Дом радио предпочел видимость слышимости

В петербургском Доме радио прошло первое выступление Андреаса Мустукиса — нового композитора-резидента при musicAeterna. О том, кого пригласил Теодор Курентзис и что происходит в Доме радио, рассказывает Кира Немировская.

Новый композитор-резидент musicAeterna Андреас Мустукис начал знакомство с Домом радио с перформанса

Фото: Нина Ворб

Дом радио открылся: фасад освободили от лесов после многолетней реставрации, а внутри уже несколько месяцев бурлит разнообразная культурная жизнь под эгидой musicAeterna. Помимо того что здание стало репетиционной базой для коллектива Теодора Курентзиса, сюда теперь регулярно приглашают на лекции, кинопоказы и камерные концерты, в которых замечательно играют Брамса и Шостаковича, но также и Мессиана, Крама и Кейджа. Недавно в Доме радио состоялись первые большие концерты — оркестр под управлением Федора Леднева исполнил произведения Стравинского, Уствольской и Такемицу, а хор Виталия Полонского — программу из мотетов Джезуальдо и Пуленка. Если Дом радио и не может сравниться с располагающейся в соседнем квартале петербургской филармонией по количеству концертов, то дает ей фору по части продуманности и нетривиальности программ.

Новый для российской музыкальной индустрии формат, который разрабатывает musicAeterna,— это композиторская резиденция. Приглашение композитора для, как правило, годичного сотрудничества — привычная вещь для американских оркестров, в меньшей степени для европейских. На сезон композитор получает сцену, на которой исполняют и его уже написанные вещи, и созданные в течение резиденции новые. Он имеет возможность работать с музыкантами во время репетиций и встречаться с публикой. В общем, благодаря резиденциям из теневого персонажа музыкальной жизни он на время превращается в главного героя. В 2020 году резидентом в Петербурге был Алексей Ретинский: он написал несколько сочинений, включая «Krauseminze» по Паулю Целану, выпустил электронный диск «Zero Point», провел перформансы и мастер-классы, публично побеседовал с Ольгой Седаковой и Леонидом Десятниковым. Нового резидента зовут Андреас Мустукис. Родом он с Кипра, а учился композиции в Петербурге у Бориса Тищенко. Курентзис и Полонский исполняли произведения Мустукиса еще в пермские времена, ну а бенефис ему предоставлен на ближайшие полгода.

Перформанс, выбранный для первого представления петербургской публике, Мустукис озаглавил «Resurgence» («Возрождение»). «Времени пришлось признать, что существование как сопряжение потерянных мечтаний, разрушенных невосполнимых реалий, заточено в нашей памяти»,— говорится в аннотации. Сразу становится понятным, что этот художник близок Курентзису: их объединяет не только язык, но и довольно дикое пристрастие к разговорам о возвышенном, словно взятым из пародий на такие разговоры. Однако сам перформанс худших опасений не подтвердил.

Небольшой красивый человек в льняной пижаме вышел к расстеленному на полу большому белому листу. По периметру стояли банки с краской, по углам сидел струнный квартет в рясах и в масках, как у средневековых палачей. Под звуки ностальгической свинговой песенки, которая только иногда немного портилась электронными шумами, человек в льняном принялся разными цветами писать имена мужчин и женщин. Когда лист был заполнен почти целиком, он взял черную краску и написал: «All memories are traces of tears» («Все воспоминания — следы слез»), и это не крик души, а цитата из фильма Вонг Карвая. Тут ностальгическая песенка сошла на нет, акустическое пространство стало заполняться все более самостным электронным шумом, а писатель имен принялся шпателем размазывать краску, так что через какое-то время концептуалистское полотно превратилось в абстрактно-экспрессионистское.

Визуальных событий больше не было, Мустукис продолжал работать над своей разноцветной картиной, зато в звуковой части все еще только начиналось. Музыкальной сердцевиной перформанса оказалась пьеса «Just» Дэвида Лэнга, минималистский мадригал для трех голосов (Елена Подкасик, Альфия Хамидуллина, Елена Гурченко), струнных и ударных (Алексей Амосов). Тихой кульминацией служила запись голоса Эзры Паунда, читавшего Canto LXXXI, а громкой и окончательной — «Consumed» Мустукиса для струнного квартета (Евгений Субботин, Анастасия Шаповал, Ирина Сопова, Сергей Пономарев), жестко-ритмичный постэкспрессионистский опус. Все же целиком большое вокально-инструментально-живописное произведение представило нового резидента musicAeterna композитором, который ценит современное кино и великую модернистскую поэзию, умело обращается с электроникой и реди-мейдом, любит классный американский минимализм, но пишет техничную музыку имени второй волны авангарда.