Правовая природа норм ТС (ЕЭП),инкорпорируемых в законодательство Казахстана

Сарсембаев Марат Алдангорович,

главный научный сотрудник отдела международного законодательства и сравнительного правоведения Института законодательства РК, доктор юридических наук, профессор

ПРАВОВАЯ ПРИРОДА НОРМ ТС (ЕЭП), ИНКОРПОРИРУЕМЫХ В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО КАЗАХСТАНА

Юридическая природа норм договоров и документов Таможенного союза и Единого экономического пространства представляется мне в следующем виде. Международные договоры, которые привели к созданию Таможенного союза и Единого экономического пространства, им-плементируются в законодательство Республики Казахстан, как любой другой договор, подписанный и ратифицированный Республикой Казахстан. Все примерно 800 многосторонних и региональных международных договоров, в том числе примерно 140 международных региональных интеграционных договоров и соглашений, подписанных и ратифицированных Республикой Казахстан, в целом имплементируются (инкорпорируются) в законодательство Республики Казахстан посредством издания под каждый такой договор, по крайней мере, 2-х внутренних законов республики. Если нормы имплементи-руемого ратифицированного договора вошли в противоречие с теми или иными нормами казахстанского права, то принимается 3-й закон, призванный снимать эти противоречия путем внесения изменений и дополнений в некоторые законодательные акты республики. Как видим, такая инкорпорация является одним из средств, совершенствующих внутреннее законодательство республики. Этот метод наряду с другими способами позволит нам, как говорил Президент страны Н.Назарбаев в своем Послании народу Казахстана «Стратегия «Казахстан-2050»: новый политический курс состоявшегося государства», «начать очередной этап модернизации национальной правовой системы», которая должна «синхронизироваться с динамично развивающейся международной правовой средой». Цель данной статьи состоит в том, чтобы показать процесс модернизации казахстанского законодательства по вопросам экономики и торговли на основе синхронного соединения его норм

с развивающейся международной правовой средой евразийской интеграции.

Хотя Конституция Республики Казахстан допускает возможность применения норм международного договора на территории Казахстана напрямую, правовая практика идет по традиционному пути: субъекты казахстанского права применяют нормы международного договора, как правило, при принятии аналогичного казахстанского закона, в котором практически дублируются нормы конкретного ратифицированного республикой международного договора. Первый внутренний закон принимается по линии обеих палат Парламента Республики Казахстан и подписывается Президентом страны. Суть этого первого закона состоит в том, что он информирует субъекты казахстанского права, население страны о том, что Казахстан присоединился к данному международному договору посредством ратификации. Этим законом мы посылаем сигнал мировому сообществу, сообществу региона, что мы положительно восприняли идеи мирового сообщества, регионального сообщества, сформулированные в данном международном договоре.

Через некоторое время соответствующее министерство и ведомство республики с учетом своего профиля разрабатывает положения 2-го закона, которые практически воспроизводят положения ратифицированного универсального или регионального договора. К примеру, региональное Соглашение по вопросам свободных (специальных, особых) экономических зон на таможенной территории Таможенного союза и таможенной процедуры свободной экономической зоны от 18 июня 2010 года было ратифицировано посредством 1-го закона от 30 июня 2010 года о ратификации данного Соглашения. Затем 2-й закон Республики Казахстан «О специальных экономических зонах в Республике

Казахстан» от 21 июля 2011 года в значительной мере воспроизвел основные положения анализируемого Соглашения, введя, таким образом, данный международно-правовой акт в систему казахстанского права.

Теперь все субъекты казахстанского права будут выполнять нормы упомянутого 2-го внутреннего закона и одновременно нормы международного договора, и они выполняют их. Но при выполнении норм 2-го закона в виде составления правоприменительного документа субъекты казахстанского права делают ссылки на этот внутренний закон, но при этом могли бы обозначить соответствующие статьи международного договора на эту же тему, но они этого, как правило, не делают. Именно на этот недостаток указывал Комитет ООН по правам человека, когда заслушивал доклад Республики Казахстан о состоянии прав человека в стране в июле 2011 года. Между тем это не сложно, и ссылки на нормы международных договоров нужно делать всегда.

Говоря о документах нормативного характера, принимаемых по линии органов Таможенного союза и Единого экономического пространства, мы должны указать на особенности их правовой природы по сравнению с международными договорами общего характера. Документы нормативного характера, разрабатываемые и принимаемые в рамках евразийской интеграции, являются документами, чьи нормы реализуются на территории всех стран интеграции напрямую, непосредственно. Для этих документов и их норм не требуется издания ни 1-го, ни 2-го внутреннего закона республики, поскольку на территории интеграционного пространства, в том числе на территории Казахстана, они реализуются так же, как и нормы внутреннего казахстанского права. Например, Решение Комиссии Таможенного союза от 16 апреля 2010 года № 235 «Об определении уполномоченных органов государственной власти государств-членов Таможенного союза для взаимодействия с Комитетом по вопросам регулирования внешней торговли», Решение Комиссии Таможенного союза от 26 февраля 2010 года № 196.1 «О корректировки ставки ввозной таможенной пошлины единого таможенного тарифа Таможенного союза в отношении отдельных видов бумаги и картона» реализуются на всем интеграционном пространстве, в том числе на территории Республики Казахстан, непосредственно.

Но здесь есть некоторые исключения, которые определены постановлением Конституционного Совета Республики Казахстан от 5 ноября

2009 года, в котором записано, что на территории Казахстана не могут действовать нормы решений органов евразийской интеграции, если они посягают на суверенитет государства, а также на права и свободы казахстанских граждан. Это означает, что решения, постановления, иные документы органов евразийской интеграции могут осуществляться и в этих, обозначенных сферах, но перестают действовать, если вступают в противоречие с нормами казахстанского права, регулирующих эти сферы. Здесь возникает вопрос: какой должна быть позиция казахстанского законодателя? Должен ли он просто принять к сведению нормы ТС (ЕЭП), которые соседствуют и не противоречат нормам казахстанского права и реализуются на территории Казахстана так же, как и нормы казахстанского права? Должен ли он приводить нормы казахстанского права в соответствие с нормами ТС (ЕЭП), если да, то на каких основаниях? Должны ли действовать нормы ТС (ЕЭП) на территории Казахстана, если они вступили в противоречие с нормами казахстанского права? Какие действия должен предпринять казахстанский законодатель в целях устранения такого противоречия?

Позиция казахстанского законодателя, на мой взгляд, должна быть такой: по крайней мере, он не может и не должен пассивно относиться к складывающимся в этих ситуациях обстоятельствам. Его активность должна проявляться во внимательном, скрупулезном мониторинге всех норм права ТС (ЕЭП), их исполнения на территории Казахстана, в тщательном анализе результативности этих норм, в отслеживании положительных и негативных последствий действия этих норм, в выявлении их соответствий и противоречий нормам казахстанского права, нормам международного права, заложенным в статьях договоров и конвенций, к которым присоединилась Республика Казахстан, в обнаружении тенденций их развития и их возможной корректировки.

Я полагаю, что казахстанский законодатель должен реагировать как на соответствия, так и на обнаружение противоречий в нормах права ТС (ЕЭП) и нормах казахстанского права. Если случилось так, что нормы права ТС (ЕЭП) соответствуют общим установкам и принципам казахстанского права, но сходных норм нет ни в той, ни в другой отрасли казахстанского права, законодатель Республики Казахстан может такие пробелы ликвидировать путем принятия либо отдельного закона, либо закона о внесении соответствующих изменений и дополнений в те или

иные уже функционирующие законодательные акты Казахстана. Тем более казахстанский законодатель должен оперативно отреагировать на возникшие противоречия в аналогичных нормах как права ТС, так и казахстанского права. И вот здесь нужно проявить аналитическую осторожность: если норма права ТС (ЕЭП), хотя и противоречит аналогичной норме казахстанского права, но в процессе ее исполнения становится очевидной ее польза интересам казахстанского общества и государства, то казахстанский законодатель может поставить вопрос об отмене или изменении соответствующей нормы казахстанского права. Если норма того или иного договора или документа ТС (ЕЭП) вошла в противоречие с нормой казахстанского права и в процесс ее исполнения виден ущерб, наносимый интересам казахстанского государства, общества, его юридическим и физическим лицам, то законодатели Парламента республики должны поставить вопрос об отмене этой нормы права ТС (ЕЭП). Законодательство Казахстана следует привести в соответствие с нормами Таможенного союза и Всемирной торговой организации. Так, содержание Закона Республики Казахстан от 12 апреля 2004 года «О регулировании торговой деятельности» можно улучшить нормой пункта 2.2 статьи 2 Соглашения ВТО о технических барьерах в торговле, суть которой заключается в том, «чтобы технические регламенты не разрабатывались, не принимались или не применялись таким образом, чтобы создавать или приводить к созданию излишних препятствий в международной торговле». Идею данной нормы можно сформулировать в статье 5 Закона о торговой деятельности «Формы и методы государственного регулирования торговой деятельности», в главе 4 «Внешнеторговая деятельность» в качестве отдельной статьи. Статья 24 Закона Республики Казахстан от 9 ноября 2004 года «О техническом регулировании» говорит о применении международных, региональных стандартов и нормативных документов по стандартизации иностранных государств. Но в ней нет ссылки на Международную организацию стандартизации -ISO (InternationalStandardsOrganization). Между тем в Приложении 1 к Соглашению ВТО о технических барьерах в торговле об этой Организации говорится в развернутом виде. И это очень важно: при неформальном, заинтересованном подходе к требованиям данной международной организации все юридические лица и государственные учреждения Казахстана могут достичь больших успехов в обеспечении качества своих

товаров и услуг.

Законодатель Республики Казахстан должен приводить в соответствие отечественные правовые нормы с нормами права Таможенного союза и Единого экономического пространства, если нормы договоров и соглашений, а также документов данной интеграции не противоречат требованиям элементарной логики, не содержат противоречивых норм внутри самого договора или соглашения, если они не противоречат общепризнанным принципам и нормам современного международного права, если они не противоречат нормам права Всемирной торговой организации. Если такие противоречия обнаруживаются, то они должны быть устранены, и только после этого можно ставить вопрос об инкорпорации норм права ТС и ЕЭП в законодательные нормы Республики Казахстан. Нормы права ТС и ЕЭП могут действовать на территории Казахстана и при обнаружении этих противоречий. В этой связи встает задача оперативного устранения такого противоречия.

Правовая база международно-правовых документов Таможенного союза по вопросам усовершенствования процесса международной торговли состоит из Соглашения государств-членов Таможенного союза об устранении технических барьеров во взаимной торговле с государствами-участниками Содружества Независимых Государств, не являющимися государствами-членами Таможенного союза, от 17 декабря 2012 года, Соглашения об основах гармонизации технических регламентов государств-членов Евразийского экономического сообщества от 24 марта 2005 года, Соглашения о проведении согласованной политики в области технического регулирования, санитарных и фитосанитарных мер от 25 января 2008 года, Соглашения о единых принципах и правилах технического регулирования в Республике Беларусь, Республике Казахстан и Российской Федерации от 18 ноября 2010 года. Идея Соглашения ВТО состоит в устранении излишних технических барьеров в международной торговле. В этой связи призываем эту идею в приведенных соглашениях Таможенного союза сформулировать в расширенном формате.

Теперь попробуем нормы проекта Протокола о внесении изменений и дополнений в Соглашение об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза, от 25 января 2008 года сопоставить с аналогичными нормами казахстанского таможенного законодательства с точки зрения возможной имплементации норм

Протокола и Соглашения в нормы казахстанского права. При этом предполагается, что нормы международно-правового документа должны положительно влиять на сходные нормы внутригосударственного законодательства, своими более точными формулировками побуждать вносить во внутреннее законодательство соответствующие изменения и дополнения. Между тем, такое происходит не всегда. Если внимательно прочесть строки анализируемого Протокола, то увидим, что по всему тексту Соглашения вписано словосочетание: «лицо, декларирующее товары». Желательно заменить это словосочетание на термин «декларант (таможенный представитель)», который предложен пунктами 2 и 27 статьи 4 Кодекса Республики Казахстан «О таможенном деле»: «2) декларант - лицо, которое декларирует товары либо от имени которого декларируются товары», «27) таможенный представитель - юридическое лицо Республики Казахстан, совершающее от имени и по поручению декларанта или иного заинтересованного лица таможенные операции в соответствии с таможенным законодательством таможенного союза и настоящего Кодекса». Рекомендую в данном случае унифицировать нормы на базе терминов, применяемых во внутригосударственном Таможенном кодексе Республики Казахстан 2010 года.

Абзац 12 пункта 5 Протокола гласит: «4. В случае если продавец и покупатель являются взаимосвязанными лицами и при этом на основе информации, предоставленной декларантом (таможенным представителем), или полученной таможенным органом иным способом, таможенный орган обнаружит признаки того, что взаимосвязь продавца и покупателя повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, то таможенный орган в письменной форме сообщает декларанту (таможенному представителю) об этих признаках. В этом случае таможенный орган принимает решение о проведении дополнительной проверки, в том числе с целью анализа сопутствующих продаже обстоятельств. Декларант (таможенный представитель) имеет право доказать отсутствие влияния взаимосвязи продавца и покупателя на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате». Пункт 3 статьи 101 Таможенного кодекса Республики Казахстан при похожих обстоятельствах предусматривает: «В том случае если продавец и покупатель являются взаимосвязанными лицами и при этом на основе информации, предоставленной лицом, декларирующим товары, или полученной таможенным органом иным способом,

обнаруживаются признаки того, что взаимосвязь продавца и покупателя повлияла на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате, то таможенный орган в письменной форме сообщает лицу, декларирующему товары, об этих признаках. Лицо, декларирующее товары, должно доказать отсутствие влияния взаимосвязанности продавца и покупателя на цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате». Здесь целесообразно употребленный в Таможенном кодексе республики термин «лицо, декларирующее товары» заменить термином «декларант (таможенный представитель)», как это вытекает из первых упомянутых выше статей этого же Таможенного кодекса. В рассматриваемом международно-правовом акте таможенный орган наделен полномочием проводить дополнительную проверку при соответствующих обстоятельствах. В Таможенном кодексе Республики Казахстан такого полномочия за таможенным органом не предусмотрено. В этой связи рекомендуется в Таможенном кодексе Республики Казахстан наделить таможенный орган еще одним полномочием в виде проведения дополнительной проверки.

Абзац в пункте 10 статьи 1 проекта Протокола предлагает по всему тексту Соглашения слова «коммерческие и управленческие расходы» и «общие расходы» заменить на термин «общие расходы (коммерческие и управленческие расходы)» в соответствующих падежах. В статье 106 Таможенного кодекса Республики Казахстан используются термины «коммерческие и управленческие расходы» и «общие расходы». Рекомендуется в статье 106 Кодекса Республики Казахстан «О таможенном деле» аналогично норме международного договора по всему тексту слова «коммерческие и управленческие расходы» и «общие расходы» заменить на термин «общие расходы (коммерческие и управленческие расходы)» в соответствующих падежах.

Теперь предлагаю читателю обратить внимание на проект Протокола 2012 года (точная дата будет проставлена по принятии Протокола) о внесении изменений и дополнений в Договор о Таможенном кодексе Таможенного союза от 27 ноября 2009 года. Цель имплементации (инкорпорации) норм международного акта (в нашем случае - Протокола) в нормы казахстанского права может быть достигнута тогда, когда сами нормы этого международно-правового документа будут безупречны с точки зрения ее качественного содержания. Поэтому предлагается нормы этого Протокола по возможности усовершен-

ствовать. Преамбула (введение) Протокола предложена в следующем виде: «Государства-члены Таможенного союза в рамках Евразийского экономического сообщества, далее именуемые Сторонами, .. .принимая во внимание общепризнанные принципы и нормы международного права, в целях обеспечения таможенного регулирования на единой таможенной территории Таможенного союза, согласились о нижеследующем:». По моему мнению, не все общепризнанные принципы и нормы международного публичного права могут напрямую работать на Протокол к Таможенному кодексу Таможенного союза, к примеру, такие, как: принцип неприменения силы или угрозы силой, а также международно-правовые нормы о разоружении, о терроризме, о военнопленных. Поэтому в преамбуле желательно видоизменить фразу «принимая во внимание общепризнанные принципы и нормы международного права,». В последнем абзаце преамбулы после слова обеспечения желательно включить слово «надлежащего». При таком подходе более ярко высветилась бы цель принимаемого Протокола. В этой связи Преамбула Протокола может быть видоизменена так: «Государства-члены Таможенного союза в рамках Евразийского экономического сообщества, далее именуемые Сторонами, ... принимая во внимание соответствующие принципы и нормы международного права, в целях обеспечения надлежащего таможенного регулирования на единой таможенной территории Таможенного союза, согласились о нижеследующем:».

Статья 4 данного Протокола предлагает: «С даты вступления в силу настоящего Протокола утрачивают силу: Соглашение об освобождении от применения таможенными органами государств-членов Таможенного союза определенных форм таможенного контроля от 18 июня 2010 года;Соглашение об основаниях, условиях и порядке изменения сроков уплаты таможенных пошлин от 21 мая 2010 года». В этой ситуации Протокол, вносящий изменения в Договор (соглашение), является документом 2-го (как бы нижестоящего) уровня, поэтому наступление юридического последствия в виде утраты силы Соглашениями нелогично. Поэтому 1-й абзац статьи 4 Протокола следует изменить так: «С даты вступления в силу настоящего Протокола и Договора вместе с внесенными в него новыми положениями утрачивают силу: Соглашение об освобождении от применения таможенными органами государств-членов Таможенного союза определенных форм таможенного контроля от 18 июня 2010 года;Соглашение об основаниях, ус-

ловиях и порядке изменения сроков уплаты таможенных пошлин от 21 мая 2010 года».

Согласно статье 7 анализируемого Протокола, «настоящий Протокол подлежит ратификации и вступает в силу со дня получения депозитарием последнего письменного уведомления по дипломатическим каналам о выполнении Сторонами внутригосударственных процедур, необходимых для вступления настоящего Протокола в силу». Непонятно, что имеется в виду под «последним письменным уведомлением» - это - второе уведомление? или - третье уведомление? Надо четко и точно ответить на эти вопросы. Думается, для этого после слова «последнего» надо бы записать в порядке дополнения слово «третьего», поскольку в этом международном акте интеграции участвуют 3 государства. В этой связи статья 7 могла бы в видоизмененном виде стать такой: «Настоящий Протокол подлежит ратификации и вступает в силу со дня получения депозитарием последнего, третьего письменного уведомления по дипломатическим каналам о выполнении Сторонами внутригосударственных процедур, необходимых для вступления настоящего Протокола в силу».

В последнем абзаце статьи 7 Протокола записано: «Совершено . в одном подлинном экземпляре на русском языке». Поскольку у каждой Стороны есть свой государственный язык, поэтому данный договор должен быть не только составлен и совершен на русском языке, но он должен быть совершен на белорусском и казахском языках. Поэтому последний абзац статьи 7 должен быть составлен так: «Совершено . в одном подлинном экземпляре на белорусском, казахском и русском языках».

И вот теперь надо присмотреться к тому, насколько Протокол и Приложения к нему окажутся надлежащей основой для совершенствования казахстанского таможенного законодательства, в данном случае действующего Таможенного кодекса Республики Казахстан. В целях импле-ментации (инкорпорации) норм Протокола в казахстанское законодательство есть смысл ознакомиться с Приложением к Приложению «Изменения и дополнения, которые вносятся в Таможенный кодекс Таможенного союза»: «Пункт 3, части первую и вторую пункта 4 статьи 3 после слов «запреты и ограничения,» дополнить словами «специальные защитные, антидемпинговые и компенсационные меры,». Среди 56 терминов, собранных в статье 4 Кодекса «О таможенном деле в Республике Казахстан» (Таможенного кодекса Республики Казахстан) от 30 июня 2010

года, нет терминов «компенсационные меры», «антидемпинговые меры». В статью 4 Таможенного кодекса Республики Казахстан есть смысл внести термины «компенсационные меры», «антидемпинговые меры», которые имеют прямое отношение к вопросам таможенного регулирования, а также дать определения к этим терминам.

Пункт 7 Приложения к Протоколу считает необходимым «главу 3 дополнить статьей 11 следующего содержания: «Статья 11. Взаимоотношения таможенных органов с участниками внешнеэкономической деятельности. «Таможенные органы устанавливают и поддерживают официальные отношения консультативного характера с участниками внешнеэкономической деятельности в целях совершенствования таможенного регулирования». Сопоставим приведенную статью 11 со статьей 21 Таможенного кодекса Республики Казахстан: « 1. В целях совершенствования таможенного регулирования в Республике Казахстан и внедрения эффективных методов таможенного администрирования участники внешнеэкономической деятельности, лица, осуществляющие деятельность в сфере таможенного дела, а также иные заинтересованные лица, в том числе общественные объединения и организации, участвуют в работе консультативных советов по вопросам таможенного дела». Поскольку приведенные 2 статьи по содержанию перекликаются друг с другом, статью 21 Таможенного кодекса Республики Казахстан можно дополнить следующим положением из пункта 7 Приложения к Протоколу: «Таможенные органы Республики Казахстан устанавливают и поддерживают официальные отношения консультативного характера с участниками внешнеэкономи-

ческой деятельности в целях совершенствования таможенного регулирования».

Право Таможенного союза и Единого экономического пространства предлагаем дополнить следующими близкими по тематике ВТО соглашениями, нормы которые можно импле-ментировать (инкорпорировать) в нормы казахстанского законодательства: Соглашение ТС и ЕЭП по торговле объектами интеллектуальной собственности, Соглашение о процедурах разрешения споров и разногласий между государствами-участниками ТС и ЕЭП, Соглашение об обязательствах сторон по торговле гражданской авиатехникой, Соглашение о торговле молоком и молочной продукцией, Соглашение о взаимной торговле разными видами мяса и мясных изделий. В целях имплементации предложенных соглашений в правовом поле Республики Казахстан представляется целесообразным под них разработать и принять новые казахстанские законы примерно с такими названиями: «Об организации торговли объектами интеллектуальной собственности Казахстана в интеграционном пространстве», «О механизме урегулирования споров между государствами и их органами, между физическими и юридическими лицами в Едином экономическом пространстве», «Об экспорте мяса и мясных изделий». Вопросы торговли гражданской авиатехникой, молоком и молочной продукцией могли бы найти место в отдельных разделах Закона Республики Казахстан от 12 апреля 2004 года «О регулировании торговой деятельности». Чем больше норм права ТС (ЕЭП) и казахстанского права будут соответствовать нормам права ВТО, тем лучше.

Список литературы

1. Абайдельдинов Е.М. Вопросы иерархии действующего национального права в условиях функционирования Единого экономического пространства. - В журнале: Вестник Института законодательства Республики Казахстан. - Научно-правовой журнал. - Астана . - 2012. - № 3 (27). -Стр. 30-33.

2. Ибрагимов Ж.И. Проблемы систематизации законодательства в условиях функционирования Единого экономического пространства. - В журнале: Вестник Института законодательства Республики Казахстан. - Научно-правовой журнал. - Астана . - 2012. - № 4 (28). - Стр. 84-89.

3. Назарбаев Н.А. Послание народу Казахстана «Стратегия «Казахстан-2050»: новый политический курс состоявшегося государства». - В газете: Казахстанская правда. - 2012. - 15 декабря. - Стр. 7.

4. Рожков А. Прогнозы умеренные, но позитивные (О перспективах Таможенного союза). -В газете: Аргументы и факты - Казахстан. - 2013. - Москва - Алматы. - № 1-2. - Стр. 5.

5. Сарсенов А.М., Хасенов М.Х. Вопросы имплементации некоторых актов Единого экономического пространства в национальное законодательство Республики Казахстан. - В журнале: Вестник Института законодательства Республики Казахстан. - Научно-правовой журнал. - Астана.

- 2012. - № 4 (28). - Стр. 79-83.

6. Локомотив железнодорожной отрасли (об унификации тарифов и норм в условиях совместной работы с железными дорогами Беларуси и России в рамках ТС и ЕЭП). - В газете: Казахстанская правда. - 2013. - 11 января. - Стр. 7.

7. Об официальном толковании норм статьи 4 Конституции Республики Казахстан применительно к порядку исполнения решений международных организаций и их органов. Нормативное постановление Конституционного Совета Республики Казахстан от 5 ноября 2009 года № 6. -В газете: Казахстанская правда. - 2009. - 3 декабря.

Мацалада «Кедендгк одац жэне Б1ръщгай экономикалъщ кещстгк цуцыгы» мен «Казацстандыц цуцыц» узымдары бертген. Еуразиялыц интеграция кел1Ым-шарттарыныц Казацстан аумагында гске асырылуына (имплементациялануына) жзрдемдесетгн жаца келгсгм-шарттар мен жаца цазацстандыц зацдарды эз1рлеу мен цабылдау жентде нег1здемелер усынылган.

Ty^u свздер: имплементация, интеграция, Кеденд1к одац, Б1ртутас экономикалыц ке^стщ инкорпорация, кеден, сауда, декларант, цуцыцтыц ЖYйе.

В этой статье приводятся понятия «право Таможенного союза и Единого экономического пространства» и «казахстанское право» и анализируется соотношение между ними. Предложены обоснования по разработке и принятию новых соглашений евразийской интеграции и новых казахстанских законов, призванных содействовать реализации (имплементации) таких соглашений на территории Казахстана.

Ключевые слова: имплементация, интеграция, Таможенный союз, Единое экономическое пространство, инкорпорация, таможня, торговля, декларант, правовая система.

In this article the concept of the «law of the Customs Union and the Common Economic Space» and «Kazakh law» are determined and the correlation between them is analyzed. The proposals on the development and adoption of new agreements on Eurasian integration and new Kazakh laws, subject to facilitate implementation of such agreements in the Republic of Kazakhstan, are substantiated.

Keyword: implementation, integration, customs union, common economic space, incorporation, customs, trade, declarant, legal system.

Марат Алдо^ар^лы Сэрсембаев,

КР Зац шыгару институты хальщаральщ зацнама жэне салыстырмалы ^¥^ыщтану бeлiмшщ бас гылыми ^ызметкер^ з.г.д., профессор

^азакстан заннамасына енпзшетш КО (БЭК) нормаларынын к^кыктык; таботаты

Сарсембаев Марат Алдангорович,

главный научный сотрудник отдела международного законодательства и сравнительного правоведения Института законодательства РК, д.ю.н., профессор

Правовая природа норм ТС (ЕЭП), инкорпорируемых в законодательство Казахстана

Sarsembayev Marat Aldangorovich,

^ief research fellow of Department of the international legislation and comparative law of the Institute of legislation of the Republic of Kazakhstan, d.j.s., professor

The legal nature of CU (CES) norms, incorporated in the legislation of Kazakhstan