Русские предложения с местоименно-инфинитивным оборотом на фоне их английских и венгерских эквивалентов

СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

УДК 811.112.2'367.367

РУССКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С МЕСТОИМЕННО-ИНФИНИТИВНЫМ ОБОРОТОМ НА ФОНЕ ИХ АНГЛИЙСКИХ И ВЕНГЕРСКИХ ЭКВИВАЛЕНТОВ

В. Ю. Копров, В. Б. Филатова

Воронежский государственный университет

Поступила в редакцию 10 октября 2013 г.

Аннотация: статья посвящена анализу особенностей семантико-структурной организации и функционирования русских локативно-посессивных предложений, осложненных местоименно-инфинитивным оборотом, на фоне их эквивалентов в английском и венгерском языках.

Ключевые слова: типология предложения, русский язык, английский язык, венгерский язык, семантика, структура, функционирование локативно-посессивных предложений с местоименно-инфинитивным оборотом.

Abstract: this article is devoted to the analysis of semantic and structural organization and functional features of Russian locative-possessive sentences with pronominal-infinitival clause against the background of their English and Hungarian equivalents.

Key words: sentence typology, Russian language, English language, Hungarian language, semantics, structure, functioning of locative-possessive sentences with pronominal-infinitival clause.

Предметом анализа в данной статье являются локативно-посессивные предложения с местоименно-инфинитивным оборотом типа Нам (у нас) есть что / нечего читать и их эквиваленты в английском и венгерском языках.

Предложения данного типа в двух языках заслуживают подробного описания, поскольку в обширной литературе, посвященной их структуре и семантике, отразилось разнообразие взглядов ученых на принципы типологии предложения, выделения частей речи, разграничения членов предложения и т. д. В исследованиях по синтаксису русского языка основное внимание обращалось на определение места данных предложений в традиционной системе координат: односоставность - двусоставность, личность - безличность, глагол - связка, глагольное сказуемое - составное именное сказуемое. В ходе изучения материала лингвисты выявили основные компоненты структуры таких предложений и подметили связь семантики данных предложений со сложными синтаксическими построениями (обзор взглядов на проблему А. А. Шахматова, А. М. Пешковского, А. С. Попова, Е. М. Галкиной-Федорук, А. Н. Гвоздева, Е. А. Седельникова, К. А. Тимофеева, В. В. Ба-байцевой, П. А. Леканта, А. М. Ломова, С. Я. Гехтляр и других ученых см. [1, с. 88-98]).

© Копров В. Ю., Филатова В. Б., 2014

В свете семантико-функциональных сопоставительных исследований синтаксиса разноструктурных языков спор по поводу односоставности/двусостав-ности рассматриваемых предложений, по нашему мнению, потерял свою актуальность: актантный подход в сочетании с поаспектным методом анализа предложений обеспечивает более последовательное и непротиворечивое описание их семантико-синтак-сической организации.

В центре семантико-функциональной типологии предложения-высказывания находится информативно минимальное простое предложение, в котором представлены одна отраженная сознанием предметная ситуация и одна предикация {Мороз; Мне холодно; Дети спят; Кошка разбила вазу; Он подарил жене шубу; Она переложила деньги из кошелька в карман).

В процессе речевой деятельности говорящий часто включает в состав предложения-высказывания распространители разного рода: необязательные (факультативные) семантические актанты, модальные и фазисные модификаторы, определительно-обстоя-тельственные компоненты, формируя тем самым простые распространенные предложения: 1) Он не мог ехать (Ю. Слезкин); 2) И вдруг на рассвете раздался залп фашистской артиллерии (А. Серафимович). Если в предложениях типа (1) выражается одна ситуация, то предложения типа (2) содержат уже не

одну, а несколько предметных ситуаций; при этом «вторичные» (по мнению говорящего) ситуации представляются в свернутом виде определительными и обстоятельственными формами, лишенными собственной предикативности.

В еще более сложных по семантико-структурной организации осложненных простых предложениях вторичная ситуация выражается неличными оборотами (причастными, деепричастными, инфинитивными), например: Карандаш катался по карте, разбитой на квадраты (В. Катаев); Я пришел дать вам волю... (В. Шукшин). Подобные предложения характеризуются уже двуситуативностью и полуто-рапредикативностью, представленной здесь в полном объеме в главной части и в том или ином объеме

- в неличном обороте.

Осложняет структуру высказывания включение в его состав двух (и более) признаковых компонентов

- так называемых однородных и неоднородных сказуемых, связанных с субъектным актантом единой предикативностью: Она проснулась и включила телевизор; Леонид Александрович возвращался из Москвы с дневного диспута в Политехническом музее триумфатором (В. Вересаев). Все осложненные по семантике и структуре конструкции находятся в переходной зоне между простым и сложным предложениями.

Реализуя свою коммуникативную интенцию, говорящий в составе одного высказывания может реализовать две (или более) соотнесенные между собой развернутые ситуации, каждая из которых обладает собственной предикативностью. Организованные таким образом комплексы традиционно относят к сложным предложениям (сложносочиненным или сложноподчиненным, союзным или бессоюзным) [2].

По нашему мнению, в интересующих нас предложениях находят свое выражение две отраженные сознанием предметные ситуации. Одна из них эксплицируется инфинитивной конструкцией в частично свернутом виде, а входящий в ее состав признак (отношение) не получает полного предикативного оформления. Такому свертыванию может быть подвергнута любая предметная ситуация, получающая развернутую номинацию в виде изосемических предложений различных частеречных типов. Например, субъектно-объектная ситуация отражается в инвариантной семантической структуре «субъект - действие

- объект», в развернутом виде реализуемой двуактант-ным глагольным предложением: Мы торгуем бытовой техникой. Но в нашем случае эта ситуация сворачивается в инфинитивный оборот (инфинитив с актантными и обстоятельственными позициями: нам торговать бытовой техникой, и далее этот оборот включается в качестве компонента в состав предло-

жения, передающего вторую предметную ситуацию

- локативно-посессивную (инвариантная семантическая структура «локализатор-посессор - обладание

- объект»). Именно эта ситуация выдвигается говорящим на передний план и передается в развернутом виде предикативной конструкцией - предложением. При этом первую позицию в предложении, как правило, занимает локализатор-посессор (нам/у нас). В признаковой позиции (отношения локализации или обладания) выступает глагол соответствующей лек-сико-семантической группы (быть, иметься, хватать, оставаться и т.п.). Во вторую актантную позицию порождаемого предложения ставится местоимение (местоименное наречие) (чем, о чем, кем, куда, кому, из-за чего и т.п.), которое в результате прономинализации заменяет наиболее важный для говорящего компонент свернутой ситуации, передаваемой инфинитивным оборотом.

В результате описанного речемыслительного процесса получается предложение: Нам (у нас) (ло-кализатор-посессор) есть (глагол обладания) чем (прономинализованный объектный компонент свернутой ситуации - бытовой техникой) торговать. В процессе порождения отрицательного предложения глагол есть в настоящем времени опускается, а отрицательная частица не присоединяется к местоимению: Нам (у нас) н е ч е м торговать.

В качестве возможного варианта интерпретации процесса порождения предложений данного типа можно предположить, что две те же предметные ситуации первоначально кодируются языком в виде сложноподчиненного предложения. Его главной частью является предложение, передающее локативно-посессивную ситуацию (У нас есть бытовая техника), в качестве придаточной - определительное предложение, представляющее вторую ситуацию (которой мы торгуем): У нас есть бытовая техника, которой мы торгуем. Далее, под действием универсального закона экономии речевых усилий, происходит прономинализация объектного актанта главного предложения и сворачивание придаточного предложения в инфинитивный оборот, в результате чего порождается локативно-посессивное предложение, осложненное местоименно-инфинитивным оборотом: У нас есть чем торговать.

Информативно обязательным компонентом предложений данного типа является субъектный актант

- локализатор-посессор, представленный формой родительного падежа с предлогом у или дательного падежа без предлога: Им было чем гордиться; У нас есть кем заменить вас. В ряде случаев локализатор-посессор может иметь форму родительного падежа с предлогом для: Для аудиофилов теперь есть где послушать музыку с высочайшим качеством. Все эти формы в предложениях указывают на грамматически

Русские предложения с местоименно-инфинитивным оборотом.

определенный субъектный актант: У всех было на что жаловаться (А. Зиновьев); Мне было за что обижаться (Д. Самойлов); Протестантам было за что хвататься (Е. Чижова). Этот актант может совпадать или не совпадать с актантом потенциального действия, названного инфинитивом, сравните: У нас есть чем (нам) заняться - У нас есть чем вам заняться.

Как правило, в первом случае формы у кого / кому выступают как вариантные: У меня /мне есть что читать. Анализ фактического материала подтверждает, что между предложениями с данными формами имеются семантико-функциональные различия: в предложениях с формой у кого акцентируется значение посессивности (У меня было о чем общаться с друзьями), а в предложениях с кому - модальное значение возможности/невозможности осуществления действия, выраженного инфинитивом (Мне было когда общаться с друзьями). Но в предложениях с отрицанием используется только форма дательного падежа локализатора-посессора: Мне было некогда ждать; Полиции было некогда возиться с ворами и др.

Субъектный компонент часто не эксплицируется, т.е. выступает как неопределенный или обобщенный, например: Эту страну есть за что любить (см. об этом подробнее [3]).

В признаковой позиции предложений интересующего нас типа выступает глагол лексико-семанти-ческой группы обладания (быть, иметься, хватать, оставаться и т.д.). Во вторую позицию ставится местоимение (местоименное наречие), которое заменяет наиболее важный для говорящего компонент свернутой ситуации, передаваемой инфинитивным оборотом (чем, о чем, кем, куда, кому, из-за чего и т. д.): Значит, в Москве у вас есть где жить (И. Ар-хипова); Родителям было некогда следить за моим чтением (С. Маршак); Нам есть где перекусить (С. Ломан); Панкратовой было за что благодарить помогавшую ей Надежду (П. Акимов).

В зависимости от актуального членения высказывания порядок слов в локативно-посессивных предложениях с местоименно-инфинитивным оборотом может инвертироваться, например: Нам есть за что любить эту страну (нейтральный, прямой порядок слов) - Любить эту страну (нам) есть за что - Есть за что нам любить эту страну - Эту страну нам есть за что любить. При этом, однако, наблюдается неразрывная последовательность глагола есть и местоименного компонента (за что).

В соответствии с приведенной выше типологией все подобные полуторапредикативные предложения являются семантически сложными, а структурно -простыми, осложненными инфинитивным оборотом, т.е. они входят в зону переходности между просты-

ми и сложными предложениями. Интересно сопоставить русские предложения данного типа с соответствующими конструкциями таких разноструктурных языков, как английский и венгерский.

В аналитическом английском языке соответствующие значения передаются локативными предложениями с there is в препозиции к остальному составу и посессивными предложениями с глаголом to have, которые осложняются местоименно-инфинитивными оборотами:

There was something (for us) to discuss (Нам было что обсудить);

Не had nothing to say (Ему было нечего сказать).

При сопоставлении английских и русских предложений в свете категории определенности/неопределенности были выявлены межъязыковые расхождения. Если в русском языке определенность локали-затора-посессора реализуется в рамках одной синтаксической конструкции двумя вариантными формами, то в английском языке определенность реализуется двумя различными конструкциями. Обычно используются посессивные предложения с глаголом to have: We have somewhere to sleep. При этом определенный локализатор-посессор совпадает по номинативной семантике с субъектом, который остается невыраженным в инфинитивной конструкции. Приведем несколько примеров из художественной литературы: The police had nothing to say (C. Rose); I've got no money and nowhere to go (M. Falk); We have nowhere to hide (M. Amis); He had nothing to wish for in life, and nobody to love (C. West). I believe we truly have something to celebrate (K. Logan); I have somebody to suture (C. Anderson).

Однако посессивная конструкция используется и при несовпадении локализатора-посессора с субъектным актантом свернутой ситуации, например: Never mind that at ten o'clock tomorrow we have professor Thornton... and we have no one to meet him (J. Neel). Для выражения ситуации с определенным субъектом могут использоваться и локативные предложения с оборотом there is: There was somethingfor us to discuss. Неопределенность субъектного актанта передается конструкцией с оборотом there is, например: There was nobody to win over with his now not so pretty face (P. Scobie); There was nowhere to escape (J. Fowels); There is nothing to suppress (J. Fowels); There is nowhere to be alone, except my bedroom... (M. Gervaise, B. Wendover); There is nothing to offer the people of Northern Ireland (The Daily Mirror).

Как видим, основное межъязыковое расхождение здесь состоит в том, что в русском языке используются локативно-посессивные предложения одного семантико-структурного типа с двумя вариантными формами локализатора-посессора, а в английском

языке соответствующие значения передаются двумя предложениями - локативными или посессивными, которые осложняются местоименно-инфинитивными оборотами.

Агглютинативный венгерский язык в этой области оказался очень близким к флективному русскому языку: здесь мы находим такие же по семантике и структуре локативно-посессивные предложения с субъектом в дательном падеже, глаголом van (быть), который в настоящем времени опускается, местоимением и инфинитивом в качестве осложняющего компонента, например: Nem valt mirol beszélni - Ему было не о чем говорить; Nem volt mire várni - Нечего было ждать; Van kihez fordulni - Есть к кому обратиться.

Отличительной особенностью венгерских предложений, по сравнению с русскими, является то, что инфинитив здесь может принять личное окончание в соответствии с лицом локализатора-посессора, который при этом становится определенным, но не эксплицируется отдельной словоформой: Nincs mit olvasnom - Мне нечего читать; Nem volt mit csinál-nom - Мне было нечего делать. Если же в предложении присутствует форма локализатора-посессора в дательном падеже, то личные окончания у инфинитива обычно опускаются: A pulikon és birkákon kívül Jánoskának nem volt kivel beszélgetni - Кроме овчарок и овец, Яношке не с кем было поговорить [4, с. 219].

Итак, локативные и локативно-посессивные предложения с местоименно-инфинитивным оборотом в

Воронежский государственный университет Копров В. Ю., доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой русского языка для иностранных учащихся основных факультетов E-mail: koprov@mail.ru Тел.: 8 (473) 242-66-07

Филатова В. Б., аспирант кафедры русского языка для иностранных учащихся основных факультетов E-mail: kolbeshkina2010@mail.ru Тел.: 8 (473) 266-31-03

русском, английском и венгерском языках представляют собой результат действия универсального закона экономии речевых усилий. В их семантике отражены две ситуации, одна из которых выражена в развернутом виде глагольной конструкцией, а вторая

- в свернутом виде местоименно-инфинитивным оборотом. Свойственные таким предложениям осложненная номинативная семантика, модальность, эмоционально-экспрессивная и стилистическая окрашенность требуют их дальнейшего семантико-функ-ционального сопоставительного исследования.

ЛИТЕРАТУРА

1. Копров В. Ю. Семантико-функциональный синтаксис русского языка в сопоставлении с английским и венгерским / В. Ю. Копров. - Воронеж : Издательство О. Ю. Алейникова, 2010. - 328 с.

2. Копров В. Ю. О применении поаспектного подхода к семантико-функциональному описанию сложноподчиненных предложений / В. Ю. Копров, Е. Г. Скре-бова // Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. - 2013. - Вып. 2 : Филологические науки. - С. 53-62.

3. Филатова В. Б. Об изучении вариантных форм субъекта локативно-посессивных предложений с мес-тоименно-инфинитивным оборотом в практике преподавания РКИ / В. Б. Филатова // Иноязычное образование в современном мире : сб. науч.-метод. статей. - Ч. 2.

- М. : ООО «Кодекс-М», 2013. - С. 151-155.

4. Майтинская К. Е. Венгерский язык / К. Е. Май-тинская. - Ч. 3 : Синтаксис. - М : Изд-во АН СССР, 1960.

- 375 с.

Voronezh State University

Koprov V. Yu., Doctor of Philology, Professor, Head of the Russian for International Students Department

E-mail: koprov@mail.ru

Tel.: 8 (473) 242-66-07

Filatova V. B., Post-graduate Student of the Russian for International Students Department

E-mail: kolbeshkina2010@mail.ru

Tel.: 8 (473) 266-31-03