Проблемы стопы спортсмена

Проблемы стопы спортсмена

Травматология

Евгений Иваников

Травматолог, ортопед, подолог

Евгений Греков:

Всем привет, меня зовут Евгений Греков, и сегодня я бы хотел в своей передаче «Спортивная жизнь с доктором Грековым» поговорить о проблемах спортивной стопы или о проблеме стопы спортсменов. Тема очень открытая, потому что экспертов практически нет, все сводится к тому, что спортсмен ходит, страдает, а обратиться не к кому. Мой гость сегодня — Евгений Юрьевич Иваников, травматолог-ортопед, подолог. Подолог — это тот человек, который занимается проблемой стопы. Здравствуйте.

Евгений Иваников:

Здравствуйте, очень приятно. Официально такой профессии в медицине нет. Подолог — тот, который занимается проблемой стопы, в частности ее патологией, и это больше относится к ногтям, омозолелостям, потертостям — это ближе к педикюру.

Евгений Греков:

Это про мозоли. У Вас есть медицинское образование, в отличие от многих подологов или от многих медсестер, Вы травматолог.

Евгений Иваников:

Да, травматолог-ортопед.

Евгений Греков:

В спорте очень часто возникают проблемы со стопой у спортсменов. В спортзале и в душе легко подцепить грибок на ногтях. Что с этим делают и это лечится? Потому что я видел в своем спортзале ногти ребят, и мне, если честно, страшно было тапки снимать, когда переодеваешься. И дело все в том, что если бы ребята знали, к кому обратиться, тогда было бы проще. Что делать, к кому бежать? Я знаю Вас и еще Нину Михайловну, тоже подолога. Это как в стране 15 лет назад было назвать себя андрологом — кто такой андролог? Сейчас люди говорят, что андрологов не существует. А кто такой подолог и почему именно к Вам с грибком стопы бежать? Почему не к дерматологу?

Евгений Иваников:

К дерматологу надо бежать, потому что дерматолог должен это дело лечить, это его основная задача.

Евгений Греков:

Удачно лечит?

Евгений Иваников:

Не всегда, потому что обычное лечение, покрытие лаком не помогает. Нужна механическая обработка: банально снять, убрать поврежденный ноготь.

Евгений Греков:

То есть Вы предлагаете вырвать ноготь?

Евгений Иваников:

Нет, это неправильно. Вырвать ноготь — это не наш метод. Его можно аккуратно сточить (ногтевую пластину) с помощью фрез.

Евгений Греков:

А чем Вы работаете?

Евгений Иваников:

Аппарат для подологии — это микромотор. Представляете себе, что такое нанесение гравировки? Вот приблизительно такой же аппарат, только он оборудован либо пылесосом, либо подачей спрея. Пылесосом — для того чтобы убрать оттуда пыль на высоких оборотах, спрей — для того чтобы эту пыль осадить и охладить обработанную поверхность.

Евгений Греков:

То есть это зубные боры в руках специалистов. У меня папа стоматолог, я гравировку делал так на его оборудовании. Можно делать?

Евгений Иваников:

Можно, но наши обороты не свыше 25-50 тысяч.

Евгений Греков:

Убрали поврежденный элемент, и что?

Евгений Иваников:

А дальше ногтевая пластина срастает вместе с лечением.

Евгений Греков:

То есть и параллельно нужно медикаментозную терапию проводить. Нередки случаи, когда медикаментозная терапия неэффективна из-за того, что препарат не может в поврежденную поверхность элементарно попасть, потому что кровоснабжение из-за воспаления нарушено.

Евгений Иваников:

Существует такое правило: если две трети ногтевой пластины поражено грибком, то без медикаментозной терапии не обойтись. А если менее двух третей, то мы можем обойтись просто снятием, убрать пластину, и она срастет сама.

Евгений Греков:

Если повреждено сразу 5 пальцев, что делать?

Евгений Иваников:

Редко такое случается, это очень сильно запущенный случай, значит, человек окончательно забил на свое собственное здоровье, никуда не ходит.

Евгений Греков:

А такие ноги воняют?

Евгений Иваников:

Безусловно. Деформация, запах, выделение может быть.

Евгений Греков:

Утолщение.

Евгений Иваников:

Утолщение не всегда связано с грибком. Если мы перейдем к спортивной травме, утолщение и деформация ногтевой пластины связано, в первую очередь, с неправильным выбором обуви спортсмена и с большими нагрузками, которые он испытывает. В частности, бег, коньки, футбол, где узкая, тесная обувь, большая нагрузка на ноги. Если неправильный подбор, то ногти становятся черными, это от длительной нагрузки, неправильной обуви, тесной, из-за отека мы видим отслойку ногтевой пластины или подногтевые гематомы, как мозоли под ногтями. Это кровь, отслойка, это гематома под ногтем от того, что длительная нагрузка. Можно обозвать этого человека марафонцем, который подобрал себе неправильную обувь, было скольжение в кроссовках (движение вперед), длительный бег, нагрузка, это те же самые мозоли, но только они под ногтем. Когда ноготь здоров, просто так грибок не сядет, для этого нужно создать условия.

Евгений Греков:

То есть сначала можно ударить кувалдой по ногтю, а потом уже появится грибок.

Евгений Иваников:

Это короткое и быстрое воздействие, а здесь длительное, но плавное.

Евгений Греков:

Нужно, чтобы было нарушение питания ногтя из-за его длительного сдавления. Ишемия ногтевой пластины, локальное снижение иммунитета, и грибок сказал: всем привет, я тут поселился.

Евгений Иваников:

Создались все условия, открылись ему двери, и он вошел.

Евгений Греков:

Сколько стоит вылечить грибок ногтя? И сколько надо посещений подолога? Я знаю, подология — это не самая дорогая специальность.

Евгений Иваников:

И не самая дешевая. За коррекцию вросших ногтей люди отдают ежемесячно по 5-7 тысяч. Курс лечения длится в среднем от 18 до 24 месяцев.

Евгений Греков:

При условии, что будет человек получать терапию антимикотиками.

Евгений Иваников:

Я имею в виду сейчас коррекцию вросшего ногтя. А с антимикотиками это может длиться год-полтора.

Евгений Греков:

Если ноготь поврежден полностью, больше 75%, сколько раз в неделю надо стачивать?

Евгений Иваников:

Не раз в неделю, где-то раз в месяц, раз в две недели.

Евгений Греков:

Сколько стоит одна процедура?

Евгений Иваников:

60 тысяч.

Евгений Греков:

А если не удалить этот инфекционный очаг?

Евгений Иваников:

Если его не удалять, он превратится в хронический. Он уже является хроническим, когда он к нам пришел, потому что сначала этого не видят, не замечают, бегают, носятся, во всю прыгают, потом понимают, что у них какие-то проблемы, потом кто-то сказал: «Сходи к мастеру педикюра». Мастер педикюра сказала: «Давай-ка мы возьмем анализ на грибы». Проходит день, два, три, месяцы, и мы уже встречаемся с хроническим заболеванием и начинаем с ним работать.

Евгений Греков:

Грибок ногтя может повреждать другие пальцы?

Евгений Иваников:

Теоретически возможно, редко изолирован один палец, это же стопа, в обуви, представьте себе, это давка в метро.

Евгений Греков:

Грибок — это заразное заболевание?

Евгений Иваников:

Да, конечно, заразное.

Евгений Греков:

Я этими капельками капал, когда у меня была такая проблема, ничего в этом страшного нет, но это ведь неэффективно.

Евгений Иваников:

Не совсем неэффективно.

Евгений Греков:

Давайте процент эффективности бесполезных капель.

Евгений Иваников:

Не готов сказать, потому что есть проблемы подологов, есть проблемы дерматовенерологов. Найти гриб, посев на чувствительность, понять, какой к нему чувствителен антибиотик.

Евгений Греков:

Но у нас всего лишь два вида капель.

Евгений Иваников:

«Лоцерил», «Ламизил». В принципе, один и тот же антибиотик нужен.

Евгений Греков:

Есть еще третий вид капель, но дело в том, что эти капли не входят в спектр чувствительности этого грибка

Евгений Иваников:

Тогда он нафиг не нужен.

Евгений Греков:

Вывод?

Евгений Иваников:

Бесполезно.

Евгений Греков:

Зачем тогда рекламируют, если это может быть неэффективный препарат?

Евгений Иваников:

Если мы видим осложнение, возьмите посев на чувствительность — это первый шаг.

Евгений Греков:

Лучше сдать за 1000 рублей посев на чувствительность к антибиотикам у специалиста, потом уже назначить препараты и потом видеть эффект, а не капать 2 года ненужные капли просто так, а потом отмечать то, что капли неэффективны. Просто надо сразу идти к докторам.

Евгений Иваников:

Называется Гугл рулит. Сначала мы лезем в интернет, смотрим, спрашиваем друзей, соседей и родственников, а потом, при неэффективности, идем к врачам.

Евгений Греков:

К сожалению, так оно и происходит, но там уже хоть ноготь удаляй. Вы говорите, различные нагрузки у бегунов, футболистов на стопу, но не только ногти от большой перегрузки страдают, еще страдают и сами кости.

Евгений Иваников:

Если мы от ногтевых пластин поднимемся выше и перейдем на плюсневые кости, то там то же самое. Плюсневые кости и их головки образуют поперечный свод. Всем известна такая вещь, как халюс вальгус, или вальгусная деформация. Косточки можно убрать только хирургическим путем, а предотвратить деформацию можно до начала и в самом начале этого заболевания, или его уменьшить.

Возьмем простое: бег, конькобежный спорт — все то, что происходит в тесной обуви длительное время. Мы имеем нагрузку на поперечный свод или на передний отдел стопы. Любой человек это может почувствовать, если очень долго стоит на ногах, редко-редко двигаясь, может почувствовать легкую ломоту в переднем отделе стопы. Ему нужно переминаться с ноги на ногу, встать на мысочки, опуститься на пяточки, какие-то действия он делает механические, тем самым задействует поперечный свод или мышцы стопы и пытается снять нагрузку.

Евгений Греков:

Получается?

Евгений Иваников:

Не всегда, потому что нет места.

Евгений Греков:

Почему стопа разъезжается, это объем стопы растет?

Евгений Иваников:

Не совсем объем, а полнота. Скажем так, был 36 размер и полнота 6. У девочки началась деформация, стал разъезжаться свод, она стала покупать 37 размер, потом 38 — не потому, что у нее увеличилась длина стопы, а потому, что увеличилась ее ширина. Она не помещается уже в эту обувь.

Евгений Греков:

Эта девочка была балериной?

Евгений Иваников:

Балерины — это не спорт, я бы даже не стал заниматься проблемой балета сейчас, потому что это нагрузка не просто на поперечный свод и на стопу, это нагрузка конкретно на первые пальцы, на которых они стоят. И вальгусная деформация у балерин — это типичная ситуация, это отдельная тема.

Евгений Греков:

А бегуны?

Евгений Иваников:

У бегунов не так часто бывает вальгусная деформация, чаще случается неврома Мортона, точнее именно неврома, потому что Мортон в свое время описал неврому между 3 и 4 плюсневыми костями, между головками третьей и четвертой плюсневых костей мы видим утолщение.

Евгений Греков:

Болит?

Евгений Иваников:

Не просто болит, она вызывает длительные ноющие боли простреливающего характера по всей стопе при движении, при нагрузке. Почему это происходит: тесная обувь, нагрузка, кости, когда находятся вместе, образуют аркаду в норме, а когда они разъезжаются, между ними расстояние уменьшается. Возьмем бег на длительные дистанции, при длительной нагрузке возникает отек в межплюсневом промежутке и периодическое давление на оболочку нерва. Мы видим нерв между плюсневыми костями…

Евгений Греков:

И какое-то сухожилие?

Евгений Иваников:

Это связки, которые находятся между головками плюсневых костей. Там достаточно мало места, достаточно тесно, постоянное давление на миелиновую оболочку нерва вызывает гипертрофию, и места становится еще меньше. Если на пальцах кисти есть латеральные, медиальные нервы и пальцевые, то здесь один общий пальцевой нерв идет, и он разделяется на два. А у бегуна или у спортсмена это может развиться в любом межплюсневом промежутке.

Евгений Греков:

То есть болеть будут все пальцы?

Евгений Иваников:

Да, можно получить не одну неврому, а две или три, и узнать об этом только тогда, когда он ничем не сможет снять эти боли. Ему придется делать МРТ с контрастом, потому что маловероятно, что ультразвук ее найдет, там очень тесно, очень мало места и нет датчиков такого разрешения, они не в свободном доступе. Диагноз «больно» — больно ходить, больно стоять. Боль в стопе, боль в переднем отделе стопы, боль постоянная, хроническая, пульсирующая.

Евгений Греков:

Футболисты, бегуны, баскетболисты, фигуристы, хоккеисты живут и мучаются?

Евгений Иваников:

Да, но они же профессиональные спортсмены, их же со стадиона выволакивают насильно. То есть у него болит, через какое-то время проходит, он все равно идет на тренировку, все равно мучается и в конечном итоге перестает выступать, просто не может и в этом состоянии попадает к врачу.

Евгений Греков:

Поперечное плоскостопие может к этому привести?

Евгений Иваников:

Да, безусловно.

Евгений Греков:

Поперечное плоскостопие очень часто возникает у людей в возрасте, не только у растущих организмов, а у взрослых на фоне дефицита витамина D, снижается эластичность и твердость соединительной ткани на фоне дефицита витамина D. Сейчас только ленивый не говорит про дефицит витамина D. Когда 10 лет назад мы со Светланой Юрьевной и Леонидом Олеговичем говорили про дефицит витамина D, многие профессора крутили пальцем у виска. Что по поводу этого думают ортопеды-травматологи, которым не выгодно ликвидировать дефицит витамина D на территории Российской Федерации? Почему, объясню: дело в том, что дефицит витамина D вызывает остеопороз, повреждение связочного аппарата. Если мы ликвидируем у всей страны дефицит витамина D, как это в Советском Союзе проводилось в массовом порядке и никто никого не спрашивал, было меньше остеопорозов, было меньше переломов шейки бедра, тогда все компании, фирмы, которые выпускают различные шаровые суставы для замены, протезы, суставы, и даже те медицинские компании, которые выпускают различные шиномонтажные накладки на суставы как повязки, лангеты, останутся без клиентов.

Евгений Иваников:

Не сразу.

Евгений Греков:

В России очень сложно вводить что-либо хорошее новое, но за 10 лет у нас это получилось, потому что рано или поздно люди начинают слышать. Если у ребенка вовремя ликвидировать дефицит витамина D, стопа у него не будет разъезжаться?

Евгений Иваников:

Не будет, но не только витамин D, все-таки нужно заставлять ходить босиком.

Евгений Греков:

Чтобы не было дальше невромы Мортона.

Евгений Иваников:

Неврома Мортона — это частный случай, одна из патологий. Если мы возьмем просто банальное поперечное плоскостопие или плоско-вальгусные стопы, то для профилактики нужно ходить босиком по пересеченной местности, по гальке.

Евгений Греков:

Мы выбираем песочные пляжи, а нужно по гальке ходить. Для чего это нужно?

Евгений Иваников:

Для того чтобы работали мышц и суставы стопы в полном объеме.

Евгений Греков:

Они массируются галькой?

Евгений Иваников:

Нет, они начинают работать. Возьмите карандаш, а теперь сделайте то же самое стопой. Есть люди, которые умудряются брать карандаш стопой и писать что-то, рисовать, настолько хорошо у них разработаны мышцы стопы. У них не будет ни плоскостопия, ни вальгусной деформации.

Евгений Греков:

То есть нужно задействовать все мышцы стопы, для того чтобы мышцы подтягивали связки, но при этом по солнечному пляжу, чтобы вырабатывался витамин D. Хождение в однообразной и неправильной обуви — это причина?

Евгений Иваников:

Причина — хождение в обуви по плоской поверхности большую часть жизни. Это одна из причин.

Евгений Греков:

Это же я. Я же с 9 до 9 в клинике хожу по ровному полу.

Евгений Иваников:

Это 90%.

Евгений Греков:

А я-то думаю, почему некоторые спортсмены говорят: «Представляешь, раньше покупал объем обуви 6, а теперь стал объем обуви 10». Это и есть поперечное плоскостопие, то есть люди, которые испытывают постоянную нагрузку плюс еще много находятся на ногах, ходят по обычной плоской поверхности в одних и тех же ботинках и имеют дефицит витамина D.

Евгений Иваников:

У спортсменов это происходит на порядок быстрее, чем у обычных людей, потому что нагрузки зашкаливают.

Евгений Греков:

Нога становится похожая на ласту. Людям надо объяснять просто, потому что такие слова, как плоско-вальгусная деформация людей усыпляют. А если нога стала по объему, как ласта, тогда люди — хоп! и понимают: точно, надо посмотреть, какой был размер 5 лет назад. Если ботинки, купленные 5 лет назад, вы не можете надеть, потому что они вам стали узки, у вас развивается поперечное плоскостопие. Бывают и переломы у спортсменов, когда они резко старт берут либо тормозят.

Евгений Иваников:

Это так называемые маршевые переломы. Есть усталостные переломы. Существует такая вещь, как усталость металла, то же самое можно отнести с определенной накладкой к костям. Кости, длительно испытывающие постоянную нагрузку, точно так же устают: остеопороз, дефицит витамина D, половые гормоны. У спортсмена это вызывается быстрее, потому что нагрузок больше.

Евгений Греков:

Нагрузка быстрее, быстрее истощается костная ткань.

Евгений Иваников:

И в процессе ходьбы или бега человек просто преодолевает свою дистанцию, ежеутренняя разминка, он чувствует легкий хруст в стопе, дальше боль откуда-то взялась, но ничего же не произошло, он просто шел или бежал. Это называется маршевый перелом.

Евгений Греков:

Даже на фоне абсолютного спокойствия.

Евгений Иваников:

Просто идет. Вы идете на работу, и вдруг что-то хрустнуло в стопе. Ну хрустнуло и хрустнуло, может, наступил на что-то, а боль постепенно нарастает, увеличивается отек. Наконец кто-то умный говорит: «Давай сделаем рентген», — и видим там перелом. «Но я же не падал и не ударялся!» Это и есть маршевый перелом.

Евгений Греков:

Это относится к проявлениям остеопороза?

Евгений Иваников:

Безусловно. Но у спортсменов это выявляется чаще. Если обычный человек такую штуку получил — это редкость, за свою практику я встречал маршевые переломы у людей не в процессе занятий спортом очень редко.

Евгений Греков:

Что делать? Профилактика — это уже наше упущение, врачей в поликлинике или тех врачей, которые занимаются в спортивной команде или в спортзале. Нужно вовремя делать денситометрию — определение плотности костной ткани.

Евгений Иваников:

Подбор обуви, подбор индивидуальных стелек или ортопедических изделий для определенного вида спорта.

Евгений Греков:

А если уже сломал?

Евгений Иваников:

Если уже сломал, нужно дать ему покой. 3-4 недели, и спокойно срастается.

Евгений Греков:

Ходить нельзя?

Евгений Иваников:

Можно ходить, можно наступать, но чаще всего травматолог что делает, когда видит перелом:? Засовывает в гипс.

Евгений Греков:

Я бы тоже так сделал.

Евгений Иваников:

И лучше по шею, чтобы вообще не шевелился. С маршевым переломом это необязательно делать, потому что перелом произошел безударно, без нагрузки, без деформации ткани, и мы можем просто ограничивать движение банальной повязкой. Есть специальная обувь Барука, там перераспределяется нагрузка на другую область стопы, в частности на пяточную. Походить в этой обуви пару недель достаточно, не нужен гипс, можно даже вообще без повязки обойтись. Но нужен покой, исключить нагрузки сразу.

Евгений Греков:

Витамин D сразу вколоть.

Евгений Иваников:

Почему нет.

Евгений Греков:

Быстрее будет усваиваться кальций и будет быстрее заживать. Дальше самая нелюбимая, самая известная проблема, которая есть, если уж от плюсневых костей перемещаться, это пяточная шпора. Она растет из-за нарушений метаболизма и неправильного хождения. У большинства пациентов с повышенной массой тела пяточная шпора — это не что-то редкое, это обыденность. То есть пациенты с ожирением, с метаболическим синдромом всегда имеют пяточную шпору в тех или иных проявлениях. Что делают наши коллеги? У нас была медсестра в оперблоке, она была полна, хороша собой, но при этом у нее была пяточная шпора, и она не могла стоять на операции. Что сделали наши коллеги: на аппарате ДЛТ убили нерв в пятке. Несколько сеансов делается, но проблему метаболизма не решили, она такая же полная. Я ей сказал: «Жди второй пяточной шпоры на другой ноге».

Евгений Иваников:

Обязательно. С чего все начинается: мы видим подошвенную фасцию и плантарный фасциит.

Евгений Греков:

Если мы говорим про то, что пяточная шпора развивается, какие должны быть предрасполагающие факторы у спортсмена?

Евгений Иваников:

У спортсмена это нагрузка, когда подошвенная фасция испытывает запредельные нагрузки, начинает потихонечку растягиваться, то есть появляются микронадрывы в области прикрепления. Там, где плантарный фасциит, начинаются микронадрывы. Это еще не пяточная шпора, плантарный фасциит — это болевой синдром, это то, что начинает беспокоить во время движения, во время ходьбы. Через какое-то время он начинает испытывать стартовые боли, когда он встает и ему нужно расходиться, потому что до этого он никак не может идти, каждый шаг сопровождается болью.

Евгений Греков:

То есть когда человек пытается сделать шаг, как только напрягается эта фасция…

Евгений Иваников:

Возникает боль. Теперь мы вернемся к рентгенограмме. Пяточная шпора начинает расти в качестве компенсации, чтобы уменьшить эту нагрузку, то есть начинается кальцинирование, чтобы снять натяжение с апоневрозом. Это результат борьбы организма с пяточной шпорой.

Евгений Греков:

То есть мы должны расслабить апоневроз. А зачем мы тогда долбим по нерву аппаратами ДЛТ и обещаем, что будет стопроцентный результат?

Евгений Иваников:

Это называется симптоматическая терапия, она помогает. Аппарат ударно-волновой терапии с помощью звуковой волны, возникает локальное воспаление, снимается это воспаление, так же, как инъекции глюкокортикостероидов в эту зону, но причину они не убирают. Причину мы должны убрать либо ортопедическим изделием, либо убрав вес, но сразу не получится.

Евгений Греков:

Это если только человеку отрезать жир, и то получится некрасиво. Снять нагрузку можно в течение 6 месяцев, не меньше.

Евгений Иваников:

Ортопедические стельки.

Евгений Греков:

А что она даст, сожмет эту фасцию?

Евгений Иваников:

Нет, правильно подобранная ортопедическая индивидуальная стелька поднимем продольный свод стопы и расслабит апоневроз, то есть даст правильную биомеханику при движении.

Евгений Греков:

То есть нужно поменять с наросшим весом биомеханику стопы, и тогда мы получим долгожданный результат. Но это же тоже не лечение, это облегчение страданий.

Евгений Иваников:

Без убийства нерва, но, по крайней мере, мы не даем апоневрозу надрываться дальше.

Евгений Греков:

Сама шпора медленнее начинает расти?

Евгений Иваников:

Шпора вообще перестает расти.

Евгений Греков:

Как только снижается нагрузка на этот апоневроз, тогда сама шпора перестает расти.

Евгений Иваников:

Но не мгновенно это происходит, 2-3-4 месяца иногда проходит. Зато результат хороший.

Евгений Греков:

Человек за это время может похудеть, метаболизм наладить. И дальше что? Когда похудел, мы с этой ортопедической стельки уходим?

Евгений Иваников:

Нет, мы ее оставляем, но меняем конфигурацию.

Евгений Греков:

Вы делаете стельки сами?

Евгений Иваников:

Да.

Евгений Греков:

Если Вас попросить сделать стельку человеку с пяточной шпорой, то Вы будете основываться на рентгенологических снимках?

Евгений Иваников:

Нет, зачем? Достаточно просто сделать обычную плантоскопию. Есть плантография, когда мы делаем снимок отпечатка стопы, встаем на сканер, там проходит лампа, и мы на компьютере видим плоское изображение стопы. Мы можем сделать плантоскопию, когда мы стоим на прозрачном стекле, осветительный прибор под ним, зеркало и мы видим плантоскопию, мы видим движение и работу стопы в динамике. Такой аппарат есть у нас в клинике.

Евгений Греков:

Есть ли такие аппараты в поликлинике?

Евгений Иваников:

В некоторых есть, но у меня нет статистических данных, где они есть, где их нет.

Евгений Греков:

Кому нужно сделать плантоскопию? Как пациент может понять, чтобы он пришел к доктору и попросил: «Сделайте мне плантоскопию»?

Евгений Иваников:

Я бы делал ее вообще всем, пришедшим на прием, начиная с детей.

Евгений Греков:

Мы можем на плантоскопии увидеть ширину подошвы?

Евгений Иваников:

Мы можем увидеть, особенно если мы видим этого человека в динамике, периодически, раз в полгода или ребенка раз в 3 месяца, мы можем видеть динамику развития, как формируется свод стопы, правильно или неправильно он работает, насколько сильно заваливаться — на вальгус или на варус (внутрь или наружу стопы смотрят). Мы можем видеть поперечный свод, как опускается или, наоборот, поднимается этот поперечный свод.

Евгений Греков:

Если у доктора нет плантоскопии, чем он должен руководствоваться?

Евгений Иваников:

Можно банально поставить человека на листок бумаги, с помощью краски…

Евгений Греков:

И посмотреть свод стопы. 15 лет назад нас в институте учили, что при пяточной шпоре нужно в том месте, где она есть, в стельке, в пяточной части сделать дырочку, чтобы шпора не давила на ткани. И таким образом кожа будет попадать в это пространство, и будут облегчаться боли у пациента. Всего лишь 15 лет назад этот бред существовал, в Ярославской медицинской академии нас учили этому, про стельки мы вообще ничего не знали. Нас учили вырезать пятку ножницами, чтобы опускалась кожа и не давила на эту поверхность. Стелька дорого стоит?

Евгений Иваников:

Индивидуальные стельки стоят в районе 6-7 тысяч рублей.

Евгений Греков:

Проблему стопы разобрали, остается голеностоп.

Евгений Иваников:

Фотография неправильной работы стопы.

Евгений Греков:

Я вижу ногу, вижу коленку, вижу тазобедренный сустав, а при чем тут это все?

Евгений Иваников:

Если стопа стоит неправильно, страдают абсолютно все сегменты, включая шейный отдел позвоночника, потому что мы все прямоходящие, и если у нас заваливается одна нога, следующим идет коленный сустав, потом тазобедренный сустав, в качестве компенсации у нас перекашивается слегка таз, затем поясничный отдел. Мы же прямо ходим, значит мы все равно голову пытаемся ставить прямо, а попа у нас немножко криво, и получается своеобразная деформация.

Евгений Греков:

То есть из-за проблем в стопе возникают проблемы в тазу, потому что повышается напряжение на кости таза и еще в шее. Есть остеопаты, которые правят органы и кости дистанционно. Я даже не буду это комментировать, я это называю 101 честным способом развода населения. Если проблема у человека со стопой, то такой специалист, как остеопат никогда клиента не потеряет, клиент будет к нему всю жизнь приходить, заносить пожизненно и никогда не исправит свою проблему со спиной. У спортсменов часто эта проблема?

Евгений Иваников:

Очень.

Евгений Греков:

Проблема со стопой, проблема шеи, все три отдела позвоночника.

Евгений Иваников:

И тазобедренные, и коленные суставы.

Евгений Греков:

Я знаю двух остеопатов, которые по первому образованию все-таки врачи. Я им верю. Всех остальным я обычно лесом посылаю, потому что когда они говорят, что мы вам сейчас поправим таз, сейчас я тебе вправлю крестец — здесь у меня начинаются большие сомнения. Чтобы его вправить, я не знаю, что нужно сделать, потому что таз формируется в течение роста ребенка. Это же могут быть проблемы больше со стопой.

Евгений Иваников:

В 90% случаев проблемы решаются правильным подбором ортопедической индивидуальной стельки.

Евгений Греков:

Раньше ноги ломали, потом их гипсовали и пытались выровнять.

Евгений Иваников:

Есть необратимые деформации, которые нужно делать с помощью остеотомии.

Евгений Греков:

То есть не всегда надо ломать ноги, можно и стелькой все поправить.

Евгений Иваников:

Достаточно поставить его на подоскоп и посмотреть.

Евгений Греков:

Хотя бы 10% остеопатов — я не говорю про невропатологов — все-таки эту проблему знают. Проблема в том, что у нас люди лечатся не от того. Если мы возьмем 10 пациентов, сколько будет пациентов с проблемами со стопой, а потом уже со вторичными осложнениями?

Евгений Иваников:

Я думаю, 8 или 9.

Евгений Греков:

Получается, 8-9 человек из 10, находясь на хронической терапии на вправлении органов, таза, костей, шей у остеопатов, у мануальщиков, у массажистов, просто имеют проблемы со стопой? Это же не честно. Опять 101 способ отъема денег, и здесь они преуспели. Ничего личного, коллеги, но надо быть порядочными. Мы говорили про стопу и про проблему голеностопа. У спортсменов, конькобежцев голеностоп очень сильно фиксируется.

Евгений Иваников:

Не только у конькобежцев. Те же самые хоккеисты, жесткие ботинки, где голеностоп не работает.

Евгений Греков:

Гипотрофия мышц возникает? Нарушение микроциркуляции? Что такое «не работает»? Я могу с утра ногу вытянуть и вот так ее поставить?

Евгений Иваников:

Нет, в процессе движения или соревнования. Как горнолыжный ботинок — там жестко фиксированы голеностопные суставы, просто не участвуют в процессе в данный момент.

Евгений Греков:

Он ослабевает от этого?

Евгений Иваников:

Естественно.

Евгений Греков:

Хронические постуральные изоляции, то есть движение сустава вызывает изменения в связочном аппарате.

Евгений Иваников:

Неработающий орган атрофируется.

Евгений Греков:

То есть кататься на коньках вредно?

Евгений Иваников:

Почему? Вы же не круглые сутки катаетесь на коньках.

Евгений Греков:

Если взять профессионального спортсмена, две тренировки в день.

Евгений Иваников:

Две — это много.

Евгений Греков:

Около 6 часов на льду.

Евгений Иваников:

Профессиональный спорт калечит.

Евгений Греков:

Они до 30 лет уже инвалиды.

Евгений Иваников:

У профессиональных хоккеистов всегда с собой целая сумочка с какими-то притирками.

Евгений Греков:

У них с собой целый доктор, и он должен быть экспертом. Если доктор не эксперт, его увольняют. Сколько времени нужно, для того чтобы все осознать про стопу? Я могу поговорить про гормоны, я могу поговорить про метаболизм, но то, что выросло, то выросло — я не могу говорить про стопу, нас этому не учили. Вы специалист.

Евгений Иваников:

У меня не было ординатуры, у меня была интернатура, и начиная с третьего курса я занимался в кружке подологии и ортопедии. Начиная уже с 4 курса это была уже работа в отделении. Я после института приходил в отделение, вел больных, оперировал.

Евгений Греков:

Вы же еще были ортопедом-травматологом.

Евгений Иваников:

Я в 1988 году закончил Второй медицинский институт.

Евгений Греков:

Когда в Вашу жизнь вошла стелька?

Евгений Иваников:

Стелька вошла не так давно, около 5 лет назад.

Евгений Греков:

Ко мне приходят люди, мне их жалко, я говорю: «Я не знаю, к кому вас отправить». Столько много аферистов, куда ни плюнь — сначала обманут, оберут, ладно помогут, а если не помогут? И здесь начинается сожаление, зачем я отправил к нему. Неприятно.

Евгений Иваников:

Раньше возможностей таких не было, было всего 2 места, куда их можно было отправить, а сейчас очень много.

Евгений Греков:

Как понять, что это Ваш пациент, или как понять, что это не Ваш пациент? Хронические боли в спине — сразу к ортопеду-травматологу?

Евгений Иваников:

Нет, зачем? Можно же поставить его банально на подоскоп и посмотреть, там есть что-то или нет. Есть ли там плоскостопие, есть ли там деформация.

Евгений Греков:

У меня сейчас психика разрушилась: откуда у меня, уролога-эндокринолога, врача спортивной медицины подоскоп? Надо его самому лично себе купить? В том-то вся и проблема. А в поликлинике на листе бумаги.

Евгений Иваников:

Для начала можно просто поставить человека спиной к себе, заставить его снять обувь, приподнять брюки и посмотреть на конфигурацию лодыжек. Вы увидите конфигурацию лодыжек или ось нижней конечности, наклонена она внутрь, наружу.

Евгений Греков:

Либо косолапие, либо наружу.

Евгений Иваников:

Он стоит на плоской поверхности босиком, пусть даже в носках, и сунуть ему сюда пальчики — пройдет, не пройдет или вообще вся стопа лежит у него целиком. Можно посмотреть просто на его ноги.

Евгений Греков:

Если вся нога лежит, нет зазора, нет свода, и палец не проходит...

Евгений Иваников:

Не просто палец не проходит, мы смотрим со стороны. Стопа стоит, и она еще наклонена внутрь, это называется вальгусная ось или вальгусная деформация.

Евгений Греков:

Проблемы с позвоночником будут?

Евгений Иваников:

Обязательно. На 99% будут проблемы с позвоночником. Будет легкий перекос таза, он может жаловаться на периодические боли в пояснице или грудном отделе, возможно в шейном отделе, головные боли из-за этого.

Евгений Греков:

Человек не у того специалиста лечился?

Евгений Иваников:

Можно так сказать.

Евгений Греков:

Люди ходят к невропатологам, к остеопатам, вертеброневрологам, к целителям, а можно поправить стопу, сделать стельку либо что-то изменить в конфигурации сустава, разобраться в проблеме с ногами и можно таз поправить. Но у нас же страна небитых экспертов, и как только придешь к массажисту, остеопату, там такого наслушаешься, что думаешь про замену всего таза. Мне говорят, что у меня кривой таз. Я пришел, посмотрел — он нормальный. Оказывается, это проблема с суставами.

Евгений Иваников:

Одна из проблем. В двух словах: у меня есть приятель, у которого есть и стельки специальные, подпяточник, у него посттравматическая деформация. И все равно есть проблемы со спиной, потому что уже вылезли грыжи. Уже поздно.

Евгений Греков:

Надо идти сразу. Проблема со спиной — иди к ортопеду-травматологу, покажи свою стопу. Вы были сейчас на очередной программе «Спортивная жизнь с доктором Грековым», в моей студии был Иваников Евгений Юрьевич — врач травматолог-ортопед, подолог, который может исправить проблему. Всего хорошего.