Когнитивно-синергетические пути формирования идиом

УДК 81'373.49:336

Л.В. Столбовая

КОГНИТИВНО-СИНЕРГЕТИЧЕСКИЕ ПУТИ ФОРМИРОВАНИЯ ИДИОМ

В данной статье рассматривается корпус идиом со значением «Состояние человека» в русском и английском языках с позиции когнитивно-синергетического анализа. Выявляются механизмы развития и кодификации смыслов, а также их репрезентация в обоих лингвокультурах. Работа отражает пути формирования когнитивных моделей, анализирует процесс их создания и представляет связи между элементами системы.

Ключевые слова: когнитивные процессы, синергия, лингвокультурема, концепты, структура,

знания, ценностные смыслы, бифуркация.

В современной концептуальной лингвистике разрабатывается множество направлений, касающихся проблемы изучения деятельности человеческого сознания. Среди них большое число работ посвящено описанию сущности концепта, его определению и построению концептуальных систем. Мы рассматриваем концепт как единицу мыслительно-поведенческого человеческого сознания, отражающую фрагмент концептуальной картины мира в процессе контаминации отдельных функций познавательно-оценочной деятельности человека в отношении окружающей его среды.

Когнитивная синергетика лингвокультуры, с учетом постулатов которой строится данное исследование, это - новая, философская парадигма системного познания когерентных процессов языка, находящаяся в стадии становления. Понятия синергетики основываются на представлениях о целостности мира, его нестабильности, возможности лавинообразного характера развития систем и неизбежности проявления точек бифуркации, которые определяют выбор дальнейшего пути развития системы.

В данной работе ставилась задача установить пути формирования национально-культурных образов, возникающих в результате лингвок-реативного взаимодействия языка и мышления, а также определить роль внутренней формы в смысловой структуре фразеологических единиц (ФЕ) путем когнитивно-синергетического анализа знаков косвенно-производной номинации.

Исследование базируется на следующей гипотезе: источники создания концептов в идиоматике разных языков идентичны, так как они являются отражением исторического, материального, духовного и культурного мира людей, в котором на основе предметно-практической и коммуникативной деятельности формируется языковое сознание.

Материалом анализа служат знаки косвенно-производной номинации - (фразеологизмы, пословицы и поговорки), представленные лингво-культуремами» (ЛК)1 со значением «Состояние человека» в русском и английском языках. К этому разряду мы относим ФЕ: вылететь в трубу, потерпеть фиаско = go to the wall в значении -«разориться»; найти свое место под солнцем = find one's place in the sun - «иметь прочное, высокое положение в обществе», как сыр в масле кататься, купаться в роскоши = to fill one's pipe, to roll in the wallow - «жить в достатке» и т.п.

Из общего числа выборки ФЕ было условно выделено восемь идеографических блоков, связанных общей тематикой, отражающей состояние человека.

Наиболее частотными семантическими признаками ЛК «Состояние человека» стали ФЕ, выделенные по основанию «социальное положение» и «психологическое состояние». Сопоставление концептов в разных концептуальных пространствах, представленных ФЕ, позволили выявить универсальный характер образования фразеологических концептов, обусловленный общечеловече-

1Под лингвокультуремой (ЛК) мы понимаем сложное многомерное культурно-значимое и социально психическое образование, в котором незримо закреплены и отражены взаимодействие внутренних и внешних закономерностей языка, вербализация памяти и сознания, а также зафиксировано диалектическое единство материальной и духовной культуры. Занимая определенное место в мире ментальных построений, ЛК репрезентируются в той или иной языковой форме. Она устанавливается на фоне вербального и невербального ситуативного контекста и способна овнешняться в словах, в словосочетаниях и предложениях. Концепты, входящие в смысловую структуру ФЕ, одновременно входят и в состав ЛК, символизируя генотип культуры, в результате чего - становятся выразителями этнокультурного содержания языковой картины мира. Иными словами, сущность концептуального пространства ЛК понимается нами как совокупность образов сознания, которые материализуются в той или иной языковой форме.

ским характером законов и форм мыслительной деятельности и ее вербализации.

Наши наблюдения показывают, что компоненты многих фразеологизмов соотносимы с наиболее часто используемыми в быту предметами, артефактами. Следовательно, можно полагать, что фразеологические образы формируются единицами, вошедшими в мир культуры этноса, благодаря своей культурной значимости и степени вовлеченности в стереотипную социально-бытовую и поведенческую систему.

В качестве иллюстрации подхода к выявлению культурной информации рассмотрим ФЕ: по кому-то веревка плачет в значении: 1) «кто-либо заслуживает того, чтобы его выпороли»; 2) «кто-либо заслуживает того, чтобы его повесили» в русском языке и be at the end of one's rope - «быть в безвыходном положении, дойти до последней черты»; (букв.: «быть на конце веревки»); Give a thief (fool, rogue) enough rope and he'll hang himself -«дай дурному человеку возможность делать все, что он хочет, - и он обязательно наделает дел, за которые ему придется расплачиваться»; (букв.: «дай вору (дураку) веревку, и он повесится»). Данные ФЕ несут в себе одновременно большой объем социально-культурной, психологической и лингвистической информации. Лексема веревка (rope), входящая в состав всех ФЕ, относится к знакам первичной номинации, денотативное значение которой связано с практической деятельностью людей и обладает определенной потребительской значимостью в быту. В процессе жизнедеятельности этот предмет, по всей видимости, стал приобретать более широкую сферу применения и обрастать новыми ценностными смыслами.

Так как семантическая программа динамична, она постоянно модифицируется: либо «сворачивается» (при разрушении отдельных элементов семантической памяти слова), либо вновь актуализируется, лексема веревка (rope) со временем стала ассоциироваться с определенными событийными факторами, связанными с побоями, убийством, и тем самым закрепила за собой новый социально-коммуникативный статус. Это способствовало постепенному отчуждению первоначального предметно-практического смысла и естественных свойств данного предмета и сформировало новый понятийный образ и символический смысл в обоих языках. Веревка превратилась в символ «смерти». (Ср. в русском языке: «В доме повесившегося о веревке не говорят»). В английском языке этот предмет стал ассоциироваться с

положением безысходности и способствовал созданию приведенных выше ФЕ.

Синергетические изменения в языковой системе характерны для периодов сдвигов устоявшихся значений и смыслов, которые подошли к пределу своего употребления в языке и речи. В качестве примеров можно привести ФЕ: оцеживать комара - «жить, питаясь святым духом», Юдоль плачевная - «долина», твердь небесная- «небесный свод, пространство», хляби небесные - «проливной дождь, просторы» и др., которые в настоящее время редко употребляются в современном русском языке. Так как для самоорганизующихся систем очень характерна функция когерентности, проявляющаяся в корреляции, в согласованном взаимодействии элементов системы, Л.В. Лесков полагает, что частым следствием когерентности в самоорганизующихся системах является - «свертывание сложности» [Лесков 2006: 29]. Иными словами, выход из употребления этих ФЕ можно объяснить мерой сложности их употребления.

Концептуальный признак «униженность» в исследовании репрезентирован близкими по структурно-семантическому оформлению ФЕ в русском и английском языках: быть рогоносцем = to have (wear) horns в значении «быть обманутым супругом», проглотить пилюлю, обиду = to eat humble pie (dirt, dog, crow, one's leek) в значении -«молча, терпеливо сносить обиду, оскорбление»; держаться за (бабью) юбку = be pinned to one's wife's (mother's) apron-strings в значении - «быть в подчинении у женщины, в полной зависимости от нее»; быть тряпкой = to be used as a door mat.

Чувственный образ, составляющий ядро любого концепта, продвигаясь по ступеням рационального познания, проходит через цепь сложных мыслительных операций. Концептуализация состояния униженности в обоих языках происходит за счет метафорических признаков объектов, которые человек может съесть (pie «пирог», leek «черемшу, лук»); проглотить (пилюлю, обиду); или с тем, за что человек может держаться (за юбку, фартук жены, матери).

В картине русского и английского мировосприятия концепт УНИЖЕНИЕ имеет тесную связь с концептом ОБИДА. Согласно словарю С.И. Ожегова, слово обида называет «несправедливо причиненное огорчение, оскорбление, а также чувство, вызванное таким огорчением». Во ФЕ: проглотить обиду метафорический образ «обиды» нечеткий. Это объясняется тем, что лексема обида, входящая в состав ФЕ, является абстрактным

существительным, а в остальных ФЕ образы представлены конкретными существительными (дверной коврик, мамин передник, тряпка, юбка), поэтому ситуации в них выступают отчетливо, вызывая ассоциативные картины, связанные со знаками первичной номинации. Анализ показывает, что при условии, когда ФЕ содержат метафоры с абстрактным именем, выделение денотативной ситуации затруднено, а фразеологические образы расплывчаты. Обращает на себя внимание то, что в своем изначальном значении глагол проглотить / глотать обозначает «движением мускулов горла проталкивать что-нибудь через пищевод». Вступая в связь с абстрактным именем, глагол как бы теряет свою базисную сему «глотать» и под влиянием диффузного образа абстрактного имени «растворяется» в нем, приобретая значение - «чувствовать себя обиженным, униженным». Этот симбиоз создает перегруппировку сем, «слияние энергий», то есть влечет за собой синергетику знаков прямой номинации и приводит к созданию нового понятия и нового видения картины мира.

Мы полагаем, что на смену представлениям о «внутренних законах развития языка» приходит представление также и о внешних воздействиях условий и обстоятельств на их развитие. Следы бифуркационных процессов отмечаются и в зафиксированных нарушениях языковой нормы: «Ну, пока, давай!» (часто используется при расставаниях или телефонных разговорах в значениях: «всего доброго!», «звони!», «будь здоров!» и т.п.).

Бифуркационные процессы приводят к образованию зоны аттрактора, задающего новые векторы развития языка. Рассмотрим процесс формирования ассоциативных связей и их вербальное кодирование на примере рождения ФЕ: Оборотень в погонах - «о высокопоставленном работнике правоохранительных органов, уличенном в коррупции». Можно предположить, что процесс смыслообразования начинается с отражения в сознании человека познаваемого фрагмента действительности - работника милиции, выполняющего свою работу. В ходе ментальных операций объект сравнивается с другими объектами, уточняется, подвергается различным ментальным манипуляциям, в результате которых активируются одни и стираются другие, ранее ассоциативно связанные концептуальные признаки. В результате выстраивается «пирамида знания», включающая структуру знания о человеке, «стоящем на страже порядка» и знания об оборотне, «который в сказках способен превращаться в кого-нибудь с помощью волшебства» [Ожегов 1986:

371]. Выбор данной когнитивной структуры можно рассматривать как результат бифуркации -момента, определившего вектор дальнейшего смыслового структурирования ФЕ. Основанием объединения этих структур знания, по всей вероятности, стало сходство чиновника «в умении к волшебным превращения». До момента вербального кодирования, новая семантическая структура носит неустойчивый характер. Она могла бы быть замещена любой другой непротиворечивой структуре, на пример: Оборотень в мантии - «о судье» (из недавней телевизионной передачи). Выбор в ментальном лексиконе единиц оборотень и погоны, оборотень и мантия для вербального кодирования становится точкой невозврата. Энтропийные процессы, участвующие в создании нового знака при этом не затухают, а усиливаются, что приводит к смене параметров порядка. Это в свою очередь приводит к дестабилизации процессов внутри каждой из двух ассоциативно связанных концептуальных структур, даже после формирования непротиворечивого ядра когнитивной базы знака и переосмысления вербальных единиц.

Развивается общество, появляются новые реалии, требующие своего названия - в речи человека появляются новые значения. Явление может устареть, вслед за ним уходит и слово, его обозначающее.

Происходит деактуализация языковой единицы и ее значения. А форма, напротив, в силу своей отвлеченности, автономности, самостоятельности, многозначности сохраняется на протяжении целых тысячелетий.

Значение языковой единицы отличается такими признаками, как динамичность, гибкость. А для формы, напротив, характерны такие признаки, как устойчивость, стабильность, консервативность.

ФЕ, имеющие более позднее происхождение по сравнению с лексемами, становясь компонентами ФЕ, вносят свои семы в ее целостное значение и становятся главной причиной динамичности ФЕ. Из сказанного следует, что система языковых ре-презентантаций демонстрирует состояние временной устойчивости и под воздействием определенных условий и обстоятельств, претерпевает изменения, либо полностью исчезает.

Экстраполяция основных философских концепций времени и пространства на язык позволяет сделать предположение о том, что пространство и время как основные параметры и координаты универсума и его восприятия имеют когнитивные структуры в языке. По суждению В.С. Соловьева, «развитие есть такой ряд имма-

нентных изменений органического существа, который идет от известного начала и направляется к известной определенной цели: таково развитие всякого организма» [Соловьев 1988: 142]. Само начало в свернутом виде содержит в себе качество, которое должно развернуться в дальнейшем. «Следовательно, - считает В.В. Колесов, - развитие есть развертывание в определенном направлении заданных системой импульсов, экспликация качеств, которые определены началом и обеспечивают поступательный ход изменений» [Колесов 2002: 97].

Примером развития смысла могут служить ФЕ: двуликий Янус в русском языке и Dr. Jekyll and Mr.Hyde - в английском, когда речь идет о людях, воплощающих в себе два начала - доброе и злое, положительное и отрицательное. Чтобы понять смысл этих ФЕ, сознанию необходимо овеществить образ, несущий предметное значение, и выявить лежащий в его основе признак - «сочетание доброго и злого». «Движение смысла - есть развитие из точки, но в ту же самую точку; исходя из концепта как начала, движение возвращается в концепт как цель» [Колесов 2002: 97]. «Приращение смысла» происходит в контексте через овеществление признака и превращение в «качество» по принципу подобия или сходства. В ФЕ: двуликий Янус «опредмечивание» происходит в имени, а «окачествление» - в имени прилагательном, несущем значение «единства противоположностей: добра и зла». Рассмотрим ряд ФЕ с близкими значениями: Look one way and row another -(букв.: «смотреть в одну сторону, а грести в другую» в значении - «маскировать свои истинные намерения» или carry fire in one hand and water in the other - (букв.: «нести огонь в одной руке, а воду в другой») в значении - «говорить одно, а делать другое» или Cry with one eye and laugh with the other - (букв.: «одним глазом плакать, а другим - смеяться») в значении - «проявлять двуличие, неискренность, лицемерие». Предикация в ФЕ осуществляется с участием глаголов: look, carry, cry, row и laugh (смотреть, нести, плакать, грести и смеяться), несущих в себе энергию целе-полагания. Суть предикатов - обозначить и оценить свойства предметов действительности; именно предикаты, создают и дифференцируют значения и отрабатывают системы понятий [Арутюнова 1980; Руденко 1990; Степанов 1981]. Раз-нонаправленность действий Look and row, противопоставленность по характеру - Cry and laugh

совместными усилиями порождают понятия и, тем самым, реализуют фразеологический концепт. Их соединение - это процесс, который осуществляется путем наложения двух систем. Происходит, по образному сравнению В. В. Колесова, «как бы «свинчивание» двух дисков с разнонаправленной нарезкой - по часовой стрелке, причем первая из систем, связанная с признаками содержания, постепенно накладывается на соответствующие сегменты неподвижной системы».

Бинарно-генетический принцип, лежащий в основе архитектоники живой и неживой природы, пронизывает весь язык, он присущ всем структурам, состоящим из элементов языка. В любых звеньях языковой системы можно наблюдать как упорядоченность элементов (симметрию), так и асимметрию. Язык учитывает и отражает «объективно существующие общие черты различных предметов и явлений», «обобщает человеческий опыт по выявлению сходств и различий, тождеств и нетождеств» [Кубрякова 1988: 170].

Образование любых когнитивно-семантических структур происходит, по всей видимости, в результате сложных, глубинных ассоциативных связей, возникающих при восприятии и сопоставлении различных объектов реальной действительности. Чаще всего формирование нового когнитивного пространства осуществляется за счет «приращения» личностных смыслов, обладающих специфической динамикой.

При этом происходит процесс изменения исходного смысла компонентов, который инициирован исходной системой, но не равен совокупности всех ее смыслов. Механизм образования идиомы может осуществляться не на базе неких объективно сходных признаков реалий, а на основе «приписывания» индивидом субъективно важного смыслового компонента, связанного с концептом (в нашем случае это концепты ДОБРО и ЗЛО), в структуру которых этот компонент ранее не входил.

Существуют глубинные механизмы движения с у щ н о с т е й, - считает В.В. Колесов, -движений, которому помимо нашей воли покоряется и движение смысла в словесном знаке. Корреляция всяческих воплощений в их совмещенности с миром явлений наводит на мысль, что они соответствуют системным связям и в мире сущностей [Колесов 2002: 104]. Перегруппировка сем, «слияние энергий» влечет за собой синергетику знаков прямой номинации и приводит к созданию нового понятия и нового видения картины мира.

Список литературы

Болдырев Н.Н. Когнитивная семантика: Курс лекций по английской филологии. Тамбов, 2000.

Колесов В.В. Философия русского слова. СПб.: ЮНА, 2002.

Кубрякова Е.С. Роль словообразования в формировании языковой картины мира // Роль человеческого фактора в языке. Язык и картина мира. М., 1988.

Лесков Л.В. Синергизм: философская парадигма XXI века. М., 2006

Ожегов С.И. Словарь русского языка. 18-е изд., М.: Рус. яз., 1986.

Соловьев В. С. Сочинения: в 2 т. М., 1988. Ungerer F., Schmid H.-J. An Introduction to Cognitive Linguistics. L.; N. Y., 1996.

L.V. Stolbovaya

THE COGNITIVE-SYNERGETIC WAYS OF FORMING IDIOMS

This paper deals with the corpus of idioms used in the Russian and English languages with the meaning «The State of a human being» to reveal the way of generation and codification of senses and their representation in both linguacultures. The paper throws light on forming the cognitive models, propositions, gestalts and illustrates the process of their creation and links between their elements.

Key words: synergy, revealing and codification of sense, concepts, gestalts, image, core and periphery.