Структурная и признаковая модели концепта beauty (красота), объективируемого в современном англоязычном женском дискурсе

УДК 44

O.A. Алимурадов, M.A. Гусева

СТРУКТУРНАЯ И ПРИЗНАКОВАЯ МОДЕЛИ КОНЦЕПТА BEAUTY (КРАСОТА), ОБЪЕКТИВИРУЕМОГО В СОВРЕМЕННОМ АНГЛОЯЗЫЧНОМ

ЖЕНСКОМ ДИСКУРСЕ

Статья посвящена рассмотрению структуры концепта BEAUTY, репрезентируемого в дискурсе языковой личности женщины. Цель статьи - выделить области и признаки рассматриваемого концепта, описать характер связей между ними, определить, какие из них активируются чаще в ходе дискурсивной деятельности коммуникантов-женщин.

Ключевые слова: языковое сознание, ментальное пространство, вербализация, дискурсивная деятельность, языковая личность женщины, модель концепта.

Языковое сознание личности представляет собой динамически функционирующее ментальное пространство, представленное совокупностью концептов и смежных им структур знания (фреймов, когнитивных категорий и т. д.). В рамках лингвокогнитивного подхода концепт рассматривается как мыслительное представление о воспринимаемом объекте реального или воображаемого мира [Павиленис, 1983]. Любой концепт, являясь «единицей мыслительной деятельности языковой личности» [Попова, Стернин 2007: 7], имеет многокомпонентную и многоуровневую организацию, которая может быть выявлена посредством анализа языковых средств репрезентации этого концепта. Очевидно, что исследование семантики языковых единиц, объективирующих концепт, является единственным средством доступа к содержанию ментального пространства индивида, а точнее его вербализованной части. Некоторые концепты или отдельные их области не имеют языкового выражения, то есть остаются невербализованными, что свидетельствует о том, что языковая картина мира является лишь частью общей картины мира носителя языка, которая намного богаче и сложнее. Наличие или отсутствие вербализации концепта или его области никак не влияет на факт его существования в сознании в виде ментальной единицы. Другими словами, языковые средства необходимы не для существования, а для передачи содержания концепта [Попова, Стернин 2001: 60].

Концепты, как известно, не могут существовать изолированно друг от друга, они функционируют только в системе. Совокупность концептов языкового сознания индивида образует его концептуальную систему или концептосферу.

В данной статье мы базируемся на концепции O.A. Алимурадова, согласно которой концеп-

туальная сфера представляет собой структурированное образование, характеризующееся взаимовлиянием и взаимопроникновением его компонентов. Этот факт определяется тем, что ментальные репрезентации реального мира, ментальные модели, составляющие структуру языкового сознания индивида, дискретны и упорядочены вследствие существования между ними связей и отношений взаимоопределения и взаимоактивации. В этой связи представляется совершенно обоснованным моделирование концептуальной системы языковой личности. Однако следует отметить, что данный процесс предполагает определенную долю условности и абстракции и производится только в исследовательских целях. Кроме того, ни одно ментальное представление не выражается в речи полностью, всегда что-то остается невысказанным, скрытым от непосредственного наблюдения.

Содержание концептосферы языковой личности как говорящего, так и слушающего обуславливает процесс протекания их совместной дискурсивной деятельности. Под дискурсом мы понимаем структурированное коммуникативное событие, разворачивающееся в процессе ре-чемыслительной деятельности говорящего и слушающего под воздействием факторов индивидуального и социокультурного планов. Речемыс-лительная деятельность коммуникантов предполагает «...передачу или обмен концептами в вербальной форме» [Болдырев 2000: 24], следовательно, можно утверждать, что дискурс есть сфера вербализации концептов.

На первом этапе формирования высказывания происходит активизация определенной области концепта ментального пространства говорящего, затем следует соотнесение данной области с определенным языковым знаком. Выбор в пользу

одного из потенциально возможных знаков, могущих служить для репрезентации этого же концепта осуществляется говорящим под воздействием различных групп факторов: обще культурные знания, социальная ситуация высказывания (в том числе и тендерная принадлежность коммуникантов), коммуникативная ситуация высказывания, индивидуальные особенности говорящего и слушающего. Выбранное языковое выражение включается в речевой поток говорящего в дискурсивном процессе.

В концептуальной системе получателя информации происходит интерпретация языкового выражения по пути обратному тому, который был описан выше. Первый этап интерпретации предполагает считывание семантической информации, которую несет на себе языковой знак. Считанная информация подвергается дальнейшей ментальной обработке и, в конечном итоге, достигает, активирует определенный концепт или его область (ту самую, которая была репрезентирована в речи говорящего). В этом случае можно охарактеризовать коммуникативный акт как успешный, то есть состоявшийся: и говорящий и слушающий достигли поставленной коммуникативной цели (говорящий понят, так как слушающий адекватно интерпретировал то, что было сказано).

Представляется, что такое понимание дискурсивной деятельности согласуется с трактовкой дискурса как коммуникативно-когнитивного события и позволяет нам говорить о дискурсивной деятельности как речемыслительной деятельности коммуникантов, связанной с познанием и презентацией мира говорящим и с осмыслением, реконструкцией языковой картины мира отправителя речи слушающим. Тем самым дискурсивная деятельность как объект исследования - это процесс передачи и восприятия различной информации с помощью лингвистических (и экстралингвистических средств) в коммуникативной ситуации. Предметом этой деятельности является мысль, продуктом - высказывание, а целенаправленным средством реализации - речевой акт [Милевская 2000: 13]. Из всего сказанного следует, что протекание дискурсивной деятельности в значительной степени обусловлено особенностями концептосфе-ры ее субъектов. В связи с этим, уместно подробное рассмотрение тех характеристик языковой личности, которые и определяют эти особенности.

Одной из таких характеристик, на наш взгляд, является тендерная принадлежность языковой личности. Полагаем, что данный параметр оказывает воздействие на процессы обработки и

структурирования информации в языковом сознании индивидов [Картушина 2003], тем самым влияя на их вербальное поведение. Тендерный аспект языковой личности следует трактовать, на наш взгляд, как комплексную характеристику, включающую как индивидуально-биологические, так и коллективно-социальные факторы. Удельный вес данных факторов различен, и многочисленные исследования доказывают, что социальные предписания превалируют над фактором биологического пола и в большей степени определяют особенности коммуникативного поведения представителей разных полов [Кирилина 2005; Горошко 1999; Хакимова 2003; Картушина 2003; Токарева 2006 и др.].

Итак, тендерные отношения фиксируются языком в виде социально обусловленных стереотипов, которые и определяют особенности речевого поведения и, соответственно, специфику языковой личности коммуниканта-мужчины и коммуниканта-женщины. Очевидно, что языковые и социальные стереотипы тесно связаны между собой [Coats 1993: 42-43]. Поэтому, говоря о специфике женской языковой личности, прежде всего, нужно кратко охарактеризовать набор стереотипных представлений о женщине, существующих в обществе. Анализ теоретической литературы по данной тематике позволяет обобщить эти стереотипы следующим образом: женщина зависима от мужчины, она обладает значительно меньшим престижем, властью и имеет заниженную самооценку, поэтому одна из отличительных женских черт - неуверенность и нерешительность, неспособность взять на себя ответственность за собственное решение [Кирилина 2005: 570]; женщина должна выполнять, в первую очередь, функцию, связанную с ее особой общественной ролью матери и хозяйки дома, а значит, быть нежной, заботливой, любящей; женщина эмоциональна, обидчива, болезненно реагируют на критику, грубость и личные оскорбления; женщины чрезмерно разговорчивы [Бакушева 1995: 5].

Социальное положение женщины получает зеркальное отражение в ее речевом поведении [Лев-киевская 2000]. Отметим наиболее типичные черты женского дискурса.

1. Сотрудничающий тип речевого поведения. Стиль общения женщины ориентирован на подчеркивание общности позиций и взглядов для установления и поддержания вербального контакта. Для женщины не столько важно, что и о чем говорится, сколько то, как это говорится.

№3 (024) 2010 г.

В целом для женщин характерно стремление к межличностному общению [Токарева 2006: 25]. В связи с этим женская речь характеризуется некатегоричностью суждений, а также более высокой частотностью употребления форм вежливости. Наличие этих форм свидетельствует о чутком и внимательном отношении коммуниканта-женщины к своему собеседнику [Кошкарова 2008: 145]. Стремление женщины к солидарности в коммуникации выражается различными способами: вводные слова и конструкции, которые позволяют смягчить категоричность; разделительный вопрос, выполняющий контактоустанавливаю-щую функцию и являющийся своеобразным проявлением некатегоричности и неуверенности; риторический вопрос, выражающий эмоциональность и невозможность найти рациональное решение; наличие утверждений в форме вопросов, иллокуций неуверенности при отсутствии самой неуверенности [Кошкарова 2008: 145].

2. «Гиперкорректное» речевое поведение, выраженное в стремлении к поддержанию языковой нормы [Прокудина 2005: 29].

3. Повышенная эмоциональность речи. Преобладание эмотивных средств в женской речи отмечается как на уровне лексики, так и на уровне синтаксиса - использование междометий, качественных прилагательных и эмотивных предложений, употребление уменьшительно-ласкательных суффиксов и т. д. [Прокудина 2005: 31].

4. Коммуникативная динамичность и гибкость. Женщины чаще меняют роли в акте коммуникации, для них характерно переключение тематики, то есть ассоциативное соскальзывание с темы разговора, причем переходы от одной темы к другой на протяжении диалогового взаимодействия происходят у них плавно [Кирилина 2005: 187].

5. Положительная оценочность. Женскую речь отличает высокая концентрация эмоционально оценочных слов; женщинам в большей степени свойственна положительная оценка, характерно использование прилагательных с част-нооценочным значением [Прокудина 2005: 31].

6. Имплицитность высказывания. Как свидетельствует исследование И.Е. Токаревой, женская речь более имплицитна, чем мужская, в ней изобилует множество вариантов, намеков [Токарева 2006: 28].

Очевидно, что использование речевых стратегий и тактик женского дискурса может не быть связано с принадлежностью коммуниканта к женскому полу. Было бы ошибочным полагать, что

женщинами могут быть использованы лишь женские речевые тактики, а мужчинами - исключительно мужские. Под влиянием факторов разного порядка (социальный статус, уровень образованности, индивидуально-психологические черты и др.) достаточно часто происходит перераспределение тендерных предписаний, в том числе и в речевом поведении. На наш взгляд, имеет смысл говорить о существовании мужских и женских речевых стратегий и тактик, которые при определенных условиях могут быть использованы представителями разных полов.

Очевидно, что многие тендерные различия в коммуникативном поведении определяются различиями в когнитивной сфере коммуникантов [Конецкая 1997]. Данные различия свидетельствуют о том, что «когнитивные структуры, стоящие за языковыми единицами, гендерно маркированы и не идентичны друг другу в мужском и женском сознании» [Воркачев 2005: 106], а значит, имеет смысл говорить о существовании тендерной вариативности концептов. Поэтому тендерная специфика когнитивных единиц сознания, особенностей их структуры и языкового воплощения могут быть объектом отдельного исследования.

Рассматриваемый нами концепт BEAUTY относится к гендерно-маркированным концептам. Другими словами этот концепт обладает различной ценностно-информационной наполняемостью в зависимости от того, о каком именно поле идет речь, с одной стороны, и представитель какого пола осуществляет оценку красоты, с другой. Рассмотрим особенности структуры и содержательного наполнения концепта BEAUTY в женском англоязычном сознании.

Большинство исследователей склонны полагать, что концепты внутренне организованы по «полевому принципу» (ядро, ближняя периферия, дальняя периферия) и включают в себя понятийный слой (содержащий семантические признаки концепта) и чувственно-оценочный компонент (внутреннюю форму) [Воркачев 2005; Слышкин 2004; Попова, Стернин 2007 и др.]. Согласно другому подходу, концепт состоит из отдельных, но в то же время «спаянных воедино участков, или областей», при этом единство концепта обусловлено существующими между ними ассоциативными связями [Алимурадов 2003: 214]. Оба подхода предполагают систематизацию и семантическое описание языковых средств репрезентации рассматриваемого концепта. В первом случае проводимый анализ нацелен на выявление когнитивных признаков (основных и дополнительных) концепта, второй - на

фиксацию активируемых в речи концептуальных областей. На наш взгляд, данные подходы не противоречат друг другу, а напротив, являются взаимодополняющими. В этой связи считаем целесообразным построение двух моделей концепта BEAUTY, репрезентируемых коммуникантами-женщинами -структурной и признаковой.

Анализ вербализаторов концепта BEAUTY, представленных в примерах нашей выборки, позволяет выделить в нем четыре универсальные макро-области, соотносимые с одним из типов оценки, лежащим в основе их формирования и вербализации. Условно мы определили эти макро-области как physical beauty (эмоционально-чувственная оценка), spiritual beauty (морально-этическая оценка), natural beauty (эстетическая оценка) и artificial beauty (оценка по качеству). Содержательно информация о каждом предмете оценки представляет собой концептуальную микро-область, входящую в состав макро-областей концепта BEAUTY.

Схематично структуру анализируемого концепта, репрезентируемую в дискурсе языковой

личности женщины, можно представить в виде схемы 1.

Рассмотрим предлагаемую схему подробнее.

Концептуальная область natural beauty репрезентируется в небольшом количестве примеров (6 %) по сравнению с общим массивом проанализированного языкового материала. Мы полагаем, что этот факт объясняется характером оценки, лежащей в основе описания красоты природных явлений, растений и животных. Красота природы предполагает эстетическое наслаждение, доступное лишь ограниченному числу созерцателей.

(1) The view was framed by two tall black cypresses. and all round us on the terrace the orange trees in full flower exhaled their heady perfume... «How beautiful nature is. my God. the scenery one has to play in!» (Mansfield K. "Honeymoon").

(2) There was the magnificent cedar in the garden, and its dark branches were silhouetted against the starr\> sty. The sea. almost at our feet, was marvelously still (Maugham W.S. "The voice of the Turtle").

Схема 1

BEAUTY

№3 (024) 20 Юг.

Существительные «nature», «cedar» и «sea», как нам представляется, являются «лимитирующими» лексемами, ограничивающими подлежащую языковой репрезентации сферу концепта BEAUTY, активизируемого посредством адъективных/ад вербальных вербализаторов «beautiful», «magnificent» и «marvelously», только областью natural beauty. Пример (1) демонстрирует по-женски эмоциональную, оценочную (положительную) реакцию на определенную ситуацию, имеющую место в окружающем мире. Типичным маркером эмоциональности цитируемого фрагмента является восклицательное предложение, начинающееся словами «How beautiful nature is!», которые усиливаются восклицанием «My God!». Анализ выборки позволяет утверждать, что вербальная оценка красоты природных явлений происходит посредством таких вербализаторов, как beautiful, lovely, marvelous, picturesque, magnificent.

Концептуальная макро-область artificial beauty соотносится с оценкой по качеству, которой подвергается широкий круг предметов, являющихся результатом деятельности человека, в связи с чем данная область репрезентируется в дискурсе достаточно часто (21 %); главным образом, к ним относятся предметы быта, одежда, украшения, жилище. Анализ показывает, что наиболее частотными вербализаторами данной макро-области являются следующие лексические единицы: beautiful, perfect, nice, good, wonderful, good-looking, elegant, luxurious, expensive-looking, glistening, gleaming. Приведем лишь некоторые примеры из нашей выборки:

(3) Inside was a deluxe scrapbook with white leather cover and plastic-encased pages. No card. It was beautiful (Gaeddert L. "Perfect strangers");

(4) He was dressed in an expensive-looking lightweight suit (Walker F. "Lots of love");

(5) She stepped out of the white wool maternity dress and into the luxurious robe. It's beautiful, Jack. And a perfect fit (Gaeddert L. "Perfect strangers").

Такие лексемы, как «deluxe», «expensive-looking» и «luxurious» являются специфическими для данной области концепта, они объединены семой «costing a lot of money because of a high quality» [LDCE 2001: 479], то есть представляют собой средства вербализации оценки по качеству.

Анализ показывает, что, с точки зрения тендерного аспекта репрезентации концепта BEAUTY, наибольший интерес представляет оппозиция physical beauty - spiritual beauty, активизирующая непосредственно те области концепта, которые соотносятся с индивидом (носителем

языкового сознания) как представителем определенного пола.

Подгруппа оценки внешнего вида человека представлена в женской речи обширнее других (60 %). Общая положительная оценка внешности вербализуется при помощи таких лексем, как beautiful, pretty, handsome, nice-looking, good-looking, lovely, attractive, perfect, amazing, gorgeous, magnificent, ravishing, eye-catching, stunning, dashing и др.:

(6) What she hadn't banked on was that he would be quite so young or so disturbingly good-looking (Walker F. "Lots of love");

(7) He was so very handsome - his body magnificent (Walker F. "Lots of love");

(8) You were very pretty last night and Jack looked as if he could eat you up (Walker F. "Lots of love").

Приведенные лексемы объединены интегрирующим семантическим признаком «доставлять удовольствие при созерцании» [LDCE 2001: 1116], причем удовольствие при созерцании внешней красоты является чувственным, что убедительно демонстрируют примеры 6-8.

Анализ выборки позволяет выделить отдельные микро-области концепта BEAUTY, представленные информацией об определенной части тела, подлежащей оценке. К таковым мы относим: face, eyes, hair, smile, features, skin, complexion, legs, weight, height, waist, breast, hips, chest, shoulders:

(9) Pheely emerged, both amazing green eyes now painted with dark, luscious shadow so that they gleamed from her face like slices of kiwi fruit (Walker F. "Lots of love");

(10) He was dark and clean-shaven, with very regular, clear-cutfeatures... (Maugham "Painted veil");

(11) She was an adorable creature, her rosy complexion was not the least advantage of her appearance (Maudgham W.S. "The creative impulse").

Такие области как waist, breast, hips, legs, shoulders, chest являются гендерно маркированными, так как степень их активизации зависит от того, кто является объектом оценки - мужчина или женщина:

(12) You've got exquisite legs, so long and shapely and I never ceased to be surprised at them (Parson E. "The nightingale sing").

(13) He looked more like a builder's labourer...He was certainly built like one, with broad shoulders, sinewy sunburnt arms and narrow hips (Walker F. "Lots of love").

Очевидно, что в примере 12 содержится вербальная оценка внешности женщины, а в примере 13 - мужчины.

При исследовании специфики репрезентации макро-области physical beauty нами была отмечена следующая тенденция: вербализаторами концепта BEAUTY могут становиться лекические единицы, не имеющие в своей семантике компонента «attractiveness». Так, например, прилагательные «long», «blond», «broad», «white» и др. не несут в себе оценочного значения. Однако, они могут приобрести оценочность в определенных сочетаниях - long legs, blonde hair, white smile, broad shoulders, так как длинные ноги, светлые волосы и ослепительно белая улыбка соответствуют существующим в англоязычном обществе канонам красоты. Таким образом, можно констатировать тот факт, что степень оценочности в семантике лексической единицы определяется контекстом, ее сочетаемостью с другими лексическими единицами.

Проведенный анализ позволяет утверждать, что чаще всего предметом оценки женщины становится лицо и волосы - женщины склонны описывать красоту глаз, улыбки, черт, цвета лица, на втором месте общая оценка внешности, без частных уточнений, реже оценка дается фигуре, эта оценка, как уже было отмечено, является гендерно отнесенной. Необходимо, однако, отметить тот факт, что при вербализации концепта BEAUTY очень часто активируются 2 и более концептуальные микро-области, то есть дается комплексное описание внешности человека, что подтверждает тот факт, что концептуальные области тесно взаимосвязаны между собой:

(14) Oh, come on!' Pheely reacted a bit snappishly, already working her way through a second wine bottle. 'Look at you - blonde, blue-eyed, tanned, a figure to die for. Most women must hate you. You could steal half the husbands in the village if you want to (Walker F. "Lots of love").

Анализ выборки позволяет выделить следующие компоненты (микро-области) макрообласти spiritual beauty, содержащейся в концеп-тосфере женщины: character, soul, intelligence, manners, taste, talent, behaviour. Как свидетельствует выборка, вербализаторами описываемой макро-области могут выступать как общеоценочные лексемы - perfect, good, wonderful, sweet, excellent, magnanimous, delightful, terrific, так и лексемы с более частным значением, например honest, well-bred, polite, gentle, frank, loyal, nobility и др.:

(15) He seemed very well-bred and aristocratic, and extremely polite (Steel D. "Vanished");

(16) All she wished for right now was time to get over what had happened between her and Richard - Richard who was so good and honest (Walker F. "Lots of love");

(17) He had that same nobility of soul that I saw in my mind's eye (Chesterton G.K. "The three horsemen of Apocalypse").

Процентное соотношение убедительно демонстрирует тот факт, что концептуальная макрообласть spiritual beauty (13 %) вербализуется женщинами реже, чем концептуальная макро-область physical beauty (60 %), хотя в ряде примеров нашей выборки коммуникант-женщина, оценивая внешность, соотносит ее с наличием/отсутствием у субъекта оценки внутренней красоты:

(18) Mr. Bingley was good-looking and gentlemanlike, he had a pleasant countenance and easy, unaffected manners (Austen J. "Pride and prejudice").

Итак, концепт BEAUTY имеет определенную структурную организацию, представленную единством макро-областей physical beauty, spiritual beauty, natural beauty и artificial beauty, которые, в свою очередь, распадаются на микро-области. В языковом сознании женщин чаще активизируются области physical beauty (60%) и artificial beauty (21 %), в основе которых лежит эмоционально-чувственная оценка и оценка по качеству; реже - области spiritual (13 %) и natural beauty (6 %), в основе которых - морально-этическая и эстетическая виды оценки соответственно. Диаграмма, отражающая данные закономерности, приведена на схеме 2.

Для более полного описания структуры и содержательного наполнения концепта BEAUTY в англоязычном женском сознании необходимо также охарактеризовать его признаки (основные и дополнительные), выявленные в процессе анализа семантики вербализаторов рассматриваемого концепта, а также его дискурсивного воплощения.

Значение каждого вербализатора концепта представлено набором сем. Совпадающие или близкие по содержанию семы, выделенные в значении языковых единиц, объективирующих концепт, обобщаются и интерпретируются как единый семантический признак концепта. Компонентный анализ вербализаторов концепта BEAUTY, используемых коммуникантами-женщинами, позволяет выделить следующие его признаки:

1) положительная оценка субъекта (внешняя или внутренняя), предмета или явления;

2) набор характерных черт (или же наделение таковыми), вызывающих восхищение предметом/субъектом/явлением;

3) привлечение внимания, воздействие на созерцателя;

4) удовольствие (чувственное или рациональное) при восприятии.

№3 (024) 2010 г.

Схема 2

Языковая репрезентация оценки

70

60

50

40

30

20

10

эмоционально-чувственная оценка

морально-этическая оценка

эстетическая оценка

оценка качества

Данные признаки были выделены нами на основе анализа лексикографических представлений отдельных вербализаторов. Они же могут быть классифицированы как основные когнитивные признаки концепта, содержащиеся в коллективном сознании, ведь в словарях, как известно, зафиксированы объективно самые существенные характеристики концептов [Попова, Стернин 2009: 9]. Однако выявление реального содержания концепта во всей полноте его смыслового наполнения возможно посредством изучения его дискурсивного воплощения, в том числе и в художественном тексте, где базовые смыслы получают ассоциативное расширение, позволяющее выделить дополнительные признаки концепта, удаленные от его ядра. В ходе анализа были выделены следующие дополнительные признаки концепта BEAUTY в англоязычном женском сознании:

1) возвышенность, божественность;

2) молодость;

3) свежесть, чистота;

4) мимолетность, эфемерность;

5) преимущество, легкий путь достижения успеха;

6) бесполезность;

7) чувство вкуса, соответствие канонам моды в одежде и аксессуарах;

8) изящество линий;

9) простота и естественность;

10) соответствие (приближение к) идеалу.

Следует отметить специфику связей между

выявленными концептуальными признаками. Так, некоторые из них дополняют друг друга, например, 2, 3, 4; другие противопоставлены друг другу - 1 и 9; 5 и 6.

Данный факт объясняется спецификой функционирования нашего сознания. Постоянно актуализируясь в речи в разных своих областях и аспектах, соединяясь с другими ментальными образованиями и отталкиваясь от них, концепт выступает во всей палитре своего содержательного наполнения. Кроме того, содержание языкового сознания не остается неизменным: находясь в состоянии развития, оно постоянно обновляется и репрезентируется в процессе речевой деятельности. В связи с вышесказанным мы не отрицаем тот факт, что содержание рассматриваемого концепта не исчерпывается выделенными нами областями и признаками. Мы предприняли попытку выявить наиболее общие и наиболее актуальные компоненты структурной и признаковой моделей концепта BEAUTY в женском англоязычном сознании.

Список литературы

Алимурадов O.A. Смысл. Концепт. Интен-циональность: моногр. Пятигорск: Пятигор. гос. лингв, ун-т, 2003.

Бакушева Е.М. Социолингвистический анализ речевого поведения мужчины и женщины: дис. ... канд. филол. наук. М., 1995.

Болдырев H.H. Когнитивная семантика: Курс лекций по английской филологии. Тамбов, 2000.

Воркачев С.Г. Вариативные и ассоциативные свойства телеономных лингвоконцептов: моногр. Волгоград: Парадигма, 2005.

Горошко Е.И. Проблемы изучения мужского и женского стиля речи. Формирование коммуникативных и интеллектуальных навыков школьников и студентов. Днепропетровск, 1994. С. 160-169.

Картушина Е.А. Тендерные аспекты фразеологии в массовой коммуникации: дис. ... канд. филол. наук. Ижевск, 2003.

Кирилина A.B. Тендер и язык. М.: Яз. слав, кул-ры, 2005.

Милевская Т.В. Грамматика дискурса. Ростов н/Д: Изд-во Рост, ун-та, 2003.

Павшенис Р.И. Проблема смысла. Вильнюс: Мысль, 1983.

Попова З.Д., Стернин H.A. Основные черты семантико-когнитивного подхода к языку // Антология концептов. М.: Гнозис, 2007.

Попова З.Д., Стернин H.A. Очерки по когнитивной лингвистике. Воронеж, 2001. С. 7-9.

Прокудина ОН. Тендерный дискурс-анализ речевых стратегий женской языковой личности: дис. ... канд. филол. наук. М., 2005.

Слышкин Г.Г. Лингвокультурные концепты и метаконцепты: дис. ... докт. филол. наук. Волгоград, 2004.

Токарева И.Е. Лексико-стилистическая вариативность языка: социальный и тендерный аспекты (на материале произведений Джона Фаул-за): дис. ... канд. филол. наук. Ростов н/Д, 2006.

Coates J. Women, Men and Language Studies in Language and Linguistics [Text] / J. Coats. L., N. Y., Longman, 1993.

O.A. Alimuradov, M.A. Guseva

THE STRUCTURAL AND SEMANTIC MODELS OF THE CONCEPT BEAUTY AS REPRESENTED IN THE MODERN ENGLISH FEMALE DISCOURSE

The article is devoted to the investigation of the systemic structure of the concept BEAUTY represented in female discourse. The aim of the article is to single out the conceptual domains and properties of the entity under consideration, to characterize the nature of their bonds, to determine the frequency of their representation in female discourse.

Key words: language consciousness, mental space, verbalization, discourse practice, female language personality, conceptual model.

№3 (024) 20 Юг.