Эмотивные побудительные высказывания: план содержания и план выражения

ЛИНГВИСТИКА

УДК 81-114.2

Ю. В. Кадыркова

Эмотивные побудительные высказывания: план содержания и план выражения

В статье рассматривается специфика эмотивного побудительного высказывания в коммуникативно-прагматическом аспекте. Организация подобных высказываний отражается в трех типах информации: на гносеологическом уровне информирует о присутствии эмотивных тем, маркированных с точки зрения ценностной парадигмы; на психологическом уровне сигнализирует о речевых стратегиях, интегрирующих эмоциональное самовыражение, эмоциональнооценочное отношение, эмоциональное воздействие; на лингвистическом уровне - о системе языковых средств, вербализующих интенцию.

The article deals with the specifics of an emotive imperative utterance in a communicative pragmatic aspect. Organisation of such utterances reflects availability of three types of information: on a epistemological level - information on the presence of emotive themes, marked from the value paradigm point of view; on a psychological level

- on speech strategies, integrating emotional self-expression, emotional relation, emotional impact; on a linguistic one - on system of language means verbalising speaker’s intention.

Ключевые слова: эмотивность, эмотивные побудительные высказывания, интенция, перлокутивный эффект, эмотивный фон, эмотивная тональность, эмотивная окраска.

Key words: emotive category, emotive imperative utterances, intention, perlocutionary effect, emotive background, emotive tonality, emotive colouring.

Коммуникативная лингвистика определяет своей целью исследование языка как средства общения. Антропоцентризм является одним из основных принципов современной науки о языке, ориентирующим на говорящего человека, на изучение его как языковой личности: «как индивидуума <...> со своим характером, интересами, социальными и психологическими предпочтениями и установками; как типового представителя данной языковой общности <...>; и как представителя рода человеческого, неотъемлемым свойством которого является использование <.. > естественного языка» [8, с. 671].

Рассмотрение языка с позиции общения ставит перед учеными задачу изучить эмоциональную область языка, так как общепризнанным считается, что «.эмоции являются мотивационной основой сознания и языкового поведения <. > Коммуникативный успех, счастье, радость возможны только при условии адекватного

общения людей друг с другом» [16, с. 3]. Высказывание является основной единицей коммуникации и отражает определенную ситуацию общения, компонентами которой выступают адресант, адресат, коммуникативная цель, ролевые статусы коммуникантов, время, место и пр. Как отмечает В. И. Шаховский, к ним следует добавить эмоциональный компонент, который регулирует соотношение всех других компонентов с «.человеческим фактором коммуникантов: их общим эмоциональным индексом, их

взаимоотношениями, их психическим состоянием в момент общения и пр. [17, с. 190]. Соответственно компоненты речевой ситуации определяют особенности присутствия эмоций в высказывании и переводят их в разряд закономерностей - так называемый принцип эмоциональной коммуникации. «Суть принципа эмоциональной коммуникации заключается в том, что эмоции переживаются лично, а их выразительный (то есть внешний, языковой) компонент социален <...> и реализуется в эмотивном высказывании (тексте) [17, с. 191]. Особенностью эмотивного высказывания является то, что эмотивы (сигналы эмотивного текста и его единицы) не употребляются в нейтральных текстах, «. когда интенции в позиции коммуникантов нейтральны, а сама ситуация общения - неэмоциональна» [17, с. 194].

Тенденция к укрупнению единиц исследования и расширению предмета изучения за счет привлечения все большего количества экстралингвистических факторов в современной лингвистике открывает перспективы к исследованию языковых явлений в контексте единиц иного уровня, в частности, эмотивных компонентов в структуре иного коммуникативного поля. Л.А. Пиотровская говорит о

необходимости рассматривать многообразие высказываний, содержание которых включает эмотивный компонент. Характеризующим признаком такого рода гибридных образований является их иллокутивная цель, то есть стремление говорящего оказать какое-либо воздействие на слушающего, а дифференциальным - многообразие перлокутивных задач [12].

Так, представляется перспективным изучение эмотивных

компонентов в эмоционально маркированной ситуации побуждения. В этом случае объектом исследования выступают эмотивные

побудительные высказывания. Подобную аспектуализацию, с одной стороны, можно объяснить тем, что «. определенная эмоция всегда вызывается какой-нибудь специфической ситуацией» [16, с. 5], с другой, - тесной взаимосвязью директивных и эмотивных единиц в рамках речевой ситуации побуждения, где интенциональная схема совмещает объективные и субъективные смыслы, направленные на регуляцию поведения.

Директивное высказывание - сложный продукт коммуникации, результат которого зависит от успешности диалога ее участников, согласованности их волеизъявлений. Намерение говорящего

заключается в стремлении оказать на слушающего такое воздействие, которое могло бы побудить последнего к совершению определенного действия (физического, речевого или психического), то есть повлиять на поведение. Для того чтобы сообщить свою директиву, адресант вступает с адресатом во взаимодействие, вербализует интенцию побуждения (фаза локуции и иллокуции). В свою очередь адресат должен не просто декодировать прагматическое содержание высказывания, но и отреагировать на него своим поведением в рамках запланированной коммуникативной установки адресанта. Таким образом, успешность побудительного высказывания достигается воплощением не одного, а двух условий. Поэтому, чтобы добиться выполнения не только первого (восприятия и интерпретации), но и второго условия (реализации побуждения), отправителю при выражении своего намерения важно принять во внимание большое количество экстралингвистических факторов. Например, проинформировать слушающего не только о том, что он собирается побудить его к исполнению какого-либо действия, но и о том, каким образом он оценивает ситуацию общения, характер своих отношений с адресатом, намерения самого адресата и т. д. Соответственно в побуждении можно выделить два компонента: собственно

волеизъявление и модальный компонент, который отражает различные аспекты субъективного (эмоционального) отношения говорящего. Ш. Балли обозначил их как диктум (предмет речи) и модус (субъективный, оценочный компонент) [1].

Соотношение диктального и модусного планов в речевой ситуации побуждения нельзя расценивать как главное и второстепенное. Проанализировав ряд примеров, можно отметить, что эмоциональный компонент непосредственно связан с диктальным, функционирует как направленный на результат побуждения -перлокутивный эффект (то есть как интенсификатор иллокутивной силы высказывания) и отражает цель коммуникации. Например: «Ради всего святого скажи ты мне, чем и как мы будем жить?» (М. Булгаков). - Ср.: Скажи ты мне, чем и как мы будем жить?; «Ну, говори же! Ну! Ну!» (М. Булгаков). - Ср.: Говори!; «Молчи, черт тебя побери!» (М. Булгаков). - Ср.: Молчи. [шрифтовые выделения везде наши. - Ю.К.]

При сравнении эмоционально маркированной ситуации побуждения с нейтральной видно, что эмоции, отраженные в речи (фразеологизмы ради всего святого, черт побери, частицы ну, же), придают общению определенное звучание. Характеристику эмоционального компонента можно представить следующим образом. Адресант испытывает потребность повлиять опреде-ленным образом на адресата, чтобы тот совершил каузируемое действие. Заинтересованность в необходимости реализации интенции

отражается в эмоциональном состоянии адресанта, возникающем как реакция на стимул.

В рамках речевой ситуации формируется эмоциональное отношение к адресату и оценивается возможность межличностного взаимодействия коммуникантов, а также возникает стремление воздействовать на эмоциональную сферу адресата (направленность на стимуляцию ответной поведенческой реакции [17], в том числе и эмоциональной) с целью решения перлокутивной задачи.

Таким образом, эмоциональный компонент в побудительном высказывании связывается с личностью адресанта, его коммуникативной целью, оценочным отношением к компонентам ситуации общения и реализуется в формировании прагматических стратегий эмоционального воздействия. Подобные типы субъективной интерпретации в высказывании маркируются эмотивными единицами.

С учетом названных структурных элементов в высказывании можно выделить план содержания и план выражения. Коммуникативно-прагматический подход позволяет анализировать эмотивные высказывания на трех уровнях - гносеологическом, психологическом и лингвистическом [7]. Первые два уровня связаны с содержательной стороной, последний характеризует план выражения. Исследование различных уровней ученые связывают с основными аспектами языка: семантикой, прагматикой и грамматикой, а в качестве терминологических используют обозначения эмотивный фон, эмотивная тональность, эмотивная окраска текста [2; 4; 7].

Проанализируем, как эмотивный фон, эмотивная тональность и эмотивная окраска представлены в побудительных высказываниях.

Эмотивный фон проецируется исследователями на когнитивный уровень высказывания и характеризуется выражением знаний об эмоциональном мире в виде стереотипов, представлений об эмоционально маркированных ситуациях общения, он «. создает в картине мира презираемое, порицаемое, уничижаемое или, наоборот, уважаемое, такие свойства, которыми восхищаются, которыми умиляются и т. д.» [13, с. 6]. Эмотивный фон определяется через набор эмотем, под которыми понимается «.отрезок текста, смысл которого или форма выражения содержания являются источником эмоционального воздействия» [4, с. 18]. Этот эмотивный тип семантики «. закреплен в сознании языкового коллектива, адекватно мыслится его индивидами, то есть отражается в структуре их сознания и удерживается в их эмоциональной памяти» [17, с. 204]. Например: «

- Красавица моя, королева, богиня! Я у твоих ног ... Пожалуйста, не отвергай меня! - Хорошо, я остаюсь.» (Д. Донцова).

Появляясь в начале высказывания, эмоции (взволнованность, воодушевление, восхищение), порожденные человеческим сознанием, а затем и отраженные в речи (красавица, королева, богиня), ориентируют на систему ценностей, градуированных по шкале

«плюс»-«минус», и подготавливают нервную систему слушающего к определенной деятельности, то есть производят своего рода программирование на реализацию коммуникативного намерения путем «эмоционального заражения» (эмпатии) - целенаправленного воздействия на эмоциональную сферу слушающего с целью возбуждения запланированной эмоциональной реакции [10]: « -Убирайся вон, мерзавка! Дрянь! - Сама ты дрянь! Ноги моей здесь больше не будет!» (Т. Устинова).

Данный пример иллюстрирует эмоции ярости, гнева, возмущения (мерзавка, дрянь,), являющиеся стимулом для возникновений столь же негативных эмоций у адресата, так как в сознании языкового коллектива они маркированы с точки зрения отрицательного эмоционального заряда. Эмотивные знаки, следующие за экспликацией побуждения убирайся, направлены на интенсификацию директивной интенции.

Таким образом, эмоции отмечают собой начало и конец волевого акта, когда говорящий стремится привлечь внимание слушающего, указать на эмоциональную волну, на которой будет происходить взаимодействие, и спроецировать запланированный перлокутивный эффект. Подобное обрамление высказывания эмотивными знаками, актуализирующими смысловое содержание и усиливающими его эффект (в нашем случае эффект интенсификации иллокутивной силы побудительной интенции), получило название эмоциональной рамки высказывания1.

Эмоциональную часть коммуникативных стратегий В.А. Маслова систематизировала следующим образом: во-первых, это субъективное отношение автора к миру (передача своего эмоционального состояния); во-вторых, квалификация событий с точки зрения субъекта речи; в-третьих, воздействие на реципиента [9]. Данные эмотивные элементы прагматического содержания высказывания представляют разновидность концептуальной информации и интегрируются в эмотивную тональность2.

Три типа эмоциональной информации различаются степенью спонтанности проявления эмоций, характеризуются разными целями и осуществляются в разных ситуациях.

1. Эмоциональное выражение обусловлено внутренней потребностью говорящего в необходимости самовыражения

1 Эмоциональная рамка высказывания - это синтаксическая конструкция, включающая эмотивные знаки, которые обрамляют высказывание и сигнализируют о присутствии в нем определенных эмоций [14, с. 69].

2 Эмотивная тональность - эмотивность коммуникативного уровня

высказывания, которая рассматривается с точки зрения доминирования одной из прагматических задач: эмоционального самовыражения, эмоционально-

оценочного отношения, эмоционального воздействия [7].

«...нетождественности того, что и каков он есть, тому, чем и каким он должен быть» [11, с. 1б]. Канонической речевой ситуацией является ситуация внутренней речи (единственный адресат - это сам адресант). Например:

«- О Господе Иисусе!» (Т. Устинова) - удивление, испуг.

«- Черт! И где его носит?» (Т. Устинова) - возмущение, гнев.

В данных высказываниях говорящий испытывает эмоции и выражает их, чтобы получить психологическую разрядку.

2. Стимулом для выражения эмоционально-оценочного отношения «. становится ощущение несоответствия наличного должному не в личностном, а в общественном гомеостазе» [14, с. бб]. Ситуация их употребления - сфера внутренней речи и внешней. Например: «Она баюкала кисть другой рукой и твердила сама себе: -Вот гады. Какие же гады! Господи, ну какие же гады!» (Т.Устинова); «- Ваш начальник идиот! И фирма у вас идиотская!» (Т.Устинова).

Говорящий интерпретирует действительность согласно субъективному представлению и выражает эмоционально-оценочное отношение к компонентам сложившейся ситуации.

1. Эмоциональное воздействие характеризуется

«.адресностью и ориентировано на эмоциональную сферу партнера, связано с апелляцией к чувствам и эмоциональному опыту слушающего» [7]. Для этого типа стандартной является речевая ситуация общения в координатах «я» - «ты», например: « -Сашенька, у меня тревожные новости! Ты должен мне помочь!» (Т. Гармаш-Роффе).

Адресант воздействует на эмоциональную сферу адресата, моделируя эмоциональную ситуацию (ситуацию тревоги). В силу психофизиологической универсальности таких состояний их языковая реализация обладает большой эмотивной силой, то есть является стимулом для возникновения эмоций у адресата на основе закона эмоционального заражения, например: « - Спрашивайте, что хотите, и уходите отсюда, ради Христа!» (Т.Устинова).

Адресанту необходимо, чтобы его оставили одного (просит адресата уйти), поэтому он, воздействуя на его эмоциональную сферу (ради Христа), программирует в нем сочувствие и сострадание и тем самым решает перлокутивную задачу.

Таким образом, эмотивность, реализованная в высказывании, характеризуется с точки зрения направленности: 1) предстает в «чистом» виде как ненаправленная эмоция (эмоциональное выражение и эмоционально-оценочное отношение) и воплощается как «.собственно эмотивная функция» [17, с. 210]; 2) определяется намерением воздействовать на адресата (эмоциональное воздействие) с отбором соответствующего знака в рамках ситуации

общения, согласно коммуникативной цели и реализуется как экспрессивная функция [17].

Данная классификация относительна. Так как реальная коммуникация «.представляет собой динамическую систему взаимодействующих факторов объективного и субъективного плана.» [14, с. 71], в рамках побудительного высказывания наблюдаются синтез обозначенных функций, сплетение различных типов эмоциональной информации и эффект их транспонирования. Такие смысловые комплексы в эмотивном побудительном высказывании можно дифференцировать с точки зрения способа выражения коммуникативного намерения.

1. Эмотивность как основное средство эксплицитного выражения интенции побуждения.

« - Отвянь от меня!» (Т.Устинова); « - Отвали, тетя» (Т.Устинова); « - Не шей мне дело, начальник!» (Устинова); « -Пошел к черту!» (Т.Устинова); « - Вон! Вон! - вне себя кричала Светлана» (Т.Устинова).

В представленных речевых ситуациях побуждения эмотивные средства являются основным средством экспликации интенции. В них соединяется стремление адресанта выразить свое эмоциональное состояние, вызванное ситуацией общения, и одновременно осуществить воздействие на адресата в рамках запланированной коммуникативной цели.

2. Эмотивность как дополнительное средство эксплицитного выражения интенции побуждения, например: « - Митенька, -простонала Вальмира Александровна, - пощадите сироту. она одна ведь у меня, нету больше никого.<.> Дмитрий Петрович!!! -тут Вальмира Александровна сползла со стула и бухнулась на колени. - Не доводите до суда, пожалейте вы меня! Меня, старуху, не клеймите смертным позором! У нас городок-то ничего, все ж узнают, все до одного! Я же за всю жизнь ни копейки чужой не взяла! Ни копеечки! <.> Не губите! Отец родной! Не губите! Ради всего святого! Христом-Богом молю, сжальтесь!!! Пожалейте, я же вам верой и правдой столько лет служу.» (Т.Устинова).

В приведенном примере вербализация побуждения осуществляется глаголами в форме повелительного наклонения, эмотивные компоненты высказывания функционируют как дополнительные средства воздействия на эмоциональную сферу адресата с целью манипулирования им в рамках основной цели. Эмоциональное воздействие интегрирует эмоциональное самовыражение и эмоционально-оценочное отношение. Об этом свидетельствует ряд индикаторов эмоционального воздействия. Эмоционально маркированная ситуация побуждения связана с присутствием эмоций: адресант испытывает состояние душевной неуравновешенности (страх за родную племянницу, которой грозит

судебное разбирательство), поэтому стремится избавиться от него, побуждая адресата к благоприятному разрешению этого вопроса. К намерению адресанта побудить адресата к определенному действию прибавляется намерение воздействовать на его эмоциональную сферу с тем, чтобы смоделировать эмоциональную ситуацию, способную вызвать у него соответствующий эмоциональный отклик. Целеустановка на достижение запланированного эмоционального эффекта отражается в выразительных обращениях: ласковое

Митенька (акцент на близкие дружеские отношения) сменяется на официальное Дмитрий Петрович (акцент на понимание значимости социальной роли адресата), которое перерастает в высокопарное «отец родной» (акцент на высокую степень значимости, всемогущество - первый после Бога вершитель судеб. Ср. Отец Небесный). Во всех трех случаях адресант выражает свое отношение к адресату, полагая, что ему небезразлично, как к нему относятся, но последний эмотив-номинация-оценка обладает более сильным эмоциональным зарядом, чем эмотив-номинация-оценка, стоящий в начале высказывания.

Номинациям адресата противопоставлена автономинация адресанта (пожалейте меня, старуху), посредством которой говорящий повышает ролевой статус адресата и, уповая на его великодушие, подчеркивает свою зависимость от него. Градация и противопоставление данном случае сигнализируют о том, что говорящий стремится полнее, экспрессивнее выразить свои эмоции и тем самым воздействовать на слушающего с целью реализации коммуникативного намерения. Фразеологизированные конструкции клеймить позором, служить верой и правдой, ради всего святого, молить Христом-Богом выполняют функцию мощных эмоциональных усилителей воздействия, что обусловлено их метафорической природой и маркированностью эмотивного значения в культуре носителей языка. Значительное воздействие оказывает интонация, которая в письменном тексте передается при помощи соответствующих характеризующих слов (простонала, лепетала), восклицательных предложений, обозначении пауз (знак многоточие).

3. Эмотивность как средство имплицитного выражения интенции побуждения: « - Черт возьми, Родионовна! Ты, конечно, можешь на меня обижаться, но большей дурости, чем выйти замуж за Кузю, я не могу себе представить. Вот, ей-богу, не могу!» (Т. Устинова).

Данный пример иллюстрирует косвенный контекстуальноситуативный речевой акт побуждения, где механизмом скрытого воздействия на адресата с целью достижения перлокутивного эффекта выступают коммуникативные стратегии выражения чувств и эмоционально-оценочного отношения. Конструктивно высказывание представляет собой экспликацию говорящим своего неудовлетворенного психического состояния. Адресант испытывает

эмоции (досада, негодование) из-за существующего положения дел (адресат Родионовна выходит замуж). Чтобы добиться душевного равновесия, говорящий выражает эмоции (эмотив черт возьми (разг.)), одновременно он хочет воздействовать на эмоциональную сферу слушающего, так как в силу сложившихся обстоятельств не может потребовать от него прямого исполнения побуждения не выходи замуж. Адресант стремится воздействовать на адресата через вынесение приговора его поведению, отклоняющемуся от нормы (идеала для адресанта): стремление выйти замуж оценивается им как большая дурость ('прост.) = глупость. Свое актуальное чувство непонимания и отрицания ситуации адресант усиливает повтором не могу, акцентируя для адресата бедственность положения дел. Серьезность и искренность своего отношения к ситуации адресант выражает междометием ей-богу (уст и разг.) = истинная правда. В результате всех речевых действий создается эмоциональная ситуация, в которой адресант испытывает и выражает эмоции, оценки с целью осуществления воздействия на адресата, согласно запланированной коммуникативной установке.

Таким образом, выражение эмоций и эмоционально-оценочного отношения, осуществленное в присутствии реального слушающего, транспонируется в акт эмоционального воздействия. Однако наблюдается и противоположное явление: эмоциональное

воздействие в ситуации внутренней речи (самоадресации) переходит в план выражения эмоций, например: «Ну же, открой глаза, глянь в зеркало! Приведи волосы в порядок, научись пользоваться макияжем, подтяни фигуру ... Ну же, деваха, давай! Почувствуй себя королевой! Научись смотреть на всех свысока!» - Так думала Светлана, когда темой дня в офисе стали ее старые, сильно поношенные коричневые лодочки» (Т. Гармаш-Роффе).

В данной иллюстрации эксплицитные формы требования адресанта к самому себе с целью измениться (из девахи в королеву) скорее являются средством выражения неловкости, смущения, стыда по поводу своей внешности и объясняются стремлением к душевному равновесию через вынесение приговора (оценки) в форме внутреннего приказа об исправлении такого положения дел.

Итак, в побудительном высказывании функционируют несколько типов эмотивной тональности, среди них можно выделить основной (доминирующий в высказывании), то есть непосредственно отражающий коммуникативную установку, и второстепенные, направленные на актуализацию и интенсификацию иллокутивной силы. Центральной является стратегия эмоционального воздействия, дополнительными к ней выступают стратегии эмоционального самовыражения и эмоционально-оценочного отношения. Подобная схема является относительной, так как типы эмотивной тональности

характеризуются переходом из разряда «основного» средства во «второстепенное» и наоборот.

На лингвистическом уровне анализа эмотивное высказывание изучается с точки зрения языковых единиц. Текстовая эмотивность воплощает уже реализованные эмоциональные задачи адресанта, которые зафиксированы при помощи языковых средств в письменной форме. Отражение эмотивных компонентов высказывания осуществляется благодаря системе эмотивных средств, выделяемых в различных языках. Совокупность языковых и текстовых средств, используемых для кодирования эмоционального содержания, их вариативность и возможность выбора в конкретной ситуации общения, представляет эмотивную окраску [7] и определяет план выражения. Уникальность эмотивных средств проявляется прежде всего в их лексическом, фразеологическом многообразии, специфике фонетического исполнения, особых синтаксических конструкциях. Процесс восприятия эмоциональной информации состоит в декодировании эмотивных знаков, свидетельствующих об интенциональном содержании высказывания, что входит в сферу языковой компетенции носителя языка, например: « - Маришечка. -ее голос дрожал, взлетая вверх, превращался в тоненький колокольчик, а потом падал, словно проваливался в пропасть, где, обрываясь, умирал, а затем снова возрождался, но такой тяжелый и хриплый, как звук старых ржавых дверных петель. - Девочка моя. Я понимаю, что для тебя это стало невыносимо. И ты успела привязаться к Афанасию за годы, что мы жили вместе.. У нас была настоящая семья, и ее разрушение причинило тебе эту боль. Но с тех пор прошло уже больше трех месяцев. Маришка, умоляю, ну выкинь ты из сердца эту скорбь, эту тоску! Ну же, ну! Тоску, скорбь. изгони! Пора научиться жить заново, уметь прощать, доченька. Бог велит прощать.» (Т. Гармаш-Роффе).

Важнейшим спецификатором эмотивного текста является его эмотивно-просодическое оформление [17]. Интонацией выражается комплекс эмотивных смыслов. Понижение и повышение основного тона голоса, замедление темпа, появление пауз направлено на интенсификацию иллокутивной силы высказывания. В письменном тексте интонация передается при помощи характеризующих авторских комментариев (ее голос дрожал, взлетая вверх, превращался в тоненький колокольчик, а потом падал, словно проваливался в пропасть, где, обрываясь, умирал, а затем снова возрождался, но такой тяжелый и хриплый, как звук старых ржавых дверных петель), графического оформления (восклицательный знак, многоточие, использование специальных шрифтовых техник). На словообразовательном уровне наиболее типичным средством являются суффиксы субъективной оценки (например, доченька, девочка), которые выступают в качестве строительного материала и

для эмоциональной модификации личных имен (например, Маришка, Маришечка). Эмотивность на синтаксическом уровне выражается восклицательными предложениями, комплексами эмотивов, которые дублируют друг друга, присоединительными конструкциями, моделями с частицами ну, же. Важным лексико-грамматическим средством является перформатив (например, умоляю), в котором сочетаются директивное и эмотивное значения. На лексическом уровне эмотивность представлена эмотивной лексикой (например, доченька) и лексикой эмоций (например, скорбь, тоска).

В качестве важной особенности языковых средств выражения эмоций отмечается их системный характер: «. ни одно из средств выражения внутреннего переживания не обладает самодостаточностью, и только разные их комбинации в высказывании и тексте с разной полнотой и определенностью передают содержание эмоционального состояния личности» [2, с. 112]. Близкие по своему эмоциональному характеру средства притягивают друг друга, образуя целые комплексы в составе текстового фрагмента и определяют высокую плотность эмотивной ткани [15], которая в побудительном высказывании определяется коммуникативными целями и варьируется от скопления эмотивных единиц, представленных на разных уровнях языка, до присутствия одного-двух средств, занимающих в высказывании инициальную или финальную позицию. Как в первом, так и во втором случае присутствие эмотивных единиц в побуждении способствует актуализации интенции, а также нюансирует формы ее вербализации путем интенсификации иллокутивной силы эмотивными средствами. Такая интенсификация воздействия может привести к формированию разновидностей побуждения. В частности, в рассмотренной иллюстрации представлена разновидность просьбы

- мольба.

В заключение отметим следующее. Эмотивное побудительное высказывание как сложное коммуникативное явление представляет интерес для исследования организации высказывания с точки зрения плана содержания и плана выражения.

План содержания эмотивного побудительного высказывания включает два типа информации. На гносеологическом уровне -информацию о наличии эмотивных тем, маркированных с точки зрения системы ценностей носителей конкретного языка и представленных эмотивным фоном высказывания; на коммуникативном - о комбинациях речевых стратегий, интегрирующих эмоциональное выражение, эмоционально-оценочное отношение, эмоциональное воздействие и представляющих эмотивную тональность.

План выражения связан с лингвистическим уровнем анализа высказывания и представлен системой языковых средств, эксплицирующих эмоциональное значение и формирующих плотность

эмотивной ткани, а также с информацией о характере взаимодействия эмотивных и директивных единиц.

Список литературы

1. Балли Ш. Французская стилистика. - М.: Изд-во иностр. лит-ры, 1961.

2. Баранов А.Г. Функционально-прагматическая концепция текста. - Ростов-н/Д.: Феникс, 1993.

3. Бергельсон М.В. Прагматические принципы «приоритета» и его отражение в грамматике языка // Известия АН СССР. - 1981. - Т. 40. - № 4. - С. 335-343.

4. Болотов В.И. Эмоциональность текста в аспектах языковой и неязыковой вариативности. Основы эмотивной стилистики текста. - Ташкент: Фан, 1981.

5. Гак В.Г. Прагматика языкового варьирования // Языковые преобразования.

- М.: Школа «Языки русской культуры», 1988. - С. 554-584.

6. Графова Т.А. Смысловая структура эмотивных предикатов //

Человеческий фактор в языке: языковые механизмы экспрессивности. - М.: Наука,

1991. - С. 67-98.

7. Ионова С.В. Эмотивность текста как лингвистическая проблема: автореф. дис. ... канд. филол. наук. - Волгоград, 1998.

8. Караулов Ю.Н. Языковая личность // Русский язык: энциклопедия. - М.: Сов. энциклопедия, 1997. - С. 671-673.

9. Маслова В.А. Параметры экспрессивности текста // Человеческий фактор в языке: языковые механизмы экспрессивности. - М.: Наука, 1991. - С. 179-205.

10. Мягкова Е.Ю. Когнитивная теория эмоций и исследование

эмоциональной лексики / Ин-т языкознания АН СССР. - М., 1991.

11. Носенко Э.Л. Особенности речи в состоянии эмоциональной

напряженности. - Днепропетровск, 1975.

12. Пиотровская Л.А. Эмотивные высказывания как объект лингвистического изучения. - СПб.: СПбГУ, 1994.

13. Телия В.Н. Экспрессивность как проявление субъективного фактора в языке и ее прагматическая организация // Человеческий фактор в языке: языковые механизмы экспрессивности. - М.: Наука, 1991. - С. 5-36.

14. Труфанова И.В. Эмоциональная рамка высказывания // Эмотивный код языка и его реализация. - Волгоград: Перемена, 2003. - С. 64-71.

15. Шаховский В.И. Категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка. - Воронеж: Перемена, 1987.

16. Шаховский В.И. Лингвистика эмоций // Филологические науки. - 2007. -№ 5. - С. 3-13.

17. Шаховский В.И. Лингвистическая теория эмоций. - М.: Гнозис, 2008.