Гадание на кадрах

В начале осени стартует предвыборная гонка кандидатов на пост президента РАН. Похоже, это станет захватывающим действом в духе "Игры престолов".

Семь кандидатов. Три недели до события. И полная неясность, кто же из академиков в итоге будет допущен для участия в выборах на должность президента РАН. Это мероприятие по интриге и накалу страстей уже давно ничуть не уступает избранию папы римского. Как в Риме миллионы католиков ждут, когда конклав кардиналов объявит о своем решении, выпустив через печную трубу Сикстинской капеллы белый дым, так и научное сообщество (а оно в России насчитывает порядка 740 тысяч человек) ждет, кто же встанет у руля все еще самой авторитетной научной организации страны.

Весь вопрос: дождется ли? Состоятся ли выборы на этот раз? Этот вопрос для ученых вовсе не праздный.

Сегодня на должность президента РАН свои кандидатуры выдвинуло рекордное количество претендентов — семеро. Но по большому счету, пока это ничего не значит. Дело в том, что в соответствии с новым законом о выборах главы РАН (принят Госдумой в первом чтении 23 июня, а 29 июля уже подписан президентом РФ) все кандидатуры на столь высокую должность должны теперь согласовываться с правительством. Но что именно подразумевается под этим согласованием и когда же оно наконец произойдет — никто не знает. Включая самих кандидатов.

— Это никому не известно, потому что такие критерии никогда не формулировались,— поделился своим мнением с "Огоньком" член-корреспондент РАН, заместитель председателя Совета по науке Минобрнауки, научный руководитель отдела изучения древних цивилизаций Института всеобщей истории РАН Аскольд Иванчик.— Поэтому предсказать, кто будет утвержден, невозможно, вполне вероятно, что будут утверждены все кандидаты и правительственный фильтр будет чистой формальностью. Если же кто-то будет отклонен, решение правительства будет трудно обосновать и оно будет выглядеть произволом.

По словам Иванчика, согласование кандидатов в правительстве не нужно никому — ни академии, ни самому правительству. Говорят, что РАН — учреждение государственное, финансируемое бюджетом и потому нужен государственный контроль. Но для этого достаточно того факта, что избранный президент РАН утверждается президентом РФ. Есть и обычные методы контроля расходования государственных средств, например Счетная палата. Что прибавляет введение правительственного фильтра, непонятно. При отсутствии к тому же четких критериев, эта норма создает почву для произвола и закулисных интриг.

— Если в правительстве будут исходить из формальных критериев, что глава РАН должен подходить под требования, выдвигаемые к высокопоставленным чиновникам, то с такой бюрократической точки зрения пройдут все кандидаты,— рассказал "Огоньку" член президиума Центрального совета профсоюза работников РАН, научный сотрудник Физического института РАН Евгений Онищенко.

По мысли Онищенко, все кандидаты либо возглавляют крупные предприятия, как, например, академик Евгений Каблов, директор НИИ авиационных материалов, или академик Геннадий Красников, председатель совета директоров "Микрона", член Военно-промышленной комиссии РФ. Соответственно имеют допуски по секретности в соответствующей форме и наверняка неоднократно проходили различные проверки. Или руководят солидными институтами, как академик Сергеев, директор Института прикладной физики РАН. Или академик Панченко, который не только возглавляет институт, но и руководит Российским фондом фундаментальных исследований (РФФИ), выдающим гранты российской науке. Можно добавить, что практически все кандидаты так или иначе уже имели управленческий опыт. А академик Валерий Черешнев так вообще был председателем комитета Госдумы по науке и наукоемким технологиям.

— Естественно, правительству нужно, чтобы во главе РАН стоял не просто крупный ученый и не просто хороший человек,— прокомментировал "Огоньку" ситуацию главный научный сотрудник отдела теоретической физики Института ядерных исследований РАН академик Валерий Рубаков.— Президент РАН участвует в заседаниях правительства и совещаниях федерального уровня, понятно, что есть ряд параметров, которым он должен удовлетворять. Кто именно в данном случае будет наиболее полезен академии, сказать пока сложно. Будем ждать публикации официальных программ всех участников выборов.

Законодательные потемки, в которых блуждает научное сообщество, порождают разговоры о том, что власть продолжает выказывать неуважение к науке, хотя и не столь явно, как в 2013 году, когда реформа Академии наук была начата сверху, без согласования ее с учеными. Второй аспект, о котором говорят многие эксперты, наблюдая за тем, как готовятся выборы главы РАН: государство так и не выработало четкого представления, что же ему нужно от науки.

— Причина происходящего скорее иррациональная,— говорит член-корреспондент РАН, главный научный сотрудник Физического института им. Лебедева РАН Петр Асеев.— В государстве, где абсолютно все назначаются и все управляются из единого центра, существование даже такой малозначительной, в общем, структуры, как академия, не могли оставить без прямого управления.

Итог: предполагается, что общее собрание РАН состоится 26 сентября, а выборы предположительно будут 27-го. Победитель должен набрать больше 50 процентов голосов, после чего на посту главы РАН его должен утвердить президент России. В противном случае глава государства назначит президентом РАН одного из академиков по представлению правительства РФ — до следующих выборов.

Интриги, скандалы, расследования

Парадокс в том, что у академиков был шанс выбрать себе главу до принятия нового закона. По крайней мере, так казалось со стороны. Напомним, что выборы президента РАН — первые после реформы 2013 года — должны были пройти еще в марте 2017-го, но неожиданно оказались сорваны. Еще накануне дня выборов все три кандидата на пост президента — действующий тогда глава РАН академик Владимир Фортов, академик Владислав Панченко и академик Александр Макаров — выступали с заявлениями по поводу своих программ. Еще накануне в здание Академии наук съезжались именитые и не очень именитые академики со всей страны (а это ни много ни мало 2 тысячи человек!). А в сам день выборов неожиданно все трое академиков взяли самоотвод, сославшись на "некоторые разногласия в процедуре выборов". Потом уже задним числом в кулуарах появились слухи о том, что академика Фортова вызвали на самый верх и посоветовали не выбираться в президенты академии. Одной из причин называли его несговорчивость по поводу собственности РАН.

— Я не думаю, что это было главной причиной, разве что одним из дополнительных факторов,— комментирует ситуацию Аскольд Иванчик.— Фортов, во-первых, добился моратория на отчуждение собственности РАН, а во-вторых, стремился к тому, чтобы академия продолжала играть роль защитника интересов академических институтов, своеобразного зонтика, в том числе и в имущественных вопросах. Отчасти ему это удавалось. Сейчас мораторий истек, а в какой мере новый президент будет продолжать эту политику Фортова, мы скоро увидим. Но в любом случае я считаю, что вопрос о собственности РАН был второстепенным и во время реформы 2013 года, и в последующие годы.

Так или иначе практически сразу ответственный секретарь РАН Михаил Пальцев заявил, что следующие выборы главы академии пройдут по новой схеме, не уточнив, по какой именно. Тут же появились предположения, что тайно готовится законопроект, по которому главу РАН будет назначать непосредственно президент РФ, и тем самым академия совсем лишится той самой независимости, которой она когда-то так гордилась.

— Академия наук даже в советские годы сохраняла некоторую автономность,— говорит член Европейской академии наук, главный научный сотрудник Математического института РАН Анатолий Вершик,— хотя в целом, разумеется, она жила по правилам того времени и подчинялась диктату. Но ведь роль ученых, может быть не всегда заметная, и должна состоять в том, чтобы быть оппонентами власти и квалифицированно критиковать ее действия. В 30-е годы знаменитый биолог академик Павлов бесстрашно говорил о большевистских безобразиях. Мы помним десятки, если не сотни имен крупных ученых, ставших жертвами сталинских преступлений. Можно вспомнить академиков Н.И. Вавилова, П.Л. Капицу, А.Д. Сахарова и других. Но сейчас, когда, казалось бы, открыто критиковать ошибки власти гораздо менее опасно, мы не видим согласованного протеста академии даже против тех действий, которые непосредственно касаются академической науки. Мы видим хорошо знакомое нам по советским временам послушание. Поэтому серьезного общественного интереса предстоящие выборы в академии, как мне кажется, не представляют.

В прессе стали появляться пессимистичные высказывания о том, что сначала в ходе реформы 2013 года академию лишили связи с институтами, передав их в ведение ФАНО, а теперь академия не может самостоятельно провести выборы главы. Так, может быть, уже не столь важно, кто окажется на посту номинально главного научного учреждения страны?

— Несмотря ни на что, должность президента РАН остается чрезвычайно важной, потому что для общества это и есть "главный ученый", который персонализирует собой всю отечественную науку,— поделился с "Огоньком" директор Института проблем передачи информации РАН Андрей Соболевский.— Позволю себе неполиткорректное сравнение: как патриарх Кирилл говорит от лица всей церкви, так и глава академии является голосом всей науки. Ни один ректор университета, ни один министр или другой чиновник не может быть таковым.

Первые ласточки

Показательно, что из семи выдвинутых на пост главы РАН кандидатов шесть так или иначе имеют отношение к фундаментальной и прикладной физике. На данный момент потенциальными лидерами (судя по числу поддержавших их отделений и академиков) являются Геннадий Красников, Владислав Панченко и Александр Сергеев. Впрочем, большое количество ученых еще никак не высказало свое мнение. Чего же ждет научное сообщество от нового главы?

— Поскольку все кандидаты выдвинуты членами РАН в соответствии с имеющейся процедурой, то они все легитимны,— говорит Аскольд Иванчик.— Другой вопрос, какой из кандидатов полезнее для академии и российской науки. Я считаю, что президент РАН должен быть ученым мирового уровня, связанным прежде всего с академической наукой, то есть фундаментальными исследованиями, достаточно независимой фигурой, способной отстаивать интересы РАН и академические свободы, умея при этом наладить конструктивное взаимодействие с властью.

Основная задача, которую предстоит решить новому главе РАН,— вернуть академии былой престиж.

— После реформы 2013 года, когда были соединены три столь разнородные академии (РАН, Российская академия медицинских наук и Академия сельхознаук.— "О"), возникло огромное, не очень структурированное сообщество, которое до сих пор не начало слаженно работать,— говорит директор ИППИ РАН Андрей Соболевский.— В итоге сегодня состав академии очень неровный, и в целом ее научный уровень упал. Новый глава должен будет заняться налаживанием нормальной работы.

По словам Аскольда Иванчика, помимо этого ученые ждут изменения юридического статуса — полученный в 2013 году статус обычного федерального учреждения не соответствует ее задачам и должен быть изменен на особый статус "Государственная академия наук". Академия должна также полностью использовать имеющиеся у нее полномочия по научно-методическому руководству всеми научными и образовательными организациями в России. А затем можно будет ставить вопрос о возвращении институтов под управление РАН и об изменении отношений с ФАНО, например его трансформации в Управление делами РАН.

Счастливого пути!

Интересно, что в предвыборных интервью практически все кандидаты отмечают, что идут на этот шаг, понимая, что, кроме них, спасать науку некому. Академик Роберт Нигматулин напомнил, что судьба у президентов академии не завидная. Сергей Вавилов был всегда очень задавлен суетой, тем, что ему не давали заниматься наукой после избрания. Он стал президентом, а его брат был репрессирован и погиб. После Вавилова президентом стал Александр Несмеянов — он поссорился с Хрущевым из-за того, что в академики не избрали сторонника Лысенко. Анатолий Александров ушел с поста в глубокой депрессии, поскольку винил себя за Чернобыльскую аварию. Так что счастья на должности президента академии никто не получил. Впрочем, есть и более оптимистичные прогнозы — ведь хуже уже быть не может. Кто в итоге окажется прав — покажет время.