Р. Г. Апресяну - 50!

Р.Г.Апресяну — 50!

В этом году Рубену Грантовичу Апресяну исполняется 50. Когда личная история вплетается в общую так, что каким-то образом преображает ее, события, которые в иных случаях имели бы сугубо частный характер, обретают значимость для всех тех, кто причастен к этой общей истории. И тогда юбилей уже нельзя представить всего лишь интимным событием, поводом для радости или печали юбиляра и его близких. Он обретает более крупный масштаб, провоцируя на размышление о мере и глубине воздействия личной истории на общую, в данном случае — истории исследователя, на историю нашего этического сообщества и современной российской этики.

Изначально интерес Р.Г.Апресяна был ориентирован на историю этики: его первые исследовательские опыты, итогом которых стали кандидатская диссертация и книга1 , посвящены анализу английского новоевропейского этического сентиментализма. Именно благодаря Р.Г.Апресяну данная концепция стала известна советской этической публике. Само по себе заполнение лакун в историко-этическом знании имеет несомненное значение. Однако для самого автора интерес к этическому сентиментализму не был сугубо историческим. Параллельно историко-философскому исследованию и отчасти под его влиянием, у Апресяна начинает складываться особое понимание морали и ее природы, не сводимое к принятому в то время (хотя и по-разному интерпретируемому) социальному пониманию. Именно освоение Р.Г.Апресяном сентименталистского учения о моральном чувстве как об особом, не обусловленном никакими внешними факторами источнике морали (теоретическим фоном которого стала книга О.Г.Дробницкого «Понятие морали») было первым (лишь ретроспективно осознаваемым) шагом к его собственной концепции морали.

Последующее формирование его этической позиции было определено интересом к осмыслению несоциальных факторов морали. Особое влияние в этом плане на Р.Г.Апресяна оказали современные работы по социобиологии, а также работы Э.Фромма «Искусство любить» и С.Радек «Материалистское мышление: к политике мира». В этот период в исследовании Р.Г.Апресяна обозначился методологический поворот, который проявился в уходе от марксистских схем в истолковании морали, в утверждении того, что мораль, хотя и проявляется через социальные отношения, по своей природе все же «предсоциальна»2 . Р. Г.Апресян интерпретирует мораль как «духовную компенсацию» утраты человеком естественного единства — утраты, пережитой в «предисторическом» существовании человечества и пе-

реживаемой в существовании младенческом. «Предсоциальное» и в этом смысле безусловное, абсолютное начало морали Р.Г.Апресян усматривает в опыте переживания материнской любви ребенком, соединенном с хранящимся в культуре идеалом единения на основе примиренности, бескорыстной заботы и т.п. Материнская же любовь, по его мнению, представляет собой непосредственное осуществление заповеди любви, она и формирует в человеке потребность в бескорыстно-любовном отношении.

Другое, также наметившееся в самом начале исследовательской работы Р.Г.Апресяна направление было связано с аналитикой основных нормативно-этических программ на фоне общего определения морали. Первый опыт освоения этой темы воплотился в его книге «Постижение добра»3 . Дальнейшая исследовательская деятельность Р.Г.Апресяна во многом была связана с развитием и преобразованием той проблематики, которая сформировала его первые книги.

Пытаясь определить «идею» морали, Р.Г.Апресян использовал нормативно (содержательно) ориентированную стратегию. Декларируемое в его подходе единство нормативной и теоретической этики предполагает, что для понимания феномена морали, по меньшей мере, недостаточно анализировать ее формальные характеристики. Существенным здесь является анализ нормативного содержания морали. Последнее, как считает Р.Г.Апресян, ссылаясь на европейскую философскую традицию, выражено в двух базовых требованиях: в золотом правиле нравственности и в заповеди любви. Р.Г.Апресян стремится показать, что мораль и есть то, что повелевается этими базовыми императивами. Анализ базовых нравственных императивов и источников морального сознания сформировал у него убеждение, что именно агапическое, а не контракторное восприятие морали ближе к ее подлинной сути. По содержанию своих требований мораль далеко выходит за пределы социального устройства, гарантирующего мирное сосуществование и баланс интересов, поскольку ориентирует нас на идеал «духовно-возвышенного общечеловеческого единения» и «милосердной любви»4 . Эта позиция позволяет не только систематизировать, но и существенным образом корректировать нормативные программы, определяющие поведение человека. Конечно, гедонизм и утилитаризм (получившие разработку уже в «Постижении добра»), а также аскетический перфекционизм (проанализированный в «Идее морали») могут быть подвергнуты и взаимной коррекции. Однако их полноценное вхождение в пространство моральной жизни, с точки зрения Р.Г.Апресяна, оказывается возможным только за счет тех поправок, которые вносит этика милосердия5 .

При таком понимании предмета этики одной из центральных проблем неизбежно оказывается проблема ненасилия. Этот нравственный императив рассматривается Р.Г.Апресяном не как предельное обобщение всех моральных норм и ценностей, а лишь в качестве одного из нравственных принципов, существующих в едином нормативном поле морали. Значение требования ненасилия состоит в том, что оно накладывает ограничения на ключевое для этики социального взаимодействия стремление к общему благу. Однако утверждая «уважение к автономии личности», требование ненасилия само по себе не может обеспечить «деятельной заботы» о ней, оно должно быть дополнено принципом милосердной любви. В интерпретации Р.Г.Апресяна между заповедями ненасилия и милосердия складываются отношения взаимного обогащения и комплиментарности: «Как милосердие может быть милосердным лишь будучи ненасильственным, так и ненасилие <...> реализуется как ненасилие <...> в бескорыстном служении [обществу и другому человеку]»6 .

Для всех читателей, интересующихся развитием этической мысли в России, именно очерченная выше проблематика в первую очередь ассоциируется с именем Р.Г.Апресяна. Однако за последние годы к ней присоединился ряд новых проблем, указывающих на возрастающий интерес нашего автора к определению места морали в социально-политической практике. Конечно, его статьи по моральным основаниям демократического общества, нравственно фундированной социальной инженерии, предпринимательскому и бюрократическому этосу начали выходить уже с начала 90-х7 . Однако лишь в выступлениях и публикациях конца 90-х гг. социально-дисциплинарная сторона морали стала характеризоваться Р.Г.Апресяном как особое явление, находящееся в сложном взаимодействии с этикой индивидуального совершенствования8 . И хотя между ними существует тесная связь, включающая элементы иерархии, перспектива социальной этики предполагает несколько иной взгляд на важнейшие моральные перспективы.

Так идея абсолютного ненасилия или мысль об исторической преодоленности морали воздаяния с точки зрения реалистической позиции социальной этики выглядит как форма потакания активному («неугомонному») злу и путь к общественной катастрофе. Опасность «ослепления моральным идеалом» является вполне реальной угрозой для практической философии9 . Именно последние несколько лет творчество Р.Г.Апресяна ориентировано не столько на этическую дискредитацию насилия, сколько на поиск нравственных ограничений применения силы. Своеобразным «полигоном» для их оп-

ределения стала проблема справедливой войны, требующая от мыслителей и политиков поиска золотой середины между пацифизмом и прагматическим реализмом. Результатом исследований в этом направлении является коллективная монография «Нравственные ограничения войны», одним из авторов и редакторов которой был Р.Г.Апресян10 . Заметно, что частная проблема справедливой войны постепенно преобразуется у него в масштабный интеллектуальный проект реабилитации правила талиона, которое следует воспринимать как форму нормативного регулирования, резервируемую для всех тех, кто воспроизводит архаичный этос силы11 . В таком случае принципы, легитимизирующие и нормирующие применение военной силы, могут стать образцом для нравственной оценки всех других социально-политических процессов, требующих силового регулирования.

Новые акценты в творчестве Р.Г.Апресяна привели его к необходимости пересмотреть некоторые подходы к исторической динамике морали. Традиционная для отечественной этики модель жесткого противопоставления золотого правила нравственности и закона талиона подверглась в его последних работах значительной коррекции. Эти фундаментальные регулятивы, по мнению Р.Г.Апресяна, связаны не только антитетической исторической последовательностью, но и логикой порождения и преемственностью. Как оказывается, талион и его позитивная пара — закон благодарности — органично преобразуется в отрицательную и положительную формулировки золотого правила, когда возникает потребность в выдвижении императивов инициативного действия12 . Именно констатация внутренней родственности золотого правила требованиям морали воздаяния, заменяющая привычную картину их бескомпромиссного конфликта, позволяет Р. Г.Апресяну вести речь о том, что в настоящий момент сосуществуют два типа морали, одинаково уместных и целесообразных, но по-разному функционирующих в цивилизованном мире13 . Эта новая тематика пока лишь пунктирно обозначена в последних публикациях Р.Г.Апресяна, и те исследователи, интересы которых лежат в этой сфере, с нетерпением ждут ее полной разработки.

Р.Г.Апресян является не просто исследователем, много лет он передает свои знания и результаты исследовательского опыта студентам разных вузов. В соавторстве с А.А.Гусейновым им написан учебник «Этика»14 . В 1991 г. в качестве приглашенного профессора он преподавал этику в Университете им.У.Лойера (Канада). В последнее время Р.Г.Апресян разработал и читает авторские курсы по «Философии образования» и «Философии любви». В своей преподавательской деятельности он использует новые, нетрадиционные формы.

Например, он провел в Интернете (на информационно-образовательном портале auditorium.ru) мастер-класс «Философия любви», здесь же им проводилась электронная конференция «Насилие и ненасилие: философия, политика, этика», материалы которой были изданы отдельной книгой15 .

Особого внимания заслуживает проектная деятельность Р.ГАпресяна. Самым значительным из уже реализованных проектов последнего времени стало издание энциклопедического словаря по этике16 , осуществленное по инициативе А.А.Гусейнова и совместно с ним.

* * *

В День рождения принято высказывать пожелания. Жанр данного текста предполагает пожелание неиссякаемости творческой энергии, достижений, любопытства, обнаружения и освоения новых тем, проблем и т.п. И мы всего этого от души желаем Р.Г.Апресяну! А кроме того, вряд ли стоит забывать, что философия — занятие праздное. Как говорил один китайский мудрец, чтобы не быть подобным «мертвящему дыханию осени», помимо сосредоточенности в учении «нужно уметь иной раз быть беспечным», ибо только тогда человек оказывается в состоянии «помогать жизни вещей».

О.В.Артемьева А.В.Прокофьев

Примечания

1 Апресян Р.Г. Из истории европейской этики нового времени (этический сентиментализм). М.: Изд-во Моск. ун-та, 1986.

2 Апресян Р.Г. Природа морали // Филос. науки. 1991. № 12. С. 53—64; Он же. Первичные детерминанты нравственного опыта // Вопр. философии. 1993. № 8. С. 32—64; Он же. Идея морали и базовые нормативно-этические программы. М.: ИФ РАН, 1995.

3 Апресян Р.Г. Постижение добра. М.: Мол. гвардия, 1986.

4 Апресян Р.Г. Идея морали и базовые нормативно-этические программы. Гл. 4. См. также: Апресян Р.Г. Заповедь любви // Человек. 1994. № 2—4.

5 Апресян Р.Г. Постижение добра. Гл. 1—2, 4; Он же. Идея морали и базовые нормативно-этические программы. Гл. 5—8.

6 Апресян Р.Г. Ненасилие — с этической точки зрения // Этика ненасилия: Материалы международной конференции /Под общ. ред. А.А.Гусейнов, отв. ред. Р.Г.Апресян. М., Философское общество СССР, 1991. С. 65.

7 Апресян Р.Г., Гусейнов А.А. Демократия и гражданство // Вопр. философии. 1996. № 7. С. 3—16; Апресян Р.Г. Филантропия: милостыня или социальная инженерия // Общественные науки и современность. 1998. № 5. С. 51—60; Он же. Ценностные контроверзы предпринимательства // Общественные науки и современность. 1993. № 5. С. 19—29; Он же. Этос властвующей бюрократии // Бюрократия и общество. М., 1991. С. 187—200 (см. также: Гражданское участие: Ответственность, сообщество, власть /Под ред. Р.Г. Апресяна. М.: Аслан, 1997).

8 Апресян Р.Г. Перфекционистский и дисциплинарный языки морали // Оправдание морали. Сб. науч. ст. К 70-летию проф. Ю.В.Согомонова. Москва—Тюмень, 2000. С. 38-53.

9 Апресян Р.Г. Талион и золотое правило: критический анализ сопряженных контекстов // Вопр. Философии, 2001. № 3. С. 81.

10 Нравственные ограничения войны: Проблемы и примеры /Под общ. ред. Б.Коппитерса, Н.Фоушина, Р.Апресяна. М.: Гардарики, 2002.

11 Апресян Р.Г. Метанормативное содержание принципов справедливой войны // Полис. 2002. № 3. С. 70.

12 Апресян Р.Г. Ресентимент и историческая динамика морали // Этическая мысль. Вып. 2. М., ИФ РАН, 2001. С. 32-33.

13 Апресян Р.Г. Jus Talionis в трактате Гуго Гроция «О праве войны и мира» // Этическая мысль. Вып. 3. М., 2002. С. 161.

14 Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика: Учебник. М.: Гардарики, 1998.

15 Насилие и ненасилие: философия, политика, этика (Материалы интернет-конференции, проходившей 15.05—31.07.2002 на информационно-образовательном портале www.auditorium.ru) /Под ред. Р.Г.Апресяна. М.: Ин-т «Открытое общество» (Фонд Сороса) — Россия, 2003.

16 Этика: Энциклопедический словарь /Под ред. Р.Г.Апресяна, А.А.Гусейнова. М.: Гардарики, 2001.