Психологические механизмы адаптации и дезадаптации больных алкоголизмом, проживающих в условиях частичной социальной изоляции

УДК 159.922.264

Вестник СПбГУ. Сер. 12. 2012. Вып. 3

И. А. Пушкин

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ АДАПТАЦИИ И ДЕЗАДАПТАЦИИ БОЛЬНЫХ АЛКОГОЛИЗМОМ, ПРОЖИВАЮЩИХ В УСЛОВИЯХ ЧАСТИЧНОЙ СОЦИАЛЬНОЙ ИЗОЛЯЦИИ

В медицинской психологии в отношении лиц, страдающих алкоголизмом, большое внимание уделяется изучению дезадаптации, механизмов, которые обеспечивают адаптацию и активное совладание с имеющейся стрессовой ситуацией [1-4]. Наличие устойчивой социальной поддержки является хорошим прогностическим критерием [5]. Однако ощущается недостаток сравнительных исследований, которые уточняют характер, направленность и результат влияния разных социально-психологических факторов.

Особенности совладающего поведения, специфики семейного функционирования и восприятия социальной поддержки важно проследить на примере больных алкоголизмом, находящихся в разных условиях: проживающих в отдаленных районах, в городах, получающих отличающиеся курсы терапии. Определение механизмов психологической адаптации и дезадаптации у данной категории населения является актуальной задачей, имеющей диагностическое, профилактическое и терапевтическое значение.

Материал и методы

Материалом работы послужила часть результатов совместного русско-американского научно-исследовательского проекта Северного государственного медицинского университета (г. Архангельск) и Института исследования ребенка Йельского университета по теме «Эпидемиологические и этиологические аспекты нарушения речи и психопатологии коренных жителей села Ошевенск (Каргопольский район, Архангельская область)», полученных автором статьи.

Предметом исследования явилось сравнительное изучение копинг-поведения, специфики семейного функционирования и восприятия социальной поддержки лиц с алкогольной зависимостью и здоровых, проживающих в условиях частичной социальной изоляции.

Основная группа больных алкоголизмом была разделена на три подгруппы. В первую вошли 70 респондентов в возрасте 20-50 лет, проживающих в условиях частичной социальной изоляции, в отдаленной местности. Вторую подгруппу составили 74 пациента того же возраста, проживающих и лечащихся в условиях г. Архангельска (Архангельская областная психиатрическая клиническая больница). В третью подгруппу входило 20 жителей города, проходящих курс «Анонимные алкоголики» («Аланон», Архангельский областной психоневрологический диспансер).

Контрольную группу составили 45 здоровых респондентов в возрасте 20-45 лет, проживающих в городских условиях.

Методы исследования:

• Методика Е. Хайма (разработана в 1988 г.) для определения характера копинг-поведения (в адаптации Б. Д. Карвасарского и др.) [6].

© И. А. Пушкин, 2012

• Опросник «Многомерная шкала восприятия социальной поддержки» Д. Зиме-та, в адаптации В. М. Ялтонского и Н. А. Сироты [6].

• Методика «Стратегии совладающего поведения» Р. Лацаруса и С. Фолкман, адаптированная в 2007 г. Т. Л. Крюковой, Е. В. Куфтяк, М. С. Замышляевой [7].

• Шкала семейного окружения (ШСО) — FES R. H. Moos, адаптированная С. Ю. Куприяновым в 1985 г. [8].

• Шкала семейной адаптации и сплоченности — FACES-3 Д. Олсона в адаптации А. Г. Лидерс (2007 г.) [9].

• Методика «Межличностные отношения» для исследования личностных проблем в межличностных отношениях, разработанная в Санкт-Петербургском научно-исследовательском психоневрологическом институте им. В. М. Бехтерева [10].

• Клинико-психологический метод.

Обработка полученных данных проводилась с использованием статистического пакета SPSS 13.0; для сравнения результатов исследования испытуемых разных групп был применен критерий U Манна-Уитни, а для выявления внутригрупповых особенностей — коэффициент корреляции Пирсона.

Результаты и обсуждение

Сравнительные данные больных алкоголизмом, проживающих в условиях города. В сравнении с группой здоровых респондентов, больным алкоголизмом, как и респондентам «Аланона», в межличностных отношениях менее свойственна авто-кратичность (p < 0,05), как представление, что другие очень хотят их изменить, манипулировать ими. Это может означать, что данные группы обладают достаточно высоким уровнем доверия людям, как приспособительной характеристикой в ответ на их социальное осуждение.

Отличительной чертой совладания со стрессом лиц, зависимых от алкоголя, явились неадаптивные стратегии: смирение (p < 0,01), подавление эмоций (p < 0,05), самообвинение (p < 0,05) и компенсация (p < 0,01), что может указывать и на интрапу-нитивное поведение в стрессовых и конфликтных ситуациях. Для данной группы не свойственны следующие адаптивные и относительно адаптивные копинг-механизмы: проблемный анализ (p < 0,05) и придача смысла (p < 0,05), оптимизм (p < 0,05) и сотрудничество (p < 0,05).

Внешние семейные границы у больных алкоголизмом в отличие от здоровых лиц оказались достоверно выраженными (p < 0,001), что может указывать на закрытость семейной системы зависимых от алкоголя лиц. Семейные правила у данных больных были размытыми и менее выраженными (p < 0,05), что свидетельствует об ослаблении механизмов регуляции семейной системы.

Сравнительные данные больных алкоголизмом, проживающих в условиях частичной социальной изоляции. В межличностных отношениях, как для больных алкоголизмом, так и здоровых лиц, проживающих на данной территории, характерны холодность, уступчивость и социальное избегание. По сравнению со здоровыми испытуемыми в стрессовой ситуации для данной группы, в основном, характерна установка собственной ценности (p < 0,05) и узость копинг-репертуара, а также слабое развитие социальной поддержки (p < 0,05). Семьи больных алкоголизмом более разобщены и имеют крайние и полярные уровни семейной адаптации — ригидный и хаотичный.

При сравнении групп больных алкоголизмом, проживающих в условиях города и частичной изоляции прояснились определенные отличия в психологической адаптации. Для жителей города, зависимых от алкоголя, в межличностных отношениях были характерны автократичность (р < 0,01) и конкуренция (р < 0,001). Пациентам, проживающим в условиях частичной социальной изоляции, более свойственны уступчивость (р < 0,01) и заботливость (р < 0,01). Это может указывать на отпечаток социальной изолированности основной группы исследуемых, которым необходимо адаптироваться к общению с ограниченным количеством людей. Важно пояснить, что отличительные черты недоверия и независимости у городских респондентов проявились только в контексте сравнения с данной группой, что позволяет расположить на континууме независимости в отношениях вначале здоровых жителей города, далее больных алкоголизмом и в конце зависимых от алкоголя, живущих в частичной социальной изоляции.

При сравнении с группой частичной социальной изоляции больные алкоголизмом из города имели отличия в когнитивных и поведенческих копинг-механизмах. Из когнитивных совладающих механизмов у городской группы преобладали следующие неадаптивные стратегии: смирение (р < 0,05), диссимуляция (р < 0,05), покорность (р < 0,05). Отличия в поведенческой сфере копинг-стратегий были представлены сотрудничеством (р < 0,05) и компенсацией (р < 0,05), которые считаются адаптивными и относительно адаптивными механизмами. Данная картина может указывать на пассивный когнитивный стиль поведения в стрессовой ситуации и стремление опираться на социальное окружение либо на снятие напряжения путем приема алкоголя.

Респонденты из Ошевенска отличались от больных алкоголизмом города выраженностью отвлечения от проблем через погружение в любимое дело (р < 0,05), что может быть связано с наличием необходимых и любимых хозяйственных дел, а также активным избеганием (р < 0,01).

В особенностях семейного функционирования значимых отличий выявлено не было, что может указывать на общность данных параметров и семейный контекст зависимости. Для обеих групп были свойственны разобщенный (48 % — город, 47 % — село) и разделенный (26 % — город, 29 % — село) типы семейной сплоченности.

Больные алкоголизмом из города более «хаотичны» в семейной адаптации (68 %, р < 0,01). Респонденты группы Ошевенска отличались более ригидным уровнем данного параметра (31 %, р < 0,01), хотя хаотичный уровень у них оказался также выраженным (33 %). Это говорит об общих и специфических семейных особенностях лиц, зависимых от алкоголя, проживающих в разных условиях.

Сравнительные данные зависимых от алкоголя, проходящих курс «Аланон». При исследовании особенностей психологической адаптации групп здоровых респондентов и больных алкоголизмом из города, проходящих курс «Аланон», выяснились определенные отличия. В репертуаре копинг-механизмов у реабилитантов превалируют ответственность (р < 0,001) и религиозность (р < 0,001), а также дистанцирование (р < 0,05) и избегание (р < 0,05), что отражает влияние содержания программы «12 шагов». Интересно, что поиск социальной поддержки оказался более свойствен здоровой группе (р < 0,05), хотя по данным методики Зимета именно респонденты группы «Аланон» отличались устойчивым восприятием социальной поддержки от «Других» (р < 0,01) и «Значимых Других» (р < 0,05). Это может указывать на то, что здоровые респонденты активно участвуют в поиске и использовании социальной поддержки, а реабилитанты имеют устойчивую референтную группу, которая больше оценивается

в контексте внутренних изменений и духовного поиска. Важно отметить, что «Семья» для обеих групп не являлась значимым источником поддержки.

При изучении функциональных параметров семейной адаптации респонденты группы «Аланон» проявили меньший уровень лидерства в семье (р < 0,05) и контроля (р < 0,05). Факторы семейной сплоченности (р < 0,001), эмоциональной связи (р < 0,05), совместного времяпрепровождения (р < 0,01) оказались более свойственны группе здоровых респондентов. Это может указывать на проблемность семейной зоны и поиск понимания и принятия в группе поддержки «Аланон».

Исследуемые группы «Аланон» по сравнению с группой здоровых респондентов в межличностных отношениях отличались меньшей выраженностью автократичности (р < 0,05), а значит чувством большего доверия окружающим.

У респондентов, проходящих курс «Аланон», по сравнению с другими больными алкоголизмом, живущими в городе, выяснились следующие отличия. Значимыми ко-пинг-механизмами оказались: религиозность (р < 0,05), придача смысла (р < 0,05) и сотрудничество (р < 0,05). Это может отражать развитие данных совладающих механизмов под влиянием группы самопомощи, где делается акцент на социальную поддержку, опора на «Высшую Силу» и придание новых смыслов и значений своим жизненным трудностям.

Интересно отметить, что у больных алкоголизмом, живущих в городе, более развиты внешние семейные границы (р < 0,01), чем у группы «Аланон», что может указывать на большую закрытость семейной системы первой группы и более проницаемые внешние границы второй. Это подтверждается высокой частотой разобщенного типа семейной сплоченности у лиц группы «Аланон»: 80 % — разобщенный, 10 % — раздельный, по 5 % — связанный и сцепленный типы. Семейная адаптация у большинства респондентов данной группы имела хаотичный характер — 55 %, у 25 % — структурный, 15 % — гибкий, 5 % — ригидный тип.

При исследовании специфики межличностных отношений выяснилось, что в отличие от группы «Аланон», у городских больных алкоголизмом, не проходящих реабилитацию, превалировали трудности в доверии другим, поддержке других, восприятии и беспокойстве о проблемах других, стремлении радоваться вместе с другими, соотносить собственные потребности с потребностями других — конкурирующий тип (р < 0,05). Эти данные могут указывать на важную роль развития доверия к референтной группе в процессе реабилитации больных алкоголизмом.

Выводы:

1. Конкурирующий тип межличностных отношений является специфичным для больных алкоголизмом, проживающих в условиях города, уступчивость и заботливость — для проживающих в условиях частичной социальной изоляции, более доверительные и зависимые отношения характерны для реабилитантов «Аланона».

2. У больных алкоголизмом, живущих в условиях города, по сравнению с респондентами группы частичной социальной изоляции более выражены неадаптивные когнитивные копинг-механизмы: смирение, диссимуляция и покорность, из поведенческих — сотрудничество и компенсация. Для лиц, зависимых от алкоголя, проживающих в условиях частичной социальной изоляции, более характерны погружение в любимое дело и активное избегание.

3. Для реабилитантов программы «Аланон» в целом более свойственны ответственность и религиозность, а также дистанцирование и избегание. При сравнении

с другой городской группой страдающих алкоголизмом отличительными совладающи-ми механизмами явились религиозность, придача смысла и сотрудничество.

4. Для семей больных алкоголизмом, живущих в условиях города и частичной социальной изоляции, свойственны разобщенный и разделенный типы сплоченности. У реабилитантов выражен разобщенный тип семейной сплоченности.

Для семей больных алкоголизмом, живущих в городе, а также респондентов, проходящих курс «Аланон», характерен хаотичный тип семейной адаптации. У испытуемых с зависимостью от алкоголя, живущих в условиях частичной социальной изоляции, преобладают хаотичный и ригидный типы. Респонденты группы «Аланон» отличаются высоким восприятием социальной поддержки от «Других» и «Значимых Других».

6. Представленные сравнительные психологические характеристики лиц, проживающих в условиях частичной социальной изоляции и страдающих алкоголизмом, позволяют учитывать их как существенные источники декомпенсации и объекты компенсации при организации более эффективных лечебно-реабилитационных программ.

Литература

1. Абабков В. А., Перре М. Адаптация к стрессу. Основы теории, диагностики, терапии. СПб.: Речь, 2004. 166 с.

2. Белокрылов И. В., Даренский И. Д. Личностные и средовые факторы развития зависимости от психоактивных веществ // Руководство по наркологии / под ред. Н. Н. Иванца. 2 т. М.: Мед-практика, 2002. Т. 1. С. 161-181.

3. Cohen S. Stress, social support, and disorder / H. O. Veiel & U. Baumann (Eds.). The meaning and measurement of social support. Washington DC: Hemisphere, 1992. P. 109-124.

4. Walsh F. A family resilience framework: Innovative practice applications // Family relations. 2002. № 51. P. 130-137.

5. Перре М., Лайрейтер А.-Р., Бауманн У. Стресс и копинг как факторы влияния // Клиническая психология / под ред. М. Перре, У. Бауманна. СПб.: Питер, 2002. С. 358-392.

6. Карвасарский Б. Д., Абабков В. А. и др. Копинг-поведение (механизмы совладания) как сознательные стратегии преодоления стрессовых ситуаций и методы их определения: пособие для врачей и психологов. СПб.: НИПНИ им. В. М. Бехтерева, 2007. 28 с.

7. Крюкова Т. Л., Куфтяк Е. В. Опросник способов совладания (адаптация методики WCQ) / Журнал практического психолога. 2007. № 3. С. 93-112.

8. Эйдемиллер Э. Г. Семейный диагноз и семейная психотерапия: учеб. пособие для врачей и психологов / Э. Г. Эйдемиллер, И. В. Добряков, И. М. Никольская. СПб.: Речь, 2006. 336 с.

9. Лидерс А. Г. Психологическое обследование семьи: учеб. пособие-практикум для студ. фак. психологии высш. учеб. заведений. 2-е изд., стер. М.: Издательский центр «Академия», 2007. 432 с.

10. Абабков В. А. и др. Разработка методики интерперсональной психотерапии для лечения невротических расстройств и оценка ее эффективности: метод. рекомендации / СПб.: НИПНИ им. В. М. Бехтерева, 2007. 50 с.

Статья поступила в редакцию 7 марта 2012 г.