Модальность возможности и невозможности инфинитивных конструкций

УДК 547.241+547.512 ББК 571.86

Хузина Екатерина Александровна

преподаватель кафедра иностранных языков филиал Казанского (Приволжского) федерального университета

г.Набережные Челны Khuzina Ekaterina Alexandrovna Lecturer Chair of Foreign Languages Branch of the Kazan (Privolzhsky) Federal University Naberezhnye Chelny

Модальность возможности и невозможности инфинитивных конструкций

Possibility and Impossibility Modality of the Infinitive Constructions

В данной статье рассматривается семантика модальности возможности и невозможности инфинитивных конструкций на материале пословиц и поговорок русского народа. Сочетания модальных компонентов и инфинитива могут выражать ирреальное и потенциальное действия в зависимости от форм наклонения и времени глагола, функционального типа предложения и лексического значения модального компонента.

The given article considers semantics of possibility and impossibility modality of the infinitive constructions on the material of proverbs and sayings of Russian people. Combinations of modal components and an infinitive can express unreal and potential actions depending on the mood forms and verb tenses, functional type of the sentence and lexical meaning of a modal component.

Ключевые слова: модальность возможности, модальность

невозможности, инфинитивные конструкции, пословицы, поговорки.

Key words: possibility modality, impossibility modality, infinitive

constructions, proverbs, sayings.

Модальность является одной из наиболее интересных для исследователей категорий в лингвистике. Основные положения, определяющие сущность категории модальности в современном русском языке, изложены в труде В.В. Виноградова «О категории модальности и модальных словах», где он так характеризует это понятие: «Каждое предложение включает в себя как существенный конструктивный признак модальное значение, то есть содержит в себе указание на отношение к действительности» [Виноградов 1950: 2]. Модальность включается в предикативность и является одним из основных признаков любого предложения, то есть является собственно синтаксической

категорией. Следуя концепции В.В. Виноградова, под модальностью нами понимается отношение содержания высказывания к действительности (сообщаемого к его реальному осуществлению) с точки зрения говорящего. Выделяется объективно-модальное значение реальности/ирреальности, субъективно-модальное значение достоверности/вероятности, предикатная модальность возможности, невозможности и т.д.

Наше обращение к народным изречениям как специфическому материалу исследования неслучайно. Пословицы - широко распространенный жанр устного народного поэтического творчества, где удивительно сжато, в то же время емко и убедительно фиксируется и передается из поколения в поколение веками накопленный опыт народа, его история, мировоззрение, духовные ценности, глубинные свойства и особенности русского характера, самобытность русской души, высокая культура мышления русского народа. Таким образом, мы считаем обращение к этому материалу оправданным.

Материалом исследования послужили 150 устойчивых единиц (пословиц и поговорок), извлеченных из словаря «Пословицы русского народа» В.И. Даля.

Как и любое модальное значение в русском языке, значение возможности - невозможности в пословицах и поговорках может выражаться лексически -при помощи специальной лексики, морфологически - особыми модальными словами, синтаксически - особыми конструкциями.

В рамках данной статьи мы остановимся на конструкциях с инфинитивом в роли предикативного центра. Под инфинитивными конструкциями в данной работе понимаются односоставные безличные и инфинитивные предложения с инфинитивом в роли сказуемого. Нельзя не заметить, что выражение модального отношения к действию - инфинитиву составляет основное содержание разнообразных конструкций, формирующихся с участием инфинитива.

Исследованию категории модальности возможности, невозможности посвящены многие работы в языкознании: (В.В. Виноградов, А.В. Бондарко, Г. А. Золотова, О. Л. Каменская, И.Б. Хлебникова, Ю.С. Степанов, В.В. Гуревич, Е.И. Беляева, В. В. Панфилов, Н.М. Маковка и мн. др.).

Под возможностью осуществления действия в лингвистике понимается его потенциальность: действие, возможно, осуществится при каких-либо условиях, и, соответственно, станет действительностью, а возможно и не осуществится, и, таким образом, останется лишь нереализованной возможностью, или потенциальностью. Собственно возможность определяется способностью или неспособностью субъекта к данному действию, либо условиями, в которых протекает действие. Под невозможностью понимается модальное значение неосуществимости, невыполнимости действия; отсутствие условий, благоприятных для осуществления того или иного действия [Маковка 1972: 4].

Как известно, по употребительности среди конструкций с модальным значения возможности и невозможности можно выделить соединения с глаголами мочь, сметь, уметь. Этот факт был отмечен еще В.В. Виноградовым. Модальное значение возможности действия реализуется в составе предложений с помощью следующих слов: мочь/смочь, уметь/суметь, успеть/успевать, ухитриться/ухитряться, удаться/ удаваться, догадаться, управиться, рисковать, умудриться, иметь возможность, в состоянии, в силах [Виноградов 1950: 2]: Умел пожить, умей и умереть. Умел потерять, умей и найти. Употребление инфинитива в конструкции уметь, суметь, мочь, смочь + инфинитив в форме совершенного вида обозначает потенциальное действие, так как значение потенциальности присуще инфинитиву самому по себе. В представленном примере форма повелительного наклонения вспомогательного глагола «уметь» придает всему предложению оттенок значения долженствования, рекомендации, настойчивого совета, предписанности совершения действия, хотя значение возможности выполнения действия здесь сохраняется: «умей умереть, умей найти» имеется в виду, что человек должен изыскать возможность совершить эти действия. Говорящий сам не выполняет действие, а требует его выполнения. Действие ирреальное, требуемое с оттенком предписанности совершения действия.

В следующем примере форма несовершенного вида глагола указывает на то, что действие, выраженное данной конструкцией, представляется в его

течении, в процессе совершения, а тем самым - в длительности или повторяемости: Кто умеет домом жить, тот не ходит ворожить. Имеется в виду следующее: «человек, который живет в семье мирно, ладно (как правило, понятие «семья» предполагает длительное существование людей вместе) и соблюдает семейные традиции, тот к гадалкам не ходит». Сочетание с инфинитивом глагола «уметь» несет значение «обладать способностью, силами что-нибудь сделать, быть в состоянии», благодаря ситуативно обусловленной возможности: «ходить ворожить», мог бы ходить, но не ходит, так как «умеет жить домом». Действие представлено как потенциальное с оттенком допускаемой возможности, одобрения действия: «кто умеет жить».

Модальное значение невозможности связано с наличием в высказывание частиц не - и ни -, местоимений и наречий с префиксами не- и ни-, слов нет, нельзя и некоторых других предикативов с префиксом не - . Т.В. Маркелова выделяет следующие средства выражения отрицания: частицы не и ни, отрицательное слово нет глагольного образования, отрицательные местоимения никого, ничего и т.д., наречиями нигде, некогда и т.д. [Маркелова 1981: 5] : На что с тем мириться, кто не умеет браниться. Худу быть, кто не умеет домом жить. В данных примерах форма несовершенного вида инфинитива обозначает ситуативно обусловленную невозможность совершения действия: Так, первый пример сообщает нам, что: «мы не сможем помириться с человеком, который не умеет ругаться, так как нет повода для примирения, мы и так не были в ссоре». В последнем примере значение невозможности дополняется оттенком неодобрения, предостережения совершения действия: «Если человек не умеет жить дома, в семье, по семейным правилам, установленным нормам, обычаям, то тогда неминуемо быть какой-либо беде».

Нередки также случаи выражения модальности возможности и невозможности в рамках одной пословицы: Говорить бы сумел, да не смел. Говорить умею, да не смею. Из представленных примеров мы понимаем, что «у человека была (есть) возможность сказать, выразить свое мнение, но не было возможности совершить это действие в силу каких-либо субъективных или объективных обстоятельств».

Таким образом, пословицы и поговорки, содержащие сочетания глаголов «уметь, мочь, сметь» и инфинитива, реагируют на все явления действительности, отражают жизнь и мировоззрение народа, передают бытовые, социальные, философские, морально-этические, эстетические народные взгляды, несут модальную семантику возможности и невозможности совершения действия с различными оттенками значения: одобрения,

неодобрения, рекомендации, совета совершения либо несовершения действия, актуализируют значение предположения, нередко имеют назидательный характер: Умел пожить, умей и умереть. Дело делать и за себя не сможет, а кричит один за всех.

Далее разберем функционирование безлично-предикативного наречия можно в инфинитивных конструкциях. Можно в безличной конструкции в сочетании с инфинитивом имеет значение «возможности делать (сделать) что-либо, делать то, что разрешается»: Добыть грех можно, а избыть тошно. В представленном примере высказывается мнение, что «согрешить, сделать что-то плохое не составляет особого труда, а избавиться от греха будет сложно». Употребление предикатива в постпозиции к инфинитиву подчеркивает, усиливает модальное значение возможности, а наречие «тошно», употребленное в постпозиции к инфинитиву «избыть», придает всему высказыванию с оттенок оценочности: «тошно, плохо искупать грех».

В следующем примере говорится о физической возможности совершить действие: Мост не великий пост, можно и объехать. Говорящим оценивается возможность осуществления действия, названного инфинитивом: «мост, это просто мост, препятствие на пути, которое можно преодолеть, в сравнение с постом, который, нарушать ни в коем случае нельзя».

Далее рассмотрим пример, где мы наблюдаем инверсию с препозицией инфинитива и постпозицией безлично-предикативного наречия можно, что характеризует высказывания разговорного жанра, в нашем случае пословиц и поговорок: Батожье - дерево божье: терпеть можно. Батожье - в трактовке В. И. Даля: «Батожок, у живописцев, тонкая палочка, для поддержки пишущей руки, муштабель. Батожный удар. Батожить кого, наказывать, бить

батожьем, батогами») [Даль 2008: 3] В представленном примере сообщается, что: «можно вынести наказание батогами, так как они являются божьим твореньем». Действие рассматривается как потенциальное

Модификатор можно в народных изречениях чаще всего выступает в безличных предложениях, где наблюдается вербальная невыраженность субъекта предметной ситуации и действие изображено как независимое от деятеля: Лихо беде напасть, скоро можно пропасть. В данном примере смысловой акцент в конструкции без «дательного субъекта» делается не на деятеля, а на самом действии, на возможности его осуществления независимо от того, кто имеет такую возможность. Здесь деятель как будто отстранен «помещен за кадром» [Аскоченская 1998: 1], поэтому значение возможности в безличном предложении дается в обобщенном виде: Можно поправить, да будет хуже. Эту беду можно с хлебом съесть (Действие может относиться к кому угодно).

Объективированный характер невозможности в пословицах и поговорках передается антонимичными безлично-предикативному наречию можно модальным наречием нельзя, здесь отрицанию подвергается сама возможность реализации ситуации. А.М. Пешковский считает данное слово замечательно тем, что, «не будучи наречием, то есть не обозначая признака, употребляется тем не менее только при глаголах» [Пешковский 2001: 8]: Что о том тужить, чего нельзя воротить. В данном примере безличный предикатив нельзя употреблен с инфинитивом совершенного вида, где данная форма актуализирует значение невозможности, добавляя при этом оттенок рекомендации, желательности, совета не совершать действие: «тужить не нужно, не актуально выполнять это действие, уже ничего нельзя исправить, время прошло, обстоятельства изменились, потому нет необходимости переживать». Необходимо отметить, что в ряде случаев в народных изречениях инфинитив совершенного вида с модификатором нельзя сигнализирует о реализации значения невозможности ещё и в силу обстоятельств, действие представлено как потенциальное. Таким образом, предложения с инфинитивом глагола совершенного вида и безличным предикативом нельзя означают

невозможность осуществления чего-либо и соотносятся с собственно отрицательными инфинитивными предложениями: Соврать можно, а

переврать нельзя. Данный пример также, как и предыдущий сообщает о невозможности выполнения действия в силу определенных условий: «если уже один раз сказал неправду, то нужно придерживаться этой линии, так как сказать неправду еще раз, придумать что-то новое или убедить кого-то в своей правоте уже нет возможности, либо каких-то других предпочтительных условий, обстоятельств и так далее». Действие представлено как потенциальное с оттенком предостережения совершения действия.

В следующем примере инфинитив совершенного вида представляет ситуацию невозможности как единичную: Все можно, нельзя только на небо взлезть: «из ситуации очевидно, что человек может сделать очень многое, но действительно, никому не под силу взобраться на небо». Здесь действие представлено как потенциальное, неосуществимое, невозможное ни при каких обстоятельствах.

Когда речь идет о предложениях с инфинитивом глагола несовершенного вида и безличным предикативом нельзя в том же значении (невозможности осуществления действия), данные высказывания являются соотносительными с предложениями с нет возможности: Песня вся, больше петь нельзя. «Песня закончилась и петь дальше, продолжать, у нас нет возможности (нельзя петь, и вряд ли будет такая возможность)». В представленном примере действие потенциальное, подразумевается невозможность действия с оттенком значения «отсутствия надежды на успех».

Интересным нам представляется взгляд И.Г. Осетрова на описанные выше безлично-предикативные наречия. Ученый относит сочетания нельзя с инфинитивом несовершенного вида к высказываниям, выражающим модальное значение долженствования [Осетров 1984: 7]: В убыток торговать

(продавать) нельзя. Нельзя земле без царя стоять. Действительно, в приведенных примерах, наряду с модальностью невозможности можно рассмотреть и модальность долженствования. Такие предложения могут также означать запрещение, и тогда они соотносятся с предложениями с

факультативным отрицанием с не разрешается или с предложениями без отрицания с запрещается. Действие в примерах представлено как потенциальное. На наш взгляд, в таких конструкциях выражено значение невозможности действия с оттенком значения предписанности действия. Можно отметить осложнение данного модального типа оттенком значения «отсутствия надежды на успех»: Сказать не велят, утаить нельзя.

Важно отметить, что в пословицах и поговорках большим числом реализаций представлены экспрессивные варианты предложений с предикатом инфинитив + нельзя, в которых на первое место выносится инфинитив, а зависящая от него словоформа остается на последнем месте, это «предложения с рамочной акцентной структурой» [Русская грамматика 1980: 6]. Такая инверсия с препозицией инфинитива и постпозицией предикатива нельзя являет собой отклонение от нормы, что в большей степени характерно для высказываний разговорного стиля. Данное несоответствие языковых явлений стандарту, лежащее в основе экспрессивности, нетипичность и поэтому необычность, выразительность речи, присущи стилю пословиц и поговорок: Мать сыра земля, говорить нельзя. И крута гора, да миновать нельзя. Действие представлено как потенциальное.

Любопытен тот факт, что в высказываниях, передающих двойное отрицание возможности, отрицается как модальное отношение возможности, так и осуществление обозначаемого действия. В связи с этим высказывания с «двойным отрицанием» передают значение невозможности неосуществления действия, выраженного инфинитивом, в результате чего возникает значение категорической необходимости, неизбежности: Около печи нельзя не нагреться. Сочетание данного предикатива с отрицательной частицей при инфинитиве имеет значение «необходимо, должно, приходится», является книжным, выражает модальное значение долженствования. A.M. Пешковский отмечает здесь ослабление отрицания: «...повторение отрицания ... создает

положительный смысл» [Пешковский 2001: 8]. Действие представлено как потенциальное с оттенком долженствования: «нельзя не нагреться, имеется ввиду можно нагреться».

Таким образом, можно сделать вывод, что семантическая специфика предикатива нельзя заключается в реализации значения объективной возможности «не иметь возможности, а также условий для выполнения действия», модификатор характеризуется отстраненностью действия, независимостью процесса, состояния от активного деятеля: Попятлива да окарачлива коня впрягать нельзя (о неустойке).

В заключение еще раз отметим, что инфинитивные конструкции широко представлены в пословицах и поговорках русского народа. Как материал исследования, выбранные пословицы, оказались содержательными, богатыми по разнообразию глагольных лексем. Эстетичная ценность данных паремиологических единиц проявляется многосторонне, так как это явления высокого мастерства, с воплощением эстетических принципов, которые высоко ценятся в искусстве.

Подводя итог вышеизложенного, следует отметить, что семантика модальности возможности и невозможности инфинитивных конструкций в пословицах и поговорках может создавать различные частные модальные значения и оттенки: допускаемая возможность, возможность действия с оттенком оценочности, потенциальная невозможность, невозможность действия с оттенком значения «отсутствия надежды на успех», одобрение, неодобрение, предписанность, рекомендация, совет, предостережение и т. д. Сочетания модальных компонентов и инфинитива могут выражать ирреальное и потенциальное действия в зависимости от форм наклонения и времени глагола, функционального типа предложения, лексического значения модального компонента.

Библиографический список

1. Аскоченская, В.Ф. Семантико-синтаксические функции и синонимика модальных и фазовых конструкций с зависимым инфинитивом: На материале пол., рус. и укр. яз.: дис. ... д - ра филол. наук. [Текст] / В. Ф. Аскоченская. - Воронеж.: 1998. - 295 с.

2. Виноградов, В.В. О категории модальности и модальных словах в русском языке [Текст] / В.В. Виноградов. // Труды института русского языка. - Том 2. Изд - во АН СССР.М.: - Л.:1950. - с.38 - 79.

3. Даль, В. И. Пословицы русского народа [Текст] / В. И. Даль. - М.: Русская книга., 1993. - 614 с.

4. Маковка, Н.М. Категории возможность и действительность [Текст] / Н.М. Маковка. // Краснодар.: 1972. - 320с.

5. Маркелова, Т.В. К вопросу о средствах выражения отрицания в простом предложении [Текст] / Т.В. Маркелова. // Слово и словосочетание в структуре предложения.

- М.: МОПИ, 1981. - с. 46 - 54.

6. Русская грамматика, РГ, Т. 1 / Н. Ю. Шведова (гл. ред.). - М.: Наука, 1980. - 743с.

7. Осетров, И.Г. О модальности инфинитивных предложений [Текст] / И.Г. Осетров. // Соотношение структурно-семантических типов предложений в русском языке. - М.: МОПИ, 1985 - с. 35 - 40.

8. Пешковский, A.M. Русский синтаксис в научном освещении [Текст] /

А.М. Пешковский. 8-е изд. - М.: Языки славянской культуры, 2001. - 544 с.

Bibliography

1. Askochenskaya, V.F. Semantic-and-Syntactic Functions and Synonymy of Modal and Phase Constructions with Dependent Infinitive: Based on Polish, Russian and Ukrainian: Diss. ... Doctor of Philol. [Text] / V. F. Askochenskaya. - Voronezh, 1998. - 295 p.

2. Dal, V.I. Proverbs of Russian People [Text] / V. I.Dal. - М.: Russian Book, 1993. - 614 p.

3. Makovka, N.M. Category of Possibility and Reality [Text] / NM. Makovka. -Krasnodar, 1972. - 320 p.

4. Markelova, T.V. Revisited Means of Expressing Negation in Simple Sentences [Text] / ТУ. Markelova // Word and Word Combination in Sentence Structure. - М.: МОPI, 1981. - P. 46

- 54.

5. Osetrov, I.G. On Modality of the Infinitive Sentences [Text] / I.G. Osetrov // Correlation Structural-and-Semantic Types of Sentences in Russian. - М.: МОPI, 1985 - P. 35 - 40.

6. Peshkovsky, A.M. Russian Syntax in Scientific Light [Text] / А.М. Peshkovsky. 8th Edit. - М.: Languages of the Slavic Culture, 2001. - 544 p.

7. The Russian Grammar: V.1 [Text] / N. Yu. Shvedova (Chief Editor). - М.:Science, 1980. - 743 p.

8. Vinogradov, V.V. On Modality Category and Modal Words in Russian [Text] / V.V. Vinogradov // Works of the Russian Language Institute. - V 2. - М. - Л.: Publishing House of AS USSR, 1950. - P.38 - 79.