Правам человека оформляют судебный суверенитет

России, возможно, предстоит принять новые поправки к Конституции или открыть аналог Конституционного суда, если Минюст и Верховный суд предложат создать отечественный аналог ЕСПЧ. Об этом “Ъ” заявили юристы-правозащитники, после того как в понедельник на сайте Кремля появилось поручение президента «рассмотреть вопрос о целесообразности создания российского суда по правам человека». Оно было дано в числе девяти других поручений по итогам встречи Владимира Путина и членов президентского Совета по правам человека (СПЧ) в декабре 2020 года. Список заданий включает также возможное реформирование ст. 280 УК о призывах к экстремизму, поиск источников финансирования для членов ОНК и глобальную защиту прав журналистов.

Президент России Владимир Путин рекомендует до 1 июня «рассмотреть вопрос о целесообразности создания российского суда по правам человека». Соответствующее поручение дано в понедельник и опубликовано на сайте Кремля в списке других ежегодных заданий ведомствам и чиновникам, которые глава государства формулирует по итогам встреч с членами СПЧ. Идею российского аналога ЕСПЧ в декабре прошлого года Владимиру Путину предложил глава фонда противодействия оргпреступности и коррупции «Антимафия» Евгений Мысловский, который подчеркивал несовершенство существующей системы контроля за уголовным и судебным производствами.

Президент тогда назвал идею «правильной» и подчеркивал, что ее «надо проработать».

Это предстоит сделать председателю ВС Вячеславу Лебедеву и главе Минюста Константину Чуйченко, которые назначены ответственными за выполнение поручения.

Опрошенные “Ъ” юристы подчеркивают, что суды не рассматривают абстрактные права человека, их соблюдение или нарушение, но основывают свои решения на конкретных трактовках, закрепленных либо в Конституции России, либо в европейской Конвенции о правах человека, либо в Международном пакте о гражданских и политических правах ООН. Поэтому, чтобы российский аналог ЕСПЧ заработал, нужно будет снова менять Конституцию, отметил юрист фонда «Русь сидящая» (внесен Минюстом в реестр иноагентов) Артур Дзедзинский: «Как минимум ч. 3 ст. 118 Основного закона, которая закрепляет состав российской судебной системы и не предусматривает создания отдельного органа по защите прав человека». Либо придется создать суд, дублирующий функции КС РФ, предположила юрист «Мемориала» (внесен Минюстом в реестр иноагентов) Татьяна Глушкова.

«Невозможно представить, чтобы национальные суды, разрешая конкретные споры, в одних случаях решали вопросы о нарушенных правах, а в другом случае игнорировали их и передавали дело на рассмотрение в специально созданный суд»,— пояснил “Ъ” старший юрист “Команды 29” Максим Оленичев. Господин Дзедзинский в свою очередь обратил внимание, что президент дает поручение ВС — независимому органу судебной власти,— а прорабатывать вопрос предстоит с Минюстом, «который периодически выступает в качестве стороны по делу в этом высшем суде».

Глава СПЧ Валерий Фадеев признался “Ъ”, что «доволен широким спектром» поручений, и рассказал, что члены СПЧ готовили их вместе с сотрудниками администрации президента РФ.

«Член СПЧ Игорь Ашманов готовит доклад в 300 страниц как раз по поручению о защите прав человека в цифровом пространстве,— сообщил Валерий Фадеев, комментируя еще одно поручение главы государства правительству и СПЧ о разработке проекта концепции защиты прав в сети.— Ашманов ставит своей задачей наладить образовательные программы — обучение граждан всех возрастов “цифровой гигиене” (поведению в сети.— “Ъ”)».

Поручение «принять меры по обеспечению в субъектах РФ прав журналистов», данное господином Путиным полпредам, в понедельник прокомментировал председатель комиссии СПЧ по свободе информации и правам журналистов, главред «Московского комсомольца» Павел Гусев. Он подчеркнул, что журналисты «смогут вздохнуть свободно», и напомнил: в 2020 году его комиссия насчитала «больше ста» нарушений прав работников СМИ. Однако и сейчас ничто не мешает полиции и чиновникам исполнять закон «О СМИ», по которому журналист может получить любую информацию и не нуждается в аккредитации для беседы с представителем власти, напомнила директор Центра защиты прав СМИ (внесен Минюстом в реестр иноагентов) Галина Арапова.

«31 января в России были задержаны 82 журналиста (на несогласованных акциях в поддержку оппозиционера Алексея Навального.— “Ъ”), которые, как новогодние елки, были увешаны пресс-картами и спецжилетами,— рассказала она.— Сложно сказать, входят ли эти вопросы в компетенцию полпредов — поручение прекрасное, но совершенно неконкретное».

Еще два поручения адресованы Минюсту, Минфину, Роспотребнадзору и Общественной палате РФ и касаются допусков в колонии и СИЗО членов ОНК в период эпидемии COVID-19, а также разработки механизмов финансирования ОНК за счет бюджета. «Сейчас члены ОНК покупают приборы для измерения света, шума, загазованности, размера камер за свой счет и сами оплачивают транспорт»,— пояснил “Ъ” член ОНК Москвы Георгий Иванов. Он отметил, что с 25 января ФСИН, «видимо, узнав о подготовке президентских поручений», снова разрешила наблюдателям очное общение с заключенными в СИЗО. Оно, напомним, было отменено весной прошлого года.

В п. «б» поручения №8 Владимир Путин предлагает ВС РФ и Генпрокуратуре обсудить реформу ст. 280 УК РФ о призывах к экстремизму. Автором этого предложения на встрече с главой государства был Александр Верховский, глава информационно-аналитического центра «Сова» (внесен в список иноагентов Минюста). Он пояснил “Ъ”, что предложение, как и поручение, касалось административной преюдиции — назначения административного наказания (штрафа) за первый эпизод, а уже после этого — уголовного. Отметим, в 2017 году за призывы к экстремизму в России были осуждены 170 человек, в 2018-м — 159, в 2019-м — 145. За первое полугодие 2020 года было осуждено 80 человек (более свежих данных нет). Санкция ст. 280 УК по ч. 1 предполагает штраф от 100 до 300 тыс. руб. либо лишение свободы до четырех лет, по ч. 2 — лишение свободы до пяти лет. «Это серьезная статья, ее расследует ФСБ, но часть дел по ней ерундовые, когда люди допускали эмоциональные высказывания в сети,— пояснил господин Верховский.— Уголовный приговор предполагает внесение в список Росфинмониторинга: человек после этого не может фактически потратить более 10 тыс. руб. зарплаты в месяц без согласования с прокурором. Однако нельзя просто технически разделить статью — за первый раз административное дело, за второй — уголовное. Нужно работать над формулировками, ведь вторая часть статьи — это призывы в интернете, а люди вне интернета сейчас почти не высказываются, формулировка устарела». Господин Верховский напомнил, что аналогичным реформам в 2018 году подверглись ст. 282 УК РФ (возбуждение ненависти либо вражды) и ст. 280.1 УК (призывы к сепаратизму), однако подчеркнул, что президент данным поручением «всего лишь пригласил ВС к дискуссии» и не пользуется собственным правом проведения реформы закона.