Запись в писатели

5 сентября в ВВЦ открывается XX Московская международная книжная выставка-ярмарка. Корреспондент "Власти" Лиза Новикова составила путеводитель по новым именам и старым способам вхождения в большую русскую литературу.

При всей условности разделения писателей на "молодых" и, соответственно, "немолодых" градация по возрастному принципу все же существует. Ведь молодые писатели — это те, кого мы будем читать завтра, если окончательно не переключимся на Салтыкова-Щедрина и Лескова. Последнее время появление юных авторов несколько потеряло в таинственности. Откуда берутся новые таланты — этот вопрос все чаще имеет ответ. Их поставляет литературная фабрика звезд — премия "Дебют", их культивируют на писательских семинарах в Липках, их задабривают на президентских утренниках, их штампуют издательские литтехнологи, их пасут на интернет-порталах. По-прежнему редки одиночки, идущие своей дорогой. А на магистральных путях — столпотворение. Мы обозначим некоторые из этих путей. Условный возрастной барьер в 40 лет мы поставили вслед за британским альманахом Granta, который каждые 10 лет определяет список лучших молодых авторов.

Один из проверенных способов выйти в большую литературу — присоединиться к уже существующим литературным артелям. Так, по-прежнему немалый приток молодых писательниц наблюдается в "будуаре" Оксаны Робски. Сама она с недавних пор переквалифицировалась в издательницы и специализируется на "гламурном нон-фикшн". Однако открытый в ее романах заповедный мир Рублевского шоссе остается притягательным для публики. К слову, это все та же, хоть и значительно омолодившаяся, аудитория, что в свое время баловалась дамскими детективами. Молодым сочинительницам стандартных романов о красивой жизни редко удается сделать себе громкое имя (Машу Цареву отличат от Арины Холиной лишь специалисты), но они всегда могут рассчитывать, что их обложки будут украшены изображениями стрингов со стразами.

Бок о бок с девушками из артели Робски трудятся первопроходцы литературы для среднего класса. Сергей Минаев, пришедший в словесность из бизнеса, выстраивает свои тексты по законам маркетинга: роман "Духless" про менеджера, торгующего консервами, должен был стать таким же ходовым товаром, как эти самые консервы. Не чужды сочинителю и литературные амбиции, проявляющиеся в многочисленных попытках потягаться в остроумии и литературной эрудиции "с самим" Виктором Пелевиным. Но Минаев скорее страшный сон Пелевина: как будто возомнивший о себе персонаж пелевинских романов вдруг ожил и сам стал что-то кропать. Зато Минаев, кажется, считает себя не меньше чем пророком, принесшим "белым воротничкам" благую весть. Оказывается, в их кожаных портмоне между золотыми и платиновыми кредитками должна еще оказаться такая ценная вещь, как духовность.

Конечно, предлагаемый Сергеем Минаевым ориентир не единственный. Арсен Ревазов в "Одиночестве-12" предлагает своим читателям целый пакет услуг, куда включены и путешествия, и игра в детектив, и мистические переживания (у Гарроса-Евдокимова в романе с символичным названием "Серая слизь" в сходный коктейль добавлены еще философские рассуждения и придающая пикантности арт-хаусная приправа). Владимир Спектр в "Русском жиголо", бледной кальке с "Американского психопата" Брета Истона Эллиса, берется быть гидом по метросексуализму. Эдуард Багиров своими скорее политическими, чем эстетическими, спекуляциями на тему гастарбайтерства тоже, что называется, помогает держать нос по ветру. Все-таки мир среднего класса не столь хорошо огорожен от обычной жизни.

Совсем разные писатели сообща трудятся на ниве "литературы кардинальных вопросов". Каждый по-своему пытается сочинить для России новый, выигрышный и желательно красивый сценарий. Дмитрий Быков к своему 40-летию, а значит, к окончательному выходу из разряда "юниоров" имеет, пожалуй, наилучший результат. В его "зачете" — всевозможные литпремии и немалая слава. Сейчас он озадачил читателей своей укомплектованной историософскими теориями поэмой в прозе "ЖД". Причем озадачил надолго. В этом "добром памфлете" писатель продолжил тему, обозначенную в заглавии его первого романа "Оправдание". Примечательно, что этот "Горький ХХI века", завоевав определенный авторитет в молодежной среде, декларирует право на художественное несовершенство своих творений. Пока что ему это кажется "новым словом" в литературе — и тут у него есть единомышленники. Но скорее верно другое: Дмитрий Быков воспитывает читателя, с которым ему же самому потом будет скучно.

Все больше претендентов появляется на пустующее пока место "большого русского романа". "Обустройство России" на бумаге чаще всего происходит, увы, в условных формах. Без элемента фантастики не удалось обойтись ни Алексею Иванову с его последним романом на современном материале "Блудо и МУДО", ни гораздо менее амбициозным Алексею Лукьянову или Ксении Букше.

Конечно, "спасатели отечества" — грубоватое определение для этих благородных авторов. Дело скорее не в целях, ведь "пасти мирные народы" — давняя писательская привилегия. К сожалению, исполнение этих "симфоний на патриотический лад" то и дело не обходится без фальшивых нот.

Рискнем предположить, что грандиозный замысел "большого русского романа" если и лопнет, словно мыльный пузырь, то оставит по себе множество мелких брызг. И вестись дальнейший разговор будет не от лица призрачного столичного интеллектуала с пропиской в интернете и даже не от лица удаленного от столиц сноба, слишком уверенно козыряющего своей провинциальной картой. Возможно, на сцене покажется и "бедовый" сочинитель, не отказавшийся в угоду моде от либеральных ценностей. Тем более что в литературе как раз должно появиться эмигрировавшее "из телевизора" политическое размежевание.

Не случайно такой резонанс получила хоть и не самая удачная, но показательная заявка Захара Прилепина на "нацболовский роман": столичная литературная тусовка так обрадовалась тому, что в "Саньке" помимо подражания провокативному Эдуарду Лимонову были и вполне традиционные, в духе "деревенской прозы" куски, что даже чуть не наградила автора либеральным "Букером". Впрочем, более характерен персонаж повести Сергея Шаргунова "Как меня зовут": у молодого человека, подвизавшегося в политической журналистике, здорово выходит обслуживать и ваших и наших, но вот сделать единственный выбор он не в состоянии.

Еще одним проверенным способом вхождения в литературу остается частная жизнь. Никто не отнимает у начинающих авторов возможности разыграть классический дебют: в первом произведении выкладываем все о себе, а дальше — как получится. За исповедальную прозу получили своих "Букеров" Олег Павлов с "Карагандинскими девятинами" и Денис Гуцко с "Без пути-следа". Поделившийся своим чеченским опытом в сборнике "Алхан-Юрт" Аркадий Бабченко числится среди лучших молодых военных прозаиков. После исторического полотна "Хоровод" и романа "Самоучки", которому присвоили звание "русского "Великого Гэтсби"", изрядно нагруженной автобиографизмом оказалась новеллистика примечательного, но до сих пор недооцененного писателя Антона Уткина. А из дебютной повести Майи Кучерской вырос роман "Бог дождя", тоже во многом автобиографичный. Рассказав о своих драматичных отношениях с религией, писательница удачно преодолела "барьер второго романа", создав гротесковый сборник новелл "Современный патерик".

Ставку на исследование человеческой природы сделал и Роман Сенчин, позволяющий своим героям, которые и сами не имеют ничего против ярлыка "маленьких людей", разводить на прозаических страницах бесконечную "мармеладовщину". Глеб Шульпяков в "Книге Синана" расписал для своего неприкаянного героя экзотические, восточные декорации. Наконец, совершенно особняком стоит роман Александра Иличевского "Матисс". Его герой, сирота, которому в злые советские времена "забесплатно" дали лучшее физико-математическое образование, не стал вопреки принятой в современной литературной конъюнктуре ни банкиром-миллионером, ни деградантом. Вернее, он действительно деградировал, но из этого падения проза Александра Илличевского выныривает каким-то невероятным пируэтом.

Однако не стоит ждать, что молодежные исповеди будут совсем уж откровенными, ведь одной только аудитории ровесников писателям никак не хватит — нужно заинтересовать и родителей, которые заглянут в книгу за объяснениями поведения своих детей. Многие же из нынешних "дневников московских подонков" отпугивают всех старше 16 уже одной своей нетрадиционной орфографией. Не исключено, что "настоящих юных" обгонят умудренные и убеленные сединой авторы, которые смогут ловчее расписать страдания "юных вертеров" и их же первые гражданственные поползновения. В конце концов, в литературе свежесть бывает не только "первая".

Китайская книжная ярмарка

5 сентября в ВВЦ открывается ХХ Московская международная книжная выставка-ярмарка. На этот раз у ярмарки будет ярко выраженный китайский акцент. В прошлом году делегация российских писателей побывала на Пекинской книжной ярмарке — теперь настало время держать ответ и встречать китайских коллег, разбираться вместе с ними в тонкостях китайской деревенской прозы, вникать в историю печатной индустрии Китая и озадачиваться названием книги одного из гостей — "Ради образования 13 миллионов человек". Кстати, китайцы по-прежнему больше всего заинтересованы именно в нашей образовательной литературе.

Московская книжная ярмарка, так пока и не переехавшая в более подходящее здание (впрочем, места проведения некоторых мероприятий разбросаны по всей Москве, они объединены в фестиваль, который на манер лейпцигского Leipzig Liest назван "Читай-город") и не собирающаяся даже в свой юбилей менять имидж "большой книжной барахолки", в этом году обещает рекордно большую программу. В ВВЦ пройдет множество презентаций, профессиональных встреч, премиальных торжеств и расслабленных дискуссий на отвлеченные литературные темы. Выступят Владимир Войнович, Александр Кабаков, Василий Аксенов, Алексей Варламов, Александр Архангельский, Евгений Гришковец, Артемий Троицкий и Михаил Зыгарь. Издатели будут хвастаться друг перед другом, у кого выходит больше книг политиков и медиазвезд. Так, Борис Немцов представит книгу "Исповедь бунтаря, или Политика без бл**ства", а Владимир Жириновский выступит в творческом тандеме с Леной Лениной. "Молодая гвардия" удивит книгами "Владимир Путин" Роя Медведева и "Повседневная жизнь российских жандармов". В рамках ярмарки подведут итоги конкурса "народных" книжных рецензентов.