Некоторые аспекты уголовной ответственности должностных лиц за превышение должностных полномочий с применением насилия

Происходящие в Российской Федерации политические, экономические, социальные и иные преобразования привели не только к позитивным, но и к негативным последствиям, повлекшим рост насильственной преступности. Круг таких преступлений весьма разнообразен. Например, УК РФ содержит 55 статей, предусматривающих ответственность за совершение преступлений, связанных с насилием. Однако обычно внимание акцентируется на наиболее опасных проявлениях насилия -насильственных преступлениях против личности. К ним относятся преступные деяния, объектом которых является только человек (например, причинение тяжкого вреда здоровью, побои и т.д.). По степени общественной опасности, тяжести причиняемых последствий насильственные преступления во многом превосходят другие криминальные проявления и наносят огромный ущерб человеку, обществу и государству.

В многообразии насильственных преступлений против личности особое место занимают деяния, совершаемые должностными лицами путем превышения полномочий с применением насилия, за которые ч. 3 ст. 286 УК РФ предусматривает уголовную ответственность. Они относятся к особо квалифицированному виду и выражаются в совершении деяний, предусмотренных ч. 1 или ч. 2 данной статьи.

В диспозиции п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ описан насильственный способ преступления, при этом законодатель выделяет две его формы совершения, первая из которых непосредственно связана с применением насилия, а вторая - предусматривает угрозу ее применения, представляющую собой психическое насилие. Следует отметить, что УК РСФСР (ст. 171) не раскрывал формы воздействия на потерпевшего, а только выделял квалифицирующий признак - превышение власти или служебных полномочий, сопряженный с насилием. Насилие как элемент преступления существенным образом влияет на квалификацию преступных деяний по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ и юридическую ответственность должностного лица. Поэтому возникает необходимость в точном определении его общего понятия применительно к уголовному праву.

В уголовном законодательстве РФ отсутствует легальное определение или понятие, что такое «насилие», не раскрывается содержание его признаков, опасного и неопасного для жизни или здоровья. Нет ясности в терминологических различиях насильственных форм поведения, таких как «насилие», «нападение», «принуждение» и др. [1, с. 23]. Также нет законодательного разграничения способа его совершения в сравнении с иными способами, что является серьезным пробелом в законодательстве. Отсутствуют они и в разъяснениях Пленума ВС РФ. Наука предпринимает попытки устранения этих недостатков. Следует отметить, что в ней, как и в юридической литературе, нет единого подхода к сущности термина «насилие», его определению или понятию. Так, В. Даль определяет насилие (насилованье) как принужденье, неволю, силованье, действие стеснительное, обидное, незаконное и своевольное [2, с. 468-469]. Принуждение он связывает с определенными противоправными действиями, при этом не выделяя формы насилия, его объекты. С.И. Ожегов как применение физической силы к кому-нибудь, принудительное воздействие на кого-нибудь, притеснение, беззаконие [3, с. 334] в отличие от В. Даля выделяет физическую форму насилия. Аналогичный взгляд высказывают и иные авторы, в то же время применение силы они связывают не с целью воздействия на кого-нибудь, а с достижением определенной цели (чего-либо) [4, с. 304-305].

В уголовном праве широкое распространение получило и иное мнение, в соответствии с которым насилие - это воздействие на человека помимо его воли [5, с. 53], воздействие на его организм [6, с. 5-6], с чем следует согласиться. Однако такое расширительное толкование может привести к следственной или судебной ошибке при квалификации деяния по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, т.к. в отдельных случаях, предусмотренных законом, может иметь место применение насилия, носящее правомерный характер (например, пресечение преступного деяния, задержание преступника). В связи с этим более правильным следует считать мнения ученых, которые под насилием понимают общественно опасное, противоправное воздействие на человека [7, с. 4] как против, так и помимо его воли. По мнению автора, насилием следует считать общественно опасное противоправное воздействие на человека, его организм, совершенное в физической или психической форме, помимо его воли, виновным, вменяемым лицом, достигшим возраста уголовной ответственности, которое

предлагается закрепить в уголовном законодательстве. Понятие «насилие» тесно связано с понятием «принуждение», под которым понимают умышленное, общественно опасное противоправное воздействие на лицо, осуществляемое путем физического или (и) психического насилия, а также путем иных незаконных действий или бездействия с целью заставить лицо совершить какие-либо действия или воздержаться от их совершения [8]. Принуждение рассматривается и как функция общественно опасного насилия, направленного на подавление свободного волеизъявления потерпевшего (угроза, шантаж и др.). Можно сделать вывод, что приведенные понятия во многом схожи, т.к. называют одни и те же существенные признаки, например: общественная опасность, противоправность воздействия, умышленный характер и др. В то же время основное отличие данных понятий заключается в целенаправленности воздействия. Принуждение целенаправленно воздействует на волю индивида, при этом носит внешний, насильственный характер. Таким образом, насилие - это способ принуждения.

Термин «насилие» имеет более широкое содержание, т.к. обозначает родовое понятие, потенциально включающее в себя «насилие, не опасное для жизни или здоровья» (побои или совершение иных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы), и «насилие, опасное для жизни или здоровья». Реально это можно уяснить только в контексте конкретного состава преступления. Законодатель, устанавливая данный квалифицирующий признак в п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, не уточняет вообще понятие насилия, как опасного, так и неопасного для жизни и здоровья. Установить содержание понятия насилия без определенной конструкции и «насилие, опасное для жизни или здоровья» невозможно без обращения к ст. 111, 112, 115 УК РФ [9, с. 86].

Насилие, применяемое должностным лицом, может быть правомерным или неправомерным. Правомерным оно признается, когда имеются правовые основания применения силы определенной категорией должностных лиц, и считается обоснованным, если вызвано противоправными действиями со стороны нарушителя. В зависимости от степени общественной опасности такого деяния должностное лицо вправе применять физическую силу, специальные средства, а в исключительных случаях - огнестрельное служебное оружие в случаях, предусмотренных законом. В противном случае насильственные действия носят противоправный характер. Во втором случае применение насилия выражается в физическом или психическом принуждении потерпевшего к совершению незаконных действий либо в принуждении к прекращению правомерной деятельности в интересах должностного лица [10, с. 736]. При этом насильственное воздействие на личность состоит во всяком принуждении ее к действиям, противоречащим ее желаниям [11, с. 761], которые причиняют не только физические, но и психические травмы.

Применение физического насилия при превышении должностных полномочий связано с действиями виновного, сопряженными с нанесением телесных повреждений. Оно выражается в непосредственном воздействии на организм человека, в результате чего потерпевший может быть лишен жизни, либо причинен вред его здоровью [6], которое заключается в определенных повреждениях тканей кожи, отдельных органов или в нарушении их функций, либо применение физической боли. Способы такого воздействия, применяемые орудия, форма вины, а также цели виновного лица с учетом наступивших последствий позволяют определить те общественные отношения, на изменение которых было направлено посягательство [12, с. 142-143].

Насилие является отягчающим вину обстоятельством деяния, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, и рассматривается в качестве особо квалифицирующего признака его совершения. Как отмечает П.С. Яни, насилие как квалифицирующее обстоятельство имеет место только тогда, когда действия виновного сопряжены с нанесением побоев потерпевшему, причинению вреда здоровью, физической боли, а также ограничением его свободы [13, с. 344]. К числу названных признаков, характеризующих применение насилия, В.И. Рарог относит и истязание [14, с. 439].

Следует отметить, как разъяснил Пленум Верховного суда СССР (п. 12), под применением насилия следует понимать такие действия виновного, когда они сопряжены с нанесением потерпевшему побоев, причинением телесных повреждений, физической боли, а также ограничением его свободы

[15, с. 534]. Однако отдельные авторы случаи незаконного ограничения свободы потерпевшего (например, незаконное задержание или заключение под стражу) должностным лицом не относят к насилию при квалификации деяния по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ [16, с. 600]. С данным мнением нельзя согласиться, т.к. оно противоречит разъяснениям высшего судебного органа.

Исследование научных источников, характеризующих физическое насилие при превышении должностных полномочий, позволяет отметить, что имеет место неоднозначное изложение и последовательность характеризующих его признаков [17, с. 548; 18, с. 1091]. Это объясняется разнообразием подходов, взглядов в отношении действий должностного лица при превышении должностных полномочий, причиненным потерпевшему телесным повреждениям, форме вреда здоровью, которая, по мнению одних авторов, должна быть легкой или средней [19, с. 402; 20, с. 187; 14, с. 439], других - также и тяжкой [22, с. 619; 23, с. 184; 18].

Следует подчеркнуть, что превышение должностных полномочий с применением насилия может иметь место лишь при исполнении должностным лицом должностных (служебных) обязанностей или в связи с их выполнением. Конфликты должностного лица с гражданами, перерастающие в насильственные действия, возникшие на почве личных неприязненных отношений и не связанные с исполнением им служебных обязанностей, не могут квалифицироваться по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ. При наличии соответствующих признаков они могут рассматриваться как посягательства на здоровье личности [21, с. 470].

В случае применения должностным лицом физического насилия к потерпевшему при превышении должностных полномочий вопрос о причинении существенного вреда правам и законным интересам граждан решается судом с учетом материалов дела и заключения судебно-медицинской экспертизы о тяжести причиненного вреда его здоровью. Из содержания данной статьи следует, что насилие может выражаться в умышленном причинении по неосторожности смерти потерпевшему либо тяжкого вреда его здоровью, которые не охватываются составом ч. 3 ст. 286 УК РФ и требуют квалификации по совокупности с соответствующими преступлениями против личности (пп. 12, 13 Постановления Пленума Верховного суда СССР от 30 марта 1990 г. № 4) [16].