Иммунитетов тьма

Недавно Верховный суд РФ постановил, что сотрудники ГИБДД не вправе наказывать прокуроров за нарушение правил дорожного движения, так как это противоречит закону "О прокуратуре". "Власть" нашла в законодательстве немало других норм, с помощью которых силовики и чиновники защищаются от себе подобных.

Напомним, что тяжба в Верховном суде стала следствием конфликта между новосибирскими милиционерами и прокурорами. Он начался после того, как лейтенант ДПС Александр Бугурнов остановил за вождение в нетрезвом виде помощника прокурора Железнодорожного района Новосибирской области Василия Савицкого, отправил его на медосвидетельствование, а автомобиль поместил на штрафстоянку. Инспектору инкриминировали ст. 286 УК РФ ("Превышение должностных полномочий") и осудили на четыре года условно, так как, согласно закону "О прокуратуре", он был вправе только сообщить о происшествии руководству Савицкого, а самого его должен был немедленно отпустить. Впоследствии под давлением общественности дело отправили на пересмотр, и Бугурнов был оправдан. А пока шли суды, глава ГУВД Новосибирской области Сергей Глушков выпустил инструкцию "Алгоритм действий сотрудников ОВД при выявлении административных правонарушений, совершенных сотрудниками прокуратуры", которая предписывала инспекторам "неукоснительно" составлять протоколы на прокуроров, нарушивших ПДД, потому что "совершившие правонарушения равны перед законом" и "подлежат ответственности независимо от должностного положения". Оспаривая эту инструкцию, прокуроры дошли до Верховного суда, где и выиграли дело.

Перечень категорий граждан, обладающих тем или иным иммунитетом от уголовного или административного преследования, содержится в Уголовно-процессуальном кодексе (УПК), а также в Кодексе об административных правонарушениях (КоАП).

КоАП в статье с говорящим названием "Принцип равенства перед законом" кратко указывает, что особый порядок административного наказания существует для "депутатов, судей, прокуроров и иных лиц", а за конкретикой отсылает к Конституции и федеральным законам. УПК посвящает спецсубъектам целый раздел "Особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц". Он дает тот или иной иммунитет от уголовного преследования сенаторам, федеральным, региональным и местным депутатам и зарегистрированным кандидатам в депутаты, судьям и присяжным, членам Счетной палаты, уполномоченному по правам человека в РФ, кандидатам в президенты и бывшим президентам, прокурорам и следователям, членам избиркомов с правом решающего голоса, адвокатам. Для всех них существует свой особый порядок возбуждения уголовного дела и уголовного производства. Например, против омбудсмена дело может возбудить только глава следственного комитета при прокуратуре РФ (СКП), а арестовать или обыскать его можно только с согласия Госдумы. В отношении судьи Конституционного суда дело возбуждает тоже исключительно глава СКП, но только на основании заключения коллегии из трех судей Верховного суда и с согласия самого Конституционного суда. Тот же раздел УПК запрещает задерживать депутатов Госдумы и сенаторов, судей, прокуроров, руководство и аудиторов Счетной палаты, омбудсмена и бывших президентов.

Более подробно такие исключения из общих правил описаны уже в отдельных законах, посвященных различным привилегированным категориям граждан.

Самым защищенным в России является президент. Его неприкосновенность зафиксирована в Конституции. Он может быть привлечен к ответственности только за государственную измену или тяжкое преступление через крайне сложную процедуру импичмента.

Бывшие президенты тоже неприкосновенны, но лишь частично. Как сказано в законе "О гарантиях президенту РФ, прекратившему исполнение своих полномочий, и членам его семьи", экс-глава государства "не может быть привлечен к уголовной или административной ответственности за деяния, совершенные им в период исполнения полномочий президента РФ, а также задержан, арестован, подвергнут обыску, допросу либо личному досмотру, если указанные действия осуществляются в ходе производства по делам, связанным с исполнением им полномочий президента РФ". Следовательно, за проступки, совершенные президентом как частным лицом, а также за нарушение закона, допущенное уже после ухода с должности, привлекать его к ответственности можно без ограничений. Впрочем, в законе "О гарантиях...", а также в Конституции эксперты в области права видят одну правовую коллизию. Дело в том, что оба документа разрешают привлекать президентов, действующих и бывших, только за тяжкие преступления (лишение свободы на срок свыше 5 и до 10 лет), а в Уголовном кодексе есть еще и категория особо тяжких преступлений (лишение свободы на срок свыше 10 лет). В итоге получается, что, например, за разрушение магистральных трубопроводов президента наказать можно (ст. 215.3, тяжкое преступление), а за ведение агрессивной войны (ст. 353, особо тяжкое) — нет.

Депутаты и сенаторы тоже неприкосновенны, но только в течение срока действия своих полномочий. Согласно закону "О статусе члена Совета федерации и статусе депутата Госдумы", привлекать к уголовной или административной ответственности, задерживать, арестовывать, обыскивать (кроме случаев задержания на месте преступления), досматривать и допрашивать парламентариев можно только после снятия с них неприкосновенности. За этим в соответствующую палату Федерального собрания должен обратиться генпрокурор. В случае отказа все процессуальные действия в отношении думцев и сенаторов запрещены. Бывшие парламентарии иммунитетом не обладают, но за проступки, совершенные в период исполнения полномочий, их можно привлечь к ответственности только в порядке, существующем для парламентариев действующих.

Неприкосновенны и судьи. Причем иммунитета у них даже больше, чем у депутатов и сенаторов. В законе "О статусе судей" есть понятие "отставка судьи". Это "почетный уход или почетное удаление с должности" по причине добровольной отставки, достижения предельного возраста пребывания в должности, истечения срока полномочий, отказа от перевода на работу в другой суд, по состоянию здоровья или недееспособности. Судья в отставке обладает такой же неприкосновенностью, как и действующий, а вот бывшие депутаты и сенаторы — нет.

Закон "О прокуратуре" в равной степени защищает не только прокуроров, но и следователей. Он гласит, что административное и уголовное производство в отношении прокуроров и следователей "является исключительной компетенцией органов прокуратуры", а их задержание, привод, личный досмотр, досмотр их вещей и транспорта не допускаются, кроме случаев, когда это необходимо для обеспечения безопасности других граждан или при задержании на месте преступления.

На защите членов Центризбиркома с правом решающего голоса и председателей региональных избиркомов стоит закон "О выборах". Возбуждать против них уголовные дела может только глава СКП, он же должен дать согласие на подачу в суд ходатайства об аресте. Подвергать административному наказанию их можно только с согласия генпрокурора. Тот же порядок действует и в отношении членов нижестоящих избиркомов с правом решающего голоса с той лишь разницей, что их судьбу решают главы региональных органов СКП и прокуратуры.

Председателя Счетной палаты, его заместителей и аудиторов оберегает закон "О Счетной палате". Он запрещает их задерживать, арестовывать и привлекать к уголовной ответственности без согласия той палаты парламента, которая их назначила. За согласием обращается генпрокурор, решение принимается простым большинством голосов. Рядовых инспекторов при выполнении ими служебных обязанностей можно привлекать к уголовной ответственности только с согласия коллегии Счетной палаты. За ним обращается председатель СКП.

Единственной категорией граждан, не состоящих на службе у государства, но обладающих иммунитетом, являются адвокаты. Их защищает закон "Об адвокатской деятельности" и УПК. Первый запрещает вмешиваться в их деятельность и гарантирует адвокатскую тайну. Второй разрешает возбуждать уголовные дела против адвокатов только главе следственного отдела следственного комитета при прокуратуре РФ района или города, где было совершено преступление, и только с санкции суда.

Особняком стоят военные. Иммунитета у них нет, но зато есть своя военная прокуратура и военный суд, и все разбирательства проходят внутри армейской системы. Да и время пребывания в обезьянниках для военных минимально. Закон "О статусе военнослужащих" предписывает "немедленно уведомлять органы военного управления и органы военной прокуратуры" о задержанных вне воинской части военных. А закон "О милиции" прямо обязывает передавать таких задержанных "военным патрулям, военному коменданту, командирам воинских частей или военным комиссарам". Кроме того, в армии нет административной ответственности в привычном ее понимании. За правонарушения военных наказывает не КоАП, а воинские уставы, и краткосрочный арест они отбывают не в гражданском изоляторе временного содержания, а на гауптвахте. Правда, за уголовные преступления военнослужащие отправляются в обычную тюрьму — специальных "армейских" зон в России не существует.

Как это ни удивительно, нет иммунитета и у сотрудников таких могущественных спецслужб, как ФСБ и ФСО. Их можно задерживать, арестовывать, штрафовать и возбуждать против них уголовные дела без всяких ограничений. В этом отношении они ничем не отличаются от обычных граждан. Однако в законах "О ФСБ" и "О государственной охране" есть одинаковый примечательный пункт: "При исполнении сотрудником служебных обязанностей не допускаются его привод, задержание, личный досмотр и досмотр его вещей, а также досмотр личного и используемого им транспорта" без официального представителя соответствующей спецслужбы или решения суда. Учитывая специфику работы этих структур, установить, находится ли в данный момент сотрудник спецслужб при исполнении или нет, практически невозможно. Поэтому с фээсбэшниками и фэсэошниками никто и не связывается.

А вот у самой многочисленной категории правоохранителей — милиционеров — вообще нет никакого иммунитета. Закон "О милиции" лишь скупо говорит, что никто, кроме непосредственного начальства, не вправе вмешиваться "в законную деятельность сотрудника милиции".

Таким образом, несмотря на конституционный принцип всеобщего равенства перед законом и судом, достаточно большое число россиян оказывается все же равнее других. Впрочем, подобная система законодательной защиты представителей власти друг от друга является хотя бы частичной гарантией того, что они при первом удобном случае не превратят все свои холодные войны в горячие. Подтверждением этому может служить ответ председателя Высшего арбитражного суда Антона Иванова на высказанное в июне главой Верховного суда Вячеславом Лебедевым предложение об упрощении процедуры привлечения судей к уголовной ответственности: "Это очень опасный путь. Не секрет, как правоохранительные органы реагируют на те дела, по которым суды не принимают решения о заключении под стражу. В этом случае судья может попасть в черный список правоохранительных органов".