Психотропный фольклор

В Большом зале Филармонии выступили тувинские певица Саинхо Намчылак и ансамбль "Хуун-Хуур-Ту" — редкий случай, когда ВЛАДИМИРУ РАННЕВУ сотрудничество академического зала и этномузыкантов не показалось неуместным.

Эти музыканты — одни из самых значительных представителей движения world music, подключившего фольклорное музицирование к международной концертной и звукозаписывающей индустрии. Известно, что под покровительством прагматичных продюсеров фольклор в world music, выиграв в статусе, потерял в подлинности. Даже самого слова "фольклор" здесь избегают, предпочитая менее обязывающую приставку "этно" к названиям других стилей — джаз, рок, поп, электронная, импровизационная музыка. Тем не менее world music спас от вымирания огромное количество фольклорных музыкальных практик. А кроме того, произвел на свет интересные стилевые явления. Вот и ансамбль "Хуун-Хуур-Ту" недавно музицировал в Перми с композитором Владимиром Мартыновым. А Саинхо Намчылак, проживая с 1991 года в Австрии, успешно сотрудничает с западноевропейскими джазменами.

Этномузыка давно уже утвердилась на академической сцене, поэтому сольное выступление тувинской певицы на фоне органа, колонн и пурпурных портьер Большого зала Филармонии не резало глаз. Тем более что Саинхо Намчылак далека от бижутерии фолк-попсы а-ля Надежда Бабкина. Искусство Саинхо (именно так, просто по имени, ее принято писать на афишах и в буклетах компакт-дисков) — это серьезное и уникальное явление современной музыки, оцененное во всем мире. Все первое отделение концерта она держала на своем голосе, изредка помогая ему варганом или шаманским бубном из своей коллекции. Начала она с традиционного тувинского пения — обрядовые заговоры, плачи. Кроме характерной центральноазиатской мелодики певица владеет неповторимым тембральным разнообразием голоса — от горлового пения до фальцета, переходящего иногда почти в ультразвук. Саинхо не злоупотребляет артистизмом, внешними эффектами. Вся она сосредоточивается на звуке и, как академический музыкант, минимизирует всякое визуальное впечатление от себя. Просто стоит и поет при полном свете концертных люстр.

Ближе к антракту Саинхо исполнила несколько своих композиций в стиле, как она выразилась, "тувинского женского блюза". Надо сказать, что здесь ее манера потеряла в оригинальности, приблизившись к узнаваемым стандартам джазового вокала. Саинхо спела по-русски и сообщила, что эти стихи у нее недавно вышли в поэтическом сборнике. Если не спеть эти слова так сильно и пронзительно, как это умеет делать Саинхо, то "Ой, уехал мой родной, / Ой, уехал далеко. / А я встану на заре, / Незабудки за окном" вряд ли приглянется разборчивому любителю поэзии. Тем не менее вокал Саинхо-певицы искупал все несовершенства Саинхо-поэтессы.

Во втором отделении к певице присоединился один из самых звездных коллективов world music — "Хуун-Хуур-Ту". Ансамбль, основанный в 1992 году, выступал и записывался со Стиви Уандером, Кронос-Квартетом, Фрэнком Заппой. В 2006 году они были номинантами престижной премии BBC World Music Award. Их народные инструменты — дошпулуур, игил, хомус — напоминают старинные европейские виолы и ударные — большой барабан и диковинные варианты колокольчиков. Несколько назойливый звук этих инструментов, с шероховатостью тембра, как-то сразу схватывает слушателя, втягивает в себя и погружает в медитативную расфокусированность.

Это совершенно психотропная музыка, мигом выносящая слух из филармонического зала в безбрежность азиатских степей и таежных лесов. Совместное музицирование Саинхо и "Хуун-Хуур-Ту" не удвоило, а многократно усилило этот эффект. Для такой специфической музыки публики в Петербурге хватило как раз на полный Большой зал Филармонии, причем публики благодарной. Было заметно, что музыканты, растроганные овациями, смущаются. Видимо, для них не привычно выступать на такой сцене. А для нас — видеть их на ней. Но если бы такие концерты стали обычным делом в Филармонии — это было бы хорошая привычка.