Глубокий эконом

Он принял Россию с бюджетным дефицитом, а оставил с профицитом. Он больше двадцати лет, дольше, чем кто-либо еще, провел на «огненном стуле» министра финансов Российской Империи. Он провел одну из самых успешных денежных реформ в истории нашей страны. Благодаря своим сочинениям по финансам граф Егор Францевич Канкрин считался одним из главных авторитетов своего времени в политэкономии. Рассказом о нем «Деньги» продолжают рубрику «Великие финансисты».

Портрет графа Егора Канкрина

Фото: Heritage Images via Getty Images

Русские покровители

Георг Людвиг фон Канкрин родился 26 ноября 1774 года в немецком городке Ганау, курфюршество Гессен-Кассель. Его отец Франц Людовик фон Канкрин был управляющим горными и соляными промыслами курфюршества. По призыву императрицы Екатерины II Франц Людовик отправился в Россию, где стал директором соляного завода в Старой Руссе. Сын же остался в Германии, где окончил гимназию, затем учился в Гисенском и Марбургском университетах.

Получив высшее образование, Георг Людвиг увлекся литературой. Его первое сочинение «Дагобер, роман из теперешней войны за освобождение» не имел успеха. Вскоре отец позвал молодого писателя-неудачника в Россию. В 1797 году Георг приехал в Старую Руссу.

Первые несколько лет он не мог найти себе работу, перебиваясь случайными заработками. Через три года после приезда в Россию юноша составил записку-проект «Об улучшении овцеводства в России». Все свои работы он писал на немецком языке. На записку обратил внимание бывший канцлер Российской Империи граф Иван Андреевич Остерман. Благодаря его покровительству Георг Людвиг, которого в России стали называть Егором Францевичем, получил чин коллежского советника (соответствует воинскому званию полковника пехоты) и должность помощника директора Старорусского соляного завода, то есть своего отца.

В «семейном бизнесе» Егор проработал три года, после чего перевелся в Министерство внутренних дел, где занимался соляным и лесным делом. В 1809 году его назначили инспектором немецких колоний Петербургской губернии. На досуге Канкрин написал и опубликовал новое сочинение — «Фрагменты о военном искусстве с точки зрения военной философии». Этот труд прочел и высоко оценил военный министр князь Михаил Богданович Барклай-де-Толли. Он заказал Канкрину новое сочинение — «О системе и средствах обеспечения больших армий».

Эта работа очень понравилась главному военному теоретику русской армии генерал-майору Пфулю, разрабатывавшему план войны с наполеоновской Францией.

Через Барклая-де-Толли и Пфуля Егор Францевич Канкрин стал известен императору Александру I. Карьера молодого человека пошла на взлет.

Герой Отечественной войны

Парад русский войск на Елисейских полях в Париже в 1814 году. Обмундирование, питание, фураж — все это входило в сферу ответственности Канкрина

Фото: Universal Images Group / DIOMEDIA

В 1811 году Канкрин уже в чине действительного статского советника был назначен помощником генерал-провиантмейстера, отвечавшего за продовольственное обеспечение русских войск. После начала Отечественной войны 1812 года генерал-майор Канкрин стал генерал-интендантом 1-й Западной армии, которой командовал Барклай-де-Толли. В 1813 году император назначил Канкрина генерал-интендантом всей действующей армии. Известный мемуарист, друг Пушкина Филипп Вигель писал: «Четыре года сряду в России, в Германии, во Франции войско наше, благодаря его попечениям, ни в чем не нуждалось».

О расходах на Отечественную войну Канкрин написал в своей работе «Военная экономия». По его подсчетам, бюджету Российской Империи война, включая заграничные походы русской армии, обошлась в 157,5 млн рублей. К ним добавилось около 100 млн рублей частных пожертвований и 135 млн рублей субсидий, полученных Россией от Англии. Таким образом, на военные расходы в 1812–1815 годах было израсходовано около 400 млн рублей, то есть примерно 100 млн рублей в год. Для сравнения: доходы государственного бюджета империи составляли в 1812 году 332 млн рублей. К тому же ассигновано на военные действия было 426 млн рублей, так что около 26 млн рублей не было израсходовано. В столь экономном расходовании средств на ведение войны велика заслуга генерал-интенданта Канкрина.

Современники и потомки о Канкрине

Но еще лучше финансовые таланты генерала Канкрина проявились во время переговоров с союзными державами по поводу расходов на продовольствие русских войск за границей. Проверив все счета до единого, он сумел доказать необоснованность многих претензий, снизив тем самым выплаты с 360 млн до 60 млн рублей. За эти заслуги он был повышен в звании до генерал-лейтенанта.

Вскоре после возвращения из-за границы в доме Барклая-де-Толли он познакомился с Екатериной Захаровной Муравьевой и в 1816 году вступил с ней в брак. Их союз продлился до самой смерти Канкрина. Екатерина Захаровна родила ему пятерых сыновей и двух дочерей.

Военный министр Барклай-де-Толли был первым, кто разглядел способности Канкрина

Фото: Mary Evans Picture Library / ТАСС

В 1818 году император Александр I получил от Канкрина записку «Разыскание о происхождении и отмене крепостного права или зависимости земледельцев, в особенности в России». Канкрин был категорическим противником освобождения крестьян без земли. Его план, рассчитанный на 61 год, был построен на постепенном, медленном выкупе крестьянами земли у помещиков в достаточном размере и установлении семейной наследственной аренды. Проект не получил одобрения императора и его окружения.

Борьба с инфляцией

В начале 1820-х годов император Александр I ввел Канкрина в состав Государственного совета, а в 1823 году назначил его министром финансов вместо графа Дмитрия Гурьева, чьей деятельностью в сфере денежного обращения был сильно недоволен. За время своего пребывания на посту министра Гурьев неоднократно прибегал к дополнительной эмиссии, так что число бумажных купюр в обращении постоянно росло. Во время Отечественной войны наполеоновские войска расплачивались с населением фальшивыми ассигнациями. В 1800 году в обращении находились бумажные купюры на общую сумму 212 млн рублей, в 1812 году — 646 млн рублей, в 1817 году был достигнут пик — 836 млн рублей.

Курс бумажных денег постоянно снижался. В 1810 году 1 рубль ассигнациями был равен 25 копейкам серебром, в 1815 году — 20 копейкам. К тому же существовало несколько курсов — вексельный (для сделок с иностранными торговцами), казенный, он же податной (по нему принимали платежи государственные учреждения), таможенный и биржевой. В частных сделках использовался так называемый простонародный курс, подверженный самым сильным колебаниям. Все это подрывало доверие к ассигнациям, население старалось пользоваться только металлическими деньгами.

Чтобы исправить расстройство денежного обращения, государство скупало и уничтожало бумажные деньги. К моменту назначения Канкрина на министерский пост было уничтожено более 240 млн рублей ассигнациями. На курс ассигнационного рубля это слабо повлияло. В 1815 году курс вернулся на довоенный уровень — 25 копеек серебром, к 1823 году подрос до 27 копеек серебром.

В период пребывания Канкрина на посту министра финансов рубль был крепким как никогда

Фото: SuperStock FineArt / DIOMEDIA

В стране падали промышленное производство и обороты внешней торговли, рос государственный долг. Канкрину пришлось, как говорили современники, расхлебывать «гурьевскую кашу».

Главный принцип своей финансовой политики Канкрин формулировал так: «Первая обязанность министра финансов это — способствовать,— сколько от него только зависит,— поднятию уровня национального богатства». Канкрин считал, что все реформы следует проводить неуклонно, но осторожно, как он выражался, «не ломать, а постепенно улучшать».

Алкогольный вопрос

Уже в 1824 году Канкрин сумел ликвидировать бюджетный дефицит. В первую очередь за счет сокращения расходов на армию, в которых очень хорошо разбирался. С профицитом сводился бюджет и в последующие несколько лет. В государственной росписи по государственным расходам и доходам (так в те годы назывался документ, определявший госбюджет) на 1827 год расходы по военному министерству снизились по сравнению с предыдущим годом на 7,466 млн рублей, по Министерству финансов — на 2 млн рублей, по ведомству греко-римского исповедания — на 881 тыс. рублей.

Канкрин и Пушкин

Но периодически возникали чрезвычайные обстоятельства, требующие от казны непредвиденных расходов: война с Персией (1826–1828 годы), война с Турцией (1828–1829 годы), эпидемия холеры (1830 год), подавление польского восстания (1831 год), неурожай и голод (1833 год). Поэтому не во все годы Канкрину удавалось добиться бездефицитного бюджета.

Пополнение казны Канкрин старался обеспечивать не за счет повышения существующих налогов, он был противником введения новых налогов и сборов. Он небезосновательно опасался, что в монархии в любом таком повышении население винит правителя. За все время пребывания на посту министра финансов Канкрин ввел только один новый сбор — табачный акциз. Он был установлен в 1838 году. Акцизом, составлявшим около 20% от продажной цены, облагалась торговля нюхательным и курительным табаком российского происхождения (в отношении иностранного товара действовали таможенные пошлины).

Важным источником пополнения доходной части бюджета при Канкрине стали винные откупы. Право торговать водкой и вином в определенной местности продавалось с торгов.

После уплаты установленной суммы в казну откупщик вел торговлю так, чтобы компенсировать все затраты и получить прибыль. Откупная система была отменена в 1817 году при министре финансов Гурьеве и заменена введением акциза на продаваемый государством алкоголь. После этого поступления в казну по этой статье стали ежегодно снижаться.

Канкрин полагал, что акциз — «налог, как кажется, очень хороший», но сбор этого налога трудно проконтролировать, «все главнейшим образом должно опираться на честность чиновников», а «вору дай хоть миллион, он воровать не перестанет». Поэтому в 1826 году Канкрин восстановил откупную систему, что привело к росту питейного дохода.

Доходы казны от винных сборов составляли в 1825 году 22,5 млн рублей серебром, в 1830 году — 23,6 млн рублей, в 1835 году — 28,1 млн рублей, в 1840 году — 34,8 млн рублей, в 1845 году — 48,1 млн рублей.

Импортозамещение

Егор Францевич Канкрин был категорическим противником свободной торговли между государствами. Он полагал, что в случае отмены таможенных пошлин произошел бы спад отечественной промышленности и множество людей, особенно в крупных населенных пунктах, остались бы без куска хлеба. Но при этом он писал в одной из своих книг, что «никакие тарифы не должны быть так высоки, чтобы они были равносильны запрету на иностранные товары высшего качества».

Награды Егора Канкрина

Канкрин считал таможенный тариф как важным источником поступлений в казну, так и средством поощрения отечественной промышленности и земледелия. Иностранные товары, в первую очередь предметы роскоши, облагались большими пошлинами, тогда как вывозные пошлины были щадящими. При этом размеры таможенных пошлин часто пересматривались, чтобы сохранялась здоровая конкуренция и отечественный производитель не оказался в тепличных условиях.

Классическим примером пользы такого подхода является пошлина на сахар. Канкрин запретил импорт рафинада вообще (кроме как через порт Одессы), а ввозимый сахар-сырец обложил 15-процентной пошлиной. Первоначально это привело к росту цен на сахар. А затем — к бурному развитию отечественной свеклосахарной промышленности. За время правления Николая I (1825–1855 годы) объем производства сахара в России вырос в 115 раз. Таможенный доход при Канкрине вырос почти в 2,5 раза — с 11 млн рублей в 1824 году до 26 млн рублей в 1842 году.

Денежная реформа

Император Николай I проводит смотр лейб-гвардии Уланского полка. Пик карьеры графа Канкрина пришелся на эпоху Николая I

Фото: Heritage Images / Getty Images

Пиком деятельности Канкрина на посту министра финансов стала подготовленная им денежная реформа, осуществленная 1 июля 1839 года. Согласно манифесту «Об устройстве денежной системы» в качестве основной расчетной единицы был установлен серебряный рубль весом в 18 граммов (4 золотника 21 доля). Ассигнации, объявленные вспомогательными денежными знаками, выводились из обращения. Их можно было свободно обменять на серебро по курсу 3,5 рубля ассигнациями за рубль. При этом все финансовые учреждения принимали оба типа денег. Платежи принимались как серебром, так и ассигнациями. Зафиксирован был курс золотой и медной монеты. Золотой империал (10 рублей) приравнивался к 10 рублям 30 копейкам серебром, а 1 копейка серебром к 3,5 копейки медью.

В тот же день был обнародован указ «Об учреждении Депозитной кассы серебряной монеты при Государственном Коммерческом Банке». Были введены новые платежные средства — депозитные билеты достоинством 3, 5, 10, 25, 50 и 100 рублей, выдаваемые населению взамен серебра и золота. Депозитные билеты (депозитки) свободно обменивались на металлические деньги и наоборот по курсу 1:1. Публика охотно сдавала золото и серебро в кассу, так что в 1841 году в ней хранилось уже 38 млн рублей серебром. Впоследствии эта сумма продолжала расти.

Сильный неурожай 1840 года привел к изъятию вкладов из банков. Чтобы предотвратить банкротство кредитных учреждений, были выпущены кредитные билеты.

В 1843 году было объявлено о замене ассигнаций и депозиток на кредитные билеты. Гарантировался свободный обмен кредитных билетов на звонкую монету. Для осуществления таких операций была создана Экспедиция кредитных билетов. Находившиеся в обращении кредитные билеты на общую сумму 300 млн рублей были обеспечены золотом и серебром лишь частично, на 16%. Но этого хватало для устойчивости курса рубля. Кредитные билеты свободно обменивались на серебро. Реформа Канкрина укрепила и стабилизировала денежную систему страны более чем на десять лет — до Крымской войны 1853–1856 годов.

Итого

В 1823 году, когда Е. Ф. Канкрин был назначен министром финансов Российской Империи, доходы казны составляли 463,4 млн рублей, а расходы — 479,1 млн рублей (дефицит 15,7 млн рублей). Через десять лет после прихода Канкрина на пост министра финансов, в 1833 году, доходы казны достигли 501,7 млн рублей, а расходы снизились до 495 млн рублей (профицит 6,7 млн рублей). Еще десять лет спустя, в 1843 году, доходы составляли 777,7 млн рублей, а расходы — 740,3 млн рублей (профицит 37,4 млн рублей).

В 1839 году у Канкрина случился апоплексический удар. Он попросил императора об отставке, на что Николай I ответил: «Ты знаешь, что нас двое, которые не можем оставить своих постов, пока живы: ты и я». В 1844 году он снова подал в отставку, которая на этот раз была принята. После года лечения за границей он вернулся в Россию и скончался в Павловске 10 сентября 1845 года.

Правила Егора Канкрина

«В государстве, как и в частном быту, необходимо помнить, что разориться можно не столько от капитальных расходов, как от ежедневных мелочных издержек. Первые делаются не вдруг, по зрелому размышлению, а на последние не обращают внимания, между тем как копейки растут в рубли».
«Бедность приучила меня с неохотой отдавать деньги, и потому я теперь нарочно не записываю своих расходов, чтобы не раздражаться их обширностью».
«Уменьшение расходов, поколику оно возможно, и облегчение тягостей народа составляют одно из важнейших правил науки управления».
«В течение моей жизни, в веселые и горестные дни, я стремился лишь к одной цели: делать людям добро, содействовать успехам, заимствовать полезное, распространять знания и цивилизацию».
«Без очевидной необходимости не делать конкретных перемен, ибо формы управления сами по себе мертвы, а успехи главнейшие зависят от лиц и направления; притом каждая важная перемена влечет за собой неудобства и недостатки непредвиденные».
«Я скряга на все, что не нужно».