Методологические аспекты изучения созависимости

Л. В. Мазурова

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИЗУЧЕНИЯ СОЗАВИСИМОСТИ

Исследование поддержано грантом РГНФ № 08-06-00284а.

Обсуждаются методологические подходы при исследовании созависимости в аспекте нарушения здоровья и личностного развития у женщин.

Ключевые слова: системный подход; биопсихосоционоэтическая модель; алкогольная семья; созависимость.

На современном этапе развития медицинской психологии актуальной проблемой следует признать изучение социально-психологических факторов, способствующих проявлению созависимости.

Исследователи отмечают, что нарушения психического здоровья выявляются не только у лиц, склонных к алкоголизации, но и у членов их семьи, в частности у партнеров по браку. Зависимая от психоактивных веществ личность неизбежно формирует вокруг себя комплекс патологических, неадекватных, болезненных отношений, приводящих к различным отклонениям у семейного окружения. Проявления нарушений на семейном (социально-психологическом) уровне определяются термином «алкогольная семья», на личностном - «созависисмость» [1]. Этот феномен определяется как состояние, развивающееся у супругов больных алкогольной зависимостью в результате длительной подверженности стрессу и сконцентрированности на проблемах мужа, вплоть до самоотречения и игнорирования обязанностей по отношению к детям [2].

Нам представляется, что современные исследования, базирующиеся на биопсихосоционоэтическом подходе, позволяют рассмотреть роль биологических, психологических, социокультуральных и личностных факторов, участвующих в генезе психических нарушений в их интегративной целостности, установить их сложные взаимосвязи [3]. Поэтому изучение феномена созависимости приобретает системный характер. В настоящем сообщении акцентируется роль социально-психологического и личностного аспектов взаимодействия.

Вклад социального (семейного) уровня формирования созависимости отмечается многими исследователями с середины ХХ столетия. Согласно одной из концепций психогенеза алкоголизма данное расстройство понимается как результат дополняющего взаимодействия между членами семьи, которое сохраняет семейный гомеостаз [4]. Отмечается, что семейный фактор, обусловленный условиями родительского воспитания, а также характером взаимоотношений супругов, оказывает большое влияние на формирование и поддержание патологического влечения к алкоголю на психологическом уровне [5-8]. Нам представляется, что в качестве личностного феномена может рассматриваться адаптивно-защитная система человека, т. е. его осознаваемые либо неосознаваемые способы взаимодействия с реальностью [9].

Следуя психоаналитической традиции, содержанием психологической защиты является система адаптивно ориентированных неосознаваемых психических процессов, направленных на минимизацию внутреннего дискомфорта и тревоги, а также на сохранение целостности «Я» и повышение самооценки [10-13]. С раз-

витием психоанализа появляются новые ракурсы в рассмотрении психологических защит. Э. Фромм понимает под защитами механизмы бегства, которые связаны с отказом от индивидуальности и человеческого Я [14]. Рассматривая личность в контексте социума, ученый отмечает, что психологическая защита смягчает невыносимую тревогу, делает жизнь терпимой в «невротическом» обществе.

К. Хорни употребляет термин «защитные стратегии» (невротические тенденции). Это такие защиты, которые необходимы человеку для того, чтобы справиться с чувствами недостаточной безопасности, беспомощности и враждебности, присущими базальной тревоге [15]. Если же рассматривать изучение психологической защиты в нашей стране, то В.И. Журбин отмечает как проблему то, что в определениях отечественных авторов психологическая защита всегда является частью каких-либо других психических феноменов: деятельности, установки, отношений личности, компенсации и др. [16]. В.М. Банщиков полагает, что это частные случаи отношения личности больного к травматической ситуации или поразившей его болезни; И.В. Тонконогий - что это способы переработки информации в мозге, блокирующие угрожающую информацию. Действительно обнаруживается некоторая узость понимания защиты.

Однако другие авторы рассматривают ее как самостоятельное и целостное понятие. Например, Ф. В. Бас-син считает, что психологическая защита - это механизм, направленный на предотвращение расстройств поведения и физиологических процессов [17]. В.А. Ташлыков определяет защиту как механизм адаптивной перестройки восприятия и оценки, выступающей в случаях, когда личность не может адекватно оценить чувство беспокойства, вызванное внутренним или внешним конфликтом, и не может справиться со стрессом [18]. А.А. Налчаджян дает следующее определение защитных механизмов: «это схемы психических действий, которые приводят к той или иной степени и форме адаптированности личности, разрешения фрустрирующей ситуации» [19]. Р.М. Грановская и И.М. Никольская утверждают, что предметом психологической защиты оказывается целостность Модели Мира (субъективный мир, включающий в себя мотивы, смыслы, сценарий, Я-образ и Я-концепцию). «Ее (Модели мира) мобильность, доступность реконструкции... определяет творческие возможности человека. Если защита позволяет лишить значимости и обезвредить то, что стало травмировать человека, то разные формы преодоления и регулирования защиты облегчают включение в Модель Мира новых, адекватных ситуаций, т. е. включают подстройку ее воздействия на поведение» [20].

Е.С. Романова и Л.Р. Гребенников (1990) относят себя к сторонникам взгляда на психологическую защиту как способ адаптации. Авторы различают патологическую психологическую защиту (неадекватные формы адаптации) и нормальную профилактическую, постоянно присутствующую в нашей жизни,

Н. Мак-Вильямс (2004) полагает, что у каждого защитного механизма можно обнаружить как адаптивное, так и дезадаптивное действие. Ф.В. Бассин (1969) отмечает «...механизм психологической защиты является нормальным, постоянно применяемым психологическим способом. Он играет роль при сопротивлении болезни и предотвращает дезорганизацию психической деятельности» [17].

Б.В. Зейгарник (1998) также выделяет деструктивные и конструктивные защиты. Деструктивным защитам присуща неосознанность (негативизм, аутизм, невротические симптомы, психосоматические расстройства), а конструктивные подразумевают осознание и регуляцию [22].

К стратегии совладания (копинг-стратегиям) относится система адаптивно ориентированных осознаваемых психических процессов, направленных на активное разрешение проблемной ситуации [23].

Рассматривая внутрисистемные взаимодействия между уровнями комплекса, включающего психологическую защиту и стратегии совладания, можно определить эффективность каждого в аспекте следования логике самоорганизации. Мы полагаем, что уровни за-щитно-совладающих стилей как составляющих адаптивной системы у здоровых людей являются более эффективным по сравнению с пациентами с проявлениями семейной созависимости. В основе формирования деструктивных поведенческих реакций и стереотипов семейных взаимоотношений

личности и среды. Главное в процессах, описываемых как «копинг», - именно совладание, адаптация, разрешение стрессорной ситуации, а не избегание ее [21].

Дискуссии по проблеме соотношения копинг-поведения и психологической защиты продолжаются до настоящего времени. Разграничение механизмов защиты и совладания представляет собой значительную и методическую и теоретическую трудность. Защита считается внутриличностным процессом, а сов-ладание рассматривается как взаимодействие с окружающей средой. Однако до сих пор отсутствует единая точка зрения на место и роль психологической защиты в структуре личности.

Существуют концептуальные подходы, которые признаются большинством авторов:

1. В основе психологической защиты обнаруживает себя тревога и эмоциональная напряженность, связанные с интрапсихическим конфликтом в движущих силах поведения, а каждый способ является специфическим реагированием на нее и направлен на снижение (редукцию) тревоги в интересах успешной адаптации и сохранения здоровья.

2. Способы психологической защиты являются нормальным филогенетически выработанным реагированием на информационный фактор, но в онтогенезе может иметь место нерациональность (неадекватность, неэффективность) их применения, что является важным фактором риска в развитии патологии. Изучение и коррекция способов психологической защиты (СПЗ) у конкретной личности может оказать помощь в профилактике и лечении заболеваний.

3. Психологическая защита и копинг-поведение должны не разделяться, а рассматриваться как единый процесс: СПЗ - в интересах интрапсихической адаптации, копинг-поведение - в интересах аллопсихической адаптации.

Нам представляется, что эффективность адаптивной системы, включая психологическую защиту и стратегии совладания, во многом определяет успешность жизнедеятельности и сохранение психического здоровья [9].

При создании модели защитно-совладающего комплекса и выделении алгоритмов психологической защиты и стратегий совладания в качестве факторов, содержащих специфическую функциональную направленность, мы исходили из предположения о том, что его эффективность обусловлена системным взаимодействием всех уровней, проявляющихся в аспекте взаимодополнения. Кроме того, эффективность определяется ведущей ролью конструктивных стратегий совла-дания и соподчиненной - психологической защиты.

Таким образом, изучение защитно-адаптивного комплекса при созависимости в качестве системообразующей характеристики личности позволяет выявить роль психологической защиты и стратегий совладания как факторов, обусловливающих нарушения психического здоровья и личностного развития.

ЛИТЕРАТУРА

1. Москаленко В.Д. Созависимость - новая болезнь? // Журнал невропатологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 1994. Т. 94, N° 6. С. 95-98.

2. Максимова Н.Ю., Милютина Е.Л. Курс лекций по детской патопсихологии: Учеб. пособие. Ростов н/Д: Феникс, 2000. 572 с.

3. Залевский Г.В. К проблеме предмета и рамочных моделей современной клинической психологии // Сибирский психологический журнал.

2006. Вып. 23. С. 6-13.

4. Эйдемиллер Э.Г., Юстицкий В.В. Семейная психотерапия. Л., 1990. 192 с.

5. Иванец Н.Н., ВалентикЮ.В. Алкоголизм. М.: Наука, 1988. С. 54-59.

6. Личко Е.А. Подростковая психиатрия. Л., 1985. 216 с.

7. Завьялов В.Ю. Мотивация потребления алкоголя у больных алкоголизмом и здоровых // Психологический журнал. 1986. Т. 7, № 5.

С. 102-111.

8. Короленко Ц.П., Дмитреева Н.В. Психосоциальная аддиктология. Новосибирск: Олсиб, 2001. 251 с.

9. СтояноваИ.Я. Пралогические образования в норме и патологии: Автореф. дис. ... д-ра психол. наук. Томск, 2007. 43 с.

10. Фрейд А. Психология «Я» и защитные механизмы. СПб., 1998.

11. Фрейд З. Психология бессознательного. М., 1990.

12. СоколоваЕ.Т. Самосознание и самооценка при аномалиях личности. М., 1989. 215 с.

13. КарвасарскийБ.Д. Неврозы. М., 1990. 576 с.

14. Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. M.: АСТ-ЛТД, 1998. 672 с.

15. Хорни К. Невроз и развитие личности. M.: Смысл, 1998. 375 с.

16. Журбин В.И. Понятие психологической защиты в концепциях З. Фрейда и К. Роджерса // Вопросы психологии. 1990. № 4. С. 14-22.

17. Бассин Ф.В., Бурлакова М.К., Волков В.Н. Проблема психологической защиты // Психическая и психофизиологическая адаптация человека. Л.: Наука, 1988. 260 с.

18. Ташлыков В.А. Психологическая защита у больных неврозами и психосоматическими расстройствами: Пособ. для врачей. СПб., 1992.

19. Налчаджян А.А. Психологические защитные механизмы // Самосознание и защитные механизмы личности / Под ред. Д.Я. Райгородского.

Самара: БАХРАХ-М, 2000. С. 395-481.

20. Грановская Р.М., Никольская И.М. Защита личности: психологические механизмы. СПб.: Знание, 1998. 472 с.

21. Лапин И.П. Зачем «копинг», когда есть «совладание»? // Социальная и клиническая психиатрия. 1999. № 2. С. 57-59.

22. ЗейгарникБ.В. Патопсихология. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1986. 288 с.

23. Lazarus R.S., Folkman S. Stress, appraisal and Coping. N.Y., 1984. 218 p.

Статья представлена научной редакцией «Психология и педагогика» 8 сентября 2009 г.