Историко-географические подходы к проблеме традиционного природопользования этносов Байкальской Сибири

ЭКОНОМИЧЕСКАЯ, ПОЛИТИЧЕСКАЯ, СОЦИАЛЬНАЯ И РЕКРЕАЦИОННАЯ ГЕОГРАФИЯ

УДК 911.3

© Ч.Б. Урбанова, В.А. Бабиков

ИСТОРИКО-ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ПРОБЛЕМЕ ТРАДИЦИОННОГО ПРИРОДОПОЛЬЗОВАНИЯ ЭТНОСОВ БАЙКАЛЬСКОЙ СИБИРИ

Основным условием жизнеобеспечения любого этноса является характер природопользования, который тесно связывает его с определенным географическим ландшафтом. На примере локальных общин этносов Байкальской Сибири, проживающих в Республике Бурятия, авторы рассматривают динамику сохранности видов традиционного природопользования этнических групп населения Азиатской России.

Ключевые слова: традиционное природопользование, этнохозяйственные системы, этнические общины, биоценозы, этногеографические основы развития.

Ch.B. Urbanova, V.A. Babikov

HISTORICAL AND GEOGRAPHICAL APPROACHES TO THE PROBLEM OF TRADITIONAL ENVIRONMENTAL MANAGEMENT OF ETHNOSES OF THE BAIKAL SIBERIA

The basic condition of any ethnic group's life support is the character of nature management, which closely associates it with a specific geographical landscape. On the example of the local ethnic communities in Baikal Siberia living in the Republic of Buryatia, the authors examine the dynamics of species preservation of traditional environmental management of ethnic groups of Asian Russia.

Keywords: traditional environmental management, ethno-economic systems, ethnic communities, biocenoses, eth-no-geographical bases of development.

Несмотря на большое количество работ, рассматривающих проблему устойчивого природопользования на разных этапах исторического развития общества, многие теоретические и практические вопросы данной проблемы остаются актуальными и в наше время.

В настоящее время в пределах Байкальской Сибири существует несколько этнохозяйствен-ных систем, базирующихся на системе традиционного природопользования. На территории Республики Бурятия проживает множество этносов, имеющих свои элементы традиционного использования природных ресурсов. В своей работе мы рассмотрим их на примере бурят, эвенков и русских старообрядцах - семейских.

Тунгусоязычные племена, поделенные на группы ламагиров, мурченов, ороченов относятся к старопоселенческим этносам на территории Байкальской Сибири. Следы их пребывания в исследуемом регионе датируются вторым и третьим тысячелетием до нашей эры. Непрерывное, но чрезвычайно разреженное расселение обусловлено типом традиционного эвенкийского хозяйства охотников-оленеводов. Объекты охоты - крупный мясной (лось и дикий северный олень) и пушной зверь (соболь, белка). Одомашненный северный олень разводился не на мясо, а исключительно в качестве транспортного средства. Эвенкийская семья была немногочисленна - в среднем 5-7 человек - и для ее

транспортных нужд не требовалось много оленей. Небольшое стадо в несколько десятков голов могло вести полудикий образ жизни и пастись в тайге без пастуха, иногда уходя к диким оленям.

Граница между родовым хозяйством и миром тайги весьма условна. Жизнь семьи протекает не в стенах дома, она распределена по обширной территории средней площадью около 1 тыс. км2. И охота, и оленеводство эвенков во избежание выбивания зверя в одном месте и потравы кормовых угодий, возобновляющихся очень медленно (десятилетия и столетия), требовали постоянных перекочевок. За весь годовой производственный цикл семья проходила замкнутый путь средней протяженностью 800 км. По всей территории в разных местах на высоких сваях строились крытые корьем бревенчатые лабазы, в которых хранились припасы для будущих перекочевок и зимней охоты. В целях сохранения угодий стоянки между перекочевками выбирались каждый год на новом месте, пока не исчезнут следы предыдущего пребывания. Вся эта промысловая территория была закреплена за семьей и являлась частью наследственной территории эвенкийского рода. Род состоял из нескольких десятков семей и владел частью тайги площадью 10-15 тыс. км2.

Таким образом, каждая семья и каждый род должны были заботиться о возобновлении охот-

ничьих и оленеводческих ресурсов на своей наследственной территории, т.е. сохранять и возобновлять естественное биологическое разнообразие тайги. Поэтому не могло быть и речи о разведении излишнего числа оленей или об избыточном отстреле дичи и пушнины, о добыче лишней рыбы - это нарушало баланс сил человека и природы и грозило многими голодными годами. В силу родовой экзогамии, территориальные соседи эвенкийского рода были ему родственны и образовывали некое подобие племени. Эта группа родственных родов наследственно владела территорией около 50 тыс. км2, что несколько больше территорий таких европейских государств, как Бельгия, Дания или Нидерланды.

Все в быту эвенков отвечало жизненному укладу таежных номадов. Жилище - крытый берестой, а зимой - шкурами чум. Такое жилище быстро устраивается, при перекочевках же перевозятся лишь шкуры. Берестяные лодки -типа байдарки, с двухлопастным веслом, которые легко переносятся через многочисленные излучины меандрирующих сибирских рек, сокращая путь на многие часы и дни.

Осваивая свою наследственную территорию в течение поколений, эвенки, естественно, знали тайгу так, что могли предвидеть, в какое время года, даже в который день и час и в каком именно месте они встретят интересующую их добычу. Умение ориентироваться эвенков в тайге принесло им славу лучших проводников научных и поисковых экспедиций, что и понятно, поскольку эвенк-проводник ведет путешественника по своему дому - тайге, и знает этот дом так же хорошо, как знает свой дом европеец, когда показывает его гостям.

Огромное заселенное эвенками пространство Байкальской Сибири, присутствие в основном эвенкийской топонимики даже там, где ныне они не живут, - все указывает на большую древность этого этноса. Таким образом, охотни-чье-оленеводческий уклад эвенкийского таежного номадизма имеет возраст не менее двух тыс. лет, а в части охоты, которая в основном и сформировала баланс системы «человек - тайга», может иметь возраст девять тыс. лет и более.

В современных условиях эвенкийский тип природопользования переживает трудный период, который при неблагоприятном исходе может привести к его полному исчезновению. Эвенкийское хозяйство немыслимо без наличия естественных природных пастбищ. Активное преобразование ландшафта, связанное с добычей полезных ископаемых, частые лесные пожары от-

рицательно влияют на поголовье обитателей тайги. В связи с интенсивным развитием горнодобывающей промышленности (золото, нефрит, полиметаллы), пастбища, рыболовные и охотничьи угодья изымаются из сельскохозяйственного оборота, обширные территории подвергаются деградации.

В настоящее время в более упрощенном виде данный тип природопользования сохранился у родовой группы орочонов, проживающих в пределах северной части Республики Бурятии на территории Баунтовского эвенкийского района в с. Усть-Джилинда и Россошино [3].

Схожие черты в структуре этнохозяйствен-ных систем есть и у бурят. Главным их занятием было скотоводство, являвшееся основным источником существования. Именно оно в Забайкалье в конце XIX века являлось одной из основных отраслей хозяйства и носило товарное направление.

Видовой состав скота у бурят в XIX - начале ХХ вв. соответствовал в основном формам животноводства, сложившимся на территории их расселения в период завершения формирования хозяйственно-культурного типа кочевых скотоводов. Сохранение подобного видового состава скота в течение многих веков в условиях хозяйственно-культурного типа отмечается исследователями и в других регионах Азии (в том числе у калмыков, тувинцев, киргизов). Это объясняется тем, что основные факторы, определяющие состав стада в рамках одного хозяйственно-культурного типа, существенно не менялись в течение длительного времени.

В соответствии с видовым составом скота, обусловленным природно-климатическими условиями, сложившимися традициями, распределение скота осуществлялось между различными категориями населения. Немаловажную роль при этом играло и их имущественное положение. Большинство бурятских хозяйств, за исключением самых бедных, имело лошадей, крупный рогатый скот, овец и коз. В крупных кочевых хозяйствах были также верблюды. Полный «набор» животных всех основных видов буряты называли «табан хушуу мал» (скот пяти видов).

Буряты стремились содержать в стаде несколько видов скота. Это определялось желанием наиболее полно и рационально использовать природные пастбища, что возможно только при одновременном выпасе нескольких видов скота, и обеспечением скотовода одеждой, пищей, предметами домашней утвари.

Весь бурятский скот был местной породы, способный переносить холод, зной, недостаток

Ч.Б. Урбанова, В.А. Бабиков. Историко-географические подходы к проблеме традиционного природопользования этносов Байкальской Сибири_

кормов, находиться длительное время на подножном корму.

Исключительно важное место в ведении скотоводства у бурят, как и у других скотоводческих народов, занимала работа по приему приплода. Например, окот овец начинался в апреле - мае. Бывали отдельные случаи рождения молодняка в марте, даже в феврале, или, наоборот, в июне.

Большинство забайкальских бурят совершали две (зимник-летник), а наиболее зажиточные хозяева - четыре сезонные перекочевки по маршруту зимник-весенник-летник-осенник. Пред-байкальские буряты, как правило, ограничивались двумя кочевками с зимников на летники и обратно. Сезонные перекочевки позволяли рационально использовать пастбища и сенокосные угодья, уберечь от потравы поля [1].

Продолжительность пастбищного периода колебалась от 207 до 243 дней в год. Хозяин должен был знать, где лучше пасти скот. Особенно внимательно буряты относились к выбору пастбищ для овец. В апреле и мае не рекомендовались высокие места, на которые их переводили, когда вырастала трава. В летнее время пасли овец на холмах и увалах. Осенью ни в коем случае не перегоняли овец с одного места на другое. Коровы же паслись без присмотра, сами выбирали места, где больше травы. Еще проще было с лошадьми. Табунные лошади круглый год паслись «вольны и не хранимы», добывая себе пищу из-под снега, даже из-под земли.

Техника ведения скотоводства включала ряд приемов, проверенных многовековым опытом. Весной скот выпасался в низких местах, где больше образуется проталин, а прошлогодняя трава, показавшаяся из-под снега, наиболее питательна. В летнее время пастьба велась на холмах и увалах, на северных склонах гор, где трава меньше выгорает. Осенью скот старались подолгу пасти на солончаковых местах, где у них заметно жирнее становилось мясо, у овец -длиннее и гуще шерсть. Зимой для освоения пастбища пускали сначала лошадей, которые легко разбивали твердый снежный покров, съедая верхушки травы. Хорошо выбивали ветошь и овцы. За лошадьми следовал крупный рогатый скот, который не мог разгребать снег копытами. Все эти технологии наносили минимальный вред окружающей среде. Наряду со скотоводством буряты занимались земледелием. Оно было больше развито в Предбайкалье, где имелись хорошие почвы и благоприятные климатические условия. Под поля обычно отводились участки на южных или юго-восточных склонах гор, в падях, где вероятность гибели посевов была ми-

нимальной. Буряты сеяли яровую и озимую рожь, в меньшем количестве пшеницу, овес и ячмень. Из крупяных культур в отдельных местах высевались просо и гречиха. Среди зерновых культур наиболее надежной, дающей хороший урожай, считалась яровая рожь (ярица). Озимая рожь также относилась к числу неприхотливых культур. При ее посеве тщательно обрабатывали почву, потому что на хорошо подготовленном поле озимая рожь была в состоянии сама бороться с сорняками, заглушая их густыми всходами. Качество ржаной муки высоко ценилось бурятами, она шла исключительно на выпечку хлеба. Для повышения производительности полей практиковалась прополка посевов, было развито орошение и удобрение полей навозом. Устройство оросительных систем было простейшим: в верховьях горных рек устраивались запруды, от которых к пашням прорывались длинные канавы.

В таежной и лесостепной зонах ограниченность сельскохозяйственных угодий и наличие полноводных рек привело к появлению утужной системы, а горный характер водных потоков способствовал уменьшению затрат на ее развитие. Утуги - это сенокосные места, которые расчищались, удобрялись, огораживались и орошались посредством канав, проведенных от родников, речек и рек. Наряду с орошением урожайности трав, утужная система гарантировала получение кормов для скота и способствовала осушению заболоченных мест, а в случае наводнений уменьшала неблагоприятные последствия этого явления.

Значительное место в хозяйстве бурят занимали охота, рыболовство, различные ремесла. Промысловыми являлись практически все дикие животные, обитавшие в местах расселения бурят: белки, дикие козы, зайцы, соболи, изюбры, лисы, медведи и т.д. Мясо некоторых животных употреблялось в пищу, шкуры и мех использовались для пошива одежды, обуви.

В настоящее время данный тип природопользования сохранился в некоторых селах Мухорши-бирского (с. Хошун-Узур, Кусоты, Галтай), Би-чурского (с. Шибертуй), Заиграевского (с. Ацагат), Еравнинского (с. Ширинга, Тулдун, Телемба) районов. Особо можно выделить территорию Окин-ского района, где традиционный тип природопользования сохранился практически без изменений [3].

Особый интерес для исследователей представляют вопросы традиционного природопользования своеобразной группы русского населения Байкальской Сибири - староверов или семейских.

Старообрядцы, или семейские, представляют собой своеобразную группу русского населения Забайкалья, сложившуюся под влиянием ряда исторических явлений и событий и сохранившую в своих обычаях и традициях образ «допетровской Руси».

В Забайкалье семейские расселены преимущественно по долинам рек Селенга, Хилок, Чикой и их притокам [3]. Между собой территории компактного проживания старообрядцев отличаются орографическими, климатическими и ландшафтными условиями. В соответствии с разнообразием природы и ее флуктуацией, а также уже имевшимся опытом экологической адаптации к микроэкологическим нишам семейские проявляли типичную многовариантность в адаптационных процессах. Старообрядцам приходилось затрачивать много сил и энергии на приспособление к природным условиям, что нашло свое отражение в специфических формах социокультурной адаптации -типе поселения, жилище, одежде, пище, в видах традиционного природопользования.

По словам самих местных жителей: «Русскому крестьянину-староверу, переселившемуся на новое местожительство, не на кого было надеяться, кроме как на самого себя. Он сам в одном лице был и пахарем, и агрономом, лесорубом и плотником, охотником и естествоиспытателем, пастухом и зоотехником, лекарем и костоправом, знатоком трав и лекарственных растений, ямщиком, огородником, знатоком календаря и духовным наставником. На новых местах он эмпирическим путем познавал почву, методом проб и ошибок выводил нужные сорта зерновых и огородных культур, при этом, не имея надежной гарантии в успехе». На новую родину семейские перенесли образ своей домашней жизни, дух, свои привычки, в то же время переняли некоторые черты хозяйствования у аборигенных этносов и сибиряков-гуранов. Переселившись в Байкальскую Сибирь, староверы оправдали возложенные на них надежды. Они скоро привыкли к суровой сибирской природе и очень высоко, по тому времени, подняли земледелие и другие отрасли сельского хозяйства.

Накопленный земледельческий опыт семей-ских, отраженный в их народном календаре, заслуживает изучения фенологами, метеорологами, астрономами и этнографами. Календарь семей-ских - локальный вариант общерусского народного календаря. Этнографический интерес к данной теме обусловлен значительной этнической спецификой семейских, научной актуальностью проблемы для изучения идеологии и общественной психологии старообрядцев Забайкалья. Изучение хозяйственной жизни и народного календаря се-

мейских имеет познавательное значение и практическую пользу. Оно позволяет выявить многовековой народный опыт, сельскохозяйственную мудрость земледельца.

Локальные общины старообрядцев Байкальской Сибири в пределах Тарбагатайского (с. Де-сятниково, Большой Куналей, Куйтун), Хоринско-го (с. Хасурта), Мухоршибирского (с. Куготы, с. Шаралдай), Бичурского (с. Билютай, Новосретен-ка, Бичура) районов являются примером сохранения традиционного природопользования. В настоящее время имеет актуальность земледелие: выращивание зерновых культур, овощеводство и плодоводство; лесной промысел: обработка древесины, постройка домов, изготовление предметов быта и орудий труда; сбор дикоросов и кедрового ореха.

В последнее время роль подсобного приусадебного хозяйства возросла, жизненно важной стала необходимость выращивания картофеля, различных овощных культур, производство свинины, говядины как для собственных нужд, так и на продажу. Новый стимул получило развитие пчеловодства.

Не забыт опыт предков и в промыслах. С наступлением осени и зимы сотни промысловиков и любителей по-прежнему отправляются бить шишку на орехи, белковать, охотиться на соболя, колонка, зайца, копытных. Заготовители уезжают со всеми припасами на глухие таежные речки к своим зимовьям. Охотятся бригадами или группами в два-три человека месяца полтора - два. Неплохие доходы получают на заготовках и реализации пушнины, кедровых орехов.

Таким образом, основными ячейками, где формируется, хранится и трансформируется та или иная традиция, являются этнические общины. В связи с этим комплексное исследование традиционного природопользования в этнохозяйствен-ных системах различных территориальных образований становится актуальным в контексте разработки модели их устойчивого развития.

Переход к устойчивому развитию - процесс весьма длительный, так как требует решения беспрецедентных по масштабу социальных, экономических и экологических задач. По мере продвижения к устойчивому развитию само представление о нем будет меняться и уточняться, потребности людей - рационализироваться в соответствии экологическими ограничениями, а средства удовлетворения этих потребностей - совершенствоваться.

Поэтому ключ к устойчивому развитию лежит в совершенствовании управления природопользованием, экономикой и обществом на всех уровнях от локального до глобального.

Т.Ш. Рыгзынов. Развитие сети автомобильных дорог в приграничных районах Республики Бурятия

Литература

1. Гончиков Ц.Д., Урбанова Ч.Б. Этногеографи-ческие основы сбалансированного развития национально-административных территорий: на примере Агинского Бурятского автономного округа: монография. - Улан-Удэ: Изд-во Бурят. гос. ун-та, 2007. -148 с.

3. Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. -ТАНИС ДИ-ДИК, 1994. - 638 с.

4. Урбанова Ч.Б., Бабиков В.А., Холбоева С.А. Этнохозяйственные системы локальных общин Рес-

публики Бурятия // Ученые записки Забайкальского государственного гуманитарно-педагогического университета им. Чернышевского. Серия Естественные науки. - Чита: Изд-во ЗабГГПУ, 2011 - С. 107-118.

5. Урбанова Ч.Б. Этногеографические подходы к проблеме устойчивого развития в Байкальском регионе // Вестник Тамбовского университета. Серия: Естественные и технические науки. - Т. 18, вып. 2, 2013. - С. 706-710.

Урбанова Чимит Болотовна, кандидат географических наук, доцент кафедры экономической и социальной географии БГУ. E-mail: chimita76@gmail.com

Бабиков Владимир Александрович, кандидат географических наук, доцент Педагогического института БГУ. E-mail: geograf.05@mail.ru

Urbanova Chimit Bolotovna, candidate of geographical sciences, associate professor, department of economic and social geography, Buryat State University, e-mail: chimita76@gmail.com

Babikov Vladimir Aleksandrovich, candidate of geographical sciences, associate professor, Pedagogical Institute, Buryat State University. E-mail: geograf.05@mail.ru

УДК 911.3

© Т.Ш. Рыгзынов

РАЗВИТИЕ СЕТИ АВТОМОБИЛЬНЫХ ДОРОГ В ПРИГРАНИЧНЫХ РАЙОНАХ РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

В данной статье на примере дорожной инфраструктуры приграничных районов Бурятии подробно рассматриваются дороги регионального и местного значения. Показаны совершенствование развития сети автомобильных дорог и поиск путей социально-экономического развития приграничных районов Республики Бурятия.

Ключевые слова: инфраструктура, сеть автодорог, приграничные районы.

T.Sh. Rygzynov

ROAD NETWORK DEVELOPMENT IN THE BORDER DISTRICT OF THE BURYAT REPUBLIC

In this article, on the example of road infrastructure in border areas of Buryatya the roads of regional and local levels are considered in detail. The improvement of the development of the road network and search of the ways of social and economic development of the border areas of the Republic of Buryatia have been shown.

Keywords: infrastructure, road network, border areas.

Формирование и развитие современного инфраструктурного каркаса рассматриваемой территории происходило под влиянием нескольких основных факторов. Высокий уровень барь-ерности и военно-опасный характер границ, замкнутость страны и удаленность от основных промышленных центров в период СССР объясняют низкую плотность размещения объектов инфраструктуры.

Строительство объектов инфраструктуры в данный период осуществлялось ускоренными темпами с применением упрощенных технологических решений. Данный период экстенсивного развития (вширь) считался завершенным к концу 80-х годов прошлого столетия. Главной задачей было максимальное покрытие террито-

рии объектами инфраструктуры. Реализация данной программы происходила в условиях ограниченности и экономии средств, применения упрощенных технологий и ввода объектов с низким ресурсом и сроком эксплуатации. Например, установленные деревянные электроопоры с невысоким качеством антисептической обработки пришли в негодность и требовали замены ранее нормативного срока, а замена данных деревянных опор подразумевала полное сооружение новых линий электропередач, потому что технологически невозможно использовать повторно старый провод даже в удовлетворительном состоянии.

Третьим важным фактором, сдерживающим развитие пространственных объектов инфра-