Ньюсмейкеры

Ньюсмейкеры

Владимир Жириновский, лидер ЛДПР:

       — Ничего менять не собираюсь. Что менять-то? Разве что детей еще нарожать. Всем женщинам хотел бы пожелать испытать в Новом году состояние беременности. Чтобы в России родилось еще 10-15 млн человек. А все мужчины пусть вступают в ЛДПР, тогда в стране все будет в порядке.
       
Сергей Беляев, лидер фракции НДР в Госдуме:
       — Сначала скажу о том, что не хотел бы менять, — это само дело, которому служу без малого десять лет: реформирование России. Так что изменить хотел бы не дело, а всего-навсего условия, в которых придется в новом году работать: побольше единомышленников в Госдуме, увеличения рядов нашей фракции, создания в Госдуме мощной коалиции центра, способной противостоять левой оппозиции. Удастся это — и очень многое изменится в лучшую сторону и в законодательной работе, да и в стране в целом.
       
Минтимер Шаймиев, президент Татарстана:
       — Что касается личной жизни, то в январе у меня будет большой юбилей — 60-летие. Как-никак, определенный рубеж... А своей президентской деятельностью мне бы хотелось в новом году больше убедить руководителей субъектов федерации в необходимости построения демократии в Российской Федерации. Меня несколько огорчает недопонимание важности этого вопроса. Когда я очень часто и настоятельно говорю об этом, многие считают, что Шаймиев отстаивает права Татарстана. У Татарстана прав достаточно. И мы будем жить в рамках Федеративного договора, какие бы законы не принимались. Но сейчас при поддержки части членов Совета федерации пытаются принимать конституционные законы, которые ограничивают права субъектов федерации. Наоборот, лучше сейчас пойти на изменение Конституции по отдельным принципиальным статьям, чтобы в соответствии с этим принимать конституционные законы и строить нормальное общество.
       
Владимир Яковлев, губернатор Санкт-Петербурга:
       — В личной жизни я особо ничего менять не хочу, потому что она у меня сложилась. Сложилась по-нормальному и идет уже по прямой столбовой дороге. Что касается изменений в других каких-то вопросах, связанных с производственной деятельностью, — действительно, мне хочется сделать очень многое. Для этого мы и программу составили на следующий год, и стратегический план развития нашего города. А самое главное, я бы сказал, основное — чтобы в следующем году люди немножко больше улыбались. Потому что если они начнут улыбаться, значит, мы что-то сделали для них.
       
       
Анатолий Чубайс, руководитель администрации президента России:
       — Самым трудным в уходящем году для меня был период болезни Бориса Николаевича. Никогда не думал, что может быть так сложно начинать руководить администрацией в момент вынужденного отсутствия президента. Надеюсь, более того — уверен, что в 1997 году, да и вообще до конца этого столетия такой острой политической ситуации уже не будет. Теперь, когда Борис Николаевич вернулся в Кремль, администрация работает в нормальных условиях. Рассчитываю извлечь из этого дивиденды и для себя лично. Я искренне надеюсь, что мой рабочий день будет заканчиваться не в одиннадцать-двенадцать часов ночи, а хотя бы в девять. И я смогу уделять хоть какое-то время семье. Тогда, наверное, и всяких "правдивых историй" про "аморалку" поубавится. Впрочем, эти истории и моя жена Маша, и Татьяна Борисовна, которые, кстати, хорошо знают друг друга, воспринимают с юмором...
       
Олег Янковский:
       — За столько лет сыграно столько ролей, что трудно разобраться, какой я и что мне надо. Впрочем, наверное, будет меняться имидж, но в себе самом менять ничего не хотел бы. Несмотря на то что не оставляю надежды остаться вашим ньюсмейкером и в новом году.
       
Сергей Благоволин:
       — В жизни я решил вновь вернуться к отечественным спиртным напиткам. Хватит обогащать другие страны! Будем пить на благо нашей любимой родины. В деле же я решил изменить дело.
       
Александр Калягин:
       — Главное для меня — не позволить самому себе превратиться в чиновника и, несмотря на груз забот председателя Театрального союза, продолжать играть спектакли и их ставить.
       
       Сергей Дубинин, председатель Банка России, узнав об интересе журналистов к его планам на будущий год (тем более в отношении грядущих перемен), задумался, а потом сообщил сотрудникам пресс-центра:
       — Знаете, если говорить о том, что я хочу изменить в своей жизни, серьезно, нет времени. А отшутиться... Как-то нет настроения...
       
Евгений Шапошников, генеральный директор "Аэрофлота":
       — В будущем году я стану на год старше, что, в общем-то, грустно. Но новый год — это новые надежды, что, в общем-то, веселее.
       
Сергей Лисовский, генеральный директор компании "ОРТ-Реклама":
       — "Похороны" новой России — это всем ясно — не состоялись. В стране, слава Богу, воцарилась относительная политическая стабильность. Дело за малым — стабилизацией экономики, которая, я очень надеюсь, в новом году наконец повернется к людям. Конечно же, очень хотелось бы, чтобы новый год принес всем нам больше малых и больших радостей и меньше всякого рода потрясений и разочарований.
       
Каха Бендукидзе, генеральный директор АО НИПЕК:
       — Это глобальный вопрос, я над ним, честно говоря, не задумывался... Наверное, я хотел бы оставлять для себя больше времени. А что касается бизнеса, то в следующем году мы решили совершить еще один рывок. Больше пока ничего не скажу.
       
Андрей Костин, председатель Внешэкономбанка:
       — Во многом 1997 год — год решающий. Именно в этом году должна завершиться техническая работа по выверке задолженности, достигнуты принципиальные договоренности по данному вопросу. Так что это будет год реструктуризации долгов. После чего Россия сможет обслуживать свой собственный долг и долг СССР.
       Во-вторых, что действительно нужно изменить, — это статус ВЭБа. Сегодня ВЭБ только называется банком. По сути это механизм государственной системы управления внешним долгом. В новом году должен быть принят новый устав банка. На мой взгляд, ВЭБ должен стать акционерным обществом со 100-процентным государственным участием, подчиняющимся нормативам и требованиям Центробанка. После утверждения статуса ВЭБа банк наконец станет полноправным членом банковской системы.
       В более глобальном смысле хотелось бы изменить инвестиционный климат в стране.
       Что бы мне хотелось изменить в себе — похудеть на 7 кг.