Отложенные надежды

руководитель Российского фонда помощи,

Российские СМИ уже сообщили, что Госдума на этой неделе сверхоперативно принимает "в целом" президентские поправки в закон "О некоммерческих организациях". Менее известно, что это лишь часть поправок, которых добивается третий сектор. Остальные, как предполагает Совет при президенте РФ по правам человека, будут рассмотрены законодателями этой осенью и в 2010 году. Однако закон законом, а в нашем вертикализированном обществе отношения ведомств и НКО не упорядочить без прямых указаний сверху. Указаний еще нет, и чиновники по-прежнему рассматривают НКО если и не как вражеские, то как очень сторонние организации.

Уже с августа поправки облегчат регистрацию НКО и введут заявительный принцип отчетности для тех из них, у кого годовой оборот не превышает трех миллионов рублей. Для остальных же НКО нормы отчетности, во многом нелепые, остаются без изменений, зато теперь гарантированы проверки лишь раз в три года. Пока, правда, не очень понятно, как эти гарантии будут реализованы на практике. Представьте, вы — НКО, к вам пришла налоговая инспекция и сделала, как водится, замечания, а назавтра нагрянула еще и инспекция пожарная, которой налоговая не указ, и появился акт о ненадлежащем содержании огнетушителя. А два замечания — это уже повод закрыть вашу организацию. Сегодня такое возможно, а после 1 августа?

Эти летние поправки — только первый этап реформирования законодательства о НКО. Еще два президентский Совет по правам человека предполагает пройти нынче осенью и в будущем году. В новых поправках заложены изменения, о которых в третьем секторе говорят последние лет десять. Это и улучшение экономических условий существования НКО и филантропии, налогообложения НКО и пожертвований, это и преференции для НКО в государственных торгах и тендерах. Предполагаются даже изменения в законах для развития механизмов участия НКО в работе органов государственного управления социальной сферой.

Первые комментарии наших экспертов укладываются в традиционную шкалу от осторожного оптимизма до откровенного скепсиса. Критики сходятся во мнении, что без прямых указаний из Кремля госведомства не станут рассматривать НКО в качестве партнеров, даже если удастся провести самые оптимальные поправки в некоммерческое законодательство. Так уж у нас все устроено. Между тем фандрайзинговые организации России, обслуживающие благотворительные интересы миллионов людей и тысяч компаний в области здравоохранения и помощи детям, буксуют без информационной поддержки Минздрава. Эффективно вкладывать пожертвования все труднее без госорганов. Для сотрудничества достаточно действующих законов, но наша бюрократия к нему не то чтобы не готова — оно ей неинтересно.

Скажем, Минздрав уже несколько лет проводит тендер на услуги в пропаганде донорства крови на условиях, которые автоматически отсекают благотворительные организации от участия в конкурсе. Хотя именно здесь трудятся люди, наиболее мотивированные и знающие проблемы донорства. Если вы собрались на тендер, то прежде обязаны внести залог в 5 млн руб. Во-вторых, победитель реализует заказ на собственные деньги, а Минздрав потом возмещает затраты. Но откуда у НКО такие деньжищи? Директор Агентства социальной информации (АСИ) Елена Тополева, рассказывая мне об этом, говорит, что чиновники Минздрава совершенно искренне недоумевают, почему это АСИ, одна из лучших в России структур социальной рекламы и маркетинга, игнорирует министерский тендер.

Или вот рассказ исполнительного директора Форума доноров Натальи Каминарской о том, почему с этого года третий сектор страны лишился самой представительной ежегодной конференции "Белые ночи фандрайзинга", которую традиционно в Петербурге проводил Центр развития некоммерческих организаций (ЦРНО) на грант от города. Нынче власти Петербурга устроили тендер, ЦРНО подал заявку — и проиграл. А победила коммерческая фирма, прежде нигде в третьем секторе России не замеченная. Ее цены были откровенно демпинговыми. На следующий день победители явились в ЦРНО и предложили провести "Белые ночи" за 10% стоимости. Это явление, утверждает Каминарская, экономический кризис привел в третий сектор коммерческие, как правило, рекламные компании. В отличие от НКО, которые работают за себестоимость, эти в кризис готовы демпинговать (разумеется, за счет качества!), и в проигрыше оказываются не только отдельные НКО, но все гражданское общество.

Наши эксперты заодно и мне объяснили, почему попытка Русфонда получить обещанный Минздравом госзаказ, обречена на провал. Потому что "неформат". В марте министерство само предложило нам "госзаказ для благотворителей" (подробности в "Ъ" за 10 апреля, 29 мая и на www.rusfond.ru), прошло три месяца, как Минздрав получил от нас проект договора "Благотворительная квота" и забыл о своей же инициативе. В привычных тендерах, говорят мне, Минздрав в качестве заказчика нанимает подрядчика, а тут Русфонд предлагает собрать 100 млн. руб. пожертвований на лечение детей, чьи кандидатуры предложит Минздрав. Кто здесь заказчик, а кто подрядчик? И почему никто никому не платит? "Неформат".

Однако существуют же и иные модели госзаказов. Федеральное агентство по печати, например, грантами поддерживает СМИ, исходя из общественной пользы проектов соискателей. Те сами разрабатывают проекты, агентству остается лишь отобрать подходящие.

Вот, скажите, какие поправки к какому закону нужны Минздраву, чтобы помочь одним людям спасать в своем отечестве других людей?