Сравнительный анализ государственной политики формирования инновационных кластеров в России и Канаде

5. Харламов А.В., Харламова Т.Л. Глобализация и системные изменения в управлении российской экономикой // Проблемы современной экономики. — 2015. — № 2(54). — С. 121-124.

6. В рейтинге инновационного развития регионов сменился лидер [Электронный ресурс] / https://issek.hse.ru/news/185758234. html (дата обращения: 7.09.2016 г.).

7. Слива С.В. Базовый и вспомогательный элементы институционального ядра российской рыночной системы // Проблемы современной экономики. — 2010. — № 4(36). — С. 56-60.

8. Кузнецов И.С. Политика активизации развития экономики региона // Проблемы современной экономики. — 2007. — № 4. — С. 400-403.

9. Харламов А.В., Харламова Т.Л. Особенности государственного управления национальной экономикой в период глобализации // Вестник НГУЭУ. — 2015. — № 1. — С. 10-17.

10. Луговской Р.А. Использование методов стратегического анализа при формировании системы государственного планирования // Научно-технические ведомости Санкт-Петербургского государственного политехнического университета. — 2014. — №3 (197). — С. 28-37.

11. Осеевский М.Э. Модернизация экономики Санкт-Петербурга и реальная региональная инновационная стратегия // Вестник ИНЖЕКОНА. Сер.: экономика. — 2010. — Вып. 6(41). — С. 5-19.

12. Кротов М.И., Мунтиян В.И. Об антикризисной монетарной стратегии экономического развития России // Проблемы современной экономики. — 2015. — №3. — С.17-26.

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОЛИТИКИ фОРМИРОВАНИЯ ИННОВАЦИОННЫХ КЛАСТЕРОВ В РОССИИ И КАНАДЕ

О.П. Рыбакова,

аспирант кафедры региональной и муниципальной экономики, финансов и безопасности Уральского федерального университета им. первого Президента России Б.Н. Ельцина

rybakova@vsmpo-avisma.ru

В статье предлагается сравнительная характеристика и обобщение мирового опыта политики по созданию и развитию инновационных кластеров в России и за рубежом. Сделан анализ степени разработанности и выявлены основные проблемы формирования кластерной политики в России методом сравнительного анализа с основными элементами концепции кластерного развития Канады. Информационной базой исследования послужили статистические базы Рос-стата, Канадского национального статистического агентства, данные Организации экономического сотрудничества и развития, информация с официальных сайтов государственных органов и центров кластерных инициатив, инновационных кластеров и нормативно-правовые документы.

Ключевые слова: кластер, инновационный кластер, кластерная политика, кластеризация, Канада

УДК 332.1 ББК 65.9

Сегодня Россия как никогда ставит амбициозные цели по инновационному развитию. В Концепции долгосрочного социально-экономического развития РФ был заявлен перевод к 2020 году экономики России на инновационный путь развития, в рамках которого доля России на мировых рынках высокотехнологичных товаров и услуг достигнет не менее 5-10% в 5-7 и более секторах, а доля предприятий, осуществляющих технологические инновации, возрастет до 40-50%. Однако, несмотря на все меры по стимуляции инновационного развития имеет место серьезное отставание России в достижении запланированного уровня показателей, что обусловлено рядом проблем. Ключевые проблемы инновационного развития страны отражает глобальный индекс инноваций, рассчитываемый международной бизнес-школой INSEAD The Global Innovation Index (GIS). GIS анализирует инновационные возможности в стране, условия для их воплощения и новые пути усовершенствования государственных политик для стимулирования развития здоровой инновационной среды. При расчете индекса учитываются в общей сложности 79 показателей, наиболее полно охватывающих элементы национальной экономики. За последние годы Россия впервые вошла в число первых 50 стран мира по «инновацион-ности». По данным The Global Innovation Index за 2015 год Россия занимает 48 место. Особенно сильные позиции, начиная с 2013 года, Россия показывает по показателям «человеческий капитал и исследования» и «глобальное использование знаний и технологий», занимая по итогам 2015 года 26 и 33 позиции в рейтинге, соответственно. В то же время наша страна имеет один из самых низких показателей по развитию государственных институтов, в 2013 году — 87 место, по итогам 2015 года — 80 место после Марокко, Уругвая и Намибии. Поэтому приоритетной задачей построения российского инновационного общества является

становление инновационных институтов развития и его адаптация целям долгосрочного инновационного развития на основе обобщения и анализа мирового опыта.

В последнее десятилетие за рубежом все большее развитие получает кластерная концепция экономического развития и повышения конкурентоспособности регионов. Рост количества и качества кластеров во многих странах мира подтверждают жизнеспособность данной модели развития бизнесов и территорий. Кластерный подход даёт ряд преимуществ (институциональные, инновационные, повышение эффективности производственной деятельности), за счёт которых возможно добиться увеличения экономического роста, изменения структуры экономики регионов, привлечения прямых иностранных инвестиций, решения проблемы занятости. В последнее время кластерная тематика стала востребованной и в России. Однако, несмотря на активную деятельность региональных властей по формированию кластерных структур, лишь относительно небольшая часть проектов развития кластеров достигла стадии практической реализации [1]. В то же самое время успешный опыт зарубежных стран по реализации кластерных инициатив и развитию инновационных кластеров подтверждает необходимость обязательного наличия государственных комплексных инструментов поддержки кластеров, как на национальном, так и региональном уровне.

Актуальность данной работы обусловлена необходимостью раскрытия и разрешения противоречий между объективно существующей потребностью в государственных эффективных и комплексных инструментах управления политикой создания и развития инновационных кластеров в России и отсутствием адекватной системы по созданию, реализации и мониторингу кластерных инициатив и инновационных кластеров.

Наиболее полно кластерная теория представлена в работах американского ученого М. Портера. Среди других зарубежных исследователей можно выделить научные труды А. Маршалла, П. Кругмана, Э. Бергмана и др. Вопросам формирования кластеров уделено внимание в исследованиях отечественных ученых Л.С. Маркова, А.И. Татаркина, С.М. Кадочникова, Ю.Г. Лавриковой, М.А. Ягольницера и др.

Проблемы формирования кластерной политики были изучены М. Энрайтом, О. Солвеллом, Г. Линдквистом, К. Кетелсом и др. Вместе с тем, необходимо отметить, что в отечественной литературе данные вопросы остаются недостаточно разработанными: малоизучены вопросы формирования и реализации кластерной политики, не сформирован терминологический аппарат по инновационным кластерам. Так, на сайте «Инновации в России» в разделе «Инновационные территориальные кластеры» используются понятия «инновационный кластер», «инновационный территориальный кластер», «территориальный кластер», отсутствуют четкие критерии перехода территориальных кластеров в категорию инновационных.

Анализ зарубежных источников также демонстрирует разногласия в терминологии (таблица 1).

Таблица 1

Анализ использования понятия «инновационные кластеры» в зарубежных источниках

Источник Год Определение

Харт, «Инновационные кластеры: ключевые аспекты» 2000 «Инновационные кластеры — это группировка фирм, расположенных относительно близко друг к другу и взаимодействующих с другими местными инновационными фирмами».

Официальный журнал Европейского союза 2006 «Инновационные кластеры — группировки независимых предприятий: малых, средних и крупных инновационных стартапов, а также научно-исследовательских организаций, работающих в конкретном секторе и регионе и предназначенных для стимулирования инновационной деятельности путем стимулирования интенсивного взаимодействия, обмена объектов и обмена знаний и опыта и способствуя эффективной передаче технологий, кол-лаборации и распространения информации среди предприятий в кластере».

Марк Муро, Брюс Катц «Новый кластерный подход: как региональные кластеры могут усиливать экономику будущего» 2010 «Региональные инновационные (или промышленные) кластеры — это географическая концентрация взаимосвязанных компаний, поставщиков продукции и услуг, координирующих посредников, а также связанных с ними учреждений, таких как университеты или общественные колледжи в той или иной области (например, информационные технологии в Сиэтле, самолеты в Вичита, и современных материалов в Северо-восточном Огайо)».

Агентство по охране окружающей среды США «Технологические инновационные кластеры — это географические концентрации взаимосвязанных компаний, университетов и других организаций конкретной отрасли...их цель состоит в том, чтобы использовать активы региона, чтобы создать экономические возможности и стимулировать инновации».

определении понятия «кластер» закладывают в него инновационное содержание.

Сравнение России с Канадой обусловлено следующими обстоятельствами:

1. После окончания Второй мировой войны и вплоть до 1993 года Канада была «сырьевой страной», обеспечивая природными ресурсами в первую очередь США, что является сходством с текущей сырьевой зависимостью российской экономики.

2. Канада — это страна с одним из самых стабильных индексов по инновационным возможностям и результатам экономики в «двадцатке» The Global Innovation Index. Согласно экспертной оценке, темпы развития канадской экономики в целом оцениваются как удовлетворительные по сравнению с ситуацией в таких странах, как США, Австралия и странах Евросоюза [3];

3. В результате реализации инновационной программы в Канаде (по данным Организации экономического сотрудничества и развития):

— темпы роста канадского ВВП на душу населения с 1993 по 2013 год стали выше (на 9%) темпов роста американского ВВП и по данным Форсайт показывают 3% рост ежегодно (рис.1) [4];

— по уровню расходов R&D на душу населения Канада существенно (практически в 2 раза) отстает от своего «соседа», но сегодня имеет сильные конкурентные позиции в ряде наукоёмких и технологически сложных отраслей — в атомной энергетике, производстве авиационно-космической техники и современных телекоммуникационных систем, в сфере биотехнологий и фармацевтики, занимает 5 место среди самых высокотехнологичных стран мира (по капитализации национальных высокотехнологичных компаний) в рейтинге The Bloomberg Innovation Index.

4. Согласно экспертным оценкам Канада имеет успешный опыт технологической кластеризации [5], проходившей тремя этапами. От 2000-2001 до 2007-2008 (I тур), 2002-2003 до 2007-2008 (II тур) и 2003-2004 до 2007-2008 (III тур). За этот период были реализованы все заявленные 12 кластерных инициатив, которые расположены в 11 канадских общинах.

5. Отраслевая принадлежность инновационных кластеров Канады или их виды экономической деятельности абсолютно тождественны российским инновационным кластерам (таблица 2).

Таблица 2

Инновационные кластеры России и технологические кластеры Канады

Вид экономической деятельности КАНАДА РОССИЯ

кластеров участников кластеров участников

Энергетика, горнодобывающая промышленность и окружающая среда 1 40 6 96

Нанотехнологии 2 106 4 69

Металлургия 1 97 1 10

Судостроение и водные ресурсы 1 40 2 24

Здоровье человека и биотехнологии 5 944 5 230

Информационные технологии 1 3 1 18

Авиационно-космический сектор 1 170 3 27

Автомобилестроение - - 1 3

Инжиниринговые услуги и обучение персонала - - 1 161

Данные определения — это практически классическое определение М. Портера, который рассматривал кластер как «сконцентрированные по географическому признаку группы взаимосвязанных компаний, специализированных поставщиков услуг, фирм в соответствующих отраслях, а также связанных с их деятельностью организаций (например, университетов, агентств по стандартизации, торговых объединений) в определенных областях, конкурирующих, но вместе с тем и ведущих совместную работу» [2] и абсолютно не содержат признаков целевого объединения ресурсов — инноваций («осуществление новых комбинаций» в интерпретации Й. Шумпетера). Также следует отметить, что многие ученые и аналитики уже при

В России реализация инновационных кластерных инициатив прошла 1 этап в 2012-2014 гг. За этот период были реализованы 24 кластерные инициативы в 18 регионах России (данные сайта Российской кластерной обсерватории).

В Канаде в 12 технологических кластерах интегрировано 1400 участников, в 24 российских инновационных кластерах функционируют, либо заявлено 638 участников. Единственная отрасль, в которой Россия опережает по количеству участников в кластере — это информационные технологии. Соответственно, канадский опыт кластеризации показывает, что для эффектив-

3 1

ной институционализации данного процесса, кластеров должно быть немного, но с максимальным количеством участников.

Необходимо отметить, что в канадской кластерной политике понятие «инновационной кластер» отсутствует. Кластеры, представляющие «интеграцию промышленности, правительства и университетов на основе новых моделей партнерства, которые создают технологии и предпринимательство, как преимущество для канадских предприятий для развития инноваций и конкурентоспособности на мировом рынке» интерпретируются как «технологические кластеры». Поэтому, предметом исследования является политика создания и реализации инновационных кластеров в России и технологических кластеров в Канаде.

Ключевым элементом процесса реализации любой государственной политики является управление. Управление кластеризацией в Канаде централизовано и осуществляется по единой схеме. Канадские кластерные инициативы — это ответственность Национального научно-исследовательского Совета. Он ведает организацией и финансированием фундаментальных исследований практически во всех государственных научных учреждениях и лабораториях по всей территории Канады, имеет специальную программу по содействию промышленным исследованиям (Industrial Research Assistance Program) и мощный информационный ресурс в лице Канадского института научно-технической информации (Canada Institute for Scientific and Technical Information), который обеспечивает доступ ко всем канадским исследованиям. Центры промышленного партнерства (Industry Partnership Facilities — IPFs) обеспечивают компании современным оборудованием, в том числе создавая исследовательские лаборатории, и помогают в коммерциализации новых технологий. На региональном уровне все программы поддержки реализуются через 4 региональных офиса Национального научно-исследовательского совета (рис.1).

Рис. 1. Государственное управление кластерной политикой в Канаде

В России драйвером кластерной политики является Министерство экономического развития РФ, на уровне регионов — Министерства экономического развития и инноваций субъектов РФ. В 2006 г. была создана Российская венчурная компания, как ключевой инструмент государства в построении национальной инновационной системы. В 2009 г. была создана межведомственная рабочая группа по выработке государственной политики в сфере развития предпринимательской деятельности в территориальных кластерах. В 2014-2015 гг. была реализована инициатива по созданию Проектного офиса ОАО «РВК» и Минэкономразвития России по развитию объектов инновационной инфраструктуры. Проектный офис должен выстроить в России такую систему, где университет явился бы коррелирующим звеном между региональными властями, инвесторами и промышленными предприятиями и должен обеспечить работы по анализу деятельности инновационных кластеров и разработать рекомендации по их развитию (рис.2).

Рис. 2. Государственное управление кластерной политикой в России

Содействие участникам региональных кластеров в РФ осуществляется через центры кластерного развития. Анализ их основных задач демонстрирует отсутствие единого подхода в их формировании. Задачи центров кластерного развития устанавливаются региональными министерствами экономического развития. Подробный анализ функционала показывает, что практически у каждого ЦКР сформирован свой индивидуальный набор оказываемых услуг. В основном, центры ориентированы на изучение потенциала регионов для формирования кластеров, институционального взаимодействия и консалтингового сопровождения кластерных инициатив. Другая часть ЦКР (ЦКР Самарской области, ЦКР Воронежской области) ориентирована на создание и развитие инфраструктуры и управление эффективностью кластеров (совершенствование управленческих технологий, внедрение систем бережливого производства и т.д). Третья часть ЦКР (например, Агентство регионального развития Калужской области, ЦКР Ульяновской и Кировской областей) интегрируют и первый, и второй функционал. А ЦКР Тамбовской области обеспечивает исключительно привлечение инвестиций, сертификацию продукции и маркетинг.

То есть в России наряду с централизованным управлением кластерной политикой, существует децентрализация и отсутствует четкое делегирование полномочий и обязательств на уровень регионов.

Любая государственная политика — это, прежде всего, целенаправленная система действий. Какие цели кластерной политики определены в Канаде и России?

Научно-исследовательским советом Канады выделены цели на национальном уровне (рост конкурентоспособности и улучшение качества жизни населения), на региональном уровне (стимулирование отстающих, усиление высокоэффективных регионов), определены более конкретные или текущие цели (увеличение инвестиций в стратегические НИОКР и рост общей исследовательской деятельности, коммерциализация передовых технологических решений); определены, во-первых, программные средства для достижения целей и, во-вторых, ресурсы, с помощью которых они достигаются. Например, программы по привлечению высококвалифицированного персонала, поддержки предпринимательства, коллаборации между членами кластера и т.д. Ресурсы — это финансы, сотрудники, время и стабильность.

Анализ нормативных документов РФ показал, что цели реализации российской кластерной политики четко не определены ни в одном существующем государственном нормативном документе. Исходя из анализа раздела 2 «Стратегии инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года» можно установить, что основными целями являются привлечение прямых иностранных инвестиций и интеграция российских кластеров в мировой рынок высокотехнологичной продукции.

Региональные цели кластерной политики РФ определены Методическими материалами по разработке и реализации программы развития инновационного территориального кластера от 21.05.2014 г., опубликованными на сайте Минэкономразвития и заключаются в:

— создании благоприятных условий для развития инновационного территориального кластера;

Федеральные цели

Привлечение прямых иностранных инвестиций

Интеграция российских кластеров в мировой рынок высокотехнологичной продукции

Региональные цели

Методические материалы по разработке и реализации программы развития инновационного территориального кластера от 21.05.2014г.

Экономическое развитие региона

Реализация приоритетов государственной _политики - Стратегия ¿020_

Томская Кемеровская Липецкая Республика Ульяновская

область область область Татарстан область

Повышение конкурентоспособности региона

1. Развитие инновационной культуры;

2. Коммерциализации рыноч но-орие нт ироеан ных разработок и проектов;

3. Создание и вывод на рынок наукоёмкой продукции;

4. Интеграция инновационного бизнеса и научных организаций.

1.Обеспечение высоких темпов роста и диверсификации экономики;

2. Повышение

конку рентос пос обности хозяйствующих субъектов, расширение их кооперационных связей, доступа к инновационным технопогиям;

3. Создание высоко-производитепьных рабочих мест._

1. Переход на новую сбалансированную модель развития,

знач и тел ьиогв ул учшения качества человеческо-па потенциала и социального пространства;

2. Углубление структурной модернизации "современной экономики •;

3. Развитие новой "умной экономики", превращение инноваций в ведущий фактор экономического роста.

1.Развитие благоприятной инвестиционной среды;

2. Стимулирование развития малого и среднего предпринимательства;

3. Развитие кпючевых отраспей удпине-нием производственных цепочек.

Рис. 3. Модель целей кластерной политики России

— реализации приоритетов государственной политики, указанных в Стратегии 2020 года.

Цели реализации кластерной политики на региональном уровне сформированы только в 5 из 18 регионов (рис. 3), где реализуются кластерные программы. Основная цель — это, прежде всего, развитие регионов, но ее интерпретация, а соответственно и наполнение совершенно разное. Например, в Ульяновской области это всего лишь — развитие благоприятной инвестиционной среды и стимулирование развития малого и среднего предпринимательства, а в Республике Татарстан — это переход республики на новую сбалансированную модель развития, улучшение качества человеческого потенциала и социального пространства, углубление структурной модернизации «современной экономики», значительное развитие новой «умной экономики», превращение инноваций в ведущий фактор экономического роста.

Необходимо отметить, что в большинстве регионов РФ кластерная политика репрезентирована региональными программами развития конкретного инновационного территориального кластера.

Итак, если в Канаде «работает» единое дерево целей, то на наш взгляд, в российской кластерной политике, региональные

цели «не дотягивают» до федеральных. А федеральные цели абсолютно «размыты».

Российская история кластеризации — это четырехлетняя история, которая по траектории исторических циклов находится еще на фазе становления. Поэтому, в текущий момент очень важно создать комплексные государственные инструменты на основе научных подходов, фундаментальных и эмпирических исследований, которые бы обеспечили высокую эффективность кластерной политики.

Исходя из проведенного анализа основных структурных элементов действующей кластерной политики в РФ, для повышения ее эффективности, прежде всего, необходимо:

— централизовать систему управления кластерами, определить ответственность, цели и задачи институтов управления кластеризацией;

— определить все типы кластеров и кластерных инициатив, созданных в России и установить институт управления, соответствующий типу кластера;

— сформировать систему целей кластерной политики и провести каскадирование целей от федерального уровня до целей программ реализации кластера.

Литература

1. Семенова Е.А. Формирование эффективной кластерной политики, как основа стратегии инновационного развития», Российский институт стратегических исследований // http://riss.ru/analitycs

2. Портер М. Конкуренция. — М.: Вильямс, 2010. — 591 с.

3. Обзор экономики Канады, Портал внешнеэкономической информации, http://www.ved.gov.ru/exportcountries/ca/about_ca/ есо_са;

4. Салазкин М.Г., Биккулов А.С. Форсайт в Канаде: два уровня // Форсайт. — 2007. — № 2(2).

5. Артур Д., Кассади Э., Дэвис Ч., Вульф Д. Индикаторы поддержки инновационной кластерной политики: доклад, 2009.