Японская металлическая пластика периода Мэйдзи (1868—1912 гг. )

ПОНСКАЯ МЕТАЛЛИЧЕСКАЯ ПЛАСТИКА ПЕРИОДА МЭЙДЗИ

А. И. Цирефман

Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова

Статья посвящена уникальным декоративным предметам искусства из металлов в стиле Мэйдзи. В статье рассматриваются события, повлиявшие на возникновение нового стиля, на основе традиционной японской техники обработки металлов, отличительные особенности стиля Мэйдзи и известные мастера того времени.

Ключевые слова: японская металлическая пластика, японская бронза, бронзовые изделия в технике литья.

This article is exploring the unique indoor decorative art, metalwork and sculpting, in Meiji style. It follows the events that resulted in forming the new technique based on the traditional metal forging method, as well as the specifics of Meiji style and well-known masters of the time. Key words: Japanese metalwork, Japanese metalworkers, Japanese bronze.

Период Мэйдзи (1868—1912 гг.) — переломный этап в истории Страны восходящего солнца. После более двухсотлетнего затворничества Япония вышла на мировую арену, а Запад, по существу, впервые познакомился с ее традиционной культурой. Во внезапно распахнувшиеся двери хлынули иностранцы, которые с энтузиазмом открывали для себя новую невиданную культуру. Огромное впечатление в то время произвели на Западе и японская гравюра, и изделия художественных ремесел. Ошеломляющий успех ждал произведения на первых международных выставках, посвященных искусству Японии: в Вене (1873 г.), Париже (1878 г.), Лондоне (1880 г.), Нью-Йорке (1889 г.), Амстердаме (1883 г.), Филадельфии (1876 г.), Сиднее (1878 г.) и Сент-Луисе (1904 г.) и т.д.

Значительными переменами сопровождалось искусство японских мастеров, работающих во всех сферах искусства, а особенно по металлу. Прежде традиции

японской металлической пластики были малоизвестны на Западе. Бронзовое литье было связано в основном с потребностями буддизма и производством изображений и принадлежностей храмов, а ковка по металлу и гравировка рельефа более относились к военным приспособлениям, особенно к изготовлению железных доспехов и металлической фурнитуры самурайских мечей.

При новой имперской системе произошли существенные изменения в области религии. Сократилось число действующих синтоистских святынь, а также буддистских храмов, в связи с чем буддизм занял гораздо менее значимое положение, чем в предыдущие годы. Больше не проводились общественные пожертвования на обустройство крупных буддистских памятников. Спрос на храмовые колокола, которые в течение периода Эдо (1600—1868 гг.) звонили, отмечая время, практически на каждой улице, упал, как по причине снижения популярности буд-

1997-0803 ВЕСТНИК МГУКИ 3 (47) май-июнь 2012 235-239 235

ISSN 1997-0803 . Вестник МГУКИ . 2012 . 3 (47) май-июнь ^

дизма, так и из-за их замены современными часами. Календарь и отсчет времени, которые основывались до тех пор на системе, включающей двенадцать знаков восточного Зодиака, были изменены в соответствии с основными всемирными правилами.

Важная светская традиция бронзовых произведений искусства, испытавшая на себе влияние новых технологий, относилась к рынку зеркал. Традиционное японское ручное зеркало представляло собой полированную и посеребренную литую бронзовую поверхность, часто украшаемую на тыльной части рельефными изображениями благоприятных символов, религиозными мотивами, семейными монами (гербами). Такие старинные зеркала были вытеснены стеклянными зеркалами, вначале импортными, а затем производимыми в Японии. Длительная традиция была связана с изготовлением бронзовых ваз, курильниц и украшений для дома. Сюда входили предметы, которые устанавливались в нише токонома жилых домов, и оборудование, необходимое для чайной церемонии. Чайная церемония фактически обеспечила продолжающийся спрос на такие предметы, включая чугунные заварные чайники.

Но самые большие изменения последовали в связи с декретом Хаиторэй от 1876 года, который положил конец древнему праву самураев и некоторых других слоев общества на публичное ношение мечей. Доспехи сохранялись как форма одежды в военных гарнизонах и свитах провинциальных феодалов вплоть до Реставрации Мэйдзи, и отказ от их использования сделал мастеров, искусных в обработке ее сложных кованых металлических компонентов, невостребованными. Основой декоративных рельефных работ по металлу были традиции изготовления нескольких видов деталей, используемых на рукоятках и ножнах мечей. Другие мелкие металлические принадлежности, требующие художественного оформления, делались в значительной степени с использованием техник и сплавов, применявшихся изго-

товителями оружейной фурнитуры в течение периода Эдо. Перед Реставрацией Мэйдзи существовало много старых школ изготовителей, работающих для многочисленного сословия воинов, насчитывающего несколько миллионов, и еще большего числа торговцев.

Чтобы использовать в своих интересах расширяющиеся новые рынки, мастера по металлу должны были соответственно изменять свое оборудование и методы работы. Эти две традиции: бронзового литья и декоративного металлического рельефа приспособились к переменам, в результате чего Япония во второй половине XIX — начале XX века смогла занять уникальное место в истории мировых художественных ремесел, освоив производство новых по технике и стилю декоративных орнаментальных изделий.

Изделия из бронзы покрывали платиной в насыщенных темных цветах, украшали золотом или серебром. Ртутное золочение использовалось для того, чтобы разбрызгивать пятна золота по поверхности, имитируя прием китайской династии Мин. Золотая или серебряная проволока прокладывалась в тонких прорезных каналах в бронзе, чтобы сформировать так называемый «греческий ключ», или контур декоративных мотивов. Более значительные по площади участки также покрывали позолотой — так, чтобы образовать полосы или орнаментальные группы. Крупные вогнутые участки заполнялись эмалью.

Специфический характер декоративных изделий из бронзы периода Мэйдзи в значительной мере обусловлен прежними традициями. Начиная с постепенного внедрения буддизма в Японию из Китая и Кореи в течение периода Асука (552—645 гг.) и Нара (645—784 гг.), бронзовые вазы и другие сосуды отличались выраженным влиянием китайского стиля. Консерватизм, царивший в монастырях, стал причиной того, что определенные детали оформления сохранились и стали использоваться также на предметах светского обихода. В дополнение к гладкостенным сосудам

J

существуют также сосуды с архаическими узорами из тонких линий, отлитых в рельефе. Характерны для того времени так называемый гирися раймон (греческий ключ) или узоры с прямоугольными орнаментами, например шаблон сэми но ха (крылья цикады), который обычно украшал внешние контуры изделий, а также маски таотэ. Последние встречаются в орнаментах китайских бронзовых изделий династий Шан и Чжоу. Сосуды были украшены также изображениями мифического единорога кирин, драконов и буддийских львов карасиси. Изображения этих животных могли образовывать ручки сосудов, рукоятки или наноситься на поверхности изделия.

Наряду с изделиями из бронзы в китайском стиле существовал и другой, более живой стиль, допускающий полное и открытое выражение чувства юмора японского мастера и его любви к природе. Традиционно для поддержки в конструкции курильниц для благовоний использовались фигуры драконов, а их изображения покрывали округлые вазы и фляги, теперь же все чаще менее фантастические существа — ящерицы, лягушки или бабочки — стали исполнять ту же самую роль. В Токио был открыт зоопарк, и благодаря этому мастера могли ознакомиться с фауной всего мира. Среди скульпторов, работавших в бронзе и упорно не расстававшихся со старыми с традициями, был Хата Дзороку (1823—1890), который специализировался на изготовлении копий древних китайских бронзовых изделий в технике литья по выплавляемой модели. Его работы так высоко ценились, что ему было поручено изготовить бронзовую Императорскую Печать, которая была им выполнена в значительной степени под влиянием китайского стиля. Другой, востребованный в то время художник Хонма Такусай (1809—1891), вначале известный как изготовитель утвари для чайной церемонии в городе Садо, оставил после себя прекрасные художественные изделия из бронзы.

Окадзаки Сэссэй (1858—1921) был

одним из создателей крупномасштабных архитектурных скульптур, таких как лев карасиси, который стоит на мосту Нихонбаси. Скульптура самурая Сайго Такамори совместной работы с Коун Такамура (1852—1934), выполненная больше чем в натуральную величину, установленная при входе в парк Уэно, показательна как в отношении изменяющегося масштаба ремесел, так и гражданского сознания, что поощрялось новым правительством. Осима Дзёун (1858—1940) и Судзуки Тёкити (1848—1919) также прославились как авторы реалистичных декоративных скульптур. Большая фигура орла работы Тёкити, получила приз на Нюрнбергской выставке 1885 года. Техника утидаси, сочетающая приемы ковки и чеканки, инкрустации такадзоган, гравировка катакирибори и аппликации суэмон дзоган использовались при украшении бронзового литья, включая оружейную фурнитуру. По декоративным вазам, пользующимся большим спросом, с помощью правительства были выпущены альбомы наиболее популярных моделей. Многие из предметов изготавливались в Такаока, где c начала периода Эдо сохранялись старые традиции художественной инкрустации золотом и серебром бронзовых и железных изделий. Храмовые сосуды, оружие, стремена, гарды мечей и другие предметы были украшены в стиле хирадзоган — гладкой или чуть выступающей над поверхностью инкрустацией мягким металлом. Инкрустированный металл в виде проволоки механически впрессовывался в гравированный контур, который затем оставался четким на законченном предмете. Шкатулки, блюда, чаши, пагоды и т.п. часто украшались в стиле нуномэдзоган — золотом, тонко вчеканенным в металл. Изображения по мотивам какой-либо легенды или исторического события располагались на фоне золотого рисунка в виде виноградной лозы. Объекты, предназначенные для значительных нагрузок, например стремена, могли быть украшены глубокой линейной инкрустацией. В 1877 году была учреж-

Примечания

1. Искусство Китая, Монголии, Кореи и Японии // Всеобщая история искусств / Академия художеств СССР; Институт теории и истории изобразительных искусств. — Т. 2. Кн. 2.

2. Ито Нобуо История японского искусства / Ито Нобуо, Миягава Торао, Маэда Тайдзи, Ёсидзава Тю. — М.: Издательство «Прогресс», 1965.

3. Иофан, Н. А. Из истории металлургии в Японии VI—VIII вв. / Н.А. Иофан // Краткие сообщения ИНА. — 1953. — № 61.

4. Николаева, Н. С. Декоративное искусство Японии / Н. С. Николаева. — М.: Искусство, 1972.

5. Treasures of Imperial Japan / by Malcolm Fairley, Victor Harris and Oliver Impey // The Kibo Foundation, Khalili Collections, 1995. — Parts 1 and 2, Metalwork

6. Collecting Japanese antiques / by Alistair Seton. — Periplus Editions (HK) Ltd., 2004.

<^>АД С БЕТОННЫМИ ДЕРЕВЬЯМИ» РОБЕРА МАЛЛЕ-СТИВЕНСА КАК ПРИМЕР СИНТЕЗА ИСКУССТВ

Е. В. Забелина

Ярославский государственный педагогический университет им. К. Д. Ушинского

Сад Робера Малле-Стивенса, показанный на Парижской выставке 1925 года, рассмотрен как объект, требующий восприятия в динамике, и таким образом выявлена связь этого ландшафтного объекта с искусством кино. При анализе сохранившихся фотографий сада прослеживается стилевое единство бетонных деревьев с авторским текстилем художницы Сони Делоне. Таким образом, предлагается более глубокое прочтение концепции выставочного сада, основанное на идее синтеза искусств, что позволяет показать его многогранность и уникальность.

Ключевые слова: ландшафтный объект, выставочный сад, Робер Малле-Стивенс, Соня Делоне, синтез искусств, Парижская выставка 1925 года.

This article is devoted to the garden of Robert Mallet-Stevens created for the Paris Exhibition of 1925. It argues that the garden was designed for a dynamic perception and, consequently, was connected with the art of cinema. Surviving photographs of the garden demonstrate an affinity between Mallet-Stevens's trees made of concrete and Sonia Delaunay's textile works. Therefore, the article proposes a more profound reading of the concept of exhibition garden as a concept based on the idea of the synthesis of arts and allowing for diversity and uniqueness.

Key words: landscape object, exhibition garden, Robert Mallet-Stevens, Sonia Delaunay, the synthesis of arts, the 1925 Paris exposition.

Робер Малле-Стивенс в нашей стране больше известен как специалист в области кино, чем архитектор, а тем более, ландшафтный архитектор (2). Хотя еще в 1930 году выдающийся советский архитектор К.С. Мельников сожалел, что твор-

чество Малле-Стивенса малоизвестно в СССР, и называл его «представителем передовой французской Архитектуры» (1), за все последующие годы не появилось ни одной публикации на русском языке, освещающей архитектурную работу

239

1997-0803 ВЕСТНИК МГУКИ 3 (47) май-июнь 2012 239-243

И

г