С. А. Муромцев - председатель первой Государственной Думы

В. И. Чехарина*

С.А. МУРОМЦЕВ - ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ПЕРВОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЫ

Сергей Андреевич Муромцев - крупнейший общественный деятель XIX и XX в., выдающийся ученый, родоначальник социологического правоведения в России, либерал, гуманист, человек безупречной репутации, символ эпохи. Возрастающий интерес к личности С.А. Муроцева обусловлен привлекательностью его трудов, неоспоримым вкладом в развитие российской государственности и парламентаризма, становление российского парламента, огромной ролью в этом процессе как председателя первой Государственной думы, избранного 27 апреля 1906 г.

Немаловажно и то, что в 2016 г. исполняется 110 лет со дня важного для российской государственности события - начала работы первого парламента - I Государственной думы. Подчеркивая важность этого события, в 2012 г. были внесены изменения в Федеральный закон от 13 марта 1995 г. № 32-Ф3 «О днях воинской славы и памятных датах России» и установлено, что 27 апреля - День российского парламентаризма.

Исследователи, обращаясь к биографии С.А. Муромцева, задаются вопросом, кем он был в первую очередь: выдающимся юристом, ученым-правоведом, университетским преподавателем, профессором, чье имя вписано в историю развития мировой и отечественной науки права, публицистом или политическим деятелем. Безусловно, все стороны его жизни и деятельности важны и заслуживают внимания и изучения. Однако несомненно, что С.А. Муромцев вошел в историю российской государственности и парламентаризма прежде всего как первый председатель российского парламента.

Известный русский литератор, журналист А.В. Амфитеатров писал: «Какая редкость на Руси человек с характером, обнаружилось поразительною дружностью избрания С.А. Муромцева на пост председателя первой Государственной думы... Президентом предпола-

* Кандидат юридических наук, доцент, старший научный сотрудник Института

государства и права РАН.

174

Труды Института государства и права Российской академии наук № 5/2015

гавшегося парламента явился, действительно, единственный возможный избранник всего русского образованного общества, человек, намеченный гласом и перстом всей русской интеллигенции. У него не было ни соперников, ни конкурентов, - и не могло быть. Цельность Муромцева была так исключительна и заметна, что у него - можно сказать - от юности на лбу написано было: «Если в России будет парламент, то сей - президент парламента»1.

А.В. Амфитеатров подчеркивал, что в характере С.А. Муромцева «нуждалась Россия. И он ответил на ее нужды и оказал ей именно те услуги, в которых она нуждалась. Пожалуй, можно так выразиться: его талантом был его характер. Этот человек был истинный римлянин в политической системе своей. Он занимал свои позиции медленно, с осмотрительностью и осторожностью, но, однажды заняв, уже не уступал их никогда и никому. Враждебный натиск мог уничтожить его, но не... попятить. Таков он был и председателем московского юридического общества, и редактором юридического журнала. и профессором, и проректором университета, и председателем первой Государственной Думы. Муромцев был председателем потому, что это было его врожденное право и дело. ... Говоря языком старинных московских наказов, «держал он имя народного представителя честно и грозно» и выше этого имени не полагал ни звания, ни силы на земле».

С.А. Муромцев родился в Петербурге в 1850 г., в старинной дворянской семье. Закончив юридический факультет Московского университета в 1871 г., продолжил образование в Германии. В 1875 г. защитил магистерскую диссертацию «О консерватизме римской юриспруденции», в 1877 г. - докторскую диссертацию по общей теории гражданского права. «Понимать закон, - писал С.А. Муромцев, - значит понимать его как момент исторического развития; применять его - значит знать историческое соотношение принципов, образующих его содержание, и содействовать реализации прогрессивных начал, удерживая излишнее проявление начал отживающих. ... Чтобы быть хорошим юристом, мало владеть одною техникою правоведения, но надо, прежде всего, быть образованным гражданином»3.

1 Амфитеатров А.В. Собр. соч. Т. 15. Мутные дни. СПб., 1912. С. 137.

2 Там же.

3 Муромцев С.А. Очерки общей теории гражданского права. Часть первая. М., 1877. С. 399.

В 1875-1884 гг. С.А. Муромцев являлся профессором Московского университета, в 1880-1881 гг. - проректором. Весной 1880 г. он представил министру внутренних дел графу М.Т. Лорис-Мели-кову Записку о политическом состоянии России, в которой констатировал наличие в русском обществе остро осознаваемой потребности в политической свободе. «Идеи неприкосновенности прав личности, свободы мысли и слова, государственного устройства, обеспечивающего эти права, легли в основание идеала, - указывал он, -... стремление общества к участию в государственной жизни, его потребность общественной деятельности сделалась фактом упроченным, с которым должна считаться правительственная власть. ... Если правительственный механизм в его современном виде исключает. право на непосредственное участие в государственной жизни, самое желание войти в его состав, то механизм этот подлежит преобразованию»4. «Записку» предполагалось опубликовать в «Вестнике Европы», однако публикация была запрещена.

Либеральные политические взгляды С.А. Муромцева послужили причиной его отставки с должности проректора Московского университета и с должности профессора из-за «политической неблагонадежности». В 1881-1884, 1889-1890 и 1897-1906 гг. С.А. Муромцев состоял членом Московской городской думы, в 1897-1902 гг. -гласным Московского уездного земства, в 1889-1902 гг. - гласным Московского губернского земства. Его активная политическая деятельность началась в 1905 г., после образования конституционно-демократической партии. С.А. Муромцев участвовал в работе комиссий, разрабатывавших проекты ее учредительных документов. На первом съезде конституционно-демократической партии (12-18 октября 1905 г.) он был избран в состав ее Центрального комитета5. Второй съезд кадетской партии, проходивший с 5 по 11 января 1906 г., добавил к ее названию словосочетание «партия народной свободы» и избрал ее Центральный комитет. В его состав вошел и С.А. Муромцев, получивший 68 голосов. По числу поданных за него голосов он оказался 16-м в списке членов ЦК партии6.

4Муромцев С.А. Статьи и речи. Вып. 5. М., 1910. С. 21-22.

5 См.: Русские ведомости. 1905. 15 окт. С. 3.

6 П.Д. Долгоруков и П.Н. Милюков получили по 92 голоса, И.И. Петрункевич -91, Ф.Ф. Кокошкин - 83 голоса. См.: Съезды и конференции конституционно-демократической партии. Т. 1. 1905-1907. С. 149.

Вскоре после второго съезда кадетской партии состоялись выборы в первую Государственную думу. Московское городское избирательное собрание избрало 14 апреля 1906 г. в депутаты Думы С.А. Муромцева, Ф.Ф. Кокошкина, И.Ф. Савельева и М.Я. Герцен-штейна. Лидер кадетов П.Н. Милюков писал в своих воспоминаниях: «Наша победа на выборах оказалась вовсе не такой полной, как нам казалось сгоряча. Кадетов было в Думе только треть всего ее состава - 34% (153 члена вначале; потом это число поднялось до 179, то есть 37,4%)»7. Еще до начала работы Государственной думы было предрешено избрание на пост ее председателя члена кадетской партии. Наиболее удачной кандидатурой сочли С.А. Муромцева.

Первый день работы Государственной думы - 27 апреля 1906 г. -начался с торжественного приема депутатов государем в Зимнем дворце. Оттуда они направились в Таврический дворец на первое заседание, на котором предстояло выбрать председателя Думы. «С 27 апреля 1906 г., когда сперва 426 записками из 436, а вслед за тем единогласным признанием всей думы, что этими записками выражено мнение всех присутствовавших, С. Муромцев был выбран председателем Первой Государственной Думы, началась его историческая роль, закончившаяся 72 дня спустя - 9 июля, в день роспуска»8.

Вечером того же дня кадеты собрались в помещении своего клуба, чтобы отметить произошедшее событие, которое они тогда склонны были считать началом новой эры в истории России. «Депутаты говорили речи, и все были возбуждены до опьянения, - вспоминал И.В. Гессен. - Пожаловал и С.А. Муромцев, в апогее величавости, чтобы проститься с партией - председатель Думы не должен быть партийным. ... Муромцев как бы для того и был рожден, чтобы стать председателем парламента. Красивое, с правильными чертами бледное строгое лицо, умные черные глаза, размеренная повелительная речь - каждое слово падало весомо, величественная осанка представляли на редкость гармоническое сочетание. .Когда он восседал

7Милюков П.Н. Воспоминания. В 2 т. Т. 1. М., 1990. С. 365.

8 Речь В.Д. Набокова памяти С.А. Муромцева - председателя первой Государственной думы // URL: http://www.igzakon.ru/magazine/artide-pdf/?id=776 (дата обращения: 09.09.2015).

на высокой кафедре своей, как статуя неподвижный, с гордо поднятой точеной головой, он казался прекрасным мраморным изваянием, о которое должны сокрушиться волны возбуждения»9.

Председательство в первой Государственной думе не могло не быть тяжелым делом. У депутатов не было опыта парламентской деятельности, не было прецедентов, не сложилось обычаев, общепризнанных норм, регламентирующих парламентские процедуры, правительство не обладало навыками общения с парламентом, а парламент не знал, как работать с правительством. Член ЦК партии кадетов А.В. Тыркова, на глазах у которой происходили описываемые события, высказывала в своих воспоминаниях мнение о том, что С.А. Муромцев давно готовил себя к посту председателя Государственной думы. «Он изучил порядки западных парламентов, наметил, как должен председатель относиться к различным положениям и случаям, которыми богата парламентская жизнь, как надо направлять и вести заседание. Все мелочи продумал. Русских прецедентов, если не считать обычаев земских собраний, в его распоряжении не было. Надо было все создать, проявить творческий почин»10.

Председателю предстояло сформировать аппарат Думы, ее канцелярию. И при этом надлежало еще вести думские заседания. М.М. Винавер кратко описал в своих мемуарах распорядок работы С.А. Муромцева во время председательства в Государственной думе: «В 11 часов он уже сидел на трибуне. Заседания идут часто дневные и вечерние. Предельных часов для заседаний нет, - их быть не может: работы так много и такой спешной. Дневное заседание кончается в 7-8 часов, вечернее затягивается далеко за полночь. А тут только начинается канцелярия, работа с секретарем, сношения с властями. Машину надо еще только налаживать, никто ее не приготовил, а между тем необходимо ее сразу двигать - двигать в совершенстве, как подобает канцелярии муромцевской Думы»11. Заняв

9 Гессен И.В. В двух веках. Жизненный отчет // Архив русской революции, издаваемый И.В. Гессеном. Т. 22. Берлин, 1937. С. 227-228.

10 Тыркова-Вильямс А.В. Воспоминания. То, чего больше не будет. М., 1998. С. 399.

11 Винавер М.М. Сергей Андреевич Муромцев // Винавер М.М. Недавнее: воспоминания и характеристики. Пг., 1917. С. 96.

пост председателя Думы, С.А. Муромцев проявил такие качества характера, которые те, кто лично знал его, прежде у него не заме-

12

чали .

Для С.А. Муромцева в работе не было мелочей. И внешний вид, и слова, и тем более поступки первого лица нижней палаты должны были соответствовать ее высокому авторитету. Депутат I Государственной думы В.А. Оболенский вспоминал: «Нигде, ни при каких условиях он не забывал своего высокого положения. Выработал себе манеры, жесты такие, какие, согласно его артистической интуиции, должна была иметь его председательская особа. Мне казалось, что он даже ел и спал не так, как все, а «по-председательски»13. Про С.А. Муромцева один депутат-крестьянин говорил В.А. Маклакову: «Он председательствует, как обедню служит»14. Члены нижней палаты вспоминали, что С.А. Муромцев буквально преображался на председательском кресле15. При этом сам он не видел в этом никакой игры. Муромцев понимал, что первые месяцы существования народного представительства шло постепенное формирование парламентской процедуры, которая складывается в том числе из случаев, прецедентов. В этом ряду стоят также и поступки председательствующего, его манера поведения и даже внешний облик. Характерно, что сдержанный и в высшей степени корректный С.А. Муромцев был чрезвычайно лаконичен, пересказывая свои разговоры с царем16.

По словам П.Н. Милюкова, «своей не только главной, но исключительной задачей на председательской трибуне Сергей Андреевич считал творчество обычного парламентского права, которое явилось бы непроницаемой броней парламентской свободы»17.

Большое значение придавалось форме бесед председателя Думы с министрами. С.А. Муромцев с чрезвычайным вниманием относился к протокольным подробностям его общения с правительствен-

12 Подробнее см.: ТомсиновВ.А. Российские правоведы ХУШ-ХХ веков: очерки жизни и творчества. В 2 т. Т. 2. М., 2007. С. 21.

13 Оболенский В.А. Моя жизнь, мои современники. Париж, 1988. С. 52.

14 Маклаков В.А. Вторая Государственная дума. М., 2006. С. 90.

15 См.: Бондарев С.И. Воспоминания депутата-трудовика // Сергей Андреевич Муромцев. Сборник статей / Под ред. кн. Д.И. Шаховского. М., 1911. С. 277.

16 См.: Оболенский В.А. Указ. соч. С. 353.

17 Милюков П.Н. Сергей Андреевич Муромцев. Биографический очерк // Сергей Александрович Муромцев: Сборник статей / Под ред. кн. Д.И. Шаховского. С. 45.

ными чиновниками. Председатель первой Думы встраивался в политическую систему Российской империи постепенно и не без сложностей. Он постоянно работал над инструментарием, который позволял ему оказывать влияние на принятие решений. В итоге вырисовывалась политическая фигура председателя Думы, на которой сходились различные партийные и политические интересы18. Необходимо было как можно скорее установить четкие процедурные правила работы парламента, принять регламент (наказ) Государственной думы - ведь ничего этого не было прописано ни в Основных государственных законах, ни в Учреждении Государственной думы19, ни в наказе Государственной думы. С.А. Муромцев в этом весьма преуспел, считал эту работу чрезвычайно важной, хотя она оказалась долгой, нелегкой и кропотливой. Он справедливо полагал, что деятельность парламента только тогда освободится от всего случайного и наносного, когда будут даны твердые формы, для всех обязательные. «Соблюдение известных форм, - говорил Муромцев в первой Думе, - есть гарантия нашей свободы и наших прав. Если мы не будем уважать форму в ходе наших суждений и решений, мы во многих случаях будем рисковать посягательством и на наши права, и на нашу свободу»20.

С.А. Муромцев в своей парламентской деятельности старался оставаться верным собственным взглядам как ученого, юриста и политика. Это касалось и таких понятий, как право и справедливость. Еще раньше в статье «Право и справедливость» он отмечал, что «пока действует одно отрицательное отношение к тем или другим началам действующего права, до тех пор они стоят крепко. Но если люди успели уже составить положительные идеалы справедливости, то осуществление таких идеалов на деле ближе, чем может казаться

18 См.: Соловьев К.А. Председатель Государственной думы в политической системе Российской империи // Сергей Андреевич Муромцев - председатель первой государственной думы: политик, ученый, педагог. Сб. научных статей. Орел, 2010.

19 ПСЗ - III. Т. XXVI. Отд. 1. № 27424.

20 Речь В.Д. Набокова памяти С.А. Муромцева - председателя первой Государственной думы.

с первого взгляда»21. Формированию такого положительного идеала, но уже выражаемого в законопроектах, во многом была посвящена его работа в Думе22.

Безусловная заслуга С.А. Муромцева в становлении российского парламентаризма состоит в том, что он разработал правила и процедуры работы первой Государственной думы. В этом качестве он выступал как теоретик и практик. Здесь также трудно обойтись без воспоминаний современников, из которых, пожалуй, наиболее полно и достоверно складывается его образ председателя первой Думы. С.А. Котляревский подробно анализировал прецеденты, когда С.А. Муромцев создавал правила работы Думы прямо на заседаниях: «Еще в самом начале думской сессии Муромцев. заметил, что до составления соответствующих глав наказа он считает необходимым самостоятельное руководство. «Когда вам, господа, будет угодно составить Наказ, то председатель будет всегда подчиняться правилам этого наказа. Теперь же, пока наказа нет, я по совести должен руководиться тем, как я понимаю дело, как мне указывают мои знания и моя опытность" (заседание 30 апреля 1906 года). И действительно, если мы соберем эти частичные указания, то мы получим как бы цельный думский распорядок. Мы имеем здесь правила относительно докладов, вступивших в дело (заседание 30 апреля 1906 г.), правило относительно рассмотрения законопроектов, их внесения (24 мая), рассмотрения в комиссиях, в общем собрании (19 июня), особого порядка для бюджетных законопроектов (22 июня), ряд правил относительно запросов, занимавших большое место в работах первой Думы (16 мая, 15 июня, 4 июля), относительно выработки порядка дня (29 апреля, 2, 5 и 29 мая, 15 июня, 4 июля), относительно выбора комиссий (12 мая, 30 июня), поверки прав членов Думы (29 апреля, 12 мая, 29 мая) и целого ряда других сторон думской деятельности. ...

Всюду, изучая их, мы чувствуем, как два упомянутые основные интереса, которые должны найти выражение в правильном состав-

21 Муромцев С.А. Право и справедливость // Муромцев С.А. Сборник правоведения и общественных знаний. Т. 2. СПб., 1893. С. 12.

22 См.: Аронов Д.В. Право и справедливость в творческом наследии Сергея Андреевича Муромцева: реформа или революция? // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. 2012. № 3(23). С. 10.

ленном наказе, - интерес производительной думской работы и обеспечение прав меньшинства, - с чрезвычайной тщательностью охранялись Сергеем Андреевичем. Именно это и одухотворяло его формализм, именно это заставляло даже людей, весьма мало привыкших к соблюдению форм, инстинктивно чувствовать, что здесь дело идет

" 23

о чем-то действительно важном» .

Председатель Думы строго соблюдал те формы, которые уже сложились. Это касалось, в частности, права запроса к министрам. «Здесь, естественно, задача осложнялась теми крайне обостренными отношениями, которые установились между Думой и министерством, при которых так нелегко было охранять думский порядок. Но Сергей Андреевич энергично боролся с теми проявлениями враждебных думских настроений, которые, так сказать, противоречили законным правам власти. Когда в заседании 3 июля товарищ министра внутренних дел давал объяснения по запросам и его прерывали всевозможным шумом, Сергей Андреевич обратился к Думе со следующими словами: «Запросы Государственной Думы сделаны, очевидно, для того, чтобы получить ответ. Чтобы судить о содержании ответа, нужно его выслушать. При этом обращаю ваше внимание, что оратор в настоящее время отвечает не на вопросы отдельных членов Государственной Думы, .но отвечает на запрос Государственной Думы, как таковой, ибо так запрос поставлен в самом законе. Оратор в настоящее время желает быть выслушан в ответ на запрос Государственной Думы". Наконец, в знаменитом заседании 19 июня, когда появление главного военного прокурора вызвало такой протест, в котором принял участие и думский центр, Сергей Андреевич собственной властью закрыл заседание, не считая возмож-

24

ным продолжать его в таких условиях» .

Следует отметить, что в первой Государственной думе запросы принимались общим собранием без прений. Однако в связи с увеличением числа запросов было решено направлять их в комиссию 33-х по исследованию незакономерных действий администрации для оценки их с формальной стороны. Для обсуждения запросов был отведен специальный день - пятница. Всего депутаты первой Думы направили министрам 391 запрос.

23 Котляревский С.А. С.А. Муромцев и думский распорядок // Сергей Андреевич Муромцев: Сборник статей / Под ред. кн. Д.И. Шаховского. С. 300.

24 Там же. С. 302. 182

По мнению С.А. Котляревского, «самая интересная сторона деятельности Сергея Андреевича, как председателя, была та, которая обращалась к членам Думы. С неослабным вниманием следил он за говорящими, при всяких уклонениях от этих форм ставил им это на вид. Столь же недопустимы были, по мнению Сергея Андреевича, всякие выражения, которые могли быть истолкованы как призыв к насильственному образу действий или даже одобрения ему (напр., по поводу слов Аладьина в заседании 26 мая). Недопустимы чисто личные оценки и нападки: «Мы не имеем права оскорблять друг друга; вы можете отнестись отрицательно к положению, но ни-

25

как не делать оценки» .

Отмечалось, что «Сергей Андреевич всегда стремился удержать Думу в рамках законом ей отведенного положения. Это не означало, конечно, принципиального сочувствия к тем действующим нормам учреждения Государственной Думы и основных законов, осуществление которых было весьма далеко от «совершенного осуществления прав Государственной Думы, истекающих из самой природы народного представительства» (речь 27 апреля). Это означало сознание, что расширение прав Думы может идти только путем укрепления ее авторитета, который может быть сохранен только на почве совершенной легальности»26. С.А. Котляревский подчеркивал, что Дума «не есть учреждение совещательное, каким она предполагалась по положению 6-го августа. Она осуществляет законодательную власть. Ее деятельность совершенно отличается от деятельности законосовещательных собраний»27.

Как известно, регламентация деятельности Государственной думы была отнесена Учреждением Государственной думы к компетенции ее самой при условии не нарушении основных установлений. Предусматривалось, что Дума сама разрабатывает и принимает свой регламент. За двенадцать лет существования Думы всех четырех созывов ее регламент претерпел сложную эволюцию. Начиная от проекта наказа С.А. Муромцева и М.Я. Острогорского и первых организационных правил (прецедентов) первой Думы до Наказа IV Думы,

25 Котляревский С.А. С.А. Муромцев и думский распорядок // Сергей Андреевич Муромцев: Сборник статей / Под ред. кн. Д.И. Шаховского. С. 304.

26 Там же. С. 301.

27 Там же. С. 301.

в котором отразился опыт деятельности Думы всех созывов, думский регламент постоянно совершенствовался. Цель наказа состояла в том, чтобы добиться максимального контроля Думы над процессом обсуждения законопроектов и, учитывая публичный характер деятельности Думы, обеспечить гласное и полное их обсуждение. Задача наказа состояла также в регулировании отношений, возникавших внутри Думы, процедур, а также отношений между большинством и меньшинством Думы, думскими политическими группами и отдельными депутатами. Следует подчеркнуть, что создатели наказа оказались на высоте своего положения. Опираясь на отечественные традиции (работа в земских, городских собраниях) и зарубежный опыт, они создали парламентские правила, прогрессивные для своего времени. Это в полной мере относится и к деятельности С.А. Муромцева, который был основным разработчиком положений Наказа (регламента) первой Думы и претворял принятые положения на практике в течение 72 дней28.

В процессе формирования отечественной парламентской процедуры активно анализировались и использовались традиции европейских парламентов. На данное обстоятельство неоднократно обращал внимание С.А. Муромцев. Он подчеркивал, что «русскому законодательному собранию не было надобности задумываться над самостоятельным изобретением форм, которые до него уже были изобретены и испытаны. ... Государственная Дума восприняла свои руководящие принципы и основные формы делопроизводства от европейских парламентов. Каждый из «прецедентов» образовывался

28 См.: Внутренний распорядок Государственной Думы / Сост. С.А. Муромцев. М., 1907; Наказ Государственной Думы. Проект. СПб., 1906; Деятельность М.Я. Острогорского в первой Государственной Думе. СПб., 1906; Муромцев С.А. Наказ Государственной Думы // Право. 1907. № 7. С. 505-514; он же. Новые главы Наказа Государственной Думе (главы четвертая и пятая) // Право. 1907. № 24. Стб. 1737-1747; он же. Порядок обсуждения законодательных предположений в Государственной Думе // Право. 1907. № 12. Стб. 926-934; он же. Формализм в Государственной Думе // Право. 1907. № 12. Стб. 926-934; он же. Формализм в Государственной Думе (рец. на кн.: Пиленко А.А. Русские парламентские прецеденты) // Право. 1907. № 19. Стб. 1356-1362; он же. Порядок рассмотрения в государственной думе вопроса о «желательности» издания нового закона // Право. 1907. № 18; Пиленко А.А. Русские парламентские прецеденты. Вып. 1. СПб., 1907; вып. 2. СПб., 1908. Стб. 1280-1283; Наказ Государственной Думы. Проект. СПб., 1906; Деятельность М.Я. Острогорского в Первой Государственной Думе. 184

более или менее под непосредственным влиянием заимствованных идей и представлял собою попытку их приложения на русской почве. Из этого не следует, однако, чтобы творчество носило характер исключительного подражания или непосредственного заимствования. На русской почве западным формам нужно было считаться, во-первых, с особенностями отечественного законодательства, своеобразно определившего основные черты в устройстве русского парламента, и, во-вторых, с некоторыми особенностями психологического настроения думской среды, которое, естественно, не могло не отражаться и на внешнем порядке законодательной работы Думы»29.

История составления наказа Государственной думы насыщена противоречиями. Первой практической попыткой стала предложенная Ф.Ф. Кокошкиным новая система выборов высших должностных лиц Думы. Это предложение Дума отклонила. Первоначальная разработка проекта проходила в комиссии по наказу, которая была избрана 30 апреля 1906 г. для выработки временных правил о порядке поверки полномочий избранных депутатов на заседании 2-5 мая30. Следует отметить, что архивных данных о работе этой комиссии сохранилось немного, потому что большая часть архивов была уничтожена после роспуска Думы из опасения, что они могут быть использованы для преследования бывших депутатов. Поэтому работа комиссии анализируется по другим архивным документам, а также мемуарам и другим источникам.

По подсчетам исследователей, со 2 мая по 4 июля 1906 г. состоялось не менее девяти заседаний комиссии по наказу31. 23 мая комиссия внесла в общее собрание проект первых трех глав думского регламента, которые были обсуждены и приняты в заседаниях 26 и 29 мая32. Одобренные большинством разделы наказа касались порядка открытия Думы; проверки полномочий ее членов; выборов

29 Муромцев С.А. Формализм в Государственной Думе // Право. 1907. № 19. Стб. 1359.

30 См.: Государственная Дума. Стенографические отчеты. Сессия первая. 1906 г. СПб., 1906. Ч. 1. Стб. 53.

31 См.: Саврасов А.Ф. Политико-правовая роль Наказа (регламента) в дореволюционной Государственной Думе / А.Ф. Саврасов. История парламентаризма в России: к 90-летию первой Государственной Думы. Сборник научных статей / Под ред. В.И. Старцева. Ч. 1. СПб., 1996. С. 73-75.

32 См.: РГИА. Ф. 1278. Оп. 1 (I созыв). Д. 151. Л. 1-21.

должностных лиц; формирования отделов и комиссий. Однако Сенат в своем решении от 12 июня опротестовал часть статей документа как противоречащих законодательству о Думе и отказал в «распубликовании» этих трех глав, ссылаясь на незавершенность наказа в целом33. Помимо указанных глав Дума, основываясь на своих прецедентах, предполагала на заседании 19 июня принять свод временных правил, одобренных по отдельности более ранними ее постановлениями. Но обсуждения этого вопроса не состоялось.

Основы поведения председателя в заседаниях парламентского учреждения в значительной степени были заложены прецедентами С.А. Муромцева. Он своими многочисленными указаниями на некоторые процедурные нормы европейских парламентов, восполнял от-

34

сутствие наказа , принятие которого, как уже отмечалось, растянулось на последующие созывы Думы. Думе удалось принять положения о руководстве общими собраниями, президиумом, советом старейшин, об отношениях с императором, министрами, председателем Государственного совета, формально даже регулировалась выдача пригласительных билетов для посещений Думы. Это далеко не полный перечень предметов правомочий председателя. Наказ не допускал никаких возражений по поводу его распоряжений, замечаний и разъяснений. От него зависели проверка наличного состава членов Думы, объявление перерывов, назначение чрезвычайных заседаний.

Одним из основных способов воздействия председателя на прения являлось его право останавливать выступавших депутатов. Он мог воспользоваться этим правом в отношении ораторов, уклонявшихся от предмета обсуждения; произносивших речи по «бумажке» или на иностранном языке; допускавших излишне резкие выражения, оскорбления других депутатов или посторонних лиц, неуважение к иным органам власти, обсуждение действий императора; выступавших за коренные преобразования государственного строя. С.А. Муромцев был очень внимателен к подобным нарушениям. Он говорил: «Господа, не согласимся ли мы раз и навсегда, что личные пререкания и оскорбительные выражения ниже достоинства Госу-

33 См.: РГИА. Ф. 1278. Оп. 1 (I созыв). Д. 151. Л. 1-21.

34 См., например: Государственная Дума. Стенографические отчеты. Сессия первая... Ч. 1. Стб. 42, 46, 72, 130, 207, 279, 303, 353; ч. 2. Стб. 1384, 1385, 1469, 1607, 1670, 1858, 1867.

дарственной Думы?... Старый строй, власть которого во многом исходила сверху, приучил к тому, что люди, стоящие у власти, часто считали себя вправе наносить подчиненным оскорбления вместо того, чтобы ограничиться спокойным и авторитетным указанием на неправильности их поступков. Неужели же мы, представители русского народа, заняв положение в качестве органа государственной власти, будем подражать старым носителям власти?»35

Предварительная разработка рассматривавшихся в Думе дел согласно всем редакциям наказа могла поручаться отделам и комиссиям. По сложившейся практике деятельность 11 отделов чаще всего исчерпывалась проверкой полномочий депутатов и выборами распорядительной комиссии. Думские комиссии подразделялись на постоянные и временные. В Думе первого созыва было создано семь постоянных комиссий (распорядительная, финансовая, бюджетная, по исполнению государственной росписи доходов и расходов, редакционная, библиотечная и по разбору адресуемой в Думу корреспонденции). По обычаю, заведенному С.А. Муромцевым, голосовавшие «за» оставались сидеть, голосовавшие «против» - вставали36. Воздержавшиеся должны были письменно уведомить об этом секретаря Думы, в противном случае они считались проголосовавшими «за». Если результаты голосования вызывали сомнения, то процедура повторялась. Если и после повторной баллотировки ясности не прибавлялось, проводилось раздельное голосование. Голосовавшие «за» и «против» должны были выйти из зала заседаний в противоположные двери, во время чего помощники пристава Думы производили подсчет37.

Наиболее полная характеристика наказа была дана Н.И. Лазаревским. Он писал: «Особым источником правил парламентского делопроизводства, и притом источником, имеющим огромное практическое значение, являются так называемые прецеденты. Под этим понимают те или иные резолюции, принятия данною палатою по тому или иному частному случаю, или даже просто тот факт, что в

35 Государственная Дума. Стенографические отчеты. Сессия первая.... Ч. 2. Стб. 1575. См. также: ВинаверМ. Конфликты в первой Думе. СПб., 1907. С. 141-142.

36 См.: Государственная Дума. Стенографические отчеты. Сессия первая... Ч. 1. Стб. 182.

37 Подробнее см.: Кирьянов И.К., Лукьянов М.Н. Парламент самодержавной России: Государственная Дума и ее депутаты. 1906-1917. Пермь, 1995.

таком то случае палата поступила так то. Прецедентное право по существу своему приближается к праву обычному, но отличается от него тем, что обычай создается рядом повторных тождественных действий, тогда как прецедент создается и однократным действием. Например, если данная палата раз протестовала против чтения речи по тетрадке, то и в случае возобновления подобной попытки каким-либо другим членом, она, очевидно, будет считать себя вынужденною и этому второму члену предъявить то же требование»38.

Заметим, что Н.И. Лазаревский в своем труде ссылался в том числе на работы С.А. Муромцева по проблемам наказа, в частности, по поводу несогласия с решением Сената об опротестовании некоторых его положений и «распубликовании». Автор подчеркивал значение парламентского регламента: «Парламент, как и всякое учреждение, может функционировать только при условии известной его организации: он нуждается в председателе, который бы руководил прениями, нуждается в помещении, а следовательно и в лице, которое ведало бы хозяйственною частью; нужно, чтобы кто-либо вел протоколы и т. д. Ввиду особой важности дел, разрешаемых парламентом, правила, определяющие его внутреннюю организацию,

39

представляют громадное практическое значение» .

После того как Дума была распущена, уже бывший ее председатель продолжал заниматься преподавательской и научной деятельностью. В 1907 г. была опубликована работа С.А. Муромцева «Внутренний распорядок Государственной Думы: Наказ Государственной Думы (гл. 1-3) и врем. правила: Проект остальных глав наказа с объяснениями и дополнениями». По полноте изложения материала и научным комментариям ее можно считать еще одним прецедентом, созданным С.А. Муромцевым.

По словам самого автора, «справедливо признать, что вообще организационная работа произведенная Думою на первых порах ее существования, не заслуживает забвения; пока новое собрание не оглядится достаточно в условиях своего практического положения,

38 Лазаревский Н.И. Русское государственное право. Т. I. Конституционное право. СПб., 1913. С. 372.

39 Там же. 188

ему может сослужить службу сделанное в предшествовавшем собрании. Эта работа Думы сведена в настоящей книге»40. На практике так и произошло, т.е. положения наказа были восприняты последующими созывами, пусть даже с изменениями, но основные принципиальные положения организации парламентской деятельности, разработанные С.А. Муромцевым и его коллегами, сохранились. План книги о внутреннем распорядке Думы выглядит следующим образом: «сначала приводятся на справку, в хронологическом порядке, сведения о постановлениях Государственной Думы, имеющих организационный характер (стр. 5); потом следует текст первых трех глав наказа (стр. 7); далее правила, установленные вне порядка рассмотрения наказа (стр. 36); и наконец, предлагается остальная часть наказа (стр. 48), по проекту, в выработке которого должно быть особо отмечено ближайшее участие члена первой Государственной Думы М.Я. Острогорского»41.

С.А. Муромцев указывал на возможность использования наработанных регламентов европейских парламентов: «Кто при разработке вопросов наказа пожелал бы пользоваться указаниями иностранных регламентов, тот для этой цели найдет на русском языке следующие издания: Наказ Палаты депутатов французской республики (из журнала Министерства Юстиции, февраль 1906 г.) С. П. Б. 1906; Наказы Рейхстага Германской Империи и Прусской палаты де-пуатов, перевод барона А. Нольде (из журнала Министерства Юстиции, январь 1906 г.) С. П. Б. 1906; Порядки Австрийского парламента, барона А. Э. Нольде (из журнала Министерства Юстиции, март 1906 г.)»42.

В своем труде автор приводил постановления Государственной думы первой сессии, определяющие внутренний распорядок (с последующими его собственными комментариями). К ним относятся: «Постановления 27 апреля и 26 июня. О часе для начала заседаний Государственной Думы; Постановление 29 апреля 1906 г. О порядке замещения председателя и секретаря Думы товарищами их;

40 Муромцев С.А. Внутренний распорядок Государственной Думы: Наказ Государственной Думы (гл. 1-3) и врем. правила: Проект остальных глав Наказа с объяснениями и дополнениями / Сост. С. Муромцев. М., 1907 (изд. Неофициальное). С. II.

41 Муромцев С.А. Внутренний распорядок Государственной Думы. С. II.

42 Там же.

Постановление 30 апреля 1906 г. О производстве подсчета избирательных записок без перерыва заседания; Постановление 2 мая 1906 г. О порядке сокращения и прекращения прений; Постановление 5 мая 1906 г. О порядке поднесения ответного адреса Государю Императору (см. объяснения к § 69 проекта наказа); Постановление 8 мая 1906 г. О порядке поверки прав избранных членов Государственной Думы (см. объяснения к § 2 наказа); Постановление 15 мая 1906 г. О днях заседаний Государственной Думы; Постановление 16 мая 1906 г. О способах чествования памяти скончавшегося члена Государственной Думы (см. объяснения к §156 проекта наказа); Постановление 26 и 29 мая 1906 г. Первые три главы наказа; Постановления 27 мая, 6 и 15 июня 1906 г. О порядке рассмотрения заявлений о запросах, подаваемых в порядке статей 33, 40 и 58 Учр. Гос. Думы; Постановление 15 июня 1906 г. О порядке принятия здания Таврического дворца и о порядке заведывания им; Постановление 16 июня 1906 г. О порядке закрытия заседаний; Постановление 20 июня 1906 г; О выдачи суточного довольствия членам Государственной Думы за время их отлучек (см.объяснения к § 147 проекта наказа); Постановление 27 июня 1906 г. О порядке рассылки стенографических отчетов и постановлений Государственной Думы» 43.

С.А. Муромцев отмечал также, что «помимо постановлений, определявших по тому или другому поводу подробности внутреннего распорядка в Государственной Думе, этот распорядок устанавливался также, по мере хода занятий Думы, сам собою, т.е. практикою Думы и отдельных ее органов. Некоторые относящиеся сюда данные были, по распоряжению президиума, напечатаны, вместе с вышеприведенными постановлениями, под общим заглавием: «Свод временных правил, одобренных постановлениями и практикою Государственной Думы, который был внесен в заседании Думы 19 июня 1906 г. и, хотя на обсуждение не предлагался, но в тоже время ника-

44

ких возражений не вызвал» .

Следует пояснить, что включенный в книгу С.А. Муромцева Наказ (текст и проект) состоит из 12 глав. Три главы действовали во время первого созыва: открытие собраний Думы и проверка избрания членов; избрание должностных лиц Думы (председателя, двух товарищей председателя, секретаря и пяти товарищей

43 Муромцев С.А. Внутренний распорядок Государственной Думы. С. II.

44 Там же. 190

секретаря посредством подачи записок на каждую должность особо); отделы и комиссии Думы. Остальные девять глав были разработаны (с учетом предыдущих наработок) С.А. Муромцевым и включены в текст в виде проектов (порядок производства дел в Думе (в первую очередь по законодательным делам); о сношениях Думы с Императорским Величеством, с Государственным советом, с министрами и главноуправляющими отдельными частями и другими местами и лицами; порядок заседаний; о порядке заявлений об обращении к министрам и главноуправляющим отдельными частями за сведениями и разъяснениями; порядок действий комиссии для разбора адресуемой в Думу корреспонденции; порядок парламентского исследования; личное положение членов Думы; наказ особым органам распорядка в Думе; пересмотр наказа. В каждой главе С.А. Муромцев давал обстоятельные комментарии, используя свой опыт работы и практику западных государств, имевших парламентские учреждения.

I Государственная дума просуществовала, как уже указывалось, 72 дня: с 27 апреля (10 мая) по 9 (22) июля 1906 г. и была распущена императором. Этому предшествовали трения и противоречия законосовещательного органа и правительства, которое подчинялось царю и ни в малейшей степени не имело в виду зависеть от Думы. Права Думы изначально были ограничены: депутаты были не вправе касаться ряда важнейших вопросов государственной жизни, например таких, как пересмотр Основных государственных законов, внешней политики, а также дел, связанных с вооружением. Основное внимание в Думе уделялось организации работы и обсуждению проектов законов, а также некоторых важных вопросов государственного значения. В частности, депутаты обсуждали аграрный законопроект 42 членов Думы, аграрную программу, сообщения правительства, запросы к министрам, проекты законов о неприкосновенности личности, о голоде в стране, об отмене смертной казни, о гражданском равенстве и др. За время своей работы Дума одобрила два законопроекта: об отмене смертной казни и об ассигновании 15 млн руб. в помощь пострадавшим от неурожая. Другие проекты постатейного обсуждения не получили.

В I Государственной думе, как и в последующих, одним из основных вопросов был аграрный. Трудовики выступали с предложе-

нием ликвидировать помещичье землевладение и провести национализацию земель. Кадеты также требовали отчуждения земель, но не таким радикальным способом. Все проекты вызвали негативную реакцию властей. 20 июня правительство выступило с сообщением, в котором оно высказывалось за неприкосновенность частновладельческих земель и излагался ряд положений земельного устройства45. Этот документ активно обсуждался в Думе. Депутаты настаивали на том, что в силу манифеста 17 октября 1905 г. никакое предположение правительства не может получить силу закона без одобрения Думы. Однако попытки ввести ответственность правительства перед Думой оказались безуспешными и указом от 8 июля 1906 г. Государственная дума была распущена46. В Манифесте от 9 июля 1906 г. «О роспуске Государственной Думы и о созыве таковой в новом составе»47 была дана аргументация этого действия. Указывалось, что «выборные от населения, вместо работы строительства законодательного, уклонились в непринадлежащую им область и обратились к расследованию действий поставленных от Нас местных властей, к указаниям Нам на несовершенства Законов Основных, изменения которых могут быть предприняты лишь Нашею Монаршею волею, и к действиям явно незаконным, как обращение от лица Думы к населению».

9 июля пришедшие на заседание депутаты нашли двери в Таврический дворец запертыми. Рядом на столбе был приколот манифест о роспуске Думы. Часть депутатов (180 человек - в основном кадеты, трудовики и социал-демократы), собравшись в Выборге, приняли воззвание «Народу от народных представителей»48. На этом собрании в последний раз председательствовал С.А. Муромцев. Он осознавал необходимость так поступить и выполнил свою задачу как председателя до конца. Указанный документ также был им подписан. В нем говорилось, что правительство не имеет права без согласия народного представительства ни собирать налоги с народа, ни призывать народ на военную службу.

45 См.: Правительственный вестник. 1906. № 137.

46 ПСЗ - III. Т. XXVI. Отд. 1. № 28103.

47 ПСЗ - III. Т. XXVI. Отд. 1. № 28105.

48 См.: Государственная дума Российской империи, 1906-1917: Энциклопедия / Отв. ред. В.В. Шелохаев. М., 2008. С. 113-114.

Выборгское воззвание было оценено императорской властью как призыв к гражданскому неповиновению - отказу платить налоги и поступать на службу в армии. Все его подписавшие были преданы суду Особого присутствия Санкт-Петербургской судебной палаты и подавляющее большинство приговорены к трем месяцем заключения.

Н.А. Гредескуль, который в Думе был избран товарищем председателя, высоко оценивал заслуги С.А. Муромцева в этой должности и подчеркивал его неотъемлемую связь с Думой: «Истинное существо Думы и ее правильное, но вместе с тем и необходимое место в строе русского государства Муромцев превосходно и со свойственной ему одному глубиной мысли и выражения обозначил уже в своей первой председательской речи, обращенной к Думе вслед за его избранием: «Кланяюсь Государственной Думе.. Совершается великое дело, воля народа получает свое выражение в форме правильного, постоянно действующего, на неотъемлемых законах основанного, законодательного учреждения. Великое дело налагает на нас и великий подвиг, призывает к великому труду». Больше Муромцев речей в парламенте не произносил. По его понятиям вся активность должна принадлежать членам парламента, а не его председателю, который «решительно призывает себя к форме парла-

49

мента» .

Н.А. Гредескул отмечал важную роль председателя в установлении и соблюдении первых парламентских процедур. «Когда эта форма установлена преемственными усилиями ряда парламентских деятелей, тогда ее поддерживать уже не так трудно, так как ее ценят и поддерживают все, кто с ней соприкасается. Но когда ее еще надо создавать, .тогда ее твердое и неуклонное соблюдение становится делом величайшей трудности. И великая удача первой русской Государственной Думы заключается в том, что она нашла себе председателя, который обладал совершенно исключительной любовью к «форме» парламентской жизни и совершенно исключительными способностями для ее установления и поддержания... Роль Муромцева имеет большое историческое значение для России, но лишь в том случае, если его имеет первая русская Государственная Дума; и это значение у них совершенно общее, одно от другого неотделимое.

49 Гредескул Н.А. Первая Дума и ее Председатель // Сергей Андреевич Муромцев: Сборник статей / Под ред. кн. Д.И. Шаховского. С. 324.

С.А Муромцев был одним из самых крупных участников того исторического вклада, какой сделало первое русское народное представительство в жизнь русского народа»50.

Непродолжительная по времени работа I Государственной думы и ее роспуск не умаляют роли ее председателя и его теоретического и первого практического опыта, привнесенного в отечественный парламентаризм. Научные и политические взгляды С.А. Муромцева, его влияние на становление парламентаризма в России особенно проявились в 1905-1906 гг., когда создавались парламентское учреждение и его правовая основа. Он принял активное участие в подготовке новой редакции Основных законов Российской империи, и прежде всего глав восьмой «о правах и обязанностях российских граждан» и девятой «о законах». Досконально изучив и проанализировав конституционный опыт зарубежных стран, С.А. Муромцев разработал собственный проект Основных законов, который не остался без внимания комиссии графа Д.М. Сольского. С.А. Муромцев подготовил также собственный проект избирательного закона. Оба этих проекта были им опубликованы в «Русских ведомостях» под общим названием «К вопросу об организации будущего представительства» без подписи и без указания автора проектов. Позднее эти проекты и последующие доработки к ним были напечатаны в сборнике статей, посвященном памяти С.А. Муром-

цева51.

Будучи настоящим трибуном, выдающимся юристом и первым в истории парламентаризма России председателем Думы, С.А. Муромцев творил парламентское право, создавая парламентские прецеденты, восполняя тем самым пробелы в нормативном регулировании организации работы парламента и его процедур. С самого начала своей парламентской деятельности он стремился создать почти безупречную форму организации работы Думы, считая это одним из самых важных факторов для решения ее задач. На практике это было трудновыполнимо, поскольку политическая система не была готова к восприятию Думы как полноправного парламента. И все же С.А. Муромцев разработал аказ (регламент) работы Думы и успел утвердить первые его статьи. Его проект был издан вскоре

50 Там же. С. 321-326.

51 См.: Сергей Андреевич Муромцев: Сборник статей / Под ред. кн. Д.И. Шаховского. С. 384-407.

после роспуска Думы. Полностью аказ удалось принять только в третьем созыве Государственной думы. В работе всех последующих созывов Думы был учтен опыт парламентской работы С.А. Муромцева.

Роль председателя С.А. Муромцев видел в профессиональной организации обсуждения вопросов, но не во влиянии на их содержание, предоставлении прав на участие всем политическим силам, включая парламентское меньшинство. Он отстаивал принципы взаимоотношений с другими ветвями власти, активного использования права запросов в отношении правительства и его членов, требовал строгого соблюдения норм парламентской этики, пользуясь правом закрытия обсуждения в необходимых случаях.

С.А. Муромцев стремился повысить роль Государственной думы как конституционно-правового института, отстаивал позицию расширения ее полномочий, особенно в законодательной сфере, что вызывало недовольство разных политических сил и особенно правительства. Отстранение С.А. Муромцева от активной политической деятельности после роспуска Думы и за участие в «Выборгском воззвании» явилось серьезным ударом для развивающегося российского парламентаризма.

Выдающийся ученый С.А. Муромцев на своем посту председателя Государственной думы отстаивал принципы права и справедливости. Всей своей работой, личностными качествами, высоким профессионализмом и необычайно ответственным отношением к своим обязанностям. Образец председателя парламента в его лице вписан в историю российского парламентаризма. Имя С.А. Муромцева навсегда связано с развитием идей демократии и парламентаризма в России.

Библиография

Амфитеатров А.В. Собр. соч. Т. 15. Мутные дни. СПб., 1912.

Аронов Д.В. Право и справедливость в творческом наследии Сергея Андреевича Муромцева: реформа или революция? // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. 2012. № 3 (23).

Бондарев С.И. Воспоминания депутата-трудовика // Сергей Андреевич Муромцев: Сборник статей / Под ред. кн. Д.И. Шаховского. М.,1911.

ВинаверМ.М. Конфликты в первой Думе. СПб., 1907.

Винавер М.М. Сергей Андреевич Муромцев // Винавер М.М. Недавнее: Воспоминания и характеристики. Пг., 1917.

Внутренний распорядок Государственной думы / Сост. С.А. Муромцев. М., 1907.

Гессен И.В. В двух веках: жизненный отчет // Архив русской революции, издаваемый И.В. Гессеном. Т. 22. Берлин, 1937.

Государственная дума Российской империи, 1906-1917 гг.: Энциклопедия / Отв. ред. В.В. Шелохаев. М., 2008.

Гредескул Н.А. Первая Дума и ее Председатель // Сергей Андреевич Муромцев: Сборник статей / Под ред. кн. Д.И. Шаховского М., 1911.

Деятельность М.Я. Острогорского в первой Государственной Думе. СПб.,

1906.

Кирьянов И.К., Лукьянов М.Н. Парламент самодержавной России: Государственная дума и ее депутаты. 1906-1917. Пермь, 1995.

Котляревский С.А. С.А. Муромцев и думский распорядок. Сборник статей / Под ред. кн. Д.И. Шаховского. М., 1911.

Лазаревский Н.И. Русское государственное право. Т. I. Конституционное право. СПб., 1913.

Маклаков В.А. Вторая Государственная дума. М., 2006.

Милюков П.Н. Воспоминания: В 2 т. Т. 1. М., 1990.

Милюков П.Н. Сергей Андреевич Муромцев. Биографический очерк // Сергей Александрович Муромцев. Сборник статей / Под ред. кн. Д.И. Шаховского. М., 1911.

Муромцев С.А. Внутренний распорядок Государственной Думы: Наказ Государственной Думы (гл. 1-3) и врем. правила: Проект остальных глав наказа с объяснениями и дополнениями / Сост. С. Муромцев. М., 1907 (изд. неофициальное).

Муромцев С.А. Наказ Государственной Думы // Право. 1907. № 7.

Муромцев С.А. Новые главы наказа Государственной Думы (главы четвертая и пятая) // Право. 1907. № 24.

Муромцев С.А. Очерки общей теории гражданского права. Ч. 1. М., 1877.

Муромцев С.А. Порядок обсуждения законодательных предположений в Государственной Думе // Право. СПб., 1907. № 12.

Муромцев С.А. Право и справедливость // С.А. Муромцев. Сборник правоведения и общественных знаний. Т. 2. СПб., 1893.

Муромцев С.А. Статьи и речи. Вып. 5. М., 1910.

Муромцев С.А. Формализм в Государственной Думе (рец. на кн.: ПиленкоА.А. Русские парламентские прецеденты) // Право. 1907. № 19.

Муромцев С.А. Формализм в Государственной Думе // Там же.

Оболенский В.А. Моя жизнь, мои современники. Париж, 1988.

Пиленко А.А. Русские парламентские прецеденты: Вып. 1-2. СПб., 1907-1908.

Саврасов А.Ф. Политико-правовая роль Наказа (регламента) в дореволюционной Государственной Думе // Саврасов А.Ф. История парламентаризма в России: к 90-летию первой Государственной Думы. Сб. научных статей / Под ред. В.И. Старцева. Ч. 1. СПб., 1996.

Соловьев К.А. Председатель Государственной думы в политической системе Российской империи // Сергей Андреевич Муромцев - председатель первой Государственной думы: политик, ученый, педагог. Сб. научных статей. Орел, 2010.

Томсинов В.А. Российские правоведы XVIII-XX веков: очерки жизни и творчества. В 2 т. Т. 2. М., 2007.

Тыркова-Вильямс А.В. Воспоминания. То, чего больше не будет. М., 1998.