Социально-правовая обусловленность доведения до самоубийства

УДК 343.614

СОЦИАЛЬНО-ПРАВОВАЯ ОБУСЛОВЛЕННОСТЬ ДОВЕДЕНИЯ ДО САМОУБИЙСТВА

© Андрей Анатольевич Цыркалюк

Тамбовский государственный университет им. Г.Р. Державина, г. Тамбов, Россия, соискатель кафедры уголовного права и процесса, e-mail: duhat@rambler.ru

В статье анализируются принципы криминализации общественно опасного деяния, предусмотренного ст. 110 УК РФ.

Ключевые слова: криминализация; принципы криминализации; доведение до самоубийства; самоубийство.

Для рассмотрения вопроса о социальноправовой обусловленности выделения преступления, предусмотренного ст. 110 УК РФ, общественной опасности этого преступления, несомненный интерес представляет изучение криминализации и декриминализации деяний.

Анализ позиций ученых об основаниях и принципах криминализации позволяет выделить три наиболее часто встречающиеся в юридической литературе: достаточная общественная опасность, распространенность деяния, соразмерность положительных и отрицательных последствий криминализации [1-6].

Рассмотрим каждый из них применительно к общественно опасному деянию, предусмотренному ст. 110 УК РФ.

Принцип достаточной общественной опасности. Принцип достаточной общественной опасности состоит в том, что криминализируемое деяние должно причинять значительный ущерб правоохраняемым интересам, быть вредоносным для общества настолько, что требует применения самих строгих мер государственного принуждения.

«Лишь то деяние может быть правомерно криминализировано, общественная опасность которого достаточно (с точки зрения уголовного права) высока» [7].

Согласно господствующей в научной среде позиции общественная опасность выражается во всех элементах состава преступления, хотя ее содержанием в первую очередь охватывается причинение существенного вреда общественным интересам или опасность причинения такого вреда [8].

Обязательным элементом состава преступления, предусмотренного ст. 110 УК РФ,

является последствие в виде самоубийства или покушение на него.

Самоубийство (от лат. 8Ш - себя, caedere -убивать) - умышленное лишение себя жизни [9].

Исторически отношение к самоубийству менялось неоднократно и самым тесным образом было связано с тем, как то или иное социокультурное сообщество воспринимало понятие смерти. Это и определяло различия в отношении к акту суицида государства, юристов, священнослужителей, философов, медиков и простых людей.

Определение суицида сформулировано Эмилем Дюркгеймом сто лет тому назад: «Самоубийством называется всякий смертный случай, являющийся непосредственным или опосредованным результатом положительного или отрицательного поступка, совершенного самим пострадавшим, если этот пострадавший знал об ожидавших его результатах» [10].

Более лаконично ту же дефиницию излагает современный суицидолог Морис Фар-бер: «Самоубийство - это сознательное, намеренное и быстрое лишение себя жизни» [11].

В российском уголовном законодательстве отсутствует определение понятия «самоубийство», не содержится также запрета на самоубийство как таковое, в связи с чем, несмотря даже на то, что это деяние в большинстве стран рассматривается как социально негативное явление, и самоубийство, и покушение на него в контексте изменения взгляда на юридическую природу самоубийства уже не считаются преступлением [12].

Причину этого, оценивая акт самоубийства с правовой точки зрения, объяснил еще

Ч. Беккария, который писал: «Самоубийство

является преступлением, по которому, казалось бы, не может применяться наказание в собственном смысле, потому что оно поражает или невиновных, или холодное бесчувственное тело» [13].

Более упрощенный подход к суициду определял его соотечественник Э. Ферри, который «уголовно-правовое осуждение самоубийства называл пережитком» [14].

Ж.П. Марат расценивал наказание самоубийц как «акт ужасной тирании» [15], возможность предотвращения самоубийств связывал с благотворительностью государства.

Известный русский криминалист И.Я. Фойницкий утверждал, что «уголовно наказуемым может быть только лишение жизни другого лица, ибо в заповеди «не убий» речь идет не о самоубийстве» [16].

Против идеи наказуемости самоубийства выступали и другие теоретики уголовного права. В частности, В.Д. Набоков называл наказуемость самоубийства юридическим абсурдом [17].

Таким образом, с объективной стороны самоубийство - деяние, при котором субъект собственноручно лишает себя жизни. Преступление, предусмотренное ст. 110 УК РФ, представляет значительную общественную опасность по причине того, что оно посягает на безопасность жизни другого человека, характеризуется исключительной безнравственностью, тяжестью последствий, причиненных в совокупности с преступлениями против общественной нравственности [18], коварством, циничным отношением к достоинству и душевному состоянию другого человека.

Принцип распространенности деяния. Принцип распространенности деяний подчеркивает необходимость учета при криминализации общественно опасного деяния его множественного характера. «Возможная повторяемость - необходимое свойство деяния, отнесенного законом к числу преступлений», -отмечал Г.А. Злобин. В противном случае уголовное законодательство окажется трудно применимым на практике.

Криминализации должны подлежать только относительно распространенные в обществе отклоняющиеся от нормы общественно опасные деяния. В настоящее время в России доведение до самоубийства не является самым распространенным преступлени-

ем, по уровню занимая предпоследнее место среди преступлений против жизни. Так, по ст. 110 Уголовного кодекса РФ в 2004 г. было зарегистрировано 155 преступлений, в 2005 г. - 175, в 2006 г. - 153, в 2007 г. - 113, в 2008 г. - 92, в 2009 г. - 811.

Криминологи не без достаточных оснований утверждают, что доведение до самоубийства носит латентный характер [19].

Одна из причин латентности анализируемого вида преступных посягательств обусловлена юридико-техническим несовершенством ст. 110 УК РФ. Диспозиция этой уголовно-правовой нормы сформулирована так, что не позволяет четко отделить виновные действия лица, доведшие до самоубийства потерпевшего, от иных его действий, которые не могут быть квалифицированы как преступные. Результаты проведенного исследования свидетельствуют, что в настоящее время количество самоубийств не имеет тенденции к уменьшению.

Другая причина состоит в сложности и неоднозначности ответа на вопросы, является ли самоубийство криминальным и разграничения доведения до самоубийства и убийства.

После проведения судебно-медицинского исследования эксперт заполняет свидетельство о смерти, в котором он обязан, в числе прочего, указать род смерти.

Проблема заключается в том, что определять характер смерти - исключительная компетенция следственных органов на основании проверки, длящейся, как правило, до десяти суток. В случае же установления достаточных данных, указывающих на признаки преступления, в т. ч. убийства, возбуждается уголовное дело. В большинстве случаев после проведения судебно-медицинского исследования, обычно на третьи сутки после обнаружения трупа, и до принятия решения следственными органами эксперт указывает в свидетельстве о смерти, что род смерти не установлен [20].

Даже в случае насильственной смерти эксперту достаточно сложно, а в некоторых случаях невозможно установить, в результате убийства или самоубийства она произошла. В ряде же случаев эксперт, руководству-

1 На основании формы государственного статистического наблюдения «Единый отчет о преступности» (Форма 1-Г) за 2004-2009 г. По данным ГИАЦ МВД России.

ясь внутренним убеждением, делает вывод о самоубийстве.

Именно эти выводы и попадают в статистические данные о количестве самоубийств, совершенных на территории России, а следовательно, будет правильным считать, что реальное число самоубийств значительно выше. Выход из такого «статистического тупика» видится в подсчете числа самоубийств не по результатам судебно-медицинского исследования трупа, а по результатам проверки, проведенной следственными органами и окончившейся принятием решения об отказе в возбуждении уголовного дела либо о его возбуждении по ст. 110 УК.

Несмотря на небольшое количество преступлений, регистрируемых по ст. 110 УК, в общей массе преступлений против личности (менее процента), этот состав востребован и его применение на практике не является чем-то исключительным.

Несомненно, что законодатель, основываясь на имеющемся распространении доведения до самоубийства и возможном дальнейшем росте, счел целесообразным выделить их, предусмотрев в ст. 110 УК РФ.

Принцип соразмерности положительных и отрицательных последствий криминализации. Возможность позитивного воздействия уголовно-правовой нормы на общественно опасное поведение предполагает обязательный учет того, поможет ли уголовноправовой запрет сдержать это поведение.

Критерием для решения этого вопроса -о возможности позитивного воздействия нормы на преступное поведение - является учет того, не превратилось ли девиантное поведение в силу массовости своих проявлений в некую социальную норму.

Преобладание позитивных последствий в криминализации имеет первостепенное значение для закрепления уголовной ответственности за преступления против жизни, в частности доведения до самоубийства.

В современном цивилизованном обществе человеческая жизнь интерпретируется как высшая социальная ценность, охраняемая правом. Это положение закрепляется, в частности, в ст. 3 Всеобщей декларации прав человека, где констатируется, что «каждый человек имеет право на жизнь» [21].

Вместе с тем содержание этого ставшего уже аксиоматичным положения сегодня да-

леко неоднозначно интерпретируется в контексте различных национальных правовых традиций, в основу каждой из которых заложена своя особая исторически сложившаяся система ценностей. Но следует также констатировать и то, что существует нечто ценно-стно-обобщающее, универсальное, придающее общечеловеческий, общезначимый характер этому положению. «Поэтому юридическая наука должна быть готовой применить ценностный взгляд на жизнь как на высшее социальное благо. Поскольку право -неотъемлемая часть процессов, протекающих в обществе, оно должно охватывать своим регулирующим воздействием разворачивающиеся и реализующиеся действия человека, его цели и интересы. Следовательно, одной из точек отсчета в правовой системе координат должно стать право на жизнь как явление, формализующее жизнь человека. Поэтому право на жизнь из узкоправового трансформировалось в социальное благо, международный стандарт оценки качества жизни людей» [22].

Современные конституционные акты, принятые на постсоветском пространстве (конституции государств-членов СНГ), совершенно конкретно закрепляют положения, связанные с признанием и обеспечением права на жизнь как высшей социальной ценности. В частности, в ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации указывается, что «каждый имеет право на жизнь».

В этой связи выделение преступления, предусмотренного ст. 110 УК РФ, в уголовном законе соответствует принципу соразмерности положительных и отрицательных последствий криминализации.

1. Курс российского уголовного права. Общая часть / под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. М., 2001. С. 22.

2. Наумов А.В. Российское уголовное право. Курс лекций: в 2 т. Т. 1: Общая часть. М., 2004. С. 162.

3. Антонов А.Д. Теоретические основы криминализации и декриминализации: автореф. дис. ... канд. юр. наук. М., 2001. С. 17.

4. Недотко Ю.В. Тенденции российской уголовно-правовой политики постсоветского периода: автореф. дис. ... канд. юр. наук. Челябинск, 2005. С. 9.

5. Лопашенко Н.А. Уголовная политика. М., 2009. С. 119-120.

6. Хутов К.М. Преступный монополизм: уголовно-политическое и криминологическое исследование / под ред. Н.А. Лопашенко. М., 2007. С. 85.

7. Злобин Г.А. Основания уголовно-правового запрета (криминализация и декриминализация). М., 1982. С. 216.

8. Рагозина И.Г. Уклонение от уплаты налогов и сборов: усиление ответственности // Уголовный процесс. 2005. № 8.

9. Преступление и наказание от «А» до «Я» (словарь) / под общ. ред. Д.В. Сочивко. М., 2009. С. 313.

10. Мысли великих людей: в 3 т. Екатеринбург, 2000. Т. 1. С. 79.

11. Чхартишвили Г. Писатель и самоубийство. М., 2001. С. 54.

12. Капинус О. С. Законодательные подходы к ответственности за самоубийство и смежные с ним деяния в России и за рубежом // Капи-нус О.С. Современное уголовное право в России и за рубежом: некоторые проблемы ответственности: сборник статей. М., 2008. С. 263-274.

13. Беккария Ч. О преступлениях и наказаниях. М., 1939. С. 264, 354-355.

14. Ferri E. Sociologie. М., 2001. С. 340.

15. Марат Ж.П. План уголовного законодательства. М., 1951. С. 77.

16. Фойницкий И.Я. Курс уголовного права. Часть Особенная. СПб., 1890. С. 11.

17. Набоков В.Д. Элементарный учебник Особенной части русского уголовного права. Спб., 1903. Вып. 1. С. 14.

18. Осокин Р. Проблемы квалификации деяний против нравственности в сфере сексуальных отношений // Уголовное право. 2006. № 2. С. 59-63.

19. Латентная преступность в Российской Федерации: 2001-2006: Науч. издание / под ред. С.М. Иншакова. М., 2007. С. 78.

20. Калинин А. Обусловленность уголовной ответственности за доведение до самоубийства // Законность. 2007. № 5.

21. Всеобщая декларация прав человека (принята на третьей сессии Генеральной Ассамблеи ООН Резолюцией 217 А (111) от 10.12.1948). Доступ из справ.-правовой системы «Гарант».

22. Тюменева Н.В. Право на жизнь как объект теоретико-правового исследования: дис. ... канд. юр. наук. Саратов, 2008. С. 10-11.

Поступила в редакцию 8.12.2010 г.

UDC 343.614

SOCIAL AND LEGAL CAUSALITY OF INCITEMENT TO SUICIDE

Andrey Anatolyevich Tsyrkalyuk, Tambov State University named after G.R. Derzhavin, Tambov, Russia, Competitor of Criminal Law and Process Department, e-mail: duhat@rambler.ru

The article analyzes the principles of criminalization of socially dangerous activity provided in the clause 110 CC of RF. Key words: criminalization; principles of criminalization; incitement to suicide; suicide.