Уголовно-правовые и криминалистические аспекты расследования незаконного предпринимательства

Уголовно-правовые и криминалистические аспекты расследования незаконного предпринимательства

Зевакина Диана Дмитриевна,

студент, Института права, Волгоградский государственный университет, zevakinadiana@mail.ru

В настоящей статье рассматриваются проблемы, связанные с отграничения преступлений, предусмотренных статьей 171 Уголовного Кодекса Российской Федерации, от иных противоправных деяний. Проводится анализ законодательства и правоприменительной практики расследования по уголовным делам данной категории. Выделяются возможные основания разграничения смежных составов. Отмечаются трудности и перспективы взаимодействия уполномоченных органов в ходе расследование незаконного предпринимательства. Также в статье раскрывается сущность выполнения органом дознания следственных действий по поручениям следователя, основой которого являются полномочия следователя, закрепленные в пункте 4 части 2 статьи 38 Уголовно-процессуального кодекса. Рассматривается содержание такой формы взаимодействия как содействие органа дознания следователю при производстве отдельных следственных действий. Автором формулируются наиболее проблемные аспекты взаимодействия органов следствия и дознания, которые выявлены в результате изучения нормативного материала и практики. Кроме того анализируется процесс взаимодействия органов следствия с налоговыми органами, органами, осуществляющими лицензирование деятельности. Важность этого взаимодействия обусловлена прямой взаимосвязью между предпринимательством, осуществляемым в определенных сферах, и органами власти, контролирующими такие сферы. Отмечается нормативная база, регламентирующая такое взаимодействие.

Ключевые слова: незаконное предпринимательство, смежные составы, незаконное изготовление огнестрельного оружия, мошенничество, неправомерные действия при банкротстве, взаимодействие органов, расследование.

При анализе уголовных дел, связанных с незаконным предпринимательством необходимо отграничивать состав, предусмотренный статьей 171 УК РФ, от смежных. Для решения этого вопроса необходимо обратиться к Постановлению Пленума Верховного Суда «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем». [9]

В п.5 разграничиваются нормы об ответственности за незаконное предпринимательство и незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью ( ст. 235 УК РФ). Основным критерием разграничения в данном случае выступает характер общественно опасных последствий как элемент деяния. Значение общественно опасных последствий заключается в их важности для определения объекта преступного посягательства, что в свою очередь способствует правильному установлению соответствия между совершенным деянием и составом одной из предусмотренных статей.

В научной литературе можно наблюдать дискуссию о разграничении незаконного предпринимательства и таких видов незаконной деятельности как незаконное изготовление огнестрельного оружия, боеприпасов, сбыт наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов.

В данных случаях некоторыми авторами предлагалась возможность вменения в определенных случаях совокупности соответствующих составов. Указанные виды деятельности можно расценивать как преступный бизнес, так как они отвечают некоторым признакам предпринимательства. В этих случаях также как и при незаконном предпринимательстве отсутствуют важные обстоятельства: регистрация в определенном статусе и лицензия на занятие определенной деятельностью. [1]

Ссылаясь на большую разницу между объектами вышеназванных деяний, а также отмечая, что «экономический» объект может характеризоваться как дополнительный по отношению к основному объекту, Пленум не видит возможности квалифицировать такие деяния по совокупности.

Интересно также разграничение состава ст. 171 УК РФ и норм об ответственности за мошенничество. Данные составы имею достаточно много точек соприкосновения. Диспозиции обеих норм имеют абстрактный характер и их

X 2

СО

0

сч

CD

01

необходимо тщательно толковать при уяснении круга деяний, ими предусмотренных. Общей характерной чертой является относимость к имущественным преступлениям и связанность с договорными отношениями. [3]

Основаниями для разграничения этих составов выступают объекты преступлений - при мошенничестве объектом признаются отношения собственности, а при незаконном предпринимательстве - установленный законом порядок осуществления предпринимательской деятельности. Но вместе с тем предметом обоих составов выступают товары, работы, услуги, что порождает большое количество сложностей на практике.

Наиболее распространенной ошибкой считается квалификация мошенничества как незаконного предпринимательства в случае, когда мошеннические сделки скрываются под предпринимательскими формами в целях сокрытия. В описанном случае разграничение необходимо проводить по объективной стороне деяния. При незаконном предпринимательстве совершаются те действия, которые подпадают под признаки недействительных сделок. В случае с мошенничеством объективная сторона представляет собой завладение чужим имуществом или приобретение права на него путем обмана или злоупотребления доверием. В данном случае речь идет о фиктивной сделке, которая по своей правовой природе отличается от недействительной. «Фиктивная сделка в предпринимательской деятельности - противоправные действия граждан, совершенные с целью причинения ущерба участнику сделки или третьим лицам посредством введения их в заблуждение относительно действительных обстоятельств и намерений либо путем заведомого неисполнения обязательств по сделке». [7]

Неадекватная оценка правового характера сделок способствует возникновению серьезных ошибок в области применения как ст. 171, так и ст. 159 УК РФ, которые условно можно разделить на 2 вида: 1) отказ в возбуждении уголовного дела с рекомендацией рассматривать его в гражданском порядке, в то время как в деянии может содержаться состав мошенничества, предусмотренный ст. 159 УК РФ; 2) квалификация деяния по ст. 171 УК РФ при наличии в нем признаков преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, т. е. мошенничества. Первую ошибку порождает заблуждение в оценке деяний, внешне носящих законный характер за счет их облечения в гражданско-правовые формы. Отграничение мошенничества с использованием договорных форм и предпринимательских договорных отношений надлежит осуществлять не потому, как оформлены эти договоры, а потому, что именно стало результатом этой договорной деятельности.[2]

Часто на практике встречается вопрос не поглощает ли незаконное предпринимательство преступления предусмотренные ст. 171-1, 180, 238 УК РФ. Пленум по таким случаям дает пояснение, согласно которому содеянное следует рассматривать как совокупность. Многие авторы отмечают, что недостаток Постановления заключен в том, что не освещен

актуальный вопрос о возможности вменения состава ст. 171 УК РФ в совокупности с составом мошенничества, в ситуациях, когда субъект, например, без лицензии распространяет изготовленную самостоятельно спиртосодержащую продукцию под видом водки. На практике суды чаще всего не усматривают в таких деяниях совокупности, поскольку похищенные мошенническим путем у покупателей спиртного денежные средства нельзя одновременно признавать и доходом как признаком незаконного предпринимательства. [11]

Статьи 195 УК РФ «Неправомерные действия при банкротстве» и 171 УК РФ необходимо отграничивать по признаку объективной стороны. В статье 195 УК РФ объективная сторона охватывает деяния, выражающиеся в сокрытии имущества или имущественных обязательств, сведений об имуществе, его размере, местонахождении либо иной информации об имуществе; сокрытии, уничтожении, фальсификации и иных документов, отражающих экономическую деятельность. А статья 171 УК РФ регламентирует осуществление незаконного предпринимательства, а именно такую деятельность без регистрации либо без лицензии и негативные последствия вызванные такой деятельностью, в виде крупного ущерба гражданам, организациям, государству, или извлечении дохода в крупном размере. [6]

Таким образом, хотелось бы заметить, что вопросы квалификации, отграничения схожих составов являются актуальными и дискуссионными, а значит, требуют большей проработки. Причиной этого является бланкетный характер диспозиции статьи 171 УК РФ.

К вопросу о разграничении преступлений предусмотренных статьей 171 УК РФ от смежных составов необходимо подходить всеобъемлюще и внимательно учитывать все признаки незаконного предпринимательства.

Органы, осуществляющие расследование, должны опираться на знания и опыт в уголовно-правовой сфере для отграничения вышеназванных составов и качественной квалификации противоправных деяний. Несомненно, необходимо продуктивное сотрудничество следователей и органов дознания, заключающееся во взаимодействии с применением навыков, относящихся к компетенции каждого из данных субъектов.

В результате анализа действующего законодательства, ведомственных нормативно-правовых актов можно сформулировать определение форм взаимодействия следователей и органов дознания - установленные правовыми актами условия, способы и порядок их совместной и согласованной деятельности, используемые для решения задач уголовного судопроизводства.^]

Одной из таких форм взаимодействия является выполнение органом дознания следственных действий по поручениям следователя. Основой такого взаимодействия являются полномочия следователя, которые закреплены в пункте 4 части 2 статьи 38 Уголовно-процессуального кодекса.[13]

Нормами действующего Уголовно-

процессуального кодекса. Например, зачастую в ходе расследования преступления по факту незаконного предпринимательства свидетель может находиться в другом городе и не может явиться на допрос к следователю. В таком случае следователь направляет соответствующее поручение на имя руководителя органа дознания по месту фактического нахождения свидетеля. В данном поручении необходимо отразить известные анкетные и контактные данные допрашиваемого, адрес его фактического нахождения.

Другой формой взаимодействия является содействие органа дознания следователю при производстве отдельных следственных действий. Например, при производстве обыска по делу о незаконном предпринимательстве следователь вправе привлекать сотрудников органа дознания для более полного и тщательного проведения следственного действия. Такая необходимость часто возникает, когда необходимо обыскать производственные помещения, площадь которых достаточно велика. Для этого следователю необходимо направить письменное поручение на имя начальника органа дознания о выделении необходимого количества сотрудников с целью производства отдельных следственных действий.

Выполнение органом дознания оперативно-розыскных мероприятий по поручениям следователя. Например, возникла следственная необходимость в установлении наружного наблюдения за подозреваемым. Соответственно, следователем направляется соответствующее поручение руководителю органу дознания о том, что возникла следственная необходимость в установлении наружного наблюдения за определенным лицом.[14] Иногда по делам о незаконном предпринимательстве необходимо установить круг лиц, с которыми свидетель или же подозреваемый встречались после того, как их уведомили о возбуждении уголовного дела. Такая информация может иметь для следователя важное значение.

Существует и ряд других форм взаимодействия, однако перечисленные выше формы взаимодействия в большей степени применены непосредственно к расследованию преступлений в сфере незаконного предпринимательства.

Наиболее проблемными аспектами

взаимодействия органов следствия и дознания являются такие как несвоевременное выполнение поручений и недостаточное качество выполнения данных поручений.[5] На практике следователи, направляя поручение в другой регион о проведении отдельных следственных действий (допросе свидетеля) зачастую получают лишь формально выполненное поручение, но не в соответствии с теми требованиями, которые они указывали, направляя его. Допрос свидетеля может быть проведен не по всему перечню вопросов, которые указывались в поручении, а лишь по отдельной взятой части вопросов.[4] Данные особенности на практике встречаются

регулярно. Другим проблемным аспектом является несоблюдение следователем процессуальной формы поручения. Например, следователь может устно попросить оперативного сотрудника о приводе лица, однако без письменного поручения оперативный сотрудник не обязан исполнять подобные поручения.

Помимо вышеописанного взаимодействия не малую роль играет взаимодействие органов следствия с налоговыми органами, органами, осуществляющими лицензирование деятельности.

Взаимодействие органов следствия с другими государственными организациями основывается на положениях федерального законодательства о том или ином органе следствия. Например, ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации» предусматривает что требования (запросы, поручения) сотрудника Следственного комитета, предъявленные (направленные, данные) при проверке сообщения о преступлении, проведении предварительного расследования или осуществлении других полномочий, обязательны для исполнения всеми предприятиями, учреждениями, организациями, должностными и иными лицами незамедлительно или в указанный в требовании (запросе, поручении) срок.

Помимо органа дознания органы следствия по делам о незаконном предпринимательстве взаимодействуют с налоговыми органами путем направления различных запросов по организациям в отношении которых ведётся предварительное следствие или проводится процессуальная проверка. В запросах, направляемых в налоговые органы может содержаться требование о предоставлении в адрес следствия заверенных копий учредительных документов или о предоставлении иных сведений. Под иными сведениями в данном случае стоит понимать сведения:

• о доходах и расходах организации за определенный период времени;

• о проводимых проверках и результатах таких проверок;

• о взаимосвязи одной организации с другими (одни лица являются учредителями множества организаций);

• о регулярности и полноты уплаты налогов;

• о специфики деятельности организации.

Подобные сведения как правило запрашиваются следствием для установления всех обстоятельств дела изобличения возможно причастных или виновных лиц. На практике встречаются случаи, когда граждане пишут заявления по факту незаконного предпринимательства о котором им стало известно, не в органы следствия на прямую, а подают данное заявление в налоговую инспекцию. В подобных случаях налоговая служба передает заявления граждан в следственные органы -пример формы взаимодействия.

На практике встречаются случаи, когда работники налоговых органов формально не участвуют в предварительном следствии (при условии, что сотрудник ФНС не привлекался в качестве свидетеля), но фактически оказывают помощь следст-

X 2

СО

0

сч

(О

01

вию, путем консультирования и разъяснения некоторых спорных вопросов. [10]

По делам на законном предпринимательстве, например, в случаях, когда лицензия на осуществление лицензируемой деятельности была просрочена органам следствия необходимо взаимодействовать с органом, осуществляющим лицензирование в той или иной сфере. [12] Для выяснения всех обстоятельств и полноты сведений по рамках расследуемого дела. Если разобрать на примере медицинской сферы, то органом, осуществляющим лицензирование в соответствии с Положением о лицензировании медицинской деятельности будет являться в данном случае региональный комитет здравоохранения. Так, например, при расследовании преступлений в сфере незаконного предпринимательства (при условии, что деятельность осуществлялась с просроченной лицензией) на территории Волгоградской области органам следствия придется взаимодействовать с Комитетом здравоохранения Волгоградской области. Так как именно этот орган отвечает за лицензирование частных медицинских учреждений на территории области. Наиболее распространенная форма взаимодействия между органами следствия и иными учреждениями осуществляется путем направления запросов о предоставлении необходимой информации в рамах предварительного следствия или процессуальной проверки.

Таким образом, расследование данного вида преступления требует всестороннего изучения обстоятельств противоправного деяния, и должно проводиться комплексно с привлечением субъектов, способных предоставить необходимую информацию и оказать иное содействие.

Литература

1. Горелов А. Как квалифицировать незаконное предпринимательство // Российская юстиция. -2013. - № 12. - С.56

2. Горелов А. Незаконное предпринимательство и мошенничество // Законность.- 2011. - №1. -С.57.

3. Евсеев А.И. Проблемы уголовно-правовой квалификации незаконного предпринимательства // Информационный бюллетень.- 2013. - №1. -С.63.

4. Захарова В.О. Оптимизация осуществления уголовного преследования (на примере деятельности следственной группы) / В.О. Захарова // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. - 2015. - № 1 (29). - С. 85

5. Зеленский В.Д. Организационные функции субъектов расследования преступлений / В.Д. Зеленский. - Ростов-на-Дону, 2005. - 112

6. Коровинских С. Уголовная ответственность за незаконное предпринимательство // Российская юстиция. - 2014. - № 4. - С.66.

7. Котин В. Фиктивные сделки в предпринимательской деятельности // Законность. - 2012. - № 10. - С. 17

8. Липка Е. С. Взаимодействие следователя с органом дознания полиции при осмотре места происшествия // Научный журнал КубГАУ -Scientific Journal of KubSAU. 2012. №76. - С.32

9. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» от 18 ноября 2004 года № 23 // Бюллетень Верховного суда РФ. - №1. - 2005.

10. Постановление Правительства РФ от 30.09.2004 N 506 (ред. от 23.09.2017) "Об утверждении Положения о Федеральной налоговой службе»

11. Толкачев В.В. Незаконное предпринимательство // ПБОЮЛ. - 2013. - № 4. - С.22

12. Тонкий Е.С. Организация и алгоритмизация расследования незаконного предпринимательства. МГЮА им. О.Е. Кутафина, Москва 2015.

13. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. - Москва: Проспект, 2017.

14. Федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности" от 12.08.1995 N 144-ФЗ [http://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_7519]

Criminal legal and criminalistic aspects of the investigation of

illegal entrepreneurship Zevakina D.D.

Volgograd State University

In this article the problems which are connected with difference between the crimes provided by Article 171 of the Criminal Code of the Russian Federation from other illegal acts are considered. The analysis of the legislation and law-enforcement practice of investigation on criminal cases of this category is carried out. The possible bases of differentiation of adjacent structures are allocated. Difficulties and the prospects of interaction of authorized bodies in the course investigation of illegal business are noted. Also in article the essence of performance by body of inquiry of investigative actions in order of the investigator whose basis are the investigator's powers enshrined in Paragraph 4 of Part 2 of Article 38 of the Code of Criminal Procedure reveals. The maintenance of such form of interaction as assistance of body of inquiry to the investigator by production of separate investigative actions is considered. The author formulates the most problem aspects of interaction of investigation authorities and inquiry which are revealed as a result of studying of standard material and practice. Besides process of interaction of investigation authorities with the tax authorities, bodies which are carrying out activity licensing is analyzed. Importance of this interaction is caused by direct interrelation between the business which is carried out in certain spheres and the authorities controlling such spheres. The regulatory base regulating such interaction is noted. Key words: illegal business, related structures, illegal manufacture

of firearms, f References

1. Gorelov A. How to qualify illegal entrepreneurship // Russian justice. - 2013. - № 12. - С.56

2. Gorelov A. Illegal business and fraud // Legality.- 2011. - №1. -

p.57.

3. Evseev A.I. Problems of criminal law qualification of illegal business // Informational bulletin.- 2013. - №1. - p.63.

4. Zakharov V.O. Optimization of the implementation of criminal

prosecution (on the example of the activities of the investigation team) / V.O. Zakharova // Legal science and practice: Bulletin of the Nizhny Novgorod Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia. - 2015. - № 1 (29). - p. 85

5. Zelensky V.D. Organizational functions of the subjects of crime

investigation / V.D. Zelensky. - Rostov-on-Don, 2005. - 112

6. Korovinsky S. Criminal liability for illegal business // Russian justice. - 2014. - № 4. - C.66.

7. Kotin V. Fictitious transactions in business activities // Legality. -

2012. - № 10. - p. 17

8. Lipka E.S. The interaction of the investigator with the police inquiry body during the inspection of the scene of an accident // Scientific journal of KubSAU - Scientific Journal of KubSAU. 2012. №76. - p.32

9. Resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian

Federation "On judicial practice in cases of illegal business and the legalization (laundering) of money or other property acquired by criminal means" dated November 18, 2004 No. 23 // Bulletin of the Supreme Court of the Russian Federation. -№1. - 2005.

10. Resolution of the Government of the Russian Federation of 30.09.2004 N 506 (as amended on 09.23.2017) "On the approval of the Regulations on the Federal Tax Service"

11. Tolkachev V.V. Illegal entrepreneurship // PBOYUL. - 2013. - № 4. - P.22

12. Thin E.S. Organization and algorithmization of the investigation of illegal business. MSLA them. O.E. Kutafina, Moscow 2015.

13. Criminal Procedure Code of the Russian Federation. - Moscow: Prospect, 2017.

14. Federal Law "On operational investigative activities" of 12.08.1995 N 144-03 [http://www.consultant.ru/document/ cons_doc_LAW_7519]raud, illegal actions in bankruptcy, interaction of authorities, investigation.