Леонид Крыловецкий против Российской Федерации

Леонид Крыловецкий против Российской Федерации

       Пообещав своим гражданам погасить все имеющиеся у них ГКО в срок, государство, казалось, обошлось с ними куда более гуманно, чем с прочими владельцами своих облигаций. Но так думают не все. В Басманный муниципальный суд Москвы поступило прецедентное исковое заявление от гражданина России владельца ГКО Леонида Крыловецкого, который считает, что государство должно ему более 3,5 млн рублей. В интервью корреспонденту "Ъ" Юлии Панфиловой обманутый владелец ГКО Леонид Крыловецкий рассказал и о своих дальнейших планах.

— Почему вы решили судиться с Минфином и ЦБ?
       — А что бы вы сделали на моем месте? Ведь нарушены мои конституционные права. У меня был значительный портфель ГКО, я рассчитывал, продав бумаги, приобрести квартиру. Но теперь государство отняло у меня эту возможность, ограбило меня.
       — Позвольте, но ведь физическим лицам государство обещало полностью погасить облигации. При чем здесь суд?
       — Погашение действительно обещано. Но вернут нам не деньги, а резаную бумагу. Уже сейчас мои сбережения за счет девальвации рубля обесценились втрое. А когда мне погасят облигации, на эти деньги я смогу разве что проехать на трамвае. Такой поворот событий меня совершенно не устраивает.
       — Тем не менее правительство и ЦБ, согласитесь, действовали на основании изданных ими правовых актов...
       — Не соглашусь! По указу президента такие, с позволения сказать, акты, затрагивающие права граждан страны, вступают в силу спустя семь дней после опубликования. Между тем их стали исполнять со дня оглашения. Более того, уже 17 августа были прекращены торги гособлигациями на ММВБ.
       — Что конкретно вы требуете?
       — Для начала — расторжения договорных отношений с Минфином, который эмитировал принадлежащие мне ГКО и ОФЗ. Ведь любой договор, в том числе с государством, может быть расторгнут в судебном порядке, если одна из сторон существенно нарушила его условие. В данном случае это сделали правительство и ЦБ, прекратив торговлю госбумагами на ММВБ.
       — Но ведь у вас не было договора с государством — гособлигации по вашему поручению покупал какой-то банк...
       — Банк лишь посредник. Как только я стал владельцем гособлигаций, я вступил в договорные отношения с их эмитентом — Минфином. Об этом четко сказано в генеральных условиях выпуска и обращения ГКО и ОФЗ. Они утверждены правительством.
       — Предположим, что суд удовлетворит эту часть иска. Что вы требуете, кроме расторжения договора с Минфином?
       — Совсем немного. Я хочу, чтобы ответчики возместили мне убытки от своих противоправных действий. Плюс проценты на сумму необоснованного денежного обогащения. Плюс пени из расчета 1% за каждый день просрочки исполнения требования о расторжении договорных отношений. Плюс, наконец, компенсацию за моральный вред. Пусть заплатят за мои душевные волнения, за то, что нарушили мои права, закрепленные в Конституции.
       — Скромно... И на сколько потянул ваш иск в итоге?
       — С учетом всех штрафов — на 3 млн 586 тысяч 766 рублей.
       — А много ли у вас ГКО и ОФЗ?
       — Достаточно, чтобы купить в Москве комфортабельную квартиру. Но речь не только обо мне. Только в Москве таких, как я, владельцев бумаг около 14 тысяч. По моим подсчетам, наше государство ограбило российских и иностранных инвесторов как минимум на $50 млрд. Кроме того, опять же по моим оценкам, размер обязательств ЦБ перед всеми держателями рублей уменьшился примерно на $37 млрд. Это значит, что ЦБ и правительство, как сказано в статье 1107 Гражданского кодекса, "получили необоснованное обогащение". Я имею в виду, что и Центробанк, и правительство обогатились за счет девальвации.
       — А что вам ответили представители ЦБ и Минфина?
       — ЦБ ничего не ответил: там, оказывается, не получили моего искового заявления, а только повестку из суда. Минфин ответ представил, но, надо сказать, он своеобразно толкует мои гражданские права. Я, например, ссылаюсь на статью 451 ГК, где говорится о существенном изменении обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора. В отзыве Минфина на мое исковое заявление сказано: "Как следует из заявления правительства РФ (от 17.08.98.— "Ъ") и постановлений правительства и указа президента (от 25.08.98.— "Ъ"), имели место такие существенные обстоятельства: кризис на мировых финансовых рынках, неудовлетворительное положение дел с доходами бюджета, значительный рост расходов по погашению ранее выпущенных государственных ценных бумаг и уплате процентных платежей по ним при низких доходах бюджета, что стало непомерным бременем для федерального бюджета. Кроме того, возникли чрезвычайные обстоятельства: углубляющийся кризис в Азии, новое падение мировых цен на нефть, сокращение валютных резервов страны, которые могли привести к экономической катастрофе в Российской Федерации". Пусть так. Пусть виной всему азиатский кризис и падение цен на нефть. Но в таком случае договор подлежит расторжению согласно все той же 451-й статье ГК. Минфин в этом случае должен досрочно погасить все мои облигации. Однако он этого делать не хочет. Я еще до суда направил в Минфин письмо, где просил погасить бумаги досрочно. Они ответили отказом. Теперь я этого требую по суду. Причем требую погашения в долларах.
       — Вы необычайно грамотный истец. У вас юридическое образование?
       — Нет, образование у меня высшее техническое. Просто я люблю докапываться до сути. К тому же мне помог адвокат.
       — Ваш иск приняли в суде без проблем?
       — Да, если не считать стояния в многочасовой очереди.
       — Но вы, наверное, очень удивили судью?
       — Нет, я прилично выглядел, а больше ее и не должно ничего удивлять. Она только с милой улыбкой поинтересовалась, почему именно Басманный суд я осчастливил таким необычным делом. На что я ответил, что как раз, наверное, к несчастью, Минфин находится на территории юрисдикции именно этого суда.
       — Заседание суда по вашему заявлению уже было?
       — Было пока только собеседование. На него явились представители только двух ответчиков — ЦБ и Минфина, от правительства никого не было. И заседание перенесли на месяц.
       — На такие заседания приглашаются свидетели?
       — Да, если имеются обстоятельства, сущность которых требуется разъяснить. У меня как раз такой случай. Я бы хотел задать несколько вопросов в суде таким свидетелям, как Сергей Дубинин и Сергей Кириенко. Мне хотелось бы знать, на каком основании были прекращены торги гособлигациями на бирже.
       — Почему не обратились сначала, скажем, в КонфОП?
       — Туда не пробиться. Я пробовал дозвониться, но телефон все время занят. Но главное, что это все бесполезно. КонфОП помогает только писать стандартные исковые заявления в суд к банкам. Вообще КонфОП, на мой взгляд, это группа юристов, которая присвоила себе это громкое имя, а на самом деле берет за услуги не меньше, чем в юридической консультации. Поэтому, я думаю, пора создать специальную общественную организацию, которая будет защищать и отстаивать права частных инвесторов.
       — Еще одну организацию?! Что же она будет делать?
       — Помогать писать исковые заявления. Благо опыт есть.
       — И тоже брать деньги? Тогда в чем разница?
       — В том, что мы будем брать меньше. Но не это главное. Суд может присоединять новые заявления к поданным раньше по тому же поводу. И сроки рассмотрения значительно сокращаются.
       — Скажите честно, вы действительно рассчитываете на удовлетворение своего иска или просто хотите поднять шум?
       — Наверное, и то и другое. Во-первых, я действительно намерен судиться, пока не получу свои деньги. Во-вторых, как говорили древние, пусть рухнет мир, но свершится правосудие.
       
--------------------------------------------------------
       ПО ПОДСЧЕТАМ ЛЕОНИДА КРЫЛОВЕЦКОГО, ГОСУДАРСТВО ОГРАБИЛО ВЛАДЕЛЬЦЕВ ГКО НА $50 МЛРД. И ЕЩЕ НА $37 МЛРД ОБОГАТИЛОСЬ В РЕЗУЛЬТАТЕ ДЕВАЛЬВАЦИИ
       КРЫЛОВЕЦКИЙ НАМЕРЕН ДОБИТЬСЯ ТОГО, ЧТОБЫ СУД ДОПРОСИЛ ДУБИНИНА И КИРИЕНКО
--------------------------------------------------------
       
Перспектива
       
На что может рассчитывать Леонид Крыловецкий
Его иск и перспективы дела комментирует юрист "Ъ" Дмитрий Жарков.
       
       Отношения между государством и гражданином, связанные с приобретением им государственных ценных бумаг, действительно являются не чем иным, как договором займа. Заемщиком здесь выступает государство, гражданин — заимодавцем. По всякому договору займа заемщик выплачивает проценты. И государственный заем исключением не является. То есть истец покупал госбумаги с целью получения прибыли. Поэтому в случае с иском Леонида Крыловецкого вряд ли можно будет применить закон "О защите прав потребителей". Этот закон мог иметь действие, если бы государство оказало ему услугу для личных или бытовых нужд. В данном же случае правительство взяло у гражданина деньги взаймы, обязалось их вернуть и уплатить за их пользование.
       А если нельзя говорить о применении этого закона к отношениям по ГКО, то невозможно также говорить о том, что подлежит возмещению моральный вред, причиненный неисполнением обязательств. Все дело в том, что моральный вред по общему правилу возмещается лишь при нарушении неимущественных прав гражданина либо в иных определенных законом случаях. Таких случаев для договоров займа не предусматривается.
       В то же время государство в соответствии с Гражданским кодексом, безусловно, несет обязанность по погашению своих ценных бумаг и выплате по ним дохода в те сроки, которые предусмотрены условиями их выпуска. Можно ли расторгнуть досрочно договор займа с государством и вернуть ему ценные бумаги? Теоретически — да. Для этого, правда, потребуется доказать факт "существенного изменения обстоятельств". То есть доказать, что если бы стороны (государство и гражданин) могли их предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен. Или был бы заключен на иных условиях. Кроме того, в суде нужно будет доказать следующее. Первое: в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет. Второе: изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть даже при достаточной степени "заботливости и осмотрительности". Третье: исполнение договора без изменения его условий нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы за собой ущерб (то есть одна из сторон лишилась бы того, на что она вправе рассчитывать при заключении договора). Еще одно уточнение: из обычаев делового оборота и существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несет заинтересованная сторона.
       Допустим, что суд принял все эти аргументы и расторг договор. Что в данном случае причитается гражданину? Прежде всего возмещение убытков в виде реального ущерба и упущенной выгоды. Под реальным ущербом в данном случае могут быть приняты номинальная стоимость государственных ценных бумаг и проценты, если срок их уплаты наступил к моменту расторжения договора. Что же касается упущенной выгоды, то к ней можно отнести причитавшиеся в будущем проценты, однако обычно суды никакой упущенной выгоды не взыскивают. Вот в таком объеме, скорее всего, и будут удовлетворяться иски владельцев ГКО. Но нельзя исключать того, что судебная практика может признать глобальный финансовый кризис как форс-мажорное обстоятельство, что освободит государство от всякой ответственности по неисполненным обязательствам.