Специфика толкования фразеологизма в учебном словаре

ЛИНГВИСТИКА

© 2010

Е. И. Рогалёва

СПЕЦИФИКА ТОЛКОВАНИЯ ФРАЗЕОЛОГИЗМА В УЧЕБНОМ

СЛОВАРЕ

Выявлены и рассмотрены различные типы толкований в современных фразеологических словарях. Характеризуются особенности дефиниций фразеологизмов в учебных фразеологических словарях. Приводятся авторские способы семантизации фразеологизмов.

Ключевые слова: учебная фразеография, фразеологическая семантика, типы толкований, коммуникативно-прагматический комментарий, словарь-тренажёр.

Основная проблема, которую решают на практике составители фразеологических словарей, это проблема семантической достаточности толкования. А. И. Молотков отмечает, что типы толкований, используемые составителями «Фразеологического словаря русского языка» (1976), позволяют, во-первых, более объективно подойти к определению значения каждой конкретной ФЕ, а во-вторых, приблизиться к пониманию качественной природы фразеологического значения, «по всей вероятности, иной, чем природа лексического значения слова»1. Форма толкования в концепции А. И. Молоткова зависит от соотнесенности фразеологизма с той или иной частью речи: значение субстантивного фразеологизма толкуется субстантивным описательным оборотом (Ахиллесова пята. Наиболее уязвимое место у кого-либо), глагольного фразеологизма — описательным инфинитивным оборотом (Давать волю языку. Позволять себе говорить лишнее), адвербиального — наречным оборотом (Черепашьим шагом. Очень медленно). Для адъективных фразеологизмов предлагаются подтипы толкований — описательные атрибутивные обороты с прилагательным в полной форме (Очень умный, толковый, способный) и с прилагательным в краткой форме — так подчеркивается предикативная функция ФЕ (Очень глуп, недалек). Глагольно-пропозициональные фразеологизмы «толкуются глагольным описательным оборотом, чаще всего с предшествующим ему неопределенно-личным местоимением (Язык заплетается у кого. Кто-либо не может членораздельно, ясно сказать что-либо)». И лишь для междометных ФЕ в силу разнообразия их структуры не находится единой формулы толкования2.

1 ФСРЯ 1976, 13.

2 ФСРЯ 1976, 13-14.

В. М. Мокиенко и Т. Г. Никитина, авторы «Большого словаря русских поговорок», главной задачей дефиниции считают «максимальное прояснение семантики оборота и его конкретную привязку к характеризуемому человеку, предмету, явлению или ситуации»3. Это достигается за счет детализации различных по типу толкований, использования уточняющих вставных конструкций: От волка бежал, на медведя попал. Народн. Ирон. О человеке, пытавшемся избежать неприятностей, но попавшем в еще более сложное, неприятное положение4. Ударять по желудку кому. Жарг. лаг. Пренебр. Лишать кого-л. пайка на некоторое время (старая мера наказания в исправительно-трудовых учреждениях)5.

Указание на отношение признака к лицу, предмету считают важным структурным элементом толкования и Н. Ф. Алефиренко и Л. Г. Золотых, авторы Фразеологического словаря с подзаголовком «Культурно-познавательное пространство русской идиоматики» (2008). Тип толкования определяется здесь соотнесенностью с частью речи, синтаксической функцией и синтаксической структурой фразеологизма, что позволяет несколько расширить классификацию дефиниций А. И. Молоткова, в частности для фразеологизмов со структурой предложения6.

Новаторством в разработке дефиниций характеризуются масштабные словарные проекты 2009 года — «Большой фразеологический словарь русского языка» (Отв. ред. В. Н. Телия) (БФСРЯ) и «Фразеологический объяснительный словарь русского языка» (ФОСРЯ) А. Н. Баранова и Д. О. Добровольского.

В первом из упомянутых источников впервые в мировой лексикографии предлагается многоаспектное толкование значения ФЕ, в котором выделяются 7 «подзон»: краткое определение значения фразеологизма, достаточное для его понимания; сведения, отображающие знания об общем контексте речи; описание характерной ситуации употребления; уточнение круга предметов, которые могут описываться данным фразеологизмом; указание на эмоционально-оценочное отношение говорящего к тому, что обозначается фразеологизмом; отражение функционально-стилистических параметров ФЕ; описание аспектуально-видового значения фразеологизма; формула семантико-синтаксической конструкции употребления ФЕ. «Это подразделение толкования призвано описать все семантически значимые смыслы, характерные для значения того или иного фразеологизма, проявляющиеся при их употреблении в речи», — отмечает В. Н. Телия во вступительной статье7: МУТИТЬ ВОДУ. кто. Вносить смуту. Подразумевается стремление создать ненормальную, нездоровую обстановку внутри какой-л. социальной группы. Имеется в виду, что лицо или группа лиц (Х) сеет раздор, будоражит людей, вызывая излишнюю подозрительность, подстрекает к выражению неудовольствия или протеста, как правило, на пустом месте. Говорится с неодобрением. Неформ. Х мутит воду8.

В дефинициях фразеологизмов, разработанных А. Н. Барановым и Д. О. Добровольским (ФОСРЯ), впервые получает изъяснение образный компонент се-

3 Мокиенко, Никитина 2008а, 6.

4 Мокиенко, Никитина 2008а, 97.

5 Мокиенко, Никитина 2008а, 227.

6 Алефиренко, Золотых 2008, 10-11.

7 БФСРЯ 2006, 8.

8 БФСРЯ 2006, 388.

мантики идиом. «В нашем словаре, — пишут авторы, — толкование включает интерпретацию не только собственно актуального значения (значения в узком смысле), но и образного компонента идиомы — метафоры, на основе которой сформировалось актуальное значение. Образ-метафора, внутренняя форма, поясняется в толковании не полностью, а только в той степени, в которой это влияет на актуальное значение и позволяет хотя бы частично реконструировать сам образ»9. Эта информация вводится специальными «операторами внутренней формы», перечень которых приводится в описании лексикографической концепции: «ассоциируется...», «уподобляется...», «описывается...» и т. п. 10, и выделяется графически в структуре толкования: Вить верёвки (из кого-л.). Без применения силы, преимущественно на основе практического знания законов человеческой психологии добиваться от кого-л. желаемого, даже если это заведомо противоречит его интересам, что описывается как полное отсутствие собственной воли у объекта манипулирования, сходное с податливостью гибкого, мягкого материала, которому можно придать любую нужную форму11.

Такие многомерные, детализированные толкования, несмотря на их лингво-дидактическую и культурно-познавательную ценность, не представляется возможным использовать в словарях, ориентированных на младших школьников, в силу возрастных особенностей адресата.

Даже для учащихся средних и старших классов фразеологическая семантика и различные нюансы ее речевой реализации репрезентируются аспектно, как, например, в словаре В. П. Фелициной и В. М. Мокиенко (2002), где толкование, стилистическая и ситуативная характеристика ФЕ являются отдельными параметрами словарной статьи: ВИТЬ ВЕРЁВКИ из кого. Разг. ... Полностью подчинить кого-л. своей воле, вынуждать поступать по своему желанию. Говорится, когда хотят подчеркнуть, что один человек злоупотребляет своим влиянием на другое. ... 12.

Большинство авторов фразеологических словарей для средней школы13 при разработке дефиниций руководствуются принципом учета частеречной принадлежности, которые, уточняя классификацию А. И. Молоткова, раскрывают в предисловии к «Школьному фразеологическому словарю русского языка» В. П. Жуков и А. В. Жуков14.

Составители фразеологических словарей для начальной школы15 менее последовательны в этом вопросе.

Разрабатывая дефиниции фразеологизмов для детских словарей, в том числе для «Детского фразеологического словаря-тренажёра» (далее ДФСТ), мы прежде всего руководствовались положением А. М. Мелерович и В. М. Мокиенко о том, что создание дефиниции является особым способом моделирования фразеологического значения. Дефиниции фразеологизмов строятся при этом либо как структурные, либо как функциональные модели их значений. Для ФЕ, которым присущ

9 ФОСРЯ 2009, 8.

10 ФОСРЯ 2009, 9.

11 ФОСРЯ 2009, 59.

12 Фелицина, Мокиенко 2002, 84-85.

13 Москвин 2000; Шанский, Зимин, Филиппов 2001; Субботина 2007.

14 ШФС 1989, 12.

15 Волина 2001; Ставская 2002; Розе 2005; Ушакова 2004; Волков 2009; ФС 2009.

изоморфизм значения и формы, могут быть построены структурно изоморфные семантические определения16.

Наиболее последовательно воплотить этот принцип позволяют глагольные фразеологизмы — обороты процессуальной семантики с грамматически стержневым словом — глаголом.

Такие ФЕ нередко толкуются в нашей серии детских словарей посредством синонимичного фразеологизма одиночного глагола или комбинации таких глаголов: вертеться (крутиться) как белка в колесе — 'хлопотать, суетиться', играть в кошки-мышки (с кем-л.) — 'хитрить, обманывать кого-л.'. Обязательным элементом толкования является указание синтаксической сочетаемости глагола, синонимичного фразеологизму. Таким образом, повышается степень структурно-синтаксического сближения дефиниции и определяемого фразеологизма, а также появляется еще одна возможность подчеркнуть особенности синтаксической валентности (сочетаемости) фразеологизма на фоне глагольного управления синонимичных слов.

В отдельных случаях (в том числе и в других типах толкований) схематическое указание синтаксической валентности конкретизируется с целью задать ограничение лексического окружения фразеологизма: тянуть (разводить) канитель — 'затягивать, замедлять дело'; откладывать в долгий ящик (что-л.) — 'откладывать на неопределенное время какое-л. дело'

В большинстве случаев описательные толкования при совпадении их синтаксического типа с толкуемым оборотом превосходят его по сложности синтаксической структуры, что обусловлено необходимостью точной передачи сем-ного состава фразеологического значения: подкладывать/ подложить свинью (кому-л.) — 'стараться незаметно помешать, тайно и коварно навредить кому-л.'; вить веревки (из кого-л.) — 'полностью подчинять кого-л. своей воле, заставлять поступать по своему желанию'.

В ряде случаев причинные и объектные компоненты фразеологической семантики объективируются в толковании конструкциями, построенными по типу предикативных частей сложного предложения: мотать/ намотать себе на ус (что-л.) — 'запоминать то, что потом может понадобиться, пригодиться'; за семь верст киселя хлебать — 'далеко идти или ехать за тем, что не стоит таких усилий'; за семь верст киселя хлебать — 'далеко идти или ехать за тем, что не стоит таких усилий'.

Глагольные словосочетания, используемые в качестве толкований глагольных ФЕ, довольно часто включают слова-интенсификаторы (обычно — наречия степени или прилагательные, также отражающие высшую степень проявления признака), позволяющие подчеркнуть экспрессивность фразеологизма как одно из его категориальных свойств17: дрожать/задрожать как осиновый лист — 'сильно дрожать от страха, волнения'; 'очень волноваться, бояться чего-л.'; подковать блоху — 'проявить удивительное мастерство, выдумку, опередив всех в каком-л. деле'.

Описательное толкование глагольных ФЕ глагольными словосочетаниями, максимально приближающимися по синтаксической структуре к толкуемым фра-

16 Мелерович, Мокиенко 2006, 213-214.

17 Мокиенко 1980, 4.

зеологизмам, возможно в случае «апплицируемых»18 ФЕ с более или менее «расчлененной семантикой», аналитическим значением: нести околесицу — 'говорить глупости, чепуху. Это качество ФЕ особенно ярко эксплицируется за счет совпадения стержневых компонентов фразеологизма и его толкования: откладывать в долгий ящик (что-л.) — 'откладывать на неопределенное время какое-л. дело', прийти к шапочному разбору — '... прийти к самому концу чего-л.'

Фразеологизмы, обстоятельственные по категориальной семантике и соотносимые с наречием по синтаксическим функциям, толкуются нами в детских словарях синонимичными наречиями и наречными сочетаниями различных структурных и семантических типов: вверх тормашками — 'кувырком', с три короба — 'очень много', от А до Я — 'полностью, от самого начала до самого конца, ничего не пропуская; основательно, детально'.

Субстантивные фразеологизмы с осложненной предметной семантикой (отрезанный ломоть, вольный казак, тертый калач, первая ласточка, коломенская верста и т. п.), получают описательное толкование, построенное как атрибутивное (определительное) словосочетание с грамматическим стержнем — существительным. Такие дефиниции наиболее точно отражают семантическую структуру фразеологизмов, денотатом которых является предмет в совокупности с его качественной характеристикой: первая ласточка — 2. 'первый признак появления, наступления чего-л.'; коломенская верста — 'человек высокого роста', седьмая вода на киселе — 'очень дальний родственник; очень дальняя родня' и т. п. В подавляющем большинстве таких дефиниций главным словом-идентификатором выступает слово человек, что лишний раз подчеркивает антропоцентрический характер фразеологии.

Наряду с простыми, сложными и комбинированными словосочетаниями, выступающими в роли дефиниций именных фразеологизмов, имеются случаи использования более сложных синтаксических конструкций, включающих осложнения, построенные по типу придаточных предикативных частей определительного типа: отрезанный ломоть — 'человек, который отделился от семьи и не поддерживает с ней тесную связь'; первая ласточка — 1. 'что-л. первое, кто-л. первый, за кем последуют другие', тёртый калач — 'опытный, бывалый человек, который не даст себя обмануть и всегда найдет выход из трудного положения', журавль в небе — 'мечта, которая не может осуществиться'.

Среди фразеологизмов с чисто атрибутивной семантикой встречаются самые разные по синтаксической структуре обороты, которые помимо категориального значения признака объединяет и синтаксическая функция, соотносимая с функцией прилагательного: без царя в голове, на одну колодку, мало каши ел и др.

К таким ФЕ в полной мере можно отнести положение, которым руководствуются в своей лексикографической практике А. М. Мелерович и В. М. Мокиенко: дефиниции ФЕ, у которых смысловая и синтаксическая структуры неизоморфны, строятся как функциональные модели фразеологических значений, моделирующие семантические функции фразеологических единиц в речи. Подобные дефиниции в той или иной степени отражают структуру сигнификатов ФЕ, но не их морфолого-синтаксиче скую структуру19.

18 Жуков 1986, 81-82.

19 Мелерович, Мокиенко 2006, 213-214.

Так, в ДФСТ и других детских словарях синонимическое толкование набором одиночных прилагательных получают фразеологизмы: без царя в голове — 'глу-пый, ограниченный', тише воды, ниже травы — 1. 'робкий, застенчивый, скромный; послушный'. В ряду однословных синонимов могут появляться и описательные простые словосочетания: мало каши ел — 'физически слабый, молодой, неопытный', в том числе с традиционными для фразеологических дефиниций наречиями-интенсификаторами: семи пядей во лбу — 'очень умный, мудрый', на одну колодку — 'очень похожи друг на друга, одинаковы'.

При семантизации фразеологизмов признаковой семантики, требующих обязательного распространителя со значением субъекта (в Д.п. или Р.п.), в отечественных фразеологических словарях часто используются косвенно-релятивные толкования, построенные по формуле «о ком-, о чем-либо»: Голова не для шапки у кого. Яросл. Об умном человеке20. Руки к себе тянутся у кого. Кар. О человеке, который из всего стремится извлечь выгоду для себя, обогатиться21.; За душой ничего нет у кого. (разг.). 1. О бедном, безденежном человеке. 2. Об абсолютно бездуховном человеке, духовном ничтожестве22. Как <к> корове седло <пристало, идет, сидит> кому что. О чем-либо абсолютно не идущем кому-л., делающим его смешным, нелепым23.

В серии наших учебных словарей для подобных оборотов используется предикативная дефиниция, ориентированная на речевую реализацию ФЕ. Она воссоздает структуру пропозиции, элементы которой отображаются фразеологизмом и его обязательным распространителем. Графическое оформление словарной статьи (расположение заголовочной единицы и ее толкования) позволяет проследить

• совпадение синтаксической позиции (подлежащее, дополнение) субъектных распространителей ФЕ и субъектных компонентов толкования:

(кто-л.) КАК В ВОДУ ГЛЯДЕЛ

(кто-л.) как будто заранее знал что-л., точно предсказал что-л.

***

(у кого-л.) КОСАЯ САЖЕНЬ В ПЛЕЧАХ

(у кого-л.) широкие плечи, крепкое, богатырское телосложение

• совпадение синтаксической позиции объектных распространителей ФЕ и соответствующих компонентов толкования:

(с кем-л.) КАШИ НЕ СВАРИШЬ

(с кем-л.) трудно договориться, сделать что-то вместе, сообща.

***

(кого-л.) невозможно заставить прийти куда-то

• несовпадение синтаксической позиции обязательных распространителей ФЕ и соответствующих компонентов толкования:

(кому-л.) ХОТЬ КОЛ НА ГОЛОВЕ ТЕШИ

(кто-л.) очень упрям, делает все по-своему

***

20 Мокиенко, Никитина 2008а, 137.

21 Мокиенко, Никитина 2008а, 581.

22 Алефиренко, Золотых 2008, 119.

23 Алефиренко, Золотых 2008, 183.

(кому-л., с кого-л.) КАК С ГУСЯ ВОДА (кто-л.) не волнуется, не переживает о чем-л.

Фразеологизмы такого типа называют предметно-предикативными24 или, как уже отмечалось, глагольно-пропозициональными, т.к. они «по своему значению выражают действие или состояние», а «по своей синтаксической функции в предложении выполняют роль предиката»25.

К этому разряду можно отнести и требующие обязательного субъектного или субъектно-объектного распространения фразеологизмы, соотносимые со словами категории состояния (семантика количественного обладания, состояния окружающей среды; синтаксическая позиция — главный член безличного предложения.). Способ их толкования, согласно нашей концепции, аналогичен описанному выше, а в роли слов-идентификаторов выступают слова категории состояния (безлично-предикативные слова), их сочетания с наречиями-интенсификаторами и другими частями речи, обычно используемые в безличных предложениях: (где-л.) ХОТЬ ТОПОР ВЕШАЙ

(где-л.) душно, накурено, трудно дышать

***

(у кого-л.) НИ КОЛА НА ДВОРА (у кого-л.) нет своего жилья, хозяйства; (у кого-л.) совсем ничего нет

Фразеологизмы с предикативной структурой, не требующие обязательного распространения, квалифицируются как коммуникативные26. Они могут использоваться в речи как самостоятельные высказывания. Такие единицы событийной фразеологической номинации в наших учебных словарях всегда получают дефиницию в форме предложения: И КОНЦЫ В ВОДУ

Не осталось никаких следов, улик после завершения какого-л. дела МОЯ ХАТА С КРАЮ

Это меня совершенно не касается: это не мое дело

И только для семантизации интеръективных ФЕ используется «абстрагирующее-уточняющее толкование — через указание на категориальное, предметно-понятийное значение»27: типун тебе (вам) на язык — 'недоброе пожелание тому, кто предсказывает что-то неприятное, говорит не то, что следует'.

Оттенки значения, передаваемые словарной дефиницией и традиционно разделяемые в лексикографической практике знаком ( ; ), находят в наших учебных фразеологических словарях аналогичное отображение: расхлёбывать кашу — 'распутывать сложное, хлопотное дело; прилагая усилия, выходить из сложной неприятной ситуации'; тише воды, ниже травы — 1. 'робкий, застенчивый, скромный; послушный'.

Как известно, объем информации, передаваемой толкованием, может варьироваться в зависимости от типа словаря и его адресации.

При соблюдении принципа семантической достаточности толкования в наших

24 Сидоренко 1982, 9.

25 ФСРЯ, 8.

26 Назарян 1987, 60-61.

27 Балакай 2002, 25.

детских словарях могут не эксплицировать некоторые периферийные семы фразеологического значения: Вольный казак. Свободный, ни от кого не зависящий человек, который ни перед кем не должен отчитывается и может посту-патъ, как хочет. Ср.: в словаре А. Н. Баранова и Д. О. Добровольского указание на статус объекта номинации в рамках социальной группы: Вольный казак. Человек, не имеющий обязательств по отношению к другим людям и осмысляемый как член социальной группы, традиционно пользующийся большей свободой, чем другие28. Вить верёвки из кого-л. Полностью подчинять кого-либо своей воле, заставлять поступать по своему желанию. Ср. у А. Н. Баранова и Д. О. Добровольского с указанием на способ достижения желаемого: Вить веревки (из кого-л.). Без применения силы, преимущественно на основе практического знания законов человеческой психики добиваться от кого-л. желаемого, даже если это заведомо противоречит его интересам. что описывается как полное отсутствие воли у объекта манипулирования29. Черная кошка пробежала между кем. Друзья поссорились, иногда без видимых причин. Ср.: в Большом фразеологическом словаре детализированное представление нюансов межличностных отношений участников денотативной ситуации: Черная кошка пробежала между [кем и кем]. Неожиданно возникла неприязнь, отчуждение, недоброжелательность по отношению друг к другу30.

«Разгруженные» таким образом толкования, ориентированные на детское восприятие, отразят ядерные семы фразеологического значения. А более тонкие семантические нюансы раскроют многочисленные иллюстративные контексты.

Одним из основных компонентов фразеологической семантики и обязательным компонентом семантической репрезентации фразеологизма является оценочный компонент. Оценочность фразеологизма в словаре обычно передается определенным репертуаром помет (неодобр., пориц., пренебр., презр., одобр., уваж. и т. п.), которые, как правило, называются стилистическими31 или коммуникативно-функциональными32.

Помимо помет оценочность фразеологизма находит отражение в комментариях: прагматических33, лингвострановедческих34, в рамках ситуативной характеристики употребления ФЕ35, а также передается непосредственно толкованиями оценочного характера.

Отказавшись в серии детских словарей от традиционных помет в силу неподготовленности адресата к их восприятию, мы представляем оценочный ком -понент фразеологической семантики в кратких коммуникативно-прагматических комментариях, которые следуют за толкованием, а в сами толкования, отражаю-

28 ФОСРЯ, 210.

29 ФОСРЯ, 59.

30 БФСРЯ, 720.

31 Жуков, Жуков 1989; Шанский, Зимин, Филиппов 2001; Балакай 2002; Алефиренко, Золотых 2008.

32 Добрыднева 2004, 44.

33 ФОСРЯ, 24.

34 Фелицына, Мокиенко 1990.

35 Яранцев 1985, 15.

щие семный состав фразеологического значения, в большинстве случаев вводим лексику оценочного характера.

Как известно, в сфере фразеологии преобладает отрицательная оценочность, что объясняется более острой и дифференцированной эмоциональной и рече-мыслительной реакцией людей именно на отрицательные явления, а также характерной для стрессовых, т. е. резко отрицательных эмоциональных состояний, тенденцией к использованию готовых речевых форм и в том числе устойчивых словесных комплексов36.

Отрицательную оценку обозначаемого фразеологизмом предмета, явления в наших детских словарях передают комментарии типа: «говорится с неодобрением», «говорится с осуждением», в том числе с показателями регулярности «часто», «обычно» и т. п., в выборе которых мы опираемся на известные лексикографические источники37 и анализ контекстов употребления ФЕ в живой речи (записи 2000-2009 г.):

ОТКЛАДЫВАТЬ В ДОЛГИЙ ЯЩИК (что-л.) Откладывать дело на неопределенное время

Говорится с неодобрением ***

НА ОДНУ КОЛОДКУ

Очень похожи друг на друга, одинаковы

Часто говорится с неодобрением ***

ОТРЕЗАННЫЙ ЛОМОТЬ

Человек, который отделился от семьи не поддерживает с ней тесную связь Обычно говорится с сожалением

Экспликация пейоративной оценочности ФЕ в рамках толкований осуществляется за счет введения в них известных адресату (входящих в лексический минимум для начальной школы и, соответственно, в активный лексикон читателя словаря) наименований отрицательно оцениваемых в обществе реалий окружающего мира — человеческих качеств (глупый, упрямый, физически слабый, ненормальный, безумный — ФЕ без царя в голове, хоть кол на голове теши, мало каши ел, белены объелся), действий (обманывать, хитрить, говорить глупости, бездельничать — ФЕ играть в кошки-мышки, нести околесицу, бить баклуши), качественных параметров действия (неряшливо, неразборчиво, надоедливо, скучно — ФЕ писать как курица лапой, заводить волынку) и т. п.

Немногочисленные ФЕ с положительной оценочностью, антонимичные приведенным выше (напр., семи пядей во лбу, косая сажень в плечах), семантически интерпретируются с использованием соответствующих компонентов дефиниций (умный, мудрый, физически сильный, крепкого телосложения) и комментария: говорится с одобрением.

В словарях для средней школы и для взрослых, изучающих русский язык как неродной, дефиниции в ряде случаев могут быть более детализированы, содер-

36 Гайфуллина 2008.

37 БМС 1998; Мокиенко, Никитина 2008а; Мокиенко, Никитина 2008б; Алефиренко, Золотых 2008; БФСРЯ 2006; ФОСРЯ 2009.

жательно приближены к образцам академических словарей, однако структурные типы толкований при этом сохраняются.

БИБЛИОГРАФИЯ

Алефиренко Н. Ф., Золотых Л. Г. 2008: Фразеологический словарь. Культурно-познавательное пространство русской идиоматики. М.

Балакай А. Г. 2009: Русский речевой этикет и принципы его лексикографического описания: автореф. дис. ... д-ра филол. наук. Орел.

БМС 1998: Бирих А. К., Мокиенко В.М., Степанова Л. И. Словарь русской фразеологии. Историко-этимологический справочник. СПб.

БФСРЯ 2006: Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употре -бление. Культурологический комментарий / В. Н. Телия (ред). М.

Волина В.В. 2001: Фразеологический словарь. СПб.

Волков С. В. 2009: Уникальный иллюстрированный фразеологический словарь для детей. СПб.

Гайфуллина Р. Н. 2008: Коннотативный и оценочный макрокомпоненты фразеологического значения (на примере фразеологических оборотов английского, русского и татарского языков) [Электронный ресурс] // Образование и наука Закамья Татарстана. Ежеквартальный научно-методический Интернет-журнал. №13. иКЬ: http://kama.openet.ru/ итуеге^.ш1Т1Мех.ЙтЮреп&Мепи=УиМа1п-Ь1Ьгапе8 (дата обращения: 19.12.2008).

Добрыднева Е. А. 2004: Актуальные проблемы создания коммуникативного фразеологического словаря // Словарное наследие В. П. Жукова и пути развития русской и общей лексикографии / В. И. Макаров (ред.). Великий Новгород, 44-46.

Жуков В. П. 1986: Русская фразеология. М.

ШФС 1989: Жуков В. П., Жуков А. В. Школьный фразеологический словарь русского языка. М.

Мелерович А. М., Мокиенко В. М. 2006: Изоморфизм между семантикой и формой фразеологической единицы и принципы построения словарных дефиниций // Слово — сознание — культура/ Л. Г. Золотых (сост.). М., 211-228.

Мокиенко В. М. 1980: Славянская фразеология. М.

Мокиенко В. М., Никитина Т. Г. 2008а: Большой словарь русских поговорок. М.

Мокиенко В. М., Никитина Т. Г. 2008б: Большой словарь народных сравнений. М.

ШФСРЯ 2000: Школьный фразеологический словарь русского языка / А. Ю. Москвин (сост.). М.

Назарян А. Г. 19877: Фразеология современного французского языка. М.

Розе Т. В. 2005: Большой фразеологический словарь для детей. М.

Сидоренко М. И. 1982: Парадигматические отношения фразеологических единиц в современном русском языке. Л.

Ставская Г. М. 2002: Учусь понимать образные выражения: Фразеологический словарик: Пособие для учащихся нач. шк. М.

ФС 2009: Фразеологический словарь / Н. В. Томашевская (сост.). М.

Ушакова О.Д. 2004: Почему так говорят: Фразеологический словарик школьника.

СПб.

Фелицына В. П., Мокиенко В.М. 1990: Русские фразеологизмы. Лингвострановедче-ский словарь. М.

Фелицына В. П., Мокиенко В.М. 2002: Школьный фразеологический словарь. М.

ФОСРЯ 2009: Фразеологический объяснительный словарь русского языка / А. Н. Баранов, Д. О. Добровольский (ред.). М.

ФСРЯ 1978: Фразеологический словарь русского языка / А. И. Молотков (ред.). М.