Модно-климатический саммит

Модно-климатический саммит

Евгения Милова о светской жизни

На прошлой неделе светская жизнь была раздираема традиционной предновогодней суетой, которую остановит разве что введение комендантского часа, и то не наверняка, а также нововведением в виде BRICS+ Fashion Summit, в рамках которого прошло много разных мероприятий, в том числе дефиле на открытом воздухе по перекрытой Малой Бронной. Все эти инициативы были щедро посыпаны снегом, реагентами, снегом, реагентами, снегом…

Евгения Милова

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

С этим модным саммитом вообще интересно получилось. Там почти всем занимался Фонд моды Александра Шумского, но кое-что доверили небольшому ивент-продюсеру Артему Кривде. Например, открывающий показ российских дизайнеров в ГУМе и открытие их сборного шоурума там же. На сайте саммита все это значилось, но судя по тому, что выделенные места для зарубежных гостей заняли в итоге незарубежные, гостей из стран БРИКС никто не предупредил или предупредил слишком поздно. В дальнейшем также имела место некоторая сумятица. То на показ бренда Alena Akhmadullina в здании РГБ пропускали слишком неспешно, то к дефиле на Малой Бронной лучше всего готовы оказались сотрудники городских служб: во-первых, они эту Бронную вычистили как следует; во-вторых, они были одеты намного теплее, чем московские и иностранные модники, поэтому не спешили скорее укрыться в ресторанах и бутиках Патриарших, а смотрели до конца.

Конкретно эти два события проходили в рамках «Ночи московской моды», которая стартовала, как только стемнело, то есть в пять вечера. И по всему чувствовалось, что это такой импортозамещенный оммаж мероприятию, которое называлось Vogue Fashion Night Out. Его придумали в Нью-Йорке в 2008 году, чтобы хоть как-то поднять продажи люкса после мирового финансового кризиса: по главным бутикам ходила Анна Винтур и некоторые топ-модели со свитой, а вслед за ними и обычные покупатели. Все активно фотографировались, что-то примеряли, бренды выпускали лимитированные продукты. Далее идея распространилась по миру, FNO доходила и до Москвы. Ничего плохого, кроме хорошего, в этом нет. Только прежде это проходило в первых числах сентября, а не в последних ноября. И это даже по отношению к москвичам оказалось немилосердно, что уж говорить о гостях из Индии, Бразилии и других климатически приятных стран. Хотя им был оказан такой теплый прием, что глава Южноамериканской недели моды едва нашла свой паспорт перед отлетом. Но, безусловно, это такое масштабное и многогранное событие, что одной колонкой его не охватить.

Помимо саммита было еще немало любопытного. На выдающемся уровне продюсирования прошел вечер принадлежащего компании АЛРОСА бренда Posie. Тут были коктейль, экскурсия в музее, трансфер в Дом Смирнова, выставка драгоценных камней и, наконец, ужин от Владимира Мухина. Все это было не столько во славу бренда вообще, сколько в честь его высокой ювелирной коллекции, работа над которой длилась три года. Обычно высокое ювелирное искусство — это что-то очень пышное для чего-то очень торжественного. Но то, что показал Михаил Барышников, оказалось богатым иначе. Например, бриллиантовый наконечник стрелы в браслете, вдохновленном сказкой о Царевне-лягушке, был не просто с крупным, чистым, хорошо ограненным камнем. Нет, его огранили именно так, как это делали при неолите. И прежде чем получилось как надо, пришлось раскрошить не один большой алмаз. Позволить такое доверие ювелиру может и правда только алмазодобывающий гигант.

С похожей идеей к публике на прошлой неделе вышел и Александр Цыпкин. Впервые была вручена учрежденная им совместно с Александром Акоповым премия «За диалоги в кино». Тут вроде тоже предполагалось светски не ограненных сценаристов преподнести широкой публике в лучшем виде. «Мы сделаем из вас рок-звезд»,— пообещал господин Цыпкин в начале церемонии (вел он ее сам при минимальном соучастии Ольги Сутуловой). Но уже ближе к середине господин Цыпкин в смокинге выход очередного лауреата в толстовке и джинсах прокомментировал в том духе, что дресс-код они даже не пытались устанавливать, потому что знали, что все придут в своем. В перерывах между номинациями актеры читали отрывки из голливудских сценариев. Предположительно тех, на которых рос и формировался господин Цыпкин — и не он один. Тут были «Бешеные псы» и «Криминальное чтиво» Тарантино, «Семь психопатов» Макдоны, «Манхэттен» Вуди Аллена и другое важное кино. Сценаристы, которые поднимались на сцену, каждой своей речью и видом подтверждали, что успех и рок-н-ролл видят как-то иначе, нежели организатор церемонии. Особенно в этом преуспела победительница в номинации «Диалог с самим собой» Полина Глухова.

В завершение на сцену пригласили отборщика конкурса Егора Москвитина, который сказал, как ему приятно быть на премии для самых разных сценаристов: «Например, я — тот сценарист, который никак не может начать, а Цыпкин — тот, который никак не может закончить». Церемония и впрямь изрядно затянулась.

Фотогалерея

1 / 83