Мир художественных образов поэта черкесского зарубежья Мухадина Кандура

Вестник Челябинского государственного университета. 2016. № 4 (386). Филологические науки. Вып. 100. С. 9-13.

УДК 821.352.3.0

ББК 83.3.

М. Б. Абдокова

МИР ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ОБРАЗОВ ПОЭТА ЧЕРКЕССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ МУХАДИНА КАНДУРА

Рассматривается мир художественных образов поэта черкесского зарубежья Мухадина Кан-дура. Проведенное нами исследование позволяет сделать следующий вывод: пути развития поэтических образов в адыгской литературе определяют гуманитарное, а стало быть, и духовное состояние разбросанного по миру этноса.

Ключевые слова: мир, художественный, образ, поэт, зарубежье.

Научное освоение литературных памятников адыгского зарубежья в течение двух последних десятилетий стало неотъемлемой частью роста национального самосознания народа, волею истории рассеянного за пределами родных земель. Вопрос художественных образов поэта черкесского зарубежья М. Канду-ра никогда прежде не становился предметом литературоведческого анализа. Учитывая, что подавляющая часть анализируемых нами текстов М. Кандура раньше не рассматривалась, мы сочли необходимым дать анализ их лингвистических и образно-поэтических особенностей. Поэтические переводы на русский язык, анализируемые в статье, выполнены автором исследования, многие - впервые.

Мухадин Иззет Кандур (р. 1940) по праву занимает первенствующее положение среди современных литераторов адыгского зарубежья. Его предки эмигрировали в Турцию из Малой Кабарды в начале XX в. Гуманитарное образование он получил в колледже Ирлхэма и Клермонтском университете (США), имеет степень доктора философии. Читателям Кандур известен прежде всего как автор романов «Афера на небесах», «Разлом», «Революция», «Черкесы. Балканская история», трилогии «Кавказ». Художественная проза, получившая признание в адыгской среде на исторической родине и за рубежом так же, как и научные труды и многочисленные очерки и эссе по вопросам истории и культуры черкесов, аккумулирует в себе исторические события из почти трех столетий жизни этноса. Теперь же остановимся на его поэзии, тем более, что это одна из малоизученных граней его таланта.

Более того, выработанный автором в поэзии язык образов и символов действенен для всего его творчества. X. Т. Тимижев справедли-

во замечает, что Кандур «на манер писателей старшего поколения не увлекается вводными фразами, эпитетами, излишней метафоричностью и искусственными сравнениями. Например, картину заката или сумерек, которую иной писатель описал бы на нескольких страницах, М. Кандур передает одной фразой: «В горах темнеет быстро». Для жителя степи или пустыни фраза, возможно, малозначительна, а для горца она рождает целый мир, значит, автор нашел нужные и понятные слова...» [1].

М. Кандур творит на двух языках: кабардинском и английском. Появление двуязычных писателей в адыгской диаспоре - явление исторически закономерное. Практика художественной жизни подтверждает благотворность влияния билингвизма на процесс расширения лексических свойств и возможностей родного языка.

В качестве образцов стихотворного творчества М. Кандура мы выбираем те, в которых в наибольшей степени проявляются черты его художественного стиля.

Чувственное в стихах никогда не противоречит предметно-фактологическому. Не вся история адыгов, а ее узловые моменты, то есть те ее события, которые наложили неизгладимый отпечаток на судьбу этноса, становятся отправивши для создания специфической историко-эпической лирики, к несомненным образцам которой принадлежит одно из самых известных стихотворений Кандура «Черное море»:

Тенджызыр мэушэ, мэщатэ, мэхъей, ТолъкъункЬ тенджызыр къохъу куэдрэ

къыщилъ... Ар щхъуэуэ щытами, хъуащ ф1ыц1э, нэщхъей, Ф1ыц1абзэщ тенджызыр, хэтк!уащи хеилъ... [2].

Море грозное стонет, пучина смертью грозит... Синее небо тонет, надрывен матери крик...

Художественный образ моря стержневой в творчестве автора, который не мыслит его исключительно как природную среду, часть вещного мира. Здесь сконцентрированы этномен-тальные, исторические и эстетические представления адыгов, связанные с Черным морем.

В сознании многих поколений адыгов море ассоциируется с гибелью тысяч соплеменников во время депортации в Турцию. Каким сильным должно было быть потрясение народного сознания, если и в устно-поэтической традиции это событие вытеснило образы света, счастья, труда, связанные с многовековой жизнью в причерноморских краях. X. X. Кауфов пишет: «Истамбылак1уэ... Этим словом адыги называли процесс переселения части горцев в Турцию. Вдоль всех морских дорог, уходящих от берегов Кавказа, навечно остались лежать на дне моря тысячи и тысячи адыгов. Еще больше погибло их у начала и конца этих дорог...» [3].

... Тенджызым и 1уфэм сэ куэдрэ сы1уст,-Лъэпкъ тхыдэр зэ закъуи хъуащ нэгум щ1эмык1: Ди адэжьхэм я хьэдэр бдзэжьейхэм я 1уст, Ди анэхэр лъэпкъ гуауэм, гуЬэгъуэм хэмыкГг...

[2].

... Я долго сидел у моря и слушал старца

рассказ...

Безмерно народное горе, священен потомков

намаз...

Стихи Кандура - это воплощение самых разных душевных состояний. Для их передачи важным становится музыкально осмысленный ритм. Мы в меньшей степени имеем в виду отдельные ритмические единицы стихотворного текста, которые сами по себе не имеют здесь большого смыслового значения. Музыкальность ритмики Кандура заключена в своеобразной импровизационное™ речевого потока, при этом структурированного в рифмологиче-ски стройное развертывание:

... Ди къуэшхэр, ди шыпхъухэр псы лъащГэм

щожей,

Хъуащ ахэр тенджызым и т1асэ, и бын, Тенджызым к1уэдахэр мычэму егъей, Хуищ1ауэ пшахьуэшДыр куэд щ1ауэ джэбын...

[2].

... Сонмы мужчин и женщин, старцев, невинных

детей

Сгинули в море кипящем, в саване рабских

цепей...

Кандур делает героями стихов простых, часто безымянных, исторически, казалось бы, ничем не примечательных людей. Его ценностные идеалы направлены на духовный контакт с читателями, которые столь же просты, как и его герои.

Тон поэтической речи Кандура можно характеризовать как скорбно-гимнический. Смешение традиций героической надгробной пес-ни-плача, исторической баллады, лирического размышления столь органично и эмоционально действенно, что вопросы о стилистическом эклектизме отпадают сами собой:

.. .Кхъухьыжьыр мыбзэншэ, кхъухьыжьхэм

жа1эж:

«Щытепщэт тенджызым гуЬэгъуэр, гужьейр, Щыхубзхэм я гъыбзэм (ар ф1ыуэ дощ1эж) Къыпф1эщ1ырт ищтауэ тенджызыр, дунейр...»

[2].

... Зов кораблей затонувших слышен со дна

морского:

«Души навечно уснувших блуждают у дома

родного»...

Для поэтики Кандура характерен антропоморфизм, проявляющийся в уподоблении явлений природы мыслительным свойствам человека. Говорящее, зовущее море, как и многие другие одушевленные явления природного мира, - это не просто удачное использование художественного приема олицетворения, но и характерная черта натурфилософской концепции автора.

В заключительном разделе анализируемого стихотворения особенно отчетливо проявляется торжественность образного строя: .. .Тенджызыр мыушэ, мыщатэ, мыжей. Мэщыгъуэ тенджызыр — ар л1ахэм хуосакъ... ГуфТэгъуэ щыщ1ауэ хъуащ си псэр нэщхъей — Тенджызым и лъащЬэм къыщо1ур джэ макъ...

[2].

... А море кипит и стонет, небо одето в траур... Всевышний рукою тронет незримый надгробный мрамор...

X. И. Баков пишет: «В своих произведениях Мухадин Кандур зовет к мудрости, терпимости, он поднимает философские и нравственные проблемы, отражая жизнь предков, их нравы, быт, традиции, осуждая национализм в любом его проявлении...» [4]. Действительно, патриотизм поэта не имеет ничего общего с формальным возвеличиванием своего этноса и пренебрежением к культурно-историческому достоянию других. Напротив, художник даже в обращении к городу предков стремится не отделять его жизнь от огромного мира вокруг:

Налшык къалащхьэ, къалэ дыщэ, Псэр зыгъэгуфЬ, 1ыхьэлей, Сэ пхужыс1энут хъуэхъу куэдыщэ, Ухъуащ уэ щ1асэ, псом я лей... [2].

Мой Нальчик, город золотой, Ты согреваешь душу! Стоит весь мир перед тобой! -Ты песнь мою послушай...

Автор не допускает внутристишных структурных пауз и долгих слогов. Метрическая упорядоченность речи исходит из равномерного членения общего количества слогов на небольшие группы (стопы). Ритмико-артику-ляционная свобода возникает там, где ударные слоги падают на слабые доли метра. Инверсированный ритм свойственен стихам, в которых Кандур стремится художественно интерпретировать метрическую характерность разговорной адыгской речи. Проблематика нашей статьи учитывает опыт ведущих лингвистов, литературоведов, исследователей литератур Северного Кавказа: 3. X Баковой, X. И. Бако-ва, Л. А. Бекизовой, В. А. Бигуаа, А. М. Гутова, Н. С. Надъярных, К. К. Султанова, X. Т. Ти-мижева. Цель исследования заключается в системном изучении, анализе и описании мира художественных образов поэта черкесского зарубежья Мухадина Кандура. В соответствии с поставленной целью в работе намечено решение следующих конкретных задач: 1. Показать общественно-культурную ценность творчества рассматриваемого поэта в национальном искусстве его второй родины. 2. Выявить образно-поэтические, лингвистические достоинства текстов. Примечательны по своему образно-смысловому значению последние строки поэтической здравицы Нальчику. В них сконцентрированы все сюжетные линии повествования, что делает репризу не формальной

структурной частью, уравновешивающей композицию всего произведения, а своеобразной репризой-резюме. А если учесть, что эмоциональный накал достигает здесь предельной высоты, то это еще и реприза-кульминация. Притом, что формообразовательный процесс воспринимается законченным (исчерпанным), возникает ощущение разомкнутости архитектонических границ, как если бы речь автора продолжалась и за пределами поэтического произведения:

... Блэк1ам си гущГэр ирелыгъуэ. Блэк1ар гъэ к1уахэм щ1релъхьэж. Сыхуейщ сэ нобэ къэралыгъуэ, Ар хъунщ лъэпкъ дыгъэ къуэмыхьэж. Налшык къалащхьэ, къалэ махуэ, Къысф1ощ1 бгырысхэм къагъэзэж... [2].

... Пусть прошлое горит в душе, Хочу забыть все злое, Ведь наяву, а не во сне, Я вижу Ошхамахо... Мой Нальчик, город золотой, Сзывай сынов на праздник!..

Научная новизна нашего исследования состоит в самом обращении к неразработанной теме, в ее научной актуальности, в решении вопросов, связанных с выявлением национально-художественных основ литературы, создаваемой на родном языке. Проведенное нами исследование мира художественных образов поэта черкесского зарубежья Мухадина Кандура позволяет сделать следующие выводы: 1) в своем творчестве поэт основывается на традиционной для всех адыгов тематике, образности и стилистике; 2) как творческая индивидуальность он по-своему использует художественные образы, что свидетельствует о том, что традиция не стала для поэтов черкесского зарубежья реликтовым, закостеневшим явлением.

В заключении статьи хотелось бы отметить, что мир художественных образов поэта черкесского зарубежья М. Кандура рассмотрен нами в контексте художественных, филологических, эстетических и общественно-социальных явлений и факторов. Рассматривая литературу черкесского зарубежья как составную часть общемирового литературного процесса, мы исследовали литературно-художественные особенности поэтического творчества Мухадина Кандура.

Список литературы

1. Тимижев, X. Т. Историческая поэтика и стилевые особенности литературы адыгского зарубежья / X. Т. Тимижев. - Нальчик, 2006. - 280 с.

2. Кандур, М. Стихи / М. Кандур // Хафицэ М. М. Звезды бледнеют на чужбине / М. М. Ха-фицэ. - Нальчик, 2006. - 326 с.

3. Кауфов, X. X. Черкесы и арабская литература / X. X. Кауфов. - Нальчик, 1994. - 14 с.

4. Баков, X. И. Национальное своеобразие и творческая индивидуальность в адыгской поэзии / X. И. Баков. - Майкоп, 1994. - 212 с.

5. Бакова, 3. X. Литература черкесского зарубежья / 3. X. Бакова. - Нальчик, 1999. - 40 с.

6. Бекизова, Л. А. Фольклорно-эпические традиции как основа адыгской литературной общности. Культурная диаспора народов Кавказа: генезис, проблемы изучения / Л. А. Бекизова. -Черкесск, 1993. - 66 с.

7. Бигуаа, В. А. Тема мухаджирства в абхазской литературе / В. А. Бигуаа. - Черкесск, 1993. -194 с.

8. Гутов, А. М. Поэтика и типология адыгского нартского эпоса / А. М. Гутов. - М., 1993. -160 с.

9. Надъярных, Н. С. Пространство диаспоры / Н. С. Надъярных. - Армавир, 2007. - 150 с.

10. Султанов, К. К. Поэзия северокавказской эмиграции / К. К. Султанов. - Армавир, 2007. -19 с.

Сведения об авторе

Абдокова Марина Борисовна - доктор филологических наук, профессор кафедры западноевропейской филологии Московского финансово-промышленного университета «Синергия» Карачаево-Черкесского филиала (Черкесск).

abdokova.64@ mail.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University. 2016. No. 4 (386). Philology Sciences. Issue 100. Pp. 9-13.

WORLD OF FICTION IMAGES BY MUKHADIN KANDUR, A CIRCASSIAN ABROAD POET

M. B. Abdokova

Moscow University for Industry and Finance "Synergy", Cherkessk. abdokova.64@mail.ru

The article "World of fiction images by Mukhadin Kandur, a Circassian Abroad poet" considers the correlation of lyrical, confessional, historical and even social and political in verses and poems, and this correlation changes persistently. Whereas the author's prose can be called a documentary and historical one, without its fictional merits being belittled, his poetry's genre and stylistic characteristic are not that well-defined. It would be unfair to reproach the author for ignoring use of metaphors and for being unable to use epithets and similes. The quality of his artistry is defined by the fact, that traces of his belles work are somewhat concealed from the reader, and the author's idea is marked with the help of concentration of expressive means on the idea of figurative laconism and lexical brevity. The author does not have a hard and fast form of poetic narrative framed by a permanent genre system. The plot, comprising a chronicle of real events, is often viewed from perspective of lyrics and meditative and philosophical thought. The subjective world of the author overcomes, as we have already mentioned, the objectness of the world. The content of the lyrical confession is confined in emotional experience of the author and his emotional resonance for feelings and thoughts of his tribesmen, with many of them performing as characters in his works. Thus, a purely personal experience becomes an impulse to comprehend lives of many people. We do not have under consideration a kind of bewitching democratism at the level of expressive means, though it is important for an artist to be not only heard but also understood. It is a matter of the author's realization of the idea of timeless affinity between all, little and big, famous and infamous, personalities and phenomena of Circassian history.

Keywords: world, fiction, image, poet, abroad.

References

1. Timizhev Kh.T. Istoricheskaya poetika i stilevye osobennosti literatury adygskogo zarubezh 'ya [Historical poetry and stylistic peculiarities of literature of Circassian abroad]. Nalchik, 2006. 280 p.

2. Kandur M. Stikhi [Lyrics]. Khafitse M.M. Zvezdy bledneyut na chuzhbine [The stars are growing pale in a strange land]. Nalchik, 2006. 326 p.

3. Kaufov Kh.Kh. Cherkesy i arabskaya literatura [The Circassian and Arabic literature]. Nalchik, 1994. 14 p.

4. Bakov Kh.I. Natsional'noe svoeobrazie i tvorcheskaya individual'nost' v adygskoy poezii [National originality and creative individuality in Circassian poetry], Maikop, 1994. 212 p.

5. Bakova Z.Kh. Literatura cherkesskogo zarubezh'ya [Literature of Circassian abroad]. Nalchik, 1999. 40 p.

6. Bekizova L.A. Fol'klorno-epicheskie traditsii kak osnova adygskoy literaturnoy obshchnosti. Kul'turnaya diaspora narodov Kavkaza: genezis, problemy izucheniya [Folkloric and epic traditions as basis of Circassian literature community. Cultural diaspora of people of the Caucasus: the genesis, problems of study], Cherkessk, 1993. 66 p.

7. Biguaa V.A. Tema mukhadzhirstva v abkhazskoy literature [The theme of muhajirun in Abkhazian literature]. Cherkessk, 1993. 194 p.

8. Gutov A.M. Poetika i tipologiya adygskogo nartskogo eposa [Poetic and typology of Circassian Nart epic]. Moscow, 1993. 160 p.

9. Nadyarnykh N.S. Prostranstvo diaspory [Extent of diaspora]. Armavir, 2007. 150 p.

lO.Sultanov K.K. Poeziya severokavkazskoy emigratsii [Poetry of North-Caucasian emigration]. Armavir, 2007. 19 p.