От «Сведущих людей» к «Судебному эксперту»: эволюция понятия (на примере Республики Казахстан)

Л.Ф. Парамонова*

От «сведущих людей» к «судебному эксперту»: эволюция понятия

(на примере Республики Казахстан)**

Аннотация. Предметом исследования явилась эволюция термина «сведущие люди», введенного впервые в Уставе уголовного судопроизводства в 1864 г., в термин «судебный эксперт», применяемый современным законодателем Республики Казахстан. Были рассмотрены основные формулировки данного понятия, их изменение при разработке и принятии очередного нормативно-правового акта. В статье прослежена динамика развития законодательной базы Российской империи, РСФСР, Казахской ССР, Республики Казахстан, регламентирующей институт судебной экспертизы, проведен анализ правовых норм, связанных с определением понятия «судебный эксперт» в Уголовно-процессуальном кодексе РК и Законе РК «О судебно-экспертной деятельности в РК». Методологической основой стали научные труды казахстанских и зарубежных ученых в области судебной экспертизы. В качестве методов исследования применялись общие и частные методы, включая системно-правовой, историко-юридический и системный анализ исследуемых понятий. В работе прослежен процесс формирования современного понятия «судебный эксперт», предложено определение данного понятия с учетом выявленных противоречий в определениях, имеющихся в Уголовно-процессуальном кодексе Республики Казахстан и Законе РК «О судебно-экспертной деятельности в РК», а также в соответствии с требованиями юридической техники.

Ключевые слова: суд биев, сведущие люди, судебный эксперт, судебная экспертиза, судебно-экспертная деятельность, Устав уголовного судопроизводства, институт судебной экспертизы, специальные познания, специальные научные знания, специалист.

I I лительный эволюционный путь становления I I института судебной экспертизы в Республике / И Казахстан определялся не только объективными потребностями судебно-следственной практики, но и особенностями реального исторического процесса развития судебной системы. Этот путь начинался от традиционного суда биев (степных судей) в обычном праве казахов, в последующем активно формировался под воздействием судебно-правовой системы Российской империи, Советского Союза, и, наконец, после приобретения Казахстаном суверенитета определил статус и функции судебной экспертизы. Не останавливаясь на теоретических и организационных аспектах развития судебно-экспертной деятельности в Казахстане, рассмотрим правовые основы, способствующие формированию и развитию судебной экспертизы в Республике, и влияние на этот процесс норм Устава уголовного судопроизводства Российской империи 1864 г (далее — Устав).

Традиционный суд биев основывался на законах хана Тауке «Жеты Жаргы» (Семь уложений), которые определяли порядок судебного разбирательства, регламентировали большинство обычно-правовых

норм, действовавших среди казахского населения, в том числе виды и размеры наказаний1. Академик С.З. Зиманов, характеризуя природу казахского обычного права, пишет: «Казахское обычное право было максимально приближено к самому народу, максимально передавало логику его жизни и в значительной степени выражало извечную духовную суть человека и его устремлений независимо от стадий его совершенства и развития»2. Сохранились свидетельства, указывающие на то, что уже в этот период для установления обстоятельств рассматриваемого дела биями применялись не только нормы обычного права, но и знания, полученные в результате житейского опыта и природной наблюдательности (являющиеся предпосылками применения специальных знаний)3.

1 См.: Кляшторный С.Г., Султанов Т.И. Казахстан: летопись трех тысячелетий. Алма-Ата: Рауан, 1992. С. 323.

2 См.: Древний мир права казахов: материалы, документы и исследования: в 10 т. Т. 1. Астана, 2003. С. 27.

3 См.: Вареникова С.П. Применение специальных знаний в уголовном судопроизводстве Республики Казахстан. Ал-маты: HAS, 2004. С. 11.

© Парамонова Л.Ф., 2014

* Парамонова Лада Федоровна — кандидат юридических наук, главный эксперт, ИСЭ по Павлодарской

области, Центр судебных экспертиз Министерства юстиции Республики Казахстан.

[fllid66@mail.ru]

140000, Республика Казахстан, г. Павлодар, ул. Лермонтова, д. 53.

** Материалы международной научно-практической конференции «Уголовное судопроизводство: история и современность», посвященной 150-летию Устава уголовного судопроизводства Российской империи.

После присоединения в середине XVIII в. к Российской империи Среднего и Младшего жуза на их территории одновременно стали функционировать и суды биев, и российские суды. Принятый в 1822 г. «Устав о сибирских киргизах» разграничил все судебные дела на три рода (уголовные, исковые и жалобы на Управление) и определил полномочия судов и подсудность таких дел. Так, уголовные дела и жалобы на Управление рассматривались окружным приказом, исковые дела разбирались посредством биев в аулах и волостях «словестно по киргизским законам и обычаям»4. К.А Алимжан указывает, что суд биев как институт обычного права с некоторыми видоизменениями («аксакальский суд») функционировал вплоть до 20-х гг. прошлого века5.

В истории Российского государства первое законодательное упоминание о привлечении «сторонних людей» для выполнения ими экспертных функций содержалось в ст. 272 и 274 Соборного уложения 1649 г., а в Своде законов Российской империи 1832 г. экспертиза была выделена в самостоятельный вид доказательств6.

В Уставе 1864 г. впервые были сформулированы основные требования к экспертам, порядок производства экспертных исследований, обязательность оценки заключений следственным судьей7. Устав распространялся на все территории Российской империи, в том числе и на казахские земли. При этом «заключения сведущих людей не составляли сами по себе доказательства в строгом смысле этого слова, и имели одну цель: развить убеждение судьи о материальной стороне дела до степени достоверности, дополнить понимание судьи; в них нет события или обстоятельства, которое можно было бы назвать доказательством; в них есть рассуждение, логический вывод от известного к неизвестному, от обстоятельств, не подлежащих сомнению, к тому, что должно быть доказано»8.

Устав ввел понятие «сведущие люди», также были определены случаи, в которых должны приглашаться такие лица: «когда для точного уразумения встречающегося в деле обстоятельства необходимы специальные сведения или опытность в науке, искусстве, ремесле, промысле или каком-либо занятии» (ст. 112, 325 Устава)9. Устав устанавливал

4 Левшин А.И. Описание киргиз-казачьих, или киргиз-кайсацких, орд и степей. Алматы: Санат, 1996.С. 416-417.

5 См.: Алимжан К.А. Суд биев как обычно-правовое учреждение и институт обычного права // Право и государство. 1998. № 3 (11). С. 62.

6 См.: Дулов А.В., Крылов И.Ф. Из истории криминалистической экспертизы в России. М.: Госюриздат, 1960. С. 20-23.

7 См.: Россинская Е.Р., Галяшина Е.И., Зинин А.М. Теория судебной экспертизы. М.: Норма, 2011. С. 23.

8 Лодыженская И.И. К вопросу об участии «сведущих людей» в современном судопроизводстве // Теория и практика судебной экспертизы. 2011. № 1 (21). С. 81.

9 Gumer.info; Устав уголовного судопроизводства 20 ноя-

бря 1864 г. URL: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/

перечень лиц, которые могут быть привлечены в качестве экспертов: «врачи, фармацевты, профессора, учителя, техники, художники, ремесленники, казначеи и лица, продолжительными занятиями по какой-либо службе или части приобретшие особенную опытность» (ст. 326 Устава). Такие лица должны были иметь «все качества достоверных свидетелей» (ст. 327 Устава) и были обязаны являться немедленно по требованию судебного следователя (ст. 328 Устава).

Был регламентирован и процесс производства экспертизы («освидетельствования»): он проходил в присутствии следователя и понятых (ст. 331 Устава); вопросы, ставящиеся на разрешение, могли быть озвучены устно или переданы в письменном виде (ст. 332 Устава); эксперт при производстве экспертизы должен был не «упускать из виду и таких признаков, на которые следователь не обратил внимания, но исследование коих может привести к открытию истины», то есть в обязанности эксперта входило проявление экспертной инициативы (ст. 333 Устава).

В случае сомнения в правильности заключения эксперта либо при возникновении разногласий между ними судебный следователь был вправе привлечь других сведущих людей, то есть фактически назначить повторную экспертизу (ст. 334 Устава). Сведущие люди были вправе получать вознаграждение за путевые издержки (ст. 192, 193 Устава), а также приносить жалобы, как письменные, так и устные «на притеснения и неправильные взыскания, коим они сами подверглись при следствии» (ст. 492 Устава) на всех стадиях уголовного процесса. Стороны могли просить о вызове в суд «сведущих людей для объяснения какого-либо предмета или для поверки сделанного уже испытания» (ст. 578 Устава).

Логическим продолжением реформирования судебной системы стало принятие в 1868 г. «Временного положения об управлении в областях Уральской, Тургайской, Акмолинской и Семипалатинской», согласно которому были сохранены народные суды (так официально стали называться суды биев), но их компетенция была ограничена гражданскими исками на сумму до 300 рублей (при этом по искам до 30 рублей решения биев были окончательными и обжалованию не подлежали) и семейными спорами10.

Следующим серьезным шагом на пути формирования института судебной экспертизы стало подписание 28 июня 1912 г. Николаем II Закона «Об учреждении кабинета научно-судебной экс-

А1Ис1е/ш^и§;ргау.рЬр (последнее посещение — 11 февраля 2014 г.).

10 См.: Материалы по истории политического строя Казахстана: со времени присоединения Казахстана к России до Великой Октябрьской социалистической революции / отв. ред. С. З. Зиманов. Алма-Ата: Изд-во АН Казах ССР, 1960. Т. 1. С. 323-334.

Л.Ф. Парамонова

пертизы», который был организован на базе су-дебно-фотографической лаборатории при прокуроре Санкт-Петербургской судебной палаты. Основная часть закона включала в себя изменения и дополнения в Устав 1864 г., в частности определялось, что исследования будут проводиться по уголовным и гражданским делам «посредством фотографии, дактилоскопии, химического и микроскопических анализов и иных приемов»11, при этом исследования по уголовным делам проводились бесплатно, а по гражданским делам взыма-лась плата по специальной таксе.

Для регламентации деятельности вновь созданного Кабинета была разработана «Инструкция Управляющему Кабинетом Научно-Судебной Экспертизы при Прокуроре Санкт-Петербургской судебной палаты и его помощникам», утвержденная 3 ноября 1912 г. министром юстиции. В ней были отражены организационно-управленческие и производственные аспекты проведения исследований сотрудниками Кабинета. В этом документе впервые были установлены требования к содержанию и оформлению заключения эксперта: «Лицо, производящее исследование, одновременно с производством такового, ведет акт, в который вносит все производимые им лабораторные работы и получаемые результаты. По окончании исследования производящим его должно быть составлено заключение, которое, равно как и акт исследования, скрепляются им своею подписью» (§16 Инструкции)12.

В 1914 г. в соответствии с Законом «Об учреждении кабинетов научно-судебной экспертизы в городах Москве, Киеве и Одессе» были открыты аналогичные лаборатории в городах, отличающихся высоким уровнем преступности. Так, открытый 2 февраля 1914 г. Кабинет научно-судебной экспертизы при прокуроре Киевской судебной палаты за первый год работы выполнил 201 исследование, 16 из которых — по гражданским делам. В отчете Кабинета за 1914 г. отмечалось, что копии актов исследования представляют собой весьма интересный по содержанию материал, который будет приобщен к библиотеке Кабинета13. В Московском и Одесском Кабинетах в 1914—1916 гг. количество проводимых исследований составляло не более 300 в год, при этом около половины приходилось на почерковедческие исследования14.

После революции 1917 г. основные положения Устава 1864 г., в том числе регламентирующие порядок производства экспертиз, действовали

11 Цит. по: Хазиев Ш.Н. К 100-летию первого российского закона о судебно-экспертной деятельности и судебной экспертизе // Теория и практика судебной экспертизы. 2012. № 4 (28). С. 143.

12 Цит. по: Славетш сторшки гсторц: до 100-лггнього ювшею КНД1СЕ / О.Г. Рувш, Т.Д. Голжова, В.В. Федчиши-на. К., 2013. С. 32-33.

13 См.: Там же. С. 34-37.

14 См.: Дулов А.В., Крылов И.Ф. Указ. соч. С. 110.

вплоть до 1922 г., когда был принят Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. Этот первый кодифицированный источник уголовно-процессуального права молодого государства распространялся и на Киргизскую Советскую Автономную Социалистическую Республику, образованную в 1920 г. и входящую в состав РСФСР.

Многие нормы вновь принятого документа перекликались с нормами Устава: положение об обязательности явки эксперта (ст. 68), о праве эксперта на возмещение понесенных им расходов (ст. 69), о заявления ходатайства обвиняемого и потерпевшего о допросе эксперта (ст. 114), о порядке назначения повторной экспертизы (ст. 177), о принесении жалоб на действия следователя, нарушающие или стесняющие права эксперта (ст. 216). Но были введены новые понятия и термины: так, термин «сведущие люди» заменен на термин «эксперт», введено понятие «заключение эксперта» как один из видов доказательств (ст. 62). Кодексом определены условия привлечения эксперта (ст. 67): «когда при расследовании или рассмотрении дела необходимы специальные познания в науке, искусстве или ремесле»15. Установлен перечень обстоятельств, требующих обязательного наличия заключения эксперта: для установления причин смерти и характера телесных повреждений, а также для определения психического состояния обвиняемого или свидетеля в тех случаях, когда у суда или следователя по этому поводу возникают сомнения (прим. к ст. 67).

УПК РСФСР 1922 г. также определял порядок и основания:

- для отвода эксперта (ст. 52), при этом оговаривалось, что предыдущее его участие в деле в том же качестве не может служить основанием к отводу;

- для заявления ходатайств экспертом (ст. 84);

- присутствия обвиняемого и потерпевшего при производстве следственных действий, их право задавать вопросы эксперту (ст. 118);

- допроса эксперта (ст. 165);

- формирования экспертной комиссии (ст. 172);

- действий следователя по установлению личности экспертов, предупреждению их о необходимости давать заключение, «строго согласное с обстоятельствами дела и данными тех специальных знаний, для которых вызван эксперт», а также об ответственности за отказ от дачи заключения и за дачу ложного заключения (ст. 173);

- реализации экспертом права знакомиться с теми обстоятельствами дела, уяснение которых необходимо ему для дачи заключения (ст. 174);

- работы экспертной комиссии (ст. 175);

- оформления заключения экспертов в форме протокола (ст. 176).

15 Law.edu.ru; УПК РСФСР от 25 мая 1922 г. URL: http:// law.edu.ru/norm/norm. asp?normID=1381074 (последнее посещение — 12 февраля 2014 г.).

Необходимо отметить, что при достаточно полной регламентации организации и производства судебной экспертизы в указанном кодексе была утрачена правовая норма об инициативе судебного эксперта, имевшаяся в Уставе 1864 г. Данный пробел в Республике Казахстан был восполнен только в 1997 г.

Переработанный УПК РСФСР 1923 г. в части регламентации судебной экспертизы отличался только тем, что вводил новый процессуальный документ — «акт о невозможности дать заключение» (прим. к ст. 171): «Если эксперт находит, что предоставленные ему следователем материалы недостаточны для дачи заключения, он составляет акт о невозможности дать заключение. В этих случаях пределы материалов предварительного следствия, долженствующие быть предоставленными эксперту, разрешаются прокурором или судом, которому подсудно данное дело»16.

В УПК Казахской ССР от 22 июля 1959 г. судебной экспертизе было посвящено семь статей, шесть из которых входили в главу «Доказательства по уголовному делу». Помимо этого, в ст. 21, разъясняющей некоторые наименования, имеющиеся в данном кодексе, дано определение термина «эксперт», согласно которому экспертом является «лицо, вызванное судом, следователем или лицом, производящим дознание, для дачи заключения по возникшим при производстве по уголовному делу вопросам, требующим специальных познаний»17.

В УПК КазССР было указано, что экспертиза назначается «в случаях, когда для выяснения обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, необходимы научные, технические или другие специальные познания» (ст. 52), «экспертами могут быть лица, обладающие специальными познаниями в области науки и техники» (ст. 54), а по окончании исследования эксперт обязан «дать правильное научно обоснованное заключение по поставленным перед ним вопросам» (ст. 55). Отдельная статья была посвящена заключению эксперта (ст. 56), также в кодексе вводились понятия дополнительной и повторной экспертизы, основания их назначения и правила производства (ст. 57)18. Анализ вышеперечисленных новелл позволяет констатировать, что законодатель акцентировал внимание на научной природе экспертного знания, исключив из перечня потенциальных экспертов лиц, обладающих знаниями в области искусства или ремесла. Эта позиция получила свое продолжение в последующем при разработке нор-

мативно-правовой базы института судебной экспертизы уже суверенного Казахстана.

В 1997 г. судебно-экспертная система Республики Казахстан была изменена коренным образом: согласно Указу Президента РК, при Министерстве юстиции была образована «единая экспертная служба с передачей ей экспертно-крими-налистических подразделений Государственного следственного комитета, Комитета национальной безопасности, Министерства обороны, Государственного таможенного комитета»19, при этом было предусмотрено сохранение необходимого штата специалистов-криминалистов в органах, осуществляющих дознание, предварительное следствие и оперативно-розыскную деятельность. Таким образом, для обеспечения независимости судебная экспертиза была отделена от органов дознания и следствия, а Казахский НИИ СЭ был преобразован в ГУ «Центр судебной экспертизы МЮ РК» (далее — ЦСЭ) со штатной численностью 609 единиц20.

Для закрепления правовых и организационных основ судебно-экспертной деятельности в республике был принят Закон РК от 12 ноября 1997 г. «О судебной экспертизе»21. Законом были определены задачи и принципы экспертной деятельности, формы ее организации, порядок контроля профессионального уровня экспертов, источники финансирования судебной экспертизы, а также формы международного сотрудничества. В Законе содержались и принципиально новые понятия: «судебный эксперт», «специальные научные знания», «лица, осуществляющие судебно-экспертную деятельность на основании лицензии», «квалификационное свидетельство судебного эксперта», «аттестация судебного эксперта», «Государственный реестр судебных экспертов». Так, согласно ст. 1, судебным экспертом является «не заинтересованное в исходе дела лицо, обладающее специальными научными знаниями, которому судом, следователем, дознавателем поручено производство судебной экспертизы». Необходимо отметить, что до этого законодатель использовал термин «специальные познания», но определение нового понятия «специальные научные знания» в законе отсутствовало.

Для предотвращения монополизации судебно-экспертной деятельности в Республике в качестве

16 Pravo.levonevsky.org; Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 15 февраля 1923 г. URL: http://pravo.levonevsky.org/ baza/soviet/sssr7214.htm (последнее посещение — 12 февраля 2014 г.).

17 Уголовно-процессуальный кодекс Казахской ССР от 22.07.1959 г. Алма-Ата, 1962. С. 16.

18 Там же. С. 31-37.

19 Указ Президента Республики Казахстан от 22.04.1997 г. № 3 465 «О мерах по дальнейшему реформированию системы правоохранительных органов Республики Казахстан» // САПП. 1997. № 16. Ст. 125 (утратил силу).

20 Постановление Правительства Республики Казахстан от 11.08.1997 г. № 1245 «О создании Государственного учреждения «Центр судебной экспертизы Министерства юстиции Республики Казахстан»».

21 Закон Республики Казахстан от 12.11.1997 г. № 188 «О

судебной экспертизе» // Ведомости Парламента Республи-

ки Казахстан. 1997. № 21. Ст. 276. (Утратил силу).

Л.Ф. Парамонова

альтернативы государственным экспертам был введен новый институт: институт судебных экспертов, осуществляющих свою деятельность на основании лицензии. Однако имеющееся в законе ограничение — выдача лицензий только физическим лицами — не позволило создать достойный противовес ЦСЭ и сформировать за эти годы конкурентную среду, так как для получения лицензии необходимо быть гражданином Республики Казахстан, иметь стаж экспертной работы, располагать оснащенным помещением и дорогостоящим оборудованием (либо заключить договоры с аккредитованными профильными лабораториями)22, что для физического лица трудновыполнимая задача.

В принятом в 1997 г. УПК Республики Казахстан судебной экспертизе была посвящена отдельная глава (гл. 32), в ней регламентирован порядок назначения экспертизы, категории и виды экспертиз, содержание заключения эксперта и сообщения о невозможности дать заключение, порядок допроса эксперта23. Отдельная глава посвящена образцам (до 2006 г. — образцам для экспертного исследования), а именно: основания получения образцов, порядок их получения, круг лиц, имеющих право их получать, требования к упаковке образцов. В новом УПК РК был устранен пробел, связанный с определением такого понятия как «специальные научные знания». Помимо этого законодатель дал определение понятию «специальные знания», что позволило дифференцировать процессуальные фигуры эксперта и специалиста в зависимости от их функций и характера используемых знаний24.

Так, «специальные знания — не общеизвестные в уголовном процессе знания, приобретенные лицом в ходе профессионального обучения либо практической деятельности, используемые для решения задач уголовного судопроизводства» (п. 41 ст. 7 УПК РК). Областью же специальных научных знаний является «область, содержание которой составляют научные знания, реализованные в методиках судебно-экспертных исследований» (п. 41-1 ст. 7 УПК РК). О.Г. Кузнецов, проводя сравнительный анализ данных понятий, указывает, что на современном этапе развития судебной экспертизы разграничение знаний сведущих лиц на «специальные» и «специальные научные» не имеет под собой достаточных оснований,

22 Стандарты и требования к специально оснащенным помещениям, в которых осуществляется производство судебной экспертизы. Утверждены постановлением Правительства Республики Казахстан от 7 ноября 2001 г. № 1414 «Некоторые вопросы судебной экспертизы» // САПП Республики Казахстан. 2001. № 39. Ст. 497.

23 Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан от 13.12.1997 г. // Ведомости Парламента Республики Казахстан. 1997. № 23. Ст. 335.

24 См.: Рогов И.И., Бычкова С.Ф., Биятов Т.К. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан — общая характеристика (в сравнении с УПК КазССР). Алматы: Баспа, 1998. С. 33-40.

«поскольку профессиональное знание, обеспечивающее функции объяснения и прогнозирования, всегда является научным знанием»25.

Исходя из этого разделения экспертом является «не заинтересованное в деле лицо, обладающее специальными научными знаниями... которому может быть поручено производство экспертизы» (п. 1 ст. 83 УПК РК), что согласуется с мнением М.С. Строговича: «всякая экспертиза должна быть основана на данных науки, хотя бы она и касалась вопросов техники, искусства или ремесла»26. Здесь необходимо отметить, что законодатель наравне с термином «эксперт», определение которого дано в кодексе, использует и термин «судебный эксперт» (ст. 246-1, 248, 249, 251 УПК РК), при этом отсутствует оговорка о равнозначности данных терминов. Аналогичная ситуация сложилась и с понятиями «экспертиза» и «судебная экспертиза». Под понятием «эксперт» в широком смысле слова подразумеваются сведущие лица, обладающие необходимыми специальными (научными, профессиональными) знаниями, которые приглашаются (нанимаются) для дачи квалифицированного заключения или суждения по вопросу, рассматриваемому или решаемому другими людьми, менее компетентными в этой области. Экспертиза может быть научной, технической, правовой. Судебную экспертизу отличают следующие признаки: соблюдение специального правового регламента подготовки материалов, назначения и производства экспертизы; проведение исследования, основанного на использовании специальных научных знаний; дача заключения, имеющего статус источника доказательств27. Такими образом, понятие «эксперт» как более широкое включает в себя как одну из разновидностей и понятие «судебный эксперт», а термин «экспертиза» — понятие «судебная экспертиза», однако данные разночтения как в самом кодексе, так и Законом РК «О судебной экспертизе» не были урегулированы. Кроме того, вызывает возражение использование в определении словосочетания «может быть поручено» (производство судебной экспертизы либо поручается, либо — нет), а использование вероятной формы неприемлемо для законодательного акта.

Принятый новый Закон Республики Казахстан от 20 января 2010 г. «О судебно-экспертной деятельности в РК» (далее — Закон о СЭД), по сравнению с предыдущим законом о судебной экспертизе, значительно расширил список основных понятий, а именно: специальные научные знания, предмет, объекты и образцы судебной экс-

25 Кузнецов О.Г. Судебная экспертиза: актуальные проблемы и перспективы развития в Республике Казахстан. Алматы: Глобус, 2008. С. 41.

26 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса: в 2 т. М.: Наука, 1968. Т. 1. С. 437.

27 См.: Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Следственные

действия в российском уголовном процессе. СПб.: Питер,

2004. С. 11.

пертизы, метод и методика судебно-экспертного исследования, специальность судебного эксперта, руководитель органа судебной экспертизы28. В законе детализированы принципы судебно-экспертной деятельности; определен правовой статус руководителя органа судебной экспертизы; установлен порядок и условия выдачи, отказ в выдаче лицензии на занятие судебно-экспертной деятельностью; рассмотрены особенности производства судебной экспертизы живых лиц.

Претерпело изменение и определение понятия «судебный эксперт», в новой редакции оно звучит следующим образом: «лицо, соответствующее требованиям настоящего Закона, которому органом (лицом), ведущим уголовный процесс... в порядке, установленном законом, поручено производство судебной экспертизы» (п. 12 ст. 1 Закона о СЭД). К судебному эксперту закон предъявляет следующие профессиональные и квалификационные требования: обладание специальными научными знаниями; наличие высшего образования и квалификации судебного эксперта, подтверждаемой квалификационным свидетельством на право производства определенного вида судебной экспертизы; наличие гражданства Республики Казахстан. Эксперт также должен быть аттестованным комиссией Министерства юстиции Республики Казахстан и внесенным в Государственный реестр судебных экспертов Республики Казахстан, являться сотрудником органа судебной экспертизы либо обладать лицензией на занятие судебно-экспертной деятельностью (ст. 12 Закона о СЭД). Однако из данного формализованного определения исчезло главное, что отличало судебного эксперта: его незаинтересованность в исходе дела. Это, в свою очередь, привело к противоречию с определением «эксперта» в УПК РК, которое осталось прежним.

Внести определенную ясность и четкость по данному вопросу мог бы Типовой проект законодательного акта (Модельный закон) «О судебно-экспертной деятельности», утвержденный постановлением Межпарламентской ассамблеи ЕврАзЭС от 11.04.2013 г. № 15-6, целью разработки которого «является унификация регулирования правоотношений, возникающих в процессе организации и производства экспертиз и экспертных исследований по заданиям судей, судов, органов дознания, следователей и прокуроров» в государствах-членах ЕврАзЭС29. Но и этот законодательный акт предлагает определение, носящее формальный характер:

«судебный эксперт — лицо, соответствующее требованиям настоящего Закона, которому в процессе судопроизводства в порядке, установленном законом, поручено производство судебной экспертизы» (ст. 1 Модельного закона). К сожалению, Координационно-методическая комиссия по судебной экспертизе при Совете министров юстиции государств — членов ЕврАзЭС, основной целью которой является совершенствование законодательства, регулирующего порядок назначения, проведения и оценки результатов судебной экспертизы в государствах — членах Сообщества30, при подготовке Модельного закона не приняла к сведению обширный аналитический материал, связанный с понятийным аппаратом института судебной экспертизы31, вследствие чего в проекте присутствуют нормы, вызывающие возражения (например, ограничение перечня видов экспертиз, проводимых в негосударственных экспертных организациях), а подчас, и недоумение (Государственный реестр негосударственных экспертов).

По результатам проведенного анализа предлагаем следующее определение понятия «судебный эксперт», которое могло бы быть использовано при внесении дополнений и изменений в действующее законодательство Республики Казахстан, регламентирующее судебно-экспертную деятельность: «Судебный эксперт — не заинтересованное в исходе дела лицо, обладающее специальными научными знаниями и назначенное в установленном законодательством порядке для производства судебной экспертизы и дачи заключения».

Подводя итог вышеизложенному, необходимо отметить, что судебная реформа 1864 г. заложила краеугольный камень в фундамент института судебной экспертизы в Российской империи (в последующем — и в Советском Союзе, и в Республике Казахстан), определила основополагающие принципы использования знаний «сведущих лиц» в уголовном судопроизводстве. Невзирая на то, что порядок вовлечения в уголовный процесс носителей специальных знаний неоднократно менялся, основные положения Устава уголовного судопроизводства 1864 г. до сих пор остаются актуальными и востребованными.

28 Закон Республики Казахстан от 20.01.2010 № 240-IV ЗРК «О судебно-экспертной деятельности в Республике Казахстан» // Ведомости Парламента Республики Казахстан. 2010 г. № 1-2. Ст. 3.

29 Ipaeurasec.org; Материалы заседания Бюро Межпарламентской Ассамблеи Евразийского экономического сообщества 11 апреля 2013 г. в Санкт-Петербурге. URL: http:// www.ipaeurasec.org/docs/?data=docs_6_19 (последнее посещение — 12 февраля 2014 г.).

30 См.: Бекбулатова Т.М., Бородаев В.Е. К вопросу о международно-правовом сотрудничестве в сфере судебно-экспертной деятельности в рамках ЕврАзЭС // Евразийская интеграция: экономика, право, политика. 2013. № 13. С. 153.

31 См., напр.: Россинская Е.Р. Законодательство о судебной экспертизе и пути его совершенствования // Материалы 3-й междунар. науч.-практ. конф. «Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях». М., 2011. С. 43-47; Шапиро Л.Г. О совершенствовании правовой регламентации института судебной экспертизы // Там же. С. 57-61; Толстухина Т.В. Проблемы терминологии института судебной экспертизы в уголовном процессе России // Материалы 4-й междунар. науч.-практ. конф. «Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях». М., 2013. С. 301-306.

Библиография:

1. Алимжан К.А. Суд биев как обычно-правовое учреждение и институт обычного права // Право и государство. 1998. № 3 (11). С. 59-63.

2. Бекбулатова TM., Бородаев В^. К вопросу о международно-правовом сотрудничестве в сфере судебно-экспертной деятельности в рамках EврAзЭС // Eвразийская интеграция: экономика, право, политика. 2013. № 13. С. 148-156.

3. Вареникова С.П. Применение специальных знаний в уголовном судопроизводстве Республики Казахстан. Алматы: HAS, 2004. 200 с.

4. Древний мир права казахов: материалы, документы и исследования: в 10 т. Астана: Жета Жар ы, 2003. Т 1. 230 с.

5. Дулов А.В., Крылов И.Ф. Из истории криминалистической экспертизы в России. M.: Госюриздат, 1960. 48 с.

6. Кляшторный С.Г., Султанов Т.И. Казахстан: летопись трех тысячелетий. Алма-Ата: Рауан, 1992. 378 с.

7. Кузнецов О.Г. Судебная экспертиза: актуальные проблемы и перспективы развития в Республике Казахстан. Алматы: Глобус, 2008. 310 с.

S. Левшин А.И. Описание киргиз-казачьих, или киргиз-кайсацких, орд и степей. Алматы: Санат, 1996. 656 с.

9. Лодыженская И.И. К вопросу об участии «сведущих людей» в современном судопроизводстве // Теория и практика судебной экспертизы. 2011. №1 (21). С. 80-86.

10. Рогов И.И., Бычкова С.Ф., Биятов Т.К. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан — общая характеристика (в сравнении с УПК КазССР). Алматы: Баспа, 1998. 352 с.

11. Россинская E.E Законодательство о судебной экспертизе и пути его совершенствования // Mатериалы 3-й меж-дунар. науч.-практ. конф. «Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях». M., 2011. С. 43-47.

12. Россинская E.R, Галяшина E.^, Зинин АЖ. Теория судебной экспертизы. M.: Норма, 2011. 384 с.

13. Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Следственные действия в российском уголовном процессе. СПб.: Питер, 2004. 372 с.

14. Строгович M.C Курс советского уголовного процесса: в 2 т. M.: Наука, 1968. Т. 1. 468 с.

15. Толстухина Т.В. Проблемы терминологии института судебной экспертизы в уголовном процессе России // Mатериалы 4-й междунар. науч.-практ. конф. «Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях». M., 2013. С. 301-306.

16. Хазиев Ш.Н. К 100-летию первого российского закона о судебно-экспертной деятельности и судебной экспертизе // Теория и практика судебной экспертизы. 2012. № 4 (28). С. 141-150.

17. Шапиро Л.Г. О совершенствовании правовой регламентации института судебной экспертизы // Mатериалы 3-й междунар. науч.-практ. конф. «Теория и практика судебной экспертизы в современных условиях». M., 2011. С. 57-61.

References (transliteration):

1. Alimzhan K.A. Sud biev kak obychno-pravovoe uchrezhdenie i institut obychnogo prava // Pravo i gosudarstvo. 1998. № 3 (11). S. 59-63.

2. Bekbulatova TM., Borodaev V.E. K voprosu o mezhdunarodno-pravovom sotrudnichestve v sfere sudebno-ekspertnoi deyatel'nosti v ramkakh EvrAzES // Evraziiskaya integratsiya: ekonomika, pravo, politika. 2013. № 13. S. 148-156.

3. Varenikova S.P. Primenenie spetsial'nykh znanii v ugolovnom sudoproizvodstve Respubliki Kazakhstan. Almaty: HAS, 2004. 200 s.

4. Drevnii mir prava kazakhov: Materialy, dokumenty i issledovaniya: v 10 t. Astana: Zhеti Zhаrgy, 2003. T. 1. 230 s.

5. Dulov A.V., Krylov I.F. Iz istorii kriminalisticheskoi ekspertizy v Rossii. M.: Gosyurizdat, 1960. 48 s.

6. Klyashtornyi S.G., Sultanov TI. Kazakhstan: letopis' trekh tysyacheletii. Alma-Ata: Rauan, 1992. 378 s.

7. Kuznetsov O.G. Sudebnaya ekspertiza: aktual'nye problemy i perspektivy razvitiya v Respublike Kazakhstan. Almaty: Globus, 2008. 310 s.

S. Levshin A. . Opisanie kirgiz-kazach'ikh, ili kirgiz-kaisatskikh, ord i stepei. Almaty: Sanat, 1996. 656 s.

9. Lodyzhenskaya I.I. K voprosu ob uchastii «svedushchikh lyudei» v sovremennom sudoproizvodstve // Teoriya i praktika sudebnoi ekspertizy. 2011. №1 (21). S. 80-86.

10. Rogov I.I., Bychkova S.F., Biyatov T.K. Ugolovno-protsessual'nyi kodeks Respubliki Kazakhstan — obshchaya khara-kteristika (v sravnenii s UPK KazSSR). Almaty: Baspa, 1998. 352 s.

11. Rossinskaya E.R. Zakonodatel'stvo o sudebnoi ekspertize i puti ego sovershenstvovaniya // Materialy 3-i mezhdunar. nauch.-prakt. konf. «Teoriya i praktika sudebnoi ekspertizy v sovremennykh usloviyakh». M., 2011. M., 2011. S. 43-47.

12. Rossinskaya E.R., Galyashina E.I., Zinin A.M. Teoriya sudebnoi ekspertizy. M.: Norma, 2011. 384 s.

13. Smirnov A.V., Kalinovskii K.B. Sledstvennye deistviya v rossiiskom ugolovnom protsesse. SPb.: Piter, 2004. 372 s.

14. Strogovich M.S. Kurs sovetskogo ugolovnogo protsessa. M.: Nauka, 1968. T 1. 468 s.

15. Tolstukhina TV. Problemy terminologii instituta sudebnoi ekspertizy v ugolovnom protsesse Rossii // Materialy 4-i mezhdunar. nauch.-prakt. konf. «Teoriya i praktika sudebnoi ekspertizy v sovremennykh usloviyakh». M., 2013. S. 301-306.

16. Khaziev Sh. N.K 100-letiyu pervogo rossiiskogo zakona o sudebno-ekspertnoi deyatel'nosti i sudebnoi ekspertize // Teoriya i praktika sudebnoi ekspertizy. 2012. №4 (28). S. 141-150.

17. Shapiro L.G. O sovershenstvovanii pravovoi reglamentatsii instituta sudebnoi ekspertizy // Materialy 3-i mezhdunar. nauch.-prakt. konf. «Teoriya i praktika sudebnoi ekspertizy v sovremennykh usloviyakh». S. 57-61.

Материал поступил в редакцию 26 февраля 2014 г.