"Реальной оппозиции в Грузии так и не будет"

Новым президентом Грузии стал Георгий Маргвелашвили. Об этом официально заявил Центризбирком. Президент Фонда единения русского и грузинского народов Владимир Хомерики и президент Института стратегических оценок Александр Коновалов ответили на вопросы ведущего Андрея Норкина.

Кандидат от правящей партии "Грузинская мечта" получил около 62% голосов избирателей. На втором месте — представитель партии Михаила Саакашвили "Единое национальное движение" Давид Бакрадзе. Его поддержали 22% граждан.

— Господин Хомерики, насколько можно было ожидать такие результаты? Следует ли ожидать изменений в отношениях между Россией и Грузией?

В.Х.: Что касается ожидаемых результатов, то да, не было сомнений, что победит правящая партия "Грузинская мечта", кандидат Бидзины Иванишвили. Не сам претендент, а его кандидат, потому что голосование было в основном за него, за "Грузинскую мечту", а не за самого претендента. Конечно, было большой и неожиданностью, и приятностью для Грузии, грузинского народа, второе место Давида Бакрадзе. И поэтому в Грузии сейчас такие настроения волнительные. Народ не верит, что Бакрадзе мог бы опередить Нино Бурджанадзе. Все ожидали, что на второе место выйдет именно представитель реальной грузинской оппозиции Нино Бурджанадзе, а не ставленник Михаила Саакашвили Давид Бакрадзе. Это большая угроза для Грузии того, что формируется двухпартийная система, управляемая одним американским хозяином. И эти партии будут как бы чередоваться и дополнять друг друга. Реальной оппозиции в Грузии так и не будет.

— Господин Коновалов, вы что думаете?

А.К.: Я думаю, что результат действительно вполне ожидаемый. Только я не согласен с тем, что есть какой-то сюрприз в связи со вторым местом кандидата, имя которого связывается с Михаилом Саакашвили. Выборы все считают честными, адекватными, прозрачными. И надо уважать выбор грузинского народа. Значит, число сторонников Михаила Саакашвили несколько больше, чем кажется некоторым аналитикам.

— Каковы перспективы российско-грузинских отношений теперь? Или пока рано предугадывать?

А.К.: Нет, я думаю, кое-что сказать можно. Я бы не ожидал никаких потрясений, неожиданных шагов в сторону России. Кто бы ни победил на выборах в Грузии из тех трех партий, которые мы упоминали, эта победа будет победой не проросийского или антироссийского кандидата, а прогрузинского кандидата, просто по-разному смотрящего на будущее Грузии. Я думаю, что ориентировка на Запад, на Евросоюз, в сторону НАТО в Грузии сохранится.

— Господин Хомерики, вы согласны?

В.Х.: Могу согласиться с некоторыми оценками моего коллеги. Но я хочу сказать, что уважать выбор грузинского народа, в первую очередь, должен сам грузинский народ, который не совсем склонен к тому, чтобы не было какого-либо сговора и не было предопределения, диктата со стороны Соединенных Штатов Америки, так как, в принципе, обе партии занимают явно проамериканские позиции и числятся у них в фаворитах. Я согласен с тем, что третий кандидат, Нино Бурджанидзе, тоже проамериканского плана, но сегодня она представляла реальный спектр прогрузинских политиков. Назвать тех политиков прогрузинскими очень сложно, потому что они, скорее, проамериканские, чем прогрузинские.