ПРОМЫШЛЕННОСТЬ В МАЕ 2016 г. ПО ДАННЫМ КОНЪЮНКТУРНЫХ ОПРОСОВ

Промышленность

ПРОМЫШЛЕННОСТЬ В МАЕ 2016 г. ПО ДАННЫМ КОНЪЮНКТУРНЫХ ОПРОСОВ*

Сергей ЦУХЛО

Заведующий лабораторией конъюнктурных опросов Института экономической политики имени Е.Т. Гайдара, канд. экон. наук. Е-таН; tsukhlo@iep.ru

Позитивная динамика спроса и выпуска промышленной продукции при минимальных излишках запасов готовой продукции сочеталась в мае 2016 г. с ростом неуверенности в будущем спросе. Нет оптимизма в отношении инвестиционных планов, но нет и пессимизма в отношении способности обслуживать взятые кредиты.

Ключевые слова: российская промышленность, спрос, выпуск, занятость, запасы готовой продукции, кредитование промышленности, фактические изменения и ожидания.

Спрос, запасы и выпуск промышленности

Динамика спроса в марте-мае 2016 г. демонстрировала неожиданно стабильные для этих месяцев исходные балансы изменений продаж промышленной продукции. Даже в «укороченном» из-за меньшего числа рабочих дней мае объемы спроса не снизились и разность ответов «рост» и «снижение» осталась на уровне марта-апреля текущего года. В итоге очистка от сезонности вывела майский баланс изменений спроса на лучшее значение с февраля 2014 г.

Определенно позитивная динамика спроса последних месяцев увеличила удовлетворенность его объемами с начала года на 15 п.п. В результате сейчас 54% российских промышленных предприятий считают продажи своей продукции «нормальными».

Однако прогнозы спроса, в марте-апреле уверенно набиравшие оптимизм по очищенным от сезонного и календарного факторов данным, в мае неожиданно рухнули на 8 пунктов. Промышленность, похоже, не уверена в

сохранении такой позитивной динамики спроса, с которой она «столкнулась» в последние месяцы. Пессимизм чиновников и аналитиков тоже не способствует росту оптимизма в ожиданиях предприятий.

Оценки запасов готовой продукции подтверждают вывод о позитивной динамике спроса в последние месяцы: «избыточность» запасов в марте 2016 г. резко (на 6 пунктов) снизилась (+2 —1-3 пункта). В мае формирование баланса оценок произошло при сокращении как доли оценок «выше нормы», так и доли оценок «ниже нормы». Как следствие, доли этих ответов (10 и 7% соответственно) достигли исторических минимумов за весь (1992-2016 гг.) период инструментальных наблюдений за оценками (не объемами!) запасов в российской промышленности. Оценки же запасов как «нормальных» по-прежнему остаются стабильными и находятся в интервале 70-72%.

Снижение доли определенных оценок запасов («выше нормы», «нормальные», «ниже нормы») произошло за счет увеличения доли ответов «нет ответа», что отражает усиление

* — Статья из Оперативного мониторинга экономической ситуации в России «Тенденции и вызовы социально-экономического развития» № 9 (27) (май 2016 г.), размещенного на сайте Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара (название статьи в ОМЭС - «Настроения в промышленности в мае 2016 г.: не очень хорошо и не очень плохо»).

непонимания в промышленности, какой физический объем запасов адекватен текущей ситуации. В мае 2016 г. отказ от оценок своих запасов достиг 11% и превысил, таким образом, долю ответов «выше нормы» или «ниже нормы» - хотя еще в январе 2016 г. отказывались от определенных оценок своих запасов только 5% предприятий.

Аналогичный высокий уровень отказа от определенных оценок своих запасов готовой продукции регистрировался опросами Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара в 2000-2002 гг. Тогда предприятия, поверив наконец в устойчивость промышленного роста после дефолта 1998 г., переходили от политики жесткой минимизации своих запасов к управляемому поддержанию их разумного избытка, а затем - к явному преобладанию оценок «нормальные». Эти переходы и сопровождались логичным ростом неопределенности в оценках запасов готовой продукции. С середины 2003 до середины 2015 гг. неуверенность в оценках запасов не превышала 5% в среднем за квартал. Однако в конце 2015 и начале 2016 гг. этот показатель поднялся до 7%, а по среднему уровню первых двух месяцев второго квартала 2016 г. составил уже 10%.

Фактическая динамика выпуска в мае также оказалась позитивной: очищенный от сезонности баланс изменений (темп роста) промышленного производства достиг в этом месяце максимальных с октября 2014 г. значений.

Однако планы выпуска российской промышленности, преодолевшие в марте-апреле худшие для текущего кризиса ожидания января-февраля 2016 г., перестали «набирать оптимизм» и сократились в мае на 3 пункта. Предприятия, вероятно, не уверены в сохранении новейших позитивных тенденций, что вполне логично в условиях резко негативной корректировки майских прогнозов спроса.

Обеспеченность промышленности мощностями

В обстановке постоянно откладывающегося восстановления промышленного роста пред-

приятия пересматривают свои оценки обеспеченности мощностями и кадрами - и, что совершенно логично, в сторону их лучшего обеспечения.

Оценки недостатка мощностей в связи с ожидаемыми промышленностью изменениями спроса на выпускаемую продукцию снизились во втором квартале 2016 г. до 5% - это почти минимальный уровень нехватки оборудования за весь период мониторинга показателя с 1993 г. (Меньший дефицит мощностей (3%) регистрировался опросами Института Гайдара в преддефолтный период, в апреле 2009 г. и в январе 2013 г.) Дефицит кадров в промышленности сейчас выше, но тоже снизился по сравнению с началом 2016 г. Последнее значение показателя - 9% - является минимальным с января 2010 г.

Максимальный дефицит мощностей на отраслевом уровне составляет сейчас 10% (отмечается 10% предприятий отрасли) и зарегистрирован в химической промышленности, лесной промышленности и в строительной индустрии. Однако этот дефицит в отраслях (кроме леспрома) компенсируется существенным навесом избыточных мощностей: 30% - в химпроме и 48% - в стройиндуст-рии. Дефицит мощностей в машиностроении и легкой промышленности во втором квартале 2016 г. составил 6%, но также компенсируется их избытком в 28 и 56% соответственно. Среднегодовые данные по дефициту мощностей в отраслях (в 2016 г. - за первые два квартала) отражают достаточно скромные текущие масштабы этого явления, которые к тому же во всех случаях (кроме леспрома) перекрываются существенным навесом избыточных мощностей.

Цены предприятий

В мае текущего года российская промышленность остановила рост своих цен: баланс их фактических изменений (темп роста) снизился с +9 апрельских пунктов до +1 майского пункта и стал минимальным значением этого показателя в 2016 г. (Впрочем, в 2015 г. про-

ПРОМЫШЛЕННОСТЬ В МАЕ 2016 г. ПО ДАННЫМ КОНЪЮНКТУРНЫХ ОПРОСОВ

мышленности удавалось снизить баланс и до -2 п.п.) Однако крайне незначительное увеличение цен, зафиксированное в мае, вряд ли сохранится в следующие месяцы. Баланс ценовых прогнозов предприятий вырос в мае на 9 пунктов после достижения им в апреле минимальных для 2016 г. +7 пунктов.

Оценка точности прогнозов (планов) трех основных показателей (спроса, выпуска и цен) показывает, что российским промышленным предприятиям точнее всего удавалось прогнозировать изменение собственных цен: точность ценовых прогнозов достигала здесь в некоторые годы в среднем 73—74%, а в отдельные месяцы — 80%. Худшая (60%) точность прогнозов цен была зарегистрирована в последефолтные 1999—2002 гг. Точность прогнозов текущего 2016 г. по четырем месяцам составляет в среднем 69%. Апрельский же прогноз реализовался в мае у 80% предприятий, что является максимальным результатом для этого показателя.

Анализ ошибок в ценовых прогнозах (их доля дополняет долю точных прогнозов до 100%) показывает, что российская промышленность устойчиво ошибалась в сторону завышения своих предсказаний. В результате баланс ошибок (завышенные минус заниженные), за редчайшими и незначительными исключениями, оказывался положительным. Особенно серьезными и продолжительными (несмотря на промахи) были ошибки в 1999—2002 гг.: тогда доля ошибочно завышенных прогнозов достигала рекордных 30% против 7—9% ошибочно заниженных прогнозов.

Перед стартом кризиса 2008—2009 гг. промышленность тоже стала чаще и заметнее завышать свои ценовые прогнозы, хотя начавшееся сжатие спроса заставляло затем предприятия проводить более аккуратную фактическую ценовую политику. В июне-октябре 2008 г. баланс ошибок прогнозов цен находился в интервале +14 — +17 пунктов при точности прогнозов на уровне 70%.

Совсем иную ценовую политику россий-

ская промышленность проводила в преддверии кризиса 2014—2016 гг. С марта 2014 г. (начало геополитической напряженности) точность ценовых прогнозов предприятий стала устойчиво расти и достигла в августе того же года абсолютного рекорда в 81%. При этом баланс ошибок повышался в «лучшем» случае до 6 пунктов, а с августа 2014 г. он стал нулевым, т.е. ошибки прогнозов взаимно уравновешивали друг друга. С запуском российскими антисанкциями инфляционной волны и с приближением к роковому декабрю 2014 г. точность ценовых прогнозов промышленности начала снижаться: в конце года показатель потерял 17 пунктов и откатился к уровню минимумов 2005—2014 гг. Однако баланс ошибок прогнозов цен оставался в пределах нуля до августа 2015 г.

Инвестиционные планы и проблемы промышленности

Инвестиционные планы предприятий закрепились в мае 2016 г. на уровне «умеренного пессимизма» января-февраля 2016 г. после достижения показателем в марте кризисного максимума. Таким образом, российская промышленность до сих пор не может решиться на положительную динамику инвестиций — пока у нее получилось только снизить инвестиционный пессимизм с -36 пунктов в феврале 2015 г. до -2 пунктов в марте 2016 г., но в апреле-мае текущего года удержать достигнутый результат не удалось.

Хотя основной (самой массовой) помехой инвестированию в собственное производство предприятия до сих пор считают «нехватку собственных финансовых средств», значимость этого фактора в 2016 г. опустилась до исторического минимума всего периода мониторинга 1996—2016 гг.: сейчас только половина предприятий считают указанный фактор помехой (худший результат — 91% — был получен в 1998 г.). Второе место (с 44%) в рейтинге помех инвестированию предприятия отдали высоким ценам на оборудование и высокому проценту по кредитам. Но если

процент по кредитам стал упоминаться в текущем году реже на 4 п.п., то высокие цены на оборудование - на 2 п.п. чаще, чем в 2015 г. Таким образом, ни одно из ограничений второго уровня не претерпело в 2016 г. существенного изменения в своем влиянии на инвестиционную активность российской промышленности.

Самый большой рост (на 7 п.п.) сдерживающего влияния в 2016 г. по сравнению с 2015 г. продемонстрировали три других фактора. До 32% выросла неуверенность в скором оживлении российской экономики, хотя еще в 2013 г. такая неуверенность мешала инвестированию только 21% предприятий, а в 2014 и 2015 гг. она возрастала на скромные 2 п.п. в год.

Итак, затяжной характер текущего кризиса с туманной перспективой его завершения оказывает все более заметное сдерживающее влияние на инвестиционную активность российской промышленности. Трудности получения долгосрочного кредита стали помехой в 2016 г. для 26% предприятий, тогда как до кризиса 2014-2016 гг. на этот фактор указывали только 10% предприятий. Получается, что за два кризисных года российские банки существенно осложнили получение инвестиционных кредитов промышленными предприятиями при снижении ставки по ним. Особенности национального инвестиционного климата плохо сказываются на инвестиционных намерениях 15% предприятий, при том что в 2013-2015 гг. на них жаловались только 6-9% предприятий.

Кредитование российской промышленности

Майские оценки отразили сохранение прежнего уровня «нормальной» доступности кредитов для российской промышленности, которая с января 2016 г. оценивается предприятиями в среднем в 50% с колебаниями в интервале 49-51%. Таким образом, еще по одному экономическому индикатору в 2016 г. достигнута та самая стабильность, которой гордятся власти. При этом минимальная ставка, которую банки предлагают предприятиям, снизилась за первые пять месяцев 2016 г. с 16,4 до 15,7% годовых в рублях. Общее снижение этого показателя с августа 2015 г. (т.е. с момента удержания Банком России ключевой ставки на уровне 11%) составило 0,9 п.п.

Способность промышленности обслуживать кредиты сохраняется на высоком уровне: во втором квартале 2016 г. об этом заявили 85% предприятий, пользующихся кредитами (максимума - 88% - этот показатель достигал в августе 2014 г.).

В то же время баланс планов заимствований претерпел во втором квартале 2016 г. резкое (на 11 п.п.) снижение по сравнению с замером первого квартала текущего года, тогда как по сравнению с четвертым кварталом 2015 г. его снижение составило уже 17 п.п. В результате за период пятилетнего мониторинга показателя максимум планов заимствований (+24 п.п.) за два квартала сменился их минимумом (+7 п.п.) - российская промышленность все меньше нуждается в кредитовании такого промышленного роста.