обеспеченность рекреационного водопользования для перспективного рекреационного развития регионов Верхней Оби

НАУЧНЫЕ СООБЩЕНИЯ ♦ SCIENTIFIC REPORTS

Раздел 1 ГЕОГРАФИЯ И ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЕ

Section 1 GEOGRAPHY AND ENVIRONMENTAL MANAGEMENT

УДК 504.062

ОБЕСПЕЧЕННОСТЬ РЕКРЕАЦИОННОГО ВОДОПОЛЬЗОВАНИЯ ДЛЯ ПЕРСПЕКТИВНОГО РЕКРЕАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ РЕГИОНОВ ВЕРХНЕЙ ОБИ

И.В. Андреева, С.В. Циликина

Институт водных и экологических проблем СО РАН, Барнаул, E-mail: direction-altai@yandex.ru

Обосновано понятие обеспеченность рекреационного водопользования, обозначающего степень соответствия между потенциальной потребностью в услугах водной рекреации и имеющимся экосистемным рекреационным потенциалом водных объектов и прибрежных территорий. Кратко изложен метод оценки обеспеченности рекреационного водопользования. Практика его показана на примере территорий перспективного рекреационного развития, включающих озера Большое Яровое (Алтайский край) и Чаны (Новосибирская область), реки Катунь (Республика Алтай) и Томь (Томская область). Выявлены различия в обеспеченности рекреационного водопользования между модельными территориями и неоднородность показателя внутри них самих. Проведено сравнение полученных результатов с оценкой рекреационно менее популярных территорий: бассейнов рек Алей, Чарыш, Чумыш (Алтайский край).

Ключевые слова: рекреационное водопользование, водная рекреация, экосистемные услуги, спрос, обеспеченность рекреационного водопользования.

DOI 10.24411/2410-1192-2018-10001 Дата поступления 14.11.2018

Юридически рекреационное водопользование трактуется как использование водных объектов и земельных участков в береговой полосе для целей отдыха, туризма и спорта. На государственном уровне в России рекреация приравнена к основным потребителям воды и признана элементом водного хозяйства с прогнозируемым ростом потребностей в водных ресурсах [1-2].

В научной литературе термин «рекреационное водопользование» не закреплен. При необходимости используются разные смысловые конструкции: водная рекреация, виды водной рекреа-

ции, рекреационные воды, околоводный отдых, водные рекреационные ресурсы, ресурсы водного туризма и др. В отечественных исследованиях отсутствует также единая концептуальная основа, применяются различные подходы, а полученные результаты трудно сопоставимы [3]. За рубежом аналогичные исследования базируются на концепции культурных «экосистемных услуг» (ecosystem services) [4], но специалисты признают единичность исследований непосредственно в области пространственного представления экосистемных услуг в прибрежном и аквальном планирова-

нии и недостаточность их для теоретических обобщений [5].

В последние годы активно развиваются исследования воды и связанных с ней природных компонентов не как среды, а как главного ресурса рекреации. Для этого привлекаются сведения о потребителе, а рекреационные воды приобретают вид ресурса, пространственно оконтуренного, количественно лимитированного, неоднородного по значению рекреационного предложения (потенциала).

Материалы и методы

В исследованиях рекреационных экосистемных услуг данные о потребителях чаще используются для расчета денежной стоимости [6], но в случае оценки неэкономических экосистемных благ требуют дополнения биофизическими (ландшафтными) и социальными аспектами, такими как предложение, спрос и потребление [7]. Одно из недавних сообщений по теме принадлежит Б. Ки1с2ук с соавторами [5]. Ими на основе ландшафтного подхода и данных о спросе оценен рекреационный потенциал Больших Мазурских озер (Польша) для водных видов отдыха. В оценку включены сведения о ландшафтах, отдыхающих, средствах рекреации (прокат плавсредств, платная рыбалка и др.), а результатом служит прибыль от использования территории. Этот подход принят за методическую основу в исследованиях обеспеченности рекреационного водопользования в регионах Верхней Оби, поскольку он согласуется с нашими предшествующими разработками [8]. Логическая схема исследования приведена на рисунке 1.

Для решения собственных задач из-за особенностей территории и имеющихся фактурных данных подход адаптирован следующим образом:

- стоимостная оценка трансформирована в немонетарную, т.к. в качестве модельных выбраны некурортные территории без платных рекреационных инфраструктуры и услуг;

- рекреационные мероприятия рассмотрены в форме пляжного отдыха и купания как самого массового из всех возможных видов отдыха у воды;

- вместо интервьюирования для получения сведений о количестве рекреационных водопользователей (спрос) привлечены официальные данные государственной статистики и регистрации, подтвержденная публикациями аналитика рекреационных предпочтений.

Выбор ключевых территорий для исследования выполнен по результатам анализа стратегий и программ социально-экономического развития регионов Западной Сибири. Среди региональных территорий перспективного рекреационного развития определены муниципалитеты, сфокусированные преимущественно на водообусловленных видах отдыха: в Алтайский крае - городской округ город Славгород (оз. Большое Яровое); в Республике Алтай - Май-минский и Чемальский районы (р. Ка-тунь); в Новосибирской области - Бара-бинский, Купинский, Чановский, Чи-стоозерный районы (оз. Чаны); в Томской области - Томский муниципальный район (р. Томь).

В основу определения спроса положены сведения о количестве потенциальных пользователей, которые для эффективности расчета разделены на внутренних (местные жители в полосе часовой транспортной доступности от населенных пунктов, но не более 60 км) и въездных (приезжие из сопредельных территорий). Формула расчета потенциальных местных потребителей получена на основании социологической аналитики рекреационных предпочтений [9-10]:

С = 0,21 х р

где С1 - потенциальные местные пользователи (чел.); Р1 - численность местного населения (чел.); 0,21 - коэффициент готовности к осуществлению отдыха у воды.

Вычисления выполнены по данным Федеральной службы государственной статистики [11] по численности населения Российской Федерации по состоянию на 1 января 2018 г.

Рис. 1. Схема исследования

Для определения количества потенциальных въездных пользователей приняты условия: продолжительность купального сезона - 60 дней в году (с 15 июня по 15 августа), ежедневная сменяемость и 100 % загрузка прибрежных объектов гостеприимства в этот период, все клиенты которых по принципу наименьших затрат отнесены к въездным. В основу расчетов положено количество мест размещения. В формуле учтены также отдыхающие в «сером» секторе туристского рынка (среднее по стране соотношение отдыхающих в

официальном и «сером» секторах составляет 9:11):

Ce = 133,3 X P,

где Ce - потенциальные въездные пользователи (чел.); P - количество мест размещения в официальном секторе (ед.); 133,3 - коэффициент потенциальной пропускной способности объектов размещения.

К количественным расчетам привлечены сведения о местоположении и вместимости объектов размещения, приведенные на официальных сайтах регионов Верхней Оби и сайтах их туристических ведомств.

В качестве операционных территориальных единиц в расчетах приняты долинные и пойменные ландшафты [1215]. Сведения о местоположении населенных пунктов получены из тематических слоев электронных карт (фонды ИВЭП СО РАН). Для уточнения природных характеристик территории привлекались топокарты и космические снимки. В качестве технического инструментария в расчетах использованы средства автоматизированной картографии на GIS-платформе ArcGIS 10.2.

Рекреационные экосистемные предложения территории были определены ранее ландшафтно-географическим методом [8]. Количественно они выражены площадями долинных (пойменных) ландшафтов трех степеней значимости, длиной участков рек и водоемов, площадями акваторий внутри ландшафтов. Наличие у частных ландшафтов численно выраженных природного рекреационного потенциала и потенциального потребителя водных рекреационных ресурсов позволяет оценить их соотношение.

Немонетарная форма потребовала разработки особого механизма оценки и введения специального оценочного параметра. С одной стороны, этот параметр должен сохранять смысл показателя, выражающего степень удовлетворения фактической потребности в воде хозяйства, предприятия, отрасли народного хозяйства, что соответствовало бы понятию «водообеспеченность» [16], с другой - поддерживать идеи признания значимости нематериальных экоси-стемных выгод [17] и опираться на биофизические аспекты рекреационного водопользования (рекреационных эко-системных услуг). Этим условиям отвечает предложенный нами показатель «обеспеченность рекреационного водопользования», который выражает степень удовлетворения потенциальной потребности собственного населения и въездных отдыхающих в услугах водной рекреации, предоставляемых экоси-

стемами водных объектов и прибрежных территорий.

Количественное выражение введенного показателя взаимоувязано с представлениями об антропогенных воздействиях на природные комплексы в результате хозяйственной (рекреационной) деятельности: допустимой рекреационной нагрузкой и рекреационной емкостью территории. Эти нормы, как и полученные нами количественные характеристики экосистемных предложений, опираются на простые морфомет-рические характеристики водных объектов. Так, в России для водозависимых видов отдыха антропогенная нагрузка уточняется по длине береговой линии и не должна превышать 200 человек на 1 км берега. Допустимая нагрузка на акваторию для купания составляет 100 человек на гектар [18]. Из этого следует, что рекреационная емкость (экосистем-ное предложение) каждой операционной территориальной единицы (ландшафта) в нашем исследовании может быть вычислена по формулам:

Сг = 400хЬг

или Си = 200х£/,

где Сгг - рекреационная емкость побережья реки или его участка (чел.); Си -рекреационная емкость побережья озера или его участка (чел.); Ьг - длина побережья реки или его участка в ландшафте (км); Ь1 - длина побережья озера или его участка в ландшафте (км); 200 - допустимая рекреационная нагрузка на территорию (чел./км.); 400 - удвоенное значение допустимой рекреационной нагрузки на территорию (чел./км), обусловленное нахождением обоих берегов реки в одном ландшафте.

Процедура получения формулы для расчета рекреационной емкости акватории требует пояснения. В идеале площадь зоны для купания может быть вычислена по формуле:

5 = 100хLxW,

где 5 - площадь акватории для купания (га); L - длина побережья реки или озера (км); Ж - ширина зоны купания (км);

100 - коэффициент для перевода значения площади из км2 в га для увязки с нормативами антропогенной нагрузки.

На модельных водных объектах не проводилось специальных исследований фактической ширины зон купания, поэтому нет возможности использовать в расчетах истинные данные. В нормативах к водным объектам для купания применяются ширина зоны купания от уреза воды до буйков: для взрослых -70-75 м, для родителей с детьми - 3040 м, для детей - 20-25 м [15]. Однако природные условия юга Западной Сибири и морфометрические характеристики модельных рек требуют значительного сокращения этих показателей. По данным энциклопедии Вода России [19] и Западно-Сибирского управления по гидрометеорологии и экологическому мониторингу [20] температура воды (ведущий фактор водной рекреации) в водоемах и водотоках региона ниже благоприятных значений, что сокращает время пребывания купальщиков в воде. Эта причина вместе с высокими скоростями течения и значительными уклонами дна смещает зону комфортного купания ближе к берегу. Поэтому за среднюю для рек принята ширина зоны купания в 5 м от уреза воды. Для озер сохранены общепринятые нормативы для взрослой категории купающихся (70 м). Поскольку оба берега реки находятся в одном ландшафте, то на реках ширина зоны купания составляет 0,01 км, а формула (5) для вычисления площади акватории получает вид:

Sar = Lr

или Sal = 7 х L¡,

где Sar - площадь акватории для купания на реке (га), Sar - площадь акватории для купания на озере (га).

Рекреационная емкость акватории для купания, следовательно, может быть вычислена по формулам:

Car = 100xLr

или Cal = 100x7xL¡,

где Car - рекреационная емкость акватории реки для купания (чел.); Cal - рекре-

ационная емкость акватории озера для купания (чел.); 100 - допустимая нагрузка на акваторию для купания (чел./га).

Имея данные о рекреационной емкости территории (Ctr и Cti) и рекреационной емкости акватории (Car и Cal), а также зная общее число потребителей (Cl + Ce) возможно рассчитать соотношение между экосистемным предложением для водной рекреации и потенциальным спросом. Исходя из того, что рекреационная емкость территории (акватории) представляет собой 100 % предложения, простым определением процентной доли получены формулы расчета обеспеченности рекреационного водопользования:

Str = 100 X

Stl = 100 X

Sar = 100 X

Sal = 100 X (C + Ce) / Cal, (13) где Str - обеспеченность спроса на побережье реки (%); Stl - обеспеченность спроса на побережье озера (%); Sar -обеспеченность спроса на акватории реки (%); Sal - обеспеченность спроса на акватории озера (%).

Количественно обеспеченность рекреационного водопользования выражается в процентах, что показывает долю потенциально используемого потребителями ресурса (максимального потенциального спроса) от имеющегося эко-системного предложения. Значение обеспеченности менее 100 % говорит о профиците ресурса и безопасном уровне возможной антропогенной нагрузки, более 100 % - о его дефиците, риске необратимых отрицательных изменений среды и необходимости планировочных решений о перераспределении рекреационных потоков.

Возвратив в формулы 10-13 выражения рекреационной емкости через длину побережья и применив алгебраическое сокращение коэффициентов в дробях, получим краткие формулы обеспеченности спроса:

Sr =

5аг =

5/ =

8а1 =

Коэффициенты в формулах демонстрируют различия в обеспеченности спроса на акватории и побережье водного объекта, а также между речными и озерными побережьями, между речными и озерными акваториями. Это указывает, что на реках вероятность исчерпания лимита экосистемных предложений на акватории в 4 раза выше, чем на побережье. В случае озер наоборот, эко-системные предложения могут быть исчерпаны на побережье в 3,5 раза быстрее, чем на акватории, на озерных побережьях - в 2 раза быстрее, чем на речных, а на акватории рек - в 7 раз быстрее, чем на акватории озер.

Кроме того, в исследовании, как и в действительности пляжный отдых и купание образуют единый комплексный вид рекреационной деятельности, использующий одновременно акваторию и побережье, а люди, пришедшие на пляж, являются одновременно и купальщиками, и загорающими. Это необходимо учитывать при использовании формул во избежание дублирования в расчетах.

Так, количество потенциальных рекреационных водопользователей для операционной территориальной единицы остается постоянным, но в зависимости от природной рекреационной обстановки пользователей в расчетах необходимо относить либо к категории загорающих, либо к категории купающихся. В случае, если купание некомфортно (например, реки с быстрым течением, холодной водой, большими уклонами дна и пр.), рекреанты больше времени проведут на берегу, а обеспеченность рекреационного водопользования следует рассчитывать по формуле для побережья. В случае теплых водоемов, где большинство пользователей, скорее всего, выберет купание как преимущественный вид рекреационной деятельности, в расчетах правильнее ис-

пользовать формулу для акватории. В условиях же юга Западной Сибири даже на мелководных прогреваемых водоемах с относительно комфортными условиями для купания отдых носит преимущественно прибрежный характер. Это учтено в расчетах и дальнейшем анализе полученных результатов.

Результаты и обсуждение

Результаты количественных расчетов приведены в таблице 1. Они показывают различия ситуаций в обеспеченности рекреационного водопользования между модельными территориями и неоднородность показателя внутри них самих. Однако следует учитывать, что показатель обеспеченности отражает возможную ситуацию в случае достижения спросом своего потенциально максимального уровня.

В случае потенциального максимума спрос может превысить предложение более чем в 25 раз на побережье (оз. Большое Яровое) и более чем в 69 раз на акватории (р. Катунь). Вместе с тем показатели Катуни, значимые для водной рекреации, существенно отличаются от оптимума действующих нормативов (табл. 2), что не только теоретически указывает на прибрежный характер водной рекреации, но и подтверждается практикой. Очевидно, что и на реке Томь, где показатель превышен в 64 раза, существуют объективные местные особенности и нагрузку на территорию и акваторию определяют преимущественно въездные туристы, которые посещают в регион скорее с деловыми и культурными целями, а не для пляжного отдыха (в стратегии развития региона разделение туристов на категории не приводится). Поэтому при анализе ситуаций в бассейнах рек Катунь и Томь следует применять прибрежные нормативы, а среди модельных территорий самым критичным считать показатель обеспеченности на озере Большом Яровом, превышающий возможности акватории более чем в 7 раз.

Экосистемные услуги, спрос и обеспеченность рекреационного водопользования на территориях перспективного рекреационного развития

Экосистемный Потенциальный I Экосистем ное 2 Обеспеченность

потенциал спрос предложение"

Ландшафт1 Ю 2 О сс Ьй с й -га * _1 1 г § о ^ 1 я но. и Н — £ " <и ч 1 ¥ -С ^ о О с; о. , г> К "я , == о. , 1) и — з сл в о. 'О-

11 с я Э <и -1 1 о- ' § = 8«? о — «и ч^ о Й, о Ш (_) о ^т ю го О <1> — ю ю ^ — СС — х а' Я 00

Алтайский край, оз. Большое Яровое

5. Склоны озерных котловин пологие с полынно-типчаковыми сухими степями 47,2 31,1 217,7 3826 156351 6220 10920 2559,1 735,8

Новосибирская область, оз. Чаны

260а. Озерные аккумулятивно-денудационные равнины плоские, с западинами и

озерами, с галофитно-разнотравными луговыми степями и остепненными луга- 417,1 317,3 2221,1 52 - 63460 111090 0,1 0,02

ми, с бескильницево-полынными и полынно-типчаковыми группировками

2606. Озерные аккумулятивно-денудационные равнины плоские, с западинами н

озерами, местами заболоченные, с галофитно-разнотравными лугами, с бескиль- 739,4 278,0 1946,0 244 - 55600 97300 0,4 0,1

ницево-полынными и солянковыми группировками

261г. Озерно-аллювиальные аккумулятивные равнины плоские, с большим коли-

чеством озер и западин, местами заболоченные, с галофитно-разнотравными 5599,5 174,4 1220,8 4325 62251 34880 61040 190,9 54,5

лугами, с бескильницево-полынными и солянковыми группировками

276в. Равнины плоские с многочисленными пресными и солоноватыми озерами,

с разнотравно-ковыльными степями, с/х землями, галофитно-разнотравными 837,74 112,9 790,3 367 - 22580 39550 1,6 0,5

луговыми степями, с солянковыми и типчаково-полынными группировками

Республика Алтай, р. Катунь

Р-У11-11-7.2. Долины У-образные с узкими поймами песчано-галечниковые с

лиственнично-березовыми. ивово-березовыми кустарниково-травяными лесами, 100,7 420,4 420,4 480 54520 168160 42040 32,7 130,8

разнотравно-осоковыми лугами

Р-УИ-11-7.3. Ящикообразные долины с прирусловыми ивняками, ивово-

березовыми лесами, низинными и настоящими лугами, участками болот, лист- 60,3 81,7 81,7 14865 - 32680 8170 45,5 181,9

веннично-березовыми кустарниково-травяными лесами

Р-УП-11-8.2. Долины с несколькими уровнями поймы с пионерными группировка-

ми на низкой пойме; разреженной травянисто-кустарниковой растительностью на 172,6 203,1 203,1 6680 1397651 81240 20310 1728,6 6914,5

основной пойме; сосновыми, березово-сосновыми злаково-разнотравными и папо-

ротниковыми лесами, луговыми степями и остепненными лугами на террасах

Томская область, р. Томь

49. Террасированные речные долины с кедрово-елово-пихтовыми лесами, сосня-

ками, березово-осиновыми лесами, суходольными лугами, разноуровневыми 738,6 514,6 514,6 11598 100242 205840 51460 54,3 217,3

поймами с березняками, ивняками, лугами

50. Поймы крупных рек с настоящими и заболоченными лугами, осиново-березовыми, елово- и пихтово-березовыми лесами, травяно-осоковыми болотами 777,0 128,2 128,2 151149 670632 51280 12820 1602,5 6410,1

Примечание: 1 - пользователи; 2 - рекреационная емкость; 3 - нумерация согласно легенде соответствующей ландшафтной карты.

Таблица 2

Параметры модельных рек, значимые в водной рекреации

Параметр Нормы, применяемые к водным объектам для купания [18] Фактические значения

Катунь Томь Алей, Чарыш, Чумыш

благоприятно относительно благоприятно неблагоприятно

Скорость течения реки, м/с [19] <0,3 0,3-0,5 >0,5 5-6 0,33 0,5-0,7

Температура воды, °С [20] 18-24 16-17; 25-26 <16;26< 13-15 +17-19 +17-19

На Большом Яровом в случае сближения фактического и потенциального значений спроса на рекреационные эко-системные услуги риск возникновения критической ситуации характерен и для побережья, и для акватории. Этот рекреационный район пользуется неизменной популярностью как у жителей Алтайского края и сопредельных регионов, так и у приезжающих на отдых из более отдаленных регионов Сибири и Казахстана. При этом власти Алтайского края продолжают активно продвигать окрестности озера в качестве регионального туристско-рекреационного кластера. В этой связи необходима детальная проработка вопросов по развитию курортной местности с участием специалистов в области территориального планирования и экологов. На других ключевых территориях имеется резерв территорий для перераспределения рекреационных потоков в случае необходимости.

Для исключения вопросов, которые могут возникнуть из-за высокмх значений показателя, приведем результаты, полученные при использовании этого же метода в бассейнах рек Алей, Чарыш и Чумыш (табл. 3). Бассейны отличаются друг от друга особенностями расселения, экономики и рекреационными экосистемными предложениями, а от территорий перспективного развития -меньшей рекреационной популярностью и планами развития. Долина реки Алей густо заселена, вмещает города и центры муниципалитетов. Река Чарыш протекает преимущественно по слабоза-

селенной сельской местности, его верховья и притоки широко известны среди любителей сплавов и рыболовного отдыха. Близкое расположение к крупным населенным пунктам трех аграрно-индустриальных регионов (Алтайский край, Новосибирская и Кемеровская области) повышает популярность реки Чумыш в качестве места отдыха.

Несмотря на имеющиеся различия бассейны Алея и Чарыша схожи в обеспеченности спроса на рекреационные экосистемные услуги. Так показатель на прибрежных территориях Алея колеблется от 0,3 до 7,8 %, Чарыша - от 2,5 до 9,0 %, на акватории 1,0-30,9 % и 8,136,0 %, соответственно. Пределы интервалов располагаются на сопоставимом уровне, и верхние значения существенно ниже лимита экосистемных предложений, что определяет безопасность для прибрежных и аквальных экосистем, а также доступность ресурсов для пользователей и экономики.

В бассейне реки Чумыш ландшафтное разнообразие и экосистемные предложения невелики. Площадь прибрежных ландшафтов, пригодных для рекреации в 1,5 раза меньше, чем в бассейне Алея и в 1,3 раза меньше, чем в бассейне Чарыша. Однако численность потенциальных местных водопользователей в 1,4 раза больше, чем аналогичный показатель в бассейне Алея и в 2,7 раза больше, чем в бассейне Чарыша. При этом на Чумыше и его притоках располагается 9 туристических объектов, способных принять около 50 тыс. посетителей.

Экосистемные услуги, спрос и обеспеченность рекреационного водопользования в долинно-пойменных ландшафтах

Ландшафт^ Экосистемный потенциал Потенциальный спрос1 Экосистем ное предложение2 Обеспеченность

площадь ландшафта, км" длина побережья Lr, LI, км площадь акватории Sar (б), Sal (7), га местные С|(1), чел. въездные Се (2), чел. ГЛ и 5 * т А £ S ^ - 8" и ю о с 5 У С? S.S £ » 5 и СП '—* я оо CJ s £ £ С i> в О- V) <L> ю g 2 сл акватория Sar (15), Sal (17), %

Бассейн Алея

31. Поймы средних рек с кустарниковыми лугами 709,5 227,9 113,4 7036 - 91140 22786 7,7 30,9

32. Поймы средних и малых рек с лугами и кустарниками 792,9 194,6 97,3 3399 - 77824 19456 4.4 17,5

33. Поймы с лугами, кустарниковыми зарослями и тополями 413.5 79.2 39,6 1224 - 31696 7924 3,9 15,5

35. Широкие балки с мелкими реками и лугами 244,4 65,4 32,7 362 - 26156 6540 1,4 5,5

36. Долины и балки с мелкими реками и галофитными лугами 540.4 148,7 74,3 4040 - 59468 14868 7,8 27,2

46. Поймы с лугами, местами заболоченные 212,1 65,8 32,9 357 - 26324 6582 1,9 5,4

48. Поймы с лугами, зарослями боярышника, редкими тополями 79,2 30,3 15,1 30 12106 3028 0,3 1,0

68. Долины и балки с мелкими реками и остепненными лугами 33,4 15,7 7,9 218 6280 1570 3,5 13,9

91. Скалистые долины с лиственными и еловыми лесами 460,9 136,1 68,1 1756 - 54448 13612 3,2 12,9

Бассейн Чарыша

31. Поймы средних реке кустарниковыми лугами 868.9 174,4 87,2 1411 - 56492 17440 2,5 8,1

46. Поймы с лугами, местами заболоченные 339,4 104,3 52.1 2184 - 41700 10426 5,2 21,0

47. Поймы песчано-галечниковые с лугами и редкими тополями 190.9 66,0 33,0 1892 - 26412 6604 7,2 28,7

65. Поймы больших и средних рек с лугами и тополями 508.7 71,4 35,7 2395 - 28548 7138 8,4 33,6

91. Скалистые долины с лугами и древесно-кустарниковыми зарослями 1240,0 346,2 173,1 1382 11064 138460 34616 9,0 36,0

Бассейн Чумыша

65. Поймы больших и средних рек с лугами и тополями 504,2 141,2 70,6 5352 1200 56492 14124 11.6 46,4

66. Поймы средних рек с закустаренными галофитными лугами и ветлово-тополево-кустарниковыми лесами 528,5 248,5 124,2 12842 16796 99388 24846 29,8 119,3

70. Долинные системы с закустаренными лесными лугами 134,9 30,4 15,2 1122 - 12160 304 9,2 369,1

75. Террасированные долины с лугами 425,8 72,2 36,1 1753 3066 28860 7216 16,7 66.8

76. Террасированные долины с заболоченными лесами 343,2 62,7 31,4 3390 14663 25080 6270 72,0 287.9

111. Долины с лугами и древесно-кустарниковыми зарослями 406,7 130,6 65,3 442 9464 52236 13060 19,0 75,8

Примечание: / - пользователи; 2 - рекреационная емкость; 3 - нумерация согласно легенде соответствующей ландшафтной карты.

Сопредельность бассейна Чумыша с регионами-донорами въездных рекреационных водопользователей, меньшая площадь пригодных ландшафтов, значительная численность потенциальных местных пользователей, значительные количество и вместимость объектов гостеприимства предопределили здесь б0льшую пестроту показателей обеспеченности спроса. Для побережий показатель варьирует в интервале от 9,2 до 72,0 %. Это существенно выше показателей Алея и Чарыша, и в отдельных случаях приближается к пределу возможности территории

В целом результаты, полученные для модельных бассейнов, показали ожидаемую дифференциацию показателя. На территориях перспективного ту-ристско-рекреационного развития он весьма превышен, обозначая территории, пользующиеся наибольшим спросом даже сегодня. На менее популярных территориях даже при максимально возможном уровне спрос преимущественно и существенно ниже экоси-стемного предложения. Эта благополучность связана с сельскохозяйственной специализацией региона, наличием достаточного количества водных ресурсов для рекреации, отсутствием крупных населенных пунктов и низкой плотностью населения.

Выводы

Современные зарубежные исследования в области оценки культурных экосистемных услуг активно развиваются в направлении разработки показателей оценивания неявных выгод (implicit valorisation) разных культурных

Список литературы

1. Водная Стратегия Российской Федерации до 2020 г. Утверждена Распоряжением Правительства РФ от 27 августа 2009 г. № 1235-р.

2. Водный кодекс Российской Федерации от 03.06.2006. № 74-ФЗ.

3. Андреева И.В. Рекреационное водопользование: историография и стратегия изучения // Изв. Алт. отд-я РГО. - 2017. - №3 (46). - С. 5-14.

4. EC. European Commission. Green Infrastucture - Enhancing Europe's Natural Capital. Brussels, 2013 (May).

5. Kulczyk S., Wozniak E., Derek M. Landscape, facilities and visitors // An integrated model of recreational ecosystem services. Ecosystem services. - 2018. - 31. - Р. 491-501.

6. Boerema A., Rebelo A.J., Bodi M.B., Esler K.J., Meire P. Are ecosystem services adequately quantified? // J. Appl. Ecol. - 2017. - 54 (2). - Р. 358-370. - DOI: 10.1111/13652664.12696.

практик, к которым относят целенаправленную деятельность туризма и рекреации [21]. Стоимостные оценки в этом случае всегда очень сложны, но не всегда уместны, поскольку для большинства пользователей выражение ценности природы в количественном виде немыслимо [22], особенно если рекреационные пространства являются родным местом [23]. Наше исследование показало, что в этом случае к процессу оценки можно подходить с позиции донорских возможностей среды и ее устойчивости, а показатели выражать в относительных величинах.

Хотя такие показатели не обладают достаточной точностью с официальной точки зрения, но они могут быть полезны в мероприятиях, обеспечивающих проработку решений при проведении общественных слушаний и презентаций проектных сценариев. Картографическое отображение с помощью GIS-технологий позволяет эффективно отразить информацию о распределении и востребованности экосистемных услуг. Для специалистов, граждан и сообществ, привлекаемых к обсуждению планов по рекреационному развитию территории, наглядность решений позволяет выработать наиболее уместные варианты развития территорий.

Особая важность среди результатов принадлежит пиковым значениям, что среди преобладающего благополучия указывает на потенциал конфликтов и помогает определить фокусные пространства для более глубокого детального анализа ситуации.

7. Wei H., Fan W., Wang X., Lu N., Dong X., Zhao Y., Zhao Y. Integrating supply and social demand in ecosystem services assessment: a review // Ecosyst. Serv. - 2017. - 25. -Р. 15-27. - DOI: 10.1016/j.ecoser.2017.03.017.

8. Андреева И.В., Циликина С.В. Ландшафтно-географический метод пространственной оценки водоресурсного потенциала для целей рекреационного водопользования // Водное хозяйство России. - 2017. - №5. - С. 34-50.

9. Какорина М.В. Рекреационные потребности работников как фактор мотивации трудовой деятельности // Вопр. экономики и права. - 2014. - № 2. - С. 48-51.

10.Нуксунова А.М. Досуговое поведение россиян // Мониторинг общественного мнения. - 2010. - № 4 (98). - С. 231-246.

11. Федеральная служба государственной статистики [Электронный ресурс]. - URL: www.gks.ru.

12.Гудилин И.С. (отв. ред.) Ландшафтная карта СССР. М-б 1:2 500 000. - М.: Мин-во геологии СССР, Гидроспецгеология, 1980. -

13. Ландшафтная карта Алтайского края. М-б 1 : 500 000 / Науч. ред. Ю.И. Винокуров; сост. Ю.И. Винокуров, Ю.М. Цимбалей; тех. ред. Л.Ф. Лубенец, С.В. Циликина, Н.Ю. Курепина. - Барнаул: ИВЭП СО РАН, 2016. - 2 л.

14.Цимбалей Ю.М. Ландшафтная карта Томской области. М-б 1 : 500 000 // Фонды ИВЭП СО РАН.

15.Черных Д.В., Самойлова Г.С. Ландшафты Алтая (Республика Алтай и Алтайский край). М-б 1 : 500 000. - Новосибирск: ФГУП «Новосибирская картографическая фабрика», 2010.

16. Словарь по гидрогеологии и инженерной геологии / Сост. А.А. Маккавеев, редактор О. К. Ланге. - М.: Гостоптехиздат, 1961. - 74 с.

17.Small N., Munday M., Durance I. The challenge of valuing ecosystem services that have no material benefits // Global Environ. Change. - 2017. - 44. - Р. 57-67. - DOI: 10.1016/j.gloenvcha.2017.03.005.

18.Колотова Е.В. Рекреационное ресурсоведение: уч. пособие. - М., 1999. - 217 с.

19. Энциклопедии Вода России [Электронный ресурс]. - URL: http://water-rf.ru.

20. Западно-Сибирское управление по гидрометеорологии и экологическому мониторингу [Электронный ресурс]. - URL: www.meteo-nso.ru.

21.Fish R., Church A., Winter M. Conceptualising cultural ecosystem services: A novel framework for research and critical engagement // Ecosystem Services. - 2016. - 21. -P. 208-217. - DOI: 10.1016/j.ecoser.2016.09.002.

22.Stalhammar S., Pedersen E. Recreational cultural ecosystem services: How do people describe the value? // Ecosystem Services. - 2017. - 26. - P. 1-9.

23.James S.P. Cultural Ecosystem Services // A Critical Assessment, Ethics, Policy & Environment. - 2015. - 18:3. - P. 338-350. - DOI: 10.1080/21550085.2015. 1111616.

References

1. Vodnaya Strategiya Rossyskoy Federatsii do 2020 g. Utverzhdena Rasporyazheniyem Pravitelstva RF ot 27 avgusta 2009 g. № 1235-r.

2. Vodny kodeks Rossyskoy Federatsii ot 03.06.2006. № 74-FZ.

3. Andreyeva I.V. Rekreatsionnoye vodopolzovaniye: istoriografiya i strategiya izucheniya // Izv. Alt. otd-ya RGO. - 2017. - №3 (46). - S. 5-14.

4. EC. European Commission. Green Infrastucture - Enhancing Europe's Natural Capital. Brussels, 2013 (May).

5. Kulczyk S., Wozniak E., Derek M. Landscape, facilities and visitors // An integrated model of recreational ecosystem services. Ecosystem services. - 2018. - 31. - P. 491-501.

6. Boerema A., Rebelo A.J., Bodi M.B., Esler K.J., Meire P. Are ecosystem services adequately quantified? // J. Appl. Ecol. - 2017. - 54 (2). - R. 358-370. - DOI: 10.1111/13652664.12696.

7. Wei H., Fan W., Wang X., Lu N., Dong X., Zhao Y., Zhao Y. Integrating supply and social demand in ecosystem services assessment: a review // Ecosyst. Serv. - 2017. - 25. -Р. 15-27. - DOI: 10.1016/j.ecoser.2017.03.017.

8. Andreyeva I.V., Tsilikina S.V. Landshaftno-geografichesky metod prostranstvennoy otsenki vodoresursnogo potentsiala dlya tseley rekreatsionnogo vodopolzovaniya // Vodnoye khozyaystvo Rossii. - 2017. - №5. - S. 34-50.

9. Kakorina M.V. Rekreatsionnye potrebnosti rabotnikov kak faktor motivatsii trudovoy deyatelnosti // Vopr. ekonomiki i prava. - 2014. - № 2. - S. 48-51.

10.Nuksunova A.M. Dosugovoye povedeniye rossiyan // Monitoring obshchestvennogo mneniya. - 2010. - № 4 (98). - S. 231-246.

11.Federalnaya sluzhba gosudarstvennoy statistiki. - URL: www.gks.ru.

12.Gudilin I.S. (otv. red.) Landshaftnaya karta SSSR. M-b 1:2 500 000. - M.: Min-vo ge-ologii SSSR, Gidrospetsgeologiya, 1980. -

13.Landshaftnaya karta Altayskogo kraya. M-b 1 : 500 000 / Nauch. red. Yu.I. Vinoku-rov; sost. Yu.I. Vinokurov, Yu.M. Tsimbaley; tekh. red. L.F. Lubenets, S.V. Tsilikina, N.Yu. Kurepina. - Barnaul: IVEP SO RAN, 2016. - 2 l.

14.Tsimbaley Yu.M. Landshaftnaya karta Tomskoy oblasti. M-b 1 : 500 000 // Fondy IVEP SO RAN.

15. Chernykh D.V., Samoylova G.S. Landshafty Altaya (Respublika Altay i Altaysky kray). M-b 1 : 500 000. - Novosibirsk, 2010.

16.Slovar po gidrogeologii i inzhenernoy geologii / Sost. A.A. Makkaveyev, redaktor O.K. Lange. - M.: Gostoptekhizdat, 1961. - 74 s.

17.Small N., Munday M., Durance I. The challenge of valuing ecosystem services that have no material benefits // Global Environ. Change. - 2017. - 44. - P. 57-67. -DOI: 10.1016/j.gloenvcha.2017.03.005.

18.Kolotova Ye.V. Rekreatsionnoye resursovedeniye: uch. posobiye. - M., 1999. - 217 s.

19.Entsiklopedii Voda Rossii. - URL: http://water-rf.ru.

20.Zapadno-Sibirskoye upravleniye po gidrometeorologii i ekologicheskomu monitor-ingu. - URL: www.meteo-nso.ru.

21.Fish R., Church A., Winter M. Conceptualising cultural ecosystem services: A novel framework for research and critical engagement // Ecosystem Services. - 2016. - 21. -P. 208-217. - DOI: 10.1016/j.ecoser.2016.09.002.

22.Stalhammar S., Pedersen E. Recreational cultural ecosystem services: How do people describe the value? // Ecosystem Services. - 2017. - 26. - P. 1-9.

23.James S.P. Cultural Ecosystem Services // A Critical Assessment, Ethics, Policy & Environment. - 2015. - 18:3. - P. 338-350. - DOI: 10.1080/21550085.2015. 1111616.

AVAILABILITY OF RECREATIONAL WATER USE IN THE TERRITORIES OF PERSPECTIVE RECREATIONAL

DEVELOPMENT IN THE REGIONS OF THE UPPER OB I.V. Andreeva, S.V. Tsilikina

Institute for Water and Environmental Problems SB RAS, Barnaul, direction-altai@yandex.ru

The concept of provision of recreational water use is substantiated. It indicates the degree of correspondence between the potential need for water recreation services and the available ecosystem recreational potential of water bodies and coastal areas. The method of estimation of security of recreational water use is briefly stated. The practice of application of the method is shown on the example of territories of perspective recreational development, including water bodies: lake Large Yarovoe (Altai krai), lake Chany (Novosibirsk oblast), river Katun (Altai Republic), river Tom' (Tomsk oblast). The differences in the provision of recreational water use between the model areas and heterogeneity of the indicator within them are revealed. The results are compared with the results of the assessment of less popular recreational areas: the basins of the Aley, Charysh, Chumysh (Altai krai).

Key words: recreational water use, water recreation, ecosystem services, demand, availability of recreational water use.

DOI 10.24411/2410-1192-2018-10001

Received November 14, 2018