Исторический обзор регламентации использования технических средств в стадии предварительного расследования

9.7. ИСТОРИЧЕСКИЙ ОБЗОР РЕГЛАМЕНТАЦИИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ТЕХНИЧЕСКИХ СРЕДСТВ В СТАДИИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ

Родивилина Виктория Александровна, адъюнкт. Место учебы: Восточно-Сибирский институт МВД России. Подразделение: кафедра уголовного процесса. Должность: старший следователь. Место работы: отдел предварительного следствия № 2 СУ МУ МВД России «Иркутское». E-mail: 377b@bk.ru.

Аннотация: Исторический опыт, как положительный, так и отрицательный, не должен игнорироваться последующими поколениями. Анализ действующих уголовно-процессуальных норм и долговременных тенденций их развития не возможен без обращения к истории уголовно-процессуального законодательства. В работе проводится исторический анализ уголовно-процессуального законодательства России, регламентирующего использование технических средств в стадии предварительного расследования, условно разделенный автором на три периода: досоветский, советский и постсоветский. Наряду со многими положительными моментами регулирования использования технических средств в УПК РФ отмечены и существенные просчеты, требующие устранения. Дается прогноз о появлении новых норм в УПК РФ, связанных с техническим прогрессом.

Ключевые слова: уголовно-процессуальное законодательство, технические средства, регламентация использования технических средств.

PROBLEMS AND PROSPECTS OF THE REGULATION OF USE OF TECHNICAL MEANS IN CRIMINAL TRIAL

Rodivilina Victoria Aleksandrovna, postgraduate student. Place of study: The East Siberian institute of MIA Russia. Department: criminal trial chair. Position: senior investigator. Place of employment: department of preliminary investigation № 2 of investigative management of intermunicipal management of Ministry of Internal Affairs of Russia "Irkutsk". E-mail: 377b@pk.ru.

Annotation: In article the modern criminal procedure regulation of an order of use of technical means for the solution of private problems of preliminary investigation is considered. The analysis of the problem connected with need of obligatory participation of the expert at withdrawal of electronic media of information during production of a search and dredging is carried out. Changes in the p. 8 of Art. 166 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation, the warning possible problems are offered when using new technical means and data carriers in practical activities on investigation of crimes. Keywords: technical means, electronic media of information, proof, expert, special knowledge.

В XXI веке существенно увеличивается уровень развития и использования технологий во всех сферах человеческой деятельности. С развитием общества растет и необходимость использования и внедрения технических новинок, которые могли бы повлиять на повышение эффективности человеческого труда. В последнее время в России началось интенсивное внедрение и использование в общественной деятельно-

сти информационных технологий, проникающих во все сферы жизни.

Нам импонирует точка зрения М.П. Полякова, согласно которой, структурируя эволюцию уголовно-процессуального законодательства, его условно можно разделить на три неравновеликих периода: досоветский, советский и постсоветский [14, с. 47]. Данная периодизация взята нами за основу.

Так, первый этап развития уголовно-процессуального законодательства в области использования технических средств, «досоветский», до принятия УПК РСФСР, характеризуется наличием упоминания о технических средствах, но о регламентации их использования еще только задумываются. Данный этап отличался достаточно широким использованием следователями (дознавателями) средств и методов выявления и исследования доказательственной информации.

Как отмечают А.Л. Мишуточкин и Р.И. Гадельшин «до 1917 г. фотографическая промышленность в России практически отсутствовала», а для решения задач раскрытия и расследования преступлений фотография использовалась французской полицией, позднее в Бельгии, Швейцарии и других государствах в 70-е гг. XIX в. [13, с. 7].

Второй этап, «советский», включает в себя временной отрезок с принятия УПК РСФСР 1923 г. до принятия УПК РФ 2001 г. Данный этап характеризуется развитием науки и техники и отставанием уголовно-процессуального законодательства по регламентации использования появляющихся технических новинок для целей уголовного судопроизводства.

В УПК РСФСР 1923 г. [1] практически не содержалось норм, регулирующих использование технических средств (исключение составляла норма о фотографировании громоздких вещественных доказательств). Такое положение привело к тому, что в предвоенные и послевоенные годы в криминалистической и процессуальной литературе активно дискутировался вопрос о том, допустимо ли использование фотоснимков в уголовно-процессуальной деятельности и к какой категории они могут быть отнесены: к документам или к вещественным доказательствам.

О насущной потребности отразить в уголовно-процессуальном законе использование технических средств в следственной и судебной практике обозначено в постановлениях ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 10 декабря 1965 г. «О мерах по улучшению работы следственного аппарата органов прокуратуры и охраны общественного порядка» и от 30 июля 1970 г. «О мерах по улучшению работы судебных и прокурорских органов» [17, с. 373-349, 380-381].

Третий этап, «постсоветский», начавшийся в период технического прогресса, века технологий, рассматривается нами с принятия УПК РФ 2001 г., который детализирует порядок использования технических средств для целей уголовного судопроизводства и продолжает вводить в процесс расследования новые технические средства.

Переход уголовного процесса от обвинительного и розыскного к состязательному предъявляет новые требования к оформлению результатов деятельности органов предварительного расследования. Он расширил возможности по отстаиванию законных интересов подозреваемого и обвиняемого и гарантирует соблюдение конституционных прав и свобод, предоставляет участникам процесса права на собирание доказательств и на обжалование любых действий и бездей-

ствий со стороны следователя, дознавателя и прокурора. В то время внедрение в следственную практику звукозаписи при допросах было затруднительно в связи с отсутствием соответствующей материально-технической базы, недостаточным развитием технических средств для записи звука. Позднее теории А.Е. Брусиловского и М.С. Строговича были поддержаны и развиты А.И. Винбергом и А.А. Эйсманом, которые обосновали целесообразность использования звукозаписи в уголовном процессе и разработали практические рекомендации [8, с. 21-30]. Как отмечает Е.И. Галяшина, советские следователи с 1950 г. начинают активно использовать звукозапись в качестве средства фиксации хода следственных действий благодаря массовому промышленному производству магнитофонов различных марок и конструкций [9, с. 29].

В УПК РСФСР в ст. 141 «Протокол следственного действия» предусматривалась возможность получения фотографических снимков, планов, схем, слепков, оттисков следов при производстве следственных действий. Позднее, в связи с внесенными изменениями в УПК РСФСР Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 31 августа 1966 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР» [2], данный перечень был дополнен и теперь в него уже входили фотонегативы, фотоснимки, диапозитивы, киноленты, фонограммы допроса, планы, схемы слепки, оттиски следов. Таким образом, нормы УПК предусматривали возможность использования технических средств при производстве следственных действий.

Вышеназванным Указом в УПК РСФСР была введена ст. 141.1 «Применение звукозаписи при допросе», которая урегулировала процессуальный порядок использования технических средств звукозаписи при допросе. Данная норма предусматривала весьма трудоемкий процесс использования технических средств: звукозапись части допроса не допускается, по окончании допроса звукозапись полностью воспроизводится допрашиваемому. Недостатки данной нормы видятся в отсутствии возможного перерыва для производства смены носителя фонограммы или зарядного устройства технического средства звукозаписи в ходе производства допроса, кроме того, как представляется, процесс воспроизводства по окончании допроса звукозаписи занимал немало времени у лиц, осуществляющих предварительное расследование.

В УПК РФ содержатся лишь отдельные положения, предусмотренные ст. 141.1 УПК РСФСР: использование звукозаписи по просьбе допрашиваемого; уведомление допрашиваемого о звукозаписи; протокол допроса должен содержать отметку об использовании звукозаписи и уведомлении об этом допрашиваемого, сведения о технических средствах и условиях звукозаписи, заявления допрашиваемого по поводу использования звукозаписи и др. (ст. ст. 166 и 190 уПк РФ).

Согласно нормам УПК РСФСР, при производстве следственных действий использование технических средств в ряде случаев должно было быть обязательным. Так, ст. 84 УПК РСФСР предусматривала фотографирование тех или иных предметов в силу их громоздкости или других причин, препятствующих хранению при уголовном деле. Аналогичное правило предусматривается и в ст. 82 УПК РФ, которая помимо фотографирования предусматривает возможность за-печатления предметов на видео- или кинопленку.

В рассматриваемые годы в уголовном судопроизводстве обнаружилась тенденция к преобразованию

оперативно-розыскных мероприятий в следственные действия. Так, Федеральным законом от 20 марта 2001 г. № 26-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод» [3] УПК РСФСР был дополнен ст. 174.1 «Контроль и запись переговоров». Это действие под тем же названием предусмотрено в ст. 186 действующего УПК РФ. В дальнейшем УПК РСФСР был дополнен п. 6 в ст. 86 «Меры, принимаемые в отношении вещественных доказательств при разрешении уголовного дела», который закрепил порядок хранения фонограммы и бумажного носителя с записью телефонных и иных переговоров, а также ч. 3 в ст. 291 «Осмотр вещественных доказательств», регламентирующей порядок осмотра и прослушивания фонограммы с записью переговоров судом.

1 января 2015 г. в редакции ФЗ № 432-Ф3 [6], вступила в силу ч. 5 ст. 191 УПК РФ, которая предусматривает обязательное использование технических средств видеозаписи или киносъемки в ходе следственных действий с участием несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля, за исключением случаев, если несовершеннолетний потерпевший или свидетель либо его законный представитель против этого возражает.

Ч. 5 ст. 166 УПК РФ закрепляет обязательное указание в протоколе наименований технических средств, которые применялись при производстве следственного действия, и сведений о них (условия и порядок их использования, полученные результаты). А.П. Рыжа-ков, освещая проблему использования технических средств в ходе производства следственного действия, делает следующий вывод: нельзя абсолютизировать указанные выше требования, иначе следователь (дознаватель и др.) должен будет отражать в протоколе и то, как он при допросе в вечернее время использует выключатель и лампочку своего кабинета, какая у него печатная машинка и т.п. соответственно предупреждать лиц, участвующих в следственном действии, об использовании технических средств [16]. Схожей точки зрения, обсуждая возможность активного использования для фиксации показаний технических средств (диктофонов, магнитофонов и видеомагнитофонов), придерживаются И.А. Попова и А.А. Попов, которые справедливо замечают, что следует обязательно фиксировать в протоколах следственных действий способы аудиозаписи, сведения о технических средствах, перерывах звукозаписи, условиях хранения носителей звука и т.п., если технические средства применялись с целью получения прилагаемого к протоколу следственного или процессуального действия дополнительного к нему источника доказательственной информации, а в остальных случаях такая необходимость отсутствует и делать этого не следует [15, с. 101].

С принятием ФЗ № 23-ФЗ [5], УПК РФ претерпел изменения, согласно которым понятые принимают участие в ряде следственных действиях по усмотрению следователя (дознавателя), а в случаях, когда понятые не участвуют, обязательно используются технические средства фиксации хода и результатов следственного действия.

Об использовании технических средств и способов для обнаружения, фиксации и изъятия следов преступления и вещественных доказательств говорится в ч. 6 ст. 164 УПК РФ. Каких-либо перечней технических средств или их ограничений в ст. 164 не содержится. Этот факт подтверждают И.А. Попова и А.А. Попов [15,

с. 99], согласные с мнением Е.А. Доли о том, что в УПК РФ перечислены процессы, в которых могут использоваться технические средства и материалы, полученные в результате их применения [10, с. 35]. Вместе с тем, в ч. 8 ст. 166 УПК РФ вновь приводится перечень технических средств, допустимых к использованию при производстве следственных действий. В УПК РФ существенно расширен круг субъектов, правомочных использовать технические средства или принимать решение об их использовании (суд, следователь, дознаватель, специалист, эксперт и др.).

При разработке ныне действующего УПК РФ современные технические средства не остались без внимания. Например, использования видеоконференц-связи (ч. 3 ст. 376 УПК РФ). Федеральным законом от 1 июля 2010 г. № 143-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» [4] внесено новое следственное действие - получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами (ст. 186.1 УПК РФ), допускающееся на основании судебного решения. Ранее данный прием получения нужной информации применялся на практике в форме так называемой «детализации переговоров». Поскольку информацию путем детализации переговоров получает не сам следователь, а оператор связи, который затем сообщает ее следователю, в данном случае речь фактически идет об оперативно-розыскном мероприятии - «снятии информации с технических каналов связи», - предусмотренном в п. 11 ч. 1 ст. 6 ФЗ «Об ОРД».

Наряду со многими положительными моментами регулирования использования технических средств в УПК РФ могут быть отмечены и существенные просчеты, требующие устранения. Отсутствие отдельной, специально посвященной нормы, определяющей цели и задачи использования технических средств, принципы их применения, устанавливающей требования безопасности использования, круг субъектов использования технических средств. Требует дополнения словами «и иные технические средства, используемые для фиксации информации» приводимые перечни технических средств (ст. 166 УПК РФ). Результатам использования технических средств должно быть придано самостоятельное доказательственное значение (ст. 166 УПК РФ), как это сделано в ст. 84 УПК РФ. Требует уточнения процессуальный статус результатов использования технических средств. В ст. 84 УПК РФ -это документы, в ст. 166 - приложения к протоколу, в ст. 189 - вещественные доказательства.

При анализе уголовно-процессуальных норм России отмечается как несомненный прогресс УПК РФ по сравнению с УПК РСФСР (1960 г.), так и насущная потребность дальнейшего совершенствования законодательства в плане использования технических средств в уголовном судопроизводстве. Некоторыми ученными в области уголовного процесса рассматривается перспектива появления в УПК РФ таких самостоятельных следственных действий, как электронное наблюдение и электронное копирование [7, с. 257]. Последнее время в научной литературе появляются статьи о возможности применения 3D-фотографий, сканирования и моделирования для целей собирания доказательств [11, с. 85-88; 12, с. 5-7]. Думается, что в ближайшем будущем возможно появление новых следственных действий, связанных с возникновением 3D-технологий, а также регламентирующих процессуальный порядок их использования норм в УПК РФ.

Не смотря на имеющийся комплекс законодательных актов, регламентирующих практически все стороны использования технических средств в уголовном судопроизводстве, не стоит забывать о техническом прогрессе, в связи с развитием которого уголовно-процессуальное законодательство требует постоянного реформирования и изменения.

Список литературы:

1. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 15 февраля 1923 г. // СУ РСФСР. 1923. № 7. Ст. 106.

2. О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР: указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 31.08.1966 г. (утратил силу) // Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1966. № 36. Ст. 1018.

3. О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод: Федеральный закон от 20.03.2001 г. № 26-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2001. № 13. Ст. 1140.

4. О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: федеральный закон от 01.07.2010 г. № 143-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 2010. № 27. Ст. 3427.

5. О внесении изменений в статьи 62 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: федеральный закон от 04.03.2013 г. № 23-ФЗ (ред. от 28.12.2013 г. № 432-ФЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2013. № 9. Ст. 875.

6. О внесении изменения в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: федеральный закон от 28.12.2013 № 432-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации. 2013. № 52 (ч. I). Ст. 6997.

7. Булатов Б.Б., Баранов А.М. Уголовный процесс: учебник / под ред. Б.Б. Булатова, А.М. Баранова. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Изд-во Юрайт, 2010. 608 с.

8. Винберг А.И, Эйсман А.А. Фототелеграфия и звукозапись в криминалистике. М., 1946. 30 с.

9. Галяшина Е.И. Роль и значение деятельности профессора Л.В. Златоустовой в становлении и развитии лингвокриминалистики и судебного речеведения / Е.И. Галяшина // Язык и речь: проблемы и решения: Сб. науч. тр. М.: МАКС Пресс. 2004. С. 26-40.

10. Доля Е.А. Формирование доказательств на основе результатов оперативно-розыскной деятельности / Е.А. Доля. М.: Проспект, 2009. 282 с.

11. Енгалычев В.Ф., Пискунова Е.В. О новых возможностях судебной психологической экспертизы, использующей технологии 3D-моделирования / В.Ф. Енгалычев, Е.В. Пискунова // Судебная экспертиза: Методологические, правовые и организационные проблемы новых родов (видов) судебных экспертиз: материалы междун науч.-практ. конф. (г. Москва, 15-16 янв. 2014 г.). М.: Проспект, 2014. С. 85-88.

12. Иванов Н.А. 3D-доказательства: понятие и классификация / Н.А. Иванов // Российский следователь. 2013. № 15. С. 5-7.

13. Мишуточкин А.Л., Гадельшин Р.И. Криминалистическая фотосъемка и видеозапись: учебное пособие / А.Л. Мишуточкин, Р.И. Гадельшин. Новосибирск: Изд-во СибАГС, 2014. 96 с.

14. Поляков М.П. Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятель-

ности: монография / под ред. В.Т. Томина. Нижний Новгород: Нижегородская правовая академия, 2001. 220 с.

15. Попова И.А., Попов А.А. Совершенствование норм УПК РФ, закрепляющих способы фиксации показаний в досудебном производстве / И.А. Попова, А.А. Попов // Черные дыры в Российском законодательстве. 2015. № 2. С. 99-103.

16. Рыжаков А.П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). / А.П. Рыжаков. 9-е изд., перераб. Специально для системы ГАРАНТ, 2014. [Электронный ресурс]. Доступ из информ.-правового портала «ГАРАНТ» (дата обращения: 15.02.2016).

17. Советская прокуратура. Сборник важнейших документов. / Сост. Г.Н. Александров и др.; под ред. М.А. Малярова. М.: Юрид. лит., 1972. 408 с.

Рецензия

на научную статью адъюнкта В.А. Родивилиной «Исторический обзор регламентации использования технических средств в стадии предварительного расследования»

Научная статья В.А. Родивилиной посвящена историческому анализу уголовно-процессуальной регламентации использования технических средств в стадии предварительного расследования, условно разделенной автором на три периода: досоветский, советский и постсоветский. Автором отмечены как положительные моменты регулирования использования технических средств в уголовно-процессуальном законодательстве, так и существенные недостатки, ссылаясь на которые В.А. Родивилина прогнозирует появление новых норм в УПК РФ, связанных с техническим прогрессом.

Актуальность данной статьи не вызывает сомнения, поскольку в последнее десятилетие осуществляется интенсивное внедрение инновационных разработок в разные сферы деятельности государства и общества. Глобализация и рост организованной преступности, посягательства на безопасность и стабильное развитие отдельных государств и мирового сообщества в целом, появление изощренных способов совершения противоправных деяний требуют использования новых методов и средств доказывания при производстве по уголовным делам. Таким образом, развитие технического прогресса обосновывает необходимость постоянного реформирования и изменения уголовно-процессуального законодательства, анализ развития которых не возможен без обращения к истории.

Научная статья В.А. Родивилиной «Исторический обзор регламентации использования технических средств в стадии предварительного расследования» соответствует всем требованиям, предъявляемым к работам такого рода. Статья актуальна, обладает научной и практической новизной и рекомендуется для публикации в открытой печати и ранее не публиковалась.

Рецензент:

Профессор кафедры уголовного процесса ФГКОУ ВО ВСИ МВД России, доктор юрид. наук, заслуженный юрист РФ, профессор И.В. Смолькова