Посредничество во взяточничестве (ст. 2911 УК РФ): анализ некоторых проблем правоприменения

УДК 343.352.4

ПОСРЕДНИЧЕСТВО ВО ВЗЯТОЧНИЧЕСТВЕ (СТ. 2911 УК РФ): АНАЛИЗ НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ

© Никонов П. В., 2015

Иркутский юридический институт (филиал) Академии Генеральной прокуратуры РФ, г. Иркутск

В статье исследуются отдельные проблемы квалификации посредничества во взяточничестве. Автором анализируются значительный размер взятки как обязательный признак объективной стороны основного состава преступления, квалифицированных видов и ч. 5 ст. 2911 УК РФ, соотношение и разграничение обещания или предложения посредничества во взяточничестве и посредничества во взяточничестве.

Ключевые слова: посредничество во взяточничестве; посредник-соучастник; обещание или предложение посредничества во взяточничестве; значительный размер взятки.

В настоящее время ответственность за посредничество во взяточничестве предусмотрена в ст. 2911 УК РФ. Согласно ч. 1 ст. 2911 УК РФ посредничество во взяточничестве образуют следующие действия субъекта преступления: а) непосредственная передача взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя; б) иное способствование взяткодателю и (или) взяткополучателю в достижении соглашения между ними о получении и даче взятки; в) иное способствование взяткодателю и (или) взяткополучателю в реализации соглашения между ними о получении и даче взятки.

При этом обязательным признаком объективной стороны рассматриваемого состава преступления, в силу прямого на то указания в уголовном законе, является значительный размер взятки [1].

В соответствии с примечанием к ст. 290 УК РФ значительным размером взятки признаются сумма денег, стоимость ценных бумаг, иного имущества, услуг имущественного характера, иных имущественных прав, превышающие 25 тыс. руб.

В этой связи дискуссионной среди специалистов в области уголовного права является проблема квалификации действий посредника во взяточничестве, в случае когда размер взятки не превышает 25 тыс. руб., т. е. не является значительным.

Буквальное толкование содержания диспозиции ч. 1 ст. 2911 УК РФ позволяет сделать вывод о том, что действия лица, фактически выступившего в качестве посредника в даче-получении взятки, размер которой не превышает 25 тыс. руб., декри-минализованы. Тогда как, отмечает О. Ка-

пинус, вместо усиления уголовно-правового противодействия коррупции произойдет ее существенное ослабление: правоприменитель станет считать непреступными действия, которые до внесения обсуждаемых изменений в Уголовный кодекс уголовную ответственность влекли [2]. Дело в том, что до того, как ответственность за посредничество во взяточничестве была установлена в самостоятельной статье Уголовного кодекса РФ (ст. 2911), действия посредника во взяточничестве в зависимости от конкретных обстоятельств по делу и его роли в даче или получении взятки влекли ответственность по правилам соучастия в даче или получении взятки, где минимальный размер взятки, ее нижние границы не имели юридического значения для уголовно-правовой оценки содеянного (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» [3] — утратил силу).

Д. Гарбатович полагает, что при недостижении значительного размера взятки посредник во взяточничестве не может быть привлечен к уголовной ответственности по ст. 2911 УК РФ в силу отсутствия состава преступления, что, однако, не исключает возможности квалификации его действий как соучастия в получении или даче взятки (по ст. 33 и ст. 290 или 291 УК РФ) [4].

Такого же мнения придерживается В. Борков, говоря о том, что если сумма взятки не превышает 25 тыс. руб., то фактический посредник ответственность по-прежнему будет нести как соучастник в даче либо получении взятки [5].

Иную точку зрения имеют Т. И. Розовская и Д. В. Пешков, которые полагают, что наступление уголовной ответственности за посредничество в форме способствования взяткодателю и (или) взяткополучателю в достижении либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки законодатель ставит в зависимость от размера взятки. Непосредственная же передача взятки наказуема в уголовно-правовом смысле независимо от ее суммы [6].

П. С. Яни считает, что посредничество во взяточничестве является преступным, если взятка превышает 25 тыс. руб. [7].

Аналогичной правовой позиции придерживаются С. Д. Белов и Н. В. Чекмачева, которые считают, что за передачу взятки в размере 24 990 руб. по поручению взяткополучателя, совершающего действия, сопряженные с вымогательством взятки, посредник не понесет никакой ответственности, а деяние взяткополучателя при этом подлежит квалификации по п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ [8].

Абсолютно понятно и очевидно стремление большинства субъектов правоприменения, равно как и теоретиков, объяснить и предложить применение уголовного закона об ответственности за посредничество во взяточничестве таким образом, что даже в случае недостижения значительного размера взятки не исключается уголовная ответственность посредника. Это обусловлено тем, что реализуемая в современных условиях государственная политика в области борьбы с преступностью приоритетно направлена на усиление противодействия коррупции и ужесточение ответственности за ее проявления. На этом фоне умозаключения о декриминализации отдельных форм коррупционного поведения вызывают недоумение и непринятие.

Наиболее распространенной является точка зрения, в соответствии с которой если посредник оказывает содействие в даче-получении взятки в размере менее чем значительный, его действия необходимо квалифицировать как соучастие, в форме пособничества в даче или получении взятки, поскольку соучастие в даче или получении взятки (ст. 290 или ст. 291 УК РФ со ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ) соотносятся с посредничеством во взяточничестве (ст. 2911 УК РФ) как общая и специальная уголовно-правовые нормы. Данный подход небезоснователен, поскольку посредниче-

ство во взяточничестве обязано своим юридическим происхождением соучастию в даче-получении взятки, из которого оно и выделилось. Однако правило, предусмотренное ч. 3 ст. 17 УК РФ (конкуренция общей и специальной норм), не может быть применено к рассматриваемому случаю.

Так, если попытаться усмотреть в посредничестве, совершенном в размере менее значительного, состав соучастия в получении или даче взятки, то выходит, что уголовно-правовое положение соучастника значительно хуже, чем посредника, хотя размер взятки, которую он помогал получить-дать, меньше. В то время как размер взятки является дифференцирующим ответственность обстоятельством, с которым законодатель связывает повышение общественной опасности деяния. Также к соучастникам нельзя применить примечание к ст. 2911 УК, т. е. освободить от ответственности, а к посреднику можно.

Данное утверждение не является категоричным и требует некоторых разъяснений.

В случае если посредник совершил действия, описанные в ч. 1 ст. 2911 УК РФ, но при этом размер взятки не превышает сумму в 25 тыс. руб., и если он будет привлечен к ответственности в качестве соучастника по ч. 1 ст. 290 УК РФ или ч. 1 ст. 291 УК РФ, его правовое положение не будет ухудшено, а, напротив, улучшено. На это указывает характер санкций соотносимых составов преступлений. Максимальное наказание за: а) «посредничество» — лишение свободы до пяти лет со штрафом в размере 20-кратной суммы взятки; б) дачу взятки — лишение свободы на срок до двух лет со штрафом в размере 10-кратной суммы взятки; в) получение взятки — лишение свободы на срок до трех лет со штрафом в размере 20-кратной суммы взятки.

Как видно, при вменении или переквалификации наказание назначенное «посреднику» будет не больше и не равное санкции ч. 1 ст. 2911 УК РФ, а существенно ниже, чем предусмотрено в данной статье.

В то же время если «посредник» окажет содействие в даче-получении взятки за совершение заведомо незаконных действий в отсутствие значительного размера взятки, то это повлечет квалификацию содеянного по соответствующим частям ст. 290 и 291 УК РФ. При этом максимально строгая мера ответственности, подлежащая применению к посреднику-соучастнику, будет

большей в сравнении с максимальной санкцией ч. 2 ст. 2911 УК РФ. Более того, если посредник-соучастник будет активно способствовать раскрытию и (или) пресечению преступления и добровольно сообщит органу, имеющему право возбудить уголовное дело, о посредничестве во взяточничестве, он не может быть освобожден от ответственности на основании примечания к ст. 2911 УК РФ.

В этой связи видятся неслучайными выявленные несоответствия в характере санкций посредничества во взяточничестве и дачи-получения взятки. Их несоразмерность, чему выше была дана оценка, является свидетельством того, что законодатель не исходил из возможности замены посредничества во взяточничестве в незначительном размере на нормы о соучастии в даче или получении взятки. На это также указывает и невозможность применения примечания к ст. 2911 УК РФ в отношении посредника-соучастника (пособника). Тем более что отсутствие значительного размера взятки в посредничестве во взяточничестве свидетельствует об уменьшении общественной опасности содеянного и не может служить основанием более строгого применения закона, ухудшающего правовое положение привлекаемого к уголовной ответственности.

Таким образом, анализ правовых предписаний, содержащихся в ст. 2911, 290 и 291 УК РФ, в их взаимосвязи и нормативном единстве позволяет заключить, что структуро- и одновременно криминообра-зующими признаками законодательной конструкции ст. 2911 УК РФ являются: посреднические действия, описанные в диспозиции статьи; размер взятки, который должен быть значительным.

Только в их сочетании законодатель усмотрел общественную опасность посредничества во взяточничестве как уголовно-наказуемого деяния. Отсутствие хотя бы одного из упомянутых выше признаков исключает уголовную противоправность содеянного. С учетом изложенного предпринятая попытка привлечь посредника к уголовной ответственности при отсутствии значительного размера взятки по каким-либо иным основаниям, например как соучастника в даче или получении взятки, будет означать применение уголовного закона по аналогии.

Данный вывод подтверждает и судебная практика Верховного Суда РФ.

Терентьев признан виновным и осужден за пособничество в получении взятки долж-

ностными лицами инспекторами ДПС Уюкиным и Глазовым от Касымова в виде денег в размере меньше 25 тыс. руб. за незаконные действия в пользу взяткодателя, выразившиеся в оформлении фиктивных документов о ДТП для получения последним страховой выплаты.

Судебная коллегия Верховного Суда РФ не согласилась с законностью и обоснованностью осуждения Терентьева по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 290 УК РФ по следующим основаниям.

Исходя из диспозиции ч. 1 ст. 2911 УК РФ, определяющей понятие посредничества во взяточничестве, уголовная ответственность по данной статье в случае непосредственной передачи взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя либо иного способствования взяткодателю или взяткополучателю в достижении либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки, наступает лишь в том случае, если размер взятки является значительным, т. е. в соответствии с примечанием к ст. 290 УК РФ превышает 25 тыс. руб., либо крупным или особо крупным (п. «б» ч. 3 и ч. 4 ст. 2911 УК РФ).

В данном случае его действия подлежали квалификации не по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 290 УК РФ, а по специальной ст. 2911 УК РФ, регулирующей вопросы, связанные с посредничеством во взяточничестве.

Однако в связи с тем, что сумма взятки не превышала 25 тыс. руб., его действия не образуют состава преступления, поэтому приговор в отношении его в этой части подлежит отмене, а уголовное дело — прекращению за отсутствием в его действиях состава преступления [9].

Теории уголовного права и судебно-след-ственной практике известны иные способы разъяснения порядка применения ст. 2911 УК РФ в условиях отсутствия значительного размера взятки:

• Непосредственная передача взятки — первая разновидность посредничества во взяточничестве, в тексте диспозиции ч. 1 ст. 2911 УК РФ отделена от признака значительного размера. На этом основании некоторые криминалисты приходят к выводу, что значительный размер свойствен только второму виду посредничества, к которому по тексту уголовного закона рассматриваемый признак непосредственно и примыкает, т. е. иному способствованию

взяткодателю и (или) взяткополучателю в достижении либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки.

Представляется, что данный вывод является преждевременным и не основанным на правильном толковании уголовного закона. Передача взятки, иное способствование достижению или реализации соглашения о даче-получении взятки является простым перечислением деяний (в совокупности образующих единую объективную сторону посредничества во взяточничестве), за которыми следует указание на признак «значительный размер взятки», который распространяет свое действие на все предшествующие ему виды криминального поведения. Нет оснований (ни юридических, ни грамматических) ограничивать влияние данного признака только на преступную деятельность, непосредственно к нему примыкающую.

С учетом изложенного навряд ли рассмотренный подход к оценке юридического содержания ч. 1 ст. 2911 УК РФ может быть признан убедительным и обоснованным. Показательным в этой связи является следующее судебное решение.

Матвеева признана виновной в том, что, занимая должность судебного пристава-исполнителя, получила через Бирюкова взятку за незаконное бездействие — неисполнение решения суда о взыскании задолженности по уплате алиментов.

Вердиктом коллегии присяжных заседателей Бирюков признан виновным в том, что получил от С. взятку в виде денежных средств в размере менее 25 тыс. руб. для последующей передачи их Матвеевой, а затем и передал Матвеевой указанную сумму.

Председательствующим по делу судьей на основании ч. 4 ст. 348 УПК РФ Бирюков по ч. 2 ст. 2911 УК РФ оправдан в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

В кассационном представлении и дополнении государственный обвинитель, не соглашаясь с приговором, указывает, что, согласно установленным присяжными заседателями обстоятельствам дела, действия Бирюкова с учетом примечания к ст. 290 УК РФ об определении размера взятки исходя из ее суммы надлежало квалифицировать по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 290 УК РФ как пособничество в получении взятки. Автор кассационного представления также указывает, что поскольку дис-

позиция ч. 1 ст. 2911 УК РФ предусматривает ответственность за совершение двух самостоятельных деяний: 1) непосредственной передачи взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя и 2) иного способствования взяткодателю или взяткополучателю в достижении либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки в значительном размере, то при непосредственной передаче (получении) посредником взятки размер ее для квалификации не имеет значения (выделено мной. — П. В.).

Судебная коллегия, не находя оснований для удовлетворения доводов кассационного представления, разъяснила: исходя из диспозиции ч. 1 ст. 2911 УК РФ, определяющей понятие посредничества во взяточничестве, уголовная ответственность по данной статье как в случае непосредственной передачи взятки по поручению взяткодателя или взяткополучателя, либо иного способствования взяткодателю или взяткополучателю в достижении либо реализации соглашения между ними о получении и даче взятки, наступает лишь в том случае, если размер взятки является значительным, т. е. в соответствии с примечанием к статье 290 УК РФ превышает 25 тыс. руб., либо крупным или особо крупным (п. «б» ч. 3 и ч. 4 ст. 2911 УК РФ) [10].

• Посреднические действия во взяточничестве, предусмотренные ч. 2 и п. «а» ч. 3 ст. 2911 УК РФ, поскольку не содержат указания на размер взятки, признаются преступными вне зависимости от размера взятки.

Данное мнение основано на ошибочной оценке уголовного закона и попытке толкования отягчающих обстоятельств в отрыве от основного состава преступления, производными от которого они являются.

Уголовная ответственность за указанные квалифицированные виды посредничества во взяточничестве наступает при условии, если размер взятки, получению или даче которой содействовал посредник, значительный, так как в соответствии с ч. 1 ст. 2911 УК РФ посредничество во взяточничестве является преступным, если взятка превышает 25 тыс. руб.

Верховный Суд РФ, рассмотрев в судебном заседании дело по кассационному представлению государственного обвинителя на приговор Верховного Суда

Республики Адыгея, установил, что гражданка Дзюбина обоснованно была оправдана в совершении посредничества во взяточничестве за совершение заведомо незаконных действий (бездействие).

Приговором суда установлено, что Дзюбина передала Агаджанян от Р. денежные средства в сумме менее 25 тыс. руб. за выдачу фиктивного листка нетрудоспособности.

Ставя под сомнение законность решения об оправдании Дзюбиной по предъявленному обвинению в совершении посредничества при получении взятки от Р., государственный обвинитель указал, что посреднические действия во взяточничестве в случае, если они связаны с выполнением заведомо незаконных действий, образуют состав преступления вне зависимости от размера взятки (выделено мной. — П. В.).

С данным утверждением Судебная коллегия не может согласиться, поскольку оно противоречит положениям уголовного закона, в частности диспозиции ч. 1 ст. 2911 УК РФ, в соответствии с которой уголовная ответственность за посредничество во взяточничестве наступает при условии, если размер взятки, получению или даче которой содействовал посредник, является значительным.

Согласно примечанию к ст. 290 УК РФ значительным размером взятки, в том числе применительно к ст. 2911 УК РФ, признается сумма денег и стоимость иного имущества, превышающие 25 тыс. руб.

Исходя из этого, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии в действиях Дзюбиной обязательного элемента состава посредничества во взяточничестве — значительного размера взятки, следовательно, и отсутствии в ее действиях состава указанного преступления, в связи с этим правомерно оправдал ее в этой части обвинения.

Утверждение государственного обвинителя, что суд не принял необходимых мер, направленных на установление в действиях Дзюбиной признаков иного преступления, не основано на законе.

В соответствии со ст. 9 УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.

Противоправное деяние Дзюбина совершила в период действия уголовного

закона в редакции Федерального закона от 4 мая 2011 г. № 97-ФЗ, которым в УК РФ введена специальная норма (ст. 2911), предусматривающая ответственность за посредничество во взяточничестве.

В связи с этим оснований для установления признаков какого-либо иного преступления в деянии, совершенном Дзюбиной в период действия специальной нормы, предусматривающей ответственность за такие деяния, у суда не имелось [11].

Рассмотренными случаями не исчерпывается многообразие проблем, возникающих в связи с квалификацией посредничества во взяточничестве.

Отдельный интерес представляет обещание или предложение посредничества во взяточничестве, за что ответственность установлена в ч. 5 ст. 2911 УК РФ.

По мнению В. Боркова, ч. 5 ст. 2911 УК РФ, судя по санкции, является квалифицированным составом по отношению к ч. 1 [12].

Действительно, если исходить из вида, размера наказания и характера законодательной конструкции (место расположения части в структуре статьи), ч. 5 ст. 2911 УК РФ является отягчающим составом преступления. Между тем ч. 5 следует рассматривать как самостоятельный состав преступления, поскольку указанные в ней действия есть не что иное, как приготовление к основному составу посредничества во взяточничестве (ч. 1 ст. 2911 УК РФ), и в этом смысле данные действия являются частью целого, а часть не может быть квалифицированным составом целого.

Обещание или предложение посредничества во взяточничестве не содержит всех юридически значимых признаков ч. 1 ст. 2911 УК РФ, что является необходимым условием формирования отягчающего состава, который, наряду с признаками основного состава преступления, должен содержать примыкающее к нему дополнительное обстоятельство, характеризующее объективную или субъективную сторону совершенного преступления, повышающего общественную опасность содеянного [13].

Таким образом, ч. 1 и ч. 5 ст. 2911 УК РФ не соотносятся между собой как основной и квалифицированный составы преступления.

Необходимо отметить, что такой опыт конструирования статьи (когда в одной статье содержатся относительно самостоятельные преступные деяния, которые не соотносятся между собой как основной и

квалифицированные составы) уголовный закон уже знает. Примером тому служит ч. 3 ст. 327 УК РФ, которая, по сути, является самостоятельным составом преступления, предусматривающим ответственность за использование заведомо подложного документа, в то время как ч. 1 ст. 327 УК РФ предусматривает ответственность «за подделку удостоверения или иного официального документа...».

Из ч. 5 ст. 2911 УК РФ следует, что законодатель криминализировал обещание или предложение посредничества во взяточничестве вне зависимости от размера взятки, и, таким образом, как утверждает О. Капинус, преодолел запрет уголовной ответственности за приготовление к преступлениям средней тяжести применительно ко взяточничеству (максимальное наказание по ч. 1 ст. 2911 УК РФ не превышает пяти лет лишения свободы) [14].

По мнению П. С. Яни, поскольку в законе (ч. 1 ст. 2911 УК РФ) посредничеством во взяточничестве соответствующие действия названы, только если размер взятки является значительным, то ответственность по ч. 5 ст. 2911 УК наступает за обещание или предложение посредничества в даче-получении взятки не менее чем в значительном размере [15].

Толкуя смысл уголовного закона, который находит свое выражение в воле законодателя, во внимание должны быть приняты условия и причины (обстоятельства), которыми руководствовались субъекты нормо-творческой деятельности, принимая решение об установлении ответственности в ч. 5 ст. 2911 УК РФ за обещание или предложение посредничества во взяточничестве.

Так, заключение по проекту Федерального закона № 502299-5 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия коррупции» разъясняло: «Полагаем, что положения части пятой проектной редакции статьи 2911 УК РФ, предусматривающей в качестве одного из видов наказания за обещание или предложение посредничества во взяточничестве штраф в размере кратном от суммы взятки, нуждаются в дополнительном обсуждении, поскольку данный проектный состав является усеченным и будет считаться оконченным с

момента предложения посредником во взяточничестве своих услуг, сумма взятки для квалификации данного вида преступления не подлежит доказыванию

(выделено мной. — П. В.) и, соответственно, вряд ли может быть основанием для размеров штрафа» [16].

Таким образом, в ходе обсуждения законопроекта редакцию ч. 5 ст. 2911 УК РФ предлагалось изложить без указания на размер взятки, так как не во всех случаях сумму предмета взятки представляется возможным установить в связи с усеченной законодательной конструкцией данного состава преступления.

Думается, что именно эта причина побудила законодателя именно так описать рассматриваемый вид преступного поведения.

Поэтому отсутствие размера взятки в ч. 5 ст. 2911 УК РФ вовсе не указывает на неопределенность уголовно-правовой нормы, подлежащей применению, и не является следствием ее недостаточной разработанности, а напротив, ориентирует правоприменителей на такое толкование смысла уголовного закона, при котором размер взятки является факультативным признаком, доказывание которого не является обязательным по данной категории уголовных дел для судебно-следственных органов. Этот вывод находит свое подтверждение и в санкции ч. 5, из которой следует, что наказание за совершенное преступление является альтернативным и предусматривает: а) штраф в размере от 15-кратной до 70-кратной суммы взятки с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет;

б) штраф в размере от 25 тыс. до 500 млн руб. с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет;

в) лишение свободы на срок до семи лет со штрафом в размере от 10-кратной до 60-кратной суммы взятки.

Как видно, одной из мер наказания, которая может быть применена к субъекту преступления, является штраф (с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет) в фиксированном размере от 25 тыс. до 500 млн руб., исчисление которого не связано с определением размера взятки.

Этот вид наказания, как представляется, специально и был предусмотрен для случа-

ев, когда вид взятки, его материальная ценность не могут быть установлены.

Основываясь на изложенном выше, можно заключить, что размер взятки в ч. 5 ст. 2911 УК РФ, ее нижний предел законодательно не определены и не влияют на квалификацию содеянного.

Сама по себе сумма взятки является обстоятельством, от установления или невозможности установления которой зависит лишь только вид санкции, подлежащей применению.

Юридическое значение в данном случае имеет доказывание высказанного посредником намерения, доведенного до сведения других лиц, оказать содействие в даче-получении взятки безотносительно к ее конкретному виду и стоимости.

К ч. 5 ст. 2911 УК РФ и аналогичным по способу законодательного описания преступным деяниям (например, ст. 2281) применяется правило, в соответствии с которым в составах преступлений, в которых масштаб преступной деятельности не является обязательным признаком, не требуется доказывать величину, размер предмета преступления, равно как и преступных последствий, что не препятствует привлечению виновного к уголовной ответственности. Ш

1. Никонов П. В., Шиханов В. Н. Уголовно-правовая характеристика преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления : учеб. пособие. Иркутск, 2014. С. 155-165.

2. Капинус О. Изменения в законодательстве о должностных преступлениях: вопросы квалификации и освобождения взяткодателя от ответственности / / Уголовное право. 2011. № 2. С. 21-26.

3. О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе : постановление Пленума Верхов. Суда РФ от 10 февр. 2000 г. № 6 (утратило силу) // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

4. Гарбатович Д. Посредничество во взяточничестве: преобразованный вид пособничества // Уголовное право. 2011. № 5. С. 4-8.

5. Борков В. Новая редакция норм об ответственности за взяточничество: проблемы применения // Уголовное право. 2011. № 4. С. 9-14.

6. Розовская Т. И., Пешков Д. В. Обещание или предложение посредничества во взяточничестве: вопросы правоприменения / / Наука и образование: хозяйство и экономика; предпринимательство; право и управление. 2012. № 3. С. 94-97.

7. Яни П. Посредничество во взяточничестве // Законность. 2011. № 9. С. 12-18.

8. Белов С. Д., Чекмачева Н. В. Уголовное преследование за посредничество во взяточничестве // Законность. 2011. № 10. С. 41-44.

9. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 1 нояб. 2012 г. № 46-О12-50 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

10. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 17 окт. 2012 г. № 41-О12-65СП // Там же.

11. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 29 янв. 2013 г. № 24-О13-1 // Там же.

12. Борков В. Новая редакция норм об ответственности за взяточничество: проблемы применения // Уголовное право. 2011. № 4. С. 9-14.

13. Никонов П. В. К вопросу о некоторых проблемах уголовной ответственности за посредничество во взяточниче-

стве (ст. 291-1 УК РФ) // Сиб. юрид. вестн. 2012. № 2. С. 112-117.

14. Капинус О. Указ. соч.

15. Яни П. Указ. соч.

16. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия коррупции : проект Федер. закона № 502299-5.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия коррупции [Электронный ресурс] : проект Федер. закона № 502299-5. — URL: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/ %28SpravkaNew% 29?0penAgent&RN=502299-5&02

О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе : постановление Пленума Верхов. Суда РФ от 10 февр. 2000 г. № 6 (утратило силу) // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

Кассационное определение Верховного Суда РФ от 29 янв. 2013 г. № 24-О13-1 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

Кассационное определение Верховного Суда РФ от 1 нояб. 2012 г. № 46-012-50 // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

Кассационное определение Верховного Суда РФ от 17 окт. 2012 г. № 41-012-65СП // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

Белов С. Д. Уголовное преследование за посредничество во взяточничестве / С. Д. Белов, Н. В. Чекмачева // Законность. — 2011. — № 10. — С. 41—44.

Борков В. Новая редакция норм об ответственности за взяточничество: проблемы применения // Уголовное право. — 2011. — № 4. — С. 9—14.

Гарбатович Д. Посредничество во взяточничестве: преобразованный вид пособничества // Уголовное право. — 2011. — № 5. — С. 4—8.

Капинус О. Изменения в законодательстве о должностных преступлениях: вопросы квалификации и освобождения взяткодателя от ответственности // Уголовное право. — 2011. — № 2. — С. 21—26.

Никонов П. В. К вопросу о некоторых проблемах уголовной ответственности за посредничество во взяточничестве (ст. 291-1 УК РФ) // Сиб. юрид. вестн. — 2012. — № 2. — С. 112—117.

Никонов П. В. Уголовно-правовая характеристика преступлений против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления : учеб. пособие / П. В. Никонов, В. Н. Шиханов. — Иркутск : Иркут. юрид. ин-т (филиал) Акад. Ген. прокуратуры РФ, 2014. — С. 155—165.

Розовская Т. И. Обещание или предложение посредничества во взяточничестве: вопросы правоприменения / Т. И. Розовская, Д. В. Пешков // Наука и образование: хозяйство и экономика; предпринимательство; право и управление. — 2012. — № 3. — С. 94—97.

Яни П. Посредничество во взяточничестве // Законность. — 2011. — № 9. — С. 12—18.

Mediation in Bribery (Art. 2911 Criminal Code of RF): Analysis of Some Law Enforcement Problems

© Nikonov P., 2015

The article focuses on some problems of qualification of mediation in bribery. The author analyzes the significant size of bribes as a mandatory feature of the objective side of the main elements of the crime, of qualified types and p. 5, Art. 2911 of the Criminal Code of the RF, the relationship and the distinction between promises or offers of mediation in bribery and mediation in bribery.

Key words: mediation in bribery; mediator-partner; a promise or offer of mediation in bribery; the large amount of bribes.