Что остается

Слова Габриэль Шанель о том, что мода выходит из моды, а стиль остается, кажется, цитировались уже сотни тысяч раз. Великая мадемуазель все-таки имела в виду некое чувство, присущее человеку, который умеет этот стиль ощущать на физиологическом уровне. А потом уже на ментальном. Ведь что такое стиль, объяснить, пожалуй, невозможно. Хотя Филипп Старк такие попытки делал. Но в конце концов сдался: "Я всегда говорил, что единственно приемлемый стиль — это свобода".

Вот, например, загадка — как финский дизайн сумел стать таким, каким он стал? Откуда эта благородная простота форм и чистота линий? Эта функциональность, доведенная дизайном до совершенства? Откуда такой необыкновенный креатив в этой стране лесов и озер? Вроде как с Италией все понятно — там солнце, море, небо и сокровища искусства, сохраненные для всего человечества. А в северных странах что вдохновляет дизайнеров? Разве что северное сияние. Возможно, дизайнеру и не нужно никакого вдохновения. Может, сила здесь — в идее, особом видении и рационалистическом складе ума. Как сказал один из профессионалов, "дизайн не столько профессия, сколько отношение к жизни".

Но вот что, на мой взгляд, странно: скандинавский дизайн — это некая вещь в себе, совершенно обособленная и самобытная. Опровергающая, например, постулат испанца Дидье Гомеза: "Для дизайнера нет ничего опаснее, чем существовать в вакууме одной культуры. Творческий человек должен быть открытым для любых влияний". Звучит категорично, пожалуй. Одиночки и затворники тоже немало сделали для мира. И все-таки прав итальянец Алессандро Мендини: "Успешный дизайн означает нечто большее, чем создание модных образов и выбор правильного бренда". Это и к вопросу о стиле.