Из закона об образовании извлекли первые уроки

Вчера представители учительского профсоюза и родительской общественности подвели первые итоги действия закона "Об образовании", который вступил в силу 1 сентября. Выводы неутешительные: у педагогов выросла нагрузка, школы избавляются от психологов и логопедов, а с детьми-инвалидами некому работать.

Закон "Об образовании в РФ" готовился более пяти лет и был подписан президентом Владимиром Путиным 29 декабря прошлого года. Он должен был свести в единую структуру все профильное законодательство: от детских садов до послевузовского образования. Среди основных его положений — предоставление школам возможности заработать деньги и потратить их на свои нужды, введение особого статуса для педагогов и требование платить учителям зарплату не ниже средней по региону.

По словам самих работников образования, на практике эти обещания реализуются не лучшим образом. "У администрации школ нет денег, чтобы поднимать учителям зарплату. Поэтому директора вынуждены выдавливать библиотекарей, психологов, соцработников,— рассказал сопредседатель профсоюза "Учитель" Всеволод Луховицкий.— Увольняют всех совместителей, то есть школа не может позволить себе нанять вузовского кандидата наук, который интересно преподает". При этом денег на выполнение закона все равно не хватает, поэтому преподаватель вынужден брать минимум полторы ставки.

Свои претензии есть и у родителей. "Стало сложно устроить в школу детей, имеющих временную регистрацию,— рассказала руководитель ассоциации "В защиту семьи, родителей и детей" Марина Ожегова.— Мы говорим даже не о мигрантах, а о гражданах России, которые переезжают работать в другой регион. И Москва отказывается платить за якобы чужих детей". Чтобы решить проблему, она предложила ввести систему детских образовательных полисов.

Разработчики закона особо отметили в документе детей с ограниченными возможностями: теперь они по возможности должны учиться вместе со сверстниками в обычных школах. "Инклюзивное образование — замечательный принцип, вот только к нему не готовы ни общество, ни учителя,— говорит исполнительный директор организации "Контакт" Елена Баградникова.— В обычных школах никто не умеет работать с детьми, у которых расстройство аутистического спектра и другие проблемы". Поэтому родители предпочитают отдавать детей в специализированные школы, однако это не снимает многих проблем. "У нас должны быть небольшие классы, иначе детям сложно",— говорит госпожа Баградникова. Но школа получает деньги по числу детей, поэтому в малокомплектных образовательных учреждениях средств нет — из-за этого уходят лучшие специалисты, имеющие опыт коррекционной работы. За ребенка-инвалида государство платит школе втрое больше, но детям с психическими расстройствами часто не оформляют инвалидность. "Детям нужны минимум четыре часа коррекции в спецгруппах, а сейчас это время урезали в два раза,— рассказала Елена Баградникова.— Все дополнительные занятия возможны только во внеучебное время. А продленка уже платная".

"Библиотекарей в школе может быть хоть десять, ведь штат разрабатывается самим образовательным учреждением,— заявил "Ъ" один из авторов закона, бывший заместитель главы Минобрнауки, ректор МГПУ Игорь Реморенко.— Раньше социальных педагогов вводили, чтобы выпросить у РОНО больше ставок и увеличить бюджет школ. Теперь это не работает, поэтому проходят сокращения, в ряде случаев оправданные. Учителей это не касается — статистика показывает, что их не становится меньше". Что касается детей-аутистов, то, по словам господина Реморенко, ситуация с их обучением начала меняться. "Де-юре наша психологическая наука их просто не замечала,— посетовал он.— Только в этом году начали готовить стандарт по работе с ними. И эта работа будет самой дорогой, потому что преподаватель работает практически индивидуально и должен обладать высокой стрессоустойчивостью".