ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПЕДАГОГИЧЕСКИМИ КАДРАМИ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ ШКОЛ В ПОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ

УДК 94

ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПЕДАГОГИЧЕСКИМИ КАДРАМИ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫХ ШКОЛ В ПОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ

© 2024 А. В. Третьяков

доктор исторических наук, профессор, профессор кафедры истории России

e-mail: dr_tretiyakov@mail. ru

Курский государственный университет

В статье рассматривается практически не изученная проблема обеспечения профессиональными педагогическими кадрами сельскохозяйственных учебных заведений в пореформенной России в условиях становления и развития сети и системы сельскохозяйственных учебных заведений всех типов. Данная работа началась с подбора и расстановки специалистов, имеющих установленный законом образовательный ценз, затем перешла в стадию психолого-педагогической подготовки и методического обучения работавших преподавателей путем организации педагогических курсов и распространения педагогического опыта. Поиск форм и методов повышения педагогической подготовки преподавателей сельскохозяйственных школ, накопление опыта в этом деле способствовали активизации деятельности по учреждению специальных сельскохозяйственных педагогических учебных заведений.

Ключевые слова: модернизация, сельскохозяйственные школы, педагогическая подготовка, педагогические курсы, учительский сельскохозяйственный институт, психо лого -педагогическая подготовка.

PROVISION OF TEACHING STAFF FOR AGRICULTURAL SCHOOLS

IN POST-REFORM RUSSIA

© 2024 A. V. Tretyakov

Doctor of Historical Sciences, Professor of the Department of Russian History, Professor e-mail: dr_tretiyakov@mail.ru

Kursk State University

The article deals with the practically unexplored problem of providing professional pedagogical personnel to agricultural educational institutions in post-reform Russia in the conditions of the formation and development of a network and system of agricultural educational institutions of all types. This work began with the selection and placement of specialists who have the educational qualification established by law, and then moved to the stage of psychological and pedagogical training and methodological training of teachers who worked by organizing pedagogical courses and distributing pedagogical experience. The search for forms and methods of improving the pedagogical training of teachers of agricultural educational institutions, the accumulation of experience in this matter contributed to the intensification of activities for the establishment of special agricultural pedagogical educational institutions.

Keywords: modernization, agricultural schools, pedagogical training, pedagogical courses, teachers' agricultural institute, psychological and pedagogical training.

В отечественной дореволюционной, советской и современной исторической науке весьма активно и многопланово исследуются проблемы российских

модернизаций. Историографический опыт показывает, что в данном направлении сделано достаточно много, но однозначно говорить о качественном и комплексном решении всех сущностных проблем прочных оснований нет. Мы полагаем, что такое положение дел стало результатом сложности комплекса модернизационных проблем, узостью аспектов, бравшихся для исследования, а также незначительного внимания к социально-образовательным и психологическим аспектам углублявшихся модернизационных процессов.

Вместе с тем постсоветский период отечественной историографии характеризуется значительно возросшим интересом исследователей к проблемам развития профессионального образования в пореформенной России. Очевидно, что это стало результатом реализации рыночных реформ и развития предпринимательских отношений, в том числе и в аграрной сфере. Исследования в это время проводились как на общегосударственном уровне, так и на материалах региональных архивов. При этом учёные в большей степени своё внимание обращали на деятельность Министерства просвещения по развитию не только общего, но и профессионального образования.

К числу исследований общеимперского уровня следует отнести работы Т.А. Дубровской [2], В.Н. Плаксина [12], Т.В. Филоненко [18] и др. Интересными по задумкам и реализации намеченных целей являются работы Т.М. Аминова [1], Е.С. Климановой [4], В.Г. Шубович [22], выполненные на региональном материале. Важно подчеркнуть, что авторы внесли существенный вклад в разработку проблемы, но, в силу специфики организации исследований, они практически фрагментарно касались проблемы подготовки кадров для профессиональных учебных заведений.

Особенно это касается низших сельскохозяйственных школ и училищ, которые активно стали развиваться в России со второй половины XIX в. Историографический обзор показывает, что сеть низших сельскохозяйственных учебных заведений всех типов и ведомств активно развивалась. Так, если в 1895 г. в Российской империи действовали 79 низших сельскохозяйственных учебных заведений, то в 1916 г. их сеть включала 408 сельскохозяйственных школ и училищ различных ведомств [16, с. 184].

Естественно, что рост сети учебных заведений способствовал увеличению численности контингента обучавшихся и стимулировал увеличение числа педагогических кадров для сельскохозяйственных учебных заведений. К примеру, в 1895 г. во всех низших сельскохозяйственных школах работало 352 преподавателя специальных предметов, из них 50 имели высшее, 186 среднее и 116 человек низшее образование. К началу XX в. их число фактически удвоилось. В 1901 г. в низших сельскохозяйственных школах работало уже 772 преподавателя. Высшее образование имели 113 преподавателей, среднее - 386, 264 получили низшее сельскохозяйственное образование [11, с. 29-30]. Эта тенденция устойчиво развивалась.

Следует сказать, что решение проблемы обеспечения педагогическими кадрами низших сельскохозяйственных школ и училищ рассматривалось как существенное условие подготовки кадров для аграрного производства России, активно втягивавшегося в рыночное хозяйствование. Эта проблема становилась государственной. В первом общеимперском законе о низших сельскохозяйственных школах, высочайше утверждённом 27 декабря 1883 г., уже содержались требования к образовательному уровню педагогических кадров. Закон устанавливал, что управляющий школою назначается попечителем по согласованию с владельцем имения, в котором учреждена школа, из «...лиц, окончивших курс в высшем или среднем сельскохозяйственных учебном заведении и при том основательно знакомых, на практике, с ведением сельского хозяйства» [7, с. 494].

«Преподаватели сельско-хозяйственных предметов в общих школах, -говорилось в законе, - назначаются из лиц, окончивших курс в сельскохозяйственных

учебных заведениях высшего или среднего разряда. Преподавателями специальных предметов в школах, учреждённых по отдельным отраслям сельского хозяйства, разрешается определять, сверх выше указанных лиц, также и таких, которые хотя и не окончили курса в означенных учебных заведениях, но доказали основательные свои познания по преподаваемым предметам» [7, с. 494].

Для преподавателей общеобразовательных предметов законодатель также устанавливал образовательный ценз. Учителя «в школы первого разряда, - говорилось в законе, - избираются из лиц, имеющих право преподавать в двухклассных сельских училищах Министерства Народного Просвещения, а в школы второго разряда - из лиц, имеющих право преподавать в начальных народных училищах того же ведомства» [Там же].

Аналогичным образом решалась проблема обеспечения преподавательскими кадрами сельских ремесленных учебных мастерских. В соответствии с законом о них, высочайше утверждённом 10 марта 1897 г., управляющими мастерскими могли назначаться «окончившие курс, по крайней мере, в низших технических или ремесленных училищах и приобретших достаточную опытность в практических работах» [13, с. 111].

Как следует из документов, законодатель ориентировал сторонников развития сельскохозяйственного образования и учредителей учебных заведений на подбор преподавательских кадров во вновь открываемые учебные заведения. Среди требований, кроме нужного уровня образования, законодатель устанавливает дополнительно, чтобы кандидат на занимаемую должность имел надлежащие практические навыки в сфере предстоящей педагогической деятельности.

Относительно системная работа местных органов власти, попечителей и руководства сельскохозяйственных школ способствовала обеспечению учебных заведений кадрами соответствующей квалификации. К примеру, в 1898 г. из 509 управляющих и преподавателей низших сельскохозяйственных школ всех типов высшее образование имели 73 человека (14,3%), из них 44 - высшее сельскохозяйственное. Преподаватели со средним образованием составляли большинство: 251 человек (49,3%), в том числе 122 со средним сельскохозяйственным образованием и 129 с общим средним образованием [16, с. 97].

Анализ статистических материалов и образовательного сельскохозяйственного законодательства показывает, что, по мере развития сети и системы аграрных учебных заведений, увеличения численности контингента учащихся и недостаточного числа выпускников профильных учебных заведений, требования к кадрам менялись. В этих условиях для замещения преподавательских должностей властные структуры и руководство школ стали подбирать преподавателей с более низким образовательным цензом, но с обязательным солидным опытом практической деятельности по профессии. Особенно это относилось к сельскохозяйственным школам более низких типов.

В законе о сельскохозяйственном образовании в России, высочайше утверждённом 26 мая 1904 г., устанавливалось, что директора, преподаватели и управляющие фермами средних сельскохозяйственных училищ «могут быть избираемы только из числа окончивших курс в одном из высших, преимущественно сельскохозяйственных, учебных заведений» [14, с. 550]. Относительно преподавателей низших сельскохозяйственных училищ закон устанавливал, что они «назначаются из лиц с высшим или средним образованием» [Там же, с. 552]. Уже отсутствовало чёткое указание на профиль учебного заведения, который должен был окончить кандидат на замещение должности.

Относительно требований к образовательному цензу руководства и преподавателей специальных дисциплин низших сельскохозяйственных школ в реальных повседневных условиях пореформенного времени законодатель делал значительные послабления, особенно в начале XX в. Прежде всего, законодатель отошёл от категоричности, установив, что управляющий и преподаватели специальных предметов «избираются из лиц, окончивших курс в высшем или среднем сельскохозяйственном учебном заведении». Вместе с тем он допускал уже, что «в исключительных случаях управляющий и учителя специальных предметов могут быть избираемы из лиц, хотя и не окончивших курса в означенных выше заведениях, но доказавших на практике свои специальные познания по преподаваемым ими предметам» [14, а 553]. Последующая нормативно-правовая база, регламентировавшая подбор педагогических кадров для сельскохозяйственных школ, подтверждает обозначенную тенденцию [20].

Источники показывают, что выпускники высших, средних и даже низших сельскохозяйственных школ в пореформенной России были активно востребованы не только в развивавшейся аграрной сфере, но ещё активнее в иных сферах жизнедеятельности в условиях низкой грамотности всего населения России, и в особенности сельского. При этом простой подбор кадров давал положительные результаты, но полностью не решал вопрос полного обеспечения педагогическим персоналом сельскохозяйственных школ в России.

Историография, источники позволяют говорить о том, что возможности сельскохозяйственных учебных заведений по количественной подготовке специалистов в условиях становления и развития системы были недостаточными по всем направлениям. К примеру, Московский сельскохозяйственный институт к началу 1915 г. за 6 лет деятельности подготовил 1 046 специалистов [5, а 75]. Все же высшие учебные заведения, включая женские сельскохозяйственные курсы, работавшие по программам высших учебных заведений, за всё время деятельности приняли на учёбу 3 946 человек, а выпустили из своих стен к началу 1915 г. только 1 318 специалистов [5, а 77]. Важно и то, что сведения о трудоустройстве их выпускников отсутствуют в официальной статистике.

Не лучше обстояло дело и с выпускниками средних сельскохозяйственных учебных заведений. За весь период их деятельности на учёбу было принято 5 055 человек, а к началу 1915 г. их окончило только 2 089 специалистов [5, а 79]. Примерно такой же была картина и по отдельным учебным заведениям. Так, в Казанском сельскохозяйственном училище за период работы из 285 поступивших закончили обучение только 158 человек. В Харьковском сельскохозяйственном училище из поступивших 459 человек окончили полный курс 338 выпускников [5, а 79].

В соответствии с законодательством руководящий персонал и педагогические кадры сельскохозяйственных школ получали достаточно высокое денежное вознаграждение за труд, а также пользовались иными льготами. Но даже такое внимательное отношение не могло переломить ситуацию в лучшую сторону. Историографический анализ свидетельствует о том, что решение проблемы осложнялось отсутствием у выпускников сельскохозяйственных учебных заведений необходимой психолого-педагогической и методической подготовки. Не все специалисты и практики сельского хозяйства могли стать хорошими преподавателями специальных дисциплин в учебных заведениях. Именно это в большей степени препятствовало процессу обеспечения учебных заведений преподавательскими кадрами.

Источниковый материал показывает, что государственные структуры, губернские власти, руководство учебных заведений в новых условиях хозяйствования

вели активный поиск форм и методов не только подбора, но и подготовки и обучения педагогических кадров. Особо активно этот вопрос обсуждался в январе 1895 г. на совещании, посвящённом низшим сельскохозяйственным школам. Практически все участники указывали на проблему обеспечения сельскохозяйственных школ кадрами преподавателей специальных дисциплин.

Интересным представляется доклад «О подготовке учителей специальных предметов для низших сельскохозяйственных школ» управляющего Остаховской сельскохозяйственной школой А. Петрова. Он признал эту проблему важной, актуальной и в основном не решённой. При этом, как практический работник, опираясь на реальное положение дел, он отметил, что открытие отдельных специальных учебных заведений для подготовки преподавателей специальных сельскохозяйственных дисциплин для аграрных школ является делом нужным, но преждевременным. По его мнению, создание отдельного учебного заведения «...по специальным предметам, в котором подготовлялись бы молодые люди к практической деятельности, трудно осуществить, так как потребность в учителях не особенно значительна при 50 общих школах» [6, с. 31]. Полагаем, что развитие системы профессионального сельскохозяйственного образования в России докладчик рассматривал как условие создания сельскохозяйственных педагогических учебных заведений.

Вместе с тем, понимая, что проблему следует решать незамедлительно, А. Петров предложил свой вариант подготовки педагогических кадров. Он считал, что в империи следует определить два базовых земледельческих училища и при них создать низшие сельскохозяйственные школы. Цель этих школ, согласно замыслу инициатора, состояла, с одной стороны, в подготовке кадров массовых профессий для аграрной сферы, а с другой - в практической подготовке учительских кадров для развивавшейся сети низших сельскохозяйственных школ.

Обучение предполагалось вести практико-ориентированное с уклоном на психолого-педагогическую и методическую подготовку молодёжи. Поэтому в низшие сельскохозяйственные школы при базовых земледельческих училищах в качестве преподавателей специальных дисциплин автор концепции предлагал назначать не только лучших выпускников земледельческих училищ, но и обязательно имевших намерение в перспективе заниматься педагогической деятельностью в сельскохозяйственных учебных заведениях (см.: [6, с. 31-42]).

Учитывая сложность предстоявшей работы и неоднозначное отношение населения к сельскохозяйственному образованию, руководство ведомства нашло компромиссный путь решения проблемы. Департамент земледелия в 1896 г. первоначально решил организовать одногодичные педагогические курсы при Харьковском земледельческом училище. Для начала процесса подготовки преподавателей для низших сельскохозяйственных школ Департамент земледелия отобрал и направил на педагогические курсы только 8 человек [19, с. 470].

Из данного числа потенциальных преподавателей следует, что такого количества выпускников курсов, естественно, не могло хватить для заполнения всех имевшихся вакансий. Но, с другой стороны, осторожная позиция Департамента земледелия в определении числа лиц для направления на курсы объясняется отсутствием нужного количества желавших стать впоследствии преподавателями низших сельскохозяйственных школ.

Надо отметить, что прогрессивная общественность не упускала из виду эту насущную проблему. В 1897 г. съезд деятелей по низшему сельскохозяйственному образованию обсудил вопрос, «какие слушатели на сельскохозяйственных педагогических курсах более желательны» [17, с. 108]. В ходе дискуссий пришли

к выводу, что «предпочтение должно быть оказано лицам, уже занимавшимся в школах». Вместе с тем «предоставление преимущества учителям школ перед только что окончившими, разумеется, последних совершенно исключить не может. Число низших сельскохозяйственных школ довольно быстро растёт, число же преподавателей их, хотя, может быть, и слабо, но всё-таки убывает. Отсюда видна необходимость постоянного прилива небольшого количества новых преподавателей. Они, как показал опыт, приглашаются главным образом из воспитанников средних земледельческих училищ» [17, а 108].

Для реализации выработанных рекомендаций Министерство госимуществ 2 мая 1897 г. своим приказом разрешило руководству земледельческих училищ России в целях «более равномерного приема слушателей из разных земледельческих училищ для удовлетворения потребностей разных местностей» направлять на курсы в Харьковское училище нужное в их регионах число выпускников. Но, в соответствии с этим приказом окончательное решение о зачислении на курсы принималось комиссией, созданной руководством Харьковского земледельческого училища [19, а 476].

Источники свидетельствуют, что, несмотря на ограниченное количество мест, выделявшихся для проведения курсов, желающих поступать на них оказывалось меньше. Поэтому для формирования нужной численности обучающихся на курсах Министерство госимуществ 17 февраля 1898 г. разрешило направлять на педагогические курсы в Харьковское земледельческое училище по два выпускника из каждого земледельческого училища. При этом один из направляемых становился казённокоштным, а второй - своекоштным учеником-преподавателем [8, а 591].

Органы государственной власти, руководство земледельческих училищ проводили значительную работу по развитию курсовой подготовки преподавателей для сельскохозяйственных школ. Однако статистические материалы показывают, что на рубеже XIX-XX вв. эту проблему не удалось решить полностью. Среди причин такого положения дел, на наш взгляд, неверно назывались недоработки руководства училищ, особенно в сфере пропаганды действовавших курсов.

При этом историографический обзор и статистические источники показывают, что оплата за работу выпускникам земледельческих училищ в сфере реального производства или на иной, в том числе и государственной, службе в новых условиях хозяйствования была выше, чем преподавателям низших сельскохозяйственных школ. Кроме того, работа в реальном производстве и государственных учреждениях открывала перед людьми со средним земледельческим образованием более предпочтительные социально-материальные перспективы.

Источниковый анализ показывает, что курсы не решили проблему подготовки педагогических кадров для сельскохозяйственных учебных заведений. В этих условиях руководство учебных заведений постоянно организовывало различные формы работы по распространению среди преподавателей специальных дисциплин накопленного педагогического опыта. Естественно, это способствовало повышению уровня психолого-педагогической подготовки, методической грамотности молодых преподавателей, сдерживало их отток из учебных заведений, но не решало проблему подготовки педагогических кадров для работы в сельскохозяйственных учебных заведениях.

В начале XX в. работу проводили как государственные органы, так и общественные организации. Развитие сети и системы низшего сельскохозяйственного образования стимулировало приток женщин в систему сельскохозяйственного образования. В соответствии с законом, одобренным Госсоветом и Государственной думой, высочайше утверждённым 30 июня 1913 г., женщины получали право преподавания в низших сельскохозяйственных школах, если уровень их

профессиональной подготовки соответствовал определённому образовательному цензу. Законодатель устанавливал, что женщины не могли занимать руководящие и воспитательские должности в мужских сельскохозяйственных учебных заведениях [10, с. 685].

Поиски властными структурами и общественностью способов обеспечения сельскохозяйственных школ преподавателями специальных дисциплин с педагогической подготовкой привели правительство к пониманию необходимости учреждения в России специального высшего учебного заведения. Закон «Об учреждении учительского сельскохозяйственного института» в России после одобрения Госсоветом и Государственной думой был высочайше утверждён 3 июня 1914 г. «Учредить, - говорилось в нём, - в приобретённом у крестьянского поземельного банка имении Гора, Новоржевского уезда, Псковской губернии учительский сельскохозяйственный институт на основаниях, изложенных в прилагаемых при сём Положении» [9, с. 2938].

«Учительский сельскохозяйственный институт имеет целью, - говорилось в Положении, - подготовлять учителей для низших сельскохозяйственных учебных заведений по специальным и вспомогательным предметам» [15, с. 2939]. Для достижения определённой цели законодатель устанавливал, что при институте обязательно должны быть: «1) библиотека; 2) педагогический музей и пособия по экспериментальной психологии и школьной гигиене; 3) кабинеты и лаборатории по предметам преподавания в институте и 4) учебно-показательные учреждения».

«Кроме того, - определял законодатель, - для практических упражнений слушателей института в преподавании при институте находится образцовое низшее и сельскохозяйственное училище, учрежденное на основе Положения о сельскохозяйственном образовании. с отступлениями, предусмотренными настоящим Положением» [Там же].

На первый курс института, в соответствии с Положением, принимались «молодые люди, окончившие полный курс средних или высших сельскохозяйственных учебных заведений, средних сельскохозяйственно-технических учебных заведений Министерства народного просвещения, а также сельскохозяйственных отделений других высших учебных заведений, а равно и ветеринарных институтов» [15, с. 2941].

С учётом образовательного ценза поступавших в сельскохозяйственный педагогический институт слушателей формировалась и программа их обучения. Естественно, что уклон в большей степени делался в сторону психолого-педагогической, методической и практической педагогической подготовки. В соответствии с таким подходом в Положении закреплялось, что «слушатели института: 1) присутствуют на уроках в низших сельскохозяйственных училищах; 2) дают пробные уроки в низших сельскохозяйственных училищах; 3) занимаются разбором пробных уроков; 4) изготовляют наглядные пособия по естественным и сельскохозяйственным предметам; 5) участвуют в руководительстве учениками училища при практических занятиях по сельскому хозяйству и ремёслам; 6) принимают участие при ведении общедоступных курсов по отдельным отраслям сельского хозяйства; 7) работают в лабораториях и кабинетах, на метеорологической станции и в прочих опытных учреждениях; 8) несут дежурство в низшем сельскохозяйственном училище, делают экскурсии в другие школы и хозяйства.» [Там же].

Источники показывают, что в институте основной упор делался на теоретико-практическую подготовку специалистов сельского хозяйства к преподавательской деятельности в низших сельскохозяйственных школах и училищах. Для этого законодатель предусматривал учреждение при сельскохозяйственном педагогическом

институте низшего сельскохозяйственного училища и низшей сельскохозяйственной школы.

В соответствии с п. 2 закона «Об Учительском сельскохозяйственном институте» при нём действовало «образцовое низшее сельскохозяйственное училище», учреждённое на основе Положения о сельскохозяйственном образовании 1904 г. Горское низшее сельскохозяйственное училище по распоряжению Главного управления землеустройства и земледелия было открыто осенью 1914 г. [21, а 1037]. Из Устава училища, утверждённого министром земледелия Российской империи 20 марта 1916 г., следует, что оно учреждено «для практических упражнений слушателей Института в преподавании». [21, ^1037]

Учреждение при институте низших сельскохозяйственных училища и школы рассматривалось не только как создание надлежащей практической базы для педагогической подготовки учителей, но и как способ воспитания самих будущих учителей специальных предметов в сельскохозяйственных школах, социально-профессиональной адаптации их к работе в новых условиях. Дело в том, что проблема закрепления на селе специалистов в условиях углубления рыночных отношений становилась особенно актуальной.

Соответственно такому подходу определялись воспитательные цели и содержание учеников в училище. «Воспитание в училище, - говорилось в Уставе, -должно быть направлено на развитие и укрепление в учащихся религиозного чувства, любви к Царю и отечеству и общих правил нравственности; кроме того, сообразно цели училища, воспитание должно иметь своею задачею развитие в учениках качеств, необходимых в предстоящей им деятельности на сельскохозяйственном поприще, каковы любовь к природе, привязанность к сельской жизни и обстановке, уважение к труду во всех его видах и стремление использовать приобретённые в училище познания в целях улучшения жизни земледельческого населения» [21, а 1039].

В условиях недостаточно развитой системы воспитательной работы в низших сельскохозяйственных школах воспитательные задачи было призвано решать и содержание учеников, которое должно было «в отношении одежды, пищи и вообще образа жизни... быть сообразно с условиями местного земледельческого быта и с требованиями гигиены, но отнюдь не развивать в питомцах училища склонностей и привычек, не соответствующих предстоящей им скромной трудовой жизни» [Там же].

Вышеизложенный материал показывает, что результаты реализации «великих реформ» XIX в. стали социально-экономическим стимулом развития сети и системы сельскохозяйственного образования, которое в пореформенное время становилось существенным фактором относительной устойчивости комплекса модернизационных процессов в России. В рыночной повседневности пореформенного времени подготовка педагогических кадров для сельскохозяйственных учебных заведений становилась государственным делом, обеспечивающим народное хозяйство кадрами массовых профессий, которые углубляли устойчивость преобразовательной деятельности.

Решение проблемы по обеспечению сельскохозяйственных учебных заведений преподавателями специальных дисциплин с педагогической подготовкой проводилось целенаправленно, но противоречиво и сложно. По мере развития сети и системы профессионального сельскохозяйственного образования прогрессивная правящая бюрократия и общественность искали пути повышения эффективности работы аграрных учебных заведений путём совершенствования психолого-педагогической и методической подготовки преподавательских кадров.

Эта деятельность, по нашему мнению, развивалась по трём направлениям. Первое как базовое началось в середине XIX в. и продолжалось до прекращения

существования Российской империи. Суть работы сводилась к поиску, отбору и трудоустройству специалистов сельского хозяйства, имевших надлежащий образовательный ценз, в сельскохозяйственные школы. Второе направление вытекало из первого и было нацелено на создание системы повышения психолого-педагогической и методической грамотности работающих преподавателей и распространение среди них передового педагогического опыта.

Относительные успехи и накопление определённого опыта в этой работе, активность общественности, в том числе педагогической, стимулировали в прогрессивной правившей бюрократии понимание перспективной необходимости создания специальных педагогических учебных заведений, в которых можно было готовить преподавателей для сельскохозяйственных учебных заведений, в том числе и низших.

Библиографический список

1. Аминов, Т. М. Развитие системы профессионального образования в Башкирии

(начало XVII - до 1917 года ): автореферат диссертации .. доктора педагогических

наук / Т. М. Аминов. - Уфа, 2012. - 51 с.

2. Дубровская, Т. А. Формирование и развитие системы профессионального образования в России (XIX - начало XX века) : автореферат диссертации ... доктора

исторических наук / Т. А. Дубровская. - Москва, 2004. - 56 с.

3. Иванов, А. Е. Высшая школа России в конце XIX - начале XX века / А. Е. Иванов ; Академия наук СССР, Институт истории СССР. - Москва, 1991. - 392 с.

4. Климанова, Е. С. Становление профессионального образования в российской провинции во второй половине XIX - начале XX века (по материалам Самарской губернии): автореферат диссертации ... кандидата исторических наук / Е. С. Климанова. - Самара, 2007. - 23 с.

5. Краткие статистические сведения по подведомственным Департаменту Земледелия сельскохозяйственным учебным заведениям. Выпуск IV. Сведения к 1 января 1915 года. - Петроград, 1915. - 197 с.

6. Материалы для совещания о низших сельскохозяйственных школах при Департаменте Земледелия в январе 1895 года. - Санкт-Петербург, 1895. - 141 с.

7. Нормальное Положение о низших сельскохозяйственных школах. Закон. Высочайше утверждённое 27 декабря 1883 года // ПСЗРИ. Собр. третье. Том 3. 1883. -Санкт-Петербург, 1886. - С. 491-494.

8. О педагогических курсах при Харьковском училище. Распоряжение Министерства Госимуществ от 17 февраля 1898 года // Сборник сведений по сельскохозяйственному образованию. Выпуск VII. Распоряжения по сельскохозяйственным учебным заведениям за время 1865-1901 гг. -Санкт-Петербург, 1901. - 796 с.

9. Об учительском сельскохозяйственном институте. Закон. Высочайше утверждён 3 июля 1914 года // Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при правительствующем Сенате. 1914. Отдел первый. Второе полугодие. -Санкт-Петербург, 1914. - С. 238-239.

10. О допущении лиц женского пола к службе по учебно-воспитательной части в сельскохозяйственных учебных заведениях. Высочайше утверждённый одобренный Госсоветом и Госдумой закон.30 июня 1913 г. // ПСЗРИ. Собрание третье. Том 33 (1913). Часть 1. - Санкт-Петербург, 1913. - С. 685.

11. Пичужкин, Н. А. Низшее сельскохозяйственное образование во второй половине XIX века / Н. А. Пичужкин // Наука без границ. - 2016. - № 4 (4). - С. 27-31.

12. Плаксин, В. Н. Становление и развитие сельскохозяйственного образования и научной агрономии в России (XVIII - первая половина XIX вв.): диссертация ... доктора исторических наук / В. Н. Плаксин. - Воронеж, 2004. - 403 с.

13. Положение о сельскохозяйственных ремесленных учебных мастерских. Закон. Высочайше утвержденное 10 марта 1897 г. //ПСЗРИ. Собр. третье. Том VII. 1897. -Санкт-Петербург, 1900. - С. 109-112.

14. Положение о сельскохозяйственном образовании. Закон. Высочайше утвержденное 26 мая 1904 года. // ПСЗРИ. Собр. третье. Том XXIV. 1904. -Санкт-Петербург, 1907. - С. 544-553.

15. Положение об учительском сельскохозяйственном институте. Закон. Высочайше утверждён 3 июля 1914 года //Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при правительствующем Сенате. 1914. Отдел первый. Второе полугодие. - Санкт-Петербург, 1914. - С. 2938-2943

16. Третьяков, А. В. Низшая сельскохозяйственная школа России в конце XIX -начале XX века / А. В. Третьяков. - Курск, 1998. - 200 с.

17. Труды съезда деятелей по низшему сельскохозяйственному образованию при Уманском училище земледелия и садоводства в январе 1898 года. - Санкт-Петербург, 1899. - 244 с.

18. Филоненко, Т. В. Реформы и контрреформы: история школьных систем в России XIX - первой трети ХХ века / Т. В. Филоненко. - Воронеж, 2004. - 455 с.

19. Сборник сведений по сельскохозяйственному образованию. Выпуск XV. Действующие распоряжения по сельскохозяйственным учебным заведениям по 1910 год. - Санкт-Петербург, 1910. - 798 с.

20. Устав народных сельскохозяйственных школ. Утверждён Товарищем Главуправляющего Землеустройством и Земледелием графом П.Н. Игнатьевым 20 ноября 1912 г. // ГАКО. - Ф. 1504. - Оп. 1. - Д. 241. - Л. 51-56.

21. Устав Горского низшего сельскохозяйственного училища при Учительском сельскохозяйственном институте // Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при правительствующем Сенате. 1916. Отдел первый. Первое полугодие. - Санкт-Петербург, 1916. - С. 1037-1043

22. Шубович, В. Г. Становление и развитие системы профессионального

образования в Симбирской губернии (1839-1917 гг.) автореферат диссертации ...

кандидата исторических наук / В. Г. Шубович. - Чебоксары, 2013. - 47с.