Французское лингвистическое наследие академика Ю. С. Степанова in memoriam

Ирина Николаевна Кузнецова, д-р филол. наук МГУ им. М. В. Ломоносова kuzernik@mail.ru

Французское лингвистическое наследие академика Ю. С. Степанова1

^ MEMORIAM

В феврале 2013 г. в Институте языкознания Академии наук состоялась научная конференция, посвященная памяти выдающегося ученого, замечательного представителя отечественной филологической науки, точнее, современного гуманитарного научного знания — академика Юрия Сергеевича Степанова. Материалы конференции, опубликованные в сборнике «Языковые параметры современной цивилизации»2, отразили разносторонние области гуманитарной мысли, которые были затронуты в научных исследованиях академика Ю. С. Степанова и в которые он внес свой неоценимый личный вклад. Всем известны разработанная Степановым теория концептов и его учение об именах и предикатах. Невозможно представить развитие современной филологической науки и, шире, современной гуманитарной мысли без трудов академика Степанова по истории, методологии и семиотике, выходящих далеко за пределы филологии в «трехмерное пространство лингвистики, философии и искусства слова»3. Можно без преувеличения сказать, что мемориальная конференция института языкознания отразила все грани выдающегося ученого Ю. С. Степанова, весь его творческий путь, посвященный служению науке о языке.

В предлагаемой статье мне хочется рассказать о начале творческого пути Ю. С. Степанова (60-е годы прошлого столетия), о котором за давностью времени далеко не всем известно и который был связан не с общими вопросами теории, истории и философии языка, а с частной лингвистикой — лингвистикой французского языка.

Описание системы французского языка содержится в двух книгах Ю. С. Степанова: «Структура французского языка»4 и «Французская стилистика в сравнении с русской»5, переизданных в недавнее время.

В указанных книгах, написанных ярко, выразительно, как бы на одном дыхании, что было характерно и для лекций Ю. С. Степанова, в свое время за-

1 Доклад, прочитанный на зимней сессии Ежегодной богословской конференции ПСТГУ в 2014 г.

2 Языковые параметры современной цивилизации. Сборник трудов первой научной конференции памяти академика РАН Ю. С. Степанова. М.: РАН, 2013.

3 Степанов Ю. С. В трехмерном пространстве языка. М., 1985.

4 М.: Изд-во «Высшая школа», 1965.

5 М.: Изд-во «Высшая школа», 1965.

хватывавших студенческую аудиторию, равно как и в некоторых более поздних работах автора по общему языкознанию и семиотике, нашли свое отражение его наблюдения и мысли о французском языке, которые в свое время были абсолютно новаторскими и оригинальными и вызывали отторжение со стороны представителей традиционной филологической школы и которые в настоящее время в их развитии и расширении прочно вошли в филологическое описание французского языка.

Ю. С. Степанов представляет систему французского языка по трем уровням рассмотрения, заданным в таблице 1 его «Структур французского языка»6, в первой грамматической части, и далее развивает трехуровневый анализ на протяжении всего исследования.

Таблица 1

Уровни языка План выражения Грамматика Семасиология

структурный фонология структурная грамматика структурное значение, значение в структуре

денотативный, или норма фонетика семантическая грамматика значение в норме речи

коннотативный, или прагматический, или индивидуальное сообщение, или речь аллофонетика, или индивидуальное говорение грамматика речи значение в индивидуальном сообщении

В настоящее время трехуровневое описание системы французского языка кажется абсолютно закономерным и естественным. Достаточно вспомнить, например, что построение французского вопросительного предложения практически во всех грамматиках рассматривается на книжном (langue soutenue), нормативном (langue courante) и разговорном уровнях (langue familière). Высший уровень — инверсия, средний уровень — вопросительная конструкция est-ce que, уровень речи — прямой порядок слов с вопросительной интонацией. Но в 60-е гг. прошлого века уровневое описание языка было новым по сравнению с традиционным и позволяло сделать нетривиальные для того времени заключения.

Трехуровневое представление языковой системы, разработанное Ю. С. Степановым, представляет собой некую общую схему описания любого языка в его основных функциональных реализациях, однако поскольку индивидуальная речь с ее особенностями является предметом психолингвистики и реально недоступна для внешнего наблюдения со стороны иностранца, описание сводится к двум уровням: уровню структуры и конкретному уровню контекста, который как бы покрывает и социальную норму, и индивидуальное говорение.

Следует также отметить, что уместить в одной статье все описание системы французского языка, предложенное Ю. С. Степановым, не представляется воз-

6 Здесь и далее цитируется по изданию: Степанов Ю. С. Структура французского языка. М.: Книжный дом «Либроком», 2013. С. 4.

можным, поэтому я остановлюсь только на некоторых наблюдениях и идеях, которые в свое время были по-настоящему новаторскими, а в наши дни оказались классическими составными частями современной французской лингвистики.

Теория функциональных стилей

К вышеуказанным идеям и наблюдениям относится, например, детально разработанное Ю. С. Степановым описание функциональных стилей французского языка, представленное в таблице 2 в его монографии «Французская стилистика...»7:

Таблица 2

Langue tonalité esthétique spécialisations fonctionnelles

commune язык в художественной функции функциональные специализации

Bon usage langue poétique поэтический

Литературно- язык

правильная langue littéraire

речь язык художественной литературы

langue écrite Admini- juridique scienti- etc.

книжный стиль strative юридиче- fique и др.

Общенародный язык Административный стиль ский стиль научный стиль

langue familière

разговорный

стиль

Langue vulgaire langue populaire les jargons

Просторечие, просторечие жаргоны

«неправиль- argot

ная речь» арго

Система функциональных стилей французского языка, как мы видим на схеме, разработана в сопоставлении с функциональными стилями русского языка, что, на наш взгляд, особенно ценно, поскольку дает представление о функциональной организации обоих сравниваемых языков одновременно. И особенно интересным в данном сопоставлении является наблюдение автора о том, что «французский нейтральный стиль оказывается сдвинутым в сторону книжной речи. А русский нейтральный стиль отодвинут от нее в сторону фамильярной речи»8. Указанное сопоставление функциональных систем французского и русского языков отражено в таблице 3 анализируемой монографии9.

7 Здесь и далее цитируется по изданию: Степанов Ю. С. Французская стилистика в сравнении с русской. М., 2002. С. 221.

8 Там же. С. 235.

9 Там же. С. 225.

Таблица 3

Французский язык Русский язык

Книжный стиль книжный стиль

Литературный язык нейтральный стиль (l'écrit-parlé) норма

нейтральный стиль

норма

разговорный стиль разговорный стиль

собственно просторечие

Просторечие (langue populaire) просторечие

арго

Отсюда следует, что при переводе с французского языка на русский необходимо несколько понижать стиль, а при переводе с русского на французский стиль необходимо поднимать.

Фразеологическая концепция Ю. С. Степанова

Как и теория функциональных стилей, фразеологическая концепция Ю. С. Степанова, основанная на анализе французских глагольных фразеологизмов, так называемых locutuons verbales, не только предвосхитила современные научные представления, но и в какой-то степени наметила пути их дальнейшего развития.

Как известно, современная фразеология выделяет три семантических класса фразеологических единиц, которые располагаются по градуальной шкале идиоматичности в направлении от свободных словосочетаний к нераздельно связанным идиомам, значение которых определяется только при нахождении внутренней формы, как правило, с помощью обращения к этимологии или когнитивного конструирования лежащей в их основе метафоры. Эти три класса: коллокации, прозрачные идиомы, непрозрачные идиомы10.

Коллокации — это слабоидиоматичные фразеологизмы со структурой словосочетания, в которых семантически главный компонент употреблен в своем прямом значении. Другой же компонент свою семантику теряет: J'ai du temps 'У меня есть время'; J'ai mal 'Мне больно'.

Прозрачные идиомы — это образные выражения, в которых значение целого хотя и переосмыслено, метафорично, но мотивировано и выводимо из потенциального значения слов-компонентов. Это широко распространенные французские глагольные словосочетания типа: prendre froid 'простудиться', tenir tête 'противостоять', faire face 'сопротивляться'.

Непрозрачные идиомы, о чем свидетельствует сам термин, отличаются полным переосмыслением компонентов и сильной идиоматичностью, обусловленной, как правило, исчезновением и, соответственно, забвением этимологиче-

10 Баранов А. Н., Добровольский Д. О. Аспекты теории фразеологии. М., 2008.

ского значения, например Donner /avoir carte blanche 'предоставить / иметь свободу действия'.

Ю. С. Степанов различает свободные, в его терминологии дискретные (discontinus), словосочетания, в которых каждый компонент функционирует независимо от другого и не может предсказать его появление в речевой цепи (tirer qn par le bras 'потянуть кого-нибудь за рукав', souffler une bougie 'задуть свечу') и недискретные словосочетания (continus), которые при абсолютной степени недискретности (сращении) «функционируют подобно слову и каждое из которых является эквивалентом слова»11: франц. prendre place 'сесть', русск. бить баклуши 'бездельничать'12.

Таким образом, крайние классы континуума словосочетаний по Степанову (полностью свободные, полностью дискретные словосочетания и полностью недискретные, спаянные, немотивированные словосочетания) совпадают с современной семантической фразеологической теорией. Что же касается внутренней типологии недискретных, то есть несвободных, словосочетаний, то она строится по формальным критериям:

— недискретные словосочетания, допускающие переход в дискретные: faire demi-tour 'повернуть кругом, пойти назад'/faire un demi-tour 'развернуть машину, осуществить разворот';

— недискретные словосочетания, не допускающие перехода в дискретные, но имеющие дискретную пару: faire école/fonder une école 'создать школу'.

— недискретные изолированные словосочетания, обладающие максимальной степенью недискретности, т. е. спаянности и идиоматичности: faire naufrage 'потерпеть неудачу'.

На первый взгляд, типология недискретных словосочетаний напоминает приведенную выше семантическую классификацию (коллокации — прозрачные идиомы — непрозрачные идиомы). Но это только на первый взгляд. Так, фразеологизм faire naufrage в прямом значении должен быть причислен к коллокациям, а во втором, когда оба компонента преобразованы, — к прозрачным идиомам. А фразеологизм faire école при семантическом анализе должен быть причислен к разряду коллокаций.

Из этих рассуждений можно сделать вывод о том, что ценность новейшей фразеологической типологии Баранова-Добровольского — в обобщении и схематизации семантики фразеологизмов. Ценность типологии Степанова — в нахождении формальных классификационных признаков фразеологизма. Задача фразеологов на современном этапе — соединение обоих признаков для создания полнозначной семантико-формальной типологии фразеологизма. Попытки решить эту сложную задачу можно увидеть, например, в весьма интересной книге Гастона Гросса «Устойчивые выражения французского языка»13.

11 СтепановЮ. С. Французская стилистика... С. 145.

12 Там же. С. 147.

13 Gross G. Les expressions figées en français. Paris, 1996.

Грамматика

Здесь мне хочется остановиться на двух вопросах: описании категории времени и категории детерминации, которая в грамматике Ю. С. Степанова отражена в представлении французского артикля по его основным дифференциальным признакам.

Категория времени

Категория времени, как и все другие грамматические явления, описывается по дифференциальным признакам. За основу принимается форма будущего времени futur simple, которая обозначается символом f Imparfait представлено как не-будущее f. Présent представлено как не-будущее и не-прошедшее, т. е. как форма с нейтрализованным вектором времени, что обозначается помещением в скобки (f f). Символом a (antériorité) обозначается дифференциальный признак сложных времен, которые все образуются по одной модели в корреляции с соответствующим простым временем и имеют значения предшествования. Вся схема французских времен выглядит следующим образом:

Présent je finis

Passé composé j'ai fini (f, f0 ) a

Imparfait je finissais f 0

Plus-que-parfait j'avais fini f0 a14

Futur simple je finirai f a0

Futur antérieur j'aurai fini f a

Conditionnel présent je finirais f (f, f0) a0

Conditionnel passé j'aurais fini f (f, f0) a15

Представление категории времени на основе дифференциального признака futur (будущее) вызывает неоднозначное отношение у исследователей данной грамматической категории. Но не может вызвать сомнения, что открытием для отечественной французской лингвистики является впервые четко обозначенная оппозиция простых и сложных времен, всегда образуемых по одной и той же модели с вспомогательным глаголом в коррелятивном простом времени, которую Ю. С. Степанов определил как особую категорию предшествования (antériorité).

Вторым открытием Ю. С. Степанова в представлении категории времени следует назвать опять же сделанное впервые в отечественной традиции указание на наличие во французском языке двух планов времени: плана настоящего и плана прошедшего. План настоящего отмечен моментом высказывания с главным временем présent и актуализированным по отношению к моменту высказывания прошедшим — passé composé. Основное время будущего представляется формой futur simple. Укажем в скобках, что современные исследователи основной формой будущего считают форму futur proche.

В плане прошедшего, отмеченном событием, главным временем является imparfait, одинаково присутствующее и в письменной, и в устной речи. Будущее выражается формой futur dans le passé = conditionnel présent, прошедшее — формой

14 Формы Passé composé и Plus-que-parfait добавлены мною. — И. К.

15 Степанов Ю. С. Структура французского языка. С. 75.

plus-que-parfait. Сходное представление категории времени во французском языке находим во всех теоретических грамматиках французского языка, например в классической схеме Арне Клюма, располагающей категорию времени на оси настоящего и оси ретроспективы16.

Третьим открытием Ю. С. Степанова в отечественной французской филологии явилось восходящее к идеям Э. Бенвениста разграничение плана récit и плана discours. В свое время, когда под руководством Степанова переводилась на русский язык монография Бенвениста, эти термины были переданы как «исторический план и план речи, или речевой план»17. Теперь более приняты термины: нарративный план и дискурсивный. Выражение указанных планов мы также находим в книге Ю. С. Степанова, когда дифференцированные по указанным планам passé simple и passé composé трактуются как «разностилевые варианты одной "архиформы" прошедшего законченного времени, которое образует особый семантический подкласс в оппозиции с прошедшим незаконченным — imparfait»18.

Нельзя также не отметить детальное описание в грамматике Степанова многочисленных, в его терминологии контекстных, то есть вторичных значений французских глагольных форм, таких как: предположительность в формах futur simple с глаголами avoir и être, вероятность с формами futur antérieur, условие и нереализованная предположительность (imminence contrecarrée) в imparfait.

Категория артикля

Артикль рассматривается по двум дифференциальным признакам: выбор (sélection s) и исчисляемость (nombrabilitén). Комбинации этих двух признаков позволяют, как мы убеждаемся при взгляде на элегантную схему Ю. С. Степанова, представить все основные семантические оппозиции французского артикля19.

L'article indéfini L'article défini

1) s n — un Например: C'est un pain. 3) s° n - le Например: Le pain est très long.

2) s n0 - du Так назыв. article «partitif» или «de matière» Например: C'est du pain. 4) s° n° - le Например: Le pain fait grossir.

Партитивный артикль, как известно, может детерминировать и абстрактные, или отвлеченные, существительные (du courage, de la patience), при этом партитивный артикль, что вытекает из предложенной схемы, всегда индексирует класс несчисляемых существительных, наличие (n) или его отсутствие (n0) разграничивает счисляемую и несчисляемую неопределенность. Особенно важным

16 Klun A. Verbe et adverbe. Gôteborg; Uppsala, 1961.

17 Бенвенист Э. Общая лингвистика. М., 1974. С. 270—285.

18 Степанов Ю. С. Структура французского языка... С. 82.

19 Там же. С. 60.

как в теоретическом, так и в практическом смысле в анализируемом представлении французского артикля является, на наш взгляд, выделение двух основных оппозиций внутри класса определенных французских имен существительных: значение обобщения (Le pain fait grossir) и значение идентификации, связанное с этимологией (Le pain est très long=Ce pain est très long), которое до появления книги Ю. С. Степанова никогда не указывалось в отечественных грамматиках французского языка.

Главным же детерминативом французского существительного, что подтверждает современная когнитивная грамматика французского языка М. Риже-ля, Ж.-К. Пелла и Р. Риуля20, оказывается неопределенный артикль un с формулой sn, поскольку идея выбора, связанная с его этимологией (unus), всегда присутствует при употреблении этого артикля: будь то обозначение нового лица или предмета, вводимого в речь (Je vous ai présenté une grammaire française. Я вам представил/а одну из грамматик французского языка'), будь то выделение предмета из класса ему подобных (Une grammaire est un outil de travail. 'Грамматика служит рабочим инструментом/как и многие другие рабочие инструменты').

Проведенный фрагментарный анализ касается только нескольких ключевых и безусловно новаторских и существенных для французской теоретической лингвистики идей и представлений, содержащихся в книгах Ю. С. Степанова, посвященных описанию системы французского языка, поскольку невозможно вместить в рамки одной статьи все французское лингвистическое наследие академика Ю. С. Степанова. Но даже то немногое, о чем удалось рассказать, свидетельствует об одном: идеи и мысли Ю. С. Степанова получили развитие во французской лингвистике настоящего времени. Это закономерно, поскольку идеи и открытия выдающихся ученых не подвластны времени. Они находят свое продолжение и обеспечивают поступательное движение научной мысли.

20 Riegel M., Pellat J.-Ch., Rioul R. Grammaire méthodique du français. P.: 1re édition «Presses universitaires de France», 1994; 4e édition «Quadrige», 2009.