Социально-негативные девиации и стратегии антидевиантной политики

Н. А. БАРАНОВСКИЙ,

доктор социологических наук, профессор,

Институт социологии НАН Беларуси, г. Минск

СОЦИАЛЬНО-НЕГАТИВНЫЕ ДЕВИАЦИИ И СТРАТЕГИИ АНТИДЕВИАНТНОЙ ПОЛИТИКИ

Рассматривается социо-антропо-культурно-нормативная сущность негативных социальных девиаций в системе социологического знания. Разработана теория деструктивной личностносоциальной интеракции, объясняющая закономерности этиологии девиантного поведения.

В современном белорусском обществе сохраняется высокий уровень преступности, пьянства, наркомании и других негативных социальных явлений, которые препятствуют демографическому, экономическому, социальному и культурному развитию страны. Эффективная антидевиантная политика невозможна без научного знания природы и сущности социально-негативных девиаций, закономерностей их этиологии, а также целенаправленной деятельности правоохранительных и других государственных органов, институтов гражданского общества по их социальному контролю и противодействию. Научные исследования социально-негативных девиаций осуществляют отдельная отрасль науки социологии - социология социальных девиаций (девиантология) и междисциплинарная наука о преступности - криминология. Данные явления изучаются также социальной антропологией, культурологией, психологией, педагогикой, генетикой и другими науками.

Объектом нашего исследования является социально-негативное девиантное поведение личности и негативные социальные девиации как социальные феномены. Социально-негативное девиантное поведение является разновидностью социального поведения личности и других социальных субъектов и во многом имеет общие свойства и характеристики. Социальное поведение личности представляет собой детерминированное социальной средой, личностью и системой личностно-социальных интеракций (взаимодействий), опосредованное психикой (сознанием, волей и эмоциями) мотивированное деяние (действие или бездействие), влекущее наступление каких-либо личностно и социально значимых последствий и изменений. В зависимости от предметного содержания, мотивации и социальных последствий в плане их пользы или вреда для личности, социальных групп и социума, а также культурно-нормативной оценки и соответствия социальным нормам, т. е. по материальному (предметносодержательному) и формальному (социально-нормативному) критериям раз-

личаются два типа социального поведения личности, социомерное (просо-циальное) и девиантное (отклоняющееся) поведения. Социомерное поведение приносит пользу и способствует развитию личности и общества, а также соответствует действующей системе общепринятых культурных, нравственных, правовых и других социальных норм. Девиантное поведение причиняет вред личности и обществу, препятствует их развитию или нейтрально по отношению к ним, а также не соответствует и нарушает общепринятые культурные, нравственные, правовые и другие социальные нормы. Девиантное поведение неоднородно по своим социальным последствиям и социально-нормативной оценке. Оно может иметь как социально позитивный, так и социально негативный характер, т. е. быть социально-позитивным и социально-негативным. На эту особенность девиантного поведения обоснованно обращал свое внимание еще французский социолог Эмиль Дюркгейм, который полагал, что девиации - нормальное (т. е. естественное) социальное явление, без которого не может быть каких-либо культурных и социальных изменений и развития социума. Девиантное поведение, которое не соответствует общепринятым культурным и социальным нормам, но в настоящее время нейтрально, а в перспективе даже способствует развитию личности и общества, является социальнопозитивным девиантным поведением (его можно также назвать социальноинновационным поведением). В данном случае речь идет о различного рода изобретениях, открытиях, нововведениях и других креативных действиях и поступках. Все они по своим социальным функциям и результатам социально позитивны и, можно сказать, опережают действующие культурные и социальные нормы и реальную действительность. Существует и девиантное поведение, которое не только не соответствует общепринятым культурным и социальным нормам, но и причиняет вред личности и обществу, препятствует их развитию. Это социально-негативное девиантное поведение. К ним относятся различные аморальные поступки, пьянство, наркомания, суицид, преступления и другие правонарушения. Данные формы социального поведения и являются непосредственным объектом нашего исследования (см. рисунок).

В социологической и юридической литературе для обозначения негативных форм социального поведения используется и другая терминология, негативные явления, антиобщественные явления, социальные патологии и т. д. Все эти термины имеют недостатки. В частности, термин «негативные явления» слишком широкий по своему объему. Он охватывает, по существу, все отрицательное, что встречается в обществе, включая природные, социальные и другие явления, причиняющие вред социуму без указания на критерии их оценки. Термины «социальная патология» и «социальные болезни» более медицинские, чем социологические и юридические. При этом если оценивать негативное социальное поведение как социальную болезнь, то получается, что мы его рассматриваем как нечто чуждое социуму, не связанное с закономерностями его функционирования и развития, а как своего рода пороки и издержки развития общества. Термин «антиобщественное поведение» употребляется глав-

Виды социального поведения

ным образом юристами, желающими подчеркнуть тот вред, который преступность и другие асоциальные формы поведения причиняют обществу. Недостатком его является то, что данный термин содержит смысловую нагрузку противопоставления и отторжения личности от общества, что представляется недопустимым с социологической точки зрения. Наиболее адекватным для обозначения девиантного поведения социально-негативного характера является термин социально-негативное девиантное поведение, который мы будем использовать в дальнейшем. Таким образом, социально-негативное девиантное поведение можно определить как поведение, которое не соответствует общепринятым моральным, правовым и другим социальным нормам, причиняет вред личности, социальным группам или обществу, а также осуждается общественным мнением и влечет наступление какой-либо социальной ответственности.

Субъектами социально-негативного девиантного поведения могут быть как отдельные индивиды, так и социальные группы, общности и социальные институты (трудовые коллективы, семья, государственные органы, организации и т. п.). При этом оно может выражаться как в форме поступка, деятельности (как системы действий и поведений), так и образа жизни.

По степени массовости, распространенности и форме социального проявления следует различать. 1) индивидуальное социально-негативное девиантное поведение (как социальный факт); 2) совокупность однородных индивидуальных актов социально-негативного девиантного поведения (как социальный вид); 3) социально-негативные девиации как социальное явление (как социальный тип). Все эти понятия соотносятся между собой как философские

категории «единичное», «особенное» и «общее». Каждое из них обладает своеобразным качеством, имеет свои особенности этиологии, бытия и развития. Данное исходное разграничение понятий имеет важное научное и практическое значение.

Для того чтобы ту или иную совокупность конкретных актов социальнонегативного девиантного поведения рассматривать как социальное явление, требуется наличие ряда условий. Во-первых, множественности поведенческих актов. Во-вторых, устойчивости их существования во времени, т. е. наличия их в течение значительного исторического периода времени. В-третьих, распространенности в пространстве (на значительной территории и в разных регионах страны), а также распространенности среди различных социальнодемографических групп населения (половозрастных, профессиональных и т. п.). Следовательно, социально-негативное девиантное поведение приобретает статус социального явления (социально-негативных девиаций), когда имеет устойчивость проявления во времени, относительно массовый характер и распространение на значительной территории страны среди различных социальнодемографических групп населения. На основании изложенного можно дать следующую дефиницию социально-негативных девиаций. это обусловленное социальной неопределенностью и деструктивностью социальных отношений, закономерное, устойчивое во времени и массово распространенное, про-тивонормативное негативное социальное явление, которое проявляется в совокупности конкретных актов асоциального девиантного поведения, а также всех их субъектов - делинквентов. Таким образом, социологически значимыми конкретными социальными фактами для исследования социально-негативных девиаций являются отдельные акты социально-негативного девиантного поведения и конкретные делинквенты. По своей природе социальнонегативные девиации - элемент общественной жизни и социума, которые обусловливают их генезис и бытие. По своей сущности - это сложное социо-антропо-культурно-нормативное негативное социальное явление, так как оно имеет место в обществе, реализуется через социальную активность личности и социальных групп, а также получает общественную оценку и категоризацию посредством системы нравственных, правовых и других социально-культурных норм, включая социальную реакцию со стороны общества в форме общественного осуждения и социальной ответственности.

Рассмотрим, насколько распространены различные формы социально-негативных девиаций в современном белорусском обществе. По данным уголовной статистики, в республике в 2008 г. по сравнению с 1990 г. зарегистрированная общая преступность увеличилась в 2,3 раза, а за последние пять лет -на 30% (если в 1990 г. зарегистрировано 75 699 преступлений, в 2000 г. - 135 540, то в 2005 г. - 192 506 преступлений; однако в последующие годы преступность пошла на убыль. в 2006 г. было зарегистрировано уже 188 881 преступление, в 2007 г. - 180 427, а в 2008 г. - 158 506 преступлений). Среднегодовой темп роста преступности за эти годы составляет 8%. Что касается такого по-

казателя, как коэффициент (уровень) преступности, который учитывает изменения в численности населения республики и более объективно характеризует состояние и динамику преступности, то если в 1990 г. уровень преступности составлял 74 преступления в расчете на 10 тыс. населения, то в 2008 г. он возрос до 164 преступлений, т. е. увеличился соответственно в 2,2 раза (за последние пять лет - в 1,4 раза). С учетом латентной (незарегистрированной) преступности, по оценкам экспертов, в 2008 г. уровень реальной (фактической) преступности в Беларуси составлял более 500 преступлений на 10 тыс. населения (общепринятым мировым предельно критическим показателем являются 500-600 преступлений). Так что наша страна непосредственно приблизилась к мировому критическому уровню преступности.

Среди стран СНГ в последние годы Беларусь по уровню зарегистрированной преступности занимает второе место после России, хотя и со значительным отставанием (на 28%, в СССР это отставание составляло 40%). Серьезную тревогу вызывает тот факт, что по уровню так называемой «пьяной преступности» (уровню преступлений, совершенных в состоянии алкогольного опьянения) Беларусь значительно опережает все страны СНГ, в том числе и Россию (по данным за 2008 г., в стране уровень «пьяной преступности» составлял 334 преступления в расчете на 100 тыс. населения, а в России - только 163 преступления). В стране 37% всех преступлений совершается в нетрезвом состоянии, а среди насильственных преступлений - 75%. По уровню краж Беларусь также опережает Россию, хотя и незначительно (932 и 902 кражи соответственно). По преступности несовершеннолетних Беларусь отстает от России на 30% (61 и 82 преступления соответственно). По уровню убийств и тяжких телесных повреждений Беларусь отстает от России почти в 2 раза (7 и 14 убийств, 18 и 32 тяжких телесных повреждения). К уголовной ответственности в 2008 г. были привлечены 72 944 человека. Количество жертв преступлений составило 122 644 человека.

Помимо преступности, актуальной социальной проблемой является алкоголизация населения и пьянство. Анализ статистических данных о производстве и потреблении спиртных напитков в стране за период с 1990 по 2008 г. показывает наличие негативной тенденции устойчивого их роста и сложившейся чрезвычайно неблагоприятной современной алкогольной ситуации. За последние восемнадцать лет производство алкогольных напитков в стране увеличилось в 1,9 раза (в 1990 г. производилось 5,6 млн дал алкогольных напитков, а в 2008 г. - почти 12 млн дал). Продажа спиртных напитков за данный период возросла в 2,1 раза. Уровень потребления абсолютного алкоголя на душу населения в 1990 г. составлял 5,7 л, в 1995 г. - 6,7, в 2000 г. - 10,0, в 2006 г. - 10,7, в 2007 г. - 12, а в 2008 г. - 12,4 л. Что касается конкретных видов алкогольных напитков, то потребление водки и ликеро-водочных изделий за этот период увеличилось в 1,4 раза, пива - в 1,4, шампанского - в 1,4, а плодово-ягодного вина - в 220 раз, пик приходится на 2003 г., в последующие годы несколько уменьшилось их производство (на 19%), потребление

виноградного вина уменьшилось на 70%. За данный период времени существенно изменилась структура продажи и потребления спиртных напитков. Произошло сокращение на 1/3 удельного веса потребления водки и ликероводочных изделий (с 46,4 до 31,5%), сокращение почти в 2 раза потребления виноградного вина (с 28,4 до 15,7%) и увеличение почти в 2,5 раза потребления плодово-ягодного вина (с 20,7 до 49,6%). И все это без учета «теневого» производства и потребления суррогатов и традиционного алкоголя - самогона. По расчетам белорусских экспертов, реальный уровень потребления спиртных напитков в стране составляет более 16 л абсолютного алкоголя на душу населения. Этот показатель немного ниже российского - примерно 18-литрового уровня потребления алкоголя. Но в то же время в 2 раза превышает европейский уровень, который Всемирной организацией здравоохранения определен как критический для демографического, экономического и культурного развития страны. Вместе с тем если учитывать, что социологически фиксируемая «норма» потребления среднего белоруса в 2 раза превышает европейский стандарт, то сегодня страна достигла предела, за которым неизбежны серьезные негативные социальные последствия алкоголизации населения.

Проведенные нами в 2005 и 2007 г. республиканские социологические исследования показывают, что употребление спиртных напитков в стране имеет массовый характер. Оно распространено среди всех социально-демографических групп населения и на всей территории страны. Употребляет спиртные напитки абсолютное большинство опрошенного взрослого населения (по данным опроса 2005 г. - 77%, 2007 г. - 74%). Выше среднего уровня употребление спиртных напитков распространено среди мужчин (85%, среди женщин - 70%), 30-49-летних (87%), молодежи 18-29 лет (84%), среди рабочих промышленности (87%), ИТР, служащих и интеллигенции (86%), безработных (85%), руководителей среднего и низшего звена (83%), учащихся и студентов (83%). Среди населения преобладает употребление крепких спиртных напитков (водки и самогона) (55%) и вина (35%), главным образом плодово-ягодного. То есть доминирует «водочно-винная» культура потребления спиртных напитков и «домашне-гостевая» форма употребления алкоголя (соответственно, по данным опросов, 65 и 63%). Значительно меньше - «общественно-досуговая» форма потребления спиртных напитков (25 и 26%). Достаточно широко распространена «улично-досуговая» форма потребления алкогольных напитков (10 и 11%). Трезвый образ жизни ведут, по данным опроса 2005 г., 23%, а по данным опроса 2007 г. - 26% респондентов, главным образом это женщины - 30%, (среди мужчин - 15%), лица 60 и более лет (42%), неработающие пенсионеры (более 50%), среди молодежи 18-20 лет - 20%, 20-29 лет - 13%. «Культурнотрадиционное потребление спиртных напитков» (когда спиртные напитки употребляются редко или часто, до 1-2 раз в неделю, и немного - до 1 бутылки вина или до 0,5 бутылки водки) - соответственно по годам опроса 57 и 55%. Различные виды бытового пьянства, по данным опроса 2005 г., распространены среди 20% взрослого населения, а по данным опроса 2007 г., - 19%. Среди

них. «эпизодическое пьянство» (редко или часто и много - свыше 1 бутылки вина или 0,5 бутылки водки) - соответственно 7 и 9%; «привычное пьянство» (очень часто - 3-4 раза в неделю или практически ежедневно, но немного) -соответственно 11 и 8%; «систематическое пьянство» (очень часто или практически ежедневно и много) - соответственно по 2%. Бытовое пьянство (средний показатель 20 и 19%) в наибольшей степени распространено среди мужчин (39%, среди женщин - 5%), среди 30-39-летних - 28%, 40-49-летних - 24, 20-29-летних - 21, среди рабочих промышленности, транспорта, строительства - 36, безработных - 36, военнослужащих - 34, руководителей - 27-29, предпринимателей - 25, работающих пенсионеров - 21%. Среди жителей городов - 22%, села - 18%.

Что касается потребления наркотиков и токсикомании, то это главным образом молодежная проблема. Среди потребителей наркотиков и других токсических веществ большинство составляют молодые люди в возрасте 16-24 лет (74%), подростки 14-15 лет (12%). Среди молодежи, по данным социологических опросов, употребляют наркотики 9%, 6% - токсические вещества. Дополнительно группу риска составляют 7% молодежи. Таким образом, наркомания и токсикомания непосредственно угрожают пятой части молодых людей. Более половины среди потребителей наркотиков составляет молодежь мужского пола - 68% и 32% - женского пола, т. е. в соотношении 2,1. Среди потребителей наркотиков и других токсических веществ преобладают учащиеся ПТУ - 22%, учащиеся техникумов, колледжей - 17, школьники - 15, рабочие промышленности, строительства, транспорта - 13, студенты вузов - 8, безработные - 6, рабочие сельского хозяйства - 6%. Соотношение жителей городов и сельской местности среди потребителей наркотиков примерно одинаковое (соответственно 51 и 49%).

На основе данной статистической и социологической информации можно сделать вывод, что в современном белорусском обществе социально-негативные девиации имеют достаточно широкое распространение и являются серьезной социальной проблемой, которая заслуживает научного исследования и нуждается в проведении активной и эффективной государственной антиде-виантной политики.

Наиболее эффективной государственной политикой является стратегия комплексного социального и индивидуального предупреждения и противодействия негативным социальным девиациям. Именно такая стратегия должна лежать в основе формирования и функционирования системы современной антидевиантной политики. Эта политика должна иметь системный характер, учитывать сложную природу и сущность, а также закономерности этиологии социально-негативных девиаций и проводиться по следующим основным направлениям.

1. Создание экономических, социальных и культурных условий, обеспечивающих устойчивое и гармоничное развитие личности и социальных общностей, включая развитие нравственной и правовой культуры, формирование

ценностных ориентаций на социально-позитивное поведение. Это - общая социальная антидевиантная политика.

2. Смягчение, нейтрализация и постепенное преодоление основных социальных и личностных факторов, причин и условий, детерминирующих социально-негативное девиантное поведение. Это - профилактическая анти-девиантная политика.

3. Противодействие и борьба с преступностью и другими правонарушениями с целью устойчивого снижения их уровня, а также уменьшения физического, морального, материального и другого ущерба, причиняемого ими. Это - административная, уголовная и другая правовая политика.

4. Предупреждение и устойчивое снижение уровня виктимизации граждан, защита прав и оказание реабилитационной помощи жертвам преступлений и других негативных социальных девиаций. Это - виктимологическая политика.

5. Социально-реабилитационная и социально-восстановительная работа с преступниками и другими правонарушителями, а также жертвами социальнонегативного девиантного поведения. Это - социально-реабилитационная политика.

В настоящее время в стране реализуется главным образом стратегия активной и достаточно жесткой уголовной и другой правовой ответственности и наказания правонарушителей. Каждый второй преступник осуждается к лишению свободы или ограничению свободы. Широко используется практика изоляции и принудительного лечения алкоголиков, наркоманов, бомжей, принудительного труда родителей, бросивших детей. Такая политика, очевидно, была оправданной в кризисные 90-е годы, но не сегодня и, тем более, в будущем. Настало время на законодательном и практическом уровнях постепенно изменить приоритеты в государственной антидевиантной политике. А именно - осуществить переход от доминирования запретительной и наказательно-правовой деятельности к активной социальной, профилактической, а также виктимоло-гической и реабилитационной работе. Это относится прежде всего к социальноправовому контролю преступности несовершеннолетних, пьянства, наркомании, бродяжничества и других правонарушений, в происхождении которых доминируют социальные, культурные и социально-психологические причины и условия, связанные с процессами дезорганизации общества, а также культурно-нравственными деформациями в образе жизни и развитии личности.

Все эти концептуальные положения должны составлять теоретическую основу закона об антидевиантной политике в Республике Беларусь, который следует безотлагательно разработать и принять. Нуждается в совершенствовании и система управления и координации деятельности правоохранительных и других государственных органов по социально-правовому контролю и противодействию преступности и других правонарушений. Прежде всего в плане развития уголовного, уголовно-процессуального, уголовно-исполнительного, криминологического и виктимологического законодательства, ювенальной антиде-

виантной политики, а также активизации социальной профилактики преступлений и создания специализированных государственных и общественных социальных структур, профессионально занимающихся профилактической, виктимологической и социально-реабилитационной работой. Значительно больше внимания следует уделять совершенствованию уголовной, административной и социально-медицинской статистики, проведению научных исследований преступности, других правонарушений и негативных социальных девиаций. Научные исследования должны иметь междисциплинарный характер и осуществляться совместно социологами, экономистами, культурологами, юристами, психологами, педагогами, социальными работниками и другими специалистами. Эту теоретическую и социально-прикладную научно-исследовательскую работу успешно мог бы выполнять Институт криминологии, викти-мологии и девиантологии НАН Беларуси. Такие научные структуры давно существуют во многих странах мира, научные результаты их деятельности социально востребованы, активно внедряются в практику антидевиантной политики и дают позитивный социальный эффект.

N. A. BARANOVSKI

NEGATIVE SOCIAL DEVIATIONS AND STRATEGIES OF ANTIDEVIANT POLICY

Summary

The social, anthropological, cultural and normative sense of negative social deviations in the system of sociological knowledge is examined. The theory of destructive personal and social interaction is elaborated that explains the natural character of the etiology of deviant behavior.