Самоподобие структуры текста как переводческая стратегия

14. Пригожин, И. Порядок из хаоса : новый диалог человека с природой [Текст] / И. Пригожин, И. Стен-герс. - М. : Прогресс, 1986. - 432 с.

15. Стенограмма урока английского языка [Запись]. - 2010. - 18.11.

16. Степанов, Ю.С. Протей. Очерки хаотической эволюции [Текст] / Ю.С. Степанов. - М. : Яз. слав. культ., 2004. - 264 с.

17. Трифонов, Ю.В. Обмен [Текст] / Ю.В. Трифонов // Собрание сочинений : в 4 т.- М. : Худ. лит., 1986.

- Т. 2. - С. 7-69.

18. Фетерис, Э.Т. Аргументация в области права [Текст] / Э.Т. Фетерис // Важнейшие концепции теории аргументации. - СПб. : СПбГУ, 2006. - С. 239-260.

19. Шеннон, К. Работы по теории информации и кибернетике [Текст] / К. Шеннон. - М. : Изд-во ин. лит., 1963. - 830 с.

20. Allwood, J. Logic and spoken interaction [Text] / J. Allwood, T. Myers // Reasoning and discourse processes.

- L. : Acad. Press, 1986. - Р. 67-91.

21. Cowley, SJ. Distributed language and dynamics [Text] / S.J. Cowley // Pragmatics & Cognition. - 2009. -№ 17(3). - Р. 495-507.

22. Eemeren, F.H. van. Fundamentals of Argumentation Theory : A Handbook of Historical Backgrounds and Contemporary Developments [Text] / F.H. van Eemeren [et al.]. - Mahwah : Lawrence Erlbaum, 1996. - 395 p.

23. Gilbert, M.A. Agreement / Disagreement [Electronic resource] / M.A. Gilbert // Proceedings of the 3-rd International Conference of the Ontario Society for the Study of Argumentation. - 2000. - URL : http://www.yor-

ku.ca/gilbert/argthry/argthry/arg-papers/mag2000a-agree. pdf (дата обращения : 09.02.2013).

24. Gilbert, M.A. Coalescent Argumentation [Text] / M.A. Gilbert. - Mahwah : Lawrence Erlbaum Associates, 1997. - 158 p.

25. Grey's Anatomy [Electronic resourse]. -URL : http://www.dailyscript.com/ (дата обращения : 19.02.2013).

26. Jacobs, S. Conversational argument : A discourse analytic approach [Text] / S. Jacobs, S. Jackson // Advances in argumentation theory and research. - Illinois : Southern Illinois University Press, 1982. - P. 205-237.

27. Kolmogorova, A.V. Interpersonal argumentation as a distributed cognition phenomenon [Text] / A.V. Kolmogorova // Proceedings of the International Conference «Cognitive Dynamics in Linguistic Interactions : Theoretical and Applied Perspectives». - Irkutsk, 2010. - 54 p.

28. Korb, K.B. A cognitive model of argumentation [Text] / K.B. Korb, R. McConachy, I. Zukerman // Proceedings of the 19-th Annual Conference of the Cognitive Science Society. - Melbourne : Monash University, 1997.

- P. 400-405.

29. Krabbe, E.C.W. Formal Systems of Dialogue Rules [Text] / E.C.W. Krabbe // Synthese. - 1985. - Vol. 63.

- P. 295-328.

30. Quiroz, G. How counter-argumentation works [Text] / G. Quiroz, D. Apotheloz, P.-Y. Brandt // Argumentation Illuminated; ed. F.H. van Eemeren [et al.]. - Amsterdam : SICSAT, 1992. - P. 172-177.

31. Toulmin, S.E. The Uses of Argument [Text] /

S.E. Toulmin. - London : Cambridge : Cambridge University Press, 1958. - 415 p.

УДК 81.23 ББК 81.00

Г.Г. Москальчук, Я.А. Бузаева CАМОПОДОБИЕ СТРУКТУРЫ ТЕКСТА КАК ПЕРЕВОДчЕСКАЯ СТРАТЕГИЯ

В статье рассматривается практика переводчиков по достижению эквивалентности на самом высоком уровне - уровне формы текста. При переводе важно сохранять не только лексические компоненты текста, но и весь комплекс графико-просодических элементов как основных факторов формообразования. Также при переводе важно соблюдать пропорциональное соотношение слов и предложений.

Ключевые слова: текст; форма; фрактальность; просодика; метроритмическая матрица; инвариант; позиция; перевод

G.G. Moskalchuk, Y.A. Buzayeva

self-similarity of the text structure as a translation strategy

The article reviews the translators’ experience on achieving equivalence on the highest level - the level of the form of the text. In the process of translation it is important not only to retain the lexical components of the text but the whole complex of graphic and prosodic elements which contribute to text formation. It is also important to observe the ratio between the number of words and sentences in the SLTand the TLT.

Key words: text; form; fractality; prosody; metro-rhythmical matrix; invariant; position; translation

© Москальчук Г.Г., Бузаева Я.А., 2013

В теории перевода существуют десятки определений эквивалентности перевода, а также множество способов описания ее достижения. Но как правило все споры о точности и вольности того или иного варианта перевода ведутся вокруг отдельных слов, словосочетаний, их значений и наиболее подходящих вариантов перевода. Зачастую подобные споры проходят на основе субъективных представлений о точности при выборе оптимального соответствия иноязычному слову. До сих пор лишь А.М. Финкель, М.Л. Гаспаров и В.В. Настопкене предлагали относительно объективные способы оценки качеств перевода [Гиндин, 2008]. В данном случае мы говорим «относительно», поскольку ив их работах верховным арбитром для выявления процентного соотношения точно и вольно переведенных слов от числа слов подстрочника использовался двуязычный словарь, а слова классифицировались по группам «однокоренные замены», «разнокоренные замены» и т. п. [Гаспаров, 2001; Гиндин, 2008; Настопкене, 1981].

Но в спорах о том, что лежит на поверхности, лингвисты и переводчики забывают о том, что текст - целое, единое художественное произведение, а не набор слов и предложений. По словам И. Пригожина и И. Стенгерс, упрощение устройства мира свойственно тем ученым, которые видят «в зданиях лишь нагромождение кирпича», но «лишь рассматривая здание как единое целое, мы обретаем способность воспринимать его как продукт эпохи, культуры, общества, стиля» [Пригожин, 1986, с. 47]. Поскольку человек является частью и порождением природы, то, как всякий созданный человеком объект, текст должен обладать характеристиками, «совпадающими с параметрами объектов природы, поскольку в языке действуют те же законы, что и в природе» [Там же]. Но для изучения целостных свойств текста необходим взгляд на текст как на «форму и способ упаковки языковой материи в целостное коммуникативно целесообразное сообщение». Форма целого, в том числе и текста, представляет собой матрицу, которая в то же время семиотична и служит пространством для развертывания смыслового содержания [Бекасова, 2013, с. 15].

Концепция о тексте как природном объекте, обладающем такими определенными физическими параметрами, как размер, пропор-

ция золотого сечения, симметрия, протяженность во времени и пространстве и др. позволяет точную квалификацию формы текста и динамических процессов, приводящих текст к тому или иному варианту структурной организации [Москальчук, 2010]. В указанной работе выводятся 243 теоретически возможных варианта развертывания внутренней структуры текста относительно метроритмической матрицы как инвариантной серии пропорций золотого сечения, природного критерия оптимальности сложных самоорганизующихся систем [Москальчук, 2010].

В данной статье мы рассматриваем форму текста как конструкт высшего порядка, позволяющий оценивать текст перевода на фоне оригинала с помощью методик позиционного анализа текста. В качестве инструмента сравнения текстов используются понятия форма текста, позиционная структура, креативный аттрактор как носитель доминантных структур и смыслов текста (все используемые понятия и методики анализа изложены в работах [Бекасова, 2013, с. 14-76; Москальчук, 2010]. По мнению Г.Г. Москальчук, «несовпадение ритма целого текста в оригинале и переводе может существенно исказить читательское восприятие авторского замысла» [Москальчук, 2010, с. 247]. Одним из базовых понятий при синергетическом подходе к тексту является креативный аттрактор (далее - КА) как область в тексте, концентрирующая в себе максимум творческих усилий автора и «разнонаправленные смыслы, эффективные для интерпретации целого» [Москальчук, 2010, с. 148]. Эффективность восприятия информации в креативном аттракторе подтверждается экспериментально в ряде исследований [Бекасова, 2013, с. 50-56; Болдырева, 2007; Добрынина, 2009; Маклакова, 2010; Москальчук, 2010, с. 224-253 и др.].

Целью нашей работы является доказать, что при несовпадении формы текста, следовательно, искажении объема и локализации зоны КА, тексты в целом будут неэквивалентны на более низких уровнях: синтаксическом, грамматическом и лексическом. Теоретически КА как часть целого обладает свойствами этого целого и, следовательно, о целом можно судить по его важнейшему фрагменту, что существенно оптимизирует процедуры оценочных суждений о качествах перевода.

Материалом исследования послужили переводы сонетов У. Шекспира, выполненные Ю.М. Каплуненко и С.Я. Маршаком. Как оригиналы текстов У. Шекспира, так и, к сожалению, пока не опубликованные переводы Ю.М. Каплуненко были любезно предоставлены автором. Что касается переводов С.Я. Маршака, то их трудно сопоставить с оригиналом, потому что мы не обнаружили ссылок на источник, из которого переводчиком были взяты тексты оригиналов. В связи с этим мы считаем уместным называть тексты У. Шекспира «условным оригиналом» [Бузаева, 2013].

В статье используются условные обозначения и процедуры анализа текстов, описанные в работах Г.Г. Москальчук [Москальчук, 2010]. Применяются формализованные обозначения позиционных интервалов текста как промежутков между позициями гармонических центров зоны начала текста (ГЦн) и всего текста (ГЦ): зачин (0,146) - пред-ГЦн (0,09) - пост-ГЦн (0,146)- пред-ГЦ (о,236)-пост-ГЦ (0,236)- конец (0,146). Каждый интервал обладает собственной протяженностью, пропорциональной от размеров целого текста, которая указана в скобках. Перечень форм текста и их наполнение см.: [Москальчук, 2010, с. 281-289]. Позиционный анализ оригиналов и переводов проведен с помощью специальной компьютерной программы.

Помимо указанных переводчиков нами были также исследованы корпусы переводов и других авторов (всего более 30 полных циклов). Но на уровне формы целого текста наиболее эквивалентными оказались переводы именно Ю.М. Каплуненко. Его переводы построены по 30 разным моделям, из них только 11 единичны, а переводы С.Я. Маршака представлены 50 моделями (15 из них - единичны). В этом, самом общем сравнении выборок, Ю.М. Каплуненко близок к параметрам цикла У. Шекспира, в котором использованы 28 разных моделей (9 из них единичны). В текстах Ю.М. Каплуненко наиболее частотными (и чаще всего совпадающими с оригинальной) являются модели /22211/, /22212/, /22121/, /11222/, /11221/, /21221/, /22112/ и /22122/. Практически все эти варианты развертывания структуры текста (кроме /11221/) являются восходящими, с КА в наиболее благоприятных для восприятия зонах: пост-ГЦн, пред-ГЦ и пост-ГЦ.

Для исследования наполнения зоны креативного аттрактора нами была составлена таблица, в которую мы внесли фрагменты сонета, попавшие в зону КА. Даже при несовпадении форм текстов оригинала и перевода КА может быть локализован в одних и тех же зонах и иметь одинаковую протяженность. Так, мы выявили, что расположение КА в текстах Ю.М. Каплуненко полностью совпадает с расположением КА в текстах оригинала сонетов У. Шекспира, с которых был выполнен перевод, в 70 случаях из 154. Среднее количество слов зоны КА оригинала равняется 53, перевода - 41. Но объемы и локализация аттракторов являются нестабильными параметрами формы, их варьирование во внутритекстовом пространстве отражает спонтанные подстройки формы к изменяющимся условиям среды.

В работе «Некоторые вопросы репродукции поэтической интонации при переводе с английского языка на русский (на материале сонетов В. Шекспира)» Ю.М. Каплуненко раскрывает оригинальное лингвистическое видение переводческой деятельности. Автор теоретически обосновывает свой подход к процессу перевода, утверждая, что лексический аспект при переводе это далеко не самый важный способ достижения переводческой эквивалентности и приближения к оригиналу. Гораздо большее внимание переводчик должен уделять сохранению авторской просодики, ритмико-интонационной структуры, междометий, вводных слов, конечных знаков препинания [Каплуненко, 1999]. Иными словами, утверждается важность сохранения в переводе просодических, интонационно-ритмических и синтаксических качеств, что последовательно воплощает в своих переводах Ю.М. Каплуненко.

Поскольку именно границы предложений, отраженные конечными знаками препинания, оказывают влияние на результат стихийной самоупорядоченности формы текста, то мы предполагаем, что высокий процент совпадения формы текстов Ю.М. Каплуненко с текстами оригинала связан именно с соблюдением авторской просодики, что является управляющим параметром формообразования. По возможности бережное сохранение внутритекстовой дискретности оригинала в переводе обеспечивает графико-просодиче-ское самоподобие, создание и сохранение ко-

торого способно обеспечить эквивалентность формы целого.

Так, в 136 сонетах У. Шекспира число предложений варьируется в пределах от 1 до 5, в 9 сонетах их 6 - 7 и лишь в одном - 8. В диапазоне 1 - 5 предложений выполнены и 148 сонетов в переводе Ю.М. Каплуненко. Совсем другую картину мы наблюдаем в переводах С.Я. Маршака: у него нет ни одного текста из одного предложения, а 122 сонета состоят из 5-8 предложений, доходя иногда до 10-11.

Очень показательно, на наш взгляд, количество слов в оригинале и переводах. Так, если в текстах оригинала 81-131 слово (в среднем 100 слов), то в текстах С.Я. Маршака максимальное количество слов едва приближается к нижней границе количества слов в текстах У. Шекспира: 44-85 (в среднем 60, что на 40 % меньше объемов условного оригинала). В переводах Ю.М. Каплуненко 6090 слов (в среднем 75). Иными словами, мера сжатия объемов текста в графических словах (от пробела до пробела) наряду с характером внутритекстовой дискретности, измеренной в количестве и объеме предложений, которые по-разному размещаются относительно инвариантных позиций структуры текста, являются эвристичной характеристикой исследуемых выборок при сравнении не только цикла с циклом, но и текста с текстом.

Как известно, английское слово в среднем графически короче русского, что значительно усложняет работу переводчика поэзии, так как помимо содержательной стороны в поэзии большую роль играет ритмико-интонационная структура. Особенно сказываются указанные ограничения в сонете как весьма регламентированной форме. Следовательно, переводчику приходится идти на определенные компромиссы, чтобы сохранить то, что, по его мнению, является главным. В нашем случае С.Я. Маршак и Ю.М. Каплуненко сократили текст в среднем на 40 % и 25 % соответственно. Однако, Ю.М. Каплуненко сделал это в строго определенной пропорции, соблюдая границы авторских предложений, что видно в строфике. Далее мы рассмотрим подробнее, от каких именно компонентов текста переводчики отказались, и к каким результатам это привело.

Для того чтобы выяснить, насколько можно полагаться на КА как меру эквивалент-

ности текстов, рассмотрим по 5 текстов по трем группам, отражающим разные внутритекстовые условия. Далее сравним 15 текстов в данных категориях по следующим параметрам: 1) тема аттрактора и ее соотношение с темой всего сонета; 2) позиция аттрактора и его объем; 3) количество слов в зоне КА, а также синтаксические характеристики данной зоны (в том числе междометия, вводные слова, восклицания, обращения); 4) лексическое наполнение, а именно: части речи (в том числе служебные) и способы их перевода на русский язык.

Группа 1: не совпадают формы и не совпадают зоны КА (сонеты 16, 22, 34, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 45, 48, 54, 55, 59, 65, 67, 69, 74, 77 и др.). В данной категории рассмотрим КА сонета 77 в оригинале и в переводе. КА текста оригинала:

<...> The vacant leaves thy mind’s imprint will bear, / And of this book, this learning mayst thou taste: / The wrinkles which thy glass will truly show A / Of mouthed graves will give thee memory; / Thou by the dial’s shady stealth mayst know/ Time’s thievish progress to eternity; / Look what thy memory CANNOT contain / Commit to these waste blanks, and thou shalt find / Those children nursed, delivered from thy brain, / To take a new acquaintance of thy mind. a / These offices, so oft as thou wilt look, / Shall profit thee, and much enrich thy book. <.>

Текст оригинала, с которого выполнял перевод Ю.М. Каплуненко, имеет формулу /21222/, а КА приходится на 5 композиционных зон. В нем 93 словоформы, 2 предложения. В КА практически полностью раскрывается тема всего сонета: быстротечность времени, неотвратимость старости и смерти, герой предлагает адресату своего сонета делать записи в книге, чтобы записывать то, что может забыться, и позже, читая книгу, вспоминать о прошлом.

Форма текста перевода Ю.М. Каплуненко имеет вид /01221/, и КА расположен в двух зонах: пред-ГЦ и пост-ГЦ:

<.> напомнят склепа жадный рот; / И по часам узнаешь ты быстрее / Как подло Время к вечности течет. / Глянь что НЕ в силах память удержать /Отдай [бумаге], и найдешь потом / Детей сознания, и ума печать, / При новой встрече в разуме <.>

В данном КА всего 38 словоформ, в его зону попадает граница одного предложения.

В переводе, как и в оригинале, есть два глагола в повелительном наклонении Look (глянь) и Commit (отдай). В теме данного отрывка текста отражены образы Времени, смерти (склепа жадный рот), память, книга (бумага).

Примечательно, что, несмотря на большое различие в объеме КА, расположение темы и образов в переводе практически совпадают с оригинальным и, на наш взгляд, очень точно передаются: mouthed graves (говорящие, чавкающие могилы (перевод наш) - склепа жадный рот), Time’s thievish progress to eternity (как подло Время к вечности течет), memory cannot contain (память не в силах удержать), деепричастный оборот children delivered from thy brain передается как детей сознания, а new acquaintance of thy brain - при новой встрече в разуме. Однако переводчик не перевел идею dial’s shady stealth - тенистая уловка, хитрость часов.

Рассмотрим КА данного сонета в переводе С.Я. Маршака (текст имеет формулу /11121/, где КА локализован в 5 зонах):

<.> Седины ваши зеркало покажет, / Часы - потерю золотых минут. / На белую / страницу строчка ляжет - / И вашу мысль увидят и прочтут. / По черточкам морщин в стекле правдивом /Мы все ведем своим утратам счет. / А в шорохе часов неторопливом / Украдкой время к вечности течет. / Запечатлейте беглыми СЛОВАМИ / Все, что не в силах память удержать. / Своих детей, давно забытых вами, / Когда-нибудь вы встретите опять. / Как <.>

В данной зоне текста 65 словоформ, 6 границ предложений, 1 глагол в повелительном наклонении. В целом тема КА, как и в случае с оригиналом, совпадает с темой всего сонета, в силу большой протяженности данной зоны.

Переводчик сохраняет следующие существительные: зеркало, часы, минуты, белая страница (vacant leaves), морщины, время, память, дети; глаголы: показать, потерять, течь, удерживать, встретить. Тем не менее, переводчик добавляет существительные и глаголы, которых нет в оригинале. Так, во второй строфе появляется стих «мы все ведем своим утратам счет,» а также «беглые слова, шорох часов неторопливых». На наш взгляд, С.Я. Маршак неверно передает образ детей в данном сонете. У. Шекспир, говоря о детях, взращенных в сознании, имел в виду те записи в книге, которые спустя годы помогут заново познакомиться с самим собой.

Кроме того, в переводе оказались опущенными такие образы и глаголы, как beauties (прелести, красота), Of mouthed graves will give thee memory (напомнить о молчаливых/ чавкающих могилах), brain и mind (ум/разум). Помимо лексических несовпадений в переводе С.Я. Маршака наблюдается несоответствие порядка расположения образов в сравнении с оригиналом.

Для получения объективных данных о точности и вольности переводов подсчитаем количество существительных, прилагательных и наречий, глаголов (в том числе деепричастных оборотов) в зоне КА текста оригинала и в КА текстов Ю.М. Каплуненко и С.Я. Маршака. Так, в таблице приведены показатели совпадений и различий.

Во 2 группе: разные формы, но один КА (у Ю.М. Каплуненко это сонеты 143, 119, 97, 53, 49, 46, 43, 27, 20, 17, 9, 5, 3) рассмотрим подробно 119 сонет и его переводы. Текст оригинала имеет формулу /11122/, где КА расположен в 4 зонах от пред-ГЦн до пост-ГЦ:

<.> fears to hopes, and hopes to fears, / Still losing when I saw myself to win! / What wretched errors hath my heart committed, / Whilst it hath thought itself a so blessed never! / How have mine eyes out of their spheres been fitted / In the distraction of this madding fever! / О benefit of ill! now I FIND true / That better is by evil still made better, / And ruined love when it is built anew / Grows fairer than at first, more strong, far greater./ So <...>

Данный фрагмент текста содержит 82 словоформы, имеет 5 конечных знаков препинания, из них 4 - восклицательные знаки. В зоне КА локализованы три полных восклицательных предложения, начинающиеся с восклицаний what (какие), how (как) и междометия O.

В зоне КА оригинала говорится о победах и поражениях, ошибках, совершенных сердцем, а также о том, что нет худа без добра, и однажды разрушенная любовь, если ее возродить, становится еще сильнее и крепче. Как и в случае с 77 сонетом тема КА почти полностью передает тему сонета в целом благодаря большой протяженности зоны КА.

Формула текста перевода Ю.М. Каплуненко /21122/ отличается от оригинальной лишь одной границей, но КА локализован в тех же зонах: <.> естества, / Не примирив надежду

и боязнь, I Теряя все на грани торжества! / Какой же промах сердце совершило, / Когда познало миг свой самый сладкий! I Как из орбит глаза изъяла сила I Безумия любовной лихорадки! I О благо зла, понятно МНЕ сейчас I Что беды делают добро добрее, I И страсть в руинах возрождаясь в нас I Еще прекрасней станет, и сильнее. I И <.. .>

Отрывок содержит 56 словоформ, 4 конечных знака препинания, из них 3 - восклицательные знаки. Тема данного КА также связана с потерями, промахами, ошибками и возрождением любви и страсти.

В КА текста Ю.М. Каплуненко 12 образов, из них 10 повторяют авторские (кроме миг и сила), из 5 прилагательных - 3 соответствуют авторским (madding переведено существительным безумие). Практически полностью переведены глаголы в данном отрезке текста: 9 из 10 (нет только соответствия глаголу saw).

У С.Я. Маршака текст 119 сонета имеет формулу I11122I, что дает нам следующий КА, также расположенный в 4 зонах от пред-ГЦн до пост-ГЦ: <...> я страшусь, то взят надеждой в плен, I К богатству близок и лишаюсь клада. / Чем согрешил я в свой счастливый час, л I Когда в блаженстве я достиг зенита? I Какой недуг всего меня потряс I Так, что глаза покинули орбиты? I О, БЛАГОДЕТЕЛЬНАЯ сила зла! I Все лучшее от горя хорошеет, I И та любовь, что сожжена дотла, I Еще пышней цветет и зеленеет <...>.

В зону КА попадает 57 словоформ, 5 конечных знаков препинания. Но только одно предложение является восклицательным и, как у автора, начинается с междометия О. Два вопросительных предложения вместо восклицательных, как в оригинале, на наш взгляд вносят различия в диалог автор - читатель. У С.Я. Маршака лирический герой как бы спрашивает читателя о своих собственных прегрешениях и недугах, будто ждет от него ответа. Восклицательные же предложения У. Шекспира говорят о раскаянии, сожалении о содеянном. У С.Я. Маршака в зоне КА прослеживается тема греха, потери богатства на вершине блаженства, однако также отражена тема возрождения через разрушение.

Но С.Я. Маршак, в отличие от Ю.М. Каплу-ненко, допускает значительно больше добавлений и опущений в своем переводе. Так, добавлены переводчиком такие образы как плен,

богатство, клад, час, блаженство, зенит. У Маршака всего два определения: счастливый (час) и благодетельная, которых нет в оригинале (в то время как у У. Шекспира 7 определений). Не менее вольно Самуил Яковлевич переводит глаголы, добавляя взят в плен, лишаюсь, согрешить, потряс, сожжен дотла, цветет, зеленеет, при этом сохраняя всего два авторских to be fitted (покинуть) и make better (хорошеть).

3 группа: совпадают формы текста и, соответственно, зоны КА (у Ю.М. Каплуненко это шнеты 12, 18, 31, 125, 121 и др.) мы рассмотрим тексты с одинаковыми формулами и, соответственно, одинаковыми КА, например, сонет 31. В оригинале и в переводе Ю.М. Каплуненко текст имеет формулу I11222I, где КА расположен в 2 зонах: пост-ГЦн и пред-

ГЦ.

Зона КА оригинала: <...> all those friends which I thought buried. / How many a holy and obsequious tear / Hath dear religious A love stol’n from mine eye I As interest of the dead, which now appear I But things removed that hidden in thee lie! I Thou art the grave where buried LOVE < >.

Фрагмент текста состоит из 40 словоформ, содержит 2 конечных знака препинания, один из них восклицательный. Тема данного КА касается того, что герой пролил немало слез из-за преданной любви, что было своеобразным процентом мертвым и теперь скрыто в твоей лжи. Адресата сонета герой называет могилой любви.

В КА текста перевода Ю.М. Каплуненко 34 словоформы, 2 границы предложения, одно из них восклицательное, как и в оригинале: <.. .> все друзья невольники могил. /Как много чистых и надгробных слез / Любовь украла а из моих очей I По праву мертвых, что встают из грез I А мне вернула склеп груди твоей! I В могиле этой и ЛЮБОВЬ <...>.

Тема КА соответствует оригиналу, как и расположение образов по стихам и строфам. Ю.М. Каплуненко сохранил 7 существительных из 10 авторских, добавив 2 своих: грезы и грудь (последнее стоит в первой строфе в оригинале). Использовал всего по 2 определения и глагола (у У. Шекспира 5 и 6 соответственно).

Текст 31 сонета в переводе С.Я. Маршака имеет формулу I21222I, что означает более

протяженный КА, состоящий из 65 словоформ, 4 полных предложений (среди которых нет ни одного восклицательного): <...> прекрасных твоего лица / Есть отблеск лиц, когда-то сердцу милых. / Немало я над ними пролил слез, / Склоняясь ниц у Л камня гробового. / Но, видно, рок на время их унес - / И вот теперь встречаемся мы снова. / В тебе НАШЛИ последний свой приют / Мне близкие и памятные лица, / И все тебе с поклоном отдают / Моей любви растраченной частицы. / Всех <...>.

Подсчитав количество слов в зонах КА разных сонетов в каждой из трех групп, мы выяснили, что доля добавлений в переводах Ю.М. Каплуненко составляет в среднем 15 %, в то время как у С.Я. Маршака - 45%.

Как уже говорилось выше, объем текстов перевода у С.Я. Маршака и Ю.М. Каплуненко в среднем на 40% и 25% меньше текста оригинала. После изучения соотношения добавлений, опущений и соответствий в переводах мы заметили, что перевод Ю.М. Каплуненко сокращается в объеме за счет незначительного количества используемых переводчиком прилагательных и местоимений (менее 50% от числа, использованных в оригинале). Однако в переводах этого автора наблюдается тщательное следование объектно-образной системе оригинала, сохранение глаголов.

Как и в переводах Ю.М. Каплуненко у С.Я. Маршака сокращено количество прилагательных. Но в отличие от Ю.М. Каплу-ненко, С.Я. Маршак использует в переводах больше местоимений (так, например, в КА 31 сонета их в два раза больше от числа в оригинале). Сохраняется количество объектов, образов, действий, но лишь 40-50 % из них соответствуют оригиналу.

Ю.М. Каплуненко в своих переводах строго придерживается просодики оригинала, соблюдая авторский синтаксис. Благодаря этому мы не выявили значительных различий между формами текстов оригинала, с которых выполнял переводы Ю.М. Каплуненко,

и его текстами. В переводах этого автора наблюдается редкое для переводов стихотворений расположение образов по тем же строфам и стихам как в оригинале. Практически не встречаются добавленные или опущенные переводчиком стихи.

Сравнение текстов по их аттракторам осложнено рядом свойств самих аттракторов как компонентов формы текста: объем и локализация аттракторов изменяются, что порождает структурное разнообразие форм текста. Объем аттрактора может быть от 2 до 6 интервалов [Бекасова, 2013, с. 46-56; Москальчук, 2010, с. 281-289]. В оригинале и его переводах характеристики аттракторов могут соотноситься по-разному. Поэтому важно проанализировать степень близости аттракторов сравниваемых текстов по различным параметрам: синтаксис, грамматическая семантика, лексическое наполнение, тема, развиваемая в данном фрагменте.

Методика сопоставления включает ряд шагов: 1) определение формулы текста, которая фиксирует позиции и объем аттракторов; 2) подсчет наблюдаемых языковых явлений, попадающих в аттракторы оригинала и переводов; 3) определение коэффициента плотности наблюдаемых языковых явлений, для чего число, например, существительных, прилагательных, наречий, глаголов и т. п. делится на объем аттрактора, который устанавливается по сумме объемов интервалов, которые заняты аттракторами в сравниваемых текстах. В обсуждавшихся в рамках данной статьи сонетах грамматическая семантика представлена в аттракторах с различной плотностью, что отражено в виде коэффициентов плотности компонентов грамматической семантики в таблице.

На рисунке показано, что переводы Ю.М. Каплуненко по характеру распределения в аттракторах компонентов с различной грамматической семантикой подобны оригиналам в большей степени, чем переводы С.Я. Маршака. Иными словами, последова-

Плотность грамматической семантики в сонетах У. Шекспира и его переводах

Выборка «Предметность» «Признаковость» «Процессуальность»

Оригинал 21,48 11,17 14,53

Каплуненко Ю.М. 18,91 9,04 8,71

Маршак С.Я. 14,05 6,57 14,86

— *- - Орнпнал - -Кніїуненво Ю.М д №ршииСЛ.

*2148

1В 514 -' . N

у \

І-----------------------------------1----------------------------------1--------------------------

гредуетность іри&в новость прси^сеуалы-юсть

Коэффициенты плотности компонентов грамматической семантики в креативном аттракторе

тельное применение при переводе стратегии самоподобия перевода оригиналу, грамматическое наполнение аттрактора также сохраняется более успешно.

Итак, сохранение графико-просодических параметров оригинала в переводе (сюда можно включить не только авторский синтаксис, но и количество строф или, наоборот, отсутствие деления на строфы, длина строки, стихотворный размер) может и должно выступать как переводческая стратегия, причем, не только при переводе поэзии, но и прозы. Просодическая матрица текста перевода служит неким каркасом (формой) для содержания. Поскольку конечные знаки препинания определяют во многом форму текста, то и соблюдение авторского синтаксиса при переводе позволяет более успешно достичь эквивалентности двух текстов на уровне целого.

Зона креативного аттрактора надежно характеризует степень эквивалентности текстов и помогает оптимизировать постпереводче-ский анализ текста на базе любых лингвистических параметров. Увеличение или сокращение числа предложений изменяет дискретность текста и ведет к искажению формы текста, а вслед за этим, и к изменению объема и локализации зоны КА. Следствием подобных искажений внутренних параметров формы является то, что в наиболее благоприятную для читательского восприятия зону попадает ин-

формация, отличная от изначально заложенной автором.

Пропорциональное отношение количества слов и количества предложений должно быть, по-возможности, одинаковым в текстах оригинала и перевода. Как мы выяснили на материале сонетов и их переводов, компрессия текста на 30 % от его исходного объема не искажает содержание (как это произошло в переводах Ю.М. Каплуненко), и, что более важно, сохраняет внутреннюю дискретность текста. Меняется объем, но форма остается прежней. Перевод подобен оригиналу, а аттрактор - тексту. Что касается частей текста, подвергающихся сокращению, то, как правило, в эту категорию попадают служебные слова, местоимения, прилагательные, наречия. Существительные и глаголы передаются наиболее точно и полно, поскольку в основном именно эти части речи формируют богатую систему образов в сонетах У. Шекспира в их взаимодействии.

Библиографический список

1. Бекасова, Е.Н. Векторы интерпретации текста : структуры, смыслы, генезис [Текст] : монография / Е.Н. Бекасова, Г.Г. Москальчук, В.Ю. Прокофьева -М. : Спутник+, 2013. - 217 с.

2. Бузаева, Я.А. Лингвистические параметры сонетов У. Шекспира в сравнении с их русскими переводами [Текст] / Я.А. Бузаева // Аспирант, или Молодое поколение ученых о...: науч.-практ. альманах аспирантского сообщества / ред. кол. : А.Г. Иванова

[и др.]; С.В. Любичанковский (отв. секр.). - Вып. VIII.

- Оренбург : Изд-во ОГПУ, 2013.- С. 76-81.

3. Болдырева, Э.Т. Креативный аттрактор как структурный компонент текста : автореф. дис... канд. филол. наук : 10.02.19 / Э. Т. Болдырева.- Челябинск, 2007. - 21 с.

4. Гаспаров, М.Л. Подстрочник и мера точности [Текст] / М.Л. Гаспаров // О русской поэзии. Анализы. Интерпретации. Характеристики. - СПб. : Азбука, 2001. - С. 361-372.

5. Гиндин, С.И. Почему гуманитарии не склонны доверять числу? (Послесловие к свидетельству И. И. Ковтуновой) [Текст] / С.И. Гиндин // Вестник Российского государственного гуманитарного университета. - 2008. - № 6. - С. 216-226.

6. Добрынина, Н.В. Восприятие англоязычных текстов носителями русского языка как синергетический процесс [Текст] : автореф. дис. канд. филол. наук : 10.02.19 / Н. В. Добрынина.- Иркутск, 2009. -20 с.

7. Каплуненко, Ю.М. Некоторые вопросы репро-

дукции поэтической интонации при переводе с английского языка на русский (на материале сонетов В. Шекспира) [Текст] / Ю.М. Каплуненко // Сборник научных трудов Иркутского государственного лингвистического университета. - Иркутск, 1999. - Вып. 2. - С. 38-48.

8. Маклакова, Т.Б. Роль тропов и фигур в целом тексте (симметро-позиционный аспект) [Текст] : автореф. дис. канд. филол. наук : 10.02.19 / Т. Б. Маклакова.- Иркутск, 2010. - 190 с.

9. Москальчук, Г.Г. Структура текста как синергетический процесс / Г.Г. Москальчук. - М. : Едитори-ал УРСС, 2010. - 296 с.

10. Настопкене, В.В. Опыт исследования точности перевода количественными методами [Текст] / В.В. Настопкене // Литература. - Вильнюс, 1981. -№ 26. - С. 53-69.

11. Пригожин, И. Порядок из хаоса: Новый диалог человека с природой / И.Р. Пригожин, И. Стенгерс; пер. с англ.; общ. ред. В.И. Аршинова, Ю.Л. Климон-товича и Ю.В. Сачкова. - М. : Прогресс, 1986. - 432 с.