Развитие российского законодательства по вопросу статуса субъектов семейных правоотношений

РАЗВИТИЕ РОССИЙСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ПО ВОПРОСУ СТАТУСА СУБЪЕКТОВ СЕМЕЙНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ

Косенко Е.В. - доцент кафедры гражданского и

семейного права ФГБОУ ВПО «Саратовская государственная юридическая академия», к.ю.н.

Вопрос правосубъектности участников семейных правоотношений лишь представляется вполне определенным и очевидным, тогда как этот вопрос нуждается не только в правовом анализе с точки зрения современного права, но и осмысления его исторических корней с целью выявления определенных закономерностей его развития. В настоящей публикации мы уделим основное внимание историко-правовому анализу правосубъектности родителя и супруга с точки зрения гендерного признака такого субъекта.

Анализ развития правовых норм убеждает нас в том, что основным субъектом семейного права являлся мужчина (муж, отец) на протяжении всего развития человеческого общества за исключением права XX-XXI века. Женщина, не обладая равным с мужчиной набором прав, не могла претендовать на роль самостоятельного субъекта семейных правоотношений в любой своей организационной роли: и как жена и как мать. Обратимся к некоторым источникам, свидетельствующим об отсутствии самостоятельной правосубъектности женщины.

Право древнего Вавилона - один из древнейших источников права, закрепленный в Законах Хаммурапи, предположительно был составлен в первой половине XVIII века до н.э.99, содержало указание на необходимость испрашивать согласие отца невесты для вступления ее в брак. Характерным признаком здесь, как впрочем и для всего последующего права будет

99 Борисевич М.М., Бельчук О.А., Евтушенко С.Г. История государства и права зарубежных стран: краткий учеб. курс / под ред. М.М. Борисевича. М., 2001. С. 16.

Электронный вестник Ростовского социально-экономического института. Выпуск № 1 (январь-март) 2016

главенствующее право одного родителя по сравнению с другим, а именно: превалирующая роль отца в семье по сравнению с ролью матери. Ни один источник права вплоть до наиболее поздних не содержат необходимости испрашивать согласие матери по каким-либо вопросам, касающимся дел семьи, более того, мужчина наделен и самостоятельной волей по расторжению брака: в отличии от супруги, мужу разрешалось заключить новый брак в случае бесплодия жены, не расторгнув прежний100.

Римское право, которое Ф. Энгельс назвал совершеннейшей, какую мы только знаем форма права101, безусловно оказало важнейшее, правильнее было бы сказать определяющее значение для развития права всех европейских стран. Но, заметим, что римское право в отношении правосубъектности отдельных лиц представляло собой довольно жесткую систему власти и подчинения, которую по меткому выражению К.П. Победоносцева можно было бы охарактеризовать следующим образом: «Устройство семьи в Древнем Риме имело ту особенность, что основанием

ему была не столько кровная связь, сколько значение родительской власти и

102

связанного с ней родового религиозного представления» . Известный римский юрист Ульпиан по этому поводу пишет: «...внуки от сына подпадают после смерти деда под власть сына, то есть своего отца; подобно этому и правнуки и т.д. подпадают под власть сына, если последний

103

находится в живых и остается в составе семьи.» .

Тотальная власть отца распространялась не только на детей, но и на жену, которая не могла приобрести полную дееспособность. Вступление в

100 Представляет определенный исследовательский интерес и тот факт, что глиняные таблички содержат тексты брачных контрактов. Более подробно см.: Wunsch C. Urkunden zum Ehe-. Vermögens - und Erbrecht aus verschiedenen neubabylonischen Archiven: Babylonischen Archiv. Bd. 2. Drezden, 2003; Roth M.T. «She will die by the Iron Dagger». Aldultery and Neo - Babylonian Marriage // Journal of Economic and Social History of the Orient. 1988. Vol. 31.

101 Маркс К., Энгельс Ф. Собрание сочинений: в 39 т. 2- е изд. М., 1961. Т. 20. С. 105.

102 Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Часть вторая: Права семейные, наследственные и завещательные. М., 2003. С. 13.

103 Дигесты Юстиниана. Избранные фрагменты в переводе и с замечаниями И.С. Перетерского. М., 1984. С. 38.

брак не освобождало женщину от власти отца, а лишь заменяло ее на власть мужа. Свобода разводов не обеспечивало женщину самостоятельным набором прав, а возвращала ее под юрисдикцию отца. Более того, римские источники права вообще не содержат упоминаний о правах матери в отношении детей, римское право не знает и норм, содержащих правомочия ребенка. Бесспорно следует полагать, что дети рассматриваются римским правом как некое имущественное дополнение к отцу, и примером здесь может быть замечание юриста II века н.э. Помпония, текст которого также включен в Дигесты Юстиниана: «...в силу права отцу оказывается помощь таким образом, что утрата дочери уступает место утешению, так как ему возвращается данное им приданное, чтобы он не чувствовал ущерба и от

104

утраты дочери и денег» .

Рецепции римского права подверглись в целом все правовые системы европейских государств и в той или иной форме закрепились в соответствующих нормативных актах или судебной практике. Право Руси в свою очередь подверглось серьезной рецепции византийского права и это не случайно, хотя еще длительное время право сохраняло и местные обычаи. Б.В. Виленский по этому поводу пишет: «.Первыми писаными памятниками древнерусского права, дошедшими до нас, были договоры Руси с Византией. Заключенные после успешных походов эти договоры носили в основном международно- правовой характер, но в них было немало норм Закона русского, т.е. норм обычного права восточных славян»105.

И хотя договоры Руси с Византией практически не содержат норм семейного права, влияние византийской культуры, религии и церковного права на все дальнейшее развитие нашей страны трудно переоценить. По этому поводу Я.Н. Щапов замечает: «.Правовое наследие Византии пользовалось большим влиянием в России, привлекалось, однако, не целиком

104 Там же. Титул 3 «О праве, касающемся приданного». С. 377.

105 Виленский Б.В. Лекции по истории государства и права СССР: в 2 ч. Саратов, 1985. Ч. 1. С. 36-37.

Электронный вестник Ростовского социально-экономического

института. Выпуск № 1 (январь-март) 2016

в виде системы, а лишь в том объеме и в тех формах, которые были актуальны для Руси»106.

Более определенные нормы, связанные с семейными правоотношениями, а, следовательно и указывающие на определенную правосубъектность лиц, участвующих в них мы встречаем в источниках российского права XI-XV вв., которые впрочем не представляли собой единого кодифицированного акта и лишь по мере объединения земель вокруг единого центра вошли в Русскую правду - объединение отдельных

107

княжеских и митрополичьих уставов (уставных грамот) .

При этом, правосубъектность участников семейных правоотношений в XI-XII веках носила «.следы патриархального строя, исходя из главенствующего положения мужа и отца в семье....После смерти отца

руководила домом мать. Если же она выходила замуж, то детям назначался

108

опекун из числа ближайших родственников умершего» .

Один из известных источников древнерусского права - Устав Ярослава содержит ряд норм, позволяющих утверждать о превалирующей защите прав мужа по сравнению с женой109). В краткой своей редакции этот источник содержит указание на шесть случаев расторжения брака по вине жены, однако не содержит такой возможности для жены, из чего следует вывод о безусловно ограниченной правосубъектности женщины в семейных правоотношениях. В своей Пространной редакции Устав Ярослава включил в себя статьи о расторжении брака по вине мужа, Но касались они случаев серьезного нарушения прав жены: сокрытия мужем принадлежности к

106 Щапов Я.Н. Византийское и южнославянское правовое влияние на Руси в XI-XII вв. М., 1978. С. 138.

107 Известный российский юрист Ф.Л. Морошкин в своих трудах предлагает рассматривать все источники русского права вплоть до Соборного Уложения 1649 года, как нормы, определяющие процесс проведения суда, а само право было сосредоточено в обычаях данной местности, носителем которых являлись сами судьи. Более подробно см.: Морошкин Ф.Л. О постепенном образовании законодательств: Рассуждения кандидата Федора Морошкина для получения степени магистра этико-политических наук. М., 1832; Морошкин Ф.Л. Об Уложении и последующем его развитии. М., 1839.

108 Виленский Б.В. Указ. соч. С. 41.

109 Древнерусские княжеские уставы XI-XV вв. / под ред. Л.В. Черепнина. М., 1976. С. 203-211.

низшей социальной группе - холопам и покушения на жизнь супруги. Супруга по прежнему рассматривается как субъект с усеченными правами, а порой и как субъект с большим набором обязанностей по отношению к супругу. Так, виновное поведение жены, дающее безусловное право для мужа на расторжение брака заключается в таких действиях: измена, отлучка из дома и времяпрепровождении с употреблением спиртных напитков вне дома. Заметим, что такие нарушения не рассматриваются Уставом Ярослава как действия, нарушающие права жены, если они совершались супругом.

В дальнейшем по мере усиления роли церковного права, представленные нормы еще больше упрочились, закрепив не только превалирующую роль мужа над женой, но и отца над детьми. Совершенно верно по этому поводу отмечает Т.Ю. Дементьева, «.Полнота власти мужа, утвержденная в языческом состоянии древнерусского общества практикой веков, сохранялась и после введения христианства на Руси, поэтому положение женщины в обществе зависело от социального положения ее отца или мужа. Христианство не только упрочило власть мужа над женой, придав этой власти юридический характер, но и наделило ее нравственно-божественным смыслом»110.

Нормативные акты XVII - начала XX века в целом не изменили традиционный для России подход: правосубъектность мужа и отца была абсолютной, не ограниченной рамками каких либо интересов других субъектов, участвующих в семейных правоотношениях. Примером здесь может быть и норма ст. 164 Свода законов, которая устанавливала родительскую власть бессрочно, при этом и достижение совершеннолетия не меняло положение ребенка (полная дееспособность наступала в 21 год)111.

110 V V

Дементьева Т.Ю. Семейное и наследственное право Киевском Руси: IX—XII вв.: дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2006. С. 6.

111 См.: Кодификация российского гражданского права. Свод Законов гражданских Российской Империи. Проект гражданского Уложения Российской Империи. Гражданский кодекс 1922 года. Гражданский кодекс РСФСР 1964 года. Екатеринбург, 2003. С. 62-64.

Электронный вестник Ростовского социально-экономического

института. Выпуск № 1 (январь-март) 2016

Родительская власть родителя прекращалась только со смертью родителя или лишением его всех прав состояния. В свою очередь ст. 165 Свода законов устанавливала право родителя применять к ребенку меры физического наказания, которые именуются в законе «домашние исправительные меры». Отдельно следует упомянуть и обязанность ребенка испрашивать согласие родителя на брак, при этом родитель - это именно отец, тогда как мать могла быть представителем ребенка только после смерти отца и при условии, что она владеет имением. Супруга обязана была повиноваться воле супруга и следовать его месту жительства.

Можно смело утверждать, что равную правосубъектность субъекты семейных правоотношений приобрели только после свершения Революции 1917 года. Одним из первых нормативных актов новая советская власть упразднила различия в правосубъектности таких лиц, уровняв правовой статус не только мужчины и женщины, но и правовой статус детей, рожденных в браке и вне брака, а также предоставив последним права, которые были неизвестны праву других стран (на жизнь, здоровье с одновременным упразднением физических наказаний, на образование и др.) По этому поводу В.И. Ленин говорил на I Всероссийском съезде работниц 19 ноября 1918 года: «.ни в одном капиталистическом государстве...нет полного равноправия женщин.Мы издали декрет, который уничтожил разницу в положении брачного и внебрачного ребенка и целый ряд политических стеснений.»112.

Неслучайно поэтому первый советский Семейный кодекс - Кодексе законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском

113

праве от 22 октября 1918 года содержал указание на равное с мужчиной положение женщины в семье и в отношении супружеского имущества, получения и уплаты алиментов, а также в отношении детей: мать теперь не

112 Ленин В.И. Полное собрание сочинений: в 55 т. М., Т. 37. С. 185.

113 СУ РСФСР. 1918. № 76-77, ст. 818.

Электронный вестник Ростовского социально-экономического института. Выпуск № 1 (январь-март) 2016

зависела от воли отца, а становилась равным ему субъектом права. Более того, она имела возможность судебного установления отцовства.

Мы солидарны в этой связи с мнением Б.С. Эбзеева, который пишет: «.именно Советское государство первым конституционно провозгласило., экономические, социальные и культурные права...во многом благодаря позиции именно Советского государства социально-экономические права нашли отражение во Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г., были закреплены в Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах 1966 г. и ряде других документов, вошедших в международное право

114

позднее»114.

Таким образом, мы наблюдаем становление правосубъектности лиц, участвующих в семейных правоотношениях, которое свидетельствует о глубокой трансформации законодательства в нашей стране. Исторический анализ развития права убеждает нас в безусловном прогрессивном и демократическом подходе советского законодателя к определению правосубъектности таких лиц. Одновременно следует отметить и новаторство, которое присуще отечественному законодателю в этот период. Современные исследователи нередко ставят в пример нормотворчество в зарубежных странах, считая, что российский законодатель не «учит», а «учится», тогда как отдельные моменты историко-правового развития нашей страны представляют собой непосредственный пример прогрессивного мышления и самостоятельного развития.

Литература:

1. Борисевич М.М., Бельчук О.А., Евтушенко С.Г. История государства и права зарубежных стран: краткий учебный курс / под ред. М.М. Борисевича. - М.: Юриспруденция, 2001. - 352 с.

114 Эбзеев Б.С. Конституция. Демократия. Права человека. М., 1992. С. 153.

Электронный вестник Ростовского социально-экономического института. Выпуск № 1 (январь-март) 2016

2. Виленский Б.В. Лекции по истории государства и права СССР : в 2 ч.- Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1985. - Ч. 1. - 222 с.

3. Дементьева Т.Ю. Семейное и наследственное право Киевской Руси: IX-XII вв : дис. ... канд. юрид. наук. - Казань, 2006. - 163 с.

4. Древнерусские княжеские уставы XI-XV вв. / сост. Я.Н. Щапов; под ред. Л.В. Черепнина. - М.: Наука, 1976. - 240 с.

5. Ленин В.И. Полное собрание сочинений: в 55 т. - М.: Издательство политической литературы, 1969. - Т. 37. - 748 с.

6. Морошкин Ф.Л. Об Уложении и последующем его развитии. -М.: Университетская типография, 1839. - 90 с.

7. Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Часть вторая: Права семейные, наследственные и завещательные. - М.: Статут, 2003. - 639 с.

8. Эбзеев Б.С. Человек, народ, государство в конституционном строе РФ. - М.: Юридическая литература, 2005. - 576 с.

9. Roth M.T. «She will die by the Iron Dagger». Aldultery and Neo -Babylonian Marriage // Journal of Economic and Social History of the Orient. 1988. Vol. 31.