Система значений функционально-семантической категории модальности русского языка в зеркале китайского языка

И. И. Акимова

СИСТЕМА ЗНАЧЕНИЙ ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКОЙ КАТЕГОРИИ МОДАЛЬНОСТИ РУССКОГО ЯЗЫКА

В ЗЕРКАЛЕ КИТАЙСКОГО ЯЗЫКА

INGA I. AKIMOVA

RUSSIAN LANGUAGE FUNCTIONAL-SEMANTIC CATEGORY OF MODALITY: SYSTEM OF VALUES

В статье приведены некоторые результаты контрастивного анализа полей модальности в русском и китайском языках. Предложена модель устройства категории модальности в русском языке. В основу создания модели положен общенаучный логический метод дихотомической классификации, известный в лингвистике как «метод оппозиций». Оппозитивные значения разного уровня образуют дерево оппозиций. Модели данного типа широко используются в направлении функционально-коммуникативной грамматики, так как удобны для систематизированного представления языковых средств выражения понятийных категорий. Представленная модель представляет собой не только попытку исчисления важнейших для коммуникации модальных смыслов, но и объяснения межкатегориального взаимодействия модальности и волюнтивности в зоне «Необходимости — Ненужности».

Ключевые слова: лингводидактика, функционально-семантическая категория русского языка, функционально-коммуникативная педагогическая (лингводидактическая) модель русского языка, внутрисинтаксическая модальность.

The paper proposes some results of contrastive analysis of modality fields in Russian and Chinese languages, and offers a model of modality in the Russian language. This model is founded on general scientific logical method of dichotomous classification, known in linguistics as "method of oppositions". Opposite values of different levels form the tree of oppositions. Models of this type are widely used in functional communicative grammar, being convenient for systematic presentation of the linguistic means of conceptual categories' expression. The model presented here is not only an attempt to communicate the most important calculations of modal meanings, but is also trying to explain the intercategorial interaction of modality and voluntivity in the area of "necessity — irrelevance".

Keywords: linguodidactics, functional and semantic category of Russian language, functional and communicative pedagogical model of Russian language, syntactic modality.

Предложенная нами систематизация языковых средств выражения модальности (лексические, синтаксические и грамматические) в русском языке выполнена в русле функционально-коммуникативного лингводидактического направления [1; 4] и важна, как минимум, для более рационального их представления в целях обучения русскому языку как иностранному. Кроме этого преподавателям важно знать зоны интерферирующего влияния и понимать и те лингвистические барьеры, с которыми встречаются иностранные учащиеся. Думаем, что функционально-семантическое представление языковых фактов с опорой на смысл максимально отвечает такой задаче.

После знаменитой работы Ш. Балли (см. переиздание: [2]) о языковой модальности написано много. Принято считать, что есть разрыв ме-

Инга Игоревна Акимова

Кандидат филологических наук, доцент кафедры историко-правовых и социально-экономических дисциплин Всероссийский государственный университет юстиции Минюста России, Дальневосточный институт (г. Хабаровск) ул. Герасимова, д. 31 г. Хабаровск, 680000, Россия  kazyulkinamama@mail.ru

Inga I. Akimova

All-Russian State University of the Justice Ministry, Far East Institute (Khabarovsk) 31 Geracimova st., Khabarovsk, 680000, Russia

жду логической и языковой модальностью. Сферу логической модальности составляют значения алетической, деонтической, эпистемической и аксиологической модальности. Алетическая модальность, как известно, связана с объективной возможностью (Вещи можно оставить в камере хранения, если она работает и у вас есть, чем заплатить). Деонтическая модальность — это оценка поведения как должного или недолжного (Преподаватель не может опоздать на лекцию). Эпистемическая модальность связана со знанием (Иван приезжает завтра. Я должна успеть к обеду = у меня есть все шансы. Отец не должен вернуться так рано = и скорее всего, это не он). Наконец, аксиологическая модальность выражает субъективную оценку и связана с языковым модусом (Вот тебе и поспал = не удалось поспать; Ну и отдохнули! = плохо или хорошо, зависит от интонации, аналогично в Наконец-то! Пришел! Ждали тебя!). Однако, понимая, что категории логики суть абстракции языка, мы будем описывать языковую модальность с учетом логической классификации модальных значений. Вместе с тем в модальном суждении естественного языка определить значение модальности однозначно не всегда возможно: решающим фактором является коммуникативная установка говорящего и конситуация.

Существуют различные подходы к соотношению лингвистических понятий «модальность» и «модус» (см.: [3; 4; 6; 7; 8; 9; 10; 11; 12; 13; 14; 15; 16] и другие работы). Для нас принципиально разграничение на внешнесинтаксическую (вводные слова) и внутрисинтаксическую модальность, предложенное Г. А. Золотовой. Внешнесинтаксическая модальность (персуазивность) выражается сугубо лексически, не изменяя синтаксической модели предложения (Возможно, мы не придем; Иван, скорее всего, задержится; Невероятно, но факт!; Разумеется, я немедленно приеду к тебе), тогда как внутрисинтаксическая модальность выражена самой синтаксической моделью предложения-высказывания (Нужно ехать. Пора вставать. Где уж мне тебя обогнать!). Категорию авторизации мы рассматриваем отдельно от модальности (Я думаю, что...; Вот это по-нашему!; Мы диалектику

учили не по Гегелю (В. Маяковский)). Практически все формы наклонения глагола в том или ином контексте могут нагружаться модусными смыслами. Очевидно, что категорию авторизации также следует отграничить от модуса [4].

В категории внутрисинтаксической модальности принято выделять четыре зоны: «Возможность» vs. «Невозможность», «Необходимость» vs. «Ненужность» (см.: [4; 8; 11]). В зоне «Необходимость» vs. «Ненужность» имеется сфера пересечения с категорией «Волюнтивности» (вероятно, такую семантическую категорию еще предстоит выявить и описать в функционально-семантическом аспекте). Семантическую структуру категории Волюнтивности составляют значения «желательность» vs. «нежелательность»; «разрешение» vs. «запрет». Данные значения формируют свои оппозиции именно в сфере модальности, ср.: «надо — не надо»; «можно — нельзя», хотя могут выражаться и как модус, ср.: Почему бы не позвать Ивановых? = можно позвать; Почему ты так поздно пришел с работы? Нужно было вообще там заночевать! = надо приходить раньше, не надо так долго работать).

Покажем систему оппозиций в каждой зоне модальности.

I. ЗОНА «ВОЗМОЖНОСТЬ»

1.1. Внутренняя В. как способность лица совершить

действие

1.1.1. Актуальная В.

Ты можешь помочь? Помоги передвинуть пианино? Давай, помогу.

Мы можем оставить вещи в камере хранения

Ты сошьешь мне платье? — Я не умею. Скажите, сколько времени? — Не скажу, я не знаю.

1.1.2. Потенциальная В.

1.1.2.1. Потенциально-единичная В. План широкого настоящего

Можно / мы можем / могли бы оставить вещи в камере хранения (= при необходимости). Завтра до отъезда мы могли бы оставить вещи у тебя, если ты, конечно, не против... Я могу переплыть эту реку. = Я и сейчас мог бы переплыть её.

Он может купить мне машину. Оля умеет шить. Она хорошо шьет. Ребенок читает по слогам.

Персуазивность

Допустим, он может купить машину. А купит ли? Наверное, Оля неплохо шьет. Она сшила себе платье. Возможно, скорее всего, так и было. 1.1.2.1. Потенциально-обобщенная В. Можно оставлять вещи в гостинице, в камере хранения (= там она есть). Всегда можно оставить вещи в камере хранения.

Выход можно найти всегда. Любую проблему можно решить. 1.2. Внешняя В.

1.2.1. Деонтическая В. как наличие у лица разрешения:

Ты можешь остаться. Приходи. Можно войти. Можно сесть? Садитесь.

Вещи в камере хранения оставить можно (= разрешили бесплатно! или камера хранения надежная).

1.2.2. Алетическая возможность как наличие у лица условий, необходимых для совершения действия:

Он может мне позвонить? Это реально ему позвонить? Давай стретимся? Хочешь, приеду за тобой? Почему бы нам не пойти в кино? Он может еще прийти.

Персуазивность:

Возможно, он еще придет. Может, он все-таки придет? Полипредикативность:

Возможность того, что он придет, сохраняется. Еще есть надежда на то, что он придет. Монопредикативное полипропозитивное ПВ

Мы надеялись на его приход (нарративный (текстовый) режим).

Оставалась надежда на его приход. Его приход был нашей единственной надеждой. 1.2.2. Умозрительная В. 1.2.2.1. Условная В.: 1.2.2.1.1. Единичная:

1.2.2.1.1.1. Изъявительное наклонение: Если хочешь, оставайся.

Если можешь — приезжай!

Если будет снег, мы поедем кататься на лыжах. Если Ваня придет, испеку пирог.

Если будешь в наших краях, то обязательно заходи ко мне.

Если ветер с моря, то будет тепло и снежно (= потому что каждый раз, когда ветер с моря, бывает тепло и снежно).

В том числе «Желательность»:

Если я куплю эту квартиру, то буду очень счастлив.

1.2.2.1.1.2. Сослагательное наклонение:

Если бы он был один, то ничего бы не смог сделать (= К счастью, был не один и смог).

Если бы я купил эту квартиру, то был бы очень счастлив.

Если бы мы могли купить квартиру, я бы уже ничего не хотел больше! (= К сожадению, не можем). В том числе «Желательность»:

Вот бы мне эту квартиру купить! (есть помехи при осуществлении намеченной цели). Хотел бы я купить эту квартиру! 1.2.2.1.2. Обобщенная В.:

Если долго мучиться, что-нибудь получится (= Всегда так).

Когда ни зайдешь в лес, там всегда тихо и прохладно. Как ни зайдешь в ее отделение, она всегда улыбается. 1.2.2.2. Уступительная:

1.2.2.2.1. Единичная В.

Он не купил машину, хотя мог.

Он мог бы купить машину, однако не купил.

Хотя он бедный, зато умный, с большим потенциалом.

1.2.2.2.2. Обобщенная В.

Кто бы ни пришел, всех пускайте.

Где бы ты ни был — вспомни о родителях.

II. ЗОНА «НЕВОЗМОЖНОСТЬ»

2.1. Внутренняя невозможность

2.1.1. Актуальная внутренняя НВ как неспособность лица выполнить действие

Ты не можешь мне помочь? Помоги передвинуть пианино?

Извини, не могу. Слишком тяжелое.

Эта задача слишком трудная, мне не решить

её = Я не могу / смогу решить эту задачу.

2.1.2. Внутренняя Потенциальная НВ для лица, вовлеченного в выполнение действия:

Мне его не обмануть (= я не смогу).

Мне не сдвинуть пианино, слишком тяжело.

Тебе реку не переплыть, слишком сильное течение.

Им нас не победить, мы не сдадимся (= они не смогут).

2.2. Внешняя невозможность (НВ): 2.2.1. Реальная:

2.2.1.1. Деонтическая невозможность: запрет:

Купаться запрещено (= всем и каждому).

Дверь не открывать (= никому ни с какой стороны).

Пете не помогать, пусть решает сам.

Без меня ничего не делать, я сам (= Я не разрешаю).

2.2.1.2. Алетическая невозможность: отсутствие необходимых для совершения действия условий:

2.2.1.2.1. Субъект — единичное лицо:

Он не мог / не сможет / не может мне позвонить, так

как забыл взять телефон.

Давай стретимся? Не могу, уезжаю.

Извини, я не приеду за тобой, очень занят.

2.2.1.2.2. Субъект — обобщенное лицо: Ему не позвонишь.

Ему нельзя позвонить, он недоступен (в самолете).

Ошибку не исправить.

Жизнь прожить — не поле перейти.

Сделать ничего нельзя. Ничего не сделаешь (= Никому нельзя что-либо сделать по объективным причинам). Ей не помочь. Ей ничем не поможешь (= Никто не сможет помочь, невозможно).

Нельзя спать на потолке. На потолке не поспишь (= Невозможно).

Его нельзя обмануть. Его не обманешь

2.2.2.1.1. Изъявительное и повелительное наклонение

Как ни старались, ничего не получалось. Как ни вглядывались в темноту, ничего не могли увидеть впереди.

Как ни хотелось пить, а приходилось терпеть. Как ни крути, а все не хорошо. Что ни делай — все не угодишь.

2.2.2.1.2. Сослагательное наклонение

Как бы вы ни старались, все будет зря. Что бы вы ни говорили, я сделаю, как решил. Где бы ты ни был, помни о доме.

III. ЗОНА «НЕОБХОДИМОСТЬ»

1.1. Деонтически предписанная Н.

1.1.1. Внешняя Н. по отношению к личности:

1.1.1.1. Объективная: Общественно-значимые нормы:

1) правовые нормы: долг, обязанность: Кто обязан + что делать / сделать;

2) морально-этические нормы как общественно-поощряемый тип поведения:

а) кому надо, нужно быть каким / делать что. Надо уступаиь места пожилым людям и женщинам, пассажирам с детьми.

Коммуникативная реализация:

Любить — так любить. Гулять — так гулять.

Стрелять — так стрелять (А. Розенбаум);

б) кто должен / обязан + что делать. Дети должны уважать старших. Трансформы: Что / что делать — это (чей) долг, обязанность:

Защита Отечества — священный долг гражданина. Помогать старикам — наш долг и обязанность.

1.1.1.2. Субъективная Н., деонтически предписанная со стороны другого лица:

1.1.1.2.1. Требование, приказ, угроза, инструкция:

Формулы требования: Я требую ответа. Ты должен вставать рано.

Он должен ответить. Пусть ответит! Пусть он немедленно придет.

Формулы приказа: Отвечай! Поезжайте! Положи на место, кому говорят!

Формулы угрозы: Делай немедленно, а то хуже будет! Формулы инструкции: Не беритесь за оголенный конец провода. Не стой под стрелой! Бросая мусор на улице, не забудьте хрюкнуть (социальная реклама в г. Хабаровске).

1.1.1.2.2. Просьба, совет, мольба.

Формулы просьбы: Прошу тебя, возвращайся скорее! Пусть он приходит чаще. Пускай он приходит. Приходи ко мне (при соответствующей интонации). Формулы совета: Лучше сделай, как тебе говорят. Будет лучше, если ты сделаешь так, как он говорит. Сделай как он говорит, а то хуже будет. Не делай как он говорит, а то хуже будет.

Формулы мольбы: Умоляю, не уезжай! Ответь мне! (при соответствующей интонации). 1.1.2. Внутренняя Н. по отношению к личности:

Эта разновидность модальности выражает этические требования, предъявляемые к себе: Я должен закончить книгу = не могу не закончить. Мне нужно работать,

а также интерпретацию мотивов других людей на основе знаний этических требований к себе: Ему нужно учиться. Ты обязан сказать правду. 2. Алетически неизбежная Н. по отношению к объектам внешнего мира:

2.1. Утверждение высокой степени вероятности какого-либо положения вещей, реального или желаемого:

2.1.1. Диктум о модусе:

Должно быть так. Он знает наверняка. Он знает точно. Мне все ясно.

2.1.2. Персуазивность: модус о диктуме:

Должно быть, это наверняка. Точно, он знает. Ясно, что это далеко не так.

2.2. Эмоциональное утверждение неизбежности какого-либо положения вещей, реального или желаемого:

Саду — цвесть! (Маяк.), Родине — сиять в веках! Справедливости — торжествовать! Светить всегда, светить везде, до самого до донца! (Маяк.); Цветы — дарить! Платья — шить! Значению необходимости антонимично значение ненужности, понимаемое как отсутствие необходимости. Утвердительным предложениям со значением необходимости соответствуют отрицательные предложения со значением ненужности. Ср.:

Ты должен — ты не должен... Тебе надо — тебе не надо... Необходимо — не необходимо... Нужно — не нужно... Требуется + инф. — не требуется...; Следует + инф. — не следует. Общей структурно-семантической особенностью конструкций данного значения в русском языке является употребление смыслового глагола в форме несовершенного вида. Для выражения тонких смысловых нюансов отсутствия необходимости или ненужности действия русский язык использует не только лексические средства (нужно vs. не надо; необходимо vs. Не требуется), но и порядок слов, интонацию. Ниже представим свое дерево оппозиций микрополя «Ненужность».

IV. ЗОНА «НЕНУЖНОСТЬ»

2.1. Деонтическая НН. (Волюнтивность со знаком

«минус»):

2.1.1. Недопустимость (категорический запрет):

нельзя, не разрешено, запрещено.

2.1.2. Нежелательность.

2.1.1.1. Запрет действия как нарушающего этикетную или нравственную норму:

2.1.1.1.1. Запрет-приказ имеет формулы:

По газонам не ходить! Не отставать! Руками не трогать! Сладкого — не есть! Цветы не рвать!

2.1.1.1.2. Запрет-просьба:

2.1.1.1.2.1. Есть конкретный адресат:

Не трогайте экспонаты руками (= Никому нельзя трогать руками, и Вам нельзя). Не смейте на меня кричать! (= На меня нельзя кричать никому, и вам тоже). Не ходите по квартире в обуви! (= это неприлично, да и полы я вымыла только что). Не смотри на меня так (= мне неловко). Не ешь руками.

2.1.1.1.2.2. Нет конкретного адресата: 2.1.1.1.2.2.1. Обобщенный адресат:

Не стреляйте в белых лебедей! Не читайте чужих писем. Это стыдно. Не жгите рукописи. Не убивайте любовь. Не сорите в подъезде! Это стыдно. 2.1.1.1.2.2. Обезличенный адресат: запрет как утверждение модуса о диктуме (деонтическая или эпистеми-ческая модальность):

Переходить дорогу на красный свет нельзя! (= никому нельзя). Нельзя читать чужие письма. В общественном месте нельзя появляться в домашней одежде. Нельзя курить в подъезде. 2.1.2. Нежелательность

Действие не запрещено, однако нежелательно, с точки зрения говорящего, так как:

2.1.2.1. Не соответствует интересам и желанию лица, от которого исходит нежелательность (нежелательность субъекта модуса):

Мне не хочется опаздывать = я не люблю опаздывать. Мне не хочется тебя ждать, не опаздывай. 2.1.2.1.2. Не соответствует интересам одного из коммуникантов (нежелательно):

Тебе не нужно ложиться в эту больницу, такое лечение тебя погубит! Не ешьте сладкого! (= Вам нельзя, у вас диабет, и никому нельзя, когда диабет). Плащ можно не / лучше не снимать, в зале холодно. Не надо курить натощак. При диабете сахар надо исключить, сахар вреден. = Не ешьте сахар. Пусть она не волнуется. Ребенку не надо заниматься, он все знает. Ей нельзя волноваться! У него больное сердце, о каком кофе может идти речь! (= ему нельзя). Кофе — исключить категорически! (= Вам нельзя!).

Нежелательность, с точки зрения говорящего, часто выражается как просьба, совет или запрет:

Вам не надо больше приходить к нам (= Я не хочу Вас видеть). Не приходите. Не надо мне звонить. Не звоните мне. Не надо ему ничего объяснять, он ничего не хочет слушать.

2.2. Необязательность:

2.2.1. Деонтическая: «разрешено не делать».

Можешь не приходить в школу после концерта. = в школу можно не приходить. Я не пойду в школу, потому что после концерта мне разрешено / можно / (= можно) не приходить; Мужчинам в помещении не надо снимать форменную фуражку. Ничего не надо объяснять, просто делай, как считаешь нужным.

2.2.2. Эпистемическая: Нецелесообразность (= незачем): Не нужно раздеваться, я поставлю диагноз по пульсу и по зрачкам.

Я не пойду в школу, так как уроки уже кончились. Он не пойдет в кино, так как уже видел этот фильм. Ему не надо делать работу над ошибками, он не допустил ошибок.

Тебе не надо больше приходить. Это ни к чему. Тебе не нужно ложиться в больницу, такое лечение, как назначено тебе, можно получить в поликлинике. Тебе не надо ехать на похороны, ты не успеешь (= нет смысла).

Не надо мне ничего объяснять, я не хочу ничего слышать.

Другой язык выступает в роли увеличительного стекла, своеобразной «камеры Обскура»: функционально-семантическое представление языковой категории в зеркале другого языка позволяет увидеть в родном языке то, что скрыто для обычного зрения исследователя — в частности, материал русского и китайского языков показал, что структура лексического поля внутрисинтаксической модальности в этих (и, вероятно, во всех других) языках характеризуется подобием, но не тождеством. Описание структуры значений и средств выражения универсально-языковой категории внутрисинтакси-ческой модальности в зеркале китайского языка позволило увидеть лексико-семантическую лакунарность, связанную с различиями языковой концептуализации.

1. В русском языке модальные значения способны выражаться при помощи форм наклонения, а в изъявительном наклонении и времени глагола: Встань! Вы будете удивлены, если... = вы можете удивиться, когда. ... В китайском языке непрямое настоящее и будущее время в предложении-высказывании не выражается и не различается. Важную роль при интерпретации ви-довременных значений русского глагола играет тип текста [5]. Настоящее неактуальное в двух языках может иметь модальный оттенок (алети-ческой) возможности: Студенты связываются

с родными по скайпу = могут связываться, есть возможность.

2. В русском языке намного шире представлен внутрисинтаксический способ выражения модальных значений. В связи с этим максимально сложны безличные модели внутрисинтаксической модальности, так называемые «синтаксические фразеологизмы»: Где уж ему! Куда уж мне! Как же! Держи карман шире. Гулять — так гулять. Смотри у меня! Ну не скажи... И не говори! Всех дел не поределаешь, всех денег не заработаешь. Его уже не спросишь. С лица воды не пить. Приди он на час раньше, она бы успела на самолет. Как бы не [забыть], Водички бы и другие, которые в методической литературе должны быть представлены списком. В целом материал китайского языка показал преобладание лексических средств выражения модальности возможности-невозможности и необходимости-ненужности, однако и китайский язык широко использует внутрисинтаксический способ выражения — так называемые конструкции с дополнением возможности (the comlement of potentiality). Этот способ экзотичен для русского языка. Ср.: Завтра не приду, дела.

i^To Wo mingtian youshi, qй buliao (по-русски смысл может быть передан как «прийти не получится), ср. модель с лексическим модальным оператором t£neng: o Wo mingtian youshi, ^neng qй = «не мочь идти».

3. Для русского языка принципиально различение смысла конструкций, в которых инфинитив имеет разный грамматический вид, ср.: Дверь не открывать (запрет другого лица) и Дверь не открыть / не откроешь (= Я не могу открыть дверь; объективная невозможность); Петю не звать и Петю не позвать / не позовешь. Второй смысл не передается средствами китайского языка без модального слова. С другой стороны, одной синтаксической конструкции китайского языка может соответствовать несколько вариантов русского языка: Я не переплыву эту реку / Я не смогу переплыть эту реку. — Ш^^Й^Й-^Яо Wo you bu guo qu zhe tiao he. Мне не переплыть эту реку. — Ш^^Й^Й-^Яо Wo you bu guo qu zhe tiao he. Мне не под силу переплыть эту реку. — ^ Ш^Й^^^Яо Wo you bu guo qu zhe tiao he.

4. Прагматические различия, связанные с употреблением лексем «нужно», «надо» и «должен» в русском языке, при переводе на китайский язык исчезают, так как в поле модальности китайского языка соответствующие значения не маркируются. В зоне «Необходимость / Ненужность» в русском языке относительно значения «желательность», или «внутренняя необходимость», маркировано наречие «нужно». Однако в большинстве случаев операторы надо и нужно, и даже должен, могут встречаться в одном и том же контексте, выражая тонкие прагматические оттенки смысла: Я должен пообедать (чувствую острую необходимость) / Мне нужно (это нужно именно мне, я хочу) / Мне надо пообедать (объективная необходимость; модус: «это нужно не только мне, я плохо работаю, если голоден, или становлюсь раздражительным»).

5. Китайский язык стремится к экспликации модальных значений 1) внешней (деонтической) необходимости; 2) внутренней необходимости (желательности); 3) волюнтивности (намеренности). Ср. возможные переводы русской фразы на китайский язык:

Мне надо вернуться домой пораньше, я жду гостей.

1) - Wo yinggai

zaodian er huí jia, wo deng kerén. Модальный оператор yinggai переводим как «следует, полагается, нужно», так как он передает значение внешней необходимости сделать что-то;

2) - Wo dei zaodian er huí jia, wo deng kerén. — Модальный оператор ^ dei часто выражает волю или внутреннюю необходимость какого-либо действия, выражаемую в РЯ при помощи модального оператора «надо»;

3) — Wo yao zaodian er huí jia, wo deng kerén. — Модальный оператор Зс yao, имеющий буквальный перевод в словаре «хотеть, желать», также выражает желание или необходимость что-то сделать, но при этом делается акцент на решимости это сделать. В данном случае передается значение намеренное желание — «хочу и буду».

6. Функционально-семантическое представление категории позволяет соотносить матрицы значений в разных языках и выявлять зоны интерферирующего влияния родного языка при обучении. Степень дифференциации лексических

^^^ [лингвистические заметки]

средств выражения модальных значений в китайском языке больше, чем в русском языке, где операторы «можно» и «надо», «нужно», «должен», «необходимо», «требуется» выражают модальные ситуации более общо, чем количественно превосходящие эквиваленты китайского языка. Для выражения возможности — невозможности, в том числе запрета, мы насчитали порядка двадцати лексических операторов. Различия таксономии формируют грамматический барьер, требующий учета и методического осмысления.

СЛОВАРИ

Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. М., 1969. Хань е ци диан [Китайско-русский словарь]. Пекин, 2006.

(ш^т^ш^жц^тшш-.ш).

Лингвистический энциклопедический словарь / Под ред. В. Н. Ярцевой. М., 1990.

ЛИТЕРАТУРА

1. Амиантова Э. И., Битехтина Г. А., Всеволодова М. В. Функционально-коммуникативная лингводидактическая модель языка как одна из составляющих современной лингвистической парадигмы // Вестн. Московского ун-та. Сер. 9. 2001. № 6. С. 215-233.

2. Балли Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. 2-е изд., стереотипн. М., 2001.

3. Виноградов В. В. О категории модальности и модальных словах в русском языке. М., 1975.

4. Всеволодова М. В. Теория функционально-коммуникативного синтаксиса. М., 2000.

5. Всеволодова М. В., Ким Тэ Чжин. Система значений и употреблений форм настоящего времени русского глагола (в зеркале корейского языка). Фрагмент фундаментальной прикладной грамматики. 3-е изд. М., 2015.

6. Гак В. Г. Теоретическая грамматика французского языка. М., 2000.

7. Грамматика русского языка: В 2 т. Т. 2 / Под ред. Н. Ю. Шведовой, Н. Д. Арутюновой, А. В. Бондарко и др. М., 1980.

8. Золотова Г. А. О модальности предложения в русском языке // Филол. науки. 1962. № 4. С. 65-79.

9. Золотова Г. А. Очерк функционального синтаксиса русского языка. М., 1973.

10. Золотова Г. А., Онипенко Н. К., Сидорова М. Ю. Коммуникативная грамматика русского языка / Под ред. Г. А. Золотовой. М., 1998.

11. Книга о грамматике: матер. к курсу: «Русский язык как иностранный» / Под ред. А. В. Величко. М., 2004.

12. Лекант П. А. К вопросу о модальных разновидностях предложения // Современный русский язык: Лингвистический сб. МОПИ. М., 1976. Вып. 6. С. 61-66.

13. Ломтев Т. П. Предложение и его грамматические категории. М., 1972.

14. Современный русский язык: Учеб. для филол. спец. высших учеб. заведений / В. А. Белошапкова, Е. А. Брызгунова, Е. А. Земская и др.; под ред. В. А. Белошапковой. 3-е изд., испр. и доп. М., 1999.

15. Шелякин М. А. Функциональная грамматика русского языка. М., 2001.

16. Шмелева Т. В. Семантический синтаксис: Текст лекций из курса «Современный русский язык». Красноярск, 1994.

REFERENCES

1. Amiantova E. I., Bitekhtina G. A., Vsevolodova M. V.

2. Balli Sh.

3. Vinogradov V. V.

4. Vsevolodova M. V.

5. Vsevolodova M. V., Kim Te Chzhin

6. Gak V. G.

7. Shvedovа N. Iu., Arutiunovа N.D., Bondarko A.V., ed.

8. Zolotova G. A.

9. Zolotova G. A.

10. Zolotova G. A., Onipenko N. K., Sidorova M. Iu. (1998) Kommunikativnaia grammatika russkogo iazyka [Communicative grammar of Russian language]. Moscow. (in Russian).

11. Velichko A. V., ed.

12. Lekant P. A.

13. Lomtev T. P.

14. Beloshapkova V. A., ed.

15. Sheliakin M. A.

16. Shmeleva T. V.

17. Akhmanova O. S.

18. Han e ci dian [China-Russian dictionary] (2006) Beijing (in Chinese;

19. Iartseva V. N., ed.