О волнах и циклах духовного (религиозного) напряжения в истории

Вестник ПСТГУ I: Богословие. Философия

2015. Вып. 1 (57). С. 98-114

Филиппов Борис Алексеевич, канд. ист. наук,

ст. науч. сотр. Отдела новейшей истории РПЦ ПСТГУ

boris-philipov@yandex.ru

О ВОЛНАХ И ЦИКЛАХ

духовного (религиозного) напряжения

В ИСТОРИИ

Б. А. Филиппов

Понятия «религиозное пробуждение», «религиозное возрождение» отражают процессы, реально происходящие на протяжении истории в духовной жизни нашей европейской цивилизации. Об этом свидетельствует их активное использование в языке и в научной литературе. Споры среди социологов, религиоведов и политологов о природе и характере возникшего в последней трети XX — начале XXI в. и затронувшего все религии глобального явления, описываемого как «десекуляризация», «религиозное возрождение» или «духовное пробуждение», поставили вопрос о его месте в мировой истории. Автор предпринял попытку включить это явление в более широкий исторический контекст западноевропейской и отечественной истории последних 500 лет и рассмотреть его через призму циклично-волнообразной теории общественного развития. С этой целью он вводит понятие «духовное (религиозное) напряжение». Человеку и человечеству в целом не под силу находиться в состоянии постоянного духовного напряжения. Поэтому вслед за волной духовного напряжения (религиозного возрождения) идет (наступает) «возвратная волна» (период) духовного равнодушия (спокойствия). Вместе они составляют единый цикл. В качестве критерия для оценки наличия или отсутствия этого напряжения автор взял характеристики народного благочестия и духовной атмосферы кануна Реформации XVI в., чтобы наложить их как матрицу на подобные проявления в религиозной жизни других исторических эпох. Статья посвящена изложению теоретических аспектов проблемы и характеристике «возвратной волны 40-60-х гг. XX века», послужившей основой для создания теории секуляризации. Автор предполагает продолжить эту тему и дальше, посвятив свои следующие публикации характеристике духовного напряжения второй половины XX — начала XXI столетия.

Религиозное (духовное) возрождение последней трети XX — начала XXI в. частью российских социологов и религиоведов было воспринято как реакция на крах советского социализма и его идеологии, как «обратное движение маятника»: от «всеобщего марксистско-ленинского атеизма» к «всеобщему православию»1, то есть от секуляризации к десекуляризации2. Теория маятника известна давно,

1 См.: Воронцова Л. М., Филатов С. Б., Фурман Д. Е. Религия в современном массовом сознании // Социологические исследования. 1995. № 11. С. 81—91; Фурман Д. Е., Каариайнен К. Религиозность в России в 90-е годы ХХ — начала XXI века. М., 2006.

2 Автор этого понятия Питер Бергер описывал его как контрсекуляризацию, как реакцию на предшествующие и / или текущие секуляризационные тенденции (см.: Карпов В. Концеп-

но к охватившему весь мир процессу возвращения религии в публичную сферу малоприменима. Во-первых, секуляризация развивалась (и развивается) как явление европейской и даже западноевропейской культуры, а это религиозное возрождение охватило весь мир и затронуло все религии. Во-вторых, секуляризация затронула сферу институциональных отношений (публичную сферу), а религиозное возрождение проявилось во всех сферах общественной и духовной жизни, в экономике и политике3.

Процесс религиозного (духовного) возрождения, о котором идет речь, не возвращает мир к предшествующему секуляризации состоянию. Он хотя и замедлил и осложнил на время процесс секуляризации и развитие сопутствующих ей явлений, но ни о каком характерном для маятника движении вспять речь не идет. Религиозное (духовное) возрождение не привело ни к разрушению, ни даже к ослаблению фундаментальных институтов светского государства, ни к появлению принципиально новых, противоречащих светскому характеру государства институтов4. Все принципиальные изменения произошли в духовной сфере.

Для объяснения и понимания этого явления более пригодна, мне кажется, известная с древности циклично-волнообразная теория общественного развития. XX век стал «золотым веком» в развитии разнообразных циклично-волнообразных теорий в социально-экономических науках5. В конце XX в. циклическую теорию секуляризации применили в своих исследованиях социологи религии Родни Старк, Уильям Бэинбридж6 и Юлия Синелина7. О волнообразном характере религиозной жизни пишет современный швейцарский историк проф. Урс Альтерматт8.

* * *

Признав изначальную и неустранимую религиозность человека на протяжении всей его истории, необходимо поставить вопрос не столько о материалистическом объяснении этого явления (например, на человеческом уровне она генетически запрограммирована), сколько о механизме поддержания религиозности на необходимом для ее сохранения и развития уровне.

туальные основы теории десекуляризации // Государство, религия, Церковь в России и за рубежом. 2012. № 2 (30). С.114-164).

3 Об этом см.: Micklethwait J., Wooldridge A. God Is Back. How the Global Revival of Faith Is Changing the World. L., 2009.

4 Ни в одной из бывших социалистических стран (включая Россию) исторические церкви не вернули занимаемой до установления советской власти позиции в обществе и государстве.

5 Анализ современных нелинейных циклических концепций в общественных науках представлен в монографии И. Б. Орловой «Современные цивилизации и Россия» (М., 2000), а также в учебниках по социологии: Исаев Б. А. Социология. Краткий курс. М., 2010; Осипов Г. В., МосквичевЛ. Н., Кабыща А. В. и др. Социология. Основы общей теории. М., 2008.

6 Stark R., Bainbridge W. The Future of Religion. Berkley, 1985.

7 Синелина Ю. Ю. Циклический характер процесса секуляризации в России (социологический анализ: конец XVII — начало XXI века). Автореферат дис. ... д-р соц. наук. М.,2009.

8AltermattH. U. Katholizismus und Moderne. Zur Sozial- und Mentalitätsgeschichte der Schweizer Katholiken im 19. und 20. Jahrhundert. Zürich, 1989.

Карл Ясперс (1883—1969) выдвинул научную гипотезу о колоссальном духовном импульсе, который предшествовал и сопутствовал приходу в мир Спасителя: «Осевое время» в истории человечества9. В свою очередь израильский политолог и социолог Шмуэль Эйзенштадт (1923—2010) при описании «осевого времени» исходил из зафиксированной в этот период «исходной напряженности между трансцендентным и мирским порядками»10. Взяв за основу теорию «осевого времени» К. Ясперса и «исходной напряженности» Ш. Эйзенштадта, я пришел к выводу, что описанное ими колоссальное духовное напряжение11 периодически возобновляется на протяжении всей человеческой истории. Оно (напряжение) стимулирует появление волн духовного напряжения, которые поддерживают нашу веру и жизнь Церкви.

Человеку и человечеству в целом не под силу находиться в состоянии постоянного духовного напряжения. Поэтому вслед за волной духовного напряжения идет (наступает) волна (период) духовного равнодушия (спокойствия). Вместе они составляют единый цикл.

При этом следует подчеркнуть, что никогда в истории не было безрелигиозного периода, и спад напряжения означает лишь ослабление религиозности, но не ее исчезновение. Религиозное напряжение, как и его ослабление, становятся особенно выразительными в нашей европейской цивилизации с началом процесса секуляризации, когда и падение внешних признаков религиозности, и рост религиозных практик приобретают значительные (возможные для описания, измерения и изучения) масштабы.

9 По словам Пиамы Гайденко, «"Осевое время" Ясперса — это священная эпоха мировой истории. А священная история потому и священна, что хотя она и происходит на земле, но корни и смысл ее — неземные. Напротив, для верующего человека она сама является последним истолкованием всего, что совершалось, совершается и свершится на Земле. <...> Для Ясперса концепция "осевой эпохи" — постулат веры и в то же время допущение разума» (Гайденко П. П. Человек и история в экзистенциальной философии Карла Ясперса // Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 24).

10 «Какова же природа этих "осевых революций"? В духовных концепциях нового типа утверждалось наличие исходной напряженности между трансцендентным и мирским порядками» (Эйзенштадт Ш. Основы и структуры цивилизационного устроения общества. О цивилизациях «осевого времени». «Осевое время» и становление трансцендентной духовности // Сравнительное изучение цивилизаций: Хрестоматия: Учеб. пособие для студентов вузов / Б. С. Ерасов, сост., ред., вступ. ст. М., 1999. С. 95).

11 «В I тыс. до н. э. в сфере идей и их институциональных основаниях происходит революция, а вернее серия революций, которые оказали необратимое воздействие на целый ряд цивилизаций и на историю всего человечества. Эта серия революций, обозначенная К. Ясперсом как "осевое время", способствовала возникновению представлений об исходном поле напряженности между трансцендентным и мирским порядками, которые затем оформились как учения и привели к созданию общественных институтов. Этот революционный процесс охватил цивилизации Древнего Израиля и Древней Греции, раннехристианский регион, зороастрий-ский Иран, раннеимперский Китай, индуистскую и буддийскую цивилизации. Позднее, уже за временными пределами собственно «осевого времени», эта революция произошла и в мире ислама. Внедрение представлений о напряженных отношениях между трансцендентным и мирским порядками способствовало складыванию новых форм самосознания и воззрений на человека, намного расходящихся с изначальными условиями человеческого существования и с миром повседневных практических нужд» (Эйзенштадт. Указ. соч. С. 94—96).

Существующие понятия «религиозное пробуждение», «религиозное возрождение»12 отражают реально происходящие в духовной жизни нашей цивилизации процессы13. Об этом свидетельствуют их присутствие и активное использование в языке и в научной литературе14. Например, «о своего рода взрывном развитии духовности и духовных поисков, выходящих за рамки религии», говорит известный канадский философ Чарльз Тейлор15.

В исторической науке теорию циклов применил на практике16 известный американский историк Артур Шлезингер-мл. (1917—2007). Во введении к своей работе он дал очень важную для понимания концепции характеристику цикла и его фаз. Обратим внимание на следующие тезисы: «Каждая новая фаза должна вырастать из состояния предыдущей и присущих ей противоречий»; «истинный цикл является самовоспроизводящимся»; он «самодвижущийся, самодостаточный и автономный»; и, наконец, «каждая фаза порождает свои особые противоречия» 17. И еще одно важное наблюдение, но на этот раз А. Шлезингера-старшего: «...цикл... не возвращает нацию к предыдущему положению»18. Исторический цикл — это не маятник, качающийся между неподвижными точками, а спираль; он допускает новое и потому избегает детерминизма19.

Цель статьи — рассмотреть характер и структуру волн духовного (религиозного) напряжения на примере их проявления в истории нашей европейской цивилизации.

Структура и основные характеристики волны духовного напряжения

Под волной духовного (религиозного) напряжения я (вслед за протестантским историком Вольфгангом Бюне) понимаю «экстраординарное духовное движение, достигающее большого числа людей определенных слоев общества и существенно изменяющее его духовный климат»20.

Волны духовного (религиозного) напряжения в истории, о которых пойдет речь ниже, состоят из трех фаз:

1) медленного и длительного подъема (медленно нарастающего напряжения), первые признаки которого можно уловить в условиях, казалось бы, глубокого

12 Great Awakening (великое пробуждение), Great Revival (великое возрождение). Великое религиозное пробуждение предсказано в 14-й главе Откровения Иоанна Богослова.

13 Духовный (религиозный) подъем последней трети XX — начала XXI в. принял глобальный характер, затронув все религии и деноминации и все континенты.

14 Например: Каннингем Дж. В. С надеждой на собор. Русское религиозное пробуждение начала века. Лондон, 1990; ЗерновН. М. Русское религиозное возрождение ХХ в. Париж, 1991; Тревельян Дж. М. Англия времен Дефо. Религиозное возрождение // Он же. Социальная история Англии. М., 1959. С. 318-367.

15 См.: Калхун К. Постсекулярность при демократии. О светскости (http://www.russ.ru / pole/Postsekulyarnost-pri-demokratii (дата обращения: 06. 01. 2015)).

16 Через призму этой концепции он проанализировал историю США.

17 Шлезингер-мл. А. Циклы американской истории. М., 1992. С. 46-48.

18 Там же. С. 42-43.

19 Там же. С. 43.

20 Бюне В. Игра с огнем. М., 1991 (http://www.reformed.org.Ua/2/373/3/Bflhne (дата обращения: 03. 12. 2013)).

равнодушия общества к религиозным и духовным проблемам. В середине XX в. он начинается в условиях победоносного шествия процесса секуляризации. Подъем проявляется в носящих массовый характер индивидуальных поисках «условий Спасения». Как правило, он приходится на вторую половину каждого века;

2) высшей точки (пика) духовного напряжения, в которой многомиллионные массы людей в разных формах (коллективно и индивидуально) стремятся реализовать свои возросшие духовные потребности;

3) менее длительного, чем подъем, плавного спуска, во время которого духовное напряжение не исчезает, но утрачивает свой динамизм.

Развернутое описание первых двух фаз волны духовного напряжения как религиозного возрождения содержится в статье Сергея Дмитриевича Лебедева «"Религиозное возрождение" как социальная реальность: опыт теоретического анализа». В ней говорится:

«Начать следует с того, что объективное социологическое видение религиозного возрождения должно включать в его содержание все процессы, связанные с прогрессирующим наращиванием и развитием религиозной составляющей общественной жизни во всех ее измерениях и на всех уровнях. Его манифестациями являются, следовательно, любые духовные, культурные, социально-организационные, политические, информационные и т.п. инициативы общественных субъектов, связанные с утверждением тех или иных разновидностей религии и религиозности в жизни современного секуляризированного общества и его отдельных составляющих. Данные инициативы и связанные с ними социальные изменения могут оцениваться социологом как конструктивные или деструктивные, положительные или отрицательные, прогрессивные или регрессивные и т.д. Но все они, так или иначе, идут в русле одного глобального процесса, описываемого в современной западной социологии как 'religion revival' или как "десекуляризация"»21.

В этом определении возражение вызывает лишь утверждение о «десекуля-ризации» как «глобальном процессе». Поскольку секуляризация носила региональный характер и не затронула большей части земного шара, десекуляризация не может быть глобальной.

Основная черта религиозности периода духовного напряжения (первой и второй фазы) — это ее стихийность, спонтанность в проявлении чувств. Придание массовому движению организационных форм является свидетельством ослабления напряжения и перехода в третью фазу. В это время нарастает равнодушие и апатия к религиозным и духовным проблемам; происходит медленное возвращение к традиционным (хотя и обогащенным новым опытом) формам проявления религиозности. Так в недрах третьей фазы зарождается первая фаза «обратной волны»22. Вместе они (волна духовного напряжения и обратная волна) составляют единый цикл.

21 Лебедев С. Д. «Религиозное возрождение» как социальная реальность: опыт теоретического анализа (http://socionavtika.narod.ru/Staty/diegesis/lebedew3.htm (дата обращения: 22. 03. 2013)).

22 Понятие «обратной волны» preverse wave) в научный оборот применительно к процессам демократизации ввел С. Хантингтон (см.: Хантингтон С. Третья волна. Демократизация в конце XX века. М., 2003).

Датировка этапов (начала, пика, спада) развития волны является наиболее трудной проблемой для исследования как по причине характера явления (природа волны), так и по причине отсутствия достаточного количества источников.

Критерием для определения времени начавшегося «духовного напряжения» может служить медленно изменявшееся в течение столетий представление о том, что Христианская Церковь определяет как «достаточное», для того чтобы человека считали принадлежащим к Церкви, и о том, каковы должны быть необходимые (и достаточные), по принятым нормам, поведение и практика обычного верующего для достижения им Спасения. Именно появление новых религиозных практик, массовое и детальное исполнение традиционные норм церковной жизни выступают в качестве показателя возникшего духовного (религиозного) напряжения и начала (первой фазы) волны.

Складывание представления о «подлинном христианине» в Западной Европе пришлось на период Каролингского возрождения (конец VIII — середина IX в.). К XV в. окончательно сформировался своеобразный канон поведения «настоящего христианина», включающий крещение, миропомазание (конфирмацию), венчание, погребение, регулярное участие в воскресной мессе, ежегодную исповедь23 и причастие в Великую пятницу. Христианин должен был знать Символ веры (Credo), соблюдать пост (постные дни), подавать милостыню, совершать паломничества.

Христианин не должен убивать, воровать, желать жены ближнего. Поскольку в Католической Церкви миряне рассматривались лишь как пассивная, «слушающая» часть Церкви, от них не требовалось и не ожидалось большой личной вовлеченности в церковную жизнь. Верующие были уверены (и их никто не разубеждал в этом), что соблюдение этого (канона) достаточно, чтобы «спасти свою душу». Так выглядела церковная норма в Западной Церкви на протяжении столетий. Христианство понималось скорее как собрание практик и обязанностей, чем как жизнь в вере и любви. Проявление сомнений в достаточности выполнения этих норм и поиск новых практик — явный признак начала новой волны духовного (религиозного) напряжения.

Корректировка (углубление) принятой Церковью (Церквами) нормы под влиянием предшествующего опыта (волны) происходила в каждое столетие с тем, чтобы в период Реформации (XVI в.) и в последовавший за ней период церковной реформы в Католической Церкви (Контрреформация) произошло ее расширение и углубление. Новая (установленная Тридентским собором, 15451563 гг.) «норма» требовала от верующего активного участия в почитании Святых Даров и Богородицы, причащения на Рождество, Пасху, Троицу и на важнейшие праздники посвященные Богородице24.

В XVIII-XIX вв. в Русской Православной Церкви сложился так называемый «синодальный тип благочестия», предполагающий, чтобы «люди раз в год ис-

23 Обязательная исповедь, по меньшей мере один раз в год, на Пасху, появилась по решению Латеранского собора (1215), а затем, после Тридентского собора, непременным долгом каждого было как можно скорее исповедаться во всех смертных грехах, не дожидаясь пасхального времени.

24 Tuchle H. Poboznosc i kaznodziejstwo w epoce baroku // Historia Kosciola. 1700—1715. T. 3. Warszawa,1986. S.235.

поведовались, потому что так полагалось, венчались в церкви, крестили своих детей, отпевали покойников, отстаивали молебны в царские дни, в случаях особого благочестия служили акафисты»25. «Кто это так докучал вам вопросом, как спастись? — спрашивает свт. Феофан Затворник, — будто он не решен, и нам первым приходится приступить к сему делу! <...> Пусть живет, как велит Церковь, и спасется.»26.

Для религиозной жизни периодов духовного напряжения характерна большая или ббльшая индивидуальная и разнообразная активность в проявлениях личной веры и в поиске «верных» гарантий спасения души27. В последние тысячу лет истории христианства важнейшими показателями духовного (религиозного) напряжения являются: стихийная и массовая демонстрация своей веры членами Церкви, массовое обращение к отдельным сторонам жизни христиан Апостольского периода и призыв им следовать (к ним вернуться) у религиозных реформаторов и сектантов (настоящих и будущих); появление новых религиозных сект.

Примеры волн духовного (религиозного) напряжения в европейской истории

Первая, документированная и осмысленная историками, волна духовного напряжения приходится на период крестовых походов28. Тогда на гребне этой волны религиозный энтузиазм поднял и направил на освобождение Гроба Господня тысячи простых и плохо вооруженных (или вообще невооруженных) людей. О том, что крестоносцами двигали в первую очередь «религиозные», а не материальные мотивы, говорит тот факт, что участие в походе воспринималось современниками как шанс для мирянина «совершить духовный подвиг и искупить грехи»29.

Показательным был XIII век. Религиозный подъем (напряжение) нашел свое выражение в строительстве величайших памятников готической архитектуры, в открытии университетов, в рождении великой средневековой схоластики, в возникновении ересей и в крестовых походах. IV крестовому походу (1204) предшествовала «пауза» религиозного безразличия. Еще папа Александр III (1159—1181) безуспешно призывал к организации крестовых походов на Восток в 1165, 1166 и 1169 гг.30.

25 Мария (Скобцова). Типы религиозной жизни // Вестник РХД. 1997 № 176 (Ы1р://те8в1а. гц/ЫЫМк ДДкоЪсоуат/йру.Ыт (дата обращения: 31. 03. 2014)). Аналогичными были представления русских крестьян в XIX в. (см.: Островская Л. В. Особенности понимания христианства крестьянами Сибири // Общественный быт и культура русского населения Сибири (XVIII — нач. XX в.). Новосибирск, 1983. С. 135-150).

26 Свт. Феофан Затворник. Письма о христианской жизни. Поучения. М., 1997. С. 123-124.

27 «Пронзительная религиозное беспокойство охватило немецкий люд. «Каждый хотел идти на небо, — писал аугсбургский хроникер XV в. — и жаждал любым способом обеспечить себе спасение» (П^к H. КМ. 8. 29).

28 Сегодня в науке никто не сомневается в религиозной мотивации участия в крестовых походах (Райли-Смит Дж. Изучение крестовых походов // История крестовых походов. М., 1998. С. 3-10).

29 «Как верно замечает Гвибер Ножанский (1053 — ок. 1124), миряне получили надежду заслужить спасение, не отказываясь от присущего им социального положения» (Булл М. Истоки // История крестовых походов. С. 37).

30 См.: Fonnesberg-SchmidtI. Рар1е2е 1 кгис]а1у ЪаИусЫе 1147-1254. 'аге/ала, 2009. 8. 65.

Уже к концу XIX в. возникновение новых еретических и раскольнических движений справедливо рассматривалось исследователями как важнейший показатель существующего религиозного напряжения того или иного столетия31.

В истории России хорошо документированы и исследованы еретические движения «стригольников» (конец XIV — начало XV в.)32, «жидовствующих» (конец XV— начало XVI в.)33, церковный раскол середины — второй половины XVII в.34, религиозные искания (движения) конца XVIII — начала XIX в.35, последней трети XIX — начала XX в.36 (период религиозно-философского ренессанса в России37), последней трети XX — начала XXI в.

Периоды религиозного «возрождения» в истории своих стран отмечены историками Англии38 и США39. В США «"второе великое пробуждение" как религи-

31 «Значение ересей и расколов в истории состоит в том, что, свидетельствуя о наличности высших духовно-нравственных интересов в обществе в данный исторический период, они, с другой стороны, вызывали на усиленную интеллектуальную деятельность самую церковь» (Барсов Н. И. Ересь, еретики // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (Е—Ж.). СПб., 1894. Т. XIA (22). С. 672). С конца XX в. рост сект стали связывать с поисками людьми sacrum, «с потребностями и стремлениями, удовлетворить которые, как они думают, они не могут в своей Церкви...» (Sekty albo nowe ruchy religij ne. Wyzwanie duszpasterskie. WstQp.1.5. // L'Osservatore Romano. Citta del Vatikano, 1986. № 5. S. 3).

32 См.: Алексеев А. И. К изучению ереси стригольников // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2004. № 4 (18). С. 22—34; Печников М. В. К вопросу о религиозной практике стригольников // Ad fontem. М., 2005. С. 224—236; Рыбаков Б. А. Стригольники (Русские гуманисты XIV столетия). М., 1993.

33 См.: Лурье Я. С., Казакова Н. А. Антифеодальные еретические движения на Руси XIV — начала XVI в. М.; Л., 1955; Алексеев А. И. Религиозные движения на Руси последней трети XIV — начала XVI в.: стригольники и жидовствующие. М., 2012.

34 С расколом связаны знаменитые старообрядческие гари (массовые самосожжения) конца XVII — начала XVIII в. «За все семь веков, протекших с крещения, Русь не знала столько пострадавших за веру, включая и святых, и еретиков, сколько их появилось за первые десятилетия раскола» (Панченко А. М. Петр и веротерпимость // Он же. О русской истории и культуре. М., 2000. С. 386); см. также: Романова Е. В. Массовые самосожжения старообрядцев в России в XVII—XIX веках. СПб., 2012.

35 См.: Парсамов В. С. Жозеф де Местр и Александр Стурдза: Из истории религиозных идей Александровской эпохи: Пособие по спецкурсу. Саратов, 2004; Сидорова Н. И. Мистицизм в русской религиозной культуре первой четверти XIX века. Дис. ... канд. ист. наук. Саратов, 2010; Кондаков Ю. Е. Либеральное и консервативное направления в религиозных движениях в России первой четверти XIX века. СПб., 2005.

36 См.: Лесков Н. С. Великосветский раскол: Лорд Редсток и его последователи (очерк современного религиозного движения в петербургском обществе). СПб., 1999; Воронцова И. В. Религиозно-философская мысль начала ХХ века. М., 2008; Хегглунд Б. Движение духовного пробуждения в XIX веке // История теологии. СПб., 2001. С. 329—334; Далецкая В. Ю. Политика государства и Церкви в отношении сектантов в России XVIII—XIX веков. М., 2004; Каннингем. Указ. соч.; Зернов. Указ. соч.

37 См.: Кирвель Ч. С. «Ахиллесова пята» теории прогресса // Весник Гродзенскаго дзяр-жаунаго унивесиэта iмя Яню Купалы. Серыя 1. 2002. № 2 (10). С. 34.

38 См.: Тревельян Дж. М. История Англии от Чосера до королевы Виктории. М., 2001.

39 См.: Галкина Е. В. Становление протестантизма в английских колониях Северной Америки (1630-1760-е гг.). Дис. ... канд. ист. наук. Ставрополь, 2002; Жук С. И. Первое религиозное «Великое Пробуждение» в Британской Америке // Вопросы истории. 1997. № 6. С. 133— 142; Исаев С. А. «Великое пробуждение» // Православная энциклопедия. Т. 7. С. 510—511.

озное возрождение, продолжавшееся примерно с 1790 по 1840 г., сделало больше, чем что-либо другое, для превращения Америки в христианскую нацию»40.

В России духовное напряжение последней трети XIX — начала XX в. проявилось в массовых паломничествах к святыням41, в рождении церковной прессы42 и религиозной философии, в «богоискательстве» и беспрецедентно активном обсуждении в столичной прессе возможности реформы Православной Церкви43.

На Западе оно проявилось в оживлении приходской жизни44, в рождении и развитии социального и политического католицизма45, в массовом участии верующих в католических и протестантских миссиях в Азии и Африке46.

Для этого периода характерны популярность религиозной философии и отражение религиозных тем в художественной литературе и музыке (романы, оперы, оратории на евангельские сюжеты). И конечно же для этого периода характерным является быстрое распространение на всем мировом пространстве новых религиозных сект, прежде всего пятидесятничества.

Благочестие кануна Реформации

Историками хорошо исследован период духовного (религиозного) напряжения в канун Реформации, что позволяет вычленить его основные характеристики и как матрицу наложить на подобные проявления в религиозной жизни других исторических эпох, например второй половины XX — начала XXI столетия.

40 «Соединенные Штаты испытали величайшее религиозное пробуждение в своей истории. В результате в 1800—1850 гг. число верующих в стране увеличилось от 5—10 % до 25, а посещение церкви возросло от 40 до 75 % (от общей численности населения). Помимо цифр, относящихся к членству и посещению церкви, христианство проложило себе путь в общественной жизни нации» (Великое возрождение (http://svobd.ru/2010-11-15-00-07-27/70--/1148-y.html) (дата обращения: 03. 11. 2013)).

41 В торжествах, посвященных прославлению Серафима Саровского приняло участие (по оценкам) порядка 150 тыс. человек (см.: Мосолов А. А. При Дворе последнего императора. СПб., 1992. С. 175). «В конце XIX — начале XX веков за несколько десятилетий до начала Первой мировой войны произошел всплеск богомольного интереса русских православных паломников к святыням Вселенского Православия» (Житенев С. Ю. Религиозное паломничество в христианстве, буддизме и мусульманстве: социокультурные, коммуникационные и цивилизационные аспекты. М., 2012. С. 197). О некоторых паломничествах по России начала XX в. см.: Фриз Г. Л. Церковь, религия и политическая культура на закате старой России // История СССР. 1991. № 2. С. 108-119.

42 См.: Верещагин И. Ф. Церковно-епархиальная периодическая печать в общественной жизни российской провинции во второй половине XIX — начале XX веков. Дис. ... канд. ист. наук. Архангельск, 2013; Нетужилов К. Е. Формирование системы церковной периодической печати в России XIX — начала XX в. Дис. ... д-р филол. наук. СПб., 2010.

43 С 17 марта до начала июня 1905 г. в отечественной прессе была опубликована почти 1 тыс. статей (см.: Фирсов С. Л. Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х — 1918 г.). М., 2002. С. 322).

44 См.: AubertR. Ozywienie w duszpasterstwie // Aubert R. i in. Historia Kosciola. T. 5. Od 1948 do czasów wspólczesnych. Warszawa,1985. S. 98-108.

45 См.: AubertR. Poczatki katolicyzmu spolecznego // Idem. Historia Kosciola. S. 109-124.

46 См.: Bruls J. Od misji do mlodych Kosciolów // Aubert R. Historia Kosciola. S. 199-325; Дэвис Н. История Европы. М., 2005. С. 561.

Сама Реформация была результатом предшествующего духовного напряжения и началась практически после спада этой волны.

В качестве источника информации о принципиальных изменениях в народном благочестии47 в канун Реформации я использую работы английских историков Алистера Макграта48 и о. Дэвида Ноулса49, немецкого историка Германа Тюхле50 и американского историка Люиса Спица51.

Характеризуя духовную атмосферу предшествующего Реформации периода, историки согласно обращают внимание на несколько новых и присущих только этому периоду набору черт, характеризующих религиозный подъем:

a) направленный на обретение спасения души «поразительный рост народного благочестия»;

b) активизация духовно-религиозных движений, типа движения Нового благочестия (лат. Devotio moderna), «братья общей жизни»;

c) «увеличение числа образованных мирян» и рост числа богословских школ52;

d) распространение и необыкновенная популярность религиозной литера-

туры53;

e) частое обращение за ответами на экзистенциальные вопросы современности к Апостольскому периоду жизни Церкви;

f) растущий и массовый антиклерикализм, идейным основанием для которого является сравнение жизни современного духовенства с жизнью первоапо-столов54.

Вопрос о более или менее точной датировке (начала и окончания) периода духовного напряжения до возникновения социологических исследований в исторических работах не мог быть поставлен. Историки культуры, описывая изменения в духовной жизни, оперировали десятилетиями. Начало зафиксированных названными историками изменений в религиозном поведении населения приходится на 50-е гг. XV в.

Не каждая волна духовного (религиозного) напряжения ведет к Реформации как социальной революции, но каждая несет в себе новый религиозный опыт,

47 Под народным благочестием я понимаю его характер, а не социальную принадлежность.

48 Макграт Ал. Богословская мысль Реформации. Одесса, 1994. С. 42—55.

49 KnowlesM. D. Klimat religijny XV wieku // Historia Kosciola... Warszawa,1988. Т. 2. S. 357-358.

50 Tuchle H. Poboznosc ludzi swieckich. Historia Kosciola. Warszawa, 1986. Т. 3. S. 29-30.

51 Спиц Л. История Реформации. М., 2003. Т. 2 (http://www.reformed.org.Ua/2/338/1/Spitz (дата обращения: 04. 06. 2013)).

52 К началу XVI в. «внутри западноевропейской Церкви возникло девять таких школ. Каждая из них имела отличное от остальных понимание основных вопросов» (Макграт. Указ. соч. С. 48).

53 Например, книга «О подражании Христу» Фомы Кемпийского (XV в.) стала одной из наиболее распространенных в обществе (после Библии) христианских книг (http://pl. wikipedia.org/wiki /O_na%C5%9Bladowaniu_Chrystusa (дата обращения: 03. 12. 2013)).

54 «Антиклерикализм — не синоним атеизма, агностицизма, неверия вообще, поскольку антиклерикалами чаще всего бывают люди, которые включены в религиозную традицию» (Шахнович М. М. Антиклерикализм. Круглый стол (http://polit.ru/article/2012/06/17/ anticlericalism_seminar/ (дата обращения: 17. 03. 2014)).

трансформацию старых религиозных институтов и возникновение новых55. Глубина вызванных ею трансформаций существенно зависит от глубины предшествующего кризиса религиозного сознания и религиозных институтов.

«Обратная волна», или Духовный кризис 20-60-х гг. XXв.

Рождение социологической теории секуляризации

«Обратная волна» на протяжении столетий означала лишь возвращение переживания веры в церковные рамки. С каждым веком организованная церковью религиозная жизнь обогащалась новыми формами: новыми праздниками, новыми обрядами, новыми местами паломничеств, новыми церковными организациями.56 Другой характерной чертой этого периода является нарастание (начиная с XI в.) секуляризационных процессов, которые в течение XX в. вышли за пределы европейской цивилизации. По нарастающей идет проявление в этот период антирелигиозных и антицерковных идей, настроений и сил. В первой половине XX в. (после 1917 г.) жесточайшие преследования обрушились на церкви и религиозные организации России, Мексики, Испании, а косвенные — Германии и Италии. Но не они стали кульминацией обратной волны середины XX в. Ею стала научно-техническая революция (НТР) 40-60-х гг.

Ее высшим достижением было создание ракетно-космической техники, позволившей начать освоение людьми околоземного космического пространства. Использование рожденных НТР высоких технологий, развитие и внедрение в экономику соответствующей им техники (модернизация) стимулировали развитие экономики («экономическое чудо») и привели к повышению жизненного уровня широких слоев населения в развитых странах (формирование «социального государства»).

Этим успехам сопутствовали, как тогда казалось, два взаимосвязанных процесса: ослабление религиозного сознания у верующих и кризис традиционных религиозных институтов57. Зафиксированные проводимыми с 30-х гг. социологическими исследованиями58, эти процессы набирали силу, чтобы в 60-х гг. стать заметными невооруженным глазом59. В исторических церквах кризис проявил-

55 В средние века ими были новые монашеские ордена и новые секты.

56 Этим объясняется сохранение активности церковных организаций на начальном этапе «обратной волны».

57 Согласно Н. Луману, кризис диагностируется на основании таких симптомов, как снижение формального церковного членства, снижение фактического участия членов церкви в религиозной коммуникации, разрушение знания религиозной традиции или всеобщее отсутствие интереса к религиозным вопросам (см.: ВоронцоваЕ. Теологическая рецепция социологии религии Никласа Лумана // Материалы семинара 2010-7. Серия: Проблемы организации церковных общин. Международная практика. Декабрь 2010. М., 2010. С. 13).

58 Эмпирические «доказательства» ослабления влияния религии и Католической Церкви на примере Франции уже с 30-х гг. XX в. собирал французский социолог Габриэль ле Бра (1891-1970). Он зафиксировал среди городского населения рост числа неверующих, равнодушных к вопросам веры и таких, кто участвует в совершении таинств лишь из конформизма.

59 «Середина XX в. и в особенности 60-е гг. оказываются совершенно особым этапом религиозной эволюции Запада. Это была не просто эволюция в смысле упадка одних религий и появления других, это было время радикального и стремительного крушения традиционных

ся как институциональный: в закрытии семинарий из-за отсутствия желающих стать священниками; в падении их социального престижа; в резком сокращении числа верующих, соблюдающих религиозные обряды и предписания своих церквей; в сокращении численности и старении духовенства60.

Кризис Католической Церкви в полной мере отразился на авторитете папы и папства как института61. Созванный для преодоления кризиса II Ватиканский собор (1962—1965), казалось, придал ему новый разрушительный импульс. О настроении, которое господствовало тогда в интеллектуальной среде Католической Церкви, свидетельствуют слова Йозефа Ратцингера (1969), сказанные им в лекции на радио Гессен. Тогда он говорил об ожидающем Церковь глубоком кризисе и о том, что «возрожденная Церковь будет небольшой, но очень одухотворенной общиной»62.

Но институциональный кризис поразил не только исторические церкви. Он поразил партии и профсоюзы, политические организации и институты. Политологи и социологи охарактеризовали этот процесс как «кризис институциональных систем», или «структурный кризис» капиталистической системы63. В этом смысле масштаб поразившего исторические церкви кризиса может быть обусловлен глобальными, а не специфически церковными и религиозными причинами.

На 60-е — начало 70-х гг. приходится охватившая США, а затем и высокоразвитые страны европейской цивилизации сексуальная революция64.

Духовный кризис 30-60-х гг. хорошо изучен учеными65. На основе результатов многолетних и масштабных исследований социологи религии как западно-

религиозных форм, которое иначе как секуляризацией не назовешь» (УзланерД. Становление неоклассической модели секуляризации в западной социологии религии второй половины XX в. // Религиоведение. 2008. № 2. С. 135-148).

60 Согласно данным английского социолога религии Брайана Уилсона, почти все показатели религиозности в Англии в промежутке между 1885 и 1960 годами достаточно резко снижаются. Сама профессия священника утратила престиж, ее начали теснить многочисленные светские конкуренты, например психотерапевты, предлагающие свои светские услуги в деле «заботы о душе» (см.: Wilson B. Religion in secular society: a sociological comment. L., 1966. PP. 6-11, 77, 72-73. Цит. по: Узланер Д. В каком смысле современный мир может быть назван постсекулярным // Континент. 2008. № 136 (http://magazines.russ.ru/continent/2008/136/u20. html (дата обращения: 19. 05. 2013)).

61 Катастрофически сокращаются суммы, собираемые церковью по всему миру один раз в год на нужды папы («грош св. Петра»). Если в начале 60-х гг. они еще составляли 15 млн, то к 1978 г. упали до 3-4 млн долл. (L'Espresso. Roma, 22. X. 1978). Для сравнения: в 2006 г. было собрано 100 млн долл.; в дальнейшем эта сумма сократилась до 50-55 млн долл. (http://info. wiara.pl/doc/176707.0bol-sw-Piotra (29. 06. 2008)).

62 Ресурс: http://wiadomosci.wp.pl/kai,1356,title, Proroctwo-przyszlego-papieza-Kosciol-cze-ka-powazny-wstrzas,wid,15344715, wiadomosc.html (дата обращения: 19. 02. 2013).

63 См.: Доган М. Падение традиционных ценностей в Западной Европе: религия, государство - нация, власть // Мировая экономика и международные отношения. 1999. № 12. С. 23-30; Куда идет Россия?... Кризис институциональных систем: Век, десятилетие, год / Т. И. Заславская, ред. М., 1999; Piqciak W. Kryzys wiary czy kryzys systemu?: koscioly w Niemczech 1990-1999. Warszawa,1999).

64 Контрацепция, легализация абортов, джинсы, рок-н-ролл, наркотики, хиппи как символы сексуального раскрепощения.

65 В 60-е гг. появляется новое поколение социологов религии (П. Бергер, Т. Лукман, Б. Уилсон, С. Аквавива, Д. Мартин и многие другие), для которого проблема секуляризации

европейских66, так и восточноевропейских (социалистических) стран разработали в 60-х гг. теорию секуляризации67 как естественного результата процесса обусловленного НТР модернизацией. По определению, данному Б. Уилсоном, секуляризация — это «процесс, в ходе которого религиозное мышление, практика и религиозные институты утрачивают свою социальную значимость»68.

Социологи социалистических стран шли в своих выводах дальше и провозглашали полное отмирание религии в результате процесса социалистического строительства и сопровождающей его секуляризации69. В СССР и других социалистических странах этот процесс сопровождался массовым и принудительным закрытием церквей, религиозными преследованиями и дискриминацией верующих.

Секуляризация воспринималась учеными-обществоведами нашей цивилизации как неотъемлемая составляющая современности как таковой. В этом смысле показателен номер американского журнала «Time» за 8 апреля 1966 г., на обложке которого большими красными буквами был набран вопрос: «Бог умер?» («Is God Dead?»). В одноименной статье, ставшей одной из самых провокационных в истории журнала и посвященной значению религии в США, обращалось внимание на возникновение «теологии смерти Бога»70. В этом же году американский теолог Томас Альтитцер опубликовал «принятую с энтузиазмом» книгу «Евангелие христианского атеиста» (The Gospel of Christian Atheism)71. Опрос Института Гэллапа в 1968 г. показал, что 67% американцев считали, что религия теряет свое влияние на общество72.

Казалось, что историческая судьба религии и религиозных институтов в нашей цивилизации окончательно и бесповоротно предрешена73. Один из авторов теории секуляризации Питер Бергер в 1968 г. предсказывал, что к 2000 г.

выходит на первый план (см.: Узланер Д. Становление неоклассической модели секуляризации в западной социологии религии второй половины XX в. // Религиоведение. 2008. № 2. С. 135-148).

66 «Поборники секулярности надеялись, что модернизация либо упразднит религию, либо сделает ее достоянием очень незначительного меньшинства» (Калхун К. Постсекуляр-ность при демократии. О светскости (http://www.russ.ru/pole/Postsekulyarnost-pri-demokratii (дата обращения: 06. 01. 2015)).

67 За время своего многовекового существования термин «секуляризация» утвердился и в целом ряде специальных дисциплин — юриспруденции, богословии, каноническом (церковном) праве, философии, социологии — и в каждой приобрел тоже свое особое значение (Secularization // http://www.newadvent. org/cathen/13677a.htm (дата обращения: 14. 11. 2013)).

68 Wilson B. Religion in Secular Society: a Sociological Comment. L., 1966. P. XIV. Цит. по: Узланер. В каком смысле ...

69 См.: К обществу, свободному от религии. М., 1970.

70 В 1960-е гг. в американской теологии даже возникло движение «теотанатологов» (the Death of God movement), в которое входили христианские теологи Г. Ваханян, П. ван Бурен, У. Гамильтон и Т. Альтицер и раввин Р. Рубенстайн.

71 Micklethwait J, Wooldridge A. Powrót Boga. Jak globalne ozywienie wiary zmienia swiat. Poznan, 2011. S. 21.

72 Ibid.

73 Речь идет о 1960-х гг., когда и социологи, и радикальные теологи остро почувствовали, что в процессе секуляризации произошел переход количества в качество и действительно наступил «секулярный век» (см.: Там же).

в Европе практически не останется религиозных институтов, а лишь отдельные верующие74.

Но эти предвидения не оправдались. Ни религия, ни исторические церкви не исчезли. За «обратной волной» 30-60-х гг. XX в. шла еще более масштабная волна религиозного возрождения последней трети XX — начала XXI в. Начинался новый цикл.

Ключевые слова: волны, циклы, напряжение, возрождение, условия Спасения, тип благочестия, секты, секуляризация / десекуляризация, Реформация, антиклерикализм, Ясперс, Эйзенштадт, Шлезингер-мл., Бюне, С. Лебедев, Узла-нер, Филатов, Фурман, Каариайнен.

Waves and Cycles of Religious Tension in History

B. Filippov

The notions of «religious awakening» and «religious revival» refer to processes which took place in the history of European civilization. These notions are widely used in academic language and literature. During the last third of the twentieth and the beginning of the twenty-first century, a global phenomenon emerged which can be described as «de-secularization», «religious revival» or «spiritual awakening». This was characteristic of all religions. Sociologists, researchers of religions and political scientists have begun to discuss its nature and character. The author attempts to place it in the broader context of Western European and Russian history of the last five hundred years. He wishes to examine it with reference to the cyclic-wave theory of social development. He introduces the concept of «religious tension» defined as the idea that mankind and the individual cannot be in a state of constant religious tension. Following the wave of spiritual tension or religious revival a «return wave» of spiritual indifference or tranquility succeeds. The two periods taken together constitute a single cycle. As a criterion for assessing the presence or absence of tension, the author highlights popular piety and the religious atmosphere just before the Protestant Reformation. These models are later employed as part of a pattern underlining similar characteristics of religious life at other times. The first section of the article presents the theory behind the problem and the characteristics of the return wave lasting from 1930 to 1960. This was the wave that served as the basis for the theory of secularization. The second section of the article highlights the religious tension characteristic of the second half of the twentieth and the start of the twenty-first century.

Keywords: waves, cycles, tension, renewal, the conditions fro salvation, types of piety, sects, secularization/de-secularization, Reformation, anti-clericalism, Jaspers, Eisenstadt, Schlesinger, Bun6, S. Lebedev, Uzlaner, Filatov, Furman, Kaariainen.

74 Цит. по: Йоас Х. Будущее христианства // Социологические исследования. 2009. № 11. C. 79. Н. С. Хрущев пообещал это же несколько раньше.

Список литературы

1. Altermatt H. U. Katholizismus und Moderne. Zur Sozial- und Mentalitätsgeschichte der Schweizer Katholiken im 19. und 20. Jahrhundert. Zürich, 1989.

2. Aubert R. Ozywienie w duszpasterstwie // Aubert R. i in. Historia Koácioia. T. 5. Od 1948 do czasów wspóiczesnych. Warszawa,1985. S. 98—108.

3. Aubert R. Poczatki katolicyzmu spoiecznego // Idem. Historia Koácioia. Warszawa, 1985. T. 5. S. 109—124.

4. Bruls J. Od misji do miodych Koáciotów // Aubert R. Historia Koácioia. Warszawa, 1985. T. 5. S. 199-325;

5. Fonnesberg-Schmidt I. Papieze i krucjaty baltyckie 1147—1254. Warszawa, 2009.

6. KnowlesM. D. Klimat religijny XV wieku // Historia Koácioia... Warszawa,1988. Т. 2. S. 357— 358.

7. Micklethwait J., Wooldridge A. God Is Back. How the Global Revival of Faith Is Changing the World. L., 2009.

8. Piqciak W. Kryzys wiary czy kryzys systemu?: koácioiy w Niemczech 1990—1999. Warszawa,1999.

9. Secularization // http://www.newadvent. org/cathen/13677a.htm (дата обращения: 14. 11. 2013).

10. Sekty albo nowe ruchy religijne. Wyzwanie duszpasterskie. WstQp.1.5. // L'Osservatore Romano. Citta del Vatikano, 1986. № 5. S. 3—6.

11. Stark R., Bainbridge W. The Future of Religion. Berkley, 1985.

12. Tuchle H. Poboznoáé ludzi áwieckich // Historia Koácioia. Warszawa, 1986. Т. 3. S. 29—30.

13. Wilson B. Religion in Secular Society: a Sociological Comment. L., 1966.

14. Алексеев А. И. К изучению ереси стригольников // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2004. № 4 (18). С. 22—34;

15. Алексеев А. И. Религиозные движения на Руси последней трети XIV — начала XVI в.: стригольники и жидовствующие. М., 2012.

16. Барсов Н. И. Ересь, еретики // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: В 86 томах (Е—Ж.). СПб., 1894. Т. XIA (22). С. 672.

17. Бюне В. Игра с огнем. М., 1991 (http://www.reformed.org.ua/2/373/3/Bühne (дата обращения: 03. 12. 2013)).

18. Великое возрождение (http://svobd.ru/2010-11-15-00-07-27/70--/1148-y.html) (дата обращения: 03. 11. 2013)).

19. Верещагин И. Ф. Церковно-епархиальная периодическая печать в общественной жизни российской провинции во второй половине XIX — начале XX века. Дис. ... канд. ист. наук. Архангельск, 2013.

20. Воронцова Е. Теологическая рецепция социологии религии Никласа Лумана // Материалы семинара 2010-7 Серия: Проблемы организации церковных общин. Международная практика. Декабрь 2010. М., 2010. С. 94—101.

21. Воронцова И. В. Религиозно-философская мысль начала ХХ века. М., 2008.

22. Воронцова Л. М., Филатов С. Б., Фурман Д. Е. Религия в современном массовом сознании // Социологические исследования. 1995. № 11. С. 81—91.

23. Галкина Е. В. Становление протестантизма в английских колониях Северной Америки (1630—1760-е гг.). Дис. ... канд. ист. наук. Ставрополь, 2002.

24. Далецкая В. Ю. Политика государства и церкви в отношении сектантов в России XVIII—XIX веков. М., 2004.

25. Доган, М. Падение традиционных ценностей в Западной Европе: религия, государство-нация, власть // Мировая экономика и международные отношения. 1999. № 12. С. 23—30.

26. Дэвис Н. История Европы. М., 2005. С. 561.

27. Жук С. И. Первое религиозное «Великое Пробуждение» в Британской Америке // Вопросы истории. 1997. № 6. С. 133-142.

28. Зернов Н. М. Русское религиозное возрождение ХХ в. Париж, 1991.

29. Йоас Х. Будущее христианства // Социологические исследования. 2009. № 11. C. 79.

30. Исаев Б. А. Социология. Краткий курс. М., 2010.

31. Исаев С. А. «Великое пробуждение» // Православная энциклопедия. Т. 7. С. 510-511.

32. История крестовых походов. М., 1998.

33. К обществу, свободному от религии. М., 1970.

34. Калхун К. Постсекулярность при демократии. О светскости (http://www.russ.ru/pole/ Postsekulyarnost-pri-demokratii (дата обращения: 06. 01. 2015)).

35. Каннингем Дж. В. С надеждой на собор. Русское религиозное пробуждение начала века. Лондон, 1990.

36. Карпов В. Концептуальные основы теории десекуляризации // Государство, религия, церковь в России и за рубежом. 2012. № 2 (30). С.114-164.

37. Кирвель Ч. С. «Ахилесова пята» теории прогресса // Весник Гродзенскаго дзяржаунаго унивесггэта iмя Яню Купалы. Серыя 1. 2002. № 2 (10). С. 34.

38. Кондаков Ю. Е. Либеральное и консервативное направления в религиозных движениях в России первой четверти XIX века. СПб., 2005.

39. Куда идет Россия?... Кризис институциональных систем: Век, десятилетие, год / Т. И. Заславская, ред. М., 1999.

40. Лебедев С. Д. «Религиозное возрождение» как социальная реальность: опыт теоретического анализа (http://socionavtika.narod.ru/Staty/diegesis/lebedew3.htm (дата обращения: 22. 03. 2013)).

41. Лесков Н. С. Великосветский раскол: Лорд Редсток и его последователи (очерк современного религиозного движения в петербургском обществе). СПб., 1999.

42. Лурье Я. С., Казакова Н. А. Антифеодальные еретические движения на Руси XIV — начала XVI в. М.; Л., 1955.

43. Макграт Ал. Богословская мысль Реформации. Одесса, 1994.

44. Мария (Скобцова). Типы религиозной жизни // Вестник РХД. 1997 № 176 (http:// messia.ru/bibliotk /s/skobcovam/tipy.htm (дата обращения: 31. 03. 2014)).

45. Мосолов А. А. При дворе последнего императора. СПб., 1992.

46. Нетужилов К. Е. Формирование системы церковной периодической печати в России XIX — начала XX века. Дис. ... д-р филол. наук. СПб., 2010.

47. Осипов Г. В., Москвичев Л. Н., Кабыща А. В. и др. Социология. Основы общей теории. М., 2008.

48. Островская Л. В. Особенности понимания христианства крестьянами Сибири // Общественный быт и культура русского населения Сибири (XVIII — нач. XX в.). Новосибирск, 1983. С. 135-150.

49. Панченко А. М. Петр и веротерпимость // Он же. О русской истории и культуре. М., 2000. С. 386.

50. Парсамов В. С. Жозеф де Местр и Александр Стурдза: Из истории религиозных идей Александровской эпохи. Пособие по спецкурсу. Саратов, 2004.

51. Печников М. В. К вопросу о религиозной практике стригольников // Ad fontem. М., 2005. С. 224-236.

52. Романова Е. В. Массовые самосожжения старообрядцев в России в XVII—XIX веках. СПб., 2012.

53. Рыбаков Б. А. Стригольники (Русские гуманисты XIV столетия). М., 1993.

54. Свт. Феофан Затворник. Письма о христианской жизни. Поучения. М., 1997.

55. Сидорова Н. И. Мистицизм в русской религиозной культуре первой четверти XIX века. Дис. ... канд. ист. наук. Саратов, 2010.

56. Синелина Ю. Ю. Циклический характер процесса секуляризации в России (социологический анализ: конец XVII — начало XXI века). Автореф. дис. ... д-р соц. наук. М., 2009.

57. Спиц Л. История Реформации. М., 2003. Т. 2 (http://www.reformed.org.Ua/2/338/1/Spitz (дата обращения: 04. 06. 2013)).

58. Тревельян Дж. М. Англия времен Дефо. Религиозное возрождение // Он же. Социальная история Англии. М., 1959. С. 318-367.

59. Тревельян Дж.М. История Англии от Чосера до королевы Виктории. М., 2001.

60. Узланер Д. В каком смысле современный мир может быть назван постсекулярным // Континент. 2008. № 136 (http://magazines.russ.ru/continent/2008/136/u20.html (дата обращения: 19. 05. 2013)).

61. Узланер Д. Становление неоклассической модели секуляризации в западной социологии религии второй половины XX в. // Религиоведение. 2008. № 2. С. 135-148.

62. Фирсов С. Л. Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х — 1918 гг.). М., 2002.

63. Фурман Д. Е., Каариайнен К. Религиозность в России в 90-е годы ХХ — нач. XXI века. М., 2006.

64. Хантингтон С. Третья волна. Демократизация в конце XX века. М., 2003).

65. Хегглунд Б. Движение духовного пробуждения в XIX веке // История теологии. СПб., 2001. С. 329-334.

66. Шахнович М. М. Антиклерикализм: Круглый стол (http://polit.ru/article/2012/06/17/ anticlericalism_seminar/ (дата обращения: 17. 03. 2014)).

67. Шлезингер-мл. А. Циклы американской истории. М., 1992. С. 46-48.

68. Эйзенштадт Ш. Основы и структуры цивилизационного устроения общества. О цивилизациях «осевого времени». «Осевое время» и становление трансцендентной духовности // Сравнительное изучение цивилизаций: Хрестоматия: Учеб. пособие для студентов вузов / Б. С. Ерасов, сост., ред., вступ. ст. М., 1999. С. 94-101.

69. Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991.