"Сотовым абонентам ничего не грозит. Изменения будут прежде всего у операторов связи"

интервью

АЛЕКСАНДР ИЗОСИМОВ, генеральный директор ОАО "Вымпелком", ответил на вопросы корреспондента Ъ ДМИТРИЯ ЗАХАРОВА.

— Как вы относитесь к внедрению принципа "платит звонящий"?

— Принцип Calling Party Pays (CPP), или "платит звонящий",— это индустриальный стандарт. Правила, по которым до сих пор работает наш рынок,— это исключение, поэтому переход к CPP — вещь закономерная. Впрочем, существует много вопросов, как это сделать правильно. С точки зрения бизнес-логики переход на CPP должен отражать реальные затраты каждого оператора, участвующего в процессе связи одного абонента с другим. Философские возражения у меня вызвала бы ситуация, когда деньги берутся у более эффективных участников рынка и передаются менее эффективным. Пока этот вопрос открыт. Окончательные цифры по поводу того, как и по каким расценкам будут осуществляться межоператорские расчеты и как будут перераспределяться эти доходы, нам пока неизвестны.

— Какой суммой оператор сотовой связи рискует при переходе на новые принципы расчетов с абонентами?

— Доходы от входящего трафика, с которого мы получаем деньги, составляют 7-10% нашего годового оборота. Соответственно, если мы говорим, что наш оборот больше $3 млрд, $200-300 млн — сумма, которой мы потенциально рискуем.

— Поясните.

— Имеется в виду, что такой суммой мы рискуем, если не получаем никаких денег ни в каком формате за входящий трафик. На такую же сумму снижается и эффективность компании. Сейчас мы ведем переговоры с другими игроками рынка, и прежде всего с сотовыми операторами, пытаемся заключить соглашения, которые навели бы порядок во взаиморасчетах в затратной части. В зависимости от региона и времени суток затраты на минуту связи составляют $0,05-0,06. Названная сумма — это лишь ориентир, и, если цены на интерконнект будут ниже, прибыльность и эффективность компаний начнет снижаться.

— Введение CPP обяжет вас вводить бесплатные входящие на всех существующих тарифах?

— Если все будет внедряться так, как это выглядит сейчас, то да.

— У каждого сотового оператора есть некоторое количество тарифов с низкими ценами на исходящую связь и высокими — на входящую. Если вы полностью отмените плату за входящую связь, у вас может появиться целая группа абонентов, подключенных к супервыгодным тарифам. Вы этого не опасаетесь?

— Мы анализировали свою тарифную линейку. Реально, если такие тарифы у нас и есть, они очень старые, и на них очень мало пользователей. Пока мы даже не ставили перед собой задачу оптимизировать эти тарифы. Если регулятор не позволит нам создать некоторый период времени, когда можно было бы перейти от одной системы к другой, мы уберем эти тарифы из сетки, а абонентам предложим подключиться к другим тарифам.

— Будут ли у сотовых компаний затраты и риски, связанные с техническими проблемами при переходе на CPP?

— С технической точки зрения никаких затрат у нас не будет, с точки зрения перезаключения контрактов — тоже. Если условия контракта изменяются, мы обязаны проинформировать абонентов. Мы можем сделать это с помощью SMS-рассылки.

Я считаю, что гораздо больше проблем будет у таких компаний, как, например, "Связьинвест". Новые правила взаиморасчетов с другими операторами и регулируемые государством тарифы — вот где кроются существенные трудности. И поэтому готовность всех участников отрасли к переходу к CPP пока у меня вызывает сомнения.

— Речь идет о том, что биллинговые системы "Связьинвеста" не готовы к поминутной тарификации?

— И это тоже. И то, насколько у таких предприятий, как "Связьинвест", есть возможность вводить дополнительную плату при звонках, которые инициируются их абонентами. Для того чтобы реально отражать затраты на нашей сети, плата за интерконнект для предприятий "Связьинвеста" должна быть высокой. И это еще вопрос, насколько они смогут эти затраты перенести на тех абонентов, которые инициируют звонок.

— Таким образом, получается, что платить больше будут абоненты фиксированной связи?

— У связи абонентов фиксированных сетей с нашими абонентами есть некоторая стоимость, и до сих пор она субсидировалась — в большой степени за счет низкой стоимости исходящих звонков со стороны фиксированных операторов. Мы же им платили достаточно много за приземление нашего трафика. Наш расчет в ту сторону уже существует — и "Связьинвест", и другие фиксированные операторы уже получают от нас деньги и продолжат получать. Теперь операторы фиксированных сетей должны платить нам за то, что мы приземляем трафик. До сих пор мы собирали деньги со своих абонентов за то, что они получали звонки. Теперь это отменяется. Значит, должны платить те абоненты.

— То есть сотовые абоненты должны успокоиться, им ничего существенного не грозит?

— Сотовым абонентам? Нет, ничего. Изменения будут прежде всего у компаний. Им придется перестроиться, чтобы как-то компенсировать достаточно большой объем выручки. Мы считаем, что правильно перераспределить эту выручку среди участников отрасли, это и будет ключевая задача регулятора. Необходимо избежать скрытых субсидий, которые перетекают из одного кармана в другой. Для этого надо понимать реальную стоимость межоператорских расчетов.

— Сотовые компании быстро договорятся о том, как будут рассчитываться между собой?

— Да. Проблемы будут у операторов фиксированной связи. Стоит, впрочем, отметить, что альтернативные операторы технически и идеологически более заточены под новые принципы работы. Редко кто из них является существенным оператором, и поэтому с точки зрения регуляторной они более свободны. Там проблем я вижу меньше.