Временные трудности

Нормальных сотрудников от вредителей отделяет одна «мертвая линия». Когда страх дедлайна парализует силы и волю, сдать работу в срок невозможно. Некоторые работодатели берутся лечить «дедлайнеров».

Прорыв за мертвую линию
В редакции одного федерального издания работал сотрудник, которого за глаза называли «мистер Молния». Абсолютное большинство статей он сдавал в тот момент, когда газета уже должна была отправляться в типографию. Никакие штрафы не помогали, но руководство долгое время мирилось с нарушителем – он писал хорошие тексты. Наконец после очередного вопиющего срыва дедлайна главный редактор не выдержал и уволил сотрудника.

Слово «дедлайн» (deadline, или «мертвая линия») прочно утвердилось в деловой среде, и у него нет приемлемого эквивалента в русском языке. Соблюдение сроков давно стало приоритетом современного бизнеса: срыв дедлайнов приводит к реальным финансовым потерям. «Это универсальная проблема,– говорит директор по маркетингу компании „Роллтон” Александр Соколоверов.– Несоблюдение сроков привносит в работу компании элемент хаоса, в результате падает производительность труда». Иногда соблюдение дедлайна важнее, чем качество. «В производстве компьютерных программ есть такой термин – good enough software, „достаточно хороший продукт”,– говорит президент компании „Никита” Никита Скрипкин.– Иначе говоря, от разработчиков иногда требуют: „Сдайте проект в срок, а качество доработаем потом”».

Практически в каждой организации есть свой «мистер Молния» или «мадам Дедлайн», а иногда и целые «отделы быстрого реагирования», которые тормозят работу компании. Как признается генеральный директор ТНТ Роман Петренко, на телеканалах 50% проектов не сдается вовремя, и во многом из-за человеческого фактора. А руководитель крупной технологической фирмы заявил, что ИТ-бизнес вообще славится принципиальным невыполнением сроков.

«Дедлайнеров», то есть сотрудников, которые не укладываются в необходимые сроки, считают вредителями. Их увольняют, а на их место часто приходят такие же. Но проблема несоблюдения дедлайнов намного глубже, а ее решение сложнее, чем кажется на первый взгляд.

Жертвы самооценки
Наступления Нового года работники типографий ожидают со страхом и трепетом. Накануне праздника они работают в три смены, штампуя тиражи корпоративных календарей. Заказчики, спохватившиеся в последний момент, предлагают тройную цену, лишь бы типографии нашли «окно» в своем графике. «Компании обещают начать готовить календари в феврале, а печатать в июле,– говорит сотрудник одного из издательств.– Но каждый год история повторяется».

Нарушителей дедлайнов можно разделить на несколько категорий. Самая большая группа – обычные разгильдяи. По оценкам научного руководителя лаборатории «Гуманитарные технологии» Александра Шмелева, в 70% случаев нарушение дедлайна – следствие банальной неорганизованности людей, которые не умеют планировать свою работу. «Такой работник искренне верит, что выполнит все в срок,– говорит директор по персоналу банка „Дельтакредит” Маргарита Денисенко, – но его уверенность основана исключительно на интуиции, а не на расчете». Как правило, в этих случаях помогают традиционные методы тайм-менеджмента – использование контрольных точек, выделение приоритетов и др. Разгильдяев хорошо подстегивает и отрицательная мотивация – по словам Александра Шмелева, введение ощутимого штрафа резко снижает число опаздывающих.

Однако есть и другой тип – хронические дедлайнеры. Словно самоубийцы, они снова и снова переходят «мертвую линию», и их не могут остановить никакие штрафы. Американский психолог Стивен Берглас считает, что корень зла во внутренних психологических конфликтах таких людей, в проблемах с самооценкой. Например, некоторые люди с низкой самооценкой боятся потерять лицо, плохо сделав работу, поэтому бесконечно откладывают ее. Либо, наоборот, в поисках признания хватаются за любое поручение, не рассчитав свои силы. Берглас выделил целых три вида хронических дедлайнеров: «копуши», «угодники» и «перфекционисты».

Исправить хронических нарушителей гораздо сложнее, чем обычных разгильдяев, и чаще всего от них просто избавляются. «Людей, которые систематически нарушают сроки, я увольняю,– говорит генеральный директор компании „Дымшиц и партнеры” Михаил Дымшиц.– Почему решение их психологических проблем должно быть заботой работодателя?» Но поиск замены – это как минимум равноценное зло. «У меня ни разу не было ситуации, чтобы я мог сразу взять на место уволенного сотрудника нового,– говорит управляющий партнер директ-маркетингового агентства Connections Александр Гайкалов.– Выгоднее придумать способ ликвидировать изъян сотрудника, а не рубить сплеча». Как считает бизнес-консультант Тимофей Нестик, хроническое затягивание сроков можно излечить. «Только для этого нужно поработать не над навыками тайм-менеджмента, а над самооценкой и мотивацией персонала»,– поясняет Нестик. Поэтому если нарушитель ценен для компании, то ей придется внимательнее присмотреться к выводам доктора Бергласа.

Расшевелить «копушу»
Сотрудник корпоративного издания Александр Моисеев странно реагирует на приближение дедлайна. «Я постоянно сам нарываюсь на штраф,– говорит он.– Потому что накануне сдачи текста могу сорваться в поход по магазинам, а вместо работы смотреть фильмы один за другим».

Александра можно назвать «тянульщиком» или «копушей» – это самый распространенный тип дедлайнеров. Как утверждает Александр Шмелев, этот феномен хорошо изучен психологами. Неуверенные в себе люди неадекватно реагируют на дедлайн – по мере его приближения они парадоксальным образом стараются его сорвать. «Страх перед возможными неприятностями парализует такого человека,– объясняет Шмелев.– Чем страшнее последствия, тем больше он тянет время и занимается на рабочем месте всякой ерундой».

«Копуши» – наиболее «тяжелый» тип, бороться с ними сложнее всего. В лучшем случае их отстраняют от важных проектов. Например, один из клиентов компании «Дымшиц и партнеры» никак не мог утвердить готовый проект, в результате срок сдачи работы затягивался по его вине. Поэтому когда заказчик обратился в агентство снова, консультанты выставили условие: если интересы клиента будет представлять тот же медлительный менеджер, стоимость услуги повысится на $20 тыс. Заказчик снял нерешительного сотрудника с проекта.

Похожим образом поступили и в банке «Дельтакредит». Один из менеджеров, который отвечал за стратегически важные проекты, периодически срывал сроки, перекладывая ответственность на подчиненных. Компания отправила сотрудника на тренинг по тайм-менеджменту, но страх перед дедлайном не исчез. В итоге менеджера перевели в отдел, работа которого меньше зависит от дедлайнов.

Но бывает, что переместить такого сотрудника некуда. Тогда можно попробовать убедить его, что провал задания – это еще не конец света. «Я говорю таким людям: ты сдай проект вовремя, а если не получится, то отвечать буду я»,– поясняет гендиректор компании «Мэйнстрим» Денис Лунев. Другой вариант – лишить сотрудника источника страха, сказав ему, что дедлайна как такового вообще нет. «Можно представить работу как бессрочную, но тщательно контролировать ее выполнение,– говорит Денис Лунев.– Это позволит избежать страха перед дамокловым мечом дедлайна».

Изолировать «угодника»
Компания «Московские окна» столкнулась с удивительной самоотверженностью нового руководителя ИТ-направления – он берется выполнить самые трудные поручения в кратчайшие сроки. «На вопрос „Когда вы сможете это сделать?” он всегда отвечает: „Через полчаса”,– рассказывает генеральный директор компании Роман Лукьянчиков.– Но в действительности выполняет через две недели, а то и через месяц».

«Проблема в том, что мою личную просьбу он может выполнить за полчаса, но к нему обращаются все подразделения,– продолжает Роман Лукьянчиков.– А он никому не отказывает». В результате год близится к концу, а большинство важных программ до сих пор не разработаны.

Как считает Александр Шмелев, в этом случае проблемой сотрудника является «полевое поведение». «Ему кажется, что происходящее в текущий момент важнее всего остального,– поясняет Шмелев.– Но, увлекаясь одной задачей, человек забывает о сотне данных ранее обещаний». Как правило, у такого сотрудника низкая самооценка, и он хочет ее поднять, заслужив похвалу других людей. Берглас называет таких персонажей «угодниками».

«Угодники» постоянно отвлекаются на чужие просьбы, но их можно заставить соблюдать дедлайны, контролируя их окружение. Так, генеральный директор компании «Камис приправы» Сергей Максюта неожиданно обнаружил, что отвлекающим фактором является он сам. Одна из сотрудниц отдела логистики постоянно запаздывала со сдачей документов. Оказалось, что по собственной инициативе она брала на себя много чужой работы, в том числе заполняла некоторые документы за гендиректора. «Мои собственные недоработки стали причиной срыва сроков со стороны сотрудницы,– говорит Сергей Максюта.– Теперь свою работу я делаю сам».

Более радикальный вариант – изменить окружающую обстановку. Например, в «Московских окнах» отобрали телефон у руководителя отдела ИТ, чтобы он не тратил время на сторонние консультации, а также изъяли компьютер, чтобы менеджер сам не занимался программированием.

Остановить перфекциониста
Гениальный художник Леонардо да Винчи был одновременно и великим нарушителем дедлайнов. Каждую картину он пытался довести до совершенства и редко укладывался в отведенные ему сроки. Однажды ему даже пришлось спасаться бегством от заказчиков.

На первый взгляд перфекционисты, которые пытаются сделать продукт совершенным, полезны бизнесу. Однако, как указывает Роман Петренко, у тяги к совершенству есть отрицательная сторона: стремясь отшлифовать детали, сотрудник нарушает все мыслимые сроки.

Сам Петренко в свое время доверил создание нового телешоу одному продюсеру. Поначалу казалось, что проект прост. Однако продюсер, пытаясь добиться высочайшего уровня исполнения, увольнял режиссеров, которые не могли правильно снять все эпизоды, сменил слабого, по его мнению, ведущего шоу. «Сроки сдачи проекта сдвигались несколько раз, но он не мог в них уложиться и постоянно просил увеличить бюджет»,– говорит Роман Петренко. В результате компания, потратив $500 тыс., отказалась от телешоу – дальнейшее развитие проекта грозило еще большими расходами.

Несмотря на печальный финал, Роман Петренко не прекратил сотрудничество с продюсером-дедлайнером. Перфекционизм вылечить до конца невозможно, но с ним можно бороться. Например, вмешиваясь в работу сотрудника и контролируя ее. «Нельзя оставлять перфекциониста наедине с самим собой,– говорит Петренко.– Нужно работать на опережение и вовремя останавливать его». Принять не совсем готовый с точки зрения самого сотрудника проект лучше, чем сорвать дедлайн. «Например, сценаристы часто говорят, будто сценарий абсолютно не готов,– говорит Роман Петренко.– Но я требую: „Сдавай все, что есть”. Часто этого оказывается вполне достаточно».

Перфекционист срывает сроки в том числе из-за нехватки внешних ориентиров – он соревнуется сам с собой, не обращая внимания на время. Если заставить его соперничать с кем-то другим, ситуацию можно исправить. «Объявить, скажем, конкурс на лучшее соблюдение сроков,– предлагает Тимофей Нестик.– Здоровая конкуренция поможет исправить перфекциониста». Так что увольнять дедлайнеров стоит только в совсем уж неизлечимых случаях. Но, возможно, неизлечимость – это не диагноз, а просто незнание методов лечения.

«Отправьте их к психологу или увольте»
Американский психолог и консультант Стивен Берглас считает, что за срывами дедлайнов стоят более серьезные вещи, чем лень и разгильдяйство.

«Секрет фирмы»: Как распознать тип хронического нарушителя?
Стивен Берглас: Внимательно вслушивайтесь в оправдания, которые сотрудники дают своим опозданиям. Например, «копуше» выполнить работу в срок постоянно мешают неожиданные обстоятельства. Он будет говорить вам, что у него украли компьютер, пока он ходил пить кофе. На самом деле человек изначально настроился на неудачу и, скорее всего, оставил свой компьютер без присмотра. Помните, что собака никогда не съест важный документ, если только сам человек не положит его ей в тарелку. Если вы говорите: «Хватит шлифовать детали, сдавай как есть», а сотрудник отвечает: «Эй, менеджер, я хочу просто сделать для тебя хорошую работу!» – значит, перед вами перфекционист. А «угодник» на вопрос о причине срыва ответит: «Я хороший парень, я помогал моим товарищам, не злитесь на меня». Главный критерий – повторяемость мотивировок. Такие люди многократно приводят одни и те же оправдания.

СФ: Поможет ли им тренинг по тайм-менеджменту?
СБ: Тайм-менеджмент абсолютно бесполезен в этой ситуации, если только, конечно, вы не хотите просто потратить деньги. Это самое настоящее жульничество.

СФ: Почему?
СБ: Тайм-менеджмент – это организационная помощь, которая научит сотрудника составлять расписание или содержать рабочий стол в порядке. Если, скажем, человек забывает покормить свою собаку или полить цветы, отправьте его на тренинг по управлению временем. А затягивание сроков и срыв дедлайна – это способ разрешения застарелых конфликтов человека с родителями, которые требовали от него сверхрезультатов или, наоборот, баловали. Такой конфликт переходит в скрытую форму, а потом неожиданно выплескивается на менеджера. Тайм-менеджмент здесь не поможет.

СФ: В чем главная опасность таких конфликтов?
СБ: В том, что их легко принять за что-то другое – например, за неорганизованность сотрудника или стечение обстоятельств. Но, как говорил Фрейд, случайностей не бывает: человек, который оставляет визитку любовницы на своем бюро, хочет, чтобы ее увидела жена. Если сотрудник «случайно» начинает смотреть баскетбольный матч и забывает о работе, значит, он действительно хотел забыть о ней.

СФ: Что же делать с нарушителями дедлайна?
СБ: Отправьте их к психологу или увольте.