Судебное толкование норм конституций (уставов) российских субъектов

правовые позиции) затрудняет их использование. Так, в настоящее время возникла реальная необходимость кодификации правовых позиций Конституционного Суда РФ в целях их наиболее полного и эффективного применения. Также, на наш взгляд, закрепление самого понятия «правовая позиция» в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации» является обязательным.

1 См.: Несмеянова С.Э. Политическая функция в деятельности органов конституционного судебного контроля // Конституционное и муниципальное право. 2012. № 5. С. 60.

2 См.: Собр. законодательства Рос. Федерации. 1994. № 13, ст. 1447; 2015. № 51, ч. I, ст. 7229.

3 См.: Смоленский М.Б. Конституционное (государственное) право России: учебник. Ростов н/Д, 2002. С. 329.

4 Байсангурова О.А., Балашкина И.В. Правовые позиции Конституционного Суда РФ: правовая природа и сущность // Теоретические и прикладные аспекты современной науки. 2014. № 5-4. С. 144.

5 См.: Хабриева Т.Я., Волкова Н.С. Особенности казуального толкования Конституции Российской Федерации // Теоретические проблемы российского конституционализма. М., 2000. С. 42-43.

6 Постановление Конституционного Суда РФ от 25 февраля 2016 г. № 6-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 части третьей статьи 31 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки А.С. Лымарь». Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

7 См.: Николаева Д.П. Значение правовых позиций Конституционного Суда РФ в применении уголовного закона //Государственное и муниципальное управление в XXI веке: теория, методология, практика. 2015. № 20. С. 100.

8 См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 11 июля 2000 г. № 12-П «По делу о толковании положений статей 91 и 92 (часть 2) Конституции Российской Федерации о досрочном прекращении полномочий Президента Российской Федерации в случае стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия» // Вестник Конституционного Суда РФ. 2000. № 6.

9 Баглай М.В. Уважать и соблюдать Конституцию — главное условие правопорядка // Российский конституционализм: проблемы и решения: материалы Международной конференции (г. Москва, 12 декабря 1998 г.). М., 1999. С. 26.

10 См.: Анишина В.И. Судебные запросы в Конституционный Суд Российской Федерации // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 2002. № 3. С. 195.

11 См.: Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за 2-й квартал 2015 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2015. № 10.

12 См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 6 декабря 2012 г. № 31-П «По делу о проверке конституционности пункта 4 части 1 статьи 33 и подпункта «а» пункта 3 части 1 статьи 37 Федерального закона „О государственной гражданской службе Российской Федерации" в связи с жалобой гражданки Л.А. Пугиевой» // Вестник Конституционного Суда РФ. 2013. № 3.

13 См.: Обобщение судебной практики реагирования судами Саратовской области на решения Конституционного Суда Российской Федерации и о возникающих в этой связи правоприменительных проблемах по итогам 2-го полугодия 2014 года // Официальный сайт Саратовского областного суда. URL: http://oblsud. sar.sudrf.ru/modules.php?id=9920&name=docum_sud (дата обращения: 03.03.2016).

Я.В. Солостовская

СУДЕБНОЕ ТОЛКОВАНИЕ НОРМ КОНСТИТУЦИЙ (УСТАВОВ) РОССИЙСКИХ СУБЪЕКТОВ

В статье рассматриваются общие вопросы толкования конституций (уставов) субъектов РФ, а также судебная практика отдельных регионов. Обозначены основные проблемы конституционного интерпретационного процесса на регионально-субъектном уровне.

Ключевые слова: толкование конституций (уставов), пределы толкования, интерпретационная практика субъектов, постановления конституционных (уставных) судов российских субъектов.

© Солостовская Яна Владимировна, 2017

Аспирант кафедры конституционного и международного права (Саратовская государственная юридическая академия); e-mail: solostovskaya@yandex.ru

Y.V. Solostovskaya

JUDICIAL INTERPRETATION OF THE RULES

OF THE CONSTITUTIONS (STATUTES) RUSSIAN REGION

The article deals with general issues of a interpretation of constitutions (statutes) of the region of the Russian Federation, and main problems of constitutional interpretational process at region.

Keywords: the interpretation of constitutions (statutes), limits of the interpretation, in-terpretational practice of region, decisions of the constitutional (authorized) court s of regions of Russian.

Важность конституционного (уставного) правосудия на субъектном уровне несомненна. Конституционная законность зависит не только от федерального суда как судебного органа конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющего функцию посредством конституционного судопроизводства, но и от конституционных (уставных) судов российских субъектов1. Базовой функцией данных органов является правовая защита граждан.

По состоянию на 2016 г. конституционные (уставные) суды созданы и действуют в 16 субъектах: в республиках Адыгея, Башкортостан, Дагестан, Кабардино-Балкария, Ингушетия, Карелия, Коми, Марий-Эл, Саха (Якутия), Северная Осетия-Алания, Татарстан, Тыва, Чечня, Свердловской и Калининградской областях, г. Санкт-Петербурге. Работа Конституционного суда Бурятии, просуществовавшего 17 лет (с 1995 г.), была приостановлена в 2013 г. Уставный суд Челябинской области просуществовал всего 2 года и был упразднен в 2014 г. В Иркутской области в конце 2014 г. принят Закон об уставном суде, но базовый суд до сих пор не учрежден2.

Посредством толкования основных положений выявляется подлинный смысл конституционного текста. Во время интерпретации новые нормы не должны создаваться, раскрывается подлинный смысл уже имеющихся. Ключевым аспектом толкования является поиск смысла нормы с позиции «духа права». Толкование базовых положений должно осуществляться не только с точки зрения «воли законодателя», интерпретация самого юридического текста должна быть соотнесена с поиском «духа права». Следует согласиться с высказыванием В.В. Сорокина о том, что неадекватное знание о праве влечет неадекватную интерпретацию норм3.

На субъектном уровне заслуживает особого внимания толкование принципа разделения властей. Закрепленный в качестве одной из основ отечественного конституционного строя рассматриваемый принцип при условии его правильной интерпретации позволяет синхронизировать баланс всех трех ветвей. Система разделения властей в субъектах Федерации должна соответствовать федеральному уровню государственной власти, где представлены все три ветви4. Однако это не означает копирование федеральной схемы взаимоотношений законодательной и исполнительной властей, установление единообразия для всех субъектов Федерации, как сказано в постановлении Конституционного Суда РФ от 18 января 1996 г. № 2-П5. Основная причина необходимости толкования — сдерживание исполнительной власти, которая зачастую имеет огромные и несбалансированные полномочия.

Существенным недостатком Федерального закона о Конституционном Суде РФ 1994 г. и большинства субъектных актов, регулирующих деятельность судебных органов, является отсутствие в перечне субъектов, уполномоченных правом на обращение в суд с запросом о толковании, граждан, которые должны иметь процессуальную возможность обращаться в суды за толкованием конституционных положений, касающихся прав и свобод, обязанностей, ответственности личности, вопросов местного самоуправления. В качестве положительного момента следует отметить, что некоторые субъекты Федерации все же наделили граждан правом на обращение в судебные органы с запросом о толковании. Так, согласно ч. 6 ст. 101.1. Конституции Северной Осетии-Алании граждане обладают правом на обращение в республиканский Конституционный суд6. Наличие граждан в перечне субъектов — безусловное достижение регионального законодательства, но отсутствие пределов при обращении вряд ли правильно. Так, по запросу гражданки Северной Осетии-Алании Р.Ф. Кильметовой было дано толкование отдельных положений ст. 83 и 89 Конституции Республики, касающихся правового положения главы Республики7. Полагаем, нецелесообразно при отсутствии реальных затруднений в применении нормы, регулирующей взаимоотношения органов государственной власти, Конституционному суду Республики интерпретировать положение, прямо не затрагивающее правовое положение конкретного лица.

Достаточно подробно вопросы конституционного толкования закреплены в Законе о Конституционном суде Республики Дагестан, согласно ст. 97 которого при толковании Конституции Республики Суд исходит из следующих принципов, получивших закрепление в Конституции Республики:

1) недопустимости противоречия другим нормам Конституции Республики;

2) признания человека, его прав и свобод высшей ценностью;

3) непосредственного действия прав и свобод человека и гражданина, определяющих смысл, содержание и применение законов, деятельность органов и учреждений публичной власти8.

Несмотря на то, что деятельность Конституционного суда Республики Дагестана по толкованию норм урегулирована достаточно полно, данный орган власти почти за четверть века вынес всего один интерпретационный акт — Постановление от 3 октября 2000 г. № 1-П «По делу о толковании статей 1 (части 1 и 3), 14, 17 (часть 1), 19 (часть 2), 22, 39 (часть 5) Конституции Республики Дагестан»9. Основанием послужила неопределенность базовых норм, предполагающих наличие двух источников и двух уровней суверенных властей, находящихся в единой системе государственной власти.

Конституционный суд Республики Дагестан, учитывая позицию Конституционного Суда РФ, указал: «Вся полнота государственной власти Республики как субъекта Российской Федерации в указанных пределах не означает, что такую власть она осуществляет в качестве суверенного государства, поскольку соответствующие полномочия и предметы ведения, в сфере которых они реализуются, проистекают не из волеизъявления республик, а из Конституции Российской Федерации как высшего акта суверенной власти всего многонационального народа России»10. Само Постановление отличается высоким уровнем юридической техники, качественным конституционно-правовым анализом, логически обоснованными выводами.

Во многих субъектах, даже в тех, где конституционные (уставные) суды действуют, законодательная база толкования надлежащим образом не урегулирована (Челябинская, Архангельская, республика Адыгея и др.). При отсутствии законодательно установленных пределов интерпретации на практике появляются решения конституционных судов как на федеральном, так и на субъектном уровне, фактически создающие новые нормы. Примером может служить Постановление Конституционного суда Республики Башкортостан по делу о толковании п. 25 ст. 88 республиканской Конституции. Согласно п. 25 ст. 88 учредительного акта Республики Государственное собрание Республики Башкортостан отменяет указы и распоряжения Президента Башкортостана в случае их несоответствия Конституции Республики и ее законам. Заявитель просил разъяснить, какой орган (республиканское Государственное собрание или Конституционный суд) обладает приоритетом в признании неконституционности нормативных актов Президента Республики Башкортостан. Суд пришел к выводу, что этой статьей предусмотрено право высшего законодательного органа отменять нормативные акты Президента Республики, изданные по вопросам, требующим законодательного регулирования. Иные же споры, возникающие между высшими органами государственной власти, подлежат разрешению по правилам конституционного и иного судопроизводства, установленным законами Башкортостана11. Считаем, что в принятом Постановлении превышение пределов толкования очевидно. Целесообразно закрепить положение о том, что посредством конституционного толкования не допускается создание новых норм. Так сделано, например, в Алтайском крае. В п. 3 ст. 41 Закона от 9 ноября 2006 г. № 122-ЗС «О правотворческой деятельности» сказано, что в процессе официаль- | ного толкования не допускается внесение изменений в толкуемые нормативные и правовые акты Алтайского края. Глава 10 посвящена правилам юридической п техники12. В некоторых аспектах в части регулирования процесса интерпретации о норм региональное законодательство качественнее федерального. О

Если Конституционный суд в процессе рассмотрения заявления придет к вы- О

п

воду, что внести определенность в норму возможно только путем создания новой а нормы, необходимо отказывать в принятии такого заявления к рассмотрению, в

« н

а в мотивировочной части разъяснять заявителю мотивы такого отказа. Таким О образом, дальнейший необходимый шаг — осуществление законодательной ю

"О

инициативы, подкрепленной мотивировочной частью постановления Консти- |

туционного суда. К

Особый интерес представляют регионы, где толкование по сути приравнива- а

ется к внесению поправок в уставный текст и оформляется законом субъекта. |

Так, согласно п. 5 ст. 2 Устава Архангельской области официальное толкование |

оформляется областным законом. В Краснодарском крае подобная деятельность №

осуществляется также посредством законов (ст. 58 Устава). Другие регионы за- 1

крепили специальный орган конституционной юстиции в качестве субъекта, )

уполномоченного давать толкование базового акта субъекта. Это Республики 7 Адыгея, Башкортостан, Дагестан, Коми, Татарстан, г. Санкт-Петербург и некоторые др. Согласно ч. 3. ст. 101 Конституции Республики Адыгея Конституционный суд Республики дает толкование Конституции. Несмотря на то, что в этом субъекте интерпретационный процесс закреплен лишь формально, без конкретизации, Конституционный суд Адыгеи в своей работе придает большое

значение толкованию13. По запросу Совета Республики дано толкование п. 6 91

ст. 72 Конституции Республики, предусматривающему, что в случае отклонения закона Советом представителей Государственного Совета-Хасэ Совет Республики и Совет представителей Государственного Совета-Хасэ Республики вправе создать согласительную комиссию для преодоления возникших разногласий, причем предложение о создании согласительной комиссии может исходить как от Совета представителей, так и от Совета Республики14. Однако эта норма базового закона Адыгеи не включает в качестве обязательного элемента обязанность Совета представителей мотивировать свое решение об отклонении закона Республики Адыгея, принятого Советом Республики.

По запросам отдельных депутатов Государственного Совета-Хасэ Республики Адыгея Конституционным судом было осуществлено толкование норм пп. 2 и 3 ст. 71 Конституции Республики. В вынесенных Судом постановлениях судебная интерпретация позволила дать развернутое определение действительного содержания и смысла толкуемых норм и подтвердить их позитивное юридическое содержание. По запросу Совета представителей Республики было вынесено определение об отказе в толковании п. 5 ст. 64 Конституции Республики Адыгея ввиду отсутствия неопределенности в его понимании. Основание — в соответствии с основной нормой каждая палата Государственного Совета-Хасэ Республики Адыгея сама определяет число депутатов, работающих на профессиональной (постоянной) основе.

Следует положительно отметить инициативность Конституционного суда Республики Татарстан в интерпретации республиканской Конституции в 2000-х гг. Так, данный судебный орган издал 6 постановлений о толковании, 4 из них — в 2003 г. Активность этого органа в начале XXI в. была вызвана необходимостью приведения в соответствие регионального законодательства федеральным требованиям, формированием политической и конституционной систем. На практике это потребовало толкования базовых конституционных положений. К настоящему времени на первое место вышли проблемы защиты конституционных прав и свобод граждан, и Суд активно выносит постановления по делам о проверке конституционности тех или иных положений законодательства. За весь период существования Конституционного Суда Татарстана им было вынесено 59 постановлений по делам такого рода. Сейчас активность данного государственного органа в толковании основных норм существенно снизилась.

Подобная тенденция наблюдается в большинстве регионов. На субъектном уровне необходима интерпретация ряда понятий и терминов, среди которых, как уже упоминался, принцип разделения властей. Обозначенные вопросы требуют урегулирования как на общефедеральном, так и на субъектном уровне. Проблема толкования базовых (учредительных) норм на федеральном и регионально-субъектном уровне нуждается в глубоком и серьезном анализе.

1 См., например: Хабриева Т.Я. Конституционные (уставные) суды субъектов Российской Федерации: проблемы компетенции. // Проблемы образования и деятельности конституционных (уставных) судов Российской Федерации. М., 2000. С. 48.

2 См.: Закон Иркутской области от 28 ноября 2014 г. № 135-03 «Об Уставном Суде Иркутской области» // Ведомости ЗС Иркутской области. 2014. № 17.

3 См.: Сорокин В.В. Толкование современного права: поиск предмета // Российская юстиция. 2010. № 6. С. 47.

4 См.: Ишеков К.А. Реализация конституций и уставов субъектов Российской Федерации органами государственной власти: конституционно-правовое исследование: дис. ... д-ра юрид. наук. Саратов, 2014. С. 230.

5 См.: Собр. законодательства Рос. Федерации. 1996. № 4, ст. 409.

6 См.: Конституция Республики Северная Осетия-Алания (принята Верховным Советом Республики Северная Осетия-Алания 12 ноября 1994 г.) (в ред. от 4 декабря 2013 г.). Доступ из справ.-правовой системы «Гарант».

7 См.: Постановление Конституционного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 15 июня 2011 г. № 1-П. «По делу о толковании пункта 1 части 1 стать 83, статьи 89 Конституции Республика Северная Осетия-Алания». Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

8 См.: Закон Республики Дагестан от 2 февраля 2010 г. № 8 «О Конституционном Суде Республики Дагестан» // Собр. законодательства Республики Дагестан. 2010. № 3, ст. 54.

9 См.: Собр. законодательства Республики Дагестан. 2000. № 11, ст. 1116.

10 Собр. законодательства Республики Дагестан. 2000. № 11, ст. 1116.

11 См.: Постановление Конституционного суда Республики Башкортостан от 24 сентября 1998 г. № 6-П «По делу о толковании пункта 25 статьи 88 Конституции Республики Башкортостан» // Известия Башкортостана. 1998. № 191 (1815).

12 См.: Сборник законодательства Алтайского края. 2006. № 127, ч. 2. С. 157.

13 См.: Послание Конституционного суда Республики Адыгея Государственному Совету-Хасэ Республики Адыгея от 24 ноября 2005 г. URL: http://ksra.ru/index.php/resheniya-suda/poslaniya/65-poslanie-ks-ra-2005 (дата обращения: 15.05.2016).

14 См.: Постановление Конституционного суда Республики Адыгея от 3 апреля 2003 г. № 2-П «По делу о толковании пункта 6 статьи 72 Конституции Республики Адыгея // Собр. законодательства Республики Адыгея. 2003. № 4.