Конституционное правосудие в контексте сути и содержания фундаментальной идеи определенности права

7.2. КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВОСУДИЕ В КОНТЕКСТЕ

СУТИ И СОДЕРЖАНИЯ ФУНДАМЕНТАЛЬНОЙ ИДЕИ ОПРЕДЕЛЕННОСТИ ПРАВА

Сидоренко Мария Васильевна, канд. юрид. наук. Должность: проректор по правовым вопросам. Место работы: Университет Российской Академии образования. E-mail: prorectormvs@yandex.ru

Аннотация: В статье рассматриваются вопросы о характере деятельности Конституционного Суда России: правовой природе принимаемых им актов и их месте в системе источников российского права; юридической силе итоговых выводов и правовых позиций, изложенных в постановлениях и определениях; характере взаимоотношений с законодательной властью и судами общей юрисдикции.

Ключевые слова: Конституционный Суд России, правовая определенность, акты конституционного правосудия.

CONSTITUTIONAL JUSTICE IN THE CONTEXT ESSENCE

AND CONTENT THE FUNDAMENTAL IDEAS OF CERTAIN RIGHTS

Sidorenko Mariya, PhD at law. Position: Vice-Rector for Legal Affairs. Place of employment: University of the Russian Academy of Education. E-mail: prorectormvs@yandex.ru

Annotation: The article deals with questions about the nature of the Constitutional Court of Russia: the legal nature of the acts taken by them and their place in the system of sources of Russian law; the legal force of the final conclusions and the legal position set out in the statutes and judgments; the nature of the relationship with the legislature and the courts of general jurisdiction. Keywords: the Russian Constitutional Court, the legal defined-ness, acts of constitutional justice.

Как известно, основы национального конституционного правосудия и управомоченного органа его реализации устанавливает непосредственно Конституция Российской Федерации. Закрепленные в главе 7-й конституционные нормы, прежде всего, подчеркивают принадлежность Конституционного Суда РФ к судебной ветви государственной власти. Ими же определяется состав Конституционного Суда РФ (ч. 1 ст. 125), порядок назначения судей на должность (п. «е» ст. 83; п. «ж» ч. 1 ст. 102; ч. 1 ст. 128), перечень государственных органов и лиц, обладающих правом обращения в Суд (ст. 125), непосредственно полномочия этого органа (ст. 125) и право его законодательной инициативы (ст. 104). Закреплены в конституции и исходные положения о юридической силе и правовых последствиях итоговых актов Конституционного Суда РФ (ч. 6 ст. 125). Более полно и содержательно эти исходные положения развиваются в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации» (далее - фКз «О Конституционном Суде»), в том числе в части основополагающих принципов и норм, касающихся текущей деятельности Суда1.

1 Отдельные вопросы, касающиеся деятельности Суда, могут решаться в актах иного уровня - федеральных законах, постановлениях палат Федерального Собрания РФ, актах Правительства РФ. Они не могут противоречить Конституции РФ и ФКЗ «О

Достаточно известно и то, что уже в период своего становления деятельность Конституционного Суда РФ оказалась связана с рядом проблем, как относительно сути реализуемой деятельности, так и итоговых ее результатов. Дискуссионными, в частности, оказались вопросы о характере деятельности Конституционного Суда РФ; правовой природе принимаемых им актов; юридической силе итоговых выводов и правовых позиций Суда, изложенных в постановлениях и определениях; характере взаимоотношений с законодательной властью и судами общей юрисдикции; месте и роли актов Суда в системе источников российского права. Между тем, каждый из этих моментов, как сам по себе, так и в качестве элемента системы объективируется через проблему сути и содержания фундаментальной идеи определенности права. Принципиально и то, что указанное, как констатируется, имеет место в течение достаточно длительного временного периода, объективируясь, по сути, в тех же негативных коллизиях и дискуссиях и в настоящее время.

Поясним. Нормативно конституционный судебный контроль закреплен в ст. 118 Конституции РФ и ст. 1 ФКЗ «О Конституционном Суде»2. Тем не менее, характер этой деятельности все еще является дискуссионным. С одной стороны, достаточно весомо звучат аргументы о том, что, поскольку названный суд не рассматривает гражданских и уголовных дел, не разрешает дела о защите нарушенных субъективных прав граждан, он не реализует функции правосудия3. С другой стороны, не менее убедительны и аргументы о том, что, принимая по жалобам управомоченных заявителей решение о неконституционности закона, подлежащего применению (примененного) в конкретном деле сторон, Суд тем самым в надлежащих процессуальных формах защищает конституционные права и законные интересы граждан, разрешает спор по существу. Соответственно, по сути и назначению выполняет функцию конституционного правосудия4. Как факт -нам трудно не согласиться с последним; особенно в части анализа аргументов и выводов, достаточно системно предложенных В.А. Лазаревой5.

Не меньшие дискуссии являет вопрос о правовой природе актов конституционного правосудия. Как резюмирует, к примеру, Н.Н. Ковтун6, если обобщить все многообразие мнений, высказанных в доктрине по этой проблеме, дискуссию можно свести к следующим основным моментам: а) акты конституционного правосудия - являются нормативными актами (актами пра-вотворчества)7; это б) судебные прецеденты8; в) пра-

Конституционном Суде» и призваны конкретизировать положения названных (выше) источников.

2 См.: Собрание законодательства РФ. 1994. № 13. Ст. 1447.

3 См.: Жуйков В.М. Судебная защита прав граждан и юридических лиц. М., 1997. С. 192.

4 См., напр.: Витрук Н.В. Конституционное правосудие. Судебное конституционное право и процесс. М., 1998. С. 37-41; Лазарев Л.В. Конституционно-правовые основы организации и деятельности Конституционного Суда РФ // Государство и право. 1996. № 6. С. 3.

5 См.: Лазарева В.А. Судебная власть. Судебная защита. Судебный контроль. Самара, 2001. С. 42.

6 См.: Ковтун Н.Н. Постановления Конституционного Суда РФ по уголовно-процессуальным вопросам: проблемы законодательной техники и практического применения // Государство и право. 2001. № 11. С. 99.

7 См., напр.: Хабриева Т.Я. Процессуальные вопросы толкования Конституции в деятельности Конституционного Суда РФ // Государство и право. 1996. № 10. С. 17.

8 См., напр.: Витрук Н.В. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: понятие, природа, юридическая сила и значение // Конституционное правосудие в посткоммуни-

вовые констатации; г) решения преюдициального плана9; д) они сочетают в себе все или отдельные из названных свойств10. Примечательно и то, что если одни из исследователей видят в указанных актах полноценные источники права1 , то другие не столь категоричны в этом вопросе, ибо, исследуя особенности «правотворчества» Конституционного Суда РФ и порождаемых им норм, видят в последнем лишь «своеобразные» нормы права либо «квазинормы»12.

Между тем, ни теория нормативности, ни в целом система источников российского права не включают в себя ни «квазинорм», ни «своеобразных», но, тем не менее, обладающих высшей юридической силой общеобязательных правил поведения, роль которых в механизме правового регулирования - в принципе не ясна. Множить сущности в данной связи, полагаем, сознательно вуалировать исходный вопрос об источниках права и их иерархии.

В контексте искомой определенности права нет единства взглядов и в вопросе о том, какие именно части акта, вынесенного Конституционным Судом, следует считать нормами, судебными прецедентами, правовыми констатациями, правовыми доктринами (etc.), а какие не имеют подобной юридической силы и не могут быть приняты во внимание. Одни авторы полагают, что акты конституционного правосудия в целом являются формами выражения российского права; признавая, правда, что мотивировочная и резолютивная часть этих актов имеет разное правовое значение13. Другие, выделяют саму норму (резолютивная часть постановления) и так называемую правовую позицию Суда14, изложенную в описательно-мотивировочной части, принятого акта. Г.А. Гаджиев, к примеру, четко различает - racio decidendi - решающий довод, обязательный для правоприменителей (который образует правовую норму), и другие части решения, которые в качестве источника права служить не могут 5; а поскольку правовые позиции Конституционного Суда ближе всего находятся к racio decidendi, их следует считать источником права. Более того, особая юридическая сила правовой позиции дает ему основание, то отождествлять ее с принципом права, то считать «...живым, развивающимся конституционным правом»16.

В работах Н.В. Витрука правовые позиции Конституционного Суда РФ то приобретают значение конститу-

стических странах. Программа межд. форума. Москва 26 апреля 1999 года. М., 1999. С. 21.

9 См.: Морщакова Т.Г. Судебный конституционный контроль в России: уроки, проблемы и перспективы: Обзор научно-практической конференции // Государство и право. 1997. № 5. С. 8.

10 См., напр.: Лазарев Л.В. Конституционный Суд и развитие конституционного права // Журнал российского права. 1997. № 11. С. 3-13.

11 См., напр.: Марченко Н.М. Является ли судебная практика источником российского права? // Журнал российского права. 2000. № 12. С. 11-21.

12 См.: Савицкий В.А., Терюкова Е.Ю. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права Российской Федерации // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1997. № 3. С. 75.

13 См.: Лазарев В.В. Указ. соч. С. 3-13.

14 См., напр.: Романова О.В. К вопросу о понятии и правовых позициях Конституционного Суда РФ // Государство и право. 2001. № 7. С. 84-87.

15 См.: Гаджиев Г. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права // Конституционное право: Восточноевропейское обозрение. 1999. № 3(28). С. 82, 83.

16 См.: Гаджиев Г. Указ. раб. С. 82.

ционно-правовых норм и по своей юридической силе приравниваются к Конституции РФ17, то они же, но уже в правоприменительной практике, имеют характер судебного прецедента по своей юридической силе, но

18

таковыми по своей природе не являются .

Высказано и мнение о том, что правовые позиции, выраженные в акте Конституционного Суда, во многом напоминают правовую доктрину19, либо это своего рода правовые обыкновения (что явно проявляет себя в решениях по уголовно-процессуальным вопросам), которые приобретают значение своеобразных источников права20.

Отметим, с этими подходами не согласна Т.Г. Морщакова, которая, напротив, пишет о том, что процессуальным аналогом силы решения Конституционного Суда можно считать преюдицию, а не прецедент, поскольку прецедентное судебное решение обязательно только для решений по аналогичным делам. Решения же Конституционного Суда РФ - обязательны для всех дел, связанных с применением соответствующей нормы21.

Отличны и позиции Н.В. Варламовой, которая вообще не считает, что законодатель связан теми правовыми позициями, которые содержатся в описательной

части решения Суда, а связан лишь резолютивной его

22

частью22.

Интересным выглядит так же генезис подхода к решению данной проблемы непосредственно Конституционного Суда РФ, который однозначен в вопросе о том, что для правоприменителей «обязательны не только итоговый вывод Суда, но и система аргументации, приводимая в его обоснование и называемая законом правовой позицией Конституционного Суда»23.

Казалось бы, в сути указанных споров нет особой проблемы. Однако, как справедливо указывает Е.А. Лукьянова, по сути этих дискуссий и выводов оказалась фактически разрушенной стройная и логически согласованная теория нормативности права. Общеобязательными и имеющими высшую юридическую силу нормами в системе российского права все чаще являют себя пространные юридические размышления членов Конституционного Суда «на тему», представляющуюся истинной большинству судей этого орга-на24. Причем истинной, носящей временной характер. Прежде всего, в силу того, что, хотя решения Суда не могут быть преодолены повторным принятием признанного неконституционным закона, они могут быть

17 См.: Автор подобной позиции, в частности, Б.С. Эбзеев. См.: Теория государства и права: Курс лекций / Отв. ред. Н.И. Мату-зов, А.В. Малько. М., 1997. С. 454.

18 См.: Витрук Н. Правовые позиции Конституционного Суда РФ... С. 95.

19 См.: Нешатаева Т.Н. К вопросу об источниках права - судебном прецеденте и доктрине // В кн.: Судебная практика как источник права. М., 2000. С. 91-97.

20 См.: Лазарев Л.В. Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы совершенствование: Сб. статей. Т. 2. 2009. С. 48.

21 См.: Морщакова Т.Г. Судебный конституционный контроль в России: уроки, проблемы и перспективы: Обзор научно-практической конференции. С. 8.

22 См.: Варламова Н.В. Пять лет шестой Конституции России: проблемы реализации // Конституционное право: Восточноевропейское обозрение. 1998. № 2(23). С. 97.

23 См., напр.: Определение Конституционного Суда РФ от 07.10.1997 «О разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации по делу о проверке конституционности статьи 418 УПК РСФСР в связи с запросом Каратузского районного суда Красноярского края» // СЗ РФ. 1997. № 42. Ст. 4900.

24 См.: Лукьянова Е.А. Конституция в судебном переплете // Законодательство. 2000. № 12. С. 54.

пересмотрены самим Конституционным Судом. Презумпция истинности правовой позиции Суда может быть опровергнута при наличии серьезных сомнений в ее обоснованности. Суд, рассматривая на пленарном заседании другое дело, вправе изменить правовую позицию на ту, которая, по его мнению, в большей мере отвечает современному уровню регулирования25.

В итоге, не объективные потребности личности, общества, государства, не коллизии текущего правоприменительного процесса, а субъективные сомнения членов Суда о соответствии их правовой позиции, -«...более современному уровню правового регулирования», - служат достаточным основанием для изменения еще недавно столь общеобязательных и незыблемых «конституционных» норм. Как следствие, в стране, декларирующей курс на создание гражданского общества, складывается не имеющая аналогов теория нормативности, соединяющая в себе нормы высшего законодательного органа и неопределенные, по сути, конструкции, представляющие собой то ли нормы «высшей» юридической силы, то ли итоги субъективного познания Конституции большинством членов Суда.

Закономерно возникает вопрос о действительной роли законодателя и принимаемых им нормативных актов. Если мы не только признаем акты Конституционного Суда источником права, но и включаем в орбиту дискуссии вопросы о том, чьи акты (Конституционного Суда или Парламента) обладают более высокой юридической силой, неизбежно возникает вопрос о необходимости законодательной деятельности и законодателя. Не меньшая проблема и в том, чтобы верно определить, до каких пределов должны доходить толкования норм Конституции и разъяснения Судом их «истинного» смысла в рамках отраслевого законодательства. Где гарантии того процессе «конституционного» разъяснения норма не превратится в свою противоположность, не станет неузнаваемой, не изменит своего истинного смысла.

В силу конституционного принципа разделения властей (ст. 10), Конституционный Суд РФ относится к судебной, а не законодательной, ветви власти. Соответственно он не может создавать нормы ни при нормативном, ни при казуальном толковании закона. Общепризнанно, что «субъект толкования не вносит ничего нового в разъясняемую норму, а лишь известными методами и средствами стремится уяснить ее действительный смысл и содержание»26. Толкование не вносит и не может вносить поправок и изменений в действующие нормы. Правотворчество и толкование -несовместимые понятия. Интерпретатор не создает право, а лишь выявляет, устанавливает государственную волю, выраженную в нормативном акте .

На этих незыблемых постулатах основаны принципы толкования, суть которых в том, что: а) Plain Meaning Rule - суды не должны изменять суть закона под видом его интерпретации; б) The Mischief Rule - смысл толкования в том, чтобы убедиться в действительном намерении законодателя и усилить эффективность его реализации; в) The Golden Rule - суд обязан приме-

нять закон так, чтобы избежать возможности абсурдного решения28.

Тем не менее, как известно, ряд решений Конституционного Суда РФ, во всяком случае, в области уголовного судопроизводства вступает в противоречие с системой названных принципов, разрушает, как теорию нормативности, так и основы идеи определенности права.

Список литературы:

1. Варламова Н.В. Пять лет шестой Конституции России: проблемы реализации // Конституционное право: Восточноевропейское обозрение. 1998. № 2(23).

2. Витрук Н.В. Конституционное правосудие. Судебное конституционное право и процесс. М., 1998.

3. Витрук Н.В. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: понятие, природа, юридическая сила и значение // Конституционное правосудие в посткоммунистических странах. Программа межд. форума. Москва 26 апреля 1999 года. М., 1999.

4. Гаджиев Г. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права // Конституционное право: Восточноевропейское обозрение. 1999. № 3(28).

5. Жуйков В.М. Судебная защита прав граждан и юридических лиц. М., 1997.

6. Закон. Создание и толкование. М., 1998.

7. Ковтун Н.Н. Постановления Конституционного Суда РФ по уголовно-процессуальным вопросам: проблемы законодательной техники и практического применения // Государство и право. 2001. № 11.

8. Лазарев Л.В. Конституционно-правовые основы организации и деятельности Конституционного Суда РФ // Государство и право. 1996. № 6.

9. Лазарев Л.В. Конституционный Суд и развитие конституционного права // Журнал российского права. 1997. № 11.

10. Лазарев Л.В. Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы совершенствование: Сб. статей. Т. 2. 2009.

11. Лазарева В.А. Судебная власть. Судебная защита. Судебный контроль. Самара, 2001.

12. Лукьянова Е.А. Конституция в судебном переплете // Законодательство. 2000. № 12.

13. Марченко Н.М. Является ли судебная практика источником российского права? // Журнал российского права. 2000. № 12.

14. Морщакова Т.Г. Судебный конституционный контроль в России: уроки, проблемы и перспективы: Обзор научно-практической конференции // Государство и право. 1997. № 5.

15. Нешатаева Т.Н. К вопросу об источниках права -судебном прецеденте и доктрине // В кн.: Судебная практика как источник права. М., 2000.

16. Романова О.В. К вопросу о понятии и правовых позициях Конституционного Суда РФ // Государство и право. 2001. № 7.

17. Савицкий В.А., Терюкова Е.Ю. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права Российской Федерации // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1997. № 3.

25 См.: Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации»: Комментарий. М., 1996. С. 229.

26 Хабриева Т.Я. Процессуальные вопросы толкования Конституции... С. 21.

27 Закон. Создание и толкование. М., 1998. С. 69.

28 См.: Поленина С.В. Законодательная техника и судебный прецедент // Проблемы юридической техники: Сб. статей. / Под ред. В.М. Баранова. Н. Новгород. 2000. С. 62-63.

18. Теория государства и права: Курс лекций / Отв. ред. Н.И. Матузов, А.В. Малько. М., 1997.

19. Хабриева Т.Я. Процессуальные вопросы толкования Конституции в деятельности Конституционного Суда РФ // Государство и право. 1996. № 10.

Отзыв

на статью кандидата юридических наук Сидоренко Марии Васильевны «Конституционное правосудие в контексте сути и содержания фундаментальной идеи определенности права»

В статье М.В. Сидоренко рассматривается проблематика, касающаяся характера деятельности Конституционного Суда Российской Федерации.

Автор исследует правовую природу актов конституционного правосудия, определяет их место в системе источников российского уголовно-процессуального права.

Особое место уделено юридической силе итоговых выводов и правовых позиций, изложенных в постановлениях и определениях Конституционного Суда Российской Федерации. Раскрывается характер его взаимоотношений с законодательной властью и судами общей юрисдикции.

Работа актуальна, характеризуется научной новизной, теоретической и практической значимостью.

Вывод: статья кандидата юридических наук Сидоренко Марии Васильевны «Конституционное правосудие в контексте сути и содержания фундаментальной идеи определенности права» (специальность 12.00.09 - уголовный процесс) рекомендуется для опубликования в открытой печати.

Заслуженный деятель науки РФ, Почетный работник высшего профессионального образования РФ, доктор юридических наук, профессор О.А. Зайцев