К вопросу о сущности социального капитала как фактора экономических инноваций

К ВОПРОСУ О СУЩНОСТИ СОЦИАЛЬНОГО КАПИТАЛА КАК ФАКТОРА ЭКОНОМИЧЕСКИХ ИННОВАЦИЙ

Лунева Е.В., к.э.н., доцент, заместитель директора Клинского филиала Российского государственного социального университета по

учебной работе

В статье обоснована актуализация социальных условий и факторов современного экономического развития, что предопределяет необходимость междисциплинарного подхода к исследованию производства инноваций. Выявлена сущность социального капитала экономической организации, связанная с характером и динамикой формирования дополнительного созидательного эффекта вследствие целенаправленного использования творчески-трудовых взаимодействий собственников человеческого капитала. Используя методологический потенциал взаимосвязи сущности и явления, показаны формы созидательного эффекта от применения социальных форм взаимодействий экономических агентов. Научно-практическое значение положений данной статьи заключается в создании основ для совершенствования управления социальным капиталом современного предприятия, ориентированного на расширенное воспроизводство инноваций.

Ключевые слова: социальные основы современного производства, человеческий и интеллектуальны капитал, социальный капитал и социальные активы.

TO A QUESTION ON ESSENCE OF THE SOCIAL CAPITAL AS FACTOR OF ECONOMIC INNOVATIONS

Luneva E., Ph.D., associate professor, deputy director of the Klin branch of Russian State Social University for Academic Affairs

In article actualisation of social conditions and factors of modern economic development that predetermines necessity of the interdisciplinary approach to research of manufacture of innovations is proved. The essence of the social capital of the economic organisation, connected with character and dynamics of formation of additional creative effect owing to purposeful use of creatively-labour interactions of proprietors of the human capital is revealed. Using methodological potential of interrelation of essence and the phenomenon, forms of creative effect from application of social forms of interactions of economic agents are shown. Scientifically-practical value of _positions of given article consists in creation of bases for management perfection by the social capital of the modern enterprise focused on expanded reproduction of innovations.

Keywords: Social bases of modern manufacture, human also are intellectual the capital, the social capital and social actives.

С тех пор, как стали исчезать сомнения в научно-практических дисфункциях модели «человека экономического», что весьма отчетливо проявляется в ходе текущего системного цивилизационноэкономического кризиса, естественным образом все большую актуальность стали приобретать социокультурные, социальные, социально-психологические и иные аспекты хозяйственного развития. Исследовательская легитимность социальных императивов экономической динамики определяется не только «провалами» аксиоматики основного течения, или неоклассической парадигмы, но и общей логикой развития современной науки, которая приводит множество доказательств того, что экономическое поведение человека и социальных групп постоянно детерминируется огромным количеством условий и факторов1.

Если, например, психогеномика и экономическая психология указывают на существенную роль врожденных инстинктов человека и роль определенных генов в принятии соответствующих экономических решений, то социогенетика, социальная психология и экономическая социология активизируют внимание на проблематике так называемых воспитанных инстинктов личности и соответствующих социально-экономических институтов. Если, далее, социальная философия и философская антропология справедливо апеллируют к экономическому сознанию и разуму человека, выдвигая на первый план систему его ценностных, социокультурных ориентиров и сущностных сил, то экономическая физика вполне резонно объясняет связь деловой активности персонала фирм с динамикой протекания магнитных бурь и других природных явлений и т.д.

Очевидно, что в «продуктовой» экономике можно было довольно долго обманываться голым абстракционизмом концепции эгоистического индивида, однако в «знаниевой» экономике становится востребованным все богатство созидательных сил и интенций личности и общества. В контексте отмеченных положений, большой интерес вызывают собственно социальные факторы, как экономического развития в целом, так и расширенного воспроизводства экономических инноваций. И дело не только в том, что экономика, по сути, есть наука социальная, а в том, что ее именно социальное качество должно быть распознано, как источник экономического роста и использовано, при определенных институциональных условиях, как самостоятельный фактор хозяйственных инноваций. Интегрально социальные условия, институты, факторы, различные обстоятельства современного экономического роста объединяются в некий общий параметр, именуемый социальным капиталом, вы-

явлению сущности, характеристике экономического содержания которого, оценке эффективности использования и посвящается данная статья.

Еще Н.Д. Кондратьев, рассматривая экономическую деятельность как сложное сплетение не только материальных, но и социальных и идеальных аспектов, отмечал, что «значительная часть физического труда в обществе (а эта сфера чрезвычайно велика) опирается на начала

сотрудничества людей или находящихся вместе, или в условиях географического разделения. Следовательно, все общество как толстыми канатами как бы пронизано рассмотренными связями. ... И поэтому, если можно сказать, что на основе актов хозяйственного поведения слагается система общественно-хозяйственных отношений, то можно сказать и обратно, что система актов хозяйственного поведения представляет собой выражение существующей системы общественно-хозяйственных отношений между людьми»2. Отсюда становится понятным известный тезис Н.Д. Кондратьева о том, что «схема построения народного хозяйства та же, что и всего человечества». Существенную роль социальным аспектам (социальным институтам и социальному опыту людей) в хозяйственной и в целом общественной жизни отводил Т. Веблен, подчеркивая, что «социальные институты не только сами есть результат процесса отбора и приспособления, формирующего преобладающие или господствующие типы отношений и духовную позицию; они в то же время являются особыми способами существования общества, которые образуют особую систему общественных отношений и, следовательно, в свою очередь выступают действенными факторами отбора»3. Понятно, что вне рамок соответствующих социальных институтов современного общества невозможны, как устойчивые темпы хозяйственного развития, так и высокоэффективные социально-экономические инновации.

Современные исследователи отмечают, что «социальный капитал можно определить как нормы взаимоотношений индивидов, повышающие производительность труда и доход»4. Джеймс Коулмен, являющийся основоположником теории социального капитала, справедливо отмечал, что «в отличие от иных форм капитала (имея в виду капитал как совокупность вещественных ресурсов), социальный капитал свойствен структуре связей между акторами и среди них». По мнению данного исследователя, социальный капитал менее осязаем, чем, например, физический капитал и даже человеческий капитал, «поскольку он существует только во взаи-

моотношениях индивидов»5. Другие исследователи считают, что сущностной основой и имманентной характеристикой социального капитала является доверие, которое подразделяется на «доверие к людям (личностное доверие), а также к институтам и организациям (институциональное доверие)»6.

Есть немало исследований, в которых социальный капитал трактуется функционально, именно с точки зрения его влияния на характер и динамику трансакционных издержек. В частности, Ф. Фукуяма отмечает, что «социальный капитал важен для определенных секторов и определенных форм сложного производства именно потому, что обмен, основанный на неформальных нормах, может устранить внутренние расходы на координацию для больших иерархических организаций, так же как и внешние расходы на ведение переговоров при более удаленных рыночных взаимодействиях. Потребность в неформальном, основанном на нормах обмене становится более важной, по мере того как товары и услуги становятся более сложными, трудно поддающимися оценке и дифференциации. Возрастающая важность социального капитала особенно заметна при переходе от производства, основанного на низком доверии, к производству, основанному на высоком доверии»7.

Как считает Д. Коулмен, социальный капитал есть ценность аспектов социальной структуры как ресурсов для акторов, стремящихся к достижению своих целей. Эти социальные ресурсы, например личности, определяются множеством социальных отношений и взаимодействий: различными ожиданиями и обязательствами, обусловленными качеством социальной среды; способностями социальной среды к передаче информации и многое другое8. Аналогичным образом рассматривают социальный капитал и многие отечественные исследователи, трактуя его как средство решения стратегических задач, формирующих траекторию жизненного пути (например, поступление в учебное заведение, устройство на хорошую работу, продвижение по служебной «лестнице» и т.д.)9.

Другие современные исследователи отмечают, что «термин «социальный капитал» охватывает довольно большой круг понятий: общественные институты, разделяемые людьми ценности, отношения людей друг к другу, а также к другим явлениям, которые (все вместе) управляют взаимодействиями и вносят свой вклад в ход общественного экономического и социального развития. При этом различают два вида социального капитала: структурный (сети, ассоциации, институты, правила и регламенты, которые регулируют их деятельность); когнитивный (отношения, нормы, поведение, разделяемые ценности, доверие). Они могут существовать относительно независимо друг от друга»10.

Предложенные и многие другие трактовки сущности и содержания социального капитала являются весьма полезными для понимания его глубинных оснований и выявления функциональной роли в современном воспроизводстве. Между тем, здесь просматривается определенная эклектичность подходов и оценок данного капитала, смешение «сущностных» и «явленческих» отношений и процессов. В частности, определять социальный капитал как «нормы взаимоотношений индивидов» едва ли правомерно, поскольку, во-первых, далеко не всякие нормы взаимоотношений могут приводить к формированию новых ценностей, что предполагается категорией «капитал»; во-вторых, доходность норм непосредственно связана с капи-

тальной «мощью» не социального, а именно институционального капитала субъекта, где специфической формой доходности как раз и является сокращение трансакционных издержек. Однако институциональный капитал не является непосредственным предметом данного исследования, хотя самостоятельность его «созидательной мощи» вряд ли может быть поставлена под сомнение.

Далее, социальный капитал не просто «свойствен структуре связей между акторами и среди них», а является самой этой связью, самой «тканью» противоречивого взаимодействия индивидов (их культур, мотивов, ценностно-смысловых ориентиров, ментальных моделей, профессиональных знаний и компетенций и т.д.). Социальный капитал есть непосредственная мощь этого взаимодействия, а не его структура либо его нормы и правила; структура и нормы могут лишь ускорить или замедлить скорость и интенсивность социального взаимодействия, то есть повлиять на его «мощность» и качественное содержание, но не стать им как таковым. То же самое относится и к феномену доверия, которое может лишь интенсифицировать действенность механизма социальных взаимодействий, но не подменять его; доверие есть катализатор, трансакционный ускоритель (возможно, мультипликатор) социальных взаимодействий, в которых и заключена творчески-трудовая созидательная сила, но доверие не является самой этой силой.

Очевидно, что социальный капитал способствует сокращению не трансакционных, а социальных издержек функционирования организации (издержек, связанных с неполным использованием либо «консервацией» потенциала социальных взаимодействий субъектов деятельности), что делает весьма дискуссионным следующее положение исследователей: «Социальный капитал содействует экономическому развитию в связи с тем, что он снижает трансакционные издержки. Действительно, локальные сети взаимодействия между людьми снижают цену информации и делают ее более доступной, особенно в той ее части, которая касается цен на производимые продукты, рынков и новых возможностей, прежде всего в экономической части. Распространенность локальных сетей и высокая степень доверия способствуют более быстрому и эффективному принятию коллективных решений и стимулируют совместные эффективные действия. Эмпирические исследования доказывают, что активность людей на микроуровне в рамках местных ассоциаций, а также уровень общественного доверия сильно коррелируют с результатами экономического развития»11.

Таким образом, в существующих трактовках сущности социального капитала хозяйственного агента просматриваются теоретико-методологические просчеты двоякого свойства. Во-первых, за сущность социального капитала часто выдаются лишь отдельные аспекты его содержательных характеристик (доверие, нормы регулирования взаимодействий, организационные структуры и др.). Во-вторых, социальный капитал понимается как «то, что сокращает трансакционные издержки», то есть предлагается функциональная трактовка данного сложного социально-экономического явления. В обоих случаях едва ли «схватывается» сущность социального капитала хозяйственного агента, поскольку само содержание и качество социальных взаимодействий лишь «оформляется» в соответствующие нормы и «ускоряется» определенным уровнем доверия, но никак не подменяется ими. В чем же заключается сущность

1 По замечанию П.А. Сорокина, «если экономист ограничился бы только экономическими явлениями, игнорируя и не учитывая явления не экономические и влияние последних, то вместо законов, формулирующих действительные отношения экономических явлений, он дал бы лишь воображаемые законы, не способные совершенно объяснить подлинные экономические процессы. А раз это так, то ему волей-неволей приходится быть уже не только специалистом-экономистом, но и социологом, координирующим отношения основных форм социальной жизни» (Сорокин П.А. Система социологии / Питирим Александрович Сорокин; вступ. статья, сост. и комментарии В.В. Сапова. - М.: Астрель, 2008. - С. 53).

2 Кондратьев Н.Д. Основные проблемы экономической статики и динамики. Предварительный эскиз. - М.: Наука, 1991. - С. 51, 117.

3 Веблен Т. Теория праздного класса. - М.: Прогресс, 1984. - С. 200.

4 Сасаки М., Латов Ю., Ромашкина Г., Давыденко В. Доверие в современной России (компаративистский подход к «социальным добродетелям») // Вопросы экономики. - 2010. - № 2. - С. 85.

5 Коулмен Дж. Капитал социальный и человеческий // Общественные науки и современность. - 2001. - № 3. - С. 124, 128.

6 Сасаки М., Латов Ю., Ромашкина Г., Давыденко В. Доверие в современной России (компаративистский подход к «социальным добродетелям») // Вопросы экономики. - 2010. - № 2. - С. 87.

7 Фукуяма Ф. Великий разрыв / Фрэнсис Фукуяма; пер. с англ. под общ. ред. А.В. Александровой. - М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2008. -С. 281.

8 См.: Коулмен Д. Капитал социальный и человеческий // Общественные науки и современность. - 2001. - № 3.

9 Молодежь новой России: ценностные приоритеты: Аналитический доклад / Институт социологии РАН, 2007. - Режим доступа: http:/ /www.isras.ru/analytikal_report_youth.html.

10 Экономика, основанная на знаниях / Под общ. ред. А.Л. Гапоненко. - М.: Издательство РАГС, 2006. - С. 38.

11 Экономика, основанная на знаниях / Под общ. ред. А.Л. Гапоненко. - М.: Издательство РАГС, 2006. - С. 39.

социального капитала? Попытаемся ответить на данных вопрос.

Как отмечалось, в существующих исследованиях предлагается лишь внешняя, функциональная характеристика социального капитала определенного субъекта (общества, хозяйственного кластера, предприятия и др.), где доходность данного капитала непосредственно увязывается с сокращением трансакционных издержек. Представляется, однако, что явление социального капитала выражает собой определенное многообразие «доходных» способов и форм бытия социально-экономических взаимодействий; при этом акцентированный анализ динамики трансакционных издержек видится полезным, но далеко не исчерпывающим эффектом применения традиционных и новых социальных форм управления при организации индивидуального и общественного воспроизводства.

Выявлению сущности социального капитала и, следовательно, поиску его доходных форм использования может способствовать интеграция результатов анализа двух взаимосвязанных явлений, а именно: явления «капитального в социальном», а также явления «социального в капитальном». Другими словами, важно обнаружить имманентность, с одной стороны, капитальной мощи социальных созидательных взаимодействий и, с другой стороны, силу социального созидания уже действующего капитала человеческих взаимодействий. Очевидно, что оба явления характеризуются положительной причинно-следственной связью: чем выше уровень и качество социально-созидательных взаимодействий, тем выше уровень их доходности, то есть капитализации; чем выше уровень данной капитализации, тем больше стимулов к совершенствованию форм и способов социально-экономических взаимодействий, а также к институционализации тех из них, которые доказали свою воспроизводственную ценность.

Что касается «явления капитального в социальном» в общей проблематике социального капитала, то здесь едва ли целесообразно выходить за пределы общепринятых трактовок капитала как такового, понимая под ним всякую ценность, непосредственное использование которой приводит к созданию новой ценности. Капитальная сила здесь произрастает из качества социальных взаимодействий, которые предположительно являются ценностноориентированными в творчески-созидательном, именно производящем ключе12 . В самом общем плане капитальная мощь созидательно-социальных взаимодействий непосредственно связана, во-первых, с мобилизацией творчески-трудовой человеческой энергии (индивидуальная мотивация творчества и труда, как известно, существенно усиливается в сфере социальных контактов и отношений); во-вторых, эта усилившаяся индивидуальная мотивация приводит к формированию коллективного синергетического эффекта, или эффекта большей мощности, чем сумма индивидуальных энергетических потенциалов личностей13 .

Таким образом, капитальная мощь социальных взаимодействий заключается в мобилизации дополнительной энергии человеческой творчески-трудовой активности, что чаще всего может существенно превышать соответствующие параметры в ситуации индивидуального творчества и труда конкретной личности. Результатом использования этой энергии являются различные блага, обладающие определенной ценностью для соответствующих хозяйственных агентов. Сущность «капитального в социальном» заключается в целенаправленном, именно благообразующем генерировании дополнительной творчески-трудовой энергии созидательной деятельности, энергии, заключенной в анналах социальных человеческих взаимодействий. Созидательный аспект данной сущности четко выразил П. Сорокин еще много лет назад: «Поистине можно назвать счастливыми тех лиц, которые находятся в сфере солидарной кумуляции двух и большего числа элементарных группировок, которым все они дают солидарные друг с другом императивы поведения. Их поведение будет похоже на движение шара, который рядом сил толкается в одну сторону. Такие индивиды императивами всех скумулировавшихся группировок будут толкаться в одну сторону. В их поступках мы не увидим колебаний и противоречий. Действия их будут решительными. Линия поведения последовательной. Совесть их - ясной. Угрызения и гамлетовщина им неведомы. «Столкновения обязанностей» или «борьба долженствований» - им чужды. Таково поведение индивида в этом случае. Совершенно иным оно будет в случае антагонистической кумуляции элементарных группировок. Здесь поведение индивида будет похоже на движение шара, толкаемого в разные стороны двумя или большим числом сил, действующих в противоположном направлении»14.

В свете отмеченных умозаключений возникает ряд ключевых

проблем. Прежде всего, какова направленность существующих и формируемых новых социальных взаимодействий, на что уже ранее акцентировалось исследовательское внимание. Данное обстоятельство не может не актуализировать ценностно-смысловые аспекты «капитального в социальном», поскольку энергия творчества и труда чаще всего используется, если и по назначению, то в ситуации крайне низкой социально-экономической эффективности, что объясняется отсутствием ясных и понятных правил и институтов, сложностями смыслообразования и стратегического целеполагания. В связи с этим, актуализируется проблема управления «капитального в социальном», где субъекты данного управления призваны, прежде всего, обеспечить требуемую направленность мобилизации и соответствующего использования энергетического потенциала всех участников социально-экономических взаимодействий. В существенной степени актуализируется также и проблема подготовки менеджеров социального капитала организации. Кроме того, важной представляется задача выявления опыта социальных взаимодействий всех участников конкретных «капиталообразующих» социальных практик, априори полагая, что этот опыт имеет индивидуальные особенности и специфические детерминанты развития.

В свете приводимых умозаключений, а также в контексте системно-междисциплинарного подхода к выявлению сущности социального капитала, резонно его рассматривать как часть человеческого капитала в целом. То есть, резонно «исходить из того, что человеческий капитал - это совокупность конструктивных, созидательных свойств человека, включая природные, воспитанные и приобретенные свойства, которые могут быть сохранены и развиты. Эти свойства классифицируют, выделяя капитал здоровья, капитал образования и науки, интеллектуальный капитал, социальный капитал (включая капитал доверия), культурный капитал. . Основы психики, то есть природные и воспитанные экзистенциальные потребности людей («ценности»), их природные и развитые способности образуют в то же время и основу человеческого капитала. Конкретные проявления психики в привычных формах мышления и поведения, в том числе в сфере хозяйства, есть вместе с тем и конкретные формы реализации человеческого капитала»15.

Что касается «явления социального в капитальном» в рассматриваемой проблематике социального капитала в целом, то здесь формируется положительная обратная связь уже мобилизованной творчески-трудовой и целенаправленно-созидательной капиталообразующей энергии с содержанием и качеством породивших эту энергию социальных взаимодействий. Доказавшие свою энергетическую и благосозидающую полезность (ценность, доходность, перспективность и др.) определенные формы и способы социальных взаимодействий институционализируются, то есть принимают форму социально-экономических активов субъекта. Можно также говорить, что социальный капитал хозяйственного агента проявляется в реально действующих высокодоходных социальных активах, или институционализируется в определенные социальные институты. На внутрикорпоративном уровне это могут быть традиции различных форм дискурса, создания творческих коллективов и креативных микрогрупп, нормы, регулирующие обязательное участие менеджеров в работе определенных социальных сетей и т.д.

На внешнем уровне речь может идти о репутации фирмы, имидже ее менеджмента или исследовательских структур, товарном знаке и брэнде продукции и др. В любом случае «социальное в капитальном» результируется в формировании какого-либо института или группы институтов, фиксирующих высокую доходность использования именно этих норм и правил социально-экономических взаимодействий. Таким образом, если «капитальное в социальном» приводит к созданию новых ценных благ на основе целенаправленного использования творчески-трудовой энергии социальных взаимодействий, то «социальное в капитальном» обеспечивает создание социальных активов в форме определенных социальных институтов, являющихся катализаторами дальнейшего повышения результативности творчески-трудового применения энергии социальных взаимодействий.

В проблематике «социального в капитальном» также могут появляться определенные проблемы в том случае, если изначально менеджерами и персоналом был избран поиск легких путей в бизнесе, была сделана ставка не на внутренние творчески-трудовые силы, а на эфемерные внешние источники, на «удачный» случай или недобросовестную конкуренцию и др. В этой ситуации в рамках хозяйственного агента образуется антисоциальный капитал и, соответственно, институционализируются антисоциальные активы.

Рис. 1. Общая модель концепции социально-экономического капитала современной организации

Избежать этого возможно лишь в условиях предварительной ценностно-смысловой ориентировки общей деятельности соответствующего социального сообщества. Труднее дело обстоит в том случае, если уже произошла институционализация негативных форм и способов социальных (читай: антисоциальных в созидательном смысле) взаимодействий, и его участники почувствовали «запах» легких форм дохода и благ.

Рассматривая в созидательном ключе «капитальное в социальном» и «социальное в капитальном», и интегрируя оба феномена в единое целое, обосновывается не только явление социального капитала какой-либо организации (не обязательно создающей экономические блага), но и феномен социально-экономического капитала под которым следует понимать специфическую ценность в форме созидательных (энергопродуцирующих) социальных взаимодействий в рамках организации, ориентированной на воспроизводство экономических благ (или просто в рамках экономической организации). В ходе дальнейшего анализа можно отождествлять социальный капитал и социально-экономический капитал, но при этом должна присутствовать ясность в том, что речь идет об организациях экономического типа, то есть об организациях, где осуществляется выбор среди редких ресурсов с целью создания различных экономических благ. Другими словами, социально-экономический капитал - это социальный капитал экономически ориентированной организации. Общий ракурс модели концепции социально-экономического капитала можно представить следующим образом (рис. 1).

Таким образом, сущность социально-экономического капитала (социального капитала экономической организации) характеризуется противоречивым единством двух феноменов: «капитального в социальном» и «социального в капитальном». Развиваясь в заданном определенном ценностно-смысловом пространстве социально-экономический капитал предстает как самостоятельный фактор современного воспроизводства. Данный капитал, с одной стороны, реализует свою созидательную силу посредством мобилизации творчески-трудовой энергии персонала фирм и нации в целом (работает «капитальное в социальном»); а с другой стороны, институционализирует лучшие формы социальной практики и ее результаты в качестве социально-экономических активов организации (работает «социальное в капитальном»). С точки зрения управления социальным капиталом в контексте расширенного вос-

производства экономических инноваций, здесь высвечиваются, как минимум, два направления деятельности: во-первых, объектом управленческого воздействия становится механизм социальных взаимодействий, включая различные формы и способы этих взаимодействий; во-вторых, необходимо осуществлять институциональное предпринимательство в сфере формирования, мониторинга и развития институтов, регулирующих и координирующих внутренние (внутренний брэнд) и внешние (внешний брэнд) социальные взаимодействия.

Литература:

1. Веблен Т. Теория праздного класса. - М.: Прогресс, 1984.

2. Интеллектуальный анализ динамики бизнес-систем / Под научной ред. д.т.н., проф. Н.М. Абдикеева. - М.: ИНФРА-М, 2010.

3. Клейнер Г.Б. Системный ресурс экономики // Вопросы экономики. - 2011. - №1.

4. Коулмен Дж. Капитал социальный и человеческий // Общественные науки и современность. - 2001. - № 3.

5. Макаров В.Л. Микроэкономика знаний / В.Л. Макаров, Г.Б. Клейнер; Отд. обществ. наук РАН, Центр. экон.-мат. ин-т. - М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2007.

6. Мильнер Б.З., Румянцева З.П., Смирнова В.Г., Блинникова А.В. Управление знаниями в корпорациях / Под ред. д-ра эконом. наук, проф. Б.З. Мильнера. - М.: Дело, 2006.

7. Молодежь новой России: ценностные приоритеты: Аналитический доклад / Институт социологии РАН, 2007. - Режим доступа: http://www.isras.ru/analytikal_report_youth.html.

8. Ольсевич Ю.Я. Психологические основы экономического поведения. - М.: ИНФРА-М, 2010.

9. Сасаки М., Латов Ю., Ромашкина Г., Давыденко В. Доверие в современной России (компаративистский подход к «социальным добродетелям») // Вопросы экономики. - 2010. - № 2.

10. Сорокин П.А. Система социологии / Питирим Александрович Сорокин; вступ. статья, сост. и комментарии В.В. Сапова. -М.: Астрель, 2008.

11. Фукуяма Ф. Великий разрыв / Фрэнсис Фукуяма; пер. с англ. под общ. ред. А.В. Александровой. - М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2008.

12. Экономика, основанная на знаниях / Под общ. ред. А.Л. Гапоненко. - М.: Издательство РАГС, 2006.

12 Данное предположение является весьма существенным, поскольку обратная ситуация характеризует возникновение «антисоциального капитала» либо «социального антикапитала», в рамках которых существующие социальные взаимодействия приводят к разрушению производства и общей хозяйственной деградации. Примерами могут служить социальные образования, созданные в знак протеста введения новой техники и технологии производства, требующих длительной переподготовки и переквалификации менеджеров и персонала; различные монопольные сговоры, приводящие к замораживанию конкурентных отношений и общей стагнации производства; лоббирование принятия формальных правил, улучшающих экономические условия для меньшинства и ухудшающих эти условия для большинства участников хозяйственного процесса и др.

13 «Термин «капитал» присутствует в словосочетании «социальный капитал» не зря. Социальный капитал, так же как и физический, существует в форме запаса, который индуцирует поток ценностей, воздействующих на экономику. Так, социальный капитал содействует обмену информацией, коллективному принятию решений, коллективным действиям. Так же как и физический капитал, он требует инвестиций и периодических вложений на поддержание (в форме социальных взаимодействий или специальных мер, поддерживающих доверие в обществе). В то же время, он отличается от физического капитала тем, что его величина не уменьшается в процессе использования (т.е. не амортизируется). Более того, социальный капитал теряет свою стоимость именно оттого, что он не используется. Он не может быть создан и на индивидуальной основе: это сугубо социальное явление, существующее только в контексте и внутри того или иного социума» (Экономика, основанная на знаниях / Под общ. ред. А.Л. Гапоненко. - М.: Издательство РАГС, 2006. - С. 37).

14 Сорокин П.А. Система социологии / Питирим Александрович Сорокин; вступ. статья, сост. и комментарии В.В. Сапова. - М.: Астрель, 2008. - С. 602.

15 Ольсевич Ю.Я. Психологические основы экономического поведения. - М.: ИНФРА-М, 2010. - С. - 234.