Стадия возбуждения уголовного дела: рудимент или необходимость?

СТАДИЯ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА: РУДИМЕНТ ИЛИ НЕОБХОДИМОСТЬ?

ВЛАДИМИР АНАТОЛЬЕВИЧ СЕРЕДНЕВ

Преподаватель кафедры права, философии и социальных дисциплин Арзамасского филиала Национального исследовательского Нижегородского государственного университета им. Н. И. Лобачевского, e-mail: fep@arz.unn.ru

Рассматривается тезис о необходимости сохранения стадии возбуждения уголовного дела (до-следственной проверки) в российском уголовном судопроизводстве. Данная стадия характеризуется как механизм обеспечения наиболее эффективного расследования уголовного дела на стадии предварительного расследования и рассмотрения его на стадии судебного разбирательства по существу.

The article deals with the position of the need to maintain the stage of initiation of criminal proceedings (preliminary examination). This stage is characterized as a mechanism to ensure the most effective criminal investigation during the preliminary investigation and consideration at the stage of the trial on the merits.

Ключевые слова: уголовный процесс, стадия возбуждения уголовного дела, доследственная проверка, заявление, предварительное расследование, результаты оперативно-розыскной деятельности

Key words: criminal procedure, step of a criminal case, investigation verification statement, preliminary investigation, results of operational and investigative activities

Необходимость избавляет нас от трудностей выбора

Люк де Клапье Вовенарг

В настоящее время среди процессуалистов не прекращаются споры о роли и назначении стадии возбуждения уголовного дела (дослед-ственной проверки) в сфере уголовно-процессуальной деятельности. Наверное, правовое регулирование стадии возбуждения уголовного дела сегодня оставляет желать лучшего, но это не означает, что нужно ломать до основания все положительное и ценное, что годами и десятилетиями создавали наши предки-правоведы. Мы убеждены, что, наоборот, нужно усовершенствовать существующую стадию возбуждения уголовного дела с целью наиболее эффективного его расследования и последующего рассмотрения в суде по существу.

В российской процессуальной литературе имеется две принципиально различные точки зрения на момент начала уголовного преследования.

Сторонники первой считают, что уголовное преследование начинается с момента возбужде-

ния уголовного дела. Например, И. В. Жеребя-тьев указывает, что «уголовное преследование начинается в момент возбуждения уголовного дела, проявляется во множестве процессуальных действий, в том числе принудительного характера, направленных на выявление лица, которое можно было бы привлечь в качестве подозреваемого или обвиняемого»1. Аналогичную позицию занимает О. А. Картохина. По ее мнению, «уголовное преследование возникает с момента совершения деяния (действия, бездействия), содержащего признаки преступления. Но начальный момент реализации института возможен лишь с возбуждения уголовного дела, так как именно с этого момента уголовно-процессуальная деятельность осуществляется в полном объеме»2.

И. Я. Фойницкий отмечал, что возбуждение уголовного преследования имеет большое значение, ввиду чего «весьма важно установить момент, с которого преследование должно быть

ОБРАЗОВАНИЕ ПРАКТИКА НАУКА

признано начавшимся... в пределах нашей судебной практики обязательно соблюдение следующих условий: ходатайство о возбуждении уголовного преследования должно быть обращено к компетентной власти, исходить от лиц и мест, имеющих право возбудить такое преследование, и, наконец, иметь своим предметом деяние нака-зуемое»3. А. Чебышев-Дмитриев, исследуя Устав уголовного судопроизводства, в 1875 г. указывал, что «возбуждением преследования должно признавать тот акт в ходе уголовного процесса, который следует за предварительным разрешением вопроса о законности и достаточности основания к началу дела, который предшествует формальному производству по делу и является его необходимым условием»4.

Получив законодательное закрепление в 1930-е гг., стадия возбуждения уголовного дела постоянно оказывалась объектом критики со стороны ученых и практиков

Отечественные процессуалисты З. З. Зина-туллин и В. И. Рохлин5 также считают, что уголовное преследование начинается с момента возбуждения уголовного дела.

Вторую точку зрения, согласно которой уголовное преследование может начинаться только с момента появления в уголовном деле обвиняемого, еще в середине ХХ в. отстаивал и развивал известный советский процессуалист М. С. Строгович6. Во-первых, он отождествлял уголовное преследование и обвинение, а во-вторых, рассматривал уголовное преследование как «деятельность следователя (или органа дознания) и прокурора в отношении определенного лица, привлеченного к уголовной ответственности в качестве обвиняемого, направленная на то, чтобы изобличить это лицо в совершении преступления, доказать его виновность. Следовательно, актом возбуждения уголовного преследования является акт привлечения определенного лица к делу в качестве обвиняемого»7. С этим его мнением соглашались П. И. Тарасов-Родионов и С. А. Голунский8.

На наш взгляд, вторая позиция выглядит странной. А. Ф. Кони указывал, что «возбуждение уголовного дела должно слагаться из двоякого рода действий: из проверки сведений, дающих основание и даже обязывающих начать уголовное преследование, и из самого начатия преследования»9. Обратим внимание на то, какой глагол употребляется по отношению к началу производства по уголовному делу. Его не заводят, не начинают, не создают, а именно воз-

буждают, что указывает на определенный сущностный характер правового механизма начала расследования уголовного дела. Совершением преступления наносится вред каким-либо общественным отношениям, происходит возбуждение социальной сферы общества, поэтому уголовное дело возбуждают.

В этом контексте будет уместен тезис, высказанный в свое время австрийским психологом и философом О. Вейнингером: «Всякая моральная психология, которая считает мораль порождением общественной жизни людей, в корне своем ложна. Общество знает только понятие преступления, но не понятие греха. Оно налагает штраф не для того, чтобы вызвать раскаяние. Ложь карается уголовными законами, когда она проявляется в форме нарушения присяги, т. е. когда влечет за собой общественный вред»10. Соответственно в результате причинения вреда общественным отношениям общество «требует» после возбуждения уголовного дела осуществлять действия, направленные на преследование преступника, даже если он в данный период не установлен.

В качестве отдельной стадии уголовного судопроизводства стадия возбуждения уголовного дела в том виде, в каком она существует (с некоторыми изменениями), появилась только в УПК РСФСР 1960 г. При этом УПК РСФСР 1922 г. уже закреплял в качестве самостоятельной стадии уголовного процесса стадию возбуждения производства по уголовному делу. Отдельный же процессуальный акт, определяющий начало производства по делу, не выносился. Появлению данной стадии в уголовном процессе способствовал, помимо прочих, и довод о том, что только после возбуждения уголовного дела допускаются ведение дознания и предварительного следствия, применение мер принуждения, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством для борьбы с преступностью11.

Получив законодательное закрепление в 1930-е гг., стадия возбуждения уголовного дела постоянно оказывалась объектом критики со стороны ученых и практиков. Отметим, что еще в Концепции судебной реформы в РСФСР, одобренной Верховным Советом РСФСР 24 октября 1991 г., предлагалось отказаться от дослед-ственной проверки, т. е. по существу и от выделения самостоятельной стадии возбуждения уголовного дела. Ссылаясь на положения Устава уголовного судопроизводства 1864 г., согласно которому подача жалобы обязательно влекла начало следствия, авторы Концепции рекомендовали возбуждать уголовные дела по заявлениям и сообщениям без их предварительной проверки. Они полагали, что всякое сообщение о пре-

ступлении, если на момент рассмотрения неочевидна его ложность, следует рассматривать как безусловный повод к возбуждению уголовного дела. Такое отношение к стадии обосновывалось тем, что ее «ядро» - доследственная проверка -не только порождает волокиту и напрасную трату процессуальных усилий органов расследования, но и фактически превращается в суррогат предварительного расследования, проводимого, однако, без соблюдения процессуальных гарантий, которыми неофициальные участники процесса наделяются в ходе расследования12.

Устав уголовного судопроизводства Российской империи в качестве отдельной стадии возбуждение уголовного дела не предусматривал. Так, ст. 303 гласила: «Достаточным поводом к начатию следствия почитаются жалобы -и ни судебный следователь, ни прокурор не могут отказать в этом лицу, потерпевшему от преступления или проступка»13. Но уже тогда ряд ученых высказывались о необходимости выделения в качестве самостоятельной стадии возбуждения уголовного дела. Например, С. И. Виктор-ский указывал, что «возбуждение уголовного преследования - это такой акт в процессе, которым доводится до сведения судебной власти о совершении преступного факта, указывается вероятный виновник сего деяния и предъявляется требование расследовать дело. Таким образом, возбуждение уголовного преследования, с одной стороны, не сливается с началом предварительного следствия, так как последнего по некоторым делам и не бывает и так как лица, ведущие предварительное следствие и возбуждающие уголовное преследование, могут не совпадать; с другой стороны - возбуждение уголовного преследования не равносильно и простому заявлению о совершении преступления, ибо такое заявление еще не обязывает непременно начать расследование дела»14.

Сегодня некоторые процессуалисты предлагают упразднить стадию возбуждения уголовного дела. Ю. В. Деришев, проводя обстоятельный анализ стадии возбуждения уголовного дела, исходит из того, что рассмотрение и проверка заявлений и сообщений о преступлении - это не более чем начальный момент предварительного расследования. Автор даже считает стадию возбуждения уголовного дела «реликтом социалистической законности»15, с чем трудно согласиться. Б. Я. Гаврилов отмечает, что поступивших заявлений о преступлениях гораздо больше, чем возбужденных на основании их проверки уголовных дел. Поэтому, по его мнению, редкое возбуждение уголовных дел по заявлениям и сообщениям граждан ограничивает право граждан на доступ к правосудию

и снижает эффективность деятельности правоохранительных органов в борьбе с преступностью. Соответственно Б. Я. Гаврилов считает, что необходимо упразднить стадию возбуждения уголовного дела16. За ее упразднение выступают и другие процессуалисты17.

Действительно, во-первых, большая часть заявлений граждан с просьбой о возбуждении уголовного дела не содержит основания для его возбуждения, а во-вторых, указанные в заявлении или сообщении обстоятельства не подтверждаются при проверке, что влечет отказ в возбуждении уголовного дела. В данном случае вести речь о том, что граждане должны привлекаться к уголовной ответственности за заведомо ложный донос, не всегда уместно, по-

Возбуждение уголовного дела по каждому заявлению или сообщению без их проверки имело бы крайне негативные последствия

скольку гражданин, не имея юридического образования, порою интерпретирует события по-своему и выдает желаемое за действительное. Не каждое обращение может служить началом производства по делу, именно поэтому мы считаем стадию возбуждения уголовного дела необходимой.

Возбуждение уголовного дела по каждому заявлению или сообщению без их проверки имело бы крайне негативные последствия. Отвлекать следственные органы на расследование поспешно возбужденных уголовных дел без серьезных оснований - значит ослаблять возможности качественного расследования уголовных дел.

В мировом уголовном судопроизводстве, например в романо-германской (континентальной) и англосаксонской правовых семьях, данный институт уголовного судопроизводства не является характерным атрибутом производства по уголовному делу. Кроме того, «в ряде стран бывшего СССР законодатели отказались от возбуждения уголовного дела как самостоятельной стадии уголовного процесса. Представляется, что основной причиной такого решения послужило стремление усилить состязательные элементы производства, а главное - ускорить его и исключить дублирование процессуальных действий.»18.

Например, согласно ст. 369 Уголовно-процессуального закона Латвии поводом к началу уголовного процесса является представление следственному учреждению, прокуратуре или суду сведений, которые указывают на возможное совершение преступного деяния, или получение

ОБРАЗОВАНИЕ ПРАКТИКА НАУКА

этих сведений учреждением, ответственным за ход уголовного процесса. Таким образом, Уголовно-процессуальный закон Латвии не предусматривает доследственную проверку в уголовном процессе.

В УПК Молдовы начало производства по уголовному делу регламентирует ст. 274 «Начало уголовного преследования», в ч. 1 которой указывается: «Орган уголовного преследования или прокурор, осведомленный в порядке, предусмотренном статьями 262 и 273, в 30-дневный срок распоряжается посредством постановления о начале уголовного преследования в случае, если из акта осведомления или констатирующих актов вытекают разумные подозрения в совершении преступления и отсутствуют какие-либо обстоятельства, исключающие уголовное преследование, уведомив об этом лицо, осуществившее осведомление, или соответствующий орган». В данной норме акцент делается на феномене «разумных подозрений в совершении преступления». Доследственная проверка также не предусмотрена.

То же следует из анализа УПК Украины, в ч. 1 ст. 214 которого сказано: «Следователь, прокурор безотлагательно, но не позднее 24 часов после подачи заявления, сообщения о совершенном уголовном преступлении или после самостоятельного выявления им из любого источника обстоятельств, которые могут свидетельствовать о совершении уголовного преступления, обязан внести соответствующие сведения в Единый реестр досудебных расследований и начать расследование. Следователь, который будет осуществлять досудебное расследование, определяется руководителем органа досудебного расследования».

При рассмотрении подобного элиминирования стадии возбуждения уголовного дела в уголовном производстве указанных стран возникает вопрос: каковы основания для начала производства по уголовному делу? Это «сведения, содержащие разумные подозрения», «сведения о возможном преступлении», «обстоятельства, свидетельствующие о преступлении» или что-то иное? На наш взгляд, речь идет о фактических данных, которые имеют вероятный характер и позволяют лишь выдвинуть предположение о совершении преступления.

Думается, что апологеты исключения стадии доследственной проверки к тому же считают, что стадия возбуждения уголовного дела с присущим ей механизмом проверки сообщений и заявлений о преступлении отвлекает следователя от его основной работы. Например, по мнению С. А. Шейфера, следователю приходится исследовать обстоятельства, свидетельству-

ющие не о преступлении, а об административном правонарушении, нарушении норм морали и т. д.19 Этого можно избежать, если в нормах, регламентирующих начальную стадию уголовного судопроизводства, не будет содержаться указаний на возможность выдвижения каких-либо субъективных предположений и версий относительно признаков преступления, изложенных в заявлении. К моменту предварительного расследования (началу производства по уголовному делу) следователь или дознаватель согласно ст. 140 УПК РФ должен иметь сведения о наличии признаков преступления, содержащиеся в заявлении. Установление же признаков преступления и отделение их от признаков, не содержащих состава преступления, должно происходить на стадии доследственной проверки - стадии возбуждения уголовного дела.

Мы считаем, что если в ходе проведения проверки по заявлению гражданина не усматриваются признаки преступления и соответственно отсутствуют основания для возбуждения уголовного дела, в возбуждении уголовного дела следует отказать. Если же в заявлении или сообщении описаны конкретное преступление и его признаки, но факт его совершения нуждается в проверке, следует возбуждать уголовное дело, после чего следственным путем выявить, насколько достоверным является сообщение. Соответственно если нет оснований отказывать в возбуждении уголовного дела, его нужно возбудить, и только в процессе предварительного расследования, при установлении конкретных обстоятельств, можно его прекратить. Другими словами, задачей рассматриваемой стадии нельзя считать бесспорное установление факта совершения преступления, т. е. выявление на уровне достоверности всех субъективных и объективных элементов состава преступления, ибо это задача последующей стадии предварительного расследования.

В подтверждение сказанного еще раз сошлемся на ч. 2 ст. 140 УПК РФ: основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления, а вовсе не на его состав, что ограничивает цель стадии получением лишь вероятного, а не достоверного знания о совершении преступления. «Установление признаков преступления отнюдь не равнозначно достоверному установлению состава преступления, поэтому обоснованное возбуждение уголовного дела вполне совместимо с выявлением в последующем факта отсутствия события или состава преступления и вслед за этим прекращением дела, которое должно оцениваться не как „брак в работе следователя", а как закономерный

результат расследования»20. Установление виновности лиц, совершивших преступление, и всех остальных обстоятельств, подлежащих доказыванию, всегда составляло задачу стадии предварительного расследования.

Можно утверждать, что для возбуждения уголовного дела достаточно располагать вероятным знанием - обоснованным предположением о том, что преступление произошло в действительности. В подтверждение сказанному отметим, что познавательная задача стадии возбуждения уголовного дела, в отличие от познавательных задач последующих стадий, ограничена и сводится только к выявлению достаточных данных, указывающих на признаки преступления (ч. 2 ст. 140 УПК РФ). Под признаками преступления следует понимать черты деяния (главным образом, его объективной стороны), которые позволяют предположить, что это деяние имело место и является преступным. Достаточными же можно считать данные, позволяющие выдвинуть такое предположение.

Справедливости ради нужно указать, что в настоящее время не все процессуалисты негативно относятся к стадии возбуждения уголовного дела. Так, А. А. Давлетов и Л. А. Кравчук, на наш взгляд, совершенно верно полагают, что отказ от стадии возбуждения дела оправдывает состязательный уголовный процесс, когда досудебное производство осуществляется внесудебными, полицейскими средствами, между тем как отечественное производство остается публично-розыскным. Поэтому «возбуждение уголовного дела объективно занимает в нем место стадии, исполняя роль необходимого фильтра, предшествующего предварительному рас-следованию»21.

Приведем главные доводы в пользу сохранения доследственной проверки:

во-первых, ее проведение поможет отграничить с помощью экспертизы случаи смерти людей при невыясненных обстоятельствах от криминальных событий, чтобы, исключив последнее, предотвратить необоснованное возбуждение дел и напрасную трату сил органов расследования;

во-вторых, в ходе проверки выявляется, не относится ли заявление к делам частного или частно-публичного обвинения;

в-третьих, на стадии возбуждения уголовного дела определяется подследственность возбуждаемого дела соответствующему органу расследования в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления, что позволит исключить в отношении некоторых лиц уголовное преследование;

в-четвертых, стадия возбуждения уголовного дела служит «фильтром», препятствующим

дублированию работы различных правоохранительных органов.

Сегодня возбуждение уголовного дела является отдельной стадией уголовного процесса и при этом самостоятельным институтом, который имеет свои структуру, задачи, методы и участников. В УПК РФ должны быть сформулированы задачи для властных участников уголовного процесса на каждой его стадии22.

Задачами стадии возбуждения уголовного дела являются, во-первых, выявление наличия либо отсутствия условий для осуществления уголовно-процессуальной деятельности по уголовному делу (данные о признаках преступлений, предусмотренных УК РФ); во-вторых, установление оснований, которые при определенных обстоятельствах могут исключать производство по уголовному делу (основания об отказе в возбуждении уголовного дела либо в прекращении возбужденного уголовного дела). В силу принципа публичности уголовно-процессуальных отношений правом принятия соответствующего процессуального решения на стадии возбуждения уголовного дела в пределах своей компетенции обладают участники

Для возбуждения уголовного дела достаточно располагать вероятным знанием -обоснованным предположением о том, что преступление произошло в действительности

уголовного судопроизводства со стороны обвинения, т. е. те участники, которые осуществляют уголовное преследование в процессе производства по уголовному делу. Кроме того, в силу особых обстоятельств (совершения преступления в местности, которая расположена в значительном удалении от органов дознания, и т. д.) право на принятие процессуального решения о возбуждении уголовного дела и вынесение соответствующего постановления принадлежит и некоторым должностным лицам, перечисленным в ч. 3 ст. 40 УПК РФ.

Стадия возбуждения уголовного дела состоит из ряда действий и решений, связанных с проверкой уголовно-правовых и уголовно-процессуальных предпосылок, обязывающих принять соответствующее процессуальное решение. Все эти действия и решения составляют определенный процесс, состоящий из некоторых этапов23. Мы выделяем следующие этапы:

1) получение заявления (сообщения) о факте совершения преступления либо обнаружения надлежащим субъектом государственного органа признаков состава преступления в определенном деянии;

ОБРАЗОВАНИЕ ПРАКТИКА НАУКА

2) надлежащее процессуальное оформление полученного заявления (сообщения);

3) проверка полученной информации с использованием уголовно-процессуальных и иных не запрещенных законодательством технологий;

4) принятие основанного на законодательстве, мотивированного решения по факту заявления (сообщения);

5) в случае возбуждения уголовного дела - определение подследственности органа или должностного лица, которое в дальнейшем будет осуществлять уголовное судопроизводство;

6) уведомление заинтересованных лиц о принятом по материалу проверки решении.

Именно на стадии возбуждения уголовного дела создаются предпосылки для производства

следственных и иных процессуальных действий, определяются механизм собирания доказательств и возможность применения мер уголовно-процессуального принуждения,

а также возможность использования в уголовном судопроизводстве результатов оперативно-розыскной деятельности

Полагаем, что значение стадии возбуждения уголовного дела состоит в том, что она предопределяет судьбу уголовного дела и всей процессуальной деятельности, связанной с расследованием уголовного дела и рассмотрением его в суде по существу. Именно механизм данной стадии позволяет исключить необоснованное уголовное преследование в отношении лиц, не причастных к совершенному преступлению. Более того, именно на стадии возбуждения уголовного дела создаются предпосылки для производства следственных и иных процессуальных действий, определяются механизм собирания доказательств и возможность применения мер уголовно-процессуального принуждения, а также возможность использования в уголовном судопроизводстве результатов оперативно-розыскной деятельности (далее - ОРД).

Завершая разговор об исследуемой стадии уголовного судопроизводства, нельзя не коснуться использования результатов ОРД в уголовном процессе. Согласно ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее - Закон об ОРД) результаты ОРД могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела. Также в силу ч. 1 ст. 140, ч. 1 ст. 146 УПК РФ наличие повода служит непременным условием возбуждения уголовного дела. Часть 2 ст. 11 Закона об ОРД

свидетельствует о важности результатов ОРД для уголовного судопроизводства на стадии возбуждения уголовного дела.

Поскольку результаты ОРД, полученные как в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, так и в результате реализации дел оперативного учета, могут служить поводом к возбуждению уголовного дела, считаем необходимым дополнить содержащийся в ч. 1 ст. 140 УПК РФ перечень поводов результатами ОРД.

Кроме того, мы убеждены в необходимости регламентации процессуального статуса заявителя, которого следует наделить определенными правами и обязанностями. Считаем, что реализация нашего предложения не может противоречить сущности уголовного производства, так как возбуждение уголовного дела является самостоятельной стадией уголовного судопроизводства, имеющей свою структуру, методы, задачи и участников (в число последних, по нашему мнению, входит и заявитель).

1 Жеребятьев И. В. Личность потерпевшего в современном уголовном судопроизводстве России. Оренбург, 2004. С. 71.

2 Картохина О. А. Начало и прекращение уголовного преследования следователями органов внутренних дел: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2003. С. 12.

3 Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства: в 2 т. / под ред. А. В. Смирнова. СПб., 1996. Т. 2. С. 25.

4 Чебышев-Дмитриев А. Русское уголовное судопроизводство. По судебным уставам 20 ноября 1864. Спб., 1875. Цит. по: Емелькина Н. Л. Уголовное преследование по заявлению коммерческой или иной организации // Профессионал. 2001. № 4. С. 17-18.

5 Зинатуллин З. З., Зинатуллин Т. З. Общие проблемы обвинения и защиты по уголовным делам. Ижевск, 1997. С. 6-7; Прокурорский надзор в Российской Федерации / под ред. В. И. Рохлина. СПб., 2000. С. 25; Овсянников И. В. Согласование с прокурором постановления о возбуждении уголовного дела // Уголовный процесс. 2006. № 5. С. 18-28.

6 Строгович М. С. Уголовный процесс. М., 1946. С. 253-254.

7 Строгович М. С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе. М., 1951. С. 60-66, 119.

8 Тарасов-Родионов П. И. Предварительное следствие. М., 1948. С. 43-44; Голунский С. А. Принципы и особенности советского военно-уголовного процесса // Учен. тр. ВИЮН. М., 1946. Вып. VIII. С. 84-85.

9 Кони А. Ф. Избранные произведения. М., 1959. Т. 2: Воспоминания. С. 401.

10 Вейнингер О. Пол и характер / пер. с нем. В. О. Лихтенштадт. М., 2012. С. 201.

11 Фаткуллин Ф.Н. Советский уголовный процесс: лекции. М., 1960. Вып. 3: Возбуждение дела в советском уголовном процессе. С. 4.

12 Уголовно-процессуальное право. Актуальные проблемы теории и практики: учеб. для магистров / под ред. В. А. Лазаревой, А. А. Тарасова. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2013. С. 189-190.

13 Викторский С. И. Русский уголовный процесс. М., 1912. С. 235.

14 Там же.

15 Деришев Ю. В. Концепция уголовного досудебного производства в правовой доктрине современной России. Омск, 2004. С. 179-197.

16 Гаврилов Б. Я. Современные проблемы досудебного производства и меры по их разрешению // Рос. следователь. 2013. № 21. С. 7; Гаврилов Б. Я. Уголовно-процессуальное законодательство в современных условиях: проблемы теории и практики: сб. ст. М., 2010. С. 16.

17 Волынский А. Ф., Волынский В. В. Новый УПК Украины - ответ на вызовы современной преступности или..? // Рос. следователь. 2013. № 5. С. 40; Головко Л. В. Казахстан. Десоветизация уголовного процесса. Статья 1. Отказ от возбуждения уголовного дела // Уголовное судопроизводство. 2011. № 4. С. 10-13; Кру-

гликов А. П. Нужна ли стадия возбуждения уголовного дела в современном уголовном процессе России // Рос. юстиция. 2011. № 6. С. 56-58.

18 Шейфер С. А. Собирание доказательств по уголовному делу: проблемы законодательства, теории и практики: моногр. М., 2015. С. 28.

19 Там же. С. 29.

20 Шейфер С. А. Трансформация стадии возбуждения уголовного дела в связи с применением ФЗ-23 от 4 марта 2013 г. // Вектор науки ТГУ. Сер.: Юридические науки. 2014. № 2. С. 161.

21 Давлетов А. А., Кравчук Л. А. Стадия возбуждения уголовного дела - обязательный этап современного отечественного уголовного процесса // Рос. юрид. журн. 2010. № 6. С. 114-120.

22 Середнев В. А. Разграничение понятий назначение, цели и задачи уголовного судопроизводства, их место в процессе // Науч. альманах. 2015. № 8. С. 1302.

23 Уголовно-процессуальное право: учеб. для бакалавриата и магистратуры / под общ. ред. В. М. Лебедева. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2015. С. 432.