Роль речи в формировании произвольного поведения

РОЛЬ РЕЧИ В ФОРМИРОВАНИИ ПРОИЗВОЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ

Речь, произвольное поведение, онтогенез, регулирующая функция речи, внутренняя, внешняя

речь.

Проблема формирования произвольного поведения - одна из ключевых проблем психологии и физиологии. Одним из ключевых моментов в осуществлении произвольного акта является его «оречевление». Научная проблема исследования заключается в том, что не в полной мере изучен психофизиологический механизм произвольного поведения. Решение данной проблемы позволит выявить эффективные формы воспитания и обучения саморегуляции поведения детей дошкольного и школьного возраста.

Цель исследования: теоретический анализ проблемы взаимосвязи речи и формирования произвольного поведения в онтогенезе. Данный аспект является частью научного поиска решения проблемы формирования произвольного поведения у учащихся с нарушенным интеллектом.

Научная новизна заключается в систематизации материала по формированию произвольного поведения в онтогенезе; во вскрытии психофизиологических механизмов влияния речи на формирование произвольного поведения.

Для понимания механизма формирования произвольного поведения у детей, необходимо опираться на концепции физиологического развития (И.М. Сеченов, И.П. Павлов,

Н.А. Бернштейн, П.К. Анохин и др.) и концепции психического развития ВПФ (Л.С. Выготского П.Я. Гальперина, А.Н. Леонтьева, А.Р Лурия и др.).

И.С. Беритов писал, что произвольное движение человека характеризуется наличием сознательных целей, которые намечаются для удовлетворения личных и социальных потребностей путем словесного планирования деятельности. Отсюда характерной особенностью произвольных актов является не только их сознательный характер, но и связь со второй сигнальной системой (по И.П. Павлову), т. е. с мышлением и речью.

Вскрыть механизм влияния слова на двигательное поведение удалось И.П. Павлову. Он впервые сформулировал исходные положения о двух сигнальных системах. И.П. Павлов указывал на то, что вторая сигнальная система подчиняется в своем функционировании общим законам высшей нервной деятельности, однако вносит в последнюю «чрезвычайную прибавку» в виде отвлечения и обобщения первых сигналов действительности.

И.П. Павлов считал, что «непроизвольное можно сделать произвольным, но достигается

^ ~ 4

это теперь при помощи второй сигнальной системы»4.

Человек по принципу условного рефлекса вырабатывает способность по словесному сигналу воспроизвести определенное двигательное представление и, опираясь на него, - определенный двигательный акт. Л.А. Орбели замечает в связи с этим, что обезьяна может имитировать действия человека, но объяснить ей, что следует сделать то или иное движение, невозможно.

Большая заслуга в изучении словесного управления произвольными движениями принадлежит Л.С. Выготскому. Согласно его представлениям, первоначальная роль речи в управлении произвольными движениями сводится к тому, что ребенок научается подчинять свои действия словесным требованиям взрослых. В дальнейшем уже собственная речь ребенка

Павловские среды. Протоколы и стенограммы физиологических бесед. В 3 т. Т. 1. - М.; Л., 1949. - С.

служит организатором его поведения. При этом речь претерпевает своего рода эволюцию: вначале ребенок организует свою деятельность с помощью громкой речи, затем она постепенно свертывается, превращаясь во внутреннюю речь [Лурия 1957], или исчезает совсем (Е.Н. Соколов).

Развитие речевой регуляции моторных функций составляет центральную проблему физиологии и психологии произвольных движений человека. «Лишь благодаря слову произвольные действия могут приобрести тот собственно преднамеренный и сознательный характер, который качественно отличает их от так называемых произвольных движений животных» [А.В. Запорожец 2000].

Управление моторикой, осуществляемое на ранних ступенях онтогенеза исключительно путем непосредственной сигнализации, в ходе дальнейшего развития начинает производиться при непрерывно возрастающем участии словесной системы, выступающей как в виде словесных указаний и требований окружающих людей, так и в виде намерений самого ребенка, сформулированных с помощью внешней или внутренней речи.

Значение речи в превращении двигательных функций из непроизвольных, неосознаваемых в произвольные, сознательно регулируемые издавна отмечалось в научной литературе. Так, отечественный анатом и педагог П.Ф. Лесгафт указывал на роль слова в формировании у ребенка умения сознательно управлять своими движениями.

Согласно культурно-исторической концепции Л.С. Выготского, главным средством овладения своим поведением является речь. Овладение речью и повышение ее роли в регуляции поведения составляют существо развития произвольности поведения человека. Овладение речью не может рассматриваться как частный момент в развитии произвольности; здесь происходят кардинальные изменения в отношении ребенка к внешнему миру и к себе, влекущие качественную перестройку всей психической жизни. Как отмечал Выготский, благодаря речи ребенок вступает в отношения с ситуацией не непосредственно, но через посредство речевых знаков, которые становятся орудиями овладения собой. Это позволяет обрести относительную свободу от ситуации и преобразовать импульсивные движения в планируемое, организованное поведение [Выготский 1983. Т. 6 : 24].

Но овладение речью в онтогенезе происходит не сразу и не дается ребенку в готовой форме. Оно вырастает из последовательных изменений психологических структур и проходит ряд этапов. При этом речь как явление многомерное развивается одновременно по нескольким линиям. В контексте интересующей нас проблемы можно выделить две основные линии развития речи и, соответственно, две ее функции - коммуникативную и регулятивную.

Речь возникает и первоначально развивается в онтогенезе как средство общения со взрослым. Параллельно с развитием коммуникативной, активной речи происходит процесс становления ее регулятивной функции. Л.С. Выготский представлял этот процесс следующим образом.

Источником речи для себя (т. е. регулирующей речи) является социальная речь ребенка, адресованная взрослому. На первых этапах ребенок воспринимает адресованные ему указания взрослого и подчиняет им свое поведение. Затем, обращаясь ко взрослым за помощью, он управляет их поведением. На третьем этапе ребенок организует собственное поведение по социальному типу, применяя к себе тот способ поведения, который он раньше применял к другому. Таким образом, речь из категории интерпсихической становится интрапсихичес-кой.

Основываясь на этих представлениях Выготского, А.Р. Лурия выдвинул положение о том, что анализ развития произвольного действия у ребенка следует начинать с исследования способности выполнять речевую инструкцию взрослого. При выполнении речевой инструкции действия ребенка коренным образом отличаются от непроизвольных движений: в его основе лежат неврожденные потребности, и в то же время оно не возникает как ответ на непосредственно воспринимаемую ситуацию. Действие по инструкции является опосредован-

ным речевым знаком как средством овладения своим поведением, что открывает возможность дельнейшего развития саморегуляции. «То, что сегодня ребенок выполняет как результат словесной инструкции взрослого, он сможет завтра выполнить в ответ на приказ, сформулированный в плане собственно внутренней речи. Поэтому выполнение словесной инструкции может рассматриваться как простейшая модель произвольного действия, несущая в себе все его основные черты и вместе с тем, ввиду относительной простоты, удобная для исследования» (А.Р. Лурия, А.Г. Полякова).

Процесс постепенного формирования возможности подчиняться речевой инструкции взрослого у ребенка первых трех лет жизни стал предметом специальных исследований. В результате этих исследований накоплено большое количество наблюдений, которые позволяют проследить различные этапы этого пути (Л.А. Орбели, Бронштейн, Дж. Брунер, А.С. Полякова, В.А. Розанова, Е.В. Субботский, Е.О. Смирнова и др.).

Однако в представлениях о связи произвольных реакций с речевыми сигналами имеется еще много неясного. Некоторые ученые, вслед за И.П. Павловым, полагают, что применяя речевой сигнал вместо первосигнального условного, можно произвольно вызвать непроизвольные реакции (А.Г. Иванов-Смоленский, В.С. Мерлин, [Трауготт, Баллонов, Личко 1957]). В соответствии с этой точкой зрения П.В. Симонов считает, что произвольной является реакция, которая может быть осуществлена или задержана по словесному сигналу (своему или чужому), обозначающему эту реакцию или ее прекращение.

В то же время М.Н. Валуева считает такое условие отнесения реакций к разряду произвольных недостаточным. По ее мнению, истинная произвольность возникает при известном отчуждении следов ранее испытанного воздействия от ситуации, в которой это воздействие имело место. Способность использования нервных следов вне той ситуации, где они сформировались, комбинирование следов в новые, ранее не встречавшиеся комбинации делают поведение человека произвольным [Валуева 1967].

Создание человеком новых комбинаций произвольных действий происходит при участии внутренней речи, она выступает в роли инструмента мышления, а не в качестве заменителя внешнего условного раздражителя. В связи с этим произвольные действия нельзя отождествлять с классическими условными рефлексами (хотя условно-рефлекторынй механизм может в них и использоваться), и прежде всего потому, что произвольные действия - это действия мотивированные, а значит, сознательные.

Участие второй сигнальной системы в произвольных реакциях еще не дает повода определить произвольность как только речевое управление поведением. Это обусловлено тем, что в онтогенезе речь появляется позже произвольных действий и для произвольности реакций необходимо наличие других признаков, в частности представлений (образа) как регулятора действия.

Таким образом, теоретический анализ проблемы позволил выявить основные концептуальные положения, механизмы взаимодействия речи и произвольного поведения, а также установить противоречия в имеющихся фактах. Необходимо подчеркнуть важность проблемы исследования произвольного поведения и ее связи с речью как фактором формирования личности.

На основании вышесказанного можно сделать следующие выводы.

1. Формирование произвольного поведения подчиняется законам высшей нервной деятельности человека и связано с двигательной системой.

2. Формирование произвольного поведения тесным образом связано с формированием речевой деятельности индивида и подчинено законам развития речи и ее функций.

3. Процесс развития навыка саморегулирования собственным поведением проходит длительный период и требует специально организованной системы обучения.

Библиографический список:

1. Валуева, М.Н. Произвольная регуляция вегетативных функций организма / М.Н. Валуева. - М., 1967.

2. Выготский, Л.С. Собр. соч. Т. З, 5, 6 / Л.С. Выготский. - М., 198З.

3. Запорожец, А.В. Психология действия. Избранные психологические труды / А.В. Запорожец. -М.; Воронеж, 2000.

4. Лурия, А.Р. О генезисе произвольных движений / А.Р. Лурия // Вопросы психологии. - 1957. -№ 6.

5. Симонов, П.В. О филогенетических предпосылках воли / П.В. Симонов // Вопросы психологии. -1971. - № 4.

6. Смирнова, Е.О. Развитие воли и произвольности в раннем онтогенезе / Е.О. Смирнова // Вопросы психологии. - 1990. - № З.

7. Трауготт, Н.Н. Очерки физиологии высшей нервной деятельности / Н.Н. Трауготт, Л.Я. Баллонов, А.Е. Личко. - М., 1957.