Социология молодежи постсоветского поколения

ЮВЕНОЛОГИЯ

В. В. Дзюбан

СОЦИОЛОГИЯ МОЛОДЕЖИ ПОСТСОВЕТСКОГО ПОКОЛЕНИЯ

Социология — одна из общественных наук, изучающих поведение людей и функционирование общественных институтов. Одна из актуальных отраслей современной социологии — социология молодежи. Особенно остро проблема молодежи и ее роли в общественной жизни стоит в постпе-рестроечной России.

Системный кризис, затронувший социальную структуру общества с началом перестройки и усугубившийся в связи с распадом СССР и переходом к рыночной экономике, закономерно привел к смене социальных ориентиров, переоценке традиционных ценностей. Конкуренция на уровне массового сознания советских, национальных и так называемых «западных» ценностей не могла не привести население в состояние растерянности, непосредственным образом повлиявшее на ценностный мир молодежи, крайне противоречивый и хаотичный [1, с. 53].

Основные проблемы социологии молодежи, имеющие теоретическое и практическое значение, следующие: изучение роли и места молодежи в социальном развитии общества, анализ «социального портрета» различных групп молодежи, изучение запросов, интересов, потребностей, ценностных ориентаций, социальных ожиданий молодежи во всех сферах жизнедеятельности; формирование активной жизненной позиции, стиля жизни и поведения; рассмотрение особенностей адаптации в различных социальных сферах; изучение жизненных планов молодежи и определение оптимальных условий их реализации; исследование резервов социальной активности и причин пассивности, включенности молодежи в социальное управление и самоуправление на различных уровнях; определение морально-психологической готовности к труду и к безработице и т.д. [3, с. 67].

Научный, социологический подход к молодежи как специфической группе общества предполагает, следовательно, учет целого комплекса обстоятельств и особенностей образа жизни молодежи.

Сегодня ученые определяют молодежь как социально-демографическую группу общества, выделяемую на основе совокупности характеристик, особенностей социального положения и обусловленных теми или другими социально-психологическими свойствами, которые определяются уровнем социально-экономического, культурного развития, особенностями социализации в российском обществе.

Наблюдения показывают, что процесс социализации молодых людей идет по двум основным направлениям и прямо зависит от развитости чувства целого, от крепости духа.

У молодежи, воспитанной в традиционной культуре, основной конфликт разворачивается на ментальном уровне, между осознаваемой ею реальностью и культурными стереотипами восприятия и осмысления мира. Поведение здесь вторично. При необходимом и достаточном развитии чувства целого люди этого типа легче соотносят свое поведение с осмысленной целостной картиной мира.

Для молодежи, растущей, в основном, вне классической европейской культуры, наиболее существен конфликт на поведенческом уровне. Люди этого типа познают жизнь опытным путем, абсолютизируя собственный опыт и признавая лишь тех, с действиями которых входят в резонанс (эффект узнавания). Врожденные способности обусловливают у них высокую скорость постижения жизни и наработки навыков ориентирования в постоянно меняющемся потоке событий. Резкое неприятие чуждой формы поведения слишком часто толкает этих молодых людей на преступление, так как этика нового поколения еще не сформирована, чувство меры не выработано и нормы не установлены.

214

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ 2007. Том 13

© В. В. Дзюбан, 2007

В современной системе воспитания и образования в большинстве случаев не осознается факт качественного изменения объекта педагогических усилий. Более того, оставаясь по сути неизменной, система эта становится поставщиком типичных ситуаций, способствующих экстремистскому поведению молодежи. Практически создаются дополнительные условия для постоянного возобновления экстремистского комплекса. Почти единственным противовесом служат некоторые меры для экстренных случаев, вроде телефона доверия.

В то же время на наших глазах на протяжении одного поколения сверхактивно развивается антипедагогика, представленная во множестве направлений: от рок культуры, порнографии и насилия до банд неофашистов.

Воздействуя сразу на несколько каналов восприятия с резким превышением допустимых норм, явления антикультуры быстро подавляют в молодом человеке естественную защитную реакцию, благодаря чему ловко производится подмена реальной целостности крепко сработанным суррогатом.

Система норм и ценностей, отличающих группу от большинства обществ, называется субкультурной. Она формируется под влиянием таких факторов, как возраст, этническое происхождение, религия, социальная группа или местожительство. Ценности субкультуры не означают отказа от национальной культуры, принятой большинством, они обнаруживают лишь некоторые отклонения от нее. Однако большинство, как правило, относится к субкультуре с неодобрением или недоверием [5, с. 65].

Иногда группа активно вырабатывает нормы или ценности, которые явно противоречат господствующей культуре, ее содержанию и формам. На основе таких норм и ценностей формируется контркультура. Известный пример контркультуры - хиппи 60-х годов или «система» в России 80-х годов.

Элементы как субкультуры, так и контркультуры обнаруживаются в культуре современной молодежи в России. Ее определяющей характеристикой в России является феномен субъективной «размытости», неопределенности, отчуждения от основных нормативных ценностей (ценностей большинства).

Так, у немалого числа молодых людей отсутствует четко выраженная личностная само-

идентификация, сильны поведенческие стереотипы, обусловливающие деперсонализацию установок. Позиция отчуждения в его экзистен-циональном преломлении просматривается как в отношении к социуму, так и в межгенераци-онном общении, в контркультурной направленности молодежного досуга.

Социальное отчуждение проявляется чаще всего в апатии, безразличии к политической жизни общества, образно говоря, в позиции «стороннего наблюдателя». На уровне самоидентификации проявление каких-либо определенных политических установок минимально. Вместе с тем эмоциональность, легковерность и психологическая неустойчивость молодых людей умело используются политическими элитами в борьбе за власть.

«Участие в политической жизни» в шкале ценностных суждений, предложенных в ходе анкетного опроса учащимся старших классов петербургских школ, заняло последнее место (это занятие привлекает лишь 6,7 % опрошенных). Только каждый четвертый из старшеклассников (25,5 %) готов жить для других, даже если придется поступиться своими интересами, в то же время почти половина выборок (47,5 %) полагает, что «в любом деле нельзя забывать о собственной выгоде».

«Политикой» интересуется лишь 16,7 % опрошенных, отсюда закономерно проистекают и неопределенные политические позиции старшеклассников: лишь треть из них (34,4 %) имеет сложившиеся политические убеждения (по самооценке), в то время как вдвое большее число либо вообще ими не обладает, либо никогда не задумывалось об этом (соответственно 29,5 и 37,1 %).3

Данные исследований показывают, что досуговая самореализация молодежи осуществляется вне учреждений культуры и относительно заметно обусловлена воздействием одного лишь телевидения - наиболее влиятельного институционального источника не только эстетического, но и в целом социализирующего воздействия. Народная культура (традиции, обычаи, фольклор и т. п.) большинством молодых людей воспринимается как анахронизм. Попытки внесения этнокультурного содержания в процесс социализации в большинстве случаев ограничиваются приобщением к православию, между тем как народные традиции, безусловно, не ограничиваются одними лишь религиозными ценностя-

Педагогика. Психология. Социальная работа. Акмеология. Ювенология. Социокинетика ♦ № 2

215

ми. Кроме того, этнокультурная самоидентификация состоит, прежде всего, в формировании положительных чувств в отношении к истории, традициям своего народа, т. е. того, что принято называть «любовью к Отечеству», а не в знакомстве и в приобщении к одной, пусть даже самой массовой, конфессии.

Возникновение такой, а не иной, с указанными особенностями молодежной субкультуры обусловлено целым рядом причин, среди которых наиболее значимыми представляются следующие:

1. Молодежь, живет в общем социальном и культурном пространстве, и поэтому кризис общества и его основных институтов не мог не отразиться на содержании и направленности молодежной субкультуры. Именно поэтому не бесспорна разработка любых специально молодежных программ, за исключением социальноадап-ционных или профориентационных. Любые усилия по коррекции процесса социализации неизбежно будут наталкиваться на состояние всех социальных институтов российского общества и прежде всего системы образования, учреждений культуры и средств массовой информации. Каково общество - такова и молодежь, а следовательно, и молодежная субкультура.

2. Кризис института семьи и семейного воспитания, подавление индивидуальности и инициативности ребенка, подростка, молодого человека как со стороны родителей, так и педагогов, всех представителей «взрослого» мира, не может не привести, с одной стороны, к социальному и культурному инфантилизму, а с другой - к прагматизму и социальной неадаптированности (в некоторых случаях опосредованно) и к проявлениям противоправного или экстремистского характера. Агрессивный стиль воспитания порождает агрессивную молодежь, самими взрослыми приуготовленную к межгенерационному отчуждению, когда выросшие дети не могут простить ни воспитателям, ни обществу в целом ориентации на послушных безынициативных исполнителей в ущерб самостоятельности, инициативности, независимости, лишь направляемых в русло социальных ожиданий, но не подавляемых агентами социализации.

3. Коммерциализация средств массовой информации, в какой-то мере и всей художественной культуры, формирует определенный «образ» субкультуры не в меньшей степени, чем

основные агенты социализации - семья и система образования. Ведь именно просмотр телепередач наряду с общением, как уже говорилось, - наиболее распространенный вид досуговой самореализации. Во многих своих чертах молодежная субкультура просто повторяет телевизионную субкультуру, которая лепит под себя удобного зрителя.

Молодежная субкультура есть искаженное зеркало взрослого мира вещей, отношений и ценностей. Рассчитывать на эффективную культурную самореализацию молодого поколения в больном обществе не приходится, тем более что и культурный уровень других возрастных и социальнодемографических групп населения России также постоянно снижается [6, с. 14].

Новая социально-политическая, информационная обстановка в России открывает и новые возможности работы с молодежью. Система управления процессами воспитания может стать достаточно эффективной. Но для этого необходимы следующие условия:

- объективный учет особенностей предшествующего и современного состояния процессов воспитания, менталитета и поведенческих характеристик молодежи и других факторов, формирующихся в период реформ;

- в ее основу должны быть положены принципы демократического общества, а также механизмы оптимального сочетания управления и само управления;

- своевременно блокировать и устранять факторы, тормозящие реализацию процессов социализации и воспитания молодежи;

- иметь научно обоснованную государственную молодежную политику и эффективные механизмы ее реализации.

Разрешение противоречий может осуществляться в разнообразных формах и различными средствами. Главное заключается в том, чтобы личные интересы, потребности молодого человека не расходились с требованиями общества, с индивидуальными возможностями и способностями личности.

В заключение сформулируем некоторые выводы.

Во-первых, преобразования в России осуществляются противоречиво, порождая противоречие между требованиями обновления, творчества, созидающей инициативы и консерватизмом, инерцией, корыстными интересами. Дей-

216

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ 2007. Том 13

ственное средство преодоления такого противоречия - реальные подвижки в экономике, социальной сфере, образовании, в развитии демократии и гласности.

Во-вторых, успех социализации и воспитания молодежи возможен при использовании позитивных факторов, заложенных в современных общественных отношениях, в образе жизни, и нейтрализации факторов, которые мешают осуществлению задач социализации, обучения и воспитания.

В-третьих, в процессе формирования ценностных ориентаций подрастающих поколений на активное участие в обновлении российского общества творчески использовать позитивный социальный опыт, накопленный Россией и всем человечеством.

В-четвертых, перестройка системы образования и общественного воспитания может быть успешна лишь тогда, когда она станет делом всего общества. Важно переориентировать всю общественную жизнь, социокультурную среду, систему воспитания, обучения на молодое поколение.

В-пятых, систематически проводить конкретно-социологические и политологические исследования, педагогические и психологические эксперименты по актуальным проблемам молодежи, на основе которых управлять процессами обучения и воспитания молодежи.

Таким образом, изучение противоречий, проявляющихся в процессе социализации и воспитания молодежи, создает теоретико-методологическую базу формирования государственной моло-

дежной политики, определения эффективных механизмов ее реализации.

Библиографический список

I. Кон И.С. Социология молодежи. В кн.: Краткий словарь по социологии М., 1988.

2 Кон И.С. Молодежь. БСЭ. 3-е изд.

3. Социология молодежи. Под ред. В.Т. Лисовского Из-во СПбГУ 1996.

4. Молодежный экстремизм. Под ред. А.А. Козлова. Из-во СП6ГУ1996.

5. Сорокин П. Человек.Цивилизация.Обще-ство.М.,1992.

6. Семенов В.Е. Искусство как межличностная коммуникация. СПб, 1995.

7. Журнал «Социс» № 10 (270,2006), М.А. Якова «Поведенческие установки молодежи постсоветского поколения».

8. Журнал «Социс» №6(266, 2006) Ю.Р. Вишневский, В.Т. Шапко «Парадоксальный молодой человек».

9. Российская молодежь-какая она?// Аргументы и факты. -2004 - J№ 34.

10. Ядов В.А. Трансформации российских социальных институтов// Социальные трансформации в России: теории, практики. Сравнительный анализ: учебник, пособие / Под. ред. Ядова В.А. М: Флинта: МПСИ, 2005.

II. Омельченко Е.Л. Молодежь: Открытый вопрос. Ульяновск, 2004.

12. Inglehart R. / Changing Values? Economic Development and Political Change// International Science Journal, 1995. - N° 145.