Газеты «Уральский рабочий» и «Вечерний Свердловск» о событиях 19-21 августа 1991 г. На среднем Урале

А. П. Расторгуев

газеты «уральский РАБОЧИЙ» И «ВЕЧЕРНИЙ СВЕРДЛОВСК» О СОБЫТИЯХ 19-21 АВГУСТА 1991 Г. НА СРЕДНЕМ УРАЛЕ

Двойственность позиции, которую заняли в дни «путча» в августе 1991 г. органы власти, позволила журналистам двух ежедневных газет Свердловской области — «Уральский рабочий» и «Вечерний Свердловск» дать объективную картину развития событий. Благодаря этому соответствующие газетные номера являются сегодня важными историческими источниками — в том числе сведений о развитии первой после многих десятков лет массовой политической стачки промышленных рабочих, грозившей перерасти во всеобщую.

Скоротечные и до трагизма драматичные события 19-22 августа 1991 г., пятнадцатилетие которых отмечалось в минувшем году, обозначили завершение советского периода отечественной истории. Быстрота и ограниченная география этих событий, казалось бы, отводили региональным газетам роль своеобразных регистраторов происходящего. Однако годы перестройки изменили политический статус СМИ, в особенности прессы. В условиях общей неопределенности и двойственной позиции издателей в дни путча уральским журналистам пришлось на свой страх и риск самим вырабатывать модель поведения. Именно в эти дни обозначился рубеж, когда, по словам профессора МГУ Я. Н. Засурского, «печать, которая была орудием партии, после распада советской системы и запрещения КПСС стала свободной от внешнего давления»1.

В соответствии с обычным графиком в первый день «путча», в понедельник 19 августа, в середине дня увидела свет только газета «Вечерний Свердловск». Она успела опубликовать лишь указ вице-президента СССР Г. Янаева о вступлении в исполнение обязанностей Президента СССР и «Заявление советского руководства» о введении чрезвычайного положения в отдельных местностях и создании соответствующего Государственного Комитета — ГКЧП2. В вышедшем на следующее утро, 20 августа, номере газеты «Уральский рабочий» эти документы были дополнены датированным 16 августа заявлением Председателя Верховного Совета (далее ВС) СССР А. Лукьянова о недостатках проекта Договора о Союзе суверенных государств и его постановлением о созыве внеочередной сессии ВС 26 августа; обращениями ГКЧП к советскому народу и главам государств и правительств; указом о введении чрезвычайного положения в Москве и двумя постановлениями ГКЧП — в том числе о приостановке выхода ряда общесоюзных и московских газет3.

Выполнив обязательную в тех условиях для всех газет функцию, редколлегия «Уральского рабочего» проявила и самостоятельность: в номере за 20 августа были опубликованы указ Президента РСФСР Б. Ельцина о незаконности ГКЧП и его решений; обращение к «Гражданам России», именующее происходящее «правым реакционным антиконституционным переворотом» и призывающее к всеобщей бессрочной забастовке, а также информация о созыве 21 августа сессии ВС РСФСР. Кроме того, «Уральский рабочий» сопроводил публикацию постановле-

ния ГКЧП № 1 выдержкой из Закона СССР «О правовом режиме чрезвычайного положения», которая уже сама по себе рождала сомнения в правовом соответствии действий вновь образованного Комитета юридическим нормам3.

Подкрепляла эти сомнения опубликованная в том же номере подборка сообщений информационных агентств о реакции на события в Москве глав иностранных государств. По мнению агентства Си-эн-эн, М. Горбачев находился под домашним арестом. Пресс-секретарь Президента США Д.Буша выступил с заявлением о том, что его администрация «продолжает попытки узнать подробности происходящего». По мнению французского МИДа, также следовало «дождаться уточнений относительно обстоятельств, при которых произошло это смещение, а главным образом — мер, которые примут те, кто это решение осуществил...». О том, что реакция будет выработана, заявили власти Японии, а представители германских властей просто отметили, что «очевидное лишение власти Президента Михаила Горбачева сильно напоминает обстоятельства отставки Никиты Хрущева.»3.

Сами журналисты «Уральского рабочего» в собранной из самых разнообразных источников хронике 19 августа в соответствии с памятной очевидцам обстановкой того дня констатировали: «Вопросов много, ответов — пока негусто. »3. Среди прочего, эта хроника сообщала и о реакции руководящих органов КПСС, один из которых — Свердловский обком партии — являлся учредителем газеты: «Секретариат ЦК призывает коммунистов и граждан страны действовать по Конституции СССР... В обкоме КПСС прошло рабочее совещание. Было сказано о том, что ситуация сейчас изучается, анализируется в силу ее неоднозначности.»3. Здесь же излагалось решение Президиума областного Совета народных депутатов, который 19 августа одобрил «все российские документы», однако также призвал свердловчан и жителей области «сохранять спокойствие и трудовой ритм».

В середине дня информация об этом решении вместе с текстами упомянутого указа Президента РСФСР и обращения «Гражданам России» вышла в новом номере «Вечернего Свердловска». Сюда же успело заявление расширенного бюро Свердловского горкома КПСС, которое, отметив, что все эти события «поставили ряд непростых вопросов», поддержало призыв к спокойствию4. Как видно, ни один из опубликованных уральскими журналистами материалов не содержал безоговорочных призывов к поддержке ГКЧП.

В следующем своем номере — от 21 августа — «Уральский рабочий» продолжил публикацию материалов обеих сторон конфликта, поместив на своих страницах не только невнятное заявление Комитета конституционного надзора СССР, заявление ГКЧП, оценивающее действия российского руководства как амбициозные и безответственные, и сообщение ТАСС «Встреча советского руководства с журналистами», но и новые указы Президента РСФСР. Фотографии на первой полосе газеты, сделанные 20 августа, зафиксировали горожан, как изучающих текст вывешенного в витрине Центрального гастронома обращения «Гражданам России», так и митингующих у здания Свердловского горсовета с плакатами, на которых можно различить призывы к гражданскому неповиновению и всеобщей политической стачке. А из подборки зарубежных сообщений читатели смогли

узнать о теперь уже однозначно негативной реакции Запада, в том числе новом высказывании Д. Буша о явно антиконституционном характере переворота и смещения М. Горбачева.

Под шапкой «Эхо драматических событий» газета «Уральский рабочий» продолжила публиковать сообщения о том, что происходило в предыдущий день в городах и районах области. При этом представители местных Советов независимо от того, поддержали они позицию российских органов власти или воздержались от комментариев, подчеркивали общий настрой властей на спокойствие и нежелательность забастовки. Корреспонденты же, подытоживая свои разговоры с людьми, отмечали ту же самую неоднозначность мнений — мол, меры вроде бы ожидаемые и желаемые, но действия сомнительные.

Призывы спросить избирателей, народ — «что делать и с кем надо идти» — звучали, судя по опубликованному в газете отчету В. Толстенко, который исполнял в эти дни обязанности главного редактора «Уральского рабочего», и на селекторном совещании, проведенном днем ранее, 20 августа, в обкоме КПСС. При этом бюро обкома акцентировало внимание на том, что «безответственные заявления могут привести к непредсказуемым последствиям». Упоминалось и о заключении, к которому пришли на заседании президиума своей ассоциации руководители промышленных предприятий: никаких забастовок, пусть решают вопрос о власти наверху парламентским путем.

В то же время, отметил автор отчета, многие секретари горкомов и райкомов партии подтвердили: уклончивые ответы ГКЧП по поводу М. Горбачева вызывают массу вопросов. А первый заместитель председателя облисполкома С. Воздвиженский прямо предложил «определиться выборным органом: какую сторону поддерживаем...». Но предупредил: «если мы как партия поддерживаем незаконно действующий комитет, мы — участники этого заговора. И это — конец КПСС.»5.

Помимо недвусмысленности предложенной альтернативы знаковость этому заявлению придавала принадлежность его автора к высшей региональной партийно-хозяйственной элите, которая в большинстве своем от однозначных заявлений в те дни воздерживалась. Привел В. Толстенко и оценку, которую дал ГКЧП главный редактор литературного журнала «Урал» В. Лукьянин: «Творческая интеллигенция никогда не поддержит тех, кто встанет на сторону явно незаконного комитета спасения.»5.

Достаточно подробно «Уральский рабочий» сообщил читателям о стачке шахтеров Североуральского бокситового рудника (СУБР), где 19 августа забастовали две шахты, а 20-го — уже весь коллектив. При этом автор не только описал ход событий, но и привел однозначное высказывание генерального директора предприятия В. Потылицына: «Люди не признают самозваного ГКЧП.»5. Сообщение также носило знаковый характер: в апреле того же 1991 г. именно коллектив СУБРа наиболее активно включился в общероссийскую политическую забастовку шахтеров, инициаторы которой выдвинули в том числе требования отставки Президента СССР, роспуска союзных органов и подписания нового Союзного Договора6. Газета не просто фиксировала начало новой политической стачки на предприятии: стачка рассматривалась как реакция шахтеров на призыв руководства России.

Вместе с тем газета поместила интервью Председателя Совета республики ВС РСФСР В. Исакова, который в телефонном разговоре с корреспондентом высказался против того, чтобы звать народ на баррикады, и призвал «решать вопросы конституционным путем»5. Спокойной, судя по заголовкам соответствующих заметок, оставалась ситуация в Свердловском гарнизоне («Служба в обычном порядке») и органах внутренних дел («Милиции и без политики работы хватает.»)5.

Газета «Вечерний Свердловск» во второй половине дня 21 августа помимо официального текста решения Президиума Свердловского облсовета, тех же указов Президента РСФСР и его обращения к солдатам и офицерам, со ссылкой на пресс-центр облсовета опубликовала подборку сообщений из ряда регионов страны, в том числе о митингах и забастовках. Здесь же была приведена запись телефонного разговора с народным депутатом СССР В. Волковым, призвавшим дать оценку незаконным действиям ГКЧП и соответствующим образом в преддверии сессии ВС СССР воздействовать на свердловских депутатов. А хроникальная заметка «В последний час» сообщала о создании стачкомов, начале забастовок и обращении Президента РСФСР за поддержкой к свердловскому ОМОНу7.

По свидетельству очевидцев, предощущение поражения ГКЧП появилось у них уже 20 августа после телевизионной трансляции неубедительной встречи членов ГКЧП с журналистами. Однако официальное изложение произошедшего на ней разговора, в ходе которого Г. Янаев назвал призывы руководства РСФСР к неповиновению опасной политикой, подобного предощущения не передавало. Так что развязку «путча» газета «Уральский рабочий» констатировала лишь 22 августа. На страницах подписанного в печать лишь за пятнадцать минут до полуночи номера с еще тревожными заявлением Президента РСФСР об освобождении военнослужащих от ответственности за неисполнение незаконных приказов и призывом Свердловского облсовета к солдатам и офицерам не исполнять приказы ГКЧП, встретились сообщения о вылете членов ГКЧП в Крым, решении коллегии Министерства обороны СССР вывести войска в пункты постоянной дислокации и информация ТАСС о том, что ограничения на выпуск СМИ сняты8.

Как подчеркнул ровно через пятнадцать лет тот же В.Толстенко, сообщением о том, что члены ГКЧП не арестованы в аэропорту Внуково, а вылетели в Крым, полученным непосредственно из штаба Б. Н. Ельцина, «наша газета, по сути, опередила не только все региональные, но и подавляющее большинство московских печатных изданий.»9. Несмотря на то, что в самой редакции журналисты придерживались подчас диаметральных политических взглядов, редколлегия «Уральского рабочего» в целом определила собственную позицию, сопроводив свою информацию недвусмысленным заголовком «Они не прошли!»8.

И все же опубликованная на первой полосе номера фотография многолюдного общегородского митинга, который прошел днем 21 августа в Свердловске и собрал около ста тысяч горожан, представляется вполне беспристрастным документом. На снимке ясно различаются надписи: «Хунту к ответу», «Нет военной диктатуре», «Путчу нет», «Долой ГКЧП», «Поддержим Горбачева и Ельцина», «Путчистов под суд», «Самозванцев к ответу». При этом «официальный» лозунг «Обеспечим порядок и законность» содержится лишь на одном плакате.

Главным на этом митинге, где основную долю «половодья людей» составили работники забастовавших заводов, также стал, как свидетельствует отчет Л. Кол-биной и С. Парфенова на страницах «Уральского рабочего», вопрос о всеобщей политической стачке. При этом, изложив содержание выступлений, журналисты воздержались от личных оценок и просто констатировали, что «.собравшиеся разделили точку зрения» представителей стачкомов: «забастуем — поможем Ельцину, не забастуем — поддержим Комитет. Доводов в пользу других методов борьбы не прозвучало.»8.

В то же время приведенное в другой заметке из Первоуральска анонимное мнение: «Мы обязаны работать при любом правительстве.» и сообщение А. Чечулина о том, что бюро Асбестовского горкома КПСС, признав ГКЧП незаконным, одновременно призвало «трудящихся к плодотворной работе на предприятиях и в полях», фактически подчеркнули массовость и решительность настроений активной части свердловчан, тем более что в том же Асбесте, по свидетельству корреспондента, президиум горсовета заявил о своей готовности «в случае необходимости возглавить политическую забастовку»8.

Продолжая фиксировать «Эхо драматических событий», газета извещала о стачках на ряде крупных заводов и о том, что заявки на участие в политической забастовке подали свыше 500 предприятий Свердловска. В другом материале о событиях предшествующего дня рассказывалось: «К утру в Совете, по сути, уже действовал городской стачечный комитет. Кроме коллективов СУБРа и ВИЗа остановили производство «Уралмаш», НПО «Автоматика», СИЗ, шахтеры Березовского, оптико-механический завод, металлурги Красноуральска, производственное объединение «Пневмостроймашина», завод «Уралкабель». К полудню в городе было создано около 120 стачкомов. Народ «проснулся».»8, — констатировала газета.

В отчете о чрезвычайной сессии областного Совета народных депутатов раскрывался механизм организации политической стачки. Сообщалось, что областной Совет народных депутатов «объявил предзабастовочную ситуацию в области, которая должна явиться грозным предупреждением для участников переворота. Предусмотрено образование Координационного совета из представителей областного, городских и районных Советов и их исполнительных органов. Именно этот орган и сможет призвать. в случае ухудшения ситуации к всеобщей политической забастовке.»8.

Попутно отметим: эти публикации о ходе политической забастовки существенно уточняют воспроизводимые современным исследователем советского и постсоветского периода отечественной истории А. Барсенковым данные

о том, что «московских «демократов» поддержали лишь «верные» шахтеры: в Кузбассе по указанию Совета рабочих комитетов забастовали 16 шахт и разрезов из 101.»10. Даже с учетом того, что первыми в Свердловской области, как и ранее в апреле, работу прекратили шахтеры Североуральска, назревавшая политическая стачка приобретала совершенно иной, уникальный характер. На этот раз останавливались предприятия и других отраслей, в том числе традиционно дисциплинированного особым характером своего производства военнопромышленного комплекса. Политическая стачка 21 августа 1991 г. остановила

ведущие предприятия ВПК в одном из крупнейших промышленных центров страны.

Материалы вышедшего всего полдня спустя, в середине 22 августа, номера газеты «Вечерний Свердловск» уже вполне отразили атмосферу очевидной к тому времени победы над ГКЧП. Пафос этой победы, в частности, явно разделяет автор репортажа «Свердловск пробуждается!», описывая тот же общегородской митинг: «.одна из самых многочисленных — колонна оптико-механического завода. Выступавшие с Верх-Исетского металлургического завода, возвестившего в полночь о начале забастовки заводским гудком; представители Уралмаш-завода, завода имени Калинина, с других предприятий были единодушны.» в осуждении членов ГКЧП, которых именует самозванцами уже и сам автор11. В то же время автор другого материала, Н. Пономарева, прямо осудила и призывы «строить виселицы на Красной площади», которые встречались на этом митинге «бурными аплодисментами»11.

Сообщая о решении прекратить общегородскую забастовку, газета подытожила: «Уральцы были готовы». Коллектив редакции, констатировав, что «сегодня все события принадлежат истории», провозгласил здравицу демократии, а один из членов контрольной комиссии Свердловской городской организации КПСС заявил о целесообразности исключения из партии одного из членов ГКЧП — генерального директора ПО «Машиностроительный завод имени Калинина» А. Тизякова.

Вопрос о позиции, занятой в эти дни комитетами КПСС разного уровня и партией в целом, а также о перспективах ее деятельности после поражения «путча» фактически вышел на первый план. С нападками на КПСС, которые днем спустя резко прокомментировал корреспондент «Уральского рабочего» Б. Тимофеев, уже 21 августа на чрезвычайной сессии Свердловского областного Совета выступил ряд его депутатов. Тогда же, 22 августа, «Уральский рабочий» сообщил о принятом предыдущим утром решении бюро Свердловского горкома КПСС признать создание ГКЧП незаконным, а также о письме коммунистов-педагогов в ЦК и обком партии с предложением исключить из нее организаторов переворота8.

В интервью газете «Вечерний Свердловск», опубликованном 23 августа, первый секретарь Свердловского горкома партии В. Денисенко, отвечая на вопрос о причинах первоначального молчания, вынужден признать: «.ситуация сложилась уж очень неординарная, и мы, по правде сказать, растерялись.»12. И в тот же день в «Уральском рабочем» в своем итоговом комментарии В. Толстен-ко напомнил, что на «известном читателю селекторном совещании» представители Нижнего Тагила назвали позицию некоторых секретарей Свердловского обкома КПСС пассивной поддержкой ГКЧП13.

Ни запоздалые осуждения ГКЧП, ни объяснения и оправдания постфактум, как известно, не помогли. Уже 26 августа из выходных данных номера газеты «Вечерний Свердловск», в котором был опубликован Указ Президента РСФСР о приостановлении деятельности КП РСФСР, было удалено упоминание о Свердловском горкоме КПСС как соучредителе, и журналистский коллектив редакции был обозначен в качестве единственного учредителя. Коллектив же «Уральского

рабочего» 27 августа, дополнив Указ распоряжением руководителей областного Совета и его исполкома о приостановлении деятельности партийных органов на территории области, оповестил читателей о своем аналогичном решении в специальном заявлении.

Оценивая в 2006 г. политическую позицию региональных властей, В. Тол-стенко обращает внимание на ее двойственность, которая, безусловно, ощущалась и в те самые дни: официальная политическая элита Свердловской области в большинстве своем уклонилась от вовлечения в действия как ГКЧП, так и органов государственной власти РСФСР. «.Соблюдайте спокойствие, работайте, разберемся...», — так характеризует суть ее тогдашней позиции Толстен-ко. «Единственное, что четко прослеживается, — вспоминает он сегодня, — партийно-советская власть Среднего Урала пыталась не допустить массовых забастовок и каких-либо эксцессов экстремистского характера. »9.

Аналогичную линию поведения, за исключением лидеров Татарстана, Краснодарского края, Ростовской, Самарской и Липецкой областей, публично поддержавших ГКЧП, избрали и органы власти многих других российских регионов. Как отмечает А. Барсенков, эта линия находит соответствие и в тогдашнем двойственном поведении представителей органов власти РСФСР: «С одной стороны, ее лидеры встали на путь беспощадной информационно-политической конфронтации... а с другой — .находились в постоянном контакте с членами ГКЧП.»14.

В таком же положении оказались в этой ситуации и журналисты. С одной стороны, они сами, судя по их публикациям, в зависимости от собственных политических пристрастий и опыта сочувствовали тем или другим участникам противостояния или как минимум их декларациям, с другой — ощущали ответственность за возможные последствия своих выступлений.

Представляется, однако, что та же самая двойственность и неопределенность, отсутствие однозначности дали журналистам в эти два-три дня уникальную возможность выбора — момент той самой свободы, к которой стремятся многие из них. И, несмотря на более позднюю самокритику — тот же В.Толстенко в своем комментарии 23 августа 1991 г. назвал объективизм двух предыдущих номеров «излишним»; несмотря на противодействие — по его словам, публикацию указов Президента РСФСР в «Уральском рабочем» часть руководителей обкома КПСС восприняла «с неудовольствием», сделанный журналистами выбор оказался совершенно профессиональным.

Именно благодаря такому выбору указанные номера газет являются сегодня важными историческими источниками — в том числе сведений о развитии первой после многих десятков лет массовой политической стачки промышленных рабочих, действительно грозившей перерасти во всеобщую. Однако кризис разрешился, и, как отметил на следующий же день Б. Ельцин в своем новом обращении, «необходимость во всеобщей забастовке как средстве отпора путчистам отпала»15. А еще через три дня, после приостановления деятельности Коммунистической партии РСФСР, бывшие партийные газеты, как и в целом Россия, вошли в новый период своей истории.

Примечания

1 Засурский Я. Н. Десять лет свободы печати в России // Вестн. Моск. ун-та. Сер. Журналистика. 2001. № 1. С. 12.

2 Вечерний Свердловск. 1991. 19 авг.

3 Уральский рабочий. 1991. 20 авг.

4 Вечерний Свердловск. 1991. 20 авг.

5 Уральский рабочий. 1991. 21 авг.

6 См.: Левчик Д. А. Забастовочное движение шахтеров 1988-1991 гг. // Социол. исслед. 2003. № 10.

7 Вечерний Свердловск. 1991. 21 авг.

8 Уральский рабочий. 1991. 22 авг.

9 Уральский рабочий. 2006. 22 авг.

10 БарсенковА. С. Введение в современную российскую историю 1985-1991 гг. ... М., 2002. С. 221.

11 Вечерний Свердловск. 1991. 22 авг.

12 Вечерний Свердловск. 1991. 23 авг.

13 Уральский рабочий. 1991. 23 авг.

14 Барсенков А. С. Указ. соч. С. 222.

15 Уральский рабочий. 1991. 24 авг.