Союз популярного жанра

Юбилей эстрада

Иосиф Кобзон выступил в Государственном кремлевском дворце с программой "Я люблю тебя, жизнь" в рамках прощального турне, посвященного его 75-летию. БОРИС БАРАБАНОВ оценил шансы певца на очередное возвращение после очередного прощания.

Нет сомнений в том, что, как уже было после прощального турне 1997 года, Иосиф Кобзон вполне в состоянии по окончании нынешних юбилейных торжеств продолжить выступать, причем не только в качестве "свадебного генерала" на праздниках у многочисленных друзей, но и с сольными концертами.

Мало кто может собрать в партере такое общество, что одно рассматривание гостей в бинокль может стать для галерки отдельным шоу-аттракционом: "Смотри, Градский сел с Табаковым!" — "Смотри, Рошаль, Пахмутова, Моисеев, Церетели!" — "А вон Швыдкой! Он все еще министр культуры?" — "Он пожизненный министр культуры". Люди, купившие билеты, явно не чувствовали грани между чужим юбилеем и собственным семейным праздником, потому что люди в первых рядах — это многолетние телевизионные персоналии, которые там, в ящике, находятся всегда, когда бы ты его ни включил, и воспринимаются, как родные.

Мало кто может выдать в качестве увертюры к юбилейному вечеру попурри из эстрадных шлягеров протяженностью добрых 45 минут — и только после этого сделать передышку. Эта подборка песен открылась строчками: "В самых первых боях за Советскую власть комсомольская песня в огне родилась" ("Мне доверена песня"). Попурри нисколько не выглядело обязательным официозным набором, напротив, его составили зажигательные номера самого достойного качества, да еще с шикарным, крайне современно организованным видеорядом, который сопровождал все шоу.

Тут впору было вспомнить дискуссии о том, есть ли, собственно, у господина Кобзона один хит, который стопроцентно ассоциируется с его персоной, ведь многие песни, составляющие его репертуар, сделали славу другим исполнителям. Вероятно, самые обожаемые народом вещи — "Мгновения" и "Где-то далеко", но они, скорее, вызывают в памяти образ Тихонова-Штирлица, а не их исполнителя. Безусловный рефлекс срабатывает на "А у нас во дворе", но это Кобзон-юноша, а на сцене — человек-скала, переживший эпохи, вождей и героев. Так что феномен юбиляра еще и в том, что одной такой песни, с которой он мог бы жить припеваючи, так и не случилось. Он силен именно в крупной концертной форме.

Мало кто еще среди коллег Иосифа Кобзона способен выдержать пятичасовой марафон, остановившись только на небольшой антракт. За стартовым попурри последовал блок, посвященный сформировавшим феномен артиста городам и странам. И перед тем, как спеть на украинском языке, певец сказал, что утром ему звонил с поздравлениями Виктор Янукович, также уроженец Донетчины. Господин Кобзон сообщил об этом спустя пять минут после того, как на экран дали поздравительную видеооткрытку от Владимира Путина. Иосиф Кобзон также сообщил: "Меня воспитала Грузия" — это о службе в Закавказском военном округе. Господин Саакашвили певца не поздравлял, зато звонил Вахтанг Кикабидзе, человек, который, как известно, зарекся приезжать в Россию, пока политики не договорятся на высшем уровне. Иосиф Кобзон по-прежнему называет его своим другом.

Юбиляр пел не только по-украински и по-грузински, но и по-болгарски, по-итальянски и по-испански. Перед "Запретной мелодией" Джузеппе Ди Стефано попросил присутствующего в зале представителя цеха классических музыкантов Юрия Башмета не судить его слишком строго. Исполнение "Тум-балалайки" с хором Михаила Турецкого на идише сопровождалось анекдотом про Генри Киссинджера и политобозревателя Зорина: "Вы кто по национальности? — Русский.— Ага, а я — американский". А еще юбиляр спел "Вдоль по Питерской" с легким джазовым акцентом, представил дуэт со своей супругой Нелли, принял от зрителей несколько тонн цветов, не забывая выхватывать в зале и тут же благодарить во всеуслышание пришедших на концерт друзей — артистов, космонавтов, военных, врачей. Еще одна шутка, прозвучавшая со сцены: "Возраст определяется количеством друзей-медиков".

В том, что делал на сцене герой вечера, можно было усмотреть и его отношение к текущим политическим трендам. Его отношение к Грузии и Украине по-прежнему теплое, а от советской песни и советского мифа в целом он никогда и не открещивался. Вообще, советская эстрадная песня в ее самом кремлевском варианте оказалась весьма живучей средой, в исполнении Иосифа Кобзона многие из этих вещей по-прежнему могут трогать до глубины души не хуже, чем романсы и фольклор. Песни нового времени, с акцентом на руководящую и направляющую роль РПЦ, встречаются пока в основном в репертуаре исполнителей русского шансона, а Иосиф Кобзон по-прежнему предпочитает космос, армию и БАМ.