О формировании международного политико-правового регулирования в области водных отношений

удовлетворения их запросов. Главный путь развития межкультурных контактов - это неформальные контакты, потому что когда встречаются функционеры, представляющие те или иные организации как носители административных принципов, культурного контакта не происходит. Важно расширять неформальные контакты. Диалог культур приводит к углублению культурного саморазвития, к взаимообогащению за счет иного культурного опыта как в рамках определенных культур, так и в масштабах мировой культуры. Необходимость диалога культур как условие самосохранения человечества. Взаимодействие, диалог культур в современном мире - процесс сложный и, возможно, иногда болезненный. Необходимо обеспечить оптимальное взаимодействие, диалог народов и культур в интересах каждой из сторон этого взаимодействия и в интересах общества, государства, мирового сообщества.

Сегодня фактор ШОС - это значимый и стабильный компонент международной жизни. ШОС проповедует философию, суть которой такова: все страны, независимо от размера территории, экономической мощи, политической культуры, традиционных особенностей, должны обладать абсолютно равным голосом в мировых делах и одинаково полноценно участвовать в обсуждении важнейших вопросов современности. «Эта философия неизбежно воспринимается как вызов тем тенденциям, которые особенно отчетливо проявились в последнее время, когда весь мир пытались лепить по лекалам определенного стандарта, по субъективным меркам, когда навязывались лишь одни, чьи-то, системы ценностей. А ШОС отстаивает принцип паритета, когда все страны могут не только совершенно равноправно и полноценно сотрудничать, невзирая ни на какие различия, но и развивать при этом в сообществе с другими государствами национальные культурные традиции. Эта философия и придает уникальность организации, служит главным при-

УДК 341.221

тягательным моментом» [5].

Сейчас, когда реанимируются утверждения о непреодолимых культурно-цивилизационных

различиях между государствами, Организация демонстрирует прекрасный пример равноправного партнерства на евразийском пространстве, партнерства, стратегической целью которого является укрепление региональной безопасности и стабильности, содействие экономическому процессу и интеграционным процессам при сохранении национальной и культурной самобытности каждого из государств. Сформулированные в Шанхае задачи реально воплощаются в жизнь. Создана прочная база для того, чтобы ШОС вышла не только на качественно новые рубежи сотрудничества, но и значительно увеличила свой вклад в решение глобальных проблем современности. Залогом этого служит реальное устремление всех участников Организации к совместной работе и солидарным действиям.

Литература

1. Многосторонняя дипломатия. Межцивилизационный

диалог. МИД РФ// [Электронный ресурс]:

http://www.knogg.net/m/01 07.htm

2. Декларация пятилетия Шанхайской организации сотрудничества. - Шанхай. 2006. 16 июня.

3. Синицына Т. «ШОС: “великая и ужасная”?». ИНФО ШОС// [Электронный ресурс]: http://infoshos.ru/ru/?idn=5202

4. Лапшин А.Г. Международное сотрудничество в области гуманитарного образования: перспектива кросс-

культурной грамотности // Кросс-культурный диалог: компаративные исследования в педагогике и психологии: сб. ст. - Владимир, 1999.

5. Моиссев Л. Свое место в мировой архитектуре ШОС

уже заняла. ИНФО ШОС // [Электронный ресурс]:

http://infoshos.ru/ru/?idn=4090

Борисенко Ольга Андреевна, аспирант Читинского государственного университета.

Borisenko Ol'ga Andreevna - post-graduate of Chita State University.

Е-mail: olenka m2@mail.ru

ТБ Цыренова

О ФОРМИРОВАНИИ МЕЖДУНАРОДНОГО ПОЛИТИКО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ В ОБЛАСТИ ВОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ

В статье рассматривается механизм формирования международного политико-правового регулирования в области водных отношений.

Ключевые слова: водные отношения, международное политико-правовое регулирование.

T.B. Tsyrenova

ABOUT THE FORMING OF MECHANISM OF INTERNATIONAL POLITICAL LEGAL REGULATION IN FIELD OF WATER RELATIONS

The article deals with the mechanism of forming of international political legal regulation in field of water relations.

Key words: water relations, international political legal regulation.

Международное политико-правовое регулирование водных отношений представляет собой действенную модель управления водными ресурсами на межгосударственном и государственном уровнях. Его осуществление отражает одно из внешних проявлений взаимозависимости государств в контексте отношений социума и окружающей его природной среды. Обязательный характер определения норм в данной области продиктован основными принципами политики государств в области охраны окружающей среды.

Особое место в ряде проблем охраны окружающей среды занимает проблема загрязнения водных ресурсов. Прирост народонаселения и связанное с этим увеличение расходования водных ресурсов для обеспечения его потребностей, рост водоемкости производства, сброс сточных вод и отходов промышленности, снижение способности водоемов к самоочищению - все это свидетельствует об актуальности существующего вопроса и позволяет рассматривать его как одну из глобальных проблем человечества.

Вода является обязательным условием и неотъемлемой частью существования всех живых организмов на земле. Вместе с тем сегодня уже встает вопрос о дефиците пресной воды. Согласно данным Всемирной организации здравоохранения при Европейском Союзе более 1 млрд людей на Земле пьют непригодную для потребления воду, а 2,4 млрд, т.е. 40% населения планеты, не располагают необходимыми службами очистки питьевой воды, 3,4 млн человек в мире, главным образом дети, ежегодно умирают от заболеваний, связанных с плохим качеством воды [1].

По данным Всемирной метеорологической организации, к 2020 г. с нехваткой питьевой воды может столкнуться все население Земли [2]. Существует проблема неравномерного ее распределения. Так, в Сибири, Канаде воды избыточно, в то время как Северная Африка, Южная, Западная и Средняя Азия сталкиваются с ее нехваткой, что впоследствии может стать одной из причин вооруженных конфликтов в XXI в.

Первоначально охрана окружающей среды рассматривалась как сугубо внутреннее дело отдельного государства. Однако природа как единый комплекс и водные ресурсы как составляющий ее компонент не знают государственных границ. Поэтому эта проблема не может ограничиваться рамками только одного государства. По словам И.П. Бородина, «все, что делается одним государством и многими государствами совместно в области охраны окружающей среды, должно рассматриваться в качестве составных частей мировой охраны природы» [3]. Поэтому проблема охраны окружающей среды была дополнена механизмом международного правового

регулирования, основанного на принципах разумного и справедливого использования, зафиксированного в международных нормативноправовых документах.

Систему международного водного регулирования образуют правовые доктрины и нормы -определения, принципы, предписания, запреты, процедуры, условия, подлежащие обязательному соблюдению при осуществлении тех или иных видов деятельности и содержащиеся в двусторонних и многосторонних международных соглашениях, полностью или частично регулирующих межгосударственные и иные международные отношения в области охраны окружающей среды и природопользования. Помимо обязательных для соблюдения и исполнения правил поведения или норм твердого права, в международном водном праве рассматриваются рекомендательные нормы, которые оказывают регулирующее воздействие на государства.

Все нормы международного водного права и содержащие их соглашения по предмету правового регулирования делятся на две группы. В первую входят нормы, направленные на охрану трансграничных вод, а во вторую - нормы, нацеленные на регулирование экологически вредной деятельности в связи с водопользованием [4].

В процессе формирования международного водного права были выдвинуты различные доктрины совместного использования трансграничных речных бассейнов. Наиболее известными являются доктрина абсолютного территориального суверенитета, доктрина абсолютной территориальной целостности, доктрина ограниченного территориального суверенитета и доктрина общности интересов, положения которых прямо противоречат друг другу.

Доктрина абсолютного территориального суверенитета (доктрина Хармона) предполагает, что каждое национальное государство может использовать воды международных рек, текущих по их территории, по желанию, невзирая на последствия, оказываемые на другие государства. Согласно ей другие государства бассейна не имеют никакого права ограничивать использование государством ресурсов реки в пределах ее границ, а страны, располагающиеся в верховьях рек, могут свободно истощать или использовать ресурсы реки в пределах своих границ без учета последствий для стран, расположенных внизу по течению реки. По этой доктрине вышележащее государство может свободно забирать всю воду из разделяемой реки, ничего не оставляя нижележащим странам.

В противовес ей доктрина абсолютной территориальной целостности рассматривает трансграничную реку как общую собственность при-

брежных стран, что означает, что ни одному государству не позволено лишать другое определенных выгод в водном вопросе. Эта теория строится на принципе абсолютного права стран низовьев на непрерывный сток реки, поступающий из стран верховья, независимо от существующих приоритетов, в соответствии с которым нижележащая страна может иметь силу вето над любым использованием воды государством верхнего течения, что, в свою очередь, может нарушить естественное течение вод.

В основе доктрины ограниченного территориального суверенитета лежит правовой принцип «каждый должен использовать свою собственность таким образом, чтобы не нанести ущерб чужой собственности». В этом случае прибрежные страны имеют взаимные права и обязанности в использовании воды их международных водотоков, и каждая имеет право на справедливое разделение выгод.

И, наконец, доктрина общности интересов рассматривает трансграничный водный объект как одну гидрологическую единицу, управление которой должно осуществляться как единым целым. Каждое государство в пределах бассейна имеет право предпринимать действия против любого другого государства бассейна, если это государство может оказать воздействие на ресурс без сотрудничества и разрешения его соседей [5].

В основу международного политикоправового регулирования в области водных отношений легли третья и четвертая доктрины, а именно доктрина ограниченного территориального суверенитета и доктрина общности интересов . Среди его основных принципов выделяются обязанность обмена информацией, обязательство оповещать о планируемых мерах, способных оказать значительный ущерб, справедливое и разумное использование водных ресурсов, обязанность мирного разрешения международных споров.

Основополагающие принципы международного водного права нашли свое отражение во многих международных соглашениях, управляющих поведением государств относительно международных водных объектов и их водных ресурсов. Важным элементом их реализации является требование осуществления государствами всех разумных мер для предотвращения значительного ущерба другим государствам бассейна.

Начало разработки международного правового регулирования в области водных отношений положил Институт международного права, созданный в 1893 г., который в 1911 г. разработал Мадридскую резолюцию о международных положениях относительно использования между-

народных водотоков [6]. Она явилась основой последующих международных договоров, общих юридических правил в области водных отношений.

Вместе с тем этот важнейший для того времени документ не учитывал всех аспектов взаимоотношений государств в области водных отношений. Существовавший механизм правового регулирования той резолюцией предусматривал в основном экономические интересы государств, при этом политическая и экологическая составляющие не находили своего должного отражения. Однако экономическая составляющая неизменно обусловливала и другие составляющие.

Так, рост промышленного производства в 5060-е гг. прошлого столетия обусловил увеличение и осложнение споров прибрежных государств вокруг промышленного и сельскохозяйственного использования международных рек Экономические споры не замедлили перейти в политические конфликты. Ярким тому подтверждением явился конфликт 1959 г. между Ираком и Ираном в вопросе использования трансграничной реки Шатт-аль-араб [7].

Все эти споры поставили вопрос о необходимости изменения системы правового регулирования водных отношений в соответствии с требованиями времени. Поэтому на 48 конференции Ассоциации международного права, проходившей в 1958 г. в Нью-Йорке, приняли во внимание изменившиеся обстоятельства экономического и политического характера, что было направлено на развитие мирного сотрудничества прибрежных государств на принципах взаимности, максимального использования рек для общего блага и признании речной целостности [8]. При этом водная система трансграничных рек рассматривалась как целое для прибрежных государств при сохранении суверенитета каждого прибрежного государства [9].

Дальнейшая корректировка принципов международного правового регулирования в области водных отношений была связана с геополитическими аспектами, обусловленными деятельностью не имевших прямого выхода к главному руслу трансграничных рек стран, направленной на использование вод второстепенных притоков реки, оказывавших воздействие на состояние экосистем трансграничных водных объектов. Возник вопрос о необходимости внедрения бассейнового принципа к проблеме использования трансграничных водных объектов. Этот принцип рассматривал трансграничный водный объект как единую гидрологическую единицу, управление которой должно осуществляться как единым целым. В 1966 г. Ассоциацией международного права был принят термин «международный речной бассейн», повлекший за собой систематиза-

цию принципов международного права в области трансграничных водных ресурсов [10].

Введение бассейнового подхода к использованию трансграничных вод прибрежными государствами вместе с их взаимозависимостью требовало принятия новых правил использования трансграничных вод, поэтому были разработаны Правила пользования водами международных рек, подписанные в Хельсинки в 1966 г. [11].

Хельсинкские правила основываются на том, что каждое государство в пределах международного дренажного бассейна имеет право на разумную и справедливую долю выгодного использования водных ресурсов бассейна. Эта идея представляет собой «развитие правил международного права, которые запрещают государствам причинять любой существенный ущерб другому государству или регионам, расположенным вне пределов национальной юрисдикции».

Впервые в мировой практике была выдвинута такая идея справедливого пользования водой международного водосборного бассейна [12].

Знаменательным фактом в Хельсинских правилах было то, что наряду с экономическим и политическим аспектами был сделан особый акцент на экологическую составляющую. Так, термину «загрязнение воды», означающему любое приносящее ущерб изменение содержания и качества воды международного водосборного бассейна в результате человеческого поведения, было придано особое значение [13].

Принятая в 1992 г. Конвенция ЕЭК ООН по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер еще более усилила экологическую составляющую межгосударственного регулирования в области водных отношений. Ее акты установили принцип «загрязнитель платит», а загрязнителями как раз могут быть (и зачастую являются) транспортные организации, береговые службы и частные судовладельцы.

Она нацелена на установление общих подходов и правовых механизмов по охране трансграничных рек и озер от загрязнения. В качестве экологической составляющей правового регулирования водных отношений рассматривалась обязанность Сторон по введению нормативов качества вод, по предупреждению и снижению трансграничного воздействия, охране и восстановлению водных экосистем, включая земли водосборного бассейна, животный мир и лесные экосистемы. В Конвенции были закреплены важные принципы водных отношений, до этого действующие как международный обычай. В основу Конвенции был положен принцип, в соответствии с которым государства обязаны использовать воды трансграничных водотоков экологи-

чески благоприятным и рациональным образом, принципы равного и разумного использования, предосторожности и компенсации причиненного вреда [14].

Фундаментальные основы и процедурные правила международного водного права бассейнового принципа были определены в Конвенции ООН о праве несудоходных видов использования международных водотоков 1997 г. - рамочном инструменте, определяющем основные права и обязанности стран одного бассейна. Принятая решением Генеральной Ассамблеи ООН от 21 мая 1997 г. Конвенция была поддержана 104 государствами. По сфере своего действия Конвенция является открытой для всех заинтересованных государств. Ее принятие связано со стремлением государств установить универсальные правила по хозяйственному использованию водных ресурсов трансграничных рек, таких как строительство гидротехнических сооружений, забор воды для ирригации, коммунального хозяйства, промышленности и распределение водных ресурсов между государствами нижнего и верхнего течения. Требования Конвенции сформулированы на основе норм преимущественного обычного права и международных доктрин с учетом двусторонних и иных бассейновых соглашений. В целях обеспечения равного доступа государств бассейнов трансграничных рек к водным ресурсам установлены обязательства по уведомлению о намечаемых хозяйственных проектах водопользования по непричинению значительного ущерба, предотвращению загрязнения, справедливому и разумному водораспределению, реализуемого через широко применяемый механизм квотирования или распределения водных ресурсов между странами бассейна в процентном выражении [15].

Для развития Конвенции по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер от 1992 г. 35 европейских стран подписали в Лондоне в 1999 г. Протокол по проблемам воды и здоровья [16]. Подписавшие Протокол страны взяли на себя обязательство охранять водные экосистемы в интересах охраны здоровья людей, осуществлять сотрудничество в области обеспечения устойчивого развития и гармонизации законодательства в Европейском регионе. В нем говорится, что вода необходима для поддержания жизни. Наличие воды в таких количествах и такого качества, которые достаточны для удовлетворения основных потребностей человека, является одной из предпосылок как укрепления здоровья людей, так и устойчивого развития. Была признана польза для здоровья и благополучия человека, приносимая чистой водой хорошего качества и гармоничная и надле-

жащим образом функционирующая водная среда.

Особое значение в Протоколе отводится питьевой воде, которая используется или предназначена для употребления человеком в качестве питьевой воды, для обработки и приготовления пищи, для личной гигиены или в аналогичных целях.

Применение его положения распространяется на поверхностные пресные воды; подземные воды, эстуарии, прибрежные воды, которые используются для рекреационных целей или производства рыбы методом аквакультуры, или производства или сбора моллюсков и ракообразных; замкнутые воды, общедоступные для купания. Выделенные в Протоколе воды в процессе забора, транспортировки, очистки или снабжения и сточные воды в процессе сбора, транспортировки, очистки и сброса или повторного использования в большей степени относятся к понятию «вода (водный ресурс)», имеющему экономическое и экологическое значение [17].

Особую сферу правового регулирования водных отношений составляет международное морское право. Оно включает в себя целый ряд международных и региональных соглашений, таких как Конвенция 1954 г. о предупреждении загрязнения моря нефтью, Конвенция 1969 г. о гражданской ответственности за ущерб от загрязнения нефтью, Конвенция 1972 г. о предупреждении загрязнения моря сбросами отходов и других материалов, Конвенция 1973 г. о предупреждении загрязнения моря с судов, Конвенция ООН 1982 г. по морскому праву и другие. Эти соглашения детальным образом определяют режим морской среды и устанавливают сложный комплекс обязанностей государств по снижению и контролю загрязнения моря с различных источников, а также меры ответственности. Начиная с 1976 г. ЮНЕП утвердила Программу региональных морей, результатом которой стало заключение более 30 соглашений по отдельным морям [18].

С принятием Конвенции об охране и использовании трансграничных водотоков и международных озер от 1992 г. и Конвенции о праве несудоходных видов использования международных водотоков, принятой в Нью-Йорке в 1997 г., стало употребляться понятие «трансграничные водотоки», а затем «трансграничные воды». При этом понятие «водоток» означает систему поверхностных и грунтовых вод, составляющих в силу своей физической взаимосвязи единое целое и обычно имеющих общее окончание, а «международный водоток» означает водоток, части которого находятся в различных государствах [19].

Понятие «трансграничные воды» более приближается к российскому пониманию понятия «водный объект (воды)», что означает любые поверхностные или подземные воды, пересе-

кающие границы двух и более государств. В тех случаях, когда трансграничные воды впадают непосредственно в море, пределы таких трансграничных вод ограничиваются прямой линией, пресекающей их устье между точками, расположенными на линии малой воды на их берегах.

В сентябре 2002 г. на Всемирном саммите по устойчивому развитию в Йоханнесбурге Европейский Союз (ЕС) официально объявил о начале осуществления Глобальной Водной Инициативы «Вода для жизни - здоровье, благополучие, экономическое развитие и безопасность». Совет Европейского Союза полностью одобрил эту инициативу. Она пользуется политической поддержкой со стороны Европейской Комиссии и 15 стран - членов ЕС. Политическая поддержка Инициативы подкрепляется обязательствами по достижению ключевых целевых показателей, связанных с водой, и ЕС подтверждает обязательства внести свой вклад с тем, чтобы обеспечить к 2005 г. - подготовку во всех странах планов интегрированного управления водными ресурсами и планов эффективного использования водных ресурсов, к 2015 г. - сокращение вдвое доли населения, не имеющего доступа к безопасной питьевой воде и адекватной канализации [20].

Глобальная Водная Инициатива предполагает помощь в подготовке законодательства, связанного с водными ресурсами (включая укрепление системы лицензий на водопользование и разрешений на сброс стоков), поддержку международных конвенций, связанных с управлением водными ресурсами. Между тем в ней недостаточно обозначены вопросы международного правового регулирования водных отношений.

И, наконец, в 2004 г. на Берлинской конференции Ассоциации международного права были приняты Правила по водным ресурсам [21]. Берлинские правила представляют собой обновленный и переработанный вариант Хельсинских правил по пользованию водами международных рек 1966 г. и других правил Ассоциации.

На сегодняшний день они рассматриваются как документ, подводящий итог формирования международного политико-правового регулирования в области водных отношений, отражающий главные принципы предыдущих документов по охране и использованию трансграничных водных объектов.

Литература

1. Всемирная организация здравоохранения при ЕС. иКЪ: http://www.who.int/ru

2. Всемирная метеорологическая организация. ЦКЬ: http://www:wmo.int/pages/index_ru.htm

3. Бородин И.П. Мировая охрана природы. - Пг., 1915. -С. 85.

4. Водный глоссарий. ЦКЬ: http://www.glossary.ru

5. Там же.

6. Институт международного права, созданный в 1893 г., представляет собой неофициальный орган, состоящий из 130 избираемых членов и принимающий резолюции по установлению действующих норм международного права. Им также были разработаны Зальцбургская резолюция 1961 г. по использованию международных неморских вод и Афинская резолюция 1979 г. о загрязнении рек и озер и международном праве.

7 . Системная история международных отношений: в 4 т. / под ред. А.Д. Богатурова. Т. 3: 1945-2003. События. -М., 2004. - С.2 47.

8. Ассоциация международного права является международной неправительственной организацией, созданной в Брюсселе в 1873 г. Она имеет консультативный статус при организациях ООН - ЭКОСОС, ЮНЕСКО, ИМО, ЮНКТАД. Согласно своего устава она призвана способствовать прогрессивному развитию международного права, его добросовестной реализации и устранению коллизий законов.

9. Резолюция 48-й конференции Ассоциации международного права, Нью-Йорк, 1958.

10. Резолюция 52-й конференции Ассоциации международного права, Хельсинки, 1966.

11. Правила пользования водами международных рек,

Хельсинки, 1966. ЦКЬ: http://www. cawater-

info.net/bk/water_law/9_1/htm.

12. Правила пользования водами международных рек. -Хельсинки, 1966. - Гл. 2.

13. Правила пользования водами международных рек. -Хельсинки, 1966. - Гл. 3.

14. Конвенция ЕЭК ООН по охране и использованию

трансграничных водотоков и международных озер. - Хельсинки, 1992. URL: http://www.bellona.ru/casefiles/helsinki92

15. Конвенция ООН о праве несудоходных видов использования международных водотоках. - Нью-Йорк, 1997. URL: http://www. zaki.ru/pagesnew.php?id=1076

16. Протокол по проблемам воды и здоровья к Конвен-

ции по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер 1992 г. - Л., 1999. URL:

http://www.bellona.ru/casefiles/london99

17. Протокол по проблемам воды и здоровья к Конвенции по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер 1992 г. - Лондон, 1999. - Ст. 7.

18. United Nations Enviroment Programme. URL: http://www. unep-wcmc.org

19. Конвенции о праве несудоходных видов использования международных водотоков. - Нью-Йорк, 1997. - Ст. 2.

20. Глобальная водная инициатива «Вода для жизни -здоровье, благополучие, экономическое развитие и безопасность». URL: http://www.fondedin.ru/dok/05.

21. Правила по водным ресурсам. - Берлин, 2004. URL: http:/www. cawater-info.net.

Цыренова Татьяна Батомункуевна — канд. филос. наук, доцент, докторант кафедры философии Бурятского государственного университета.

Tsyrenova Tatyana Batomunkuena - candidate of philosophy science, doctorant of department of philosophy of Buryat State University.

E-mail: tstatiana75@inbox.ru