Роль философско-психологических идей XVII-XVIII веков в современной философии сознания

Вестник Челябинского государственного университета. 2012. № 18 (272). Философия. Социология. Культурология. Вып. 25. С. 114-117.

МЫСЛИТЕЛИ ПРОШЛОГО И НАСТОЯЩЕГО

Е. В. Смирнов

РОЛЬ ФИЛОСОФСКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ИДЕИ XVII-XVIII ВЕКОВ В СОВРЕМЕННОЙ философии сознания

В статье рассматриваются философско-психологические учения философов XVII-XVIII веков в контексте проблем современной философии сознания и решается проблема их актуальности в рамках современной философии. Проведённый анализ позволяет определить их роль в решении современных интерпретаций психофизической проблемы.

Ключевые слова: философия сознания, рациональная психология, психофизическая проблема, проблема «сознание-тело», трудная проблема сознания.

В свете современного состояния западной аналитической философии, характеризующейся повышенным вниманием со стороны её представителей к проблематике природы сознания и различных его аспектов, отдельный интерес представляет вопрос о соот-носимости и совместимости современных концепций с учениями философов прошлого. В частности, автору данной статьи интересно, каким образом современные взгляды на проблемы сознания могут соотноситься с психологическими учениями философов XVII-XVIII веков. Такой выбор эпохи не случаен: фактически в этот период зарождается инициированная декартовой дистинкцией «res cogitans - res extensa» проблема взаимодействия духовной и телесной субстанций, ставшая впоследствии одной из ключевых в рациональной психологии - разделе философии, появившемся также в Новое время. Развитие картезианских учений о душе поспособствовало зарождению такого направления в философии, как субъективный идеализм, представленного фигурами известных мыслителей, таких как Джордж Беркли, Иммануил Кант, Иоганн Готлиб Фихте. Несмотря на бурное развитие психологических учений в XVII-XVIII веках, они в большинстве своём оказались невостребованными в среде анали-

тических философов ХХ века, причём данная тенденция ярко выражена в позициях наиболее значимых философов современности. Некоторые из них полагают, что психологические идеи философов XVII-XVIII веков безнадёжно устарели. Такой позиции, например, придерживается Дэниэл Деннет: «дуализм <...> и витализм <...> выброшены на свалку истории вместе с алхимией и астрологией»1. Другие склонны считать, что они не просто бесполезны, но играют негативную роль. В частности, Джон Сёрл считает, что все трудности, возникающие при решении проблем сознания, связаны с «картезианским словарём», унаследованным от новоевропейской традиции: «.такой словарь отнюдь не безвреден, поскольку в нём неявно присутствует огромное число теоретических положений, которые почти наверняка оказываются лож-ными...»2. Такое отношение во многом обусловлено натуралистическими тенденциями в современной философии сознания и выраженным Д. Чалмерсом во введении к работе «The Conscious Mind» в качестве одной из основных методологических установок стремлением философов «воспринимать науку серьёзно» («to take science seriously.»3). Такая установка, на наш взгляд, безусловно, является необходимым требованием в разра-

ботке любой концепции сознания, однако не является фактором, требующим исключения из рассмотрения психологических идей картезианцев или субъективных идеалистов.

В данной статье мы попытаемся показать пути возможной реставрации некоторых философско-психологических идей XVII-XVIII веков и выявить их возможную роль в современной философии сознания. На наш взгляд, для этих целей наглядным примером может являться анализ неорасселовской концепции ментального, развиваемой в вышеупомянутой книге Д. Чалмерса «The Conscious Mind»3. Речь идёт об идее, высказанной Бертраном Расселом в 1927 году в книге «The Analysis of the Matter»4, согласно которой все наши представления о материи носят структурный характер, то есть определяются через отношения одних свойств вещей с другими. При этом нам совершенно ничего неизвестно

о внутренних свойствах материи. В свете таких рассуждений Б. Рассел допускал возможность того, что внутренние свойства могут иметь ментальную природу.

Данная идея в разработке Д. Чалмерса претерпела некоторые изменения, в частности предположение о ментальной природе внутренних свойств материи, требующее признание панпсихизма, было скорректировано и уточнено в соответствии с другими развиваемыми им идеями в рамках его концепции натуралистического дуализма. Согласно его мнению, внутренние свойства материи представляют собой не ментальное в собственном смысле, а некий протоквалитативный опыт. Квалиа как таковые возможны лишь у сложно организованных систем, при этом степень отчётливости проявления квалитативного прямым образом связана со сложностью организации системы. На наш взгляд, такая позиция одного из виднейших философов современности позволяет проследить преемственность данных идей, а также показать возможную роль и место философско-психологических теорий XVII-XVIII веков в современной философии сознания.

В исходном виде само по себе утверждение о том, что внутренним свойством материи является нечто ментальное, безусловно, вызывает трудности интерпретации, в частности ставит проблему того, как вообще возможно мыслить такое отношение. В этом смысле данное предположение требует уточнения, способного прояснить характер такой

взаимосвязи ментального и физического. На наш взгляд, этого можно добиться, допустив, что ментальное является онтологическим условием действенности материального. В таком виде данный тезис делает физическое зависимым от ментального, предполагая его в качестве необходимого условия.

На наш взгляд, такая формулировка позволяет не просто прояснить взаимные отношения ментального и физического, но также рассмотреть на новом уровне некоторые философские идеи прошлого. В частности, ключевой тезис имматериалистической концепции английского епископа Дж. Беркли esse est percipi5 предполагает необходимость для бытия вещи наличия воспринимающего субъекта. Хотя в концепции Беркли не идёт речь о ментальном как о свойстве материи, а бытие последней и вовсе отрицается, воспринимающий субъект предстаёт необходимым условием существования вещей, которые в более привычной терминологии имеют статус материальных.

Довольно легко встраиваемы идеи Рассела, как в оригинальной, так и в чалмерсовской интерпретации, в систему И. Канта. В разделе «Трансцендентальная эстетика» «Критики чистого разума» он характеризует материю как «то в явлении, что соответствует ощуще-нию»6, оговаривая тем самым её принадлежность к феноменальному миру. При этом сам феноменальный мир невозможен без трансцендентального субъекта, поскольку условием существования явлений и, соответственно, материи, являются конституирующие его чувственность внешняя и внутренняя субъективные формы - пространство и время. В то же время рассудок укладывает явления воспринимаемого феноменального мира в структурно-каузальный шаблон, сформированный в соответствии с присущими ему априорными понятиями - категориями.

Несмотря на контринтуитивность и кажущееся несоответствие с современными естественнонаучными теориями рассмотренных выше идей, они все же не противоречат последним, вследствие чего заслуживают внимательного рассмотрения. Более того, взгляды подобного рода на природу некоторых явлений заслужили признание в научных кругах. В частности, антропный принцип в интерпретациях квантовой механики отводит сознательному наблюдателю роль фактора, способного обусловливать результат процес-

са измерения в явлении коллапса волновой функции, то есть предполагает наблюдателя, обладающего субъективным опытом, необходимым условием возможности материального мира.

Рассмотрение приведённых выше концепций субъективных идеалистов позволяет обнаружить сходство с расселовскими идеями лишь в одном аспекте, а именно - в признании ими за субъектом роли онтологического условия возможности существования материального мира. Тем не менее, идеи данных философов представляют собой законченные концепции, при этом беглый взгляд на них с позиций здравого смысла даёт ощущение истинности каждой из концепций в отдельности. Однако в качестве философской позиции такой взгляд представляется недопустимым, поскольку сравнительный анализ и сопоставление концепций между собой позволяет выявить несовместимые противоречия в их позициях. Поэтому процесс согласования учений отдельных мыслителей требует преодоления таких противоречий. На наш взгляд перспективным направлением на пути к прояснению проблем сознания, в частности, решению трудной проблемы как модификации традиционной проблемы «сознание-тело» является синтез позитивных интенций и идей как современных, так и более ранних философов. При этом синтезу должна необходимо предшествовать процедура приведения терминологического аппарата в отдельных концепциях различных философов к общему онтологическому и гносеологическому базису и последующая переработка или построение нового терминологического аппарата, удовлетворяющего требованиям, предъявляемым содержанием синтезируемых идей.

В качестве примера подобного синтеза можно попытаться показать возможность согласования идей Дж. Сёрла в развиваемой им концепции биологического натурализма с функционалистской доктриной, поддерживаемой в частности Д. Деннетом, Х. Патнэмом и рядом других влиятельных философов и учёных современности. Согласно Дж. Сёрлу, сознание имеет биологическую природу и является каузально эмерджентным свойством мозга как совокупности нейронов. В качестве аналогии такой характеристики он часто приводит текучесть воды, как эмерджентное свойство её молекул, то есть отсутствующее у отдельных структурных элементов, но прису-

щее системе как целому. При этом он уверен, что сознание не сводимо к функциональным свойствам отдельных нейронов. Характеризуя их взаимосвязь, связь он пишет: «Не потому я способен понимать английский язык и имею еще другие формы интенциональности, что я являюсь инстанциацией компьютерной программы <...> но потому, что я являюсь организмом определенного рода с определенной биологической (т. е. химической и физической) структурой»7. Напротив, функционалистская доктрина утверждает, что сознание есть свойство, порождаемое структурно-функциональной организацией системы вычислительных единиц (нейронов), и последняя является при этом достаточным условием его возникновения. На наш взгляд, такие полярные взгляды вполне возможно согласовать, если распространить идею о необходимой функциональной организации не только на систему вычислительных единиц как целое, но и на отдельные нейроны. В этом случае вполне справедливый аргумент Дж. Сёрла о возможной необходимости для обладания системой сознанием её биологического происхождения может быть рассмотрен в функционалистском ключе, то есть уникальность биологических свойств нейрона заключается в структурно-функциональной организации молекул и атомов, составляющих его. Такой вывод, по нашему мнению, сохраняя основные тезисы приверженцев биологического натурализма, в частности о невозможности возникновения субъективного опыта у систем, реализованных на материале, отличном от биологического (излюбленными примерами альтернативы которому в работах Дж. Сёрла являются шланги и консервные банки), вполне соответствует духу функционалистских идей, основывающихся на том факте, что все вещи в мире в предельном основании состоят из одних и тех же элементов (элементарных частиц), а следовательно все отличия в свойствах систем должны быть отнесены на счёт их структурно-функциональной организации.

На наш взгляд, движение в направлении, обозначенном в данной статье, при поиске решений проблем сознания может помочь в достижении значительных успехов в этой области. При этом роль идей, развиваемых в рамках рациональной психологии философами Нового времени и Просвещения, может оказаться весьма значительной при раз-

работке теории сознания, вбирающей в себя те или иные идеи. И вполне вероятно, что в рамках такой концепции удастся совместить не только функционалистские идеи Деннета с программой биологического натурализма Дж. Сёрла, или сёрловский эмерджентизм с панпротопсихизмом Д. Чалмерса, - возможность этого, хотя и кратко, была показана выше, - но и показать непротиворечивость такой теории субъективистским идеям И. Канта и имматериализму Дж. Беркли.

Примечания

1 Деннет, Д. Виды психики : на пути к пониманию сознания. М. : Идея-Пресс, 2004. С. 30.

2 Сёрл, Дж. Открывая сознание заново / пер. с англ. А. Ф. Грязнова. М. : Идея-Пресс, 2002. С. 35.

3 Chalmers, D. The Conscious Mind : In Search of a Fundamental Theory / D. Chalmers. Oxford : Oxford Univ. Press, 1997. С. 11.

4 Russell, B. The Analysis of Matter. Nottingham : Russell House, 2007. 408 с.

5 Беркли, Дж. Три разговора между Гиласом и Филонусом. М. : Гос. соц.-экон. изд-во, 1937. С. 12.

6 Кант, И. Сочинения : в 6 т. Т. 3 / под ред. В. Ф. Асмуса, А. В. Гулыги, Т. И. Ойзермана. М. : Мысль, 1964. С. 128.

7 Searle, J. Minds, Brains and Programs // Behavioral and Brain Sciences. 1980. № 3 (3). С. 452.