Перстни из раскопок Плотниковского могильника (коллекция из раскопок 2010 г. )

Н.Г. Брюхова, Е.Л. Лычагина,

К.А. Руденко ПЕРСТНИ ИЗ РАСКОПОК ПЛОТНИКОВСКОГО МОГИЛЬНИКА

В августе 2010 года отрядом КАЭЭ ПГПУ под руководством Н.Г. Брюховой были проведены раскопки Плотниковского могильника.

Плотниковский могильник расположен на левом берегу р.Серва, левого притока р.Иньва, в 2 км к западу от ЮВ окраины г.Кудым-кар и в 300 м к северо-востоку от д.Плотниково. Могильник находится на склоне крутого частично залесенного холма.

Памятник известен с XIX в., впервые он упомянут И.Я. Криво-щековым. В 1938 г. на нем побывал М.В. Талицкий, который датировал могильник Х-Х111 вв., в 1968 г. одно погребение на могильнике вскрыл В. Ю. Лещенко, датировавший могильник IХ-Х111 вв., в 1981 г. памятник обследовал В.П. Мок-рушин. В 1989, 2007, 2009 гг. раскопки на памятнике проводила Н.Б. Крыласова.

Раскоп 2010 г. был разбит в северной части могильника, его площадь составила 97 кв.м. В процессе раскопок было изучено 6 погребений: 3 взрослых, 3 детских. Все погребения были подвергнуты антропогенному разрушению после истлевания мягких тканей. Об этом свидетельствует неполный состав элементов скелета, наруше-

© Брюхова Н.Г., Лычагина Е.Л., Руденко К.А. 2010

ние анатомического порядка, посмертные повреждения костей, следы выветривания на некоторых костях, перепад глубин залегания останков, концентрация костей в скоплениях. Не смотря на то, что целостность всех погребений была нарушена, в ходе исследований удалось собрать интересную и представительную коллекцию предметов материальной культуры, поступившую на временное хранение в фонды МАЭ ПГПУ.

Одной из наиболее интересных категорий находок были перстни, характеристике которых и посвящена данная статья. Всего в ходе исследований 2010 г. было обнаружено 3 перстня. Из них два находилось в женских погребениях (погребения №24-25), фрагмент еще одного перстня был обнаружен в детском погребении №26.

Перстень из погребения №24 (цв. вклейка, рис.1:1). В погребении №24 были обнаружены останки женщины, умершей в возрасте 15-18 лет. Перстень был изготовлен из серебряной пластины (специальные анализы металла не проводились, определение предварительное) толщиной 0,2 см и шириной 1,8 см, скорее всего, путем вырезания по шаблону. При изготовлении перстней таким способом не редко на изгибе при переходе от щитка к шинке перстень ломался, что мы и видим в случае с перстнем из погребения №24. Перстень имеет прямоугольный щиток, украшенный рисунком из двух пересекающихся волнистых линий (орнамент типа плетенки), по краю щитка он украшен рубчатой ленточкой. На боковые грани изделия был нанесен узор, состоящий из треугольников, вписанных в более

крупный треугольник. Орнамент на изделии гравированный без черни. В изготовлении перстня заметна определенная небрежность.

Серебряные перстни подобного типа были распространены в Волжской Болгарии и в Прикамье в XI — начале XIV вв. Рассматриваемый перстень близок типу 2.1. булгарских перстней с чернением с прямоугольным щитком и рисунком в виде двух переплетенных «сердечек» (так называемый «узел счастья») (Руденко, 2010, с. 13, рис. 1:26). Вместе с тем, плетёнка на перстне с Плотниковского могильника — это две волнистые линии, а не законченная композиция. На булгарских перстнях такого типа плетенка используется только как вспомогательный элемент. Орнаментальный мотив в виде рубчатого бордюра на булгарских ювелирных изделиях очень редок, а на перстнях не встречается вообще.

На русских черненых перстнях такая композиция орнамента не встречается (Макарова, 1986, с.40-41, рис.15;16). Формы русских перстней также отличаются от рассматриваемого изделия. Нет таких форм и орнаментальных мотивов на русских перстнях XI-XIV вв. выполненных из бронзы, латуни и свинцово-оловянистого сплава (Седова, 1981, с.129-139).

Близкие по форме и технике изготовления перстни известны в материалах могильника Телячий Брод и Рождественского городища (Белавин, 2000, с. 103-104, рис. 46:11-16).

Наиболее близкие аналогии данному изделию обнаруживаются в материалах вымской культуры. Мотив плетенки, как и треу-

гольные композиции на боковых гранях, встречены на серебряных перстнях из погребений №№34 и 210 Ыджидъельского могильника (Савельева, 1987, рис.34: 6,7). Датируются они XIII — XIV вв. (Савельева, 1987, рис.37:113).

Отметим, что в ордынское время перстни, бытовавшие в Болга-ре, в основном были литые, в большинстве случаев отличающиеся по форме и орнаментации от домонгольских (Полякова, 1996, с.178-179). Таким образом, данный перстень может быть датирован XIII в., скорее всего второй его половиной.

Перстень из погребения №25 (цв. влейка, рис.1:2). В погребении №25 были обнаружены останки женщины, умершей в возрасте старше 35 лет. Перстень из погребения №25 изготовлен из серебряной пластины толщиной 0,2 см и шириной 1,8 см. Заготовка перстня была вырезана по шаблону. Часть шинки перстня обломана (в месте перехода щитка к шинке). Перстень имеет прямоугольный орнаментированный щиток с чернью и позолотой. Гравированный орнамент занимает всю поверхность щитка перстня. Двумя крестообразно расположенными узкими рубчатыми полосками орнаментальное поле разделено на четыре треугольных сектора, в которые вписаны изображения крина. Мотив крина присутствует и на боковых сторонах перстня. Фон орнамента в секторах заполнен чернью, а пересекающиеся рубчатые полоски позолочены.

Ближайшие аналогии этому изделию можно найти в материалах памятников вымской культуры (Савельева и др., 1997, с.639, рис.19:37). Крестообразная ком-

позиция имеется на серебряном перстне из погребения №55 Жига-новского могильника, отнесенного к группе захоронений XII — XIII вв. (Савельева, 1987, с.160-161, рис.348). Э.А. Савельева датирует их по аналогиям XIII — XIV вв. (Савельева, 1987, с.161). Аналогий таким изделиям в булгарских и русских материалах нет. Мотив крина широко распространен в орнаментике ювелирных изделий и торевтики Восточной Европы и стран Востока в эпоху средневековья и датирующим признаком не является. В целом данный перстень датируется в пределах XIII в.

Перстень из погребения №26 (цв. вклейка, рис.1:3). Погребение младенца, умершего в возрасте до года. Перстень из свинцово-оловя-

нистого сплава имеет шестиугольный щиток. Сохранность изделия очень плохая и точно определить тип орнамента не удалось. Перстни такого типа встречены на средневековых памятниках Волго-Ка-мья XII — XIV вв. Широкое распространение на Средней Волге они получают с XIII в. (Руденко, 1999, с.100, рис.11: 25-28). Данный перстень, видимо, также может

быть датирован XIII в.

* * *

Таким образом, описанные нами перстни, скорее всего, являются изделиями местных мастеров, сделанными как подражание русским и булгарским украшениям. Судя по аналогиям, они могут быть датированы XIII в., что не противоречит общей датировке могильника.

Литература:

Белавин А.М. 2000. Камский торговый путь. - Пермь: ПГПУ. - 200 с.

Древняя Русь. Культура и быт 1997/ под ред. Б.А. Рыбакова. - М.: Наука. - 368 с.

Макарова Т.И. 1986. Черневое дело Древней Руси. - М.: Наука. -156 с.

Полякова Г.Ф. 1996. Изделия из цветных и драгоценных металлов // Город Болгар. Ремесло металлургов, кузнецов, литейщиков. - Казань: АНТ. - С.154-168

Руденко К.А. 1999. К вопросу об удмуртских элементах в материальной культуре Волжской Булгарии XI - XIV вв. (на примере Лаишев-ского селища) // Новые исследования по средневековой археологии Поволжья и Приуралья. Материалы Международного полевого симпозиума. - Ижевск-Глазов.

Руденко К. А. 2010. Булгарское черневое искусство: перстни. Казань: КГУКиИ.

Савельева Э.А. 1987. Вымские могильники XI-XIV вв. - Л.: ЛГУ. -200 с.

Савельева Э.С., Истомина Т.В., Королёв К.С. 1997. Пермь Вычегодская (XI-XIV вв.) // Археология республики Коми. - М.: " ДиК". - С. 561651.

Седова М.В. 1981. Ювелирные изделия Древнего Новгорода (X-XV вв.). - М.: Наука. - 196 с.

сп^>-