Вклад И. Г. Георги в изучение традиций чувашей

УДК 93/94 ББК 63.5

А.К. САЛМИН

ВКЛАД И.Г. ГЕОРГИ В ИЗУЧЕНИЕ ТРАДИЦИЙ ЧУВАШЕЙ

Ключевые слова: И.Г. Георги, Императорская академия искусств, чуваши, обряды, верования, одежда, рисунки.

Предметом и темой работы являются труды академика Императорской Академии наук Иоганна Готлиба Георги. Материал анализируется с точки зрения значимости в изучении этнографии чувашского народа. При этом применяется системный подход. Автора статьи интересуют те пассажи, в которых имеются материалы по этнографии чувашей. Статья представляет собой первое специальное изучение работ И.Г. Георги в свете таких важных проблем, как чувашские народные обряды, а также изображения народной одежды чувашей во второй половине XVIII в. Например, женский головной убор «хушпу» сплошь унизан серебряными монетами. Поэтому он напоминает рыбью чешую или даже доспехи. А девичье украшение «тевет» перевешивается через левое плечо, подобно наградной ленте. Ширина «теветя» с ладонь и он весь покрыт серебряными монетами, корольками и поддельными червонцами. Изучены народные обряды и верования чувашей в контексте трудов И.Г. Георги. Особенно ценны наблюдения о почитаемых божествах, а также традиционные представления чувашей о временах года. В статье также рассмотрена история рисунков, размещенных в его сочинении. В трудах академика зафиксированы материалы и по другим вопросам относительно чувашей: по истории, антропологии, хозяйственно-культурной деятельности, поселениям, верованиям, жилищу, пище, языку, предводителям обрядовых действий, а также подняты вопросы о роли И.Г. Георги в судьбе исследователя И.П. Фалька.

Введение. «Екатерина II силами приглашенных академиков-немцев проводила инвентаризацию имперских ресурсов, в том числе человеческих» [4. С. 62]. В итоге в России появились фундаментальные труды по народоведению. Образцами являются труды Г.Ф. Миллера, П.С. Палласа и И.Г. Георги. Такой факт признают и зарубежные исследователи. В Европе аналогичный труд появляется лишь в середине XIX в. Это - «Этнография Австрийской монархии» Карла Чернига.

Огромную роль в становлении этнографической науки сыграли собирание и описание коллекций Кунсткамеры [16. С. 142].

После долгих переписок в марте 1770 г. в Императорскую Академию наук на должность адъюнкта по химии прибывает И.Г. Георги. Задача публикуемой статьи - попытка системного анализа трудов И.Г. Георги о чувашах.

Антропология. Иоганн Готлиб обратил внимание, что среди чувашей чаще встречаются люди с бледным цветом лица. А по телосложению они чрезвычайно похожи на черемисов [2. С. 35; 3. С. 87]. Все эти наблюдения характерны для верховых чувашей, проживающих в северной части современной Чувашской Республики. Собственно, путешественник не ездил вглубь Чувашии, тем более - в южные районы, где он мог бы зафиксировать иные антропологические характеристики [13. С. 67-72].

Хозяйственно-культурная деятельность. Вдаваясь в детали хозяйственно-культурного типа, автор «Описаний» говорит о кочевом образе жизни предков чувашей. Но теперь они «возлюбили все землепашество и постоянное на одном месте жительство». Живут в деревнях, которые «заводят в лесах» [2. С. 35]. Пристрастны к звериной ловле, при этом раньше использовали лук и стрелы, а теперь - винтовки.

Жилища. Говоря о жилищах чувашей, И.Г. Георги ничего определенного не выделяет, а только замечает, что их жилища чрезвычайно похожи на черемисские. В домах вместо кроватей они, как и татары, используют широкие полати. А те, кто посостоятельнее, имеют пуховые перины [2. С. 35, 37; 3. С. 87]. По контексту можно предположить, что И.Г. Георги имел в виду также широкие скамейки вдоль стены. Длинные массивные скамейки вдоль восточных стен бытовали в Чувашии до конца XX в.

Одежда. И.Г. Георги утверждал, что по состоянию на вторую половину XVIII в. чуваши «удержали», т.е. сохранили, свое традиционное одеяние [2. С. 35].

В отличие от баб, писал Иоганн Готлиб, девки носят платье попроще. Пояс плотно прижимает их одеяние к телу. Этому способствуют и лопасти с бахромками на концах, прикрепленные на обоих боках к поясу. Эти лопасти путешественник назвал саррою (Багг), т.е. сара на современном литературном языке. Женская шапка хушпу (ОИизеИри) вся унизана корольками и мелкими, наподобие чешуи расположенными, серебряными монетами. Под шапкой у них белая, вышитая по краям, фата сурбан (БигЬап). Волосы заплетают в две косы и опускают под одежду. А про известное богатое девичье украшение тевет он писал так: «Еще перевешивают они иногда через левое плечо, подобный жалованной ленте, ремень, который бывает шириною в ладонь, и весь покрыт корольками, змеиными головками и подделанными червонцами» [2. С. 36; 18. Б. 39] .

Если муж недоволен женой (что встречается совсем редко), то он разрывает ее покрывало (т.е. сурпан), что означает развод.

Мужскую одежду чувашей И.Г. Георги находит одинаковой с черемисской и русской [2. С. 35-36; 3. С. 87].

Пища. Чуваши не сильно разборчивы при выборе и подготовке пищи, дичь они считают хорошей едой. Садясь за стол, молятся: Тура (ТИоге), пар тыра «Господи, дай нам хлеба». А после еды: Тура, дырлах «Господи, не оставь меня». Чуваши употребляют тимёр пула «железную рыбу» (О1иреа АОа), которую русские не едят. Едят ее и в вареном, и в сушеном виде. Гостей кормят обильно. О блюдах, которые они готовят, можно сказать, что они очень похожи на черемисские [2. С. 35-37; 3. С. 87].

Обряды. По мнению И.Г. Георги, чуваши сохранили свои старинные обычаи и обряды.

Когда в семье родится ребенок, то к ним приходят родственники. Тогда они пьют пиво, кладут в выпитые стаканы несколько копеек. Данное пиршество называется «положить ребенка в колыбель» [2. С. 37; 3. С. 87-88].

При обряде сватовства отец девушки торгуется крепко. Цены за невесту составляют от 20 до 50 руб. Но иным удается заплатить калым поменьше: от 5 до 10 руб. Те, кто посостоятельнее, дают до 80 руб. Приданое невесты состоит из дворового скота, домашней утвари и одежды. Цены за невесту и увозимого ею приданого обычно равны по стоимости.

Свадьбу, как правило, справляют в доме у родителей жениха. На стол ставят тарелку с хлебом, в который воткнута стрела.

В семье муж имеет полную власть, а жена должна повиноваться ему. А это обеспечивает жизнь без ссор и развода. Но если муж недоволен женой, то разрывает ее головное полотенце сурпан, после чего они оба свободны.

Своих покойников обеспечивают всем необходимым. На могиле зажигают восковые свечки, кладут блин и кусок вареной курицы и говорят: «Это тебе пригодится!»

Уходя, оставляют его одежду на могиле. Вернувшись в дом умершего, моют руки и лицо. Поминают на третий и седьмой дни. В октябре у могилы умершего в этом году родственника колют овцу, корову, бычка или лошадь. Варят там же и едят. На могилу ставят пиво в большой посудине. В четверг на страстной неделе (мункун) каждый домохозяин поминает своих родственников, перешедших в мир иной. Тогда они готовят много еды и ставят дома свечи. Остатками пищи кормят своих собак, полагая, что вместе с ними питаются и умершие родственники. Без такой совместной еды, полагают чуваши, их родственники на том свете не могут быть спокойны [2. С. 37-39].

И.Г. Георги путает полевое моление Учук с общесельским молением божеству Киремет, хотя верно описывает действия на киреметище. Чистка площадки киреметища проводится весной, когда начинается пашня. На время жертвоприношения божеству Киремет зажигается семь огней. В качестве жертвы приносят пироги, а молоко льют на огонь. Обращаются к отцу и матери Киреметя, а также к их сыну. Божеству скота Пихампару приносят крупное животное. Пихампар оберегает скот от волков. По случаю начала употребления нового урожая проводится родовой праздник чуклеме [2. С. 40].

Путешественник приводит образец чувашского моления: «Боже! (Торе или иное какое божество). Помилуй нас! Боже! Не оставь меня! Надели меня множеством сыновей и дочерей! Боже! Одари меня многими горами хлеба и наполни мои житницы и кладовые! Боже! Ниспошли мне хлеб, мед, питье, съестное, здоровье, покой! Боже! Наполни двор мой лошадьми, рогатым скотом, овцами, козами! Боже! Благослови жилище мое, чтобы мог я странствующих принимать» [2. С. 40-41].

Верования. Как отмечал И.Г. Георги, почти все чуваши с 1723 г. крещены в греко-российскую веру. Эту веру они внешне исповедуют, но продолжают пребывать в идолопоклонстве, поэтому свои древние суеверия удержали [2. С. 35]. Такое утверждение требует уточнения: несмотря на повальное крещение, чуваши в основе остались при своих дедовских традициях [17].

Среди чувашских божеств наиболее почитаемым считается Тура.

Кепе - небесное божество. Иногда говорят проще: чаваш турри «чувашское божество». Является посланником божества Тура и определяет от его имени судьбу людям. О почитании чувашами божества Каба И.Г. Георги также писал [2. С. 39].

Кепе - божество женского пола, обитает на небесах, говорят чуваши. Поэтому оно должно быть отнесено к божествам небесным. Нелишне молиться этому божеству и утром, и вечером. Кепе в списках пантеона стоит в ряду, возглавляемом главными божествами Тура и Пулёх. Часто упоминается вместе с Харпан. Это божество называют последним, заключительным в списках божеств. Однако речь идет не о статусе. Дело в том, что в ритуалах к нему обращаются после всех других божеств, чтобы оно видело усердие молящихся. Согласно Н.В. Никольскому, божества Пулёх и Пихампар являются его вестниками или даже служителями [2. С. 39; 8. Л. 161; 9. Л. 161].

Исследователи, опираясь на факты, считали, что Йёрёх - это отдельно растущее дерево, а также разные лиственные деревья и кустарники [5. С. 221]. И.Г. Георги заметил, что данное божество представляет собой связку шиповниковых лоз [2. С. 39]. В с. Альгешево Чебоксарского уезда Дю-ла Месарош обнаружил вариант ветки, весьма напоминающий персидский барэсман [7. С. 33].

Как показывает литература XVIII в., чуваши почитают такие прутья столь священными и опасными, что никто и приступиться к оным не смеет [2. С. 39].

Божество Шуйтан живет в воде. В своих молитвах чуваши просят Тура, чтобы он усмирил Шуйтана [3. С. 89].

Некоторые из чувашей верят в двойное состояние после смерти. Согласно их верованиям, многие люди попадают в страну довольства, где у них лучшие, чем в земной жизни, скот и имущество. А злые люди обречены бродить в холодных и пустынных степях в образе скелетов [2. С. 40; 3. С. 89].

Много интересных наблюдений находим у И.Г. Георги по поводу понятий о временах года. Зима да лето составляют у них один год, который начинается в ноябре, на их языке - чук ойх, т.е. месяц жертвоприношений. По другой версии, год начинается с месяца ака.

Как заметил И.Г. Георги, в 1723 г., когда чувашей обращали в христианскую веру, они противились этому. Ныне их никто не принуждает, к тому же никто не отвлекает от их религиозных прежних традиций. Теперь они сами преданы православию настолько, что ничуть не уступают крестившимся [2. С. 41].

Музыка. Как показывают источники, волынка - наиболее подходящий инструмент для плясовой музыки чувашей. Например, И.Г. Георги в своем дневнике записал следующее: «Пляшут же они по гуслям, по волынке и по губному органу» [2. С. 38]. Без волынки нет веселья. Это касается и таких сугубо поминальных ритуалов, как димёк и юпа. В том числе плясали и на кладбище. «По их понятию, кто из родни умершего не веселится и не пляшет под музыку, тот непременно скоро должен умереть. Отсюда, во избежание близкой смерти, всякий, несмотря на слезы и плачь, неизбежные и достодолжные при воспоминании умерших, непременно веселится и пляшет под игру скрипки и волынки» [11. С. 62]. Говорили, что под музыку волынки невозможно устоять от пляса. Поэтому высказывание: «Возможно ли так плясать от одной игры на шапар?» [1. С. 252], по крайней мере, - намек на плясовой ритм мелодии этого инструмента.

Как инструмент мажорного лада, гусли использовали для сопровождения плясок и песен. Мелодию гуслей чуваши передают звукоподражательными словами пантартат, панкалтат, кёлттём-кёлттём [2. С. 38; 9. Л. 192; 11. С. 145].

Рисунки. В Предуведомлении издателя к книге И.Г. Георги сказано: «Все сии изображения представляют народов в их, большею частию, обыкновенных одеяниях, каковые находятся, частию, в Кунсткамере, при Императорской С. Петербургской Академии наук, или изображены известными академическими путешествователями, по России, а частию срисованы с живых подлинников покойным С. Петербургским рещиком г. Ротом, и, елико можно, наилучше представляют лицечертания, каждому народу свойственныя. Часть последнюю изображений сих дополнил рещик г. Шлеппер, со всевозможною первого точностию».

Христофор Рот родился в Нюрнберге. В Петербурге с 1761 г. В Академии наук изготавливал карты [19. Б. 85-86]. В 1770 г. берет отставку из АН. О 1770 по 1777 г. работал по частным заказам по ландкартной части. Вместе с Дмитрием Шлеппером выгравировал 95 листов для «Описания народов Российской Империи» 1776 г. [12. С. 844-846]. Журнал «Открываемая Россия, или Собрание одежд всех народов в Российской империи обретающихся» И.Г. Георги начал издавать в 1774 г. В выпусках периодики печатались рисун-

ки костюмов русских, тунгусов, якутов, татар, черемисов, чувашей, остяков и других народов. Иллюстрации сопровождались на русском, французском и немецком языках.

Фальк И.П. Иоганну Готлибу приходилось заниматься делами, которые были поручены И.П. Фальку. Как известно, И.П. Фальк не блистал здоровьем и не смог порученные ему экспедиционные дела довести до конца. Так, 5 мая 1771 г. конференц-секретарь Петербургской академии И.А. Эйлер предложил Фальку от имени Академии наук вернуться в Петербург. На выручку ему в отряд П.С. Палласа выезжает И.Г. Георги. В апреле 1774 г. И.Г. Георги сообщает И.А. Эйлеру о последних днях И.П. Фалька, его самоубийстве и похоронах [14. С. 205, 245].

В мае 1785 г. И.Г. Георги представляет Конференции АН материалы «Путевого журнала и наблюдений И.П. Фалька». В Академию наук были переданы все записи и гербарии Фалька [15. С. 381]. Обработка и приведение в порядок записей Фалька оказались затруднительными. «Они написаны на отдельных листах карандашом и по первому впечатлению не обладают никакой связностью изложения, а между тем Георги, по материалам Фалька и по дневникам Барданеса, издал три тома описаний» [6. С. 107].

Выводы. Как видим, И.Г. Георги внес заметный вклад в фиксацию материала по традиционной культуре чувашского народа и его изучение. Особенно ценны наблюдения в области истории, одежды, обрядов и верований. Рисунки, помещенные в его книги, имеют базовое значение.

Литература

1. Ашмарин Н.И. Словарь чувашского языка. Вып. XIII. Чебоксары: Наркомпрос ЧАССР, 1937. 240 с.

2. Георги И.Г. Описание всех обитающих в Российском государстве народов: Их житейских обрядов, обыкновений, одежд, жилищ, упражнений, забав, вероисповеданий и других достопамятностей. СПб.: Имп. АН, 1799. Ч. II. 178 с., 30 л.

3. Георги И.Г. Чуваши. Перевод Е.В. Ивановой // Известия Национальной академии наук и искусств ЧР. 1996. № 5. С. 86-90.

4. Головнёв А.В. Этнокультурный потенциал и полиэтничность (Российский ракурс) // Вестник Томского государственного университета. Сер. История. 2016. № 4. С. 61-67.

5. Дзенискевич Г.И. К вопросу о культе йереха у чувашей // Сборник Музея антропологии и этнографии. XXVIII. Л.: Наука, 1972. С. 221-236.

6. Материалы для истории экспедиций Академии наук в XVIII и XIX веках: Хронологические обзоры и описание архивных материалов / сост. В.Ф. Гнучева. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1940. VIII, 312 с.

7. Месарош Д. Памятники старой чувашской веры / ЧГИГН. Чебоксары, 2000. 360 с.

8. Научный архив Чувашского государственного института гуманитарных наук (далее - НА ЧГИГН). Отд. I. Т. 21 - Ашмарин Н.И. Археология, этнография, фольклор. 1895-1943 гг.

9. НА ЧГИГН. Т. 145 - Никольский Н.В. Этнография. 1903-1904 гг. 690 с.

10. Орлов Д. Обычаи чуваш // Симбирские губернские ведомости. 1857. С. 57-149.

11. Паллас П.С. Путешествие по разным провинциям Российской империи. Ч. 1. СПб.: Имп. АН, 1773. X, 115, 657 с., 117 ил.

12. Ровинский Д.А. Подробный словарь русских граверов XVI-XIX вв. Т. 2. К-0. СПб.: Имп. АН, 1895. 449-1248 с.

13. Салмин А.К. История чувашского народа: анализ основных версий. СПб.: Нестор-История, 2017. 464 с.

14. Ученая корреспонденция Академии наук XVIII века: 1766-1782 / сост. И.И. Любименко. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1937. 606 с.

15. Хартанович М.Ф., Хартанович М.В. Летопись Кунсткамеры: 1714-1836. СПб.: МАЭ РАН, 2014. 733 с.

16. Чистов Ю.К. Этнографические коллекции Кунсткамеры (1714-1836). К вопросу об ин-ституциализации этнографии как научной дисциплины в России // Уральский исторический вестник. 2017. № 4. С. 136-143.

17. Ягафова Е.А., Данилко Е.С., Корнишина Г.А., Молотова Т.Л., Садиков Р.Р. Этноконфес-сиональные меньшинства народов Урало-Поволжья. Самара: ПГСГА, 2010.

18. Georgi J.G. Beschreibung aller Nationen des Russischen Reichs, ihrer Lebensart, Religion, Gebräuche, Wohnungen, Kleidungen und übrigen Merkwürdigkeiten. 2 Bd. Ausgabe 1. St. Petersburg: C.W. Müller, 1776. XII, 530 S., 95 Taf.

19. Thieme Ulrich und Becker Felix. Allgemeines Lexikon der bildenden Künstler von der Antike bis zur Gegenwart. Bd. 29: Rosa - Scheffauer. Leipzig: Verlag von E.A. Seemann, 1935. 600 S.

САЛМИН АНТОН КИРИЛЛОВИЧ - доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник, Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого (Кунсткамера) РАН, Россия, Санкт-Петербург (antsalmin@mail.ru).

A. SALMIN

CONTRIBUTION OF THE J.G. GEORGI IN LEARNING OF TRADITIONS OF THE CHUVASH

Key words: J.G. Georgi, The Imperial Academy of Arts, the Chuvash, rites, beliefs, clothing, drawings.

The works by Academician of the Imperial Academy of Sciences Johann Gottlieb Georgi are the subject and theme of the paper. The material is analyzed in terms of its significance in studying the ethnography of the Chuvash people. At this a systemic approach is applied. The author of the article is interested in those passages, in which there are materials on the ethnography of the Chuvash. The article represents the first special study of the works by J.G. Georgi in the light of such important aspects, as Chuvash folk rites, as well as images of folk clothing of the Chuvash in the second half of the 18th century. For example, a female head-dress "khushpu" is completely covered with silver coins. That is why it resembles fish scales or even armors. And a maiden's ornament - "tevet" - is hung over the left shoulder, like an award ribbon. The width of the tevet is that of a palm and it is completely covered with silver coins, beads and counterfeit chervonetses. Folk rites and beliefs of the Chuvash in the context of works by J.G. Georgi are studied. His observations about the revered deities, as well as traditional representations of the Chuvash about the seasons are especially valuable. The article also examines the history of drawings placed in his essay. The works of the academician also recorded materials on other issues concerning the Chuvash: history, anthropology, economic and cultural activities, settlements, beliefs, housing, food, language, leaders of ritual actions, as well as raised questions about the role of J.G. Georgi in the destiny of the researcher J.P. Falck.

References

1. Ashmarin N.I. Slovar' chuvashskogo yazyka [The Chuvash language dictionary]. Cheboksary, 1937, iss. XIII, 240 p.

2. Gheorghi I.G. Opisaniye vsekh obitayushchikh v Rossiiskom gosudarstve narodov: Ikh zhytei-skikh obryadov, obyknovenii, odezhd, zhylishch, uprazhnenii, zabav, veroispovedanii i drughikh dosto-pamyatnostei [Descriptions of all the species of peoples in the Russian State: Their everyday rites, usages, clothes, homes, exercise, fun, faith and other the landmarks]. St. Petersburg, 1799, part II, 178 p.

3. Gheorghi I.G. Chuvashy [The Chuvash]. Izvestiya Natsional'noi akademii nauk i iskusstv ChR, 1996, no. 5, pp. 86-90.

4. Golovnyov A.V. Etnokul'turnyi potentsial i polietnichnost' (Rossiiskii rakurs) [Ethnic and cultural potential and the Antiquities (Russian perspective)]. Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. Ser. Istoriya, 2016, no. 4, pp. 61-67.

5. Dzeniskevich G.I. K voprosu o kul'te ierekha u chuvashei [To the question about the cult of the Chuvash Jereh]. In: Sbornik Muzeya antropologhii i etnografii [Collection of the Museum of anthropology and ethnography]. Leningrad, Nauka Publ., 1972, iss. XXVIII, pp. 221-236.

6. Gnucheva V.F., comp. Materialy dlya istorii ekspeditsii Akademii nauk v XVIII i XIX vekakh: Khrono-loghicheskiye obzory i opisaniye arkhivnykh materialov [Materials for the history of the expeditions of the Academy of Sciences in the 18th and 19th centuries: Chronological overviews and archival description]. Moscow, Leningrad, AN USSR Publ., 1940, VIII, 312 p.

7. Mesarosh Dyula. Pamyatniki staroi chuvashskoi very [Monuments of the old Chuvash beliefs]. Cheboksary, 2000, 360 p.

8. Nauchnyi Arkhiv Chuvashskogo Gosudarstvennogo Instituta Gumanitarnykh Nauk. Otd. I. T. 21 - Ashmarin N.I. Arkheologhiya, etnografiya, fol'klor. 1895-1943 gg. [Scientific Archive of the Chuvash State Institute of the Humanities. Archives 1. Vol. 21].

9. Nauchnyi Arkhiv Chuvashskogo Gosudarstvennogo Instituta Gumanitarnykh Nauk. Otd. I. T. 145 - Nikol'skii N.V. Etnografiya. 1903-1904 gg. 690 s. [Scientific Archive of the Chuvash State Institute of the Humanities. Archives 1. Vol. 145].

10. Orlov D. Obychai chuvash [Customs of the Chuvash]. Simbirskiye gubernskiye vedomosti, 1857, pp. 57-149.

11. Pallas P.S. Puteshestviye po raznym provintsiyam Rossiiskoi imperii [Travel to different provinces of the Russian Empire]. St. Petersburg, 1773, part 1, X, 115, 657 p.

12. Rovinskii D.A. Podrobnyi slovar' russkikh graverov XVI-XIX vv. [A detailed dictionary of Russian masters of 16th-19th centuries]. St. Petersburg, 1895, vol. 2, 449-1248 p.

13. Salmin A.K. Istoriya chuvashskogo naroda: analiz osnovnykh versii [History of the Chuvash people: an analysis of major versions]. St. Petersburg, Nestor-Istoriya Publ., 2017, 464 p.

14. Lyubimenko I.I., comp. Uchenaya korrespondentsiya Akademii nauk XVIII veka: 1766-1782 [Scientific correspondence of the Academy of Sciences of the 18th century: 1766-1782]. Moscow, Leningrad, AN USSR Publ., 1937, 606 p.

15. Khartanovich M.F., Khartanovich M.V. Letopis' Kunstkamery: 1714-1836 [Chronicle of the Kunstkammer: 1714-1836]. St. Petersburg, 2014, 733 p.

16. Chistov Yu.K. Etnograficheskiye kollektsii Kunstkamery (1714-1836). K voprosu ob institutsializatsii etnografii kak nauchnoi distsipliny v Rossii [Ethnographic collections of the Kunstkammer (1714-1836). The issue of institutionalization of ethnography as a scientific discipline in Russia]. Ural'skii istoricheskii vestnik, 2017, no. 4, pp. 136-143.

17. Yagafova Ye.A., Danilko Ye.S., Kornishyna G.A., Molotova T.L., Sadikov R.R. Etnokonfessio-nal'nyye men'shynstva narodov Uralo-Povolzh'ya [Ethno-confessional minority peoples of the Ural-Volga region]. Samara, 2010.

18. Georgi J.G. Beschreibung aller Nationen des Russischen Reichs, ihrer Lebensart, Religion, Gebräuche, Wohnungen, Kleidungen und übrigen Merkwürdigkeiten. 2 Bd. Ausgabe 1. St. Petersburg: C.W. Müller, 1776. XII,530 S., 95 Taf.

19. Thieme Ulrich und Becker Felix. Allgemeines Lexikon der bildenden Künstler von der Antike bis zur Gegenwart. Bd. 29: Rosa - Scheffauer. Leipzig: Verlag von E.A. Seemann, 1935. 600 S.

SALMIN ANTON - Doctor of Historical Sciences, Leading Researcher, Peter the Great Museum of Anthropology and Ethnography (Kunstkamera), Russian Academy of Sciences, Russia, Saint-Petersburg (antsalmin@mail.ru).

Формат цитирования: Салмин А.К. Вклад И.Г. Георги в изучение традиций чувашей // Вестник Чувашского университета. - 2019. - № 2. - С. 146-152.