Народовластие в системе конституционного строя России: конституционно-политическое измерение

КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО

В.Т. Кабышев

НАРОДОВЛАСТИЕ В СИСТЕМЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СТРОЯ РОССИИ: КОНСТИТУЦИОННО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ ИЗМЕРЕНИЕ*

В статье анализируются место и роль народовластия в системе конституционного строя России; раскрываются формы взаимовлияния политики и власти в механизме конституционно-правового регулирования политических отношений.

Ключевые слова: власть, политика, конституционный строй, конституционно-политический процесс, конституционное регулирование.

V.T. Kabyshev

DEMOCRACY IN THE CONSTITUTIONAL ORDER OF RUSSIA: THE CONSTITUTIONAL AND POLITICAL DIMENSION

The article is devoted to the analysis of the place and role of democracy in the constitutional order of Russia, the mutual form of politics and power in the mechanism of the constitutional legal regulation of political relations.

Key words: power, politics, constitutional system, constitutional and political process, constitutional regulation.

Народовластие составляет сердцевину конституционного строя России. Отношения по осуществлению власти народа входят в составную часть (одну из них) предмета отрасли конституционного права. Власть — постоянный спутник человеческого общества. Государственная власть возникает с появлением государства как политической организации господствующего класса. Конституционные идеи ХVШ в., воплотившиеся в конституционный принцип «правление от имени народа», были рождены в ходе острой политической борьбы различных социально-политических сил. Как прежнее, так и современное конституционное право любой страны, самым тесным образом взаимосвязано, взаимообусловлено, прежде всего, политическими отношениями, существующими в государстве. Практически любой институт конституционного права имеет политическое содержание. В одних случаях — наиболее концентрированное, прямо опосредованное, в других — менее обусловленное политическими отношениями. Поэтому не случайно в советский период утверждалось, что наука советского государственного права есть наука общественная, политическая и юридическая. Эти три опре-

© Кабышев Владимир Терентьевич, 2012

Доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, заведующий кафедрой конституционного и международного права (Саратовская государственная юридическая академия).

* Работа выполнена при финансовой поддержке РГНФ, проект № 11-03-00344а «Реализация конституционной политики в сфере модернизации федеративных отношений». 39

деления дают сущностную характеристику, они никоем образом не должны противопоставляться1 .

Следует отметить, что ряд западных конституционалистов понимание конституционного права тесным образом связывают с политическими отношениями. Так, французский профессор Жан-Поль Жаке дает следующее определение: «Конституционное право своим предметом имеет юридическое обрамление политических отношений, основное содержание которых составляет власть»2.

С принятием Конституции РФ 1993 г. и учреждением Конституционного Суда России политический аспект, политика в научных исследованиях как бы «ушли» на второй, третий план, хотя в отдельных исследованиях они остаются на первом плане3. С одной стороны, это было связано с тем, что в Конституции РФ 1993 г. появилась глава «Основы конституционного строя». Это стало предопределять тематику исследований в науке конституционного права. Центральное место в науке конституционного права постсоветского этапа развития заняла проблема конституционализма.

Как известно, понятие «конституционализм» зародилось и институционализировалось в эпоху появления конституций и означало тогда правление, ограниченное конституцией. Концепция конституционализма, обоснованная теоретиками естественного права, была исторически прогрессивной. Ограничения госу-° дарственной власти, установление процедуры осуществления властных функций имело разные формы в конкретных государствах.

0 Российский конституционализм воплощает наиболее сущностные явления

1 конституционного строя и конституционной практики. Конституционализм 1 включает в себя пять элементов: конституционная доктрина (конституционные

.а

| идеи), Конституция, конституционно-политический режим, конституционный

| контроль, конституционная культура и конституционное мировоззрение долж-

,§ ностных лиц и населения.

1 Конституционализм не может существовать, реализовываться вне связи с

I уровнем конституционно-правовой культуры и суверенной государственности.

го

| Парадоксы российского конституционализма наиболее ярко проявляются в

§ нашей действительности. Происходящие в России стремительные перемены, ге-

| нерируемые главным образом бюрократией «демократического» цезаризма и пар-

§ тийного «авангардизма», создают новые угрозы конституционному строю, пре-

° вращают политическую систему в инструмент осуществления власти узко номен-

« клатурной группировкой. Именно власть немногочисленной бюрократически-

| олигархической группы (фактическая власть) существенно влияет на многие

I модернизационные процессы, подвергая их по сути деконституционализации4.

1 В свете вышесказанного зададимся вопросом: какое политическое содержа-

0

° ние вкладывается в категории и соответственно реалии нашей действительности

(Го

¿5 «власть народа» и «конституционный строй»? Можно ли отделить конституцион-

1 ный и политический аспекты в исследуемых явлениях общественно-политической | жизни российского общества?

Как известно, в Конституции РФ термин «политика» упоминается 7 раз в следующих статьях: 7 (ч. 1), 71 (пп. «е», «к»), 80 (ч. 3), 84 (п. «е»), 86 (п. «а»), 114 (пп. «б», «в»). В ст. 13 (ч. 3) встречаем термин «политическое многообразие».

Применительно к конституционному регулированию в зарубежных странах речь идет преимущественно о политических партиях (Италия, Франция, 40 ФРГ, Бразилия). Так, в ст. 20 Конституции Французской Республики 1958 г.

говорится: «Правительство определяет и проводит политику нации» (выделено нами. — В.К.). В ст. 21 Основного Закона ФРГ сказано: «Партии содействуют формированию политической воли народа» (выделено нами. — В.К). В сущности, как в Российской Федерации, так и в зарубежных странах, присутствует политический аспект конституционного закрепления отдельных элементов политической системы.

Модель же конституционного регулирования политических отношений в Российской Федерации с 1993 г. стала такова, что политическая система как категория «ушла» к другим наукам (политологии, теории государства и права). В то же время при анализе основ конституционного строя, институтов гражданского общества, политических прав и свобод граждан никуда политический аспект не ушел. Ибо в центре этих отношений находится власть. Наука конституционного права исследует конституционные формы закрепления публичной власти, а исследование формы немыслимо без учета лежащих в ее основе сущности и содержания предмета. Поэтому, как отмечал, В.О. Тененбаум, теория конституционного права не может рассматриваться только в формально-правовом аспекте, а должна изучаться как наука синтетическая. Синтетический характер теории конституционного права наиболее ярко проявляется при соотношении фиктивных и действительных конституций. Лишь политический подход к изучению конституций позволяет раскрыть сущность данного феномена5.

Всякая деятельность и всякие общественные отношения, урегулированные правом, имеют как в классовом, так и любом обществе, политический аспект. Еще Ф. Лассаль заметил, что «там, где юридические отношения, переходят в область частного права, теряют, по-видимому, всякую связь с политикой, в них оказывается гораздо больше политического, чем в самой политике»6.

Именно конституционное право имеет свою специфическую общественную сферу правового регулирования, сферу непосредственных политических отношений. Ведь отношения по поводу осуществления власти, суверенитета и свободы личности являющиеся предметом отрасли конституционного права, носят политический характер, имеют политическое содержание. Однако наука конституционного права изучает не столько политику как предмет регулирования конституционным правом, сколько само это регулирование, которое состоит в том, что Конституция не только закрепляет установленное соотношение политических сил, но и определенным образом организует его, группирует, фокусирует в соответствии с волей творцов конституции и проецирует во второй ряд, т. е. ряд политико-правовых конституционных отношений. При этом происходит как бы удвоение политических отношений, где собственно политика как содержание отношений воплощается в определенную конституционно-правовую форму и структуру. Эти два ряда отношений, взятые в единстве, составляют предмет теории конституционного права и выражаются в категории «политический строй». Именно политический строй как конституционно-организованная и упорядоченная сфера функционирования публичной власти, сфера собственных политических отношений и выступает системной категорией теории конституционного права7.

Диалектика взаимосвязи конституционного права и политики находит свое отражение и в том, что нормы конституционного права, устанавливая конституционные формы организации публичной власти, содержат в себе как закрепление, так и регулирование общественных отношений, в данном случае — политических отношений.

Понятие «конституционное закрепление» политических отношений имеет особое содержание и особое юридическое значение. Суть его заключается в следующем.

Во-первых, закрепление общественных отношений есть, прежде всего, юридическое оформление, фиксация уже существующих отношений, возникающих и развивающихся независимо от права. Политический строй государства существует независимо от права. Собственность, власть народа, его суверенитет, свободу личности создает не право. Они рождаются в результате развития социальных сил, классовых взаимоотношений, но все это юридически оформляется в конституции. В этом смысле она закрепляет существующие отношения, одобряет их, обеспечивает им юридическую защиту.

Во-вторых, фиксацией общественных отношений, созданных фактически в обществе, придается прочность, устойчивость, ибо конституционное закрепление этих отношений получает тем самым и защиту со стороны государства. Общественные отношения, закрепленные в нормах конституционного права, приобретают и качество нормативно установленных отношений.

В-третьих, конституционное закрепление есть не только юридическое оформление (фиксация) и нормативное установление общественных отношений, но и их регулирование, Понятие «конституционное регулирование» значительно шире, ° чем «закрепление». Последнее есть необходимый момент, часть регулирования. ц Конституционное закрепление как особый нормативно-установительный право-з вой метод создает правовые основы регулирования, причем не только для всего

Е 8

5 конституционного регулирования, но и для других отраслей права8. 1 Эти мысли, высказанные И.Е. Фарбером еще в советский период, не утратили

.а

| своей научной ценности при анализе сущности юридической природы конститу-

| ционного строя, закрепленного в Конституции РФ 1993 г.

,§ В свете вышесказанного (сущности конституционного закрепления), консти-

1 туционный строй, по нашему мнению, следует понимать в двух взаимосвязан-

| ных аспектах: фактическом — это система фактических конституционных от-

го

| ношений; правовом — как система конституционных норм и конституционных

| принципов, закрепляющих и регулирующих отдельные виды общественных от-

| ношений существующего социально-политического строя, выражающего и оли-

§ цетворяющего подлинный конституционализм9.

° Конституционный строй находит свое юридическое закрепление в основах кон-£ ституционного строя — базовых ценностях конституционализма. Однако необхо-| димо иметь в виду следующее: наличие Конституции не означает автоматически, е что в государстве существует конституционный строй, т. е. обеспечено разделе° ние властей, верховенство право, примат прав и свобод человека, действительная,

0

° а не имитационная демократия, плюрализм, местное самоуправление. Эти осно-

(ТО

¿5 вы могут нарушаться, ограничиваться, деволюционироваться при самой демо-

1 кратической юридической Конституции или находиться в зачаточном состоянии. | Конституционная теория и практика различают понятия и явления «конституционная система власти народа» и «конституционная система государственной власти», что нашло свое закрепление в ч. 2 ст. 3 и ст. 11 Конституции РФ, в которой конституционно воедино связаны понятия «народный суверенитет» и «источник власти». Эти понятия и явления находятся в органической связи, их конституционное закрепление есть выражение демократической сущности Рос-

42 сийского государства. В данной конституционной формуле отражена преемствен-

ность мирового конституционного опыта. Лейтмотив многих демократических конституций мира содержит формулу: «суверенитет принадлежит всей нации», «вся власть исходит от народа».

Народовластие как принадлежность всей полноты власти народу составляет сердцевину конституционного строя. К сожалению, в действительности мы наблюдаем иное. Фактически исполнительная власть диктует, пытается определять весь ритм нашей жизни. При этом иногда выдвигаются идеи типа «суверенная демократия». Внешне это выглядело как защита от вмешательства других государств в наши внутренние дела. К счастью, об этом стали забывать. Может и не нужно было бы об этом вспоминать. И дело не только в том, что авторы этой идеи элементарно путали понятия, вводя в политическую практику, по сути, бессмыслицу, путаницу, не понимая, что означают понятия «демократия», «суверенитет». Уместно в связи с этим привести слова С.А. Авакьяна: «Единственное толкование сочетания суверенитета и демократии — это правление народа посредством демократических институтов, иначе говоря, — это управление государственными и общественными делами самим народом, уполномоченными им институтами гражданского общества и органами публичной власти, причем все они действуют под контролем народа»10.

Когда мы употребляем понятия «народовластие» и «суверенитет народа», то следует помнить, что это близкие понятия, но не тождественные.

Народовластие — власть народа, демократия — это верховенство и полновластие народа. Суверенитет народа — это конституционный принцип организации и функционирования власти народа. Народ, выступая сувереном во всех областях жизни, сам определяет, как ему организовать свою власть. Это он и делает при помощи конституции. Свою власть народ, как известно, осуществляет в двух формах демократии: прямой (непосредственной) и представительной. Последняя реализуется, прежде всего, через представительные учреждения и другие выборные органы. Путем прямой демократии представительная форма получает юридические полномочия от народа на осуществление государственной власти, т. е. она конституируется. Эффективное осуществление власти народа возможно только при сочетании прямой и представительной демократии.

В конституционном механизме власти народа различают институты осуществления власти (выборы, референдум) и институты участия во власти (митинги, демонстрации, обсуждения, обращения граждан). Первые носят императивный характер и не нуждаются в санкции государственной власти, другие — консультативный, но независимо от юридической природы различных институтов прямого волеизъявления, их влияние на механизм принятия государственных решений всегда велико, ибо в них находит выражение воля народа. Игнорирование данных институтов есть признак имитационной системы замкнутой лишь на саму себя. Несомненно, что среди институтов прямой демократии конституционно устанавливается более высокая юридическая сила решений, принятых на референдуме и в результате свободных выборов. Мы напомним эти азбучные истины, потому что парламентские (2011 г.) и президентские (2012 г.) выборы в России всколыхнули миллионы граждан в нашей стране, «заставили» власть (законодательную и исполнительную) считаться с волей народа, говорить с оппозицией, предлагать новые законодательные решения. Эта тема заслуживает особого внимания. Нас эти политико-юридические события интересуют с точки зрения взаимовлияния народовластия и политики.

В свете вышесказанного сделаем некоторые выводы.

Как политика влияет на конституционное право? С одной стороны, она определяет стратегию конституционного регулирования общественных отношений. С другой, нормы конституционного права устанавливают рамки, границы дозволенного, определяют конституционность действий всех участников властеотно-шений как органов публичной власти, так и других субъектов конституционно-политического процесса (политических партий, граждан, СМИ), закрепляют формы реализации институтов демократии.

В свою очередь политика, которую проводят органы публичной власти (в ее функциональном аспекте), может оказывать различное влияние на реализацию институтов конституционного строя.

Особенность современного политического развития нашей страны состоит в том, что в последние месяцы произошло ускорение политического развития России. Борьба за честные выборы обнажила многие противоречия в формирующейся политической системе, вертикальной модели власти, превратившейся по существу в авторитарный режим. Такое положение стало следствием смены экономического и политического строя в России, нецивилизованного процесса передела и захвата собственности «группами влияния», близкими к правящей номенклатуре, а также следствием сужения институтов прямого народовластия, ограничением как активного, так и пассивного избирательного права, игнорированием оппозиции11. Когда мы ведем речь об оппозиции, то почему-то при этом забываем ее первооснову, субстанцию. В основе политической оппозиции лежит право человека на инакомыслие. Игнорируя политическую оппозицию (мы имеем в виду конституционную оппозицию), власть тем самым игнорирует, дезавуирует, не признает одну из основ конституционного строя России, закрепленную в ст. 2 Конституции РФ, где сказано, что человек, его права и свободы — высшая ценность. И власть должна быть служанкой общества, но пока она так не считает. В конечном итоге мы сегодня находимся в парадигме «стабильность — развитие», когда, по справедливому замечанию президента фонда развития России Е.М. Гринева, власть в России является стопроцентным субъектом влияния, а общество, граждане и бизнес — только объектами воздействия. Такая власть перерождается из обслуживающей в диктующую12.

Встает извечный вопрос: что делать? Народ должен стать основным субъектом конституционных политических отношений, контролируя в действительности (а не декларативно) все институты власти. России крайне необходим цивилизованный путь развития (а не пресловутая «стабильность»), при которой решающее слово должно принадлежать народу, как суверену и носителю власти.

1 См.: Советское государственное право / под ред. И.Е. Фарбера. Саратов, 1979. С. 10.

2 Жаке Ж.-П. Конституционное право и политические институты: учебное пособие / пер. с фр. М., 2002. С. 30.

3 См., например: Краснов М.А. Персоналистский режим в России: опыт институционального анализа. М., 2006.

4 См.: Эбзеев Б.С. Конституция России и политический плюрализм (методология, теория, ориентиры правоприменения) // Вестник Саратовской государственной академии права. 2008. № 2; Карапетян Л.М. Политические партии в судьбе России. СПб., 2009; Добрынин Н.М. Деконституционализация — ожидаемое или норма жизни? // Государство и право. 2010. № 5.

5 См.: Тененбаум В.О. Категории «политика» и «власть» в науке конституционного права // Проблемы конституционного права: межвузовский научный сборник. Вып. 1 (2). Саратов, 1974. С. 50; см. также: Степанов И.М. Конституция и политика. М., 1984.

6 Цит. по: Плеханов Г.В. Избранные философские произведения. Т. 2. М., 1956. С. 82.

7 См.: Тененбаум В.О. Указ. соч. С. 53-54.

В.Г. Анненкова • Общенациональная государственная идея как основа единства Российской Федерации

8 См. : Фарбер И.Е. Конституционное регулирование в советском обществе // Проблемы конституционного права: межвузовский научный сборник. Вып. 1 (2). С. 7-8.

9 См.: Кабышев В.Т. Становление конституционного строя России //Конституционное развитие России: межвузовский научный сборник. Саратов, 1993. С. 4. Обзор различных научных позиций о понятии конституционного строя России см.: Конюхова И.А. Конституционное право Российской Федерации. Общая часть: курс лекций. М., 2006. С. 528-534.

10 Авакьян С.А. Точка отсчета — народ. Понятия «суверенитет» и «демократия» соединят воедино только подлинное народовластие // Российская газета. 2006. 28 окт.

11 См.: Васильева С.В. Конституционно-правовой статус политической оппозиции. М., 2010.

12 См.: Гринев Е. Россия на пороге системного кризиса. Представительная и исполнительная власти не готовы к созданию реальных механизмов и рычагов для перемен // Независимая газета. 2012. 6 марта.

В.Г. Анненкова

ОБЩЕНАЦИОНАЛЬНАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИДЕЯ КАК ОСНОВА ЕДИНСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Статья посвящена проблеме формирования единой государственной идее как основы единства Российской Федерации. Анализируются различные подходы к формированию национальной идеи.

Ключевые слова: единая государственная идеология, многонациональное государство, объединяющие идеи, единство Российской Федерации, демократия.

V.G. Annenkova

SINGLE STATE IDEA AS A BASIS OF THE UNITY OF THE RUSSIAN FEDERATION

The paper examines the issue of single state idea formation as a basis of the unity of the Russian Federation. On the basis of the analysis of different approaches to the national idea formation the author makes a conclusion that the united and reconciling national state idea can be the one of the united and indivisible Russia.

Key words: single state ideology, multinational state, unifying ideas, unity of the Russian Federation, democracy.

Единым может быть только государство, объединенное единой идеей. Ведь только государство способно объединять разрозненные представления, чувства, эмоции миллионов своих граждан и выражать их общую волю на рациональном уровне посредством правовой политики и практики ее реализации. Существенным фактором в обеспечении единства российского народа выступает единая государственная идеология.

Распад СССР и крах коммунистической идеологии и практики стали для граждан России не только основой для перехода к новым моделям государственности и экономики. Эти события послужили отправной точкой не разрешившегося до сих пор кризиса российской идентичности — политической, национальной и гражданской. Коммунистическая идеология в течение 70 лет выполняла роль надэт-

© Анненкова Виктория Геннадьевна, 2012

Доктор юридических наук, профессор кафедры конституционного и международного права (Поволжский кооперативный институт (филиал) Российского университета кооперации); e-mail: officepkiruc@mail.ru