Народные параллели литературных баллад на сюжет «Жених-мертвец»

ФИЛОЛОГИЯ

Вестн. Ом. ун-та. 2012. № 2. С. 388-393.

УДК 882 Н.К. Козлова

НАРОДНЫЕ ПАРАЛЛЕЛИ ЛИТЕРАТУРНЫХ БАЛЛАД НА СЮЖЕТ «ЖЕНИХ-МЕРТВЕЦ»

Рассмотрены народные параллели к литературным балладам В.А. Жуковского и П. А. Катенина, являющимся переводами немецкой баллады Бюргера «Ленора». Представлен «Указатель сюжетов и версий народных мифологических рассказов о женихе-мертвеце», составленный на русском и украинском фольклорном материале.

Ключевые слова: поэзия, баллада, романтизм, национальная культура, сюжетный тип, сюжет, версия, вариант, указатель, фольклор, фольклоризм, систематизация, текст, суеверие, верование, мифологический рассказ, жених-мертвец.

В отечественном литературоведении существует обширная литература, в которой так или иначе затрагивается вопрос о русских (В.А. Жуковский, П.А. Катенин) и украинских (Л. Боровиковский) романтических балладах, написанных по мотивам немецкой баллады Г.А. Бюргера «Ленора».

Общеизвестным является литературный «спор» вокруг баллад

В.А. Жуковского и П.А. Катенина о принципах перевода народной немецкой баллады. «Перевод Катенина считается в наше время более точным (сам Жуковский молчаливо признал это, заново переведя “Ленору” в 1831 г.), но Катенин не для того ввязался в драку, чтобы отобрать у Жуковского лавры лучшего переводчика России. “Людмила” или “Ольга” точнее передают текст второстепенного памятника немецкой предроманти-ческой поэзии - этот вопрос, совсем неважный сегодня, и в 1816 г. не представлял большой важности. Катенин предложил Жуковскому спор о началах, формирующих самосознание национальной культуры и определяющих ее самобытие» [1].

В пространстве этого литературного спора оказались Н.И. Гнедич, А.С. Грибоедов, К.Н. Батюшков, П.А. Вяземский. Сам Жуковский не ответил на критику Катенина.

После «Людмилы» (с 1808 по 1812 г.) он создает «Светлану» - еще одну балладу на тот же сюжет, посвящая ее своей племяннице А.А. Воейковой.

Существует мнение, что при создании этой баллады поэт опирался уже не на названный сюжет, а обратился в целом к народным поверьям и обрядам, причудливо переплетая их в совершенно оригинальном авторском произведении. Так, в статье о творчестве поэта Р.В. Иезуитовой читаем: «Обозначая фольклорные жанры, связанные с фантастикой, общим термином “суеверия”, Жуковский дал им необычайно высокую эстетическую оценку, назвав их “национальной поэзией, которая у нас пропадает, потому что никто не обращает на нее внимания”» [2, с. 89]. Но именно эти «суеверные предания явились почвой для создания национальной русской баллады, первым опытом которой стала “Светлана” Жуковского (18081812). Не обнаружив в русском фольклоре сюжета о женихе-мертвеце (в Россию подобный сюжет проник сравнительно поздно), поэт нашел множество фольклорных преданий, легенд, поверий, имеющих немало общего с ним, натолкнулся, в частности, на такие своеобразные явления, как русская обрядовая поэзия и разные типы святочных гаданий, в которых, по народным поверьям, невесте «является» ее будущий жених. Положив в основу сюжета “Светланы” сюжетную схему “Леноры”, Жуковский, пользуясь необычайно широким для своего времени кругом фольклорных источников (от “АБЕВЕГИ русских суеверий” М.Д. Чулкова до устных преданий о “злых мертвецах” и собственных наблюдений над бытованием обрядов), значительно изменил, деформировал ее, максимально прибли-© Н.К. Козлова, 2012

зив к русскому фольклору. Баллада “Светлана” открывает новые пути освоения литературой 1800-1810-х гг. народного творчества и является значительным достижением в области литературного фольклоризма» (курсив наш. - Н.К.) [3, с. 123-124].

Ничуть не усомнившись в последнем, позволим себе не согласиться с автором статьи в утверждении о том, что поэт «не обнаружил в русском фольклоре сюжета о жени-хе-мертвеце».

В фольклористике утвердилось мнение о том, что сюжет «жених-мертвец» в русский фольклор «пришел через западно-славянскую среду и широко распространился» [4, с. 384]. Вполне возможно, что это так. Но это «пришествие» произошло скорее всего в незапамятные времена, на несколько веков раньше XIX столетия. И во времена В.А. Жуковского он активно бытовал в народе в разных версиях и вариантах. И если поэт был хорошо знаком с народными верованиями и мифологическими рассказами, то есть все основания предполагать, что разные варианты названного сюжета ему были знакомы.

Публикуемый ниже составленный нами «Указатель сюжетов и версий народных мифологических рассказов о женихе-мерт-веце», в частности, подтверждает существование сюжета о мертвом женихе, завязкой которого служит не гибель жениха на войне (как в «Леноре»), а гадание тоскующей о любимом девушки (см. 1.5). Отсюда следует, что В.А. Жуковский оригинальным был в развязке своей поэмы (пережитое Светланой оказывается сном, а ее жених благополучно возвращается живой и невредимый). В завязке же сюжета поэт шел вслед за одной из народных версий.

Надеемся, что «Указатель» может стать подспорьем в дальнейшем изучении народных истоков рассматриваемого сюжета в литературных произведениях (в том числе и в литературных сказках Ремизова). При его составлении мы придерживались следующих принципов:

1. Указатель составлен на основе 25 текстов. С одной стороны, это немного для того, чтобы представить материал во всей полноте, но вполне достаточно, чтобы создать открытую систему: новые формы войдут в нее без труда. Таким образом, указатель можно постоянно пополнять.

2. Открытый характер указателю придает списочная структура. При этом название «Жених-мертвец» понимается как название сюжетного типа (в общей мифологической теме «Ходячий покойник»). Сюжетный тип, как правило, обозначается римской цифрой. Так как других типов здесь не представлено, римскую цифру мы опускаем.

3. Первой арабской цифрой обозначаем сюжеты внутри типа. Их название выделено жирным шрифтом. Версию сюжета показывает вторая арабская цифра, стоящая

рядом с первой. Название версии выделено жирным курсивом.

4. Аннотация сюжета или версии составлена так, чтобы показать их общую схему (без внимания к мелким повествовательным деталям и подробностям). Варьирующиеся элементы заключены в круглые скобки. Части повествования, выходящие за рамки общей схемы, могут быть заключены в квадратные скобки.

5. Варианты показаны ссылками на источники (см. список принятых сокращений). В отсылках мы сочли необходимым показать место фиксации текста. Последнее как раз опровергает мнение о том, что народные сюжеты типа «Жених-мертвец» не распространены на русской территории.

Таким образом, сюжетный тип «Жених-мертвец» представлен в «Указателе» четырьмя сюжетами. Первый сюжет - пятью версиями, второй - одной, третий - тремя и четвертый - девятью. В целом пока выделилось 18 форм.

Указатель сожетов и версий народных мифологических рассказов о женихе-мертвеце

1. Финал в мертвецкой

1.1. Мертвецы губят девушку

Девушка тоскует об умершем возлюбленном. Мертвый приходит. Зовет ее с собой в другой край. Она берет с собой вещи (приданое, в том чиле «скрыню») Ночью едут. Мертвый три раза спрашивает: «Месяц светит, зори пляшут, мертвец красну девку везет. Девка, девка, не боишься ты?» (или «Месяц светит, мертвец едет, боишься меня?» и т. п.). Девушка три раза отрицательно отвечает. (Поет петух). Они приезжают на кладбище. Мертвый заставляет девушку лезть в могилу. Она говорит, чтобы он лез первым, а она ему вещи будет подавать. Подает вещи, когда дошла до «скрыни», толкнула его скрыней, а сама побежала прочь.

Мертвый пускается в погоню. Она добегает до какой-то «хатки», заскакивает в нее. Там лежит мертвец. Девушка закрывает дверь на крючок и залезает на печь. «Жених» обращается за помощью к мертвому «товарищу». Тот открывает дверь, но ставит условие: поделить девушку. Лезут оба на печь, стаскивают ее и разрывают за ноги.

Чуб. II, с. 411-413, № 119. Борисполь Переяславского у. Полтавской губ.

1.2. Сила нательного креста

Девушка тоскует об умершем возлюбленном. Мертвый приходит. Зовет ее с собой в другой край. Она берет с собой трубку полотна. Ночью едут. (Формула типа «Месяц светит...» отсутствует.) Едут через леса, степи, горы. Приезжают на кладбище. Мертвый заставляет девушку лезть в могилу. Она подает ему полотно, а сама бежит прочь.

Мертвый пускается в погоню. Она добегает до «хатки» (на том же кладбище), заска-

кивает в нее. Там лежит мертвец. Девушка закрывает дверь на крючок. Мертвец обращается к тому, кто лежит в мертвецкой, с просьбой помочь открыть, чтобы съесть живую душу. Тот пытается встать. Девушка снимает с себя крест и набрасывает на мертвого. Он не может встать. Поет петух. Девушка возвращается домой и больше не плачет.

Гнатюк. Знадоби I. С. 139-140, № 237. Зап. «в липни, 1902, в Коропци, Бучацкого пов. від Юрка Гончара».

1.3. Своевременное пение петуха

Девушка или тоскует об умершем женихе или, не дождавшись его (но не зная, что он умер), обручается с другим. Мертвый призжает к ней. Зовет ее с собой. Она (тайно, так как он не разрешает) берет с собой трубку полотна. Ночью едут. Следует формула типа «Месяц светит.» (или формула отсутствует).

Приезжают на кладбище. Мертвый заставляет девушку лезть в могилу. Она подает ему полотно, а сама бежит прочь (разматывая полотно). Когда полотно кончается, он пускается в погоню. Она добегает до «хатки», заскакивает в нее. Там лежит мертвец. Она понимает, что пропала, но поет петух. Мертвецы или исчезают, или разливаются смолой (или лежащий в мертвецкой опять ложится на лавку). [Девушка оказывается посреди поля. Добирается домой полтора года].

Гнатюк. Знадоби I. С. 166-167, № 277. Зап. в Камінці [і с двумя точками наверху].

1.4. Конфликт мертвецов

Девушка тоскует об умершем возлюбленном. Он приезжает за ней ночью (на коне, на санках). Велит ей собираться. Увозит с собой. (Она берет с собой трубку полотна). Едут. Мертвец (три раза) задает ей вопрос типа «Месяц светит, мертвец едет.» (или формула отсутствует). Девушка отвечает, что не боится. Приезжают на кладбище. Мертвец заставляет ее спуститься в могилу, но девушка хитрит, говорит, чтобы он лез первым (а она будет подавать приданое). Подает ему свои вещи по одной (разрывая их на кусочки), растягивая время до рассвета (или подает ему полотно за край, он его разматывает и считает маленькой щепочкой: «Раз аршин, два аршин»). Девушка в это время убегает. Вещи (полотно) заканчиваются, он пускается в погоню.

Она заскакивает в избушку на кладбище (или посреди поля). В избушке на лавке -мертвец (три мертвеца). Прячется за печь (залезает на печь).

Мертвый жених грызет дверь (или заходит беспрепятственно). Мертвый жених направляется к девушке. Но встает с лавки мертвец (один из мертвецов), они начинают спорить (грызться, бороться).

Девушка заставляет петь петуха (которого обнаружиает на печи или за печью, или

под лавкой). Петух кричит. Мертвецы пропадают (разливаются смолой, ложатся на лавку).

Утром люди находят ее еле живую и увозят к ее отцу (или она бежит домой). [Созывают народ, отчитывают этих покойников и хоронят снова].

Карнаухова. № 29. С. 54-56. Зап. в За-онежье в д. Косьмоозеро от Коренной Пелагеи Никифоровны, 64 лет.

Гнатюк. Знадоби II. Вып. 2. С. 32, № 642. Зап. у Костыльниках Бучацького пов. [у - неслоговое, I - с двумя точками].

Чуб. II. № 120. С. 413-414. Зап. Залю-бовский в с. Никополь Екатеринославской губ. и уезда.

1.5. Опасное гадание

Девушка тоскует об умершем возлюбленном. В полночь садится гадать (на святки) и желает увидеть только его. Мертвый появляется. Зовет ее кататься.

Выходят. Стоит красивый «тарантас» (повозка с колокольчиками). Ночью едут. Мертвый три раза спрашивает: «Месяц светит, мертвец едет, боишься меня?». Девушка три раза отрицательно отвечает. (Поет петух). Они приезжают на кладбище. Мертвый стоит в могиле и тянет руки к девушке. Она бежит прочь.

Мертвый пускается в погоню. Она добегает до железной дороги и до сторожки путевого объездчика, заскакивает в нее. Там лежит мертвец. Девушка закрывает дверь на крючок. «Жених» обращается за помощью к мертвому «товарищу». Тот открывает дверь. Поют петухи. Девушка убегает и спасается (лишается чувств, поют петухи, утром ее люди находят и привозят в деревню).

ЛА Козловой Н.К., 1976, № 9, 9а. Зап. Козлова Н.К. в г. Омске от Мунаревой М.Н., 1898 г. р., обрусевшей мордовки, своей бабушки (из Пензенской губ.);

ЛА Козловой Н.К., 1988, № 1. Зап. Козлова Н.К. в г. Омске от Фроловой Л.М., 1929 г. р., своей матери.

2. Помощь крестной матери

Девушка тоскует об умершем возлюбленном. Он приезжает к ней ночью, зовет ее с собой. Они едут на лошади. Мертвый три раза задает вопрос типа: «Месяц светит, мертвый с живым едет, боишься ли ты?». Девушка отвечает отрицательно. Доезжают до церкви. Свечи горят. Он говорит ей, чтобы шла в церковь и встала ни притворе. Церковь наполнена мертвецами. Видит в царских дверях свою умершую крестную мать. Крестная говорит ей, чтобы она уходила из церкви, так как церковь закроется. А жених ее - мертвец. Дает ей совет: пойдет мимо «огонечка», увидит «жениха» и еще двоих мертвых людей, которых земля не принимает. Шубу в рукава не одевать, а просто накинуть, сбросить ее с себя, когда он за ней погонится. Бежать (она очень да-

леко от дома им завезена) в деревню, где похороны - старик умер.

Девушка следует совету крестной. Мертвец хватается за шубу, разрывает ее в клочья. Девушка убегает. [Далее по тексту непонятна роль сидящих на похоронах и самого умершего старика. Возможно, сюда мертвец попасть не может. А, возможно, это пространство - переходное между тем и этим миром. В этом и было ее спасение]. После случившегося возвращается домой и перестает тосковать.

Добровольск. СЭС. Ч. I. СПБ, 1891.

С. 126-127. № 58.

3. Смерть девушки

3.1. Умерла у могилы

Девушка тоскует об умершем женихе. Он приезжает к ней ночью. Зовет ехать с собой. Едет. Он (два раза) задает ей вопрос типа «Месяц светит, мертвец едет.». Она отвечает, что не боится. Привозит ее на кладбище. Все исчезает, девушка падает замертво. Находят утром у могилы жениха мертвую.

Зиновьев. С. 273. № 392. Зап. от Гусев-ской Доры Корниловны, 1907 г. р., в с. Фир-сово Сретенского р-на Читинской обл. в 1977 г.

3.2. Не хватило приданого

Девушка тоскует об умершем женихе. Он приходит к ней (в 12 ч. ночи). Увозит с собой [Диалог типа «Месяц светит, мертвец едет.» отсутствует]. Привозит на кладбище. Заставляет ее лезть в могилу. Она хитрит: заставляет его лезть первого, а сама подает ему свои вещи по одной (бусы по бусинке). Вещи кончаются. Опускает ноги в могилу. Поют петухи, земля смыкается. Кричит. Проходящие мимо мужики пытаются ее вытащить, но не могут. Зовут попа, тот отчитывает. Вытаскивают, но она умирает.

Зиновьев. С. 274-275. № 394. Зап. от Тыжновой Тамары, 1941 г. р., в с. Фирсово Сретенского р-на Тюменской обл. в 1977 г.

3.3. Сюжет приспособлен к теме «Мифический любовник» [5]

Девушка очень тоскует об умершем женихе. Он начинает к ней ходить, вступает с ней в любовные отношения. Однажды приезжает забрать её с собой венчаться с ним на его квартире. Едет. Приезжают к нему в дом. Он лежит на лавке мертвый в саване. Девушка умирает. Ее находят мертвой у могилы давно умершего жениха.

Ончуков. № 289. Арх. губ. См. оппозиционный сюжет 4.9.

4. Находчивая девушка

4.1. Не полезла в могилу

Девушка тоскует, плачет по своему умершему жениху (возлюбленному). Он приезжает за ней ночью. Она едет с ним. По дороге он задает вопрос типа «Месяц светит, мертвец едет» (или произносит другую фор-

мулу, обнаруживающую, что он - мертвый) (в поздних текстах формула может быть опущена). Подъезжают к могиле. Заставляет девушку лезть в могилу. Но она хитрит: говорит, чтобы лез он, а она будет подавать вещи. Подает ему вещи по одной (бусы по бусинке, разрывает одежду на полоски и подает по полоске). Поют петухи. Она убегает.

Цветкова. № 146. С. 111. Зап. от Иса-енко Феклы Захаровны, 1905 г. р., украинки, местной в с. Гуляй-Поле Целиноградск. р-на Целиноградск. обл. в 1981 г.

4.2. Не зашла в дом мертвого

Девушка тоскует, плачет по своему

умершему жениху (возлюбленному). Он приезжает за ней ночью. Зовет с собой, увозит. (По дороге лошадь, обернувшись, сообщает девушке, что она на смерть едет (три раза)).

Приезжают в незнакомую деревню, в новый дом (без окон, без дверей). Жених велит девушке заходить, а он будет подавать вещи. Девушка говорит, чтобы заходил он, а она будет подавать вещи. Подает вещи по одной (бусы по бусинке, разрывает одежду на полоски). Поют петухи. Все исчезает. Наутро ее находят у могилы мертвого жениха [Могилу раскапывают. Мертвец лежит в другом положении - под ним одежда девушки].

Евсеев. № 138. С. 92-93. Зап. в п. им. Челюскинцев Казанского р-на Тюменск. обл. от Кох Веры Ивановны, 1966 г. р., в 1997 г. [Текст в подработке. Об этом свидетельствуют стиль изложения и обилие деепричастных оборотов].

4.3. Колдун-«самородок» и поповна

Купеческий сын полюбил поповскую

дочку (или просто парень полюбил девушку). Отец девушки не захотел ее отдать. Договорились, что она убежит. За это время купеческий сын умирает. К тому же он был природный колдун («колдун-самородок»). Девушка ждет, он приезжает за ней. Увозит. По дороге задает вопрос типа «Месяц светит.». Она отвечает отрицательно.

Приезжают на кладбище. Мертвец заставляет девушку лезть в могилу. Она проявляет находчивость: снимает одежду и подает ему по одной вещи. Поет петух, метвец исчезает в могиле. Девушка бежит. Залезает на колокольню. Звонит. Собирается народ. Ее увозят к отцу. [Но после этого она живет недолго - умирает].

Иванов. Верования. С. 99-100. Орловск.

губ.

[Текст плохо записан или в пересказе].

4.4. Придавила сундуком

Девушка тоскует, плачет по своему умершему жениху. Он приезжает за ней ночью. Увозит. По дороге задает вопрос типа: «Месяц светит.» (один, два, три раза). Она отвечает отрицательно. Приезжают на кладбище. Велит ей лезть в могилу. Она говорит, что будет подавать ему вещи. Подает. Потом бросает на него тяжелый сундук.

Произносит «Христос воскрес» и убегает. [Впоследствии сходит с ума].

РНСКП № 28. С. 163-164. Зап. в д.

Шуерецкое Беломорского р-на.

4.5. Просто убежала

Девушка тоскует, плачет по своему умершему жениху (возлюбленному). Мертвец приходит ночью. Приказывает ей одеваться. Ходит по двору и, пока она одевается, все время говорит: «Месяц на небо всходит, мертвец по двору ходит. Готова ли, девица?». Затем они идут на кладбище. Он заставляет ее лезть в могилу. Но она убегает и спасается (но вскоре заболевает и умирает).

Шейн. Мат-лы III. С. 322. С. Новосёлки Игуменского у. Минск.. губ.

4.6. Сила христианской молитвы

Девушка тоскует об умершем возлюбленном. Он приезжает за ней ночью. Увозит ее. По дороге произносит формулу типа «Месяц светит, мертвец едет.). Она пугается, читает молитву. Его отбрасывает от нее. Она убегает и спасается. (После этого сходит с ума).

Иванова. Вятск. № 214. С. 66. Зап. в д. Мишотино Котельнического р-на Кировск. обл. от Бобровой Александры Федосьевны, 1923 г. р., в 1991 г.

4.7. Вмешательство чужого мертвеца

Девушка дружит с парнем. Родители не хотят отдавать. Договариваются убежать. Она ждет жениха ночью. Этим пользуется другой мертвец, который приезжает за девушкой в виде ее любимого. Увозит ее. По дороге задает вопрос типа «Месяц светит, мертвец едет.». Девушка отвечает отрицательно, но догадывается, что едет с мертвецом. Достает из узелка Библию. Приезжают на кладбище. Мертвец заставляет ее лезть в могилу. Она хитрит: просит показать, как это нужно сделать. Мертвец входит в могилу, девушка накрывает могилу своей шубой, в рукава которой заложена Библия, и убегает. Забегает в часовню, перекрещивает двери. Утром убегает в деревню. [Родители, узнав о случившемся, отдают ее за любимого].

Зиновьев. С. 273-274. № 393. Зап. от Мосоловой Любови Петровны, 1955 г. р., в с. Верхние Ключи Нерчинского р-на Читинской обл. в 1969 г.

РНСКП. Упоминание о таком развитии сюжета в примечании к тексту № 28: с. 348-349. [Только, видимо, приходил все-таки свой жених, а не чужой мертвец].

4.8. Погоня

Девушка плачет, тоскует по умершему жениху. Он приходит ночью. Велит ей собираться, брать свое приданое. Ведет ее на кладбище к своей могиле (Формула типа «Месяц светит» отсутствует). Она подает ему приданое. Он рвет каждую вещь на куски. Она убегает.

Изорвав все, пускается в погоню. Девушка сбрасывает с себя нижнюю одежду.

Пока он ее разрывает, она успевает забежать домой. Мертвец произносит: «Счастлива ты, что убежала, а то бы знала, как по мертвому плакать». Девушка перестает тосковать.

Драгоманов. С. 392-393. С. Ольгинское Мариупольск. у. Екатеринославск. губ.

4.9. Форма, приспособленная к теме «Мифический любовник»

Мертвый жених (мертвый муж) ходит к тоскующей о нем невесте (жене). Однажды говорит, чтобы она собиралась и ехала с ним. Приезжают на кладбище. Он заставляет ее лезть в могилу. Она хитрит: говорит, чтобы он лез сам, а она будет ему вещи подавать. Подает ему вещи по одной, бусы по бусинке, растягивая время до рассвета. Поют петухи, могила закрывается.

Возвращается домой, начинает лечиться. Мертвый ночью приезжает, произносит: «Счастлива ты!...», - больше не приходит.

(См. оппозиционный сюжет 3.3.) Зиновьев. С. 275. № 395. Зап. от Волог-жиной Екатерины Афанасьевны, 1898 г. р., неграмотной, в с. Аталанка Усть-Удинского р-на Иркутск. обл. в 1978 г.

Ончуков, № 39. Арханг. губ.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ,

ПРИНЯТЫХ В «УКАЗАТЕЛЕ»

1. Карнаухова - Карнаухова И.В. Сказки и предания Северного края. М.; Л., 1934.

2. Зиновьев - Зиновьев. Мифологические рассказы русского населения Восточной Сибири. Новосибирск, 1987.

3. Ончуков. - Ончуков Н.Е. Северные сказки // Записки РГО по отделению этнографии. СПб., 1903. Т. XXXIII.

4. Иванов. Верования - Иванов А.И. Верования крестьян Орловской губ. // Этнографическое обозрение. 1900. № 4. С. 68-118.

5. Гнатюк. Знадоби I, II - Гнатюк В. Знадоби до галицько-русско1 демонологи. Т. I. Львов, 1904, т. II, вып. 1-2. Львов, 1912.

6. Добровольск. СЭС I - Добровольский. Смоленский этнографический сборник. Ч. I. СПБ., 1891.

7. Драгоманов - Драгоманов М. Малорусские народные предания и рассказы. Киев, 1876.

8. РНСКП - Русские народные сказки Карельского Поморья / сост. А.П. Разумова, Т.И. Сеньки-на. Петрозаводск, 1974.

9. Шейн. Мат-лы III - Шейн П.В. Материалы для характеристики быта и языка русского населения Северо-Западного края. Т. III. Верования, обычное право, колдовство, знахарство, лечение болезней, средства от напастей, поверья, суеверия, приметы и т. д. СПб., 1902.

10. Чуб. Труды II - Чубинский П. Труды этнографическо-статистической экспедиции в Западно-Русский край. Т. II. Пг., 1878.

11. ЛА Козловой Н.К. - Личный архив Козловой Н.К.

12. Цветкова - Цветкова А.Д. Русская мифологическая проза Центрально-Северного Казахстана: учеб. пособие. Павлодар, 2006.

14. Иванова. Вятск. - Вятский фольклор : мифология / подг. изд. А.А. Иванова. Котельнич, 1996.

15. Евсеев - Евсеев В.Н. Мифологические рассказы юга Тюменской области. Былички и бывальщины: учеб. пособие. - М., 2004.

ЛИТЕРАТУРА

[1] Калягин Н. И. Чтения о русской поэзии: Катенин // «Золотой лев». № 157-158. Ш1_: www.zlev.ru.

[2] Уткинский сборник : письма В. А. Жуковского, М. А. Мойер и Е. А. Протасовой. М., 1904.

[3] Иезуитова Р. В. Жуковский // История русской литературы : в 4 т. Т. 2. М., 1981. С. 104-134.

[4] Карнаухова И. В. Сказки и предания Северного края. М. ; Л., 1934.

[5] Козлова Н. К. Восточнославянские былички о змее и змеях. Мифический любовник. Указатель сюжетов и тексты. Омск, 2000.