Л. Н. Столович

ЛЕОНИД НАУМОВИЧ СТОЛОВИЧ

Леонид Наумович Столович родился в 1929 г. в Ленинграде. Пережил ленинградскую блокаду. В городе на Неве окончил среднюю школу и философский факультет университета. С 1953 г. преподавал эстетику и философию в Тартуском университете. В 1955 г. защитил кандидатскую, а в 1965 г. докторскую диссертации в Ленинградском университете. С 1966 г. — профессор кафедры философии Тартуского университета. С 1994 г. — почетный профессор университета (Professor Emeritus).

Л. Н. Столович стал одним из инициаторов возрождения эстетики в Советском Союзе в 50-е гг. прошлого века. Разработанная им социокультурная концепция эстетической ценности вызвала международную дискуссию о сущности эстетического отношения, оказавшую стимулирующее воздействие на развитие эстетической мысли. Отстаиваемая им концепция жестко критиковалась партийными догматиками, однако она получила широкую известность и поддержку гуманистически ориентированных философов как в Советском Союзе, так и за его пределами.

В работах 60 — 70-х гг. Л. Н. Столович исследовал структуру художественной деятельности, ее основные аспекты и функциональные значения, основные типы художественного творчества. Он предложил графическую модель ценностного отношения и художественной деятельности.

В 1980-х гг., изучая историю кантовского архива в Тартуском университете (так называемая Тартуская Кантиана, которая в 1895 г. была передана в Германию для издания академического собрания сочинений Канта, но в Тарту ее не вернули), Л. Н. Столович обнаружил его в Берлине. Изучение Тартуской Кантианы, публикация и исследование связанных с ней материалов послужило основанием возвращения ее в Тарту в 1995 г. В эти годы Л. Н. Столович возобновил свое поэтическое творчество, начатое в еще в юности, но прервавшееся в конце 40-х гг.

С 90-х г. Л. Н. Столович большое внимание уделил истории аксиологической — теоретико-ценностной — мысли, истории русской философии, а также историко-теоретическому осмыслению таких философских проблем, как диалог и диалектика, мудрость и знание, философия смеха, общечеловеческие ценности. Им было выдвинуто понятие системного плюрализма как методологического принципа исследования истории философии, философских проблем различных областей философского знания (особенно в аксиологии и эстетике) и в воспитательно-образовательной деятельности.

Л. Н. Столович автор свыше 600 публикаций на 20 языках, в том числе 24 книг, изданных 59 раз, таких, как «Эстетическое в действительности и в искусстве» (1959), «Предмет эстетики» (1961), «Категория прекрасного и общественный идеал. Историко-проблемные очерки» (1969), «Природа эстетической ценности» (1972), «Жизнь — творчество — человек. Функции художественной деятельности» (1985), «Красота. Добро. Истина. Очерк истории эстетической аксиологии» (1994), «Евреи шутят. Еврейские анекдоты, остроты и афоризмы о евреях» (7 изданий в 1996—2009 гг.), «Филосо-

фия. Эстетика. Смех» (1999), «Стихи и жизнь. Опыт поэтической автобиографии» (2003), «Плюрализм в философии и философия плюрализма» (2005), «История русской философии. Очерки» (2005), «Размышления: Стихи. Афоризмы. Эссе» (2007) и др.

Профессор Л. Н. Столович — действительный член независимой Академии эстетики и свободных искусств (Москва), академик Академии гуманитарных наук (С.-Петербург), член Кантовского общества (Бонн), Российского философского общества, Международной ассоциации эстетики, Американского общества эстетики, почетный профессор Юго-Восточного университета Китайской Народной Республики (г. Нанкин), член Эстонского союза писателей.

Л. Н. Столович является постоянным автором «Кантовского сборника», а с 2008 г., когда «Кантовский сборник» был преобразован во всероссийский научный журнал, вошел в его международный редакционный совет. В 1980 г. после посещения г. Калининграда Леонид Наумович написал небольшое стихотворение посвященное Канту.

Могила Канта

Трамвай скрипит на повороте — там,

Где дом стоял Иммануила Канта.

Чуть вправо убегает эстакада,

А за рекой вдали простерся храм.

Продымленный готический собор Вздымает свой величественный остов,

Оставшийся один на целый остров.

Все остальное сметено, как сор...

Мы, мудрые теперь, отлично знаем:

Мир познаваем, но не узнаваем.

Конечно же, нет в мире постоянства.

Не вечны ни цветочек, ни гранит.

Сознание не создает пространство,

Но лишь оно одно его хранит.

А думал Кант, что беды отвратит Категорический императив.

Смеясь над кенигсбергским пацифистом,

При этом ближнего не возлюбя,

Растормошенный разумом нечистым Весь мир в себе вдруг вышел из себя.

Но мудрая случайностей причуда Могилу Канта сохранила чудом.

Гранит надгробный, словно вещь в себе,

Непостижимая в своей судьбе.

И строгий портик около стены Собора. Из цепей ограда. -Вот все, что уцелело от войны,

От Кенигсберга до Калининграда.

И это, может, убеждает мир,

Что для него спасенье — Вечный мир.

1980

Die Trambahn kreischt in der Kurve —

Dort, wo das Haus Immanuel Kants stand,

verlöuft ein wenig nach rechts eine Hochstraße,

und hinter dem Fluß reckt sich in der Ferne ein Gotteshaus empor.

Ein rauchgeschwärzter gotischer Dom

zeigt mit seinen majestätischen Eckpfeilern nach oben,

zu einer heilen Insel eins geworden,

Alles übrige wurde weggefegt wie Kehrricht.

Wir, die Klugen von heute, wissen sehr wohl:

Wir können die Welt erkennen, aber kennen sie nicht.

Natürlich gibt es in ihr nichts Beständiges.

Was etwas war, wurde zu nichts.

Das Bewußtsein kann den Raum nicht erschaffen, aber es allein kann ihn erhalten.

Und Kant dachte, daß der kategorische Imperativ die Not abwenden könnte.

Nur der von einem unreinen Geist Getriebene wird über den Königsberger Pazifisten lachen, aber auch seinen Nächsten nicht lieben.

Die Welt ist plötzlich aus den Fugen geraten,

nur durch ein Wunder hat die Zeit

das Grab des großen Denkers verschont.

Der Grabstein gleicht einem Ding an sich, sein Schicksal ist unfaßbar.

Der akkurate Portikus um die Mauer des Domes, aus Ketten eine Einfriedung.

Das ist alles, was der Krieg heil ließ.

Von Königsberg bis nach Kaliningrad — und das mag die Welt überzeugen — es gibt nur eine Rettung — den Ewigen Frieden.

1980