Дезертирство как проявление разложения русской армии на Западном фронте в феврале - октябре 1917 года

Псковский военно - исторический вестник. Выпуск 3.

ИЗ ИСТОРИИ МИРОВЫХ ВОЙН

УДК 94(47+57)"1917"

Попов А. В.

ДЕЗЕРТИРСТВО КАК ПРОЯВЛЕНИЕ РАЗЛОЖЕНИЯ РУССКОЙ АРМИИ НА ЗАПАДНОМ ФРОНТЕ В ФЕВРАЛЕ - ОКТЯБРЕ 1917 ГОДА

В статье рассматривается проблема дезертирства солдат русской армии на Западном фронте в феврале-октябре 1917 года. Оценивается степень изученности данного вопроса в дореволюционной, советской и современной белорусской и российской историографии. Анализируется комплекс социально-политических и экономических причин, приведших к слабости власти, развалу армии и, как следствие, к дезертирству. На основе широкой источниковой базы показана динамика численности дезертиров в 1917 году, а также меры по борьбе с данным явлением, проводимые Временным правительством.

Ключевые слова: разложение, дезертирство, Западный фронт, Первая мировая война, Февральская революция, Временное правительство.

Введение. 1917 г. - время коренной ломки общественно-политической системы России, время трансформации взаимоотношений власти и общества.

Беларусь, разделённая линией фронта, находилась в сложном положении. На её территории дислоцировалась огромная армия, которая к тому же переживала не лучшие времена. Самым тяжёлым её недугом, во многом предопределившим судьбу России и её западных окраин, стало повальное дезертирство. Эта проблема, к сожалению, по разным причинам не стала предметом специальных исследований и требует своего всестороннего изучения.

В данной статье предпринята попытка анализа феномена дезертирства в русской армии на территории Беларуси, в период с февраля по октябрь 1917 г.

Основная часть. Изучению проблемы дезертирства в годы Первой мировой войны положили начало современники событий, деятели Белого движения, эмигрировавшие после революции. Н. Н. Головин - автор работы «Россия в Первой мировой войне» анализирует различные аспекты участия России в войне: процесс подготовки и мобилизации армии, проблемы её снабжения, описывает ход войны и её влияние на настроения армии и тыла. Затрагивая вопрос дезертирства,

Н. Н. Головин рассматривает проблему статистической отчётности в русской армии. Он подчёркивает, что сбор данных был организован бессистемно, хаотически, что повлияло и на статистические сведения о дезертирах. В книге присутствуют сведения о количестве дезертиров с начала войны до августа 1917г.,

но недостаточно изучены истоки дезертирства, как социального явления1.

В советской историографии проблема дезертирства в годы Первой мировой войны затрагивалась только в контексте общего разложения армии. Традиционно считалось, что дезертирство - это форма сопротивления солдат, уставших от войны, и воспринималось оно как проявление революционных настроений в армии2.

Как в советской, так в российской и белорусской историографии проблема дезертирства в русской армии за период Первой мировой войны также не нашла обстоятельного изучения. Вопрос дезертирства рассматривался в комплексе, совместно с анализом боевых действий русской армии в годы войны или же в контексте разложения армии после февральских событий 1917 г. Среди подобных работ следует выделить исследования М. В. Оськина3 А. Б. Асташева4, В. П. Булдакова5. Следует отметить, что данные работы касаются дезертирства лишь в общем контексте, при

1 Головин Н. Н. Россия в Первой мировой войне. М., 2014.

2 Савицкий Э. М. Революционное движение в Белоруссии (август 1914 - февраль 1917 гг.). Минск, 1981.

3 Оськин М. В Неизвестные трагедии Первой мировой. Пленные. Дезертиры. Беженцы. М., 2011.

Оськин М. В. Российские дезертиры Первой мировой войны / / Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. 2012. Вып. 5 (60). С. 46-60.

4 Асташов А. Б. Русский фронт в 1914 - начале 1917года: военный опыт и современность. М., 2014.

5 Булдаков В. П. Красная смута: природа и последствия

революционного насилия. М., 2010.

анализе событий войны и вскользь упоминают факты дезертирства на Западном фронте.

Детально феномен дезертирства не рассматривали и белорусские историки.

Например, в обобщающей работе по истории Февральской революции, автором которой является И. М. Игнатенко, дезертирство упоминается при характеристике работы I съезда военных и рабочих депутатов армий и тыла Западного фронта6. В большинстве современных исследований дезертирство рассматривается на общем фоне событий 1917 г. в армии в целом и на Западном фронте в частности. Так, например, в научно-популярной работе В. Бондаренко «утерянные победы Российской империи» проводится анализ боевых действий на территории Беларуси в 1914-1917 гг. и затрагиваются процессы разложения русской армии, но о дезертирстве автор упоминает фрагментарно, затрагивая эту проблему, как одну из многих в процессе разложения армии7.

Аналогичную позицию занимает и В. Н. Белявина в работе «Беларусь в Первой мировой войне». Автор исследует различные стороны жизни белорусского общества в годы Первой мировой войны, но проблему дезертирства также упоминает лишь косвенно, в контексте анализа процесса разложения ар-мии8. Отдельно следует отметить работу М. М. Смольянинова, в которой дана обстоятельная оценка морально-боевого состояния русской армии на Западном фронте9.

База источников о дезертирстве в 19141917 гг. на территории Беларуси расширилась после издания сборника документов «Беларусь в Первой мировой войне», где в разделе «Военное положение в Беларуси» представлен документ о дезертирстве в регионе из фондов Национального исторического архива Беларуси. Данный документ, датированный 1915 г., позволяет сформировать некоторое представление о корнях дезертирства. В этом же сборнике опубликован ряд документов,

6 Игнатенко И. М. Февральская буржуазно-демократическая революция в Белоруссии. Минск, 1986.

7 Бондаренко В. В. Утерянные победы Российской империи. Минск, 2010.

8 Белявина В. Н. Беларусь в годы Первой мировой войны. Минск, 2013.

9Смольянинов М. М. Морально-боевое состояние

российских войск Западного фронта в 1917 году. Минск, 2007.

свидетельствующих о разложении русской армии в конце войны10.

В фондах Национального архива Республики Беларусь имеются некоторые материалы, затрагивающие вопросы дезертирства и борьбы с ним на территории Беларуси11.

Итак, как показывает приведённый историографический обзор, проблема дезертирства в русской армии в годы Первой мировой войны исследована недостаточно, она требует глубокого изучения и осмысления причин дезертирства, что делает рассматриваемую тему ещё более актуальной.

Отречение Николая II от престола было встречено частью населения восторженно не только в Петербурге, но и в провинции, в частности на территории белорусских губерний. Так, например, в Минске городская дума 5 марта 1917 г. постановила «выразить новому правительству и верховному главнокомандующему в лице Его императорского высочества Николая Николаевича от имени городской думы и всего населения города Минска чувства восторга, вызванные введением нового государственного строя в России, и готовности всемерно содействовать и служить ему»12. Новое «народное правительство» приветствовали Минские казённая палата, казначейство, податная инспекция13.

10 Беларусь в годы Первой мировой войны (1914 — 1918) сборник документов / сост.: В. В. Врублевский и др. Минск, 2014.

11 Приказ № 82 Гомельскому гарнизону 25 апреля 1917 года / / Национальный архив Республики Беларусь. - Фонд 1452. - Оп. 1. - Д. 5. Декларации фракций РСДРП и Бунда Гомельского Совета рабочих депутатов третьего созыва; Рапорт Заведующего Гомельским распределительным пунктом по части строевой № 21124 от 14 мая 1917 года / / Национальный архив Республики Беларусь. - Фонд 1452. -Оп. 1. - Д. 5. Декларации фракций РСДРП и Бунда Гомельского Совета рабочих депутатов третьего созыва.

12 Лисова Л. М. События Февральской и Октябрьской революций 1917 г. на территории Беларуси по документам Национального исторического архива Беларуси / / Национальный исторический архив Республики Беларусь. URL: http://niab.by/stat/ok_rev/ (дата обращения 17.01.2016).

13 Лисова Л. М. События Февральской и Октябрьской революций 1917 г. на территории Беларуси по документам Национального исторического архива Беларуси // Национальный исторический архив Республики Беларусь. URL: http://niab.by/stat/ok_rev/ (дата обращения 17.01.2016).

Армия, как отмечает М. М. Смольянинов, стала после февраля 1917 г. ареной острой борьбы партий за влияние на массы на Западном фронте14.

Прифронтовое положение белорусских губерний в значительной степени влияло как на восприятие населением Февральской революции, так и на развитие общественных настроений в целом от февраля до октября. Можно сказать, что солдаты на фронтах были тем «термометром», по которому следует измерять температуру общественных настроений. Как отмечал Я. И. Трещенок: «События в прифронтовой Беларуси оказались в полной зависимости от положения на Западном фронте. Нельзя говорить о революции «в Беларуси и на Западном фронте», следует говорить - «на Западном фронте и Беларуси». Потому что всё зависело от солдатской массы, оказавшейся на Западном фронте под определяющим эсеро-большевистским влиянием15.

Но к началу 1917 г. армия уже была разложена. Можно согласиться с С. Н. Базановым, который утверждает следующее: «Развал русской армии начался задолго до Февральской революции 1917 г. и явился объективным необратимым результатом краха самодержавия»16. С весны 1917 г. в русской армии значительно возрастает количество дезертиров. Согласно предписанию генерала Лукомского предлагалось для борьбы с дезертирством организовывать облавы, а также назначать караулы в узловых пунктах и возвращать пойманных дезертиров в их части17.

Организация облав и организация караулов - это лишь способы решения проблемы, а каковы причины дезертирства? По-нашему мнению, причины дезертирства кроются не только в непопулярности войны и усталости солдат, но и в активной пропагандистской работе политических партий, прежде всего, партий большевиков и эсеров. Пропаганда данных партий носила ярко выраженный антивоенный характер, справиться с

14 Смольянинов М. М. Морально-боевое состояние российских войск... С. 64.

15 Трещенок Я. И. История Беларуси: в 2 ч. Ч. 1: Досоветский период. Могилев, 2003.

16 Базанов С. Н. К истории развала русской армии в 1917 году / / Армия и общество 1900- 941 гг.: статьи и документы. М., 1999. С. 51-76.

17 Революционное движение в русской армии 27

февраля - 24 октября 1917 года: сборник

документов / под ред. Л. С. Гапоненко. М., 1968.

растущей популярностью лозунгов большевиков и эсеров, направленных против войны, Временное правительство, теряющее авторитет, не могло. Также важным фактором, вызвавшим рост дезертирства, была нерешённость аграрного вопроса в крестьянской стране. И поэтому естественно, что армия, в большинстве своём состоявшая из крестьян, решила «голосовать ногами».

Следует отметить, что дезертирство существовало в русской армии и до февраля 1917 г. Так, по сведениям М. М. Смольянинова к концу 1914 г. и особенно в 1915 г. дезертирство получило широкое распространение, как стихийная форма антивоенного движения. Уже в сентябре 1914 г. новогрудский уездный исправник телеграфировал минскому губернатору о том, что следует «всех нижних чинов Лидского полка полагать беглыми с театра военных действий»18. Особенно распространённым было бегство солдат из поездов в пути следования на фронт. Об этом свидетельствуют многие донесения, рапорты и телеграммы начальствующих лиц в вышестоящие органы власти19.

Одной из мер борьбы с дезертирством было создание контрольных районов (участков) в тылу армии. Такие участки были созданы в Петроградском (в Лифляндской, Эстляндской, Петроградской, Новгородской, Тверской и Ярославской губерниях) и Двинском (в Витебской и Псковской губерниях) военных округах. Командовали участками генералы, подчинявшиеся напрямую начальникам штабов армий. Они отвечали за «фактическую и экстренную» ликвидацию обнаруженных беспорядков, предавая военно-полевому суду провинившихся в уголовных преступлениях и немедленно возвращая по этапу виновных в дезертирстве в их части. Подобные участки под командой особо назначенных офицеров вводились и в районе Западного фронта на направлениях Мозырь -Гомель, Минск - Смоленск, Слуцк - Рогачев, Минск - Могилёв. Их задачей было задержание всех «праздношатающихся» нижних чинов, а также производящих бесчинства чинов мелких команд, следующих без офицеров. Кроме того, все крупнейшие прифронтовые города на Западном фронте: Смоленск, Боб-

18 Смольянинов М. М. Морально-боевое состояние российских войск... С. 17.

19 Смольянинов М. М. Морально-боевое состояние российских войск... С. 17.

руйск, Вязьма, Рославль, Орша, Гомель, Брянск - были разбиты на участки. В них было введено патрулирование особых военно-полицейских команд20. Для отправки дезертиров в действующую армию все уезды фронтов, согласно предписаниям Главного Управления Генерального Штаба и Ставки, были приписаны к особым распределительным пунктам. Распределительные пункты Западного фронта были расположены в городах Гомель и Смоленск21.

Дезертирство существовало в различных формах. А. Б. Асташов указывает на характерные для Западного и Северного фронтов формы дезертирства: бродяжничество, самовольные отлучки, отставание от эшелонов, езда без документов, с просроченными документами, или по подложным документам, езда с документами, подписанными кем-то вместо командира части, «командировки» за покупками, езда не по тому направлению, которое указано в документах... Такие формы ухода от войны были вызваны, с одной стороны, громадным масштабом позиционных работ на этих фронтах, усиленным контролем со стороны командования всей прифронтовой зоны, как бы «прикреплявшим» солдат к ней, а с другой - близостью гражданской территории, позволявшей в ней «раствориться»22.

Важное влияние на процесс развала армии оказал «Приказ № 1», изданный Петроградским Советом рабочих и солдатских депутатов 1 марта 1917 г. Уже в марте 1917 г. на Западном фронте многими военачальниками отмечался факт падения дисциплины и боевого духа в армии, вред хлынувших в армию изданий, в частности газеты «Известия», воззваний и приказов Советов Рабочих и Солдатских Депутатов, в которых солдаты во многом не разбирались и большинство сведений принимали на веру23.

Падение общей дисциплины в армии, естественно, повлияло на рост дезертирства. Как подчёркивает М. В. Оськин: «Размах массового дезертирства после Февраля и вплоть до Октября и выхода России из войны постепенно принял характер самодемобилизации российских Вооружённых сил. 2 миллиона солдат - в эту цифру входят как непосред-

ственно дезертиры и уклонисты, так и те солдаты тыловых гарнизонов, что так и не отправились в окопы. Но, свалив все грехи на старую власть, 14 марта Временное правительство выпустило помилование в отношении преступлений, предусмотренных военным законодательством. Здесь погашалась ответственность военнослужащих за кражу, порчу и расхищение казённого имущества; уклонение от службы; дезертирство (при условии добровольной явки до 1 мая); нарушение воинского чинопочитания и принципов подчинения; освобождение из разряда штрафных; смягчение наказаний за тяжкие преступле-ния24. Согласно приказам командования, из беглых солдат-дезертиров, добровольно являющихся и (или) задерживаемых в военных округах, на месте формировались маршевые роты, которые отправлялись в тыловые этапы фронтов25.

С ростом дезертирства командованием Западного фронта в ближайшем к фронту тыловом районе были организованы разъезды из казаков для патрулирования и задержания ушедших с передовых позиций солдат. В борьбе с дезертирством командование применяло разные меры - от дисциплинарных до морально-психологического воздействия. За дезертирство солдат отдавали под суд, фамилии дезертиров публиковались в печати для предания широкой огласке, о них сообщалось по месту жительства родных. Войсковые комитеты активизировали агитационную работу, разъясняя солдатам всю позорность дезертирства26.

При планировании наступательной июньской операции 1917 г. Временным правительством были предприняты новые меры борьбы с дезертирством.

25 апреля 1917 г. по Гомельскому гарнизону был издан приказ № 82, который среди прочего объяснял, как следует поступать с дезертирами. Согласно приказу, всех задерживаемых на вокзале и в городе солдат предписывалось передавать на 143 этап. Далее солдат, поступивших на 143 этап, сортировали. Тех, кто имел документы, но отстал от проходящих эшелонов передавали на распределительный пункт. Всех жандармов, поли-

20АсташовА. Б. Русский фронт в 1914... С. 486-487.

21 Асташов А. Б. Русский фронт в 1914. С. 489.

22 Асташов А. Б. Русский фронт в 1914. С. 472.

23 Гончаров В Л. 1917. Разложение армии. Москва, 2010.

24 Оськин М. В. Российские мировой войны. С. 58.

25 Оськин М. В. Российские мировой войны. С. 58.

26 Смольянинов М. М. Морально-боевое российских войск....С. 75.

дезертиры Первой дезертиры Первой

состояние

цейских и стражников, а также новобранцев и не проходивших строя ратников направляли к Воинскому начальнику. К Воинскому начальнику также направляли всех поступающих к нему дезертиров. Всех солдат утерявших, либо не имевших документы, согласно приказу, было велено передавать на 143 этап для установления их личности и разбивки27.

В качестве специальных способов борьбы с дезертирами можно рассматривать следующие, обозначенные в приказе: на распределительном пункте города Гомеля обмундирование выдавалось лишь солдатам, едущим на фронт и имеющим свои документы. Солдатам, едущим на фронт, и не имевшим документов обмундирование не выдавалось, а направлялось при часовом с эшелоном и сдавалось всей партией на последнем армейском этапе. Солдатам, отправляемым в тыловые учреждения, обмундирование совсем не выдавалось, и люди отправлялись в платье, в котором они прибыли на пункт. Лишь при полном отсутствии какой-нибудь части обмундирования, таковая выдавалась из имеющегося запаса старых поношенных ве-щей28.

14 мая 1917 г. Заведующий Гомельским распределительным пунктом по строевой части подал начальнику гарнизона города Гомеля рапорт за № 21124, в котором указывал на то, что дезертиры занимаются продажей казённого обмундирования, нанимаются на работу к частным лицам, получают питание, пользуясь неразберихой, а также предлагал меры борьбы с дезертирами на Западном фронте В этом приказе оговариваются следующие меры по борьбе с дезертирством в городе Гомеле: прежде всего, предлагалось очистить с 15 мая распределительный пункт от дезертиров и одновременно провести облаву в городе и в близлежащих деревнях, путём привлечения для этой цели солдат учебной команды II пехотного Запасного полка и, имеющихся в распоряжении начальника гарнизона Псковского Драгунского полка. Оцепив распределительный пункт и выяснив дезертиров, передать таковых на 143 этап, для отправления под конвоем в действующую армию, как равно и всех задержанных в городе и в окрестностях или же, не передавая их на 143 этап, усадить в заранее

заготовленные вагоны и под конвоем Псковского Драгунского полка направить в действующую армию29.

Что касается динамики дезертирства, то это вопрос, требующий дополнительного изучения и уточнения. Характерной особенностью количественного учёта дезертиров является то, что эмигрантские историки их число после февраля 1917 г. сознательно завышали, чтобы показать революционное разложение армии, в советской историографии данные о количестве дезертиров уменьшались, дабы показать, что дезертирство - следствие деградации старой власти, а не только активной пропаганды большевиков и эсеров. Согласно сведениям Ставки, с Западного фронта с начала войны до 1 марта 1917 г. дезертировало 13648 солдат30.

По данным Н. Н. Головина, общее число дезертиров с июля 1914 по февраль 1917 г. было сравнительно невелико. В своей работе он указывает цифру в 195130 человек или по 6346 человек в месяц. С февраля 1917 г. цифры даны более детально. С мая по август 1917 г. количество дезертиров увеличивается в пять раз и достигает цифры в 30900 человек, а к концу войны, по подсчётам Головина, общее количество дезертиров составляет 1900000 че-

ловек31.

В работе «Россия в Первой мировой войне (в цифрах)» (1925 г.) данные несколько иные. До Февральской революции их количество составляло 195130 человек, что совпадает с цифрами, приведёнными Головиным, но далее данные рознятся. Всего за всю войну по сведениям в сборнике, дезертиров на всех фронтах насчитывалось 365137 человек. После Февральской революции до мая 1917 г. количество дезертировавших со всех фронтов -85921 человек, из них 24700 человек дезертиры Западного фронта. С 15 мая по 1 июня 1917 г. - 16342 человека, из них 5660 человек на Западном фронте; с 1 июня по 15 июня 1917 г. - 11213 человек, из них 3246 человек на Западном фронте; с 15 июня по 1 июля 1917 г. - 19294 человека, из них 5294 человека на Западном фронте. С 1 по 15 июля 1917 г. -23432 человека, из них 6159 человек на Западном фронте. С 15 июля по 1 августа 1917 г.

27 НАРБ. - Фонд 1452. - Оп. 1. - Д.5. - Л.35.

28 НАРБ. - Фонд 1452. - Оп. 1. - Д.5. - Л.35.

29 НАРБ. - Фонд 1452. - Оп. 1. - Д.5. - Л.48

30 Савицкий Э. М. Революционное движение в Белоруссии... С. 133.

31 Головин Н. Н. Россия в Первой мировой войне... С. 242, 245.

всего - 13805 человек, из них на Западном фронте 1816 - человек32.

Официальные данные Ставки говорят о 170000 дезертиров после революции, но эта цифра - лишь те сведения, которые вообще дошли до Верховного главнокомандования. Кроме того, сюда, очевидно, не входят данные за осень, практически переставшие поступать в высшие штабы. Действительно, перепись 25 октября 1917 г. показала, что фронт ещё считает в себе миллионы штыков (вернее - «едоков»)33.

Подводя итоги, следует отметить, что дезертирство - это социальный феномен. Следует согласиться с М. В. Оськиным, утверждающим, что русское дезертирство 1917 г. -это социокультурное явление, напрямую зависевшее от тех политических процессов, что происходили внутри страны34.

Заключение. Дезертирство, как явление существовало на всём протяжении Первой мировой войны. После Февральской революции 1917 г. и демократизации армии оно усилилось. Дезертирство - показатель развала армии и дезорганизации жизни в стране. Причины его кроются, по-нашему мнению, в комплексе социально-политических проблем. Прежде всего, в усталости солдат от войны, в непонимании ими целей и задач войны, в нерешённости аграрного вопроса в преимущественно аграрной стране. Причиной дезертирства была и слабость власти, постепенное падение авторитета Временного правительства в глазах народа. Важную роль сыграла политическая пропаганда эсеров и большевиков, способствующая углублению кризиса в армии и, как следствие, расширению масштабов дезертирства.

Источники и литература

Асташов А. Б. Русский фронт в 1914 - начале 1917 года: военный опыт и современность. М.: Новый хронограф, 2014.

Базанов С. Н. К истории развала русской армии в 1917 году / / Армия и общество 1900-1941 гг.: статьи и документы / Редкол.: В. П. Дмитриенко (отв. ред.), Б. И. Зверев, Г. А. Куманев. М., 1999. С. 51-76.

32 Россия в мировой войне 1914 - 1918 года (в цифрах) / под ред.: В. П. Ефремова. М., 1925.

33 Оськин М. В. Неизвестные трагедии Первой мировой ... С. 322.

34 Оськин М. В. Неизвестные трагедии Первой мировой . С. 324.

Беларусь в годы Первой мировой войны (1914

- 1918) : сборник документов / сост.: В. В. Врублевский [и др.]; редкол.: В. И. Адамушко (председатель) [и др.]. Минск: Беларусь, 2014.

Белявина В. Н. Беларусь в годы Первой мировой войны. Минск: Беларусь, 2013.

Бондаренко В. В. Утерянные победы Российской империи. Минск: Харвест, 2010.

Булдаков В. П. Красная смута: природа и последствия революционного насилия. М.: Российская политическая

энциклопедия (РОССПЭН), Фонд «Президентский центр Б. Н. Ельцина», 2010.

Головин Н. Н. Россия в Первой мировой войне. М.: Вече, 2014.

Гончаров В. Л. 1917. Разложение армии. М.: Вече, 2010.

Игнатенко И. М. Февральская буржуазно-демократическая революция в Белоруссии. Минск: Наука и техника, 1986.

Лисова Л. М. События Февральской и Октябрьской революций 1917 г. на территории Беларуси по документам Национального исторического архива Беларуси // Национальный

исторический архив Республики Беларусь [электронный ресурс]. URL: http://niab.by/stat/ok_rev/ (дата

доступа: 17. 01. 2016).

Оськин М. В. Неизвестные трагедии Первой мировой. Пленные. Дезертиры. Беженцы. М.: Вече, 2011.

Оськин М В. Российские дезертиры Первой мировой войны / / Вестник Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. 2012. Вып. 5 (60). С. 46-60.

Приказ № 82 Гомельскому гарнизону 25 апреля 1917 года / / Национальный архив Республики Беларусь. - Фонд 1452.

- Оп. 1. - Д. 5. Декларации фракций РСДРП и Бунда Гомельского Совета рабочих депутатов третьего созыва.

Рапорт Заведующего Гомельским

распределительным пунктом по части строевой № 21124 от 14 мая 1917 года / / Национальный архив Республики Беларусь. - Фонд 1452. - Оп. 1. - Д. 5. Декларации фракций РСДРП и Бунда Гомельского Совета рабочих депутатов третьего созыва.

Революционное движение в русской армии 27 февраля - 24 октября 1917 года: сборник документов / под ред. Л. С. Гапоненко. - М.: Наука, 1968.

Россия в мировой войне 1914-1918 года (в цифрах) / Центральное статистическое

управление. Отдел военной статистики / фронта в 1917 году. Минск: Белорусская

под ред.: В. П. Ефремова М.: наука, 2007.

Издательство ЦСУ СССР, 1925. Трещенок Я. И. История Беларуси: в 2 ч.

Савицкий Э. М. Революционное движение в Могилев: Могилевский государственный

Белоруссии (август 1914 - февраль 1917 университет, 2003. Ч. 1: Досоветский

гг.). Минск: Наука и техника, 1981. период.

Смольянинов М. М. Морально-боевое состояние российских войск Западного

Попов Артем Владимирович, ассистент кафедры Гуманитарных дисциплин Белорусско-Российского университета (Могилев, Республика Беларусь); e-mail: artempopow89@mail.ru.

DESERTION OF THE RUSSIAN SOLDIERS ON THE WESTERN FRONT DURING THE PERIOD

FROM FEBRUARY TO OCTOBER, 1917

This article presents the desertion problem in Russian army on the Western Front within the period from February to October 1917. It estimates state of knowledge on this issue in pre-revolutionary, Soviet and modern National and Russian historiography. The article analyses the politico-social and economic cause system fostering desertion as a social phenomenon and symbolizing the weakness of government institutions, collapse of the armed forces and, subsequently, desertion. Based upon different sources it also analyses dynamics of the number of deserters in 1917 and desertion control measures taken by Russian Provisional Government.

Key words: desertion, Western Front, World War I, the February revolution, the Provisional Government.

Artem V. Popov, assistant of the Department of Humanities discipline (Belarusian-Russian University, Mogilev, Republic of Belarus); e-mail: artempopow89@mail.ru.