СОВРЕМЕННАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ РУССКОЯЗЫЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА В ЛИТЕРАТУРНОМ КОНТЕКСТЕ XXI ВЕКА (на примере творчества русскоязычных писателей Республики Татарстан)

УДК 821 ББК 83

СОВРЕМЕННАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ РУССКОЯЗЫЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА В ЛИТЕРАТУРНОМ КОНТЕКСТЕ XXI ВЕКА

Т. М. Колядич

Аннотация. Статья посвящена анализу и сопоставильному анализу современных национальных (татарских) произведений на русском языке в контексте многонационального литературного процесса Российской Федерации. Так, в частности, выявляются изобразительные приемы, проблематика, историзм произведений татарских русскоязычных писателей: Ш. И. Идиатуллина (триллер «Убыр» (2012), роман «Город Брежнев» (2017)) и Гузель Яхиной (роман «Зулейха открывает глаза» (2016), роман «Дети мои» (2018)).

Ключевые слова: литература народов России, Поволжье, современная татарская литература, современная российская литература.

MODERN NATIONAL RUSSIAN-LANGUAGE LITERATURE

IN THE LITERARY CONTEXT OF THE XXI CENTURY

(on the example of the work of Russian-speaking writers of the

Republic of Tatarstan)

T. M. Kolyadich

Abstract. The article deals with the analysis and comparative analysis of modern national (Tatar) works in Russian in the context of the multinational literary process of the Russian Federation. Thus, in particular, visual techniques, problems, and historicism of the works of Tatar Russian-speaking writers are revealed: Sh. I. Idiatullina (thriller "Ubyr" (2012), the novel "The City of Brezhnev" (2017)) and Guzel Yakhina (the novel "Zuleikha opens her eyes" (2016), the novel „My Children" (2018)).

Keywords: literature of the peoples of Russia, Volga region, modern Tatar literature, modern Russian literature.

В первое двадцатилетие XXI в. происходит обновление литературы, писатели начинают осваивать новую проблематику или вносить коррективы в сложившиеся темы; вводить героя времени, использовать более разнообразные изобразительные приемы. Закономерно, что процесс трансформации оказался связанным с молодыми авторами, теми писателями, которые вошли в литературу именно в этот период. Отразив интенции времени, они оказались интересными читателю, их произведения постоянно обсуждались в печати, отмечались высокими рейтингами библиотек.

Активными участниками литературного процесса называют Ш. Ш. Идиатуллина (родился в 1971) и Г. Яхину (родилась в 1977). В настоящее время они являются авторами нескольких романов, отмеченных престижными российскими премиями.

Обратимся к их творчеству.

Шамиль Шаукатович Идиатуллин пришел в литературу из журналистики, с 1988 г. работает в средствах массовой информации: работал в газете «Известия Татарстана» (позднее преобразованной в республиканское деловое издание «Время и Деньги»), с 1994 г. был собственным корреспондентом издательского дома «Коммерсантъ» в Татарстане. В 2001 г. Ш. Идиатуллин стал главным редактором «Коммерсанта» в Казани, с 2003 г. работает в московском офисе ИД «Коммерсантъ». В настоящее время Ш. Идиатуллин является руководителем регионального отдела, он продолжает выступать в печати со статьями и эссе на злободневные темы.

Первое произведение Ш. Идиатуллина (технотриллер «Татарский удар», оригинальное название «Яисая») было опубликовано в 2015 г. и получило противоречивые отзывы, но в целом было доброжелательно принято. К широкому читателю Ш. Идиатуллин пришел после публикации в 2006 г. в журнале «Знамя» повести «Эра Водолея», в 2010 г. вышел второй роман «СССР», который номинировался на премию «Национальный бестселлер» 2010 г., премию

«Большая книга» 2010 г., премии «Интер-пресскон» и «Бронзовая улитка». Произведение вновь получило различные отзывы, от резко отрицательных до вполне благосклонных. В 2011 г. Ш. Идиатуллин удостоился премии Международной ассамблеи фантастики «Портал» в Киеве.

В 2012 г. в издательстве «Азбука» вышел мистический триллер «Убь'| р» под псевдонимом Наиль Измайлов [1], получивший в том же году Международную детскую литературную премию имени Владислава Крапивина, а журнал «Мир фантастики» отметил книгу в номинации «Мистика и хор-рор». Кроме того, Шамиль Идиатуллин стал первым лауреатом премии «Новые горизонты».

В 2013 г. в «Азбуке» вышло продолжение романа - «Убыр. Никто не умрет». Сокращенная версия сиквела была опубликована на сайте конкурса «Книгуру» (как и сокращенный вариант первого романа) под исходным названием «Убырлы». В 2018 г. дилогия в одном томе была переиздана [2] «Азбукой» под настоящим именем автора.

Тем временем Ш. Идиатуллин продолжил публиковать остросюжетные произведения. В 2013 г. «Издательский дом Мещерякова» опубликовал шпионский триллер «Варшавский договор» (впервые книга вышла под названием «За старшего»). Он также сохранил свой псевдоним Наиль Измайлов, опубликовав в 2016 г. в серии «Почти взрослые книги» издательства «Азбука» детскую фантастическую повесть «Это просто игра».

Именно интерес к миру ребенка и подростка обусловил появление романа «Город Брежнев», ставшего лауреатом премии «Большая книга» (третья премия). По результатам читательского голосования роман был также удостоен третьей премии.

Практически каждый роман Ш. Идиа-туллина написан в своем жанре: таковы мистический триллер («Убыр»), утопия («СССР»), фантастический рассказ («Туба-гач»). Произведения часто относятся к фантастическому направлению, поскольку дей-

ствие в них происходит в условном, придуманном писателем мире, имеющим некоторое сходство с действительно существовавшей реальностью.

Хотя жанровые определения могут оказаться неточными, поскольку в одном произведении Ш. Идиатуллин нередко соединяет свойства разных жанровых систем, О. Фокин назвал роман «Убыр» страшной сказкой, поскольку в ней содержатся и элементы «страшной истории» (страшилки»), Подтверждением сказанному является название: в татарской мифологии присутствуют упырь, вампир; мифический персонаж, оборотень, покойник. Само слово убыр восходит к общетюркскому оЬиг от корня ор 'засасывать', 'затягивать'.

Остановимся подробнее на опубликованном в 2017 г. романе «Город Брежнев», в котором автор продолжает рассматривать темы детства и становления сознания, о них ранее шла речь в повестях «Убыр» (2012) и «Убыр. Никто не умрет» (2013). Свои намерения автор определяет следующим образом: «По собственному признанию, долго ждал, когда кто-нибудь напишет книгу о советском детстве на переломном этапе: «про андроповское закручивание гаек, талоны на масло, гопничьи "моталки", ленинский зачет, перефотканные конверты западных пластинок, первую любовь, бритые головы, нунчаки в рукаве...» А потом понял, что ждать можно бесконечно, - и написал книгу сам» [3, с. 5].

Очевидно, что Ш. Идиатуллин пытается возродить «школьную повесть», широко распространенную в 1930-е гг. и пережившую буквально второе рождение в 19601970-е. Отметим произведения, в которых героями являются школьники: «Третий в пятом ряду» А. Алексина, «Каждый мечтает о собаке», «Чучело» В. Железникова, «Талисман» В. Токаревой, «Гонение на рыжих» Ю. Яковлева.

Повествование в романе «Город Брежнев» развивается особенным образом, без традиционных вводных описаний места действия, которые появятся уже в основных частях. Сразу в «Прологе» вводится ин-

трига, Ш. Идиатуллин избирает форму журналистского расследования и постепенно раскрывает обстоятельства поведения героя. Композиция проявляется через выстраивание разных мотивов и переход от одного мотива к другому. Доминантные мотивы преступления и вины являются структурообразующими, мотив наказания определяет особенности характеристики персонажа, который представляется на протяжении всего романа. Ш. Идиатуллин постепенно и последовательно дополняет первоначальную характеристику, которую дают герою не только автор, но и другие действующие лица. Таким образом усиливается сюжетная динамика.

Вместе с тем общее устройство романа традиционное, рамочная композиция поддерживается не только названием, раскрывающимся по мере развития действия и указывающим на место действия. Заглавный комплекс образуется также «Прологом» и «Эпилогом», которые традиционно обрамляют структуру классического романа. При этом авторское описание отведено на второй план, повествователями являются различные герои. В основных главах действие ведется от лица главного героя, мальчика Артура. Поэтому прежде всего описываются его реакции, точки зрения, размышления.

В конце произведения, в «Эпилоге», герой подводит итог своим размышлениям, отмечая, что «убивать нельзя»: «У меня своя Родина - мама, папа, еще кто-то, кто не родился, но кого я уже люблю <...> Мой дом, мой комплекс, пацаны, Танька, мой город Брежнев. Я не знаю, как им служить, зато знаю, что буду их защищать. Как угодно, от кого угодно» [3, с. 698].

Особые отношения среди подростков прописываются автором подробно и обстоятельно, герой должен выбрать: стать таким, как все, или оставаться самим собой. Имя героя - Артур - является нарицательным, так, подчиняясь на некоторое время законам своей среды, он все же стремится стать независимым, хотя и понимает, что за этим может последовать: «Сроду не думал,

чей я. Я свой. То есть немножко мамкин-батьков, немножко сорокшестовский, немножко школьный, но это все детали. К тому же ни в комплексе, ни в школе отдельной конторы нет, а примкнуть к кому-то постороннему я всегда успею...» [3, с. 422]. «Контора» и «комплексы» упоминаются не случайно, подобным образом обозначается особое устройство города, в котором живет герой. Автор не поясняет смысл обозначений, они становятся ясны из контекста, такой прием позволяет поддерживать сюжетное напряжение.

Лексика героя также отличается двойственностью. Он часто вводит в свою речь обороты и выражения, свойственные его окружению: «вообще легкотня» [3, с. 269], «фиг знает западло», «задолбал он меня» [3, с. 254]. В языке фиксируются и отношения: «Интересно, он впрямь надеется, что мы тут сейчас все повскакиваем и радостно застучим друг друга?» [3, с. 29]. Наречие «впрямь», относящееся к просторечной лексике, и глагол «застучим», употребленный в ином значении, фиксируют ситуацию. Различные детали выполняют ту же коннотационную функцию и регистрируют временные отношения, например, «теляга» обозначает «телогрейку» и используется в речи жителей города как наименование определенной одежды и одновременно вожделенной для подростков как статусный признак.

Подобная фактографичность свойственна повествованию Ш. Идиатуллина, выступающего своеобразным хроникером описываемых событий. Вместе с тем автору удается показать непростые отношения времени, вписав в них изображение мира подростка.

В романе проявились следующие особенности: фабульная напряженность, динамически развивающийся сюжет, построение повествования из внутренних монологов и диалогов, ведение рассказа от лица героя. Разнообразные определения жанра произведения свидетельствуют о том, что Ш. Иди-атуллин активно использует элементы разных форм: подростковой повести, производственного романа, любовной саги.

Обратимся к творчеству следующего начинающего автора. Г. Яхина прошла практически тем же путем, что и Ш. Идиатуллин, сначала занималась рекламной деятельностью и писала. Знакомство читателей с творчеством Г. Яхиной началось с рассказов «Винтовка» и «Мотылек». Впоследствии она также публиковалась в журналах «Нева», «Октябрь», «Esquire», «Сибирские огни», «Дружба народов», «Сноб».

В журнале «Сибирские огни» вышли главы дебютного романа «Зулейха открывает глаза». Однако только в «Редакции Елены Шубиной» проявили интерес к роману, так Г. Яхина стала известна широкому читателю. После публикации в виде отдельного издания он был отмечен премиями «Книга года» «Ясная Поляна», «Большая книга» (2015), премией «Читатель» (2017), По данным на апрель 2018 г., первый роман Г. Яхиной был издан на 20 языках мира, поставлен на сцене Башкирского драматического театра и готовится к выходу на большой экран в виде сериала (режиссер Е. Анашкин).

В 2018 г. вышел новый роман «Дети мои», также вначале анонсированный в журнале («Октябрь»). Действие произведения происходит в 1920-1930-е гг. в немецком Поволжье, в центре повествования предстают люди с непростой судьбой, оказавшиеся в силу разных обстоятельств, как отмечает автор, «пришлыми людьми в чужой стране», темой станет кризис самоидентификации личности. Рассказ о конкретных судьбах вводится в конкретный исторический контекст, что позволяет прояснить биографии героев во временных обстоятельствах.

За роман «Дети мои» Г. Яхина была удостоена премии проекта «Сноб» «Сделано в России - 2018» (за роман). Она также стала лауреатом премии «Сирано» в номинации «Лучший писатель» (2016), Les prix du magazine "Transfuge" de la rentrée littéraire, Франция, 2017. В настоящее время она продолжает собирать материал для романов, занимается написанием сценариев, полагая, что сможет создать текст, который станет отличаться от стандартных сериалов.

Как и Ш. Идиатуллин, в романе «Зулей-ха открывает глаза» (2016) Г. Яхина избирает в качестве повествовательной основы семейный сюжет, тем самым отражая интерес читателей к индивидуальной судьбе. Примером подобных произведений могут служить произведения «Степные боги»

(2008) [4] и «Дом на Озерной» (2009) [5] А. Геласимова; «Жили-были старик со старухой» (2006) [6], «Против часовой стрелки»

(2009) [7], «Когда уходит человек» (2011) [8], «Свет в окне» (2014) [9] Е. Катишонок; «Медея и ее дети» (1996) [10], «Казус Кукоцкого» (2001) [11], «Лестница Якова» (2015) [12], «Искренне Ваш Шурик» (2018) [13] Л. Улиц-кой; «Женщины Лазаря» (2011) [14] М. Степновой; «Русская канарейка» [1 5] («Желту-хин», «Голос», «Блудный сын») (2014) Д. Ру-биной и др.

Интерес к историческому прошлому постоянно проявляется в произведениях, написанных на рубеже ХХ-ХХ1 вв., поскольку пришло время подведения итогов и переосмысления, точнее, уточнения ряда сложных периодов истории XX в. В частности, о 1930-х гг. последовательно и обстоятельно пишет Ю. Яковлева [16] (серии «Ленинградские сказки»; «Хранить вечно. Криминальное ретро»; выходят, начиная с 2016 г.). Особое значение имеет избранная автором форма, в первой серии она отдает предпочтение форме рассказа о детях, попавших в водоворот событий времени; выбор жанра ретро-детектива, несомненно, связан с тем, чтобы познакомить с явлениями 1930-х гг. широкую аудиторию.

Сложные и неоднозначные события описаны в романе «Зулейха открывает глаза». Г. Яхина обращается к описанию мира татарской деревни периода коллективизации. Выделим в романе несколько тематических блоков.

В первой части она подробно и обстоятельно описывает жизнь героини в доме мужа, его смерть от руки противника и разгром родного дома. В самом начале повествования автор определяет сюжетную функцию героини: «полжизни скользит туда-сюда, как маятник, целыми днями: от котла

- на мужскую половину с полными и горячими пиалами, с мужской половины - обратно с пустыми и холодными». Лейтмотив образуется ключевым словом «бежит»: «Она быстро подтапливает остывшую с утра печь. Раскладывает на сяке табан для Муртазы, мечет на него еды. Бежит в зимний хлев, подтапливает печь и там. Задает животным, убирает за ними. Ведет жеребенка к Санду-гач на вечернее кормление. Доит Кюбелек, процеживает молоко. Достает с высоких киштэ мужнины подушки, взбивает (Муртаза любит спать высоко). Наконец можно уйти к себе, в запечье» [17, с. 26].

После раскулачивания и гибели мужа героиня отправляется в ссылку, там у нее рождается сын, и она вступает в новые отношения. Таково основное содержание последующих частей («Куда?», «Жить», «Возвращение»). Роман имеет открытый финал, неясно, как сложится судьба героев в дальнейшем, в произведении только содержатся отдельные намеки.

Г. Яхина создает подобие исторического романа, поскольку исторические описания не присутствуют в повествовании сю-жетообразующей линией, хотя основное действие иногда сопровождается вставками справочного свойства. Таков рассказ о пребывании Владимира Ленина в том же пересыльном доме, где оказывается героиня. Пояснительный характер носят рассказы, структурно выделенные в виде отдельных историй справочного свойства о судьбе типичных персонажах времени Денисове и Груни. Огласовка имени первого героя явно коррелирует с именем Давыдова, героя «Поднятой целины» М. Шолохова, отмечаются и некоторые общие моменты биографии. Он также является бывшим питерским моряком (балтийцем), ленинградским рабочим (ударником), двадцатипятитысячником, романтически воспринимающим происходящие события.

Биография Груни отражает судьбу простого человека, чья судьба резко переменилась после революции, он обретает право на самовыражение, которым не сможет воспользоваться. Подобные рассказы, рав-

но как и история профессора Лейбе («Кофе») дополняют рассказ о героине, делают ее судьбу типичной, вписанной в конкретные временные отношения. Докумен-тализируя повествование, автор выделяет рассказы курсивом.

Кроме документальной основы отметим мифологическую составляющую. Наиболее подробно она проявляется в описаниях, прежде всего, в упоминании отдельных обрядов: «Угодить духу - дело непростое. Знать надо, какой дух что любит. Живущая в сенях бичура, к примеру, - неприхотлива. Выставишь ей пару немытых тарелок с остатками каши или супа - она слижет ночью, и довольна. Банная бичура - покапризнее, ей орехи или семечки подавай. Дух хлева любит мучное, дух ворот - толченую яичную скорлупу. А вот дух околицы -сладкое. Так мама учила» [17, с. 25] В несобственно-прямой речи героини, входящей в речь автора, рассказывается о конкретных ритуалах.

Главной хозяйкой в доме, как и положено, является Упыриха, мать мужа. Отсутствие собственного имени носит атрибутивный характер. Хотя Г. Яхина не проясняет до конца этимологию, связанную с ведь-минскими свойствами персонажа, именно такая сущность характера проясняется в ходе повествования. Она появляется в ключевых моментах, не только выказывая свое лидирующее положение в доме, но и оттеняя происходящее с героиней.

Кроме того, свекровь Зулейхи наделяется свойствами злобного духа, которому вынуждена подчиняться героиня. Освобождение от нее следует только в конце романа: «Это моя жизнь, и ты мне больше не указ! Прочь! Прочь!» [17, с. 445]. Градация и риторические конструкции усиливают точку зрения героини. Последний раз Упыриха появляется перед конечным испытанием Зулейхи, синие следы (отличительный признак нечистой силы в восточном фольклоре) обнаруживает героиня возле комендатуры, где проводит ночь с Игнатовым.

Сказочными свойствами наделяются разные персонажи, в образе доброго молод-

ца предстает Игнатов, с которым у Зулейхи завязываются отношения: «Впереди мужчина - посадка легкая, прямая, издалека понятно: не кузнец и не плавильщик - воин. Когда подъезжает поближе, становятся видны широкие зеленые нашивки на серой шинели, на голове - остроконечный суконный шлем с бурой звездой. Красноордынец» [17, с. 71]. Реалистическое описание, основанное на временной детали, дополняется условной характеристикой (в виде перечисления), завершающейся микроопределением: «не кузнец и не плавильщик - воин» [17, с. 71].

Фольклорная условность проявляется и в умениях самой Зулейхи, когда она в первый раз берет оружие в сложной ситуации, то с одного выстрела подстреливает медведя, затем убивает полдюжины волков, спасая своего сына, Она также кормит ребенка своей кровью, мотив встречается в эпосах разных народов и относится к универсалиям.

Обязательная для эпоса этнографическая составляющая проявляется в романе через конкретные зарисовки, описывается дом, состоящий из двух изб, зимний хлев, отхожее место (нужник). «Дом Муртазы просторный, в две избы, соединенные общими сенями» [17, с. 42]. Печь делит дом на две половины: «взрослым женщинам полагается небольшая часть сяке, отделенная от мужской половины плотной чыбылдык» [17, с. 42]. Иноязычная лексика поясняется в конце романа, приводится небольшой словарик.

Поэпизодное устройство произведения, соединение разных историй, отступлений и справок внутри текстового пространства приводит к тому, что последовательное развитие событий нередко нарушается, при этом вставные эпизоды в романе разнообразны, среди них - сны и видения Упы-рихи, сказка о птице Семруг, размышления отдельных героев, описания топосов: «Отскобленные тонким ножом и натертые речным песком до медового сияния полы (Зу-лейха летом всю кожу на пальцах ободрала, начищая); снежно-белые кружева на окнах - накрахмаленные так жестко, что можно порезаться; в простенках - нарядные

красно-зеленые тастымал и овальное зеркало, такое огромное, что если Зулейха вставала перед ним, то отражалась вся, от макушки до пяток» [17, с. 162].

Очевидно, что Г. Яхина отразила поиски современной прозы, склонной к обновлению традиционной повествовательной основы, поэпизодное построение романа привело к использованию кинематографических приемов, соединению крупных планов с портретными зарисовками. Острый и напряженный сюжет основывается на любовной интриге, вписанной во временные реалии, хотя они не являются самоцелью автора. Сама Г. Яхина подчеркивает, что документальная составляющая романа строится на воспоминаниях ее бабушки, то есть личная история лежит в основе повествования.

Понравившиеся читателям произведения получили высокую профессиональную оценку. Авторы затронули темы, актуаль-

ные для широкой аудитории, доминантными оказались тема семьи и взаимоотношений между героями. Напряженный и динамичный сюжет, внимание к бытовой составляющей лежат в основе повествования, которое часто ведется от первого лица, нередко используется несобственно-прямая речь, когда внутренний монолог персонажа входит в авторское описание.

Вместе с тем писатели смогли отразить тенденции создания современных произведений, они выстраивают повествование из отдельных эпизодов, персонажи раскрываются в диалогах, по сравнению с классическими текстами авторское присутствие в текстах минимальное, комментирующие и поясняющие функции передаются героям. В то же время произведения в основном отличаются точностью изображения, используются разнообразные детали (временные, портретные, вещественные).

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

1. Идиатуллин Ш. Убыр. - М.: Азбука, 2018. - 608 с.

2. Измайлов Н. Убыр. Никто не умрет. - М.: Азбука, 2012. - 320 с.

3. Идиатуллин Ш. Город Брежнев. - СПб.: Азбука-Аттикус, 2012. - 698 с.

4. Геласимов А. Степные боги. - М.: Эксмо, 2008. - 380 с.

5. Геласимов А. Дом на озерной. - М.: Эксмо, 2009. - 220 с.

6. Катишонок Е. Жили-были старик со старухой. - М.: Время, 2011. - 480 с.

7. Катишонок Е. Против часовой стрелки. - М.: Время, 2011. - 397 с.

8. Катишонок Е. Когда уходит человек. - М.: Время, 2011. - 496 с.

9. Катишонок Е. Свет в окне. - М.: Время, 2014. - 672 с.

10. Улицкая Л. Медея и ее дети. - М.: Эксмо, 1996. - 288 с.

11. Улицкая Л. Казус Кукоцкого. - М.: Эксмо, 1996. - 510 с.

12. Улицкая Л. Лестница Якова. - М.: Изд-во Елены Шубиной, 2015. - 736 с.

13. Улицкая Л. Искренне Ваш Шурик. - М.: АСТ, 2018. - 477 с.

14. Степанова М. Женщины Лазаря. - М.: АСТ, 2011. - 488 с.

15. Рубина Д. И. Русская канарейка. - М.: Эксмо, 2014. - 640 с.

16. Яковлева Ю. Дети ворона. - М.: Изд. дом «Самокат», 2016. - 160 с.

17. Яхина Г. Зулейха открывает глаза. - М.: Изд-во Елены Шубиной, 2015. - 512 с.

REFERENCES

1. Idiatullin Sh. Ubyr. Moscow: Azbuka, 2018. 608 p.

2. Izmaylov N. Ubyr. Nikto ne umret. Moscow: Azbuka, 2012. 320 p.

3. Idiatullin Sh. Gorod Brezhnev. St. Petersburg: Azbuka-Attikus, 2012. 608 p.

4. Gelasimov A. Stepnye bogi. Moscow: Eksmo, 2008. 380 p.

5. Gelasimov A. Dom na ozernoy. Moscow: Eksmo, 2009. 220 p.

6. Katishonok E. Zhili-byli starik so starukhoy. Moscow: Vremya, 2011. 480 p

7. Katishonok E. Protiv chasovoy strelki. Moscow: Vremya, 2011. 397 p.

8. Katishonok E. Kogda ukhodit chelovek. Moscow: Vremya, 2011. 496 p.

9. Katishonok E. Svet v okne. Moscow: Vremya, 2014. 672 p.

10. Ulitskaya L. Medeya i ee deti. Moscow: Eksmo, 1996. 288 p.

11. Ulitskaya L. Kazus Kukotskogo. Moscow: Eksmo, 1996. 510 p.

12. Ulitskaya L. Lestnitsa Yakova. Moscow: Izd-vo Eleny Shubinoy, 2015. 736 p.

13. Ulitskaya L. Iskrenne Vash Shurik. Moscow: AST, 2018. 477 p.

14. Stepanova M. Zhenshchiny Lazarya. Moscow: AST, 2011. 488 p.

15. Rubina D. I. Russkaya kanareyka. Moscow: Eksmo, 2014. 640 p.

16. Yakovleva Yu. Deti vorona. Moscow: Izd. dom "Samokat", 2016. 160 p.

17. Yakhina G. Zuleykha otkryvaet glaza. Moscow: Izd-vo Eleny Shubinoy, 2015. 512 p.

Колядич Татьяна Михайловна, доктор филологических наук, профессор, профессор Кафедры русской литературы XX-XXI веков Института филологии Московского педагогического государственного университета

e-mail: tm.kolyadich@mpgu.su

Kolyadich Tatiana M., ScD in Philology, Professop, Russian literature of the XX-XXI centuries Department, Moscow Pedagogical State University

e-mail: tm.kolyadich@mpgu.su

Статья поступила в редакцию 20.06.2019 The article was received on 20.06.2019