Ввоз тронулся

В непризнанную Нагорно-Карабахскую республику (НКР) начала поступать гуманитарная помощь: 12 сентября с территории Азербайджана туда въехал грузовик Российского Красного Креста с 15 тоннами груза. Теперь ожидается открытие азербайджанской стороной Лачинского коридора. С одной стороны, это признак разрядки. С другой, Армения заявляет об опасной концентрации азербайджанских войск и техники у своих границ и в районе Карабаха. Показательно, что эту проблему Ереван на высоком уровне обсуждает с кем угодно, но не с Россией.

Команда Российского Красного Креста выдает гуманитарную помощь жителям Нагорного Карабаха

Фото: @redcross_ru

Перетягивание коридора

Ситуация вокруг неподконтрольной Азербайджану части Карабаха 12 сентября изменилась: в Степанакерт (азербайджанское название — Ханкенди) прибыл грузовик с 15 тоннами гуманитарной помощи, направленной Российским Красным Крестом.

Снабжение региона, напомним, было затруднено после того, как в декабре 2022 года азербайджанские активисты заблокировали Лачинскую дорогу — единственный транспортный коридор, связывающий Карабах с Арменией. Весной этого года власти Азербайджана установили в Лачине КПП, и дорога оказалась закрыта. Ереван и Степанакерт обвинили азербайджанскую сторону в блокаде.

Несмотря на призывы международных игроков (в частности, США и стран ЕС) Баку на уступки не шел и настаивал на том, что Карабах может свободно снабжаться по так называемой агдамской дороге. Дело в том, что Азербайджан считает вопрос Карабаха решенным, особенно после того, как территориальную целостность соседа и принадлежность Карабаха Азербайджану признал Ереван. Следуя этой логике, решение проблем региона (включая логистику и вопросы снабжения) является внутренним делом Баку.

С этим, однако, не был согласен Степанакерт. Власти непризнанной НКР заявляли, что не намерены пользоваться маршрутами, альтернативными Лачину. Москва в какой-то момент на переговорах предложила сторонам вариант, при котором сначала открывается агдамская дорога, а ровно через сутки начинает работать и Лачинский коридор. Этот сценарий, судя по всему, и начал реализовываться.

Российский груз был доставлен в Степанакерт, а Баку сообщил о согласовании посредством Международного Комитета Красного Креста (МККК) одновременного использования агдамской и лачинской дорог.

«Как известно, сегодня совместно с Азербайджанским обществом Красного Полумесяца был обеспечен проезд грузового автомобиля Российского общества Красного Креста через дорогу Агдам—Ханкенди в Ханкенди. Тот факт, что груз был доставлен именно по дороге Агдам—Ханкенди, несмотря на провокации самопровозглашенного режима Армении в Карабахском регионе Азербайджана, мы расцениваем как позитивный шаг и важный сдвиг в направлении открытия этой дороги»,— заявил 12 сентября пресс-секретарь МИД Азербайджана Айхан Гаджизаде (цитата по агентству Trend).

Господин Гаджизаде добавил, что Баку «готов создать условия для перевозки грузов посредством МККК через пограничный пункт пропуска «Лачин» с соблюдением пограничных и таможенных процедур параллельно с использованием дороги Агдам—Ханкенди». Что это означает на практике, пока неясно.

Собеседник “Ъ” в российских госструктурах, знакомый с переговорной повесткой Москвы на азербайджанском и армянском направлениях, сказал, что российская сторона ожидает открытия Лачина в течение 24 часов после начала использования дороги Агдам—Ханкенди, как и оговаривалось ранее. По его словам, это было обещано азербайджанской стороной.

Старший аналитик International Crisis Group (ICG) по Южному Кавказу Олеся Вартанян комментирует новости о деблокировании Карабаха аккуратно. «То, что заехал грузовик, то, что это случилось,— положительное событие. Оно показывает, что какие-то договоренности можно реализовывать даже в столь напряженной ситуации. То, что грузовик заехал из Азербайджана, имеет меньшее значение, чем сам факт того, что это теперь возможно. Мы же видели, сколько недель и месяцев все посредники пытались сдвинуть ситуацию с мертвой точки и ничего не получалось. С какой стороны заехал груз — детали. Важно, чтобы дорога через Лачин начала работать. Чтобы было понимание, что люди держат слово и есть возможность избежать напряженности»,— отметила эксперт в беседе с “Ъ”.

В то же время, говорит госпожа Вартанян, нужно смотреть, как все будет работать: «Может быть, будут пропускать машины, но то, что они будут везти, не будет подлежать провозу. И тогда возникнет ситуация, когда дорога открыта, но везти по ней ничего нельзя. Надеюсь, это опасение не оправданно».

Трубки мира

Ситуация в Карабахе, о которой пока рано говорить как о разрешенной,— не единственная проблема, волнующая Ереван. Последние недели в новостях чуть ли не ежедневно сообщают о перестрелках на границе. Азербайджан обвиняет в провокациях Армению, Армения во всем винит Баку. Армянский премьер Никол Пашинян неоднократно говорил о концентрации Азербайджаном военной техники и войск у границ своей страны и в районе Карабаха.

Угроза эскалации уже привела к тому, что ЕС решил увеличить число патрулей миссии своих наблюдателей в Армении.

Об этом изданию «Арменпресс» сообщил глава наблюдательной миссии Евросоюза Маркус Риттер. «Когда появились слухи и разговоры о скоплении азербайджанских сил, мы увеличили количество наших патрулей на этих участках границы»,— отметил господин Риттер. Он рассказал об открытии офиса наблюдательной миссии ЕС в Иджеване для осуществления патрулирования в Тавушской области, а также о планах открыть оперативную базу в Ехегнадзоре — в Вайоцдзорской области страны.

Никол Пашинян тем временем с прошлой недели обзванивает руководителей разных стран. Судя по сообщениям на сайте премьера Армении, 9 сентября он буквально не выпускал из рук телефонную трубку. В этот день эскалацию в регионе он обсудил с президентом Франции Эмманюэлем Макроном, канцлером Германии Олафом Шольцем, президентом Ирана Эбрахимом Раиси, премьером Грузии Ираклием Гарибашвили и госсекретарем США Энтони Блинкеном.

11 сентября Никол Пашинян позвонил президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану. «Собеседники коснулись отношений между Арменией и Турцией и региональных вопросов. В ходе беседы лидеры двух государств подчеркнули, что достижение долгосрочного мира и стабильности в регионе будет способствовать развитию и процветанию всех стран региона»,— коротко проинформировал о беседе сайт армянского премьера.

Отсутствие в списке собеседников Никола Пашиняна российского лидера Владимира Путина не заметить было невозможно. Господин Пашинян в интервью Общественному телевидению Армении объяснил это тем, что с декабря прошлого года, когда ситуация в Лачинском коридоре обострилась, у него было более десятка бесед с президентом России. «В этом плане, к сожалению, с момента нашего разговора ситуация не изменилась, чтобы возникла необходимость в новом разговоре с президентом России. При необходимости эти телефонные разговоры могут состояться»,— отметил Никол Пашинян.

Владимир Путин, участвовавший 12 сентября в пленарной сессии Восточного экономического форума (ВЭФ), также прокомментировал контакты с армянским премьером: «Он прислал мне развернутое письмо. Мы с ним в контакте. Здесь никаких проблем у нас с Арменией нет, и с премьер-министром Пашиняном никаких проблем нет, мы с ним в постоянном контакте».

В целом же, касаясь отношений с Арменией, чей премьер недавно заявил, что зависимость только от России в вопросах безопасности была стратегической ошибкой Еревана, господин Путин заверил: он «не думает, что есть какой-то разворот». «Мы видим и понимаем, что происходит»,— отметил российский президент, выступая на ВЭФ.

Ереван — место для дискуссий

Эксперты в Армении ситуацию вокруг страны и в ее отношениях с Россией видят и комментируют иначе. На состоявшемся 12 сентября в Ереване круглом столе, организованном Аналитическим центром стратегических исследований и инициатив, эксперты описывали реальность пессимистично. «Сейчас два тренда: первый — сокращение и сворачивание отношений с Россией, и второй — усиление евроатлантической компоненты в нашей региональной архитектуре безопасности»,— считает научный руководитель Армянского фонда исследований Сергей Мелконян.

«Мы видим продолжение скопления (азербайджанской.— “Ъ”) техники, сил и средств. Видим попытки Ирана по недопущению военного сценария развития ситуации на Южном Кавказе. Видим попытку Армении диверсифицировать свои контакты и попытаться решить вопрос без апелляции к Москве. Если вспомним список лиц, с которыми связывался армянский премьер, то российских коллег там нет, но там есть турецкий коллега. То есть армянская сторона продолжает реализовывать тот курс, который был заявлен: что зависимость от России была стратегической ошибкой и вопросы в регионе должны быть урегулированы на основе диалога с соседями, а не с какими-то внешними силами. Реализацию этого процесса мы видим»,— говорит эксперт.

Что касается России, то, по его словам, Москва пытается решать свои задачи «за счет уступок слабой стороны», то есть Армении. Открытие агдамской дороги он называет как раз такой уступкой. Это, уверен господин Мелконян, может работать в краткосрочной перспективе, но в долгосрочной может привести к развалу всей архитектуры безопасности. А новая архитектура, по его словам, «будет сформирована без участия России, но с участием Турции, Запада и отчасти Ирана».

Политолог Грант Микаэлян высказался еще жестче. Он уверен, что у России нет политики на Южном Кавказе. «Когда мы слышим, что Россия будет действовать исходя из того, как договорятся Армения и Азербайджан,— это эксплицитное выражение того, что у России нет политики и нет планов строить политику на Южном Кавказе. Да, Россия хеджирует риски, уменьшает риск войны с Турцией. Но долгосрочная политика Турции не меняется, она направлена на выдавливание России из этого региона»,— уверен аналитик.

Грант Микаэлян считает, что никакого мирного процесса в регионе нет: «Мира больше не стало, и, даже если будет подписан мирный договор, мира не будет. Идет процесс военно-дипломатического добивания Армении. Вопрос только в том, кто будет брокером ее будущей капитуляции. Россия считает, что она должна им быть, Запад считает, что он. В конечном счете в этом процессе Армения является стороной, которая теряет и будет терять».

Участвовавший в дискуссии директор Института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук Федор Войтоловский выглядел единственным оптимистом. Он отметил, что из региона никуда не делась 102-я военная база РФ в Гюмри, российские пограничники продолжают патрулирование и дежурство вместе с армянскими коллегами, а товарооборот между Арменией и Россией в прошлом году составил $5 млрд, а по итогам нынешнего может превысить $7 млрд.

«Россия крайне заинтересована в сохранении мира и стабильности в регионе и обладает рычагами влияния на обе стороны: на Армению и на Азербайджан. Если бы не влияние России, ситуация была бы гораздо более тяжелой. И Арцах (армянское название Карабаха.— “Ъ”) как автономная структура, непризнанное государство уже перестал бы существовать, если бы не вмешательство России во время 44-дневной войны и не воздействие, которое Россия оказала на азербайджанскую сторону, остановив движение войск политическими и дипломатическими средствами»,— отметил господин Войтоловский.

Признав, что Россия рискует утратить влияние в регионе, он заключил: «Я очень надеюсь на активную позицию и действия руководства нашей страны. Более того, считаю, что мы их скоро увидим. Думаю, что будут говорить о том, что возрождение российского влияния происходит в Закавказье».

«Специальная военная операция на Украине и те военные, военно-экономические издержки и существенная политическая фокусировка внимания на решении задач СВО несколько ограничивают пространство для маневра России, но это не нужно преувеличивать. Силовых инструментов, политических и дипломатических у России более чем достаточно»,— уверен Федор Войтоловский.