КОРОЛЬ ЭДУАРД ИСПОВЕДНИК В "АНГЛОСАКСОНСКОЙ ХРОНИКЕ"

И. Г. Матюшина

КОРОЛЬ ЭДУАРД ИСПОВЕДНИК В «АНГЛОСАКСОНСКОЙ ХРОНИКЕ»

Статья посвящена сопоставлению основных рукописей Англосаксонской Хроники (Паркерской, Вустерской, двух Абингдонских, Пе-терборской), которые содержат сведения о короле Эдуарде Исповеднике. Автор статьи анализирует различия в мотивации действующих лиц и истолковании основных событий, содержащиеся в рукописях, в частности, вопроса о престолонаследии короля Эдуарда, который по-разному освещается в Петерборской и во всех остальных рукописях. Недостаточность данных Англосаксонской Хроники восполняется в статье при помощи других исторических и литературных источников: «Энкомия королеве Эмме», «Жития короля Эдуарда», хроники Иоанна Вустерского, «Деяний нормандских королей» Вильгельма Жюмьежского, «Деяний Вильгельма» Вильгельма Пуатье, «Саги о Ха-ральде Суровом», дополняющих или опровергающих утверждения, содержащиеся в Хронике.

Ключевые слова: Англосаксонская Хроника, рукописи, энко-мий, житие, агиография, король Эдуард Исповедник, престолонаследие, нормандское завоевание.

Родословная короля Эдуарда Исповедника, последнего правителя уэссекской династии, связана и с мирной эпохой процветания Англии (он приходился внуком королю Эдгару Миротворцу, которому посвящены две поэмы Англосаксонской Хроники), и с тревожными временами скандинавских нашествий (отцом Эдуарда был Этельред II, правление которого было прервано вторжением датского короля Свейна и его сына Кнута). Смерть короля Эдуарда знаменовала конец уэссекской династии и предшествовала нормандскому завоеванию.

Сведения о короле Эдуарде, которые содержатся в анналах Англосаксонской Хроники, разрозненны и немногочисленны, а потому нуждаются в дополнении других источников. Из хартии, принадлежащей королю Эдуарду, известно, что он ро-

© Матюшина И. Г., 2018

дился ок. 1003-1005 гг. в местечке Ислип, расположенном в нескольких милях к северу от Оксфорда1. Он был старшим сыном Этельреда от его второй жены Эммы, сестры правителя Нормандии Ричарда II2. Спасаясь от датских набегов, он еще ребенком уехал со своим братом Альфредом в Нормандию, как о том говорится в Абингдонской, Вустерской и Петерборской рукописях в записи за 1013 г. Хроника рассказывает о нападении на Англию датского короля Свейна Вилобородого и о продиктованном соображениями безопасности решении Этельреда отослать своих сыновей Эдуарда и Альфреда и жену Эмму в Нормандию к ее родным3.

В Абингдонской и Вустерской рукописях (в записях за 1036 г.)4 повествуется о печальной судьбе младшего брата Эдуарда, Альфреда Этелинга, который после смерти короля Кнута, попытался с небольшим отрядом вернуться из Нормандии в Ан-глию5. По приказу Харольда Заячья Лапа Альфред со спутника-

1 В хартии (S 1148, Anglo-Saxon Charters: an Annotated List and Bibliography // Ed. P. H. Sawyer. L., 1968) утверждается, что Ислип был отдан королю Эдуарду его матерью Эммой в день его рождения в качестве «его первого дара», а затем подарен им Вестминстерскому аббатству (Keynes Edward the Aetheling / Edward the Confessor. The Man and the Legend // Ed. R. Mortimer. Woodbridge, 2009. P. 44).

2 У Эдуарда было шестеро старших сводных братьев (сыновей Этельреда от первого брака), однако он смог унаследовать престол, благодаря тому, что ни один из его сводных братьев не остался в живых.

3 «Король Этельред на некоторое время остался со своим флотом, который находился на реке Темза; и госпожа (жена Этельреда Эмма) в сопровождении Элфси, аббата Питерборо, после этого отправилась за море к своему брату Ричарду. Король послал за море епископа Эльфсуна с этелингами, Эдуардом и Альфредом, дабы он (Ричард) мог их охранять (bewitan)...» (Sub anno 1013. Two of the Saxon Chronicle Parallel. P. 149).

4 В Петерборской рукописи о гибели Альфреда не упоминается

5 См.: Матюшина И. Г. Альфред Этелинг и поэма англосаксонской хроники // Вестник РГГУ. Серия «История. Филология. Культурология. Востоковедение». 2015. № 7. С. 83-121. - (Arbor mundi = Мировое древо: международной журнал по теории и истории мировой культуры; вып. 21).

ми был зверски убит уэссекским эрлом Годвине1. Ни в одной из рукописей Англосаксонской Хроники не говорится о том, что Эдуард тоже пытался возвратиться на родину.

Упоминания о неудачной попытке Эдуарда приехать в Англию после смерти Кнута содержатся только в нормандских источниках. Так, в «Деяниях нормандских королей» (ок. 1050 -1070 г.) Вильгельма Жюмьежского рассказывается: «В то время Кнут, английский король, умер, и ему наследовал Харольд, его сын от наложницы Эльфгиву. Узнав об этой долгожданной смерти, король Эдуард, живший в то время при дворе герцога, немедленно отплыл с сорока кораблями, полными воинов, в Са-утгемптон, где встретил огромное множество англов, готовых с ним сразиться. Он вступил с ними в бой в то мгновение, когда ступил на берег, и сразу же обрек на гибель значительное их число. Он и его люди возвратились на свои корабли победителями. Однако поняв, что ему не добыть английского королевства без более многочисленного войска, он развернул флот, и, нагруженный богатой добычей, отплыл обратно в Нормандию»2. Вильгельм Жюмьежский видит в неудаче Эдуарда Божий промысел: «Это произошло, я думаю, по воле Господа, ради короля Эдуарда, которому Он назначил править без кровопролития»3. Окончательно Эдуард возвратился в Англию в 1041 г., причем,

1 Ни происхождение, ни источник благосостояния эрла Годвине точно не известны. Высказывалось предположение (Уолкер Й. Гарольд последний король англосаксов. СПб., М., 2014. С. 21), что его отцом был тан Сассекса Вульфнот, возможно, засвидетельствовавший четыре грамоты короля Этельреда (Keynes S. The Diplomas of King Aethelred 'The Unready' 978-1016. Tables 8-9). В 1018 г. Кнут пожаловал Годвине титул эрла Уэссекса, одновременно с тем, как Годвине вступил в брак с Гюдой, сестрой датского ярла Ульва, приходившегося шурином королю Кнуту (Stenton Fr. Anglo-Saxon England. Oxford, 1971. P. 417) -Ульв был женат на сестре Кнута Эстрид.

2 William of Jumieges. The Gesta Normannorum Ducum of William of Jumieges, Orderic Vitalis and Robert of Torigni / Ed. E.M.C. van Houts. 2 vols. Oxford, 1992-1995. Vol. II. P. 104-106. О попытке Эдуарда высадиться в Англии говорится также в «Деяниях Вильгельма» Вильгельма из Пуатье (The Gesta Guillelmi of William of Poitiers. P. 2-6).

3 William of Jumidges. Op. cit. Vol. II. P. 78-79.

как считает Вильгельм Жюмьежский, по приглашению своего единоутробного брата Хардакнута, сына Кнута и Эммы: «Вскоре после того, как он [Хардакнут] укрепился как король, он призвал из Нормандии своего брата, чтобы тот возвратился и стал с ним жить, но менее чем через два года после того он сам тоже умер, оставив Эдуарду в наследство все королевство»1.

Та же причина возвращения Эдуарда в Англию высказывается и в самом раннем источнике о жизни Эдуарда, «Энкомии Эмме» (Encomium Emmae), который был написан по приказу его матери в период между возвращением Эдуарда в Англию в 1041 г. и смертью Хардакнута в 1042 г. и сохранился в единственной рукописи XI в.: «Хардакнут, охваченный братской любовью, попросил Эдуарда приехать и править вместе с ним королевством»2. К объявлению о восшествии Эдуарда на престол в поздней рукописи «Энкомия» (1500 г.) добавлено одно из немногих сохранившихся его описаний: «после смерти Хардакну-та Эдуард, законный наследник, стал править королевством, человек, выделяющийся величием силы, обладающий мощью ума и суждения, а также крепостью характера, короче говоря, наделенный всеми желательными качествами»3. Возможно, годы изгнания, которые выпали на долю Эдуарда Исповедника в юности, безвременная гибель брата, научили его мудрости и способствовали тому, что во время правления он стремился к миру и покою.

В отличие от «Энкомия Эмме» Англосаксонская Хроника не содержит подробностей о возвращении Эдуарда в Англию (ср. запись за 1041 г. в Абингдонской Рукописи: «И вскоре в тот год из-за моря прибыл брат (Хардакнута) по матери, сын короля Этельреда, изгнанный из страны за много лет до того, и он был

1 William of Jumieges. Op. cit. Vol. II. P. 106.

2 Encomium Emmae Reginae / Ed. A. Campbell. Cambridge, 1998. P. 52-53.

3 Mortuo Ardechnutone in regnum successit Edwardus, heres scilicet legittimus, uir uirium eminentia conspicuus, uirtute animi consiliique atque etiam ingenii uiuacitate preditus et, ut omnia breuiter concludam, omnium expetendorum summa insignitus (Encomium Emmae Reginae P. 52. Note b).

принят как король и после того всю жизнь жил при дворе своего брата»). О восшествии Эдуарда на престол в Абингдонской и Вустерской рукописях сказано только, что после смерти Хар-дакнута «все люди приняли Эдуарда как короля, как ему подобало по рождению»1. В Петерборской рукописи сообщение о том, что «все люди» избрали Эдуарда королем еще до того, как Хардакнут был похоронен, сопровождается фразой «да будет он править столько, сколько ему дарует Господь»2. возможно, добавленной после того, как Эдуард получил трон. Все три рукописи упоминают о коронации Эдуарда в Уинчестере на Пасху 1043 г., а в Вустерской и в Петерборской рукописи говорится, что она прошла «с большим торжеством» (mid myccelum wyröscype3).

Первое королевское деяние Эдуарда, о котором упоминается в Хронике (в той же записи за 1043 г.), было связано с его матерью Эммой. Абингдонская и Петерборская рукописи рассказывают о том, как Эдуард отобрал у своей матери все земли и все, что у нее было в золоте и серебре, потому что она «слишком крепко» от него это удерживала (forjan heo hit heold to feste wiö hine4). Составитель Вустерской рукописи добавляет, что королю был дан совет, последовав которому он вместе с эрлами Леофриком, Годвине и Сивардом, внезапно покинул Глостер и нагрянул к своей матери в Винчестер и «отобрал у нее все бесчисленные сокровища, которыми она владела, ибо она была слишком сурова к своему сыну, королю, и сделала для него гораздо меньше, чем он был вправе ожидать, и до и после того, как он стал королем»5. Предполагалось, что королева Эмма заручилась поддержкой норвежского короля Магнуса и обещала ему свои сокровища6. Возможно, однако, что действия Эдуарда объясняются влиянием его советников, в частности, Годвине, в интересах которого было посеять вражду

1 Sub anno 1041. Two of the Saxon Chronicle Parallel. P. 167.

2 Sub anno 1043. P. 168.

3 Ibidem.

4 Ibid. P. 169.

5 Ibid. P. 168.

6 Anglo-Saxon Chronicle / Swanton P. 162.

между матерью и сыном, чтобы обезопасить себя на случай открытого проявления вражды Эммы, не простившей ему убийства своего сына Альфреда.

Уэссекский эрл Годвине, замешанный в убийстве брата Эдуарда Альфреда, получил огромную власть в стране задолго до возвращения Эдуарда из Нормандии, что с самого начала омрачило правление Эдуарда. Согласно одной из интерполяций Ордерика Виталия в «Деяниях нормандских правителей» Вильгельма Жюмьежского, «самым могущественным правителем в Англии был в то время свирепый и вероломный эрл Годвине; он строго держал во власти большую часть страны, которую или унаследовал от своих знатных предков, или приобрел силой и подкупом. Страшась, что чрезмерная власть или коварство столь могущественного человека может принести вред, Эдуард советовался с норманнами, верность и поддержка которых укрепляли его. Он добровольно простил Годвине постыдное убийство Альфреда и для того, чтобы постоянно сохранять между собой и им узы сильной привязанности, вступил в брак с дочерью Годвине Эдит, пусть даже только на словах. Говорили, что оба они сохраняли целомудрие»1.

Годвине, несомненно, способствовал браку своей дочери Эдит ради того, чтобы упрочить союз с королем2. Об этом браке кратко говорится в Абингдонской и Петерборской рукописях (в записи за 1045 г.), но не упоминается в Вустерской хронике. Записи, сделанные в Хронике за сороковые годы, рисуют образ короля, занятого назначениями иерархов церкви, ставящего своих священников во главе епархий, избирающего архипастырей из числа нормандского духовенства (ср. свидетельство Ордери-ка о том, что Эдуард опирался на поддержку норманнов). Именно Эдуард, согласно всем рукописям Хроники, назначил в 1051 г. Роберта Жюмьежского архиепископом Кентерберийским (ср. запись в Вустерской рукописи: «в тот год почил Эадсие, архиепископ Кентерберийский, и король назначил Роберта» - on ^isan geare gefor Eadsie arceb' on Cantware byre, and se cyng

1 William of Jumièges. Op. cit. Vol. II. P. 106-108.

2 Брак короля Эдуард с Эдит, дочерью эрла Годвине, был заключен 23 января 1045 г.

sealed Rotbearde1). В Абингдонской рукописи рассказывается не только о назначении архиепископа Кентерберийского («тогда в середине великого поста король Эдуард созвал собрание старейшин и назначил Роберта архиепископом Кентерберийским» - Da h^fde Eadwerd cing witenagemot on Lunden to mid lencten and sette Hrodberd to arceb' to Cantware byrig2), но и о назначении других церковных иерархов, например, аббата Абингдон-ского епископом Лондонским, епископа Леофрика, епископа Рудольфа.

Во время своего правления Эдуард не только занимался делами церкви, но и активно упрочивал войско и флот. В 1044 г. он, согласно Абингдонской рукописи, отправился на побережье Кента в Сандвич и разместил там 35 боевых кораблей, а в следующем году возвратился туда «с величайшей силой, когда-либо виденной в стране»3. Вустерская рукопись разъясняет причину действий короля, стремившегося защитить страну от вторжения норвежского короля Магнуса, однако тот был слишком поглощен войной с датским правителем Свейном, чтобы думать об Англии.

Рукописи Хроники по-разному описывают самые сложные годы правления Эдуарда, связанные с кланом Годвине. Первый конфликт (1046-1049) был спровоцирован сыном Годвине, Свейном, который, как рассказывается в Абингдонской рукописи, покинул Данию, возможно, потому что был объявлен там вне закона, явился к королю Эдуарду и обратился к нему с просьбой даровать ему земли, чтобы он мог содержать себя. Эрл Беорн Эстридсон и брат Свейна, Харольд Годвинсон (будущий последний англосаксонский король Англии), отказались поделиться с ним тем, что получили от короля в дар. Свейн лицемерно пообещал стать сторонником короля и попросил своего сородича Беорна поддержать его, однако король отказал ему в его просьбе, и Свейн приплыл в Бошам (на побережье Сассекса) с восемью кораблями. Петерборская рукопись сообщает, что в Бошаме Свейн примирился с королем и получил обещание, что

1 Sub anno 1051. Two of the Saxon Chronicle Parallel. P. 176.

2 Sub anno 1045. P. 170.

3 Ibidem.

ему будут возвращены все его владения. Однако Харольд и Беорн высказали несогласие, поэтому Свейну было дано четыре дня на то, чтобы он увел свои корабли. Дальнейшие события одинаково описываются во всех трех рукописях: Свейн отправился к Беорну и Харольду и попросил Беорна отправиться с ним на корабле, увез его в Девон, где Беорн был убит (Абинг-донская и Вустерская рукописи называют Дартмут местом убийства, Петерборская рукопись упоминает название АхашиШап - возможно, совр. БхшоиШ - Эксмут). Абингдонская рукопись говорит, что «король и все его войско» объявили Свейна «негодяем» (п^Ы^), а Вустерская рукопись добавляет, что Свейна покинула большая часть его моряков, но ничего не говорит о возвращении Свейна. Другие рукописи, напротив, пусть и сжато, но сообщают о том, что «в тот же самый год эрл Свейн возвратился в Англию» (Петерборская хроника), «эрл Свейн был восстановлен в правах» (Абингдонская хроника).

Участие короля Эдуарда по-разному изображается в рукописях хроники. Абингдонская рукопись рисует образ деятельного короля, принимающего решения и настаивающего на их исполнении. Король Эдуард отвергает здесь все притязания Свей-на, который изображается в однозначно отрицательных тонах, и отказывается с ним примириться. Напротив, Петерборская хроника описывает короля, который неизменно соглашается даже со своими оппонентами. Возможно, это различие объясняется пристрастностью составителей различных рукописей Хроники. Напомним, что составители Петерборской рукописи не раз проявляют сочувствие к клану Годвине, которое можно заметить, в частности, в том, что в ней не упоминается об убийстве младшего брата Эдуарда Альфреда.

Петерборская, Абингдонская и Вустерская рукописи по-разному изображают и второй, более драматичный конфликт короля с сыновьями Годвине, который пришелся на нач. 50-х годов. В Абингдонской рукописи события 1051 года описываются предельно кратко, а события 1052 года изображаются так же, как в Вустерской хронике, поэтому в реконструкции событий можно опираться преимущественно на Вустерскую и Пе-терборскую рукописи.

В обеих рукописях сообщается о том, что причиной разногласий короля с кланом Годвине послужил приезд правителя Булони Евстахия, приходившегося Эдуарду деверем (он был женат на королевской сестре Годгиву). В Вустерской рукописи рассказывается, как после визита к королевскому двору Евста-хий возвращался со своими людьми в Булонь. Прежде чем взойти на корабли, гости остановились отдохнуть в Дувре, последовала ссора с горожанами, в результате которой несколько спутников Евстахия были убиты. Евстахий возвратился в Глостер к королю, у которого нашел покровительство и защиту. Годвине, разгневанный тем, что все случилось в принадлежавших ему землях (Кент был в то время частью Уэссекса), собрал вместе с сыновьями войско и, приготовившись к войне с королем, потребовал, чтобы им были выданы Евстахий с его людьми.

В Петерборской рукописи рассказывается совершенно иная история: Евстахий приплыл в Англию, отправился к королю Эдуарду, «сказал ему все, что хотел, а затем собрался обратно домой». Прибыв в Дувр, люди Евстахия облачились в доспехи и затеяли из-за жилья битву с горожанами. Евстахий сбежал к королю, и, представив ему свою версию событий, настроил его против жителей Дувра. Разгневанный король повелел Годвине наказать горожан, так как со слов Евстахия решил, что в ссоре виноваты именно они. Годвине ответил королю отказом, потому что не хотел обижать людей, живущих на принадлежащих ему землях.

Различия в рукописях самоочевидны: в Вустерской хронике Годвине изображен как нападающая сторона, он гневается на Евстахия и объявляет войну своему королю, если тот не согласиться выдать своего шурина. Напротив, в Петерборской хронике разгневанный Эдуард покрывает беззаконие, совершенное по отношению к горожанам Дувра, которые находятся под милостивым покровительством Годвине.

Дальнейшие события тоже изображаются в рукописях по-разному. В Вустерской рукописи говорится, что Эдуард позвал мерсийского эрла Леофрика, правителя Нортумбрии Сиварда и его племянника Ральфа, которые привели к Глостеру свои войска и «все они так решительно поддержали короля, что изъявили желание напасть на войско Годвине, если король того пожела-

ет». Однако «некоторые из них считали, что затевать сражение было бы неразумно, так как в обоих войсках были лучшие мужи в Англии и [их гибель] могла бы оставить страну незащищенной перед лицом... врагов и привести к великим разрушениям... дома. Поэтому они посоветовали, чтобы обе стороны обменялись заложниками и назначили еще одну встречу в Лондоне»1.

В Петерборской рукописи упоминаются те же основные события, однако им дается иное истолкование; различается и мотивация действующих лиц. На совет, созванный Эдуардом в Глостере, являются Годвине со своими сыновьями Харольдом и Свейном, которые хотят получить совет и поддержку короля для того, чтобы отомстить за оскорбление, нанесенное королю и его людям. Однако «чужеземцам» удается опередить эрлов и настроить короля против Годвине и его сыновей, поэтому тем не дается разрешения встретиться с королем. Узнав, что Эдуард с эрлами Леофриком и Сивардом намереваются напасть, Годвине и его сыновья приготавливаются к битве, хотя и не желают выступать против своего короля. Мудрые люди с обеих сторон советуют прекратить «злые дела». Эдуард заключает мир и возвращает бывшим врагам свою дружбу, а затем обе стороны договариваются о новой встрече в Лондоне. В отличие от составителя Вустерской хроники, который полагает участниками конфликта Годвине и Эдуарда вместе с северными эрлами (Леофриком и Сивардом), составитель Петерборской рукописи считает, что враждующие стороны - это Годвине и «чужеземцы», виновные в том, что развязали вражду и настроили короля Эдуарда против семьи уэссекского эрла.

Петерборская рукопись изображает события с точки зрения Годвине, который не дает в обиду своих людей (жителей Дувра) и стремится отомстить за оскорбление, нанесенное его королю, то есть выступает не против Эдуарда, но в его защиту. В этой рукописи утверждается, что Годвине дважды просил гарантий безопасности и заложников, прежде чем явиться по королевскому повелению ко двору. Однако ему было в этом отказано и дано пять дней, в течение которых он был обязан покинуть страну под страхом смертной казни. Следовательно, как

1 Sub anno 1051. Two of the Saxon Chronicle Parallel. P. 180.

подразумевает составитель Петерборской хроники, Годвине был вынужден заботиться о собственной безопасности и потому не смог исполнить королевского приказа не по своей вине.

В Вустерской рукописи те же события освещаются с иной точки зрения: король повелел Годвине прибыть ко двору, однако тот вновь ослушался, так как «не пожелал явиться и оправдаться перед королем и тем войском, которое с ним было». Составитель Вустерской хроники без сожаления комментирует внезапную перемену судьбы Годвине, который почел за лучшее удалиться ночью и был вместе с сыновьями объявлен вне закона: «Любому, кто жил в Англии это показалось бы удивительным, если бы кто-нибудь раньше сказал им, что такое может случиться, ведь прежде он [Годвине] был так высоко вознесен, как будто бы правил королем и всей Англией, а его сыновья были эрлами и приближенными короля, а его дочь состояла в браке с королем и была его женой, а затем ее отправили в Вервелл [женский монастырь в Хэмпшире] и передали аббатисе»1.

В Петерборской рукописи ссылка Эдит описывается в той же записи за 1051 г., что и изгнание ее отца Годвине, без объяснения причин, но в гораздо более сочувственных тонах, чем в Вустерской хронике: «И вскоре после того, как все это произошло, король покинул госпожу, которая была помазана в королевы, и повелел отобрать у нее все, чем она владела, из земель, золота, серебра и всех прочих вещей, и отправил ее к своей сестре в Вэрвел» (and sona ^ss ^e ^is wss, ^a forlet se cyng ^a hlsfdian, seo wss gehalgod him to cwene and let niman of hire eall ^e heo ahte on lande and on golde and on seolfre and on eallon ^in-gon and betshte hy his swyster to Hwerwillon2). Создатель Петер-борской рукописи напоминает, что речь идет о законно коронованной королеве (seo wss gehalgod him to cwene - «которая была помазана в королевы»), перечисляя «все, чем она владела» (eall ^e heo ahte) и чего ее лишили (on lande and on golde and on seolfre and on eallon ^ingon - «из земель, золота, серебра и всех прочих вещей»), последовательно изображая ее как пассивный объект действия. В качестве активно действующего лица созда-

1 Sub anno 1051. Two of the Saxon Chronicle Parallel. P. 180.

2 Ibidem.

тель Петерборской рукописи представляет самого короля Эдуард, чье имя сопровождается личными формами глаголов в действительном залоге: «покинул» (forlet), «повелел отобрать у нее» (let niman of hire), «отправил» (betœhte, от глагола be-tœcan - «доставлять, помещать, вверять»).

Объяснение причины изгнания Эдит дается в хронике Иоанна Вустерского, у которого судьба королевы вызывает еще большее сочувствие, чем у составителя Петерборской рукописи: «Но король отверг королеву Эдит по причине гнева на ее отца (propter iram quam adversus patrem suum) и отослал ее без почестей (sine honore) в Вервелл, только с одной служанкой и пешком (pedissequa), и препоручил ее охране аббатисы»1. Иоанн Ву-стерский изображает королеву безвинной жертвой, пострадавшей из-за своего впавшего в немилость отца, лишенной полагающегося ей социального статуса, вынужденной передвигаться пешком в сопровождении приставленной к ней охране, будто она осуждена на казнь.

И королева, и ее братья, и отец недолго пребывали в изгнании. Харольд Годвинссон с небольшим флотом возвратился на берега Сомерсета уже в следующем 1052 году, как об этом говорится в Абингдонской и в Петерборской рукописях, разгромил тех, кто пытался отразить его нападение, убил многих и увез все, что только мог захватить. Абингдонская и Вустерская хроники рассказывают о возвращении самого Годвине, которому удалось ускользнуть от Эдуарда с его флотом и привлечь на свою сторону всех мужей Кента, Сассекса и Саррея, а также моряков Гастингса, которые поклялись «с ним жить и умереть». Годвине соединился с войском Харольда у острова Уайт, и «они не наносили больше вреда, а только отбирали припасы», а потому прибыли в Сандвич с огромными силами.

Если Абингдонская хроника описывает триумфальное возвращение Годвине с сыновьями, упоминая, что они не причиняли вреда населению, то Петерборская рукопись, вопреки ожиданиям, рассказывает о том, как Годвине разоряет Уайт, за-

1 The Chronicle of John of Worcester. The Chronicle of John of Worcester / Ed. P. McGurk, R. R. Darlington. Vol. II: The Annals from 450 to 1066. Oxford, 1995. P. 563.

ставляя людей отдавать ему все, в чем он нуждается, а потом продвигается в Дорсет и наносит такой ущерб, какой только может. Соединившись с Харольдом, Годвине, как говорится в Петерборской рукописи, захватывает корабли в Ромни, Дувре и Сандвиче и берет столько заложников, сколько захочет. Создается впечатление, что составители рукописей «поменялись местами»: Петерборская летопись, обычно излагающая события с точки зрения клана Годвине и утверждающая, что в предшествующем году уэссекский правитель не хотел навредить своим людям, изображает Годвине с сыновьями как враждебных захватчиков, которые разоряют страну и нуждаются в заложниках, чтобы справиться с сопротивлением населения. Напротив, Абингдонская рукопись, обычно возлагающая на Годвине вину за совершенные им преступления (например, убийство Альфреда этелинга), говорит о триумфальном шествии уэссекского правителя, опирающегося на поддержку всего народа.

То же различие в рукописях, противоречащее привычному отношению их составителей к клану Годвине, сохраняется и в описании последующих событий. Абингдонская рукопись рассказывает о том, как оба войска сначала стояли на разных берегах Темзы (причем Эдуард находился на северном берегу) и не желали сражаться и уничтожать друг друга, дабы не допустить в страну иноземные народы (utlendum theodum); затем Годвине со своим сыном Харольдом явились на совет, который восстановил их в правах. Напротив, Петерборская рукопись утверждает, что Эдуард долгое время отказывался встретиться с Годвине и Ха-рольдом, поэтому их сторонники так рассердились на короля, что уэссекские правители с трудом их успокоили. На совете, состоявшемся недалеко от Лондона, Годвине удалось опровергнуть возведенные против него обвинения, и он был восстановлен в правах.

Абингдонская рукопись умалчивает об обвинениях против Годвине и о гневе его сторонников против короля, однако сообщает о том, что французы, дававшие дурные советы и творившие несправедливость, были изгнаны, за исключением тех, которых пожелал оставить при себе король, так как они сохранили верность ему и его людям, а архиепископ Кентерберийский Роберт Жюмьежский и епископы Уильям и Ульв бежали за грани-

цу. В Петерборской рукописи сообщаются подробности бегства Роберта и Ульва: они покидают церковь, убивают многих людей, забираются в разбитое судно, а Роберт оставляет свою архиепископскую мантию. После этого, как добавляется в рукописи, архиепископ Роберт и все французы были объявлены вне закона, так как по их вине произошла распря между королем Эдуардом и Годвине, едва не приведшая к кровопролитию.

Если Абингдонская рукопись говорит об изгнании только тех французов, которые давали дурные советы, то Петерборская рукопись утверждает, что были изгнаны все французы, и не жалеет деталей в описании бегства архиепископа Кентерберийско-го. Скорее всего, изменение отношения составителей Петерборской рукописи за 1043-1063 гг. к клану Годвине объясняется тем, что она была составлена в Кенте (возможно, в аббатстве Святого Августина в Кентербери1), и отражает недовольство духовенства назначением на пост архиепископа француза (Роберта Жюмьежского), а не местного кандидата2. Составители Петерборской рукописи выказывают поддержку клану Годвине, когда тот выступает врагом архиепископа Кентерберийского, обвиняя его и прочих французов в противостоянии уэссекского эрла с королем Эдуардом.

При всех различиях в Петерборской и Вустерской рукописях, из них следует, что Эдуард защитил булонского правителя Евстахия, объявил Годвине с сыновьями вне закона, отправил королеву в монастырь, обратился за помощью к Леофрику и Си-варду. Однако обе рукописи умалчивают о том, принимал ли король решения в наиболее ответственные моменты своего правления. В событиях 1051 г. роль Эдуарда трудно назвать активной: согласно Петерборской рукописи, король посылает за всеми своими старейшинами (^e sende se cyng œfter eallon his witan), а они принимают решения фа gerœdden ^a witan)3; в Ву-стерской рукописи подразумевается, что действия королевских

1 Mortimer R. Edward the Confessor: the Man and the Legend / Edward the Confessor: the Man and the Legend // Ed. R. Mortimer. Woodbridge, 2009. P. 6.

2 Op. cit. P. 12.

3 Sub anno 1051. Two of the Saxon Chronicle Parallel. P. 178.

советников зависят от королевского волеизъявления (Леофрик, Сивард и Ральф были готовы сражаться, «если король того пожелает» - gif se cyng ^a wolde)1.

В рассказе о событиях 1052 г. составители обеих рукописей упоминают имя Эдуарда в формульном словосочетании «король и старейшины» (se cyng and his witan), отдавая предпочтение пассивным и неопределенно-личным конструкциям: «и тогда было решено» - and gerœddе man ^a, «состоялся совет и было обещано» - wœs ^a witena gemot and man sealde, «Годвине возвратили его владения» - Godwine clœne his earldom (Абинг-донская рукопись). Судя по последующим событиям, Эдуард безропотно воспринял возвращение Годвине и его сыновей к своему двору, возможно, оценив преимущества мирного правления. Годвине недолго оставался у власти: в апреле 1053 года в Уинчестере с ним случился удар, от которого он скончался. Эдуард передал правление Уэссексом второму сыну Годвине Харольду, будущему последнему англосаксонскому королю на Британских островах.

Лишившись своего самого могущественного поданного, Эдуард мог почувствовать себя полноправным правителем, однако в последние десять лет правления его имя почти исчезает со страниц источников. После 1053 г. анналы Хроники становятся все более скудными, записи за три года (1059-1061) выделяются сугубой краткостью, а за два последующих года (1062 и 1064) они и вовсе отсутствуют. Лишь запись за 1065 г., одна из наиболее пространных в Хронике, которая включает рассказ о смерти Эдуарда, содержит во всех рукописях и изложение основных событий, произошедших в предшествующие года. Возможно, смерть Эдуарда побудила составителей Хроники записать предшествующие ей события2.

События 1065 г. описываются в рукописях Хроники с разной степенью подробности. Наиболее краткий вариант содержит Абингдонская рукопись, в которой рассказывается о том, что осенью 1065 г. король Эдуард получил известия о заговоре но-тумбрийской знати против эрла Тости, брата Харольда, как раз в

1 Sub anno 1051. Two of the Saxon Chronicle Parallel. P. 179.

2 Barlow Fr. Edward the Confessor. L., 1979. P. 188.

то время, когда они вместе охотились в Уилтшире: «И затем после Дня Святого Архангела Михаила1 все таны в Йоркшире отправились в Йорк и там убили всех телохранителей эрла Тости, которых только смогли найти, и захватили его сокровища. А Тости был тогда в Бритфорде2 с королем. И очень скоро после этого состоялось большое собрание в Нортамптоне, а также в Оксфорде в день Святых Симона и Иуды3, и эрл Харольд присутствовал там и хотел способствовать их примирению, если только смог бы, но он не смог. И все люди в его (Тости) земельных владениях единогласно покинули его и объявили вне закона, а с ним и всех, кто творил несправедливость, потому что сначала он ограбил Господа, а затем лишил жизни и земли всех, над кем имел власть. И они взяли в правители Моркара, а Тости тогда отправился по морю к графу Балдуину и его жена вместе с ним, и они остались на зиму в Сент-Омере». Составитель Абин-гдонской рукописи рассказывает не о короле Эдуарде, но о сыновьях Годвине, изображая Харольда миротворцем, а Тости жестоким правителем, виновным в грабежах и убийствах.

По свидетельству Вустерской Хроники Харольд Годвинс-сон пытался вступить в переговоры с восставшими, однако, как утверждается во всех рукописях Хроники, нортумбрийские тэны отказались иметь дело с Тости и обратились к королю с просьбой признать их эрлом Моркара: «Тогда эрл Харольд вышел встретить их, и они поручили ему передать послание королю Эдуарду, а также отправили с ним гонцов, и попросили назначить Моркара их эрлом. И король позволил это и отправил Ха-рольда обратно к ним в Нортамптон накануне Праздника Святых Симона и Иуды, и довел то же самое до их сведения, и засвидетельствовал это своею рукой (hand sealde4), и восстановил

1 29 сентября.

2 Бритфорд - королевское поместье на реке Эйвон в двух милях от Сарума (Солсбери, Уилтшир).

3 28 октября.

4 Ср.: рукопожатие как знак признания обязательности данного обещания или совершенной сделки (The Anglo-Saxon Chronicle / Transl. and ed. M. Swanton. L., 1996. P. 159).

там закон Кнута»1, то есть те старые добрые законы, которые попирал Тости.

Причина согласия короля на требования восставших разъясняется в «Житии Эдуарда»: король послал ультиматум восставшим с требованием сложить оружие и с обещанием справедливого суда, на которое нортумбрийцы тоже ответили уль-тиматутом, потребовав изгнания Тости и пригрозив войной. В Вустерской Хронике рассказывается о боевых действиях восставших, разоривших восточно-мидлендскую область: «И северные мужи натворили много вреда около Нортамптона, пока он [Харольд] ездил по их поручению, потому что убили людей, и пожгли дома и зерно, и захватили весь скот, который нашли, а было его много тысяч, и схватили много сотен людей, и увели их с собой на север, так что в этой области и в тех других, которые были рядом, положение ухудшилось на многие годы»2.

Когда восставшие перешли к боевым действиям, а переговоры зашли в тупик, король Эдуард попытался собрать войско, намереваясь применить силу. Однако советники, ссылаясь на дурную погоду, а в действительности, не желая гражданской войны, не поддержали короля, и собрать войско оказалось невозможным. Король призвал гнев Господа на тех, кто не исполнил своего долга и отказался ему повиноваться. Осознав свое бессилие перед лицом вооруженных отрядов нортумбрийской и мерсийской знати, Эдуард был вынужден принять их условия -в ноябре ему пришлось назначить Моркара правителем Нортум-брии, а Тости отправить в изгнание.

Как свидетельствует Вустерская рукопись, «эрл Тости и его жена и все те, кто стремились к тому, чего он хотел, отправились с ним по морю на юг к графу Балдуину, и он принял их, и они провели с ним зиму»3. Тости, очевидно, не смог себя защитить, так как большая часть его воинов была убита в Йорке и Линкольне восставшими нортумбрийцами. Отряд, сопровождавший короля Эдуарда с Тости на охоту, во время которой их застало известие о нортумбрийском восстании, был слишком

1 Sub anno 1065. Two of the Saxon Chronicle Parallel. P. 195-196.

2 Ibid. P. 195.

3 Ibidem.

малочисленным, чтобы оказать им значительную поддержку. Однако братья Тости, в том числе Харольд, располагали достаточными силами, чтобы его защитить, тем не менее Тости был вынужден удалиться в изгнание.

В Хронике роль Харольда оценивается как миротворческая: в Паркерской и Петерборской рукописях говорится, что Харольд принимал участие в переговорах и передавал послания враждующих сторон; в Абингдонской и Вустерской рукописях утверждается, что Харольд пытался утихомирить восставших и примирить их с Тости. Однако создатель «Жития Эдуарда» намекает на то, что Харольд решил не выступать в защиту Тости и не поддержал короля Эдуарда, когда тот пытался собрать войско против восставших. Советники Эдуарда, как сказано в «Житии Эдуарда», считали, что Тости сам виноват в том, что навлек на себя возмущение восставших. Возможно, Харольд пытался примирить Тости с восставшими, но, поняв, что примирение невозможно, был вынужден отступиться от брата. Через три месяца после нортумбрийского восстания (и после смерти короля Эдуарда) Харольд вступил в союз с Эдвином и Моркаром против Тости и женился на их сестре Эальдгюд, вдове валлийского правителя Грифида ап Лливелина. Возможно, еще до смерти Эдуарда, Эдвин и Моркар согласились поддержать притязания Харольда на королевский престол.

Король Эдуард скончался спустя два месяца, после того как Тости отправился в изгнание. Согласно «Житию короля Эдуарда» король тяжело воспринял отстранение от власти нор-тумбрийского эрла Тости1. Его болезнь началась через несколько месяцев после октябрьского восстания в Нортумбрии. В «Житии» говорится, что король был потрясен отказом советников повиноваться его приказу и применить силу, чтобы восстановить Тости в качестве правителя Нотрумбрии: «Сожалея об этом, он заболел и с того дня до дня смерти страдал душевной болезнью» (Quo dolore decidens in morbum, ab ea die usque in

1 Иоанн Вустерский тоже говорит о том, что болезнь Эдуарда последовала за изгнанием Тости (The Chronicle of John of Worcester. Vol. II. The Annals from 450-1066 / Ed. R. R. Darlington, P. McGurk. Oxford, 1995. Р. 598).

diem mortis sue egrum trahebat animum1). Королю Эдуарду стало хуже в Сочельник, однако он смог преодолеть недуг и принять участие в праздновании Рождества, однако на следующий день снова слег. 28 декабря аббатство в Вестминстере было освящено, однако король не присутствовал на освящении, а спустя неделю его не стало.

Со времени их составления записи Англосаксонской Хроники использовались для того, чтобы дать ответ на вопрос о престолонаследии короля Эдуарда. В Петерборской рукописи Хроники говорится, что Харольд получил английское королевство, потому что король даровал его ему и люди избрали его правителем (And Harold eorl feng to Engla landes cynerice, swa swa se cyng hit him geuôe. And eac men hine ^œr to gecuron)2. В прозаической части Абингдонской и Вустерской рукописи утверждение о том, что Эдуард назначил Харольда своим преемником, отсутствует, вероятно, из-за того, что то же самое утверждается в поэтической части записи за 1065 г. (см. ниже).

В «Житии короля Эдуарда» тоже приводятся последние слова короля на смертном одре: «Я вверяю тебе эту женщину и все королевство твоей защите» (Hanc, inquit, cum omni regno tu-tandam tibi commendo)3. Создатель «Жития», несомненно, знал о том, какие события последовали за кончиной Эдуарда. Нормандское завоевание предсказано в видении Эдуарда как наказание от Господа, вина за которое возлагается не на Харольда, как в нормандских источниках, но на духовенство и знать, погрязшие в грехах. Народ Англии получил справедливое возмездие за грехи, а его король достойную его добродетели награду.

Напротив, нормандские историки, в частности, Вильгельм Жюмьежский считают, что Эдуард желал видеть своим наследником герцога Вильгельма Нормандского4: «Эдуард, по воле

1 Vita ^dwardi Regis. Р. 112.

2 Sub anno 1065. Two of the Saxon Chronicle Parallel. P. 197.

3 Vita ^dwardi Regis. Р. 122.

4 О том, что Эдуард завещал престол герцогу Вильгельму, не раз писали в научной литературе, см., например, Barlow Fr. Edward the Confessor P. 107-109, 220-221; John Eric. Edward the Confessor and the Norman Succession // English Historical Review (1979) XCIV

Божией не имевший наследника, в прошлом посылал Роберта, архиепископа Кентерберийского, к герцогу Вильгельму, дабы назначить его наследником королевства, данного ему Богом. Но он также позднее послал к нему Харольда, величайшего эрла в его королевстве по благосостоянию, славе и могуществу, чтобы он принес герцогу присягу верности в том, что касается его короны, и в соответствии с христианским обычаем подкрепил ее клятвами»1.

Вторжение Вильгельма в Англию непосредственно связано с восстанием в Нортумбрии, повлекшим трагические последствия для судьбы страны. Оно привело к раздору между братьями Харольдом и Тости и послужило причиной изгнания последнего. В поисках союзников Тости отправился из Фландрии в Нормандию, однако Вильгельм отказал ему в помощи, тогда он высадился в Норвегии и заручился поддержкой норвежского короля Харальда Сурового. Согласно Петерборской хронике, Тости, ставший поданным норвежского короля, и Харальд Суровый вторглись в Мерсию, победили эрлов Эдвина и Моркара и привели в Йорк более 300 кораблей с воинами. Источники соглашаются в том, что население Йорка единодушно выступило против завоевателей (исключение составляет «Сага о Харальде Суровом», гл. 86, где утверждается, что друзья и родичи Тости примкнули к нападавшим).

Харольд, ставший после кончины Эдуарда королем Англии, собрал в Лондоне войско и 25 сентября 1066 г. неожиданно напал на своего брата Тости и норвежского короля Харальда Сурового у Стэмфорд Бридж, в 8 милях от Йорка. Произошла знаменитая битва, в которой английское войско одержало победу, Тости и Харальд Суровый погибли, а от их рати осталась

(CCCLXXI). P. 241-267. О поездке архиепископа Роберта к герцогу Вильгельму, состоявшейся, вероятно, в 1051 г., когда Роберт ездил получать епископскую мантию, упоминают только Вильгельм Жюмьежский и Вильгельм Пуатье.

1 Поездка Харольда в Нормандию, состоявшаяся летом 1064 или в 1065 г. (Barlow Fr. Edward the Confessor. P. 220), упоминается в «Житии короля Эдуарда» (Vita ^dwardi Regis. Р. 80), Вильгельмом Жюмьежским, Вильгельмом Пуатье, запечатлена на гобелене Байо.

10 часть, и та не могла спастись бегством, так как большая часть кораблей была сожжена. Король Харольд пощадил своих племянников, сыновей Тости Скули и Кетиля, а также сыновей Ха-ральда Сурового Олава и Магнуса, которые стали впоследствии королями Норвегии.

Однако после блестящей победы Харольду предстояла еще одна решающая битва. Всего через два-три дня после битвы при Стэмфорд Бридж (28 или 29 сентября) в Певенси (Сассекс) высадился нормандский герцог Вильгельм. Харольд мог получить известие о высадке Вильгельма только через несколько дней, так как Певенси находится примерно в 270 милях от Йорка. Харольд прибыл в Лондон с остатками войска 4 или 5 октября и выехал навстречу Вильгельму не позднее 12 октября. 14 октября Харольд и Вильгельм встретились в битве при Гастингсе, который расположен в 60 милях от Лондона. Харольд не мог успеть перебросить все войско за две недели на расстояние 270 миль, а выдержать два крупных сражения в течение 19 дней, требовало незаурядного героизма. Возможно, Харольд решился на второе сражение, так как был воодушевлен победой над Тости и норвежским королем и надеялся победить и нормандского герцога Виль-гельма1 . Так как историю пишут победители, мы не располагаем беспристрастными рассказами о битве2. В Хронике о битве при Гастингсе не говорится почти ничего.

1 Barlow F. The Godwins. The Rise and Fall of a Noble Dynasty. Harlow: Longman, 2002. P. 109.

2 Описание битвы при Гастингсе дают нормандские источники: анонимная поэма (The Carmen de Hastingae Proelio of Guy bishop of Amiens / Ed. and transl. F.Barlow. Oxford Medieval Texts, 1999), состоящая из 835 строк, из которых 262 строки посвящены рассказу о битве; Вильгельм Пуатье (The Gesta Guillelmi of William of Poitiers / Ed. and transl. R. H. C. Davis, M. Chibnall. Oxford Medieval Texts. Oxford, 1998. P. 128-133); Вильгельм Жюмьежский (William of Jumieges. The Gesta Normannorum Ducum of William of Jumieges, Orderic Vitalis and Robert of Torigni / Ed. E. M. C. van Houts. 2 vols. Oxford, 1992-1995. Vol. II. P. 168-169); Ордерик (Ibid. P. 176-177), Уильям Малмсберийский (William of Malmesbury: Gesta Regum Anglorum / Ed. R. A. B. Mynors, R. M. Thomson, M. Winterbottom. Oxford, 1998. Vol. 1. P. 456), а также гобелен из Байо.

В 1066 году на английском престоле сменилось три правителя: Эдуарда сменил уэссекский эрл Харольд, у которого трон отобрал дальний родственник Эдуарда по матери; два брата Харольд и Тости вступили в междоусобную войну, закончившуюся гибелью сначала одного, затем спустя 19 дней другого. Англия обратилась на юг, а не на север. Если бы Вильгельм, как намеревался, вторгся в Англию летом, а не осенью, Харольд не был бы изнурен битвой с Тости и безусловно победил бы. Если бы, однако, победу одержал Вильгельм, ему пришлось бы вынести вторую битву с Тости и Харальдом Суровым, результат которой был бы непредсказуем.

KING EDVWARD THE CONFESSOR IN THE ANGLO-SAXON CHRONICLE

Inna G. Matyushina

The article is devoted to the comparative analysis of the main manuscripts of the 'Anglo-Saxon Chronicle' (Parker, Worcester, both Abingdon, Peterborough), containing information about King Edward the Confessor (1042-1066). The author of the article analyses the differences in the motivation of the main participants in the events narrated in the manuscripts, and offers an interpretation of the key episodes in Anglo-Saxon history, in particular the question of King Edward's succession. The evidence of the main source on the life of King Edward the Confessor, the 'Anglo-Saxon Chronicle', is supplemented in the article by other historical and literary texts ('Encomium Emmae Reginae'; 'The Life of King Edward who rests at Westminster', 'Haralds saga hardrada'), as well as the Anglo-Norman and Norman chronicles of the 11th-12th centuries ('The Gesta Normanorum of William of Jumieges', 'The Gesta Guillelmi' of William of Poitiers), which both complement and contradict the statements of the 'Chronicle'.

Key words: Anglo-Saxon history, the Anglo-Saxon Chronicle, manuscript, Encomium, vita, hagiography, King Edward the Confessor, succession, the Norman Conquest.