2012.01.012. ОБАГ М. «КОМИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ ФРАНСИОНА» ШАРЛЯ СОРЕЛЯ: НОВИЗНА КАК ЭТАП В ФОРМИРОВАНИИ СОВРЕМЕННОГО РОМАНА. AUBAGUE M. L'HISTOIRE COMIQUE DE FRANCION DE CHARLES SOREL: LA NOUVEAUTé COMME éTAPE DANS LA FORMATION DU ROMAN MODERNE // QUESTIONS DE STYLE. - CAEN, 2011. - N 8. - P. 13-28

ЛИТЕРАТУРА XVII-XVIII вв.

2012.01.012. ОБАГ М. «КОМИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ

ФРАНСИОНА» ШАРЛЯ СОРЕЛЯ: НОВИЗНА КАК ЭТАП В ФОРМИРОВАНИИ СОВРЕМЕННОГО РОМАНА. AUBAGUE M. L'Histoire comique de Francion de Charles Sorel: La nouveauté comme étape dans la formation du roman moderne // Questions de style. - Caen, 2011. - N 8. - P. 13-28.

Преподаватель Бургундского ун-та Матильда Обаг, анализируя функцию новизны в наиболее известном романе французского писателя XVII в. Ш. Сореля, указывает на этико-философский разрыв автора с его эпохой и исследует жанрово-стилевые формы этого разрыва.

«Комическая история» впервые выходит из печати в 1623 г. у издателя Пьера Билена. Этот первый вариант романа не окончен, только в 1626 г. опубликованы 12 книг, включающих развязку, а в 1633 г. роман вышел в 13 книгах. Сорель добавил вставные истории, сделал повествование более пространным и изменил композицию романа. Новые редакции свидетельствуют о том, что писатель тщательно «приглаживает» свое сочинение, приспосабливая к этическим требованиям современников: добавляет морализаторские рассуждения, убирает грубую лексику, стремится провести различие между собой и либертенами. Если до 1623 г. - до судебного процесса над вольнодумцем и другом Сореля Теофилем де Вио - в обществе царила интеллектуальная свобода, то впоследствии атмосфера стала более сумеречной и регламентированной, особенно после прихода к власти в 1624 г. кардинала Ришелье. Вписываясь в новый исторический контекст, проявляя осторожность и конформизм, Сорель провел тщательную работу по переработке романного текста.

В первом варианте романа новизна ярко проявляет себя в разных аспектах и на разных уровнях текста. На тематическом уровне Сорель выказывает жажду философского обновления, отстаивает идею разрыва с прошлым. Его герой, Франсион, осуждает эпоху, в которой живет, и стремится основать новую этику. На по-этологическом уровне Сорель играет жанровыми условностями, вводит стилистические инновации.

Этика Франсиона - индивидуалистическая и элитарная. Он критикует свое время исходя из «естественных законов», защищает «элитарный натурализм», с юности практикует его - в коллеже, в светском общении и т.д. Герой неоднократно выражает стремление порвать с ложным знанием, верованиями прошлого. Но в варианте 1633 г. вольнодумный постулат смягчается, философия либерти-нажа размывается до защиты общего и непредвзятого знания.

В редакции романа 1626 г. автор устами героя провозглашает постулат: «жить как маленькие боги». В этой идее смешался эпикуреизм Лукреция с натурализмом Г. Ноде и Ла Мота Ле Вайе. Для понимания сорелевской идеи требовался философский контекст либертинажа, который писатель не убрал из текста окончательно, однако смягчил и перефразировал. Натуралистическая и эпикурейская этика либертинов выражается в любовной линии романа, Франсион отстаивает тотальную любовную свободу, утопически предлагая обойтись без института брака, он жаждет освобождения индивида, но сочетает это с чувством избранности. Элитарная этика предполагает устойчивую валоризацию дворянства - верхушки социальной и моральной иерархии общества. В романе «низкие души» крестьян противопоставлены «гордым душам», к которым принадлежит и Франсион. Именно эта элитарная оптика побуждает героя Сореля создать компанию «удалых и щедрых», моральные установки в которой (ценить прежде всего индивидуальные заслуги) выше общественной морали того времени. Но в результате Франсион оказывается сторонником восстановления дворянских ценностей и презрительно относится к людям, что вносит двойственность в его характер. Герой выходит за рамки позиции моралиста, прежде всего защищающего величие человека, он - сатирик и законодатель. Такая позиция нова по сравнению с гуманистическим этапом этико-философской мысли. Для персонажа Сореля нравственные заслуги выше социальных заслуг, однако он противопоставляет идеализированное прошлое современному порядку, который резко критикует.

Другая новая черта романа связана с нравственным обликом персонажа: Франсион - дворянин (в отличие от пикаро), отстаивающий свое благородство, но в то же время он способен на компромисс ради преуспеяния в обществе - что не было свойственно

романическим героям, и это делает возможным развитие сюжетной линии к женитьбе Франсиона.

Герой Сореля - дворянин, утративший могущество в обществе, где набирает силу буржуазия, чье господство основано на деньгах, труде и праве. Он отстаивает мораль чести - в новых общественных условиях реакционную, и в то же время делает эту мораль способной к компромиссу. Воплощая в себе идеал соединения статуса дворянина, заслуженности и разумности, Франсион демистифицирует ложные верования, демонстрируя неоднозначность собственного характера и сложность общественных отношений.

Новизна проявляет себя и в области романного стиля и поэтики. В редакции романа 1626 г. Сорель уделяет большое внимание добавлениям, в которых размышляет о собратьях по литературе, о принципах творчества. С точки зрения Франсиона, он один предрасположен к новаторскому сочинительству, другие поэты не обладают гением и не способны производить подлинные ценности. Их удел - только подражание, их язык - либо просто гладок, либо неуклюж и смешон. Тексты самого Франсиона - напротив, способны покорять, особенно если речь идет об эротических стихах: с их помощью он легко соблазняет женщин. Герой стремится снять моральное осуждение сексуальности: такое осуждение, считает он, связано с грубостью любовного языка. Выработка нового эротического языка поможет реабилитации сексуальной свободы, полагает Франсион, однако этот проект остается утопией, новый язык так и не придуман, а жизненный маршрут самого героя приводит его к женитьбе на Наис и реинтеграции в существующую общественную структуру.

Стилистическая новизна романа проявляет себя в полифоническом смешении разных языковых регистров, тем самым Сорель порывает с регламентированным стилем жанров, признанных в классицистическом театре. Как и в аристотелевской поэтике, комическое связано в этих жанрах с низовым, народным, а героическое -с дворянским. Роман, в отличие от других жанров, не имеет регламентации, поэтому Сорель защищает возможность использования народного языка как естественного и простого. Одновременно просторечие вызывает и комический эффект. Оно помогает пародированию устоявшейся литературной топики. При этом, сталкивая в тексте романа галантные и героические, гривуазные и скатологиче-

ские элементы, Сорель подчиняет их выражению серьезных этических идей, но при этом избирает ироническую позицию, отказывается от идеальности и образцовости традиционных романов. Переплетение философичности и бурлескного комизма сбивает читателей с толку, тем самым предоставляя им свободу интерпретации, полагает М. Обаг.

Таким образом, новизна «Комической истории Франсиона» проявляет себя посредством нестабильности репрезентации и фигуры автора, и его нарративной рефлексии, и главного персонажа. В начальном варианте текста романа 1623 г. автор последовательно выражал сатирическую позицию, как и его персонаж, он был уверен в необходимости исправлять общественные нравы. В редакции 1626 г. он убирает прежнее «Предуведомление читателям» в 11-ю книгу романа, а в начало помещает посвящение «Знатным людям (Aux Grands)». В 1633 г. прежде анонимный автор прячется за маской повествователя Дю Парка - писателя, действительно существовавшего и умершего в 1625 г. Каждое новое издание романа меняет фигуру автора и текст предисловия, что в конце концов создает в тексте ряд противоречий. Авторские отступления вносят в повествование иронию, демонстрируют нарративные уловки романиста. В традиции европейского романа уже встречался такой прием - у Рабле, Сервантеса. Но Сорель, по мнению М. Обаг, острее играет читательскими ожиданиями, последовательно разрушает фиксированность авторской позиции. Новым феноменом «Комической истории» является стремление отказаться от удобства референции, желание подчеркнуть, что данный текст - литературное сочинение. Нарративное движение кажется случайным, свободным от логики, непривычным для существовавшей практики чтения. Читатель сталкивается с текстом, смысл которого неустойчив, а ауктори-альная позиция - двойственна. Текст наделяется саморефлексией.

В «Предуведомлении читателю» 1633 г. Сорель подчеркивает искаженность романного текста как результат последовательных добавлений издателей, при этом утверждая, что он вводит подлинный финал, найденный им у Дю Парка, одновременно не снимает добавлений, им самим объявленных апокрифическими. Это позволяет ему предложить читателям текст, авторство которого проблематично. Собственный литературный опыт Сорель передоверяет, во-первых, мнимому автору - Дю Парку, а во-вторых, своему ге-

рою - Франсиону, который во вставной новелле выступает рассказчиком своей истории. Повествовательный вымысел строится как пропастная структура (mise en abîme), происходит разоблачение неискренности автора, разрушение авторских ожиданий - всего, на чем держится романическая иллюзия. Сорель ставит собственный рассказ под вопрос, демонстрируя его вымышленность, но одновременно он приглашает читателя отыскать смысл стоящей над текстом нарративной коммуникации, расширяет игровую потенцию романа.

Двигателем романного творчества Сореля М. Обаг считает жажду новизны, выраженную в стремлении отказаться от стилистических и жанровых условностей, играть ими, строить нарративную коммуникацию на иронии и притворстве, в конце концов соединить позиции автора и персонажа, что осуществилось в третьей версии книги. Новизна для Сореля - источник читательского удовольствия, и он не ошибся в своем желании обновить романический репертуар, поскольку книгу ожидал издательский и читательский успех: свидетельством тому - многочисленные републикации «Комической истории Франсиона» на протяжении последующих десятилетий, которые происходили не только во Франции, но и в других странах, где был переведен роман. Известно, насколько сильно было воздействие сорелевского романа на «Симплиция Симплициссимуса» (1669) немецкого писателя Гриммельсгаузена, но влияние произведения на европейскую прозу Нового времени было еще более широким.

В заключение автор статьи делает вывод: Сорель, превращая романическое в объект осмысления и вопрошания внутри самого романного текста, вошел в важную линию европейских писателей, создававших романы, построенные на жанровой саморефлексии.

Н.Т. Пахсарьян

2012.01.013. ГИНЦБУРГ К. ПАРИЖ 1647: ДИАЛОГ О ВЫМЫСЛЕ И ИСТОРИИ.

GINZBOURG C. Paris, 1647: Un dialogue sur fiction et histoire // Vox poética [Electonic resource]. - 2011. - 25 mars. - Mode of access: http://www.vox-poetica.org/t/articles/ginzbourg2011.html

Статья известного итальянского историка культуры, профессора ун-та в Пизе Карло Гинцбурга представляет собой раздел