Ведение общего хозяйства как юридический факт

Вестник Челябинского государственного университета. 2010. № 19(200). Право. Вып. 24. С. 38-40.

ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО И ГРАЖДАНСКОЕ ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПРАВО

А. А. Банникова

ВЕДЕНИЕ ОБЩЕГО ХОЗЯЙСТВА КАК ЮРИДИЧЕСКИЙ ФАКТ

Приводится сравнительный анализ оснований возникновения права пользования жилым помещением иными, кроме членов семьи, лицами в соответствии с Жилищным кодексом РСФСР и Жилищным кодексом Российской Федерации, оценивается обоснованность исключения факта ведения общего хозяйства из правообразующих юридических фактов.

Ключевые слова: жилищное право, член семьи, собственник жилого помещения, общее хозяйство.

Жилищный кодекс РСФСР (ст. 53, 127) предусматривал среди оснований для признания права пользования жилым помещением другими родственниками, нетрудоспособными иждивенцами, а в исключительных случаях и иными лицами совместное проживание и ведение общего хозяйства с нанимателем такого помещения. Действующее законодательство оставляет за собственником прерогативу определения возможности признания лица членом семьи.

Почти во всех жилищных кодексах республик бывшего СССР имелось положение о признании за иными лицами, кроме нанимателя помещения, права пользования жилым помещением в случае ведения ими общего хозяйства, в кодексы некоторых республик было включено требование о совместном проживании, причем срок такого проживания в некоторых случаях был законодательно закреплен. Так, в соответствии с Гражданским кодексом Таджикской ССР для признания лица членом семьи было необходимо совместное проживание родственников и иждивенцев нанимателя не менее года1.

Для судебной практики советского периода определяющими признаками, характеризующими принадлежность жильца к семье нанимателя, являлись наличие общего хозяйства нанимателя и лиц, проживающих вместе с ним, фактически сложившиеся отношения между ними, субъективное осознание вселяемых лиц членами семьи и отношение самого нанимателя к вселяемым лицам как к членам семьи.

Как отмечает Ю. Г. Басин, судебная практика советского периода выработала понятие члена семьи, учитывая и указания закона, и потребности жизни, включив в это понятие два обязательных признака: наличие близкого родства или иждивенчества и наличие таких имуще-

ственных и личных связей, которые характерны для внутрисемейных отношений2. Об индивидуальном подходе к рассмотрению каждого дела, касающегося отнесения лица к члену семьи, пишет Г. Н. Амфитеатров: «Жизнь в ее меняющихся и подвижных формах не может быть уложена без остатка в ту или другую юридическую формулу»3.

Анализируя судебную практику и отмечая, что выработать какие-либо общие признаки члена семьи применительно к жилищным правоотношениям очень трудно, к подобному выводу приходит С. М. Корнеев: «Верховный Суд СССР исходит из следующего правила: разрешение вопроса о том, является ли ответчик временным жильцом по отношению к истцу или лицом, имеющим самостоятельное право на жилую площадь, определяется на основе фактических отношений между сторонами... “которые имели место в действительности”»4.

При определении семейных отношений категория «общее хозяйство» использовалась и дореволюционными цивилистами. В частности, Г. Ф. Шершеневич указывал на то, что в большинстве случаев семья с точки зрения положения ее в народном хозяйстве составляет обособленное, частное хозяйство: «Семья имеет общую квартиру, общую обстановку, сообща или через своего представителя (мужа) приобретает средства, необходимые для ее существования. Но общность, необходимая в границах домашней жизни, за пределами ее продолжается или прекращается, смотря по взгляду законодательства. Право или создает между членами семьи полную разделенность имущества, или устанавливает большую или меньшую степень общности»5. И. А. Покровский также подчеркивал, что семья создает известное единство жиз-

ни, общее хозяйство, общие интересы дома; для осуществления этой общности, очевидно, необходимо и некоторое единство в руководстве общей жизнью6.

И, несмотря на то, что сегодня для признания указанных лиц членами семьи собственника требуется установить весьма специфический юридический факт — вселение их собственником в жилое помещение «в качестве членов своей семьи», правоприменители по-прежнему, определяя характер отношений, сложившихся между собственником жилого помещения и членами его семьи, учитывают факт ведения общего хозяйства.

Так, например, Ленинский районный суд города Екатеринбурга в своем решении от 19 сентября 2009 г. указал на то, что нормы действующего законодательства предусматривают возможность приобретения права пользования жилым помещением, находящимся в собственности гражданина, иными лицами только при наличии совокупности ряда условий: а) согласие на их вселение в жилое помещение со стороны собственника; б) фактическое их вселение в жилое помещение именно в качестве членов семьи собственника; в) проживание этих лиц совместно с собственником и членами его семьи и ведение с ними общего хозяйства; г) отсутствие между этими лицами, собственником жилого помещения и членами его семьи иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 г. № 14 указано, что для признания супруга, а также детей и родителей собственника жилого помещения членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении и не требуется установления фактов ведения ими общего хозяйства с собственником жилого помещения, оказания взаимной материальной и иной поддержки.

Для признания иных лиц членами семьи собственника жилого помещения требуется не только установление юридического факта вселения их собственником в жилое помещение, но и выяснение содержания его волеизъявления на их вселение, а именно: вселялось ли им лицо для проживания в жилом помещении как член его семьи или жилое помещение предоставлялось для проживания по иным основаниям (например, в безвозмездное пользование, по договору найма).

При этом необходимо иметь в виду, что семейные отношения характеризуются, в частности, взаимными уважением и заботой членов семьи, их личными неимущественными и имущественными правами и обязанностями, общими интересами, ответственностью друг перед другом, ведением общего хозяйства7.

Субъективный момент осознания лицом себя членом семьи собственника, принятия самим собственником такого лица в качестве члена семьи и его вселение именно по этим мотивам являются в научной литературе ключевыми вопросами при обсуждении права пользования жилым помещением членами семьи8. Как правило, истинные мотивы для вселения имеют большое значение при определении наличия или отсутствия права пользования у члена семьи в случае признания брака недействительным, для выяснения судом фактически сложившихся отношений либо выяснения характера проживания (временного или постоянного).

Однако установление содержания волеизъявления собственника на вселение указанных выше лиц представляется недостаточным основанием для признания за ними права пользования жилым помещением, является трудно доказуемым, на практике для установления истинной воли сторон устанавливается факт ведения общего хозяйства.

Затруднения при оценке факта вселения может вызвать и толкование выражения «в качестве членов своей семьи». Обобщая материал, посвященный исследованию определения понятия «член семьи», можно выделить ряд особенностей, которые не позволяют дать однозначное толкование термина «член семьи собственника жилого помещения».

Во-первых, член семьи является «сквозным» субъектом в нескольких отраслях права9, понятие «член семьи» в жилищном праве и иных отраслях права имеет различное толкование. Это связано со сферой отношений, которые призвана регулировать та или иная предметная отрасль. Нормы семейного, наследственного права, нормы пенсионного законодательства, посвященные членам семьи, применению относительно жилищных правоотношений не подлежат. Понятие члена семьи трансформируется в каждой отрасли под ее функциональную основу, цели, которые заложены в ней.

Во-вторых, круг членов семьи в жилищном праве имеет тенденцию к сужению или расширению

в зависимости от характера общественных отношений, сложившихся в тот или иной период. В жилищном праве советского периода круг членов семьи был определен только по отношению к нанимателю, круг членов семьи собственника жилого помещения определялся по аналогии. К отношениям пользования жилыми помещениями между собственником и бывшими членами его семьи применялись правила, установленные соответствующими статьями, которые регулировали исключительно отношения социального найма.

В-третьих, осложняет решение данного теоретического вопроса правовая особенность отношений между собственником и членами его семьи, которая заключается в неразрывном сплетении в данной правовой связи трех видов отношений: гражданско-правовых, жилищных и семейных. Интересы собственника жилого помещения и членов его семьи сталкиваются в трех правовых плоскостях, находят свое разрешение в нормах трех отраслей права, каждая из которых обладает свойственными только ей принципами и предметом правового регулирования.

О. А. Красавчиков указывал на то, что взаимодействие жилищных отношений с отношениями собственности — явление довольно сложное. С одной стороны, если собственник не состоит в каких-то дополнительных («особых») жилищных отношениях с третьими лицами, отношения личной собственности перекрывают отношения жилищные. С другой стороны, отношения личной собственности и жилищные отношения могут «сосуществовать», когда одна и та же семья является участником и жилищных отношений, и отношений собственности10.

Проанализировав вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что вселение в качестве члена семьи, включающее наиболее узкий спектр фактических действий, свидетельствующих о возникновении семейных отношений, не может быть единственным правообразующим юридическим фактом для возникновения жилищного правоотношения. Факт ведения общего хозяйства, охватывающий более широкую сторону взаимоотношений, с большей долей вероят-

ности позволяет сделать вывод о возникновении семейных отношений, поэтому он должен быть возвращен в систему юридически значимых обстоятельств, с которыми нормы права связывают возникновение жилищных прав и обязанностей.

В связи с этим предлагаем изложить ч. 1 ст. 31 Жилищного кодекса РФ в следующей редакции: «1. К членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи».

Примечания

1 См.: Ойгензихт, В. А. Субъекты жилищных отношений // Основы советского жилищного законодательства / отв. ред. О. А. Красавчиков. Свердловск, 1981. С. 75.

2 См.: Басин, Ю. Г. Вопросы советского жилищного права. Алма-Ата, 1963. С. 76.

3Амфитеатров, Г. Н. Права на жилые строения и пользование жилыми помещениями. М., 1948. С. 40.

4 Корнеев, С. М. Круг лиц, имеющих самостоятельное право на пользование жилым помещением // Социалистич. законность. 1956. № 7. С. 19.

5 Шершеневич, Г. Ф. Учебник русского гражданского права. СПб., С. 303.

6 См.: Покровский, И. А. Основные проблемы гражданского права. Пг. : Изд. юрид. кн. скл. «Право», 1917. С. 84.

7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах, возникших в практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» от 2 июля 2009 г. № 14 // Справ. правовая система «КонсультантПлюс».

8 См., напр.: Толстой, Ю. К. Жилищные права и обязанности граждан СССР. М., 1960. С. 16-25; Чигир, В. Ф. Права членов семьи нанимателя на жилую площадь. М., 1964. С. 10-14; Нечецкий, М. А. Очерки советского жилищного права. Саратов, 1958. С. 38-41.

9 См.: Мананкова, Р. П. Правовой статус членов семьи по советскому законодательству. М., 1991. С. 55.

10 См.: Красавчиков, О. А. Основы жилищного законодательства: предмет регулирования и юридическая природа // Основы советского жилищного законодательства / отв. ред. О. А. Красавчиков. Свердловск, 1981. С. 17.