Владимир Познер: я готов уйти немедленно

На прошлой неделе вокруг национальной телевизионной премии ТЭФИ разразился скандал, поставивший под сомнение само ее существование. В деталях конфликта разбиралась обозреватель "Власти" Арина Бородина.

Телевизионную премию ТЭФИ каждый год вручают лучшим из лучших в десятках номинаций — по мнению более 300 телеакадемиков, представляющих в Академии российского телевидения разные телеканалы и организации. На протяжении почти 15 лет, что существует ТЭФИ, вокруг нее было немало скандалов и конфликтов — и политических, и просто корпоративных. Но в марте прошлого года произошел первый серьезный раскол. Две крупные телекомпании — НТВ и ТНТ — вышли из состава телеакадемии и уже не могли сами выдвигать на ТЭФИ свои фильмы, программы и телеведущих. Заявление о выходе из академии написали тогда гендиректор НТВ Владимир Кулистиков, главный редактор информационной службы телеканала Татьяна Миткова и гендиректор ТНТ Роман Петренко.

Новый виток конфликта вокруг телеакадемии связан с ВГТРК. В конце июня закончился прием заявок на конкурс, который в очередной раз состоится в сентябре. Оказалось, что ВГТРК, один из крупнейших учредителей телеакадемии, не номинировала на конкурс свои новости, итоговые программы, работы репортеров и ведущих. Часть программ каналов "Россия", "Культура" и "Бибигон" будет представлена на ТЭФИ только компаниями-производителями.

Скорее всего, ВГТРК отказалась выставлять свои работы из-за того, что в корпорации были очень недовольны результатами последней ТЭФИ, когда большинство статуэток досталось "Первому каналу" (23 из 40), а ВГТРК — всего семь. Глава ВГТРК Олег Добродеев произошедшее официально не комментирует.

Президент Академии российского телевидения Владимир Познер высказал свою позицию в отношении сложившейся ситуации и дальнейшей судьбы ТЭФИ:

— У нынешней ситуации с неучастием ВГТРК в ТЭФИ есть определенная предыстория. Как вы помните, на прошлогодней торжественной церемонии ТЭФИ львиную долю призов получил "Первый канал". После этого спустя некоторое время до меня стали доноситься слухи, что ВГТРК собирается выходить из состава учредителей фонда "Академия российского телевидения". Точно так же, как в свое время это сделало НТВ. Мне стало понятно, что если ВГТРК выйдет, то академия, по сути дела, прекращает свое существование. Потому что если в стране есть три главных федеральных канала и два из них больше не участвуют в ТЭФИ, то академия в значительной степени теряет свое значение, смысл ее существования становится сомнительным. Есть, конечно, премия "ТЭФИ — Регион" — вещь очень важная, независимая от федеральных телеканалов. Но вот ТЭФИ общенациональная при выходе двух крупных телекомпаний теряет всякий смысл... Но на тот момент это были слухи.

Но где-то в конце прошлого года на одном из неформальных мероприятий глава ВГТРК Олег Добродеев публично сказал, что эта компания выходит из состава академии. Причем объяснения причин такого решения, по сути дела, не было. Лишь спустя некоторое время, когда с Олегом Борисовичем переговорили несколько человек — подчеркиваю, не я,— стал понятен аргумент такого заявления. Добродеев считает, что академии так и не удалось преодолеть принцип корпоративного голосования: дескать, поскольку в академии "Первый канал" и аффилированные с ним представители компаний имеют численный перевес, получается такой несправедливый итог голосования. При этом слова, которые были вроде бы высказаны Олегом Борисовичем, о том, что ВГТРК выходит, не были никак подтверждены официальным письмом в академию. Потом все это вяло тянулось без каких-либо результатов. Переговорить с Олегом Борисовичем оказалось очень сложно. Но в конце концов мне удалось с ним встретиться. Это было около трех месяцев назад.

Но еще до встречи с Олегом Добродеевым у нас в академии был совет учредителей, где мы обсудили вопрос, связанный с ВГТРК. Там было решено, что раз такое положение сложилось, то надо предпринимать некий радикальный шаг. В итоге ВГТРК и НТВ предложили собрать такое количество членов академии, какое они считают нужным, чтобы было одинаково с "Первым каналом". Произвели даже тщательный подсчет, кого можно считать в академии аффилированным с "Первым", а кого нет. В итоге совет учредителей, в том числе и Константин Эрнст (генеральный директор "Первого канала".— "Власть"), с этим решением согласился. И должен сказать, что "Первый канал" в лице Эрнста всегда шел навстречу любым изменениям в академии.

С выработанным академией новым решением я и пошел на разговор с Добродеевым. И сказал ему: вот что мы предлагаем ВГТРК.

Ведь академии почти 15 лет, при всех ее проблемах и недостатках она все-таки, на мой взгляд, является положительной структурой и, пожалуй, единственной организацией, которая пытается хоть как-то оценить состояние телевидения. А ломать, как говорится, не строить. И когда я подробно изложил Олегу Борисовичу, что мы собираемся вновь расширить состав академии, то он сказал, что да, пожалуй, это выход из ситуации. Более того, прозвучала версия, что такой вариант можно обсуждать и с Кулистиковым.

Потом состоялось совещание академии, где ВГТРК представлял Антон Златопольский (первый заместитель гендиректора ВГТРК, гендиректор канала "Россия".— "Власть"). Мы приглашали наблюдателя от НТВ, но никого не было, зато был наблюдатель от ТНТ. Мы еще раз обсудили новый принцип расширения и предложили к тому же иную систему голосования на ТЭФИ, чем это было в последние годы. Опять-таки для того, чтобы избежать обвинений в корпоративном сговоре, мы решили голосовать тайно и непосредственно в профессиональных гильдиях, из которых и состоит сейчас вся академия (гильдии делятся по десяткам телевизионных направлений — развлекательные программы, информационные, публицистика, операторы, телевизионный дизайн и т. п., и члены академии сами выбирают для себя, в состав какой из них им входить.— "Власть").

Мы решили так: сначала в гильдиях голосуют, выбирая тройку финалистов ТЭФИ, а потом там же голосуют второй раз, чтобы тайно определить победителя, назвать его имя и вскрыть конверт непосредственно на сцене во время церемонии. Все это за исключением двух номинаций — "За вклад в развитие телевидения" и "Специальный приз академии".

Вроде бы такой вариант всех устроил, и после этого я вздохнул несколько облегченно. Мы договорились, что представители трех федеральных каналов соберутся и определят, сколько ВГТРК и НТВ должны добрать представителей, чтобы количественно сравняться с "Первым каналом". Но и этого не произошло...

Да, именно тогда я сказал: ребята, если у вас есть какие-то претензии ко мне лично как к президенту академии и если кого-то я на этом посту не устраиваю, то я готов уйти. Если будет хоть какой-то намек на то, что надо, чтобы Познер ушел, то мне на это понадобится ровно столько времени, сколько потребуется для написания заявления: минуты полторы. Так что это не вопрос. А слухи, что есть некоторое недовольство мной, до меня доходили.

Затем ВГТРК от лица каналов "Россия" и "Культура" внесла положенный учредителями ежегодный взнос в академию. Но когда в конце июня закончился прием заявок на конкурс ТЭФИ, который состоится в сентябре, оказалось, что ВГТРК все-таки не участвует. При этом производители их программ представили заявки на ТЭФИ, а непосредственно ВГТРК не выставила своих программ на конкурс. Не было новостей, ведущих, корреспондентов.

Мне сказали, что причина такого решения ВГТРК в том, что все-таки в компании остались претензии по поводу корпоративного голосования. Понять, что произошло, я не могу. Если есть желание разрушить академию, то лучше так и сказать публично: нас академия не устраивает, мы ее разрушаем и хотим построить другую.

Я долгие годы считал, что всегда пытался примирить людей, разные точки зрения, договориться, а сейчас мне это, честно говоря, уже надоело, и я не хочу никого примирять, ни с кем договариваться. Если они хотят разрушить, то пусть это будет на их совести, пускай они будут разрушителями академии. Я имею в виду, конечно, и самого Владимира Кулистикова, потому что он был первым, кто вышел из академии. И ВГТРК, которая, знаете, образно говоря, является таким фигурантом, который наносит последний выстрел в голову, чтобы расстрелянный не мучился. Если они хотят взять на себя эту роль, то на здоровье! Хотя у меня это вызывает протест, непонимание и массу неприятных чувств.

Конечно, я думаю, что проводить церемонию, безусловно, надо. Но не надо самообманываться — она не будет полноценной. Неучастие двух крупнейших телеканалов, безусловно, девальвирует ТЭФИ.

А вот "дальше", я считаю, видимо, никакого не будет. Ведь если не будет ВГТРК и НТВ — это все равно что Олимпийские игры в 1980 году в Москве, когда не участвовали США и другие западные страны. Вроде бы и соревнования были, и медали золотые получены, но блеск их какой-то ненастоящий.

Я считаю, что вся нынешняя проблема связана с личными амбициями. Ведь в свое время НТВ выигрывало на ТЭФИ массу всего, а потом перестало выигрывать. И не из-за каких-то корпоративных вещей, совершенно не из-за этого! Ведь претензии в корпоративности ТЭФИ были всегда, и все эти годы академию так или иначе в этом упрекали. Просто раньше всем, кто голосовал на ТЭФИ, было понятно, что то, что делало НТВ тогда, было самым сильным. А сейчас ситуация на НТВ изменилась, там стали выходить совсем другие программы...

Несколько лет назад на ТЭФИ был случай — я не могу доказать, но, на мой взгляд, это так и было — произошел сговор, в результате которого "Первый канал" не получил почти ничего. Но у Эрнста тогда хватило выдержки и ума об этом вообще ничего не говорить. А в прошлом году сильно проиграла ВГТРК, и вот вам результат — то, что мы сейчас видим.

Я за то, чтобы в академии было равное количество представителей от крупных каналов, но проблема ведь не в корпоративности, а в личных амбициях. Я долгое время молчал, проявлял тактичность, но мне уже это приелось. Люди радеют не о телевидении, не о том, как определить лучшие программы, а только о себе, о своих каналах и своем реноме.

Если есть претензии и ко мне, пусть дальше делают вывод, насколько я, Владимир Познер, как президент академии все эти годы был объективен — или не был объективен. Как к "Первому каналу", так и к любому другому. Пускай это решает академия. Повторюсь, я 14 лет президент академии и говорю: ребята, давайте меня заменим, нельзя, чтобы все время был на этом посту один и тот же человек. Я говорил: вы только намекните, что пора, и я уйду.

Я даже Олегу Борисовичу Добродееву говорил: давайте я уйду. Он говорил: нет, вам нельзя уходить. А что мне дает это президентство? Я даже зарплату за это не получаю. Если вопрос во мне, я готов уйти немедленно. И все это прекрасно знают. У меня нет тщеславных устремлений. Вот и все.

"От натужных церемоний ТЭФИ разбежался зритель"

НТВ стало первой телекомпанией, вышедшей год назад из состава учредителей ТЭФИ. А гендиректор компании Владимир Кулистиков написал заявление о том, что больше не будет телеакадемиком. Свою позицию господин Кулистиков изложил "Власти" неожиданно живо.

У бронзового Орфея медный лоб. Иначе вместо собственной грудной клетки он, подобно Самсону, разодрал бы пасть академии, которая знакомым голосом твердит: "Вы знаете, как важен для нас привычный образ жизни. Давайте меняться так, чтобы ничего не изменилось". Но изменилось главное — от натужных церемоний ТЭФИ разбежался зритель. Поэтому затолкать их в прайм солидного канала стало неразрешимой задачей. Да и скромному работнику сегодняшнего телевизионного конвейера все более неуютно среди телерасстриг, эфиролишенцев и частотовладельцев, ухитрившихся по несколько раз перепродать дарованные в 1990-е теледеревеньки вместе с творческими душами. Их суд с демзакосами — всего лишь желчь бывших, обиженных на нынешних. Может быть, поэтому конкурс "Профессия — репортер" журналистского коллектива НТВ сразу же привлек почти столько же участников, сколько освященная традицией ТЭФИ. Здесь телебюрократы, в том числе и я, не вмешиваются в распределение премий. Да и само жюри себе их не присуждает. Как результат — около 400 работ от репортеров Урала, Сибири, европейской части России. Только на таких основах и может самоорганизовываться телесообщество. Если же к оргработе прильнут начальники и отставники, то получится та же академия, символом которой стал творческий работник, растерзанный бывшими коллегами по цеху.