Система органов власти и государственного управления РФ по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма

УДК 342.95

Е. В. Чиркова

Система органов власти и государственного управления РФ по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма

В статье рассмотрена система органов власти, участвующих в реализации мер по противодействию отмыванию денежных средств. Отражены изменения законодательства Российской Федерации за последние годы. Проведен анализ противоречий федеральных законов. Рассмотрена судебно-арбитражная практика. Отдельное внимание в статье уделено разграничению компетенции между органами, которые надзирают за организациями, осуществляющими операции с денежными средствами и иным имуществом, а также порядку взаимодействия между ними в сфере финансового мониторинга. Рассмотрен опыт зарубежных стран в сфере финансового мониторинга. В статье приведены предложения по совершенствованию законодательства в данной сфере.

The article considers the system of authorities involved in the implementation of measures to counter money laundering. Showing changes of the legislation of the Russian Federation in recent years. The analysis of the contradictions of Federal laws. Considered judicial-arbitration practice. Special attention in the article is paid to the delimitation of competence between bodies that are watching organizations carrying out operations with monetary funds and other property, and also the procedure for interaction between them in the sphere of financial monitoring. Reviewed the experience of foreign countries in the sphere of financial monitoring. The article contains proposals on improvement of legislation in this field.

Ключевые слова: система органов власти, участвующих в реализации мер по противодействию отмыванию денежных средств, судебно-арбитражная практика, разграничение компетенции между органами.

Keywords: the system of authorities involved in the implementation of measures to counter money-laundering, judicial and arbitration practice, the delineation of competence between the organs.

Система органов, участвующих в реализации мер по противодействию отмыванию денег, включает в себя многие организации, к которым относятся: Федеральная служба по финансовому мониторингу; контролирующие (надзорные) органы исполнительной власти; правоохранительные органы; финансовые институты, выполняющие поручения клиентов об осуществлении операций с денежными средствами и иным имуществом; иные органы государственной власти, имеющие информационные и регистрационные ресурсы.

С момента введения ст. 15.27 КоАП РФ и до 24 января 2011 г. административные дела за нарушение названного законодательства рассматривались Федеральной службой по финансовому мониторингу, судами. Федеральным законом от 23 июля 2010 г. № 176-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», вступившим в силу с 24 января 2011 г., были внесены изменения в ст. 15.27 КоАП. Законодатель расширил круг контрольно-надзорных органов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях, предусмотренных названной нормой. Кроме Росфинмониторинга соответствующими полномочиями в отношении ограниченного круга поднадзорных организаций были наделены Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций, Федеральная служба по финансовым рынкам, Российская государственная пробирная палата при Министерстве финансов РФ, Банк России [1].

В связи с вступлением в силу Закона № 176-ФЗ КоАП РФ дополнен новой ст. 23.74, в соответствии с которой Банк России получил права органа банковского надзора в целях рассмотрения дел об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 1-4 ст. 15.27 КоАП РФ.

© Чиркова Е. В., 2014

Статьей 2 Закона № 176-ФЗ были внесены изменения в ст. 23.62 и 23.47 КоАП РФ, предусматривающие наделение Федеральной службы по финансовому мониторингу и Федеральной службы по финансовым рынкам полномочиями по контролю за исполнением кредитными организациями законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма и рассмотрению дел об административных правонарушениях, предусмотренных частями 1-4 ст. 15.27 КоАП РФ.

Таким образом, с момента вступления в силу Федерального закона от 23.07.2010 г. № 176-ФЗ, внесшего серьезные изменения в КоАП РФ, сложилась уникальная ситуация, когда кредитные организации и их должностные лица могли быть привлечены к административной ответственности за одно нарушение законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма одновременно двумя (Центральный Банк РФ и Федеральная служба по финансовому мониторингу), а кредитные организации, которые являются профессиональными участниками рынка ценных бумаг, - тремя (Центральный Банк РФ, Федеральная служба по финансовому мониторингу и Федеральная служба по финансовым рынкам) регуляторами. Такая ситуация противоречила общим принципам назначения административного наказания (ст. 4.1 КоАП РФ), в соответствии с которыми никто не может нести административную ответственность дважды за одно и то же правонарушение. Иными словами, не была устранена юридическая коллизия, связанная с неопределенностью компетенции органов, которые принимали решение о применении мер принуждения, и, как следствие, не была исключена ситуация, когда к одной и той же кредитной организации за одно и то же нарушение законодательства в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма меры административного наказания (штраф) одновременно применяют Банк России и Росфинмониторинг.

Федеральным законом от 23.07.2013 г. № 249-ФЗ КоАП РФ вновь подвергся изменениям, и в настоящее время не только Банк России, Росфинмониторинг и суды вправе рассматривать дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 15.27 КоАП РФ, а также налоговые органы (ст. 23.5 КоАП РФ), органы, осуществляющие функции по контролю и надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (ст. 23.44), органы, осуществляющие федеральный пробирный надзор и государственный контроль за производством, извлечением, переработкой, использованием, обращением, учетом и хранением драгоценных металлов и драгоценных камней (ст. 23.54). Кроме этого Росфинмонито-ринг утратил универсальные полномочия при возбуждении дела об административном правонарушении или при вынесения наказания по ст. 15.27 КоАП РФ, и в настоящее время он действует так же, как и иные организации, «в пределах своей компетенции».

Что касается разграничения компетенции между органами, которые надзирают за организациями, осуществляющими операции с денежными средствами и иным имуществом, то Закон о противодействии исходит из очень понятной концепции, выраженной в п. 9 ст. 7: контроль за исполнением физическими и юридическими лицами Закона о противодействии в части фиксирования, хранения и представления информации об операциях, подлежащих обязательному контролю, а также за организацией и осуществлением внутреннего контроля осуществляется соответствующими надзорными органами в соответствии с их компетенцией, а также уполномоченным органом в случае отсутствия надзорных органов в сфере деятельности отдельных организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом.

Вышеуказанные органы, за исключением судов, вправе рассматривать дела об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 1-3 ст. 15.27 КоАП РФ.

Согласно ст. 23.1 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 4 ст. 15.27 КоАП РФ, могут рассматриваться судьями в случаях, если орган или должностное лицо, к которым поступило дело о таком административном правонарушении, передает его на рассмотрение судье. Дела об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 4 ст. 15.27 КоАП РФ, возбуждаются прокурором (ст. 28.4 КоАП РФ) и рассматриваются судьями (ч. 1 ст. 23.1 КоАП РФ).

Центральным звеном как системы противодействия отмыванию денег в целом, так и системы финансового мониторинга, связующим остальные их элементы (финансовые учреждения как источники информации, надзорные и иные органы государственной власти как

регулирующие элементы и правоохранительные органы как конечные получатели информации, расследующие факты, связанные с отмыванием преступных доходов) и координирующим их деятельность в этой области, остается Федеральная служба по финансовому мониторингу.

По мнению М. М. Прошунина, в настоящее время Росфинмониторинг и Банк России как надзорный орган финансовых институтов, выполняющих поручения клиентов об осуществлении операций с денежными средствами и иным имуществом, составляют организационную основу системы противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма в Российской Федерации, что обусловливает необходимость рассмотреть порядок взаимодействия между ними в сфере финансового мониторинга [2].

Ряд авторов рассматривают функции Росфинмониторинга и Банка России как «дублирующие» [3]. По мнению М. М. Прошунина [4], кооперацию уполномоченных органов в сфере финансового мониторинга можно охарактеризовать скорее как взаимодополняющую, чем дублирующую, по следующим причинам.

Росфинмониторинг в силу нормативно закрепленных за ним функций и полномочий осуществляет функции по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, а также по выработке государственной политики, нормативно-правовому регулированию и координации деятельности в этой сфере иных федеральных органов исполнительной власти [5]. В свою очередь, проводником указанных функций Росфинмониторинга в банковской системе являются Банк России и его территориальные подразделения как органы специальной компетенции, в том числе в сфере финансового мониторинга.

Во-первых, Банк России осуществляет надзор за соблюдением кредитными организациями законодательства в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма. Отметим, что Росфинмонито-ринг имеет подобные функции только в отношении организаций, у которых отсутствуют надзорные органы (например, страховые организации и лизинговые компании). Иными словами, Росфинмониторинг не вправе проверять кредитные организации на предмет соблюдения ими законодательства по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

Как отметил первый руководитель Росфинмониторинга В. А. Зубков, выступая на IX Всероссийской банковской конференции «Банки и их роль в противодействии легализации доходов, полученных преступным путем» (организатор конференции - Ассоциация региональных банков России), «Федеральная служба по финансовому мониторингу не претендует на надзорные функции Банка России... Банк России самостоятельно может осуществлять свои надзорные функции. Он это делал, делает и будет делать еще очень долго» [6].

Негативным следствием этого является то, что Росфинмониторинг не проводит проверок, а следовательно, не имеет полной информации о допущенных финансовыми институтами нарушениях. Официально данное разделение было оформлено согласованным с Рос-финмониторингом письмом Банка России от 11 августа 2003 г. № 117-Т «О применении к кредитным организациям мер принуждения за нарушения законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» [7].

Во-вторых, Банк России устанавливает порядок осуществления кредитными организациями функций по противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма путем издания нормативных актов и методических рекомендаций. Подчеркнем, что в настоящее время издаваемые нормативные акты Банка России в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма подлежат предварительному согласованию с Росфинмониторингом. В свою очередь, нормативные акты Росфинмониторинга доводятся до сведения кредитных организаций Банком России.

В-третьих, Банк России вправе применять меры воздействия к кредитным организациям при нарушениях последними законодательства в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма. В отношении кредитных организаций Росфинмониторинг, наделенный правом привлечения к

административной ответственности за нарушение законодательства в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, такую функцию практически не выполняет, так как представляется, что существует негласное соглашение между Банком России и Росфинмониторингом о разделении полномочий в данной сфере.

Вместе с тем Росфинмониторинг вправе передавать материалы в отношении кредитных организаций в правоохранительные органы при наличии достаточных оснований рассматривать сделки и операции, проведенные кредитными организациями, как сделки и операции по отмыванию преступных доходов или финансированию терроризма.

В области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма территориальное учреждение Банка России, как правило, применяет следующие меры воздействия:

1) требование об устранении выявленного нарушения;

2) штраф в размерах, определенных Законом о Банке России;

3) ограничение проведения кредитной организацией отдельных операций на срок до шести месяцев;

4) требование о замене руководителей кредитной организации;

5) запрет на осуществление кредитной организацией отдельных банковских операций, предусмотренных выданной ей лицензией на осуществление банковских операций, на срок до одного года;

6) запрет на открытие кредитной организацией филиалов на срок до одного года.

И наконец, наиболее строгой мерой воздействия по отношению к кредитным организациям является отзыв у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций. Так, в случае неоднократного нарушения кредитной организацией в течение одного года требований в части идентификации клиентов и обязательного финансового мониторинга Банк России вправе отозвать лицензию у кредитной организации [8].

Выбор Банком России меры воздействия осуществляется, исходя из характера допущенных кредитной организацией нарушений в области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, причин, обусловивших возникновение выявленных нарушений в области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, общего финансового состояния кредитной организации и ее положения на федеральном и региональном рынке банковских услуг, а также возможности его ухудшения вследствие принимаемых к кредитной организации мер воздействия, эффективности разработанных кредитной организацией в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма правил внутреннего контроля и программ его осуществления, степени соответствия правил внутреннего контроля, разработанных кредитной организацией в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, рекомендациям Банка России по организации кредитными организациями внутреннего контроля, в том числе внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма. Нередки случаи, когда кредитные организации допускают несколько нарушений в области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, в этом случае территориальным учреждениям рекомендуется применять меры воздействия за каждое из нарушений.

Приводя в сравнение зарубежный опыт применения мер воздействия к финансовым институтам в области надзора за соблюдением законодательства о финансовом мониторинге, отметим, что иностранные кредитные организации несут достаточно существенные финансовые потери в связи с имущественными мерами воздействия, такими, как штрафы. Так, в 2004 г. Riggs Вапк лишился в качестве штрафов 25 млн долл. США, а уже в 2005 г. АЬп Атго был оштрафован на сумму 80 млн долл. США за бездействие по поводу подозрительной финансовой деятельности и нарушения правил контроля. В АЬп Атго было заявлено, что в целом было потрачено около 500 млн долл. США на покрытие финансового и материального ущерба от расследования. В 2007 г. Атепсап Еxрrеss Intегnаtiоnаl Вапк был оштрафован на сумму в 65 млн долл. США за отсутствие эффективной программы по противодействию лега-

лизации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, в частности, компания не смогла внедрить адекватные процессы по контролю пользователей, а именно пользователей, представляющих особый риск.

По нашему мнению, принимая во внимание некоторую неоднозначность толкования нормативных положений в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, разумно предположить, что большинство кредитных организаций формально подпадают под установленные законодательно критерии для отзыва лицензии на совершение банковских операций, так как практически в любой кредитной организации существуют недочеты, недостатки и нарушения в сфере соблюдения нормативных положений о финансовом мониторинге.

Безусловно, достаточно сложно оценить степень «формализма» и «субъективизма» Банка России, так как каждый случай отзыва лицензий - это своя специфика деятельности кредитной организации, ее системы внутреннего контроля и, наконец, специфика проведения проверки, однако, исходя из перечня кредитных организаций, а также принимая во внимание наличие у большинства банков нарушений в данной сфере, данное утверждение о негативной роли Банка России представляется достаточно спорным.

Подтверждают данный вывод и слова одного из руководителей Банка России В. Мельникова, утверждающего, что только за один год лицензий за «отмывание» лишились 104 банка. При этом до отзыва лицензий к этим банкам было применено 3270 мер надзорного реагирования [9]. Иными словами, в среднем не менее 32 мер надзорного реагирования к каждой кредитной организации. Основываясь на том, что кредитная организация вправе обжаловать любую из примененных мер воздействия, аргумент представителей надзорного органа звучит достаточно убедительно.

Вместе с тем, принимая во внимание, что координатором системы финансового мониторинга в России является Росфинмониторинг, а основным субъектом финансового мониторинга в России - кредитные организации, участие ФСФМ в процессе отзыва лицензии на осуществление банковских операций, а также лицензий профессионального участника рынка ценных бумаг представляется также обоснованным.

В-четвертых, Банк России, как и Росфинмониторинг, проводит значительную методологическую работу по определению и выявлению признаков, свидетельствующих, что те или иные виды операций могут быть связаны с отмыванием преступных доходов или финансированием терроризма. К методологической составляющей также отнесем обобщение практики применения российского законодательства по вопросам противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, а также консолидацию международного опыта в сфере финансового мониторинга.

Таким образом, Росфинмониторинг осуществляет организацию системы финансового мониторинга в банковской системе только через Банк России. По мнению М. М. Прошунина, Банк России является своего рода «проводником Росфинмониторинга» в банковской системе России, что ни в коем случае нельзя рассматривать как отношения «сильного и слабого», а, скорее, как «симбиоз органов, наделенных государственно-властными полномочиями в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» [10]. Ключевая роль центральных банков в области финансового мониторинга также подтверждается тем, что в ряде таких стран, как Китай, Катар, Испания, Италия, подразделениями финансовой разведки являются структурные подразделения национальных банков.

Кроме того, особенностью взаимодействия Банка России и Росфинмониторинга в сфере противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма является то, что Банк России не обязан направлять информацию о необычных операциях в Росфинмониторинг, т. е. национальный банк не является субъектом финансового мониторинга. Вместе с тем в Аргентине центральное банковское учреждение - Банк Аргентины - не только регулирует деятельность всех финансовых институтов, но и обязано направлять информацию о необычных операциях в национальное подразделение финансовой разведки.

В рамках предложений по совершенствованию организационной работы Банка России в сфере финансового мониторинга отметим опыт Аргентины. Так, в составе Центрального банка Аргентины (Ше А^епйпе СеПга1 Вапк - BCRA) создана комиссия по вопросам противодействия

легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, куда входят члены совета директоров Национального банка Аргентины, основной задачей которого являются разработка критериев для оценки систем финансового мониторинга и разработка проектов нормативных актов в сфере финансового мониторинга [11].

Следует отметить, что до настоящего времени не решена коллизия банковского и административного законодательства в части привлечения кредитных организаций к административной ответственности лиц за нарушение законодательства в сфере легализации (отмывания) доходов, полученных преступных путем, и финансирования терроризма: в результате принятия новой редакции ст. 15.27 КоАП РФ возникла коллизия между нормами КоАП РФ и ст. 74 Федерального закона от 10.07.2002 г. № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», в соответствии с которой Банк России может применять штрафы и другие меры принуждения к кредитным организациям, что приводит к возможности многократного применения к одной организации различных санкций различными органами (Банком России и Росфинмониторингом) за одно и то же нарушение.

Также данная проблема несет в себе широкие возможности для развития коррупции в сфере применения санкций к кредитным организациям. Отсутствие конкретизации при определении того, какую из санкций применить (в соответствии со ст. 15.27 КоАП РФ или ст. 74 Закона № 86-ФЗ), может привести к злоупотреблению полномочиями должностными лицами, наделенными правом применения соответствующих санкций.

Более того, для кредитных организаций существует опасность применения очевидно не свойственной для деятельности кредитных организаций санкции - административного приостановления деятельности, предусмотренного в ст. 15.27 КоАП РФ.

По мнению А. Я. Курбатова, так как ст. 15.27 КоАП носит общий характер и применяется к более широкому кругу субъектов, как контролирующих, так и подконтрольных, а не только к отношениям Банка России и кредитных организаций, поэтому в части, касающейся правонарушений законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, приоритет имеет Закон о Банке России, но уже как специальный по субъектному критерию [12].

Судебно-арбитражная практика идет в данном вопросе по другому пути. В качестве примера можно привести Определение Высшего арбитражного суда РФ от 13.04.2011 г. № ВАС-4457/11 по делу № А60-16452/2010-С9 [13]. Данным решением ВАС РФ отказался удовлетворить заявление Банка России о пересмотре судебных актов в порядке надзора и передаче дела на рассмотрение Президиума ВАС РФ. Данными судебными актами было признано недействительным решение Банка России о наложении на один из банков штрафа по Закону о Банке России. В качестве мотивировки ВАС РФ указал следующее: «Поскольку ст. 15.27 КоАП РФ установлена ответственность кредитных организаций за нарушение установленных Центральным Банком РФ нормативов и иных обязательных требований, то привлечение к ответственности за правонарушение, предусмотренное статьей 74 Федерального закона от 10.07.2002 г. № 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)", незаконно».

В данном случае ВАС РФ не только не проанализировал вопросы разрешения противоречий (коллизий) в праве, но даже не указал, в какой части возникло противоречие, и тем самым поставил под сомнение возможность применения в целом имеющей ключевое значение для осуществления банковского надзора ст. 74 Закона о Банке России.

Возникновение подобных противоречий между федеральными законами, конечно, нельзя признать нормальным.

Основной принцип, на котором можно было выстроить этот подход, в административных (финансовых) отношениях, заключается в следующем. Все штрафные санкции должны быть закреплены в КоАП, а порядок применения правовосстановительных (пресекательных и регулятивных) санкций необходимо предусматривать в специальных законах [14].

Для этого не требуется серьезного изменения законодательного регулирования. В рассматриваемой ситуации достаточно перенести штрафы из Закона о банке в КоАП. Соответственно, контролирующие органы смогут применять как правовосстановительные санкции по специальным законам для пресечения и устранения последствий нарушений, так и штрафные санкции по КоАП для наказания правонарушителей.

Таким образом, общая правовая характеристика взаимодействия Росфинмониторинга и Банка России показала, что большинство функций, осуществляемых указанными уполно-

моченными структурами в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, носят взаимодополняющий, а не дублирующий характер. При этом взаимоотношения Банка России и Росфинмониторинга в сфере финансового мониторинга следует рассматривать как симбиоз деятельности органов, наделенных государственно-властными полномочиями в сфере противодействия легализации преступных доходов и финансированию терроризма.

Примечания

1. Ивкова А. В. Противодействие легализации преступных доходов в процессе привлечения лиц к административной ответственности по статье 15.27 КоАП // Законность. 2013. № 1. С. 41-44.

2. Прошунин М. М. Организационно-правовые вопросы взаимодействия Росфинмониторинга и Банка России // Финансовое право. 2009. № 8. С. 18-22.

3. Филимонов М. И. Роль Банка России в системе финансового мониторинга в Российской Федерации: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007. С. 115.

4. Прошунин М. М. Указ. соч.

5. Постановление Правительства РФ от 23 июня 2004 г. № 307 «Об утверждении Положения о Федеральной службе по финансовому мониторингу» // Собрание законодательства РФ. 2004. № 26. Ст. 2676.

6. Материалы IX Всероссийской банковской конференции «Банки и их роль в противодействии легализации доходов, полученных преступным путем», проходившей 13 марта 2007 г. Организатор конференции - Ассоциация региональных банков России.

7. ВБР. 2003. № 47.

8. Карпович О. Г. Иные меры по борьбе с легализацией (отмыванием) преступных доходов в России. Теоретические аспекты // Банковское право. 2008. № 5. С. 42-45.

9. Дементьева С., ГраникИ. К Центробанку приставят напарника // Коммерсантъ. 2008. № 18. С. 2.

10. Прошунин М. М. Указ. соч.

11. Орлов Б. В., Ручкин О. Ю., Трунцевский Ю. В. Гражданско-правовые и уголовно-правовые аспекты противодействия легализации преступных доходов в банковской системе Российской Федерации: научно-практическое пособие. М.: Юрист, 2011. 94 с.

12. Курбатов А. Я. Порядок разрешения коллизий в российском праве // СПС «Консультант-Плюс», раздел «КомментарииЗаконодательства».

13. Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.04.2011 № ВАС-4457/11 по делу № А60-16452/2010-С9 // СПС «КонсультантПлюс».

14. Курбатов А. Я. Административная ответственность кредитных организаций: разрешение противоречий между Законом о Банке России и КоАП // Банковское право. 2012. № 4. С. 18-26.

Notes

1. Ivkova A. C. Protivodejstvie legalizacii prestupnyh dohodov v processe privlecheniya lic k administrativ-noj otvetstvennosti po stat'e 15.27 KoAP [Combating money laundering in the process of attracting persons to administrative responsibility under article 15.27 of the code of administrative offences] // Zakonnost'- Legality. 2013, No. 1, pp. 41-44.

2. Proshunin M.M. Organizacionno pravovye voprosy vzaimodejstviya Rosfinmonitoringa i Banka Rossii [Organizational and legal issues of interaction between Rosfinmonitoring and the Bank of Russia] // Finanso-voe pravo - Financial law. 2009, No. 8, pp. 18-22.

3. Filimonov M. I. Rol' Banka Rossii v sisteme finansovogo monitoringa v Rossijskoj Federacii: avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk [Role of the Bank of Russia in the system of financial monitoring in the Russian Federation: author. dis. ... cand. Jur. Sciences]. Moscow. 2007. P. 115.

4. Proshunin M.M. Op. cit.

5. RF Government decree of 23 June 2004 No. 307 "On approval of the Regulations on the Federal service for financial monitoring" // Collected legislation of the Russian Federation. 2004, No. 26, article 2676.

6. The materials of the IX all-Russian banking conference "Banks and their role in combating money laundering", held on 13 March 2007. The conference was organized by the Association of regional banks of Russia.

7. IBD. 2003, No. 47.

8. Karpovich O.G. Inye mery po bor'be s legalizaciej (otmyvaniem) prestupnyh dohodov v Rossii. Teo-reticheskie aspekty [Other measures on combating legalization (laundering) of criminal incomes in Russia. Theoretical aspects] // Bankovskoe pravo - Banking law. 2008, No. 5, pp. 42-45.

9. Dementieva S., Granik I. K Centrobanku pristavyat naparnika [To the Central Bank they will put mate] // Kommersant - Kommersant. 2008, No. 18, p. 2.

10. Proshunin M.M. Op. cit.

11. Orlov B. V., Ruchkin O. Yu, Truntsevsky Y. V. Grazhdansko pravovye i ugolovno pravovye aspekty protivodejstviya legalizacii prestupnyh dohodov v bankovskoj sisteme Rossijskoj Federacii: nauchno prak-ticheskoe posobie [Civil and criminal law aspects of countering money laundering in the banking system of the Russian Federation: theoretical and practical guide]. Moscow. Yurist 2011. 94 p.

12. Kurbatov, A. J. Poryadok razresheniya kollizij v rossijskom prave [The procedure for the resolution of conflicts in the Russian law] // RSS "Consultant plus", section "CommentaryLegislation".

13. Definition of the Supreme Arbitration Court of the Russian Federation dated 13.04.2011 No. VAS-4457/11 in case No. A60-16452/2010 C9 // RSS "Consultant plus".

14. Kurbatov, A. J. Administrativnaya otvetstvennost' kreditnyh organizacij: razreshenie protivorechij mezhdu Zakonom o Banke Rossii i KoAP [Administrative responsibility of credit institutions: the resolution of contradictions between the Law on the Bank of Russia and the administrative code of administrative offences] // Bankovskoe pravo - Bank right. 2012, No. 4, pp. 18-26.