Прекращение уголовного дела (преследования) в связи с примирением сторон и деятельным раскаянием как компромиссные процедуры в судопроизводстве (история становления и развития российского уголовно-процессуального законодательства)

Салпагаров Сослан Исламович

адъюнкт кафедры уголовного процесса Краснодарского университета МВД России

Прекращение уголовного дела

в связи с примирением сторон и деятельным раскаянием как компромиссные процедуры в судопроизводстве

(история становления и развития российского уголовно-процессуального

законодательства)

В статье проведен краткий исторический анализ становления и развития компромиссных процедур при прекращении уголовного дела и уголовного преследования в российском уголовно-процессуальном законодательстве. Автором сравниваются ранее существовавшие институты прекращения уголовного дела и уголовного преследования при примирении сторон и деятельном раскаянии на основе компромисса с современными институтами прекращения уголовного дела и уголовного преследования. Анализируется новый процессуальный институт прекращения уголовного преследования при совершении налоговых преступлений. Рассмотрены условия, способствующие дальнейшему развитию компромиссных процедур в современном уголовном судопроизводстве.

Ключевые слова: компромиссные процедуры, прекращение уголовного дела (преследования), примирение сторон, деятельное раскаяние, налоговые преступления, уголовный процесс.

S.I. Salpagarov, Adjunct of a Chair of Criminal Procedure of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; tel.: +78612583757.

Termination of criminal proceedings

The article provides a brief historical analysis of the formation and development of the compromise of the procedures for the termination of the criminal in russian criminal procedure legislation. The article gives a comparison of pre-existing institutions termination of the criminal case and the criminal prosecution in case of reconciliation of the parties and the active repentance on the basis of a compromise with modern institutions termination of the criminal proceedings and criminal prosecution. New procedural institute of termination of criminal prosecution when committing tax crimes is analyzed. Conditions to further development of trade-off procedures in the modern criminal proceedings are considered.

Key words: compromise procedures, termination of criminal proceedings (persecution), reconciliation, active repentance, tax crimes, criminal process.

Компромиссные процедуры уголовного судопроизводства в современном российском уголовном процессе сформировались в результате длительного исторического процесса дифференциации его форм.

Как известно, древнерусский процесс имел явно выраженный частно-исковой характер. Уголовное дело могло быть начато только по жалобе либо самого потерпевшего от преступного деяния, либо его семьи [1, с. 68]. В Псковской

судной грамоте (1397 г.) устанавливалась возможность примирения потерпевшего и виновного до обращения в суд. При этом они могли вступить в соглашение как непосредственно, так и через посредника. Условием примирения являлось возмещение вреда и просьба о прощении. Судебник 1550 г. также допускал возможность мирного разрешения уголовно-правового конфликта путем примирения после обращения в суд [2].

145

Следующий период в истории российского уголовного процесса, продолжавшийся с конца XIV в. и до середины XIX в., характеризуется усилением, а впоследствии и доминированием розыскного начала в уголовном судопроизводстве. На этом этапе участие частных лиц в качестве обвинителей устраняется, уголовное дело рассматривается без участия потерпевшего, примирение с потерпевшим в большинстве случаев запрещается, но в то же время, будучи разрешенным по резко ограниченному кругу дел, примирение играет роль обстоятельства, влекущего освобождение от наказания или смягчающего его.

С введением в действие в 1864 г. Устава Уголовных Судопроизводств (далее - УСС) в российском уголовном процессе произошли существенные изменения. Так, в соответствии с УУС 1864 г. органы государственного обвинения не осуществляли уголовное преследование по делам частного обвинения; дела частного обвинения возбуждались только вследствие жалобы потерпевшего и прекращались примирением. При этом примирение не было обусловлено возмещением вреда [2].

Согласно ст. 155, 157 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1885 г. примирение сторон рассматривалось как одно из обстоятельств, «погашающих наказание», определенное приговором. При этом примирение влекло обязательную отмену судом наказания, которое было назначено виновному [2].

Как отмечает Ю.В. Кувалдина, в первые годы после революции в уголовно-процессуальном законодательстве также предусматривалась возможность прекращения уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим. Так, ст. 4 УПК РСФСР 1922 г. устанавливала возможность прекращения дела, возбуждаемого не иначе как по жалобе потерпевшего, за примирением обвиняемого с потерпевшим до вступления приговора в законную силу [3, с. 41].

Таким образом, рассмотренные нами разные исторические периоды показали, что институт прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон всегда рассматривался законодателем как один из возможных способов урегулирования уголовно-правовых конфликтов до передачи дела в суд. Главным фактором, сближающим ранее действовавшие институты с современными, является то, что их применение основывалось на согласии сторон. В связи с этим данные институты могут рассматриваться в качестве исторических предпосылок для возникновения в современном уголовно-процессуальном законодательстве

подобных компромиссных процедур. В то же время необходимо отметить, что согласно ст. 25 УПК РФ волеизъявление потерпевшего или его законного представителя о примирении не обусловливает обязанность органов, осуществляющих уголовное преследование, или суда прекратить уголовное дело.

Как показал проведенный анализ, в рассматриваемых институтах имеются и определенные различия: во-первых, институт примирения в дореволюционном законодательстве был рассчитан на дела о преступлениях, возбуждаемых не иначе как по жалобе потерпевшего, т.е. на дела частного и частно-публичного обвинения, в советском уголовном процессе он распространялся только на дела частного обвинения, в современном российском уголовном процессе действие института прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон распространяется на дела частного, частно-публичного и публичного обвинения, если они относятся к преступлениям небольшой и средней тяжести; во-вторых, ранее существовавшее законодательство, в отличие от действующего УПК РФ не предусматривало в качестве обязательного условия прекращения дела в связи с примирением сторон совершение преступления впервые; в-третьих, если в современном уголовном процессе юридическое значение имеет лишь примирение, которое достигнуто сторонами до постановления приговора, то примирение по дореволюционному законодательству и первым советским кодексам возможно было до вступления приговора в законную силу.

В первых советских УПК и УК примирение по делам частного обвинения не связывалось с условием возмещения вреда, причиненного преступлением. Возложение обязанности загладить такой вред рассматривалось в качестве самостоятельного вида наказания. Можно полностью согласиться с мнением Ю.В. Кувалдиной, считающей, что указанные положения с определенными доработками можно было возвратить в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации [3, с. 43].

В советский период УПК РСФСР 1960 г. также были предусмотрены определенные компромиссные процедуры по досудебному прекращению уголовных дел по нереабилитиру-ющим основаниям. Так, например, прекращение уголовного дела по ст. 7-9 УПК РСФСР [4] применялось в случаях, когда преступное деяние и лицо, его совершившее, не являлись общественно опасными, а цель исправления могла быть достигнута без назначения наказания, т.е. речь шла о малозначительности деяния, которое

146

в силу этого не является преступлением. Таким образом, в советском уголовном процессе это были первые институты прекращения уголовного дела на основе компромисса.

Рассматриваемые компромиссные процедуры, предусмотренные УПК РСФСР 1960 г., имеют определенное сходство с современными основаниями прекращения дела по нереабили-тирующим основаниям, предусмотренным ст. 25 и 28 УПК РФ. В частности, похожей является такая реакция государства на преступление, как отказ от привлечения к уголовной ответственности, возможный лишь при доказанности факта совершения преступления конкретным лицом. Статьи 6.1-9 УПК РСФСР предоставляли лицу, совершившему преступление, право возражать против прекращения уголовного дела и обжаловать соответствующее постановление.

Вместе с тем, между рассматриваемыми институтами есть и значительные различия. Различия эти касаются, прежде всего, оснований прекращения дела.

В ст. 6.1-9 УПК РСФСР основания прекращения дела определялись несколько упрощенно: утрата преступным деянием или лицом общественной опасности, возможность исправления и перевоспитания лица без применения мер уголовного наказания.

В ст. 25 и 28 УПК РФ законодателем предельно четко и конкретно определены основания прекращения уголовного дела (преследования). В соответствии с данными статьями виновное лицо должно совершить положительные посткриминальные действия до того, как органами уголовного преследования или судом будет принято решение о прекращении дела или уголовного преследования. В ранее действовавших институтах если и предполагалось совершение таких действий, то ни основанием, ни условием прекращения дела это не являлось. Прекращение уголовного дела с передачей лица на поруки допускалось также при условии, что лицо признало свою вину в совершении преступления. Статьи 25 и 28 УПК РФ прямо такого условия прекращения уголовного дела (преследования) не предусматривают.

Предпринятый ретроспективный анализ истории развития отечественного уголовного процесса дает основания сделать вывод о том, что в нем, как в досоветский, так и в советский периоды, предусматривались компромиссные процедуры, направленные на прекращение уголовного дела (преследования) без передачи дела в суд.

В ходе проведения судебно-правовой реформы в 1996 г. был принят новый УК РФ, на

основе положения которого было продолжено совершенствование компромиссных процедур в уголовном процессе на стадиях предварительного расследования. Это выразилось, прежде всего, в полном пересмотре всего института прекращения уголовных дел по нереабилити-рующим основаниям. Так, Законом от 21 декабря 1996 г. № 160-ФЗ были исключены нормы, устанавливающие возможность прекращения уголовных дел с применением к виновным мер административного и общественного воздействия, как это было в УПК РСФСР. В то же время были введены новые виды прекращения дел по нереабилитирующим основаниям: в связи с деятельным раскаянием и примирением с потерпевшим (ст. 7, 9 УПК РСФСР). Изменив редакцию ст. 7 УПК РСФСР и приведя ее в соответствие со ст. 76 УК РФ, законодатель закрепил условия, при которых раскаяние можно считать деятельным, отнеся к ним явку с повинной, помощь в раскрытии преступления, возмещение ущерба или иное заглаживание вреда.

Представляется, что возможность освобождения лица от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, а также гарантии смягчения наказания, предусмотренные п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, которые предусматривают активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличение и уголовное преследование других соучастников преступления в обмен на прекращение уголовного дела, позволяют считать данный институт, который закреплялся ст. 7 УПК РСФСР, компромиссным.

В то же время совершенствование УПК РСФСР, проводимое путем внесения в него многочисленных изменений, не могло удовлетворить законодателя. Требовался совершенно новый уголовно-процессуальный закон, который бы в полной мере основывался на Конституции РФ, общепризнанных принципах и нормах международного права, новом УК РФ (1996 г).

Исходя из этого, в действующем УПК РФ законодателем одновременно с обычной предусмотрены и дифференцированные уголовно-процессуальные формы. При этом реакция государства на некоторые преступление вследствие достигнутого сторонами компромисса при уголовно-правовом конфликте отличается от традиционной [3, с. 77]. Речь идет об институтах прекращения уголовного дела (уголовного преследования), предусмотренных ст. 25, 28, 28.1 УПК РФ.

Новый уголовно-процессуальный закон, принятый в результате проводимой судебно-правовой реформы, внес некоторые новые элементы в развитие российского уголовно-процессуаль-

147

ного законодательства на основе компромисса. К таким элементам можно отнести, прежде всего, изменения в институтах прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон и деятельным раскаянием.

Статья 25 УПК РФ предусматривает прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон, а не с потерпевшим, как это имело место в ст. 9 УПК РСФСР. Представляется, что данное название статьи более точно отражает суть примирения как двустороннего акта, т.е. соглашения между обвиняемым и потерпевшим. Бесспорно и то, что инициатива примирения должна исходить от обвиняемого, но именно от потерпевшего зависит, изменит ли он свое отношение к обвиняемому и совершенному им преступному деянию. Статья 9 УПК РСФСР определяла, что право обратиться с заявлением о прекращении дела имеет только потерпевший [5]. В настоящее время в ст. 25 УПК РФ это право предоставлено и его законному представителю.

Статьи 7 и 9 УПК РСФСР, ст. 25 и 28 УПК РФ в редакции ФЗ № 174-ФЗ от 18 декабря 2001 г. называли одним из условий прекращения уголовного дела (уголовного преследования) совершение преступления лицом впервые, однако Федеральным законом от 29 мая 2002 г. № 58-ФЗ эта формулировка была исключена из ст. 25 и 28 УПК РФ, но в то же время в данных статьях появилась ссылка на ст. 75 и 76 УК РФ, которые данное условие предусматривают и в настоящее время. Особо необходимо отметить и такое изменение, осуществленное законодателем, как разграничение оснований прекращения уголовного дела (ст. 25 УПК РФ) и оснований прекращения уголовного преследования (ст. 28 и 28.1 УПК РФ).

В то же время можно констатировать, что с принятием УПК РФ судебно-правовая реформа в части, касающейся развития компромиссных процедур в уголовном судопроизводстве, получила свое продолжение. Именно успешное применение, ранее закрепленных в УПК РФ компромиссных процедур, обусловило принятие законодателем некоторых новых процессуальных форм прекращения уголовного преследования.

Так, в 2009 г. в УПК РФ законодателем введен новый процессуальный институт - прекращение уголовного преследования по делам, связанным с нарушением законодательства о налогах и сборах (ч. 1. ст. 28.1). Поправки в УПК РФ, внесенные Законом от 29 декабря 2009 г. № З8З-ФЗ, вызвали неоднозначную реакцию со стороны отдельных теоретиков [6, с. 97].

В связи с этим необходимо рассмотреть новый институт прекращения уголовного преследо-

вания по делам, связанным с экономической деятельностью, в том числе с нарушением законодательства о налогах и сборах, и его место в системе компромиссных моделей судопроизводства, получающих все большее развитие в российском уголовно-процессуальном законодательстве.

Прекращение уголовного преследования в случае, предусмотренном ч. 1 ст. 28.1 УПК РФ, поставлено законодателем в зависимость от характера посткриминальных действий лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 198-199.1 УК РФ.

Реакция государства на налоговые преступления отличается своими особенностями, т.к. виновному лицу предлагается в полном объеме возместить ущерб, причиненный бюджетной системе РФ. Так, в случае уплаты подозреваемым или обвиняемым недоимки в размере, установленном налоговым органом в решении о привлечении к ответственности, вступившем в силу, соответствующих пеней и штрафов и его согласии на прекращение уголовного преследования уголовная ответственность не наступает, уголовное преследование в отношении такого лица прекращается по нереабилитирующему основанию. При этом лицо не может быть принуждено к совершению поощряемых государством действий и достижению определенных им результатов. Такие действия могут быть лишь добровольными.

Вышесказанное свидетельствует о том, что, во-первых, налицо компромиссный характер процедуры, описанной в ст. 28.1 УПК РФ, во-вторых, данная статья имеет явное сходство с институтами, предусмотренными ст. 25 и 28 УПК РФ. Для прекращения уголовного преследования по ст. 28.1 УПК РФ требуется признание вины и возмещение ущерба, причиненного российской бюджетной системе, т.е. это возмещение определяется законодателем несколько иначе, чем в институтах, урегулированных ст. 25 и 28 УПК РФ.

В то же время необходимо отметить, что законодателем необоснованно ограничено прекращение уголовного преследования по ст. 28.1 УПК РФ по сфере действия по стадиям: оно может быть прекращено только на досудебных стадиях уголовного процесса. Так, согласно ч. 1 ст. 28.1 УПК РФ возмещение ущерба, причиненного в результате преступления, признается основанием для прекращения уголовного преследования только тогда, когда оно состоялось до окончания предварительного следствия.

И.Н. Соловьев подчеркивает, что это правило вступает в противоречие с примечаниями к

148

ст. 198, 199 УК РФ, подобного ограничения не устанавливающих. Статьи 25 и 28 УПК РФ также допускают прекращение уголовного дела ( уголовного преследования) в связи с примирением сторон или деятельным раскаянием как в досудебном, так и в судебном производстве [7, с. 41].

В связи с этим необходимо отметить, что Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении № 19 от 27 июня 2013 г. «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» [8] дал следующее разъяснение рассматриваемой ситуации: «частичное возмещение ущерба, равно как и полное возмещение ущерба, произведенное после назначения судом первой инстанции судебного заседания, может быть учтено в качестве обстоятельства, смягчающего наказание».

Кроме того, как отметил Пленум Верховного Суда РФ, «В случае совершения преступления небольшой или средней тяжести в сфере экономической деятельности выполнение не всех или не в полном объеме действий, предусмотренных статьей 76.1 УК РФ, препятствует освобождению лица от уголовной ответственности по правилам не только указанной нормы, но и статей 75 и 76 УК РФ» [8].

Представляется необходимым отметить и то обстоятельство, что законодателем по-разному осуществлено правовое регулирование и значение волеизъявления обвиняемого на прекращение уголовного дела. Так, в соответствии со ст. 25, 28 УПК РФ, если стороны примирились или лицо деятельно раскаялось в совершении преступления, прекращение в отношении него уголовного дела или уголовного преследования осуществляется по усмотрению суда, следователя, дознавателя с согласия прокурора. В то же время, если лицо возместило в полном объеме вред, причиненный налоговым преступлением, прекращение уголовного преследования является их обязанностью (ч. 1 ст. 28.1 УПК РФ). Логично было бы то, что законодателю именно норму ст. 28.1 УПК об обязательном прекращении уголовного преследования можно использовать при осуществлении дальнейшей работы над нормами, закрепленными ст. 25 и 28 УПК РФ, соблюдая при этом все иные условия, установленные этими статьями, в том числе получение

1. Максудов Р.Г. Институт примирения в уголовном процессе: необходимость и условия развития // Уголовное право. 1998. № 1.

согласия потерпевшего на прекращение дела по нереабилитирующему основанию.

При прекращении уголовного преследования по делу о налоговом преступлении нет фигуры потерпевшего. Государство проявляет снисхождение к недобросовестному плательщику налогов и прощает его в обмен на самостоятельное добровольное возмещение лицом вменяемых сумм сокрытого налога.

лицу, впервые совершившему налоговое преступление, законодатель дает возможность достойно выйти из уголовно-правового конфликта, ресоциализации субъекта без применения к нему уголовной репрессии и поощряет добровольное возмещение причиненного преступным деянием вреда. Именно эти меры практически полностью свойственны и институту деятельного раскаяния.

Таким образом, проведенный анализ истории становления и развития компромиссных процедур в российском уголовно-процессуальном законодательстве позволяет прийти к выводу о том, что такие компромиссные процедуры, как прекращение уголовного дела (преследования) в связи с примирением сторон и деятельным раскаянием, представляют собой дифференцированные формы уголовного судопроизводства, в которых уголовно-правовой конфликт разрешается на условиях, удовлетворяющих интересы как обвиняемого, так и потерпевшего, что исключает необходимость прохождения дела по всем стадиям уголовного процесса или проведение отдельных его этапов.

В истории развития отечественного уголовного процесса и ранее существовали основанные на компромиссе процедуры. Так, традиционным является институт прекращения дела в связи с примирением сторон, смягчающими наказание обстоятельствами признавались действия лица, образующие в современном понимании деятельное раскаяние.

С учетом отечественного исторического опыта, вносимых в УПК РФ в последнее время изменений, появляется возможность дальнейшего совершенствования и расширения возможностей использования компромиссных процедур в уголовном судопроизводстве как одного из способов прекращения уголовного дела и уголовного преследования.

1. Maksudov R.G. Institute of reconciliation in criminal proceedings: necessity and conditions development // Criminal law. 1998. № 1.

149

2. Российское законодательство Х-ХХ веков: в 9 т. /под общ. ред. О.И. Чистякова. М., 1995.

3. Кувалдина Ю.В. Предпосылки и перспективы развития компромиссных способов разрешения уголовно-правовых конфликтов в России: дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2011.

4. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1960 г. URL: //http:// www.base.consultant.ru

5. Лянго Л.Н. Проблемы прекращения уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2000.

6. Александров А. Прекращение уголовного преследования по делам, связанным с нарушением законодательства о налогах и сборах (ст. 28.1 УПК) // Уголовное право. 2010. № 2.

7. Соловьев И.Н. Новые веяния по декриминализации противоправных действий в сфере налогообложения // Финансовое право. 2010. № 1.

8. О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности: постановление Пленума Верховного Суда РФ № 19 от 27 июня 2013 г. // СПС «Кон-сультантПлюс».

2. Russian legislation X-XX centuries: in 9 vol. / ed. by O.I. Chistyakov. M., 1995.

3. Kuvaldina Yu.V. Prerequisites and prospects of development of compromise ways to resolve criminal conflicts in Russia: diss. ... Master of Law. Samara, 2011.

4. Code of criminal procedure of RSFSR 1960. URL: //http:// www.base.consultant.ru

5. Lango L.N. Problems of termination of criminal case in connection with reconciliation with the victim: auth. abstr. ... Master of Law. Volgograd, 2000.

6. Aleksandrov A. Termination of criminal prosecution of cases relating to violation of legislation on taxes and fees (art. 28.1 CPC) // Criminal Law. 2010. № 2.

7. Soloviev I.N. New trends on the decriminalization of illegal activities in the sphere of taxation // Financial law. № 1.

8. About application by courts of legislation regulating the grounds and procedure of exemption from criminal liability: resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation № 19 of June 27, 2013 // HLC «ConsultantPlus».

150