Трансформация этноконфессиональной структуры новых независимых государств Центральной Азии

А. Шустов,

востоковед

ТРАНСФОРМАЦИЯ ЭТНОКОНФЕССИОНАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ НОВЫХ НЕЗАВИСИМЫХ ГОСУДАРСТВ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

Трансформация этноконфессиональной структуры населения происходит под действием трех факторов: естественного прироста, определяемого соотношением рождаемости и смертности, миграционных потоков, а также процессов ассиммиляции. Поскольку ассимиляция, как правило, происходит на протяжении длительного исторического периода, а определение ее количественного измерения затруднено, основными факторами трансформации этноконфессиональной структуры независимых государств Центральной Азии (ЦА) в течение 1990-х - середины первого десятилетия 2000-х годов можно считать естественное и миграционное движения населения.

К Центральной Азии в данной статье относятся Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан, к Средней Азии - Киргизия, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан.

Под коренными этносами в статье понимаются народы, проживавшие на территории Центральной Азии ко времени ее включения в состав Российской империи, под некоренными - переселенцы дореволюционного и советского периодов из других, преимущественно европейских, районов страны. В качестве синонима термина «некоренное» используется определение «европейское».

В условиях глубокого экономического кризиса и нестабильной общественно-политической ситуации, сопровождавших распад СССР, темпы естественного прироста населения бывших союзных республик заметно снизились. В Средней Азии и Казахстане замедление демографического роста наметилось еще в 1970-е годы. Если в период демографического «взрыва», пик которого пришелся на 1959-1970 гг., прирост населения достигал 42,6%, в 1970-1979 гг. - 22,6, в 1979-1989 гг. - 22,9, то в 19912000 гг. - всего 9,3%, сократившись по сравнению с предыдущим десятилетием более чем в два раза. К 2000 г. численность жителей региона достигла 55,2 млн., к 2008 г. - 60,6 млн. человек, а ее доля среди населения СНГ в 1991-2005 гг. выросла с 18 до 21,6%.

Вместе с тем тенденции демографического развития государств ЦА в постсоветский период были разнонаправленными. На

протяжении 1990-1999 гг. среднегодовые темпы прироста населения Киргизии составляли 0,8%, Таджикистана - 1,8, а Узбекистана -2%. В Казахстане численность населения в 1990-е годы, напротив, ежегодно сокращалась на 0,6%, что было следствием массовой эмиграции некоренных этносов и резкого снижения показателей естественного прироста. В результате численность жителей Казахстана к 2000 г. сократилась на 9,1% (1,5 млн. человек), тогда как в Киргизии численность населения увеличилась на 11,4 (0,5 млн.), в Таджикистане - на 15,1 (0,8 млн.), а в Узбекистане - на 18,9% (3,9 млн. человек).

В 2000-2008 гг. наметился небольшой прирост населения в Казахстане (на 0,8 млн.), в результате чего его общая убыль к 2008 г. сократилась до 4,3%. В Средней Азии население продолжало быстро расти, увеличившись в Киргизии на 18,2%, в Узбекистане - на 32, в Туркмении - на 36,8 и в Таджикистане - на 37,7%. Различия в темпах демографического роста привели к тому, что доля Казахстана в населении ЦА на протяжении 1991-2008 гг. сократилась с 32,5 до 25,9%, а доля Узбекистана выросла с 40,8 до 44,9%, что вело к дальнейшей концентрации населения в перенаселенной Средней Азии.

В целом, безусловными демографическими лидерами Центральной Азии являются Узбекистан и Казахстан, где проживает более 70% населения региона. Однако на фоне соседних государств Ближнего и Среднего Востока1 эти показатели не особенно впечатляют. Так, по данным на 2005 г., демографический потенциал Узбекистана сопоставим с такими странами, как Ирак (28,8 млн.) и Саудовская Аравия (24,6 млн.), а Казахстана с Сирией (18,4 млн.). Ведущие государства региона - Турция (72,9 млн.) и Иран (69,5 млн.) - не только в 2,5-5 раз превосходят по числу жителей Узбекистан и Казахстан, но и все население ЦА вместе взятое.

Снижение темпов демографического роста в суверенных государствах Центральной Азии было вызвано сокращением естест-

1 Последние годы через публицистику в научный обиход входит выражение «Большой Ближний Восток», введенное американскими экспертами во время правления Дж. Буша-младшего. В Большой Ближний Восток ими были включены Турция, государства Закавказья, Сирия, Ливан, Израиль, Иран, Афганистан, Пакистан, страны Северной Африки, где господствует ислам. После волнений 2010-2011 гг. в арабском мире в политической риторике Вашингтона появилось выражение «Новый Ближний Восток».

венного прироста населения. В 1991-1999 гг. общий коэффициент рождаемости в Киргизии уменьшился в 1,3, в Казахстане и Узбекистане - в 1,5, в Туркменистане - в 1,8, а в Таджикистане -в 2,1 раза. Несмотря на снижение смертности в республиках Средней Азии, связанное с более молодой возрастной структурой, и ее небольшой рост в Казахстане, естественный прирост населения Киргизии снизился в 1,5 (с 21,6 до 14,6 на 1000 человек), Узбекистана - в 1,7 (с 28,3 до 17), Туркмении - в 1,9 (с 25,4 до 13,1), Таджикистана - в 2,3 (с 32,8 до 14,4), а Казахстана - в 3 раза (с 13,4 до 4,4). Общий коэффициент естественного прироста населения Таджикистана в 1999-2008 гг. повысился с 14,4 до 22, Казахстана - с 4,4 до 11, Туркменистана - с 13,1 до 18,0, Киргизии - с 14,6 до 17, а в Узбекистане остался на прежнем уровне (17 на 1000 человек). К 2008 г. самым низким по-прежнему являлся естественный прирост населения Казахстана, а наиболее высоким - Таджикистана, различия между которыми поел распада СССР заметно снизились.

Основными причинами долговременного снижения рождаемости являлись глубокий экономический кризис и падение уровня жизни населения, изменившие его репродуктивное поведение. На протяжении 1988-1998 гг. среднее число детей, рожденных женщиной в течение жизни, уменьшилось: в Казахстане с 3,1 до 2, в Киргизии - с 4 до 2,8, в Узбекистане - с 4,3 до 2,8, в Туркмении -с 4,6 до 2,9, а в Таджикистане - с 5,3 до 3,4. К концу 1990-х годов рождаемость в Казахстане обеспечивала лишь простое, а в республиках Средней Азии - расширенное воспроизводство населения.

Несмотря на сокращение среднего размера семей, в большинстве они являлись многодетными. В 1993 г. 45% всех семей Киргизии и около 60% - Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана состояли из пяти и более человек. В Таджикистане, по данным переписи 2000 г., 10,8% всех домохозяйств включали десять и более человек. На общие данные, отражавшие менее значительный размер семей в Казахстане и Киргизии, влиял фактор высокой доли некоренного населения, для которого характерны малодетные семьи.

Сохранение традиции многодетности у коренных и ее отсутствие у некоренных этносов обусловили разнонаправленность протекавших в их средах демографических процессов. Если для первых были характерны высокие темпы естественного прироста, то для вторых - депопуляция, вызванная резким снижением рождаемости и ростом смертности. По данным на 1995 г., в Таджикистане рождаемость среди таджиков составляла 29,8, узбеков - 30,3,

русских - 6,2 человека, тогда как смертность - 5,3, 5,4 и 16 на 1000 человек соответственно. То есть рождаемость у русских была в 4,8 раза ниже, а смертность - в 3 раза выше, чем у коренных этносов. В Киргизии общий коэффициент рождаемости у киргизов в 1995 г. составлял 30,6, смертности - 6,4, а естественного прироста -24,2, среди узбеков - 32,1, 6 и 26,1, а у русских - 9,2, 14,6 и 5,2 человека.

Снижение естественного прироста вело к «взрослению» населения, в составе которого удельный вес младших сокращался, а средних возрастных групп увеличивался. В 1991-2003 гг. доля детей и подростков до 15 лет в Казахстане уменьшилась с 32 до 25%, в Киргизии - с 37 до 33, в Таджикистане - с 43 до 40, в Туркменистане - с 41 до 37, в Узбекистане - с 41 до 36%, а доля населения в возрасте от 15 до 64 лет - увеличилась по вышеперечисленным республикам соответственно с 62 до 67, с 58 до 62, с 53 до 56, с 55 до 59 и с 55 до 60%. Доля населения в возрасте 65 лет и старше выросла только в Казахстане (с 6 до 8%), а в остальных странах ЦА она оставалась на уровне 4-5%.

Преобладание молодых возрастных групп свидетельствует о быстрой смене поколений, вследствие которой на протяжении двух-трех десятилетий произойдет смена основной массы трудоспособного населения ЦА. В среднесрочной перспективе большинство ее жителей будут составлять те, кто родился на свет уже после распада СССР, что неизбежно приведет к существенному изменению социокультурного облика региона.

Эмиграция некоренного населения из республик Средней Азии и Казахстана началась задолго до распада СССР. В Казахской ССР отток европейского населения был впервые зафиксирован в 1968 г., а в Средней Азии он начался в 1970-е годы. К этому времени стали сказываться последствия демографического «взрыва» среди коренного населения, вызвавшего рост напряженности на рынках труда, а также политики «коренизации». Сферой пересечения интересов коренных и некоренных этносов стали партийно-государственный аппарат, система образования, сферы здравоохранения, культуры и искусства, престижные должности в которых все чаще стали заниматься представителями титульных этносов. В результате миграционный приток европейского населения сменился оттоком.

В основе постсоветских миграций лежал целый комплекс факторов, определявших характер и интенсивность их протекания на разных исторических отрезках времени. К числу объективных

факторов относились политический (распад СССР и превращение административных границ между республиками в государственные, что вынуждало некоренное население определиться со своим гражданством и страной проживания), социальный (невключенность некоренных этносов в систему неформальных социальных связей) и экономический (значительное сокращение занятости в индустриальных отраслях), а к субъективным - этнический (рост националистических настроений среди коренного населения региона), конфессиональный (усиление влияния ислама) и культурный (сужение русского культурного, информационного и образовательного пространства).

В конкретной исторической ситуации отмеченные факторы трансформировались в причины, определявшие динамику миграций в той или иной стране. По итогам выборочного обследования 1991 г. эмиграция из Таджикистана, Киргизии и Узбекистана была вызвана в основном обострением межэтнических отношений, на долю которых приходилось соответственно 40,6, 32,7 и 27,3% общего числа причин отъезда. По этому показателю Таджикистан уступал только Азербайджану (47,9%), втянутому к тому времени в вооруженный конфликт в Нагорном Карабахе. В то же время в Туркменистане и Казахстане межэтнические отношения среди причин эмиграции находились лишь на втором и третьем местах после семейных обстоятельств и смены места работы. В Узбекистане, Киргизии и Таджикистане, переживших межэтнические конфликты, важной причиной эмиграции была криминогенная динамика, обычно сопровождающая периоды внутриполитической нестабильности.

К середине 1990-х годов, когда ситуация в Центральной Азии несколько стабилизировалась, на первое место среди причин эмиграции вышли экономические проблемы. Проведенный в 1994 г. опрос русских горожан Казахстана показал, что главной причиной их отъезда являлось неустойчивое экономическое положение. Дискриминация по этническому признаку, проявлявшаяся, по данным экспертного опроса 1999 г., в преимуществах титульного населения при трудоустройстве и продвижении по службе, занимала среди причин отъезда из Казахстана и Киргизии третье место, сохраняя, однако, выталкивающий эффект.

В количественном отношении эмиграция населения из государств ПА продолжала возрастать до середины 1990-х годов и начала снижаться во второй половине десятилетия. С одной стороны, ее сокращение было вызвано снижением численности некоренных

этносов и, как следствие, постепенным исчерпанием миграционного потенциала, а с другой - относительной стабилизацией политической и экономической ситуации. Однако периодические всплески миграционного оттока населения, связанные с обострении-ем внутриполитической обстановки, наблюдались в регионе на всем протяжении второй половины 1990-х - первого десятилетия 2000-х годов.

Абсолютное большинство мигрантов из Центральной Азии переселялись в Россию. По мере исчерпания миграционного потенциала немцев, евреев, греков, поляков и других народов, историческая родина которых находилась за пределами СССР, удельный вес РФ среди стран выезда возрастал. Если в 1991 г. на долю России приходилось около 3/4 всех переселенцев из Казахстана и более 1/2 из Средней Азии, то к концу десятилетия - 93,2% мигрантов из Казахстана, 84,2 - из Киргизии, 76,9 - из Узбекистана, 71,7 - из Таджикистана и 67,5% - из Туркменистана.

В общей сложности нетто-миграция населения из ЦА в Россию на протяжении 1991-2008 гг. составила 3 млн. 535,5 тыс. человек, 50% которых пришлось на долю Казахстана, 24 - Узбекистана, 11 - Киргизии, 10,8 - Таджикистана и 4,3% - Туркменистана. По сравнению с 1991-1999 гг. в первом десятилетии 2000-х годов заметно сократился удельный вес мигрантов из Казахстана (с 52,8 до 41,5%) и Таджикистана (с 11,6 до 8,4%) и увеличился - из Узбекистана (с 21,6 до 31,3%) и Киргизии (с 9,9 до 14,3%, что было обусловлено ухудшением экономической и политической ситуации в этих республиках.

Во многом уровень миграционных потерь определялся удельным весом некоренного населения. В 1989-1999 гг. 3/4 нет-то-миграции в Россию («чистого» притока) из стран ЦА обеспечили славяне, в том числе более 2/3 - русские. В конце 1980-х - начале 1990-х годов доля славян среди переселенцев последовательно возрастала, достигнув максимума в 1994 г., а во второй половине десятилетия стала постепенно снижаться. Однако в 1999 г. они по-прежнему составляли почти 2/3 переселявшихся в Россию жителей региона. Только в 1991-1999 гг. население РФ за счет миграции из стран ЦА увеличилось на 3 млн. русских, 243 тыс. украинцев и 30,4 тыс. белорусов. Как следствие, миграционные процессы стали главным фактором, радикально изменившим этноконфессиональную структуру государств ЦА.

Изменение этноконфессиональной структуры

В каждом из государств ЦА трансформация этноконфессио-нальной структуры определялась специфическим сочетанием миграционных и демографических факторов.

В Казахстане такими факторами стали массовая эмиграция «некоренных» этносов, составлявших в конце 1980-х годов более половины населения, и низкий естественный прирост самих казахов. В 1989-1999 гг. население Казахстана под влиянием эмиграции сократилось на 7,7%, численность русских уменьшилась на 26,1, а казахов - увеличилась на 22,9%. Если в 1989 г. в Казахстане проживало 6062 тыс. русских и 6496,9 тыс. казахов, то в 1999 г. число первых сократилось до 4479,6 тыс., а число вторых выросло до 7985 тыс. человек. В итоге удельный вес русских снизился с 37,4 до 30%, а казахов - вырос с 40,1 до 53,4%, в связи с чем они впервые с 1926 г. стали на территории республики этническим большинством. Сокращение численности русского и увеличение титульного населения Казахстана продолжалось и в последующие годы. К 2007 г. количество русских в республике уменьшилось до 3,9 млн. (на 34% по сравнению с 1989), а казахов - увеличилось до 9,3 млн. (на 16,8%), в результате чего доля первых снизилась до 25,5, а доля вторых выросла до 59,8% населения.

Помимо русских депопуляция затронула и другие некоренные этносы Казахстана. К концу 1990-х годов численность украинцев и белорусов сократилась почти на 2/3, а общий удельный вес восточных славян, достигавший в 1989 г. 43,9% населения и превышавший долю титульного этноса, снизился до 34,4%, что привело к потере ими численного превосходства. Еще более значительно уменьшилось количество немцев, сократившееся в 2,7 раза. Если в 1989 г. их насчитывалось 946,9 тыс., то в 1999 г. -всего 353,4 тыс. человек. В итоге удельный вес немцев, активно переселявшихся в ФРГ, снизился с 5,8 до 2,4%, а среди наиболее многочисленных этносов они переместились с третьего на пятое место.

Схожие демографические процессы наблюдались и у других некоренных этносов. В 1989-1999 гг. количество греков снизилось в 3,6 раза, башкир и мордвы - в 1,8, молдаван - в 1,7, болгар -в 1,5, татар, поляков и армян - в 1,3 раза. Сокращение их численности происходило быстрее, чем русских, что было обусловлено ассимиляцией последними части «русскоязычного» населения, а также высоким миграционным оттоком этносов, историческая ро-

дина которых находилась вне постсоветского пространства. Показатели естественного прироста коренных этносов, напротив, оставались высокими. К 1999 г. количество дунган увеличилось на 23,3%, уйгур - на 15,9, узбеков - на 12%. В общей сложности коренное население Казахстана выросло на 22%, а его удельный вес - с 44 до 59,8%.

Аналогичным образом изменилось соотношение этнических групп, исторически исповедовавших христианство и ислам. В 1989 г. на территории Казахстана проживало 7 млн. 640,6 тыс. мусульман и 8258,4 тыс. христиан, составлявших соответственно 47,3 и 51% населения. К концу 1990-х годов основные этно-конфессиональные группы поменялись местами. По данным переписи 1999 г., в стране насчитывалось 9077,8 тыс. мусульман и 5593,2 тыс. христиан, в связи с чем доля первых выросла до 60,7%, а доля вторых снизилась до 37,5%. Если накануне распада СССР среди жителей Казахстана преобладали христиане, что выделяло его на фоне мусульманских республик ЦА, то спустя всего десять лет большинством стали мусульмане.

Оценивая общие результаты трансформации этнодемогра-фической и конфессиональной структуры Казахстана, следует учитывать, что исходные данные Всесоюзной переписи населения 1989 г. в период независимости были скорректированы. Если, по данным Госкомстата СССР, численность населения Казахской ССР в 1989 г. составляла 16 464,5 тыс. человек, то в изданиях Агентства Республики Казахстан по статистике приводится цифра 16 199,2 тыс. человек. В итоге население Казахстана накануне распада СССР «сократилось» на 265,3 тыс. человек (на 1,6%). Однако численность различных этносов «снизилась» при этом неравномерно. Если количество русских и белорусов уменьшилось на 2,6%, украинцев - на 2,3, то казахов - всего на 0,6%. Между тем сопоставление исходных данных переписи 1989 г. и результатов переписи 1999 г. показывает, что население Казахстана сократилось не на 1246,1 тыс., а на 1510,9 тыс. (на 9,2%). Пересмотр итогов переписи в основном был осуществлен за счет славян, число которых к 1999 г. должно было сократиться не на 1977 тыс., а на 2168,4 тыс., в том числе русских - на 1748,4 тыс. «Снижение» количества казахов, напротив, увеличило их итоговый прирост, который составил не 1450 тыс., а 1488,1 тыс. человек. Корректировка данных переписи 1989 г. позволила не только «уменьшить» масштабы депопуляции населения, но и «повысить» долю титульного

этноса, представив этнодемографическую структуру страны в более выгодном свете.

Особенностями этнодемографического развития Киргизии являлись более высокие по сравнению с Казахстаном темпы увеличения коренного и сокращения некоренного населения. В 19891999 гг. количество жителей республики выросло с 4,3 до 4,8 млн. человек (на 13,3%). При этом число киргизов увеличилось на 40,3% (с 2,2 до 3,1 млн. человек), а количество русских сократилось на 34,2% (с 917 до 603 тыс.), в связи с чем доля первых повысилась с 52,4 до 64,9%, а вторых - снизилась с 21,5 до 12,5%. Среди наиболее, многочисленных этносов Киргизской Республики (КР) русские к 1999 г. опустились на третье место, уступив второе узбекам. По данным российского МИД, к 1 января 2007 г. в республике насчитывалось не более 470 тыс. русских (около 9% населения), число которых по сравнению с 1999 г. снизилось на 22%, а по сравнению с. 1989 г. - в 2 раза.

Численность других некоренных этносов сокращалась еще быстрее, чем русских. К концу 1990-х годов количество немцев снизилось почти в 5 раз (со 101,3 до 21,5 тыс.), евреев - в 4 раза (с 5,6 до 1,6 тыс.), белорусов - в 3 раза (с 9,2 до 3,2 тыс.), украинцев - в 2 раза (со 108 до 50,4 тыс.). В меньших масштабах сократилось число татар (с 70,1 до 45,4 тыс.) и азербайджанцев (с 16 до 14 тыс.), которые, по-видимому, оказались более адаптированы к жизни в исламском регионе. Небольшой демографический.; рост наблюдался у корейцев (с 18,4 до 19,8 тыс.), занятых в товарном земледелии и потому сумевших лучше приспособиться к условиям рыночной экономики. Все коренные этносы демонстрировали значительный рост населения, хотя и не столь высокий, как у киргизов. В аналогичных масштабах (на 40,4%) увеличилось лишь количество дунган, которые в силу своей малочисленности (около 52 тыс. человек) не влияли существенно на этническую структуру. У других коренных этносов темпы прироста были заметно ниже. Число уйгур выросло на 26,9% (с 37 до 47 тыс.), таджиков -на 27,2 (с 34 до 43 тыс.), узбеков - на 20,9 (с 550 до 665 тыс.), казахов - на 14,5 (с 37 до 43 тыс.), узбеков - на 20,9 (с 550 до 665 тыс.), казахов - на 14,5% (с 37 до 43 тыс.). Общая численность коренных этносов КР увеличилась с 2,92 до 3,98 млн., а некоренных - сократилась с 1,33 млн. до 846 тыс., в результате чего доля первых выросла с 68,7 до 82,5%, а вторых - снизилась с 31,3 до 17,5%.

Следствием резкого сокращения численности некоренного населения стало значительное увеличение доли мусульман и снижение - христиан. В течение 1989-1999 гг. удельный вес христиан в Киргизии снизился с 26,7 до 14%, или почти в 2 раза, а мусульман вырос с 71 до 84%. Среди христиан, в свою очередь, с 91 до 97% увеличилась доля православных, для которых был характерен менее высокий уровень миграционного оттока. Таким образом, население республики стало гораздо более моноконфессиональным, но при этом заметно возросла однородность и его христианской составляющей. В целом увеличение коренного и сокращение некоренного населения в Киргизии происходило гораздо быстрее, чем в Казахстане, что, по-видимому, было обусловлено более сильным социально-экономическим кризисом, меньшей численностью и не столь длительной адаптацией «европейской» общины. Глубокие перемены в этнической структуре отражало то, что вторым по численности этносом к 1999 г. вместо русских стали сконцентрированные в южных областях узбеки. В итоге межэтнические противоречия все более смещались в область киргизо-узбекских отношений, которые в 1990 г. уже были омрачены кровопролитным ошским конфликтом.

В Таджикистане, пережившем самую длительную и ожесточенную на постсоветском пространстве гражданскую войну, миграционный отток некоренного населения в начале 1990-х годов принял характер лавинообразного бегства. В условиях одного из самых высоких в регионе показателей естественного прироста титульного населения почти полное исчезновение некоренных этносов привело к тому, что Республика Таджикистан (РТ) стала одним из наиболее моноэтничных и моноконфессиональных государств СНГ. В 1989-2000 гг. население Таджикистана увеличилось на 20,3% и достигло 6,1 млн. человек. При этом его рост происходил почти исключительно за счет таджиков, численность которых увеличилась с 3,2 до 4,9 млн. человек (на 54,4%). Если в 1989 г. они составляли 62,3%, то в 2000 г. - уже 79,9% населения РТ. Численность других коренных этносов РТ, как правило, сокращалась. Так, количество узбеков снизилось с 1,2 до 0,9 млн. (на 21,8%), а удельный вес - с 23,5 до 15,3%, казахов - с 11,4 до 0,9 тыс. (в 12,7 раза), туркмен - с 20,5 до 20,3 тыс., среднеазиатских евреев -с 4,9 до 0,02 тыс., и лишь количество киргизов увеличилось с 63,8 до 65,5 тыс. Резкий рост числа арабов (в 52 раза) был связан с тем, что в предыдущих советских переписях они включались в состав других этносов. По тем же причинам в переписи 2000 г. появились

данные о тюркоязычных этнических группах лакайцев (51 тыс.), катаганов (4,9 тыс.), барлосов (3,7 тыс.) и юзов (1,1 тыс.), ранее считавшихся узбеками, и конгратов (15,1 тыс.), которые прежде учитывались как казахи.

Некоренные этносы почти полностью покинули Таджикистан. Численность крымских татар сократилась в 72, евреев -в 48,5, немцев - в 29,7, мордвы - в 18,3, белорусов, чувашей, болгар, украинцев - в 11-14, корейцев, осетин, башкир, поляков -в 7,0-7,9, армян и грузин - в 5-5,7, азербайджанцев, татар, молдаван - в 3-4,5 раза. Количество русских, которые, по данным переписи 1989 г., являлись третьим этносом республики, снизилось в 5,7 раза (с 388,5 до 68,2 тыс.), а удельный вес - с 7,6 до 1,1%. Большинство из них проживало в Душанбе и Согдийской области - единственном регионе Таджикистана, не затронутом в ходе конфликта военными действиями. В целом численность некоренных этносов Таджикистана на протяжении 1989-2000 гг. снизилась с 612 до 104,4 тыс. человек, а их удельный вес - с 12 до 1,7%. Сокращение некоренного населения продолжалось и в последующие годы. По данным российского МИД, к 2007 г. в Таджикистане оставалось 60-65 тыс. «этнических россиян», в том числе не более 50 тыс. русских (менее 1% населения). В итоге сегодня на улицах таджикских городов, по словам корреспондента «Известий», «очень редко можно встретить гражданское "лицо славянской национальности"». Мусульмане в постсоветский период стали едва ли не единственной конфессиональной группой республики. В 1989-2000 гг. их удельный вес вырос с 89,5 до 98,5%, а доля христиан сократилась с 9,6 до 1,2%. В отличие от других стран ЦА, где весомую часть жителей по-прежнему составляли христиане, население Таджикистана стало почти полностью мусульманским.

Трансформация этноконфессиональной структуры Узбекистана происходила более плавно. Эмиграция некоренных этносов первоначально не оказалась здесь столь массовой, что было связано с факторами как позитивными (относительно стабильная политическая и экономическая ситуация), так и негативными (трудности с продажей жилья, получением необходимых документов, прямые административные запреты выезда). Несмотря на быстрый рост численности титульного этноса, на рубеже 1990-2000-х годов в Узбекистане сохранилось многочисленное европейское население, игравшее важную роль в его социально-экономическом развитии. В течение 1989-1999 гг. население Республики Узбекистан под воздействием естественного прироста коренных этносов вы-

росло с 19,8 до 24,1 млн. человек, или на 22%. Изменение численности коренного и некоренного населения в основном определялось демографической динамикой двух самых многочисленных этносов - узбеков и русских, в совокупности составлявших около 80% жителей страны. К 1999 г. количество узбеков увеличилось на 32,5% (с 14,1 до 18,7 млн.), а русских сократилось на 26,9% (с 1,6 до 1,2 млн.), в результате чего доля первых выросла с 71,4 до 77,6%, а доля вторых снизилась с 8,3 до 5%. По данным МИД РФ, к концу 2002 г. в республике оставалось около 1 млн. русских, составлявших около 4% населения. Среди некоренных этносов наиболее резко сократилось число немцев и евреев (в 4,5 раза), за которыми следовали украинцы, татары (в 1,3 раза), армяне (на 11,8%), азербайджанцы (на 6,8%) и корейцы (на 3,3%). К концу 1990-х годов удельный вес большинства из них не превышал 1%, а заметное место в этнической структуре занимали лишь татары (1,3%). Неравномерная убыль некоренных этносов, как и в других странах ЦА, была обусловлена высокой эмиграцией немцев и евреев, а также лучшей адаптацией к новой экономической ситуации корейцев и кавказцев. В целом численность некоренного населения РУ в 1990-е годы снизилась с 2,7 до 1,9 млн. человек, а удельный вес - с 13,4 до 8,1%.

Численность коренных нетитульных этносов росла в 1,5-2 раза медленнее узбеков, а их удельный вес почти не изменился. В 1989-1999 гг. количество каракалпаков увеличилось на 25,7%, таджиков - на 24,7, киргизов - на 23,4, казахов - на 19,7, а туркмен -на 16,4%. В общей сложности коренные этносы к 1999 г. составляли 90,1% жителей республики. Однако данные о численности таджиков часть исследователей считают заниженными. По оценке российского этнолога Ю.Г. Кульчика, количество таджиков в Узбекистане накануне распада СССР в 1,5-2 раза превышало официальные данные (934 тыс.), а в Бухаре и Самарканде они составляли большинство населения По мнению же американского ученого Д. Шоберлайна-Энгела, на улицах Самарканда сегодня чаще звучит таджикская, а не узбекская речь.

Конфессиональная однородность населения в Узбекистане возросла сильнее, чем в Казахстане и Киргизии, где сохранилось многочисленное немусульманское население, но слабее, чем в Таджикистане. В 1989-1999 гг. число мусульман выросло на 29%, а количество христиан сократилось на 28%. В итоге доля мусульман выросла с 86,4 до 91,5%, а доля христиан, по численности которых Узбекистан занимал второе место в регионе после Казах-

стана, снизилась с 9,6 до 5,8%. В целом темпы депопуляции некоренных этносов в Узбекистане оказались ниже, чем в большинстве соседних республик Средней Азии, что объяснялось более стабильной политической и экономической ситуацией.

К наиболее сложным в плане исследования этнодемографи-ческих процессов странам относится Туркменистан. Связано это с проблемой достоверности демографической статистики, возникшей вскоре после распада СССР. Начиная с 1992 г. Госкомстат Туркменистана указывал в своих изданиях завышенную численность населения, которая была воспроизведена в материалах переписи 1995 г. и ряде публикаций Статкомитета СНГ. По оценке С.В. Жукова и О.Б. Резниковой, «приписка» составила примерно 0,4 млн. человек, что резко снизило адекватность всех демографических данных. По данным переписи 1995 г., в Туркменистане, как и других странах ЦА, происходило быстрое увеличение коренного и сокращение некоренного населения. Если общая численность жителей республики в 1989-1995 гг. увеличилась на 26%, то количество туркмен - на 34,1 (с 3,5 до 4,4 млн.), узбеков - на 28,3 (с 317 до 407 тыс.), а белуджей - на 38,4% (с 26 до 36 тыс.). Различия в темпах демографического роста привели к тому, что удельный вес туркмен вырос с 72 до 77%, узбеков - с 9 до 9,2, белуджей - с 0,7 до 0,8%, а незначительное сокращение числа казахов (на 0,8 тыс.) обернулось снижением их доли с 2,5 до 2% населения.

Если следовать данным переписи 1995 г., темпы прироста населения Туркменистана в 1991-1994 гг. увеличились по сравнению с периодом 1989-1991 гг. почти в 2 раза (с 2,5 до 4,65%), что свидетельствовало о беспрецедентном демографическом «взрыве». При этом соответствующий показатель у туркмен вырос с 3,1 до 6%, а у узбеков - с 3,2 до 4,75%. Между тем в Узбекистане, демографическое развитие которого на протяжении 1980-х годов было сопоставимым с Туркменистаном, население в 1990-е годы по-прежнему росло на 2% в год.

Демографическая динамика некоренных этносов в 19891995 гг. была разнонаправленной. Если численность русских, уступивших статус второго этноса республик узбекам, сократилась на 10,5% (с 334 до 299 тыс.), украинцев - на 35,1 (с 35,6 до 23,1 тыс.), татар - на 7,1 (с 39,2 до 36,4 тыс.), то количество армян выросло на 5,7 (с 31,8 до 33,6 тыс.), а азербайджанцев - на 9,6% (с 33,4 до 36,6 тыс.) Однако заметное место в этнической структуре продолжали занимать только русские, удельный вес которых снизился с 9,5 до 6,7%. На долю остальных некоренных этносов к се-

редине 1990-х годов приходилось менее 1% населения. В целом же численность некоренного населения Туркмении в этот период снизилась на 9,6% (с 474 до 429 тыс.), его удельный вес - с 13,5 до 9,7%.

Этническая статистика за более поздний период отсутствует. Единственным ориентиром служит выступление президента С. Ниязова перед Народным советом в феврале 2001 г., в ходе которого он заявил, что туркмены составляют 91%, узбеки - 3, а русские - 2% жителей страны. Исходя из этих данных, численность русских можно оценить примерно в 110 тыс. человек. Аналогичные оценки приводились председателем Совета русских общин Туркмении А. Фоминым (100-120 тыс.), также в документах МИД России (около 100 тыс.). Таким образом, в течение шести лет, прошедших со времени переписи 1995 г., число русских уменьшилось в 2,5-3 раза, что сопоставимо с их эмиграцией из Таджикистана в период гражданской войны.

Количество туркмен на фоне других этносов возросло особенно значительно. По официальным данным, их численность в 1989-2001 гг. увеличилась с 2,5 до 5 млн. человек, или в 2 раза, что превышает все реальные возможности демографического роста. Если в качестве базовых принять ежегодные темпы прироста в 2,5%, характерные для периода 1980-х годов, число туркмен окажется в 1,5 раза ниже и составит около 3,4 млн. То есть они будут самым малочисленным титульным этносом региона, что, видимо, и стало одной из причин завышения их количества. Косвенно об этом говорит сделанное С. Ниязовым в мае 2003 г. заявление о планах переселения в Туркмению 2-3 млн. анатолийских турок, бессмысленное в условиях демографического «взрыва».

В целом к началу 2000-х годов Туркменистан стал одним из наиболее моноэтничных и моноконфессиональных государств региона. На долю титульного этноса приходилось более 3/4, мусульман - более 9/10 жителей республики, а по численности этнических русских Туркменистан занимал предпоследнее место в

Центральной Азии, опережая лишь Таджикистан.

* * *

В течение первых полутора десятилетий после распада СССР изменение этноконфессиональной структуры суверенных государств ЦА характеризовалось увеличением абсолютной и относительной численности коренных, а также сокращением неко-

ренных этносов. При этом темпы прироста титульного населения, как правило, были выше других коренных этносов, а численность русских снижалась медленнее, чем у других групп некоренного населения. Сокращение русского населения в странах региона происходило неравномерно. Если общая численность русских в ЦА на протяжении 1989-1999/2000 гг. снизилась примерно на 29%, то в Казахстане (на 26,1%) и Узбекистане (на 26,9%) она снижалась медленнее, а в Киргизии (на 34,2%), Туркмении (в 2-3 раза) и Таджикистане (в 5,7 раза) значительно быстрее, чем в целом по региону. Темпы сокращения численности европейского населения были выше в странах со сложной политической и социально-экономической ситуацией, и ниже там, где положение было стабильнее.

Однако эмиграция русских из Центральной Азии, будучи массовым явлением, не приняла, за исключением Таджикистана, характера всеобщего бегства. В суверенных государствах региона пока осталось более половины русского населения, проживавшего на их территории к моменту распада СССР. После Украины, где насчитывается около 11 млн. этнических русских, страны ЦА являются для России вторым по значимости демографическим резервуаром зарубежного русского населения (около 5 млн.), большинство которого проживает на территории Казахстана, Киргизии и Узбекистана.

Существенно различались и темпы прироста титульных этносов. Если количество казахов увеличилось на 22,9%, то узбеков -на 32,5, туркмен - на 34,1, киргизов - на 40,3, а таджиков - на 54,4%. То есть численность среднеазиатских этносов росла в 1,42,4 раза быстрее, чем численность казахов, что вело к дальнейшему усилению аграрного перенаселения и смещению демографического «центра тяжести» на юг региона. В обшей сложности удельный вес коренного населения ЦА к началу 2000-х годов вырос с 69,6 до 81,2%, а некоренного - снизился с 28,6 до 17,3%, или в 1,7 раза.

Одновременно с сокращением европейского населения повсеместно наблюдался быстрый демографический рост самого многочисленного народа региона - узбеков. После распада СССР узбеки стали вторым по численности этносом в Киргизии и Туркмении, опередив русских. На рубеже 1990-2000-х годов в Казахстане их насчитывалось 370,7 тыс., в Киргизии - 665 тыс., в Туркмении - около 400 тыс., а в Таджикистане - 936,7 тыс. При этом реальная численность узбеков, как правило проживавших в при-

граничных районах и представлявших, с точки зрения соседних государств, реальную опасность этнического сепаратизма, была значительно выше официально заявленной.

Суммируя общие итоги этнодемографического развития суверенных государств ЦА, следует отметить, что их население стало значительно более моноэтничным и моноконфессиональным. К середине первого десятилетия 2000-х годов на долю титульного этноса приходилось более 1/2 населения Казахстана, 2/3 - Киргизии и более 3/4 Таджикистана, Узбекистана и Туркменистана. Еще выше был удельный вес мусульман, составлявших более 60% жителей Казахстана, 80 - Киргизии и 90% - других государств ЦА. Вследствие сокращения удельного веса европейского населения этноконфессиональный облик региона приобретал все более «азиатские» и мусульманские черты, что делало его типологически похожим на соседние страны Среднего Востока.

«Восток (Опет)», М., 2011 г., № 5, с. 48-114.

Александр Алексеенко,

доктор исторических наук (Казахстан) КАЗАХСТАН: ПРОБЛЕМЫ ИММИГРАЦИОННОЙ ПОЛИТИКИ

Этнодемографическим итогом существования Казахстана в составе Российской империи, а позднее - СССР стало количественное превосходство русских (прежде всего) в составе населения республики. Строительство независимости на таком фундаменте было объективно чревато негативными для суверенитета последствиями. Особую актуальность в связи с этим приобретает задача исправления этнических диспропорций прошлого. В 90-е годы XX в. результат достигался уменьшением численности европейских народов вследствие эмиграции. Стабилизация социально-экономической ситуации в первое десятилетие XXI в. привела к существенному сокращению эмиграционных потоков. На новом этапе активизируется политика репатриации этнических казахов (так называемых оралманов). Для их привлечения на историческую родину принимается ряд поощрительных мер (экономических, социальных, правовых и т. п.). В результате численность казахов в составе населения приближается в настоящее время к 70%-ной отметке. В то же время ставка на количественные показатели оставила без достаточного внимания иные проблемы. Основ-