Пенсионные и сопутствующие фонды

Негосударственные пенсионные фонды (НПФ) в условиях кризиса пенсионных продуктов хотят предлагать своим клиентам и страховые. Однако для этого необходимо уйти от законодательного ограничения деятельности НПФ. Реализовать это можно, в частности, за счет совмещения лицензий НПФ и страховщиков, уверены участники рынка. Регулятор в целом не против такого подхода, но лишь в отдаленной перспективе.

У рынка обязательного пенсионного страхования (ОПС) будущего нет, сошлись во мнении участники дискуссии в рамках Международного финансового конгресса. Единственным драйвером для развития НПФ может стать негосударственное пенсионное обеспечение (НПО). Существующая система НПО предполагает различные варианты корпоративных пенсионных программ (КПП) и индивидуальных пенсионных планов (ИПП).

Впрочем, если КПП относительно развиты, то индивидуальные программы находятся в зачаточном состоянии. По словам заместителя гендиректора НПФ «Газфонд пенсионные накопления» Антона Шпилева, по наблюдаемым данным, из 49 существующих частных фондов развивают ИПП лишь пять: три НПФ, которые представляют госбанки (НПФ Сбербанка, «Открытие», «ВТБ пенсионный фонд»), «Газфонд ПН» и НПФ группы «Сафмар». Впрочем, как отмечает Антон Шпилев, «объемы этого рынка потенциально могут составить 150–200 млрд руб. в год». «Через пять-десять лет это может быть триллионный рынок, но его надо развить»,— утверждает он. «У нас есть сегмент людей, которые получают высокую заработную плату, среднюю заработную плату. Спрос небольшой, но будет»,— менее оптимистичен главный уполномоченный по правам потребителей финансовых услуг Юрий Воронин.

По мнению участников рынка, бизнес индивидуальных программ НПФ мог бы развиваться более активно, если бы они могли продавать не только пенсионные продукты, но и дополнительные. Заместитель гендиректора инвесткомпании (ИК) «Регион» Галина Морозова, курирующая ее пенсионный блок, считает, что одна из проблем в том, что НПФ «не могут делать продукты, которые бы подгонялись под клиента, например, из нескольких финансовых элементов, хотя потребность такая есть». По закону «О НПФ» это невозможно. «Мы не можем предложить разные инвестиционные стратегии для разных возрастов. Потому что любые наши стратегии должны заканчиваться положительной доходностью, отсутствием актуарного дефицита»,— добавляет она. По ее мнению, можно было бы рассмотреть вариант сближения бизнес-моделей НПФ и страховых компаний, из чего логично вытекает слияние лицензий. «Почему бы не подумать о том, чтобы разрешить НПФ предлагать какие-то смешанные продукты, например, страхование рисков потери трудоспособности, критических заболеваний, те вещи, которые могли бы быть органическим дополнением к НПО»,— отмечал ранее гендиректор НПФ Сбербанка Александр Зарецкий.

В ЦБ в целом не против расширения указанных возможностей НПФ. По словам зампреда ЦБ Владимира Чистюхина, «в рамках одного юрлица можно совместить разные виды деятельности». По его мнению, можно будет и увеличить вариативность продуктов НПО — в связи с полной имплементацией стресс-тестирования, развитым управлением рисками НПФ и, в связи с этим, отказом от жесткого регуляторного ограничения по составу и структуре инвестпортфелей в пользу «свободного инвестирования». Впрочем, по словам Владимира Чистюхина, последний вопрос — не завтрашнего дня. «Мы не готовы относиться к НПФ, к тем активам, которыми они управляют, как к простому рыночному активу или как к простому рыночному институту, в отношении которого может быть объявлен дефолт, а фонд может быть обанкрочен»,— пояснил он.

Лицензионное совмещение деятельности страховой компании (СК) и НПФ — вопрос несложный, полагает гендиректор ГСК «Югория» Алексей Охлопков. Основные требования к НПФ и СК схожи, за исключением подхода к вознаграждению. Другой вопрос — хотят ли этого сами участники рынка. «Объединение лицензий приведет к объединению этих юрлиц и менеджмента, а мы боремся за то, чтобы у нас было побольше рабочих мест»,— иронизирует он.

ИПК не дает ЦБ покоя ни днем ни ночью

Разработка законопроекта об ИПК помешала регулятору заняться вопросом о страховом резерве (СР), рассказал на полях Международного финансового конгресса зампред ЦБ Владимир Чистюхин. Ранее НПФ жаловались, что фондам, которые еще не успели сформировать большой СР, мешает нынешний размер резерва, установленный в 5% от размера резерва покрытия пенсионных обязательств (см. “Ъ” от 17 мая 2018 года). «В законодательной работе есть свои приоритеты... Мы очень большое количество времени потратили на разработку системы ИПК»,— заявил господин Чистюхин. Он подчеркнул, что на разработку системы ИПК было потрачено «ноль рублей, ноль копеек», «люди (в ЦБ.— “Ъ”) работали в выходные и ночами». Задача снижения законодательно установленного размера СР «остается», заверил Владимир Чистюхин. «Я при этом думаю, что мы будем рассуждать на тему, куда в принципе использовать СР... Вполне возможно, если мы будем вносить систему гарантирования по НПО, часть средств для этой системы может быть взята из него»,— добавил он.