Исторические предпосылки создания отечественной магистратуры

Такая социальная востребованность в нашей стране пока недооценивается. У нас не принято требовать что-либо от государства. Это пока не столько педагогическая, сколько культурологическая проблема, связанная с тем, что в России на сегодняшний момент не сложилось прозрачного и понятного механизма учета пожеланий общества при формировании заказа на образование. Тем не менее она мешает реализации ряда структурных изменений, таких как допуск родителей к управлению образовательными учреждениями, замена функций контроля со стороны органов управления на функции поддержки развития и координации, установление понятных и прозрачных правил финансирования образовательных программ, создание условий для деятельности негосударственного сектора образования 1.

Таким образом, необходимо констатировать, что адаптация западных педагогических систем и технологий в российском образовательном пространстве будет проходить тем успешнее, чем глубже и многограннее будет идти процесс интеграции России в европейское сообщество.

Л.И. ЛЕБЕДЕВА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ СОЗДАНИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ МАГИСТРАТУРЫ

Введение многоуровневой системы образования в России вызвало полемику среди научно-педагогической общественности. Иногда звучат доводы о том, что магистратура, бакалавриат - это совершенно чуждые для нашей страны ступени образования. Однако обращение к истории высшей школы России позволяет сделать вывод о том, что становление и развитие магистратуры началось еще в XVIII в.

1 Статистические данные показывают, что негосударственный сектор на уровне дошкольного и среднего образования развит только в крупных городах, где сталкивается с серьезными препятствиями со стороны органов управления образованием. Сумнительный, К. НОУ проблем? /К. Сумнительный// Лидеры образования. 2004. № 8.

Изменения, которые происходили в России в XVIII в., связанные с развитием промышленности, расширением связей с европейскими странами, затронули систему образования, поставили вопрос о подготовке научных и педагогических кадров.

В Уставе Академии наук, разработанном Петром I, отмечалось, что ученые должны будут «науки производить», публично обучать молодых людей и готовить их к наставнической деятельности для того, чтобы они передавали другим «первые фундаменты всех наук» [1].

К середине XVIII в. идея подготовки научных и научно-педагогических кадров приобрела значимость и общегосударственное звучание. Вместе с тем слабое развитие отечественной системы подготовки кадров тормозило этот процесс. Будущих ученых и профессоров отправляли учиться за границу, но многолетнее обучение в лучших европейских университетах, защита докторских диссертаций не освобождали заграничных стипендиатов по возвращении на родину от сложных испытаний в Конференции профессоров Московского университета. При отсутствии специального законодательства правовой статус этого акта опирался на многочисленные документы, которые представлял соискатель: справка об учебной и научной деятельности, отчет самого стипендиата с обзором собственной учебной и научной деятельности, «аттестаты» (заключения) иностранных профессоров с оценкой успешности их занятий и благонравности поведения, текст публично защищенной диссертации и рецензия на нее одного из профессоров университета.

В 1791 г. был опубликован Указ Екатерины II «О предоставлении Московскому университету права давать докторскую степень обучающимся в оном врачебным наукам». В Московском университете постепенно начинает складываться институт магистратуры, который, однако, не был регламентирован законодательными актами, а являлся результатом академического нормотворчества его ученых. Содержание образования в магистратуре заключалось в подготовке к устному экзамену, чтении пробных лекций, написании «ученого сочинения» или диссертации, которая готовилась на латинском языке с переводом на русский. Содержание диссер-

тации становилось предметом ученого диспута, по результатам которого и выносился вердикт о присуждении магистерской степени. Магистерская степень в сфере «свободных» наук была единственной до

1803 г. Отсутствие нормативной базы тормозило подготовку магистров. В 60-х годах XVIII в. этой степени были удостоены четыре человека, в 70-х - один; в 80-х -пять. В течение XVIII - XIX вв. в российском высшем образовании идет создание нормативной базы магистратуры, поиск путей активизации подготовки ученых и преподавателей университетов.

Начало XIX в. ознаменовалось крупными реформами в области высшего образования. Происходит преобразование государственных учреждений по западноевропейскому образцу, что потребовало изменения подготовки как научных, так и преподавательских кадров [10]. Вновь созданное Министерство народного просвещения разработало проект реформы системы образования, проведенной в 1803 -

1804 гг. В этот период идет выработка требований к соискателям ученых степеней и к университетским преподавателям, формируется законодательная база, определяющая подготовку магистров. Особенно важным явилось то обстоятельство, что право присуждения ученых степеней получили все российские университеты. При этом во всех вузах к уровню подготовки претендентов на ученые степени и процедуре их получения предъявлялись одинаковые требования. Подобного подхода в государственном масштабе не было ни в одной стране мира.

В 1803 г. Указом «Об устройстве училищ» были введены три ученые степени -кандидат, магистр и доктор, «это триединство выглядело анахронизмом или, во вся-

ком случае, чисто самобытным явлением российской академической жизни» [4].

До 1816 г. присуждение ученых степеней происходило без разработки специальных положений, на основе уставов и сложившихся традиций. Однако после раскрытия так называемой «дерптской аферы» (продажи дипломов в Дерптском университете) оно было приостановлено министерским циркуляром [5]. В соответствии с Положением о производстве в ученые степени (1819) были предусмотрены четыре ученые степени - действительный студент, кандидат, магистр и доктор. В дальнейшем положениями 1837-го, 1844го и 1864-го гг. устанавливались три ученые степени - кандидат, магистр и доктор. С введением в 1884 г. последнего в истории российских университетов Устава была упразднена ученая степень «кандидат» (табл.1).

В Европе в этот период в связи с развитием научной жизни число ученых степеней постепенно сокращалось, и к середине XIX в., в немецких университетах, например, была сохранена на всех факультетах лишь одна степень доктора (кроме богословия). Более длительное время средневековые формы этого института сохранялись в Англии и Франции.

Сложившаяся в России система ученых степеней и званий не была просто заимствованной из опыта других стран. Она предъявляла более высокие требования к лицам, которые готовились к научной и педагогической деятельности. Важно подчеркнуть, что ученые степени в России XIX в. отличались от ученых степеней других стран. В Англии и Франции «ученые степени бакалавра и лиценциата более соответствовали русскому кан-дидатству, а докторант - магистерству, но

Таблица 1

Классификация ученых степеней в России

Нормативные документы Ученые степени

Указ «Об устройстве училищ» 1803 г. Кандидат, магистр и доктор

Положение о производстве в ученые степени 1819 г. Действительный студент, кандидат, магистр и доктор

Положения об испытаниях на ученые степени 1837-го, 1844-го, 1864 г. Кандидат, магистр и доктор

Университетский Устав 1884 г. Магистр, доктор

не докторству» [2. С. 18 - 19]. Ученая степень доктора в германских университетах присуждалась сравнительно легко после окончания университетского курса, на «основании специального экзамена, печатного рассуждения или книги и публичного диспута». В журнале Министерства народного просвещения отмечалось, что «германские дипломы, свидетельствующие об ученой степени, не имели никакого веса».

Важным направлением в развитии российской магистратуры были поиски подходов к отбору содержания магистерской подготовки и требования к процессуально-организационным условиям защиты магистерской диссертации и присвоения степени магистра. Аттестация в магистратуре в России XIX в. состояла из двух последовательных этапов: 1) магистерских экзаменов; 2) подготовки и защиты магистерской диссертации.

В начале века «это была чрезвычайно громоздкая, трудоемкая, можно сказать, самодовлеющая процедура, слагавшаяся из целой системы экзаменов, предварявших публичный диспут по диссертации» [4. С. 104].

В начале XIX в. по Уставу 1804 г. экзаменационная процедура для соискателя степени магистра состояла из трех этапов.

Первый этап - «предварительный опрос», т.е. собеседование, которое проводилось деканом и двумя профессорами, преподававшими «вспомогательные науки». Опрос имел целью определить, насколько способен и эрудирован соискатель, чтобы пройти через испытания на ученую степень. При успешном прохождении опроса соискатель допускался к «публичному испытанию».

Второй этап состоял из двух «публичных словесных» испытаний. Одно проходило по двум вопросам, «выбранным по жребию» и заранее подготовленным, испытуемые должны были решить их основательно и подробно». Другое, устное, испытание проводилось по вопросам, назначаемым экзаменаторами во время экзамена. Далее следовало письменное испытание по двум вопросам, которые выбирались по жребию.

На третьем этапе соискатель должен был прочитать одну лекцию, тема которой определялась факультетом, и предста-

вить диссертацию для защиты на публичном Собрании [11;12].

Диссертация обсуждалась на заседании совета факультета. В случае, если она не получила одобрения и знания испытуемого были недостаточными, то факультет не допускал соискателя к публичной защите.

Требования, которые предъявляли соискателю, в этот период развития магистратуры не были четко определены. На этом фоне защита диссертации утрачивала свое важное, по современным понятиям, значение. В целом такая трудоемкая процедура присвоения ученой степени тормозила процесс формирования отечественного корпуса ученых. Поэтому университеты испытывали постоянную нехватку научно-преподавательских кадров и вынуждены были приглашать иностранных специалистов [4].

Постепенно экзаменационные требования упорядочивались: отменялся предварительный опрос, сокращалось число экзаменов.

Положение 1819 г. определяло требования к подготовке магистров. Магистр должен был быть готов как к научно-исследовательской деятельности, так и к научно-преподавательской, т.е. он должен был «иметь полные сведения о преподанной ему системе науки в целом ея составе, в частях и связи их, так чтобы он в состоянии был в порядке сообщить свои сведения другим или приложить их к употреблению» [6. С.66].

По Положению 1819 г. магистрант проходил сначала через «словесное испытание», на котором ему задавали неопределенное количество вопросов декан и члены совета факультета. Далее следовало «письменное испытание», где соискатель должен был решить по жребию два вопроса «относительно к классу наук, в коих производится испытание». После успешного прохождения устного и письменного испытаний соискатель писал и защищал диссертацию. Соискатель удостаивался степени магистра «того класса наук, по которому подвергался испытанию» [6. С. 71].

В дальнейшем Положением об ученых степенях от 28 апреля 1837г. впервые были определены 14 разрядов наук, по которым присваивалась степень, а также «первые, или главные» и «вторые», вспомогательные, предметы, по которым надо было

пройти испытание. Соискатель должен был пройти устное и письменное испытания, «решив из главных предметов по два вопроса», а также написать и защитить публично диссертацию на тему, одобренную факультетом [6; 7].

Нововведения этого Положения не привели к конкретизации требований к знаниям соискателей магистерской степени. Г.Г. Кричевский отмечает, что от магистров требовалось «познание предметов подробное, сопровождаемое не только сведениями о происхождении и изменении разных учений, входящих в состав главных наук, но также исследованием и отчетливой оценкой всех переворотов в ходе оных, довершенное притом собственным, достаточно обдуманным и основательно соображенным воззрением».

Профессура критиковала этот документ. По мнению профессора К. А. Не-волина, отсутствие конкретных требований к подготовке магистра и неупорядоченность испытаний на ученую степень особенно отрицательно сказались на магистратуре. В 1841г. он писал: «...если от испытуемого на степень магистра со всей строгостью требуются в нескольких науках такие познания, какие он должен иметь на основании положения, то достижение этой степени и, следовательно, также и степени доктора, становится едва для кого-нибудь возможным, а таким образом при существовании правила общего устава российских университетов, что кафедры ординарных и экстраординарных профессоров могут занимать в них только лица, имеющие степень доктора, наши университеты лишаются возможности иметь преподавателей... » [5. С.109].

В середине 1850-х политика Министерства народного просвещения изменилась, что было определено политическими изменениями, связанными с поражением России в Крымской войне (1853 - 1856). Министр народного просвещения А.С. Норов осенью 1855 г. публично заявил: «Наука... всегда была для нас одною из главных потребностей, но теперь она первая. Если враги наши имеют над нами перевес, то единственно силою своего образования. Итак, мы должны все наши усилия устремить на это великое дело» [9]. Только за период с 1844-го по 1860 г. в русских университетах получили степень доктора 307

и степень магистра 259 человек. За период с 1863-го по 1874 г. степень доктора получили 572 человека, магистра - 280 человек [2].

Следует также отметить, что из-за большого объема требований к соискателям увеличилась продолжительность магистерских испытаний. Например, приобретение магистерской степени А. И. Став-ровским растянулось на два с лишним года (20 января 1840 г. - 12 февраля 1842 г.), охватив шесть факультетских заседаний. Для правоведа Линовского этот акт завершился за восемь месяцев (ноябрь 1838 г. -июнь 1839 г.), для чего потребовалось 9 факультетских заседаний, на которых испытуемый дал ответ на 60 устных и письменных вопросов [4].

Этот процесс стал более упорядоченным, типологизированным с введением нового Положения о производстве в ученые степени от 6 апреля 1844 г. Существенно изменилась программа магистерских испытаний. Ее «главные» предметы (отрасли наук) стали делиться на 22 «разряда». Это придало экзаменам еще более специализированный, а следовательно, и более конкретный характер. Начиная с 1845 г., число выпускников, получивших степень магистра, увеличивается.

Экзаменационная программа была несколько разгружена от «вспомогательных» предметов. Также был установлен предельный срок продолжительности магистерской экзаменационной сессии - не более 6 и не менее 3 заседаний факультета. Продолжительность магистерских испытаний уменьшилась до одного-двух месяцев. Соискатель должен был ответить на неопределенное количество устных вопросов и письменно решить один, написать и публично защитить диссертацию.

Положением 1844 г. письменный экзамен не был предусмотрен. Уровень знаний соискателя определялся по пятибалльной системе цифрами или словами «удовлетворительно», «весьма удовлетворительно», «неудовлетворительно». По окончании испытания экзаменаторы делали заключение - достоин или нет соискатель искомой степени, переэкзаменовка документом не предусматривалась [8].

Главная трудность магистерских экзаменов, как и прежде, заключалась в недостаточной определенности границ науч-

ного знания, в которых мог действовать экзаменатор. В. И. Сергеевич, профессор права Петербургского университета, в 1897 г. писал: «...не существует ни установленных программ, ни руководств, ознакомление с которыми могло бы открыть магистранту двери в храм науки. Он должен знать современное состояние науки в ее историческом развитии, а это современное состояние постоянно меняется и не может быть закреплено никакой программой и никаким руководством». Поэтому, подчеркивал профессор, в магистерском экзамене важную роль играло «усмотрение экзаменаторов» [4. С.119]. С каждым из них соискатель согласовывал программу предстоящего экзамена. Эта традиция зародилась еще в первой половине XIX в. К концу века она стала неотъемлемым компонентом подготовки к магистерским испытаниям.

Предэкзаменационные трудности усугублялись еще и необходимостью одновременной подготовки пробных лекций, которые были восстановлены университетским Уставом 1884 г. в связи с введением в университетах внештатной должности приват-доцента [4]. Это было очень важно для тех магистрантов, кто связывал свое профессиональное будущее с научно-педагогической деятельностью в высшей школе. Для получения свидетельства на право преподавания в звании приват-доцента требовалось, по сдаче магистерских экзаменов, прочесть две лекции: одну - на тему «по собственному избранию», другую - на тему, «заданную факультетом». О предстоящих пробных лекциях оповещали специальным уведомлением, которое в обязательном порядке направлялось также и в канцелярию попечителя учебного округа. От успеха этого испытания зависело решение факультета о присвоении магистранту звания приват-доцента и предоставлении вместе с ним права внештатного преподавания в университете в качестве «младшего преподавателя». Звание приват-доцента давало магистранту возможность писать диссертацию непосредственно при университете, пользуясь его лабораторно - экспериментальной базой, библиотекой, непосредственными консультациями ведущих профессоров.

В России традиция написания диссертаций для соискания ученой степени начала складываться еще в XVIII в. В XIX в.,

написание и публичная защита диссертации были следующим, после успешной сдачи магистерских экзаменов, этапом аттестации в магистратуре. Статус диссертационного исследования формировался на протяжении почти шестидесяти лет - с 1803-го по 1864 г.

Если в первой половине века диссертации занимали несколько десятков страниц малого формата, то во второй половине XIX - начале XX в. они представляли собой уже солидные монографии объемом в 200 - 400 типографских страниц, в то время как объем докторской диссертации в западноевропейских университетах не превышал 40 - 50 страниц. Многие диссертации в России конца XIX и начала XX в. были весомым вкладом в науку, отражением авторской творческой индивидуальности, результатом глубокого самостоятельного исследования [17].

Анализ Положений об ученых степенях 1819-го и 1837 г. показал, что в них преобладают статьи, регламентирующие процесс «словесных» и письменных испытаний, а в положениях 1844-го и 1864 г. уже в большей степени определяется процесс написания и защиты диссертации. Таким образом, постепенно диссертационное исследование становилось все более значимым.

Процесс подготовки к защите магистерской диссертации состоял из нескольких этапов: 1) определение темы и написание; 2) представление диссертации на факультет; 3) публичная защита; 4) утверждение результатов диспутов.

Согласно Положению 1864 г., за представленную магистерскую диссертацию факультет имел право присудить соискателю ученую степень доктора. Для этого требовалось единогласное решение коллегии факультета.

Предоставление университетам в XIX в. права присуждения ученых степеней было подтверждением их автономности и одобрялось научным сообществом.

Диплом магистра давал право занимать должность доцента, а иногда - и экстраординарного профессора. С середины 60-х годов XIX в. Министерство народного просвещения, не отказываясь полностью от заграничного стипендиатства, взяло курс на подготовку научно-педагогических кадров внутри империи, непосредственно при российских университетах (см. табл.2).

Таблица 2

Подготовка профессорско-преподавательского состава в XIX - ХХ вв. в России

Год В России

1870 51 16

1876 79 12

1899 184 19

1905 245 14

1911 353 40

1913 465 33

1915 484 6

Таким образом, магистратура в XVIII -XX вв. выполнила свою миссию подготовки отечественных научных и педагогических кадров. В этот период была создана нормативная база, определяющая требования к содержанию и процессуально-организационным условиям подготовки магистра, условия защиты и порядок присвоения ученой степени «магистр», показатели готовности магистра к преподавательской деятельности.

Проведенный анализ становления отечественной магистратуры позволил обосновать исторические предпосылки развития современного магистерского образования в России.

Литература

1. Высшее образование в России: очерк истории до 1917 года /под ред. В. Г. Кинелева. М.: НИИВО, 1995.

2. Галкин, К.Т. Высшее образование и подготовка научных кадров в СССР / К.Т. Галкин. М.: Сов. наука, 1958.

3. Змеев, В.А. Высшая школа России в первой четверти XIX века [Электронный ресурс] / В.А. Змеев: http://www/auditorium/m/ Ьоокз/410/14/И1т.

4. Иванов, А.Е. Учёные степени в Российской империи. XVIII в. - 1917 г. / А.Е. Иванов. М., 1994 - 1999.

5. Кричевский, Г.Г. Ученые степени в университетах дореволюционной России // Учёные степени в России: XVIII в. - 1918 г. : сб. науч. ст.: в 2 ч. / под науч. ред. А.Е.Ива-нова, В. А. Шаповалова, А.Н.Якушева. М.; Ставрополь: Ин-т рос. ист. РАН: СГУ, 1996. Ч.1, вып.1. С.6 - 39.

6. Лаута, О.Н. Развитие законодательства о присуждении ученых степеней в России (1819 - 1836) / О.Н. Лаута // Система научной подготовки и аттестации в университетах России и Западной Европы: исторический опыт (XIV - XX вв.) / сост., предисл. и общ. ред. А.Н.Якушева. М.: Ассоциация центров и клубов ЮНЕСКО России, 1998. Вып.3. С.134 - 138.

7. Лаута, О. Н. Содержание «Положения об испытаниях на звание действительного студента и на ученые степени» (1864) / О.Н.Лау-та // Развитие законодательства о присуждении ученых степеней в России (1819 - 1836)... С. 174 - 180.

8. Мирошниченко, Л. В. О содержании изменений Положения о производстве в ученые степени (1851 - 1861) / Л. В., Мирошниченко, Н. В. Говорова //Развитие законодательства о присуждении ученых степеней в России (1819 - 1836)... С. 167 - 170.

9. Проворов А. О роли магистратуры в подготовке научно-педагогических кадров / А. Проворов, О. Проворова, Н.Сенаторова // Высш. образование в России. 1999.№2.

10. Эдельман, О. Образование в Российской империи / О. Эдельман // Отеч. зап. 2002. №1.

11. Эймонтова, Р.Г. Университетский вопрос в конце 50-х - начале 60-х годов XIX века и университетская реформа 1863 года / Р.Г. Эймонтова. М., 1954.

12. Якушев, А.Н. Второй этап развития законодательства о научной аттестации в университетах России (1820 - 1837) / А.Н. Якушев, И.Г. Воропаев // Система научной подготовки и аттестации в университетах России и Западной Европы: исторический опыт (XIV -XX вв.) ... С. 138 - 148.

Т.В. МЕНГ

ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯХ ИЗУЧЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ СРЕДЫ

В самом общем плане можно выделить два основания дифференциации подходов к изучению образовательной среды. Первое связано с различиями между дидактико-ори-ентированными и управленчески-ориенти-рованными подходами.