Структурно-семантические типы фразеологизмов-компаративов во «Фразеологическом словаре русских говоров на территории Республики Мордовия»

THE DIALECT PHRASEOLOGY IN ETHNOLINGUISTIC ASPECT

N. A. Lihanova

The article is devoted to ethnolinguistic comprehension of a dialect phraseological material which characterizes regional language culture of Eastern Transbaikalia.

Key words: ethnolinguistics, ethnolinguistic sources, dialect dictionaries, dialect phraseology, ethnolinguistic analysis

© 2014

Т. И. Мочалова, Э. Н. Акимова

СТРУКТУРНО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ ТИПЫ ФРАЗЕОЛОГИЗМОВ-КОМПАРАТИВОВ ВО «ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКОМ СЛОВАРЕ РУССКИХ ГОВОРОВ НА ТЕРРИТОРИИ

РЕСПУБЛИКИ МОРДОВИЯ»

В статье анализируются семантические типы, выявляются структурные особенности компаративных фразеологических единиц, функционирующих в русских говорах на территории Республики Мордовия. В диалектной среде объектом сравнения обычно становится человек и окружающий его мир живой и неживой природы.

Ключевые слова: диалект, фразеология, компаратив, семантика, структура, номинация, картина мира

Сравнение — древнейшая мыслительная операция, характеризующая умственную деятельность человека. Она уходит своими корнями в мифологичность сознания, обладает высоким когнитивным и креативным потенциалом, будучи своеобразной фотографией образа мышления, а потому — одним из ведущих объектов для получения информации о национальной языковой картине мира. Это особенно ярко проявляется в диалектной фразеологии, отражающей своеобразный, этнически детерминированный способ постижения действительности.

Диалектные фразеологизмы с компаративным значением изучались на материале различных групп русских говоров1. Цель данной статьи — проанализировать структурно-семантические типы фразеологизмов-компаративов, функционирующих в русских говорах Мордовии. Во «Фразеологическом словаре русских говоров на территории Республики Мордовия»2 зафиксировано более 250 фразеосочетаний-компаративов, касающихся всех сфер жизни человека, его внешнего облика и внутреннего мира, поведения, действий, качеств и т.д.

Большую группу (37 единиц) составляют компаративные фразеологические единицы (ФЕ), построенные на основе антропоморфного сравнения. В составе таких фразеосочетаний присутствуют имена собственные, утратившие индивидуальное значение и называющие человека по каким-то типичным чертам характера, чаще негативным.

Незначительно в говорах число фразем, включающих в свой состав женские имена. Доминантным в оценке женщины становится её внешний вид: как акуля (акулька) одеться, повязаться, собраться и т.п. — 'некрасиво, неряшливо'. Наиболее частотными в исследуемых говорах оказались устойчивые сравнения с мужскими именами Вавила, Иван, Миша и др. Имя Иван в его обиходно-разговорном варианте Ванька употребляется для номинации пустого, легкомысленного человека: как ванька ветров. Но если Иван — это фрагмент общеязыковой русской картины мира, то антропоним Миша Пуёткин, о чём свидетельствует и тип фамилии, принадлежит к картине мира диалектоносителя русских говоров Мордовии: он обозначает умственно ограниченного человека.

В крестьянской среде ценились выносливость, физическое здоровье мужчины, что связано с его обязанностью трудиться, обеспечивать семью, продолжать род: как вавила варнаков — 'о физически крепком человеке', полтора ивана — 'о человеке очень высокого роста'. Имя Ермошка — уменьшительная форма канонического мужского имени Ермолай — зафиксировано в составе оборота как на ермошке, употребляющегося для оценки некрасиво сидящей на человеке одежды. В анном случае утрачивается гендерная маркированность, а на первый план выступает негативная характеристика внешнего вида человека: Нъ тибе этът кастюм как нъ ярмошки (Лаврентьево, Темниковский район).

ФЕ могут строиться на основе уподобления человеку по роду занятий (как мельник — 'пыльный, грязный (о человеке)', как стогометатель — 'очень высокий человек, верзила'), характерных особенностей поведения (как баба рязанская — 'громко кричать, браниться'), возраста и образа жизни (как малое дитя жить — 'жить без забот, без хлопот'), внешности (как однобрюшки — 'очень похожие друг на друга').

В исследуемых говорах многочисленны фразеосочетания (30 единиц), которые на основе зооморфного сравнения ярко, образно передают информацию о человеке и окружающем его мире, дают оценку качествам и поступкам, не соответствующим морально-нравственным устоям территориально замкнутого социума. Закреплённые за словом-зоонимом значение и оценочно-когнитивная информация транспонируются на человека: конь олицетворяет движение, быстроту (как конь загнан-

Мочалова Татьяна Ивановна — кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка Мордовского государственного университета им. Н. П. Огарёва. Е-шаП: siiuris@rambier.ru

Акимова Эльвира Николаевна — доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка Мордовского государственного университета им. Н. П. Огарёва. Е-таП: akimovaen@maii.ru

1 Борисова 1973, 15-26; Гаврин 1973, 63-77; Прокошева 1974, 103-111; Бакланова 2011а, 27-31; 2011 б, 238-247 и др.

2 Семенкова 2007.

182

МОЧАЛОВА, АКИМОВА

ный), лошадь — силу, выносливость, способность выполнять тяжёлую работу (как ломовая лошадь) и в то же время неуравновешенность (как лошадь встрёпанная). Овца в народном представлении отражает такие негативные качества человека, как бесцельное времяпрепровождение, слабоумие, болтливость, легкомыслие (как круговая овца, как овца колобродная, как овца шутоломная/кручёная), состояние крайнего беспокойства, испуга (как овца промеж волков). Уподобляется овце также тот, кто имеет много долгов или вызывает отвращение (как овца в репьях).

Противоположные коннотации приобретает в говорах зооним собака. С одной стороны, характеризуется бег человека — быстрый, как у собаки (на собачьих ногах). С другой стороны, человек может сравниться со злой собакой, грозным псом, и в сознании диалектоносителей создаётся образ жестокого, сердитого (как пёс цепной) или бессовестного, желающего захватить что-л. в большом количестве (рвать как собака) человека. Во фразеологических компаративах, содержащих сравнение с курицей, осуждается неряшливый внешний облик человека (как курица общипанная — 'с растрёпанными волосами', как мокрая курица — 'небрежно, неряшливо одетый'). Курица же, несущая яйца, в диалектной речи становится символом благополучия, достатка в крестьянской семье (как курка яичко снесла).

Менее продуктивна группа фразеосочетаний (11 единиц), которые через сопоставление с растениями обозначают физическое состояние человека (как огурец — 'бодрый энергичный'), его умственные способности (как пенёк с глазами — 'тупица, дурак'), социальное положение (как горькая осина — 'об одиноком, не имеющем семьи человеке'), особенности речевого поведения (как с дубу хлыстать — 'говорить зло, грубо'), образ жизни (какяблочко на блюдечке кататься — 'легко, беззаботно жить'). Посредством уподобления человека представителям флоры в диалектном социуме оценивается и внешний облик человека: 'очень тонкий, худой' — как былинка, как конопляник; 'полный, румяный' — как яблочко наливное.

Частотны в исследуемых говорах фразеологические сочетания (25 единиц), построенные на основе сравнения действий, свойств человека с явлениями природы. Так, в составе диалектных устойчивых сравнений зафиксированы элементы, называющие различные стихии (вода, ветер, воздух, огонь, жар и др.), изменения в атмосфере (дождь, лёд, гром и др.). В диалектной фразеологии подчёркиваются такие свойства огня, проецируемые на человека, как неукротимость, мощь, быстрота распространения (как огнём ожечь), панический страх человека перед этой огненной стихией (как (хуже) плящего (плещего, тлящего) огня бояться). С огнём сравнивается вспыльчивый, раздражительный человек (как огонь), действию неконтролируемой стихии уподобляется жгучая боль (как огнём палить). Свет в сознании диалектоносителей ассоциируется с лёгкостью, добром, изменениями к лучшему: как милый свет — 'тихий, скромный, незаметный (о человеке)', как милый свет стать — 'измениться в лучшую сторону', как милый свет увидать — 'почувствовать облегчение, избавиться от какого-л. недуга'.

Что-л. трудное, тяжело дающееся или сложно исправимое ассоциируется в народном представлении с горячим камнем (как горячий камень — 'трудно, тяжело'), тиной (как в тине потонуть — 'оказаться в трудных условиях', как из тины лезть — 'быть тщедушным, медленно расти'), крутой горой (как крута гора — 'очень трудно, тяжело'). Типичные признаки воздушных масс (лёгкость, мягкость, безграничность) послужили основанием для образной характеристики людей и предметов: как в воздух взлететь — 'бесследно исчезнуть', как на воздусяхлететь — 'идти быстро, легко, едва касаясь земли', как на воздухе — 'мягкий, пышный (о хлебе)'. Небесные светила (солнце, месяц), природные стихии символизируют в народном сознании быстроту, неожиданность, кратковременность репрезентируемого события: как ураган проволок — 'прошло, пролетело быстро, незаметно (о времени)', как красно солнышко — 'неожиданно, внезапно', как ясный месяц — 'о ком-л. появляющемся где-л. ненадолго'. В некоторых случаях через сравнение номинируются количество и качество предметов (как грязи — 'очень много', как гуща — 'мокрый') или характерное действие (как жар гореть — 'блестеть, сверкать').

Многочисленна группа фразеологических устойчивых сравнений (31 единица), включающих наименования предметов материальной культуры: частей крестьянского дома и надворных построек; различных приспособлений, орудий, которые используются в трудовой и хозяйственной деятельности. В составе компаративных единиц подобные наименования могут утрачивать прямое конкретное значение и наделяться символическим смыслом: борона связана с негативной оценкой неправильной речи (как борона (борону) боронить); веретено символизирует легкомыслие, непостоянство (как кривое веретено); жёрнов, метла — неразборчивость в еде (как метлой мести, молоть как жёрнов); мялка — состояние сильной усталости, слабости (как в мялку пропустили). Посредством сравнения с предметом в говорах может оцениваться внешний вид человека, его физические особенности, характер: как скалка — 'о худой, тощей женщине', как стена — 'о глухом человеке', как столб воротный — 'о высоком, сильном человеке', как мельница — 'о болтливом человеке, пустомеле'.

Религиозные и мифологические воззрения сельских жителей также отразились в компаративной фразеологии. Представления о тёмных силах, аде вербализуются во фразеосочетаниях, характеризующих состояние постоянных забот, хлопот (как в смоле кипеть, как чёрт в колесе [вертеться]), что-л., случившееся независимо от чьего-л. желания (как чёрт пособил), грязное, неубранное пространство (как во гноище), злое, сердитое поведение (как анчутка; ср.: анчутка в 1-м знач. — 'чёрт, бес, дьявол'). Лишь единичное компаративное образование как барыня в раю ассоциируется в говорах с раем, божественным началом и употребляется для обозначения жизни в полном достатке.

Особую группу составляют ФЕ, формирование семантики которых затемнено, поскольку в их составе употребляются собственно лексические диалектизмы. В отдельных случаях восстановить объект, взятый в процессе номинации за основу сравнения, позволяет лексический корпус. Так, например, о быстром, подвижном ребёнке говорят как вьюрок, сравнивая его с постоянно вращающимся предметом: в русских говорах Мордовии вьюрок — деревянное приспособление для наматывания ниток на вьюшку или вертящийся в виде планки запор у двери. Компаративное фразеосочетание как на ялане — 'на невозделанном, необжитом участке земли' соотносится с лексемой елань, обозначающей ровное открытое пространство, поляну. Как семантически немотивированные воспринимаются ФЕ как ошляй — 'подавленный чем-л., удручённый', как клица — 'о чёрством хлебе', как ваха — 'о неуклюжем, неповоротливом человеке' и др., поскольку в частной диалектной системе утратились слова ошляй, клица, ваха, способные восстановить ассоциативную связь характеризуемых предметов или лиц с объектом сравнения.

С точки зрения структуры фразеологизмы-компаративы представляют собой сочетание сравнительного союза как со словами разных частей речи. Употребление других союзов в говорах Мордовии встречается крайне редко: зафиксирован союз словно в составе оборота словно лихой взглянул — 'у кого-л. начались беды, несчастья', вариативный характер име-

ет употребление союза будто во фразеологизме будто (как) хмылом взяло. По формальному признаку рассматриваемые единицы представляют собой сочетание слов (как головёшка, как всё равно, как невитое сено, как горячий камень и др.) и предложение (как курочка яичко снесла, как бабка отворожила и др.). Реже сравнение выражается посредством существительного в форме тв. п.: вьюном вить — 'быть ловким, проворным'. Компаративные ФЕ строятся по традиционным для общенародного языка моделям.

ФЕ субстантивного типа: союз как + существительное (как коляда, как копейка, как лепёшка, как мухи, как мельница, как бредень и др.). При этом существительное может распространяться согласованным определением, выраженным прилагательным: как баба рязанская, как горячий камень, как крутая гора и т.д. Чаще атрибутивный распространитель находится в препозиции по отношению к определяемому слову, но возможно и постпозиционное его употребление (ср.: как горькая осина — как куля рогожная). Поскольку существительные в составе компаративных фразеосочетаний имеют оценочное атрибутивное значение, союз как может опускаться: (как) кривое веретено, (как) круговая овца, (как) куча навозная и т.п. Союз как может сочетаться с предложно-падежной формой существительного, обладающего обстоятельственным значением: как на воздухе, как в нужнике, как во гноище и др. Встречаются в исследуемых говорах соединения союза как с существительным в именительном падеже с зависимым от него существительным в косвенном падеже.

ФЕ адъективного типа строятся по модели: союз как + прилагательное, в том числе отглагольное (как косяшный, как оглашенный, как оплёванный, как опоённый, как налитой и т. п.).

ФЕ процессуального типа разнообразны по своему компонентному составу. Единичны сочетания союза как непосредственно с глаголом: как обнять, как украсть, как стрельнёт и др. В диалектной среде чаще встречаются обороты, имеющие приглагольные распространители и строящиеся следующим образом: 1) как + существительное с предлогом или без него + глагол (как борона боронить, как в смоле кипеть, как варом сварило, как в мяльцы пропустили, как в прорубь кануть и др.); 2) глагол + союз как + существительное с зависимым прилагательным или без него (одевать как куклёнка, идёт как с маслом, жить как у праздника, гнуться как сдобный пряник и т.п.); 3) глагол + союз как + глагол (идёт как пишет).

Таким образом, «компаративность представляется не только как универсальный механизм познания мира, но и как результат обработки знаний: «для сравнения берутся различные предметы и явления, ассоциирующиеся в сознании автора с изображаемыми действиями, признаками, предметами и явлениями»3. Объектом сравнения становятся, как правило, человек и окружающий его мир живой и неживой природы.

ЛИТЕРАТУРА

Абрамова Г. И. 2004: Этносемантика фразеологических компаративных единиц как элемент национально-культурной специфики (на примере русского, казахского и английского языков): автореф. дис. ... канд. филол. наук. М.

Бакланова И. И. 2011а: Фразеологизмы-сравнения в пермских говорах // Вестник Пермск. ун-та. 4 (16), 27-31.

Бакланова И. И. 2011 б: Фразеологизмы-сравнения как источник изучения жизни народа (на материале пермских говоров) // Лексический атлас русских народных говоров (Материалы и исследования) / А. С. Герд (ред). СПб., 238-247.

Борисова А. Н. 1973: Фразеологический состав говора Соликамского района Пермской области // Вопросы фразеологии и лексики русского языка. Пермь, 15-26.

Гаврин С. Г. 1973: Компликативные модели компаративной фразеологии // Вопросы фразеологии и лексики русского языка. Пермь.

63-77.

Прокошева К Н. 1974: Структура устойчивых сравнительных оборотов в говорах Северного Прикамья // Вопросы лексики, фразеологии и синтаксиса. Пермь, 103-111.

Семенкова Р. В. 2007: Фразеологический словарь русских говоров Республики Мордовия. Саранск.

STRUCTURAL SEMANTIC TYPES OF PHRASEOLOGISMS-COMPARATIVES IN "PHRASEBOOK OF RUSSIAN

DIALECTS IN REPUBLIC OF MORDOVIA"

T. I. Mochalova, E. N. Akimovа

The article is devoted to the analysis of the semantic types, to reveal of the comparative structural features of phraseological units functioning in Russian dialects on the territory of Mordovia Republic. The article states that the object for comparison a man and the world of animate and inanimate nature surrounding him appears.

Key words: dialect, phraseology, comparative, semantics, structure, nomination, worldview

3 Абрамова 2004, 9-10.