Неофраземы с агентивной семантикой в русском языке новейшего периода

Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 27 (165). Филология. Искусствоведение. Вып. 34. С. 21-28.

О. в. григоренко

неофраземы с агентивной семантикой в русском языке новейшего периода

Статья посвящена проблеме возникновения новых фразеологических единиц со значением лица в русском языке конца ХХ- начала XXI вв. В ходе исследования определяется корпус агентивов-неофразем, выясняется их специфика с точки зрения степени фразеологизации, тематической отнесенности, а также способов производства и особенностей употребления.

Ключевые слова: неологизмы, типы неологизмов, фразеологические неологизмы, агентивы.

Новейший этап развития русского языка характеризуется специфическими преобразованиями его лексико-фразеологического состава, в первую очередь затрагивающими различные тематические сферы и парадигматические объединения актуального словаря современности. Особое место среди тематических сегментов. наиболее ярко отражающих неогенные процессы, занимает группа наименований лиц. Неологизмы со значением лица выступают в качестве общего или частного объекта многочисленных исследований, связанных с анализом процессов неологизации в современном русском языке (см. работы Н. С. Валгиной, С. И. Алаторцевой, С. И. Тогоевой, Е. И. Деминой, Е. А. Зайцевой, О. М. Каревой, В. М. Гряз-новой, С. Г. Сидоренко, Л. В. Житниковой, М. Н. Золотаревой и др.).

Исследователи отмечают, что наиболее активно в русском языке конца ХХ - начала XXI вв. осуществляется процесс расширения состава группы наименований лиц, т. е. лексических и фразеологических единиц со значением лица - так называемых агентивов (ср. определение агентива, данное Т. В. Бахваловой1). По нашим наблюдениям, значительную часть неологизмов данной группы составляют агентивы-неолексемы и агентивы-неосемемы (подробнее о типах неологизмов с точки зрения вида языковой единицы см. работу «Неология и неография современного русского языка»2).

Агентивы-неолексемы представляют собой такие словесные единицы, агентивное (то есть служащее для номинации человека) значение которых передается в русском языке новым звуковым и графическим комплексом. Агентивы-неолексемы в русском языке новейшего периода представлены неологизмами-заимствованиями (дистрибьютор, мерчендайзер, веб-дизайнер, папарацци, кутюрье, шоумен, ди-джей, мачо,

байкер, керлер и др.) и словообразовательными неологизмами (альтернативщик, интернетчик, глобалист, трудоголик, иридодиагност, системщик, спидофоб, шлягерщик, аифовец, пиарщик, жириновец и др.).

Агентивы-неосемемы представляют собой новые агентивные значения, отображенные «старым» звуковым и графическим комплексом, т. е. лексемой, ранее бытовавшей в русском языке с другим значением. Агентивы-неосемемы в русском языке конца ХХ - начала XXI вв. выступают как семантические неологизмы, новое агентивное значение которых развивается на основе метафорического или метонимического переноса, а также в результате расширения, сужения значения или семантического сдвига (ср. новые значения лексем архитектор, зомби, гуру, чайник, челнок, клон, овощ, банкрот, аутсайдер, камикадзе и др.).

Неолексемы и неосемемы русского языка, в том числе и с агентивной семантикой, к настоящему времени достаточно хорошо описаны в лингвистической литературе. Меньшее внимание уделено группе новых фразеологических единиц, в то время как развитие новых устойчивых сочетаний слов, в том числе и со значением лица, происходит в русском языке новейшего периода не менее стремительными темпами. Большое влияние на процессы возникновения, становления, распространения новых фразеологических единиц, их фразео-логизации и узуализации оказывают средства массовой коммуникации (газеты, журналы, радио, телевидение, интернет), способствующие вовлечению в процессы коммуникации значительного числа людей и осуществляющие быструю передачу информации между коммуникантами). Как отмечают исследователи, коммуникативно-прагматическая эффективность фразеологических неологизмов спо-

собствует тому, что они не только воспринимаются адресатом, но и запоминаются, а затем воспроизводятся в аналогичных ситуациях3. При этом, по мнению И. Н. Куклиной, «семантика нового образного оборота формируется в результате многократного его употребления в различных лингвистических и экстралингви-стических контекстах. Происходит некое «сложение» смыслов частных употреблений нового фразеологического оборота, после чего ФН фиксируется в толковых словарях со «своей» дефиницией. Наиболее яркие выражения находятся в активном поле сознания носителей русского языка и претендуют на место во фразеологическом фонде»4.

Представляется также, что корпус новых ФЕ с агентивным значением является вполне обозримым, несмотря на то что его составляющие являются неологическими единицами и поэтому не обладают достаточной степенью устойчивости в системе русского языка. Функционирующие в русском языке новейшего периода агентивы-неофраземы противопоставлены неолексемам и неосемемам с агентивной семантикой по признаку неоднословности (неоднокомпонентности) состава. Как показал анализ, отличительной чертой новых устойчивых сочетаний со значением лица является неоднородность их состава в зависимости от степени фразеологизации.

Так, в ряду агентивов-неофразем отмечаются такие устойчивые сочетания терминологизированного характера, служащие средствами номинации лица или группы лиц, как вынужденные переселенцы, Герой России, инициативная группа и др. Подобные языковые единицы обладают минимальной образностью. Возникновение устойчивых аналитических единиц с агентивным значением обусловлено необходимостью номинации социально значимых, актуальных в настоящее время реалий современной жизни, а широкое распространение подобных сочетаний во многом предопределено процессами конвергенции между терминологическими и нетерминологическими системами языка.

Более высокую степень фразеологизации демонстрируют такие устойчивые обороты, как нефтяные генералы, газовый магнат, новые русские, новые бедные, теневой бизнесмен, крестный отец и др., которые не обладают ярко выраженной образностью, экспрессивностью, но в то же время характеризуются определенной оценочностью, эмоциональностью.

Немногочисленную группу агентивов-неофразем образуют фразеологические единицы, отличающиеся высокой степенью фра-зеологичности и идиоматичности, например:

ночная бабочка, ночной мотылек, оборотень в погонах, богатенький буратино, живой товар и др.

В соответствии с вышесказанным агентивы-неофраземы понимаются нами как новые фразеологические, фразеологизированные и устойчивые аналитические единицы, являющиеся наименованиями лиц.

Агентивы-неофраземы, составляющие отдельный сегмент лексико-фразеологического поля новых наименований лиц, обладают рядом типологических характеристик, которые отражают своеобразие указанного фрагмента с точки зрения тематических, структурносемантических, деривационных, прагматикостилистических и др. особенностей его составляющих.

Анализ агентивов-неофразем с точки зрения их тематической отнесенности позволил обнаружить такой показательный факт, как то, что в настоящее время большинство агентивов-неофразем в русском языке новейшего периода используется в качестве обозначений лиц по роду занятий в тех или иных сферах деятельности. Наиболее частотными являются агентивы-неофраземы, служащие для наименования лиц, деятельность которых связаны с такими сферами, как политика, дипломатия, экономика, бизнес.

Следует отметить, что словарный состав языка политики находится в постоянном движении, а политическая лексика и фразеология ярко демонстрируют прямую зависимость своего развития от социальных факторов, хотя, безусловно, современный политический словарь содержит и такие примеры, которые являют собой результат действия чисто внутренних, языковых причин, порождаемых коммуникативной функцией языка. Как отмечают исследователи, «языковые изменения последних полутора десятилетий прошедшего века в наибольшей мере затронули социальнополитическую сферу, что напрямую связано с воздействием внешних факторов. Отказ от прежних идеологических и политических догм, становление новой модели государственного управления, новая экономическая реальность, перестройка социальной структуры, правовой системы потребовали огромного количества новых обозначений. Результатом

явилась резкая активизация всех известных способов номинации, что привело к значительному обновлению социально-политического словаря»5. Группа лексических и фразеологических единиц со значением лица является значимым фрагментом политического лексикона, претерпевающего в настоящее время различные трансформации, в том числе заключающиеся в обновлении состава за счет появления неологизмов. Среди агентивов-неофразем, использующихся с целью номинации лиц, занятых в сфере политической и дипломатической деятельности, отмечаются такие устойчивые сочетания, как губернаторский корпус - «совокупность глав областных администраций» (АЛ: 269); силовые министры - «о министрах силовых министерств, ведомств - министерств обороны и внутренних дел» (НРЛ-93: 323), теневое правительство - «группа влиятельных парламентариев, имеющих свою программу и претендующих в случае победы их партии на создание нового правительства» (ЯГ: 658), военные наблюдатели - «официальные лица, специалисты (военные и гражданские), проверяющие на основании определенного договора, соглашения военную деятельность какого-л. иностранного государства» (АЛ: 218), соколы Жириновского - «публ. О молодых членах либерально-демократической партии, возглавляемой В. В. Жириновским» (НРЛ-93: 331) и др.

Не менее значимой частью состава агентивов-неофразем является группа устойчивых сочетаний, называющих лиц, деятельность которых лежит в сфере экономики и бизнеса. Трансформации, произошедшие в российском социуме за последние два десятилетия, привели к созданию условий для развития рыночной экономики, бизнеса, деловых отношений, новых финансово-экономических институтов и т. д., что в свою очередь способствовало появлению значительного числа неологизмов тематической сферы «Экономика. Бизнес». По наблюдениям исследователей, лексические и фразеологические единицы данной тематической сферы стали широко использоваться в медиа-дискурсе и вошли в активный лексикон носителей русского языка. Агентивы-неофраземы, служащие для обозначения лиц, занятых в сфере экономики, включают, с одной стороны, устойчивые сочетания, возникшие в русском языке в конце XX - начале XXI вв., а с другой стороны, такие фразеологические единицы, новизна которых являет-

ся относительной, т.к. обусловлена процессом проникновения в широкий обиход некоторых специфических терминологизированных сочетаний, профе ссионально-жаргонных оборотов. Ср., например, мнение Н.З.Котеловой: «неологизмы - это не только новообразования (слова, значения слов, выражения), но и вхождения

- внутренние и внешние заимствования - по временной оси (возрождение, актуализация, узуализация) или (и) локальной (вхождения из диалектов, устной речи, жаргонов, специальных языков, других языков)»6. Автор считает также, что слова, изменяющие статус своего существования, могут пополнять общее число неологизмов какого-либо языка и именоваться функциональными неологизмами. Ср. соответственно такие единицы в исследуемом материале, как слепой брокер - «экон. Брокер, выступающий от своего имени и не раскрывающий имен своих клиентов» (СЗА: 53; БСЖ: 77), двухдолларовый брокер - «член фондовой биржи, который выполняет поручения брокеров, особенно в период высокой рыночной активности» (СЗА: 53); валютный спекулянт

- «спец. Маклер фондовой биржи» (АЛ: 172); а также делатель рынка - «участник финансового рынка, который постоянно котирует цены продавца и покупателя и вступает в сделки по одному или нескольким финансовым инструментам за свой счет» и др.

Агентивы-неофраземы, являющиеся наименованиями лиц, профессиональные интересы которых сосредоточены в других областях (компьютерные технологии, медицина, спорт и др.), являются менее распространенными. Тем не менее они также расширяют состав лексико-фразеологической группы «Nomina professonalia»7 и в ряде случаев являются фра-зеологизированными обозначениями конкретных профессий, специальностей, должностей. Например: промышленный альпинист - «специалист в области технологии выполнения высотных работ на промышленных и других объектах, при которых рабочее место достигается с помощью подъёма или спуска по верёвке, или с использованием других альпинистских методов продвижения и страховки», системный администратор - «специалист, разрабатывающий системное программное обеспечение для компьютеров, компьютерных сетей» (АЛ: 802; ТСНС: 274), генеральный директор

- «директор крупного объединения предприятий, учреждений», налоговый полицейский

- «сотрудник налоговой полиция - существо-

вавшего до марта 2003 г. государственного органа, осуществлявшего выявление финансовых, преимущественно налоговых преступлений» (АЛ: 627), мануальный терапевт

- «врач, специалист по мануальной терапии, использующий методы лечения заболевания руками - массаж, вправление позвонков или суставов и т. п.» (АЛ: 560) и др.

Весьма значимым фрагментом корпуса агентивов-неофразем являются такие устойчивые сочетания, обозначающие лиц, действия которых имеют асоциальный характер. Например: бандитская группировка - «организованная группа людей, занимающихся бандитизмом» (АЛ: 105), квартирная мафия - «группа лиц, занимающихся квартирными махинациями» (АЛ: 450), ночная бабочка - «о проститутке» (АЛ: 100; ЯГ: 33; СЗА: 11); девочка по вызову - «проститутка по вызову» (АЛ: 229); вор в законе - «опытный преступник, совершающий крупные хищения, соблюдающий воровские порядки, традиции и пользующийся особым авторитетом и особым правами в преступной среде (как правило, руководитель какой-л. преступной группировки)» (АЛ: 222; ТСНС: 81) и др.

Отличительной особенностью современного этапа развития русского языка является также активное производство таких устойчивых сочетаний, которые представляют собой наименования конкретных лиц (политических деятелей, известных спортсменов, популярных исполнителей, знаковых фигур современности в России и за рубежом и др.) или имеют более обобщенную семантику, развившуюся в процессе фразеологической деривации на базе признаков, относящихся к деятельности данных персонажей. Примерами подобных сочетаний могут служить такие агентивы-неофраземы, как отец перестройки

- «о первом президенте СССР М. С. Горбачеве», архитектор перестройки - «первоначально о А.Яковлеве» (сочетания отец перестройки и архитектор перестройки в формах как единственного, так и множественно числа используются в настоящее время для обозначения лиц, являющихся идейными вдохновителями кардинальных преобразований в политике, экономики, социальной жизни нашего государства). Ср. также сочетания: плачущий большевик - «о Н. И. Рыжкове», рыжий кардинал - «о А.Чубайсе». Большая часть подобных сочетаний употребляется в качестве экспрессивных единиц-наименований политических

деятелей. Новые фразеологизмы-«прозвища» отражают давнюю тенденцию именования лиц, распространенную в политическом дискурсе, ср.: кремлевский горец - «об И. В. Сталине», железная леди - «о Маргарет Тэтчер» и др. Как отмечают исследователи, важной чертой современного российского политического медиа-дискурса является его персонифицированный характер, заключающийся в том, что определенные социально-политические и этические ценности (антиценности) связываются с конкретным носителем - политической фигурой8.

Что касается новых фразеологизмов, значение которых связано с обозначением других «недеятельностных» характеристик лица, то следует отметить, что они не обнаруживают явной тенденции расширения своего количественного объема и в составе агентивных неологизмов представлены отдельными примерами. К агентивам-неофраземам данного типа относятся такие устойчивые сочетания, которые характеризуют лицо с точки зрения его внешних данных, сексуальных предпочтений, национальности, поведенческой манеры, материального благосостояния, интеллектуальных способностей и т. д. Ср., например: сексуальные меньшинства - «люди другой, не общепринятой сексуальной ориентации: гомосексуалисты, лесбиянки и т. д.» (АЛ: 583); хомо советикус - «ирон. О советском человеке» (АЛ: 931) и др.

Среди типологически значимых характеристик агентивов-неофразем особое место занимает способ образования новой фразеологической единицы. В соответствии с данным критерием агентивы-неофраземы делятся на три группы: 1) новые заимствованные фразеологические единицы; 2) новые устойчивые сочетания, возникшие на русской почве на базе свободных сочетаний слов; 3) неофразеосеме-мы, представляющие собой новые значения, развившиеся у бытовавших ранее фразеологических единиц русского языка.

Заимствованные агентивы-неофраземы представлены в анализируемом материале в основном фразеологическими кальками из английского языка (см. подробнее работы Л. П. Крысина, В. В. Панина, Е. В. Курасовой и др.). К фразеологическим калькам, представляющим собой недавние заимствования со значением лица, следует отнести такие устойчивые сочетания, как средний класс (middle class (англ.) - «совокупность социальных групп

материально обеспеченных людей» (АЛ: 457); говорящая голова (talking head) - «представитель государственных органов власти, уполномоченный «озвучивать» официальную точку зрения» (ССЖРПЖ: 37); теневой кабинет (англ. shadow cabinet) - «состав кабинета министров, намечаемый лидерами оппозиции» (ССЖРПЖ: 135); «название группы деятелей наиболее влиятельной оппозиционной партии, являющихся вероятными кандидатами на основные министерские посты в случае ее прихода к власти» (ССПТ: 431) тефлоновый политик (англ. teflon politician) - «о политике: сохраняющем политическое положение, несмотря на совершаемые им ошибки» (ССЖРПЖ: 135), девочка по вызову (англ. call-girl) - «проститутка, работающая в фирме, обеспечивающей клиентов сексуальными услугами по телефонному заказу» (АЛ: 229) и др.

Образование новых фразеологизмов из свободных сочетаний слов на русской почве в новейший период развития русского языка, как правило, происходит на основе метафорического, метонимического переноса, в результате фразеологизации перифраз.

Метафоризация свободных сочетаний слов является наиболее распространенным способом образования ФЕ. Ср.: «Самым существенным и решающим условием преобразования простого речения в идиоматическое было семантическое обогащение, называемое метафоризацией, сущность которого в расширении и обобщении значения в сторону образной типичности»9; «В основе механизма образования фразеологического значения

- метафоризация, наиболее последовательной тенденцией, которой при выборе денотатов метафорического сравнения является установка на снижение, негативную оценку, эпатаж, регулярную актуализацию иронической образности»10. В результате метафорического переосмысления свободного сочетания, как правило, возникают образные, экспрессивные, эмоционально-оценочные фразеологические единицы, характеризующиеся высокой степенью фразеологичности и идиоматичности.

Несмотря на то, что среди неофразем в русском языке конца ХХ - начала XXI вв. практические отсутствуют сочетания, возникшие в процессе метафоризации свободных сочетаний, тем не менее метафорический перенос является одним из ключевых способов становления и развития фразеологического значения ряда новых сочетаний слов. Ср., например: ночная

бабочка - «разг. Проститутка» (АЛ: 100; ЯГ (33); СЗА (11) (по мнению некоторых исследователей, данный оборот представляет собой фразеологическую кальку); богатенький бура-тино - «шутл. и ирон. О состоятельном, обычно быстро разбогатевшем человеке» (АЛ: 145) (оборот имеет прецедентный характер); /самое/ слабое звено - «о том, кто уступает другим по каким-либо качествам, признакам, оказывается хуже остальных», получивший широкое распространение благодаря развлекательной телепередаче «Слабое звено», название и популярность которой опосредованно оказались связанными с процессом развития фразеологического значения; сладкая парочка - «о неразлучных друзья, людях, предстающих на публике всегда вместе»; офисный планктон - «клерки, служащие»; оборотень в погонах - «предатель, изменник в силовых структурах государственной власти (армия, милиция)» и др.

Следует отметить, что в большинстве случаев образование новых фразеологических единиц с агентивным значением происходит в процессе метафорического переосмысления одного компонента сочетания. При этом агентивы-неофраземы демонстрируют развитие традиционных способов фразеологической деривации, что находит отражение в использовании в составе новых фразеологических единиц таких компонентов, за которыми традиционно закреплены устойчивые образно-переносные значения. Ср. в связи с этим достаточно объемную группу агентивов-неофразем с компонентом-колоративом черный: черные юристы - «публ., разг. О юристах, регулярно оказывающих юридическую помощь в осуществлении мошеннических сделок» (ТСНС: 361); черные археологи / черные копатели / черные следопыты - «люди, занимающиеся незаконными раскопками с целью обнаружения ценностей (в том числе военного времени) для их дальнейшей продажи»; черный дилер - «дилер, действующий противозаконными методами» (НРЛ-94: 361); черный пиарщик - «специалист, профессионально занимающийся формированием отрицательного общественного мнения о ком-, чем-л.»; черный риэлтор - «человек, занимающийся незаконными операциями с недвижимостью» и др. Как известно, «уникальность колорем состоит в том, что они могут инкорпорировать в свою денотативную структуру комплекс национальных знаний, выраженных в сравнениях, топонимах и антропонимах. Каждая этнолинг-

вокультура имеет свой колоремный прототип, который вербализован непроизводным базовым цветонаименованием, демонстрирующим способность к последующему наращиванию качеств в большей степени, чем другие аналогичные единицы, и к участию в процессах когнитивной метафоризации и языковой метонимии, которые результируются созданием новых квантов знаний с вербально эксплицирующими их языковыми единицами11. В представленных нами примерах прилагательное-колоратив черный вносит сему «негативной экспрессии», служит средством актуализации таких компонентов значения, как «незаконный / криминальный / нечестный», а также «плохой / вредный».

Как показал анализ, в составе агентивов-неофразем отмечаются лишь единичные сочетания с прилагательным-колоративом белый, передающим противоположные значения: белый предприниматель - «предприниматель, не связанный с мафией; предприниматель, действующий законными методами».

Продуктивным и динамичным способом образования агентивов-неофразем является ме-тонимизация, которая осуществляется на базе свободного сочетания слов. Образование новых фразеологических единиц на основе метонимии отражает некоторые специфические черты метонимического переноса в целом. Ср. мнение В. Н. Прохоровой относительно специфических различий метафоры и метонимии: «в отличие от метафор, которые часто имеют в своих лексических значениях коннотации экспрессивности/ эмоциональности, метонимические переносы значительно реже обладают этими свойствами. Метонимические образования выполняют прежде всего сигнификативные функции - служат для наименования понятий»12. В составе агентивов-неофразем, образованных в результате процесса метонимизации, выделяются такие устойчивые сочетания, как нефтяные генералы

- «директора предприятий нефтедобывающего комплекса, занявшие руководящие должности еще в советские времена» (ССЖРПЖ: 85), газовый магнат - «владелец крупного макета акций предприятий газодобывающей отрасли», лицо кавказской национальности - «представитель одной из наций или народностей Северного Кавказа или Закавказья, живущий временно или постоянно в каком-л. регионе России» (АЛ: 432) и др.

Особою группу составляют агентивы-нефораземы, в составе которых имеется прилагательное-колоратив, которое в дан-

ном случае имеет не переносно-образное, а констатирующе-квалификативное значение и служит для обозначения цвета предмета, выступающего в роли базового определителя метонимического переноса. Ср.: оранжевая коалиция - «политические силы, объединяющие несколько партийных блоков в Верховной Раде Украины: Блок Юлии Тимошенко, «Наша Украина» и Соцпартия»; белые братья -«представители тоталитарной религиозной секты, проповедующей второе пришествие Xриста, «конец света», после которого спасутся лишь члены этой секты (отличительные признаки - белые балдахоны)» (АЛ: 118; НРЛ-93: 39); оранжевые береты - «сотрудники Министерства чрезвычайных ситуаций России» (СПРЯ: 18); голубые каски - «вооруженные силы ООН по поддержанию мира» (СПРЯ: 104); малиновый пиджак - «насмешл.

О новом русском» (АЛ: 558) и др.

Не менее продуктивным способом образования новых устойчивых сочетаний со значением лица является фразеологизация перифраз. В процессе образования агентивов фразеоло-гизированные перифрастические сочетания не только выступают в качестве аналитических сочетаний, используемых для обозначения лиц (в большинстве случаев конкретных лиц

- см. примеры, представленные выше), но и приобретают дополнительные эмоционально-экспрессивно-оценочные оттенки значения. Ср., например, агентив-неофразему мальчики в розовых штанишках - «первоначально о команде Е. Гайдара; в настоящее время в уничижительном смысле для определения любых либеральных экономистов» (ССЖРПЖ: 75), который используется в медиа-публицистических контекстах с негативно-ироническим оттенком значения: Собственно, надо объяснить, почему знатоки вопроса вчера так всполошились. Борис Ельцин, когда только стал президентом, повстречался с мальчиками. Но только не с чикагскими, а с гарвардскими. И всем известно, чем это закончилось. Потом еще были какие-то шаловливые русские мальчики в розовых штанишках, которые все норовили исправить карту звездного неба российской экономики. Не надо их путать с салтыково-щедринскими русскими мальчиками без штанов, поскольку это как раз те, кого оставили без порток розовоштанные звездочеты (Не-завис. газ. 2000. 22 апр.); В ряду питерцев

- Грефа, Коха, Чубайса, оказавшихся волею президента на ключевых государственных должностях, появился теперь некто Миллер.

Биография нового распорядителя компанией, дающей 20 процентов доходов национального бюджета и позволяющей гарантировать государственное единство России, до боли похожа на жизненный путь всех предыдущих «мальчиков в розовых штанишках», как их называл на заре реформ небезызвестный Руслан Хасбулатов. (Наш континент. 2001. 04 июня); Считается, что особое падение любовного начала (изяществаради назовем это так) случилось в ельцинскую эпоху, когда выражения «эта страна» и «валить надо» стали общеупотребительными, производство остановилось, уцелевшие российские компании принялись переименовываться на максимально нерусский манер, власть вроде бы захватили мальчики в розовых штанишках и гарвардских галстуках, страна вроде бы превратилась в слабосуверенный сырьевой придаток первого мира, прошлое оказалось стыдным, настоящее - невыносимым, а будущее - пугающим. (Коммерсантъ-Власть. 2008. 05 мая.) и др.

Как показал проведенный анализ, агентивы-неофразеосемемы в отличие от агентивных фразем, образованных путем заимствования или в результате развития переноснометафорического, метонимического значения, менее распространены в русском языке конца ХХ - начала XXI вв. Фразеосемантические инновации представляют собой фразеологизмы, в семантической структуре которых появился новый лексико-семантический вариант. Среди новых фразеологических агентивов нами отмечены единичные примеры, демонстрирующие инновации подобного рода. При этом, как правило, возникновение нового агентивного значения происходит на базе бытовавших ранее фразеосочетаний со значением лица за счет расширения его значения. Так, например, фразеологический оборот живой товар в словарях советского периода имеет значение «о людях, которыми торгуют в эксплуататорском обществе (о рабах, крепостных, проститутках)» (МАС 1: 482). В настоящее время происходит расширение значения фразеологического оборота, что отражает, в частности, следующее толкование ФЕ: «о людях, являющихся объектом купли и продажи при незаконных преступных сделках» (ФСТ 1: 385). Ср. соответствующие контексты: Когда несколько лет назад в прессу впервые просочилась информация о продаже российских детишек за границу, это было шоком. Потом подобные истории заполонили страницы газет и телеэфиры. И мы перестали обращать внимание на

страшные факты, а некоторые даже стали оправдывать торговцев «живым товаром»: мол, там, на сытом Западе, детям алкоголиков будет много лучше (Комсом. правда. 2001. 22 февр.); «Живой товар» торговцы, как правило, искали среди спившихся, но еще крепких жителей области, способных к физическому труду. В основном их заманивали выгодными предложениями поработать с выездом в область (Независ. газ. 2007. 08 июня); Шенгенские визы для живого товара получали через турфирмы. Невольниц отправляли в притоны Израиля, Италии, Германии, Греции, Голландии и Арабских Эмиратов (Независ. газ. 2008. 17 окт.). Расширяется также значение устойчивого сочетания «железная леди», которое в настоящее время в ряде контекстов используется не в качестве персонифицированного наименования по отношению к М. Тэтчер, а либо обозначает женщину, имеющую твердый мужской характер, практикующую жесткий стиль руководства и поведения, либо во многих случаях служит для именования различных женщин-политиков, обладающих данными качествами. Ср. контексты: Да, железным леди, на скаку останавливающим коней, делающих ракеты и перекрывающим Енисей наравне с сильным полом (хотя кто сильнее, еще вопрос), - почет и слава за трудовые подвиги. Но грудь женщины предназначена природой не для медалей и орденов - «она дана, чтобы кормить ребенка». И феминизм далеко не синоним слова «счастье» (Независ. газ. 2007. 15 февр.); Только сами украинские эксперты не очень-то верят в это «дружелюбие», прогнозируя «холодную войну» с Россией. Необходимо также учесть, что для достижения своих целей «железная леди» проявит нечеловеческую работоспособность, несгибаемость и твердость, чего уже давно не хватает многим украинским мужчинам-политикам. (Трибуна.

2007. 05 окт.) и др.

Таким образом, проведенное исследование новых фразеологических агентивов позволило обозначить состав и границы значимого для современного русского языка языкового фрагмента, определить структурно-семантические особенности выявленных устойчивых сочетаний. Помимо этого, анализ агентивов-неофразем в русском языке конца ХХ - начала XXI вв. предоставил возможность, с одной стороны, выявить традиционные черты процесса становления и развития фразеологического фонда в русле общих тенденций производства фразеологизмов (образование ФЕ

путем заимствования или на базе свободных словосочетаний в результате процессов мета-форизации и метонимизации по устойчивым моделям фразеологической деривации), а с другой стороны, обнаружить специфику образования неофразем на современном этапе развития русского языка (увеличение объема ФЕ за счет фразеологизированных, терминологизированных аналитических сочетаний, пополнение состава тематических сфер «Политика», «Экономика», «Криминал и др.).

Словари

АЛ - Толковый словарь русского языка начала XXI века. Актуальная лексика / под ред. Г Н. Скляревской. М. : Эксмо, 2007. 1136 с.

БСЖ - Мокиенко, В. М. Большой словарь русского жаргона / В. М. Мокиенко, Т. Г. Никитина. СПб. : Норинт, 2000.

МАС - Словарь русского языка : в 4 т. / под ред. А. П. Евгеньевой. М. : Рус. яз., 1981-1984. Т. 1-4.

НРЛ-93 - Новое в русской лексике. Словарные материалы-93. СПб. : Дмитрий Буланин,

2008. 448 с.

НРЛ-94 - Новое в русской лексике. Словарные материалы-94. СПб. : Дмитрий Буланин, 2006. 400 с.

СЗА - Словарь : Заимствования в русском субстандарте. Англицизмы. М. : ООО «ИТИ ТЕХНОЛОГИИ», 2004. 416 с.

СРПЯ - Словарь русского публичного языка конца XX века // Власть. № 24 (23.06.2003).

ССЖРПЖ - Моченов, А. В. Словарь современного жаргона российских политиков и журналистов. М. : ОЛМА-ПРЕСС, 2003.

ССПТ - Словарь современных понятий и терминов / под общ. ред. В. А. Макаренко. М., 2002. 527 с.

ТСНС - Катлинская, Л. П. Толковый словарь новых слов и значений русского языка. М.

: АСТ : Астрель, 2008.

ФСТ - Фразеологический словарь современного русского языка : в 2 т. / сост. А. В. Королькова, А. Г. Ломов, А. Н. Тихонов ; под ред. А. Н. Тихонова. М. : Флинта ; Наука, 2004.

ЯГ - Солганик, Г. Я. Толковый словарь. Язык газеты, радио, телевидения / Г. Я. Солга-ник. М. : АСТ: Астрель, 2008. 749 с.

Примечания

1 Бахвалова, Т. В. Характеристика интеллектуальных способностей человека лексическими

и фразеологическими средствами языка (на материале орловских говоров). Орел, 1993. С. 6.

2 Попова, Т. В. Неология и неография современного русского языка : учеб. пособие / Т. В. Попова, Л. В. Рацибурская, Д. В. Гугунава. М. : Флинта : Наука, 2005.

3 Добрыднева, Е. А. Фразеологические новообразования в современном русском литературном языке: дис. ... канд. филол. наук. М., 1993.С. 25.

4 Куклина, И. Н. Явления фразеологизации и дефразеологизации в языке современной прессы : дис. ... канд. филол. наук. М., 2006. С. 25.

5 Карева, О. М. Лексико-семантические изменения в наименованиях лиц социальнополитической сферы русского языка конца XX в.: дис. ... канд. филол. наук. СПб., 2003. С. 5.

6 Котелова, Н. З. Первый опыт лексикографического описания русских неологизмов // Новые слова и словари новых слов. Л.: Наука, 1978. С. 11.

7 Подробнее о неологизмах группы «nomina professionalia» и тенденциях ее развития в современном русском языке см. работы: Григо-ренко, О. В. : 1) Основные тенденции развития группы Nomina professionalia в современном русском языке // Современная языковая ситуация и совершенствование подготовки учителей словесников : материалы V Всерос. науч.-метод. конф. Воронеж, 2004. С. 24-26; 2) Современные наименования лиц по роду занятий // Рус. яз. в шк. 2005. № 4. С. 76-79.

8 Марьянчик, В. А. Аксиологическая функция неологизмов медиаполитического дискурса : на материале газетных публикаций начала XXI века : дис. . канд. филол. наук. Архангельск, 2006. С. 128.

9 Ларин Б. А. Очерки по фразеологии (о систематизации и методах исследования фразеологических материалов) // История русского языка и общее языкознание. М., 1977. С. 134.

10 Куклина, И. Н. Явления фразеологизации и дефразеологизации в языке современной прессы: дис. ... канд. филол. наук. М., 2006. С. 75.

11 Привалова, И. В. Языковое сознание: этнокультурная маркированность: теоретико-

экспериментальное исследование: автореф. дис. ... д-ра. филол. наук. М., 2006. С. 24.

12 Прохорова, В. Н. Лексико-семантическое образование русской терминологии : дис. . д-ра. филол. наук. М., 1984. С. 239.