О новых формах наивной лингвистики в эпоху интернета

Валерий Ефремов

О новых формах наивной лингвистики в эпоху интернета

Валерий Анатольевич Ефремов

Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена, Санкт-Петербург valef@mail.ru

Интернет оказывает все более серьезное влияние на язык и речь, отражающееся во множестве аспектов лингвистического бытования, начиная от появления новых речевых жанров, сфер и способов коммуникации и заканчивая снижением уровня речевой культуры и трансформациями многих лингвистических компетенций языковой личности (например, орфографической, пунктуационной, этикетной, лексикографической [Ефремов 2011] и др.). Частным случаем влияния интернета на язык и речевую способность становятся новые формы наивной лингвистики. Связанные с интернетом увеличение объемов коммуникации (бум социальных сетей) и желание творчески реализоваться (от электронных библиотек до литературных и графоманских сайтов) также способствуют актуализации наивной лингвистики.

Одновременно следует отметить, что наивное языковое сознание, преломляющее мир сквозь призму наивной лингвистики, не так просто, как может показаться на первый взгляд. Внутри него можно обнаружить наличие логических выкладок и систем, квазинаучных постановок проблем и их решений, масштабность задач и множественность их решений и т.д. Данное положение согласуется с точкой зрения психологов

на обыденное сознание в целом: «Наивное представление о языке вовсе не односторонне, оно скорее характеризуется соединением противоположностей, в чем-то воспроизводящим, вероятно, естественную диалектику отношений» [Улыбина 2001: 75-76].

1. Наивная лексикография. В качестве одной из наиболее показательных, практически не осуществимых ранее, в доинтернетов-скую эпоху, форм наивной лингвистики можно привести наивную лексикографию — составление рядовыми носителями языка (не филологами) словарей и жанрово примыкающих к ним текстов (вплоть до энциклопедий). Наиболее яркий и масштабный пример наивной лексикографии — это такая значимая часть портала знаменитой Википедии, как Викисловарь <Шр:// ru.wiktionary.org/>, который самими авторами определяется как «многофункциональный многоязычный словарь и тезаурус, в обсуждении и пополнении которого может участвовать каждый» (выделено мной. — В.Е.) и число страниц в котором 25 марта 2014 г. превысило 500 000 [Викисловарь 2014].

Следует отдать должное: руководство по написанию словарных статей (раздел портала «Правила оформления статей») составлено грамотно и лингвистически корректно. Однако воплощение лексикографических чаяний авторов проекта весьма далеко от идеального: огромное количество статей не содержит ничего, кроме заголовочного слова и одной-двух из почти 20 словарных зон; анонимные наивные лексикографы зачастую пренебрегают вариативностью грамматических форм и акцентологических парадигм (кстати, отрицание вариативности языка — важная идеологическая составляющая большинства форм наивной лингвистики), неверно решают проблему филиации значений (по принципу «чем больше, тем лучше»), манкируют иллюстративной зоной и описанием фразеологических единиц и совершают много других промахов.

Главная опасность наивной электронной лексикографии заключается в том, что она коренным образом меняет представления о лексикографической и метаязыковой компетенциях языковой личности: уже сейчас подрастает поколение людей, которые в принципе не обращаются к традиционным (бумажным) словарям, полагая, что «все можно найти в интернете». Однако, как гласит принцип «удовлетворенности», определяющий правила создания сайтов, «пользователи не выбирают оптимальный путь в поисках необходимой информации. Им не нужно самое лучшее и надежное решение, напротив — часто они готовы удовлетвориться быстрым и не самым лучшим решением, которое будет "вполне приемлемым"» [Правила и принципы юзабилити 2009].

2. Наивные палеография и этимология. Еще одна характерная именно для эпохи интернета форма наивной лингвистики связана с колоссальным ростом и выходом на арену ранее практически не заметных и долгое время остававшихся на уровне проблем «городских сумасшедших» многочисленных антинаучных теорий в области этимологии и расшифровки древних надписей. В интернет-сообществе подобные горе-лингвисты получили определение лингвофриков (лат. lingua 'язык' + англ. freak 'уродец; чудак') — это любители от науки, которые занимаются якобы исследованиями в области языкознания, создавая собственные (весьма далекие от научных) или используя архаичные (и уже ненаучные) методы анализа разнообразного языкового материала, и которые не обладают при этом ни достаточным знанием предмета, ни минимальными представлениями о лингвистическом анализе. Описание этого явления и персоналий лингвофриков можно найти на соответствующих ресурсах, например, Фрикопедии, в частности в разделе «Линг-вофричество» [2012; см. также: Коллекция лингвофриков 2014]. Практически всегда методология лингвофриков крайне субъективна и сопровождается произвольной интерпретацией языковых фактов.

Подобного рода «наивные лингвисты», которые расшифровывают древние надписи и декодируют пока еще не прочитанные учеными тексты, а также доказывают происхождение любых языков от любых других языков и создают собственные теории происхождения языка в целом, безусловно, были известны и до появления интернета. Однако именно широкий доступ к принципиально неограниченной аудитории, которая подчас не имеет никакой лингвистической подготовки, обусловливает распространение данной формы наивной лингвистики. Идеи лингвофриков распространяются в обществе в основном из-за крайне низкого уровня знаний среднестатистической языковой личности о предмете: «Лингвисты-любители подкупают своих читателей внешней простотой рассуждений — читателю импонирует то, что, судя по простодушному характеру этих рассуждений, никакой особой хитрости в таком занятии нет и он может и сам успешно в нем участвовать» [Зализняк 2010: 9].

Интересно отметить, что псевдонаучные размышления линг-вофриков об «истинном» происхождении тех или иных слов русского языка имеют те же когнитивные механизмы деконструкции слов и манипулирования этимонами, что и такая идеологически почти противоположная их консервативным (и зачастую националистическим) взглядам на язык форма наивной лингвистики, как олбанский язык.

3. Наивная лингвокультурология. Жаргон падонкафф (олбанский язык) как способ языковой игры и/или языкового сопротивления возник в рунете в начале XXI в. и уже подвергался научным описаниям (наиболее полное: [Кронгауз 2013]). Это одна из наиболее ярких и известных форм наивной лингвистики в интернете: его апологеты создали уникальный субъязык (со своими морфологическими и орфографическими особенностями, собственным фразеологическим фондом типа аффтар выпей йаду или ржунимагу), правила употребления которого регулируются довольно жестко.

Принципиально важно, что одной из черт олбанского заявлена «борьба за чистоту русского языка, избавление от американизмов и использования заимствованных слов» <http://lurkmore. to/Язык_падонков>. Следовательно, можно утверждать, что в какой-то мере олбанский язык — это интернет-реинкарнация традиций языкового пуризма, который, на наш взгляд, в истории русского языка и языкознания всегда выглядел менее лингвистически обоснованным, нежели иные общественные воззрения на взаимоотношения языка и общества, а его приверженцы (начиная с адмирала А. С. Шишкова) — менее лингвистически дееспособными, чем их оппоненты, хотя и, безусловно, весьма талантливыми.

Необходимо отметить, что на сегодняшний день «классический» жаргон падонкафф сократил территорию своего распространения, оставшись в первую очередь на специализированных ресурсах типа «Луркморье», и используется преимущественно при написании комментариев к чужим текстам в блогах, чатах и на веб-форумах. Кроме того, достойной внимания художественной рецепцией явления стала книга В. Пелевина «Шлем ужаса: Креатифф о Тесее и Минотавре» (2005).

Отдельного внимания заслуживает сам названный портал, определяемый его авторами как «энциклопедия современной культуры, фольклора и субкультур, а также всего остального» [Луркморье 2014]. По-видимому, в ходе эволюции данный интернет-ресурс, заявляющий о себе как о крайне радикальном в культурном и идеологическом смысле, может стать своего рода материнским местом такой своеобразной формы наивной лингвистики, как наивная лингвокультурология. Так, анализ избранных статей данной энциклопедии, позиционирующей себя едва ли не как антипод Википедии, свидетельствует о том, что в ней уделяют весьма пристальное внимание лингвистическому описанию того или иного явления современной урбанистической культуры, например:

Ня (moon. — / киридзи: ня:, ромадзи: nya, ко-

рейский: Ц, Каннада: санскрит: ^ÏÏT, тибетский язык: Т>, евр. рас. m) — японское «мяу», звукоподражание мяуканью кошки. Междометие «ня» выражает ощущение нежности, радости, умиления и, по мнению анимешников, делает их кавайными <Ы1р://1игктоге.1;о/Няшка>.

Кавай (moon. ромадзи: kawaii, обычно произносит-

ся с ударением на последнем слоге) — японский вариант слова «милый». Применяется, как правило, в среде аниму-фагов, как по отношению к анимушным вещам, так и ИРЛ1. Это слово-паразит, одно из первых, которые учит начинающий аниме-позер. Поэтому употребление этого слова считается дурным тоном в среде отаку. Сами отаку пользуются в аналогичных случаях словами вроде «моэ», «НГГГГГГГРРРРРРРРХХХХ!!!» или просто выражаются языком, принятым в их стране <http://1urkmore.to/Кавай>.

Попутно отметим, что большое число подобного рода элементов современных субкультур либо совсем не получает отражение в Википедии (главный познавательный ресурс современных интернет-пользователей), либо представлено крайне лапидарно.

4. Наивная языковая политика и культура речи. Новой формой культуртрегерства в области языка становится такая форма наивной лингвистики, как движение «Граммар-наци»2 (Grammar Nazi), члены которого считают своей обязанностью бороться за чистоту и правильность родного языка в любых ситуациях, в любое время и на любых ресурсах, зачастую грубыми и агрессивными способами. Идея подобного движения пришла в рунет с Запада: в глобальной сети термин появляется в самом начале 2000-х гг.3

В качестве возможной этимологии (помимо вполне прозрачной, эксплицированной такими перифрастическими номинациями, как грамматический нацист, национал-лингвист, линг-вофашист и др.) можно предположить, что происхождение термина граммар-наци косвенным образом связано с нередко цитируемым в интернете другим образцом наивной лингвистики — так называемым законом Годвина, эксплицирующим характерную особенность развертывания длительной интернет-полемики: "As a Usenet discussion grows longer, the probability

Аббревиатура от англ. in real life 'в реальной жизни'.

В рунете (русский сегмент интернета) встречаются и другие орфографические варианты написания этого термина: грамма-наци, граммар наци. Один из наиболее репрезентативных ресурсов — это группа «ВКонтакте» <http://vk.com/gl.obaLgrammar_nazi>.

Первая фиксация в отражающем современный городской и сетевой фольклор (и мировоззрение) международном интернет-ресурсе в форме словаря датируется 2003 г. [Urban Dictionary 2014].

of a comparison involving Nazis or Hitler approaches one [По мере разрастания дискуссии вероятность употребления сравнения чего-либо или кого-либо с нацизмом или Гитлером стремится к единице]" [How to Post 2003]. Кстати, следует отметить, что, сформулированный еще в 1990 г. юристом и писателем Майклом Годвином, этот закон уже вышел за пределы интернета (ср.: Путин строит потёмкинщину в свете закона Годвина; Карельские коммунисты попали под закон Годвина и др.) и постепенно начинает использоваться в традиционных средствах массовой информации.

В отличие от западного (прежде всего в США), преследующего сугубо просветительские цели аналога граммар-наци, отечественное движение характеризуется высочайшей степенью агрессивности, что вообще связано с серьезной проблемой хейтерства в русском сегменте интернета. Актуализировавший термин «граммар-наци» в рунете известный блогер выделяет три основные черты лингвистических нацистов: низкий интеллектуальный уровень, приверженность устаревшим нормам русского языка и злобную асоциальную агрессивность [Носик 2011].

В связи с этим удивление вызывает тот факт, что сам термин граммар-наци начинает использоваться с положительной окраской образованными людьми, занимающимися просветительской (sic!) деятельностью. Так, интервью сотрудников «монополиста, который определяет, как правильно писать и говорить», «Грамоты.ру» содержит следующие рекомендации: «Чтобы прослыть суперграмотным человеком, настоящим граммар-наци, времени понадобится немного больше. В этом деле главное — вера в себя и снобизм» [Долгополова 2012]. На наш взгляд, в подобного рода популяризующих тему грамотности и любви к языку журналистских текстах использование термина граммар-наци может иметь далеко идущие последствия.

Интересно, что в системе аргументации и лингвистических рассуждениях «грамматических нацистов» можно встретить подтасовку словарей (например, апелляция к В.И. Далю при определении современных сленгизмов), ссылки на старинные источники (А.Н. Афанасьев), работы и высказывания линг-вофриков (Н.Н. Вашкевича, М.Н. Задорнова и др.), на несуществующие «правила русского языка» и многое другое. Зачастую рассуждения граммар-наци просто безапелляционны:

На «спасибо» отвечать «не за что» не есть вежливо. Спасибо — вежливое слово, используемое для выражения благодарности. Произошло от «спаси Бог». Отвечая «не за что», мы как бы отказываемся от доброго пожелания <http://vk.com/wall-25451458 51526>.

Еще раз подчеркнем, что, несмотря на благую задачу — защиту от порчи русского языка в интернете, формы поведения представителей граммар-наци весьма далеки от этикетных. Более того, признавая сей факт, сами граммар-наци не считают грубое и хамское поведение, чаще всего начинающееся с обличения пользователя-жертвы в неграмотности и заканчивающееся подчас использованием нецензурной лексики, недопустимым. Одна из наиболее ярких и не существовавших в доинтерне-товскую эпоху форм коммуникативной стратегии, активно используемых граммар-наци, — это лингвистический троллинг как разновидность особой, присущей только электронной коммуникации формы издевательского и оскорбительного поведения в виде сообщений, призванных спровоцировать конфликт между пользователями на форумах, в чатах, комментариях к записям в блогах. В отличие от других форм троллинга, для граммар-наци главным поводом травли становится плохая грамотность или даже опечатка собеседника. При этом рассуждения самого агрессора о языке могут быть весьма далеки от реального положения дел:

A: В третьем предложении, после «и», необходима запятая. Так что, извини, ни фуя не понял.;-)

B1: Или всё-таки ПЕРЕД «и» не нужна запятая? :)

B2: На мой взгляд, запятая не нужна ни перед «и», ни после..} <echo.msk.ru/blog/nossik/776286-echo/>.

В качестве образчика полемики между самими (sic!) граммар-наци можно привести следующий фрагмент диалога (орфография и пунктуация сохранены):

— Филиппъ, где это таковую увидали? У вас либо богатая фантазия, либо фобия на сочетание красного с белым. Можно еще попросить о соблюдении правил русского языка в своих сообщениях? Глаза режет просто.

— Где вы увидели несоблюдение правил, голубчик? А ну блесните грамотейством!)) Какое ещё нужно доказательство вам? Название говорит само за себя. Символика фашистская. Цвет агрессивный. И это всё меня раздражает. Но позвольте спросить, о юноша бледный со взором горящим, вам-то чего до всего этого? Адвокатом нанялись? Тогда предложение: убейте себя об стену с разбегу!<http://vk.com/wall-25451458_65054>.

Итак, интернет как новое средство общения и познания мира закономерно порождает гетерогенные и взаимосвязанные формы наивной лингвистики, которые еще требуют присталь-

В1 и В2 — две идущие друг за другом реплики одного пользователя.

£ ного анализа. В качестве заключения приведем обнаружива-

ли ющий едва ли не все новации наивной лингвистики спор о не-

= удачной шутке, написанной на ломаном украинском языке: §

Б Ви правильно попались на тонкий лингвистический троллинг.

i Ни словоформы ш, ни слова 1'сиш в украинском языке нет, -ш от

5 русскоязычного словообразования есть — ешь. В украинском языке | во 2-м лице настоящего времени существует форма ïси без всякого ш. Так что знать нужно язык на котором разговариваешь. Это

Л добавит Вам аргументов в спорах с «новыми филологами» Задор-

= новской школы, утверждающими, что украинского, самостоя-

| тельного от русского, языка не существует <http://pikabu.ru/

& story/flirt_po_ukrainski_147506>.

X

° Библиография

(й О

Л Викисловарь: Свободная энциклопедия [последнее обновление: 2014,

6 25 марта] <!Ы1р://т.'шИюпагу.ощ/дай/Заглавная_страница>.

>5

|L Долгополова М. «Грамота.ру»: настало время граммар-наци // Интер-

J нет-проект «W-O-S». 2012, 28 окт. <http://w-o-s.ru/article/2088>.

Ефремов В.А. Лексикографическая компетенция в эпоху интернета // Русистика и современность. XIII Междунар. науч. конф.: Сб. науч. ст. Рига: Балтийская международная академия, 2011. C. 166-170.

Зализняк А.А. Из заметок о любительской лингвистике. М.: Русскш м1ръ, 2010.

Коллекция лингвофриков: сообщество lingvofreaks в «Живом журнале» [последнее обновление: 2014, 5 марта] <http://lingvofreaks. livejournal.com/>.

Кронгауз М.А Самоучитель олбанского. М.: Астрель Corpus, 2013.

Лингвофричество // Фрикопедия: Энциклопедия лженауки [последнее обновление: 2012, 16 июля] <http://freakopedia.ru/wiki/ Лингвофричество>.

Луркморье: русский lurkmore [последнее обновление: 2014, 25 марта] <http://lurkmore.to/>.

Носик А. Граммар-наци: Запись в «Живом журнале». 2011, 18 мая <http://dolboeb.livejournal.com/2081705.html>.

Правила и принципы юзабилити // Сайт «Soft and Web». 2009, 30 мая <http://www.softandweb.ru/index.php/articles/articles-web/107-article.html>.

Улыбина Е.В. Психология обыденного сознания. М.: Смысл, 2001.

How to Post about Nazis and Get Away with It — the Godwin's Law FAQ [last modifications: 2003, 7 October] <http://www.faqs.org/faqs/ usenet/legends/godwin/>.

Urban Dictionary: Grammar Nazi [last modifications: 2014, 3 February] <http://www.urbandictionary.com/define.php?term = Grammar%20Nazi>.