, и, по крайней мере, я, как автор

68 В. Розанов не ставил дат на своих письмах, датировка уточнена по пометам протоиерея А. Устьинского на письмах.

69 Ответ званого на вечерю — «жену поях», т. е. только что женился, и не может прийти. (см. : Лк 14. 20).

70 Перефраз из притчи о талантах (см. : Мф 25. 30).

71 Мф 18. 20.

книги «О понимании», т. е., умеющий в мысли проникать всю сложность и богатство содержания, — вижу ясно, что две Ваши мечты-идеи дают несокрушимую этику пола72, и вместе — канон семьи. Сего ради, может быть, на далекое будущее время я у Вас испрашиваю разрешения, издать (ни о форме, ни о времени не говорю): «Четыре письма русского священника о браке», где дам Ваши письма и (сопровожу? — И. В.) их бесчисленными комментариями. Ведь дело идет о подсечении под корень проституции. Но дело идет даже глубже (о чистом совокуплении, сознавая «великую Божью тайну в этом»). <.>

В предлагаемых комментариях к Вашим письмам можно дать подпись: У—ский, дабы избежать Вам служебных неприятностей; и, конечно, не упоминать Старой Руссы. — Ответьте мне; читаю с наслаждением «О Миротворении» архим[андрита] Феодора; самый прекрасный и глубокий ум; и как мне все родственно [пропуск текста] с моей точки зрения — двух лиц в человеке («образ и подобие»), как было радостно, до восторга, до удивления — прочесть у него: «и рече Бог. и сотвори Бог»: два акта, и разделения, двух лиц. Ведь этого же я не читал, но с этою указанною особенностью библейского текста до чего согласуется, до чего требует даже (его мне указание, что пол в человеке — не орган и не функция. но зиждительное ноуменальное лицо в соответствии и противоположении верхнему логическому [?] лицу (порядок je pens, порядок je jeny73). Самое определение Иеговы: «Аз есмь Сый» есть откровение Его не в порядке и категории je pens, а в порядке и категории jeny: почему для разума он и не определим и не постижим: но Он Есмь и все Сущее из Него и от Него. Связав два лица в человеке, феноменальное и ноуменальное [нрзб.]. И без моих дальнейших объяснений Вы видите, как все это важно; и Ваш крик: «Господи, прими меня с детьми и женою» и есть вопль к Господу твари, к тайному и непостижимому существу «Сый» — даже более, даже глубже: это частица «Сый» вопиет в Вас и через Вас к Самому Себе. — Да, нужно тут все перевернуть в наших восприятиях; тут — возможность ошибки, падения: но цель так велика [?], что можно рискнуть малыми ошибками в виду великой цели. <.> Целую Вас и обнимаю. Ваш В. Розанов.

NB: Если Вы по прочтении можете мне (т. е. не затрудняетесь) немедленно вернуть один фельетон: «Семя и жизнь», с коего я начал эти рассуждения о поле, я бы Вам его прислал. Он был в «Биржевых Ведомостях» прошлого года, и у меня единственный экземпляр, т. е. необходимый для сохранения и возможной перепечатки.

РГАЛИ. Ф. 419. Ед. хр. 315. Л. 10. Автограф.

2

Не позднее 2б октября1898 г.

Многоуважаемый Александр Петрович!

72 Здесь и далее в письмах подчеркнуто В. В. Розановым.

73 Обозначение В. Розановым мужского и женского начал в человеке, по мнению писателя, определяющих его индивидуальность и имеющих сакральное происхождение.

Посылаю Вам два фельетона: «Семя и жизнь» — очень ранний и «Номинализм и христианство» — недавний. Но оба их прошу вернуть, ибо находятся у меня в одном экземпляре и нужны для возможного (теперь вероятного) издания сочинений. Зная, что Вы здоровы и только очень заняты, впредь буду брать по 2 экз. газеты с статьями. и буду направлять их Вам в собственность. Очень обрадован Вашею готовностью написать мне о браке с догматической стороны (вставлено: по крайней мере хоть потом, на досуге от школы Вы сделаете это). Ваше [нрзб.] писание сослужит мне огромную службу; хотя по Библии (ее непрестанно читаю) я знаю, до какой степени существо брака — свято и нерушимо. <.> По поводу фельетона ожидаю кратких, но важных замечаний Ваших. Вы обратили ли внимание еще на следующее: христианство вообще не реализуется, — и это от того, что оно поставлено вне связи с [нрзб.] главнейшего в мире реализма — семенем (которое за редкими исключениями в Писании везде названо «святым»).

[Цель] «обрезания» прямо примыкает сюда, т. е. завет Бога с людьми положен в [нрзб.] обрезания, в поле: его сбереги (о целомудрии), — а Я уже сберегу тебя от (внешних) врагов. Но это — тема бесконечная, и я пока умолкаю. Карточки Вашей ожидаю. Преданный Вам В. Розанов.

НИОР РГБ. Ф. 249. М. 4209. Ед. хр. 5. Л. 11-11 об. Автограф.

Ключевые слова: религиозное сознание, протоиерей Александр Устьинский, «истинное христианство».

The Devising Theses on the «Neo-Christian» Doctrine in the Correspondence between V. Rozanov and Arch-priest A. Ustinsky

I. V. Vorontsova

In the article the author analyses the correspondence between writer V. Rozanov and priest A. Ustinsky. She proves the importance of arch-priest Ustinsky's role in the preparation of the theses on the «neo-christian» doctrine and the teaching about gender and marriage. The unpublished letters of V. Rozanov and A. Ustinskiy are included into the publication.

Keywords: religious thought, arch-priest A. Ustinsky, «true Christianity».