Опыт внедрения научного прогресса в частной больнице

Опыт внедрения научного прогресса в частной больнице

Организация здравоохранения

Борис Бобров

Генеральный директор Юсуповской больницы, эндоваскулярный хирург, к.м.н.

Муслим Муслимов:

Вечер добрый, дорогие друзья, с вами Муслим Муслимов на канале Mediametrics, у нас сегодня в эфире Бобров Борис Юрьевич – генеральный директор Юсуповской больницы, эндоваскулярный хирург, кандидат медицинских наук. Тема сегодняшнего эфира – опыт внедрения научного прогресса в частной больнице. Мы поговорим о частной клинике, в которой 4 этажа, 1 этаж технический, 5 тысяч квадратов, Юсуповская больница, в живописном месте находится. И традиционный вопрос – тренды в здравоохранении, каким будет здравоохранение в ближайшие годы, как видите собственное развитие и что самостоятельно несете в эти тренды?

Борис Бобров:

Я попытаюсь сформулировать то, что мне кажется наиболее интересным. Первый тренд, который не прекращается в последнее десятилетие, это постоянные вбросы новых методов, технологий лечения, которые дает медицинская наука. Мы все больше и больше знаем о биологической составляющей различных патологий, мы влезли в генетику, мы влезаем в молекулярные тонкие механизмы, поэтому мы все больше и больше можем воздействовать на различные заболевания. То есть первый тренд – непрекращающийся постоянный поток инноваций, к которым нужно быть готовым и уметь их адаптировать.

Второй тренд – это все больше и больше внимания профилактическим аспектам медицины. Это не совсем медицинский вопрос, это в большей степени вопрос социальный, вопрос качества информации, которой владеют не медики, жители нашей страны и других стран, и я вижу, что все больше людей заинтересованы в ведении здорового образа жизни, в профилактике заболеваний, больше людей ищут информацию. И сейчас очень много людей оперирует той медицинской информацией, которая еще 10-15 лет назад была уделом только суперпрофессионалов.

Муслим Муслимов:

Вы имеете в виду непосредственно наших коллег, врачей?

Борис Бобров:

Нет, обычного человека. Когда сейчас приходит пациент, он заряжен Google, и это не так плохо. Это, конечно, может раздражать в некоторых ситуациях некоторых докторов, но в целом это очень хорошо. Биологическая наука очень мало преподается в школе и заслуживает намного большего преподавания, потому что мы – биологические объекты.

Муслим Муслимов:

Вы управляете большим частным медицинским центром, 100-коечная больница. Какие качества в первую очередь должны быть у управленца, которые позволяют ему найти общий язык с коллегами младше себя, старше себя, разнополыми коллегами, что немаловажно, женские коллективы в медицине часто встречаются, и нам нужно уметь находить общий язык с прекрасным полом, который работает с тобой ежедневно. И помимо этого я хотел бы отдельно осветить вопрос, связанный с пациентопотоком, как его усиливаете?

Борис Бобров:

Для того чтобы быть успешным управленцем, человек должен обладать балансом разных качеств. Нет одного качества и одной черты характера, которое может сделать успешным управленцем. Помимо всех этих балансов качества должна быть огромная удача, потому что без удачи ничего не происходит. Для управления сложной системой, бизнесом, особенно связанным с взаимодействием с людьми, которым является медицина, крайне важно уметь объединять сотрудников, объединять команду в большой супермозг, не полагаться только на свои мозги, а слушать, помогать компетентным людям заниматься теми делами, в которых они компетентны, дирижировать оркестром, но не играть первую скрипку.

Муслим Муслимов:

Насколько Вам удается объединить и насколько Вы везучий?

Борис Бобров:

Всегда хотелось бы больше того и другого.

Муслим Муслимов:

Что касается Вашей цели, ставите ли Вы их в качестве финансовых показателей, и какие цели в развитии как управленца?

Борис Бобров:

У нас есть ежегодный бизнес-план, бюджет, который каждый год сейчас выполняется. Здесь все довольно традиционно, мы планируем инвестиции, развитие каких-то направлений, мы ожидаем от них возврата и притока. Глобально, как управленцу, хотелось бы приложить руку к созданию хорошей, качественной, доступной медицинской помощи, какую-то маленькую лепту в это, мне кажется, я вношу. Чего-то грандиозного – когда-то хотел открыть медицинский университет, сейчас кажется, что не совсем я тот специалист, который должен этим заниматься.

Муслим Муслимов:

Куда Вы бы посоветовали обратиться молодым специалистам для прохождения обучения в рамках организации здравоохранения в целом медицинского бизнеса?

Борис Бобров:

Мне кажется, что совокупность знаний, которые касаются управления здравоохранением, чрезвычайно малодоступны сейчас у нас. Мне повезло учиться этому несколько раньше или не повезло, может быть, и какие-то современные ресурсы я не знаю. Я институт закончил в 2000 году, потом я достаточно быстро поступил в американскую бизнес-школ на MBA, потому что мне просто не хватало знаний, необходимых для организации работы отделения.

Не так давно я в Америке проходил обучение в течение года, которое мне показалось чрезвычайно полезным и открывающим глаза на очень многие аспекты ведения медицинского бизнеса как раз не бизнесовые, не финансовые, а это аспекты человеческие, командные, этические. И мне кажется, это чрезвычайно важная информация, я бы сейчас туда всех отправил.

Муслим Муслимов:

Если говорить о Юсуповской больнице и о теме нашего сегодняшнего эфира – это тема внедрения научного прогресса. Что внедряете?

Борис Бобров:

Понятно, почему американские, европейские клиники занимаются научными исследованиями, это позволяет им иметь высокую репутацию, большой объем поступлений пациентов, это позволяет получать гранты. В нашей ситуации прямой очевидной пользы от проведения научных исследований в клинике вы не получите, однако привлекая людей, замотивированных на науку, вы получаете лучших докторов. Давая им возможность заниматься этим, вы делаете возможной их работу у вас. Занимаясь наукой внутри клиники, вы позволяете себе иметь на радаре инновации намного раньше, чем кто-то другой, и импортировать их, тогда это имеет смысл.

Муслим Муслимов:

Давайте займемся рекламой – если говорить об услугах непосредственно в Юсуповской больнице, какие услуги Вы можете сейчас предоставлять своим пациентам, которые были бы в рамках инноваций или которыми действительно стоит похвастаться и погордиться?

Борис Бобров:

Нашей главной клиникой внутри Юсуповской больницы является клиника неврологии, которая состоит из нескольких научно-практических центров, более узко занимающихся демиелизирующими заболеваниями, пароксизмальными состояниями, деменциями различной этиологии. Каждым этим центром руководит соответствующий доктор, в основном профессора, с опытом проведения научной деятельности. Поэтому в рамках демиелизирующих заболеваний мы имеем сейчас один из самых больших в России опытов использования последнего поколения препаратов, замедляющих развитие рассеянного склероза, таких как акреус. По ряду этих препаратов мы проводим клинические исследования совместно с компаниями, которые их производят. Мы одной из первых клиник в Москве стали устанавливать помпу для лечения пациентов с паркинсонизмом, это помпа, которая постоянно выделяет дофамин в двенадцатиперстную кишку в маленьких дозировках.

Муслим Муслимов:

Сколько стоит такая услуга?

Борис Бобров:

Это эндоскопическая операция, суммарно с инструментом на нее она будет стоить пару сотен тысяч рублей. Но главная проблема, что лекарство, которые нужно ежемесячно пациенту самостоятельно покупать и заряжать эту помпу, стоит порядка 300 тысяч, это не очень дешевые вмешательства. Мы надеемся, что с увеличением использования цены будут снижаться.

Муслим Муслимов:

Насколько счастливы пациенты при установке такой помпы?

Борис Бобров:

Пациенты с паркинсонизмом вообще не очень счастливы, и помпа частично решает проблему, частично нет. Как правило, это пациенты, которые резистентны к консервативной терапии, и у них возникает значительное улучшение функций, их адаптация в жизни.

Муслим Муслимов:

Сколько пациентов у Вас суммарно по месяцу?

Борис Бобров:

Порядка 200 госпитализаций в среднем происходит.

Муслим Муслимов:

А если это амбулаторный прием?

Борис Бобров:

Будучи госпитальным центром, мы все-таки завязаны на госпитальной патологии, мы не делаем особенного акцента на пациентов, которые нуждаются просто в амбулаторной помощи. Тем не менее, мы консультируем достаточно много. В день это около 15-20 консультаций, умножаем на 30, получается порядка 600 человек.

Муслим Муслимов:

Работаете ли в системе ОМС?

Борис Бобров:

Да, по некоторым направлениям внутри неврологии, мы только начали, мы осваиваемся, ищем, мы еще не такой уверенный игрок в системе ОМС, но считаем, что это интересно.

Муслим Муслимов:

Насколько устраивают тарифы?

Борис Бобров:

Не устраивают по многим направлениям, они абсолютно не реалистичные, а по многим реалистичные. Получается, что тарифы ОМС сейчас ставят клинику в такие условия, как вишенку на торте нужно успеть схватить, это не очень хорошо по отношению к больным. Мы часто лечим пациентов, имея убыток на этом. У нас маленькая квота пока.

Муслим Муслимов:

ДМС?

Борис Бобров:

Да, со многими компаниями мы работаем, но далеко не все компании включают в свои тарифы лечение сложных заболеваний.

Муслим Муслимов:

Как относитесь к структуре ДМС и есть ли пожелания к страховщикам на рынке?

Борис Бобров:

Пожелание, чтобы у них было больше застрахованных людей, и чтобы они включали больше различных патологий в свои тарифы.

Муслим Муслимов:

Страхуете ли врачей от врачебных ошибок?

Борис Бобров:

Нет. Если коротко объяснить, в России это ни от чего не защищает, потому что в основном риски возникают у врача уголовные, они не финансовые, не страхуем, не вижу смысла. Изучали этот вопрос, нашли в договоре со страховой компанией пункт, что они выплачивают только в случае, если признано, что врач не совершил никаких ошибок.

Муслим Муслимов:

А если бы была программа, которая позволяет страховать врачей именно от врачебных ошибок, и страховая сумма покрывала бы сумму, востребованную пациентом через иск в суд?

Борис Бобров:

Было бы любопытно. Хотя из истории клиник, которыми я занимался, достаточно редкая ситуация, когда нас признавали бы ответчиком по гражданским искам.

Муслим Муслимов:

Мы сейчас с коллегами обсуждаем в рамках Деловой России формат того, что должна быть и культура страхования врачебной ответственности, и страховые компании сейчас предлагают нам ряд программ, которые интересны. В этих программах есть возможность за небольшие суммы страховать пациенту каждую операцию, на которую он идет, то есть сумма в 2-3 тысячи рублей для пациента – это страховая сумма, которая может покрывать сумму до 1 миллиона рублей, если возникают какие-то сложности. И это действительно культура, это формат медицинского сообщества.

Что касается коллег в работе, как подбираете людей, близких по духу, формула успеха в работе команды, насколько глубоко проверяете людей? В Гонконге проверяют через технику Ба Цзы, некоторые наши коллеги в России проверяют через огромное количество форматов тестирования.

Борис Бобров:

Мы в этом смысле архаичны, нанимаем 1 из 50 соискателей. Я считаю, что одним из ключевых наших стратегических преимуществ является стратегический ярчарт, мы нанимаем хороших людей, способных расти и развиваться, готовых работать в команде, и людей, разделяющих наши этические взгляды по отношению к нашим пациентам. Мой опыт показывает, что лучшим способом проверки является испытательный срок работы вместе. Фигура врача, личность врача – это слишком многогранный вопрос, и здесь крайне сложно обойтись какими-то тестами. Я боюсь, что получив отрицательный ответ по поводу теста, я потеряю очень хорошего сотрудника, не сделав ему рабочее предложение. За 1-2 месяца тесной работы, взаимодействия с другими коллегами становится понятно, насколько человек наш.

Муслим Муслимов:

Поделитесь историями относительно найма, внедрения в работу, развития специалиста. На мой взгляд, каждый генеральный директор и управленец развивает свою команду. Подход в развитии команды – это уникальный рецепт каждого руководителя.

Борис Бобров:

Поделюсь хорошим рецептом, он отчасти рассказывает еще об одном тренде в здравоохранении – изменение модели коммуникации между врачом и пациентом. Года три назад я проанализировал все случаи жалоб пациентов генеральному директору на взаимодействие с медицинским персоналом. 90 процентов из них были связаны с коммуникацией. Мы провели серию тренингов по коммуникационной модели с привлечением одного из лидеров в этом обучении в нашей стране поэтапно практически для всех врачей, работающих в клинике. Многие поначалу скептически к этому относились, мы их и не переубеждали. Но постепенно мы увидели, что они все начали это использовать, они все начали взаимодействовать с пациентом по модели сотрудничества. Драматически снизилось количество жалоб и неудовлетворенных пациентов.

Мы еще добавили к этому маленький кусочек. Мы не обучали сестер, однако главная медсестра постоянно обучает сестер. В нашу модель коммуникации мы внедрили систему анкеты для пациента. Классическая анкета какая – что-то не понравилось, жалуйтесь; если кто-то из наших сотрудников превысил ваши ожидания, пожалуйста, пишите, это позволит нам сделать это действие, которое вам понравилось, частью нашего нематериального капитала и тиражировать его в будущем. На основании этих отчетов мы премируем медсестер каждый месяц. У нас есть медсестра месяца, это финансовая премия, портреты. Как ни странно, мы накапливаем большое количество маленьких решений, которые могут быть полезны.

Муслим Муслимов:

Когда нам ждать оформленных статей в журналах?

Борис Бобров:

По управленческой истории Вы меня немножечко озадачили, мне никогда не казалось, что наш опыт может быть настолько релевантным, но я буду после нашей встречи об этом думать. Я думаю, что 2020-й год может быть самым ранним, потому что хотелось бы тогда все сделать грамотно и провести нормальные исследования.

Муслим Муслимов:

Все-таки опытом внедрения научного прогресса нужно обязательно делиться с коллегами.

Борис Бобров:

Я согласен, ни при каких условиях нет таких идей, что вот это мы придумали, это наша фишка, никому не расскажем. Я считают, что это вообще неправильно. Мы все зависим от среды, в которой работаем, успех других – это и наш успех тоже.

Муслим Муслимов:

Есть ли у Вас мечта или большая цель в рамках управленческих навыков и реализации управленческого опыта?

Борис Бобров:

Когда я молодой был, мечтал, чтобы нас появился суперский медицинский университет, где обучали бы так, что не нужно было уже переучиваться, доучиваться. Мне просто кажется, что у меня масштаба мероприятия не хватает для того, чтобы этим заниматься. Я пришел в бизнес из науки, до 2017-го года я был научным сотрудником, и наука была для меня и для моей семьи всегда была очень важным занятием. Но я вряд ли осилю этот путь один.

Муслим Муслимов:

Насколько сейчас государственные клиники могут быть конкурентами частной медицины? Ваше мнение касательно системы, которая выстраивается у нас, потому что сейчас на рынке частная медицина имеет возможность оказывать услуги по ОМС, забирая часть пирога у государственных клиник. Государственные клиники открывают в своих отделениях клиники коммерческой медицины, то есть платные услуги, через которые пациент может получить услуги более лучшего качества или ускоренные. Насколько это конкурентная модель и как она в дальнейшем будет развиваться с учетом того, что иной раз бюджеты на реконструкции, на закупку оборудования, на развитие государственных клиник намного превышает возможности частных инвесторов?

Борис Бобров:

Я вижу эту систему неидеальной. Давайте говорить с точки зрения пациента. Я – гражданин России, я пациент, который имеет право на получение помощи по ОМС. С точки зрения жителей страны систему нужно чуть-чуть дополнить. Было бы неплохо, чтобы были более реалистичные тарифы по всем направлениям и шли вместе с пациентом. В этом случае и частные, и государственные клиники окажутся в абсолютно правильной с точки зрения пациентов модели конкуренции за удовлетворенность пациента. Я не считаю, что главный врач в государственной и частной клинике как-то должны серьезно отличаться. Немножечко отличаются условия, в которых они работают, и их мотивация.

Для главного врача государственной клиники удовлетворенность пациента сейчас не является абсолютно важным фактором в работе, ему важно удовлетворить коллег из ФОМС, нужно удовлетворить проверяющие организации и те структуры, которые его на эту должность поставили. Для меня, как директора частной клиники, удовлетворенность пациента и его семьи является стопроцентно важным фактором. Представьте ресторан, в котором плохо кормят, никто не пойдет в него, потому что люди сами выбирают ресторан. Если у нас есть государственные рестораны, где мы имеем право бесплатно питаться, у нас такое было много лет назад, называлось столовая, не всем нравилось там. Такая история всех выровняет и позволит избежать конфликта интересов. Государство, являясь провайдером медицинской помощи, одновременно заказчиком, оплачивающим ее, оказывается в конфликте интересов, когда оно владеет клиниками. Мне кажется, что эти клиники могли бы быть трансформированы в некоммерческие организации, которые бы продолжали функционировать. И мы очень быстро увидим, что они все начнут хорошо работать. Я абсолютно убежден, что те, кто сейчас руководит государственными клиниками, очень легко смогут работать в других условиях, потому что это совершенно несложно.

Муслим Муслимов:

Если говорить о принципе саморегулирующих организаций, насколько сейчас частная медицина готова к саморегулируемому принципу взаимодействия, насколько Вы входите в различные ассоциации? И насколько нужно объединяться частной медицине, и если объединяться, то для чего?

Борис Бобров:

Нужно объединяться на 2 уровнях, для того чтобы создавать отраслевую повестку, необходимую для обсуждения обществом, правительством и другими структурами, принимающими решение. Это крайне важный канал коммуникации, обмена мнениями. Не состоим сейчас ни в какой подобной организации, наверное, будем искать, куда вливаться. Как доктор я состою в очень большом количестве организаций, и мне видится, что именно врачебное звено сейчас не просто готово, оно уже делает такие решения. Недавно был сюжет о самостоятельно организовавшейся ассоциации эндоваскулярных хирургов, которое называется Angiopicture. Это блестящий пример, без приказа сверху, без какого-либо госфинансирования очень эффективная ассоциация врачей, которая позволяет обмениваться сверхценным опытом по лечению конкретных пациентов в режиме онлайн ежедневно. Началось с Фейсбука, но теперь они проводят ежегодно симпозиум в Ростове-на-Дону, который по уровню представленных на нем докладов абсолютно может соперничать с крупнейшими европейскими симпозиумами. Это абсолютно самостоятельная история врачей, никто за этим не стоял.

Муслим Муслимов:

Есть три кита, на которых стоит российское здравоохранение – это пациент, врачебное сообщество и государство, которому формируется повестка от отраслевиков. Но немаловажный критерий в формате пациента. Максим Николаевич Мищенко, это депутат 5-го созыва, в свое время сказал, что каждый пациент должен следить за своим здоровьем, если он не следит за своим здоровьем, государство ему не должно оказывать медицинскую помощь, за что лишился поста члена Общественной палаты. Он имел в виду то, что люди, которые употребляют табачные изделия, алкоголь, не следят за своим здоровьем и не проходят диспансеризацию вовремя, тем самым подрывают здоровье общества в целом и в конечном итоге составляют нагрузку для государства. Если говорить в этом ракурсе, где есть у нас государство как регулятор, где есть общественные организации в виде объединения врачей, есть пациент, что бы Вы желали видеть у пациента, насколько он должен быть подкован в своей проблематике, насколько он должен быть грамотный, насколько он должен следить за своим здоровьем, как он должен это делать?

Борис Бобров:

Как доктор, я хочу работать с абсолютно любым пациентом, который к нам обратится, без какой-либо сегрегации. Мне видится, что лучше результаты лечения оказываются у информированных пациентов, которые не стесняются задавать вопросы, не стесняются сами разбираться в своей ситуации, это те же самые люди, которые потом тратят усилия, время на профилактику своих заболеваний. Наказывать за вредные привычки лишением медицинской помощи я считаю не гуманным, не этичным, совершенно не верным. Создавать какие-то условия для людей, программы, для того чтобы люди бросили курить, налоговое послабление, в части социального налога для тех, кто курил и бросил в течение полугода, это было бы здорово, я верю больше в пряники, чем в кнуты.

Муслим Муслимов:

Вопрос у меня о качестве ученой степени, зачем Вы ее получали, будете ли писать докторскую, работаете ли над ней и насколько она помогает во взаимодействии с пациентами, коллегами?

Борис Бобров:

Я думаю, что никак не помогает. Как доктор, я имею определенную репутацию среди врачей и пациентов, и вряд ли ученые степени что-то добавляют. А почему я ее делал? Тогда так было положено. Еще раз говорю, я вырос в очень консервативной научной семье, и у нас очевидно было, что нужно получить ученую степень. Я написал докторскую еще 10 лет назад и не стал защищать, потому что не видел никакого смысла этим заниматься, мне тогда это было не очень актуально.

Тут можно сказать и про некоторую девальвацию ученой степени, и про отсутствие каких-либо значимых отличий доктора наук, кандидата наук и просто очень хорошего врача, который себя обучает. Но я горжусь тем, что сделал честную, нормальную, серьезную кандидатскую диссертацию по тромбэктомии из легочной артерии у больных с массивной тромбоэмболией, и лечил этих пациентов, занимался этим, докторская моя по эмболизации маточных артерий написана, какие-то части ее многократно опубликованы как статьи, публикации. Я не вижу никакого смысла тратить на это силы и время. Не в обиду к тем, кто потратил, я очень уважаю этих коллег. Может быть, чуть-чуть позже я к этому вернусь.

Муслим Муслимов:

Насколько Вы смотрите при приеме на работу на ученую степень?

Борис Бобров:

Она никогда не является критерием отбора, но я очень тщательно слежу за тем, чтобы если у людей есть ученая степень, то диссертация не была бы заведомо некорректной, потому что некоторый опыт легкомысленного отношения к научной этике немного портит человека. Научно-практическими центрами Юсуповской больницы руководят профессора, но просто профессора оказываются ведущими учеными по этой теме. Это здорово.

Борис Бобров:

Если говорить о международном опыте, насколько используется формат трансфера технологий, насколько приглашаете иностранных специалистов и есть ли у Вас практика выездного медицинского туризма, направляете ли в медицинские учреждения за рубеж?

Борис Бобров:

Мы очень активно стараемся держать на радаре все потенциально пригодные для импорта технологии. Для этого все ключевые доктора у нас регулярно ездят на зарубежные симпозиумы, иногда мы помогаем с оплатой, я никогда не езжу на симпозиумы за счет клиники. Таким образом, мы получаем экспозицию к тому, что сейчас происходит и что может стать инновацией в скором времени.

Мы были одной из первых линий, которая ввезла в России иммунотерапию, как только препараты оказались зарегистрированы в России, мы стали одной из первых клиник, которая стала делать хайпек – гипертермическую химиотерапию брюшной полости. Мы отправляли докторов учиться в эти клиники, проводили огромную работу с материалами, читали книги, статьи.

По части приглашения иностранных специалистов, не совсем понятна легальная основа, на которой они могут здесь работать, кроме тех, кто прошел специально нострификацию диплома. Мы приглашаем специалистов из-за рубежа для того, чтобы они проводили лекции и вели прием совместно с нашими докторами. В последние годы мы делаем это все реже.

Муслим Муслимов:

Как Вы выстраиваете взаимоотношения со своими конкурентами и кто это?

Борис Бобров:

Как это принято говорить, мы не видим конкурентов. Я не очень считаю других врачей и другие клиники конкурентами по одной простой причине – мы находимся на настолько незрелом рынке, которому есть еще так много пространства для роста, что сейчас наша общая задача – это делать почву, в которой мы растем, плодородной. Вот здесь «ваш успех – наш успех» работает как никогда точно. Не надо конкурировать ни с кем, надо стараться двигаться вместе. Мы не скрываем новые технологии, приемы, потому что это будет повышать качество той среды, в которой мы работает.

Муслим Муслимов:

Вы успешны в бизнесе, успешны в управлении, и Вы сказали о том, что немаловажный формат удачи. Насколько работа занимает жизненное время и как выстроить правильное соотношение, чтобы времени было достаточно и с семьей провести, и с коллегами, и внедрить научный прогресс?

Борис Бобров:

Несколько лет назад, когда я руководил несколькими клиниками, у меня была существенная загрузка, это создавало некоторую проблему для моего общения с детьми. Сейчас я стараюсь немножечко нагрузку снизить. Я нахожусь в периоде, когда пытаюсь уже добиться баланса между личной жизнью и рабочей жизнью, стараюсь уделять больше времени на взаимодействие с детьми, считаю это важной частью своей жизни. И уже почти научился не думать о работе, когда не нахожусь на работе.

Муслим Муслимов:

Медицинский туризм – какой поток иностранных пациентов в Вашей клинике, какие инструменты используются для их привлечения?

Борис Бобров:

Мы видим в основном иностранных туристов из стран или из социальных групп внутри других стран, которые говорят на русском языке. Хотя у нас есть материалы на других языках, тем не менее, в большей степени мы можем привлекать пациентов, говорящих по-русски. Это страны бывшего Советского Союза, страны с большой русскоязычной диаспорой. Недавно у меня была пациентка из США, она в детстве уехала в Америку работать, я выполнял ей эмболизацию маточных артерий в Москве, при этом за нее заплатила американская страховая компания. Мы изначально думали, что поедут иностранцы, не говорящие по-русски, значит, пул переводчиков, встретить в аэропорту, такси – оказалось не нужно, к нам в основном едут те, кто говорит по-русски, эмигранты первой волны, их дети, либо те, кто постоянно живет за рубежом, не переставая быть гражданином какой-то из стран бывшего Советского Союза.

Муслим Муслимов:

Недавно Владимир Владимирович поддержал инициативу медицинского сообщества по нулевой ставке, мне посчастливилось эту концепцию озвучить в прямом эфире, и фактически у частного бизнеса теперь будет нулевая ставка налога на прибыль. Какие необходимы еще меры поддержки от государства для частного бизнеса, и какими мерами поддержки Вы пользуетесь?

Борис Бобров:

У меня очень небогатый опыт использования государственной поддержки, пожалуй, его нет. Очень здорово, что есть такая замечательная налоговая льгота, что она продлена, она действовала и в прежние годы. Небольшая перенастройка ОМС, которая позволила бы сделать тарифы более реалистичными и позволила деньгам двигаться вместе с пациентом, выбирающим клинику, и позволила бы софинансирование. Вот эта штука очень здорово бы улучшила доступность и качество медицинской помощи в стране.

Второе – нужно что-то делать с медицинским образованием, нам нужно его улучшать. Я не берусь давать советы и делиться рецептами, нужно быть ближе к мировой совокупности знаний, нужно уходить от каких-то принятых на кафедре методик, нужно все-таки двигаться в русле науки, доказательной медицины.

Муслим Муслимов:

Если говорить непосредственно о руководителях частных клиник, это все-таки предприниматели или доктора?

Борис Бобров:

Я не очень понимаю термин «предприниматель», я даже не думаю, что для того, чтобы быть предпринимателем, нужно иметь очень специфические черты личности. Каждый человек имеет предпринимательские задатки.

Муслим Муслимов:

За последние 10 лет я посещал достаточно много предпринимательских форумов, и на всех форумах генеральной линией говорится о том, что существует только маленькая прослойка людей, от 3 до 12 процентов, которых можно назвать предпринимателям, все остальные не предприниматели. Это исполнители, люди, которые не готовы вести медицинский бизнес. И вот эта небольшая прослойка может создавать новые большие организации. И самый главный критерий – это формат мышления, который предполагает постоянный формат предпринимательства. У меня как-то был спор с Леонидом Михайловичем Рошалем о том, что у человека, который работает в частной клинике, основная задача – заработать деньги. Устав гласит о том, что частная клиника зарабатывает деньги и там теряется принцип белого халата. Как Вы относитесь к недоброжелательным организациям частного толка, насколько глубоко погружены в черную часть российского здравоохранения? Была такая клиника «МераМед», которая в свое время очень хорошо начинала, но очень плохо закончила. И Медхэлп, одна закрыта в 2010 году, вторая в 2014.

Борис Бобров:

Моя подруга случайно попала в Медхэлп, звонила мне оттуда со словами: «Меня не выпускают, требуют что-то подписать». Медицинскому частному бизнесу надо быть этичным, во-первых, потому что надо быть этичным и больше объяснений не нужно. Во-вторых, быть неэтичным невыгодно. Я приводил пример с рестораном. Представьте ресторан, в котором невкусно кормят, обсчитывают, обманывают – кто будет в нем есть? Очень быстро в этом ресторане никто не будет есть. Поэтому клинике абсолютно невыгодно быть нечестным по отношению к пациентам. Такие реликты дикого подхода еще иногда встречаются, чаще в регионах слышу об этом, но на зрелом московском рынке уже мало места для таких вещей. Почти любой бизнес должен зарабатывать деньги, однако инвесторы, несущие деньги в медицину, не испытывают ожидания сверхприбыли. Для многих людей это, скорее, ощущение какого-то долга, что они должны были это сделать, чтобы улучшить эту ситуацию в стране. Мне эта позиция очень близка. Мы вообще не думаем о финансовой составляющей на этапе принятия почти всех операционных решений. Нам важно, чтобы корабль плыл, чтобы он не был убыточный, но мы абсолютно не заинтересованы увеличивать средний чек с пациента. Наоборот, в ситуации, когда можно уменьшить, мы уменьшаем, это в интересах пациента, и это единственная здравая и прагматичная политика.

Муслим Муслимов:

Дорогие друзья, в эфире был Борис Бобров и я, ваш покорный слуга Муслимов Муслим. Тему, я считаю, мы раскрыли, будем ждать от Вас научных публикаций по управлению. Всего хорошего, успехов в реализации.