Субъективное экономическое благополучие как предиктор субъективного качества жизни

ОРИГИНАЛЬНЫЕ СТАТЬИ

УДК 159.9

субъективное экономическое благополучие как предиктор субъективного качества жизни

В.А. ХАЩЕНКО* Российский гуманитарный научный фонд, Москва

Излагаются теоретические и эмпирические результаты исследования проблемы влияния субъективного экономического благополучия на оценку удовлетворенности жизнью. Выявлены эффекты его позитивного влияния и их возрастание по мере роста удовлетворенности жизнью. Оценка общего благосостояния семьи выступает независимым фактором общей удовлетворенности жизнью, и ее влияние носит восходящий характер. Подтверждена гипотеза о ведущей роли экономической идентичности и субъективной значимости материальных ценностей в качестве психологических модераторов влияния субъективного экономического благополучия на удовлетворенность жизнью.

Ключевые слова: субъективное экономическое благополучие, субъективное качество жизни, удовлетворенность жизнью.

Введение

Проблема детерминации субъективного качества жизни (СКЖ), или субъективного благополучия, является одной из ключевых в современной науке. В теоретическом аспекте она предполагает определение составляющих СКЖ и характера их взаимосвязей, роли ее внешних (объективных) и внутренних (психологических) предикторов. В практическом плане наиболее значимыми факторами выступают вопросы операционализации и измерения сКЖ, поиск наиболее надежных индикаторов и методов их измерения. Приоритетной в силу ее научной нерешенности и политической актуальности представляется проблема детерминации сКЖ со стороны материальных условий жизни. связь между доходами и сКЖ является одним из самых

© Хащенко В.А., 2011

* Для корреспонденции:

Хащенко Валерий Александрович

кандидат психологических наук, доцент,

начальник отдела Российского гуманитарного

научного фонда

Тел.: 8 (499)-702-28-571

E-mail: Valery.Khashchenko@gmail.com

обсуждаемых вопросов в литературе по субъективному качеству жизни. Основной и самый спорный вопрос - роль доходов в индивидуальном благополучии. Приносят ли деньги счастье, можно ли за деньги купить счастье или нет? Чувствуют ли люди себя благополучнее, счастливее по мере роста уровня их жизни?

Экономическая и психологическая отрасли науки более 40 лет пытаются дать согласованный и однозначный ответ на эти вопросы. Проведено значительное число исследований на индивидуальном, групповом, национальном и межгосударственном уровнях. Главные итоги исследований можно свести к следующим трем положениям (первые два противоречивы, а третье носит полемический характер). Во-первых, прямая связь между объективным экономическим благосостоянием (чаще доходом) и СКЖ оказалась очень слабой - от 2 до 5% изменений субъективного благополучия объяснялось ростом дохода. В бедных странах или среди бедных людей в богатых странах корреляция между доходом и удовлетворенностью жизнью выше, чем для богатых стран и людей. это говорит о том, что увеличение доходов значительно

повышает благополучие до определенного порогового уровня, после которого дальнейший рост доходов улучшает индивидуальное благополучие несущественно. Одновременно многие признают, что эти результаты не следует интерпретировать так, что экономическое благополучие нерелевантно СКЖ за пределами определенного уровня. Во-вторых, эта связь носит неустойчивый характер в силу ее высокой опосредованности со стороны психологических и социально-структурных переменных. В-третьих, «картина» влияния дохода на скЖ на индивидуальном и национальном уровнях также парадоксальна. Например, ведется полемика относительно справедливости парадокса Р. Истерлина [18, 19], который заключается, в том, что люди с более высокими доходами чаще более счастливы, однако при анализе уровня счастья между странами его увеличение не фиксируется по мере роста национального дохода на душу населения. В то же время может наблюдаться обратная картина -корреляция между переменными на межгосударственном уровне часто находится в диапазоне значений 0,60-0,70, тогда как внутри страны принимает существенно более низкие значения [12, 14]. Таким образом, деньги могут повышать субъективное благополучие, когда их смысл в том, чтобы преодолеть бедность, но счастье мало зависит от дохода, когда он выше определенной черты, то есть больше, чем реальные материальные запросы человека.

Вывод о слабой или несуществующей связи между доходом и благополучием стал главным парадоксом в научной литературе. Несколько поколений ученых в гуманитарных науках выражают широкую поддержку идеи уменьшения психологической значимости (полезности) дохода относительно счастья. Вместе с тем объективный достаток все-таки является очень значимым фактором субъективного благополучия человека [25, 33]. В исследовании, анализирующем национальные различия в причинах благополучия на основе резуль-

татов опроса населения 97 стран мира за период 2005-2007 гг., установлено, что благосостояние выступает ведущим предиктором оценок людьми удовлетворенности жизнью, а бедность, главным образом, связана с переживаниями ими несчастья [36]. В противоположность результатам, полученным в условиях стабильной социальной структуры общества, в последние годы зафиксировано, что в странах с трансформирующейся экономикой, характерной особенно для бывших социалистических стран Восточной Европы и России, доход позволяет достигать или даже, по образному выражению, «покупать» счастье [25]. исследования показывают, что эффекты влияния дохода на скЖ в этих странах существенно отличаются от стабильных стран Западной Европы и Америки. Разница заключается в наличии более устойчивой и сильной зависимости скЖ от уровня доходов [20]. По мнению большинства специалистов, проблема причин субъективного благополучия, рассматриваемая в контексте благосостояния, особенно актуальна для «небогатых» стран. В России как государстве с невысокими доходами у большей части населения деньги являются очень существенным элементом жизненной сферы [1, 22], а экономическое благополучие выступает ведущим компонентом в структуре субъективного качества жизни различных групп населения и, в первую очередь, молодого поколения как наиболее восприимчивого к идеалу материального преуспевания [4].

В целом интерес в науке к проблеме детерминации скЖ со стороны материальных аспектов жизни не ослабевает, о чем свидетельствуют проводимые в последние годы масштабные исследования [8, 15, 28, 29]. Внимание к «экономике» счастья также отражается в росте числа публикаций в базовых экономических журналах, посвященных проблемам субъективного благополучия и его объективных детерминант, таких как бедность, временная утрата трудоспособности, безработица, потеря социальных

связей и др. [17]. В недавно опубликованной работе, на основе первого репрезентативного мирового опроса, проведенного службой Гэллапа, делается вывод о том, что влияние материальных аспектов жизни существенно, но ограничено определенными формами благополучия, теми, которые отражают суждения людей о жизни, в сравнении с той, какой она могла бы быть согласно их идеалу. В целом связь логарифма дохода с субъективным благополучием носит линейный характер, а с реальным доходом - эта зависимость криволинейная, что указывает на снижение эффектов влияния при высоких его значениях [16].

В последнее время исследователи все чаще обращаются к изучению влияния субъективных оценок благосостояния (чаще всего удовлетворенности доходом) на СКЖ в силу заметных различий в связях объективных и субъективных измерений экономического благополучия с общей удовлетворенностью жизнью [5, 9]. В исследованиях, проведенных в ряде стран Европы, России, а также Латинской Америки, найдено, что оценка человеком собственного материального благосостояния, прежде всего, дохода, является важным критерием восприятия жизни в целом и объясняет значительную часть вариаций общей удовлетворенности жизнью [1, 22, 23, 47]. Например, для России обнаружено, что удовлетворенность доходом более тесно связана с скЖ и обычно имеет более высокий коэффициент регрессии по наиболее значимым доменам жизни, чем реальный доход [22, 41, 42, 43]. На основе результатов лонгитюдного исследования в России за период 1996-2000 гг. установлено, что изменения в реальных семейных доходах объясняют до 10% изменений общей удовлетворености жизнью; при этом в отдельные годы это влияние может быть еще выше - до 30% [25]. Результат дифференцированного влияния также зафиксирован в сравнительном исследовании, осуществленном в странах Восточной Европы [27]. В целом для большинства государств

с переходной экономикой обнаружено, что, несмотря на имеющиеся между ними различия, коэффициент корреляции между СКЖ и субъективными индикаторами благосостояния во всех случаях достаточно высок. Это означает, что субъективные оценки экономического благополучия существенно обуславливают общий уровень субъективного благополучия, а также выступают в роли медиатора, опосредующего влияние дохода и СКЖ [20, 27]. Субъективные оценки не являются простым отражением (или слепком) материальных условий жизни. Корреляция между объективным и субъективным экономическим статусом оказывается позитивной, но достаточно слабой [6, 38, 39]. Правда, эти данные были получены в основном в экономически стабильных странах. Яркие примеры, указывающие на несоответствие объективных и субъективных оценок благосостояния, связаны с состояниями высокой удовлетворенности («парадокс удовлетворенности») и неудовлетворенности жизнью («дилемма неудовлетворенности»), обнаруживаемыми соответственно на уровне бедности и в привилегированных экономических условиях жизни [48]. Поэтому причины неоднозначной связи между материальным достатком и субъективным экономическим благополучием человека нужно искать в самой природе последнего - оно определяется в терминах внутреннего опыта человека. Именно отношение к собственному материальному положению, включающее в себя ценностно-смысловые, потребнос-тно-мотивационные, эмоционально-оценочные характеристики, и определяет роль и значение материального достатка в жизни человека. это явление мы определяем как субъективное экономическое благополучие (СЭБ).

В аппарат психологической науки понятие «субъективное экономическое благополучие» вошло благодаря работам Б. Стрюмпела (Strumpel В., 1974) [44] и Э. Кэмпбела (Campbell А., 1974) [6]. Оно определялось как результат социального срав-

нения фактического экономического статуса человека с его притязаниями, потребностями и восприятием собственного положения [44] или с финансовой ситуацией у референтных (типичных, подобных или авторитетных) лиц [6]. СЭБ часто обозначают как признак общего субъективного благополучия человека, или СКЖ, который непосредственно связан с деньгами и материальными средствами [1, 11, 14, 26, 37, 45]. В качестве его индикаторов рассматривают удовлетворенность доходом и стандартом жизни, справедливость распределения дохода и ожидания его изменений [44], недавние изменения дохода, финансовую ситуацию типичного представителя населения [6], оценку финансовой безопасности и независимости [26], удовлетворенность трудом, потреблением, системой экономико-политической организации общества [37] и социальные сравнения [1]. Однако все перечисленные выше характеристики можно рассматривать лишь как перечень отдельных показателей (элементов) субъективного экономического благополучия. Их структура и вклад в интегральный уровень сэБ остаются неизвестными. обращает внимание полное отсутствие в существующих моделях сэБ аффективных составляющих. В то же время эмоциональные переживания человека относительно собственной материальной обеспеченности играют значительную роль в его удовлетворенности материальными аспектами жизнью.

Заметим, что исследование субъективных экономически ориентированных предикторов скЖ, таких как сэБ, рассматривается в настоящее время в науке как очень перспективное направление в силу более высокой определенности субъективных измерений по сравнению с объективной оценкой реального (или относительного) дохода. Некоторые авторы полагают, что при использовании понятия субъективного экономического благополучия существует меньше методических и методологических проблем, чем при традиционных

исследованиях общего субъективного благополучия или счастья [13, 27]. С другой стороны, это понятие фиксирует тесную связь между объективными и субъективными измерениями благополучия, что позволяет рассматривать его как важный шаг на пути интеграции усилий экономики и психологии (экономических и психологических переменных) в оценке СКЖ человека [13, 24].

Проблема влияния СЭБ как целостного феномена на СКЖ до сих пор изучена недостаточно. В исследованиях показано, что оно выступает важным предиктором СКЖ, а его влияние дифференцировано в зависимости от его составляющих (Угланова Е.А., 2003) [1]. Совокупное влияние субъективных экономических предикторов определялось в пределах 27% вариаций общей оценки удовлетворенности жизнью и 19% - оценок счастья. Выявлено, что среди составляющих СЭБ наилучшим предиктором удовлетворенности жизнью выступает оценка удовлетворенности доходом. С другой стороны, существует незначительное число научных фактов и понимания, почему субъективное экономическое благополучие связано с субъективным качеством жизни. Широко известны две теории, объясняющие причинный характер этой связи: теории нисходящего или восходящего влияний. Согласно первой - общая оценка удовлетворенности жизнью определяет оценку ее основных подструктур, согласно второй - наоборот, оценка удовлетворенности частными доменами жизни (семьей, работой, финансовым положением и т.д.) обуславливает общую удовлетворенность жизнью. Большинство исследователей считает, что это влияние имеет преимущественно нисходящий характер [28], однако некоторые полагают, что отношения между ними носят взаимный характер - причина и следствие могут меняться местами [7].

В настоящем исследовании мы ставили задачу дать ответы на несколько фундаментальных вопросов о связях субъективного

экономического благополучия и удовлетворенности жизнью.

Первый ответ связан с предположением, существует ли дифференциация влияния СЭБ на СКЖ в зависимости от уровня удовлетворенности жизнью. Результаты уже проведенных исследований фокусировали свое внимание исключительно на общих закономерностях. Хотя уже известно, что влияние дохода на повышение или понижение удовлетворенности жизнью нужно рассматривать как отдельные конструкты [10]. При этом максимальный эффект зафиксирован при низком уровне доходов. Относительно влияния субъективного экономического благополучия подобных исследований не проводилось.

Второй ответ включает в себя изучение синергетического эффекта совместного влияния дохода и СЭБ, так же, как и их сравнительного вклада в оценку общей удовлетворенности жизнью.

Третий ответ предполагает существование медиаторов, опосредующих взаимосвязь СЭБ и СКЖ. Ранее было обнаружено, что эта связь может быть опосредована гендерными и возрастными факторами [1]. В данной работе исследовались, помимо социально-демографических переменных (возраста, пола, уровня образования, типа домохозяйства), также роль психологических характеристик личности - материальных ценностей и экономической идентичности как возможных опосредующих факторов. Мы искали ответ на вопрос: приводит ли высокая значимость материальных ценностей к росту зависимости удовлетворенности жизнью от субъективного экономического благополучия или на характер этой связи влияют особенности отнесения человека к определенной категории населения? И, наконец, анализировалось предположение, может ли сам доход выступать медиатором влияния СЭБ и СКЖ.

И последний, четвертый ответ на вопрос, является ли постоянной связь между СЭБ и СКЖ в разные временные периоды жизни человека, стабилен ли ее

уровень? Если она варьирует, то можно ли предположить существование опосредующего влияния ситуационного социально-экономического контекста, характерного для конкретного временного среза.

Заметим, что анализ взаимосвязи СЭБ и СКЖ актуален также в контексте поиска ответа на фундаментальный вопрос о природе связи между общей глобальной оценкой жизни и оценками в отдельных ее областях, таких как здоровье, семья, работа, финансы и т.д.

Гипотеза исследования. Нами было высказано предположение о существенности позитивного влияния СЭБ и СКЖ и его возрастании по мере роста удовлетворенности жизнью. при этом такой компонент СЭБ, как оценка общего благосостояния семьи, выступает независимым фактором общей удовлетворенности жизнью, и его влияние носит восходящий характер.

Методика

Выборка. Выборку составили 457 человек (от 17 лет до 55 лет), из них: 211 мужчин, средний возраст 31,5 ^Б=9,20), и 246 женщин, средний возраст 31,5 ^Б=9,84). она включала в себя респондентов разного уровня образования, состоящих (48,1%) и не состоящих (51,9%) в браке, представителей разных социальных групп населения (служащих, пенсионеров, работников негосударственных организаций, военных и студентов).

Субъективное качество жизни. В настоящей статье термины «субъективное качество жизни» и «субъективное благополучие» рассматриваются как синонимичные понятия. общая удовлетворенность жизнью анализируется как ключевой индикатор СКЖ. Для ее измерения использовалась Шкала удовлетворенности жизнью [4]. Данная методика предполагает оценку удовлетворенности жизнью по 22 наиболее значимым аспектам жизни на основе порядковой шкалы Лайкерта, а также возможность оценки удовлетворенности жизнью

в отдельных ее областях (доменах): семья, межличностные отношения, персональные потребности, личная безопасность, социально-экономические условия жизни и др. Сырые баллы общей оценки переводились в стандартную процентную шкалу с диапазоном значений от нуля до 100% по формуле: («сырой» балл по шкале - 1 / число пун-

ктов шкалы - 1) X 100 [9]. В соответствии с полученными результатами и данными европейских исследований [9] вся выборка была разбита на 5 групп по уровню общей удовлетворенности жизнью: низкий, ниже среднего, средний, выше среднего, высокий (табл. 1).

Таблица 1

Значения общей удовлетворенности жизнью в зависимости от ее уровня

Уровень СКЖ Среднее значение N Стандартное отклонение Диапазон значений

Низкий 29,3 33 8,3 0-37

Ниже среднего 42,2 86 2,4 38-45

Средний 54,8 218 5,1 46-64

Выше среднего 69,9 87 4,4 65-77

Высокий 85,6 33 4,7 78-94

В целом по выборке 55,0 457 13,9 0-110

Субъективное экономическое благополучие. Это понятие определяется нами как интегральный психологический показатель жизни человека, который выражает отношение человека к материальным аспектам жизни и его жизненную позицию в сфере материальных устремлений и потребления. Для его измерения использовался разработанный нами опросник [3]. Опросник включает в себя интегральную шкалу уровня СЭБ и пять субшкал:

1. Экономический оптимизм/пессимизм. Обобщенный показатель оптимистической или пессимистической оценки внешних и внутренних условий роста материального благополучия, который основывается на оценках изменения собственной экономической ситуации, а также ожиданий благоприятности изменений экономических условий в стране.

2. Текущее благосостояние семьи. Обобщенный показатель оценки уровня благосостояния семьи и удовлетворенности материальным и финансовым положением.

3. Субъективная адекватность дохода. Обобщенный показатель, который складывается из оценок степени соответс-

твия дохода удовлетворению потребностей в независимости, материальном благополучии, самореализации и безопасности.

4. Финансовая депривированность. Обобщенный показатель, который базируется на оценках степени субъективного достатка или недостатка финансовых средств, осознании наличия финансовых ограничений.

5. Экономическая тревожность (финансовый стресс). Обобщенный показатель, который основывается на оценке выраженности негативных эмоциональных состояний в связи с финансовыми и материальными проблемами, беспокойства за материальное положение в будущем, потребности в увеличении дохода.

Социально-демографические предикторы. С помощь анкетного опроса в исследовании оценивались следующие показатели: пол, уровень образования (среднее, незаконченное высшее и высшее образование), тип домохозяйства - совместное с родителями (40,2%) и отдельное от них домохозяйство (59,8%), а также брачный статус и наличие или отсутствие детей. В зависимости от опыта экономической и

политической социализации выборка была дифференцирована на 5 возрастных групп: рожденные до 1969 г. (123 чел.), между 1969-1975 гг. (109 чел.), 1976-1980 гг. (102 чел.), 1981-1985 гг. (80 чел.) и после 1985 г. (43 чел.).

Экономические предикторы. В качестве экономических предикторов рассматривались реальный и относительный индивидуальный доход. Размер реального дохода определялся как величина среднего ежемесячного семейного дохода, оцениваемая в долларах США. Относительный доход обычно оценивается с помощью стандартизации реального индивидуального дохода внутри страны [16] или через его соотнесение с неким нормативным показателем, например, чертой бедности [38]. Однако в нашем случае применение такого подхода было затруднено из-за отсутствия достоверных нормативных показателей доходов населения в россии вследствие политической ангажированности их расчета. Поэтому для оценки относительного дохода применялся разработанный нами прием сравнения реального дохода респондента с субъективно определяемым им самим стандартом благосостояния. респондентам было предложено указать размер дохода, который, по их мнению, соответствует их представлениям о черте бедности. Величина относительного дохода определялась как мера превышения (в количестве раз) размера индивидуального дохода границы субъективной бедности.

Психологические предикторы. Психологические предикторы включали в себя показатели субъективной значимости материальных ценностей («собственности» и «богатства») и экономической идентичности. Значимость материальных ценностей определялась посредством ранжирования 21 ценности (модифицированного списка ценностей рокича) по степени их субъективной важности как целей жизни. Выделены группы респондентов с высокой (70 чел.) и низкой (261 чел.) субъективной

значимостью материальных ценностей. В качестве эмпирического критерия их дифференциации выступил показатель ранга ценности ниже или выше семи.

Экономическая идентичность определялась нами как осознание человеком своей принадлежности к конкретной социальной общности, определяемой по экономическим признакам [2]. В ее основе лежат единые процессы категоризации - социальная идентификация (осознание принадлежности) и дифференциации (осознание различий). В качестве эмпирического критерия экономической идентичности личности был выбран показатель экономической самокатегоризации. респондента просили идентифицировать себя с одной из предложенных экономических категорий населения: очень бедные, бедные, ниже среднего достатка, среднего достатка, обеспеченные, богатые и очень богатые. На рисунке 1 представлены результаты опроса - число опрошенных респондентов, которые считают свой материальный достаток средним, составило 58,4%, низким соответственно - 27,7%, высоким - 13,8%.

58,4

Рис. 1. Самокатегоризация респондентов по экономическим группам населения

Результаты и обсуждение

Обращает внимание достаточно низкий показатель общей удовлетворенности жизнью по выборке (см. табл. 1). В среднем

он равен 55% (при 14% SM). Для сравнения в странах ЕС этот показатель значительно выше 77% (20% SM) [9]. Этот вывод также подтверждается данными первого репрезентативного мирового опроса, проведенного фондом Гэллапа (2005-2006 гг.), согласно которым Россия занимает по показателю удовлетворенности жизнью 56-е место и по социально-психологическому благополучию 72-е место среди 132 стран мира [16]. среди наиболее важных аспектов жизни максимальная удовлетворенность наблюдается в области семейных отношений (65,9%) и отношений в микросреде (63,9%), то есть в зоне социально-психологического благополучия. В то же время самая значительная доля неудовлетворенных жизнью респондентов зафиксирована в области социально-экономического благополучия и личной безопасности - показатели соответственно равны 49,5 и 44,9%. Женщины в целом меньше удовлетворены жизнью, чем мужчины, прежде всего, за счет более низкой удовлетворенности социально-экономическими условиями жизни и личной безопасностью.

Все объективные и субъективные экономические предикторы тесно коррелируют с общей удовлетворенностью жизнью (табл. 2). реальный доход позитивно связан с общей удовлетворенностью жизнью, значительно сильнее, чем относительный доход. эти результаты согласуются с результатами ранее проведенных в России исследований, зафиксировавших более выраженные эффекты влияния реального дохода на СКЖ в странах с трансформационной экономикой в отличие от стабильных стран Западной Европы и Америки [43, 45]. Показатели СЭБ также сильно связаны с удовлетворенностью жизнью. среди них наиболее существенная взаимосвязь оценок удовлетворенности жизнью наблюдалась с общим уровнем сэБ, текущим благосостоянием семьи, экономическим оптимизмом и субъективной адекватностью дохода. субъективная значимость материальных ценностей также коррелирует с общей удовлетворенностью жизнью, а также с благополучием в отдельных ее сферах - социально-экономической, самореализации и безопасности.

Таблица 2

Корреляции между удовлетворенностью жизнью и ее предикторами

Удовлетворенность

Предикторы Общая Социально-экономическими Самореализацией Безопасностью

условиями

Текущее благосостояние семьи 0,57 0,62 0,46 0,42

Финансовая депривированность -0,44 -0,51 -0,29 -0,25

Субъективная адекватность дохода 0,55 0,53 0,55 0,44

Экономическая тревожность -0,30 -0,34 -0,26 -0,20

Экономический оптимизм 0,52 0,49 0,42 0,38

Общий уровень СЭБ 0,60 0,64 0,50 0,42

Доход 0,55 0,64 0,43 0,44

Относительный (черты субъективной бедности) доход 0,19 0,29 - -

Ценность собственности -0,25 -0,24 -0,24 -0,32

Ценность богатства -0,18 -0,17 -0,22 -0,23

Примечание: все корреляции р<0,005

С целью более систематического изучения данных был проведен регрессионный анализ общей удовлетворенности жизнью для всех выделенных предикторов. Его результаты представлены в таблице 3. Общий уровень СЭБ выступает наиболее весомым предиктором общей оценки удовлетворенности жизнью, существенно превышающим эффекты влияния индивидуального дохода как реального, так и относительного. Он объясняет 44% вариаций оценок удовлетворенности жизнью, в то время как суммарный эффект индивидуального дохода (реального и относительного) только

В целом выявленный эффект влияния СЭБ на СКЖ существенно выше, чем ранее полученный в других исследованиях (см. например, Угланова Е.А., 2003 [1]). Согласно результатам указанного исследования, суммарно компоненты СЭБ объясняли около 27% вариаций общей оценки удовлетворенности жизнью. Возможно, что различия связаны с разными сроками проведения исследований и соответственно иной социально-экономической ситуацией в стране, а также особенностями выборок. Не исключено, что их можно объяснить

26%. Отметим, что совокупный вклад социально-демографических характеристик в оценку удовлетворенности жизнью оказался, как и ожидалось, незначительным - 6%, что согласуется с данными других исследований, в том числе проведенных в других странах. Среди составляющих СЭБ в целом по выборке наиболее весомыми предикторами удовлетворенности жизнью выступили: оценка текущего благосостояния семьи (32%), субъективная адекватность дохода (7%) и выраженность экономического оптимизма (3%) относительно ожидаемых изменений уровня благосостояния.

разной содержательной информативностью моделей измерения СЭБ: например, в нашем исследовании ключевым фактором влияния СЭБ на СКЖ выступает общая оценка уровня материального и финансового положения семьи. Дополнительную роль в детерминации играют оценка степени адекватности дохода персональным потребностям человека, а также характер экономических ожиданий относительно благоприятности изменений экономических условий в стране для роста индивидуального благосостояния. В то же время

Таблица 3

Регрессионный анализ общей удовлетворенности жизнью для всех предикторов

Предикторы Коэффициент Beta Стандартная ошибка Beta Коэффициент В Стандартная ошибка В t(203) Уровень значимости

Пол -0,051 0,052 -0,061 0,063 -0,978 0,329

Возраст 0,060 0,078 0,003 0,004 0,762 0,447

Уровень образования -0,085 0,053 -0,050 0,031 -1,606 0,110

Брачный статус -0,018 0,052 -0,015 0,043 -0,338 0,735

Тип домохозяйства 0,042 0,058 0,051 0,070 0,736 0,463

Экономическая самокатегоризация 0,039 0,077 0,046 0,090 0,509 0,611

Наличие детей 0,038 0,064 0,027 0,045 0,592 0,554

Общий уровень СЭБ 0,534 0,068 0,319 0,041 7,848 0,000

Сырой доход 0,271 0,074 0,000 0,000 3,685 0,000

Отно сительный доход(бедность) -0,125 0,058 -0,029 0,013 -2,164 0,032

следует отметить, что несмотря на упомянутые выше количественные и содержательные различия существует сходство в общей направленности выявленных субъективных экономических предикторов СКЖ. Так, в исследовании Е.А. Углановой [1] наиболее информативными предикторами выступили удовлетворенность доходом (14,5%) и ожидания относительно будущих его изменений (11%).

Было проанализировано также совместное влияние дохода и СЭБ как предикторов СКЖ. В целом общий эффект их влияния на удовлетворенность жизнью существенно возрастает по мере роста уровня жизни: с 35% для респондентов с низким (до $400 в месяц) доходом до 69% - с высоким (свыше $1750) уровнем дохода. Изменяется и комбинация их индивидуальных вкладов в детерминацию СКЖ. В группе респондентов с низкими доходами значение дохода как ресурса адаптации практически несущественно (2%). Когда базовые потребности актуальны для человека, например, в случае его бедности, рост дохода не влияет существенно на удовлетворенность жизнью [46]. Ведущую роль в детерминации интегральной оценки жизни играет отношение к материальным условиям жизни и, прежде всего, негативные переживания финансовой депривированности (30%) и экономической озабоченности (4%). В группе с высоким уровнем благосостояния наблюдается реверсия влияния объективных и субъективных индикаторов благосостояния - ведущим предиктором СКЖ становится доход (55%), а роль субъективных оценок экономического благополучия, наоборот, снижается (12%). Это означает, что при высоком уровне благосостояния психологическое значение субъективных оценок экономического положения уменьшается: чем больше человек доволен своим материальным положением, тем выше связь с доходом и тем самым зависимость от него оценок жизни. Возможное объяснение этого факта связано с тем, что высокий доход не только предоставляет больше ресурсов

для удовлетворения потребностей человека, но и выступает критерием успеха в жизни. Косвенным подтверждением этого предположения является корреляция между общей удовлетворенностью жизнью и значимостью ценностей социального признания (-0,27) и делового успеха (-0,15). Таким образом, гипотеза депривации [31, 32] объясняет взаимосвязь субъективного экономического благополучия с оценкой жизни лишь в случае низких доходов. Согласно целевой теории благополучия, материальные ресурсы (деньги) тогда выступают предикторами счастья человека, когда они востребованы им для достижения его специфических целей. Мы полагаем, что высокие нормы потребления, существующие в российском обществе, очень важны для понимания взаимосвязи между доходом и субъективным благополучием, тем самым подчеркивая, что роль психосоциальных процессов в опосредовании связи дохода и удовлетворенности жизнью не сводится только к удовлетворению базовых потребностей.

Стабильность взаимосвязи СЭБ и СКЖ. Была проанализирована взаимосвязь между СЭБ и его составляющими и удовлетворенностью жизнью в период с 2000 по 2009 гг. у разных категорий респондентов. В целом наблюдается взаимосвязанная динамика интегральных индексов удовлетворенности жизнью и общим уровнем СЭБ. Корреляция между ними относительно постоянна в течение всего проанализированного периода, но варьирует в отдельные годы от минимального - 0,39 (в 2000 г.) до максимального значения в 0,69 (в 2007 г.). Аналогичные данные получены и с помощью регрессионного анализа. Изменения в субъективном экономическом благополучии объясняют до 44% полного изменения в удовлетворенности жизнью в целом за период между 2000 и 2010 гг., при этом данный показатель варьирует в достаточно широком диапазоне от 23,7 до 69% в годовом исчислении. Отметим, что в 2008 г. (начало мирового экономического

кризиса) показатели общего уровня СЭБ и СКЖ существенно снизились (рис. 2). Хотя уровень удовлетворенности жизнью является достаточно стабильным, набор ее факторов может меняться со временем.

Рис. 2. Динамика общего уровня СЭБ и СКЖ

в период 2000-2009 гг. Примечание: общий уровень СЭБ измерялся от 1-10 стена, общий уровень СКЖ - в шкале от 1-10 баллов

зрения удовлетворения персональных потребностей.

3. От 30 до 35 лет. Влияние СЭБ на оценку жизни снижается до 24%, но ведущий предиктор остается прежним - субъективная адекватность дохода (20%).

4. От 35 до 40 лет. Вклад СЭБ в удовлетворенность жизнью растет - 49%. Наиболее важным предиктором выступают оценка текущего благосостояния семьи (36%) и экономический оптимизм (8%).

5. Свыше 40 лет. Психологическое значение оценки материальных аспектов жизни еще более повышается (до 57%) при сохранении прежних предикторов - оценки текущего благосостояния семьи (46%) и экономического оптимизма (7%).

Таким образом, общий возрастной тренд носит сложную нелинейную зависимость и характеризуется ростом влияния СЭБ на оценку жизни на этапе профессионального становления и этапе взросления

по некоторым социально-демографи- (рис. 3). ческим переменным различия между группами во взаимосвязях СЭБ и СКЖ были значительны.

Эффект влияния СЭБ на СКЖ различается в группах с разным уровнем образования: он выше для более образованных респондентов: 48% - с высшим против 29% - со средним образованием. Взаимосвязь между уровнем СЭБ и удовлетворенностью жизнью также зависит от возраста и имеет сложную динамику: существуют пики повышения психологической значимости экономических факторов в оценке жизни в зависимости от опыта экономической и политической социализации. Изменяются также комбинации ее ведущих субъективно экономических факторов:

1. От 18 до 24 лет. Эффект влияния СЭБ равен 22%. наиболее существенным предиктором среди его составляющих выступает экономический оптимизм (13%).

2. От 25 до 30 лет. Общее влияние всех компонентов СЭБ возрастает и составляет 52,8%. Максимальный вес (48%) имеет оценка адекватности дохода с точки

Рис. 3. Динамика влияния СЭБ на оценку жизни в зависимости от опыта экономической социализации

Тендерные различия во взаимосвязях СЭБ и СКЖ не столь значительны. Влияние СЭБ на удовлетворенность жизнью у мужчин несколько выше (46%) против 40% у женщин. Тем не менее в обеих группах ведущим предиктором выступает оценка благосостояния семьи. при этом мужчины имеют более высокий уровень СЭБ и оптимизма в своих экономических ожиданиях, по сравнению с женщинами. однако эти различия не

настолько существенны, так как находятся в зоне средних значений. Присутствуют некоторые гендерные различия в субъективных экономических предикторах относительно оценки удовлетворенности в отдельных аспектах жизни. Например, наблюдается их реверсия относительно оценки успеха в жизни: женщины связывают ее в большей степени с оценкой того, насколько доход удовлетворяет их персональные потребности (19%), и в меньшей - с оценкой общего благосостояния семьи (6%). Для мужчин оценка общего благосостояния семьи - это основной предиктор удовлетворенности успехом в жизни (21%) и, наоборот, субъективная адекватность дохода имеет для них меньшую значимость (5%). Эти различия, очевидно, демонстрирует разную субъективную значимость экономических критериев успеха для мужчин и женщин, обусловленную их разными социальными ролями: первые удовлетворены успехом в случае общих материальных достижений, для вторых более важно соответствие материальных ресурсов их личным устремлениям.

Тип ведения домохозяйства и наличие детей также оказывают влияние на уровень взаимосвязи между СЭБ и удовлетворенностью жизнью. Эффект влияния

компонентов сэБ на оценку жизни выше при наличии в семье детей и при ведении домохозяйства отдельно от родителей.

Уровень удовлетворенности жизнью. Стабильность взаимосвязи между СЭБ и СКЖ анализировалась на пяти уровнях удовлетворенности жизнью (см. табл. 1). Выявлено, что детерминация и композиция наиболее значимых субъективных экономических предикторов различаются в разных ситуациях удовлетворенности жизнью (табл. 4). При высокой удовлетворенности жизнью влияние СЭБ максимально - 45% вариаций ее оценок объясняется компонентами СЭБ. Ведущими факторами выступают оценка уровня благосостояния семьи (32%), а также переживание достаточности материальных средств (9%), вспомогательным предиктором - ожидания позитивных изменений в благосостоянии в будущем (3%). При низкой удовлетворенности (неудовлетворенности) жизнью основное детерминирующее влияние оказывает оценка текущего благосостояния семьи (10%), высокая озабоченность материальными проблемами и негативные экономические ожидания относительно изменений материального положения в будущем.

Компоненты СЭБ Уровень удовлетворенности жизнью, вклады в %

Низкий Ниже среднего Средний Выше среднего Высокий

Текущее благосостояние семьи 10 - 10 - 32

Субъективная адекватность дохода - - - - -

Экономический оптимизм/пессимизм 6 9 - - 3

Экономическая депривированность 3 - - - 9

Экономическая обеспокоенность 9 - 2 - 1

Суммарный коэффициент детерминации 28 9 12 0 45

Таблица 4

Коэффициенты детерминации удовлетворенности жизнью со стороны компонентов СЭБ

в зависимости от ее уровня

Однако влияние СЭБ в этом случае существенно ниже (28%), то есть оценка жизни в большей мере определяется иными, неэкономическими факторами. На среднем и пограничных с ним уровнях удовлетворенности жизнью эффект влияния компонентов СЭБ невелик и составляет величину от 0 до 12%.

Таким образом, отношение СЭБ и СКЖ нелинейно, со снижением предельной полезности на среднем уровне удовлетворенности жизнью, а максимально на низком и высоком ее уровнях. Иными словами, наблюдается и-образная зависимость детерминации со стороны субъективных экономических предикторов с ее асимметрией в сторону высокого уровня СКЖ. Можно заключить, что наблюдается зависимость возрастания удовлетворенности жизнью при высоком субъективном экономическом благополучии и ее снижения в случае роста переживаний экономического неблагополучия, в то время как этот эффект незначителен или вообще отсутствует в зоне средних и менее определенных оценок - в чем-то удовлетворен жизнью, а в чем-то нет.

общий вывод состоит в том, что переживания человека относительно собственной материальной обеспеченности играют значительную роль либо в оценке его удовлетворенности, либо неудовлетворенности жизнью. материальное положение человека может усугублять неудовлетворенность жизнью, когда оно переживается им как крайне негативное, как экономическое неблагополучие, но оно приносит большую психологическую отдачу с точки зрения повышения удовлетворенности жизни, когда материальные ресурсы оценивается как весьма высокие. можно предположить, что люди оценивают свою удовлетворенность жизнью на основе субъективного стандарта благосостояния, достаточного для удовлетворения универсальных базовых потребностей. СЭБ имеет максимальное позитивное влияние на удовлетворенность жизнью в том случае, когда эти потребности удовлетворены. когда базовые потребности ак-

туальны для индивида, например, в случае его экономического неблагополучия, это негативно влияет на его удовлетворенность жизнью. Пока уровень благосостояния не оценивается как приемлемый для человека, взаимосвязь между СЭБ и удовлетворенностью жизнью негативная, либо слабая, либо статистически несущественная.

Экономическая идентичность и материальные ценности. Приводит ли высокая субъективная значимость материальных ценностей к росту зависимости удовлетворенности жизнью от СЭБ или на характер этой связи влияют особенности отнесения человеком себя к определенной экономической категории населения? В целях получения ответа на этот вопрос была проанализирована взаимосвязь между СЭБ и удовлетворенностью жизнью в трех группах экономической самокатегоризации респондентов: низким (126 чел.), средним (266 респондента) и высоким достатком (63 чел.). В группу «низкого достатка» были объединены все те, кто указал свою принадлежность к категориям «бедные», «очень бедные» и «ниже среднего достатка», а в группу с «высоким достатком» - «обеспеченные», «богатые» и «очень богатые». Уровень детерминации и композиция наиболее значимых субъективных экономических предикторов в этих группах имеют различия. В группах «низкого» и «среднего достатка» коэффициенты детерминации удовлетворенности жизнью примерно одинаковы - они соответственно равны 26 и 31%. Однако ведущие составляющие СЭБ, оказывающие максимальное влияние на оценку жизни, различны. Если в группе «низкого достатка» - это экономический пессимизм (19%) и низкий уровень благосостояния (7%), то в группе «среднего достатка» ведущими предикторами выступают адекватность дохода (21%), экономическая депривированность (5%) и текущее благосостояние семьи (3%). наибольшее влияние составляющие СЭБ оказывают на оценку удовлетворенности жизнью в группе «высокого достатка»: коэффициент детерминации равен 40%. Следовательно, эконо-

мическая идентичность выступает существенным модератором опосредующим связь между СЭБ и СКЖ. Чем выше человек определяет свое экономическое положение, тем выше роль экономического благополучия в удовлетворенности жизнью. Можно заключить, что рост субъективного экономического статуса усиливает значение сэБ в детерминации СКЖ, и, наоборот, при низких значениях статуса это влияние снижается.

Было высказано предположение, что связь между СЭБ и субъективным качеством жизни во многом обусловливается характером мотивации человека, который определяется различием между 2 типами мотивов (или целей) - материальными и нематериальными. В исследовании установлен кажущийся парадоксальным с точки зрения уже известных данных [34, 35] результат - индивиды, подчеркивающие большую субъективную значимость материальных ценностей в жизни, имеют более высокую оценку удовлетворенности жизнью и уровень СЭБ. В группе респондентов с высокой субъективной значимостью ценностей «собственность» и «богатство» уровень удовлетворенности жизнью равен 64,1 (17,7 SD), а в группе с низкой - только 54,3 (12,2 SD).

Однако этот результат хорошо объясняется с позиций гипотезы конгруэнтности, подчеркивающей роль социальной обусловленности ценностной регуляции поведения человека. Согласно ее положениям, характер влияния ценностных ориентаций на оценку жизни определяется не их содержанием, а тем, как они взаимодействуют с типом ценностей социальной общности, в которой живет человек [40]. Характер связи между материалистическими целями и СкЖ зависит от соответствия (или несоответствия) ценностных ориентаций человека типу ценностей, которые доминируют в его социальной среде, то есть от степени их конгруэнтности. В случае средовой конгруэнтности материальные ценности позитивно влияют на удовлетворенность жизнью.

Итак, отношение между ценностями и благополучием зависит не от содержания

ценностей, а от того, насколько стремление к ним находят поддержку в социальной среде. Если социальная среда усиливает и подкрепляет важность материальных ценностей, то они будут позитивно влиять на СКЖ человека. Стремление к финансовому успеху становится важным аспектом культуры и ментальности чаще небогатых народов. В странах с низким уровнем доходов увеличивается значимость материальных ценностей, что может приводить к росту зависимости удовлетворенности жизнью от увеличения дохода. Высокую значимость материальных ценностей в современном российском обществе подтверждают результаты многих отечественных исследований. Эта проблема особенно остра для России. Несмотря на рост доходов населения, роль денег не снижается, наоборот, они становятся не только базовым мотивом социального поведения, заменяющим (или подменяющим) другие ценности, но и главным мифом российского общества - «деньги решают все».

В группе респондентов с высокой значимостью материальных ценностей изменение оценок экономического благополучия объясняет 60% вариаций оценок жизни: ведущими предикторами выступают оценка благосостояния семьи (48%) и экономический оптимизм (11%). В то время как у респондентов с низкой субъективной значимостью этих ценностей коэффициент детерминации существенно ниже - 34% (субъективная адекватность дохода - 25% и экономический оптимизм -7%). Таким образом, можно заключить, что рост субъективной значимости материальных ценностей («материализма личности») усиливает зависимость оценок удовлетворенности жизнью от субъективного экономического благополучия.

Заключение

Это исследование и его итоги имеют ряд ограничений, обусловленных, прежде всего, особенностью выборки. Сделанные

выводы нуждаются в проверке относительно других групп населения - жителей сельской местности, небольших городов, то есть тех, чей уровень жизни, экономическое поведение и установки отличаются от жителей мегаполиса.

В то же время получены важные результаты относительно эффектов влияния СЭБ на СКЖ в нестабильной развивающейся экономике. Общий уровень СЭБ выступает наиболее весомым предиктором общей оценки удовлетворенности жизнью, существенно превышающим эффекты влияния индивидуального дохода как реального, так и относительного. самыми значимыми субъективными экономически связанными предикторами скЖ выступают: общая оценка текущего благосостояния семьи, субъективная адекватность дохода и экономический оптимизм. общий эффект влияния дохода и сэБ на удовлетворенность жизнью возрастает по мере роста уровня жизни. когда базовые потребности актуальны для человека, например, в случае его бедности, рост дохода существенно не влияет на удовлетворенность жизнью. При высоком уровне благосостояния психологическое значение субъективных оценок экономического положения относительно дохода снижается.

Исследование также показало, что влияние сэБ и композиция ведущих предикторов зависят от уровня сэБ. кривая их взаимосвязи нелинейна со снижением предельной полезности на среднем уровне удовлетворенности жизнью и максимальна на низком и высоком ее уровнях. СЭБ имеет максимальное позитивное влияние на удовлетворенность жизнью в том случае, когда удовлетворены базовые потребности человека. В противном случае это влияние негативно. пока уровень благосостояния не оценивается как приемлемый для человека, эффект влияния СЭБ на удовлетворенность жизнью либо слабый, либо статистически несущественный. Экономическая идентичность выступает важным модератором, опосредующим связь между

СЭБ и СКЖ. По мере роста субъективного экономического статуса значение СЭБ в детерминации СКЖ усиливается. Высокая субъективная значимость материальных ценностей способствует росту зависимости удовлетворенности жизнью от СЭБ.

Влияние СЭБ изменяется с возрастом, который во многом отражает разный опыт экономической и политической социализации. Однако данный вывод требует дополнительной проверки. Существуют и незначительные гендерные различия как в уровне СЭБ, так и его влиянии на общую удовлетворенность жизнью. Например, наблюдается реверсия субъективных экономических предикторов относительно оценки успеха в жизни.

Литература

1. Угланова Е.А. Влияние феномена субъективного экономического благополучия на оценку качества жизни: Дисс. канд. пси-хол. наук. - Ярославль, 2003.

2. Хащенко В.А. Экономическая идентичность личности: психологические детерминанты формирования // Психол. журн.

- 2004. - Т. 25. - № 5. - С. 32-49.

3. Хащенко В.А. Субъективное экономическое благополучие и его измерение: построение опросника и его валидизация // Экспериментальная психология. - 2011. - № 1.

- С. 106-127.

4. Хащенко В.А., Баранова А.В. Взаимосвязь оценки качества жизни и экономико-психологического статуса личности / В кн.: Проблемы экономической психологии. Том 1. Отв. ред. А.Л. Журавлев, А.Б. Куп-рейченко. - М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2004. - С. 501-527.

5. Ackerman N., Paolucci B. Objective and subjective income adequacy: Their relationship to perceived life quality measures // Social Indicators Research. - 1983. - Vol. 12. - P. 25-48.

6. Campbell A. Quality of life as a psychological phenomenon / In: Subjective elements of well-being. - Paris: Organization for Economic Cooperation and Development, 1974. - P. 9-20.

7. Campbell A. The sense of well-being in America. - McGraw-Hill, New York, 1981.

8. Clark A.E., Frijters P., Shields M.A. Relative income, happiness, and utility: An explanation for the Easterlin paradox and other puzzles // J. of Economic Literature, American Economic Association. - 2008. -Vol. 46(1). - P. 95-144.

9. Cummins R.A. Objective and subjective quality of life: An interactive model // Social Indicators Research. - 2000. - Vol. 52. - P. 55-72.

10. Diener E., Suh E.M., Lucas R.E., & Smith H.E. Subjective well-being: Three decades of progress // Psychological Bulletin. - 1999. -Vol. 125. - P. 276-302.

11. Diener E. Subjective well-being: The science of happiness, and a proposal for a national index // American Psychologist. - 2000. - Vol. 55. -P. 34-43.

12. Diener E., Biswas-Diener R. Will money increase subjective well-being? A literature review and guide to needed research // Social Indicators Research. - 2002. - Vol. 57. - P. 119-169.

13. Diener E., Seligman M.E.P. Beyond money: Toward an economy of well-being // Psychological Science in the Public Interest. -2004. - N 5. - P. 1-31.

14. Diener E., & Biswas-Diener R. The science of optimal happiness. - Boston: Blackwell Publishing, 2008.

15. Diener E., Kahneman D., Tov W., & Arora R. Income's association with judgments of life versus feelings / In: International differences in well-being. Eds. E. Diener, D. Kahneman, & J. F. Helliwell. - Oxford, United Kingdom: Oxford University Press, 2009. - P. 3-15.

16. Diener E., Ng W., Harter J., Arora R. Wealth and happiness across the world: Material prosperity predicts life evaluation, whereas psychosocial prosperity predicts positive feeling // J. of Personality and Social Psychology. - 2010. -Vol. 99. - N 1. - P. 52-61.

17. Dolan P, Peasgood T, White M. Do we really know what makes us happy? A review of the economic literature on the factors associated with subjective well-being // J. Economic Psychology. - 2008. - Vol. 29. - P. 94-122.

18. Easterlin R.A. Will raising the incomes of all increase the happiness of all? // J. of Economic Behavior and Organization. - 1995. - Vol. 27. - P. 35-47.

19. Easterlin R.A. Income and happiness: Towards a unified theory // The Economic Journal. -2001. - Vol. 111. - P. 465-484.

20. Ferrer-i-Carbonell A. Subjective questions to measure welfare and well-being: A survey / Tinbergen Institute Discussion paper. -Tinbergen Institute, 2002. 02-020/3.

21. Ferrer-i-Carbonell A., Frijters P. The effect of methodology on the determinants of happiness // The Economic Journal. - 2004. -Vol. 114. - P. 641-659.

22. Ferrer-i-Carbonel A., Van Praag B.M.S. Poverty in the Russia // J. of Happiness Studies. - 2001. - Vol. 2(2). - P. 147-172.

23. Ferrer-i-Carbonell A. Income and well-being: an empirical analysis of the comparison income effect // J. of Public Economics. -2005. - Vol. 89. - Iss. 5-6. - P. 997-1019.

24. Fletcher C., Lorenz F. Structural influence on the relationship between of objective and subjective indicators of economic well-being // Social Indicators Researches. - 1985. - Vol. 16. - P. 339-345.

25. Frijters P., Haisken-DeNew J.P., Shields M.A. Money does matter! Evidence from increasing real income and life satisfaction in East Germany following reunification // American Economic Review. - 2004. - Vol. 94. - P. 730740.

26. Groenland E. Structural elements of material well-being: An empirical test among people on social security // Social Indicators Research. - 1990. - Vol. 22. - P. 367-384.

27. Hayo B. Seifert W. Subjective economic well-being in Eastern Europe // J. of Economic Psychology. - 2003. - Vol. 24. - P. 329-348.

28. Headey B. An economic model of subjective well-being: Integrating economic and psychological theories // Social Indicators Research. - 1993. - Vol. 28. - P. 97-116.

29. Helliwell J.F., Barrington-Leigh C, Harris A., & Huang H. International evidence on the social context of well-being / In: International differences in well-being. Eds. E. Diener, D. Kahneman, & J. F. Helliwell. - Oxford, United Kingdom: Oxford University Press, 2009.

30. Hsee C.K., Yang Y., Li N, Shen L. Wealth, warmth and well-being: Whether happiness is relative or absolute depends on whether it is about money, acquisition, or consumption // J. of Marketing Research. - 2009. - Vol. 46. - P. 396-409.

31. Inglehart R.F. Culture shift in advanced industrial society. - Princeton U.P., Princeton, N.J., 1990.

32. Inglehart R., & Baker W. Modernization, cultural change, and the persistence of traditional values // American Sociological Review. - 2000. - Vol. 65 (1). - P. 19-51.

33. Kahneman D., Krueger A.B., Schkade D., Schwarz N., Stone A.A. Would you be happier if you were rich? A focusing illusion // Science. - 2006. - Vol. 312. - P. 1908-1910.

34. Kasser T., Ahuvia A. Materialistic values and well-being in business students // Eur. J. Soc. Psychol. - 2002. - Vol. 32. - N 1. - P. 137-146.

35. Kasser T., Ryan R. A dark side of the American Dream: Correlates of financial success as a central life aspiration // J. of Personality & Social Psychology. -1993. - Vol. 65. - N 2. - P. 410-422.

36. Minkov M. Predictors of differences in subjective well-being across 97 nations // Cross-Cultural Research. - 2009. - Vol. 43. -P. 152-179.

37. Poiesz T., Von Grumbkow J. Economic well-being, job satisfaction, income evaluation, and consumer satisfaction: an Integrative attempt / In: Handbook of Economic Psychology. Eds. Waerneryd K.E. et al. - Dordrecht, Kluwer, 1988. - P. 570-594.

38. Ravallion M., Lokshin M. Subjective Economic Welfare // Policy Research Working Paper. -1999. - Series 2106. - The World Bank.

39. Ravallion M., Lokshin M. Self-rated economic welfare in Russia // European Economic Review. - 2002. - Vol. 46. - Iss. 8. - P. 1453-1473.

40. Sagiv L., & Schwartz S.H. Values priorities and subjective well-being: Direct relations and congruity effects // European J. of Social Psychology. - 2000. - Vol. 30. - P. 177-198.

41. Senik C. When information dominates comparison: Learning from Russian subjective panel data // J. of Public Economics. - 2004. -Vol. 88. - P. 2099-2123.

42. Senik C. Ambition and jealousy: Income interactions in the «old» Europe versus the «new» Europe and the United States // Economica. - 2008. - Vol. 75. - P. 495-513.

43. Schyns P. Wealth of nations, individual income and life satisfaction in 42 countries: A multilevel approach / In: B. Zumbo (Ed. ), Advances in Quality of Life Research (Vol. 2). - Dordrecht/Boston/London: Kluwer Academic Publishers, 2000.

44. Strümpel B. Economic well-being as an object of social measurement / In: Subjective Elements of Well-Being. - Paris: Organization for Economic Cooperation and Development, 1974. - P. 75-122.

45. Van Praag B.M.S., Frijters P., Ferrer-i-Carbonell A. The anatomy of subjective well-being // J. of Economic Behavior and Organization. - 2003. - Vol. 51. - P. 29-49.

46. Veenhoven R. The four qualities of life: Ordering concepts and measures of the good life // J. of Happiness Studies. - 2000. - Vol. 1. - P. 1-39.

47. Verbic M., Stanovnik T. Analysis of subjective economic well-being in Slovenia // Eastern European Economics. - 2006. - Vol. 44. - P. 60-70.

48. Zapf W. Individuelle Wohlfahrt: Lebensbedingungen und wahrgenommene Lebensqualitaet / In: W. Glatzer/W. Zapf (Ed.), Lebensqualitaet in der Bundesrepublik. - Frankfurt a. M. and New York: Campus, 1984. - P. 13-26.

subjective economic well-being as a predictor of subjective quality of life

V.A. KHASHCHENKO Russian Foundation for Humanities, Moscow

The theoretical and empirical results from research on the influence of subjective economic well-being to assess satisfaction with life were presented. Revealed effects of its positive impact and increase the growth of life satisfaction. Evaluation of overall well-being of families acts as an independent factor in overall satisfaction with life, and her influence is ascending in nature. The hypothesis about the leading role of economic identity and subjective importance of wealth as moderators of psychological effect of subjective economic well-being in life satisfaction was confirmed.

Keywords: subjective economic well-being, subjective quality of life, satisfaction with life.