Обострение по расписанию

Фото: АЛЕКСАНДР КУРБАТОВ, "Ъ"

       Приходит время — люди головы теряют, и это время называется весной. Снять "весеннее обострение" можно попытаться у психотерапевта. Рынок этих услуг пестрит сотнями предложений самых разных методик — от психоанализа и гештальт-терапии до гипноза и танца. Выбрать лекаря души непросто. Чтобы в этом разобраться, корреспондент Ъ Юрий Львов пошел по психотерапевтам.

Давай поговорим об этом
       За время походов по психотерапевтам я пережил несколько инсайтов (это осознание своих психологических проблем) и даже один катарсис (очищение через страдание), когда на моих глазах выступили слезы. Понять я не мог одного: зачем это нужно? Если не считать, конечно, того, что поход к психотерапевту — это модно, а самим специалистам надо зарабатывать.
       Смысл психотерапии объяснил известный психотерапевт и психоаналитик Николай Нарицын. Когда я уже выключил диктофон, он сказал, что психотерапия — это своего рода платный туалет души.
       — Даже когда вы едите самый вкусный десерт,— сказал доктор Нарицын,— он усваивается не полностью. Рано или поздно вы идете в туалет. Вот и организм не всегда может справиться с эмоциональной нагрузкой, перевариванием, так сказать, внешних и внутренних впечатлений. И эти непереваренные остатки нужно куда-то девать. В цивилизованных странах от них избавляются в кабинетах психотерапевтов.
       Об этом — не о туалетах, а об утилизации эмоциональных излишков — Николай Нарицын как-то разговаривал с Владимиром Познером. Познер говорил, что в России для этого психотерапевт не нужен, тут друзья собираются на кухне и выплескивают свои проблемы. Нарицын возражал: в России многие живут в динамичном ритме и короткие часы встреч уже не хотят тратить на взаимное утирание слез. Тем более что иной друг завтра может стать конкурентом. В общем, современно — делиться слабостями и сомнениями с профессионалами.
       Принятие западного пути в смысле психотерапии для России, судя по всему, естественно. Русская психиатрическая школа всегда была одной из ведущих, а в первой четверти ХХ века у нас развивались самые передовые идеи психоанализа; Россию называют его второй родиной. Потом психоанализ был запрещен: Фрейд оказался большим материалистом, чем коммунисты, которые не могли признать в человеке наличие столь сильных биологических механизмов.
       Когда ослабили гайки, Россия с триумфом встретила "психотерапеута" Анатолия Кашпировского. Сейчас достаточно посмотреть объявления на рынке психотерапевтических услуг, чтобы понять: с Запада к нам катится ком разных методик, по дороге обрастая доморощенными ноу-хау. Не считая, конечно, народных объявлений вроде "Психотерапия, магия, ясновидение".
       На свои съезды Профессиональная лига психотерапевтов собирает около пяти тысяч человек, из которых примерно половина — москвичи. Впрочем, для настоящего бума еще есть простор: если верить статистике, кое-где на Западе число психотерапевтов равняется численности других врачей.
       
Спасибо Бобу, что он рассказал об этом
       Институт групповой и семейной психотерапии — один из признанных центров. Расположен в большой квартире на Покровке. Психолог-консультант Александра Сучкова прокручивает для меня видеокассеты с разными методами психотерапии. Вот эриксоновский гипноз — по имени основателя американца Милтона Эриксона. Как говорят психологи, он лишил гипноз ореола таинственности, сделав его терапевтическим методом. На кассете — семинар дочери Эриксона в Москве. Она показывает психотерапевтам, как вводить клиента в гипнотическое состояние; собственно, их самих и вводит: "Почувствуйте ваши руки, лежащие на коленях,— говорит Бетти Элис Эриксон по-английски (а переводчик переводит).— Представьте пальцы левой. Теперь правой. Представьте фактуру ткани брюк". Так она их постепенно успокаивает, чтобы потом начать строить метафору. Это, как я понял, образное описание проблемы, которую испытывает клиент. Скажем, объясняет мне Александра Сучкова, у девушки сыпь на нервной почве. Нервы вообще во всяких нейродермитах, равно как аллергических реакциях и многих других болезнях, главная причина. Девушку спрашивают: "На что ты похожа с сыпью?" "На маленький сморщенный гриб",— отвечает она. "А до появления сыпи ты каким грибом была?" — "Большим белым". Это и есть метафора. Раскручивая ее, психотерапевт и клиент выясняют, что мешает грибу быть здоровым и красивым. И это может помочь не покрываться сыпью.
Другая кассета — провокативная интервенция Фрэнка Фарелли. Экзотический пока для России метод, говорит Александра Сучкова. Фарелли показывает его, беседуя через переводчика с нашим соотечественником — 55-летним Борисом, который свою проблему сформулировал так: всю жизнь работал юристом по гражданскому праву, а сейчас решил стать психотерапевтом. Но боится все изменить. Хотя, с другой стороны, очень хочет. Борис описывает ситуацию долго. "Ты до января-то свою проблему описать сумеешь?" — неожиданно перебивает его Фарелли. Это первая провокация. Их будет еще много. Фрэнк выяснит, что Борис 25 лет женат, жена у него "штаб" и "маршал", к решению сменить работу, по словам Бориса, относится хорошо — если муж от этого будет счастлив. "А ты не пробовал сменить формулировку? — говорит Фрэнк.— Может, она думает: пусть этот идиот занимается чем угодно, лишь бы не занудствовал?" После получаса беседы Фрэнк шаг за шагом доказывает Борису, что истинное его желание не стать психотерапевтом, а что-то поменять в своей жизни. Борис говорит, что он теперь понял, что лучше ему остаться юристом.
"Провокативная терапия — тонкая штука,— комментирует госпожа Сучкова.— Провоцируя человека, вызывая в нем острые эмоции, нельзя проявлять неуважение к личности. Тогда человек замкнется и цель достигнута не будет".
       Последняя кассета, которую я смотрю,— "Тактика психодрамы" психотерапевта Элен Голдман. Вообще психодрама не намного младше фрейдовского психоанализа (появилась в 1920-х), это один из самых распространенных методов. Он подразумевает ролевое проигрывание психологических ситуаций. У госпожи Голдман тоже 55-летний клиент, и даже зовут его почти Борис — Боб. Проблема Боба — он завязал с выпивкой. Но теперь его мучают страхи, что от него уйдет его третья жена, а он не сможет ей объяснить, что надо остаться. Собственно, предыдущим двум Боб, который тогда пил, объяснить этого и не смог. Теперь Боб хочет поговорить об этом. Ему помогает группа, человек семь. На следующем сеансе решать свою проблему будет кто-то из них, а Боб станет помощником.
       "Покажи, Боб, как ты боишься сказать жене о своих чувствах",— требует классик психодрамы Элен Голдман. Боб приглашает девушку из группы, они ложатся на коврик, Боб прячет лицо в ладонях. Дальше Боб вспоминает, как от него уходила вторая жена, потом первая. Добровольные исполнительницы их ролей ругают Боба, уходят. А сам он по требованию госпожи Голдман изображает, как он в это время глотал виски и пиво. "Что получалось в результате?" — спрашивает психотерапевт. "Мне плохо, я одинок, никому не нужен",— капризным тоном отвечает Боб. "Покажи Боба, который никому не нужен",— требует госпожа Голдман. Боб садится, подняв плечи и обхватив голову руками. Он искренне переживает ощущение своей заброшенности. Постепенно так же восстанавливаются другие картины его жизни, вплоть до шестилетнего возраста, когда его ругает вечно пьяный отец, а Боб чувствует страх и бессильную злобу. Молодой парень из группы орет, что Боб ничего не умеет делать, и замахивается на него, как это делал папа. И Боб рыдает, как в шесть лет. Ему дают мягкую красную колотушку, и Боб, плача, лупит ею по дивану, выплескивая отчаяние.
       В этом месте групповой психодрамы всплакнул и я, пережив катарсис на пару с неизвестным мне доселе пожилым американским человеком. Госпожа Сучкова удивилась моей впечатлительности и сказала, что вообще цель психотерапии — избавить человека от внутренней проблемы, которая его мучает. А методики могут быть разные — от выражения эмоций в танце до неподвижного лежания на кушетке, как при психоанализе.
Вопрос лишь в том, как выбрать то, что подходит именно ему.
       
Анализируй это
       Шизофрению, скажем, или гипертонию психотерапия вылечить не может. Однако в комплексе с другими методами лечения (лекарственным прежде всего) психотерапия эффективна при болезнях, которые, что называется, от нервов. Это многие случаи стенокардии, головной боли, язвенной болезни и т. д. Кроме того, существует множество состояний, которые считаются пограничными (уже не здоровье, но еще не болезнь). Например, социальные фобии. Человек, скажем, не может заснуть из-за тревоги за завтрашний рабочий день, и такое состояние может превратиться в невроз. Благодаря психотерапии этого можно избежать. Таким образом, показания для нее помимо многих патологий вообще вся жизнь, особенно те моменты, которые человек ощущает как психологически сложные. Этой особенностью психотерапии и объясняется тот факт, что в ней профессионалами считаются как люди с медицинским, так и с университетским психологическим образованием.
       Теперь о методиках. О каждой можно написать по трактату. Проблема для клиента в другом: в безграмотном с точки зрения маркетинга продвижении психотерапевтами своих услуг. "У человека проблемы в семье, или его мучают страхи, а психотерапевты предлагают ему когнитивные методы, употребляют слово 'бихевиоризм',— говорит Николай Нарицын.— И клиент зачастую идет к колдуну, который действует умнее: обещает вернуть любимую и оказать прочие понятные услуги. Поэтому российский рынок психотерапевтических услуг, в отличие от западного, похож не на супермаркет, где все логично разложено, а на базар, где у любого продавца можно встретить и колбасу, и шурупы".
       По словам Нарицына, в Европе практикуются тысячи методик. Отличие в деталях, не всегда существенных.
       На сайте Николая Нарицына (naritsyn.ru) содержится доходчивая классификация видов психотерапии. Это утешительная, директивная и консультативная психотерапия. Первая нужна наиболее дезадаптированным слоям общества, положение которых критично, а на повестке вопрос выживания. Это телефон доверия, который поможет удержаться от суицида, помощь родственникам погибших или солдатам, вернувшимся из "горячих точек". Во втором виде помощи нуждаются те, кто не может сам сделать жизненный выбор и кому нужен строгий авторитарный лидер. Общественной потребностью в директивной психотерапии ловко пользуются сектанты и лидеры экстремистских партий, которые "знают, как надо". "Лично я практикую большей частью консультативную (лоцманскую) психотерапию,— говорит Николай Нарицын.— Ее потребители — деятельные, состоявшиеся люди, на которых падает наибольшая нагрузка. Они на все смотрят со здоровым скепсисом и логикой, их бесполезно учить жить. У них нет времени — надо решить проблему и продолжать работать".
       В каждом из трех типов профи-психотерапевт может применять разные или, напротив, одинаковые методики. Именно поэтому искать нужно скорее не метод, а своего психотерапевта. По словам специалистов, есть ряд правил, которые позволят не попасть на сеанс к шарлатану. Они отражены в международных этических кодексах психотерапевтов.
       Клиент может прекратить терапию в любой момент без объяснения причин. Сразу заявить о любом ощущении дискомфорта, как только оно возникло. Некоторым специалистам, по договору, клиент не платит после консультации, если он ею не удовлетворен. Гарантию в психотерапии дает только шарлатан. Он же начинает говорить о духовном и религиозном пути — кодексы все это психотерапевтам запрещают.
       Кроме того, у мастера велик соблазн "подсадить" на себя клиента, когда он уже не может решать свои проблемы самостоятельно. Избежать этого позволяют четкие договоренности о сроках и возможном результате консультаций. Стоит с опаской относиться к разным шоковым методикам — вроде голотропного дыхания или нашумевшей в прошлом, а ныне запрещенной ЛСД-терапии доктора Грофа. Общее направление современной психотерапии — бережное вмешательство в эмоциональную сферу личности. Поэтому, кстати, главным методом остается как раз аналитическое (рациональное) консультирование, при котором клиент и психотерапевт в форме обычной беседы обсуждают имеющиеся трудности.
       И, наконец, о главном — о деньгах. Фиксированных расценок на услуги психотерапевтов нет нигде в мире: все зависит от имени специалиста. "Я могу себе позволить этого психотерапевта",— говорят на Западе клиенты светил.
       В Москве один поход к психотерапевту стоит $20-150. Сколько походов понадобится — зависит только от платежеспособности и того, что у вас в голове.
       

КАЛЕНДАРЬ ПАЦИЕНТА

В чем причина весенних обострений
       Строго говоря, нет времени года, которое не таило бы специфических опасностей для здоровья. Лето, из-за жары и духоты, чревато стрессами и обострениями хронических заболеваний — у тех, конечно, кто в эту пору работает, а не отдыхает у водоема. Осенью к депрессивным состояниям может приводить сокращение светового дня. Поздняя осень и зима — время сезонных аффективных расстройств, связанных с нехваткой тепла и солнечного света. На первый взгляд, странно, что многие болезни и психологические проблемы обостряются весной, когда природа просыпается. Однако именно в мощной инсоляции, воздействии весеннего солнца на все живое, секрет и кроется. Директор Клиники головной боли и вегетативных расстройств профессор-невролог Павел Соколов: Солнечные лучи оказывают стимулирующее воздействие на разные процессы в организме. В том числе — и на болезненные, как соматические, так и психические. Кроме того, весна — период после напряженной зимней работы. Горожанин, как правило, давно не отдыхал. Обостряется так называемый офисный синдром. Напряженная работа в четырех стенах, часы за компьютером, много кофе, курение для снятия стресса, трудоголизм. В результате — хроническая усталость, вспыльчивость, тревожность, депрессивные проявления и следующие за ними вегетативные нарушения. Причем "офисный синдром" бьет по наиболее активной, интеллектуальной части общества.