Трансформация экономической системы и эволюция парадигмы экономической науки

ОТРАСЛЕВАЯ И РЕГИОНАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА: ПРОБЛЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ И ПУТИ РЕШЕНИЯ

УДК 330.101.8 ББК 65.010.12

Т. В. Петренко

ТРАНСФОРМАЦИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ И ЭВОЛЮЦИЯ ПАРАДИГМЫ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НАУКИ

T. V. Petrenko

TRANSFORMATION OF ECONOMIC SYSTEM AND EVOLUTION OF PARADIGM OF ECONOMICAL SCIENCE

Рассматривается эволюция парадигмы экономической науки в контексте развития экономической системы. Определяются подходы к формированию системной парадигмы, в рамках которой закладывается научный инструментарий для адекватного понимания происходящих в современном обществе перемен, прежде всего связанных с наблюдаемыми качественными сдвигами в развитии экономики при переходе к информационному обществу.

Ключевые слова: парадигма экономической науки, классическая школа в экономике, неоклассическая школа, институционализм, эволюционная теория.

The evolution of the paradigm of economical science is analyzed in the context of economical system progress. The approaches to the systemic paradigm formation are defined. Within the paradigm scientific instruments for the adequate comprehension of changes, taking place in the modern society and connected with some qualitative shifts in economical development at transition to the information-oriented society, are developed.

Key words: paradigm of economic science, classical school of economics, neoclassical school of economics, institutionalism, evolution theory.

Накопление структурных сдвигов в развитии современной экономической системы обусловлено качественными преобразованиями в уровне развития производительных сил. На всех этапах воспроизводственного процесса все большее значение приобретает инновационная компонента, актуализация которой характеризует становление качественно нового типа общества, все чаще называемого постиндустриальным, информационным или даже постэкономическим [1]. Приоритетное значение в формирующейся системе приобретает информация, как непосредственно экономическая категория, анализ которой требует формирования новых научных подходов, изменения стиля самого научного мышления, поиска нового понятийного аппарата, принципов и методов исследования, т. е. речь идет о трансформации парадигмы экономической науки.

Переход к новой парадигме становится необходимым тогда, когда наука не может связать в единую систему и рационально объяснить возникающие новые факты, явления и события объективной реальности. Фактически именно последнее ставит под сомнение возможности науки, а научная парадигма призвана устранить эти сомнения. Как справедливо заметил Т. Кун, «новая теория предстает как непосредственная реакция на кризис, причем любой кризис начинается с сомнения в парадигме» [2].

Общим признаком, указывающим на необходимость появления новой парадигмы, обычно является несоответствие между накопившимся эмпирическим материалом и способностью дать ему рациональное объяснение с точки зрения имеющихся теоретических конструкций. В сложившихся условиях в науке наблюдается, как правило, формирование определенного уклона в сторону эмпиризма и прагматизма, соответственно уходом от постановки и решения любых общих вопросов, которые только и возможны в рамках принципиально новой теории. В этом же контексте происходит существенное изменение в традиционных системах ценностей и предпочтений, и, как следствие, наиболее очевидной выступает несостоятельность сложившихся в социально-экономических науках взглядов.

Следует заметить, что новая экономическая парадигма может представляться и как полное отрицание предшествующей, и как изменение только основных парадигмальных аспектов, имеющих принципиальное значение в процессе получения и систематизации новых знаний. Однако общим свойством адекватных теоретических подходов, по-видимому, является все же то, что они не элиминируют полностью предшествующие знания, а наоборот - интегрируют их, выступая как особый случай более широких взглядов на какие-либо проблемы. Особо следует отметить, что разработка новой парадигмы связана не просто с определением новой понятийной системы, но и с формированием принципиально иного типа или стиля мышления, а также с радикальным изменением методологии и концептуального аппарата науки.

Говоря об эволюции парадигмы самой экономической науки, ее истоки можно связать с парадигмой философии, определившей особенности познания мира и его сущности человеком. Благодаря античной философии наука приобрела необходимый для познания инструментарий, представленный прежде всего в методах формальной логики, сформулированных Аристотелем. Традиционные хозяйственные уклады, анализируемые в рамках сложившейся научной традиции, имели достаточно обоснованную научную аргументацию. Она строилась на рационализации хозяйственного опыта и закреплялась в виде норм и правил, которые в полной мере отражали и давали возможность систематизации и оценки наблюдаемых в эмпирии явлений и процессов.

Качественные изменения в развитии хозяйственной жизни, произошедшие в процессе повсеместного перехода к рыночной модели экономики, инициировали смену парадигмы экономической науки, прежде всего благодаря распространению идей меркантилизма и физиократии, а затем - классической школы политической экономии. Решающее значение в изучении процессов производства, распределения, обмена и потребления стал приобретать метод, который направлен на исследование не столько форм мышления, сколько движущих сил и законов развития самого объективного мира, его познания и отражения в экономической системе. Для политической экономии таким методом исследования стала диалектика. В основе систематизации понятий в диалектике оказались принципы развития и взаимосвязи, и поэтому экономическая система впервые была рассмотрена через развивающуюся взаимосвязь категорий и законов. Основные законы диалектики нашли применение в экономической науке начиная с их интуитивного использования в анализе процесса формирования рыночной экономической системы А. Смитом в соответствии с трудовой теорией стоимости, затем - в выявлении противоречивости капиталистического общества П. Ж. Прудоном и т. д. Наиболее же наглядное применение этого метода в контексте материалистической диалектики нашло отражение в теории К. Маркса. Сущность материалистического подхода заключалась в том, что главным субъектом исторического процесса выступал занятый производственной деятельностью человек - носитель производственных отношений, а также признавалась принципиальная возможность познания объективного мира в его эволюции. В гносеологическом плане, благодаря этому, в познании экономической жизни ведущими стали методы восхождения от абстрактного к конкретному, а также принцип единства исторического и логического.

Синтетические тенденции сближения формальной и математической логики сыграли значительную роль в возникновении системного метода исследования, что затем теснейшим образом оказалось взаимосвязано с развитием экономико-математического моделирования. Первой подобной моделью в истории экономической науки стала экономическая таблица Ф. Кенэ. В этом смысле становление экономической науки возродило в философии в концентрированном виде парадигму взаимосвязи.

Классическая школа, обобщив накопленные знания, сформировала стройную научную доктрину, выработав необходимый категориальный аппарат, позволивший описать наблюдаемые процессы, определить объективные законы их развития с помощью соответствующего научного инструментария.

Диалектический синтез реального процесса и его познания через сознательное обобщение и научные абстракции дал возможность описать внутреннюю взаимосвязь между объективным миром и его субъективным отражением в сознании человека. Само же соотношение «объект -субъект» предполагало выявление прямых, опосредованных и обратных связей между ними, которые отражают единство и различие неотъемлемых частей производительных сил и мотивов экономического поведения человека. В результате классическая парадигма экономической нау-

ки постулировала как возможность познания экономической реальности, так и отражение механизма ее развития через систему понятий и категорий. Приоритетное место в научной трактовке экономических процессов получила стоимость, благодаря определению которой появилась возможность построить стройную и логичную категориальную систему, описывающую рыночные отношения в соответствии с диалектическим синтезом категорий «абстрактного и конкретного». Материалистический монизм позволил К. Марксу в анализе теории стоимости преодолеть некоторые ее противоречия, выраженные прежде всего в так называемой «догме Смита». Он акцентировал внимание на том, что стоимость сама по себе материальной не является, ее нельзя подвести под теорию отражения, труд же выступает единственной основой стоимости. Анализ двойственного характера труда позволил наиболее наглядно определить возможности экономического познания с использованием общенаучных методов, при этом исследования в рамках, например, теории прибавочной стоимости вывели на объяснение общественного развития с точки зрения экономических закономерностей, ему свойственных.

Индустриализация экономики и связанные с ней прорывы в области развития производительных сил определили кризис классической парадигмы экономической науки и обусловили научный поиск в области объяснения тех изменений, которые соответствовали появлению новой экономической системы. Получившая распространение в конце XIX - начале ХХ в. неоклассическая экономическая теория, не отказываясь от методологии классиков, основной акцент перенесла на инструментальные методы исследования в предположении о практически полной взаимозаменяемости факторов, прежде всего капитала и труда. Это привело фактически к замене политической экономии чисто экономической теорией и вызвало формализацию экономических знаний, способствовало повышению уровня абстракции в научных трактовках экономических явлений и процессов. Сама экономическая наука стала рассматриваться как свод алгоритмов поведения отдельного индивида в стандартных ситуациях, что выразилось в повсеместном распространении микроэкономических моделей, построенных на выявлении и формализованном описании функциональных зависимостей. Дальнейшие события, и в особенности осмысление причин и последствий Великой экономической депрессии, показали, что в самой экономической теории возникла необходимость возврата к рассмотрению хозяйства как единого организма с выходом на уровень макроэкономики. Это достигалось на некоторых направлениях. Прежде всего на первый план вышли категории макроэкономики, и приоритетным стало моделирование взаимосвязей между ними. Другое направление связано с расширением самой эмпирической базы данных и совершенствованием экономико-математических методов их анализа. В качестве направления можно рассматривать перенесение причинно-следственных связей на функционально-структурные при достаточно строгом разделении микро- и макроэкономики. Это означает, что гносеологические основы неоклассической экономической парадигмы стали связываться с построением аналитических моделей, структура которых предполагала наличие объективной экономической сферы, обладающей определенной степенью самоорганизации и требующей соответствующего исследования.

В экономическом анализе, благодаря неоклассике, акцентировалось внимание на экономико-математическом моделировании и систематизации эмпирических данных, но, надо признать, что классическая школа политической экономии в большей мере опиралась на общенаучные и философские методы. Локализация экономических исследований в итоге привела к тому, что в условиях ускоренного развития, формирования предпосылок для информатизации общества, экономическая наука не смогла предложить достаточно адекватную методологию. Так, Рональд Коуз, говоря об особенностях неоклассической теории, определил: «Мы получили бесплотные абстракции потребителей, фирм и обмена, лишенные всякой телесности, организованности и реальности. Созданный экономической теорией рациональный максимизатор полезности ничем не напоминает обычного человека...» [3, с. 9]. В итоге наука превратилась, так сказать, в экономику классной доски, оперирующую абстрактными моделями, значительно отличающимися от реальной действительности.

Научные подходы, сформулированные в рамках институциональной экономической школы, в какой-то мере способствовали решению обозначенных проблем за счет расширения методологической базы на основе привлечения научного инструментария смежных наук. Это стало определяющим фактором расширения научного поиска в областях, не исследованных в соответ-

ствии с неоклассической парадигмой экономической науки и прежде всего связанных с социально-психологическими, социокультурными, правовыми направлениями. В итоге рост популярности институциональной парадигмы стал соответствующей реакцией научного сообщества на ограниченность методологической базы, снижение познавательных возможностей науки и ее развития. Широкое распространение идей институциональной школы можно объяснить еще и тем, что традиционные уклады, возникшие как результат долгой эволюции общества, формировали морально-этические нормы. Скрепляя отношения между классами, социальными группами, а также непосредственно между различными членами общества, они способствовали его социальной устойчивости, но под влиянием рыночных отношений подверглись значительным изменениям или даже были разрушены, при этом рынок не смог предложить их адекватной замены. Впервые на это противоречие обратили внимание представители немецкой исторической школы, указав на невозможность универсализации экономической науки. По мнению таких ученых, как Б. Гильдебранд, Ф. Лист и др., научный анализ должен быть сконцентрирован на исследовании конкретных национальных хозяйств, каждое из которых характеризуется своими специфическими чертами, часто не имеющими аналогов в мире. Представители институциональной школы в ХХ в. расширили диапазон научного поиска, включая в исследования проблемы, которые не имели чисто экономического характера, но в той или иной мере могли оказать влияние на хозяйственную жизнь общества.

Однако можно говорить о том, что подобный подход, имеющий, безусловно, весьма актуальное значение, тем не менее не заменяет, а, скорее, дополняет парадигму неоклассической науки. Так, например, Й. Шумпетер и его последователи в рамках эволюционной теории, получившей распространение как самостоятельное направление экономической науки во второй половине XX в., постарались объединить ряд важных элементов неоклассической и институциональной теорий. Выявляя наличие противоречий в самой науке, эволюционная теория не смогла предложить более адекватное сложившейся научной традиции видение экономических процессов, выявив лишь наличие эволюционной составляющей и качественных сдвигов, которые происходят в уровне развития производительных сил, требующих расширения соответствующих исследований.

Говоря о качественных преобразованиях, происходящих в мировой экономике в последние годы, нельзя не отметить рост инновационной составляющей на всех уровнях хозяйственного развития. Отличительной чертой инновационной экономики выступает то, что сектор технологической материализации знаний в ней повсеместно превращается в источник экономического роста. Это обусловлено изменением экономической роли инноваций, темпов, направлений и механизмов реализации инновационных процессов. Принципиально важно, что новая модель экономики не исчерпывается информационным аспектом, а представляет качественно новый технологический уровень всего хозяйства, включая действующие производительные силы общества, их структурную модернизацию. Кроме того, для подобной экономики, очевидно, характерен перманентный выход из стационарного состояния. Если в других областях хозяйства производство может осуществляться в рамках сложившейся структуры, то в экономике, основанной на знаниях, производство связано с созданием новых благ, на которые в современном обществе существует постоянный спрос.

Приоритетной для формирующейся экономической системы выступает категория информации, которая может являться товаром на рынке, но определить ее стоимость с точки зрения сложившейся методологии невозможно. Сама же информация обладает таким свойством, как дискретность ее как продукта. Неделимость информации предполагает монопольное положение на рынке распространителя знаний, который может использовать механизм дискриминационного ценообразования. Практика применения таких цен общеизвестна по деятельности поставщиков программного обеспечения, например фирмы Microsoft. Особенно распространены дискриминационные цены на рынке статистической информации и программных продуктов. Кроме того, потребление информации может увеличивать ее ценность, т. к., обмениваясь идеями, специалисты способствуют расширению спектра знаний. И наконец, третья особенность состоит в том, что информационный продукт после потребления не исчезает, как, например, материальный. Эта особенность налагает свою специфику на отношения собственности, т. к. обладание информацией не является обладанием собственностью на нее. Использование информационного продукта в рыночном механизме порождает ряд дополнительных характеристик, которые выходят за рамки современной научной традиции, и требует расширения научного инструментария в их анализе.

Научные изыскания в этой области наиболее актуальны, т. к. отсутствие соответствующей наблюдаемым явлениям в экономической жизни научной парадигмы в условиях ускоряющегося информационного потока расширяет поле, находящееся за рамками, описываемыми с помощью имеющейся методологии, а следовательно, способствует росту экономической неопределенности, спрогнозировать, и застраховать риски в которой невозможно. При формировании новой экономической парадигмы необходимо выделить ведущую роль информационной компоненты экономики, причем сама эта компонента представляется не как совокупность независимых информационных элементов, интегрированных рынком, а характеризует некоторую информационную сеть, представляющую наличие структурно-функциональных зависимостей. Следующий момент связан с постулированием вариативности социально-экономического развития и, соответственно, выходом на проблему вариативности развития экономики, что, естественно, связано с отходом от конструирования универсальных моделей в рамках современной экономической теории и переходом к вариативным моделям экономики. Таким образом, на уровне экономической действительности признается существование различных экономических систем со своеобразными вариантами их эволюции, что связывается с характеристикой необязательности линейного прогресса и высокой вероятностью цикличного развития. И наконец, немаловажным является то, что приоритет отдается не одномерному экономическому агенту, а человеку с современным экономическим мышлением, который в своем экономическом поведении руководствуется различными критериями и который свободен от принципа экономического всеведения, т. к. обладает обычно ограниченной информацией. И в этой связи на первый план в экономических исследованиях выходит методологический плюрализм. В данном случае речь заходит о соотнесении некоторых категорий, о направлении координационных или субординационных связей между ними. Представляется, что в координационную связь интегрируются сами экономические категории, и именно на основе подобной интеграции с позиций методологического плюрализма для экономической теории станет центральным понятие информации, разумеется, в пределах исследуемого информационного подхода к новой экономической парадигме. Однако уже соотнесение категории информации с системой экономических категорий представляет собой не координационную зависимость, а вполне реальную субординационную связь.

Таким образом, в этом плане происходит вполне правомерное смещение с уровня системы чисто экономических категорий на уровень категорий, обладающих более высоким уровнем абстракции. Здесь речь может идти о двойной субординационной зависимости. С одной стороны, сами экономические категории должны определяться в контексте общенаучных категорий, а последние, в свою очередь, находиться в субординационной связи с системой философских категорий. В этом смысле новая экономическая парадигма может рассматриваться в контексте эволюции классической парадигмы экономической науки на сложившемся новом уровне развития производительных сил и условий хозяйственного развития.

Очевидна необходимость расширять использование экономической наукой различных методов и форм научного познания, соотносить ее как с дескриптивными, так и с нормативными науками. В ряде современных исследований это связывается с необходимостью формирования системной парадигмы экономической науки, которая, с точки зрения, например, Г. Б. Клейнера, представляет собой «концепцию видения объекта и предмета исследований, согласно которой социально-экономическое пространство рассматривается как единая система, заключающая в себе множество относительно самостоятельных подсистем, состав и структура которых определяются в соответствии с позицией наблюдателя или группы наблюдателей» [4]. Я. Корнаи, стоявший у истоков формирования системной парадигмы, утверждает, что причины возникновения и распространения системной парадигмы связаны с кризисом ортодоксальной экономической теории [5]. Проявления этого кризиса можно увидеть в том числе и на примере экономики России, где неустранимый разрыв между макро- и микроэкономикой столь значителен, что так называемые «провалы рынка», как универсального средства организации, во многом и определяют реалии ее развития. Кроме того, экономическая теория плохо описывает взаимодействие разнородных явлений, в частности экономических объектов, субъектов и институтов. Неоклассическая теория ориентирована главным образом на изучение стандартизованных обезличенных явлений и агентов, отличающихся лишь количественными параметрами. Индивидуализация объектов не укладывается в стандартную теорию. Разрыв между концепцией рационального (предсказуемого, «вычисли-

мого») поведения агента и концепцией хаотического (непредсказуемого) поведения агентов и их групп остается незаполненным. Анализ постсоциалистических процессов показал значимость факторов, не укладывающихся в рамки единой экономической теории, таких как роль культурных факторов; системы страновых институтов и институциональных траекторий; истории в целом; знаний; склонностей и способностей к имитации и самоимитации и др. [6].

Но и институциональная теория, дополненная эволюционными взглядами, не в состоянии охватить рассматриваемые экономические явления в комплексе. За пределами ее внимания оказываются объективные законы экономического развития, анализ которых необходимо реализовывать, выделяя сложившиеся взаимосвязи, с использованием аргументированного и достаточно полного категориального аппарата с логически аргументированной методологией, разработка которой, по-видимому, выступает приоритетной задачей формирующейся новой экономической парадигмы.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Иноземцев В. Л. Современное постиндустриальное общество: природа, противоречия, перспективы. -М.: Логос, 2000. - 302 с.

2. Кун Т. Структура научных революций. - М.: Прогресс, 1997. - 288 с.

3. Коуз Р. Фирма, рынок и право. - М.: Новое изд-во, 2007. - 224 с.

4. Клейнер Г. Системная парадигма и теория предприятия // Вопросы экономики. - 2002. - № 10. - С. 47-69.

5. Корнаи Я. Системная парадигма // Вопросы экономики. - 2002. - № 4. - С. 17-23.

6. Клейнер Г. Б. Системная парадигма и экономическая политика // Общественные науки и совре-

менность. - 2007. - № 2. - С. 141-149.

REFERENCES

1. Inozemtsev V. L. Sovremennoe postindustrial'noe obshchestvo: priroda, protivorechiia, perspektivy [Modern postindustrial society: origin, antagonisms, prospectives]. Moscow, Logos Publ., 2000. 302 p.

2. Kun T. Struktura nauchnykh revoliutsii [Strucuture of scientific revolutions]. Moscow, Progress Publ., 1997. 288 p.

3. Kouz R. Firma, rynok i pravo [Firms, market and law]. Moscow, Novoe izdatel'stvo, 2007. 224 p.

4. Kleiner G. Sistemnaia paradigma i teoriia predpriiatiia [System paradigm and theory of enterprises]. Voprosy ekonomiki, 2002, no. 10, pp. 47-69.

5. Kornai Ia. Sistemnaia paradigma [System paradigm]. Voprosy ekonomiki, 2002, no. 4, pp. 17-23.

6. Kleiner G. B. Sistemnaia paradigma i ekonomicheskaia politika [System paradigm and economic policy]. Obshchestvennye nauki i sovremennost', 2007, no. 2, pp. 141-149.

Статья поступила в редакцию 15.10.2012

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРЕ

Петренко Татьяна Викторовна - Таганрогский институт управления и экономики; канд. фипос. наук, доцент; доцент кафедры «Экономика и финансы»; t.petrenko@tmei.ru.

Petrenko Tatyana Victorovna - Taganrog Institute of Economy and Management; Candidate of Philosophical Sciences, Assistant Professor; Assistant Professor of the Department "Economy and Finances"; t.petrenko@tmei.ru.