Вертикально интегрированные компании и трансфертное ценообразование

ФИНАНСЫ, ДЕНЕЖНОЕ ОБРАЩЕНИЕ И КРЕДИТ

ЧЕРНЯВСКИЙ С.В.,ЗОЛОТАРЕВ Н.А.

ВЕРТИКАЛЬНО-ИНТЕГРИРОВАННЫЕ КОМПАНИИ И ТРАНСФЕРТНОЕ ЦЕНООБРАЗОВАНИЕ

Аннотация. В современных условиях структура нефтяного бизнеса строится на основе вертикально -интегрированных компаний. Россия также не исключение в мировом сообществе: около 20 лет назад она сделала выбор в пользу такой формы организации. В настоящее время в мире существует примерно 100 вертикально-интегрированных нефтяных компаний (далее-ВИНК), в число которых входят 20 крупных компаний, среди которых можно отметить «ЛУКОЙЛ», «РосНефть», «ТНК» и такие зарубежные компании, как «Техасо», «Gulf», «Shell», «Mobil», «Amoco», «BritishPetroleum», «Chevron», «Standard Oil» и др. Вертикальная интеграция — это технологически тесно связанные производства, объединенные финансово-экономическими интересами (от нефтедобычи до нефтепереработки). В деятельности ВИНК основным негативным источником служит трансфертное ценообразование, которое является причиной недопоступления в казну государства налогов от нефтедобывающей и перерабатывающей деятельности и каналом утечки бюджетных средств. В статье сделаны предложения по устранению этого недостатка. Ключевые слова: вертикально-интегрированные компании, горная рента, федеральный бюджет, система налогообложения нефтедобычи, налог на добычу полезных ископаемых.

CHERNYAVSKY S.V., ZOLOTAREV N.A.

VERTICALLY INTEGRATED COMPANIES AND TRANSFER PRICE FORMATION

Abstract. In modern conditions the structure of an oil business is built on the basis of vertically integrated companies. Russia is not an exception in the world community either: about 20 years ago it made a choice for this form of organization. At the present moment there are approximately 100 vertically integrated oil companies in the world (hereinafter - VIOC) that include 20 large companies, such as Lukoil, RosNeft, TNK, as well as foreign companies, such as Texaco, Gulf, Shell, Mobil, Amoco, BritishPetroleum, Chevron, Standard Oil, and others. Vertical integration is technologically closely connected several production units combined by financial-economic interests (from oil extraction to oil processing). The main negative source in the activity of VIOC is transfer price formation that is the reason for shortage of taxes in the state funds from oil extracting and processing activity and a channel of budget fund drain. The article suggests ways to eliminate this drawback.

Keywords: vertically integrated companies, mining rent, the federal budget, the system of taxation of oil extraction, tax on mining.

В современном мире структура нефтяного бизнеса строится на основе вертикально интегрированных компаний [7-23]. Россия также не исключение в мировом сообществе: около 20 лет назад она сделала выбор в пользу такой формы организации в этой сфере. В настоящее время в мире существует примерно 100 вертикально-интегрированных нефтяных компаний (далее-ВИНК), в число которых входят 20 крупных компаний, среди которых можно отметить «ЛУКОЙЛ», «РосНефть», «ТНК» и такие зарубежные компании, как «Техасо», «Gulf», «Shell», «Mobil», «Amoco», «BritishPetroleum», «Chevron», «Standard Oil» и др., которые с самого начала выбрали путь вертикальной интеграции, которые осуществляют контроль за всем нефтедобывающим и перерабатывающим секторами, в первую очередь в национальных границах, а затем уже и в международном масштабе.

Вертикальная интеграция — это технологически тесно связанные производства, объеди-

ненные финансово-экономическими интересами. В нефтяной промышленности такому сотрудничеству подвержены предприятия, входящие в систему определенного производственного процесса, объединенного общей технологией с определенной последовательностью соответствующих операций, в которую входят, как правило, следующие стадии добычи нефти на месторождении: разведка месторождений залежей нефти и ее добыча; логистическое направление, т. е. перевозка нефти трубопроводным, морским или железнодорожным транспортом; переработка; нефтехимия; направление нефти в сбытовые компании с целью дальнейшей ее реализации на рынке.

Мировой нефтяной бизнес не стоит на месте, и в 1960-1970-е годы в его области произошли значительные изменения. Государства, занимавшиеся экспортом нефти и одновременно входившие в состав организации стран-экспортеров нефти (далее — ОПЕК), (ОАЭ, Ливия, Ирак, Саудовская Аравия, Алжир, Иран, Кувейт, Венесуэла, Катар, Нигерия, Эквадор и Ангола), договорились о единой политике и установили контроль над собственной нефтью. С начала 1980-х годов участники ОПЕК стали приобретать нефтеперерабатывающие производственные и сбытовые активы на территориях государств-импортеров нефти (Западной Европы и Северной Америки), которые являются основными ее потребителями. В добывающих странах вертикальная интеграция развивалась по пути традиционных разведки и добычи углеводородов.

В области переработки нефти к ним добавился маркетинг конечной продукции. Целесообразность такого процесса обусловлена необходимостью присутствия на рынке конечного спроса и влияния на конкурентоспособность в сфере нефтедобычи в сложившихся условиях высокого насыщения нефтяного рынка и снижения эффекта от вложения инвестиций в освоение и разведку новых месторождений. В странах Западной Европы интеграция в нефтяных компаниях проходила несколько иначе, исключением можно считать «British Petroleum» и «Shell», которые давно входят в группу крупнейших международных корпораций в данной области.

Используя противоречия в конкурентной борьбе между транснациональными нефтяными корпорациям нефтедобывающих государств, в основном Северной Африки, западные государственные и акционерные компании изыскали возможности участия на приемлемых для себя условиях как собственников ресурсов в сфере нефтедобычи. Иначе говоря, главной двигающей силой указанного интеграционного процесса явилось стремление к исключению зависимости от поставок сырья, и, как результат, на нефтяном рынке появились такие крупные игроки, как французский «Total» и итальянский «ENI», входящие сегодня в двадцатку лидеров. Процесс построения вертикально-интегрированных углеродных корпораций на Западе позволил выявить ряд важных предпосылок вертикальной интеграции:

1) контроль над мировыми сырьевыми рынками сбыта как сырья так и готовой продукции;

2) первостепенная значимость построения эффективного производства готовой продукции и сбыта нефтепродуктов;

3) возможность экономного ведения производства и хозяйствования за счет концентрации и маневрирования капиталом и производством, с помощью единой инфраструктуры, управления потоками нефти (сырья) и готовой продукции неизбежно приводят к снижению удельных затрат в промышленном производстве и способствуют приросту сбытовой активности, а также общему увеличению рентабельности;

4) проведение деятельности (по возможности), позволяющей концентрировать внутри ВИНКов (вертикально-интегрированных компаний) контролируемых источников сырья (нефти);

5) наднациональный характер углеводородного бизнеса, учитывающий мировые и национальные интересы.

Вместе с тем приведенные выше предпосылки интеграционного процесса не являются окончательно сформировавшимися и застывшими, они противоречивы и могут видоизменятся в соответствии с меняющийся обстановкой. Вертикально-интегрируемые компании в своем желании участвовать во всех стадиях нефтяного бизнеса, вызванного необходимостью экономии в издержках, порой вынужденно идут на создание дублирующих производственных и сбытовых структур, что приводит к обратному эффекту — росту затрат.

Региональны!-: нровлгмы нргоьрлаоьлниу экономики, №2, 2015

Нефтегазовая отрасль Советского Союза как единый народнохозяйственный комплекс, включал в себя предприятия, объединения и организации четырех союзных министерств нефтяной, газовой, нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности, а также Госкомитет по обеспечению нефтепродуктами и нефтегазовые управления Министерства геологии СССР. Развал союзного государства в декабре 1991 г. привел к необратимым отрицательным результатам в нефтегазовой промышленности, в геологической разведке, что не могло не отразиться на экономическом и энергетическом развитии современной России. Успехи нашего государства в сфере топливно-энергетического комплекса опираются на потенциал, заложенный еще в советские годы. В настоящее время более 90% основных производственных фондов во всех областях ТЭК и трубопроводного транспорта осталось от советских времен, что определяет как возможности, так и проблемы всей экономики и энергетики РФ. В конце прошлого века нефтегазовый комплекс Советского Союза ввел в строй шесть нефтеперерабатывающих заводов: в Украине (Лисичанск), в Казахстане (Чимкент и Павлодар), в Белоруссии (Мозырь), в Литве (Мажейкяе) и Туркмении (Чарджоу). Все они оказались в сопредельных государствах, а Россия с годовым объемом добычи, сравнимым с объемом добычи Саудовской Аравии, осталась с устаревшими нефтеперерабатывающими комплексами. В сложившейся ситуации правительству РФ надлежало принять комплекс неотложных мер по преодолению последствий глубокого экономического и социально-политического кризиса, который нанес тяжелый удар по нефтегазовому комплексу.

Начавшаяся в 1990-е гг. реформа нефтяного комплекса включала в себя: демонополизацию (разгосударствление) и приватизацию, по результатам которой сформировались ВИНКи — вертикально-интегрированные компании. Правовой основой послужил Указ президента РФ №1403 от 17 ноября 1992 г. «Об особенностях приватизации и преобразования в акционерные общества государственных предприятий, производственных и научно-производственных объединений нефтяной, нефтеперерабатывающей промышленности и нефтепродуктообеспече-ния». Данный указ намечал принципы приватизации добывающих комплексов и явился основным документом для передачи собственности государственного ТЭК нескольким компаниям. Этот важный результат послужил основой для последующего подъема отрасли. С самого начала создание ВИНК для государства рассматривалось с точки зрения стратегических интересов.

Главным источником поступления в казну государства должны были служить предприятия ТЭК, именно на них в планах было перекинуть основную часть налогового обременения. Однако это попало в противоречие с интересами ВИНК. Появившиеся на основе государственных структур нефтяной отрасли, они начали устанавливать непосредственные контакты напрямую с зарубежными инвесторами и партнерами. По форме и характеру деятельности ВИНК стали такими же, как транснациональные мировые компании. Вертикальная интеграция имела ключевое значение для создания организационной структуры нефтяного комплекса. В деятельности ВИНК основным негативным источником недопоступления в казну государства налогов от нефтедобывающей и перерабатывающей деятельности и каналом утечки бюджетных средств служит трансфертное ценообразование. Трансфертное ценообразование дает возможность ВИНК занижать цены внутри компании, создавая так называемые корпоративные (трансфертные) цены, таким образом, уменьшая налоговую базу, из чего следует уменьшение налоговых обязательств.

Данный способ работы также принято называть «легальной» минимизацией налогового бремени, где происходит централизация товарных и финансовых потоков в рамках ВИНК, где ВИНК имеет полный контроль над всеми экономическими операциями. Участниками данной схемы являются ВИНК и ее дочерние офшорные организации, расположенные в зоне льготного налогообложения. Схема работы ВИНК заключается в том, что она покупает нефть по трансфертным ценам у своих же дочерних нефтедобывающих компаний с дальнейшим направлением ее на переработку на «давальческой» основе и реализацию на внутренним рынке или на экспорт, избегая, тем самым, уплаты налогов в казну государства. ВИНК имеет полную возможность играть ценами на нефть, приобретаемой внутри своей компании, и стоимостью процессинга на своем нефтеперерабатывающем заводе.

В случае нехватки поступающих в ВИНК денежных средств для оплаты текущих расходов

ВИНК имеет возможность проведения перекачки трансфертных средств. Экономия средств для ВИНК в виде уплаты минимальных налогов достигается за счет реализации нефти и нефтепродуктов по специально заниженным ценам. Более 90% нефти ВИНК реализует на экспорт, покупая у своих же компаний, уступающих им право доступа к экспортным направлениям магистральных нефтепроводов. Из этого следует, что ВИНК выплачивает налоги не с экспортной цены продажи нефти, а с трансфертной (внутренней) цены.

Данная ситуация (явное занижение трансфертной цены реализации нефти по сравнению с нормальными рыночными ценами) известна для налоговых органов, и с этой целью, дабы избежать множественных проверок по данному вопросу, ВИНК объявляет открытый аукцион на покупку всего объема нефти, добываемой компанией в течение месяца, но при условии, что данный покупатель должен купить весь объем нефти. Выиграв данный аукцион, нефтяная компания заявляет налоговым органам, что наиболее выгодную цену на нефть предложила данная компания, кроме которой на рынке нет покупателей, предлагающих более выгодную цену, и соответственно весь объем забирает она. Распределение обязанностей всех участников данной схемы можно рассмотреть так:

1. Нефтедобывающие компании: добывают нефть, несут затраты по ее добыче, а также несут затраты по логистике экспортируемого объема нефти; продают внутри компании (на внутреннем рынке) ВИНК по трансфертной цене; несут затраты по выплате налогов со стоимости нефти, проданной по трансфертной цене.

2. Нефтеперерабатывающий завод: перерабатывает нефть и несет соответствующие затраты; получает оплату за процессинг (включая налоги, которые и выплачиваются государству).

3. ВИНК: объявляет открытый аукцион на покупку нефти; покупает нефть у недропользователя по трансфертным ценам; несет транспортные затраты и расходы на доставку нефти до нефтеперерабатывающего предприятия или на ее экспорт; оплачивает стоимость производства; реализует продукты нефтепереработки по цене франко-завод; реализует нефть в дальнее зарубежье и страны СНГ; уплачивает налоги со стоимости реализованной нефти и нефтепродуктов.

Стремление нефтяной отрасли РФ к укрупнению вертикально-интегрированных нефтяных компаний приводит к негативным экономическим и политическим последствиям, в первую очередь, к налоговым потерям. Обладая большими материальными ресурсами (нефтеперерабатывающие заводы, нефтехранилищами, нефтепроводами и т. д.), вертикально-интегрированные нефтяные компании оказывают значительное влияние как на развитие целых регионов страны, так и непосредственно в своей отрасли, определяя небольшим компаниям условия и порядок работы (транзит и поставка нефти). В нефтяном секторе аккумулируется значительная рента, объем которой напрямую зависит от стадии освоения нефтегазовых месторождений и уровня цен на углеводородное сырье. НДПИ с его плоской шкалой и налог на прибыль изъять ренту в пользу государства не могут. Налог на прибыль вообще имеет другую цель. Для ее изъятия налоговики используют акцизы, пошлины, роялти, т. е. систему специальных налогов.

Одной из главных проблем налогообложения нефтяного сектора является трансфертное ценообразование в рамках вертикально-интегрированных нефтяных компаний. От занижения облагаемой базы напрямую зависят сырьевые территории. Поскольку цены на нефть на внутреннем и мировом рынках значительно отличаются, требуется точно идентифицировать рынок для определения цены на нефть, от уровня которой зависят налоги, поступающие в бюджеты территориальных образований. Большое влияние на цены оказывают условия контрактов, порядок осуществления платежей (предоплата или оплата при поставке продукции). Проблематика трансфертного ценообразования очень серьезна, и для ее решения как один из вариантов можно предложить введение понятия «справочной налоговой цены», что позволит производить полный контроль и сверять заявленные цены от ВИНК, которые должны соответствовать «справочно-налоговым ценам». На сегодняшний день в РФ ВИНК принадлежит значительная доля рынка, при этом свободный рынок нефти крайне незначителен, а это напрямую влияет на налоговые поступления в бюджет страны.

Трансфертное ценообразование является причиной значительного сокращения доходной базы федерального бюджета. Вышеуказанная проблема особенно актуальна для субъектов РФ,

РЕГИОНАЛЬНЫ!-: ПРОВЛГМЫ ПРЮЬРЛЙО&ЛНИУ экономики, №2, 2015

так как именно регионы недополучают часть поступающего в их бюджет налога на прибыль из-за трансфертного ценообразования. В связи с чем становится весьма очевидным тот факт, что в нефтяной сфере нуждается в грамотном управлении не только система ценообразования и ее регулирования, но и сам контроль за уровнем цен на нефть. Политика некоторых государств в нефтяном секторе заключается в том, что налогооблагаемая база корпорации может быть увеличена до такого уровня, который бы имела компания при получении прибыли с реализации нефти не собственным, а иным предприятиям.

В нашей стране на сегодняшний день вопрос о реформировании налоговой системы стоит очень остро. Необходимо создание новых рычагов воздействия, которые повысят эффективность сбора налогов. Стоит острая необходимость в разработке и принятии в жизнь новых законов, которые должны позволить если не поставить заслон, то хотя бы свести к минимуму уровень народнохозяйственного ущерба от использования трансфертных цен на углеводороды.

На сегодняшний день правительством Российской Федерации выработан проект Закона о рыночном ценообразовании на нефть и нефтепродукты в Российской Федерации. Данный проект закона предусматривает, «что при крупнооптовой торговле нефтепродуктами и торговле нефтью на территории Российской Федерации используются следующие индексы цен:

— индексы цен сопоставимых зарубежных рынков;

— индексы цен внебиржевых сделок;

— индексы биржевых цен»[5].

В связи с этим целесообразным будет создание Биржевого комитета с целью содействия биржевой торговле нефтью, регистрации всех внебиржевых сделок на товарных и прочих биржах, кроме этого, предусматривается установление определенного раскрытия бухгалтерской информации (следует отметить, что необходимость создания подобной биржи отмечалась уже в начале этого века [3]). При этом данный законопроект определил примерный состав Биржевого комитета, в который должны войти «три палаты: представителей государства (уполномоченные представители Государственной Думы Федерального Собрания, Совета Федерации Федерального Собрания, федерального органа исполнительной власти по финансовым рынкам, федерального антимонопольного органа, федерального органа по вопросам экономической политики); представителей продавцов биржевого товара и представителей покупателей нефти и нефтепродуктов, не входящих в одну группу лиц с продавцами биржевого товара и (или) с представителями инфраструктурных организаций; представителей инфраструктурных организаций (товарные биржи, клиринговые организации, организации системы государственного резерва, организации, осуществляющие транспортировку (перевозку) нефти и нефтепродуктов).

Количество представителей продавцов и представителей покупателей нефти и нефтепродуктов, не входящих в одну группу лиц с продавцами биржевого товара и (или) с представителями инфраструктурных организаций, в наблюдательном комитете биржи должно быть равным. При Биржевом комитете также должны образоваться секции по базовым активам основных товарных рынков, с участием федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих соответствующее отраслевое регулирование.

При этом в качестве индексов биржевых цен, должны быть использованы биржевые цены, соответствующие условиям, при которых установленная на товарной бирже цена не признается монопольно высокой в соответствии с антимонопольным законодательством. Хозяйствующие субъекты, осуществляющие крупнооптовую торговлю нефтепродуктами, обязаны продавать на биржевых торгах не менее 15 процентов объемов произведенных нефтепродуктов в течение календарного года, а государственные органы исполнительной власти, государственные корпорации, государственные компании, унитарные предприятия, общества, в уставном капитале которых доля участия Российской Федерации, субъекта Российской Федерации превышает пятьдесят процентов, а также их дочерние и зависимые общества, обязаны приобретать нефтепродукты у хозяйствующих субъектов, осуществляющих крупнооптовую торговлю нефтепродуктами, посредством биржевых торгов в доле от общего потребления нефтепродуктов» [5].

В связи с чем сразу после вступления указанных изменений в данной сфере в законную

силу у ВИНКов появятся существенные трудности с применением трансфертного ценообразования, так как продажа нефти не через биржу, а напрямую, да и по внутренним заниженным ценам, будет рассматриваться как нарушение российского законодательства. С точки зрения некоторых экономистов следует использовать советский опыт использования расчетных цен. Необходимо создание специальных расчетных центров, которые будут документально оформлять передачу добытой нефти нефтяными компаниям для их транспортировки к местам сбыта и осуществлять соответствующие платежи.

Налоговые органы будут устанавливать расчетные цены на тонну добытой нефти для отдельных месторождений и их групп на базе нормативных затрат, соответствующих принятой на данном месторождении технологии добычи и цены реализации, рассчитанных на основе замыкающих затрат (в состав затрат, в установленных размерах должны включаться и затраты для проведения экологических мероприятий [4, с. 297]). При этом ставка изъятия горной ренты (рентного платежа) для данного месторождения будет выступать как разница между ценой, рассчитанной на основе замыкающих затрат, и соответствующей расчетной ценой. Тогда сумма изымаемой горной ренты (рентного платежа) данного месторождения за соответствующий период будет равна ставке рентного платежа, помноженной на объем добычи месторождения за указанный период.

После реализации нефти расчетные центры будут расплачиваться с нефтяными компаниями по расчетным ценам, определенным и утвержденным соответствующими налоговыми органами. Реализовываться же нефть потребителям будет по ценам, построенным на базе замыкающих затрат с учетом транспортных расходов и нормальной прибыли. Изъятая горная рента (рентный платеж) данного месторождения будет перечисляться в федеральный и соответствующие местные бюджеты в соответствии с установленными пропорциями распределения доходов между соответствующими бюджетами.

Для недопущения необоснованного увеличения затрат добывающими предприятиями с целью незаконного присвоения горной ренты расчетным центрам придется заниматься определением предельных уровней затрат по тем статьям, которые не включаются в нормативные затраты для определенных технологий. К таким затратам, например, должна относиться заработная плата всем категориям работников, и она не должна в 3 раза превышать среднюю заработную плату по стране, а соответствовать ей (см. подробнее [6, с. 155-158]).

Некоторые экономисты, как, например, С.А. Кимельман, предлагают, что нормированные затраты должны устанавливаться, «... исходя из распространенной на практике современной (на момент их расчета) технологии, зафиксированной государством в технологических регламентах и правилах» [2]. Но в таком случае, как уже отмечалось, определенная часть месторождений будет убыточной, так как принятая в свое время технология добычи по сути дела не подлежит совершенствованию из-за ее инерционности и практической неизменяемости на все время освоения месторождения. В соответствии с этим для расчета следует использовать фактические нормативные затраты, соответствующие используемой технологии добычи, а не нормативные затраты, соответствующие распространенной на практике современной технологии. Базой цены на нефть для внутреннего рынка должна стать сумма замыкающих затрат на добычу, а также нормальная прибыль добывающих предприятий, что отнюдь не бесспорно для отдельных экономистов. Так, Гурвич Е., рассматривая направления потери ренты для государства, одним из главных их направлений считает «. установление государством низких регулируемых внутренних цен на нефть и газ. Потери ренты выявляются при сопоставлении внутренней цены с равновесной (при свободном, рыночном формировании цен). Последняя, согласно общепринятому методу, определяется как цена экспорта за вычетом дополнительных затрат на транспортировку нефти и газа до границы» [1, с. 18].

Таким образом, в процессе осуществления деятельности расчетными центрами по проведению расчетов с месторождениями по ценам, установленным для отдельных месторождений, и потребителями по рыночным ценам как разница между указанными ценами будет формироваться дифференциальная горная рента, подлежащая перечислению в бюджет страны. При этом возможно планирование и прогнозирование поступления объемов горной ренты на основе планов добычи нефти по месторождениям и определенных для них уровней расчетных цен. Деятельность расчетных центров будет способствовать необходимому постоянному уровню

наполнения бюджета страны, и в то же время указанный механизм послужит серьезным препятствием инфляции. Кроме того, делая вывод о том, что ВИНК с их развитой структурой трансфертного ценообразования и различных способов уклонения от уплаты налогов в казну государства наносят колоссальный материальный ущерб, необходимо применение специальных мер, которые не позволят беспрепятственно данным компаниям проводить свои финансово-мошеннические операции, направленные на уклонение от уплаты налогов и целенаправленного занижения цены внутри своей компании на добытую ими нефть.

Необходимо разработать комплекс превентивных мер, направленных на разграничение полномочий между добычей и продажей нефти, так как сосредоточенность данных возможностей в «одних» руках дает возможность злоумышленникам пользоваться данной возможностью в своих личных корыстных целях, не учитывая тот факт, что вся нефть, добытая данными компаниями, принадлежит государству. Используя данный метод, мы отсекаем для ВИНК возможность продажи данной нефти, так как после добычи нефти она не будет передаваться ВИНК для дальнейшей продажи, а будет перенаправлена на биржу с целью реализации ее в сбытовые компании.

Литература

1. Гурвич, Е. Т. Макроэкономическая оценка роли российского нефте-газового комплекса // Российский внешнеэкономический вестник. 2005. № 3. С. 47-49.

2. Кимельман, С. А. Горная и ценовая рента в современной российской экономике. [Электронный ресурс]. — URL: http.www. allrus.info>data... 12/ennojrossijskojekonomike.doc/ (дата обращения: 12.09.12).

3. Моргунов, Е. В. Институционализация горной ренты (на примере нефтегазового сектора народного хозяйства России) : автореф. дис. ... канд. экон. наук. — М. : ГУУ, 2002.

4. Тулупов, А. С. Понятие «ущерб» в экономике природопользования // Научный вестник Московского государственного горного университета. 2013. № 11. С. 297-302.

5. Федеральный закон (проект) о рыночном ценообразовании на нефть и нефтепродукты в Российской Федерации. [Электронный ресурс]. — URL : http.www. as.gov.ru>neteat_files/227/183/h_...(дата обращения: 24.04.15).

6. Чернявский, С. В. Построение современного механизма изъятия в бюджет горной ренты // Вестник Томского государственного университета. 2012. № 357. С. 155-158.

7. Дохолян, А. С. Особенности потребительского поведения россиян в разрезе макрорегионов и социально-доходных групп /А.В. Ярашева, Ю.В. Бурдастова, А. С. Дохолян //Региональные проблемы преобразования экономики. 2014. № 7. C. 27-35.

8. Дохолян, С. В. Моделирования процессов социально-экономического развития экономических территорий / С.В. Дохолян, А.С. Дохолян // Региональные проблемы преобразования экономики. 2011. № 4. С. 1-21.

9. Дохолян, С. В. Интегрированные организационно-хозяйственные структуры : тенденции, проблемы и перспективы развития (вопросы теории и методологии / С.В. Дохолян. — Махачкала : Изд-во ИСЭИ ДНЦ РАН, 2000.

10. Дохолян, С. В. Особенности моделирования процессов развития различных типов экономических территорий / С.В. Дохолян, А.С. Дохолян // Всероссийской научно-практическая конференция «Региональные проблемы преобразования экономики» (25-26 октября 2011 г.). — Махачкала : ИСЭИ ДНЦ РАН, 201.1 С. 238-258.

11. Дохолян, С. В. Региональные интегрированные корпоративные структуры // С.В. Дохолян, В.З. Петросянц; Российская акад. наук, Дагестанский науч. центр, Ин-т социально-экон. исслед. — М., 2008.

12. Зоидов, К. X. Становление теории трансформационного кризиса экономики России. —М. : ИПР РАН, 1999.

13. Зоидов, К. X. Эволюционный подход и его значение для развития экономической науки в постсоветских странах // Экономика и математические методы. 2009. № 2. Т.45. С. 96-112.

14. Зоидов, К. X., Ильин, М. В. Анализ и регулирование циклического характера развития макроэкономической динамики стран постсоветского пространства // Экономика и математические методы. 2011. № 2. Т. 47. С. 59-72.

15. Зоидов, К. X., Омарова, З. К., Лебедева, А. В. Интеграция предприятий : теоретические аспекты. // Стратегическое планирование и развитие предприятий. Секция 1: материалы Тринадцатого всероссийского симпозиума. Москва, 10-11 апреля 2012 г. ; под ред. чл.-корр. РАН Г.Б. Клейнера. — М. : ЦЭМИРАН, 2012. С. 71-73.

16. Зоидов, К. X., Омарова, З. К., Лебедева, А. В. Крупный бизнес — необходимое звено экономической стратегии интеграции российских предприятий. Секция 1 // Материалы Четырнадцатого всероссийского симпозиума. Москва, 9-10 апреля 2013 г. ; под ред. чл.-корр. РАН Г.Б. Клейнера. — М. : ЦЭМИ РАН.. 2013. С. 56-58.

17. Зоидов, К. X., Омарова, З. К., Лебедева, А. В. Интеграционное взаимодействие предприятий как фактор повышения конкурентоспособности // Стратегическое планирование и развитие предприятий. Секция 1 : материалы Пятнадцатого всероссийского симпозиума. Москва, 15-16 апреля 2014 г. ; под ред. чл.-корр. РАН Г.Б. Клейнера. — М. : ЦЭМИ РАН, 2014. С. 84-86.

18. Зоидов, К. Х., Омарова, З. К., Лебедева, А. В. Интеграция промышленных предприятий в обеспечении экономического роста национальной экономики // Стратегическое планирование и развитие предприятий. Секция 1 : материалы Шестнадцатого всероссийского симпозиума. Москва, 14-15 апреля 2015 г. ; под ред. чл.-корр. РАНГ.Б. Клейнера. — М. : ЦЭМИ РАН, 2015. С. 56-58.

19. Сагидов, Ю. Н. Экономическая интеграция государств бассейна Каспийского моря //Материалы V Всероссийской научно-практической конференции «Региональные проблемы преобразования экономики : интеграционные процессы и механизмы формирования и реализации социально-экономической политики устойчивого развития». — Махачкала, 2014.

20. Цветков, В. А. Корпоративный бизнес : теория и практика. — СПб. : Нестор-История, 2011.

21. Цветков, В. А., Зоидов, К. Х., Губин, В. А., Зоидов, З. К. Исследование социально-экономической циклической динамики России и совершенствование регулирования стратегии опережающего развития. —М ЦЭМИ РАН, 2012.

22. Цветков, В. А., Зоидов, К. Х., Медков, А. А. Формирование эволюционной модели транспортно-транзитной системы России в условиях интеграции и глобализации. — М. : ИПР РАН; СПб. : Нестор-История, 2014.

23. Чернышов, М. М. Выбор целевых ориентиров социально-экономического развития региона и муниципального образования // Региональные проблемы преобразования экономики : международное сотрудничество и межрегиональная интеграция : материалы первого международного форума, 25-26 сентября 2012 г. — М., 2013.

References:

1. Gurvich, E. T. Macroeconomic role of Russian oil and gas complex // the Russian external economic Bulletin. 2005. No. 3. P. 47-49.

2. Kimel'man, and S. A. Mining and price rent in the modern Russian economy. [Electronic resource]. URL: http.www. allrus.info"data...12/ennojrossijskojekonomike.doc/(accessed: 12.09.12).

3. Morgunov, E. V. Institutionalization of mining rents (for example oil and gas sector of the national economy of Russia : Avtoref. dis. ...candidate. Econ. Sciences. — M. : state University of management, 2002.

4. Tulupov, A. S. The concept of "damage" in the economy of nature management // Scientific Herald of the Moscow state mining University. 2013. No. 11. P. 297-302.

5. Federal law (draft) on market pricing for oil and oil products in the Russian Federation. [Electronic resource]. URL : http.www. as.gov.EN"netcat_files/227/183/h_...(date accessed: 24.04.15).

6. CHernyavskiy, S. V. Construction of a modern mechanism of appropriation mining rent // Bulletin of the Tomsk state University. 2012. No. 357. P. 155-158.

7. Dokholyan, S. A. Features of consumer behaviour in the context of macro-regions and socio-income groups / A.V. YArasheva, Y. V. Burdastov, A. S. Dokholyan // Regional problems of transforming the economy. 2014. No. 7. C. 27-35.

8. Dokholyan, S. V. Modeling ofprocesses of socio-economic development economic areas / S. V. Dokholyan, A. S. Dokholyan // Regional problems of transforming the economy. 2011. No. 4. P. 1-21.

9. Dokholyan, S. V. Integrated economic-organizational structure : trends, problems and prospects (problems of theory and methodology / S. V. Dokholyan. Makhachkala : Publishing house of ISAI Dagestan scientific center of RAS, 2000.

10. Dokholyan, S. V. Peculiarities of modeling ofprocesses of development of different types of economic territories / S. V. Dokholyan, A. S. Dokholyan // all-Russian scientific-practical conference "Regional problems of transforming the economy" (25-26 October 2011). Makhachkala : ISAI, Dagestan scientific center RAS, 201.1 P. 238-258.

11. Dokholyan, S. V. Regional integrated corporate structure // S. W. Doolan, Petrosyants V. Z.; Russian Acad. of Sciences, Dagestan scientific. center, Inst. of socio-Economics. issled. — M., 2008.

12. Zoidov, K. H. The development of the theory of transformational crisis of the Russian economy. —M. : IPE RAS, 1999.

13. Zoidov, K. H., an Evolutionary approach and its importance for the development of economic science in the post-Soviet countries //Economics and mathematical methods. 2009. No. 2. V. 45. P. 96-112.

14. Zoidov, K. H., Ilyin, M. V. Analysis and regulation of cyclical nature of the development of macroeconomic dynamics of post-Soviet countries //Economics and mathematical methods. 2011. No. 2. T. 47. P.59-72.

15. Zoidov, K. H., Omarova, Z. K., Lebedev, A. V. Enterprise integration : theoretical aspects. //Strategicplan-ning and development of enterprises. Section 1: proceedings of the Thirteenth all-Russian Symposium. Moscow, April 10-11, 2012 ; under the editorship of Prof. interviewer RAS G. B. Kleiner. — Moscow : CEMI RAS,

2012. Pp. 71-73.

16. Zoidov, K. H., Omarova, Z. K., Lebedev, A. V. Big business as a necessary part of the economic strategy for the integration of Russian enterprises. Section 1 // proceedings of the Fourteenth all-Russian Symposium. Moscow, 9-10 April 2013 ; under the editorship of Prof. interviewer RAS G. B. Kleiner. — Moscow : CEMI RAS..

2013. P. 56-58.

17. Zoidov, K. H., Omarova, Z. K., Lebedev, A. V. Integration of enterprises as a factor of competitiveness // Strategic planning and development of enterprises. Section 1 : proceedings of the Fifteenth all-Russian Symposium. Moscow, 15-16 April 2014 ; under the editorship of Prof. interviewer RAS G. B. Kleiner. — Moscow : CEMI RAS, 2014. P. 84-86.

18. Zoidov, K. H., Omarova, Z. K., Lebedev, A. V. Integration of industrial enterprises in the economic growth of the national economy // Strategic planning and development of enterprises. Section 1 : proceedings of the Sixteenth all-Russian Symposium. Moscow, April 14-15, 2015 ; under the editorship of Prof. interviewer RAS G. B. Kleiner. — Moscow : CEMI RAS, 2015. P. 56-58.

Pt:rMOHAJlbHL)li: HPOB.IKMU HPKObPAâOtiAHHQ 3KOHOMHKH, №2, 2015

19. Sagidov, YU. N. Economic integration among the riparian States of the Caspian sea // proceedings of the V all-Russian scientific-practical conference "Regional problems of transforming the economy : integration processes and mechanisms of formation and implementation of socio-economic policy for sustainable development". —Makhachkala, 2014.

20. Tsvetkov, V. A. Corporate business : theory and practice. — SPb. : Nestor-History, 2011.

21. Tsvetkov, V. A., Zoidov, K. H., Gubin, V. A., Saidov, Z. K. The study of socio-economic cyclical dynamics of Russia and the better regulation strategy of advanced development. — M CEMI RAS, 2012.

22. Tsvetkov, V. A., Zoidov, K. Kh., Medkov A. A. Formation of evolutionary models of transport and transit system of Russia in the conditions of integration and globalization. — M. : IPE RAS; St. Petersburg. : Nestor -History, 2014.

23. Chernyshov, M. M. The choice of targets for socio-economic development of the region and of the municipality // Regional problems of transforming the economy : international cooperation and regional integration : proceedings of the first international forum, September 25-26, 2012 Moscow, 2013.