Слово о Конституции: размышления к 20-летию со дня принятия

УДК 342.4(470) В. Н. АНДРИЯНОВ

кандидат юридических наук, доцент, Байкальский государственный университет экономики и права

СЛОВО О КОНСТИТУЦИИ: РАЗМЫШЛЕНИЯ К 20-ЛЕТИЮ СО ДНЯ ПРИНЯТИЯ

В статье отмечено, что Конституция России является основным законом страны, резервы которого и по истечении 20 лет со дня принятия далеко не исчерпаны. Точечные изменения, внесенные за истекшее время и предлагаемые к внесению в настоящее время, не затронули существа Конституции (гл. 1, 2 и 9). Высказываемые предложения о пересмотре либо дополнении конституционных основ и главы, закрепляющей права и свободы граждан России, не основаны на фактических обстоятельствах и не являются сегодня актуальными. Вместе с тем отдельные положения Конституции РФ (например, административное судопроизводство, предусмотренное ч. 2 ст. 118) до настоящего времени не реализованы; по ряду положений, гарантирующих реализацию прав и свобод, в частности избирательных, допущены отступления. Эти и другие недостатки должны быть исправлены.

Ключевые слова: Конституция; поправки; пересмотр; избирательные права; выборы; судебные гарантии; административное судопроизводство.

V. N. ANDRIYANOV

^hD in Law, Associate Professor, Baikal State University of Economics and Law

PONDERING THE CONSTITUTION: THE 20th ANNIVERSARY OF ADOPTION

The article stresses the fact that the Constitution of Russia, being the Basic Law of the country, still possesses its potential after 20 years of its adoption. The point changes made over the past years and the alterations offered for current inclusion in the document do not affect the Constitution essence (Chapters

1, 2 and 9). The suggestions related to revision or addition of the constitutional foundations and chapters, which set the rights and freedoms of Russian citizens, can hardly rely on the current circumstances and must be considered irrelevant today. However, certain provisions of the Constitution (for example, administrative legal proceedings stipulated by Part 2 of Chapter 118) has not been implemented yet, and the provisions ensuring the rights and freedoms, particularly the elective ones, deviate. These and other drawbacks are expected to be corrected.

Keywords: the Constitution; amendments; revision; elective rights; elections; judicial guarantees; administrative proceedings.

12 декабря 2013 г. российское общество торжественно отметило двадцатилетний юбилей основного закона нашей страны — Конституции Российской Федерации. Теперь, когда несколько улеглись юбилейные торжества и страсти, имеется возможность для более основательного обсуждения роли и значения Конституции для современного развития России, путях реализации заложенного в ней (Конституции) потенциала.

Общепризнанно, что нынешняя Конституция занимает выдающееся место в истории России и мировой истории: она закрепила переход к новому конституционному строю; с принятием Конституции 1993 г. завершился

амбициозный социальный эксперимент построения в отдельно взятой стране коммунистического общества. Уже в силу этого Конституция является документом принципиально нового социального выбора российского общества в пользу демократии, либеральных ценностей и прав человека. В ней закреплены принципиально иные, чем ранее, нормы и принципы, которые определяют ориентиры социально-экономического, политического и духовного развития России в XXI в. При этом Конституция России при регулировании прав человека исходит из основополагающих принципов: многонациональный народ Российской Федерации сознает себя частью мирового

© В. Н. Андриянов, 2014

сообщества (преамбула); в основе правового регулирования в Российской Федерации лежат и общепризнанные стандарты, принятые в международном сообществе (ч. 4 ст. 15); общепризнанные принципы и нормы международного права в области прав и свобод человека и гражданина получили свое конституционное закрепление в Российской Федерации (ч. 1 ст. 17).

Прошедшие годы убедительно подтверждают, что российское общество приняло ценности подлинного конституционализма: свободу человека и совести, многопартийность и открытость границ, рыночные отношения и судебную защиту прав человека, суверенитет и народовластие, парламентаризм и разделение властей, верховенство закона, федерализм и местное самоуправление, признание и защиту всех форм собственности. Необходимо отметить, что за все эти годы внимание конституционалистов к различным аспектам как теории конституции, так и механизма ее реализации значительно повысилось. В настоящее время в конституционно-правовой науке сформировалось такое направление изучения теории прав человека, как конституционализация. Конституционализм, конституционный строй, конституционность, конституционализация, конституционный порядок, конституционная ответственность — эти слова стали лейтмотивом для исследователей по теории конституции.

Конституционализация — это следование правилам, установленным Основным Законом государства, уважение к конституционным ценностям всех членов гражданского общества независимо от их статуса, мировоззрения — как гарантия соблюдения, прежде всего прав человека, залог нормального функционирования государства, обеспечивающего поступательное развитие общества по пути цивилизованности. В этом плане обоснованным выглядит выделение учеными судебного конституционализма как воплощения политико-правового режима судебного обеспечения верховенства права и прямого действия Конституции, безусловного гарантирования конституционных ценностей на основе баланса власти и свободы, частных и публичных интересов, единства социокультурных и нормативных правовых факторов конституционализации экономического, социального, политического развития России как демократического правового государства [4, с. 19-20].

В современной конституционно-правовой науке признано: права человека — мерило свободы, определяемое конкретно-историческими условиями бытия человека. Свобода, по мнению известного конституционалиста О. Е. Кутафина, — естественное состояние человека, высшая ценность в ряду других ценностей после жизни. Поэтому закономерно, что человек, его права и свободы в нашей Конституции признаны высшей ценностью. Все остальные общественные ценности занимают иной конституционный уровень и не могут ей противоречить; обязанность государства признавать, соблюдать и защищать конституционно закрепленные права и свободы человека — это выражение сущности нового конституционного строя. Вместе с тем это одновременно и гарантия конституционности государства [7, с. 416].

Конституция, по образному выражению Председателя Конституционного Суда РФ В. Д. Зорькина, — это и математика свободы. Игнорирование, несоблюдение этой математики создает дисбаланс прежде всего между властью и свободой, ведет к нарушению прав и свобод человека и гражданина [6, с. 38].

Сегодня уже мало сомневающихся в том, что Конституция РФ стала одним из важнейших факторов стабильности в нашей стране. Несомненно, она выступает правовой основой развития государства и общества.

Анализируя актуальные проблемы теории и особенно практики действия и реализации в настоящее время Конституции РФ, необходимо обратить внимание на ряд следующих обстоятельств.

Во-первых, несмотря на то, что в целом общество, основные социально-политические силы приняли правила, установленные Конституцией РФ, периодически возникают и вновь затухают споры о легитимности действующей Конституции РФ. Безусловно, ставшая компромиссом в борьбе различных социально-политических сил российского общества, в противостоянии между исполнительной и законодательной властями, Конституция России несет на себе печать драматизма российских реалий того времени. Небезынтересно напомнить, что еще в канун ее десятилетнего юбилея известный конституционалист профессор МГУ С. А. Авакьян провел историческую параллель появления Конституции РСФСР 1918 г. и Конституции РФ 1993 г.:

«История появления Конституции — наиболее щекотливый вопрос юбилейной тематики. Он будет постоянно висеть дамокловым мечом над современным политическим развитием России. Будет примерно то же, что произошло с разгоном Учредительного собрания в 1918 г.: затухая или возгораясь, проблема существовала столько, сколько существовала сама советская власть..., но наступило новое время, и события января 1918 г. стали поводом для того, чтобы обвинить соответствующие силы в неконституционном (узурпаторском) способе прихода к власти» [1, с. 12].

Во-вторых, несмотря на звучащие призывы прекратить разговоры на тему пересмотра действующей Конституции РФ, в научном сообществе периодически продолжает возникать мысль: «В обществе складывается убеждение в необходимости принятия новой Конституции» [12, с. 9]1. Достойный ответ на продолжающиеся попытки пересмотра Конституции, касающиеся конституционных основ, прав и свобод граждан России, дан Президентом страны В. В. Путиным на встрече с заведующими кафедрами конституционно-правовых дисциплин в Ново-Огареве 7 ноября 2013 г.2: «Любой закон в определенной степени — результат компромисса в обществе. Но Основной Закон претендует на то, чтобы быть самым стабильным... Как мы будем смотреть на стабильность конституционного строя, если будем менять сам текст?»3. В этом контексте весьма актуальным выглядит объявление В. Путиным на этой же встрече об инициировании им в Государственной Думе нового законопроекта — о более широком использовании таких государственных символов, как флаг и гимн: «Исхожу из того, что более широкое их применение, во всяком случае в учебных заведениях, будет способствовать воспитанию патриотизма, особенно у молодого поколения...Очень хотелось бы, чтобы основные положения Конституции внедрялись в общественное сознание, ведь Основной Закон — тоже символ государства»4.

Исследуя современные актуальные проблемы правоприменения Конституции РФ,

1 См. также: [1; 2; 5; 11].

2 Более подробно о вопросах, рассмотренных на встрече, см.: [3].

3 Закон стабильности: Президент Владимир Путин обсудил с правоведами Конституцию // Российская газета. 2013. 8 нояб.

4 Там же.

необходимо отметить проблему реализации народовластия. Как известно, народовластие — одна из основ конституционного строя, оно выражает его сущность. Конституционная формула — «народ осуществляет свою власть непосредственно. Высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы» (ч. 2 и 3 ст. 3 Конституции РФ) — имеет огромное значение и отражает суть конституционного строя, ибо только народ выступает носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации. В последнее десятилетие наблюдается тенденция в целом сужения институтов прямой демократии, прежде всего референдума и свободных выборов. Так, Федеральный конституционный закон «О референдуме Российской Федерации» от 28 июня 2004 г. № 5-ФКЗ ужесточил требования к подготовке и проведению референдума по инициативе граждан России. «Новые условия подготовки и проведения референдума, — отмечают В. О. Лучин и

А. В. Мазуров, — беспрецедентно ужесточены, забюрократизированы и не имеют с демократией ничего общего» [8, с. 9].

Похожая ситуация сложилась и в сфере избирательного законодательства. Речь идет о следующих изменениях: отмена выборов глав субъектов Российской Федерации, переход полностью на пропорциональную систему распределения депутатских мандатов в Государственной Думе ФС РФ, 7%-ный барьер для политических партий, запрет избирательных блоков, отмена избирательного залога, графы «против всех» и порога явки избирателей на выборы. Конституционное назначение выборов — это формирование органов публичной власти и выборных должностных лиц. Природа же избирательных прав — это участие в управлении делами государства и местного самоуправления, это юридическая возможность граждан принимать участие в различных избирательных действиях (в выдвижении кандидатов в предвыборной агитации и т. д.) посредством выборов. Исключение из избирательного бюллетеня графы «против всех» по существу явилось сужением, ограничением избирательных прав граждан. Сторонники ее исключения приводят следующие аргументы: данной графы в избирательном законодательстве ряда стран нет; цели реализации избирательных прав граждан имеют

подчиненную роль перед целями формирования органов власти, у них также разная природа и мотивация. Получается, что избирательные права граждан ограничиваются в целях защиты основ конституционного строя. Одна из основ конституционного строя — народовластие. Статья 2 Конституции РФ признает эту основу высшей конституционной ценностью. В нашем случае избирательные права ограничиваются в целях защиты власти. В таком случае возникает разная значимость, несоразмерность конституционных ценностей. Следует иметь в виду, что Конституционный Суд РФ неоднократно в своих решениях обращал внимание на то, что, соблюдая баланс конституционных прав, свобод и законных интересов участников правоотношений, законодатель обязан соблюдать принцип соразмерности вводимых им ограничений конституционно значимым целям и не допускать искажения существа прав любой стороны соответствующего правоотношения. Исключение графы «против всех», по сути, есть законодательное ограничение свободы выборов. Это ограничение антиконституционно. Сегодня высшее руководство страны, правящая партия во многом признали допущенные ошибки в реализации прямых форм народовластия: возвращены прямые выборы глав субъектов РФ, изменяется избирательное законодательство. В частности, при выборах депутатов Государственной Думы РФ в 2016 г. вновь предусмотрено применение смешанной избирательной системы.

Чрезвычайно актуальной проблемой реализации Конституции РФ продолжает оставаться проблема обеспечения, гарантированности и защиты прав, свобод и обязанностей человека и гражданина. Свободы и права человека — это ценности, по которым определяют уровень демократизма, законности, конституционности, цивилизованности общества и государства. Сегодня можно констатировать, что проводимые реформы (политическая, экономическая, административная, судебная) не завершены, а их реализация наталкивается на ряд объективных и субъективных преград. Например, до настоящего времени не реализована в полном объеме ч. 2 ст. 118 Конституции РФ относительно введения административного судопроизводства. В последнее время в этом направлении имеются серьезные подвижки. Но остается фактом: спустя 20 лет после принятия Конституции РФ одно из важнейших

конституционных положений, напрямую влияющее на осуществление судебной власти по защите прав и свобод человека и гражданина, остается нереализованным. Рассмотрим эту проблему подробнее.

Конституция выделяет в качестве самостоятельного вида судопроизводства административное судопроизводство, которое осуществляется на основе специального, а именно административно-процессуального законодательства (ст. 118, ч. 2; ст. 72, ч. 1, п. «к»). В настоящее время дела, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, рассматриваются судами общей юрисдикции и арбитражными судами. В выступлении председателя Конституционного Суда РФ В. Д. Зорькина на VIII Всероссийском съезде судей (18 декабря 2012 г.) отмечалось, что «в дискуссиях о том, какой из существующих судов должен рассматривать административные споры, остался в стороне главный вопрос — на основе какой нормативной базы их рассматривать. Между тем такие дела рассматриваются на основе гражданско-процессуального или арбитражно-процессуального законодательства. В этом смысле административного судопроизводства в нашей стране не существует. Поэтому необходимо создание административного процессуального кодекса, т. е. полноценной нормативно-правовой базы административного судопроизводства»1. Административное право в значительно большей степени (в отличие от других отраслей российского права) зависит от конституционно-правового регулирования. Следовательно, конституционные гарантии находятся в основе развития административного права. В свою очередь, конституционные гарантии представляют собой способы и средства, направленные на исключение из правотворческой и правоприменительной практики «решений и действий государственных органов и должностных лиц (государства, власти), которые являются антиконституционными по существу или не соответствуют конституции по форме» [13, с. 500]. Такие административно-правовые институты, как административно-правовые акты, административное судопроизводство, административные процедуры являются одними из важнейших современных и эффективных правовых ограничений для публичной власти (особенно

1 URL : http://www.ssrf.ru/page/9098/detail/.

для исполнительной, или административной власти). Действие этих правовых институтов направлено на формирование эффективной административной и судебной системы, на усиление режимов законности, дисциплины и правопорядка. Гражданское общество через данные институты получает дополнительные гарантии защиты прав и свобод человека и гражданина, законных интересов организаций и юридических лиц. Проверка законности государственной деятельности, результатов административного нормотворчества, установление правового качества используемых форм публичного управления, несомненно, являются важнейшими конституционными гарантиями. В определенном смысле судебный конституционный контроль и судебный административный контроль — виды судопроизводства, взаимодействуя и дополняя друг друга, формируют полноценный механизм защиты государства и общества от противоправных юридических актов, решений и действий органов публичной власти, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих.

Как показывает правоприменительная практика, законная деятельность органов исполнительной власти, предупреждение совершения и преодоление последствий административных ошибок, формирование новых условий, процедур и порядков эффективного государственного управления, строительство системы действенного контроля за деятельностью административных органов и их должностных лиц — все эти задачи становятся реальными для решения лишь в условиях действия сформировавшихся демократических стандартов и принципов современного правового государства. Принятые в России в течение последних 15 лет федеральные законы и иные нормативные правовые акты в области формирования системы и структуры исполнительных органов государственной власти, государственной службы, порядка разработки и действия нормативных правовых актов органов исполнительной власти направлены на обеспечение законности и открытости публичного управления, на защиту прав, свобод и законных интересов граждан, организаций и юридических лиц, когда они взаимодействуют с административными органами и с их должностными лицами. Главным теперь становится судебный контроль, способный выявлять нарушения исполнительной власти, указывать на них, запрещать их. А для этого необ-Известия ИГЭА 2014. № 2

ходимы новые организационные изменения в структуре самой судебной власти, разработка современных процессуальных правил разрешения административно-правовых споров и устранения административных ошибок.

Начало современному этапу дискуссии по вопросу о необходимости развития системы административного судопроизводства дано

В. В. Путиным в статье «Демократия и качество государства». В разделе этой статьи «О развитии судебной системы» он написал: «Мы сделаем правосудие доступным для граждан. В том числе введем практику административного судопроизводства не только для бизнеса, но и для специального рассмотрения споров граждан с чиновниками. Дух и смысл практики административного судопроизводства исходят из того, что гражданин уязвимее чиновника, с которым он спорит. Что бремя доказывания возлагается на административный орган, а не на человека» [10]. Указом Президента Российской Федерации «Об основных направлениях совершенствования системы государственного управления» от 7 мая 2012 г. № 601 предписывалось принять меры по повышению доступности правосудия для граждан, организаций и объединений граждан при рассмотрении споров с органами государственной власти Российской Федерации, обеспечив внесение в законодательство Российской Федерации изменений, предусматривающих совершенствование административного судопроизводства. «В первую очередь следует завершить создание административного судопроизводства, — отмечается в Указе Президента, — в кратчайшие сроки принять соответствующий кодекс и сформировать судебные составы, которые будут разрешать споры граждан с органами государственной власти и местного самоуправления. Смысл, философия административного судопроизводства всем нам хорошо известны. Изначально это ориентировано на защиту граждан, в том числе бремя доказывания здесь возлагается на госорган, а не на самого человека»1.

И вот, наконец, в марте 2013 г. Президент России внес в Государственную Думу проект Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации2. Несмотря на то, что таких проектов было несколько (преды-

1 СЗ РФ. 2012. № 19. Ст. 2338.

2 СПС «КонсультантПлюс».

дущий разрабатывался Верховным Судом РФ и выносился на обсуждение общественности в 2006 г.), есть все основания полагать, что на этот раз нормативный акт будет принят. А это значит, что мы являемся свидетелями и отчасти участниками очень важного этапа в развитии процессуальной формы административного судопроизводства.

Таким образом, мы являемся свидетелями практической реализации нормы Конституции Российской Федерации об административном правосудии как особой формы осуществления судебной власти в стране.

Сегодня в связи с 20-летним юбилеем Конституции Российской Федерации известными в стране политическими деятелями и высшими должностными лицами отмечается, что конституционные положения и нормы являются пока больше идеалами и общими целями, а потенциал Конституции не исчерпан. При этом одновременно отстаивается тезис о том, что нужно «только, следуя Конституции,

добиваться последовательного воплощения ее положений и норм в каждодневной жизни» [9], использования до конца заложенного в Конституции «ресурса развития».

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что общество еще не получило в полном объеме того, что провозглашено в Конституции РФ, в том числе и потому, что проводимые реформы (политическая, экономическая, административная, судебная) не завершены, а их реализация наталкивается на ряд объективных и субъективных преград. Главная причина сложившейся ситуации не в конституционной модели власти, не в Конституции РФ, а вне ее, в реальном соотношении социально-политических сил и в правовой культуре общества. Важно понять, и мы присоединяемся к многократно высказанному мнению, что Конституция РФ не может заменить собою все остальные институты, гарантирующие от злоупотреблений властью и игнорирования конституционных установлений.

Список использованной литературы

1. Авакьян С. А. Конституция как символ эпохи / С. А. Авакьян // Конституция как символ эпохи : в 2 т. / под

ред. С. А. Авакьяна. — М. : Изд-во МГУ, 2004. — Т. 1. — С. 11-16.

2. Авакьян С. А. Политические отношения и конституционное регулирование в современной России: проблемы и перспективы / С. А. Авакьян // Журнал российского права. — 2003. — № 11. — С. 43-54.

3. Андриянов В. Н. Конституция Российской Федерации — основа стабильности общества и государства

(в свете встречи заведующих кафедрами конституционно-правовых дисциплин с Президентом России В. В. Путиным) / В. Н. Андриянов // Конституции Российской Федерации — 20 лет : материалы науч.-практ. и обществен-но-полит. слушаний (Иркутск, 29 ноября 2013 г.). — Иркутск : Изд-во ИрГТУ, 2014. — С. 28-33.

4. Бондарь Н. С. Судебный конституционализм в России в свете конституционального правосудия / Н. С. Бондарь. — М. : Норма : ИНФРА-М, 2011. — 544 с.

5. Зорькин В. Д. Конституционный вектор России: 20 лет реализации Основного Закона страны // Российская газета. — 2013. — 19 нояб.

6. Зорькин В. Д. Россия и Конституция в XXI веке. Взгляд с Ильинки / В. Д. Зорькин. — М. : Норма, 2007. — 400 с.

7. Кутафин О. Е. Российский конституционализм / О. Е. Кутафин. — М. : Норма, 2008. — 543 с.

8. Лучин В. О. Новый Закон о референдуме / В. О. Лучин, А. В. Мазуров // Право и политика. — 2004. — № 8. — С. 4-9.

9. Нарышкин С. Конституция как идея (не могу остаться в стороне от дискуссий) / С. Нарышкин // Российская газета. — 2013. — 10 апр.

10. Путин В. Демократия и качество государства / В. Путин // Коммерсантъ. — 2012. — 6 февр.

11. Старилов Ю. Н. Будущее Конституции Российской Федерации: «реализация без изменений», «преобразование» или «неизбежность пересмотра»? / Ю. Н. Старилов // Право и политика. — 2005. — № 1. — С. 4-24 ; № 2. — С. 4-8.

12. Чиркин В. Е. Конституция: российская модель / В. Е. Чиркин. — М. : Юристъ, 2002. — 160 с.

13. Эбзеев Б. С. Человек, народ, государство в конституционном строе Российской Федерации / Б. С. Эб-зеев. — М. : Проспект, 2013. — 656 с.

References

1. Avakyan S. A. Konstitutsiya kak simvol epokhi [Constitution as a symbol of the era]. Moscow, MGU Publ., 2004, Vol. 1, pp. 11-16 (in Russian).

2. Avakyan S. A. Political relations and constitutional arrangements in modern Russia: problems and prospects. Zhurnal rossiiskogo prava — Journal of Russian Law, 2003, no. 11, pp. 43-54 (in Russian).

3. Andriyanov V. N. Constitution of the Russian Federation is a basis of stability of the society and state (in the light of the meeting of heads of departments of constitutional and legal disciplines with the President of Russia Vladimir V. Putin).

Konstitutsii Rossiiskoi Federatsii — 20 let: materialy nauchno-prakticheskoi i obshchestvenno-politicheskoi slushanii (Irkutsk, 29 noyabrya 2013 g.) [Constitution of the Russian Federation — 20 years: proceedings of science and practical and socio-political hearings (Irkutsk, November 29, 2013)]. Irkutsk, IrGTU Publ., 2014. Pp. 28-33 (in Russian).

4. Bondar N. S. Sudebnyi konstitutsionalizm v Rossii v svete konstitutsionalnogo pravosudiya [Judicial constitutionalism in Russia in the light of constitutional justice]. Moscow, Norma Publ., INFRA-M Publ., 2011. 544 p.

5. Zorkin V. D. Constitutional vector of Russia: 20 years of the country's Basic Law implementation. Rossiiskaya gazeta — Rossiyskaya Gazeta, 2013, Nov. 19 (in Russian).

6. Zorkin V. D. Rossiya i Konstitutsiya v XXI veke. Vzglyad s Ilinki [Russia and the Constitution in the 21st century. The view from Ilyinka Street]. Moscow, Norma Publ., 2007. 400 p.

7. Kutafin O. E. Rossiiskii konstitutsionalizm [Russian constitutionalism]. Moscow, Norma Publ., 2008. 543 p.

8. Luchin V. O., Mazurov A. V. A new law on referendum. Pravo i politika — Law and Politics, 2004, no. 8, pp. 4-9 (in Russian).

9. Naryshkin S. Constitution as an idea (I cannot afford to stand aside from the debate). Rossiiskaya gazeta — Rossiyskaya Gazeta, 2013, Apr. 10 (in Russian).

10. Putin V. Democracy and the quality of state. Kommersant — Kommersant, 2012, Febr. 6 (in Russian).

11. Starilov Yu. N. The future of the Constitution of the Russian Federation: «implementation without changes», «alterations» or «inevitable revision»? Pravo i politika — Law and Politics, 2005, no. 1, pp. 4-24; no. 2, pp. 4-8 (in Russian).

12. Chirkin V. E. Konstitutsiya: rossiiskaya model [The Constitution: a Russian model]. Moscow, Yurist Publ., 2002. 160 p.

13. Ebzeev B. S. Chelovek, narod, gosudarstvo v konstitutsionnom stroe Rossiiskoi Federatsii [A person, people and a state in the constitutional system of the Russian Federation]. Moscow, Prospect Publ., 2013. 656 p.

Информация об авторе

Андриянов Валерий Николаевич — кандидат юридических наук, профессор, Заслуженный юрист Российской Федерации, заведующий кафедрой конституционного и административного права, Байкальский государственный университет экономики и права, 664003, г. Иркутск, ул. Ленина, 11, e-mail: andriyanov-vn@rambler.ru.

Author

Andriyanov Valerii Nikolaevich — PhD in Law, Honored Lawyer of the Russian Federation, Associate Professor and Chair, Department of Constitutional and Administrative Law, Baikal State University of Economics and Law, 11 Lenin St., Irkutsk, 664003, Russia, e-mail: andriyanov-vn@rambler.ru.