Иные меры уголовно-правового характера в системе видов уголовной ответственности: оценка состояния и эффективности

Советское государство и право. 1981. № 7. С. 4.

21. Гальперин И.М., Курляндский В.И. Предмет уголовной политики и основные направления ее изучения // Основные проблемы борьбы с преступностью. М., 1975. С. 12.

22. Герцензон А.А. Уголовное право и социология. М., 1970. С. 179.

23. Дагель П. С. Значение XXVI съезда КПСС для советской уголовной политики // Проблемы повышения эффективности борьбы с преступностью. Иркутск, 1983. С. 5.

24. Ковалев М.И., Воронин Ю.А. Криминология и уголовная политика. Свердловск, 1980. С. 8.

25. Звечаровский И.Э. Современное уголовное право России: понятие, принципы, политика. СПб., 2001. С. 75.

26. Бабаев М.М. О соотношении уголовной и криминологической политики // Проблемы социологии уголовного права. М., 1982. С. 16.

27. Методологические проблемы советской криминологии. Саратов, 1975. С. 191.

28. Шинковский М.Ю. Российский регион: становление политического режима в условиях глобализации: монография. Владивосток,

2001. С. 29.

29. Петелина М. Курс на изменение уголовноправовой политики (по материалам заседания Научно-консультативного совета ФПА) // ЭЖ-Юрист. 2008. № 47.

30. Епифанова Е.В. России необходима концепция уголовно-правовой политики // Российская юстиция. 2008. № 4.

31. Сизая Е.А. Разграничение принципов уголовно-исполнительного права от принципов уголовно-исполнительной политики, целей и задач, функций и иных юридических категорий пенитенциарного законодательства // Уго-

ловно-исполнительная система: право, экономика, управление. 2007. № 2.

32. Наташев А.Е. Принципы советского исправительно-трудового права. М., 1972.

33. Наташев А.Е. Советское исправительнотрудовое законодательство (основы теории и практики). М., 1975. С. 63-92.

34. Сперанский И.А. Содержание и реализация принципов исправительно-трудового права. Волгоград, 1969.

35. Уголовно-исполнительное право России: теория, законодательство, международные стандарты, отечественная практика конца XIX -начала XXI века / под ред. А.И. Зубкова. М., 2002. С. 8-17.

36. Стручков Н.А. Курс исправительно-трудового права. Проблемы Общей части. М., 1984. С. 80.

37. Дуюнов В.К. Уголовно-правовая политика и ее место в политике противодействия преступности // Проблемы российского законодательства: история и современность: материалы Межрегион. науч.-практ. конф. Тольятти, 3-4 февраля, 2006 г. Самара, 2006. Ч. 2. С. 114.

Поступила в редакцию 13.09.2009 г.

Zahartsev S.N. Place of the criminally-legal policy in the system of the law-enforcement policy of the state. Article is devoted to the modern theoretical definition of a concept of criminally-legal policy and its correlation with law-enforcement policy of the state. The review of opinions of different authors on system, concept and principles of the criminally-legal policy is given.

Key words: law-enforcement policy; criminally-legal policy; criminological policy; criminal law; penitentiary policy.

УДК 343.2/.7

ИНЫЕ МЕРЫ УГОЛОВНО-ПРАВОВОГО ХАРАКТЕРА В СИСТЕМЕ ВИДОВ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: ОЦЕНКА СОСТОЯНИЯ И ЭФФЕКТИВНОСТИ

© М.Ю. Дворецкий

В статье анализируется реализация уголовной ответственности, ее эффективность. Автор исследует содержание видов уголовной ответственности и делает выводы об их оптимизации, внося предложения по повышению.

Ключевые слова: реализация уголовной ответственности; виды уголовной ответственности; иные меры уголовно-правового характера.

Одним из видов уголовной ответствен- относятся с ней, т. к. в качестве соответст-

ности являются принудительные меры меди- вующих ее элементов выступают лишь меры,

цинского характера. При этом не все они со- возлагающиеся на лиц, осознавших во время

совершения ими преступлений фактический характер и общественную опасность своих действий или бездействия, будучи вменяемыми. Невменяемые лица являются объектами данных мер, осуществляемых вне пределов уголовной ответственности.

Принудительные меры медицинского характера в рамках уголовной ответственности могут быть назначены судом лицам, «совершившими преступление и страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемости», согласно п. «в» ч. 1 ст. 97 УК РФ. Представляется, что иные меры, назначаемые невменяемым лицам, не имеют уголовно-правового характера, подтверждаемого ч. 2 ст. 2 УК РФ, где законодатель использует как слово «наказание», так и словосочетание «иные меры уголовно-правового характера». Понятием «наказание» как парадигмой предполагается наличие лиц, являющихся вменяемыми и достигшими возраста уголовной ответственности. В имеющемся случае определиться с их содержанием проблематично, поскольку, на наш взгляд, данные меры, применяемые в отношении невменяемых лиц, нельзя отнести к иным уголовно-правовым нормам, т. к. они являются таковыми лишь будучи связанными с совершением преступления. Это обосновывается рассматриваемой нормой, связывающей наказание и их только с совершением лишь вменяемым лицом общественноопасного деяния. Таким образом, принудительные меры медицинского характера, являясь уголовно-правовыми, структурно представляют один из видов уголовной ответственности в части, непосредственно связанной с лицами, совершившими преступления, страдающими психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, и к моменту их назначения осознавшими фактический характер и общественную опасность своих действий или бездействий, и способными руководить ими.

Следующим рассматриваемым видом выступает уголовная ответственность, предусматривающая конфискацию имущества. Она по отечественному законодательству XIX - начала XX в. относилась к имущественным наказаниям, терминологически определялась как отобрание имущества у виновных либо изъятие некоторых предметов, а также уничтожение преступных последствий

их деятельности. Первоначально допускалась полная и специальная конфискация, однако первая, в последних редакциях Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., была исключена после того, как теоретическая и практическая ее несостоятельность в 1871 г. была признана Министерством юстиции [1]. Ее применение по общему правилу не зависело от усмотрения суда, а наступало в силу самого закона, хотя иногда реализация и определение объема предоставлялось ему. До принятия Федерального закона «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ» от 8 декабря 2003 г. УК РФ предусматривал конфискацию имущества как дополнительный вид для усиления карательного и воспитательного эффекта основного наказания посредством воздействия на имущественные интересы осужденных за совершение тяжких и особо тяжких преступлений из корыстных побуждений. Она предусматривалась в 43 санкциях, почти в два раза меньше по сравнению с УК РСФСР 1960 г.

В теории уголовного права отношение к ней было и остается далеко не однозначным. Так, последователями исключения конфискации имущества из системы наказания выступали В.Н. Иванов, И.И. Голубов, А.П. Кузнецов, А. Д. Чернов и ряд других ученых [2-5]. Их оппоненты, считая ее эффективным видом наказания, предлагают расширить перечень преступлений, за совершение которых она должна быть предусмотрена [6-9]. Есть также и авторы, высказывающиеся за введение в Уголовный кодекс конфискации как основного вида наказания [10-13]. В настоящее время существует мнение об отсутствии достаточных оснований как для ее исключения из системы наказаний, так и для значительного законодательного расширения использования [14, 15]. Согласно ст. 17 Всеобщей декларации прав человека, «никто не должен быть произвольно лишен своего имущества», конфискация имущества может быть применена только к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и лишь на основании решения суда, вступившего в законную силу, устанавливается за тяжкие и особо тяжкие преступления, совершенные из корыстных побуждений, реализуется в отношении нажитого преступным путем, не включенного в перечень имущест-

ва не подлежащего ей. Одним из аргументов для ее восстановления в действующем УК РФ явился продолжающийся рост корыстной и корыстно-насильственной преступности. Целым рядом основополагающих международно-правовых документов, подписанных или ратифицированных Россией, ей придается важная роль в борьбе с преступностью. Пункт 8 Руководящих принципов ООН для предупреждения организованной преступности и борьбы с ней, принятых в 1990 г. на конгрессе ООН в Гаване, относит практику конфискации доходов от преступной деятельности к числу наиболее важных нововведений. В качестве меры уголовно-правового воздействия она предусматривается в Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 г., в европейской Конвенции об уголовной ответственности за коррупцию, принятую в Страсбурге в 1999 г., в Конвенции против транснациональной организованной преступности 2000 г., в Конвенции ООН против коррупции 2003 г.

Ее отмена не соответствовала как международным обязательствам Российской Федерации, так и национальным традициям уголовно-правовой политики, предусматривавшим ее применение по отношению к мздоимцам и казнокрадам более пятисот лет, начиная с середины XV в. Социально-политическими последствиями данного акта явилась фактическая уголовно-правовая амнистия незаконно нажитых капиталов, в основном во время приватизации 1990-х гг. В результате этого стало возможным лишь привлечь виновных к ответственности, но безвозмездно изъять похищенную собственность было уже нельзя, т. к. в соответствии с конституционной нормой ч. 2 ст. 54 об обратной силе законов, «если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон». Таким образом, к лицам, виновным в тяжких и особо тяжких корыстных преступлениях, совершенных ими до 11 декабря 2003 г., привлекаемым к ответственности после данной даты, эта мера не могла быть применена. Наряду с этим исправить ошибку, связанную с ее отменой, фактически было уже невозможно, поскольку действовала конституционная норма ч. 1 ст. 54 о запрете обратной силы закона, устанавливающего

или отягчающего ответственность. Именно поэтому после восстановления конфискации имущества, согласно Федерального закона № 153-ФЗ от 27 июля 2006 г., положения ст. 104.1 УК РФ применяются к правоотношениям, возникшим после 1 января 2007 г.

По нашему мнению, нет оснований для ее введения в уголовное законодательство в качестве основного наказания и для применения за все категории преступлений, поскольку это достаточно суровая мера, реализацию которой законодатель ограничил тяжкими и особо тяжкими преступлениями корыстной направленности, за счет усиления карательно-воспитательного воздействия на осужденного через его имущественные интересы. По своей природе конфискация имущества имеет дополнительный характер, что подтверждается содержанием гл. 15.1 УК РФ. Помимо этого, действующая система не включает в себя ее, поскольку штраф во многом заменяет конфискацию. В науке уголовного права существуют различные позиции и в отношении специальной конфискации, т. е. принудительного безвозмездного обращения по решению суда в собственность государства имущества. Так, одни ученые предлагают признать ее видом наказания, введя в действующую систему [3, с. 157; 5, с.19; 16]. По мнению других авторов, она «является пер-вентивной мерой, не выполняющей основных функций наказания» [14, с. 171; 17]. Законодатель, дополнив раздел VI УК РФ «Иные меры уголовно-правового характера» гл. 15.1 «Конфискация имущества», посвятив ей ст. 104.1 «Конфискация имущества»,

ст. 104.2 «Конфискация денежной суммы взамен имущества» и ст. 104.3 «Возмещение причиненного ущерба», имел полное основание не считать ее одним из дополнительных видов наказания и не включать в имеющуюся в УК РФ систему. На наш взгляд, она, являясь видом уголовной ответственности, выступает мерой уголовно-правового характера, направленной на усиление карательновоспитательного воздействия на осужденного, затрагивая его имущественные интересы. Необходимо обратить внимание на ряд погрешностей в юридической технике, допущенных законодателем при ее восстановлении в действующем Уголовном кодексе. Так, согласно ч. 1 ст. 104.1 УК РФ она осуществ-

ляется по решению суда, в рамках уголовного процесса, регламентированного УПК РФ.

Проанализировав вышеизложенное, представляется возможным констатировать, что в УК РФ законодатель использует разнообразный понятийно-терминологический аппарат для описания уголовно-правовых последствий, возлагаемых на виновных лиц, тем самым: 1) затрудняя реализацию принципов законности, равенства граждан перед уголовным законом, виновности, справедливости и гуманизма; 2) осложняя решение уголовно-правовых задач, стоящих перед уголовным законодательством, не обеспечивая в полной мере охрану личности, общества и государства. Все это является аргументацией необходимости дальнейшего совершенствования уголовного закона в рассматриваемой нами части.

1. Таганцев Н.С. Русское уголовное право. М., 1994. Т. 2. С. 159-163.

2. Иванов В.Н. Должна ли сохраняться конфискация имущества как вид наказания? // Советское государство и право. 1958. № 9. С. 100-101.

3. Голубов И.И. Конфискация имущества как вид уголовного наказания: автореф. дис. ... канд. юр. наук. М., 1995.

4. Кузнецов А.П. Конфискация имущества как кумулятивный вид наказания в уголовном законодательстве // Уголовное право. 1999. № 2. С. 43.

5. Чернов А.Д. Основные направления развития видов наказания, не связанных с лишением свободы, на современном этапе // Российский следователь. 1999. № 13. С. 19.

6. Милюков С.Ф. Российская система наказаний. СПб., 1998. С. 41.

7. Дзигарь А.Л. Уголовное наказание: эволюция и перспективы: автореф. дис. ... канд. юр. наук. Ростов н/Д, 2001.

8. Степанищев А.В. Проблемы правового регулирования применения конфискации имуще-

ства: автореф. дис. ... канд. юр. наук. М., 2000. С. 9.

9. Ведерникова О.Н. Совершенствование российского Уголовного кодекса с учетом норм международного и зарубежного права // Государство и право. 2006. № 10. С. 97-98.

10. Марогулова И.Л. Конфискация имущества как мера наказания по советскому уголовному законодательству: автореф. дис. . канд. юр. наук. М., 1979. С. 7.

11. Михлин А.С. Имущественные наказания -альтернатива лишению свободы за менее опасные преступления // Советское государство и право. 1981. № 6.С. 96-97.

12. Бриллиантов А.П. Проблемы совершенствования уголовного законодательства о конфискации имущества // Проблемы применения наказаний, не связанных с лишением свободы: сб. науч. тр. М., 1988. С. 80.

13. Зубкова В. И. Уголовное наказание и его социальная роль: теория и практика. М., 2002. С. 188.

14. Дуюнов В.К. Проблемы уголовного наказания в теории законодательства и судебной практике. Курск, 2000. С. 163.

15. Пимонов В.А. Конфискация имущества как уголовное наказание // Государство и право.

2002. № 7. С. 114.

16. Наумов А.В. «Камни преткновения» уголовного наказания // Российская юстиция. 2002. № 9. С. 54.

17. Цветикович А.Л. Дополнительные наказания: функции, система, виды. Куйбышев, 1989. С. 154.

Поступила в редакцию 16.09.2009 г.

Dvoretsky M.Yu. Other measures of criminally-legal character in the system of the criminal liability kinds: condition and efficiency estimation. In the article criminal liability realization, its efficiency is analyzed. The author investigates the subject of criminal liability kinds and draws conclusions about its optimization, bringing offers on increase.

Key words: criminal liability realization; criminal liability kinds; other measures of criminally-legal character.