Об ответственном обращении с животными в Российской Федерации: некоторые аспекты уголовно-правового регулирования

УДК 343.1

С.А. Денисов*, К.П. Семенов**

Об ответственном обращении с животными в Российской Федерации: некоторые аспекты уголовно-правового регулирования

В статье рассматриваются уголовно-правовые аспекты ответственного обращения с животными в России. Проводится анализ действующего уголовного законодательства, регулирующего гуманное отношение к животным и безопасное их содержание. Критически рассматриваются положения двух законопроектов, стремящихся модернизировать сферу ответственного обращения с животными. На ос-новании проведенного анализа делается вывод о несовершенстве существующего уголовного законодательства и предлагается авторская модель уголовно-правовой нормы, регулирующей отношения безопасного обращения с животными.

Ключевые слова: ответственное обращение с животными, гуманное отношение, безопасное содержание.

S.A. Denisov*, K.P. Semenov**. The article considers the penal aspects of responsible treatment of animals in Russia. Conducted an analysis of the existing penal legislation governing the humane treatment of animals and secure their content. Critically reviews the provisions of the two bills seeking to modernize the scope of responsible treatment of animals. Based on the analysis concludes that the imperfection of the existing criminal law and offers author's model of the criminal law governing relations safe handling of animals.

Keywords: responsible treatment of animals, humane treatment, safe content.

В отечественном праве общественным отношениям по поводу животных уделено достаточно много внимания. Уголовное законодательство в Особенной части содержит гл. 26 «Экологические преступления», в которой ряд статей прямо (ст. 256 «Незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов»; ст. 258 «Незаконная охота»; ст. 258.1 «Незаконные добыча и оборот особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащим к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации») или косвенно (ст. 246 «Нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ»; ст. 247 «Нарушение правил обращения экологически опасных веществ и отходов»; ст. 250 «Загрязнение вод»; ст. 257 «Нарушение правил охраны водных биологических ресурсов» и др.) посвящены охране животного мира. Преступления этой главы посягают на общественные отношения, обеспечивающие экологическое благополучие окружающей природной среды, являющейся неотъемлемой частью общественной безопасности. В этих нормах животные являются предметом преступления, посредством которого или наряду с которым причиняется вред человеческому обществу. При этом животные, выступающие предметом экологических преступлений, являются преимущественно дикими, т.е. находящимися в состоянии естественной свободы. Это также могут быть животные, разводимые человеком для удовлетворения его материальных потребностей (например, сельскохозяйственные животные). Но это экологическая сторона ответственного обращения с животным миром. Есть и иная сторона взаимодействия человека и животных, которая в совокупности формирует необходимость ответственного обращения с животными, структурно состоящая из гуманного отношения и безопасного их содержания. Указанные общественные отношения, по нашему мнению, недостаточно регламентированы, в т.ч. уголовно-правовыми нормами. Предметом этой стороны взаимодействия являются животные, опекаемые человеком и находящиеся в зависимости от его воли. Согласно положениям проекта Федерального закона № 458458-5 «Об ответственном обращении с животными», к таковым относятся животные-компаньоны (домашние животные), служебные животные и животные, используемые в культурно-зрелищных мероприятиях, а также безнадзорные животные указанных категорий [1, ст. 1, 2]. По нашему мнению, предмет такого взаимодействия может быть расширен и охватывать собой также и диких животных, о чем мы скажем ниже.

Необходимость гуманного отношения к животным установлена ст. 245 Уголовного кодекса Российской Федерации «Жестокое обращение с животными», охраняющей сферу нравственного сознания общества. Мы полагаем, что состав этого преступления, предусмотренный действующим российским уголовным законодательством, далек от совершенства по ряду причин. Во-первых, сформированная законодателем условность диспозиции, выражающаяся в реализации ряда альтернативных обстоятельств,

* Денисов, Сергей Анатольевич, заместитель начальника Санкт-Петербургского университета МВД России, доктор юридических наук, профессор. 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. Телефон 744-70-75. E-mail: denisov_61@mail.ru.

** Семенов, Константин Петрович, преподаватель кафедры уголовного права Санкт-Петербургского университета МВД России, соискатель ученой степени кандидат юридических наук. 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. Телефон 744-70-75. E-mail: konsta-semenov@yandex.ru.

* Denisov, Sergey Anatolyevich, Deputy Chief of the St. Petersburg University of the Ministry of Interior of Russia, Doctor of Law, Professor. 198206, St. Petersburg, Pilot Pilyutov str., 1. Phone 744-70-75. E-mail: denisov_61@mail.ru.

** Semyonov, Konstantin Petrovich, Lecturer, Department of Criminal Law at St. Petersburg University of the Russian Interior Ministry, the applicant degree of candidate of legal sciences. 198206, St. Petersburg, Pilot Pilyutov str., 1. Phone 744-70-75. E-mail: konsta-semenov@yandex.ru.

© Денисов С.А., Семенов К.П., 2014

таких как совершение деяния: 1) из хулиганских побуждений; 2) из корыстных побуждений; 3) с применением садистских методов; 4) в присутствии малолетних наблюдателей, - демонстрирует отсталость отечественной юридической мысли, не доверяющей прогрессивности российского общественного сознания, от передовых идей современного зарубежья. Кроме того, отечественный законодатель, обремененный стремлением угождать и облегчать правоприменительную практику, утратил принципиальную политическую позицию нормотворчества на перспективу. Во-вторых, некорректно применение в названии статьи и тексте диспозиции термина «животные» во множественном числе, что по смыслу выражает деяние не как единичный акт преступного поведения, а как личностную систему взглядов и отношений субъекта к животным вообще, что, в свою очередь, ставит под сомнение безошибочность правоприменения нормы. В-третьих, отсутствие законодательного разъяснения относительно предмета преступления открывает широкую дорогу для уголовно-правовой реакции на самые безобидные и обыденные поведенческие акты.

Попытка совершенствования статьи выразилась в законопроекте № 283657 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», инициированным членами Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации А.А. Клишасом, К.Э. Добрыниным и В.А. Тюльпановым [2, п. 1 ст. 1]. Прогрессивность проекта статьи выразилась в устранении условностей в диспозиции основного состава, которые предлагалось использовать в качестве квалифицирующих признаков ч. 2 ст. 245 Уголовного кодекса Российской Федерации. Часть третья проекта статьи полностью дублировала квалифицирующие признаки действующей нормы, предусматривающей совершение преступления в соучастии в форме группы лиц, группы лиц по предварительному сговору или организованной группы. Проект статьи по-прежнему применяет термин «животные» во множественном числе и не дает разъяснений относительно предмета преступления, в чем мы видим его недостатки.

Российская действительность в последнее время демонстрирует крайнюю актуальность необходимости правового регулирования безопасного содержания животных как структурного элемента ответственного обращения с ними. Деяния, нарушающие условия безопасного содержания животных, обладают достаточным количеством общественной опасности, что могло бы позволить отнести их к пре-ступным. В действующем уголовном законодательстве подобные опасные проявления не нашли закрепления, что позволяет правонарушителям, их совершающим, оставаться безнаказанными, более того, считать себя непричастными к таким, порой трагическим событиям. Тяжесть последствий от таких деяний, несущих социально резонансный потенциал, требует уголовно-правовой реакции на них. Примером общественного негодования может послужить спонтанно сформировавшееся неформальное социальное движение догхантеров. Это движение крайне отрицательно и по своим проявлениям даже преступно. Достаточно вспомнить акции догхантеров в Санкт-Петербурге и Москве, где разбрасывались отравленные корма в местах выгула собак [3; 4; 5]. Несмотря на негативность догхантерства, это движение демонстрирует социальную реакцию на правовое бездействие органов власти.

Общая теория уголовного права выделяет критерии криминализации деяния, позволяющие отнести конкретный вид человеческого поведения к преступлению. Среди них такие как [6, с. 23]: 1) наличие в деянии общественной опасности; 2) социальное признание деяния противоречащим нормам морали и общепринятому поведению; 3) возможность устранения подобных проявлений человеческого поведения только путем установления уголовно-правового запрета.

Указанным выше критериям соответствуют деяния, связанные с причинением вреда человеку от действий опасных животных по причине нарушения условий их безопасного содержания. Объектом посягательства могут быть такие охраняемые уголовным законом общественные отношения, как жизнь и здоровье человека, собственность, общественный порядок, общественная безопасность, общественная нравственность и др. Здесь в уголовном законодательстве, по нашему мнению, имеется пробел, который прежде всего связан с неосторожным причинением вреда человеку от действий животных. Пробельность законодательства связана с отсутствием в Российской Федерации единых правил безопасного содержания животных, о чем мы ранее указывали в своих работах [7, с. 29]. Последствия от нападения опасного животного на человека могут быть самые разнообразные: от причинения ему психического вреда до причинения смерти. И речь здесь идет не о происшествиях, связанных с нападениями на человека в привычных для животных среде (тайга, степь и другая природная среда обитания), а о случаях нападения в привычных для человека условиях (дом, квартира, улица, детская площадка, город и другие места постоянного пребывания). Более того, в последнее время опасность стала исходить не только от животных, имеющих хозяев, но и от бездомных, которые сопутствуют людям в местах их поселений и численность популяций которых при бесконтрольном попустительстве человека увеличивается.

Способность животного быть источником опасности для человека подтверждена всей многовековой историей взаимоотношений человека с животным, когда они с доисторических времен охотились друг на друга, а также являлись конкурентами в добыче пропитания. Общая теория уголовного права признает животное источником опасности для человека в контексте воспрепятствования должного поведения под влиянием непреодолимой силы [6, с. 122]. Некоторые авторы отнесли животное не просто к источнику опасности для человека, а увидели в нем источник повышенной опасности [8, с. 82].

Уголовно-правовой истории известны случаи умышленного использования животных в криминальных целях. В 1926 г. журнал «Административный вестник» сообщал сведения о применении собак для переправки контрабандного товара через швейцарско-итальянскую границу. Животные были обучены прятаться в кустах или канавах при появлении таможенных чиновников. В парижских

ресторанах соверша-лись хищения золотых цепочек с брильянтами, носимых дамами на ногах. При совершении этого преступления была задержана небольшая собака породы фокстерьер, которая зубами снимала цепочку с ноги. Выяснилось, что животное принадлежит преступной группе, которая специально дрессировала собак для этих целей. В начале прошлого века в Берлине специально выдрессированных собак использовали для совершения хищений из жилищ и иных помещений или хранилищ. Собаки были обучены отвлекать внимание сторожевых псов. Собаки могли долгое время лежать на улице и наблюдать за обстановкой. При приближении опасности (полицейские или посторонние прохожие) собаки коротким лаем подавали сигнал тревоги. Собак использовали как средство доставки похищенных ценностей из квартиры в тайные убежища, которые они умели находить даже на больших расстояниях. Кроме того, собак дрессировали для облегчения совершения карманных краж. Животные нападали на улице в малолюдных местах на прохожих и валили их на землю. Находящийся поблизости карманник подбегал, отгонял собак, помогал подняться и отряхнуться, после чего у жертвы пропадали из одежды часы, бумажник, документы [8, с. 17].

Безопасное содержание животных требует уголовно-правовой ре-гламентации. В этой связи, исключение составляют случаи сознательного причинения вреда одним человеком другому посредством животного, хотя и здесь возникает ряд проблем квалификационного характера. Отечественное уголовное законодатель-ство, умышленное использование собак или других животных, представляющих опасность для жизни или здоровья человека, при совершении разбойного нападения для причинения вреда здоровью, либо с угрозой его причинения, а также для подавления сопротивления потерпевшего, с целью хищения чужого имущества требует ква-лифицировать по ч. 2 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации как применение предмета, используемого в качестве оружия [10, п. 23].

Отечественной уголовной судебной практике известны случаи совершения хулиганства с натравливанием собаки на потерпевшего, что было квалифицировано как хулиганство, совершенное с применение предмета, используемого в качестве оружия (в ныне действующей редакции п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ), а также вымогательство с применением насилия в виде натравливания собаки на потерпевшего как средство запугивания в случае невыполнения требований о передаче имущества (п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ) [9, с. 18].

В результате анализа судебной практики по происшествиям с умышленным использованием собак или других животных, представляющих опасность для жизни или здоровья человека, сформулировано авторское ученое мнение о необходимости квалификации как «применение предметов, используемых в качестве оружия» не только при совершении разбоя (ч. 2 ст. 162 УК РФ), но и при совершении иных преступлений, составы которых содержат подобный квалифицирующий признак: хулиганство (п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ), угон судна воздушного или водного транспорта либо же-лезнодорожного подвижного состава (п. «г» ч. 2 ст. 211 УК РФ) [9, с. 18]. Более того, мы полагаем возможным квалификацию действий преступника, умышленно использующего собак или других животных в качестве средства нападения или принуждения для выполнения потерпевшим воли субъекта, как применение насилия или угрозу его применения. Наличие соответствующего условия в основном составе преступления или в качестве квалифицирующего признака в статье Особенной части позволило бы его применение при указанных обстоятельствах, как это было сделано выше, на примере вымогательства (п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ). В частности, это такие статьи, как изнасилование (ч. 1 ст. 131 УК РФ), насильственные действия сексуального характера (ч. 1 ст. 132 УК РФ), нарушение неприкосно-венности жилища (ч. 2 ст. 139 УК РФ), вовлечение в занятие проституцией (п. «а» ч. 2 ст. 240 УК РФ), организация занятия проституцией (п. «б» ч. 2 ст. 241 УК РФ) и др. Следует учитывать, что подобные прецеденты встречались в судебной практике при квалификации деяния с учетом наступивших последствий как применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обя-занностей (ч. 1 ст. 318 УК РФ) [11, с. 122].

Мало подвергалась уголовно-правовому анализу проблематика неосторожного причинения вреда человеку от животного в виду недостатков его содержания, ограничиваясь лишь рамками неуголовного (административно-правового, гражданско-правового) регулирования подобных ситуаций. Небогатая примерами отече-ственная правоприменительная практика показывает, что владельцы опасных животных подвергаются уголовному преследованию лишь за неосторожное причинение смерти и тяжкого вреда здоровью потерпевшему (ст. 109 и 118 УК РФ) [10]. На наш взгляд, здесь правоприменитель эксплуатирует ошибку в объекте, показывая квалификацией на причинение вреда жизни и здоровью личности, хотя в действительности объектом подобных преступных проявлений выступает общественная безопасность.

Указанный выше законопроект № 283657-6 предлагает ввести в Уголовный кодекс Российской Федерации ст. 245.1 «Натравливание животного на человека» и ст. 245.2 «Нарушение правил содержания, выгула животных». Ст. 245.1 предлагает криминализовать деяние в виде натравливания животного на человека, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью (ч. 1), повлекшее смерть человека (ч. 2), повлекшее причинение смерти двум и более лицам, малолетнему или беспомощно-му лицу, беременной женщине (ч. 3). Аналогично сконструирована ст. 245.2, только содержащиеся в ней последствия наступают по неосторожности. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что термин «животное» в названии и диспозиции ст. 245.1 применяется в единственном числе, что указывает на единичный акт преступного поведения. Такую формулировку мы считаем терминологически правильной, позволяющей однозначно толковать смысловое содержание нормы. В названии и части диспозиции ст. 245.2 инициаторы законопроекта при обращении к термину «животное» в контексте

нарушения правил содержания и выгула животных употребляют его во множественном числе. Но это не искажает смысловую нагрузку нормы и не дает повода для плюралистических суждений, а лишь подчеркивает универсальность регламента относительно содержания и выгула любых видов опекаемых человеком животных. В диспозиции же ст. 245.2, в части, касающейся описания общественно опасного деяния, термин «животное» применяется в единственном числе, с чем мы безоговорочно соглашаемся.

Несмотря на оригинальность ст. 245.1, мы не считаем целесообразным нормативное ее закрепление. Статья, очевидно, выражает собой специальную норму, которая неизбежно вступит в конкуренцию с общими нормами, охраняющими жизнь и здоровье личности, поскольку по смысловому содержанию ст. 245.1 представляет собой умышленное причинение смерти или вреда здоровью личности по средством управляемого субъектом животного. Подобные деяния вполне уместно квалифицировать с учетом направленности умысла субъекта и объективно наступившим последствиям, например, как убийство (ст. 105 УК РФ); убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ); убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ст. 108 УК РФ) и другие преступления, посягающие на здоровье личности. А с учетом объективного обстоятельства в виде использования опасных свойств животного, сознательно применяемого субъектом как орудие преступления, непосредственно причиняющего потерпевшему лицу смерть или вред здоровью, такое деяние уместно квалифицировать по признаку особой жестокости как способ, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых физических страданий в виде нанесения последнему большого количества телесных повреждений [13, п. 8]. Более того, нахождение ст. 245.1 в гл. 25, охраняющей здоровье населения и общественную нравственность, нам видится не совсем уместным, поскольку смысловое содержание статьи позволяет считать, что ее основным объектом являются общественные отношения, обеспечивающие благополучие жизни и здоровья личности, что относится к предмету регулирования гл. 16 Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. С учетом указанных причин мы считаем нецелесообразной криминализацию деяния, предусмотренного ст. 245.1 законопроекта, что усложнило бы действующее уголовное законодательство избыточным, взаимозаменяемым нормативным материалом.

Ст. 245.2 «Нарушение правил содержания, выгула животных» законопроекта предлагает криминализовать деяние, выражающееся нарушением правил содержания, выгула животных собственником, владельцем либо иным лицом, временно осуществляющим надзор за животным, что по неосторожности повлекло наступление указанных выше общественно опасных последствий. Диспозиция статьи прямо указывает на нарушение специальным субъектом, обязанным обеспечивать надлежащее обращение с животным, специальных правил безопасного его содержания и выгула. Выше мы указывали, что в Российской Федерации нет единого федерального регламента безопасного содержания животных. Подобные правила есть в субъектах Российской Федерации, но они носят разрозненный характер, отражают сложившиеся местные особенности и зачастую регулируют содержание отдельных видов животных, как правило, собак. Этот пробел необходимо заполнять Федеральным законом «Об ответственном обращении с животными», о проекте которого мы шлвлоиди выше. Законопроект устанавливает основные принципы правового регу-лирования в области обращения с животными (ст. 3); устанавливает общие требования при обращении с различными видами животных, по поводу которых возникают необходимые для регулирования отношения (ст. 7-9); устанавливает обязанности для владельцев животных (ст. 12); устанавливает правила содержания животных-компаньонов (ст. 14) и отдельно правила выгула собак (ст. 15); устанавливает правила обращения с безнадзорными животными (ст. 18) и регламентирует деятельность приютов для животных (ст. 19) [1, ст. 3, 7-9, 12, 14, 15, 18, 19]. Приложение № 1 к проекту закона содержит исчерпывающий перечень животных-компаньонов, содержание которых допустимо в домашних условиях и условиях питомников [1, прилож. 1]. Запрещаются к содержанию животные-компаньоны, отсутствующие в указанном перечне [1, п. «а» ч. 2 ст. 14]. Приложение № 2 к проекту закона содержит исчерпывающий перечень потенциально опасных пород собак, к которым отнесены [1, прилож. 2]: американский питбультерьер; южноафриканский бурбуль; карельская медвежья собака; анатолийский карабаш; американский стаффордширдский терьер; кавказская овчарка; алабай; метисы указанных пород.

Перечисленные собаки потенциально опасных пород запрещаются к содержанию без регистрации их в установленном порядке [1, ч. 3 ст. 14].

Для отечественного законодательства нам видится крайне полезным принятие Федерального закона «Об ответственном обращении с животными». Проект этого закона принят Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации в первом чтении 23 марта 2011 г. (Постановление № 5002-5 ГД) [14].

Возвращаясь к ст. 245.2 законопроекта № 283657-6 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уго-ловно-процессуального кодекса Российской Федерации», хочется добавить, что предполагаемое нахождение ее в гл. 25 Уголовного кодекса Российской Федерации, по нашему мнению, выглядит некорректно, поскольку это указывает, что объектом преступного посягательства являются общественные отношения, обеспечивающие здоровье населения и общественную нравственность, хотя из содержания ст. 245.2 явствует, что объектом этого преступления являются общественные отношения в сфере общественной безопасности (гл. 24), поскольку объективная сторона состава преступления преду-сматривает причинения вреда, как здоровью, так и жизни любого человека, ставшего предметом агрессии со стороны животного по причине нарушения правил безопасного его (животного) содержания со стороны ответственного лица.

Более того, нам видится не совсем удачной редакция названия ст. 245.2 «Нарушение правил содержания, выгула животных» и использованные в диспозиции первой части аналогичные термины, формирующие общественно опасное деяние. Во-первых, смысловая нагрузка статьи указывает на нарушение ответственным лицом не всех возможных правил содержания животных, а только тех, которые обязывают обеспечивать их безопасное содержание. Во-вторых, по смысловому значению словосочетание «содержание животных» включает в себя, наряду с иными требованиями, и выгул животных, если это уместно без создания индивидуально-специальных микроклиматических условий обитания, что предусмотрено зако-нопроектом «Об ответственном обращении с животными» [1, п. 2 ч. 1 ст. 12]. Поэтому нам видится неуместным подобное дублирование терминов, обладающих взаимопоглощающим смысловым соотношением, как общий термин «содержание» по отношению к частному «выгул». Правильнее было бы из названия статьи и диспозиции первой части исключить термин «выгул» и использовать только термин «содержание». В-третьих, применение термина «содержание» нам также видится недостаточно оправданным. С позиции узкого подхода к предмету регулирования отношений об ответственном обращении с животными этот термин вполне подходящий, поскольку охватывает животных-компаньонов (домашних животных), служебных животных и животных, используемых в культурно-зрелищных мероприятиях, а также безнадзорных животных указанных категорий, о чем мы указывали вы-ше [1, ч. 1 ст. 1, п. 4 ч. 1 ст. 2], т.е. животных, находящихся под опекой человека. Но термин «содержание» тесно связан с термином «владелец», поскольку определение владельца животного исходит из обязанности его содержания [1, п. 2 ч. 1 ст. 2]. А как можно содержать безнадзорное животное и нести ответственность за его поведение, когда у него нет владельца [1, п. 1 ч. 1 ст. 2]? Налицо противоречие, которое, по нашему мнению, непосредственно связано с использованием термина «со-держание» применительно к безнадзорным животным. Безусловно, должен кто-то нести ответственность за вред, причиняемый безнадзорными животными. Но, исходя из этих правовых позиций, должен же кто-то отвечать и за вред, причиняемый синантропными животными, продуктивными (сельскохозяйственными) животными, а также дикими животными, не являющимися предметом регулирования отношений об ответственном обращении с животными [1, ч. 3 ст. 1], хотя подобная правовая позиция, по нашему мнению, образует широкий взгляд на предмет регулирования отношений об ответственном обращении с животными, причем, речь идет о происшествиях, связанных с причинением вреда человеку в привычных для него условиях нахождения. В этой связи нам видится наиболее уместным применение термина «обращение» (вместо термина «содержание») как наиболее полно охватывающего любые возможные происшествия, связанные с причинением вреда человеку от любых животных, чье поведение может находиться в зависимости от действий ответственных лиц. Служащие органов власти, обязанные в силу занимаемой должности или выполняемой работы осуществлять деятельность по обращению с безнадзорными, синантропными, продуктивными или дикими животными в целях не допущения [1, ч. 1 ст. 18]: 1) неконтролируемого их размножения; 2) причинения вреда здоровью и (или) имуществу граждан или организаций; 3) возникн эпизоотий и (или) чрезвычайных ситуаций, связанных с распространением заразных болезней, общих для человека и животных, носителями которых могут быть животные; 4) нанесения ущерба животному миру и среде его обитания, - способны быть субъектами уголовной ответственности в случаях наступления общественно опасных последствий от неисполнения или не-надлежащего исполнения ими своих обязанностей. Так, дагестанские органы власти могли бы быть более расторопными в обращении с волками, которые в поисках пропитания заходят в местные поселения и нападают как на людей, так и на сельскохозяйственных животных [15]. А органы власти города Сланцы Ленинградской области своевременной организацией отлова бродячих собак смогли бы не допустить нападения их на ребенка, тем более что статистика нападений животных, преимущественно собак, на людей в этом городе крайне неблагоприятная. Так, в период с 2011 по 2013 гг. за медицинской помощью обратились 296 человек [16]. Информации о привлечении к ответственности виновных лиц по указанным происшествиям не сообщалось. Мы полагаем, что причиной подобной безответственности является отсутствие в отечественном уголовном законодательстве специальных норм безопасного обращения с животными.

Ранее нами высказывалось предположение о необходимости размещения в гл. 24 Уголовного кодекса Российской Федерации «Преступления против общественной безопасности» модели уголовно-правовой нормы под названием «Нарушение правил содержания животных» [17, с. 63-64]. С учетом анализа положений проектов Федеральных законов № 458458-5 «Об ответственном обращении с животными» и № 283657-6 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» и аргументов, содержащихся в сопутствующих им документах, на данный момент нам видится более удачной редакция предлагаемой нормы под названием «Нарушение правил безопасного обращения с животными» в следующем виде:

«1. Нарушение правил безопасного обращения с животными его собственником или иным лицом, обязанным принимать меры по обращению с животными, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека либо крупного ущерба, -

наказывается...

2. То же деяние, повлекшее по неосторожности смерть человека, -

наказывается.

3. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц, -

наказывается.».

Содержание понятия «крупный ущерб» раскрывается в примечании к статье 216 Уголовного кодекса Российской Федерации «Нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных или иных работ», находящейся в указанной выше главе Уголовного кодекса Российской Федерации. Причиненный ущерб признается крупным, если его сумма превышает пятьсот тысяч рублей. Положение указанного примечания распространяется на все статьи гл. 24 Уголовного кодекса Российской Федерации, а следовательно, и на предлагаемую нами редакцию уголовно-правовой нормы.

Законопроект N° 283657-6 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» был поддержан Верховным Судом Российской Федерации, при условии доработки отдельных замечаний [18]. Правительство Российской Федерации законопроект не одобрило, посчитав его недостаточно аргументированно обоснованным [19]. 22 мая 2013 г. проект внесен в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации и рассмотрен Советом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации 20 июня 2013 г. (протокол № 102, п. 37) [20].

По нашему мнению, указанный законопроект интересен и заслуживает пристального внимания, несмотря на его критику из-за указанных нами в ходе аналитического обсуждения неточностей. Действительно, законопроект требует тщательного переосмысления и доработки. Более того, мы полагаем, что вряд ли он будет принят раньше Федерального закона «Об ответственном обращении с животными», регламентирующего правила гуманного и безопасного обращения с животными, который пока тоже далек от совершенства и находится в процессе процедурного нормотворчества.

Насущная потребность этих законов очевидна. Животное невиновно в том, что оно напало на человека, причинив ему вред. Подобное поведение свойственно и ожидаемо от животного, поскольку является отражением его сущности. Всю вину за поведение животного должен взять на себя человек, который попустительствовал этому, и понести соразмерное последствиям уголовное наказание. Ежегодно в Москве более тридцати тысяч жителей становятся жертвами нападений собак, причем, в 78 % случаев агрессия исходила от животных, имеющих владельцев. Подобная объективная ситуация противоправных проявлений не должна порождать ответной реакции со стороны человека в отношении животных по причине недостаточной ответственности виновных лиц. Ежегодно в нашей стране регистрируется около 250 преступлений с признаками жестокого обращения с животными [21]. Мы полагаем, что одной из причин такой криминогенной ситуации является сложившийся правовой дисбаланс в сфере ответственного обращения с животными между безопасным их содержанием и гуманным отношением.

Зарубежный опыт показывает, что отношения по поводу ответственного обращения с животными, тем более представляющими общественную опасность, весьма успешно подвергаются упорядочиванию и регулированию, в т.ч. посредством уголовно-правовых норм, что способствует более прочной защите основных прав человека, причем без допущения негуманного обращения с животными.

Осуществив посредством уголовно-правового запрета защиту российского гражданина от посягательств на него опасных животных, законодатель тем самым сможет укрепить государственные гарантии на реализацию и защиту основных конституционных прав человека в России, а также стимулировать позитивное правовое поведение лиц, ответственных за поведение животных.

Список литературы

1. Об ответственном обращении с животными [Электронный ресурс]: проект федер. закона № 458458-5. // КонсультантПлюс. - URL: http//base.consultant.ru/cons/cgi/online (дата обращения: 22.02.2013).

2. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации [Электронный ресурс]: проект федер. закона № 283657-6. // КонсультантПлюс. - URL: http//base.consultant.ru/cons/cgi/online (дата обращения: 10.03.2014).

3. Атака догхантеров [Электронный ресурс] // Сайт «5-знак отличия». Новости. - URL: http// www.5-tv.ru/news/60165 (дата обращения: 21.09.2012).

4. Догхантеры травят собак в Таврическом саду [Электронный ресурс] // Сайт «5-знак отличия». Новости. - URL: http//www.5-tv.ru/news/62006 (дата обращения: 31.10.2012).

5. Догхантеры травят животных и детей [Электронный ресурс] // Сайт «5-знак отличия». Новости. - URL: http//www.5-tv.ru/news/77863 (дата обращения: 14.11.2013).

6. Уголовное право. Общая часть : курс лекций /под общ. ред. С.А. Денисова, В.И. Тюнина. -СПб.: Изд-во СПб ун-та МВД России, 2008. - 444 с.

7. Семенов, К. П. Об ответственном содержании животных в Российской Федерации и возможности уголовного преследования владельцев животных, причинивших вред по неосторожности // Информационный бюллетень Главного Управления МВД России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области. - 2013. - № 3 (60). - С. 27-30.

8. Тебряев, А. А. Внедоговорная (деликтная) ответственность и меры защиты за причинение вреда источниками повышенной опасности : дис. ... канд. юрид. наук. - СПб., 2002. - 162 с.

9. Катаева, В. Н. Животные как орудия преступления // Законность. - 2004. - № 11. - С. 16-18.

10. О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое [Электронный ресурс]: пост. Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29: ред. от 23 декабря 2010 г. // КонсультантПлюс. -URL: http//base.consultant.ru/cons/cgi/online (дата обращения: 10.03.2014).

11. Брагина, А. Г. Уголовная ответственность за оскорбление представителя власти : дис. ... канд. юрид. наук. Красноярск, 2006. - 236 с.

12. Уткина, И. О. Уголовно-правовая характеристика преступлений с участием домашних животных [Электронный ресурс] // URL: http://forum.test.zakonia.ru/...?t=28983 (дата обращения: 15.03.2014).

13. О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ) [Электронный ресурс]: пост. Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1: ред. от 03 декабря 2009 г. // КонсультантПлюс. -URL: http//base.consultant.ru/cons/cgi/online (дата обращения: 16.03.2014).

14. Об ответственном обращении с животными [Электронный ресурс]: паспорт проекта федер. закона № 458458-5. // КонсультантПлюс. - URL: http//base.consultant.ru/cons/cgi/online (дата обращения: 20.03.2014).

15. Нападения волков [Электронный ресурс] // Сайт «5-знак отличия». Новости. URL: http// www.5-tv.ru/news/79287 (дата обращения: 23.12.2013).

16. Нападения псов [Электронный ресурс] // Сайт «5-знак отличия». Новости. URL: http// www.5-tv.ru/news/80117 (дата обращения: 21.01.2014 г.).

17. Семенов, К. П. Об эффективности уголовного преследования владельцев животных за неосторожное причинение вреда здоровью посторонним лицам // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. - 2013. - № 3 (59). - С. 60-64.

18. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации [Электронный ресурс]: офиц. отзыв Верховного Суда РФ от 06.11.2012 № 2-ВС-5631/12 на проект федер. закона № 283657-6. // КонсультантПлюс. - URL: http//base.consultant.ru/cons/cgi/online (дата обращения: 10.03.2014).

19. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации [Электронный ресурс]: офиц. отзыв Правительства РФ от 18.03.2013 № 1355п-П4 на проект федер. закона № 283657-6. // КонсультантПлюс. - URL: http// base.consultant.ru/cons/cgi/online (дата обращения: 10.03.2014).

20. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации [Электронный ресурс]: паспорт проекта федер. закона № 283657-6. // КонсультантПлюс. URL: http//base.consultant.ru/cons/cgi/online (дата обращения: 10.03.2014).

21. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации [Электронный ресурс]: пояснит. записка к проекту федер. закона № 283657-6. // КонсультантПлюс. - URL: http//base.consultant.ru/cons/cgi/online (дата обращения: 10.03.2014).

УДК 343.14

Р.Е. Егорова*, С.М. Прокофьева**

Разумный срок уголовного судопроизводства и права потерпевшего

В работе рассматриваются вопросы применения ст. 6.1 УПК РФ в аспекте права потерпевшего на разумный срок уголовного судопроизводства, показаны противоречия отдельных положений данной статьи и высказаны рекомендации по совершенствованию норм законодательства, определяющих порядок исчисления разумного срока.

Ключевые слова: уголовное судопроизводство, разумный срок, потерпевший, уголовное преследование.

R.E. Egorova*, S.M. Prokofyeva**. Reasonable Term of Criminal Court Proceedings and the Victim's Rights. The work is considering the matters of application of Article 6.1 of the Criminal Code of the Russian Federation in the aspect of the victim's rights to the reasonable term of criminal court proceedings; the collisions of separate provisions of this article are shown, and the recommendations on improving the legislature rules determining the procedure for the reasonable term calculation are stated.

Keywords: criminal court proceedings, reasonable term, a victim, prosecution.

Принципы состязательности и равноправия сторон, на основе которых осуществляется уголовное судопроизводство в Российской Федерации, предполагают соблюдение в уголовном процессе определенного баланса охраняемых законом интересов лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, и лиц, пострадавших от преступления (ст. 15 УПК РФ) [4]. Для реализации указанных положений законодательство должно предусматривать равные права сторон во всех уголовно-процессуальных аспектах, в т.ч. и в вопросе реализации права граждан на уголовное судопроизводство в разумный срок.

* Егорова, Раиса Евгеньевна, преподаватель кафедры уголовного процесса Санкт-Петербургского университета МВД России. Адрес: Россия, 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. E-mail: raissaa@rambler.ru

** Прокофьева, Светлана Михайловна, профессор кафедры уголовного процесса Санкт-Петербургского университета МВД России, доктор юридических наук профессор. Адрес: Россия, 198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1. E-mail: sveta_prokofyva@mail.ru.

* Egorova, Raisa Eugeniyevna, teacher of Criminal Procedure Department of Saint-Petersburg University of Ministry of the Interior of Russia. Address: Russia, 198206, St. Petersburg, Saint-Petersburg, Pilot Pilyutov str., 1. E-mail: raissaa@rambler.ru

** Prokofyeva, Svetlana Mikhailovna, Professor of Criminal Procedure Department of Saint-Petersburg University of Ministry of the Interior of Russia. Address: Russia, 198206, St. Petersburg, Saint-Petersburg, Pilot Pilyutov str., 1. E-mail: sveta_prokofyva@mail.ru. © Егорова Р.Е., Прокофьева С.М., 2014