Русская музыкальная культура как основа развития современного школьного музыкального образования

УДК 377.112.4

РУССКАЯ МУЗЫКАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА КАК ОСНОВА РАЗВИТИЯ СОВРЕМЕННОГО ШКОЛЬНОГО МУЗЫКАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Н.А. Асташова

В статье рассматривается особый пласт русской культуры - литературное наследие выдающихся русских композиторов и музыкальных критиков XIX века - с позиций совершенствования современного школьного музыкального образования. Представлены идеи о музыке А.П.Бородина, М.И.Глинки, Ц.А. Кюи, М.П.Мусоргского, Н.А. Римского-Корсакова, А.Н.Серова, В.В.Стасова

Ключевые слова: литературное наследие великих русских композиторов XIX века, современное музыкальное образование, красота музыкального языка, народная песня, ценностные ориентиры

В процессе обновления системы музыкального образования современной школы исключительную важность приобретают ценностные ориентиры, входящие в классическую парадигму русской музыкальной культуры. С этой точки зрения особый интерес представляет литературное и эпистолярное наследие великих русских композиторов XIX века. Оно позволяет глубже проникнуть в творческий процесс, ощутить дух эпохи, постигнуть ценностные приоритеты, предпринять попытку экстраполяции аксиологических ориентиров прошлого на современный образовательный процесс.

Поскольку музыка, по мнению А.Н.Серова, это непосредственный язык души, то она может «говорить» уму о самых тонких и глубоких переживаниях во всей их бесконечной гамме. Музыкальный язык передает различные стороны человеческой жизни через выражение внутреннего мира личности, передачу эмоциональных состояний, раскрытие переживаний. Красота музыкального языка придает особую окраску внутренней сущности музыки, зиждет духовную радость, удовольствие, наслаждение, что ведет к более основательному пониманию мира, социально-исторической действительности своей страны, актуальных проблем человечества, самого себя.

Именно таким представляется музыкальное искусство М.И.Глинки, в котором гармонично сочетаются народность и высочайший профессионализм. Литературно-эпистолярное наследие этого мастера является ключом к пониманию сущностных особенностей удивительной красоты его творчества и ориентиром в процессе музыкального образования. "Музыка - душа моя", - так можно объяснить необыкновенную творческую силу гения М.И.Глинки. Вероятно, эта короткая фраза, выражающая жизненное и творческое кредо композитора, может рассматриваться и как принципиальное положение системы эстетического воспитания, в которой духовность переплетается с многомерностью музыкальной красоты. По мнению М.И. Глинки, "все искусства, а следовательно и музыка требуют:

1) ЧУВСТВА... это получается от вдохновения свыше.

2) ФОРМЫ. Forme значит КРАСОТА, то есть соразмерность частей для составления СТРОЙНОГО целого.

ЧУВСТВО зиждет, дает основную идею; ФОРМА облекает идею в приличную, ПОДХОДЯЩУЮ ризу...

ЧУВСТВО и ФОРМА - это душа и тело. Первое - дар высшей благодати второе приобретается трудом, и умный руководитель - человек вовсе не лишний..." [1].

Безусловно, мы находим воплощение этого философского постулата в творчестве М.И. Глинки, но это может быть и своеобразной формулой красоты для образовательной системы. Обращение к эмоционально-чувственной сфере личности, усиленная интеллектуальная и духовная деятельность - вот пути, ведущие, по мнению М.И.Глинки, к созиданию красоты.

Между тем и сам М.И.Глинка, его творчество - ценностный «компас» в мире музыкального искусства. Известный русский музыкальный критик В.В.Стасов точно ориентирует нас в аксиологическом пространстве: «Во многих отношениях Глинка имеет в русской музыке такое же значение, как Пушкин в русской поэзии. Оба великие таланты, оба родоначальники нового русского художественного творчества, оба глубоко национальные, черпавшие свои великие силы прямо из коренных элементов своего народа, оба создали новый русский язык - один в поэзии, другой в музыке»[2].

Подчеркивая национальную ценность творчества двух великих представителей русской культуры, В.В.Стасов вычленяет общечеловеческий аксиологический аспект искусства

М.И.Глинки - общедоступность музыкальной речи, что предопределило место творческого наследия мастера во всемирной сокровищнице музыкального искусства.

Ценностные основания искусства, в том числе музыки, детально разработал композитор и музыкальный критик А.Н. Серов. В процессе совершенствования системы музыкального образования следует обратить внимание на его меткие замечания по поводу искусства как цвета духовной жизни человечества. А.Н. Серов считает, что сфера музыки, мира искусства звуков «чисто-психологическая», поскольку музыка может выражать только настроенность души, особым образом волнуясь всем, что совершается с человеком в его микрокосме, то есть в нем самом, в его "я" и в природе, во внешнем мире»[3]. В связи с этим красота музыки - очень тонкий инструмент воздействия на личность, требующий владения филигранной техникой вхождения во внутренний мир человека.

А.Н.Серов настолько проникновенно и убедительно говорит об искусстве, музыке, о красоте как высшей поэзии, что нет сомнения - это аксиологический эпицентр музыкально-эстетического воспитания. «Искусство, - утверждает он, - безгранично, как сама природа, как душа человеческая, в которой вся природа отражается будто в зеркале»[4].

Утверждая вечность идеи красоты, А.Н.Серов делает вывод о том, что истинное искусство бессмертно, но вместе с тем, как отражение жизни, беспрерывно изменяется. В этом плане следует особенно внимательно отнестись к пропорции классического и нового, вечного и нарождающегося искусства при определении содержания музыкального образования.

И еще две позиции, рассматриваемые А.Н.Серовым, следует, на наш взгляд, учесть в процессе совершенствования системы музыкального воспитания в образовательных организациях России. Это целостность системы, которая, по словам композитора, присуща организму в природе и органическому творчеству в искусстве, предполагающая необходимое отношение всех частей к целому и частей между собой. По мнению А.Н.Серова, это одно из основных условий достижения красоты.

Столь же значима народность. «Музыка, - отмечает А.Н.Серов, - как и всякий другой человеческий язык, должна быть неразлучна с народом, с почвою этого народа, с его историческим развитием»[5]. При этом А.Н.Серов подчеркивает, что «сердце музыки» находится в образе народных песен.

Продумывая систему музыкально-эстетического воспитания, следует также внимательно отнестись к концепции творчества М.П.Мусоргского, в центре которой находится человек ("высший организм").

М.П.Мусоргский утверждает, что настоящее призвание художника в отражении «ТОНЧАЙШИХ ЧЕРТ ПРИРОДЫ человека и ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ МАСС» в своем творчестве, считая грубым ребячеством художественное изображение одной красоты. Для этого композитора восторгом является изучать «всем нутром» никем не тронутые черты человека «и кормить ими человечество как здоровым блюдом» [6].

Как известно, М.П.Мусоргский особенно бережно относился к звукам человеческой речи и мастерски передавал «тончайшие и капризнейшие» ее оттенки. Он утверждал, что этим можно заниматься, хватая за сердце и мыслительные способности, и сам музыкой обоготворял человеческий дар слова. Творческие речитативные открытия М.П.Мусоргского могут послужить основой для понимания внутреннего мира человека.

Очень важный руководящий принцип, определявший творческую деятельность М.П.Мусоргского: "Искусство есть средство для беседы с людьми, а не цель", пожалуй, также следует рассматривать как аксиологический ориентир в системе музыкально-эстетического образования школьников. Действительно, ценность музыки можно рассматривать и в значении общения, в данном случае коммуникативной связи выдающегося композитора со слушателями через средства художественной выразительности музыкального искусства.

Усилению непосредственного значения классического искусства в процессе воспитания подрастающих поколений служит один из метких афоризмов М.П.Мусоргского: "Художник верит в будущее, потому что живет в нем" [7]. Настоящий мастер - это человек, которому приоткрывается будущее, человек, который живет вечными категориями, обладает даром предвидения. Поэтому художественные произведения такого масштаба актуальны, глубоко содержательны, с высоким воспитательным потенциалом. Они помогают современному школьнику найти ответ на вечные вопросы о добре и зле, истине и лжи, прекрасном и безобразном. Включение их в учебно-воспитательный процесс - гарантия формирования эстетического вкуса, культуросозидающей позиции.

Необходимость широко использовать классическое наследие подтверждает и композитор А.П.Бородин. Этот вывод напрашивается при знакомстве с музыкальными статьями композитора. В них подчеркивается эстетическая ценность классики. В частности, о третьей симфонии Л.Бетховена автор говорит как о колоссальном памятнике искусства, далеко опередившем свое время, а "Реквием" В.Моцарта называет самым капитальным из всех сочинений композитора, одним из выдающихся произведений церковного искусства вообще.

А.П. Бородин считает, что музыка, звучащая в концертах, должна быть разнообразной и интересной. «Наряду с произведениями классиков, при имени которых музыкальная публика привыкла испытывать священный трепет», можно использовать новейшую музыку современных композиторов, «одно имя которых... возбуждало чувство ужаса в присяжных музыкантах старого закала» [8]. Однако симпатии автора остаются на стороне музыкальной публики, которая, «руководствуясь более тонким и верным чутьем», постоянно выражает потребность слушать хорошее исполнение серьезной музыки, «имеющей такое громадное влияние на музыкальное образование и развитие вкуса» [9].

Литературное наследие А.П.Бородина позволяет не только пристально вглядеться в музыкальные памятники прошлого, но и проложить художественный путь в настоящее, тем более, что оценка достоинств музыкантов-современников, выраженная только в одном - "вечно великое общечеловеческое", может быть отнесена ко всем выдающимся композиторам, чье творчество проанализировано в музыкальных статьях А.П. Бородина.

В определенной степени заглядывал в будущее и другой великий русский композитор Н.А. Римский-Корсаков, пытавшийся «сковать» в новое «КОЛЬЦО ЧИСТОЙ МУЗЫКАЛЬНОЙ КРАСОТЫ» наследие великих классиков и яркие образцы современного искусства. Молодежи он советовал беречь это КОЛЬЦО, копить ценности. «Прорвав его в угоду будущей вашей воле, вы начнете расточать преждевременно» лучшие образцы музыкальной культуры, - предупреждал Н.А. Римский-Корсаков.

Это актуальное замечание не было услышано. Кольцо прорвано. Налицо дешевые, низкопробные "произведения искусства", спутники молодежной субкультуры. Отчасти они отражают социокультурный контекст сложного нестабильного времени.

И все-таки выход есть - опора на высокохудожественные образцы подлинного искусства, каким, например, является музыка XIX века. Н.А. Римский-Корсаков отмечает богатейшую палитру музыкального искусства XIX века - «это искусство настроений, возбуждающих в фантазии нашей представление идей, а через идеи представление образов» [10].

На наш взгляд, заслуживает внимания и такое высказывание композитора: "В сущности всякая музыка, которую принято считать за общечеловеческую, все-таки национальна" [11]. В отношении музыкального искусства это справедливо: с одной стороны, музыкальный язык универсален, с другой - у подлинного художника всегда ощущается национальный колорит. В этом смысле музыкальное искусство одновременно может рассматриваться как общечеловеческое и национальное выражение красоты. Хотя при составлении программы музыкального образования доля произведений, олицетворяющих национальное искусство, должна быть достаточной для глубокого проникновения в специфику музыкальной ткани национального музыкального языка.

Основанием для формирования национальной культуры является непосредственное воздействие народной песни, ее выразительность, красота. "В народных песнях, - отмечал композитор Ц.Кюи, кроются неисчерпаемые сокровища народного творчества, народного пения; песни эти, часто превосходные сами по себе, важны еще и в том отношении, что гениальный композитор, изучая по ним духовность, характер, свойства народной музыки, принимая их за основание своего творчества, применяя к ним все совершенство музыкальной техники, прилагая всю ширину развитого, глубокого взгляда, основанного на изучении всей существующей музыки всех школ, создает бессмертные, колоссальные и вполне народные произведения" [12]. Со всей ответственностью можно заявить, что сокровищница народной музыки имеет принципиальное значение не только для композитора, но и для подрастающего поколения в развитии тонкого, живого чувства красоты, сопричастности истории своего народа.

В статьях Ц.Кюи о музыкальном искусстве мы также находим яркие характеристики русской музыки, которые вполне можно использовать в работе со школьниками. Чувство патриотизма, гордости за принадлежность к социокультурному российскому пласту культуры могут вызвать оценочные суждения Ц.Кюи: «...русская музыка полна сил и свежести», именно от нее европейская музыка "получит свое обновление и начнет новую эпоху" [13].

Завершая характеристику аксиологических возможностей музыки и музыкального образования в

литературном и эпистолярном наследии русских композиторов, считаем возможным остановиться на отдельных положениях работ выдающегося музыкального критика В.В. Стасова, которые могут стать основанием для творческого поиска ученых, исследующих проблемы музыкального образования, учителей, заботящихся о духовном росте воспитанников, и учеников, ищущих ответы на жизненно важные вопросы.

В.В.Стасов, рассматривая специфику музыкального искусства, подчеркивал, что оно самое молодое во многих отношениях. Ни одно другое искусство не способно как оно «наполнять душу человека и отвечать всем бесчисленным нынешним его потребностям в поэзии, чувстве и мысли» [14]. По мнению В.В. Стасова, русская музыкальная школа имеет «своеобразные черты физиономии"; во-первых, это "отсутствие предрассудков и слепой веры», во-вторых, стремление к национальности", в-третьих, наличие восточного элемента, в-четвертых, крайняя склонность к программной музыке [15].

В.В. Стасов поясняет, что все эти особенности - суть русской школы. Аксиоматично, что современный школьник должен почувствовать этот особый дух русской музыки XIX века, ее полную самостоятельность мысли, ее стремление выражать национальную душу, адресоваться к самому корню жизни народной, ее выразительность в процессе «изложения» литературного текста.

Музыкальный критик отмечает, как высоко ценили русские композиторы народные песни, русские церковные песнопения, позволявшие углубиться в подлинные основы русской народной культуры, что «было главным нервом всех стремлений настоящих русских музыкантов» [16]. Но особенно важно, что В.В.Стасов учит всех сохранять чудные музыкальные создания - народные песни, поскольку история свидетельствует, что именно русский народ защитил «свою великую драгоценность и ненаглядное сокровище» «с такой статью и энергией, с какой, быть может, никакой другой и никогда» [17].

В процессе музыкального воспитания возможно и широкое использование литературно-критических портретов композиторов, музыкантов, тщательно выполненных В.В.Стасовым. Такие характеристики помогут почувствовать колорит эпохи и сориентироваться в музыкальном пространстве, познакомится с лучшими и значительными произведениями искусства.

Таким образом, анализ литературного наследия выдающихся музыкантов XIX века дает нам в руки своего рода аксиологический «камертон». Современное школьное музыкальное образование должно ориентироваться на высокохудожественные образцы подлинного искусства, в котором отражается духовная жизнь человечества, сочетаются общечеловеческие и национальные идеалы, которое приоткрывает путь к будущему и акцентирует внимание учащихся на красоте как ценностной характеристике музыкального языка.

Каждый вид духовной деятельности, в том числе и музыкальное образование, предполагает единство интеллектуальной, эмоционально-чувственной и деятельностной сфер личности в процессе ее развития. Использование классического музыкального наследия, народного творчества, ярких образцов современного искусства в образовании школьников требует включения тонкой психологической инструментовки в приобщении к музыкальному языку («звукам особого рода»), полноценного развития музыкальной культуры школьников. Это позволит пристально «вглядеться» в музыкальные памятники прошлого, продолжить художественный путь в настоящее, увидеть и почувствовать удивительные превращения музыкального искусства в микрокосмосе человека в будущем.

The article deals with a special layer of Russian culture - the literary heritage of outstanding Russian composers and music critics of the XIX century - from the standpoint of improving the modern school of music education. Presented ideas about music Borodin, Glinka, Cesar Cui, Mussorgsky, Rimsky-Korsakov, A.N. Serov, Vladimir Stasov

The key words: literary heritage of the great Russian composers of the XIX century, the modern musical education, the beauty of the musical language, folk song, values

Список литературы

1. Глинка М.И. Литературное наследие: В 2-х т. Т.2. Л., 1953. С. 602.

2. Стасов В.В. Избр. соч.: В 3 т. М.,1952. Т 3. С. 720.

3. Серов А.Н. Избр. статьи. М., 1957. С. 121.

4. Там же, С 94.

5. Там же, С. 42.

6. Мусоргский М.П. Литературное наследие. Кн. 1. М., 1971. С 141.

7. Мусоргский М.П. Литературное наследие. Кн. 1. М., 1971. С 133.

8. Стасов В.В. Александр Порфирьевич Бородин. Его жизнь, переписка и музыкальные статьи (1834-1887). СПб., 1889. 278 с.

9. Там же, С 276.

10. Римский-Корсаков Н.А. Музыкальные статьи и заметки. СПб., 1911. С. 143.

11. Римский-Корсаков Н.А.Летопись моей музыкальной жизни. СПб., 1909. С. 335.

12. СПб ведомости. 1870. № 312.

13. СПб ведомости. 1872. № 277.

14. Стасов В.В. Избр. соч.: В 3 т. М.,1952. Т 3. С. 755.

15. Стасов В.В. Наша музыка. М., 1953. С 16-27.

16. Стасов В.В. Избр. соч.: В 3 т. М.,1952. Т 3. С. 484.

17. Там же, С 477.

Об авторе

Асташова Н.А. - доктор педагогических наук, профессор Брянского государственного университета имени академика И.Г. Петровского, nadezda.astashova@yandex.ru