Из истории боспорской элиты II-III вв. Н. Э. : Юлий Менестрат и Хофразм, сын Фаргобака

ИЗ ИСТОРИИ БОСПОРСКОЙ ЭЛИТЫ II-III вв.н.э.: ЮЛИЙ МЕНЕСТРАТ И ХОФРАЗМ, СЫН ФАРГОБАКА*

В статье на основании анализа данных эпиграфики рассматривается просопогра-фия двух боспорских аристократов, живших во второй половине II — первой половине III вв.н.э. Первый — Юлий Менестрат, представитель «старой» греческой элиты в царском окружении, пик его карьеры приходится на правление царя Савромата II. Его биография связана с Фанагорией, городом, бывшим родовым «гнездом» семьи Менестрата. Второй персонаж — это Хофразм, сын Форгабака. Он был выходцем из сарматской среды, общины танаитов, в Танаисе. Благодаря своим личным качествам и богатству Хофразм сумел проделать головокружительную карьеру от жреца возрастных сообществ до пре-сбевта царя Ининфимея в 238-239 гг.

Ключевые слова: Боспорское царство, первые века новой эры, элита, эпиграфика, просопография

Среди имен боспорской элиты первых веков привлекают внимание количеством упоминаемых надписей и примечательными послужными списками два персонажа — Юлий Менестрат и Хофразм, сын Фаргобака. Они жили в разных городах, были выходцами из разных социальных слоев боспорского общества. Поэтому будет интересно проследить cursus honorum каждого из них, выяснить их окружение и возможные родственные связи и найти то, что могло объединять этих, в общем разных, людей.

1. Юлий Менестрат

Юлий Менестрат упоминается в трех разновременных надписях, происходящих из Фанагории1, Гермонассы2, Танаиса и поставленных в период правления

Завойкина Наталья Владимировна — кандидат исторических наук, научный сотрудник Института археологии РАН. E-mail: zavoykina@mail.ru

* Работа выполнена при поддержке гранта РГНФ 12-01-00122а. Предлагаемая статья является дополненным и переработанным вариантом двух докладов, тезисы которых были опубликованы в материалах Международной конференции «XII Боспорские Чтения» за 2011 г., а также в материалах международной конференции «XIII Чтения памяти проф. Н. Н. Соколова в Нижегородском государственном университет» за 2012 г.

1 В работе используется традиционное греческое название города Фанагория, несмотря на его переименование в Агриппию не позднее 12 г. до н.э.

2 Используем исконное греческое название города, несмотря на существующую версию о переименовании Гермонассы в Кессарию не позднее 12 г. до н.э. Краткий обзор высказанных мнений и гипотез приведен в комментарии к КБН 1051; Яйленко 2010, 282-292.

^•огорск-но*оС>

© 2013

Н. В.Завойкина

Савромата II (173/4-210/11). В гермонасской почтенной надписи, вырезанной на постаменте статуи царя Савромата II, он упомянут в военном чине хилиарха (КБН 1049; рис. 1). В надписи 192 г. из Танаиса Юлий Менестрат выступает царским пресбевтом и архикотойнитом (КБН 1243, рис. 2). В почетной надписи из Фанаго-рии, выполненной на постаменте статуи Савромата II3, Юлий Менестрат упоминается в придворном звании архикойтонита ('архькоьтыубьтл?)4. Итак, надпись на базе царской статуи из Фанагории оказывается стоящей в одном ряду с почетными надписями, сделанными на базах статуй царей или императоров (КБН 40, 44, 46, 52, 53, 54, 55, 59 и др.). В. Д. Кузнецов реконструировал по оставшимся углублениям на постаменте вероятный облик царской статуи: она стояла, опершись на левую ногу, тогда как правая опиралась на носок, была согнута в колене и отставлена назад; правой рукой царь держался за какой-то предмет (посох или копье)5. Из надписей очевидно, что Юлий Менестрат исполнял в разное время обязанности хилиарха, царского превсбевта и архикойтонита (главного царского постельничего). В.Д.Кузнецов предлагает следующую хронологию трех документов с упоминанием Юлия Менестрата, основанную на иерархии занимаемых их должностей и званий6: первой была поставлена гермонасская почетная надпись, в которой Юлий Менестрат упоминается в чине хилиарха (КБН 1049); вторая надпись — эта фанагорийская почетная надпись7, в ней Юлий Менестрат упоминается в придворном сане архикойтонита; последней оказывается танаисская строительная надпись 192 г., в которой нашей герой назван царским пресбевтом и архикойтонитом (КБН 1243). Из этого следует, что Юлий Менестрат воздвиг статую царя Савромата в Фанагории в период где -то между 173/4-192 гг. Однако существующая датировка фанагорийского постамента не бесспорна, есть основания сузить её, а также предложить причину установки Юлием Менестратом памятника царю Савромату II. Статусные и смысловые отличия между придворным званием архикойтонита и государственными должностями хилиарх, превсбевт царя в Танаисе вполне очевидны. Поэтому при рассмотрении датировки новой почетной надписи следует учитывать, что Юлий Менестрат мог быть освобожден с занимаемых государственных постов, но при этом сохранить придворное звание.

В этой связи привлекает внимание посвятительная надпись из Танаиса 193 г. (КБН 1237). В ней утрачена верхняя часть, которая, судя по содержанию надписи,

3 В публикации надпись обозначена как посвятительная (Кузнецов 2006, 161, надпись № 2). По всей видимости, это техническая ошибка, поскольку публикуемый документ должен быть отнесен к разряду почетных надписей. В заключительной строке текста прямо говорится, что памятник поставлен «почета ради» (те^? хар|^), что не свойственно посвятительным надписям.

4 Кузнецов 2006, 161-172.

5 Кузнецов 2006, 166.

6 Кузнецов 2006, 168: «Статуя царя посвящена неким Юлием Менестратом, который занимал высокую придворную должность главного постельничего. В надписи, которая датируется 192 г. н.э., по всей видимости, тот же самый Юлий Менестрат назван главным постельничим и превсбевтом Савромата II в Танаисе (КБН 1243). Еще в одной надписи, происходящей из Гермонассы, говорится о том, что Юлий Менестрат поставил статую Савромату 2 (КБН 1049). Здесь он назван хилиархом. Должности царского превсбевта и архикойтонита выше должности хилиарха, которые Юлий Менестрат получил не позднее 192 г. Поэтому надпись из Гермонассы должна относиться к более раннему времени, чем КБН 1243. Соответственно новая фанагорийская надпись позднее гермонасской».

7 Кузнецов 2006, надпись 2.

должна была открываться именем и титулатурой царя Савромата II8. Этот памятник поставлен от имени Зенона, сына Зенона, внука Дада, который «был отправлен царем в эмпорий: ...'ектсецфбеь? ' итсо той РастьАеы? е'? то 'ецтсорюу...» (КБН 1237, стк. 13-14;). В надписи КБН 1237 для описания назначения Зенона использован глагол ' ектсецтсм. Пока это единственный пример9. Юлий Местрат в строительной надписи 192 г.10 также не назван прямо «тсрест|3еитг|?» (ср. КБН 1241), его государственный пост определяется аористным причастием тсрест^ейстауто? (от прест^еим. Таким образом, мы располагаем тремя различными словами для обозначения должности царского посла. Имеются ли смысловые различия в употребление глаголов ' ектсецтсы и тсрестРейы? Первый глагол может использоваться в значении «посылать, отправлять в качестве официального представителя»11. Одним из основных значений существительного тсрест|3еитг|? является «официальный представитель, посланник какого-то лица, государства»12, а значение глагола тсрест^ейм — «выступать официальным посланником, представителем»13. Очевидно, что все три слова использовались в надписях как взаимозаменяемые по смыслу для передачи названия официальной должности «царский посланник в Танаисе» ( ' ектсецтсм, тсрест|3еитг|?, тсрест^еим)14, поэтому нет необходимости искать существенные отличие между должностными полномочиями Юлия Мене-страта в надписях КБН 1237 и КБН 1243.

Примечательно, что в документе 193 г. упоминается уже другой царский посол в Танаисе — Зенон, сын Зенона, внук Дада, в отличие от надписи 192 г. из Танаиса (КБН 1243), в которой, как уже говорилось, эту должность исполнял Юлий Менестрат. Календарные даты в обеих надписях полностью сохранились. Посвятительная надпись 193 г. в честь военных побед Савромата II была поставлена в 490 г.б.э. 1-го числа месяца Дистра, по современному летоисчислению это случилось 18 марта 193 г. 15. Строительная надпись КБН 1243 поставлена в 489 г.б.э. 1-го числа месяца Лоя, что соответствует 19 августа 192 г. Таким образом, временной разрыв между установкой надписей — 6 месяцев. Итак, в августе 192 г. пресбевтом в Танаисе был Юлий Менестрат, архикойтонит (КБН 1243), а в марте 193 г. эту должность исполнял уже Зенон, сын Дада. Приведенный хронологический анализ надписей позволят считать, что к 18 марту 193 г. Юлий Менестрат уже сложил обязанности царского превсбевта. В результате складывается версия, отличная от предположения В.Д.Кузнецова: Юлий Менестрат сложил полномочия царского пресбевта в Танаисе к марту 193 г. (КБН 1237), но, сохранив придворное звание архикойтонита, возвращается в Фанагорию из дальней провинции, где устанавливает статую царя Савромата II. По всей видимости, это событие могло произойти не ранее зимы 193 г.

В свою очередь возникают закономерные вопросы: почему Юлий Менестрат возвращается именно в Фанагорию и здесь устанавливает царскую статую, а не в

8 Подробно об эпитетах царской титулатуры Савромата II: Кузнецов 2006, 166-167, 169-170.

9 Ср. КБН 1241, 1243, 1245, 1246, 1248, 1249, 1250, 1252.

10 КБН 1243, стк. 4-5.

11 ЬБ-Т, 8.У., III.

12 ЬБ1, тсреи|3ей?.

13 ЬБ1, тсрест|3ейш.

14 Об этом писали и прежде: Книпович 1949, 94.

15 Бикерман 1975, 44-45.

Пантикапей? Ведь последний вариант был бы более уместным для придворного такого ранга. Мраморный постамент статуи Савромата II из Фанагории отличается парадным обликом — об этом говорят высокое качество исполнения надписи, украшенной изображением двух листочков в 1-ой строке, а также рельефа быка, передающий напряженное состояние животного (цв. вкл. 14, рис. 1)16. Этот рельеф является пока уникальным для региона Боспора Киммерийского17. Версия о парадном облике или, можно сформулировать иначе, возведении памятника по какому-то особому случаю находит подтверждение при сопоставлении фанаго-рийского постамента с тождественными памятниками из других боспорских городов. Так, сравнение фанагорийского постамента с аналогичным памятником, возведенным Юлием Менестратом, хилиархом, в Гермонассе (КБН 1049), подтверждает тезис о парадном облике памятника из Фанагории18. Постамент из Гер -монассы представляет собой обычную прямоугольную базу статуи, фронтальная сторона которой заполнена почетной надписью, без каких-либо рельефов19. Другой пример — это мраморный постамент статуи царя Савромата I, воздвигнутой в 117 г. синодом «молодых Никейцев» в Пантикапее (КБН 44). Этот памятник по форме и характеру близок рассматриваемому, вверху он украшен профилированным карнизом, который сохранился частично. Внешний облик этого постамента и надпись показывают, что этот памятник лишен той парадности, которая свойственна фанагорийскому памятнику Юлия Менестрата. Аналогичное заключение напрашивается и при изучении базы статуи императора Каракаллы, воздвигнутой Савроматом II в 201 г.20, а также других баз статуй боспорских царей21. Итак, очевидно отличие облика постамента из Фанагории от других баз царских статуй на Боспоре. Этот факт порождает вопрос о причине возведения дорогой, а в этом не приходится сомневаться, парадной царской статуи придворным высокого ранга в азиатской столице боспорских эллинов. Пролить свет на этот вопрос помогает, как кажется, рельеф быка. В.Д.Кузнецов определил его как изображение жерт-

16 Мастер передал это состояние через изображение растопыренных в стороны прямых ног быка, склоненную вниз к ноге голову, прижатые уши и раздутые ноздри, напряженную спину и изогнутый хвост. В боспорском искусстве первых веков найдется немного подобных рельефов: Соколов 1999, 374-389.

17 Размеры постамента нельзя назвать выдающимися, поскольку известны экземпляры несколько крупнее, как, например, мраморная база статуи Савромата I (CIRB-Album, 44) или мраморный постамент статуи Рескупорида, сына Савромата II (CIRB-Album, 55). Размеры постаментов можно найти также в описании каменей, на которых вырезаны надписи КБН 44 и КБН 55.

18 Несмотря на многочисленные повреждения, мраморный постамент царской статуи из Гер -монассы сохранился почти полностью (CIRB-Album N 1049). Тем удивительнее выглядит тот факт, что календарная дата установки этого памятника в надписи отсутствует: в 7-й стк. после êv tûl следует пустое, отполированное поле размером не менее 9-10 букв. Предположение, что 8-я строка с указанием года, месяца и дня возведения памятника оказалась отбитой, невозможно из-за размеров постамента. Очевидно, что по какой-то причине Юлий Менестрат предпочел оставить незаполненным поле с указанием точной даты установки памятника или, что также нельзя исключать, царская статуя так и не была установлена.

19 CIRB-Album, 1049.

20 Верхняя часть постамента с надписью КБН 52 профилирована, по углам карниза помещены акротерии, в центре расположен рельефный щиток. Облик этой базы для статуи в общем выглядит типичным и хорошо известен для тождественных памятников из провинциальных городов Римской империи. Судя по сохранившимся остаткам карниза на постаменте с надписью КБН 44, он мог выглядеть приблизительно так же, как и постамент под статую Каракаллы.

21 CIRB-Album, 53, 54, 55, 59.

венного быка, о чем свидетельствуют венок, надетый на его туловище, и кольцо, к которому привязано животное22. Собственно, подобное предположение не вызывает возражений, поскольку оно подкреплено рядом аналогий. Но каждый памятник следует рассматривать в тех конкретно-исторических условиях, которые были питательной средой для его создания. В связи с этим остается неясным, зачем на парадном постаменте статуи царя Савромата II с почетной надписью, в которой проступает особый «восточный» пиетет царедворца по отношению к своему повелителю, изображен жертвенный бык. Если принять предлагаемую датировку надписи периодом примерно не позднее зимы 193 г., а также учесть парадный облик постамента можно попытаться найти ответ на вопрос о причине установки статуи царя. Из посвятительной надписи марта 193 г. из Танаиса (КБН 1237) известно о блистательных победах Савромата II в конце 192 г. — начале 193 г. Одним из результатов этих побед стало присоединение к боспорским владениям по договору Таврики23. В результате Боспорское царство стало обладателем большей части юго-западного Крыма.

Есть ли основания отождествлять изображение быка на базе статуи Савро-мата II и область Таврику24? Как кажется, для подобного вывода есть основания. О происхождении этнонима «тавры» нет единого мнения25. Интересной представляется точка зрения Э. И. Соломоник о происхождении этнонима «тавры» от оронима «Тавр» — греческого названия горного хребта в Малой Азии26. Никандр Колофонской, автор II в. до н.э., в сочинении «Превращения», сохранившегося фрагментарно у Антонина Либералия, пересказывая миф об Ифегении в Тавриде, приводит интересную для нас мифологему: «Но Артемида вместо Ифегении представила к алтарю теленка, а ее унесла весьма далеко от Эллады, на так называемый Эвксинский Понт к Фоанту, сыну Борисфена, и туземный кочевой народ назвала таврам (быками), потому что, вместо Ифегении представила к алтарю бычка, а ее — именем Таврополы (т.е. Волопаски)...»27. А. С. Русяева отмечает, что в основе мифологического рассказа Никандра лежит трагедия Еврипида, в значительной мере измененная с учетом новых веяний и каких-то местных храмовых легенд28. В приведенной цитате, как представляется, ясно просматривается зафиксированное Никандром восприятие греками жертвенного быка как образа

22 Кузнецов 2006, 126, прим. 23.

23 См., например, КБН, comment ad 1237.

24 По мнению исследователей, тавры ко II в. до н.э. были полностью ассимилированы скифами и на основании этого этнокультурного симбиоза образовалась позднескифская археологическая культура (Буйских, Зубарь, Кравченко, Русяева 2005, 228-229). В первые века новой эры остатки тавров обитали в горной части Таврики и занимались пиратством (Буйских, Зубарь, Кравченко, Русяева 2005, 234 сл.).

25 Краткий очерк этнической истории тавров: Храпунов 1995, 9-28. Обзор гипотез о происхождении этнонима «тавры»: Бондаренко 2010, 6-8.

26 Бондаренко 2010, 7. Восприятие тавров как диких варваров сохранилось у многих античных авторов, которые акцентировали внимание на их жестокости, буйном нраве и человеческих жертвоприношениях: Herod. IV. 103; Ps.-Scym. 68; Diod. Syc. III. 43; Pomp.Mel. II.11 и др. В настоящее время можно считать доказанным, что в силу любви к мифам и желания приукрасить свои сочинения необычными историями некоторые древние историки пересказывали не всегда соответствующие реальности предания о таврах: Буйских, Зубарь, Кравченко, Русяева 2005, 51-52.

27 Ant. Lib. Met. coll., 27; перевод: Латышев 1947а, 216-217.

28 Русяева 2005, 88. О культе Артемиды Таврии и его политических истоках см.: Русяева 2005, 86-93.

тавров. В нумизматике Херсонеса Таврического известно изображение «бодающегося быка» на разных монетных номиналах, начиная с рубежа ГУ-Ш вв. до н.э. и до конца античной эпохи29. Обычно воспроизводились определенные монетные типы: на лицевой стороне изображалась Артемида Парфенос (голова божества в профиль или же её статуя, держащая подстреленную лань), а на оборотной — бодающийся бык30. Херсонесские монеты тип «Артемида Парфенос — бодающийся бык» являются одним из бесспорных образцов «религиозного» типа монетных легенд. Изображения на реверсе таких монет выступали, по определению А. Н. Зо-графа, дифференцирующим признаком, поскольку античные монетарии чеканили на обороте монеты животных или неодушевленные предметы, выступающие атрибутом божества, изображенного на лицевой стороне31. Поэтому изображения на оборотной стороне монет служат эмблемами, гербами городов, их отличительными признаками32. Таким образом, «бодающийся бык» на монетах Херсонеса выступает сакральным животным в культе Артемиды Парфенос — покровительницы и заступницы общины херсонеситов33. Этот образ представляет не столько городскую эмблему, которую в течение столетий воспроизводили на монетах, сколько Таврику, населенную враждебными полису племенами тавров, на землях которых располагался Херсонес34. В конечном счете, сказанное позволяет провести религиозно-политические, смысловые и художественные параллели между топонимом "л Таирьк" и изображением быка на постаменте царя-победителя из Фанагории. Поэтому возможна следующая трактовка рельефа: склонившийся бык, опоясанный венком, символизирует победу над Таврикой, поэтому бык изображен покорным, а не бодающимся35; кольцо и тянущаяся от него к шее быка веревка может рассматриваться не только как атрибуты жертвенного акта, но и как близкие по смыслу художественные приемы для передачи образа побежденного врага.

Итак, можно предложить следующую интерпретацию рассматриваемого памятника: Юлий Менестрат почтил военные победы царя Савромата II в Таврике установкой статуи правителя в Фанагории не позднее зимы 193 г., когда он уже был освобожден от должности царского посла в Танаисе. Факт возведения царской статуи в азиатской столице царства указывает на известность Юлия Мене-страта в этом городе и вероятность проживания в нем. Особые отношения этого

29 Зограф 1951, 147-148, 153, 158.

30 Зограф 1951, 147-148, 153, 158; Анохин 1986, каталог монет № 8, 23, 200, 201 и др. О культе Артемиды Партенос в Херсонесе: Русяева 2005, 262-286.

31 Зограф 1951, 58.

32 Зограф 1951, 58.

33 По мнению исследователей, херсонесские монетарии заимствовали образ бодающегося быка из монетной символики Гераклеи Понтийской, метрополии Херсонеса Таврического: Зограф 1951, 147; Анохин 1986, 19-20. Отмечу, что нередко бык изображался и с другими дифферентами, в частности, с палицей Геракла: Анохин 1986, каталог № 107-118, 147, 148 и др. Однако изображение палицы носит как бы подчиненный характер, оно меньше по размерам и занимает нижнее поле монетной стороны, тогда как бык изображен крупно и занимает почти все поле монеты. Существует также мнение, что бык на монетах символизирует богатые жертвоприношения общины херсонеси-тов: Шевченко 2011, 478.

34 Буйских, Зубарь, Кравченко, Русяева 2005, 52. О взаимоотношениях Херсонеса и тавров см., например: Даниленко 1993, 235-238; Буйских, Зубарь, Кравченко, Русяева 2005, 53-56, 226-235.

35 Венок на туловище быка в данном контексте следует понимать как символ победы.

боспорского аристократа с царем отразились в эпитетах, которыми он наделил Савромата II, называя его своим богом и господином (КБН 1043; Кузнецов, 2006, надпись № 2). Подобными эпитетами больше никто из подчиненных не именовал правящих боспорских царей (КБН 44, 53, 56 и др.). Принадлежность Юлия Менестрата в боспорской элите, по крайней мере, последней трети II в. порождает версию о его принадлежности к одному из аристократических родов царства. Поэтому небезынтересно рассмотреть вопрос о возможных родственных связях Юлия Менестрата. Обращает внимание то, что, по крайней мере, с правления Аспурга имя Менестрат числится в ономастиконе боспорской аристократии. Почетная надпись КБН 40, поставленная около 23 г., показывает, что такое же имя и отчество носил первый из известных царских наместников острова, то есть территориально-административного региона, центром которого была Фанагория. Резиденция наместника острова располагалась также в Фанагории36. Имя Менестрат было популярно среди танаисской знати, часть которой после разгрома города в середине III в. перебралась в Пантикапей37. В списке аристопилитов царя Тирана имя «Менестрат» встречается 7 раз (КБН 36). О возможности родства, пусть даже не прямого, между Менестратом, сыном Менестрата, наместником острова при царе Аспурге, и Юлием Менестратом, хилиархом, царским пресбевтом и архикой-тонитом, свидетельствует три факта. Во-первых, одинаковое имя — Менестрат. В традиции аристократических семей в античности было называть детей и внуков в честь известных предков, родоначальников семьи. Второй факт — родовой имя Юлий, которое носит Менестрат архикойтонит, предоставлялось иностранцам в правление династии Юлиев38. Третий факт — высокое положение этих людей в боспорском обществе в разные временные периоды. Таким образом, можно предположить принадлежность Юлия Менестрата к знатному аристократическому роду Боспора первых веков, связанного с Фанагорией в первые века новой эры?

2. Хофразм, сын Фаргобака

В отличие от столичного аристократа Юлия Менестрата, Хофразм, сын Фар-гобака жил в небольшом городке Танаис на северо-восточной окраине Боспорско-го царства примерно в первой половине III в. Он упоминается в восьми надписях (КБН 1278, 1279, 1245, 1246, 1248, 1250, 1252; Болтунова 1968, 44-55). Впервые мы встречаем имя Хофразма в посвящении синода Бога высочайшего 220 г. в звании жреца (КБН 1278). В 225 г. другой синод Бога высочайшего ставит своему божественному покровителю посвящение по обету, возглавлял синод в звании жреца Хофразм, сын Форгабака (КБН 1279). Имя Хофразма также упоминается в трех строительных надписях (КБН 1245, 1246, 1248). Надписи КБН 1246 и КБН

36 В пользу этой версии свидетельствуют три надписи с упоминанием наместника острова (0 ¿m Tri? viiaou): КБН 982, 1000, Кузнецов 2007, надпись 1. Надгробие КБН 697 свидетельствует только, что наместник острова Ульпий Антимах похоронил свою супругу в одном из склепов Пан-тикапея.

37 Завойкина 2008, 102-105. Не исключено, что популярность имени Менестрат среди танаис-ской знати рассматриваемого периода является отражением покровительственных и отчасти товарищеских отношений царского легата Юлия Менестрата и отцов/дедов танаитов, носивших имя Менестрат.

38 Этот факт был уже подмечен Л. А. Мацулевичем (1941, 71 сл.).

1248 идентичного содержания, различает их только материал, на котором они вырезаны: надпись КБН 1246 выполнена на известняковой плите, а надпись КБН 1248 — на мраморной. Надпись КБН 1245 поставлена в 220 г., в остальных двух календарные даты не сохранились. Судя по упоминанию в этих трех документах в эпонимной формуле наряду с именем царя Рескупорида, сына Савромата II пресбевта царя Зенона, сына Фана и эллинарха Басилида, сына Феоника, их датировка не должна сильно отличаться. Исходя из общегреческой практики, срок деятельности полисных магистратов ограничивался обычно 1 годом, поэтому не будет ошибкой думать, что надписи КБН 1246 и 1248 поставлены немного позднее надписи 220 г. (КБН 1245), в пределах 1-2 лет. Д. Б. Шелов аргументировано обосновал версию, что надписи КБН 1246 и КБН 1248 были изготовлены одновременно, но выставлены в разных частях города39. Соответственно, временной разрыв между ними незначительный. В строительной надписи 229 г. Хофразм, сын Форгабака выступает эвергетом родного полиса, оплачивает ремонт городских ворот и стены40. В 236 г., судя по надписи КБН 1250, Хофразм исполнял обязанности царского пресбевта в Танаисе. Д. Б. Шелов предположил, что надпись КБН 1250 была поставлена вскоре после назначения Хофразма на высокую должность пресбевта, поскольку существует другая надпись 533 г.б.э. (=236 г.), поставленная несколько раньше, в которой в должности пресбевта царя упоминалось другое лицо (КБН 1249). Имя его не сохранилось на камне, но вычитывается начало должности в царской администрации — О émi Tf|[ç ^aaiXélaç] и окончание отчества на — voç, явно не принадлежащее имени Форгобак (Форуо^акои), отца Хофразма. В надписи КБН 1252, поставленной позднее документа КБН 1250, но в пределах правления царя Ининфимея (236-239 гг.), Хофразм в должности пресбевта царя опять-таки выступает эвергетом родного полиса и восстанавливает городские ворота 41.

Личность Хофразма вызывала интерес у исследователей. Первой описала его cursus honorum Т. Н. Книпович42, ее выводы были уточнены Д.Б. Шеловым43. В итоге было сформулировано следующее представление о нем: Хофразм был выходцем из местной, варварской среды, и принадлежал к числу полисной элиты. Он был человеком богатым, влиятельным и смог достичь одной из высших ступеней в карьере в границах родного полиса — стать царским послом в Танаисе при царе Ининфимее. Прошло достаточно времени со времени написания этих кратких очерков о карьере Хофразма, сына Форгобака, а появление новых исследований и гипотез позволяет уточнить и расширить не вызывающие в целом возражений представления о cursus honorum Хофразма. В частности, остаются нерассмотренными вопросы о возможной этнической идентификации Хофразма, о причине руководства им синодов, впрочем, остается неясным и тип этих частных сообществ.

Имя и отчество нашего героя указывают, что он был выходцем из местной, сарматской среды. К такому заключению пришел Д. Б. Шелов, опиравшийся на исследования специалистов по древнеиранскому языку при анализе ономастико-

39 Шелов 1972, 47 сл.

40 Болтунова 1968, 46-47.

41 КБН 1252. Дополнительные сведения и корректировка чтения: Болтунова 1965, 82, надпись 4.

42 Книпович 1949, 94-95.

43 Шелов 1972, 262-263.

на Танаиса44. Комплексное исследование источников по социально-политической истории Танаиса 2 — первой половины III в. позволило высказать следующую гипотезу: несколько сарматских кланов, а их было не меньше четырех, были подселены не ранее середины — третьей четверти II в. в этот небольшой город по велению правящего монарха, вероятно, Евпатора или Савромата II, и организованы в равноправную с эллинами политевму танаитов, которую возглавляла первоначально коллегия архонтов танаитов45. С этого периода представители этих кланов играют заметную роль в социально-политическом развитии Танаиса. По предположению Книпович и Шелова, впервые Хофразм, сына Форгобака, возможно, упоминается в звании парафилагата в посвятительной надписи КБН 1277, поставленной в правление Савромата II46. В 7 стк. этого документа ясно вычитывает-

ся [тс]араф1\ауа0о[у]----юу Фор[у]а^а[кои]47. Очевидно, что реконструкции

имени Хофразм в винительном падеже Хофрастцоу препятствует сохранившаяся йота или простая вертикальная черта от предыдущей буквы перед аккузативной флексией48. Таким образом, вопрос о возможной реконструкции имени Хофразма, сына Фаргобака в надписи КБН 1277 снимается, в должности парафилагата в ней назван какой-то другой сын Фаргобака, не исключено, что родственник Хофразма, возможно, брат.

Итак, первые очевидные свидетельства о деятельности Хофразма приходится на 220 г. и 225 г. (КБН 1278, 1279). Это два посвящения синодов Бога высочайшего, которые Хофразм возглавляет в звании жреца. Упоминание среди членов правления этих синодов званий гимнасиарха и неанискарха позволяет относить их, с учетом аналогий из полисов Малой Азии синхронного времени, к группе возрастных сообществ, организованных взрослыми мужчинами49. Жрец, как показывают многочисленные надписи, выступал руководителем боспорских частных сообществ. Возрожденные Августом в греческих городах Востока возрастные сообщества являлись частью гражданской структуры полиса50. Известно, что в возрастных сообществах Пантикапея и Танаиса принимали участие только свободные полноправные жители этих полисов, в этом состоит их существенное отличие от аналогичных объединений в городах Малой Азии51. Одной из важных черт деятельности возрастных сообществ в греческих городах первых веков было участие в общественной и отчасти в политической жизни полиса, например, выступление на городских праздниках, в частности, в честь божества-покровителя52. Таким образом налаживались отношения и устанавливались разного рода связи между руководством сообщества и администрацией города, государственными чиновниками. Следовательно, для Хофразма руководство синодами Бога высочайшего

44 Шелов 1974, 80-93.

45 Шелов 1972, 265 сл.; Завойкина 2004, 167-168.

46 Книпович 1949, 94; Шелов 1972, 262 сл.

47 СШВ-А1Ъиш, 1277.

48 Эта вертикальная гаста не может относиться к остаткам буквы мю, поскольку в надписи КБН 1277 мю имеет слегка вогнутые, наклонные боковые линии (СШВ-А1Ъиш, 1277). Скорее всего, сохранившаяся вертикаль принадлежит, как и предложено в КБН, йоте.

49 Завойкина 2007, 299-314.

50 Свенцицкая 1985, 53-55.

51 Завойкина 2003, 125-126; 2007, 303-306.

52 Сергеев 1938, 506-508.

являлось существенной вехой в его политической карьере: он обретал не только друзей, единомышленников и сторонников, которые поддерживали его, но также налаживал вертикальные связи с представителями центральной власти и повышал свой статус не только среди сородичей, но и внутри гражданского коллектива. Таким образом, руководство синодами следует рассматривать как одну из важных ступеней в политической карьере Хофразма. О важности этого этапа в его карьере свидетельствует тот факт, что спустя пять лет, в 225 г., он опять возглавил синод взрослых мужчин. В том же 220 г. наряду со званием жреца синода Бога высочайшего Хофразм также упоминается в списке важных чиновников города, правда, без указания должности. Местоположение имени Хофразма, сына Форгобака в трех строительных надписях КБН 1245, 1246, 1248 выглядит примечательным. Так, в надписи КБН 1245 он упомянут в эпонимной формуле, после имени царского посла и «коллегии» архонтов танаитов, но перед именем эллинарха Танаиса; в надписях КБН 1246, КБН 1248 Хофразм назван уже сразу после имени царского пресбевта перед именем эллинарха. В двух последних документах архонты танаитов не упоминаются. Примечательно, что после 220 г. имена архонтов танаитов в строительных надписях Танаиса не встречаются, их замещает имя нашего персонажа. Исследователи обращали внимание на специфическое местоположение имени Хофразма в этих трех строительных надписях и связывали это с особым социально-политическим статусом Хофразма в полисе53. А. И. Болтунова полагала, что рост могущества Хофразма напрямую зависел от роста его богатства54. Не оспаривая эти правомерные наблюдения, отметим, что в указанных надписях просматривается нарастание политической силы и административного ресурса Хофразма, которые и привели к тому, что он стал выступать, по всей видимости, как основной представитель общины танаитов в администрации города. Пиком карьеры Хофразма стало его назначение на должность пресбевта царя Ининфимея в Танаисе. Эта должность была высшей в административной иерархии региона Нижнего Дона в первой половине III в. Это событие пришлось на 236 г. (КБН 125 0, 1252)55. Назначение на важный государственный пост богатого выходца из эллинизированной сарматской семьи отражает серьезные изменения, происходившие в Боспорском государстве в 30-е годы III в. Нарастание военной нестабильности на Нижнем Дону, а также развивающийся экономический кризис заставили царя изменить традиции назначать пресбевтов в Танаисе из числа своих придворных или должностных лиц, действовавших до этого в центральной администрации: на эту должность был избран представитель из среды местной знати.

А. И. Болтунова высказала предположение, что Хофразм, сын Форгоба-ка имел двоих сыновей: Саванона, сына Хофразма — неанискарха синода Бога высочайшего 225 г., в котором жрецом выступает сам Хофразм, сын Форгобака (КБН 1279); и Евнона, сына Хофразма — участника «фиаса братьев» 230 г. (КБН 1284)56. Принимая это предположение А.И. Болтуновой, можно приблизительно

53 Книпович 1949, 95.

54 Болтунова 1968, 49-45.

55 В посвятительной надписи КБН 1249, поставленной в 236 г., но несколькими месяцами раньше, чем надпись КБН 1250, в должности царского пресбевта упоминается другое лицо. Имя его не сохранилось на камне, но вычитывается окончание отчества на -vo? и начало должности в царской администрации 0 ¿m тг|9 ßaaLXela?.

56 Болтунова 1968, 51.

определить годы жизни Хофразма. К 225 г. его старший сын Саванон был уже взрослым человеком, видимо, не младше 20 лет, о чем говорит его участие в возрастном сообществе, синоде почитателей Бога высочайшего. А второй сын достиг, скорее всего, этой возрастной категории (молодой мужчина) к 230 г. В 220 г. Хофразм в звании жреца возглавлял частное сообщество, и очевидно, что к этому времени он уже вышел за пределы возраста молодого человека, успел «наработать» авторитет и выстроить некоторые из необходимых ему для достижения высоких постов социальные связи. Соответственно, в период между 220-225 гг. Хофразму было не менее 35-40 лет. Исходя из этого, можно предположить, что Хофразм родился примерно в 80-е годы II в., и к 236 г., когда он получил пост царского наместника в регионе (пресбевта царя), ему было больше 50 лет. Сказать что-либо определенное о его предполагаемом брате пока источники не позволяют. Исходя из предполагаемых годов жизни Хофразма, можно думать, что его отец Фаргобак жил во второй половине II — начале III в. Он, вероятно, входил в число сарматских наемников, подселенных в Танаис по царскому распоряжению после разгрома города в середине II в.57 Возможные годы жизни сыновей Хофразма приходятся на период не ранее первого десятилетия III в. и до середины — третьей четверти III в. Однако сведения о них исчерпываются упоминаниями их имен в двух надписях частных сообществ.

Семья Хофразма сына Фаргобака:

Фаргобак

Ф Ф

Саванон Евнон

Итак, мы рассмотрели на основании имеющихся источников просопографию двух разных по происхождению и по положению представителей боспорской элиты римского времени. Юлий Менестрат выступает как представитель старой, условно говоря, эллинской аристократии в царском окружении. Его знатное происхождение послужило ему хорошим базисом для успешной карьеры при царе Савромате II. Юлий Менестрат исполнял различные государственные должности в разных городах. Особый пиетет к царю, выразившийся в ярких эпитетах, отражает не только соблюдение правил церемониала обращения к владыке в публичном документе, но и показывает Юлия Менестрата как опытного царедворца, умело лавировавшего в изменчивой атмосфере царского двора. Ведь подобострастные выражения, зафиксированные надписями, подчеркивали личную преданность владыке и выступали одним из очевидных способов поддержания административно-политического долголетия Юлия Менестрата. Ярким образцом социальной мобильности в границах провинциального даже по боспорским меркам города является просопография Хофразма, сына Форгабака. Негрек, потомок варваров-сарматов, он сумел сделать успешную карьеру и достигнуть высшей должности в царской администрации в регионе Танаиса. Он выступает представителем «но-

57 Завойкина 2004, 175-182.

вой» боспорской аристократии, негреческие корни который очевидны. Одним из залогов успешной карьеры в чужеродной среде, которой выступал для сарматов греческий город с его особыми традициями в социально-политической и социально-религиозной сферах, было умение варваров адаптироваться в нем. Поэтому эллинизация, то есть восприятие негреком языка и некоторых культурно-бытовых норм поведения и образа жизни эллинов, являлась для них эффективным инструментом проникновения и закрепления в различных сферах жизни греческого города. Пример карьеры Хофразма, сына Форгобака, начавшего свой карьерный взлет с должности жреца возрастного религиозного сообщества, явления, порожденного особенностями корпоративной организации полиса, служит прекрасным подтверждением этому.

ЛИТЕРАТУРА

Анохин В. А. 1986: Монетное дело Херсонеса. Киев.

Болтунова А. И. 1968: Новая строительная надпись из Танаиса // Античная история и культура Средиземноморья и Причерноморья / В.Ф.Гайдукевич (ред.). Ленинград, 46-55.

Буйских А. В., Зубарь В.М., Кравченко Э. В., РусяеваМ. В. 2005: Херсонес Таврический в третьей четверти VI — середине I вв. до н.э. Киев.

Даниленко В. Н. 1993: Херсонес и тавры Гераклейского полуострова // МАИЭТ. 3, 233-238.

Завойкина Н. В. 2003: Частные сообщества Пантикапея в первые века н.э. // ДБ. 6, 120-137.

Завойкина Н. В. 2004: ТауаеХта в истории Боспорского царства // ДБ. 7, 163- 198.

Завойкина Н. В. 2005: Об одном последствии готского разрушения в середине III в. // Боспор Киммерийский и варварский мир в период античности и средневековья. (Материалы VI международной конференции). Керчь, 102-105.

Завойкина Н. В. 2007: Частные сообщества Танаиса (104-244 гг.) // ПИФК. 17, 315-323.

Завойкина Н. В. 2011: «Tauros» для Савромата II Боспорского // Боспор Киммерийский и варварский мир в период античности и средневековья. (Материалы XII международной конференции). Керчь, 125-131.

Завойкина Н. В. 2012: О варварах в боспорских городах во 2 - 3 вв. (на примере об одной карьеры) // XIII Чтения памяти проф. Н.Н.Соколова. Материалы международной конференции. Нижний-Новгород, 101-103.

Зограф Н. А. 1951: Античные монеты. МИА. 16.

Книпович Т.Н. 1949: Танаис. М.

Кузнецов В. Д. 2006: Новые надписи Фанагории // ВДИ. 1, 155-172.

Кузнецов В. Д. 2007: Новые надписи из Фанагории // ВДИ. 1, 227-243.

Латышев В. В. 1947: Известия древних писателей о Скифии и Кавказе // ВДИ, 3, 149-229.

Мацулевич Л. А. 1941: Кто был Каллисфен, названный в надписи, открытой в Керчи в 1894 г. // ВДИ. VII, 61-79.

Русяева А. С. 2005: Религия понтийских эллинов античную эпоху. Киев.

Сапрыкин С. Ю. 2005: Энкомий из Пантикапея и положение Боспорского царства в конце I — начале II в.н.э. // ВДИ. 2, 45-81.

Свенцицкая И. С. 1985: Роль частных союзов в общественной жизни полисов эллинистического и римского времени (по материалам Малой Азии) // ВДИ. 4, 43-61.

Сергеев В. С. 1938: Очерки по истории Древнего Рима, часть II. Империя. М.

Соколов Г. И. 1999: Искусство Боспорского царства. М.

Храпунов И. Н. 1995: Очерки этнической истории Крыма в раннем железном веке. Тавры. Скифы. Сарматы. Симферополь.

Шевченко Т. М. 2011: Релпшний свггогляд населення античного Херсонеса. К1ев. Шелов Д. Б. 1972: Танаис и Нижний Дон в первые века нашей эры. М. Яйленко В. П. 2011: Тысячелетний боспорский рейх. М.

ON THE HISTORY OF BOSPORAN ELITE OF 2nd — 3rd CENTURIES AD: JULIUS MENESTRATUS AND KHOPHRASM, THE SON OF PHARGOBACUS

N. V. Zavoikina

The paper, based on epigraphy data, considers prosopography of two Bosporan aristocrats who lived in the second half of 2nd century — first half of the 3rd century AD. The first one is Julius Menestratus, the representative of the old Greek elite of the king's milieu. The reign of king Sauromates II witnessed the peak of his career. His life is connected with Phanagoria, a native place of Menestratus family. The second one personage is Khophrasmus, the son of Phorgabacus. He was a Sarmatian by birth from the Tanaites community in Tanais. He made a brilliant career due to his personal qualities and wealth, first as a priest of age communities and finally as King Ininthimeus's presbeut in AD 238-239.

Key words: Bosporus Kingdom, early ages of AD, elite, epigraphy, prosopography