Новое политико-правовое понимание свободы в учении Бенжамена Констана в условиях модернизации западноевропейской государственности начала XIX века

Р.Е. Сейдеметова

НОВОЕ ПОЛИТИКО-ПРАВОВОЕ ПОНИМАНИЕ СВОБОДЫ В УЧЕНИИ БЕНЖАМЕНА КОНСТАНА В УСЛОВИЯХ МОДЕРНИЗАЦИИ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОСТИ НАЧАЛА XIX ВЕКА

Статья посвящена анализу роли учения Бенжамена Констана в условиях модернизации западноевропейской государственности. Автор исследует наиболее характерные черты либерально-правовой доктрины Констана, мысли об «идеальном государстве» после Великой Французской революции в настоящей социальной и исторической реальности.

Ключевые слова: либеральная доктрина, политическая система, политика, свобода, государственная власть.

R.E. Seydemetova

NEW POLICY AND LEGAL UNDERSTANDING OF LIBERTY IN THE DOCTRINE OF BENJAMIN CONSTANT IN THE CONDITIONS OF MODERNIZATION OF THE WEST-EUROPEAN STATEHOOD IN THE BEGINNING OF NINETEENTH CENTURY

The report is dedicated to analyze the role of doctrine of Benj amine Constant in the conditions of modernization West European statehood. The author shows the most interesting feature of Constant's liberal and legal doctrine, thoughts about "ideal state" after the Great French Revolution at present social and history reality.

Key words: liberal doctrine, political system, a policy, freedom, state power.

В настоящее время отечественными исследователями переосмысливаются применительно к условиям нашей страны основные нормы и ценности либерализма, имеющего на Западе давние традиции. При этом о судьбах и перспективах либерализма в России высказывается довольно много различных мнений, однако неизменной остается его идеология.

Важно отметить, что либерализм — это не только политическое направление, но и процесс становления значимости индивида в историческом развитии, определение его роли и самоценностного начала в обществе и государстве. Это путь одновременно индивида и общества, осуществляющих поиск гармоничного со-развития и самоопределения как на конкретно-историческом этапе, так и в перспективе благополучного и взаимоприемлемого прогресса. Если взглянуть на нынешнюю ситуацию в России, то, по мнению О.Ю. Рыбакова, «современная Россия — общество поиска компромисса социальных групп и их интересов... В современных условиях обретение социального согласия посредством проведения политики компромиссов и балансирования между возможностью для богатых и необходимостью для бедных есть единственно возможная политика удержания власти, приемлемая для экономически дифференцированных слоев»1.

© Сейдеметова Роза Есеновна, 2012

Заведующий сектором научно-исследовательской работы студентов (Саратовская государственная юридическая академия).

Понимание значимости индивидуальных прав, добровольное их самоограничение и учет прав иных субъектов общественных отношений не только одна из основ широкоизвестных учений представителей политико-правовой мысли, но и база для дальнейшего развития взаимоотношений личности и государства. Такой подход в его критическом и позитивном восприятии позволяет по-новому оценить процесс эволюции либеральной мысли, провозглашаемые нормы и ценности, в связи с чем представляется особенно актуальным анализ государственно-правовых учений.

Процесс исторического развития Западной Европы в ХУШ-Х1Х вв. повлиял на последующую эволюцию человеческой цивилизации. Повсеместно происходили глубокие социальные, политические и экономические изменения. В конце XVIII в. классовые противоречия во Французской республике привели к революции и вооруженным переворотам, кардинальной смене форм государственного устройства. Итогом этих преобразований стала Конституция 1791 г., в которой сочетались принципы Монтескье (разделение властей) и отчасти взгляды Руссо, учеником которых можно назвать Б. Констана. Были отменены наследственные и сословные различия, феодальные устои, титулы, звания, преимущества, вотчинная юстиция, продажа и передача по наследству государственных должностей. Несмотря на наличие положительных моментов, новая система государственных органов Франции отражала лишь временное равновесие противостоящих политических сил. «Буржуазия была недовольна тем, что ее власть при сохранении монархического строя не была гарантированной и прочной. Людовик XVI и дворянство не могли смириться с происшедшими переменами и не остав-2 ляли планов реставрации старых порядков»2. Наметились разногласия между за? конодательной и королевской властью. В политическую борьбу вовлекались все а слои населения. В результате были искоренены пережитки феодальной системы, воплощены в жизнь радикальные политические преобразования, нейтрализова-

1 на вероятность интервенции войск коалиции европейских держав и реставрация | монархии. Революционно-демократический режим, сложившийся при якобин-

го

| цах, обеспечил окончательную победу во Франции нового общественного и госу-

§ дарственного строя.

| В 1795 г. была принята новая Конституция, основной акцент в которой делался

2 на представительное правление и разделение ветвей власти. Политическое и эко-° номическое равенство было нарушено. Избирательное право вновь стало опираться ся на цензы, популяризируемые и идеологами классического либерализма XIX в. | Следующим важным этапом модернизации французской политико-правовой е системы стало принятие в 1789 г. новой Конституции, которая юридически за-1 крепила верховенство правительства и представительство по плебисциту, стро-° гую иерархическую подчиненность всех должностных лиц Первому консулу. Ар-

(Го

¿5 мия, полиция, бюрократия, католическая церковь стали рычагами император-I ской власти.

| Обновленная Конституция Франции 1804 г. провозгласила Первого консула

императором всех французов. Консульские должности с этого момента стали пожизненными. Расширились права Первого консула и как президента Сената, и в части роспуска Трибуната и Законодательного корпуса, и в области объявления помилования. Кроме того, вводился «новый, чрезвычайно существенный для буржуазии критерий материального благосостояния, что усилило крупных буржуа

100

и стало платой Наполеона за усиление личной власти»3.

Французские просветители XVIII в., критикуя устои феодального права, успели оценить опыт правового развития буржуазной Англии, поэтому еще до революции идейно подготавливали ликвидацию правовой системы. Наказы депутатам Генеральных штатов содержали требования коренной перестройки права, в частности создания национальной правовой системы. Законодательство французской революции (в этом его отличие от английского) стремилось регулировать все сферы жизни общества.

Французская революция явилась своего рода катализатором общественной модернизации, роста авторитета закона и его превращения в основной источник права Франции, носящего антифеодальную направленность. Для буржуазии именно закон, а не обычаи или судебная практика стал наиболее эффективным средством упразднения старых феодальных институтов и формирования новой правовой системы, которая строилась в соответствии с естественным правом. Поэтому и в правовых институтах этого периода как государственного права, так и международного, находим ряд положений, которые для своего времени были прогрессивными и демократическими4.

Таким образом, Великая французская революция конца XVIII в., начавшаяся первоначально с целью обновления консервативного дворянско-абсолютистского режима, вместе с тем создала предпосылки и для коренной модернизации пра-ва5, заложила основу для буржуазно-либерального развития европейского права. Так, Кодекс Наполеона не только оказал огромное воздействие на процесс становления буржуазного гражданского права во Франции, но и послужил для большинства государств Европейского и Американского континентов XIX в. образцом кодификации гражданского права6. Многие европейские страны реципируют его положения, сохраняющие актуальность по сей день.

В Конституционную хартию 1814 г., дарованную королем Людовиком XVIII, были внесены определенные изменения: отменялся государственный статус католицизма, а права короля ограничивала либеральная фраза, что он «не может никогда ни приостанавливать самые законы, ни освобождать от их исполнения»7. Палаты парламента получили право законодательной инициативы. Избирательный корпус был несколько расширен путем снижения возрастного и имущественного цензов8. Прогрессивные идеи того времени, найдя предметную основу в законодательных актах, стали объективными предпосылками развития французской либеральной мысли. Неотъемлемые права и свободы закрепленные в них, стали объектом пристального внимания Б. Констана и других представителей классического либерализма того периода. Более того, Бенжамен Констан в Хартии 1814 г. видел лишь начало конституционного развития Франции.

Личность Бенжамена Констана де Ребека (1767-1830) выделяется среди видных представителей буржуазного либерализма Франции в послереволюционный период. Его труды посвящены исследованиям незыблемых принципов свободы и справедливости, для которых условия времени не имеют значения.

Как известно, главным предметом внимания послереволюционного либерализма Франции была тема свободы личности. Бенжамен Констан в своих произведениях подчеркивал, что государственный строй — лишь гарантия этой свободы. Кроме того, в своих трудах он исправлял и дополнял лозунги французской революции в соответствии с потребностями буржуазии, которая из стремящегося к власти класса превратилась в господствующий класс.

По мнению О.Ю. Рыбакова, «исторически сложилась ситуация непротивления личности воздействию государства. Ее следует преодолеть, если мы действительно желаем свободы, уважения, достоинства. Это проблема геополитическая, психологическая, культурно-нравственная... Усовершенствовать государство означает усилить его значение и влияние в вопросах внутренней и внешней безопасности, регулирования социальной защиты граждан и т. д., установив меру дозволенного для него по отношению к личности»9.

Новое, либеральное понимание свободы означало гарантии прав индивида. Неприкосновенность частной жизни возможна при условии ограничения власти государства. Следовательно, любая власть, нарушающая права личности, нелегитимна. Основываясь на данных тезисах Констан отстаивал представительную систему правления как «идеальную» для Франции, при которой «нация перепоручает нескольким индивидам то, что не хочет делать сама»10. Государство у Кон-стана — хранитель справедливости и мира, это его законная область, в случае выхода за эти пределы оно наносит вред обществу и самому себе, ослабляя значение личности. Он заявлял, что для свободы индивида необходимо, прежде всего, чтобы власть, кому бы она ни принадлежала, была ограничена индивидуальными правами граждан. На протяжении 40 лет Констан защищал один и тот же принцип: свобода во всем: в религии, в философии, в литературе, в промышленности, в политике, а под свободой им понимались разум и торжество личности над властью, желавшей управлять посредством насилия, и над массами, предъявлявшими со стороны большинства право подчинения себе меньшинства11. По его мнению, в конституционной монархии монарх является своего рода арбитром, 3 обеспечивающим согласованную деятельность ветвей власти. В его компетенции ~ находится управление внешней и внутренней политикой государства.

СО

™ Мыслитель был убежден, что свобода личности может быть реализована толь-

| ко благодаря праву. Права гражданина, вытекающие из свободы, по его мнению, ¡ неподвластны государству. Отсюда следует требование ограничения властей, их ¡ разделения и равновесия.

° В «Рассуждениях о свободе древних и новых народов»12 отразились взгляды

I Констана. Он различал свободу гражданскую (личную) и политическую. Поли-I тическая свобода была присуща только народам Древних Греции и Рима, прояв->§ ляясь в праве участия в коллективном осуществлении политической власти: в об-I разовании законов, в отправлении правосудия, в избрании должностных лиц, в | разрешении вопросов войны и мира. Этим свобода древних народов исчерпыва-| лась. Свобода новых народов, как считал мыслитель, есть по преимуществу сво-! бода личная, гражданская свобода (la liberte civile). Она состоит в известной неза-g висимости личности от государственной власти, и наличие таких прав, как сво-§ бода слова, совести, собраний и печати, выбора места жительства, свобода пред-I принимательства и частной собственности, неприкосновенность от произвольных J арестов, право свободного передвижения. И только в последнюю очередь Констан указывает, что свобода включает право воздействовать на правительственные дела путем избрания всех или некоторых должностных лиц или путем выдачи петиций, и показывает, что у древних народов индивид являлся сувереном при разрешении общественных дел и рабом в отношении частных дел. У новых народов, наоборот, индивид, будучи свободен в своей частной жизни, ограничен в каче-102 стве суверена и даже в самых свободных государствах только кажется сувереном.

Подчинение закону, по Констану, есть долг, но, как и все обязанности, он не абсолютен, а относителен, основан на предположении, что закон проистекает из легитимного источника и заключен в справедливых границах. Он не хотел видеть ничего, кроме прав человека, и для того чтобы сделать его свободным, объявил его священным; чтобы обеспечить ему свободу, провозгласил его богом13.

В своих сочинениях Бенжамен Констан отстаивал идею «невмешательства» государства в хозяйственную жизнь общества, что создаст условия для свободной конкуренции предпринимателей. Он не отделял от предоставления свободы личности того, что называл неприкосновенностью собственности. Собственность, по мнению Констана, не прирожденное, а приобретенное право. Она не предшествует обществу, а создается в нем. Подчеркивая значение частной собственности, ее «священный и неприкосновенный» характер, Бенжамен Констан отказывался считать ее естественным правом. В сложившихся исторических условиях признание собственности в качестве «прирожденного» права считалось бы призывом к сохранению феодальной земельной собственности.

Свобода печати ставилась им на первое место. Известно, что свобода печати представляет собой не что иное, как гарантию гласности, что ограничить свободу печати значило предоставить жизнь, собственность, личность каждого из французов в распоряжение нескольких министров.

Особенно много внимания Констан уделял вопросу о «промышленной» свободе, т. е. свободной конкуренции и свободе капиталистической эксплуатации. «Промышленная свобода» у него сводилась, во-первых, к ничем не ограниченной свободе конкуренции и, во-вторых, к полному отсутствию какого бы то ни было регулирования взаимоотношений капитала и труда, т. е. к свободе эксплуатации.

Муниципальное управление у Констана — это еще один род свободы личности. Он настаивал на необходимости введения в администрацию большего объема федерализма, ограничивая централизацию политическими границами, исключения у государства возможности абсолютного преобладания. Принципами, обеспечивающими личную свободу, являются, по его мнению, свободно-избираемое национальное представительство, действительное годичное вотирование налогов и расходов, строгий контроль над общественными расходами, существенное влияние на дела, свобода печати и трибуны, суд присяжных.

Под лозунгом свободы Констан требовал введения достаточного имущественного ценза для избирателей и избираемых. Такой взгляд на парламент связан у него с тем, что только собственники могут быть достойными выразителями общественного мнения, только их реальные интересы заслуживают отражения в особом представительном органе. Проводя аналогию с другими буржуазными государствами, в которых существуют ограничения в политических правах для иностранных лиц и лиц, не достигших определенного возраста, Констан полагал целесообразным добавить к этому ряду и лиц, не имевших определенного размера имущества. С его точки зрения, здравое суждение, навыки можно приобрести лишь в свободное от работы время, а свободным временем обладают лишь имущие слои населения14. Констан не скрывает опаски допуска неимущих к управлению страной, поскольку те сразу же постараются перераспределить собственность в свою пользу. В свою очередь собственники будут всячески препятствовать любой деятельности несобственников, что, безусловно, приведет к негативным последствиям.

К моменту апогея развития либерально-правовых идей Констана исторически страна переживала очередную смену политического курса. Благодаря конституционной монархии буржуазия рассчитывала предотвратить повторения Великой французской революции. Констан, в свою очередь, также защищал монархию реставрированных Бурбонов, потому что ждал от нее осуществления принципов буржуазного либерализма.

Идеи Констана отличаются известной новизной, ясностью, даже красотой. Кон-стан — прекрасный политический критик. Он отлично подмечал недостатки системы, крайности, к которым она стремилась, начало ее упадка и в особенности основы ее несправедливости. При своей чрезвычайной проницательности он заметил нечто новое, что едва подозревали политические мыслители XVIII в., а именно, что свобода не заключается в верховенстве закона, что и закон может быть тираном. Констан хорошо понимал, что или свободы не будет совсем, или она будет провозглашена и поставлена выше закона, который должен будет остановиться перед ней. Он видел необходимость определения области личных прав и вольностей, пределы которой будут недоступны ни для монарха, ни для нации, ни даже для закона. По мнению Констана, «на правительства возложены новые обязанности. Прогресс цивилизации, изменения, привнесенные веками развития, требуют от власти больше уважения к привычкам, чувствам и независимости индивидов. И власть должна простирать над всем этим более осторожную и легкую длань»15. Здесь явно прослеживается необходимость качественного изменения характера взаимоотношений личности и государства в сторону формирования общества социального согласия. «Нужно...научиться сочетать их друг с другом»16.

Как видим, и в настоящее время идеи Констана о соотношении государственного влияния и личной свободы не теряют своей актуальности. Современное российское общество, постоянно изменяющееся, значительно отличается от европейского. Вместе с тем опыт прошлого играет важную роль в законодательной политике, в прогнозировании возможных последствий принятия тех или иных законов. Как пишет В.А. Летяев, «в истории права мы не сможем обнаружить ни одной национальной правовой системы, которая развивалась бы только в соответствии с логикой своего внутреннего развития, которая сохраняла бы свою полную историческую и национальную самобытность, независимость»17. К тому же характер и особенности социально-экономического и политического обновления нынешней России во многом созвучны тому курсу, который проводился в Западной Европе XIX в.

1 Рыбаков О.Ю. Право, отчуждение и согласие в современном Российском государстве. M., 2009. С. 5.

2 Казачанская Е.А. Конституционные законы Первой республики во Франции // Северо-Кавказский юридический вестник. 2001. № 2. С. 15-18.

3 Грацианский П.С., Егоров С.А., Кизяковский В.В., Козлова Н.Ю., и др. История буржуазного конституционализма XIX века / отв. ред. В.С. Нерсесянц. M., 1986. С. 91-92.

4 См. : Вопросы государства и права во Французской буржуазной революции XVIII века: сборник статей, посвященных 150-летию Французской революции. M., 1940. С. 127-150.

5 См.: Саломатин А.Ю. История государства и права зарубежных стран. M., 2009. С. 371-372.

6 См.: Там же. С. 374.

7 Алексеев А.С. Возникновение конституций в монархических государствах континентальной Европы XIX столетия. Ч. 1: Французская конституционная Хартия 1814 года. M., 1914. С. 86.

8 См.: Саломатин А.Ю. Указ. соч. С. 353.

9 Рыбаков О.Ю. Социальное согласие в России: возможности личности и государства // Правоведение. 2009. № 1 (282). С. 208.

10 Chatelet F., Duhamel O., Pisier-Kouchner E. Histoire des idees politique. P., 1982. P. 73.

11 См.: Политические идеи Бенжамена Констана. M., 1905. С. 7.

12 Constant B. De la liberte des anciens compare a celle des modernes. Лекция, произнесенная в Королевском атенеуме. Париж, 1819 г. Печатается по изданию: Constant B. De la liberte chezles Modernes. Ecrits politiques. Hachette. P., 1980.

13 См.: Фаге Э. Политические мыслители и моралисты первой трети XIX века / пер. с фр.; под ред. Н.Н. Ша-монина. 2-е изд. М., 2009. С. 128.

14 См.: Констан Б. Принципы политики. Т. 1: Курс конституционной политики. Париж, 1872. С. 54.

15 Констан Б. О свободе у древних в ее сравнении со свободой у современных людей. Лекция, произнесенная в Королевском атенеуме. Париж, 1819 г. Печатается по изданию: Constant B. De la liberte chezles Modernes. Ecrits politiques. Hachette. P., 1980.

16 Там же.

17 Летяев В.А. Рецепция римского права в России XIX - начала XX века (историко-правовой аспект). Волгоград, 2001. С. 5.

Е.Б. Гребенкина

М.И. ПОЛЕТИКА О ГРАЖДАНСКИХ ПРАВАХ И ОБЯЗАННОСТЯХ СОСЛОВИЙ

На основе анализа теории происхождения государства, цели общества, основных начал неотъемлемых прав человека, автор исследует идею распределения гражданских прав и обязанностей сословий на общие и особенные в труде отечественного мыслителя первой четверти XIX в. М.И. Полетики1.

Ключевые слова: теория происхождения государства, цель общества, гражданские права и обязанности (общие, особенные), сословия, состояния (привилегированные, непривилегированные), классы граждан.

E.B. Grebenkina

M.I. POLETIKA ON CIVIL RIGHTS AND OBLIGATIONS OF THE ESTATES

Based on the analysis on theory of the origin of the State, obj ectives of the society, principles of inalienable human rights, the author explores the idea of the distribution of civil rights and duties of the estates General and particular in domestic labour thinker of the XIX century M.I. Poletika.

Key words: theory of origin of the State, the goal of the society, civil rights and obligations (general, special), estates, status (privileged, unprivileged), classes of citizens.

В начале XIX в. происходит рецепция идей и дальнейшая рефлексия теорий происхождения государства в отношении цели общества и объема гражданских прав и обязанностей сословий, которые станут важными компонентами имперской правовой политики. Следовательно, важной составляющей историко-теоретического исследования прав и обязанностей сословий в первой четверти XIX в. в России является анализ формирования доктринального уровня правовой политики, генезис ставших его основой идей и представлений. В этом плане узловым для изучения идеи о распределении гражданских прав и обязанностей сословий на общие и особенные в отечественной политико-правовой мысли первой четверти XIX в. может служить развернувшаяся в начале XIX в. полемика между либерально и консервативно настроенными представителями общества на фоне правовой реальности, которая, как отмечает О.Ю. Рыбаков, отражала наличие частной собственности и ее охрану, эксплуатацию человека человеком как факт бытия. Все это нашло отклик в праве, правотворчестве, правоприменении и правовой политике2.

Действительно, доктринальный характер правовой политики в сфере распределения прав и обязанностей в рассматриваемый период был неразрывно связан с

© Гребенкина Елена Борисовна, 2012

Старший преподаватель кафедры государственно-правовых дисциплин (Балаковский филиал Саратовской государственной юридической академии).