“третье рождение культурологии”: культурологические штудии Э. С. Маркаряна

НАУКА. ОБЩЕСТВО. ГЕОПОЛИТИКА

УДК 930.1

"ТРЕТЬЕ РОЖДЕНИЕ КУЛЬТУРОЛОГИИ": КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЕ ШТУДИИ Э.С. МАРКАРЯНА

Г.В. Драч

Б01 10.18522/2072-0181-2017-89-1-5-11

В феврале 2017 г. Заслуженному деятелю науки Российской Федерации, доктору философских наук, профессору, одному из основателей Ростовской философско-культурологической школы Г.В. Драчу исполнилось 75 лет.

Г.В. Драч - автор более 400 научных работ. Широкой популярностью пользуется учебник "Культурология" под его редакцией, переизданный более 20 раз в Москве, Санкт-Петербурге, Ростове-на-Дону, за рубежом. В 2017 г. вышел том избранных трудов Г.В. Драча "История философии и теория культуры" общим объемом 20 п.л.

Публикуемая ниже статья, посвящена анализу творчества старшего современника юбиляра, одного из разработчиков деятельностной концепции культуры в отечественной гуманитаристике Эдуарда Саркисовича Маркаряна.

Эдуард Саркисович был одним из первых, кто в 1995 г. поддержал идею Ю.А. Жданова о создании междисциплинарного и межрегионального журнала "Научная мысль Кавказа".

Будучи членом редакционного совета журнала, Э.С. Маркарян в течении 10 лет представлял науку Республики Армения в целом и ее философско-культурологического сегмента, в частности.

Развивая культурные императивы Ю.А. Жданова, Э.С. Маркарян в своих выступлениях на страницах журнала всегда связывал их с необходимостью сочетания нравственного и "подлинно человеческого, адаптивного отношения к природной среде, особенно в условиях современного планетарного кризиса".

После ухода из жизни Э.С. Маркаряна благородную миссию по пропаганде философско-культурологической мысли на страницах журнала "Научная мысль Кавказа" взял на себя Г. В. Драч, войдя в 2010 г. в состав его редколлегии.

Культурологические выступления Г.В. Драча на страницах журнала всегда идут в развитие идей его великих учителей - Ф. Кессиди, М. Петрова, Ю.А. Жданова. Размышления Геннадия Владимировича о триумфе и трагедии античного разума, просвещенческой модели культуры, тонких механизмах постмодернистского дискурса - настоящая "школа мудрости" для многочисленной аудитории читателей журнала "Научная мысль Кавказа".

Обращение Г.В. Драча к творческому наследию Э.С. Маркаряна дало ему возможность концептуальным образом осмысливать тот путь, который прошла культурология в современную и, как любят выражаться некоторые социологи, постсовременную эпоху. Однако в предлагаемой читателю статье важен не только ретроспективный взгляд на основные содержательные вехи становления и развития культурологии как науки. Мы попадаем в творческую

Драч Геннадий Владимирович - заслуженный деятель науки РФ, доктор философских наук, профессор кафедры теории культуры, этики и эстетики Южного федерального университета, 344065, г. Ростов-на-Дону, пер. Днепровский, 116, e-mail: gendrach@mail.ru, т. 8(863)2507277.

Gennady Drach - Southern Federal University, 116, Dneprovsky lane, Rostov-on-Don, 344065, e-mail: gendrach@ mail.ru, tel. +7(863)2507277.

лабораторию Г.В. Драча, ведущего живой диалог с классиками философско-культурологической мысли. В ней представлены не только достоверная и точная реконструкция магистрального пути развития отечественной и зарубежной философско-культурологической мысли, но и весьма тонкая и сложная их нюансировка, позволяющая автору не постулировать, прикрываясь авторитетами, свои мысли, а открывать новые смыслы в творчестве Л. Уайта и Э.С. Мар-каряна, обосновывая тем самым свою точку зрения на "третье рождение культурологии".

Крепкого Вам здоровья, Геннадий Владимирович, дальнейших поисков и находок в решении творческих задач, которым вы посвятили всю свою жизнь!

Редколлегия

Поводом к возобновлению обсуждения одной из центральных тем в современной культурологии - о сущности теории культуры и специфике науки о культуре послужило издание работ известного ученого-культуролога Э.С. Маркаряна, подготовленное и осуществленное А.В. Бондаревым - составителем и ответственным редактором тома [1]. Весьма примечательна формулировка А.В. Бондарева, оценивающего вклад Э.С. Маркаряна в разработку культурологической теории культуры как "третье рождение культурологии" [1, с. 563]. Первое рождение культурологии он связывает с именем В. Оствальда. "Им была предложена идея культурологии, а не просто термин. Оствальд выдвинул проект создания культурологии как самостоятельной науки, которая ставила бы своей целью обобщенно-научное, а не частнодисциплинарное или абстрактно-философское, знание о культуре как системной целостности. Дальнейшее развитие именно этой идеи (в работах Л.Э. Уайта, Э.С. Маркаряна и др.) стало краеугольным камнем всего последующего формирования культурологии" [1, с. 574]. Далее А.В. Бондарев продолжает: "Следующим ученым, кто осознал необходимость создания культурологии как новой науки о культуре, нацеленной на преодоление фрагментированности и разрозненности в ее изучении, был выдающийся американский культурантрополог Лесли Элвин Уайт...Необходимость в самостоятельной науке о культуре Уайт обосновывал, исходя из положения, что именно "культура, а не общество является специфической особенностью человеческого вида". При этом Уайт считал, что "научное исследование этой особенности должно называть культурологией, а не социологией" [1, с. 574-575].

Конечно, культурологический поворот, провозглашенный Лесли Уайтом, весьма знаменателен. Он свидетельствует о завершении

безвозвратного господства социологии (характерного для XIX в.) и в целом крушения надежд на строгое рациональное знание о закономерностях, которым подчиняется развитие общества. Век XX стал веком культурологии. В настоящее время культурологию как вполне определившееся направление в области соци-огуманитарных исследований представляют монографии, статьи, специализированные журналы. О ее организационном оформлении свидетельствуют проводимые по всей стране конгрессы, совещания и конференции. Одним из ведущих центров культурологических исследований стал Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена, кафедра теории и истории культуры под руководством Л.М. Мосоловой. По их инициативе проводились культурологические конгрессы, организовано и плодотворно работает Научно-образовательное культурологическое общество, издается культурологический Альманах. В нашей стране были сформированы кафедры культурологии, осуществляется подготовка специалистов по этому направлению, открыты аспирантура и докторантура, работают диссертационные советы. Во всех этих мероприятиях огромную роль сыграли работы и идеи Э.С. Маркаряна, получить целостное представление о которых и позволяет издание его работ. Назвать его работы "третьим рождением культурологии" вполне уместно.

Осуществленное издание включает такие известные работы Э.С. Маркаряна, как "Теория культуры и современная наука" [2] и "Науки о культуре и императивы эпохи" [3], и менее известные, в частности, работу "Очерки теории культуры", которая обеспечивает концептуальное единство его культурологической теории и демонстрирует, собственно говоря, лабораторию его творческой мысли, содержит основные методологические предпосылки и аргументы. Для всякого, кто знаком с работами Эдуарда Саркисовича, известно,

что в качестве основной из них выступает положение о деятельностной концепции культуры, культуры как алгоритма человеческой деятельности. Необходимо отметить, что культурология как самостоятельная дисциплина заявила о себе в условиях разрушения исторического панлогизма и тематического поворота к проблематике "кризиса культуры", характерных для конца XIX - начала XX вв. "Деятельностная концепция культуры", которая в Ростове-на-Дону развивалась В.Е. Давидовичем и Ю.А. Ждановым [4], разрывает с панлогизмом Гегеля, но не обрывает связь культурологии с классическим философским наследием. Э.С. Маркарян осознанно и убедительно при построении теории культуры обращался к эволюционным концепциям американской культурной антропологии, прежде всего, к упоминаемому выше Лесли Уайту. Такое обращение оказалось весьма продуктивным при рассмотрении феномена культуры и позволило сохранить интерес к характеристикам способа деятельности коллективного субъекта (наследие философской классики), когда в качестве общего коллективного субъекта человеческого действия признается не индивид, а социальная система в целом, что и призывал исследовать и Л. Уайт.

Доминирующим лейтмотивом ранних исследований Маркаряна выступает "неаксиологическая" трактовка понятия "культура" и преодоление европоцентристской системы взглядов. Культура проявляет при этом свой нормативный характер, однако, и в этом вполне можно согласиться с Эдуардом Сар-кисовичем, не сводится к ее аксиологическим определениям. Вот, что он пишет по этому поводу: "Сутью "аксиологизма" в культуро-ведении, как мы помним, является деление различных способов человеческого существования на "культурные" и "некультурные", "высшие" и "низшие" согласно определенной ценностной ориентации. Принимая тот или иной способ человеческого существования в качестве образца для соотнесения и классификации иных исторически выработанных культур, их аксиологическая трактовка неизбежно приводила к построению во многом произвольных иерархических схем истории. Ярким примером подобной аксиологической, ценностной трактовки различных исторически выработанных культур является европоцентристская система взглядов, принимающая сложившийся за последние столетия общий

способ существования европейских народов в виде эталона культуры" [1, с. 14]. Конечно, при этом возникает проблема исторической типологии культуры, и Э. Маркарян от нее не уклоняется, но на первый план выносит проблему соотношения культуры и общества: "В отличие от высших животных, у человечества в качестве основного средства приспособления к внешней среде выступает наличие специальной надындивидуальной и внеорга-нической системы средств накопления, хранения и передачи из поколения в поколение существенно важной для коллективного объединения информации, программирующей действия входящих в него членов" [1, с. 24].

Э.С. Маркарян не отказывается от признания "родовой", общественной жизни людей как некоего коллективного организма, специально ставит вопрос о соотношении биологического и социокультурного порядка, функционирование и развитие которого обеспечивается внебиологически выработанными специфическими механизмами и средствами, в частности средствами закрепления, хранения и передачи информации (знаковые, символические системы) [см, 1, с. 25]. Так, Маркарян обосновывает предпосылки анализа реалий и, соответственно, понятий "общество" "культура", поскольку речь может идти о внебиологически выработанных средствах и способах осуществления коллективной жизни людей, а культура представляет в этом случае функцию коллективной жизни. Если мы окунемся в пространство социальной антропологии, например, работ Марселя Мосса, то увидим, что культура формирует, сохраняет и транслирует способы деятельности человека, которые не могут не носить общественного свойства, не подчиняться требованиям "социальной солидарности", посредством чего и происходит формирование общества в целом.

Э.С. Маркарян предпочитает обратиться к американской культурной антропологии. Пока он не ставит, вслед за Л. Уайтом вопрос о культурной антропологии как о фундаменте теории культуры. Более того, обращаясь в работе "Очерки теории культуры" к идеям А.Р. Радклифф-Брауна и Боаса, он упрекает последнего в неспособности научного обоснования "качественной специфики" общественной жизни. Но здесь же он находит основания для абстрагирования социального от культурного: "...Итак, исследование обще-

ственной жизни как органической системы необходимым образом предполагает аналитическое расчленение и абстрагирование строения отношений между взаимодействующими индивидами и группами, в которые они объединяются, с одной стороны, и средств регулирования этих отношений - с другой. Это абстрагирование необходимо для выделения двух планов изучения общественной жизни - структурного (морфологического) и функционального. Функциональный план ее рассмотрения и подводит нас к изучению культуры как специфического объекта научного исследования [1, с. 61].

При этом появляется акцент в понимании культуры как адаптивного механизма человеческого сообщества (коллектива) и среды, ставится вопрос "о выработке адекватной методологической основы интегративного взаимодействия наук об обществе и природе". Помещенные в данном издании работы "Инварианты самоорганизации и проблемы эко-лого-энергетического исследования общества" и "Культура как способ социальной самоорганизации" своими названиями говорят сами за себя. Приведем важное методологическое положение, во многом раскрывающее теоретические установки Э.С. Маркаряна: "В основе теоретических предпосылок, делающих сегодня реальным нахождение инвариантов объектов биологических и общественных наук, лежат принципы самоорганизации" [1, с. 171]. Адаптация и самоорганизация - это ключ к пониманию культуры как системы.

Более широкое рассмотрение культуры через определение ее подсистем и функций сохраняет за ней значение универсального адаптивного механизма в системе "человек -природа", где носитель определенной культуры располагается на пересечении этнического (общественного) и индивидуального. Отсюда вытекает проблема семиотической целостности культуры и разных типов трансляции культуры, "вхождения в имя". Более подробно эта проблема рассматривалась позже в работах М.К. Петрова [5]. У Маркаряна вопрос о культуре как системе специально рассматривается в упоминавшейся уже работе "Теория культуры и современная наука", в разделе -"Культура как объект научного исследования".

И все-таки при исследовании культуры основную роль Маркарян отводит понятию "способ деятельности". Нам уже приходилось отмечать: "Присоединяясь к пониманию куль-

туры как "специфического способа человеческой деятельности", он (Э.С. Маркарян. - Авт) внес существенные уточнения и дополнения в де-ятельностную концепцию. Это прежде всего разделение цели и средств этой деятельности, когнитивной, адаптивной и социальной функций культуры, но делая это очень оригинально: выделяя ряд подсистем культуры: социо-регуля-тивную, природно-экологическую, адаптивную, общественно-экологическую" [6, с. 46]. С учетом деятельностного подхода Э.С. Маркарян будет не раз возвращаться к вопросу об обосновании социокода в его отличии от биокода, следующим образом характеризуя возникшую ситуацию в работе "Наука о культуре и императивы эпохи": "Культурология - это наука о культуре как особом зародившемся на планете феномене, который прежде всего призван выразить качественно особый способ эволюционной самоорганизации жизни, характерный для систем общественной жизни людей, о законах воспроизводственной динамики данного феномена в пространстве и во времени" [1, с. 451].

Понятие человеческой деятельности, таким образом, выражает сам процесс, категория же культуры - способ, благодаря которым осуществляется данный процесс в его специфически человеческих проявлениях. При этом учитывается, что он обеспечивается и биологически заданными механизмами. Напрашиваются выводы о том, что категория культуры призвана выразить собой не столько мир "застывших предметов", сколько мир "оживших предметов", поскольку речь может и должна идти не столько о результате, сколько о цели и средствах социального развития человека. Культура субстанциализирует социальное развитие, собственно говоря, культура и есть субстанция человеческой жизни, жизни индивидов, поколений и народов, вне которой человек превращается в биоматериал. Можно сказать, что эти положения вытекают из классического историко-философского (включая и марксизм) наследства культурологии. Но Э.С. Маркарян значительно изменяет классический материал, вносит новые смыслы в понимание культуры как "специфического способа человеческой деятельности". Он отмечает, что научно-познавательные задачи заключаются, прежде всего, в создании общей модели культуры.

При этом учитывается то важное обстоятельство, что при всей сложности и иерархичности социальных процессов главной

является функция самосохранения общества. К этому вопросу как проблеме "соотношения человеческой деятельности и культуры" Маркарян обращается, исходя из "общих законов самоорганизации", объясняя ситуацию теми функциями, которые культура призвана осуществлять в процессах жизнедеятельности людей. Анализ понятия "деятельность" в связи с принципом самоорганизации позволяет обосновать "генеральную" функцию культуры - адаптивную. Оптимизация человеческой деятельности - всего лишь одно из звеньев в эволюционной самоорганизации жизни. "В нормальных условиях существования она выступает как адаптивный механизм развития, рассчитанный в конечном итоге на достижение самосохранения посредством совершенствования способов деятельности живых систем" [1, с. 498]. Но если серьезно нарушаются жизненные процессы, и экологические показатели только одно из них, они теряют свою адаптивную ориентацию, приобретая все более деструктивный характер.

Однако одного указания на культуру как на специфический адаптивный механизм общества далеко недостаточно. Деятельность людей, опирающаяся на разум как "специфический регулятивный механизм", сообщает культуре как адаптивной системе неповторимость. Только в этом случае культура, будучи адаптивной к природе, выступает универсальным механизмом "осуществления самоорганизации общественной жизни". Отметим еще раз, хотя культура надбиологична по своей природе, она органически сопряжена со свойствами биологической конституции людей. По мнению Маркаряна, культура выполняет и функцию ее самосохранения, ведь биологические особенности и возможности не только наложили свой отпечаток на форму выражения культуры, но и продолжают определять стратегическую линию ее развития. Гипертрофированное же развитие технического разума позволяет говорить о "серьезнейшей эволюционной ошибке, которая была совершена в процессах генезиса и дальнейшего развития машинно-индустриальной цивилизации" [1, с. 498].

Здесь пора возвратиться к Лесли Уайту, которого Маркарян называет "первым исследователем, осуществившим попытку систематического обоснования общей теории культуры" [1, с. 205]. Маркарян подчеркивает значение культуры как технологии, алгоритма

человеческой деятельности. Понятие "культура" позволяет подчеркнуть деятельностную сторону общественной жизни. Определяя суть "технолого-детерминистского подхода" Л. Уайта к пониманию культуры, он пишет: "Социальная подсистема, по Уайту, как организованные условия людей, направленные на использование инструментов, обеспечивающих их существование, нападение и защиту, является производной, вторичной по отношению к технологической подсистеме" [1, с. 207].

Не будем говорить о расхождениях Мар-каряна с Уайтом, отметим, вслед за А.В. Бондаревым, что обращение Эдуарда Саркисовича к американской культурантропологии и социологии позволило ему обосновать модель социокультурной системы. "Исходным пунктом рассуждений Маркаряна стало признание того факта, что любая система - от простого живого организма до общества - стремится к самосохранению и самовоспроизводству. Если система утрачивает возможность вырабатывать механизмы, препятствующие нарастанию энтропийных процессов, то она распадается. Таким механизмом применительно к обществу выступает культура (выделено Э.С. Марка-ряном), в которой и проявляется социальная природа человека" [1, с. 583].

Перейдем к вопросу о культурных императивах, характеризующему третий раздел публикуемого издания работ Э.С. Марка-ряна. Речь идет о выживании человечества как вида, в таком контексте категорическими императивами и выступают императивы экологической культуры, которые Маркарян относит к императивам эпохи Это еще одно направление, обоснованное им как проблема глобалистики и глобальной модели культуры. К монографии "Наука о культуре и императивы эпохи" дается характерный подзаголовок "К обоснованию ключевой роли знаний о способе социокультурного типа самоорганизации жизни в условиях современного планетарного кризиса" [3]. С позиций культурологии при рассмотрении культурных императивов мы имеем дело с результатами, последствиями культурной деятельности в самом широком смысле, поскольку творческая деятельность требует самопознания и самоограничений, которые они и выражают. Идея "культурных императивов" Э.С. Маркаряна представляется научно продуктивной. Открывается путь к исследованию вопросов, которые активно

обсуждаются по сей день: об инновационном потенциале культуры, о культуре как способе самосохранения и самообновления социума и др. [7].

Надо учитывать, что у Маркаряна речь идет не только о системах "природа - культура" ("натура" - "культура") или "культура" -"общество", как обычно делается, и даже не о системе "человек - природа -общество", а о системе "природа - культура - человек". Отношения человека к природе изначально вписываются в культурную парадигму, человек - творец и носитель культуры. Сохранение культуры - вопрос о самосохранении и выживании человечества. Современная культура оказалась вовлечена в пространство машинно-индустриальной цивилизации, когда ее развитие и нарастающее противоречие между человеком и природой заставило поставить вопрос о Разуме и императивах выживания человечества. Культурные императивы аккумулируют нравственные (антропологические, в целом) принципы подлинно человеческого отношения к окружающей среде, как природной, так и социальной. Культурные императивы на современной ступени развития цивилизации констатируют тот факт, что человечеству приходится брать на себя ответственность за ее сохранение.

Данное обстоятельство становится категорическим императивом выживания человечества, поскольку природа, и вся система адаптации человека к природе может существовать и без человека, а человек без ее сохранения, что и обеспечивает культура, - нет. Разрушение культуры, внутренней и внешней (а в деятельностной концепции культуры, впрочем, как и в культурантропо-логии, они объединяются) обрекает цивилизацию на гибель. Можно сказать, что дальнейшее развитие современной цивилизации невозможно без учета тех факторов, которые указывают на его уже обозначившиеся пределы, поставленные перед биологическими параметрами человеческой природы. В этом контексте становится очевидным первоначальный смысл понятия "культура" как "культ", "почитание", "поклонение" по отношению к природе как сфере жизни всех видов, включая человека. Только в этом случае может быть преодолено противоречие между культурой и цивилизацией и намечены пути выхода из всепланетарного кризиса. В поисках императивов эпохи Э.С. Маркарян делает

широкие культурологические обобщения: "Наиболее тревожным экологическим фактом современной эпохи является то, что социокультурные системы и их специфические способы деятельности предстают в качестве инородных единиц общей формации жизни на планете по причине линейности, потребительски сиюминутно ориентированного типа их экономической деятельности. Фактически он выпадает из взаимозависимой циклической и коадаптивной организации базисной биологической жизни" [1, с. 527].

В завершение отметим большую работу, проведенную составителем тома - А.В. Бондаревым. Во многом благодаря вдумчивому подбору работ Э.С. Маркаряна, осуществленному им, пояснительным статьям и комментариям читатель может составить целостное впечатление о культурологических штудиях и всей научной деятельности Э.С. Маркаря-на. Становится понятным начатое им и широко продолженное теоретическое движение, поддержанное, в частности, в Ростове-на-Дону такими известными учеными, как Ю.А. Жданов и В.Е. Давидович, которое привело к становлению культурологии как самостоятельной науки, отграничению ее предмета и объекта, формированию корпуса культурологических исследований в нашей стране. Идеи Э.С. Маркаряна позволяют очертить проблемную область культурологических исследований и обосновать их качественную специфику. Культурология становится наукой, способной выявить внутренние импульсы и регулятивы цивилизационной деятельности человека, ставшей причиной тех серьезных глобальных изменений, которые происходят в современном мире, и определить пути развития и сохранения культуры как императивы самосохранения человечества.

ЛИТЕРАТУРА

1. Маркарян Э.С. Избранное. Наука о культуре и императивы эпохи / Отв. ред. и сост. А.В. Бондарев. М.-СПб.: Центр гум. инициатив, 2014. 656 с.

2. Маркарян Э.С. Теория культуры и современная наука. М.: Мысль, 1983. 284 с.

3. Маркарян Э.С. Науки о культуре и императивы эпохи. М.: [б. и.], 2000, 128 с.

4. Жданов Ю.А., Давидович В.Е. Сущность культуры. 2-е изд. Ростов/Д.: Наука-Пресс, 2005. 432 с.

5. Петров М.К. Язык, знак, культура. М.: Наука, 1991. 328 с.

6. Драч Г.В. Культурология: на пути самообретения // Культурология и глобальные вызовы современности. СПб.: СПбКО, 2010. С. 46-51.

7. Драч Г.В. Культурные императивы: идеи Э.С. Мар-каряна // Вестник МГУКИ. 2016. № 1 (69). С. 55-61.

ЛИТЕРАТУРА

1. Markaryan E.S. Izbrannoe. Nauka o kul'ture i imperativy epokhi [Favorites. The science of culture and the imperatives of the era]. Ed. by A.V. Bondarev. Moscow-St.-Petersburg, Center for Humanitarian Initiatives, 2014, 656 p.

2. Markaryan E.S. Teoriya kul'tury i sovremennaya nauka [Theory of culture and modern science]. Moscow, Mysl', 1983, 284 p.

3. Markaryan E.S. Nauki o kul'ture i imperativy epokhi [The science of culture and the imperatives of the era]. Moscow, 2000, 128 p.

4. Zhdanov Yu.A., Davidovich V.E. Sushchnost' kul'tury [The essence of the culture]. 2nd ed. Rostov-on-Don, Nauka-Press, 2005, 432 p.

5. Petrov M.K. Yazyk, znak, kul'tura [Language, sign, culture]. Moscow, Nauka, 1991, 328 p.

6. Drach G.V. Kul'turologiya: na puti samoobreteniya [Cultural studies: towards samoobladanie]. In: Kul'turologiya i global'nye vyzovy sovremennosti [Cultural studies and global challenges]. St.-Petersburg, SPbKO, 2010, pp. 46-51.

7. Drach G.V. Vestnik MGUKI, 2016, no. 1 (69), pp. 55-61.

10 февраля 2017 г.

УДК 301

СОЦИОКУЛЬТУРНОЕ ПРОСТРАНСТВО ОБРАЗОВАНИЯ КАК ФЕНОМЕН КУЛЬТУРОТВОРЧЕСТВА ЛИЧНОСТИ В СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ

Л.Л. Литвиненко

Б01 10.18522/2072-0181-2017-89-1-11-16

Исследование социальной и культурной проблематики современного образования приводит к мысли о необходимости постановки и рассмотрения вопроса о том, какую роль оно играет не только в развитии общества, системе социального воспроизводства, но и в развитии индивида как личности и носителя социального опыта. Что связывает индивида и общество в единой системе образования? Может быть, образование и есть искомая связующая нить? Действительно, образование - важнейшая сфера общественной жизни, определяющая будущее страны и ее народа. В этом случае под образованием понимают прежде всего всю сеть учебных заведений, включая высшие учебные заведения, школьные и дошкольные учреждения и их конкретные наполнения учебными дисциплинами и системами методик обучения и т. д. Современная исследовательница проблемы И.Н. Гаврилова пишет в этой связи: "Как известно, система образования является ведущим направлением социальной политики

Литвиненко Лилия Львовна - заслуженный учитель РФ, доктор философских наук, профессор Южного федерального университета, 344065, г. Ростов-на-Дону, пер. Днепровский, 131/Г, e-mail: feup@pi.sfedu.ru, т. 8(863)2235787.

любого государства, тем более объявившего себя социальным" [1, с. 6]. И вслед за этим добавляет: "Однако "реформирование" российского образования происходило и происходит в основном методом нескончаемого экспериментирования, зачастую недостаточно продуманного и последовательного, что вызывает массу вопросов и нареканий" [1, с. 9.. Из выводов автора следует, что необходима "последовательная политика государства" и "централизованный и системный подход" [1, с. 16].

Все это так, но без обращения к личностным аспектам проблемы, по нашему глубокому убеждению, невозможно показать роль и значение образования в современном обществе, а главное - раскрыть механизмы его функционирования и выявить перспективы его развития. Некоторые авторы отмечают в качестве положительного фактора "постепенный переход от "линейного" обучения (передачи знаний) к проектирующей, развивающей творческие способности в деятельности" [2, с. 628]. Другой автор - И.А. Степанова,

Liliya Litvinenko - Southern Federal University, 131/G, Dneprovsky lane, Rostov-on-Don, 344065, e-mail: feup@ pi.sfedu.ru, tel. +7(863)2235787.