Правовая природа информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2019. Т. 16, № 4. С. 115-124.

УДК 347.454

Б01 10.24147/1990-5173.2019.16(4).115-124

ПРАВОВАЯ ПРИРОДА ИНФОРМИРОВАННОГО ДОБРОВОЛЬНОГО СОГЛАСИЯ НА МЕДИЦИНСКОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО

В. И. Бояринова

Новосибирский государственный университет, г. Новосибирск, Россия

Введение. Единого мнения о правовой природе согласия на медицинское вмешательство не представлено ни в медицинской, ни в юридической литературе. Однако данный документ является важным доказательством надлежащего выполнения медицинской организацией обязанности по информированию пациента, а также играет важную этическую и моральную роль во взаимоотношениях между лечащим врачом и пациентом. Цель. Автором поставлена цель чётко определить правовую природу информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и его место в системе юридических фактов, что позволит уменьшить количество правовых коллизий, установить единообразие в судебной практике и сформировать эффективные и предсказуемые правоотношения в сфере медицины. Методология. В статье используются материалы судебной практики, научная литература, анализ которой производится при помощи формально-юридического, сравнительного и системно-логического методов исследования. Результаты. В настоящей статье исследуются подходы к определению понятия информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство, предпринимаются попытки определить его правовую природу. В статье информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство рассматривается как сделка, юридический факт, правовое состояние, секундарное право, юридический поступок и делается вывод о правовой природе такого согласия, а также анализируются преимущества и недостатки того или иного подхода. Заключение. Важным является вывод об отличии юридического поступка от сделки, которое состоит в содержании волеизъявления: в поступке воля заключается в желании достичь любой поставленной цели, а не только правовой. Если согласие - это юридический поступок, то последствия действий, на которые оно выдано, наступают независимо от того, были ли действия направлены на наступление таких последствий или нет. Проведённое исследование имеет значение как для теории, так и для правоприменительной практики.

Ключевые слова: медицинское вмешательство; информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство; согласие пациента; договор возмездного оказания медицинских услуг; согласие на совершение сделки.

1. Введение

Документ об информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство является одним из основных доказательств, подтверждающих выполнение медицинской организацией обязанности по предоставлению информации об услуге. Необходимость его подписания гарантирует соблюдение прав пациента и играет важную роль при определении вины медицинской организации в случае отрицательного исхода медицинского вмешательства. Вместе с тем данный документ имеет медицинский, этический и моральный смысл и не влияет на оценку качества оказания медицинской помощи, гарантий лечения и ответственности врача.

Единого мнения о правовой природе согласия не представлено ни в медицинской, ни в юридической литературе. Однако чётко определить правовую природу согласия на медицинское вмешательство и его место в системе юридических фактов необходимо с целью уменьшения количества правовых коллизий и установления единообразия в судебной практике, что позволит сформировать эффективные и предсказуемые правоотношения в сфере медицины.

2. Методология

В статье используются материалы судебной практики, научная литература, анализ которой производится при помощи формально-юридического и сравнительного методов исследования. Формально-юридический ме-

тод позволил определить юридические понятия, такие как медицинское вмешательство, информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, согласие на совершение сделки и др., выявить их признаки для дальнейшего анализа и толкования судебной практики. Использование в совокупности сравнительного и системно-логического методов позволило проанализировать объекты правового исследования в статике и в динамике, используя теоретические и практические исследования гражданского и медицинского права.

3. Понятие информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство

Несмотря на упоминание в российском законодательстве об информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство, само его понятие отсутствует. Нечётко определено и значение информированного согласия на медицинское вмешательство, не всегда понятны последствия отсутствия такого согласия. Между тем как в юридической, так и в научной литературе по медицинскому праву предложено несколько определений понятия информированного согласия на медицинское вмешательство.

Одни авторы раскрывают его через признак добровольности. Так, Ю. Д. Сергеев под информированным добровольным согласием понимает добровольное согласие пациента на медицинское вмешательство, основанное на полученной от медицинского работника в доступной для понимания форме достаточной информации о возможных вариантах медицинского вмешательства, предполагаемых методах диагностики и лечения и их последствиях для здоровья . Н. О. Бажанов, Н. С. Иваненко определяют информированное согласие как «добровольное принятие пациентов или его законным представителем предложенного врачом, непосредственно осуществляющим данное вмешательство, варианта обследования и лечения, основанного на получении в доступной форме исчерпывающей информации о предстоящем вмешательстве, возможных осложнениях, а также об альтернативных мероприятиях и условиях их предоставления» [1, с. 11-12]. Т. А. Покуленко называет информированное добровольное согласие доб-

ровольным принятием пациентом курса лечения или терапевтической процедуры после предоставления врачом адекватной информации [2, с. 73].

Наиболее полный перечень признаков информированного согласия называет С. Г. Стеценко, определяя его как «добровольное, компетентное и осознанное принятие пациентом предложенного лечения или выбор из нескольких вариантов лечения, основанный на получении полной, объективной и всесторонней информации по поводу предстоящего лечения, возможных осложнений и болевых ощущений, альтернативных методов лечения и возможных побочных эффектов» [3, с. 70]. С. С. Шевчук [4, с. 130], М. Ю. Тимофеева [5, с. 162] дают более краткое определение понятия информированного добровольного согласия: «необходимое предварительное условие медицинского вмешательства».

Тем самым учёные не определяют роль и правовую природу информированного согласия на медицинское вмешательство, а только обозначают его через один или несколько признаков.

А. Н. Пищита, в отличие от приведённых выше авторов, не раскрывает признаки согласия на медицинское вмешательство и определяет его как гражданско-правовой акт, так как две стороны подписывают соглашение о том, что одна сторона выполняет требуемую услугу, а другая предоставляет согласие на её использование [6].

Из данного определения не видна важность такого признака согласия, как предварительность. Фактически, подписывая любой гражданско-правовой договор, одна сторона совершает какие-либо действия, а другая сторона соглашается на них. Роль информированного добровольного согласия состоит в том, чтобы зафиксировать правоотношения, возникшие до заключения договора возмездного оказания медицинских услуг, а именно факт предоставления информации и факт её получения пациентом. Из определения А. Н. Пищиты можно сделать вывод, что не имеет значения, будет ли информированное добровольное согласие составлено в виде отдельного документа или же оно может представлять собой отдельный пункт в договоре возмездного оказания медицинских услуг.

Между тем согласие на медицинское вмешательство следует отличать от согласия заключить договор. Из информированного согласия можно установить предмет основного договора. При этом информированное согласие нельзя приравнять к предварительному договору, так как в нём не отражаются все условия договора об оказании медицинских услуг: стоимость и сроки оказания услуг, а также срок заключения договора. Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются с момента заключения основного договора, так как все условия основного договора дублируют условия предварительного и являются только более подробными. Действие информированного согласия распространяется на весь период действия договора оказания медицинских услуг, при этом в некоторых случаях в нём дублируется содержание информированного согласия.

Из анализа вышеизложенных определений можно сделать вывод о наличии в содержании информированного согласия двух элементов (или двух условий, которым должно соответствовать согласие): предоставление информации и получение положительного ответа. Второй элемент показывает, что важна не только передача пациенту необходимых сведений об услуге, но и его осознанный выбор медицинского вмешательства с учётом предварительных рекомендаций.

4. Правовая природа информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство

В научной литературе отсутствует единый подход к правовой природе информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство. Одни авторы считают информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство согласием на совершение сделки, другие - согласием на совершение иных действий. Однако большинство исследователей вообще не исследуют природу названного согласия.

Гражданский кодекс Российской Федерации (далее - ГК РФ) содержит только нормы о согласии на совершение сделки. Иному согласию законодатель не придаёт юридического значения.

До 2013 г. в ГК РФ были предусмотрены только отдельные виды сделок, для соверше-

ния которых требовалось предварительное согласие. Статья 157.1 ГК РФ стала первой попыткой на законодательном уровне закрепить общий подход к порядку предо ставле-ния согласия на совершение сделки.

Вопрос о правовой природе согласия является дискуссионным в науке гражданского права. Ряд авторов признают его односторонней сделкой [7, с. 9]. Так, М. А. Рожкова называет согласие одним из распространённых видов односторонних сделок, имеющих вспомогательный характер, элементом юридического состава, направленного на возникновение договорных отношений [8, с. 106].

А. И. Дихтяр указывает, что согласие -это одностороннее волеизъявление, вспомогательная сделка, совершение которой является предпосылкой действительности основной сделки [9, с. 19]. При всей неопределённости такого понятия, можно сделать вывод, что данный исследователь считает согласие односторонней сделкой.

Пленум Верховного Суда РФ аналогичным образом определил природу согласия физического или юридического лица на совершение сделки: п. 50 Постановления от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» признаёт согласие сделкой.

По нашему мнению, нельзя изучать согласие в отрыве от общественных отношений, в которых оно используется. В данном случае следует рассматривать правовую природу согласия на примере информированного согласия на медицинское вмешательство.

Следует отметить, что многие исследователи в области медицинского права, не останавливаясь подробно на определении правовой природы информированного согласия, упоминали о том, что оно является сделкой.

Так, Н. Л. Улаева [10, с. 70-71], Н. В. Зайцева [11], не уточняя, о какой сделке идёт речь, пишут: «Что касается такой сделки, как дача согласия на медицинское вмешательство, то статья 22 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан закрепляет общее правило о необходимости получения информированного добровольного согласия в письменной форме гражданина как предварительного условия медицинского вмешательства, подписываемого им непо-

средственно, одним из родителей или законным представителем, медицинским работником и содержащегося в медицинской документации самого пациента» [10, с. 70-71; 11, с. 76]. А. В. Тихомиров называет согласие договором, указывая, что «договор как двухсторонняя или многосторонняя сделка не легитимирует отношения сторон по поводу здоровья в связи с оказанием медицинских услуг без информированного добровольного согласия как односторонней сделки правообладателя» [12, с. 250].

Аналогичное упоминание о согласии на медицинское вмешательство как о сделке встречается в работах некоторых правоведов.

Л. М. Долинская рассматривает согласие только с позиции недействительной сделки, называя её оспоримой: «Сделки, выражающие согласие на медицинское вмешательство или отказ от медицинского вмешательства и совершённые в нарушение установленной законом обязательной письменной формы, следовало бы отнести к оспоримым сделкам, которые могут признаваться недействительными по требованию пациентов, их законных представителей, членов семьи» [13, с. 39]. З. В. Каменева, не называя вид сделки, рассматривает дачу согласия несовершеннолетним: «В аспекте совершения сделок, связанных с осуществлением личных неимущественных прав, способность несовершеннолетних самостоятельно давать согласие на медицинское вмешательство или отказываться от него наступает по общему правилу с достижением 15-летнего возраста в соответствии со статьей 20 Закона об основах охраны здоровья граждан, до наступления указанного возраста такое решение принимают их законные представители» [14, с. 6].

Л. К. Брезгулевская делает вывод о том, что согласие является абстрактной односторонней сделкой, и указывает, что правовая природа информированного согласия как согласия на совершение иных действий отличается тем, что одобряющий даёт согласие на воздействие, которое оказывает третье лицо (врач, медицинская организация) на нематериальные блага (здоровье пациента) [15, с. 158]. При этом возникновения, изменения или прекращения новых гражданских правоотношений, обусловленных выдачей согласия, не происходит. Однако, с точки зрения

автора, нельзя утверждать, что такой юридический акт, как согласие, никаким образом не влияет на правоотношение.

Другие авторы не признают согласие на совершение сделки односторонней сделкой. Так, Л. А. Чеговадзе утверждает, что согласие должно быть вынесено за рамки сделок и отнесено к особой группе юридических фактов, именуемых иными юридическими действиями, частноправовыми или административно-правовыми актами [16, с. 17-22]. С. Ю. Чаш-кова называет согласие на совершение сделки юридическим актом, который может быть выражен в виде сделки, акта государственного органа или органа местного самоуправления, а также в виде решения собрания [17, с. 16].

Анализируя определение С. Ю. Чашко-вой, следует обратиться к понятию юридического факта вообще: это определённые жизненные обстоятельства, с которыми закон связывает возникновение, изменение или прекращение гражданских правоотношений. Одним из видов правомерных действий являются юридические акты, которые, в свою очередь, могут влечь гражданско-правовые последствия. К первым, в частности, относятся сделки. При этом согласие на медицинское вмешательство хотя и нельзя однозначно назвать сделкой, но следует признать, что оно способствует дальнейшему её заключению, следовательно является правомерным юридическим актом - действием.

Есть и учёные, которые косвенно касаются отличия согласия на медицинское вмешательство от сделки, но не заостряют на этом особого внимания. Так, А. Н. Пищита, исследуя вопрос о даче согласия на медицинское вмешательство несовершеннолетним через призму ст. 26 ГК РФ, отмечает, что «здоровье является более ценным неотъемлемым правом несовершеннолетнего, нежели сделкоспособность, направленная прежде всего на получение материальных благ. Вместе с тем несовершеннолетний обладает большей свободой в решении вопросов, касающихся собственного здоровья, нежели в решении вопросов о материальных благах» [6, с. 18]. Аналогичный вывод делает Е. А. Мандрыка [18, с. 470-471].

Некоторые авторы называют согласие правовым состоянием, означающим совпадение воли совершающего сделку лица и лица,

её одобряющего [16, с. 17-22], или сделко-подобным действием [19, с. 131].

М. И. Брагинский и В. В. Витрянский отмечали, что по сравнению с соглашением роль согласия менее значительна, так как, само по себе, оно не порождает таких юридических последствий, как сделка. Согласие является непременным условием, при наличии которого волеизъявление лица способно создать правоотношение [20, с. 151]. Д. Д. Гримм обращал внимание, что либо эффект от согласия совпадает с конечным эффектом, на который направлена воля лица, либо этот эффект является лишь подготовительным этапом, средством на пути к достижению конечного эффекта [21]. М. М. Агарков, исследуя вопрос о переводе долга, сделал вывод о том, что согласие кредитора на перевод долга является лишь условием, которое необходимо для того, чтобы договор был действительным. При этом само по себе согласие не является элементом договора, образовывающим какой-либо правовой эффект [22, с. 115— 116].

Представляется, что согласие на медицинское вмешательство нельзя ставить в один ряд с согласиями иного рода, например с согласием на перевод долга. Одобряющее лицо, кредитор, имеет собственный интерес в сделке, которым является выплата ему денежных средств. Если на место предыдущего должника встаёт более платёжеспособное лицо, то имущественный интерес кредитора очевиден. При согласии на медицинское вмешательство одобряющее лицо преследует в первую очередь не имущественный интерес (получить медицинские услуги по более низкой цене), а цель сохранить свои нематериальные блага - жизнь и здоровье. По всей видимости, согласие на медицинское вмешательство по своим последствиям можно сравнить с соглашением о ведении переговоров, из которого видны намерения сторон относительно заключения предстоящего договора (характера медицинского вмешательства, рисков и возможных последствий и др.). Таким образом, согласие на медицинское вмешательство следует отличать и от сделки, и от согласия на совершение сделки.

Во-первых, согласие на медицинское вмешательство не направлено на наступление последствий в виде заключения в последую-

щем договора возмездного оказания медицинских услуг.

Во-вторых, договор возмездного оказания медицинских услуг может быть заключён и без согласия на медицинское вмешательство: хотя закон и определяет, что информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство является предварительным по отношению к моменту заключения договора оказания медицинских услуг, его отсутствие не влияет ни на заключённость договора, ни на его действительность. По этой же причине согласие нельзя назвать элементом состава сделки.

Есть исследователи, рассматривающие согласие на совершение сделки в качестве секундарного права [23]. В научной литературе выделяют такую категорию секундар-ных прав, как «права контроля»2, когда согласие даётся на совершение различных действий, и в зависимости от варианта поведения образуется или не образуется фактический состав.

Авторы, относящие согласие к числу се-кундарных прав, ссылаются на то, что это одностороннее действие, опосредующее удовлетворение собственного интереса упра-вомоченного субъекта, и оно не связано с возникновением каких-либо обязанностей у другого лица, однако предоставляет последнему право совершить основную сделку. Суть согласия заключается в том, что оно не влечёт изменения в динамике самого правоотношения, но является элементом фактического состава, от совершения которого зависит его динамика [24, с. 161].

С. Ю. Чашкова, рассматривая согласие на совершение сделки в качестве элемента правоспособности субъекта согласия, даёт следующее определение: это правовая возможно сть (секундарное право) на вмешательство в чужую правовую сферу с целью создания правовых последствий для иных лиц, а в ряде случаев и для субъекта согласия, реализуемого путём совершения одностороннего волевого действия, отсутствие которого влечёт неблагоприятные имущественные последствия, в том числе недействительность сделки, на совершение которой необходимо получить согласие [17, с. 22].

Однако от наличия согласия на медицинское вмешательство не зависит возникно-

вение, изменение или прекращение отношений по договору возмездного оказания медицинских услуг, и при его отсутствии договор всё же может быть заключён и нет оснований для признания его в последующем недействительным.

Рассмотрим данный вывод на следующем примере. Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 8 сентября 2009 г. № 5-В09-100 отменены судебные акты нижестоящих инстанций, которыми был признан недействительным договор на оказание платных медицинских услуг. Основным доводом суда первой и апелляционной инстанции было отсутствие подписи пациента на информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство. Верховный Суд указал, что материалы дела (расчётный лист, где пациент согласился оплатить оказанную ему медицинскую услугу, а также кассовый чек об оплате) свидетельствуют о том, что воля пациента была направлена на совершение сделки3.

Из вышеизложенного можно сделать вывод, что согласие на медицинское вмешательство не является ни секундарным правом, ни условием действительности сделки. Таким образом, согласие на медицинское вмешательство следует отличать и от согласия заключить договор возмездного оказания медицинских услуг: само по себе согласие не вызывает к жизни договорное гражданское правоотношение. Так, согласие супруга на совершение сделки по отчуждению недвижимого имущества является необходимым условием, предусмотренным Семейным кодексом РФ. Однако, получив такое согласие, супруг может и не заключить сделку (передумать, отложить на будущее и т. д.). В таком случае нельзя назвать согласие сделкой, так как, само по себе, оно не порождает отношения, на которые была направлена воля сторон - произвести отчуждение имущества.

Может ли информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство быть признано юридическим поступком?

Понятие юридического поступка было дано ещё в советской научной литературе. М. М. Агарков понимал под ним дозволенные действия, которые не являются волеизъявлениями, направленными на юридические последствия, но влекущие правовые послед-

ствия независимо от направленности их на эти последствия [25, с. 51-52]. Чуть позже О. А. Красавчиков рассматривал юридические поступки как правомерные действия, с которыми нормы права связывают возникновение юридических последствий в независимости от направленности данных действий на указанные последствия [26].

Отличие юридического поступка от сделки состоит в содержании волеизъявления. В поступке воля заключается в желании достичь любой поставленной цели, а не только правовой. Другими словами, воля направлена на фактический, а не на юридический результат. При подписании информированного согласия на медицинское вмешательство пациент выражает свою волю не на заключение договора возмездного оказания медицинских услуг, а на воздействие на его нематериальные блага со стороны медицинской организации.

Если согласие - это юридический поступок, то последствия действий, на которые оно выдано, наступают независимо от того, были ли действия направлены на наступление таких последствий или нет. В таком случае согласие на медицинское вмешательство можно определить как юридический поступок. Например, при даче согласия на медицинское вмешательство воля субъекта согласия направлена на предоставление возможности третьему лицу (врачу, медицинской организации) воздействовать на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь и здоровье). Последствиями этих действий может быть причинение вреда здоровью, однако воля субъекта согласия не была на это направлена, при этом давая согласие, субъект осознавал возможность наступления таких последствий.

Представляется, что информированному согласию на медицинское вмешательство присущи признаки юридического поступка, отличающие его от сделки:

1. Сделка направлена на достижение определённого правового результата, тогда как поступок влечёт правовые последствия независимо от воли субъекта. Несмотря на то, что лицо (пациент) и должно осознавать, к чему приведёт его поступок (подписание информированного согласия), оно не обязано иметь представление обо всех юридических тонкостях возникающих правоотношений и об их юридических последствиях.

2. Лицо, совершающее сделку, должно обладать полной дееспособностью, а лицо, совершающее поступок, может действовать самостоятельно и в случае неполной дееспособности. В данном случае дефект в субъекте согласия на медицинское вмешательство может привести к признанию согласия несостоявшимся.

3. Нарушение требований, установленных законом для сделки в момент заключения, влечёт её недействительность. Данное правило не применяется по отношению к юридическим поступкам. Для юридического поступка понятие действительности или недействительности неприменимо [27, с. 3637]: он либо есть, либо его нет4, однако предполагается, что при отсутствии предусмотренных законом условий он может быть признан несостоявшимся. В случае с согласием на медицинское вмешательство также важен факт его наличия или отсутствия, а недействительным оно признано быть не может.

5. Заключение

На основании вышесказанного можно сделать вывод, что вполне допустимо рассматривать информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство как юридический поступок.

Само по себе согласие не имеет правового эффекта, всегда должны быть отношения - предшествующие и последующие. В рассматриваемом случае предшествующи-

ми являются преддоговорные отношения между медицинской организацией и пациентом, направленные на обмен информацией относительно медицинского вмешательства. Последующими являются отношения по заключению и исполнению договора возмездного оказания медицинских услуг.

Таким образом, информированное согласие на медицинское вмешательство не является ни сделкой, ни согласием на совершение сделки, ни формой реализации секундар-ного права. Представляется, что такое согласие следует относить к правомерному действию (юридическому поступку), который вызывает к жизни преддоговорное гражданско-правовое отношение, предшествующее оказанию медицинских услуг.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Сергеев Ю. Д. Медицинское право : учебный комплекс для вузов : в 3 т. - М. : ГЭОТАР-Медиа, 2008. - С. 293.

2 Бабаев А. Б. Проблема секундарных прав в российской цивилистике : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 2006. - 22 с.

3 Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 8 сентября 2009 г. № 5-В09-100 [Электронный ресурс]. - Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

4 Рожкова М. А. Теории юридических фактов гражданского и процессуального права: понятия, классификации, основы взаимодействия : дис. ... д-ра юрид. наук. - М., 2010. - С. 129.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бажанов Н. О., Иваненко Н. С. Правовые аспекты информированного добровольного согласия // Медицинское право. - 2012. - № 6. - С. 13-17.

2. Покуленко Т. А. Принцип информированного согласия: вызов патернализму // Вопросы философии. -1994. - № 3. - С. 73-77.

3. Стеценко С. Г. Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство // Обеспечение и защита прав пациентов в Российской Федерации (обзор теории и практики) / под ред. академика РАМН О. П. Щепина. - М. : НИИ СГЭ и УЗ им. Н. А. Семашко, 1999. - С. 70-75.

4. Шевчук С. С. Правовое регулирование возмездного оказания медицинских услуг: реалии и перспективы. - Ставрополь : Сев-Кав. ГТУ : Ставропольсервисшкола, 2001. - 231 с.

5. Тимофеева М. Ю. Проблемы применения вспомогательных репродуктивных технологий в системе здравоохранения Российской Федерации // Медицинское право: теория и практика. - 2015. - № 1. -С. 161-166.

6. Пищита А. Н. Согласие на медицинское вмешательство. Медико-правовой анализ. Юридические стандарты. Практика реализации. - М. : Центральная клиническая больница РАН, 2006. - 210 с.

7. Крашенинников Е. А. Сделки, нуждающиеся в согласии // Очерки по торговому праву : сб. науч. тр. Вып. 15 / под ред. Е. А. Крашенинникова. - Ярославль, 2008. - С. 5-18.

8. Рожкова М. А. Юридические факты гражданского и процессуального права: соглашения о защите прав и процессуальные соглашения. - М. : Статут, 2009. - 332 с.

9. Дихтяр А. И. Согласие на совершение сделки с земельным участком как условие её действительности // Юрист. - 2010. - № 1. - С. 18-22.

10. Улаева Н. Л. Договор возмездного оказания медицинских услуг в России : учебное пособие. - Краснодар : Краснодар. ун-т МВД России, 2015. - 160 с.

11. Зайцева Н. В. Договор возмездного оказания медицинских услуг в гражданском праве РФ : монография. - Волгоград : Изд-во ВИЭСП, 2006. - 156 с.

12. Тихомиров А. В. Медицинская услуга. Правовые аспекты. - М. : ФИЛИНЪ, 1996. - 352 с.

13. Долинская Л. М. Согласие на медицинское вмешательство // Законы России: опыт, анализ, практика. -2015. - № 1. - С. 39-43.

14. Каменева З. В. Общая характеристика субъектов медицинской деятельности // Адвокат. - 2016. -№ 1. - С. 5-10.

15. Брезгулевская Л. К. Проблема согласия на совершение сделок в свете реформы гражданского законодательства // Закон. - 2014. - № 9. - С. 158-167.

16. Чеговадзе Л. А. О состоянии согласия при совершении сделки // Юрист. - 2015. - № 18. - С. 17-22.

17. Чашкова С. Ю. Институт согласия на совершение сделки в свете изменений гражданского законодательства : учебное пособие. - М. : РПА Минюста России, 2014. - 83 с.

18. Мандрыка Е. А. Некоторые проблемы реализации прав несовершеннолетних при оказании им медицинской помощи // Медицинское право: теория и практика. - 2015. - № 1. - С. 470-471.

19. Воробьева Е. А. Правовая природа согласия антимонопольного органа на совершение сделки юридическим лицом // Журнал российского права. - 2009. - № 7. - С. 131-136.

20. Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Кн. 1. Общие положения. - М. : Статут, 2011. - 850 с.

21. Гримм Д. Д. Основы учения о юридической сделке в современной немецкой доктрине пандектного права. Пролегомены к общей теории гражданского права. - СПб. : Тип. М. М. Стасюлевича, 1900. -Т. I. - 300 с.

22. Агарков М. М. Перевод долга // Агарков М. М. Избр. тр. по гражданскому праву : в 2 т. Т. II. - М. : Статут, 2002. - 428 с.

23. Долинская В. В. Реформирование гражданского законодательства: общие положения о сделках, обязательствах и договорах : монография. - М. : Проспект, 2017. - 220 с.

24. Реформирование гражданского законодательства: общие положения о сделках, обязательствах и договорах : монография / [И. З. Аюшеева, И. С. Богданова, Е. С. Болтанова и др. ; отв. ред. В. В. Долинская]. - М. : Проспект, 2018. - 192 с.

25. Агарков М. М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву // Советское государство и право. -1946. - № 3. - С. 41-45.

26. Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. - М. : Госюриздат, 1958. -182 с.

27. Тузов Д. О. Теория недействительности сделок: опыт российского права в контексте европейской правовой традиции. - М. : Статут, 2007. - 602 с.

Информация об авторе

Бояринова Владислава Игоревна - соискатель степени кандидата юридических наук, ассистент кафедры гражданского права

Новосибирский государственный университет

Адрес для корреспонденции: 630090, Россия, Новосибирск, ул. Пирогова, 2 E-mail: v.boyarinova@inbox.ru

Информация о статье

Дата поступления - 8 июля 2019 г.

Дата принятия в печать - 15 октября 2019 г.

Для цитирования

Бояринова В. И. Правовая природа информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство // Вестник Омского университета. Серия «Право». 2019. Т. 16, № 4. С. 115-124. й01: 10.24147/1990-5173.2019.16(4).115-124.

LEGAL NATURE OF INFORMED VOLUNTARY CONSENT FOR MEDICAL

INTERVENTION

V.I. Boyarinova

Novosibirsk State University, Novosibirsk, Russia

Introduction. There is no consensus on the legal nature of consent to medical intervention in either the medical or legal literature. However, this document is one of the main evidence of the proper implementation by the medical organization of the obligation to inform the patient, and also play an important ethical and moral role in the relationship between the attending physician and the patient. Purpose. Clearly define the legal nature of informed voluntary consent to medical intervention and its place in the system of legal facts, which will reduce the number of legal conflicts, establish uniformity in judicial practice and allow the formation of effective and predictable legal relations in the field of medicine. Methodology. The article uses materials of judicial practice, scientific literature, the analysis of which is carried out using formal legal, comparative and system-logical research methods. Results. This article explores approaches to the definition of the concept of informed voluntary consent to medical intervention, attempts are made to determine its legal nature. The article considers the informed voluntary consent to medical intervention as a transaction, legal fact, legal status, second law, legal action and concludes the legal nature of such consent, as well as analyzes the advantages and disadvantages of this or that approach. Conclusion. An important conclusion is that the legal act differs from the transaction, which consists in the content of the will: in the act, the will consists in the desire to achieve any set goal, and not just the legal one. If consent is a legal act, then the consequences of the actions for which it is issued occur regardless of whether the actions were aimed at the occurrence of such consequences or not. The conducted research is important both for theory and for law enforcement practice.

Keywords: medical intervention; informed voluntary consent to medical intervention; patient consent; a contract for the provision of medical services; consent to the transaction.

REFERENCES

1. Bazhanov N.O., Ivanenko N.S. Legal aspects of informed voluntary consent. Meditsinskoe pravo = Medical law, 2012, no. 6, pp. 13-17. (In Russ.).

2. Pokulenko T.A. The principle of informed consent: a challenge to paternalism. Voprosyfilosofii = Problems of Philosophy, 1994, no. 3, pp. 73-77. (In Russ.).

3. Stetsenko S.G. Informed voluntary consent for medical intervention, in: Shchepin O.P. (ed.). Ensuring and protection of patients' rights in the Russian Federation (review of theory and practice). Moscow, NII SGE and UZ im. N.A. Semashko Publ., 1999. Pp. 70-75. (In Russ.).

4. Shevchuk S.S. Legal regulation of paid medical services: realities and prospects. Stavropol, Sev-Kav. State Technical University Publ., StavropolserviceSchool Publ., 2001. 321 p. (In Russ.).

5. Timofeeva M.Yu. Problems of the use of Assisted Reproductive technologies in the health system of the Russian Federation. Meditsinskoe pravo: Teoriya i Praktika = Medical Law: theory and practice, 2015, no. 1, p. 161-166. (In Russ.).

6. Pishchita A.N. Consent to medical intervention. Medical and legal analysis. Legal standards. Practice implementation. Moscow, Central Clinical Hospital of the Russian Academy of Sciences Publ., 2006. 210 p. (In Russ.).

7. Krasheninnikov E.A. Transactions needing consent, in: Krasheninnikov E.A. (ed.). Essays on trade law, collection of scientific papers. Yaroslavl, 2008. Iss. 15, pp. 5-18. (In Russ.).

8. Rozhkova M.A. Legal facts of civil and procedural law: agreements on the protection of rights and procedural agreements. Moscow, Statut Publ., 2009. 332 p. (In Russ.).

9. Dikhtyar A.I. Consent to a deal with the land as a condition of its reality. Yurist = Lawyer, 2010, no. 1, pp. 18-22. (In Russ.).

10. Ulaeva N.L. The contract of paid medical services in Russia, textbook. Krasnodar, Krasnodar University of the Ministry of Internal Affairs of Russia Publ., 2015. 160 p. (In Russ.).

11. Zaitseva N.V. The contract of paid medical services in the civil law of the Russian Federation, monograph. Volgograd, VIESP Publishing House, 2006. 156 p. (In Russ.).

12. Tikhomirov A.V Medical service. Legal aspects. Moscow, Filin Publ., 1996. 352 p. (In Russ.).

13. Dolinskaya L.M. Consent to medical intervention. Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika = Laws of Russia: experience, analysis, practice, 2015, no. 1, pp. 39-43. (In Russ.).

14. Kameneva Z.V General characteristics of subjects of medical activity. Advokat = Lawyer, 2016, no. 1, pp. 5-10. (In Russ.).

15. Brezgulevskaya L.K. The problem of consent to the conclusion of transactions in the light of the reform of civil legislation. Zakon = Law, 2014, no. 9, pp. 158-167. (In Russ.).

16. Chegovadze L.A. On the state of consent in the transaction. Yurist = Lawyer, 2015, no. 18, pp. 17-22. (In Russ.).

17. Chashkova S.Yu. The institution of consent to the transaction in the light of changes in civil law, textbook. Moscow, RPA of the Ministry of Justice of Russia Publ., 2014. 83 p. (In Russ.).

18. Mandryka E.A. Some problems of the implementation of the rights of minors in the provision of medical.

Meditsinskoe pravo: teoriya i praktika = Medical Law: theory and practice, 2015, no. 1, pp. 470-471. (In Russ.).

19. Vorobyova E.A. The legal nature of the consent of the antimonopoly authority to the transaction by a legal entity. Zhurnal rossiiskogo prava = Journal of Russian Law, 2009, no. 7, p. 131-136. (In Russ.).

20. Braginsky M.I., Vitryansky VV. Contract law. Moscow, Statut Publ., 2011. Book 1: General provisions. 850 p. (In Russ.).

21. Grimm D.D. Fundamentals of the theory of legal transaction in the modern German doctrine ofpandection law. Prolegomena to the general theory of civil law. Saint Petersburg, M.M. Stasyulevych Printing House, 1900. Vol. I. 300 p. (In Russ.).

22. Agarkov M.M. Debt Transfer, in: Agarkov M.M. Selected works in civil law, in 2 volumes. Moscow, Statut Publ., 2002. Vol. II. 428 p. (In Russ.).

23. Dolinskaya V.V. Reforming civil law: general provisions on transactions, obligations and contracts, monograph. Moscow, Prospekt Publ., 2017. 220 p. (In Russ.).

24. Ayusheeva I.Z., Bogdanova I.S., Boltanova E.S., et al.; Dolinskaya V.V. (ed.). Reforming of civil legislation: general provisions on transactions, obligations and contracts, monograph. Moscow, Prospekt Publ., 2018. 192 p. (In Russ.).

25. Agarkov M.M. The concept of the transaction on the Soviet civil law. Sovetskoe gosudarstvo i pravo = Soviet state and law, 1946, no. 3, pp. 41-45. (In Russ.).

26. Krasavchikov O.A. Legal facts in Soviet civil law. Moscow, Gosyurizdat Publ., 1958. 182 p. (In Russ.).

27. Tuzov D.O. The theory of invalidity of transactions: the experience of Russian law in the context of the European legal tradition. Moscow, Statut Publ., 2007. 602 p. (In Russ.).

About the author

Boyarinova Vladislava - Ph.D. applicant, Assistant at the Department of Civil Law

Novosibirsk State University

Postal address: 2, Pirogova ul., Novosibirsk, 630090, Russia

E-mail: v.boyarinova@inbox.ru

Article info

Received - July 8, 2019 Accepted - October 15, 2019

For citation

Boyarinova V.I. Legal Nature of Informed Voluntary Consent for Medical Intervention. Vestnik Omskogo universiteta. Seriya "Pravo" = Herald of Omsk University. Series "Law", 2019, vol. 16, no. 4, pp. 115-124. DOI: 10.24147/ 1990-5173.2019.16(4).115-124. (In Russ.).