Критерии исправления осужденных, учитываемые при условно-досрочном освобождении

С. А. ПИЧУГИН S. A. PICHUGIN

старший преподаватель кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета ВЮИ ФСИН России, кандидат юридических наук, подполковник внутренней службы

И. А. ТАРАКАНОВ I. A. TARAKANOV

доцент кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета ВЮИ ФСИН России, кандидат юридических наук, подполковник внутренней службы

Критерии исправления осужденных, учитываемые при условно-досрочном освобождении

Convicted correction criteria, taken into account on parole

Аннотация. Статья посвящена особенностям установления и оценки степени исправления осужденного, позволяющей суду сделать вывод о целесообразности применения к такому лицу условно-досрочного освобождения от отбывания наказания. Предлагается ряд критериев для более объективной оценки претендента на условно-досрочное освобождение, индивидуального и, главное, правильного решения вопроса о необходимости дальнейшего отбывания наказания.

Ключевые слова: условно-досрочное освобождение, осужденный, критерии, исправление, наказание.

Annotation. The article focuses on peculiarities of the establishment and assessment of the convicted correction degree that allows the court to make a conclusion about expediency of application to such persons parole. A number of criteria for a more objective assessment of the applicant on parole, individual and, most importantly, correct solution to the question about further service of sentence.

Keywords: parole, convicted, criteria, correction, punishment.

Действующее уголовное законодательство предусматривает различные виды освобождения от отбыва-казания осужденных, исправление которых может быть достигнуто до истечения срока наказания, установленного приговором суда. Важное место в борьбе с преступностью и исправлении осужденных

занимает условно-досрочное освобождение от отбывания наказания, применяемое к осужденным, исправление которых возможно без дальнейшего отбывания назначенного наказания. Указанная мера сочетает в себе методы убеждения и принуждения, отражает гуманизм и социально-политическую целесообразность.

НАУЧНЫЙ РАЗДЕЛ

В связи с этим актуальным является определение тех осужденных, которые осознали недопустимость и общественную опасность преступного поведения и не нуждаются в полном отбытии наказания, назначенного судом. Кроме того, требует совершенствования правовая регламентация условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, а также организация последующей социальной адаптации освобожденных лиц. В Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года этим вопросам уделяется особое внимание в рамках перехода от карательной системы исполнения наказаний к ресоциализации осужденных как основному направлению повышения эффективности деятельности ФСИН России [1].

Вместе с тем пробелы в законодательном регулировании существенно снижают эффективность применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания. Спецификой судебной практики в настоящее время является отсутствие единого подхода к решению вопроса о признании осужденного не нуждающимся в дальнейшем отбывании наказания, назначенного судом. Как следствие этого вплоть до 2016 года наблюдалось уменьшение числа лиц, освобожденных условно-досрочно, что не только снижало темпы сокращения численности контингента исправительных учреждений, но и имело ряд негативных социально-психологических последствий, таких как утрата осужденными веры в возможность досрочного освобождения от наказания, ухудшение морально-психологического климата в исправительных учреждениях (ИУ).

При этом данные за 2016 год о количестве лиц, освобожденных от отбывания наказания условно-досрочно, дают основание для осторожного прогноза о постепенном преодолении сложившихся негативных тенденций в ближайшие годы. Так, в 2016 году судами Российской Федерации были удовлетворены 55 217 ходатайств осужденных об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания из 122 552 рассмотренных, то есть 45,1 %. Для

сравнения: в 2015 году условно-досрочно освобожден 46 331 осужденный из 117 197, ходатайства которых были рассмотрены, или 39,5 % [2, 3].

Отметим, что увеличение числа лиц, освобожденных условно-досрочно в 2016 году, в определенной степени связано с принятием Пленумом Верховного Суда Российской Федерации постановления от 17.11.2015 № 51 «О внесении изменений в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2009 года № 8 „О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания" и от 20 декабря 2011 года № 21 „О практике применения судами законодательства об исполнении приговора"», которое заметно смягчило трактовку условий применения условно-досрочного освобождения в пользу претендентов на применение указанной меры.

В качестве общих критериев исправления претендента на условно-досрочное освобождение уголовный закон (ч. 41 ст. 79 Уголовного кодекса Российской Федерации) называет:

- поведение осужденного;

- отношение осужденного к учебе и труду в течение всего периода отбывания наказания, в том числе имеющиеся поощрения и взыскания;

- отношение осужденного к совершенному деянию;

- степень возмещения осужденным (частично или полностью) ущерба или иное заглаживание вреда, причиненного в результате преступления.

Кроме того, суд обязан рассмотреть заключение администрации исправительного учреждения о целесообразности применения условно-досрочного освобождения к осужденному.

Однако указанные критерии не всегда позволяют суду в конкретном деле оценить степень исправления каждого осужденного, реальную степень компенсации материального ущерба потерпевшему и другие обстоятельства, важные для применения условно-досрочного освобождения.

vedomosti.fsin@list.ru www.or.fsin.su

38

Степень исправления на практике обычно устанавливается на основании отсутствия у кандидата на условно-досрочное освобождение каких-либо взысканий, его участия в жизни исправительного учреждения, отношения к учебе или работе.

Влияние указанных условий на принятие решения о применении условно-досрочного освобождения, как было отмечено ранее, может различаться в зависимости от конкретных обстоятельств и степени их оценки судами. Проблемой является и отсутствие в законе четких формулировок, определяющих содержание критериев исправления осужденных. Таким образом, правильное установление степени исправления кандидата для применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, в том числе определение, закрепление и реализация на практике точных, взвешенных, достаточно четко определенных критериев исправления осужденного, будет способствовать совершенствованию рассматриваемого уголовно-правового института, повышению его эффективности. Следовательно, существует необходимость в разработке таких критериев.

Необходимо учитывать существенное изменение позиции высшей судебной инстанции об условиях применения условно-досрочного освобождения, в том числе и о содержании критериев исправления претендента на условно-досрочное освобождение, отраженное в положениях постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 51.

Прежде всего следует учесть, что оценка поведения осужденного должна осуществляться за весь период отбывания наказания, а не только за время, непосредственно предшествующее рассмотрению ходатайства. При этом наличие взысканий не может само по себе служить препятствием для условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, так как должны быть установлены конкретные обстоятельства, тяжесть и характер допущенного нарушения (например, вряд ли могут служить препятствием к условно-досрочному освобождению такие нарушения, как ношение одежды неуста-

новленного образца, нахождение без разрешения администрации на спальных местах в не отведенное для сна время). Таким образом, суды должны принимать во внимание всю совокупность имеющихся сведений о поведении осужденного.

Мы солидарны с профессором В. И. Селиверстовым, который полагает, что приоритетным критерием для применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания должна быть «степень сохранения и (или) восстановления социально полезных связей осужденного» [4].

В. И. Селиверстов приводит следующие признаки существования у осужденного социально-полезных связей :

«1) наличие у лица, претендующего на УДО, постоянного места жительства или пребывания (на арендованной или собственной жилой площади, в реабилитационном центре, при монастыре и т. д.);

2) наличие гарантированной перспективы трудоустройства, подтвержденной документами организаций и (или) органов местного самоуправления;

3) поддержание или восстановление связи с семьей и близкими родственниками (заключение брака, переписка, телефонные разговоры, свидания и видеосвидания);

4) материальная поддержка осужденного семьей и близкими родственниками, а равно и материальная поддержка осужденным семьи и близких родственников (получение и отправление денежных переводов, бандеролей, посылок и передач);

5) получение профессии (повышение квалификации), общего образования;

6) повышение своего культурного уровня, кругозора, раскрытие творческих способностей, которые могут после освобождения стать стимулом к правопослушному поведению;

7) стремление к излечению от социально негативных и опасных заболеваний (алкоголизма, наркомании, токсикомании, заболеваний, передающихся половым путем, туберкулеза и психических расстройств) и т. п.».

Считаем, что с учетом положений ч. 41 ст. 79 Уголовного кодекса Российской

НАУЧНЫЙ РАЗДЕЛ

Федерации приведенные В. И. Селиверстовым признаки сохранения и (или) восстановления социально полезных связей у осужденного могут быть указаны в заключении администрации исправительного учреждения о целесообразности его условно-досрочного освобождения.

Также мы разделяем мнение В. И. Селиверстова о том, что «при решении вопроса об УДО необходимо учитывать мнение комиссии ИУ по оценке поведения осужденных и определению условий отбывания наказания; комиссия включает в свой состав представителей администрации ИУ, общественности... Выводы комиссии могут не совпадать с мнением администрации ИУ, изложенным в заключении, направляемом в суд. Тем более является ценным учет данных выводов при решении вопроса об УДО» [4].

Отметим также, что лица, освобожденные от отбывания наказания условно-досрочно, нередко могут представлять значительный криминогенный потенциал, активизацию которого следует предупреждать.

По данным исследования, проведенного В. В. Городнянской, постпенитенциарный рецидив среди освобожденных из исправительной колонии общего режима условно-досрочно и в связи с заменой наказания более мягким составил 68 % (по отбытии срока - 47 %), при освобождении из исправительной колонии строгого режима - 39 и 21 % [5]. Приведенные показатели относятся к тому периоду времени, когда «удовлетворение ходатайств осужденных об условно-досрочном освобождении доходило до 85 %» [6].

В связи с этим актуальным является вопрос об установлении категорий лиц, представляющих опасность возможного рецидива преступлений, применение условно-досрочного освобождения к которым надо осуществлять с особой осторожностью, исследуя максимальный объем характеризующих их данных.

Представляется, что можно выделить следующие категории таких осужденных:

а) совершившие умышленное преступление в течение назначенного судами испытательного срока условного осуждения;

б) злостно нарушающие установленный порядок отбывания наказания;

в) ранее освобождавшиеся от отбывания наказания условно-досрочно;

г) ранее освобождавшиеся от отбывания наказания по амнистии;

д) ранее освобождавшиеся от отбывания наказания актом помилования;

е) которым ранее производилась замена назначенного судами наказания более мягким наказанием.

Эти же категории названы в п. 2 Положения о порядке рассмотрения ходатайств о помиловании в Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 28.12.2001 № 1500 «О комиссиях по вопросам помилования на территориях субъектов Российской Федерации» в качестве осужденных, в отношении которых, как правило, помилование не применяется.

При этом, как указано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2009 № 8 (в редакции от 17.11.2015), сам по себе факт предыдущей судимости не может рассматриваться судом в качестве препятствия для применения условно-досрочного освобождения. В связи с этим, развивая предложение В. И. Селиверстова, можем предложить определенные критерии для вывода о нецелесообразности условно-досрочного освобождения осужденного. Полагаем, что при принятии решения об отказе в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания главным основанием должна стать степень утраты осужденным социально полезных связей, которая может выражаться в следующем:

1) отсутствие постоянного места жительства или пребывания после освобождения;

2) отсутствие гарантированных перспектив трудоустройства (отсутствуют подтверждающие документы организаций и (или) органов местного самоуправления);

3) отсутствие связи с семьей и близкими родственниками (расторжение брака, отсутствие переписки, телефонных разговоров, свиданий и видеосвиданий);

vedomosti.fsin@list.ru www.or.fsin.su

40

4) отсутствие материальной поддержки осужденного семьей и близкими родственниками, а равно материальной поддержки осужденным семьи и близких родственников (отсутствие полученных и отправленных денежных переводов, бандеролей, посылок и передач);

5) отсутствие стремления к получению общего образования, профессии, повышению квалификации;

6) отсутствие стремления к повышению своего культурного уровня, кругозора, развитию творческих способностей;

7) отсутствие стремления к излечению от социально значимых заболеваний и заболеваний, опасных для окружающих (алкоголизма, наркомании, токсикомании, заболеваний, передающихся половым путем, туберкулеза и психических расстройств) и т. п.

Признаки, отражающие степень утраты социально полезных связей осужденного, могут быть указаны администрацией исправительного учреждения в заключении о нецелесообразности условно-досрочного освобождения осужденного.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что степень сохранения и (или) восстановления либо утраты социально полезных связей осужденного, имеющая вполне конкретное содержание, должна стать основным критерием условно-досрочного освобождения от отбывания наказания. Думаем, что именно данный критерий необходимо отражать в заключении администрации исправительного учреждения о целесообразности либо нецелесообразности условно-досрочного освобождения.

Следует заметить, что вывод суда об исправлении лица, отбывающего любой из указанных в ч. 1 ст. 79 Уголовного кодекса Российской Федерации видов наказаний, должен основываться на комплексном анализе данных о поведении осужденного на протяжении всего срока наказания, а не только за период времени, непосредственно предшествующий рассмотрению вопроса об освобождении. При этом очевидно, что указанный вывод суд может сделать лишь после достаточно продолжительного

отбывания наказания осужденным. Поэтому фактическое отбытие осужденным определенной уголовным законом части назначенного судом наказания выступает обязательным условием применения условно-досрочного освобождения.

Итак, основанием для вывода суда о применении условно-досрочного освобождения от отбывания наказания должна быть совокупность данных об отбытии определенной части срока наказания и данных, всесторонне характеризующих личность осужденного. Только в подобном случае возможно представление о том, что этим лицам для их окончательного исправления не требуется полностью отбывать назначенное судом наказание. Ф

1. Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года : утв. распор. Правительства Рос. Федерации от 14.10.2010 № 1772-р (ред. от 23.09.2015) // СЗ РФ. 2010. № 43, ст. 5544 ; 2015. № 40, ст. 5581.

2. Отчет о работе судов общей юрисдикции по рассмотрению уголовных дел за 12 месяцев 2015 года (Ведомственное статистическое наблюдение, форма № 1, раздел 4 «Рассмотрение представлений, ходатайств и жалоб (по числу лиц)») // Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации : [сайт]. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=3417 (дата обращения: 27.06.2017).

3. Отчет о работе судов общей юрисдикции по рассмотрению уголовных дел по первой инстанции за 12 месяцев 2016 года (Ведомственное статистическое наблюдение, форма № 1, раздел 4 «Рассмотрение представлений, ходатайств и жалоб (по числу лиц)» // Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации : [сайт]. URL: http://www.cdep.ru /index.php?id=79&item=3832 (дата обращения: 27.06.2017).

4. Селиверстов В. И. Уголовно-правовые и уголовно-исполнительные проблемы условно-досрочного освобождения // Уголовное право. 2015. № 3. С. 129-130.

5. Городнянская В. В. Постпенитенциарный рецидив: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 2011. С. 11.

6. Селиверстов В. И. Указ. соч. С. 126-127.