Экономика России и реформы в СНГ

Экономика России и реформы в СНГ

Экономический либерализм: плохо, хуже, хуже некуда

       Очередная пресс-конференция руководителя Института экономического анализа Андрея Илларионова была посвящена получению Россией очередного кредита от МВФ.
       
       Говоря о текущей экономической ситуации, Андрей Илларионов подчеркнул, что исполнение федерального бюджета 1996 года реализуется довольно жестко и пока существенного перерасхода бюджетных средств не произошло. Впрочем, в данном случае Илларионов проявил беспрецедентную для него мягкость в отношении правительства — на самом деле январский бюджет в лучшем случае будет исполнен лишь на 32%. По словам Андрея Илларионова, ни его институт, ни правительство пока не знают точного ответа на вопрос, почему дефицит бюджета за полтора месяца 1996 года поднялся до столь высокой отметки и составил 28 трлн руб. Вернее, как уточнил глава ИЭА, нельзя точно определить, почему при планируемых правительством на это время расходах в размере 43 трлн руб. доход от сбора налогов составил только 15 трлн.
       Впрочем, запас легких реверансов в сторону правительства был исчерпан через несколько минут после начала пресс-конференции. Резко отрицательно директор института отозвался о получении Россией очередного кредита от МВФ. Отвергнув житейское "если дают самый дешевый кредит в мире, то почему бы и не взять?", Андрей Илларионов выстроил систему аргументов против получения кредита EFF.
       Во-первых, считает Илларионов, правительство пошло на блеф, сначала заложив в бюджет неполученный еще кредит, а затем начав обосновывать получение этого кредита тем, что он уже учтен в бюджетных доходах. (Впрочем, то, что критики правительства называют блефом, сами правительственные чиновники называют искусством переговоров — кредит заложен в бюджет на этот год, а предоставляется он на три года.) Во-вторых, считает глава ИЭА, правительство глубоко не право в своем стремлении расплатиться с внешним долгом Парижскому клубу в размере $16 млрд. По мнению Илларионова, привлекать для этого кредит МВФ совершенно излишне: "Ничего смертельного не произойдет, так как мы живем в такой ситуации с 1992 года". По данным ИЭА, положительное сальдо торгового баланса России в 1994 году составило $16 млрд, а в 1995 году — $22 млрд. Из этой статистики Андрей Илларионов сделал вывод, вполне достойный Георгиу Чаушеску: Россия вполне способна сама расплатиться со своими внешними долгами. (Во что превратилась социалистическая Румыния после раздачи долгов таким путем, напоминать не стоит.)
       ИЭА также не согласен и с другим аргументом правительства: кредит поможет привлечь в страну иностранные инвестиции. Как заявил Илларионов, приток прямых и частных инвестиций в страну зависит от многих факторов, и в самую последнюю очередь от кредита МВФ. Ну а для того, чтобы развенчать еще одну идею правительства — о том, что кредит поможет России разместить государственные облигации на европейском рынке, — Андрею Илларионову вообще понадобилось несколько слов. По его убеждению, эта проблема очень легко разрешится при "разумном сокращении бюджетного дефицита с целью приобретения дополнительных доходов". (Что, впрочем, звучит слабовато в устах экономиста, предлагавшего полтора года назад разрешить проблему финансирования бюджетного дефицита сокращением его до нуля.)
       В результате Андрей Илларионов вывел два негативных последствия в связи с принятием Россией кредита от МВФ — увеличение размера внешнего долга и неэффективность экономики вследствие увеличения государственных и сокращения частных расходов. Отмечая то, что в то время как задолженность по заработной плате составляет 21,3% от денежных доходов, а решение социальных задач, связанных с повышением пенсий, стипендий, погашением долгов по заработной плате, потребует изыскать из бюджета 40 трлн руб., Илларионов опроверг звучавшую в последнее время в СМИ информацию о том, что часть кредита от МВФ как раз и пойдет на субсидии, погашение заработной платы, сельское хозяйство. По мнению Андрея Илларионова, не исключено, что большая часть кредита пойдет, как и в прошлом году, на финансирование военных действий в Чечне. Однако после всего вышеперечисленного директор ИЭА заметил, что в получении кредита от МВФ есть все-таки одно положительное обстоятельство — "переговоры с представителями МВФ полезны для России с точки зрения образования, однако обучение нескольких кадровых сотрудников обходится слишком дорогой ценой — $10 млрд".
       
       ЕЛЕНА Ъ-МЕДВЕДЕВА