Террор снимают с архивного учета

В России на основании засекреченного межведомственного приказа 2014 года уничтожаются архивные учетные карточки со сведениями о репрессированных в СССР. Об этом директор Музея истории ГУЛАГа Роман Романов сообщил советнику президента РФ Михаилу Федотову, попросив его разобраться в ситуации. Уничтожение карточек означает полное удаление информации о нахождении осужденных в системе ГУЛАГа, говорится в письме. Как заявил “Ъ” господин Федотов, сохранение документов, относящихся к этому периоду истории, крайне важная задача.

Центр документации музея истории ГУЛАГа столкнулся с неожиданной информацией, игнорирование которой может, по мнению сотрудников центра, иметь катастрофические последствия для изучения истории лагерей и получения данных о жертвах репрессий. Так начинается обращение директора музея Романа Романова к советнику президента РФ, председателю Совета при президенте РФ по правам человека (СПЧ) Михаилу Федотову (есть в распоряжении “Ъ”). Господин Романов пояснил, что исследователи прошлого получили ответы из МВД, в которых говорилось об уничтожении архивных учетных карточек осужденных.

«В случае если заключенный умирал или погибал в лагере, его личное дело отправлялось на бессрочное хранение,— пояснил “Ъ” господин Романов.— А если человек освобождался, то его дело уничтожалось, но составлялась архивная карточка, где указывались ФИО, год и место рождения, передвижение заключенного между лагерями и лагерными пунктами, а также дата освобождения». О практике уничтожения карточек узнал один из партнеров музея, исследователь Сергей Прудовский. Этой весной он разыскивал информацию о репрессированном крестьянине Федоре Чазове, чей брат Григорий выжил после расстрела, смог дойти в 1938 году до председателя Всероссийского ЦИКа Михаила Калинина и опять был отправлен на расстрел. Федор Чазов был осужден на пять лет лагерей и выслан в Магаданскую область.

«Я запросил УМВД по Магаданской области. Они ответили, что личное дело заключенного было уничтожено еще в 1955 году согласно приказу тех лет. При этом выяснилось, что архивная учетная карточка тоже была уничтожена»,— рассказал “Ъ” господин Прудовский. На его вопрос, на каком основании это сделано, начальник информационного центра УМВД России по Магаданской области Михаил Серегин сообщил, что есть межведомственный приказ под грифом «для служебного пользования» от 12 февраля 2014 года «Об утверждении наставления по ведению и использованию централизованных оперативно-справочных, криминалистических и разыскных учетов, формируемых на базе органов внутренних дел РФ». Этот приказ подписан совместно МВД, Минюстом, МЧС, Минобороны, ФСБ, ФСКН, ФТС, ФСО, СВР, а также Генпрокуратурой и Государственной фельдъегерской службой. «Срок хранения карточек на осужденных — до достижения ими (осужденными) 80-летнего возраста,— говорится в ответе господина Серегина.— Срок хранения карточки на Чазова Федора истек в 1989 году, уничтожена карточка по акту от 11 сентября 2014 года».

«Уголовные дела граждан хранятся в ФСБ либо в госархивах. Но все они заканчиваются датой осуждения и сведениями о приговоре: расстрел или лагерь. С расстрелом понятно. А информация, куда был отправлен приговоренный к лагерям, выжил ли, переводился ли из одного лагеря в другой, находится только в учетных карточках, хранящихся в МВД. И эта информация после уничтожения карточки предается забвению»,— пояснил господин Прудовский. Он отметил, что количество осужденных в годы советских репрессий неизвестно. Только на 1937–1938 годы приходится более 1,7 млн арестов по политическим статьям. По подсчетам международного общества «Мемориал», общее число репрессированных может достигать 12 млн.

В Росархиве исследователю сообщили, что все документы об осужденных в советское время должны пройти экспертизу. В случае признания документа ценным он ставится на госучет и подлежит бессрочному хранению. Господин Прудовский направил в УМВД по Магаданской области вопрос, проходили ли уничтоженные документы подобную экспертизу. “Ъ” также запросил комментарий Росархива.

Это не единственный пример уничтожения материалов, выяснил “Ъ”. В 2014 году жительница Московской области Нина Трушина пыталась найти информацию о своем родственнике, осужденном в 1939 году, и получила ответ из УМВД по Магаданской области о том, что учетная карточка отложена на уничтожение на основании служебного приказа. Тогда госпожа Трушина подала иск в Верховный суд РФ, указав, что приказ, затрагивающий ее права, засекречен и официально не опубликован, что противоречит ч. 3 ст. 15 Конституции РФ. Однако ВС оставил иск без удовлетворения, указав, что приказ содержит служебную информацию, а указ президента РФ от 1996 года позволяет не публиковать документы, затрагивающие права людей, если в них есть конфиденциальная информация, к которой, согласно указу президента РФ за 1997 год, отнесена служебная информация. Госпожа Трушина обратилась в Конституционный суд РФ, но он отказал в принятии иска, пояснив, что полиция хранит и уничтожает данные на основании законов.

Председатель СПЧ Михаил Федотов заявил “Ъ”, что изучит проблему. «Мы всегда будем защищать сохранение архивных материалов, они содержат очень важную историческую информацию,— подчеркнул господин Федотов.— Это принципиально важно, так как это средство противодействия фальсификации истории. Когда есть документ, его фальсифицировать практически невозможно. А когда документа нет, можно придумать все, что угодно. Поэтому нужно сохранять по возможности все документы, которые относятся к тому периоду». Господин Федотов не исключил, что вопросом займется возглавляемая им межведомственная рабочая группа по увековечению памяти жертв политических репрессий.

Проект “Ъ” и общества «Мемориал» к 80-летию Большого террора