Русское ученое монашество XIX века: историко-культурное значение

Примечания

1. Бестужев-Лада И. В. Диалог между религиями: Возможен ли? Нужен ли? / И.В. Бестужев-Лада // Вопросы философии. - 2002. - № 4. - С. 60-66.

2. Бураева О. В. Этнокультурное взаимодействие народов Байкальского региона в XVII - начале XX века / О.В. Бураева. - Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2005. - 305 с.

3. Лепехов С. Ю. Духовный мир буддизма и культура России / С.Ю. Лепехов // Вестник Бурятского государственного университета. Выпуск 1. - Улан-Удэ, 2005. - С. 4-23.

4. См.: Бахтин М. М. Проблемы поэтики Достоевского / М.М. Бахтин. - М., 1972; Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества/ М.М. Бахтин. - М., 1979.

5. Узбеков И. Г. Проблемы развития национальных культур / И.Г. Узбеков // Укрепление взаимодействия народов Урала и Поволжья и проблемы национальной региональной политики. - Оренбург, 2004.

6. Цит. по: Лепехов С. Ю. Межконфессиональный диалог: проблемы и перспективы / С.Ю. Лепехов // Вестник Бурятского государственного университета. Выпуск 6. - Улан-Удэ, 2008. - С. 42-45.

Н.Е. Шафажинская

РУССКОЕ УЧЕНОЕ МОНАШЕСТВО XIX ВЕКА: ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНОЕ ЗНАЧЕНИЕ

Данная статья посвящена теме становления и развития научно-исследовательской деятельности русского учёного монашества XIX века и его влияния на отечественную культуру. В работе приведены факты научной деятельности митрополита Евгения (Болховитино-ва), архиепископа Филарета (Гумилевского), митрополита Макария (Булгакова), архимандрита Порфирия (Успенского), святителя Иннокентия (Херсонского). В работе делается акцент на значении научных трудов учёного монашества в государственной, политической и духовно-нравственной жизни России. Ключевые слова: теория культуры, учёное монашество, отечественная культура, научно-исследовательская деятельность, духовно-нравственная культура, научные достижения.

The article given up article to a theme of formation and development of research activity of Russian scientific monkhood of a XIXth century and its influence on domestic culture. In work the facts of scientific activity of metropolitan Evgenie (Bolkhovitinov), archbishop Philaret (Gumilevsky), metropolitan Makariy (Bulgakov), archimandrite Porfirija (Uspensky), prelate Innokentija (Kherson) are mentioned. In work the emphasis is placed on value of proceedings of a scientific monkhood in the state, political and spiritually-moral life ofRussia. Keywords: theory of culture, the scientific monkhood, domestic culture, research activity, spiritually-moral culture, scientific achievements.

В XIX веке просияли имена многих представителей русского ученого монашества, которое в этот период стало особой признанной группой. Просвещенные иноки занимались изучением богословских и других наук, преподавательской деятельностью, а некоторые из них, в соответствии с высочайшим указом 1823 года, были удостоены сана архимандрита, не являясь настоятелями (4, с. 31). Значение научно-исследовательских трудов видных деятелей Русской

православной церкви для отечественной и мировой культуры велико и многогранно. В целях аргументации данного утверждения обратимся к конкретным фактам и иллюстрациям.

Одним из выдающихся представителей ученого монашества XIX века ученые-историки и богословы называют епископа Евгения (Болховитинова), ставшего впоследствии Киевским митрополитом.

Евгений родился в 1767 году в семье

священника Воронежской губернии; образование получил в Воронежской семинарии, а дальнейшем — в Московской Славяно-греко-латинской академии. Как считает известный историк культуры А.А. Аронов, пребывание Евгения в Москве серьезно отразилось на всей последующей деятельности будущего митрополита, поскольку именно здесь проявилось его литературное дарование, в развитии которого определяющую роль сыграло знакомство Евгения с видным ученым Н.И. Бантыш-Каменс-ким, после чего он стал с увлечением заниматься историей (1, с. 5).

Проявил себя Е. Болховитинов не только как талантливый историк, но и как педагог. Еще в конце XVIII века им было создано «Полное описание жизни преосвященного Тихона Воронежского» и «Историческое, географическое и экономическое описание Воронежской губернии». После пострижения в монашество в 1800 году о. Евгений был возведен в сан архимандрита и стал настоятелем Троицкого Зеленецкого монастыря Петербургской епархии, а также назначен префектом Петербургской духовной академии, где преподавал философию, красноречие, общую церковную историю, выполнял также административную и хозяйственную работу. Будучи членом консистории, о. Евгений в 1802 году участвовал в организации первого в России благотворительного общества, а в 1805 году содействовал разработке реформы системы духовно-учебных заведений, за что был награжден орденом св. Анны I степени (4, с. 32-34).

Самым значительным трудом владыки Евгения считается «История российской иерархии» в шести частях, задуманной и начатой им еще в петербургские годы (1800-1804). Несмотря на то, что этот труд вышел под именем архимандрита Амвросия (Орнатского), позже епископа Пензенского, который, по замечанию протоиерея Владислава Цы-пина, был лишь помощником митрополита Евгения в создании этого произведения (9, с. 235), Евгению принадлежит его основная часть и общая редакция.

Богатое содержание этого сочинения, в свое время имевшего громадное значение в российской науке, и в наши дни, по мнению А.А. Аронова, представляет значительную ценность, сохраняемую новейшей литературной по истории Русской православной церкви (1, с. 6). Благодаря творческому дарованию и усердным трудам владыки Евгения в области истории, археологии, его скрупулезному изучению архивов, библиотек, археологических памятников Новгорода, Вологды, Калуги, Пскова, Киева -повсеместно, где служил пастырь, -вышли в свет такие замечательные его произведения, как «История княжества Псковского с историей псковской иерархии», «Исторические сведения о Вологодской иерархии и о пермских, вологодских и устюжских архиереях», «Описание монастырей Вологодского края», «Описание Киево-Софийского собора с историей киевской иерархии» и многие другие. Ценными справочными пособиями, вышедшими из-под пера митрополита Евгения (Болховитинова) и принесшими ему славу в истории отечественной науки, являются два его словаря: «Словарь исторический о бывших в России писателях духовного чина Греко-Российской Церкви» (1818) и «Словарь русских светских писателей, соотечественников и чужестранцев, писавших в России» (Т. I—II, М., 1845). Первый из упомянутых церковных словарей в значительном своем содержании остается важнейшим первоисточником для библиографических и историко-литературных справок о деятелях Русской церкви, древних и новых (1).

Исследуя взаимосвязь творчества митрополита Евгения и светской литературы, П.Н. Зырянов указывает на близкие отношения владыки с поэтом Г.Р. Державиным (1743—1816), выше которого в русской поэзии Евгений Болхо-витинов никого не ставил и не принимал, включая однако в один ряд с Державиным поэтов В.К. Тредиаковского (1703— 1835), в то же время поэзию А.С. Пушкина он не принял и не признал (4, с. 35—36, 38).

Митрополит Евгений был разносторонним по своим дарованиям, интересам и творческим изысканиям представителем русского монашества: он живо интересовался внешней политикой, выписывал французские газеты и чрезвычайно высоко ценил научную деятельность, сетуя на то, что «науки мысленные у нас еще не в моде». Подчеркивая высокую ценность трудов митрополита Евгения (Болховитинова), П.Н. Зырянов пишет о том, «...что отстоял свое место в науке монах Евгений, труженик и созидатель, закладывавший в фундамент отечественных исторических исследований необработанную еще древнюю первооснову» (4).

К крупнейшим церковным историкам по праву относится архиепископ Черниговский Филарет (Гумилевский) (1805-1866), выпускник Московской духовной академии, а впоследствии ее профессор и ректор. Архиепископом Филаретом создана пятитомная «История Русской Церкви», которая представлена органичным единством событий от Крещения Руси до царствования Николая I. Труды владыки Филарета (Гуми-левского) оказали значительное влияние на становление русской церковно-исто-рической школы, на усиление исторических аспектов в отечественных трудах по патрологии и догматическому богословию (9, с. 235).

Широко прославлено в истории русской науки и имя ученого инока XIX века Московского митрополита Макария (Булгакова). Митрополит Макарий, в миру Михаил Петрович Булгаков (1816-1882), родился в семье священника Курской епархии. Закончив семинарию и Киевскую духовную академию, где проявились блестящие творческие дарования будущего иерарха Русской церкви, он написал труды, начатые еще в студенческие годы, - «Историю Киевской духовной академии» и «План христианской аскетики». В Киевской академии другом будущего митрополита стал Георгий Васильевич Говоров - выдающийся пастырь-святитель Феофан Затворник Вышенский. Мона-

шеский постриг молодые люди приняли в 1841 году, и их судьбы тесно переплелись.

Творчество иеромонаха Макария развивалось во время становления отечественной исторической науки, и уже с выходом в свет его «Введения в историю Русской Церкви» владыка Макарий становится одним из лучших ученых, участвующих в становлении гуманитарной научно-исследовательской деятельности в России. Известный русский историк, писатель и публицист М.П. Погодин (1800-1875) охарактеризовал «Введение» о. Макария как «сочинение ученое, европейское, служащее новым блистательным доказательством нашей зрелости» (цит. по: 1, с. 26). В 1846 году был опубликован фундаментальный труд о. Макария (Булгакова) «История христианства в России до равноапостольного князя Владимира», а в 1851 году издан первый том С.М. Соловьева «История России с древнейших времен». Оба эти произведения, взаимно обогащая друг друга, стали яркими событиями в научной жизни России и оказали глубокое созидательное воздействие на историческую науку, в русле которой владыка Макарий трудился всю жизнь, написав двенадцать томов «Истории Русской Церкви».

По оценке А.В. Карташева, выдающееся достоинство этого грандиозного труда святителя заключается прежде всего в его непревзойденной фактической полноте, которая сочетается и с новизной введенных в научный оборот материалов, особенно - в изложении древнего периода. Наряду с этим митрополит Макарий (Булгаков) сам открыл много памятников древней письменности, исследование которых отразил в своих статьях, помещавшихся в академических «Известиях» (5, с. 26-30). Им написаны также труды: «История раскола, известного под именем старообрядчества» (1805), «Введение в православное богословие» (1847), пятитомный труд «Православное догматическое богословие» (1852).

В рамках пастырского и обществен-

ного служения митрополит Макарий участвовал в разработке духовно-судебной реформы, о которой русский писатель Н.С.Лесков (1831-1895) отозвался в «Историческом вестнике» как о проекте, поставленном «в уровень насущных нужд церкви без малейшего нарушения основных истин вселенского православия». К сожалению, это начинание реализовано не было (4, с. 44).

В проповедях владыки Макария, изданных позднее отдельной книгой, говорится о необходимости сближения людей всех сословий, проявления уважения друг к другу. Горячий отклик в общественности получила его речь, сказанная при открытии памятника А.С. Пушкину в 1880 году, в которой о. Макарий выразил надежду и стремление к тому, «чтобы зрела на Руси здоровая мысль, чтобы развивалось и зрело русское слово, чтобы больше нарождалось в России великих деятелей на всех поприщах проявления духа». Весь свой небольшой капитал, составленный из гонораров за книги и статьи, владыка Макарий пожертвовал в особый фонд, премии из которого назначались Синодом и Академией наук за достижения в отрасли богословских и светских гуманитарных наук (8, с. 11-32).

Среди знаменитых ученых из представителей монашества необходимо назвать и архиепископа Херсонского Ни-канора (Бровковича), чей талант ярко проявился в области богословской апологетики и христианской философии, издававшего трехтомное сочинение «Положительная философия и сверхъестественное откровение», в котором представлена аргументированная полемика с позитивизмом и материализмом ради оправдания веры разума (9, с. 228).

Выдающимся представителем православного ученого монашества, творческая палитра дарований которого оказала огромное влияние на расширение и углубление социального и культурного диапазона иноческого служения в России и за ее пределами, является епископ Чигиринский Порфирий (Успенский). Он родился в семье псаломщика в Кост-

роме в 1804 году; окончил Петербургскую духовную академию; служил законоучителем в Петербурге и Одессе, позже стал настоятелем Одесского Успенского монастыря, ректором Херсонской духовной семинарии. Епископ Порфи-рий - замечательный и талантливейший востоковед и этнограф, археолог и археограф, текстолог и палеограф, визан-тист и славист, историк и искусствовед, литургист и богослов - был поставлен Синодом во главе новоучрежденной Палестинской духовной миссии в 1848 году. Он предпринял плодотворное путешествие по Италии, в результате которого были составлены V и VI тома «Книги бытия моего» и, по ним впоследствии подготовлена к печати книга «Святыни земли Италийской» (7, с. 116-118). После выхода этой книги, где одна из глав, названная «Дом Богородицы в Лорето», посвящена подробному описанию Святого Дома и статуи Лоретской Богоматери, начались организованные паломнические путешествия православных христиан из России к Святому Дому в Лорето.

Отметим, что научно-исследовательскую и литературную деятельность владыка Порфирий сочетал с государственным и дипломатическим служением, способствующим укреплению и расширению социокультурных связей Русской православной церкви, России с другими державами в самые сложные моменты нашей истории. Так, его поездка в Италию состоялась в связи с тем, что Русская духовная миссия в Иерусалиме должна была покинуть Святой Град, находившийся под гнетом Османской империи, из-за начавшейся Крымской войны в 1854 году. Горячий патриот и мудрый дипломат, владыка Порфи-рий о причинах этой войны высказался в Ватикане, обращаясь к кардиналу Антонелли: «Россия занимает и отстаивает права и свободу тринадцати миллионов православных христиан, живущих в Турции и утесняемых турками... Россия домогается уравнения прав всех вероисповеданий на Святых местах Палестины, куда ежегодно приходят на

поклонение многие тысячи христиан православных. Россия склоняет турков очистить храм Святого Гроба Господня от гарема, помещенного на кровле сего Святилища, принадлежащего всем христианам» (2, с. 247-248).

В 1858 году архимандрит Порфирий вновь отправился на Восток с целью научных изысканий - для поиска и изучения памятников церковной архитектуры, древних икон, библиотек, архивов и богослужебной утвари. В Россию он привез богатую коллекцию археологических и археографических памятников, собранных им на Афоне, в Малой Азии, Сирии, Палестине, Египте и Эфиопии. Благодаря усердным стараниям и трудам преосвященного Порфирия епископа Чигиринского вышли в свет его фундаментальные труды по церковной истории, патристике, археологии: «Вероучение египетских христиан», «Христианский Восток», «Богослужение абиссинцев», «История Афона», «Дионисий Ареопагит и его творения». Некоторые произведения епископа Порфирия остались неопубликованными: «Богослужение Константинопольской Церкви», «Путешествия» по Италии, по Фессало-нике. По оценке протоиерея Владислава Цыпина, труды владыки Порфирия (Успенского) явились основой для исследования Византийской церкви и не-халкидонских Церквей Востока. Великий подвижник ученого православного монашества завершил свой земной путь в 1885 году на покое, в Московском Новоспасском монастыре (9, с. 238).

Одним из таких церковных деятелей, отмеченных яркой, самобытной творческой индивидуальностью, безусловно, является святитель Иннокентий Херсонский (в миру Иоанн Алексеевич Борисов, 1800-1857), родившийся в Орловской губернии в семье священника. Ему суждено было стать великим светильником Церкви Христовой, знаменитым ученым, архипастырем и богословом. Любовь к чтению и слушанию слова Божия, к проповеди, звучавшей в амвона Свято-Успенской церкви, в которой служил его отец, проявилась у отрока

Иоанна очень рано и дальнейшее развитие получила в Орловской духовной семинарии, которая в 1819 году была им блестяще окончена. Об уровне познания юного Борисова говорила памятка в семинарском аттестате - «исправлял должность лектора греческого языка (рачительно)» (3, с. 17).

Окончив курс лучшим студентом, он поступил в Киевскую Духовную Академию, где с увлечением стал осваивать науки, так, что целые ночи нередко проводил за книгами, составляя конспекты прочитанного. Как отмечает священник А. Лопухин, в высшем (богословском) отделении Борисов особенно усердно занимался составлением проповедей - в этом талант юноши особенно проявился и расцвел во всей своей силе. В нем все более и более раскрывался тот блестящий проповеднический дар, который сделал из него «русского Златоуста» (6, с. 4). При этом он, прекрасно владея французским языком, тщательно изучал таких великих мастеров проповеднического слова, как Массильон и Боссюэ, но самое большое влияние на него оказали творения величайшего из великих проповедников, святителя Иоанна Златоуста. Все это предвещало в нем необыкновенного проповедника, каким он и стал впоследствии. В августе 1823 года ученый назначается профессором церковной истории и греческого языка Алек-сандро-Невского духовного училища; затем он - ректор этого училища, где в октябре 1823 года он был пострижен в монашество с именем Иннокентий, после чего рукоположен в сан иеродиакона, а с декабря - во иеромонаха; очень скоро он утверждается в звании экстраординарного профессора Санкт-Петербургской духовной академии и возводится в сан архимандрита (1826). Такого высокого положения Иннокентий достиг благодаря усердию и своей необыкновенной талантливости. Его современник и первый биограф митрополит Макарий (Булгаков) так отзывается о будущем святителе: «Высокий, светлый, проницательный ум, всегда богатое, неистощимое воображение, живая обшир-

нейшая память, легкая и быстрая сообразительность, тонкий и правильный вкус, дар творчества, изобретательности, оригинальности, современнейший дар слова - все это в чудной гармонии совмещено было в нем» (2, с. 20-21). Заботясь о фундаментальном философском образовании студентов, святитель Иннокентий стремился привить им любовь к проповедничеству, а также способствовал их всестороннему развитию. Так, он советовал своим ученикам не замыкаться в узком кругу своего специального предмета, но читать книги и по другим наукам, например по астрономии и естественной истории. Наряду с проповедничеством развивалась и научно-литературная богословская деятельность святителя, замечательные многочисленные плоды которой публиковались в особом журнале «Воскресное чтение», ставшим одним из наиболее известных изданий того периода. В то же время архимандрит Иннокентий задумал и отчасти осуществил огромный труд - «Сборник исследований православной веры всех веков от начала Церкви». С 1840 года началось новое поприще в служении выдающегося иерарха -в качестве епархиального архиерея. И в этой деятельности он оставил о себе добрую славу мудрого администратора, неутомимого проповедника и просветителя (6, с. 7-8).

Впоследствии, в условиях военного времени, в котором пребывал Балканский полуостров, владыка Иннокентий заботился о воспитании болгар и греков в Одесской семинарии, что имело тогда исключительное значение. В 1851 году последовало его награждение от греческого короля орденом Спасителя I степени. Ранее, в 1848 году, он был награжден орденом св. Владимира II степени, а 25 октября 1854 года - алмазным крестом на клобуке. Современники изумлялись обширности и глубине познания святителя Иннокентия в различных областях человеческой деятельности. Военные утверждали, что он замечательный тактик, медики с удивлением отзывались о его познаниях в области физиологии и

патологии, а естествоиспытатели и физики - о его колоссальных познаниях в математике, астрономии, географии, статистике, химии и других науках (3, с. 31-32). Но исключительное значение деятельности архиепископа Иннокентия для Одессы проявилось в Крымскую войну. Благодать и сила его молитв особенно проявилась при осаде Одессы неприятелем в 1854 году, что вошло в предание отечественного православия. В этот период святитель предстал во всем блеске и величии своего архипастырского мужества, что позволило русскому историку, писателю и публицисту М.П. Погодину провозгласить его «великим гражданином Русской земли» (6, с. 8). Способность Иннокентия воздействовать на умы поражала. Князь Александр Потемкин писал ему с фронта: «С большим удовольствием получил Вашу книгу - сборник тех речей, которые послужили услаждением нашим героям-мученикам». Святитель Христов в Севастополе бесстрашно ходил под неприятельскими выстрелами по рядам войск, ободрял солдат и полководцев; ездил на буксире по бухте тогда, когда впереди и сзади сыпались бомбы. Он, находясь на иерархической высоте, умел тем не менее жить в близком и непосредственном единении с обществом. «Это был, - вспоминает современник, - необыкновенный владыка, в котором от природы было нечто величественное. царственное». Его святую душу чувствовали все. Последнее богослужение и последняя проповедь выдающегося пастыря и патриота России состоялись на могиле воинов, убиенных на поле брани, где владыка совершил панихиду и заповедал делать это ежегодно в день святого великомученика Георгия Победоносца, а также устроить там памятник.

Свой земной путь святитель Иннокентий завершил 25 мая 1857 года на руках двух келейников, молитвенно коленопреклоненный. Известие о кончине архипастыря застало Александра II в Царском Селе. На рапорте об этом известии государь написал: «Крайне о нем сожалею». «Вся Православная Россия

теряет в лице его великого пастыря Церкви», - свидетельствовало печатное слово после кончины архиепископа. Он был для всех людей, как говорили о нем, «светом, светящим и согревающим» (3, с. 47).

Подводя итог вышесказанному, правомерно утверждать: богословская, научно-исследовательская, литературная и пастырская деятельность русского ученого монашества XIX века оказала глубокое созидательное на общественное развитие России, отечественную и мировую культуры. Подчеркнем, что

даже краткое перечисление и анализ содержания упомянутых трудов лишь малой части целой плеяды просвещенного иночества дает явственное представление о научных достижениях в области церковной истории, истории культуры, археологии, патрологии, философии, литературы и других областях знания. Очевидно и духовно-нравственное влияние видных деятелей ученого монашества на представителей власти, общественности, государственную и политическую культуры России в целом.

Примечания

1. Аронов А. А. Историографы Русской Православной Церкви / А.А. Аронов. - М.: ИПК СК, 1997.

2. Епископ Порфирий (Успенский). Книга бытия моего / Епископ Порфирий (Успенский). - СПб., 1900. - Т. VI.

3. Жития Одесских святых. - М.: Ковчег, 2002.

4. Зырянов П. Н. Русские монастыри и монашество в XIX и начале ХХ века / П.Н. Зырянов. - М.: Вербум-М., 2002.

5. Карташев А. В. Очерки по истории Русской Церкви / А.В. Карташев. - М.: Наука, 1991.

6. Лопухин А. (священник) Предисловие к книге свт. Иннокентия Херсонского «Последние дни земной жизни Христа» / А. Лопухин (священник). - М.: ЛЪствица, 2007.

7. ЛукьяновЕ. Икона Божией Материи «Прибавление ума» / Е. Лукьянов, А. Трофимов. - М.: Паломник, 2001.

8. Макарий (Булганов). История Русской Церкви / Макарий (Булганов). - М., 1994. -Кн. 1.

9. Протоиерей Владислав Цыпин. История Русской Православной Церкви. Синодальный и новейший периоды (1700-2005)/ Протоиерей Владислав Цыпин; издание Сретенского монастыря. - М., 2006.

3

_Теория культуры_

Исследования молодых ученых

В.Д. Воронова

ГЕНЕЗИС СТИЛЕВОЙ ИНТОНАЦИИ

Статья посвящена выявлению этапов генезиса стилевой интонации, которая предстает как особая стилевая программа в эпохальном масштабе, которая «разливается» по всем «уровням» и «ячейкам» форм конкретных результатов художественного творчества и обеспечивает стилевую целостность произведений искусства, принадлежащих определенному художественному направлению. Ключевые слова: теория культуры, стиль, генезис, эстетический идеал, действительность, художественное направление, классицизм, романтизм.