Стенограмма круглого стола Комитета по науке и наукоёмким технологиям совместно с комитетом по образованию на тему: "законодательная поддержка процессов формирования кадрового потенциала инновационного развития России" 3 апреля 2008 года

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

Стенограмма круглого стола Комитета по науке и наукоемким технологиям совместно с Комитетом по образованию на тему: «Законодательная поддержка процессов формирования кадрового потенциала инновационного развития России»*

Здание Государственной Думы. Зал 830. 3 апреля 2008 года. 11 часов.

Председательствует председатель Комитета Государственной Думы по науке и наукоемким технологиям В. А. Черешнев

Председательствующий:

— ...Я хочу сказать, уважаемые коллеги, что проблемы инновации сегодня волнуют всех. Об этом свидетельствует и выступление президента в феврале, вы помните, о стратегическом развитии России, о стратегии развития страны до 2020 года. Об этом говорилось и в Красноярске вновь избранным президентом Дмитрием Анатольевичем Медведевым.

Должен сказать, что с 2000 года в Думе обсуждается закон «Об инновациях», он был принят и отклонен президентом в 2002 году. И вот сейчас вновь подвергается тщательной проверке, устранению всех недостатков, а их достаточно много, начиная от глоссария, что такое инновации, что такое субъекты инновационного процесса, много вопросов тесно связанных с интеллектуальной собственностью. Я хочу сказать, что комитет наш не просто по науке, с момента разделения Комитета по образованию и науки, а Комитет называется по науке и наукоемким технологиям, то есть то что раньше было в комитете по промышленности, сегодня передано комитету по науке, и поэтому вопросы, которые мы обсуждаем сегодня, они как раз еще более актуальны, потому что кадры инновационные готовятся не только для науки, не только для образования, а прежде всего для промышленности. Это и новый тип мышления, и новый уровень подготовки. Я об этом хорошо знаю, потому что мы вот уже полтора года дискутируем о создании Евразийского университета в городе Екатеринбурге. Если раньше концепция была, что это будет суперуниверситет, мегапроект на 120-150 тысяч студентов, примерно столько же, сколько сегодня их

Публикуется в сокращенном варианте. Полный текст опубликован на сайте http://innov.eltech.ru в разделе «Аналитика. Документы».

в Екатеринбурге, то сегодня решили, что нет, ни количество должно, а качество довлеть при подготовке кадров. Сегодня видится, что это будет 10-15 тысяч студентов, как инновационный университет и многое будет делаться совместно с Уральским отделением Российской академии наук. И здесь как раз очень опыт интересный у Жореса Ивановича Алферова, вы знаете физико-технологический университет, который существует четыре года, всего четыре кафедры, всего прием 200 человек, всего на четыре кафедры, но, начиная с бакалавров и магистров. И выстроенная цепочка — физико-математическая гимназия, тесные связи с Техническим и Электротехническим университетами и отбор лучших кадров — бакалавров и магистров для подготовки в аспирантурах определенных — пример такой инновационной направленности.

Как вы знаете, в рамках программы нанотехнологий, тоже созданы инновационные компоненты подготовки специалистов. Вы знаете, что в этом году в МГУ создан факультет специальной инновационной подготовки, где отбираются лучшие магистры из всех вузов страны. Более 30 вузов страны тоже получили задание: дать четкую программу подготовки специалистов инноваторов в различных отраслях. И более 3 миллиардов рублей уже на это затрачено. То есть поиски идут. Подготовка таких специалистов очень важна, потому что во многих развитых странах мира капитал, представители инновационных направлений, сотрудники, они являются важнейшим стратегическим материалом государства, важнейшим стратегическим богатством государства. И в современных условиях это очень и очень важно.

Поэтому я полагаю, что закон по инновациям — это будет первый закон. Я думаю, в мае, в конце мая мы представим его для первого чтения в Государственной Думе. И наряду с законом, который мы сейчас обсуждаем — он представлен правительством, за-

*

кон о передаче технологий, это будет как раз первыми весточками того инновационного развития, того инновационного направления, к которому наша страна должна неизбежно перейти. Иначе отставание, иначе опять упование на сырье. А это тянет за собой закон «Об интеллектуальной собственности», это тянет уточнением многих разделов четвертой части Гражданского кодекса, как распределять прибыль, каково значение автора, все ли отдавать учреждению, и так далее, и тому подобное. Много вопросов очень важных и интересных.

Я на этом закончу свое вступительное слово, поскольку мы послушаем сегодня много интересных сообщений, мы обратились к коллегам.

Первым из выступающих у нас будет Юрий Сергеевич Карабасов — первый заместитель председателя Комитета Государственной Думы по образованию. Тема: «Состояние и перспективы развития законодательства в области профессионального образования».

Ю. С. Карабасов:

— Одна из тем, которая должна быть названа, это, конечно, подготовка кадров с учетом требований экономики, с учетом требований инновационного развития. Тут самое главное — чтобы эти требования были кем-то сформулированы и количественно, и качественно. И конечно, достижением предыдущего периода является то, что на разных этапах формирования законодательных актов, прежде всего в области профессионального образования, различного рода других правовых документов, реально состоялось взаимодействие с работодателем. Я сравниваю с тем, что было в начале 1990-х годов. Считаю, что пройдена определенная дорога. Взаимодействие думского комитета [по науке и образованию] с РСПП, Союзом промышленников и предпринимателей, появление потом «Деловой России», «Опоры», Торгово-промышленной палаты, все это практически нашло отражение в соответствующих законах. И сегодня мы можем говорить о том, что состоялось уже в определенном объеме взаимодействие системы образования и заказчика. Во-первых, один из результатов совместной работы — это определение направлений подготовки. Второй результат — это подготовка образовательных стандартов.

Сегодня в министерстве находится 66 стандартов, проектов, вернее проекты по 66 направлениям двухуровневой подготовки. Есть мысли, я знаю, о разделении эти 66 стандартов на две группы, отдельно для бакалавров и отдельно для магистров, но совместный отбор направлений подготовки, совместная работа над самими стандартами — состоявшийся факт.

Конечно, нам нужно совершенствовать это взаимодействие и дальше. Подготовка кадров, конечно, связана с тем, что собственно делает система образования. Участие заказчика, работодателей в совершенствовании, в развитии самой системы образования требует новых шагов. Это касается прежде всего налогообложения в той части, когда фирма, предприя-

тие готовы участвовать в развитии системы образования, учреждений культуры и так далее. Это общие вопросы, которые касаются не только системы образования. Вот над этим, конечно, надо работать.

Следующий вопрос, конечно, подготовка кадров ...внутри вузов. Мне это ближе, я в последние годы был ректором — 15 лет. Нужно создать среду, где действительно будут расти достойные кадры и надо об этом позаботиться. Надо позаботиться о том, чтобы на уровне мировых стандартов действовала система образования. Это не должно быть самодеятельностью, это не должно быть инициативой того или другого профессора, ректора. Это должны быть требования общества. Мы же приезжаем в университеты Соединенных Штатов и видим, что там через два-три года напрочь меняют поколение вычислительной техники и все информационные системы. Причем они не спрашивают, нужно профессору или ректору, есть у них задачки? Хочется им или не хочется? У них есть задача: отправить ребенка в ту среду, которая имеется сегодня на передовых предприятиях. Вот это забота о среде внутри системы образования.

Мы должны законодательно подобные подходы подкрепить, чтобы это не было самодеятельностью, чтобы это не зависело от инициативности и так далее. Это должно быть требование общества. И это требование мы должны сформулировать вместе с работодателями, они должны внести соответствующие возможности, привнести их в систему образования. Это касается не только вузов, это касается и школьного образования и так далее. Мне кажется — это направление одно из важнейших.

Я мог бы приводить примеры взаимодействия с работодателями на примере своего родного вуза. Это, что называется, диапазон отношений огромного размера: от полного отрицания и нежелания взаимодействовать, до абсолютно заинтересованного, серьезного, с серьезными материальными затратами, несмотря ни на какие трудности там законодательства, налогового обложения.

В качестве позитивного примера я могу назвать «Норильский никель». Я считаю, вот если бы такие работодатели у нас были, абсолютно отмобилизованные на взаимодействие с системой образования, мы бы давно уже двигались туда, куда мы должны двигаться.

С чем связан вообще инновационный процесс? Вообще говоря, он начинается с патента. Он начинается с создания интеллектуальной собственности. В этом смысле система образования сегодня выключена из этого процесса.

Университет в сегодняшнем его оформлении не может создать малое предприятие для продвижения своих технологий. Он вообще не имеет права продать патент. Он не может продать ни одного объекта интеллектуальной собственности, потому что интеллектуальная собственность, образцы интеллектуальной собственности — это то, что называют «нематериальные активы». И вообще поставить себе на баланс эту собственность — это тоже большой вопрос.

Мы выполнили по заданию Москвы одну работу по медному месторождению в Забайкалье, и имеем там

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

несколько патентов. Мы попытались оценить их. У нас денег не хватило на то, чтобы их оценить. Ну, пользуясь всякими административными ресурсами, фирма оценила это в 26 миллионов долларов. И для того, чтобы эту оценку получить в руки, я должен этой фирме заплатить 10 процентов объявленной стоимости.

То есть я должен 2,6 миллиона долларов отдать только за оценку. А потом эти 26 миллионов долларов я должен поставить себе на баланс и начать платить налоги. А потом попробуй продай еще.

Вот и вопрос: можем мы создать среду, в которой парень, девушка, выполняя исследовательскую курсовую работу, получая первые результаты и думая о том, что он уже может его продать, выходит на дипломную работу, выходить в аспирантуру и вместе с профессором создавать малые предприятия при университетах, в технопарках. Да не может у университета сегодня быть технопарка по определению, по законам, которые у нас есть.

Выход вроде бы есть. Есть статус автономного учреждения. Вы задайте ректорам государственных вузов после сложных 15 лет взаимодействия с государством вопрос: кто из них хочет сейчас рискнуть и поиграть с государством в эти игры — перейти в статус автономного? ...Ни один голову в петлю совать не хочет, особенно из тех, кто как я 15 лет с государством работал. Может быть, надо искать промежуточные варианты.

Нам надо развязать возможности вузов заниматься инновационной деятельностью. Результаты ведь печальные. Москва любит, да и вся высшая школа в России любит говорить, о том, сколько у нас профессоров, докторов, сколько у нас доцентов и какой великий потенциал собран в системе высшего образования. Больше, чем в каких-то других сферах. Вот по Москве я вам называю цифры за 2005 год. Если взять все патенты, которые Москва получила в 2005 году, на всю гигантскую систему высшего образования Москвы — а это все мы: МВТУ, МАИ и так далее — приходится семь процентов патентов от всей Москвы. Если приплюсовать РАН, медицинскую и сельхозакадемии набирается 13 процентов. А кто 87 процентов патентов в Москве получает? Это акционированные остатки отраслевой науки, малый бизнес технологический, малые фирмы. Мы своим законодательством мотивацию высшей школы участвовать в инновационной деятельности вырубили, нет мотива, стимулов нет.

Поэтому все это внедрение, все эти достижения, они есть только видимость. Так быть не должно. Вуз должен быть патентообладателем, он должен защищать интересы бюджетных средств, государства, потому что есть открытия, которые нельзя сочинить профессору, не пользуясь мощной поддержкой государства в виде инфраструктуры, уникального оборудования и так далее. Это не частная собственность.

Необходимо развязать в законодательстве вопросы по инвестированию средств в систему образования и подумать о том, как развязать инициативу системы образования в создании интеллектуальной собственности.

Председательствующий:

— Предоставляю слово Вячеславу Константиновичу Осипову — профессору, заместителю председателя Комитета Государственной Думы по науке и наукоемким технологиям.

В. К. Осипов:

— По-моему, задача формирования кадрового потенциала по сложности и по масштабу является ключевой в достижении стратегической цели перевода экономики страны на инновационный путь развития.

Сложность задачи состоит в том, что целевая подготовка кадров нужна по всему жизненному циклу инновационного процесса: от идеи и создания конкурентоспособной продукции до ее реализации на рынке.

Масштабность заключается в значительном числе категории лиц, подлежащих обучению: от школьника до учителя, от студента до преподавателя, от ученика до мастера и директора предприятия, от стажера до руководителя государственных и территориальных структур власти и управления.

Анализ состояния вопроса показывает, что рост выпуска конкурентоспособной, высокотехнологичной и наукоемкой продукции требует значительного количества квалифицированных специалистов в области управления инновациями, менеджеров различного уровня под целевые задачи управления инновационными процессами.

В настоящее время наиболее остро ощущается потребность в обучении следующих категорий руководителей и специалистов: для органов государственной власти, отвечающих за формирование и управление инновационной системой; органов местного самоуправления, муниципальных образований с высокой концентрацией инновационного потенциала; организаций инновационной инфраструктуры (технопарков, инновационно-технологических центров, венчурных фондов, центров трансфера технологий) и, наконец, для промышленных предприятий, научных и научно-производственных организаций, малых инновационно-технологических фирм.

Вместе с тем работы по подготовке кадров для инновационной сферы не носят системный характер, осуществляются без должной координации действий, с недостаточной опорой на изучение реальных потребностей работодателей и инновационной инфраструктуры в кадрах.

Существует явное несоответствие профилей профессиональной подготовки специалистов с высшим образованием и потребностями рынка труда.

Дело в том, что отечественная система образования ориентирована на спрос не на трудовом, а на образовательном рынке.

В этой связи, поскольку у нас не отлажен механизм информации о предстоящем спросе на труд, люди выбирают профессии, исходя из собственных представлений, чаще всего интуитивно.

В связи с невысоким развитием инновационной культуры в обществе, а также недостаточной пропа-

ганды соответствующих успехов и опыта у специалистов, прошедших переподготовку и повышение квалификации, нередко возникают проблемы с трудоустройством и уровнем заработной платы.

Другой проблемой, которую многие специалисты расценивают, как еще более серьезную, можно назвать демографическую яму. Снижение рождаемости в 1990-е годы уже ощущается, а в ближайшее десятилетие, возможно, еще более остро проявится на численности молодого, наиболее трудоспособного населения нашей страны.

Также нельзя не упомянуть проблему утечки мозгов.

Следует отметить, что здесь наметились позитивные изменения благодаря принятию энергичных мер со стороны руководства страны, выезд российских специалистов на работу в другие страны в настоящее время утратил массовый характер. Завоеванные позиции на этом направлении следует всемерно укреплять и развивать.

Кадровое обеспечение инновационной деятельности является, безусловно, крупномасштабной и архи-важной задачей общегосударственного уровня, которую необходимо решать на основе разработки и реализации целевых комплексных программ и мероприятий, широкого взаимодействия органов государственной власти и общественности.

К таким мероприятиям можно отнести и созданный недавно решением Комитета по науке и наукоемким технологиям, Совет по инновациям, предназначенный для информационно-консультативной поддержки его работы, в том числе в области кадрового обеспечения инновационной деятельности. Он сформирован из представителей органов федерального и регионального управления, ученых и специалистов научной, производственной и социальной сфер, деловых кругов и инвесторов.

Совет примет участие в работе по реализации подготовленного фракцией партии «Единая Россия» перечня приоритетных законопроектов на весеннюю сессию 2008 года. В настоящее время формируется план Совета по инновациям, один из пунктов которого будет посвящен практическому выполнению рекомендаций настоящего «круглого стола».

В заключение следует подчеркнуть, что наша задача состоит не только в том, чтобы справиться с сегодняшними трудностями. Она, как я полагаю, заключается в необходимости формирования такого законодательного обеспечения, которое придало бы инновационному развитию страну поступательный характер, позволило бы России избежать многих проблем в будущем, занять достойное место среди наиболее развитых в научно-техническом отношении стран мира.

Учитывая вышеизложенное, предлагается следующее. Первое — рассматривать создание и развитие системы кадрового обеспечения сферы инновационной деятельности в качестве подсистемы формирующейся государственной инновационной системы.

Второе — оказать законодательную поддержку определению основных принципов и форм взаимо-

действия органов государственной власти, местного самоуправления, субъектов образовательной деятельности, инновационной инфраструктуры, промышленных предприятий, научных и научно-производственных организаций и профессиональных объединений работодателей в решении задач сохранения и укрепления кадрового потенциала инновационного развития России.

Третье — собрать в установленном порядке и обобщить предложения субъектов законодательной инициативы о совершенствовании законодательства в области государственной поддержки кадрового обеспечения сферы инновационной деятельности.

И четвертое — рассмотреть целесообразность принятия специального решения, направленного на укрепление взаимодействия усилий в данной области профильных комитетов Государственной Думы, Совета Федерации, созданных ими целевых общественных советов.

Председательствующий:

— Предоставляем слово заместителю Министра образования и науки Российской Федерации статс-секретарю министерства Юрию Петровичу Сентю-рину.

Ю. П. Сентюрин:

— Прежде всего хочу отметить, что тема сегодняшнего «круглого стола» представляется нам чрезвычайно актуальной. Мы работаем в развитие тех тезисов, которые прозвучали в рамках расширенного заседания Государственного совета, где была обозначена проблема стратегии развития страны до 2020 года.

Если проанализировать документы этого расширенного заседания, то становится абсолютно ясным, что важнейшим фактором инновационного развития страны, инновационного поведения граждан становится непрерывное профессиональное образование, поскольку продуктом этого непрерывного профессионального образования является инновационно-ориентированный гражданин нашей страны.

В этом смысле мы свою деятельность выстраиваем в соответствии с важнейшим документом, которым руководствуемся еще с конца 2004 года — речь идет о приоритетных направлениях развития образовательной системы Российской Федерации. По оценке министерства, если анализировать состояние работы по этому документы на начало 2008 года, мы считаем, что в части профессионального образования основные задачи, сформулированные в названных приоритетных направлениях, выполнены или выполняются.

Если брать институциональный аспект этого документа, мне хотелось бы привести некую статистику, без нее, видимо, не обойтись, материалы у меня достаточно объемные, но некоторые цифры мне хотелось бы назвать.

Итак, если мы ведем речь о непрерывном профессиональном образовании, то по состоянию на исход

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

2007 года начальное профессиональное образование у нас насчитывало количественно 3207 образовательных учреждений с общим контингентом обучающихся в них один миллион 413 тысяч человек. Среднее профессиональное образование — две тысячи 847 образовательных учреждений с контингентом обучающихся два миллиона 514 тысяч человек. Почему я называл эти цифры? Чтобы сказать о том, что система начального и среднего профессионального образования существует, она не уничтожена, она не исчезла, институционально она представлена приблизительно тем же количеством образовательных учреждений, что и в прежние годы. Можно вести речь о качестве, о направлениях в подготовке, о каких-то других проблемах, но количественно эта система продолжает существовать.

Что показывает мониторинг развития системы образовательных учреждений НПО и СПО? Происходит активная интеграция по горизонтали и по вертикали. Образуются, сливаются учреждения одного уровня образования, создано уже более ста интегрированных образовательных учреждений. По вертикали, когда происходит интеграция таких учреждений, на сегодняшний день сформировано около 120-ти. При этом мы не фиксируем потери качества и потери профилей направлений подготовки. На наш взгляд, это важный вывод на сегодня.

Хотел бы отметить еще одну важную особенность. Начиная с 2007 года система НПО и СПО находится в фокусе внимания министерства, и мы начинаем ту же работу, что и с системой высшего профессионального образования, работу по модернизации и инновационному обновлению образовательных учреждений. В 2007 году была впервые проведена работа по конкурсу среди образовательных учреждений этих типов на предмет активной поддержки финансами процессов, которые они реализуют у себя, с использованием и федерального и региональных бюджетов.

Участниками конкурсов в 2007 году были более 150 образовательных учреждений, победило 76 учреждений СПО и НПО. В этом году в конкурсе приняло участие уже 262 образовательных учреждений и мы надеемся, что число победителей будет не меньше, чем в прошедшем году. То есть началось активное движение, исходя из тех же приоритетов, что и в предыдущие годы — ставка на лидеров, помощь и активное содействие тем, что работает, кто заинтересован в такой работе, кто заинтересован в модернизации своей системы.

Если вести речь о системе высшего профессионального образования, по состоянию на исход 2007 год насчитывалось одна тысяча 90 высших учебных заведений с контингентом обучающихся — семь миллионов 309 тысяч студентов. Подготовка ведется по 513-ти специальностям и 120-ти направлениям подготовки. Я имею в виду уже там, где существует бакалавриат и магистратура.

По нашей оценке и по нашему мониторингу система ВПО достаточно активно реагирует на запросы и требования времени, на тенденции экономического развития страны, своевременно инициируя откры-

тие новых направлений подготовки. Мы перечислили те направления подготовки, которые, на наш взгляд, отличаются соответствием требованиям времени. Такие направления подготовки, как инноватика, управление инновациями, менеджмент высоких технологий.

Если сравнивать количество законодательных актов, принятых в 2005 году — то есть на момент действия названного мною документа о приоритетных направлениях развития образовательной системы Российской Федерации с 2007 годом, то в 2007 году было принято в три раза больше законов, чем в 2005 году. Причем они качественно были достаточно глубоки и в материалах, которые мы получили сегодня, некоторые из этих законов приведены.

Если в совокупности анализировать изменения в законодательной базе, обеспечивающей сегодня процессы образования в обществе, хочу сказать, что мы считаем, что произошло коренное обновление и изменение законодательной базы. Я хотел бы назвать только некоторые из принятых законов, которые позволяют, на мой взгляд, подтвердить названную характеристику. Это законы «Об уровнях высшего профессионального образования», «Об изменении понятий структуры государственных образовательных стандартов», «О переходе не систему полного среднего общего образования в стране», «О праве и обязанности работодателей участвовать в выработке и реализации государственной политики в области образования», «Об интеграции науки и образования». Они относятся к числу важнейших, на наш взгляд законов, принятых как раз в последние годы.

Само время поставило перед нами задачу перехода на новый качественный этап в формировании законодательного поля, в формировании интегрированного правового акта в сфере или в области образования. Мне хотелось бы еще назвать несколько позиций, которые предстоит отработать в плане совершенствования законодательного обеспечения этих процессов. Сегодня говорилось о том, что важное место занимают вопросы интеллектуальной собственности.

Хочу сказать, что у нас на выходе, на этапе одобрения правительством находится важный, на наш взгляд закон «О патентных поверенных». Мы ведь говорим сегодня о кадровом обеспечении или сопровождении инновационных процессов в экономике. Вопрос о патентных поверенных — ключевое звено в оформлении патентов, ведении дел доверителей, закон, который идет в развитие части четвертой Гражданского кодекса, интеллектуальной Конституции, как называют еще ее по-другому. И ближайшее время этот законопроект появится в Государственной Думе.

Мне хотелось бы обратить внимание собравшихся на еще один важный законопроект, который уже находится в Государственной Думе. Речь идет о дополнительном профессиональном образовании. Я говорил о системе непрерывного профессионального образования, упомянул начальное, среднее, высшее, но еще существует дополнительное профессиональное образование — доводка, переподготовка специалистов — важнейшее направление в работе. И родил-

ся законопроект, который предполагает достаточно системные вещи, позволяющие и увеличить объем финансирования на этом направлении за счет возможностей, и потребности корпораций в высококвалифицированных кадров для использования в этих же корпорациях. И мы рассчитываем, что образовательный процесс и деятельность в этом звене профессионального образования будет строится на основе общественно-профессионального контроля в рамках общественно-профессиональной аттестации. Законопроект находится сейчас в стадии рассмотрения и заключении в правительстве.

Мы подготовили концепцию и текст законопроекта о фондах государственной и негосударственной поддержки инновационной деятельности. Я благодарен Валерию Александровичу за информацию, которую получил сегодня о том, что в комитете началось дополнительное, может быть, изучение или просмотр того материала, который был в прошлые годы по специализированному закону «Об инновационной деятельности». Хочу просто сказать, что мы в рамках данного законопроекта пытаемся реализовать две принципиальные для нас задачи.

Первое. Это введение понятия «инновационная деятельность» вообще, потому что его сегодня в правовом поле не существует. Возможно это можно будет сделать через внесение соответствующих изменений в закон «О науке и государственной научно-технической политике». И плюс еще насыщение этой деятельности, помимо бюджетных средств, внебюджетными и финансовыми источниками в виде негосударственных фондов поддержки инновационной деятельности.

Законопроект, на наш взгляд, очень непростой, достаточно сложный, мы это видим уже на этапе согласования концепции, его текста заинтересованными федеральными органами исполнительной власти. Поэтому я, может быть, предвосхищаю или бегу впереди этой работы. Но в плане нашей законопроектной деятельности он есть. И мы намерены довести эту работу до конца, добиться внесения его в Государственную Думу.

Хотел бы упомянуть еще об одном законопроекте, который мы относим к числу актуальных в контексте рассматриваемого сегодня вопроса. Речь идет о возможностях бюджетных научных и образовательных организаций и учреждений, создавать хозяйствующие субъекты. Вот мы говорим об инновационной экономике, о том, где и как эти вопросы реализовывать сегодня. Вопрос важнейший. Здесь сегодня существуют «заградительные меры» со стороны Бюджетного кодекса, который не позволяет реализовывать эту задачу.

Без этого закона не обойтись. И мы поэтому относим его к числу важнейших. И в плане нашей деятельности он есть и, думаю, идет напрямую в развитие названных сегодня вопросов.

Председательствующий:

— Предоставляю слово Андрею Геннадьевичу Свинаренко — исполнительному вице-президенту

Российского союза промышленников и предпринимателей.

А. Г. Свинаренко:

— В прошлом году РСПП проводил традиционные исследования о состоянии делового климата в России. И впервые за историю таких исследований на первое место по факторам, ограничивающих или препятствующих развитию, вышла проблема профессионализма кадров. Хочу обратить ваше внимание, что в прошлые годы на первых местах были проблемы налогов и коррупции.

Поэтому мы также придаем очень большое значение этой проблеме и взаимодействуем с государственными органами власти, в частности, с Министерством образования и науки по разработке профессиональных стандартов, с одной стороны. С другой стороны, по экспертизе государственных образовательных стандартов нового поколения, о которых сегодня говорилось. В текущем году нам предстоит провести экспертизу более 300 государственных образовательных стандартов. При том, что в прошлом году мы провели экспертизу порядка 80-ти.

Сегодня, если говорить о законодательстве, то согласен с тем, что говорит Юрий Петрович. Я бы просто существенно большее внимание обратил на проблему непрерывного образования. Абсолютно ясно, что при том положении, когда технологии меняются в некоторых областях со скоростью 2-3 года, безусловно, необходимо обратить внимание на систему дополнительного образования и в целом на систему непрерывного образования.

И в этой связи существуют некоторые законодательные проблемы.

Первая проблема состоит в том, что сегодня в соответствии с законодательством квалификация присваивается на основании государственного образовательного стандарта, который, как мы знаем, в новом исполнении — «бакалавр» и «магистр» будет носить рамочный характер: у бакалавра 50 процентов свободы, а у магистра — 75 процентов неопределяемых в стандарте требований.

Поэтому определять квалификацию на основе такого стандарта не представляется возможным и поэтому мы считаем, что необходимо квалификацию определять на основании профессионального стандарта, разработанного работодателем. Сегодня такая работа проводится. Целый ряд стандартов уже подготовлен. Но опять же этого недостаточно. Поэтому мы на основании того закона, который дает права работодателям участвовать в разработке и реализации политики в области образования, добиваемся того, чтобы требования профстандарта были учтены в образовательной программе. А это означает, что работодатель или потребитель должен войти в состав учебно-методических объединений, как равноправный член, как заказчик, поскольку образовательные программы утверждаются именно там.

Соответственно, должна выстраиваться система общественно-профессиональной сертификации, где

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

молодые люди и немолодые люди могут пройти определенные процедуру и получить подтверждение квалификации.

Безусловно, требует законодательного оформления и проблема экономических стимулов. На сегодняшний день работодатель не может выполнить целый ряд разумных действий, в частности, он может финансировать повышение квалификации только своих штатных сотрудников, он не может оплачивать из своих затрат целый ряд расходов, необходимых на сегодняшний день для модернизации профессионального образования.

Хотя при этом согласно исследованию, проведенному в прошлом году, на сегодняшний день расходы предпринимательского корпуса сопоставимы с расходами бюджета на одну и ту же тему — по профессиональному образованию. Они практически совпадают, поскольку большие средства приходится тратить на то, чтобы специалиста довести до кондиций, необходимых в конкретном бизнесе.

Поскольку эти средства уже вкладываются, мы, собственно говоря, и должны обеспечить, с одной стороны, законодательное стимулирование этих расходов, с тем, чтобы увеличить объемы финансирования профессионального образования не только за счет федерального бюджета, но и за счет средств корпораций, предоставив им нормальный режим налогообложения этих расходов. Такого рода предложения нами подготовлены. То же самое касается и стимулирования инноваций в части амортизации налога на прибыль, налоговых каникул и так далее.

Председательствующий:

— Предоставляю слово Иванову Владимиру Викторовичу, профессору, начальнику Научно-организационного управления Президиума РАН. «Проблемы формирования кадрового потенциала в научной и инновационной сфере».

В. В. Иванов:

— Я, наверное, начну с того, что научный сектор академии наук, государственной академии наук является точно таким же работодателем, как и бизнес-сообщество, которое представлял Андрей Геннадьевич. И я бы хотел, может быть, высказать несколько соображений, как мы видим себе те проблемы, которые сейчас стоят перед нашей образовательной системой для обеспечения потребностей инновационной экономики.

Последнее время очень часто мы произносим слово «инновационная экономика». Но не всегда четко определяем, что же за этим стоит?

Если брать самые общие экономические подходы, мы с вами знаем, что есть экономики ресурсноориентированные, индустриальные, экономика знаний, наконец. Но тем не менее все они носят определенный инновационный уклон. Пожалуйста, можно взять страны — члены ОПЕК, которые, в общем-то, за счет добычи и реализации природных ископаемых живут достаточно хорошо. И тем не менее

мы можем назвать эту экономику инновационной, потому что там используются достаточно высокие технологии, которые получаются из-за рубежа. Именно этим обеспечиваются высокие темпы добычи, высокие прибыли.

Значит, и здесь нам представляется, что надо очень четко представлять: для какой же экономики готовим кадры мы? Россия сейчас имеет все возможности развиваться по любому типу — от экономики знаний до ресурсного. И здесь надо только очень тонко определить: для чего мы готовим кадры?

Если мы все-таки склоняемся к экономике знаний. Тогда здесь необходимо очень четко иметь в виду, что эта экономика стоит на трех китах: это наука, наукоемкая промышленность и образование. Причем образование, оно является не только поставщиком кадром, но и естественным работодателем, потому что профессора и преподаватели тоже где-то работают.

Нам представляется, что сейчас назрела пора пересмотреть некоторые подходы к системе образования, которые у нас были в 1990-е годы, поскольку теперь уже четко определился вектор развития страны. И, может быть, на основе этого выработать новую концепцию образования на период, который сейчас обозначен в Программе социально-экономического развития страны.

Прежде всего, хотелось бы обратить внимание на проблему развития непрерывного образования. Давайте посмотрим, что у нас происходит сейчас. Непрерывное образование надо рассматривать не с вузов, а со школы.

И здесь мы увидим такую вещь, что сплошь и рядом сложилась система, когда знаний, которые даются в школе, бывает недостаточно для того, чтобы поступить в университеты.

Приведу конкретный пример. Во все экономические вузы сдают и математику, и обществознание. Вот два предмета — это обязательно. А в то же время, скажем, в школах с математическим уклоном обществоз-нание практически не преподают или преподают на том уровне, который не позволяет дальше поступать. Значит, здесь мы имеем явно разрыв образовательной цепочки.

Выхода из этого три: репетиторство, подготовительные курсы при институтах и, к сожалению, коррупция.

Следующий момент — это вопрос о переходе на двухуровневое образование. Да, конечно, эта система достаточно развита за рубежом. Но в то же время, когда речь идет о подготовке кадров высших квалификаций, то они проходят в вузах, в университетах, которые, вообще-то говоря, не входят в рамки Болонского соглашения.

И вот здесь тоже стоит вопрос о том, как мы будем готовить специалистов для нашей инновационной экономики. Ведь в чем проблема двухуровневого образования? Все бы хорошо, но мы говорим что бакалавр — это у нас специалист с высшим образованием. А если это специалист с высшим образованием, тогда, вообще-то говоря, он имеет право поступать в аспирантуру. Но, с другой стороны, это не то выс-

шее образование, которое позволяет поступать в аспирантуру, то есть тут есть, по крайней мере, одна из развилок.

Вторая развилка. Как специалиста высшего образования, мы в лаборатории должны его брать на должность младшего научного сотрудника. А вот теперь представьте, если есть выбор — брать бакалавра на должность младшего сотрудника или выпускника, допустим, МГУ, который прошел полный курс обучения. Кого мы возьмем? Тут ответ очевиден.

Эти проблемы требуют своего законодательного или, скажем, так более четкого решения. Это является достаточно серьезной проблемой, когда речь идет об обеспечении рабочими местами инновационной экономики. Есть такой большой кит, как промышленность, и вот этот вот самый кит является основным потребителем наших самых лучших кадров.

Я напомню наше прошлое когда, скажем, начинался атомный проект, то одновременно принимались решения, которые запускали научно-исследовательские разработки в промышленность и образование. И тогда были, скажем, даны конкретные задания Московскому государственному университету, Химико-технологическому институту и даже создали специальный институт, который сейчас МИФИ называется. В комплексе решалась проблема. Сейчас, к сожалению, когда у нас начинаются проекты такого рода, эта система пока еще не работает в такой тесной связке. За промышленные разработки, за коммерциализацию отвечает одна структура, например Роснанотех, за образование — другая, за науку — третья. В общем, пока еще здесь единой связки нет. И вот здесь, когда мы говорим про систему подготовки кадров для инновационной экономики, надо иметь это в виду.

Поэтому нам представляется, что сейчас необходимо обратить внимание на разработку новой инновационной ориентированной концепции образовательной деятельности. При этом в ее разработке должны принимать участие не только образовательное сообщество, как в основном сейчас происходит, но и бизнес-структуры и академический сектор науки. Еще один момент, на который хотелось бы обратить внимание — это создание новых рабочих мест.

Здесь сегодня упоминалось о необходимости развития нашей национальной инновационной системы. Зарубежный опыт показывает, что есть два полярных подхода к развитию инновационных систем: один направлен на создание новых технологий (так развивается Германия), а второй на создание новых рабочих мест в наукоемкой сфере (это вот основная идеология, которая принята во Франции).

Если брать эффективность этих двух систем, то по оценкам они примерно одинаковые. Но у инновационной экономики есть одна отличительная черта — высокие зарплаты работников в наукоемкой сфере.

У нас, к сожалению, по крайней мере, в государственном секторе, здесь большие проблемы. Если брать бюджетную обеспеченность профессора, я не беру надбавки, гранты и так далее, то профессор вуза сейчас, по-моему, получает порядка 18 тысяч, из них семь тысяч — это надбавка за докторскую степень.

Все, что сверху — это, я еще раз повторяю, работа: гранты, премии, экономия фонда зарплаты — большой спектр.

Если брать Академию наук — сейчас объявлено, что средняя зарплата у нас сейчас составляет 19 тысяч, это сейчас, к концу года будет 30, но по постановлению Правительства Российской Федерации зарплата младшего научного сотрудника составляет восемь тысяч рублей.

Теперь представьте: у нас молодой человек закончил вуз, и ему предлагают на восемь тысяч рублей идти сюда работать, в Академию наук или спуститься в метро, где помощник машиниста получает стипендию 14 тысяч, а машинист 35 тысяч. Ну, хорошо, восемь тысяч — это зарплата и, казалось бы, на нее можно сделать разные премии, добавить еще что-то. Но по существующей системе этого сделать нельзя, потому что для того, чтобы получить все эти остальные бонусы, для этого надо иметь публикации, для этого надо читать лекции и так далее. То есть, это стимулирующие надбавки. Таким образом, мы фактически на два-три года сажаем молодого человека на восемь тысяч рублей, пока он не сделает диссертацию.

Вопрос финансового обеспечения — это то, что требует разрешения и разрешения достаточно быстро. Потому Общественная палата недавно проводила слушания по этому поводу и выпустила такой доклад «Образование и общество. Готова ли Россия инвестировать свое будущее?»

Вот здесь говорится, что через десять лет зарплата профессора в вузе должна составить порядка 50 тысяч рублей минимальная. Это, конечно, суммы высокие, но я хотел бы заметить, что, скажем, в Москве в лицеях заместитель директора гимназии получает порядка 50 тысяч уже сейчас.

Поэтому здесь, на наш взгляд, нужны наши совместные усилия: и законодателей, и разработчиков вот этих концепций, разработчиков политики в том, чтобы как-то эти вопросы решать.

Председательствующий:

— Слово предоставляется Эвалду Евгеньевичу Антипенко — проректору, начальнику Управления инновационной политики и организации инновационной деятельности Московского университета имени Ломоносова.

Э. И. Антипенко:

— Мы здесь обсуждаем вопросы тех законодательных инициатив, которые нужны, чтобы лучше готовить кадры для инновационной экономики. Но, помимо чисто законодательных вопросов, вообще говоря, существуют, наверное, и концептуальные вопросы, которые мы до сих пор не разрешили.

Самый главный вопрос такой: а в чем особенности подготовки специалиста для инновационной экономики? Самый примитивный ответ может заключаться в том, что, давайте, мы инженеру будущему или специалисту в достаточно узкой области науки и техники дадим необходимый минимум знаний, свя-

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

занных с управлением и организацией некоего производства, и мы получим достаточно хорошего менеджера. Тогда, наверное, я думаю, что я вас разочарую, что мы тогда вернемся просто назад к нашей старой системе подготовки кадров.

И Юрий Сергеевич не даст мне соврать, о времени когда в Московском инженерном институте стали и сплавов существовала кафедра, а в некоторых вузах даже целые факультеты, которые назывались «Организация экономики соответствующего производства». Считалось, что эти выпускаемые инженеры вполне могут управлять крупными промышленными предприятиями, не говоря уже... Цехами управляли. Но тем не менее эффективность нашего производства оставляла желать лучшего.

Поэтому вопрос о том: как учить менеджера, достаточно сложный.

Мне кажется, что помимо чисто образовательных вещей, образовательных подходов, то есть изменения образовательных стандартов, изменения учебных планов, календарных планов подготовки, набора предмета, читаемых тому или иному специалисту, по-видимому, в вузе должна еще формироваться и соответствующая инновационная среда, которая способствуют выращиванию, взращиванию вот таких вот специалистов, которые могут менеджировать собственные разработки. На примере Московского университета я попробую это пояснить.

Московский университет — большое образование (36 факультетов, 354 кафедры и все, что нужно для проведения высококлассного учебного процесса и научных исследований).

И вот та инновационная инфраструктура, которая уже создана. Создана она, конечно, не благодаря нынешней законодательной системе, а в значительной степени вопреки.

Вот там, например, существует научный парк, который на самом деле является закрытым акционерным обществом, и который по нынешнему законодательству вряд ли в вузе может существовать. Но закон обратной силы не имеет, и пока налоговики и все прочее принимают его существование.

Вот этот научный парк, который достаточно хорошо известен в мире, владеет сертификатом соответствия, стандартом ЮНИДА в в области инновационного развития имеет объем производимой продукции около 4 миллиардов рублей в год. Важнейшая миссия научного парка в МГУ — вовлечение молодых сотрудников: студентов и аспирантов в инновационный процесс, непосредственно в инновационную экономику. С помощью Фонда содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере мы принимаем участие в программе «УМНИК», программе «Формула успеха», программе «СТАРТ».

Что такое программа «УМНИК» я очень коротко скажу. Она началась в прошлом году. Эта программа отбора инновационных проектов на основе докладов студенческих и аспирантских конференций и конференций молодых ученых. После определенного отсева предложений каждый из участников защищает свой проект и дальше он получает двухлетнее

финансирование из средств Фонда содействия и развития малым фирмам и предприятиям в научно-технической сфере.

Инновационная среда в вузе может формироваться двумя способами. То, о чем я говорил до этого, это формирование изнутри, снизу. Научный парк выращивает фирмы, эти фирмы растут на факультетах, в лабораториях и так далее. Но сейчас уже в последнее время возникает ситуация, когда крупный бизнес приходит в вуз. И взаимодействие вуза с крупным бизнесом порождает не только научные какие-то результаты научными учреждениями, но и ведет к созданию так называемых корпоративных университетов. Они существуют в университете на правах факультетов, но они целенаправленно готовят людей за счет средств того же «Норникеля», «РусАла» и других крупных бизнесов нашей страны, целенаправленно готовят специалистов в той или иной сфере.

На базе разработок ученых Московского университета родилось целое предприятие НПО «Унихим-тех». А сейчас мы в университете близки к тому, чтобы создать инновационное образовательное научнопроизводственное объединение, которое включает и РАО «ЕЭС», и РАО «ЖД», и «ЛУКОЙЛ», и «РусАл», и «Норникель», и тут еще можно добавить «Росатом», потому что сейчас там разрабатывается вопрос углеволокна.

Теперь я бы хотел сказать о системе такого рода научно-образовательных центров. Они родились, эта идея родилась на примере развития образования в области нанотехнологий. Но тем не менее они могут быть применимы и к любым другим процессам инновационным в нашей экономике.

Если мы примем за аксиому, что сейчас по программе нанотехнологий будет создано около 39 научно-образовательных центров, естественно, предположить, что не все эти 39 центров в равной степени будут готовить одинаковых по качеству специалистов. В результате некоего отбора часть центров будет готовить специалистов до уровня бакалавров. Проведение обучения на уровне магистров или по аспирантуре и докторантуре может быть поручено некому ограниченному числу таких центров.

Во-первых, если говорить о нанотехнологиях или о любых других нынешних современных технологиях, мы должны практически всегда обеспечивать некую мультидисциплинарность в подходе. И такими возможностями обладают либо классические университеты, ориентированные соответствующим образом, либо политехнические вузы, такие, как Ленинградский политехнический или МГТУ имени Баумана, Московский институт стали и сплавов и им подобные.

Следующее, что необходимо, это наличие некой общей лабораторной базы достаточно высокого класса, которую мы сейчас называем центр коллективного пользования, они уже прижились и достаточно эффективно работают.

Следующая позиция. Эти вузы, эти центры должны обеспечивать полную академическую мобильность обучающихся. Это как раз полностью вписывается в систему непрерывного образования.

В заключение я бы хотел сказать два слово, что, что мешает. Мы не можем создавать совместные лаборатории ни с каким бизнесом. Собственник может быть только один. Этот вопрос требует своего решения. Мы не можем использовать свои лицензионные возможности для того, чтобы продавать лицензии или давать право ими пользоваться и зачислять эти деньги в университет.

Председательствующий:

— Предоставляю слово Шатракову Юрию Григорьевичу, профессору, ректору Московской академии рынка труда и информационных технологий. Тема: «Опыт Москвы по подготовке специалистов для инновационной экономики».

Ю. Г. Шатраков:

— В рамках программы промышленной деятельности, Правительство Москвы постоянно, уже в течение четырех лет проводит, как за счет собственных средств, так и за счет средств предприятий и промышленности, переподготовки специалистов в инновационной сфере.

В результате многосторонней работы Департамента науки и промышленной политики города Москвы удалось за четыре года снизить возрастной ценз специалистов на промышленных предприятиях с 54 лет до 43 лет. Снизить текучесть молодых специалистов до 6 процентов. Найти пути подготовки рабочих через создаваемые ресурсные центры. Увеличить надбавку заработной платы молодым специалистам, чтобы они не уходили с предприятий и ежегодно проводить переподготовку по 10-12 научным программам в инновационной сфере. Эту переподготовку проходит 3-4 тысячи специалистов за счет бюджета города Москвы ежегодно.

Однако мониторинг 2007 года квалификационного состава наших специалистов в Москве позволил установить следующую картину, которая не очень сегодня так разится с тем, что мы сегодня говорим здесь. Только 30 процентов предприятий обороннопромышленного комплекса Москвы видит участие своих специалистов в инновационной сфере как результат творческой деятельности. Только 18 процентов предприятий в Москве ориентированы на инновации и совершенствование существующей продукцией. Инновационная продукция даже предприятий ОПК города составляет сегодня пять процентов. А вы понимаете, что валовой внутренний продукт, который Москва производит, это более 13 процентов всего продукта России.

Настораживает также тот факт, что только 12 процентов предприятий ОПК ставит для своих специалистов задачу участвовать в инновационной сфере экономики через внедрение технологий двойного назначения. Только два процента предприятий на этапе определения стратегий создания вооружения военной техники прорабатывает вопрос создания двойных технологий, как будущей основы развития новаций в гражданской продукции. И нам удалось

установить, что считанные предприятия, 2-3 предприятия в Москве имеет объем нематериальных активов выше 10 процентов от стоимости предприятий.

Правительство Москвы ежегодно корректирует программу переподготовки, устанавливает новые направления, по которым академия и технопарки проводят обучение специалистов за счет бюджета правительства Москвы. Такая работа планомерно ведется уже в течение четырех лет. И я знаю, что эта работа ведется только в Москве, а в других регионах она не проводится.

Почему же все-таки не развиваются и не наращиваются нематериальные активы на предприятиях? Я могу вам сказать: директора сказали «им это невыгодно, им это не нужно». Потому что за каждый патент они должны заплатить в Комитет по патентам, а после этого еще их поддерживать за свой счет. Все патенты в Москве — вот то, что мы зафиксировали — в основном оформляются для защиты диссертаций. Поэтому мы предлагаем: надо как-то законодательно изменить вот это отношение.

Я приведу пример из собственного опыта. У меня 30 патентов. Когда раньше получали мы патент, за него даже за без внедрение платили 50 рублей — почти половину заработной платы инженера. За один патент мне было выплачено 125 тысяч рублей, когда «Волга» стояла 6 тысяч рублей. Кому сейчас такие деньги платятся? Никому.

Поэтому законодательная база когда будет изменена, когда будут заинтересованы люди в получении патента — тогда все изменится в стране...

Председательствующий:

— Пожалуйста, директор НИИ молекулярной электроники и завода «Микрон» Красников Геннадий Яковлевич.

Г. Я. Красников:

— Я хотел бы остановиться на несколько другой теме, которую вот мы сегодняшний день не обсуждали.

С одной стороны, я согласен с Андреем Геннадьевичем, что вот бизнес на сегодняшний день, он достаточно много начал вкладывать в образование. Только вот по нашему предприятию я могу сказать, что, несмотря на то, что мы имеем кафедры по подготовке специально для нас выпускников в различных вузах, за последний год более 200 человек у нас прошло обучение за рубежом в самых передовых центрах мира.

И в качестве как бы еще одной ремарки могу сказать, к нам в течение полутора лет 12 человек вернулись наших же бывших, которые ранее уехали за рубеж.

Я хотел бы вот сейчас поднять тему и остановиться именно на проблеме закрепления кадров, то есть, то, о чем мы говорили.

Здесь я бы отметил две проблемы. Существует, на мой взгляд, производства двух типов. Первый — это разработчики, которые занимаются программи-

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

рованием, софтом, проектированием, где им не нужны рабочие места капиталоемкие, то есть им нужно компьютеры современные, софт современный, современные коммуникации и они могут дистанционно вести свою работу. И мы, таким образом, на сегодняшний день ведем. То есть мы в разных городах нашей страны создаем такие центры проектирования. Мы сейчас открываем в Воронеже, в Новосибирске. А есть производство высокотехнологичные и они очень материалоемкие.

Вот мы недавно закончили чистые комнаты. 300 миллионов долларов мы вложили в течение года и сейчас строим новый завод — 2,5 миллиарда долларов мы вкладываем. Там чистые комнаты, самое современное оборудование и соответственно кадры должны только здесь работать. Они не могут дистанционно работать. К сожалению, мы видим, как по Москве и по другим городам идет такая, скажем, с точки зрения местных кадров большая проблема. То есть местные кадры, к сожалению, не идут в высокотехнологичные области и, как это на самом деле было раньше, мы вынуждены на самом деле по всей стране собирать самые лучшие кадры.

И здесь стоит вопрос обеспечения жилья. Это, на мой взгляд, на сегодняшний день для нас самый главный вопрос. У нас люди достаточно высокие заработные платы получают. У нас есть все ипотечные системы кредитования, чтобы люди могли жилье получать, ранее разработанные с банками. Но дело в том, что в Москве сейчас идут запредельные цены по жилью. Мы раньше, у нас была такая система, когда без тендера Москва выделяла участки по строительству жилых домов. И мы готовы были за свои деньги строить это жилье для своих молодых специалистов. Ну, вот недавно у меня был буквально разговор 12 марта с Юрием Михайловичем Лужковым, он уже отказался из тендера выделять эти земли. То есть он говорит: «Не могу, потому что очень много контролирующих органов. Я не могу под эти цели, надо на общих основаниях через тендер выходить», где цена сразу же в связи с этим вырастает в 3-4 раза выше, чем себестоимость. И, на мой взгляд, я считаю, что необходимо вот сейчас законодательно поработать и законодательно дать разрешение губернаторам, местным органам власти, чтобы они под такие цели, когда строится жилье под высокотехнологичное производство, чтобы можно было выделять по решениям местных органов власти без тендеров под это жилье. Тогда мы бы замкнули эту цепочку. Тогда бы мы могли привлекать специалистов самых лучших фактически по всей стране, как это и было раньше. Я могу сказать, что очень многие знают, что раньше существовала проблема лимитов. Люди приезжали в города, им предоставляли жилье, и это связывало, что на десятилетия люди работали.

Вот я хотел бы как бы с этой инициативой обратиться в Государственную Думу.

Председательствующий:

— Сейчас переходим к прениям. И первым в прениях я предоставляю слово Балашову Евгению

Борисовичу, заместителю руководителя Департамента науки и промышленной политики города Москвы.

Е. Б. Балашов:

— Москва в первую очередь — 60 процентов всего научного потенциала и по содержанию, и по человеческому ресурсу, по ресурсу научно-технических работников. И Москва первая сталкивается с вызовами, которые сегодня поставлены по осуществлению государственной инновационной политики.

Поэтому обозначу штрихами те узловые моменты и те разрывы, которые необходимо решить комплексной инновационной программой строительства инновационной системы в городе Москве.

В первую очередь сегодня отсутствует платежеспособность спроса на результаты научно-технической деятельности со стороны промышленности. Это первый разрыв. И, на наш взгляд, самый главный, когда промышленность сегодня, во-первых, не заинтересована платить за разработки, полученные за результаты научно-технической деятельности, полученные за бюджетный срез. И, во вторую очередь, не урегулированы в правовом плане эти взаимоотношения. Второе. Несоответствие структуры и производственнотехнологического уклада промышленности Москвы требованиям рыночной экономики. То есть то, что складывалось годами, чуть было не сказал веками, на сегодняшний день не соответствует тем требованиям, тем вызовам, которые сегодня ставит инновационная политика. Отсутствие юридически корректного введения в гражданский оборот результатов научно-технической деятельности.

Существует завышенное требование со стороны финансовых организаций к обеспечению возвратности привлекаемых средств и рискам их реализации. В основу изменения ситуации может быть положена постановка на поток выдачи кредитов под залог объектов интеллектуальной собственности, как частный вопрос. Но я бы сказал шире, на федеральном уровне не урегулированы особенности упаковки в инновационный проект, в инновационную продукцию результатов научно-технической деятельности, чтобы изначально разрабатывая новую технологию, контракт понимался, как урегулирование всех вопросов, трех, четырехлетнего инновационного проекта, между наукой, бизнесом и государством. Это триединая цепочка должна регулироваться контрактными отношениями вначале на берегу, и должна пониматься как единый контракт. Мы разрабатываем технологию на основе полученных результатов научно-технической деятельности. И третий этап надо увязать с бизнесом, чтобы внедрить. А известная пропорция, что на единицу, вложенную в науку, необходимо 10 единиц, вложенные в развитие технологий и 100 единиц, вложенных в освоение в промышленности — известная американская, если хотите, пропорция говорит о нехватке, совершенно очевидной нехватке только государственных средств на промышленное освоение новых научных достижений.

Поэтому, наверное, и стоит задача перед депутатским сообществом о разработке федеральной контрактной системы. Дайте возможность регионам, субъектам Российской Федерации моделировать контрактные отношения и разрабатывать региональные контрактные системы, позволяющие по особенным принципам, а не по 94-му ФЗ, разрабатывать новые технологии.

Сегодня этот вопрос также не урегулирован, и он очень остро стоит в рамках реализации инновационной государственной политики. Налицо явное несовершенство статотчетности для объективных оценок инновационной деятельности. У меня есть цифра сегодня по статотчетности в области инноваций, которая идет по второй форме «Наука» и собирается Росстатом. На сегодняшний день, к сожалению, она совершенно абстрагирована от тех задач, которые должны решаться государством.

На сегодняшний день у нас нет приоритетов развития среднего профессионального образования и начального профессионального образования. И это также задачи, которые надо очень серьезно посмотреть депутатскому корпусу и Государственной Думе, в данном случае как инициатива Москвы, как субъекта Российской Федерации, федерального центра...

Председательствующий:

— Слово предоставляется Рацу Александру Алексеевичу, руководителю территориального управления Федерального агентства по управлению экономических зон по Московской области.

А. А. Рац:

— Я посмотрел сейчас программу по подготовке кадров, которую нам раздали. На мой взгляд, узковато. Вообще говоря, нам, для того чтобы кадры инновационной экономики развивались, нужен платежеспособный работодатель, то есть нормально развивающееся инновационное предприятие, нужна образовательная система, которая готовит эти кадры: реформированная или нереформированная — она и так была неплохая на самом деле, и нужно жилье научиться предоставлять, чтобы закрепить эти кадры в науке и инновационной деятельности.

Вот эти три компонента, на мой взгляд, в программу и должны бы войти. Это комплексно.

На самом деле жилье. Пример. В Дубне всегда Объединенный институт ядерных исследований строил жилье. Известная научная организация, одна из крупнейших в России. Сейчас чтобы мэр институту дал жилье, он должен выставить земельный участок на аукцион, и если институт заплатит больше, чем девелоперская компания, он получит участок. Это результат нашей с вами законотворческой деятельности.

Это касается не только Объединенного института, а, вообще говоря, многих отраслей нашей жизни, социальных, прежде всего, отраслей жизни.

Дали возможность — в 24-ю статью Земельного кодекса внесли изменения: мэр может без аукциона

предоставить земельный участок, но только в том случае, если он на 100 процентов сам финансирует из бюджета. А вот взять у научной организации и в долях построить дом — нет, пока так нельзя. Нужно поправить 24-ю статью, дать возможность муниципальным образованиям действительно организовать строительство жилья в интересах, в том числе, научных организаций.

Второе. Есть в программе «Жилище» подпрограмма «Обеспечение жильем молодых семей». На мой взгляд, там компоненту молодых семей, работающих в научных коллективах, надо вообще подчеркнуть. Там она не выделена. Фактически программа «Жилище» сегодня наша не содержит возможностей как бы предоставить приоритеты молодым семьям ученых или инженеров, а надо бы это сделать.

Третье. Мы столкнулись с тем, что при развитии особой экономической зоны, предприятиям и организациям, которые занимаются информационными технологиями проектирования сложных технических систем, им часть специалистов нужна со средним специальным образованием. У нас сегодня высшее образование и среднее существует в неинтегрированном режиме. Вы знаете, что в штатах колледжи обычно при университетах. Наверное это нужно не для всех специальностей. Но когда мы говорим о проектировании сложных технических систем или об информационных технологиях, лучше было бы и выше был бы уровень, если бы колледжи были бы при университетах.

Читаем Закон «Об образовании». Если университет присоединяет к себе колледж, университет теряет лицензию и теряет аккредитацию, становится полностью недееспособным. На наш взгляд, тоже надо поправить.

Председательствующий:

— Слово предоставляется Крымову Валентину Владимировичу — директору по науке ФГУП «Салют» — «Кадровые проблемы инновационного машиностроения и пути их решения».

В. В. Крымов:

— Вы знаете, что мне, конечно, несколько не понятно — сегодня очень мало представителей промышленности и особенно практически нет машиностроения. А мы основные потребители кадров и технических университетов, колледжей. У нас есть и свои предложения, и свое видение: как решать эти проблемы.

Конечно, в течение трех-пяти минут это не выскажешь. Поэтому мы сделали иначе — написали все свои предложения. Валерий Александрович, я их передам. Пожалуйста, мы готовы их еще более подробно обсудить.

Сегодня наше предприятие насчитывает в Москве 13 тысяч человек. Мы интегрированная структура, крупная. Наши заводы от Молдавии до Урала. И кадровые проблемы мы чувствуем, как никогда.

80 процентов нашей продукции сегодня идет на экспорт. Но мы дожили до такого времени, что делать эту продукцию для выполнения контрактов некому.

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

Например, в прошлом году у нас по разным причинам в объединении ушли 500 человек. Несмотря на то, что очень плотно работаем с институтами, университетами Москвы, у нас на предприятии создан Институт целевой подготовки, куда входит семь кафедр, в том числе МИСИС, МАИ, МАТИ, МВТУ имени Баумана мы смогли набрать только 100 человек, а где еще 400 взять?

И, с одной стороны, Президентом Владимиром Путиным на совещании 8 октября действительно нарисована очень правильная стратегия развития машиностроения до 2020 года, как инновационная стратегия.

А с другой стороны, сегодня нет у нас этой инновационной среды, и, в первую очередь, не решены проблемы с закреплением кадров.

Сегодня все говорили, как совершенствовать подготовку и качество. Все это правильно, это не отрицается, но сегодня ведь в Москве менее 30 процентов выпускников технических вузов идут работать по специальности, и миллиарды бюджетных денег не достигают цели — уходят в песок.

В Москве 117 государственных вузов, а всего вузов в Москве около 300, и при этом ощущаем огромный голод в инженерно-технических кадрах.

Мы считаем, что настало то время, когда надо пересмотреть Закон 1994 года «О контрактной подготовке специалистов», где написано, там прописано более-менее все ничего, но, что это заключается добровольно.

И получается, что общество, государство несет ответственность за получение образования молодым человеком, но, когда молодой человек закончил вуз, он не несет никакой ответственности: ни перед обществом, ни перед государством по использованию своих знаний, которые он получил за счет бюджетного финансирования.

Наверное, это не правильно. Говорят: «А что вы, опять за распределение?». Нет, не за распределение. Есть контрактная форма. Закон «Об образовании» 1992 года, когда было другое общество и другие цели, устарел, в ваших материалах посмотрите, сколько добавок к этому закону: значительно больше по толщине, чем сам закон.

Надо пересматривать Закон «Об образовании», введя обязательно контрактную форму подготовки.

Это рыночный механизм, студент сам выбирает институт, сам специальность, сам себе подбирает предприятие и согласовывает условия, на которых он будет работать. Но, если он получает государственные средства на обучение, он должен иметь, какую-то ответственность.

Не решим мы этого дела, вы знаете, мы не построим новых квартир. Все, что говорилось, совершенно правильно: строить дома, квартиры, но не каждое предприятие сегодня может это себе позволить, очень немногие предприятия.

Мы знаем состояние в машиностроении, и оно очень ярко было высказано публично.

Нам в этих сложившихся неприятных условиях, некомфортных условиях для развития машиностро-

ения надо найти эти законодательные моменты, которые помогли бы решать проблемы.

Или второе — рабочие кадры.

Давайте, так, у вас есть хоть один знакомый, кто бы желал, мечтал, чтобы его дите стало рабочим? Наверное, улыбнутся все, таких нет, но ведь все, что создается в обществе, создано руками рабочих, все материальные блага. Неужели же мы так не можем найти ту форму, чтобы опять поднять престиж рабочих профессий?

Вот мы проводим на заводе конкурсы, недавно провели конкурс профессионального мастерства работников авиационной промышленности, в первой декаде июня будем проводить конкурс «Московские мастера».

Но ни телевидение, ни радио, ни средства массовой информации, одни бизнесмены, а еще больше про то, что кто-то ворует, а кто-то ловит. Мы забыли, что были и «Весна на Заречной улице», и «Сталевары», все было направлено на рабочего человека. И тогда были, даже в те плановые советские времена были трудности с рабочими, сегодня рабочих просто нет.

Ни одно ПУ не выпускает, допустим, финишную рабочую специальность как шлифовщик, нет, никто не выпускает, где их брать? Это финишная операция любого машиностроения.

И вот под промышленность надо и строить нашу сегодня всю законодательную базу, чтобы обеспечить действительно инновационное развитие.

Мы Федеральный научно-производственный центр, мы разрабатываем авиационные двигатели и для транспорта, и для авиации, и гражданской, и военной авиации, и у нас такие беды, но это беды не только наши, это беды всего машиностроения.

Предложения. Первое по рабочим кадрам. Сегодня вообще среднее профессиональное образование, часть находится в федеральном управлении, а часть в региональном управлении. Нет единой даже политики, проводимой, единой. Надо принять решение. Если среднее профессиональное мы отдали в регионы, пусть занимаются регионы. Это первое.

Второе. Сегодня колледжи современные, вот правительство Москвы выступило, я считаю, с хорошей инициативой, объединив начальное профессиональное образование, бывшее ИПУ, и колледжи, и техникумы в единые учебные заведения в колледже. Но надо же до конца довести. И сформулировано было правильно: подготовка квалифицированных рабочих. Сегодня рабочие нужны высокой квалификации.

Я скажу, вот у нас 25 процентов среди рабочих имеют высшее и среднее специальное образование, а всего среди численности 50 процентов всех работников предприятия имеют высшее и среднее специальное образование. К рабочему совершенно другие сегодня требования. Законодательная база опять у нас отстает...

Председательствующий:

— Предоставим еще слово Иванову Петру Сергеевичу, Генеральному директору ОАО «Институт пластмасс».

П. С. Иванов:

— Наш Институт пластмасс за последние годы из типичного отраслевого института превратился в инновационно-промышленный комплекс.

Хотя мы и представляем из себя среднее предприятие и не имеем никаких дотаций от государства, тем не менее мы бурно и успешно развиваемся, и все у нас хорошо.

Кроме того, что с каждым годом наш коллектив на год стареет. Нам бы уже пора внуков и правнуков нянчить, а мы занимаемся пока привычной для нас работой, защищаем родину, поскольку некому передать эту высокую обязанность.

В чем причина? Об этом уже говорили, не идут выпускники институтов на заводы и в институты, не идут по чисто экономическим причинам. В нашем институте в среднем зарплата 18 тысяч, по существу, как у профессора вуза. Мы могли бы больше, конечно, дать на зарплату, но нам надо развиваться, надо создавать, надо внедрять инновации, а это требует больших денег, помощи государства мы не имеем. Поэтому мы, к сожалению, останавливаемся на этом.

В Москве любой молодой специалист требует, по крайней мере, 30 тысяч для того, чтобы его устроить. И куда идут? Идут в иностранные фирмы и там начинают подшивать бумаги, и отвечать на телефонные звонки, полностью дисквалифицируясь. Идут в коммерческие предприятия, забывая по свою специальность, уезжают за границу. Вот основные направления, куда идет молодежь, окончившая вузы в настоящее время. Если мы это дело не сломаем, ничего не будет, никакого прогресса не состоится.

Что нужно сделать? Нужно улучшить экономическое положение научно-технических и инновационных предприятий. Спасибо правительству, спасибо Госдуме, что с 1 января этого года некоторые льготы введены. Но это всего-навсего один-два процента наших доходов мы получили, а надо в несколько раз улучшить для того, чтобы мы могли приобретать квалифицированные кадры, современное оборудование и так далее.

Поэтому первое предложение. Прошу, чтобы два комитета, здесь представленные, понимали, что нужно работу по созданию льгот и преференций для передовых направлений инновационных и научно-технических предприятий продолжить. Во всем мире делается именно так. Во всем мире государство выделяет деньги для создания благоприятных условий этого бизнеса. У нас только маленькая подачка пока.

Второе. Уже об этом говорили, для того, чтобы молодые специалисты, окончившие государственный вуз, на который затрачены большие деньги, шли на заводы и в институты по конкурсу, по распределению. Кстати, не вижу никаких неприятностей в распределении. Подавляющее большинство присутствующих прошли систему распределения и прекрасно устроились в этой жизни, никаких особых неприятностей, наоборот, прошли настоящую школу, как правило, когда были направлены по распределению.

И последний вопрос. Среднее специальное образование. В Москве было множество ремесленных учи-

лищ, техникумов химической специальности. Сейчас их нет ни одного. Ни одного, все превратилось в доходные дома.

Таким образом, где мы будем брать лаборантов, где мы будем брать аппаратчиков, что мы сможем делать в дальнейшем? Мы сами вынуждены заниматься этим делом, система наставничества, сами читаем лекции. Но это по существу полиативы. Я прошу депутатов тоже обратить на это внимание.

В. В. Никитаев:

— Никитаев Владимир Владимирович, Министерство промышленности и энергетики Российской Федерации.

По целевой подготовке. Безусловно, этот вопрос нуждается в законодательном обеспечении. Об этом говорил директор «Салюта», но он говорил при этом почему-то применительно к бюджетному финансированию.

С нашей точки зрения, целевая подготовка должна строиться на принципах государственно-частного партнерства. То есть обязательно должно быть финансирование со стороны бизнеса, со стороны предприятий. Это повышает их ответственность и гарантирует то, что бюджетные деньги будут потрачены не зря.

Более того, частные предприятия сами готовы полностью финансировать подготовку. Но им нужны гарантии. Им нужны гарантии того, что они этого выпускника получат. На мой взгляд, этот вопрос очень важный.

Второе. Минобрнауки говорил о своих усилиях по законодательному обеспечению интеграции науки и образования. В то же время все мы прекрасно знаем, что наибольший эффект дает треугольник — интеграция образования, науки и производства.

Вот мне кажется, что эти вопросы, они сейчас становятся очень важными, и особенно для ОПК.

И конкретное предложение, которое уже сейчас можно сделать: это внести изменения в 125-ФЗ 1996 года о том, чтобы разрешить открывать на предприятиях, обладающих уникальными промышленной базой и технологиями, филиалы кафедр. Так было в свое время, я считаю, что эта практика полезна, и к ней нужно вернуться.

Председательствующий:

— Уважаемы коллеги, буквально у нас остается 2 минуты, я несколько слов скажу. Спасибо большое всем, и я извиняюсь пред теми, кто не смог выступить, материалы передали многие. Мы действительно посмотрим все это и у нас комитет — это 14 депутатов и плюс 9 сотрудников постоянных в комитете. Так что, все это будет обработано и просмотрено тем более, что у нас, я вам говорил, закон по инновациям сейчас в работе и многое из того, что мы услышали, постараемся внедрить туда, потому что это системный подход, характерный для науки, для образования. Мы сейчас сравниваем так называемые кодифицированные законы и законы широкого действия.

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

ИННОВАЦИИ № 4 (114), 2008

В 1996-ом году был принят закон «О науке и научно-технической деятельности». Всего 40 поправок к этому закону за 12 прошедших лет. А в 2005 году был принят закон «О налоговой политике» и есть противоречие. В законе «О науке» четко говорится, что средства, сдаваемые в аренду, зачисляются в бюджет организации, и никакими налогами добавленная стоимость не обкладывается. А в законе «О налогах» 2005 года, в который внесли уже 130 поправок, четко сказано, что все, что сдается в аренду, приносит прибыль и никаких разделений на вузы, не вузы там нет.

Сколько судебных процессов, сколько недоразумений. Мы по ветеринарной академии разбирались 2 недели назад. Сто институтов работает, но 20 выясняют отношения с казначейством. И вот начинаются судебные процессы.

Я несколько лет в Обнинске, а потом в Дубне встречался с Александром Александровичем Зиновьевым — известным философом, два года назад ушедшим из жизни, много писавшем и размышлявшем о войне. Он писал книгу о закрытых научных городках в годы войны, он все войной.

Тогда создали экстремальные условия для ученых: не сделаешь — расстрел и для тебя и семьи.

Дикие условия. Но ведь сработало!

Все атомные проекты оттуда, все космические проекты оттуда, весь оборонный щит оттуда. То есть надо находить психо-эмоцианальные условия для формирования творчества, конечно, лучше эмоционально положительные, нежели отрицательные, когда над тобой дамоклов меч висит.

Владимир Иванович Вернадский и Николай Владимирович Тимофеев-Рисовский, отличались оригинальностью обобщений.

Вернадский на выступлении президиума в 1942 году, когда решали: сколько удельный вес должна занимать фундаментальная наука, сколько прикладная, сказал, что мыслительный процесс, мысль — это планетарное явление, а планетарные вещи нельзя останавливать. Не 30 процентов, а 50 на 50 финансировали фундаментальные исследования и прикладные.

А уж Николай Владимирович Тимофеев-Рисов-ский, по-моему, создал целую школу воспитателей именно инноваторов.

Ведь у него на семинарах всегда завершающим было выступление аспирантов и молодых сотрудни-

ков, и он всегда обращался к ним, и они всегда обижались. Он говорил: «Ну, что, теперь, мои дорогие, не все знающие, что вы скажете?»

Они: «Николай Владимирович, какие мы не все знающие, почему? Мы же аспиранты, учимся, даже кандидаты наук тут молодые».

Он говорит: «Так ведь не все знающие — это прекрасно, не все знающие есть стимул стремиться к чему-то, а, когда человек все знает, он лежит на диване и смотрит в потолок, и больше ни о чем не думает».

Поэтому не все знающие — это очень и очень хороший стимул для работы.

У нас сейчас с вами много мыслей отложилось, кстати, Николай Владимирович Тимофеев-Рисовс-кий очень интересно определял, что такое оплодотворение:

«Это должный процесс, когда в должное время в должном месте возникает должное». Вот так. Я думаю, постепенно возникнет должное, которое реализуется в законодательной деятельности.

И совсем последнее, тоже Тимофеев-Рисовский, у него много ярких определений, и вот одно из таких — это его определение жизни, что такое жизнь: «Жизнь, как и все на свете, не кисель, не сплошность какая-то, а состояние дискретное, состоящее из отдельных периодов: хороших и разных, длительных и не очень».

У нас сейчас с вами одна из граней нашей жизни — инновационная деятельность. Это не должно быть довлеющим и доминантой, это только фрагмент, который, встраиваясь в общие взгляды, поможет лучше, рациональнее направить нашу деятельность: и научную, и законодательную, и организационную, педагогическую, все сферы деятельности вот на этот инновационный продукт. Поскольку Россия всегда отличалась как раз вот сметкой.

Посмотрите Японию, Южную Корею, Америку, сколько там внедрений и разработок российских ученых, российских исследователей. И вот, если действительно пробудить все эти силы изобретательства, сметки в народе, и еще реализовать, да еще за это заплатить, то левшей будет много. Мы как раз на пороге этого взрыва. Надо все подготовить, чтобы все шло опять не наперекосяк, не по классике нашей: хотели, как лучше, а получилось, как всегда, а чтобы по Тициану — нужный цвет в нужное место.