Методологические проблемы психологии обсуждаются в Ярославле

ш

3

йн

Ж?

Jlf

Методологические проблемы психологии обсуждаются в Ярославле

И. Н. КАРИЦКИИ, В. В. КОЗЛОВ, В. А. МАЗИЛОВ

¡Iff

18-19 апреля 2003 г. и 15-17 апреля 2004 г. в Ярославле были проведены 1-й и 2-й Ярославский методологический семинар. По результатам семинара изданы 1-й и 2-й тома «Трудов Ярославского методологического семинара». Основными организаторами этого ежегодного собрания ученых-психологов являются Международная академия психологических наук (МАПН), Ярославский государственный университет (ЯрГУ) и Ярославский государственный педагогический университет (ЯрГПУ). Организационный комитет семинара (В. В. Новиков, В. В. Козлов, В. А. Мазилов, И. Н. Карицкий, А. В. Карпов, М. М. Кашапов, Н. П. Фетискин, А. В. Филиппов, В. Д. Шадриков) объединяет глубокое убеждение в актуальности, значимости и важности для психологии двадцать первого века методологических исследований.

Первый семинар был посвящен общим вопросам методологии психологии, второй - проблеме предмета психологической науки; объявленной темой третьего семинара (состоится 21-23 апреля 2005 г.) является метод психологии. Интерес к семинару проявили ведущие отечественные психологи из разных городов России (Белгорода, Владимира, Костромы, Москвы, Нижнего Новгорода, Санкт-Петербурга, Саратова, Ярославля), а также зарубежные исследователи (из Мельбурна, Риги). Ярославский семинар был отмечен научной общественностью как крупное событие в российской психологии.

Участники Ярославского семинара подчеркивали назревшую необходимость обращения к общей методологии психологии, без разработки которой психологическая теория и практика в настоящее время постепенно начали утрачивать ясные научные ориентиры и теряться в океане эмпирических данных, исследовательских псевдометодик и многообразных психопрактик.

Основные функции методологии рассматривались в докладе М И. В. Вачкова. Он показал, что методология обеспечивает четкость j2 и ясность постановки проблемы (научной или практической) как со стороны содержания, так и по форме; осуществляет мировоззренче-X скую интерпретацию результатов науки; позволяет вырабатывать • стратегию развития науки и практики; существенно стимулирует сам

ЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИИ БСУЖДАЮТСЯ В ЯРОСЛАВЛЕ

юцесс развития науки и практики; дает определенные средства для гшения поставленных задач; позволяет описать и оценить саму дея-;льность исследователя или практика и выработать рекомендации и равила, то есть те нормы, которыми должен руководствоваться спе-иалист в своей деятельности.

В. А. Мазилов представил участникам семинара результаты своего сследования в области разработки коммуникативной методологии психологии. Он подробно остановился на «перманентном кризисе» в сихологии, выделяя три уровня этого кризиса: «локальный», «основ-ых парадигм» и предметный, глубинный, связанный с ограниченным ониманием предмета психологии. Поэтому «важнейшей проблемой овременной психологии является выработка такого понимания иред-[ета, которое бы позволило преодолеть кризис на глубинном уровне», {окладчик показал, что в психологии представлены на самом деле три 1азных предмета: декларируемый, рационализированный и реальный, ;оторые плохо соотнесены друг с другом. По его мнению, «в настоя-цее время перед психологией стоит задача разработки теоретической », ¿одели, обеспечивающей интеграцию психологического знания, что 1 ¡ыступает в качестве одной из наиболее актуальных методологиче- I' жих проблем современной психологической науки».

Полемизируя с представленной выше точкой зрения, А. В. Юре-зич полагает, что нет оснований ставить диагноз тяжелого кризиса в психологии. Причину подобных трактовок состояния психологии он видит в ее «неадекватном самовосприятии». Автор предлагает позицию «методологического либерализма», которая снимает проблему множественности психологического знания путем обоснования психологии как внепарадигмальной науки и правомерности существования многих психологий, каждая из которых дает свою «интерпретацию психологической реальности». Этот подход также распространяется и на уровни психологического объяснения: 1) феноменологический, 2) физический, 3) биологический, 4) социальный, - «несостыковки» между которыми являются результатом «естественного расхождения между различными уровнями объяснения». По мнению исследователя, «методологический либерализм предписывает, что психологическое объяснение всегда будет разноуровневым, многослойным, построенным по принципу «слоеного пирога», каждый слой которого обладает самостоятельной значимостью и принципиально не заменим ни одним другим».

В. П. Зинченко, одобряя переход «от методологического ригоризма к методологическому либерализму», в то же время подчеркнул: «Важно, чтобы такой либерализм не был понят как свобода выхода за пределы науки и логики. Наука - это все же нормативная деятель-ность». Он полагает, что многие из прежде незыблемых методологи- ^

О

с

ческих постулатов и принципов психологии советской эпохи постепенно трансформируются в частные подходы. В его докладе подробно рассматривался ряд методологических принципов (системности, де- ^ терминизма, отражения, деятельности, единства сознания и деятель- X ности) и постулатов (о рефлекторной природе психики, о личности

как совокупности всех общественных отношений), на основе которых развивалась отечественная психология недавнего периода. В. П. Зин-ченко также отметил: «Настало время перейти от временной, преходящей идеолого-методологической проблематики отечественной психологии к вечным проблемам психологии, к которым, несмотря ни на что, были причастны советские психологи».

Предметом большинства докладов был анализ методологических принципов психологии и центральных категорий ряда психологических систем (в том числе в контексте истории психологии). Ф. Е. Ва-силюк провел сравнительный анализ «трех общих психологий», их основных принципов и категорий - теории отношений (В. Н. Мя-сищева), теории установки (Д. Н. Узнадзе) и теории деятельности (А. Н. Леонтьева), а также синтетической общей психологии С. Л. Рубинштейна. И. Е. Гарбер рассмотрел контекстный подход, благодаря которому, по его мнению, возможно «преодоление внеисторичности психологии». В. С. Ивашкин и В. В. Онуфриев исследовали роль таких принципов и категорий, как активность, субъективный образ, поведение, психическое, регуляция, деятельность, сознание. А. К. Лас-мане и К. Э. Мартинсоне проанализировали комплементарные пары категорий в приложении к психологии, а именно: детерминизм - индетерминизм; рациональное - иррациональное; холизм - атомизм; органоцентризм - энвайроментализм; изменяемость - неизменяемость; субъективизм - объективизм; активность - реактивность; го-й), меостаз - гетеростаз.

1 ' В основе анализа методологических проблем психологии, прово-

дившегося А. В. Карповым, Н. В. Поддубным, В. Д. Шадриковым, В. П. Яшиным, лежали идеи системного подхода и синергетики. А. В. Карпов показал, что причины современного скепсиса в отношении возможностей системного подхода «связаны не столько с «дефектами» самого системного подхода, сколько с недостатками его применения». Он подробно остановился на понятии «метасистемного уровня», который является и уровнем самой системы, и одновременно уровнем, выходящим за ее пределы. Специфика психики и состоит в том, что она представляет собой систему со «встроенным» метаси-стемным уровнем, «а осознание данного обстоятельства позволяет адекватно объяснить и по-новому проинтерпретировать ряд общепсихологических закономерностей и новейших данных когнитивной психологии и метакогнигивизма».

В. М. Аллахвердов выдвигает следующий принцип: «логика процесса познания необходима и достаточна для объяснения всех явлений и механизмов психической жизни человека... В теории, таким образом, всё, что человек делает, должно восприниматься как обусловленное только стоящими перед ним когнитивными задачами». Он М называет такой подход «психологикой», которая «презентирует себя как последовательный радикальный когнитивизм и вслед за своей прародительницей - когнитивной психологией - предлагает рассмат-X ривать человека исключительно как существо познающее». ОЗУ Д- И. Дубровский подчеркнул в своем выступлении актуальность

X

ЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИИ БСУЖДАЮТСЯ В ЯРОСЛАВЛЕ

юновательной разработки теории познания субъективной реально-и», так как всякий акт познания включает также и отображение 'бъектом самого себя. Он сосредоточил внимание на несколь-IX ключевых моментах гносеологии субъективной реальности: I субъективная реальность как исходная форма всякого знания; I зависимость отображения (знания) явлений внешнего мира от ото-эажения (знания) явлений субъективной реальности; 3) проблема ундаментальной асимметрии в познавательной и преобразующей гятельности человека; 4) субъективная реальность как особый преД-ет познания; взаимообусловленность гносеологических, онтологиче-ких, аксиологических и праксеологических планов ее исследования, .втор рассмотрел существенные свойства субъективной реально-ги: динамичность, многомерность, биполярность, самоорганизацню. I. И. Дубровский отметил важность учета взаимообусловленности нтологического и гносеологического планов исследования субъек-ивной реальности.

В. В. Майков рассмотрел вопросы методологической рефлексии трансперсональной психологии, используя такие понятия, как еловеческая ситуация, редактор реальности, коммуникативно-инфор-шционная модель сознания, языковые картины мира, необычные со-тояния сознания, предельный опыт и др. Выясняя «истоки и смысл рансперсонального подхода», автор полагает, что «можно говорить о геком глобальном трансперсональном проекте человеческого сущест-ювания», охватывающем человеческий опыт «во всем антропологи-1еском масштабе». Такого рода общие заключения должны, однако, тройти основательную теоретическую и эмпирическую проверку.

А. А. Тюков представил вниманию участников семинара доклад (Методологические основания комплексной психологии». В основе тозиции автора лежат идеи «деятельноетной доктрины» Московского методологического кружка, в частности: комплексный подход, критика натуралистического психологизма и др.

Ряд докладов был посвящен проблемам методологии практической психологии. Ф. Е. Василюк рассмотрел «историю психотерапевтических упований» от 3. Фрейда до современности. По его словам, «в каждой психотерапевтической школе есть своя теория, метатеория, своя мифология, технология и другие элементы и плоскости, но сердцевина всего этого сложного состава — именно «упование». Под упованием автор понимает «тот главный механизм, основной продуктивный процесс, который непосредственно обеспечивает достижение терапевтических целей». В основе дальнейшего исследования лежит философско-антропологический анализ этих упований в психоанализе, психодраме, гуманистической психотерапии, коммуникативной психотерапевтической парадигме и других системах.

В совместном докладе С. Д. Дерябо и И. В. Вачков развивают представление о четырех парадигмах тренинга, в основе которого лежат особенности взаимодействия субъекта (тренера) и объекта (клиента), исходя из тех взаимных позиций, которые они могут принципиально занимать по отношению друг к другу. Эти парадигмы: тре-

Н!

нинг как дрессура (бихевиоризм); тренинг как репетиторство (когнитивная психология); тренинг как наставничество (гуманистическая психология) и тренинг как развитие субъектности (экологический подход). Авторы видят будущее практической психологии в развитии парадигмы субъектности, в которой тренер и клиент выступают как равноправные партнеры.

И. Н. Карицкий в своем докладе отметил, что в настоящее время «по сути, отсутствуют работы общетеоретического и методологического уровня, обращенные ко всему пространству практической психологии». Рассмотрев общее понятие практики и основное содержание понятия психологической практики (психопрактики), автор строит модель последней и проводит классификационный анализ психопрактик. Предлагаемая им концепция относится к двум уровням методологии: уровню всеобщей (философской) методологии и уровню частнонаучной (психологической, психолого-практической) методологии». В качестве основного содержания психопрактики И. Н. Карицкий выделяет психопрактические основания, аспекты и динамику, а к основным уровням психопрактических оснований относит концептуальные, методологические, праксические и феноменальные основания, причем каждый из уровней имеет более тонкое строение. Психопрактические аспекты подразделяются им на деятельностнообра-зующие (психотерапевтический, консультационный, тренинговый, развивающий, регуляционный, диагностический, профилактический, обучающий, просветительский и др.) и дополнительные (контекстуальный, компенсационный, интеграционный, игровой, концептуализирующий, исследовательский, игровой и др.). Динамика представлена личностной, групповой и аспектной составляющими. В докладе также описан механизм образования эмпирического вида психопрактики через генерализацию деятельностнообразующего психопрактического аспекта.

Второй Ярославский семинар был посвящен проблеме предмета психологии. Во многих докладах была затронута проблема утраты психологией своего действительного предмета - души; психика и душа стали разными понятиями (И. П. Волков, В. И. Зацепин, В. П. Зин-ченко, В. В. Козлов, А. К. Ласмане, К. Э. Мартинсоне, В. Д. Шадри-ков и др.). На семинаре активно обсуждался вопрос интеграции психологического знания, единого предмета психологии.

В своих выступлениях В. П. Зинченко отметил, что психология утратила свою целостность из-за стремления стать объективной наукой. «И она такой стала ценой отказа от души». «Душа и психика пере-стали обозначать одно и то же...» (последнюю стали понимать как функцию, как действие, как поведение и т. п.). В истории психологии начальным пунктом ее развития было целое - душа, смыслообраз, заданный Платоном. В России продолжали думать о душе и искать путь к ее изучению Г. И. Челпанов, Г. Г. Шпет, С. Л. Франк, В. В. Зень-^ ковский, А. А. Ухтомский. Подробно исследуя психологические воз-X зрения А. А. Ухтомского, обращаясь к одному из центральных поня-тий его концепции - функциональному органу, В. П. Зинченко пока-

ЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИИ БСУЖДАЮТСЯ В ЯРОСЛАВЛЕ

>шает, что «что психология может оыгь наукой о душе, а не только аукой об ее отсутствии ...».

В докладах В. Д. Шадрикова предмет психологии рассматривается позиций системного подхода. Отдельные компоненты системы, т. е. редмета психологии, также имеют системную природу. Предмет ауки должен представлять собой целостное изложение части предме-а (конструкта), полученного в результате содержательного теорети-еского обобщения научного материала. Автор выделяет восемь таких онструктов: единство души и тела; единство психического и соци-льного; единство первого и второго конструктов; энергетическая оставляющая психических явлений; свобода воли; единство знания и юреживания; поведение и деятельность; внутренний мир человека, внутренний мир человека является «завершающим интеграционным сонструктом рассмотрения предмета психологии», он представляет ;обой потребностно-эмоционально-информационную субстанцию, шляется «душой человека в ее научном понимании».

В докладе В. В. Козлова обсуждался предмет интегративной психологии. Он подробно рассмотрел семь «волн» (базовых парадигм) в понимании предмета психологии: физиологическую, психоаналитическую, бихевиористическую, экзистенциально-гуманистическую, трансперсональную, коммуникативную и интегративную. Первые пять моделей являются базовыми. Цель шестой волны психологии -формирование универсальной языковой среды, в которой любая символика истолковывается однозначно независимо от парадигмы. Коммуникативная методология (по В. А. Мазилову) предполагает кооперативное взаимодействие наук, школ и направлений в решении конкретных вопросов психологии и других гуманитарных наук. Седьмая волна - интегративная психология (К. Уилбер, В. В. Козлов) - «предполагает консолидацию множества областей, школ, направлений, уровней знаний о человеке в смысловом поле психологии». Стратегия интегративной психологии состоит в постижении природы человека через сопровождаемое критической рефлексией интегрирование, синтез различных традиций, подходов, диагностического и психотехнического инструментария, при сохранении их автономии в последующем развитии. Суть ее заключается в многоилоскостном, многомерном, многоуровневом, разновекгорном анализе, создающем возможность качественно иного исследования, предполагающего включение в плоскость анализа аспектов множественности, диалогичности, многомерности психического феномена. По мнению В. В. Козлова, главная задача заключается в том, чтобы воссоединить целостную ткань психической реальности и выстроить многомерную системно-синергетическую парадигму современной психологии.

В. А. Мазилов подчеркнул, что недостаточная разработанность ^ проблемы предмета психологии препятствует успешному продвиже- М нию в решении целого ряда принципиальных теоретических вопросов ¡й! психологической науки. Даже сопоставление психологических кон-

цепции зачастую затруднено именно вследствие того, что в различных теориях имплицитно заложены существенно различающиеся трактов-

X

ки психического. В то же время, - отметил автор, - история развития психологии показывает явный прогресс в более глубоком понимании психического и представляет собой движение к обретению психологией своего подлинного предмета. Он указал на существование множества подходов к определению предмета психологии: теоретический анализ, сравнительно-исторический анализ и др. Понимание предмета также определяется целями: конституированием психологии как науки; определением области исследований; уточнением исследовательских позиций. Существуют и другие факторы, определяющие множественность вариантов понимания предмета психологии. Теоретический анализ предполагает, прежде всего, выявление функций, которые должен выполнять предмет психологической науки, а также выяснение его основных характеристик. К числу указанных функций относятся: констигуирование науки (главная); обеспечение движения в предметном поле психологической науки; функция предметного «операционального стола»; дидактическая.

Вопрос о предмете психологии - это вопрос о том, что есть сама (1 » психика, полагает В. А. Петровский. В его понимании психика - это «система процессов и состояний взаимоперехода и взаимоопосредствования объективных и субъективных атрибутов бытия индивида (шире - живых существ)». Будучи посредником, психика не имеет предметной формы, она не может быть помещена перед субъектом, < представлена ему или предъявлена кому-то ещё. Предмет психологии «непредметен». Тем не менее, психика реальна, это «не конструкт, не фикция, но особый род бытия». Для понимания реальности психики автор пытается использовать гегелевские понятия «сопредельное», «переходное», «связующее».

А. А. Пископпель предположил, что «для деятельностной формы методологии и свойственной ей позиции "предмет психологии" суть не только и не столько бытие, сколько становление». В виде ставшего бытия предмет психологии приобретает относительно автономное существование за счет предметизации и отчуждения от самого дискурса. Такой тип методологии разрабатывался в ориентации на освоение органических целостностей социокультурного типа, смысл и значение которых состоит, прежде всего, в их развитии. Функция методологического дискурса о предмете психологии та же, что и самого предмета психологии - обеспечение единства психологии.

По мнению С. Д. Смирнова, «попытки дать определение предмета психологии за счет очень тонкого и изощренного формулирования вербальных маркеров реальности, с которой имеет дело психология, и отделить эту реальность от предметов других наук похожи на попытки изобрести вечный двигатель. Они столь же упорны, сколь и бесплодны». Стремление «указать на предмет науки как на некоторую

1

И

х

Р> часть или сторону реальности без учета исследовательской задачи (проблемы), средств исследования и т. д. является методологически наивной и в принципе не может привести к сколько-нибудь приемле-X мому результату». С точки зрения С. Д. Смирнова, формулирование т предмета психологии - задача, «требующая соотнесения объекта нау-

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИИ ОБСУЖДАЮТСЯ В ЯРОСЛАВЛЕ

ки с методом, исследовательской задачей и другими составляющими научной деятельности». Поэтому необходимо начать с задачи определения объекта психологии. Автор полагает, что «совокупность процессов построения образа мира, его развития и функционирования в качестве активного регулятора внешнего поведения и внутренней жизни живого существа и составляет самое широкое понимание объекта психологии».

В своем выступлении И. Н. Карицкий отметил, что могут быть разные способы экспликации предмета психологии (например, декларативный, иостулативный, дидактический, описательный и т. п.). В то же время специфика психических явлений требует философского уровня рассмотрения предмета психологии, необходимы онтологический, гносеологический и логический анализ этой проблемы. Автор исследует некоторые методологические основания определения предмета психологии. Он рассматривает взаимоотношение категорий и действительности, проблему онтологизации категорий, в том числе категории психического, вопрос о скрытых и явных предпосылках суждений о действительности и исследовательских процедур, проблемы соотношения физического и психического, ноумена и феномена. Поскольку наиболее общим предметом психологии является психика (психическое), автор реконструирует механизм происхождения психического, развертывая тем самым и предмет психологии.

Идеи интегративной психологии были также развиты в докладах В. И. Зацепина (О регуманизации психологии: генеральный предмет интегральной психологии), А. К. Ласмане и К. Э. Мартинсоне (Проблема интеграции концепций и теоретических подходов в психологии), В. В. Новикова (Интегративная психология - системная наука), Н. В. Поддубного (Методологические проблемы интегративной психологии), А. И. Субетто и Н. П. Фетискина (Теория фундаментальных противоречий человека как методологическая основа синтеза интегративной или неклассической психологии). Были также затронуты и более частные методологические вопросы: гносеологическая и онтологическая парадигмы исследования восприятия (В. А. Барабанщиков); акмеологическая интерпретация предмета психологии (Ю. А. Гагин); общество как социально-психологическая система (В. И. Зацепин); гносеологические и методологические основы исследования педагогического мышления (М. М. Кашапов); методология социальной психологии (В. В. Новиков); профессиональная идентичность (Ю. П. Поваренков); методологические основания психологии собственности (А. В. Филиппов) и др.

Участники 1-го и 2-го Ярославского методологического семинара отметили продуктивность состоявшихся встреч, полезность многочисленных дискуссий, необходимость дальнейшей работы семинара и высоко оценили усилия Оргкомитета.

13 Зак. 129