Семантические явления в области отаббревиатурной лексики

ал отражает искания, сомнения, мысли одного человека, но в то же время свидетельствует о жизнеспособности диалекта и выражает тенденцию диалекта к подвижности.

Примечания

1. Лопатин В.В. Рождение слова. Неологизмы и окказиональные образования. - М.: Наука, 1973. - С. 67.

2. Земская Е.А. Словообразование как деятельность. - М.: Наука, 1992. - С. 195.

3. Шаховский В.И. Языковая личность в эмоциональной коммуникативной ситуации // Филологические науки. - М., 1998. - № 2. - С. 61.

4. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. - М.: Политиздат, 1975. - С. 61.

5. Серебренников Б.А. Общее языкознание. Формы существования, функции, история языка. - М.: Наука, 1970. - С. 68.

6. Лыков А.Г. Современная русская лексикология /русское окказиональное слово/. - М.: Высшая школа, 1976. - С. 25.

7. Торопцев И.С. Предмет, задачи, материал и методы ономасиологии // Научные труды Курского пед. института. Т. 21. - Курск, 1974. - С. 51.

8. Янко-Триницкая Н.А. Продуктивные способы и образцы окказионального словообразования // Актуальные проблемы русского словообразования. Уч. зап. Ташкентского пединститута. Т. 143. Часть 1. - Ташкент, 1975. - С. 416-417.

9. Касаткин Л.Л. Современная русская диалектная и литературная фонетика как источник для истории русского языка. - М.: Наука - Школа «Ярк», 1999. - С. 26.

10. Звегинцев В.А. Теоретическая и прикладная лингвистика. - М.: Просвещение, 1968. -С. 47-48.

11. Блинова О.И. Фактор мотивированности и вариантность слова // Язык и общество. Вып. 3. - Саратов, 1974. - С. 144.

12. Маслов Ю.С. Введение в языкознание. - М., 1975. - С. 138.

13. Намитокова Р.Ю. Авторские неологизмы: словообразовательный аспект. - Ростов-на-Дону, 1986. - С. 26.

14. Лыков А.Г. Окказиональное слово как лексическая единица речи // Филологические науки. - 1971. - № 5. - С. 79.

СЕМАНТИЧЕСКИЕ ЯВЛЕНИЯ В ОБЛАСТИ ОТАББРЕВИАТУРНОЙ ЛЕКСИКИ

На современном этапе развития языка, наряду с традиционными способами словообразования, всё большая роль в пополнении словарного фонда отводится аббревиации, которая выполняет компрессивную функцию в языке и даёт огромную экономию на уровне текста. А чем более употребительна аббревиатура, тем большими словообразовательными возможностями она обладает, тем многочисленнее гнездо родственных слов (ср.: КВН - кавээновец, кавээнщик, кавээнщица, КВН-фестиваль, КВН-команда, кавээновский, кавээн-ский, кавээнный, кавээнить, кивиника, Кивинск, по-кавээновски и др.). В настоящее время отаббревиатурные производные создаются с установкой на благозвучие, а потому легко осваиваются в языке, являясь уже привычным способом словообразования. Наша задача - описать семантические явления в области отаббревиатурной лексики, отметить тенденции процесса вхождения отаббревиатов в лексическую систему русского языка и наметить перспективы дальнейшего естественного воссоединения.

В последние годы в современном русском языке усиливаются омонимические тенденции в образовании новых слов. Часто многозначное слово при-

Н.Н. САФОНОВА

г. Сургут

обретает еще одно значение по принципу подобия или созвучности. Омонимические тенденции отразились и в отаббревиатурном словотворчестве.

Широко представлена в отаббревиатурной лексике омонимия, которую академик В.В.Виноградов назвал «отраженной словообразовательной омонимией»1. По сути, производные отаббревиаты лишь отражают омонимичность своих производящих основ - аббревиатур.

Многие из аббревиатурных названий вузов являются омонимичными, например: МГУ - это и Марийский государственный университет, и Мордовский государственный университет, и Московский государственный университет, а производное одно - эмгэушник с тремя значениями. Или разговорный синоним аббревиатуры РП - эрпэшка, называющий и рабочую программу (в электронике), и радиопеленгатор (в радиотехнике), и радиопередатчик, и регистрирующий прибор, и реле поляризованное, и рулевой привод. У этого существительного 6 значений, каждое из них используется локально, в пределах той области, к которой относится.

Подобные отношения сохраняются и между отаббревиатурными прилагательными, например: тэгэушный - это и 1) относящийся к Ташкентскому госуниверситету, и 2) к Тбилисскому госуниверситету, и 3) к Томскому госуниверситету, и 4) к Туркменскому госуниверситету, и 5) к Тюменскому госуниверситету, и 6) к Тамбовскому госуниверситету, и 7) к Тартускому госуниверситету.

В Словаре сокращений С.В. Фадеева2 приводятся целые ряды омонимичных аббревиатур. Можно предположить, что многие из них способны иметь локальные омонимы, не попавшие в поле нашего наблюдения.

Среди отаббревиатурных лексем есть омонимы, возникшие на базе однокорневых слов за счёт омонимии суффиксов, например: комсомолка (член ВЛКСМ) и «Комсомолка» (газета «Комсомольская правда»), прорабка (женщина-прораб) и прорабка (комната для прорабов). Но они имеют разную словообразовательную структуру. Слово «комсомолка(1)» возникло как женская параллель к существительному «комсомолец» при помощи суффикса -к(а) со значением лица женского пола. «Комсомолка(2)» мотивировано словосочетанием, производящей основой которого является основа имени прилагательного. В современном русском языке данный процесс включения (термин Н.А. Янко-Триницкой), или смысловой конденсации, очень продуктивен (ср.: зачётная книжка - зачётка, читальный зал - читалка).

Ещё один факт развития омонимии среди отаббревиатурных производных - появление грамматических омонимов путём перехода имени прилагательного в существительное: завучевская (прил.) - завучевская (сущ.), прорабская (прил.) - прорабская (сущ.). При совпадении системы словоизменения в этих омонимах наблюдаются семантические и грамматические различия: в прилагательных аффикс -ая выполняет роль флексии и служит средством согласования с определяемым существительным, а в существительных данный аффикс указывает на род, число и падеж (ср.: «Я сел напротив заву-чевского стола» и «Ребята, не бегайте мимо завучевской»)3.

В результате семантического переосмысления фонетической оболочки узуальной лексической единицы создаются омонимы к общеупотребительным словам, мотивированные аббревиатурами: Ан-2 - Антон, Антоша, Аннушка, АНТ (самолёт Антонова) - АНТичный, ГАЗ - Газель: «Мы писали, что «Газель» стала первой машиной ГАЗа, сделанной с помощью автоматизированной системы проектирования»4, ГУМ (Государственный универсальный магазин) - гуманист, ДОМ (Добровольное объединение молодёжи) - домовой, И-16 (самолёт) - ишачок, КЛБ (Клуб любителей бега) - колобок,

ОВ (паровоз) - овечка, П-2 (самолёт Петлякова) - пешка, ППШ (пистолет-пулемёт Шпагина) - папаша, СкорПИОН - скорпионец (в данном случае омонимизируется и производящая аббревиатура), У-2 - уточка, ЧУД -ЧУДесный, ЧУДовищный.

Об этом необычном явлении пишет В.Н. Виноградова в книге «Стилистический аспект русского словообразования»: «В обычных профессиональных арго очень распространён приём каламбурной расшифровки официальных сокращений: «Туберкулёз» - так солдаты зовут ТБ - ночной тяжёлый бомбардировщик (ТВ); ...локомотива «ОВ», по-простому сказать «овечки» (Ю. Дунаевский, В. Фрид. Красная площадь); Поедем на «Язвах», садись на «Яз» (самосвал. - В. Львовский. Курдай); морские бомбардировщики, обозначенные буквами «МБР», что читалось «амбар» (А. Марьямов. Североморцы)»5.

Очень много дериватов такого типа создается от аббревиатур с цифровым компонентом: Ан-2 - Аннушка, Антон, Ан-22 - Антей, Пе-2 - пешка, ППШ-41 - папаша. Иногда даже цифровой компонент отражается в производных: Ми-3 - Митрич, Ша-2 - шадвушка. Слова подобного способа образования особенно популярны в профессиональном жаргоне: «овечка» - от «ОВ» (марка паровоза), «кукушка» - от «К» (марка паровоза) - в речи железнодорожников; «Фенька» - от «Ф-1» (граната), «Раиса» - от «РС» (реактивный снаряд), «Танька» - от «Т-34» (танк) - в речи военных.

На основании вышеперечисленных примеров можно говорить о явлении терминологизации общелитературного слова путем его переосмысления. Благодаря этому явлению, общеупотребительное слово превращается в семантический неологизм и может существовать в жаргоне. Появляясь на страницах газет и журналов, такие отаббревиаты помогают избежать словесных штампов, монотонности технической терминологии, оживляют язык периодической печати. Выделение мотивирующих аббревиатур в составе подобных отаббре-виатов настраивает читателя или слушателя на языковую игру.

Явление, примыкающее к омонимии в сфере отаббревиатурной лексики, наблюдается в словах, созданных при помощи междусловного совмещения (СОИдинение, СОИузники, СШАндарм, медведь-СШАтун, СШАрико-вая (бомба), СШАхиллесова (пята), АСУнизатор, SPA-сение, АСАТа-неть, Би-Би-Сировать, каНАТОходец, детоНАТОр, вЛЭТИшь, выЛЭ-ТИшь, искамазаться, иСПАведовать, уСМИрять). В создании этих образований имеет место парономазийная игра, при помощи которой создаётся аллюзия (намёк) на созвучное явление. Так, например, в значении слова инязвочка, образованном при помощи междусловного совмещения, прослеживается аллюзия на слово «язвочка». В контексте это становится особенно очевидным: «Что, - говорю, - ИНЯЗвочка? Или, может, эМГеПИявочка?» Автор повести «Созвездие Амура» А. Никольский создаёт аллюзию со словами «язвочка», «пиявочка», выражая отрицательное отношение, издёвку говорящего над объектом суждения. Другие примеры: «Начали диспут о ка-мазофии - весьма важном направлении научной мысли, определяющей основные пути развития КамАЗа...»е - данный окказионализм, совмещая значения двух слов, приобретает новое - «философия КамАЗа, модель развития его производства»; «Опасный трюк каНАТОходца весьма чреват. И он споткнётся»1- наложение двух слов в данном окказионализме создаёт аллюзию на рискованность политики НАТО; «Правда, и сейчас темы многих статей в «АиФ» подсказываются читателями. Кроме того, мы широко пользуемся «аифоризмами»8- о крылатых фразах, опубликованных в газе-

те «Аргументы и факты»; «Ещё в марте 1985 года министр обороны США К. Уайнбергер с официальным письмом пригласил страны НАТО, а также Японию, Австралию и Израиль (всего 18 государств) принять участие в дележе «СОИвого пирога»9 (СОИ - стратегическая оборонная инициатива) - данное устойчивое выражение обозначает соглашение стран принять СОИ, иносказательно: «приготовить СОИвый пирог»; «В Москве члены комиссии взМОКли» [Заголовок]10 от аббревиатуры МОК - Международный олимпийский комитет. Соединение двух слов МОК и «взмокли» создаёт новое слово «взМОКнуть». В контексте распознаётся аллюзия на то, что члены МОК устали, много работая.

Т.А. Гридина в книге «Языковая игра: стереотип и творчество» называет такое «графическое вычленение сегментов, омонимичных определенным типам узуальных морфем (лексем)» одним из «приемов намеренно ложной мотивации парадоксального типа». Он помогает выявить «новый мотивационно-ассоциативный контекст восприятия узуального слова, опираясь на ситуативные и коннотативные пресуппозиции его употребления»11. О.И. Усминский и Н.А. Усминская считают, что это явление носит название «фонетической аллюзии в аспекте парономазии»12.

Процесс создания отаббревиатов при помощи междусловного наложения усилился в последние годы. Об этом свидетельствует факт частого появления таких образований в периодических изданиях.

Почти все отаббревиаты, созданные в результате междусловного совмещения, носят речевой характер. Однако отаббревиаты, созданные в результате семантического переосмысления фонетической оболочки узуального слова, будучи поначалу фактами речи, способны стать фактами языка. Например, официально зарегистрировано название автомобиля «ГАЗель». В «Словаре новых слов русского языка. 1950-1980 годы» находят отражение слова «Аннушка» и «Антон».

Таким образом, отаббревиаты, являющиеся результатом междусловно-го совмещения, и отаббревиаты, созданные в результате семантического переосмысления фонетической оболочки узуального слова, поддерживают омонимические тенденции в образовании аббревиатур. Рассмотренные случаи иллюстрируют появление различных типов омонимии в кругу отаббревиатов.

Среди отаббревиатурных производных развиваются также синонимические отношения. В функционировании отаббревиатов выделяется несколько типов синонимии.

Самую многочисленную группу представляют словообразовательные синонимы, которые образуются от одной основы при помощи разных синонимичных суффиксов, т.е. в этой группе синонимами по отношению друг к другу выступают отаббревиаты. А это свидетельствует о развитии синонимических отношений внутри отаббревиатурной лексики.

В широкие синонимические связи вступает суффикс -ец-/-овец- со значением лица по отношению к организации, учебному заведению, к тому, на чём кто-либо работает. Синонимичные ему суффиксы -щик, -шник, -ист формируют ряды синонимов-отаббревиатов со значением лица, например: птур-совец - птурсник - птурсовик - птурсовист (от ПТУРС - противотанковый управляемый реактивный снаряд); пиаровец - пиарщик, маист - маё-вец (от МАИ - Московский авиационный институт), обэхаэсовец - обэхаэс-ник, кагэбэшник - кагэбист, гэбэшник - гэбист, гаишник - гаист, эм-жэковец - эмжэкашник, кавээнщик - кавээновец, стройотрядник -стройотрядовец, эмчеэсник - эмчеэсовец (Ср.: «Пиаровец в шоу-бизнесе

должен быть всем на свете, вплоть до юриста»13 и «Намедни я узнал, что вся губерния принимает меня за некоего пиарщика, наверное, за то, что

14

люблю я пописать на досуге») .

Синонимические отношения формируются и среди отаббревиатурных существительных, обозначающих лиц женского пола: бомжиха - бомжовка, гэбистка - гэбэшница, завхозиха - завхозница (Ср.: «Просидев в холодной сырой камере с курящими махорку, пьющими «Лану» бомжихами»...

15

и «Бомжовки втихомолку подрабатывают проституцией») .

Неодушевлённые существительные-модификаты с синонимичными уменьшительно-ласкательными суффиксами -ик и -онок также вступают в синонимическую связь; кразик - кразёнок, камазик - камазёнок.

Случаи словообразовательной синонимии наблюдаются и среди прилагательных: антиспидовый - антиспидовский, зэкский - зэковский, бомжовый - бомжовский - бомжевский, пиаровский - пиарский - пиарочный, кавээнный - кавээновский - кавээнский, гэбэшный - гэбистский, рай-военкоматский - райвоенкоматовский, кожимитный - кожимитовый, прорабский - прорабовский.

Вступая в синонимические ряды, отаббревиаты могут иметь стилистические различия (ср.: райкомовец (нейтр.) - райкомщик (разг.)), иметь разный оценочный компонент (ср.: бомжик (уменьш.-ласк.) - бомжара (груб., презрит.): «Бедным бомжикам некуда деваться»16; «На лавке развалился и

17

громко храпел пьяный вонючий бомжара» . Стилистически дифференцированы также синонимы прорабская (нейтр.) - прорабка (разг.), обозначающие помещение для прораба. В словаре-справочнике «Новые слова и значения» слово прорабка дано с пометами «в разг. проф. речи». Стилистические синонимы есть и среди прилагательных: эфэргевский (разг.) - фээргэшный (прост.), фэбээровский (разг.): «Фэбээровское расследование»8 и фэбэ-

19

эрочный (окказ.): «Ну и сидите себе как пень фэбээрочный» .

Широко распространена и синонимия, при которой отаббревиаты являются стилистически сниженными эквивалентами официальных наименований, представляющих собой словосочетания: сотрудник ОМОНа - омоновец, служащий МЧС - эмчеэсник, студент ТГУ - тэгэушник. Одни из синони-мов-отаббревиатов в стилистическом отношении нейтральны, являются межстилевыми: строитель БАМа - бамовец, студент вуза - вузовец, игрок КВНа - кавээновец, студент факультета физкультуры - физкультурник, другие - разговорными: сотрудник ГАИ - гаишник, актёр ТЮЗа -тюзовец, преподаватель физкультуры - физкультурник, третьи - просторечными: заведующая учебной частью - завучиха, вездеход ГТТ -гэтэтэшка, ткань х/б - хэбэшка, грузовик КАвЗ - кавзуха (стилистические пометы данных слов уточнены в Большом толковом словаре русского языка под ред. С.А. Кузнецова20). Таким образом, для отаббревиатурной лексики характерны отношения стилистической синонимии с мотивирующими словосочетаниями.

Важно отметить, что отаббревиаты, осваиваясь в лексической системе современного русского языка, включаются в гиперо-гипонимические и в гипо-гипонимические отношения, сравните: компьютерщик - асушник (АСУ -

автоматизированная система управления): «- Ты сейчас компьютерщиком

21

работаешь? - Да, асушником» , нефтяник - киповец (КИПА - контрольно-измерительные приборы и автоматика): «Нефтяники хорошо получают; у меня брат киповец, у него зарплата 20 тысяч»22, бюджетник - гээсэсо-вец (ГСС - городская социальная служба), студент - вузовец, втузовец,

стажёр - эфпэкашник (ФПК - факультет повышения квалификации), военный - вэвэшник (ВВ - внутренние войска), вэдэвэшник, морфлотовец; милиционер - обэповец (ОБЭП - отдел по борьбе с экономическими преступлениями), омоновец, актёр - мхатовец, тюзовец; работник - ауповец (АУП - аппарат управления предприятием), медик - вэлсовец (ВЭЛС - врачебная экспертиза лётного состава), узист; водитель - белазист, кама-зист.

Родо-видовые отношения очень распространены среди наименований лиц, названных по отношению к тому, чем они занимаются, на чём и где работают, причём эти отношения наблюдаются и в парах отаббревиатов, ср.: эм-чеэсник - суплавовец (СУПЛАв - Специализированное управление по ликвидации аварий), вузовец - тэгэушник - гэрэушник (ГРУ - факультет государственного регионального управления), филфаковец, вэпэшонок (ВПШ -Высшая психологическая школа). Рассмотренные случаи позволяют говорить о перспективах развития гиперо-гипонимии и гипо-гипонимии в среде отаббревиатов.

Антонимические отношения несвойственны для отаббревиатурной лексики. В них чаще всего вступают слова, обозначающие качество и количество, а среди отаббревиатов таких слов нет. Но мы обнаружили несколько случаев контекстуальных антонимов-отаббревиатов, антонимические связи которых формируют приставки, имеющие значение противопоставления: довузовский (период) - послевузовский (период), внутривузовская (конференция) - межвузовская (конференция), вЛЭТИшь - выЛЭТИшь.

При сопоставлении однокорневых беспрефиксных и префиксальных отаббревиатов появляются случаи антонимии. Здесь особенно активно участвует приставка анти-, имеющая выраженное значение противоположности: СПИД - антиспид, спидовый - антиспидовый, натовская (политика) - антинатовская (политика), профсоюзное (движение) - антипрофсоюзное (движение). Значение отсутствия какого-либо признака имеет и приставка без-, благодаря которой отаббревиаты вступают в антонимические отношения: профсоюзный - беспрофсоюзный, загсовый - беззагсовый.

Таким образом, появление среди отаббревиатурных лексем омонимов, возникших на базе однокорневых слов за счёт омонимии суффиксов, и грамматических омонимов, развитие синонимических отношений, гипо-гипонимических и гиперо-гипонимических отношений, вовлечение отаббревиатов в антонимические связи отражает то, что отаббревиатурная лексика, несмотря на новизну и необычность, естественно сливается с лексикой русского языка и поддерживает тенденции её развития.

Примечания

1. Виноградов В.В. О грамматической омонимии в современном русском языке / Виноградов В.В. Избранные труды: Исследования по русской грамматике. - М., 1975. -С. 216.

2. Фадеев С.В. Словарь сокращений современного русского языка: около 15000 сокращений. - СПб., 1997.

3. Из устной живой речи.

4. За рулём. - 1996. - № 3. - С. 92.

5. Виноградова В.Н. Стилистический аспект русского словообразования. - М., 1984. -С. 177.

6. Злобин А. Камские встречи. - М., 1992. - С. 34.

7. Огонёк. - 1980. - № 51. - С. 83.

8. Аргументы и факты. - 1999. - № 53. - С. 12.

9. Новое в русской лексике. Словарные материалы / Под ред. Н.З. Котеловой. - М., 1986. - С. 268.

10. Спид-Инфо. - 2005. - № 7. - С. 15.

11. Гридина Т.А. Языковая игра: стереотип и творчество. - Екатеринбург, 1996. - С. 119.

12. Усминская Н.А., Усминский О.И. Вопрос об аллюзивных гипотезах: выдвижение и доказательства // Герменевтика в гуманитарном знании: Материалы научно-практической конференции. - СПб., 2004. - С. 189-191.

13. Космополитен. - 1988. - 07/08. - С. 117.

14. Из телевизионной речи.

15. Толковый словарь русского языка конца ХХ века. Языковые изменения / Под ред. Г.Н. Скляревской. - СПб., 1998.

16. Сургутская трибуна. - 05.11.03.

17. Новый город. - 17.06.04.

18. Дерибас В.М. Аббревиатуры русского языка (справочное пособие). - М., 1993.

19. Из телевизионной речи.

20. Большой толковый словарь русского языка / Под ред. С.А. Кузнецова. - СПб., 2000.

21. Из устной живой речи.

22. Из устной живой речи.

Современный этап развития методики преподавания русского языка характеризуют новые подходы к обозначению целей обучения. Цели обучения, его содержание (знания, умения, навыки) определяются через понятия языковой, лингвистической и коммуникативной компетенции.

Изучая язык как систему и овладевая лингвистическими знаниями, школьники одновременно обучаются речи на родном языке - осознают и ос-

О.П. КОЖОКАРЬ

г. Сургут

К ВОПРОСУ О ФОРМИРОВАНИИ КОММУ НИКА ТИВНОЙ КОМПЕТЕНЦИИ У ВЫПУСКНИКОВ ОБЩЕОБРАЗОВА ТЕЛЬНЫХ ШКОЛ