Лингвистическое моделирование ситуации восприятия в поэтическом тексте (на материале поэзии «Серебряного века»)

Л.Б. Крюкова

ЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ СИТУАЦИИ ВОСПРИЯТИЯ В ПОЭТИЧЕСКОМ ТЕКСТЕ

Восприятие рассматривается как физическая система, позволяющая выявить способы концептуализации окружающей действительности. Языковое моделирование перцептивных процессов регулируется собственными принципами, обусловленными языковой картиной мира. В зависимости от коммуникативных намерений автора в поэтическом тексте представлены прямой и метафорический способы репрезентации ситуации восприятия.

Проблема отражения в языке восприятия мира человеком привлекает к себе внимание ученых, представляющих различные направления лингвистических исследований. В статье А.В. Бондарко [1] дан краткий обзор современных подходов к исследованию языкового воплощения ситуации восприятия. Рассматривая перцептивность как элемент семантики, автор выделяет два типа высказываний: а) перцептивные, семантическое содержание которых включает признак перцеп-тивности - языковую и речевую интерпретацию наблюдаемости или других разновидностей восприятия человеком окружающего мира; б) неперцептивные, не обладающие данным признаком [1. С. 277].

В большинстве представленных сегодня когнитивных концепций о языке постулируется исключительная роль чувственного, наглядного мира для всего строения языка. Восприятие охватывает широкий круг явлений и процессов, начиная от простого осознания человеком того, что с ним в тот или иной момент происходит, до обобщения сенсорного или чувственного опыта в виде окружающей нас объективной действительности в образе мира и его отдельных фрагментов [2. С. 76].

В философском понимании восприятие представляет «процесс отражения действительности в форме чувственного образа объекта» [3. С. 92] и имеет несколько особенностей, получивших отражение в следующих положениях:

1) объект представлен в форме целостного образа во всей совокупности свойств и признаков, что обусловлено объективностью существования окружающего мира;

2) адекватность чувственного образа объекта обеспечивается за счет взаимного воздействия воспринимающего и воспринимаемого. Субъект совершает различные действия по отношению к объекту (движение глаз, ощупывающие движения рук, процесс вслушивания и т.д.). Этим объясняется тот факт, что ситуация восприятия может быть описана посредством предикатов движения или направленного действия (бросил взгляд, взор скользит). Объект в свою очередь адаптируется к особенностям воспринимающего субъекта, поскольку воспринимающий стремится сделать объект максимально удобным для восприятия. Поэтому на языковом уровне процесс восприятия представлен дву направлено: от субъекта к объекту и наоборот. Это создает объективную основу для существования большого репертуара структурно-семантических моделей, позволяющих выразить степень активности/пассивности субъекта, интенсивность ощущения, силу воздействия, состояния или реакцию субъекта [4. С. 223];

3) процесс восприятия осуществляется в несколько этапов: а) обнаружение объекта в воспринимаемом по-

ле, б) различение признаков и свойств объекта, в) синтез этих признаков. Отсюда возможность противопоставить процесс и результат восприятия [5. С. 34].

Типология высказываний с семантикой восприятия может быть осуществлена по нескольким основаниям: а) по способу восприятия (зрение, осязание, обоняние, вкус); б) по степени активности/пассивности субъекта восприятия; в) по принципу описания ситуации (пря-мое/пере-носное); г) по принадлежности к разным сферам жизни (физическая, психическая, интеллектуальная, социальная); д) по противопоставленности процесса и результата [5. С. 35]. Восприятие включает пять подсистем: зрение, слух, обоняние, вкус, осязание. Названные системы иерархизированы с точки зрения их значимости для человека. На лингвистическом уровне это выражается в неодинаковом количестве лексем, обслуживающих ту или иную подсистему. Типологические исследования глаголов восприятия, проведенные на материале различных языков, в том числе и на материале русского литературного языка, позволили выстроить системы восприятия в следующей последовательности: зрение и слух обслуживаются наибольшим количеством лексем, далее со значительным отрывом идут глаголы, относящиеся к обонянию, осязанию, вкусу [6. С. 85].

Семантика восприятия является одной из возможных характеристик не только высказывания, но и целого текста. При исследовании поэтических текстов речь идет об «образно-поэтической перцептивности». Перцептивность, отражающая взаимосвязь времени, пространства и точки зрения наблюдателя, в стихотворных текстах оказывается связанной с поэтическим временем, поэтическим пространством и поэтическим «я» [1. С. 279].

В настоящее время попытки модельного описания различных областей знания и его отношений с человеческим сознанием порождают многочисленные разновидности структурных отображений языковых, речевых, когнитивных объектов. Лингвистическое понимание модели подробно рассматривается в работе Л.О. Бутаковой [7]. Автор отмечает, что о широте применения данного метода свидетельствуют существующие на современном этапе развития лингвистической науки направления: когнитивное моделирование, когнитивно-грамматическое, математическое, комплекс-но-смысло-вое, семантическое, концептуальное, моделирование языковой личности и др. В рамках направлений когнитивной лингвистики, языковой картины мира, логического анализа языка ведется изучение способов, форм создания общих, частных, индивидуальных языковых моделей [7. С. 38-39].

Применение моделирования как метода научного познания при исследовании ситуации восприятия является достаточно эффективным. Оно обусловлено ха-

рактером отражения окружающей действительности (особенностями постижения мира на основании наличия в сознании индивида конкретных когнитивных моделей), а также способами ее репрезентации.

«Иерархическая сущность самих модельных отношений вписывается в гегелевскую диалектическую триаду: языковая система как глобальная модель, отражающая национальное языковое сознание, всегда является категорией общего по отношению к любым моделям (картинам, образам) мира частного типа - категориям особенного. Сама же модель как некая обобщенная сущность всегда всеобща, тогда как текст содержит единично-конкретные образы фрагментов действительности, т.е. является воплощением особенного и единичного одновременно» [7. С. 62].

Рассматривая проблему моделирования реальной действительности в художественном тексте, следует говорить о том, что художественный текст как результат первичной коммуникативной деятельности автора отражает многоаспектную связь с национальной культурой. Автор моделирует художественный мир произведения, опираясь на свой культурный тезаурус, социальный и языковой опыт в соответствии с имеющимися эстетическими идеалами. В тексте отражается связь с речевой культурой народа, его поэтическими традициями. Своеобразие высказываний художественного текста заключается в том, что они фиксируют не реальные ситуации, а моделируемые художественно в соответствии с эстетической концепцией автора, т.е. отражающие фрагменты художественного мира, образно воплощенного в тексте [8. С. 31].

Для поэтических текстов характерно моделирование одной ситуации по образу и подобию другой, при этом мы имеем дело с метафорическим способом описания действительности. Посредством модели восприятия могут описываться достаточно разнородные фрагменты действительности [9. С. 114].

Языковое воплощение ситуации восприятия регулируется собственными принципами, обусловленными языковой картиной мира.

Пропозитивный слой высказываний со значением восприятия формируется в первую очередь предикатами, обозначающими процесс или результат восприятия (Р). Обязательными актантами являются: а) лицо, воспринимающее окружающий мир посредством зрения или слуха, т.е. субъект восприятия; б) предмет, источник информации, объект восприятия; в) квалификация увиденного, услышанного...; г) место, поддающееся зрительному восприятию, звук, достигающий слуха повествователя, или запах [4].

Структурная организация (модель) высказываний со значением восприятия, в зависимости от конкретнотипового значения субъект - предикат и компонентного состава предложения, может иметь различные варианты.

Рассмотрим, каким образом ситуация восприятия моделируется в стихотворениях А. Блока и В. Брюсова. Я вышел в ночь - узнать, понять Далекий шорох, близкий ропот, Несуществующих принять,

Поверить в мнимый конский топот.

Дорога под луной бела,

Казалось, полнилась шагами.

Там только чья-то тень брела И опустилась за холмами.

И слушал я - и услыхал:

Среди дрожащих лунных пятен Далеко, звонко конь скакал,

И легкий посвист был понятен Не здесь, а дальше - ровный звук.

И сердце медленно боролось,

О, как понять, откуда стук,

Откуда будет слышен голос?

И вот, слышнее звон копыт,

И белый конь ко мне несется.

И стало ясно, кто молчит И на пустом седле смеется.

Я вышел в ночь - узнать, понять Далекий шорох, близкий ропот, Несуществующих принять,

Поверить в мнимый конский топот

[10. С. 51].

Стихотворение А. Блока из цикла «Перекрестки» имеет кольцевую композицию (первая и последняя строфы полностью совпадают). Центральное место в синтаксической организации стихотворения занимают высказывания звучания и слухового восприятия. Если рассматривать высказывания восприятия с точки зрения их семантической структуры, то обращает на себя внимание слияние процесса восприятия с процессом мыслительной деятельности. Первое четверостишие задает тон всего произведения: Я вышел в ночь - узнать, понять /Далекий шорох, близкий ропот...

Формализовать приведенное высказывание практически невозможно. Абстрактные существительные, характеризующие ситуацию звучания, сочетаются с глаголами мыслительной деятельности. Задается семантическая доминанта стихотворения, которая проявляется на всех уровнях, во всех классах слов и выступает как организующий принцип. Смысловым центром стихотворения является процесс познания. Высказывание полипропозитивно, т.к. объект, на который направлена мыслительная деятельность лирического героя, представлен существительным с пропозитивной семантикой (шорох, ропот), т.е. отражает пропозицию звучания в «свернутом» виде.

Второе четверостишие включает в себя высказывание, репрезентирующее процесс слухового восприятия (СВ) и зрительного восприятия (ЗВ). Автор не эксплицирует зрительную деятельность, но словосочетание дорога бела свидетельствует о процессе ЗВ, т.к. включает цветовое определение. О СВ говорит сочетание полнилась шагами. Лексическое значение слова не содержит сем, связанных с процессом звучания (Зв), но в названной синтаксической конструкции они не могут быть истолкованы иначе. Речь идет об ирреальных событиях, нагнетается атмосфера таинственности и непознанности.

Наиболее ярко ситуация СВ представлена в третьем четверостишии. Процесс слухового восприятия представлен базовым глаголом СВ, который в одной строке повторяется дважды.

Глагол слушать обозначает длительный целенаправленный процесс, а глагол услыхать свидетельствует о результативности восприятия. Высказывание имеет полипредикативный характер. Представлена «мак-

роситуация СВ и Зв» [11]. Высказывание ориентировано на вторичную денотативную ситуацию - ситуацию слухового восприятия: И слушал я - и услыхал: / Среди дрожащих лунных пятен / Далеко, звонко конь скакал, / И легкий посвист был понятен. В анализируемом высказывании субъект СВ эксплицирован. Он следует за предикатом (обратный порядок слов) и акцентирует внимание автора и читателя на процессе восприятия. Объект СВ представлен отдельной пропозицией, отражающей ситуацию звучания. Глагол скакать характеризуется наречием звонко и репрезентирует процесс Зв. Существительное посвист представляет пропозицию звучания в свернутом виде. Аналитический предикат был понятен в данном контексте свидетельствует о слиянии процесса СВ с процессом мыслительной деятельности, т.к. посвист должен быть сначала услышан и только затем понятен.

Далее следуют высказывания, отражающие ситуации звучания и мыслительной деятельности. Процесс СВ и процесс мыслительной деятельности представлены в стихотворении А. Блока как взаимообусловленные: движение мысли подталкивает автора к процессу восприятия, а затем восприятие определенных звуков стимулирует мыслительную деятельность: О, как понять, откуда стук, / Откуда будет слышен голос?

Лирический герой находится в смятении. Два раза использовано вопросительное местоимение откуда. Субъект восприятия не выражен в поверхностной структуре высказывания. Есть лишь косвенные указания на его присутствие - наличие локатива (не здесь, а дальше). Процесс звучания удален от воспринимающего, и отсюда возникает неясность, нечеткость восприятия.

Наконец, все проясняется: И вот, слышнее звон копыт, / И белый конь ко мне несется. / И стало ясно, кто молчит /И на пустом седле смеется.

Приведенное высказывание свидетельствует о результативности процессов восприятия и мыслительной деятельности, которые в тексте стихотворения представлены как взаимообусловленные (слышнее звон -стало ясно). Наблюдается некоторая последовательность происходящих процессов: слуховое восприятие -зрительное восприятие - мыслительные операции.

Особенность моделирования ситуации восприятия в стихотворении А. Блока в том, что, выполняя смыслообразующую функцию, исследуемые высказывания тесно переплетены с синтаксическими конструкциями, репрезентирующими процессы мыслительной деятельности (можно говорить об их взаимопроникновении).

В стихотворении В. Брюсова «Голос часов» перед нами также две основные ситуации (восприятия и мыслительной деятельности), но представлены они иначе.

Стихотворение почти полностью состоит из высказываний звучания и слухового восприятия.

С высокой башни колокольной,

Призывный заменяя звон,

Часы поют над жизнью дольной,

Следя движение времен.

Но днем в бреду многоголосном Не слышен звонкий их напев,

Над гулким грохотом колесным,

Над криком рынка, смехом дев.

Когда ж устанет день, и ляжет Ночная тень на всех углах,

И шуму замолчать прикажет,

И переменит жизнь в огнях,

Мы все, покорствуя невольно,

В пространном царстве вечных снов,

С высокой башни колокольной Внимаем голосу часов.

Густеют и редеют тени.

И торжествующая медь Зовет и нас в чреде мгновений Мелькнуть, побыть и умереть

[12. С. 94].

В представленном стихотворении высказывания звучания и слухового восприятия выполняют смыслообразующую функцию. В название вынесено слово голос, употребленное в переносном значении (голос часов), оно настраивает читателя на слуховое восприятие. Семантической доминантой данного стихотворения является выражение мгновенности, скоротечности жизни. Голос часов отмеряет положенное человеку время. Важно противопоставление дня и ночи. Днем человек слышит лишь суету окружающего его мира (грохот, крик, смех) и только ночью внимает голосу часов.

Первое четверостишие представляет собой высказывание звучания, осложненное двумя полупредикативными конструкциями (деепричастными оборотами). Предикат выражен глаголом звучания - петь, субъект звучания -неодушевленным существительным часы, т.е. перед нами яркий пример метафорического переноса (олицетворение). Первый деепричастный оборот отражает слияние процесса звучания с мыслительной деятельностью, второй - слияние процесса ЗВ с мыслительной деятельностью.

Во второй строфе конструкция не слышен не свидетельствует об отсутствии звучания. Звон часов заглушается звуками иного порядка. В высказывании не представлен субъект восприятия. Этим автор стремится показать обобщенность субъекта, подразумевается, что «никто не слышит». Дневная суета (гул колесный, крик дев) заглушает звучание (звонкий напев).

В четвертой строфе содержится ключевое высказывание СВ: С высокой башни колокольной / Внимаем голосу часов.

Выделенная синтаксическая конструкция характерна для поэзии «серебряного века». Предикат представлен глаголом внимать, который отражает слияние процесса СВ с мыслительной деятельностью (т.е. слушать и понимать). Объект восприятия репрезентирован лексемой голос, функционирующей в переносном значении. В анализируемом высказывании назван источник звучания (квалификатор) и локатив. Через высказывание восприятия поэт подводит читателя к основной идее стихотворения, заключенной в последней строфе.

Последняя строфа также представляет собой высказывание звучания. В семантический фокус помещен не процесс звучания, а объект, репрезентированный не существительными (как в большинстве рассмотренных случаев), а глагольными формами. Если рассматривать синтаксическую структуру данного предложения, то подлежащее представлено существительным медь, ска-

зуемое - глаголом зовет, а дополнение - инфинитивами мелькнуть, побыть, умереть. Нетрадиционность синтаксической структуры позволяет актуализировать те смыслы, которые для автора являются принципиально важными и отражают идею целого произведения.

В стихотворении В. Брюсова «Голос часов», как и в произведениях А. Блока, процесс восприятия окружающей действительности стимулирует и направляет мыслительную деятельность лирического героя.

А. Блок использует в качестве предикатов глаголы восприятия и глаголы мыслительной деятельности (узнать, понять).

У В. Брюсова преобладают глаголы звучания и СВ (петь, не слышать, замолчать, внимать, звать). Актуализируя различные оттенки значения названных глаголов, поэт моделирует одну ситуацию по образу и подобию другой. Важную роль играют существительные с глагольной семантикой (грохот, крик, смех, шум), причастия (призывный) и прилагательные (колокольный, многоголосный, звонкий, гулкий). На ситуацию восприятия накладывается ситуация мыслительной деятельности. При помощи лексем с семантикой восприятия и звучания одновременно моделируется две ситуации.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бондарко А.В. К вопросу о перцептивности // Сокровенные смыслы: Слово. Текст. Культура: Сб. ст. в честь Н.Д. Арутюновой. М.: Языки

славянской культуры, 2004. С. 276-282.

2. КубряковаЕ.С. Язык и знание. М.: Языки славянской культуры, 2004. 560 с.

3. Философский энциклопедический словарь. М., 1983. 839 с.

4. ЗолотоваГ.А. Коммуникативные аспекты русского синтаксиса. М., 1982. 368 с.

5. Демешкина Т.А. Теория диалектного высказывания. Аспекты семантики. Томск, 2000. 190 с.

6. Моисеева Н.В. Глаголы восприятия в русском языке // Вестн. Моск. ун-та. Сер. Филология. 1998. № 6. С. 82-91.

7. Бутакова Л.О. Авторское сознание в поэзии и прозе: когнитивное моделирование. Барнаул, 2001. 283 с.

8. Болотнова Н.С. Филологический анализ текста. Томск, 2004. 170 с.

9. Демешкина Т.А. Диалектное высказывание в аспекте миромоделирования // Актуальные проблемы русистики. Томск, 2003. С. 112-116.

10. Александр Блок. И невозможное возможно. Стихотворения. Поэмы, театр, проза. М., 1980. 430 с.

11. Логачева О.Ю. Семантико-синтаксические особенности предложений, обозначающих ситуацию звучания: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 1988. 23 с.

12. Валерий Брюсов. Избранное. М., 1989. 268 с.

Статья поступила в редакцию журнала 4 декабря 2006 г., принята к печати 11 декабря 2006 г.