Устойчивые сравнения в древнерусском тексте (на материале «Жития Сергия Радонежского»)

350

Филология

Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лоб а невского, 2011, № 4 (1), с. 350-353

УДК 808.2

УСТОЙЧИВЫЕ СРАВНЕНИЯ В ДРЕВНЕРУССКОМ ТЕКСТЕ

© 2011 г. К.М. Богрова

Владимирский государственный гуманитарный университет

ksbogrova@pochta. ги

Поступила в редакцию 10.02.2011

Рассматриваются древнерусские устойчивые сравнения как минимальная единица древнего текста, анализируются семантические особенности устойчивых сравнений. Исследуемый материал показывает, что в «Житии Сергия Радонежского» устойчивые сравнения построены по трём семантическим моделям.

Ключевые слова: сравнение, устойчивость, синкретичное значение, синтагматические отношения, синонимический ряд, «плетение словес», денотат, прагматическое значение, семантическая модель.

В современной филологической науке существует ряд работ, посвящённых анализу сравнений. Большинство лингвистических работ выдержано в рамках структурно-семантического подхода (Огольцев, Михайловская, Черемисина, Бойцов [1-4] и др.), при котором анализируются формальные признаки и семантика сравнений на материале современного русского языка, реже на диалектном материале. В литературоведении сравнение рассматривается как категория стилистики и поэтики (Миклошич, Лихачёв [5-

6] и др.). Актуальность нашего исследования предопределена отсутствием работ, анализирующих сравнения в диахронии. В предлагаемой статье мы рассмотрим семантические особенности устойчивых сравнений в древнерусском тексте.

Понятие «сравнение» употребляется, во-первых, для выражения отношений между явлениями, предметами, а во-вторых, для обозначения средства воплощения этих отношений. В настоящей статье под сравнением понимается оборот речи, являющийся средством воплощения сравнительных отношений, состоящий из компонента А (предмет сравнения - то, что сравнивается), компонента В (образ сравнения -то, с чем сравнивается), компонента С (основание сравнения - признак, по которому сравниваются объекты), компонента т (формальный показатель - сравнительный союз).

Сравнение является древнейшим приёмом познания окружающей действительности, в основе которого лежит сопоставление двух понятий, явлений с целью выявления общего для них признака, что позволяет средневековому человеку познавать неизвестные реалии за счёт атрибута известного ему предмета либо явле-

ния. Сравнение как логический приём определяет отношения между объектами, для обозначения таких отношений в лингвистике существует термин «подобие» [7, с. 304]. Иначе говоря, компонент А подобен компоненту В по признаку С, общему для компонентов А и В, например: [Сергий] яко небесный человекь (Жит. Серг. Рад.), где Сергий подобен небесному человеку, то есть ангелу, являющемуся вестником Божьей воли. Следовательно, и Сергий, и ангел выполняют общую миссию - служение Богу.

Исследователи отмечают, что древнерусские сравнения касаются внутренней сущности сопоставляемых объектов, то есть основаны не на зрительном сходстве, а на сходстве осязательном, обонятельном, вкусовом [6, с. 176]: [Сергий] ... но той, яко же твердый адамантъ (осязание), никако же на се уклонися; яко кадило благоуханно, яко яблоко добровонное (обоняние); яко сладкый запечатлЬиный источникъ (вкус)...(Жит. Серг. Рад.). Однако в тексте «Жития» присутствуют и сравнения, основанные на внешнем сходстве: Лице же святого свЬтляашеся, яко снЬг ... где основанием для сравнения объектов является видимый признак (лицо светится, как снег).

Г оворя о древнерусских сравнениях, следует отметить, что они обладают устойчивостью на лексико-семантическом уровне, в связи с чем устойчивые сравнения можно поставить в один ряд с другими минимальными единицами древнерусского текста (постоянные эпитеты, парные именования, этимологические фигуры, описательные глагольно-именные обороты, дван-два, триады и др.), которые характеризуются следующими семантическими признаками: а) синкретичным значением, основанным на мето-

нимии (под которой понимается «употребление названия одного предмета вместо названия другого предмета на основании внешней или внутренней связи между ними» [8, с. 200]);

б) синтагматическим (линейным) характером проявления отношений между знаками;

в) способностью к объединению в синонимические ряды; г) особой связью значения с денотатом, предопределяющей особенности семантики минимальных единиц древнего текста [9, с. 53].

Синкретичное значение устойчивого сравнения не вытекает из значений его компонентов, причём это значение выражено «узуально закреплёнными в языке формами двух и более лексико-грамматически связанных слов» [9, с. 50]: [Сергий]... без лЬности братиам яко купленный рабъ (‘безвозмездно’) служаше... (Жит. Серг. Рад.); Подвигъ немалъ длъжно ны есть подвизатися на невидимаго врага: сей бо акы левъ (‘грозно’) рыкаа ходить, ища когождо хотя по-глотити (Жит. Серг. Рад.). Как уже говорилось выше, синкретичное значение основано на метонимии, посредством которой разрабатывается объём понятия, то есть «выявляются все возможные связи реального предметного мира, который воспринимается в подобии другому, таинственному и неясному» [10, с. 244]: [Сергий]. яко свЬтило пресвЬтлое възсиа посреди тмы и мрака . (Жит. Серг. Рад.).

Устойчивое сравнение является подчинительной конструкцией, что подтверждает мысль о синтагматическом характере проявления отношений между знаками: Но поне же желание привлачит мя и недостоинъство млъчати запрЬщает ми, и грЬси мои яко бремя тяжко отяготЬша на мнЬ (Жит. Серг. Рад.). В устойчивых сравнениях компоненты соотносятся как определяемый и определяющий. Так, сочетание грЬси мои является определяемым, а яко бремя тяжко - определяющим. Синтагматические отношения между знаками предопределяют сочетаемость этих знаков, основанную на законах смыслового согласования, соположения знаков, благодаря наличию в их содержании общих компонентов [11, с. 94]. Компоненты А и В устойчивого сравнения логически равноправны и соотносятся между собой как члены эквипо-лентной оппозиции, обладающие дифференциальными признаками, а также одним общим, который выражен компонентом С. Например: Мариа же ... младенца въ утробЬ носящи яко нЬкое съкровище многоцЬнное, и яко драгый камень, и яко чюдныи бисеръ, и яко съсуд из-бранъ (Жит. Серг. Рад.). В анализируемом контексте компонент А (младенец) и компоненты В (сокровище, драгый камень, бисер, сосуд) объединяются общей семой ‘дорогое, драгоценное’.

Если рассматривать текст как систему, а устойчивое сравнение как элемент этой системы, то необходимо обратить внимание и на парадигматические отношения. Прежде всего парадигматические отношения проявляются в способности устойчивых сравнений к объединению в синонимические ряды. Например: ... Мы изумлены быхом, яко стадо бес пастыря и корабль бес кръмника, яко виноград многоплодный без стража и болящий без врача (Жит. Серг. Рад.). Четыре устойчивых сравнения в одном контексте не только построены по одной структурной модели, но и обозначают одно и то же эмоциональное состояние.

При анализе произведений Епифания Премудрого следует отметить, что для литературы XIV-XV веков характерен стиль «плетение словес», основанный на «нанизывании» синонимов, что позволяет сосредоточиться на общих семах, на главном. Подобное «нанизывание» синонимических сравнений нивелирует конкретное и выдвигает на первый план общее и абстрактное, что формирует ощущение значимости того, о чём идёт речь [12, с.89]. Так, для обозначения святости Сергия Епифаний использует в одной синтагме тридцать семь оборотов с сравнительными союзами.

Особая связь значения с денотатом предопределяет особенности семантики устойчивых сравнений как минимальной единицы древнего текста. Устойчивые сравнения указывают на денотат, уподобляемый другому. В тексте «Жития Сергия Радонежского» предметом большинства сравнений является сам Сергий, в качестве образов таких сравнений выступают «символы наивысшей положительной оценки» [9, с. 64]: акы звЬзда, акы лЬствица, акы отець, яко заступникъ, яко свЬтило, яко цвЬт, яко злато и др. Например: [Сергий] . възсиа въ земли РустЬй, акы звЬзда пресвЬтлаа; . иночьскому же чину акы лЬствица, възводящиа на высоту небесную; . сиротамь акы отець милосердъ; . вдовицамь яко заступникъ теплъ; . яко свЬтило пресвЬтлое възсиа посреди тмы и мрака; . яко цвЬт прекрасный посреди тръниа и влъчець; . яко злато посреди бръниа (Жит. Серг. Рад.). Таким образом, «внутренняя сущность преподобного отождествляется с источниками света, благовониями, драгоценными металлами и камнями, цветущими и плодоносящими растениями» [9, с. 115].

Историки русского языка считают, что устойчивые сравнения в древнерусском тексте, как и другие минимальные единицы, выполняют не стилистическую функцию, а семантическую, так как они «отражают процесс закрепления за объектом существующего вне времени и

352

К.М. Богрова

пространства признака как постоянного свойства, включающего обязательный оценочный компонент: ‘проявляющий себя так, как должно» [9, с. 71]: Онъ же . закону господню поучася день и нощь, яко древо плодовито, насаждено при исходищих водных, иже въ свое время дастъ плод свой (Жит. Серг. Рад.).

Анализ сравнений в тексте «Жития» показал, что устойчивые сравнения могут быть средством реализации прагматического значения, то есть выражают мелиоративную или пейоративную оценки. Для выражения положительной оценки используются устойчивые сравнения, например, яко сад благородный, яко плод благоплодный, акы орелъ, акы Давидъ Г олиада, яко нЬкый храборъ воинъ, яко крЬпкый оружникъ: Из младых бо ногтей яко же сад благородный показася и яко плод благоплодный процвЬте, бысть отроча добролЬпно и благопотребно; . и вся узы мирьскаго житиа растрЬзав, акы нЬкы орелъ, легкыма крилома опрятвся.; .Сергий ... въ оружиа мЬсто имЬа честный крестъ Хри-стовъ, и порази диавола, акы Давидъ Голиада; ... сый блаженный, яко нЬкый храборъ воинъ и яко крЬпкый оружникъ, въоруженъ и облъченъ въ силу духа. (Жит. Серг. Рад.). Средством отрицательной оценки являются устойчивые сравнения яко тать и разбойникь, акы нЬкый злый длъжник: .се диаволъ очи вЬсть вниде съ множеством вой бЬсовьскых, акы не въходяй дверми, яко тать и разбойникь; [Медведь] стоя-ше възираа,... ожидаа, акы нЬкый злый длъжник, хотя въсприати длъгъ свой (Жит. Серг. Рад.).

Устойчивые сравнения в тексте «Жития» построены по определённым семантическим моделям, которые, опираясь на классификацию образных выражений, предложенную В.В. Колесовым и основанную на принципе переноса признака с образа сравнения на его предмет [13, с. 246], можно представить следующим образом: во-первых, одушевлённое-одушевлённое (в сравнениях данной группы перенос признака осуществляется с одушевлённого образа на одушевлённый предмет сравнения, например, человеку приписываются свойства и действия символических животных): . мы . изумлении быхом, яко стадо бес пастыря. (Жит. Серг. Рад.); во-вторых, неодушевлённое-одушевлённое (семантические особенности данных сравнений заключаются в том, что признак неодушевлённого образа переносится на одушевлённый предмет сравнения), например: . мы . изумлении быхом, яко виноград многоплодный без стража. (Жит. Серг. Рад.); .И сынове его, и сынове сыновъ его, яко же свЬтила, зрятся от-всюду и сиають въ вся страны свЬтлым и чюд-

ным житиемь всЬм на плъзу (Жит. Серг. Рад.); в-третьих, неодушевлённое-неодушевлённое (объектами сравнений являются предметы или явления, одному из которых приписываются качества или свойства другого): И егда святый хотя причаститися, тогда божественный огнь свится яко же нЬкаа плащаница. (Жит. Серг. Рад.). Следует отметить, что по названным семантическим моделям строятся не только традиционные устойчивые сравнения, но и авторские сравнения, например: [Сергий] . яко шипок благоуханный; . яко маслина плодовита; . яко гроздъ многоплоденъ; ... ако врътоград затво-ренъ; ... яко алавастръ мира многоцЬннаго. (Жит. Серг. Рад.).

Устойчивые сравнения по своему происхождению восходят к двум источникам: а) к книжно-славянскому (яко земный аггелъ); б) к народно-литературному (аки орел). Учёные отмечают, что большинство устойчивых сравнений являются одновременно библейскими и фольклорными по происхождению. Например, А.Н. Афанасьев говорит, что многие языческие представления с принятием христианства были перенесены на ветхо- и новозаветных святых. Древний человек, пользуясь словами и оборотами, созданными язычеством, бессознательно вносил их в область новой христианской культуры. [14, с. 237]. Так, образ сравнения лестница в устойчивом сравнении акы лЬствица, възводящиа на высоту небесную, по народным убеждениям, помогает усопшему подняться на небеса. С принятием христианства лестница в семь ступеней становится символом семи небес [14, с. 63-64].

Итак, устойчивое сравнение является минимальной единицей древнерусского текста, обладающей, во-первых, синтагматическими отношениями подобия между объектами сравнения, способными создавать синонимические ряды; во-вторых, синкретичным значением; в-третьих, указанием на денотат, уподобляемый другому; в-четвёртых, прагматическим значением; в-пятых, библейским и / или фольклорным происхождением.

Примечание

Жит. Серг. Рад. - Житие Сергия Радонежского / Подгот. текста и коммент. Д.М. Буланина; пер. М.Ф. Антоновой и Д.М. Буланина // ПЛДР. ХІУ-середина XV века. М., 1981. С. 256-429.

Список литературы

1. Огольцев В.М. Устойчивые сравнения в системе русской фразеологии. Л.: Изд-во ЛГУ, 1978. 160 с.

2. Михайловская Н.Г. Системные связи в лексике древнерусского книжно-письменного языка XI-XIV вв. Нормативный аспект. М.: Наука, 1980. 253 с.

3. Черемисина М.И. Сравнительные конструкции русского языка / Отв. ред. К.А. Тимофеев. 2-е изд., стереотипное. М.: КомКнига, 2006. 272 с.

4. Бойцов С.А. Устойчивые сравнения в брянских говорах: Автореф. дис.... канд. филол. наук. Л.: ЛГУ им. А.А. Жданова, 1986. 17 с.

5. Миклошич Ф. Изобразительные средства славянского эпоса. М., 1895. 34 с.

6. Лихачёв Д.С. Поэтика древнерусской литературы. М., 1979. 360 с.

7. Петров А.В. Логическая структура сравнения в лексических единицах со значением подобия (на материале научных и научно-популярных текстов) // Язык и ментальность: Сб. ст. СПб, 2010. 696 с.

8. Розенталь Д.Э. Справочник по русскому языку. Словарь лингвистических терминов. М., 2008. 624 с.

9. Пименова М.В. Красотою украси: выражение эстетической оценки в древнерусском тексте. СПб: Филологический факультет Санкт-Петербургского университета; Владимир: Владимирский государственный педагогический университет, 2007. 415 с.

10. Колесов В.В. Метонимия // Энциклопедия «Слова о полку Игореве»: В 5 т. Т. III. СПб., 1995. С. 244.

11. Новиков Л.А. Семантика русского языка: Учеб. пособие. М.: Высшая школа, 1982. 272 с.

12. Валентинова О.И., Кореньков А.В. Стиль «плетения словес» в контексте истории русского литературного языка и литературы Древней Руси. Епифаний Премудрый «Житие Стефана Пермского». М.: РУДН, 2000. 160 с.

13. Колесов В.В. Философия русского слова. СПб.: ЮНА, 2002. 448 с.

14. Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу. Опыт сравнительного изучения славянских преданий и верований в связи с мифическими сказаниями других родственных народов / Репринт. изд. 1865 г., с испр. Т. 1. М., 1994. 800 с.

IDIOMATIC COMPARISONS IN THE OLD RUSSIAN TEXT

K.M. Bogrova

Old Russian idiomatic comparisons are examined as the minimal unit of the ancient text. Semantic features of idiomatic comparisons are analyzed. The investigated material shows that in «The Life Sergius of Radonezh» idiomatic comparisons are constructed on three semantic models.

Keywords: comparison, stability, syncretic meaning, syntagmatic relations, synonymic series, “weaving of words”, denotation, pragmatic meaning, semantic model.