Рынок венчурных инвестиций в кризисных условиях: вызовы, тенденции, решения

И.П. ЧЁРНАЯ

Рынок венчурных инвестиций в кризисных условиях: вызовы, тенденции, решения

Рассматриваются вопросы, связанные с венчурным инвестированием и его особенностями в России в условиях финансового кризиса. Особое внимание уделено проблемам процесса формирования инфраструктуры венчурной индустрии, активным участником которого выступает государство, созданные им венчурные фонды и неформальные институты — бизнес-ангелы. Анализируя современные тенденции развития рынка венчурного капитала, автор подчеркивает значимость усиления роли вузов в укреплении государственно-частных партнерств и активизации инновационной активности в регионах.

Ключевые слова: бизнес-ангелы, венчурная индустрия, венчурные инвестиции, государственно-частное партнерство, финансовый кризис.

Мировой финансовый кризис, который многие аналитики связывают с началом нового Кондратьевского цикла, способствовал изменению технологической парадигмы социально-экономического развития и существенно изменил условия распространения венчурного бизнеса, обеспечивающего внедрение инноваций. Несмотря на определенное сокращение рынка венчурных инвестиций как реакции на кризисные явления (например, в США — одном из мировых лидеров — только в первом квартале 2009 г. объем венчурных инвестиций сократился на 61 %, достигнув самого низкого показателя за последние 12 лет) [4], интерес к венчурному инвестированию возрастает по многим причинам. Во-первых, требования нового «Бретон-Вудса» приводят к усилению государственного регулирования в финансовой сфере. Во-вторых, необходимость поддержки высокорисковых предпринимательских проектов способствует совершенствованию механизмов управления, нацеленных на минимизацию инвестиционных рисков. В-третьих, современная экономика знаний усиливает значимость не только финансирования соб-ственновенно знаний, но прежде всего превращения знания в эффективное

ЧЁРНАЯ Ирина Петровна — доктор экономических наук, зав. кафедрой менеджмента Владивостокского государственного университета экономики и сервиса, г. Владивосток.

производство. И, наконец, в-четвертых, венчурный капитал, ориентированный не столько на финансовую, сколько на технологическую оценку проекта, усиливает практическую возможность финансирования новых инновационных идей и разработок на начальных этапах их реализации.

В России рост внимания ученых, политиков, хозяйственников к венчурному инвестированию обеспечивается слабым развитием этого сегмента финансового рынка, который избежал сильного падения, а следовательно, имеет большой потенциал роста. Это подтверждается динамикой развития и прогнозными оценками: в 2008 г. объем рынка венчурного инвестирования в России вырос на 25 %, достигнув почти 1,3 млрд долл. США. В 2009 г., по предварительным данным, рост составил около 20 %. К 2010-2012 гг. объем российского венчурного рынка может увеличиться до 5 млрд долл. США [1].

Венчурные инвестиции, представляющие собой высокодоходный и актуальный для российской экономики финансовый инструмент, в силу своего недостаточного объема не могут способствовать активному внедрению инноваций. Как отмечается в докладе известного аналитического центра МсЮшеу, инновации на базе новых технологий проходят через три стадии: разработка и внедрение нового продукта, его распространение и масштабирование. Практика показывает, что в России основные трудности возникают на второй и третьей стадиях. Иными словами, проблема состоит не в нехватке новых идей, а в медленном распространении более эффективных и производительных инноваций среди российских компаний [2, с. 19]. Достаточно показательны следующие цифры: в настоящее время объем мирового рынка наукоемкой продукции составляет более 2 трлн долл. США. Из этой суммы 39 % приходится на продукцию США и только 0,3 % — России. При этом в нашей стране работает примерно 12 % всех ученых и инженеров-разработчиков мира, а в США — 25 %. В России, по данным Российской ассоциации венчурного инвестирования (РАВИ), зарегистрировано 92 венчурных фонда, среди них реально работающих — лишь пятая часть. Для сравнения, в Силиконовой долине насчитывается порядка 600 фондов рискованных инвестиций [5]. По экспертным оценкам, объем венчурных инвестиций в высокотехнологичный сектор развитых стран составляет порядка 30 %, в российской экономике — только 5 %. При этом внедрением инноваций занимается лишь 4-5 % отечественных предприятий, тогда как в Германии, США, Франции и Японии — от 70 до 82 % [11, с. 299; 14]. Даже такое формальное сопоставление показывает наличие в России больших ресурсов и их слабое использование. Учитывая, что 70-85 % прироста ВВП в развитых странах приходится на долю усовершенствованных технологий, продукции, оборудования, содержащих новые знания или решения, следует однозначно говорить о том, что именно рост венчурного капитала является источником успешного развития технологически ориентированных стран. Именно в этом направлении финансирования научных исследований, прикладных разработок и инновационной деятельности, осуществляемых

малыми высокотехнологичными фирмами, должна развиваться российская экономика. Венчурный капитал потенциально является важнейшим источником инновационного экономического роста в России.

Однако, как показывает анализ, в настоящее время имеется ряд существенных проблем, препятствующих развитию венчурной индустрии в России. Их основная часть была обозначена еще в разработанной в 2002 г. «Концепции развития венчурной индустрии в России (государственной системы стимулирования венчурных инвестиций)». Эти проблемы включают следующее:

1) неразвитость инфраструктуры, обеспечивающей появление в научно-технической сфере России новых и развитие существующих малых и средних быстрорастущих высокотехнологичных предприятий, способных стать привлекательным объектом для прямого (венчурного) инвестирования;

2) отсутствие в венчурной индустрии России одного из основных факторов привлекательности страны для зарубежных инвесторов — российского капитала;

3) низкая ликвидность венчурных инвестиций, в значительной мере обусловленная недостаточной развитостью фондового рынка, являющегося важнейшим инструментом свободного выхода венчурных фондов из проинвести-рованных предприятий;

4) отсутствие экономических стимулов для привлечения прямых инвестиций в предприятия высокотехнологичного сектора, обеспечивающих приемлемый риск для венчурных инвесторов;

5) низкий престиж предпринимательской деятельности в области малого и среднего бизнеса;

6) недостаточная информационная поддержка венчурной индустрии в России;

7) недостаточное количество квалифицированных управляющих венчурными фондами и низкий уровень инвестиционной культуры предпринимателей;

8) правовая и налоговая среда, не стимулирующая создание венчурных фондов [9].

В некоторой степени влияние этих проблем на развитие венчурного бизнеса было ослаблено государственной политикой, направленной на создание эффективной национальной инновационной системы и стимулирование участия частного бизнеса в переходе российской экономики на инновационную модель роста. Важнейшими направлениями такой политики стали принятие и выполнение первой, рассчитанной на 2002-2006 гг., и второй, охватывающей 2007-2012 гг., федеральных целевых программ «Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития науки и техники» (ФЦ НТП), в рамках которых стало возможно получение бюджетных вложений в инновационные компании на конкурсной основе. Приоритетными отраслями для венчурных инвестиций в РФ были заявлены нанотехнологии, медицина, чистая энергетика, биотехнология, сфера информатизации. Постановлением правительства

РФ от 24 августа 2006 г. была создана Российская венчурная компания (РВК), в которой государству принадлежит 100 % уставного капитала компании. На РВК были возложены две основные функции: отбор лучших управляющих компаний на конкурсной основе и приобретение паев венчурных фондов, создаваемых этими компаниями. За последние годы с участием государства созданы 14 региональных фондов, еще семь работают при Российской венчурной компании. За 2003-2006 гг. был создан 21 закрытый паевой инвестиционный фонд (ЗПИФ) и 5 венчурных ЗПИФ с участием государственных средств. Появились венчурные фонды «Академия», «Инновации НГУ», «Сибирский региональный венчурный фонд» и др. К 2007 г. общая капитализация региональных венчурных фондов составила 2,24 млрд р., в том числе 25 % — средства федерального бюджета, 25 % — средства регионального бюджета, 50 % — частные средства [6, с. 49].

В 2006 г. при поддержке Российской Ассоциации Прямого и Венчурного Инвестирования (РАВИ) и комитета Торгово-промышленной палаты России по инвестиционной политике было создано национальное Содружество бизнес-ангелов России (СБАР) для содействия формирования в стране среды для перетока финансовых ресурсов в «посевные» проекты, т. е. такие, когда сама компания еще находится в стадии формирования, а инновационный проект существует как бизнес-идея. В результате особенностью российского рынка венчурного капитала стал достаточно развитый, по мировым меркам, сектор private equity (частных инвестиций), ориентированный на стадию расширения и реструктуризации бизнеса, а также небольшое число венчурных фондов. Однако интенсивное развитие инфраструктуры рынка венчурного капитала привело к возникновению, по крайней мере, двух новых проблем, свидетельствующих о наличии серьезных диспропорций.

Первая проблема получила в литературе название «финансовый разрыв» или «узкое горлышко». Ее суть заключается в усилении противоречия между деятельностью, с одной стороны, фондов прямых инвестиций старта-пов (start-up, когда недавно образованная компания, обладающая опытными образцами, пытается наладить их производство), не находящих достаточного количества приемлемых объектов инвестирования в области высоких технологий, а потому инвестирующих нетехнологические компании поздних стадий, и, с другой стороны, предпринимательских команд, способных предложить продукты высокой степени новизны, но не представляющие коммерческого интереса для крупных инвестиционных фондов [8, с. 74]. Подчеркнем, что объяснения возникновения этой проблемы кроятся в особенностях российской хозяйственной культуры, а именно, низкой склонности инвесторов к риску, предпочитающих наименее рискованные способы получения дохода и вложение в уже состоявшиеся компании на поздних стадиях [7, с. 57]. По мнению экспертов, сегодня в России значительно легче привлечь 100 млн долл. США в уже запущенный проект в области потребительского рынка или недвижимости, чем 0,1-1,5 млн долл. США в инновационный стартап. Это

обуславливается тем, что основные полюса роста российской экономики — сырьевой и потребительский секторы, недвижимость и торговля.

Появление второй проблемы рынка венчурных инвестиций вполне ожидаемо с точки зрения существующей в стране региональной дифференциации по многим социально-экономическим показателям. Возникновение и развитие инфраструктуры венчурной индустрии соответствует сложившейся ситуации: наибольшую инновационную активность демонстрируют Центральный и Северо-Западный федеральные округа, в основном за счет таких крупных центров, как Москва и Санкт-Петербург. Третье место занимает Приволжский ФО, в котором на постоянной основе проводится ряд мероприятий, способствующих активному развитию венчурного предпринимательства, наиболее значимым из которых выступает Ярмарка бизнес-ангелов и инноваторов «Российским инновациям — российский капитал» [10]. Доля остальных федеральных округов в общем объеме российских венчурных инвестиций незначительна. Например, на долю ДФО приходится менее 1 % от этих инвестиций.

Развитие финансового кризиса практически не привело к возникновению новых проблем в венчурной индустрии России. Основными трендами 2008-2009 гг. аналитики называли рецессию российской экономики и убеждение в продолжительности кризиса не более двух лет. Прогнозы на 2009 г. практически полностью оправдались: новые фонды, за редким исключением, не создавались, новые инструменты для поиска и оценки стартапов не были разработаны. Вместе с тем, деятельность существующих венчурных фондов была достаточно успешной. Например, фонды РВК, созданные совместно с частными инвесторами, профинансировали 13 проектов, в том числе проект создания уникальной логистической системы с использованием российской спутниковой навигации ГЛОНАСС. Также успешной признается работа венчурного фонда Almaz CP, который инвестирует в разработчиков программных продуктов и сервисов, в том числе для глобального рынка, венчурных фондов под управлением компаний «Allianz Росно управление активами», «Финнам» и других. Достигнутый рост рынка венчурного инвестирования был связан с новыми возможностями как следствием кризиса:

1) снижением конкуренции на рынке венчурного капитала;

2) удешевлением активов на 30-50 % — для проектов на стадии запуска (стартапов);

3) изменением вектора предпочтений венчурных инвесторов с социальных сетей, и прочих интернет-стартапов, на начинающие компании, предлагающие интересные решения в сфере консалтинга, сервисных услуг и товарного рынка;

4) увеличением инвестиционной привлекательности венчурных фондов, рискованность инвестиций которых снизилась на фоне падения фондового рынка, ухудшающихся перспектив открытых ПИФов и депозитов коммерческих банков. Венчурные фонды вкладывались в бумаги непубличных компаний, на которых кризис отразился не столь сильно [11; 13].

Поэтому эксперты и аналитики рынка венчурных инвестиций выделяют две основные тенденции его развития в настоящее время: инвестирование в те компании, которые способны или уже приносят прибыль, а также сокращение частных инвестиций и увеличение государственных денег на рынке. Усиление государственного регулирования ожидается и для поиска новых механизмов диверсификации рисков при финансировании инновационных проектов, и для отбора наиболее перспективных вариантов венчурного инвестирования и определения наиболее перспективных областей инноваций для венчурных инвестиций [3]. В этой связи вполне оправданными являются надежды на активизацию деятельности государственно-частных пар-тнерств — институционально-организационного объединения интересов государства и предпринимательских структур в целях реализации экономически и социально значимых проектов и программ. При этом речь идет не столько о создании венчурных фондов, сколько об активизации их деятельности по всей территории страны, в том числе вовлечения в инновационную деятельность образовательных учреждений высшего профессионального образования. Как показывают исследования А. Каширина и А. Семенова, на территории практически каждого российского вуза функционирует хотя бы несколько предприятий в области науки и научного обслуживания, причем часть из них — преуспевающие. Многие из них располагаются в вузовских технопарках, бизнес-инкубаторах, инновационно-технологических центрах. Инновационные стартапы попадают в официальную классификацию категории ОКВЭД «Наука и научное обслуживание». В РФ существует порядка 18-20 тыс. малых предприятий этой категории, следовательно, какая-то часть из них может получать инвестиции по венчурной схеме [7, с. 57]. Это направление деятельности необходимо для привлечения внимания венчурных фондов к наиболее перспективным объектам инновационного развития, прежде всего в сфере ЫчеасЬ.

Очевидно, что вклад государства в решение всех выделенных проблем для стимулирования развития венчурной индустрии в РФ должен заключаться в создании благоприятного законодательного и нормативного обеспечения процесса инвестирования и реализации совместных с частным бизнесом инвестиционных программ. С учетом слабости рынка венчурных инвестиций именно государство должно способствовать осуществлению ряда целевых мероприятий, связанных, например, с созданием и/или совершенствованием инновационной инфраструктуры, включая: обеспечение присутствия российского инновационного сектора в Силиконовой долине и в Европе; создание транснациональной компании для оказания услуг по выведению российских технологий на мировой рынок; импорт интеллектуальной собственности в Россию; создание частных исследовательских центров — научных лабораторий с привлечением «бывших» российских ученых, получивших соответствующий опыт за рубежом.

Особое развитие должны получить и инновационно активные (или потенциально активные) субъекты рынка венчурных инвестиций. Развитие государственно-частного партнерства ставит новые задачи перед вузовским сообществом. Отметим, что уже несколько лет как Министерство образования и науки вместе с Российской ассоциацией венчурных инвестиций начали внедрять элементы обучения венчурному предпринимательству в образовательную практику дополнительного бизнес-образования вузов, используя для этой цели классический «Курс по венчурному предпринимательству для европейских университетов», предоставленный EVCA (Европейская ассоциация прямых инвестиций и венчурного капитала). Однако для решения существующих проблем данный классический курс должен не только быть адаптирован к российским реалиям, но и получить необходимое развитие в основных образовательных программах направления «Экономика и управление», обеспечивая условия для формирования у выпускников вузов аналитических и управленческих компетенций. При этом речь идет и о создании кафедр венчурного бизнеса, организации и проведении научно-практических конференций с привлечением представителей власти, науки, венчурного капитала для обмена опытом. Особое внимание следует обратить на изменение самой парадигмы управленческого образования: его стержнем, как представляется, должна стать концепция инновационного менеджмента, основанная на переходе от массовости в производстве к кастомизации (индивидуализации продукции). Венчурный бизнес никогда не будет связан с поточным производством продукции массового потребления, поэтому для его активного развития необходима не только особая государственная политика, но и особые механизмы академической политики вузов, направленные на подготовку кадров для венчурной индустрии.

Список литературы

1. Анализ отрасли венчурных инвестиций в России. URL: http://www. research-techart.ru/report/Russian-Venture-Capital-Investment-market

2. Бакатина Д. Эффективная Россия: производительность как фундамент роста: McKinsey Global Institute. М., 2009.

3. В 2009 году рынок венчурного инвестирования ждет затишье. URL: http://www.offerings.ru/review/news/news_3548.html

4. В 1 квартале 2009 г. объем венчурных инвестиций в США сократился на 61 %. URL: http://www.unova.ru/article/616

5. Гришняев И.Н. Венчурное финансирование инновационных проектов. URL: http://www.ptechnology.ru/Innovac/Innovac4.html

6. Государственно-частное партнерство в научно-инновационной сфере / под ред. А.К. Казанцева, Д.А. Рубвальтера. М.: ИНФРА-М, 2009.

7. Каширин А., Семенов А. Венчурное инвестирование в России. М.: Вершина, 2007.

8. Каширин А., Семенов А. В поисках бизнес-ангела. Российский опыт привлечения стартовых инвестиций. М.: Вершина, 2008.

9. Концепция развития венчурной индустрии в России (государственной системы стимулирования венчурных инвестиций). URL: http://www.csr.ru/ document/original_194.stm

10. Лобковский С.В. Центр гравитации // Вестник РАВИ. 2009. № 1. URL: http://www.rvca.ru/rus/files.php?34

11. Макаренко А. Инвестиции. Несмотря на кризис, Россия — на пороге бума венчурных инвестиций. URL: http://www.finansmag.ru/94244/print

12. Модернизация и конкурентоспособность российской экономки / под ред. И.Р. Курнышевой и И.А. Погосова. СПб.: Алитейя, 2010.

13. Россия — на пороге бума венчурных инвестиций. URL: http://www. in-vestoteka.ru/?p=67

14. Участие государства в развитии венчурного инвестирования в России // Информационно-аналитический бюллетень. 2003. № 45. URL: http:// www.beafnd.org