Философия аргументации при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции

УДК 340.12:343.13

ФИЛОСОФИЯ АРГУМЕНТАЦИИ

ПРИ РАССМОТРЕНИИ УГОЛОВНЬ1Х ДЕЛ

В СУДЕ ПЕРВОЙ ИНСТАНЦИИ

© Брянская Е. В., 2016

Иркутский государственный университет, г. Иркутск

Процесс доказывания по уголовному делу неоднократно рассматривался с позиции философского мировоззрения. В философии права применительно к процессу доказывания выделяют гносеологию и прикладной раздел, в которых рассматриваются философские аспекты познания. Аргументационные элементы процесса доказывания при рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции имеют свои философские начала. Именно философия права помогает более ясно осознать и упорядочить знания о процессе доказывания в свете состязательности сторон в уголовном процессе.

Ключевые слова: философия права; аргументация; внутреннее убеждение судьи; аналогия; полярность; дихотомия; гносеология; критическое восприятие сведений; презентизм; количественный и качественный аспект знания; состязательность; критическая культура; рефлексия.

Центральным понятием любой правовой процессуальной науки является «доказывание». Процесс доказывания по уголовному делу фактически является тем внутренним стержнем, на котором строится уголовно-процессуальная наука. В этой связи заметим, что в содержательном смысле процесс доказывания по уголовному делу имеет ретроспективный характер. То есть в настоящее время мы познаем те обстоятельства, которые имели место в прошлом, для того чтобы на уровне практики, в максимальной степени, достичь истину по уголовному делу. Поэтому современные авторы верно полагают, что в ретроспективном познании проявляется возможность человека осуществлять так называемую инверсию, т. е. возврат времени. Ретроспективное познание заключается в возможности реконструкции, восстановления полной структуры объекта прошлого и его описания при помощи сохранившейся информации на следах взаимодействия этого объекта с окружающей действительностью [1]. По нашему мнению, теория познания особенно актуальна на таком этапе процесса доказывания, как собирание доказательств.

Поскольку концепция уголовного судопроизводства основана на принципе состязательности, особую значимость приобретает активность сторон при рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции.

Думается, что на основе полученной информации в процессе познания стороны посредством активной мыслительной деятельности пытаются повлиять на внутреннее убеждение судьи через предоставление аргументов своей правоты. В этой связи все большую актуальность приобретает теория аргументации, которая позволяет нам судить об определенной юридической силе доказательств — аргументирующей силе.

Поскольку истоки процесса доказывания по уголовному делу уходят своими корнями в философию права, такое правовое явление, как доказывание посредством аргументации, будет раскрыто наиболее полно, поэтому переходим к доказыванию в философ-ско-правовом аспекте.

Следует согласиться с мнением авторов, которые рассматривают доказательства в качестве понятия, не являющегося в полной мере только юридическим. Понятие доказательства принадлежит к области логики, антропологии и, более того, как мы уже говорили, своими корнями уходит в философию [2].

Проблема аргументации занимает ключевое место в системе наук, включая философию. Аргументация выражает основное содержание, смысл, интеллектуальный уровень, практическую значимость теории. Наметившаяся в последние десятилетия недооценка проблемы аргументации вообще, а в философии в особенности,

нанесла существенный урон культуре как философской мысли, так и правовой. Важнейшей особенностью аргументации в философии (игнорируемой большинством отечественных и зарубежных философов) является ее связь с проблемой человеческого знания вообще, философского — в особенности: бесконечности мира — конечности человеческого опыта [3].

В аспекте научного исследования интерес представляет древнегреческая философия, в которой аргументация рассматривается в качестве полярного явления. Действительно, наиболее ярко аргументация проявляется тогда, когда имеют место две противоположные точки зрения, полярные позиции. Философы в основу аргументации закладывают принципиальные положения аналогии и полярности. Впервые подобного рода типологизацию провел и обратил внимание на значимость аргументации для формулировки научных теорий и возникновения научного мышления Д. Ллойд. Наиболее известна его работа, изданная в 1922 г. в Бристоле, которая многократно переиздавалась, что подтверждает ее значимость для современных исследований аргументации [4]. Согласно точке зрения Д. Ллойда, эти два принципа — полярность и аналогия — берут на себя роль неформальной логики в примитивном или архаическом мышлении вообще, а конкретно в Греции — вплоть до Аристотеля, предложившего принципиально иную логическую систему, которая, тем не менее, базируется также на различении этих принципов и обобщении способов их использования в рассуждениях или аргументации [5].

Противоположность существует в мире, который знаем мы, — это мир качеств, классов и отношений, т. е. таких сущностей, которые не указывают на мир прямо; это своего рода мир, оформленный через отвлеченные понятия. Такое понимание мира формирует философия, и переход к нему был своего рода революцией, инициированной Гераклитом и Парменидом и реализованной Платоном и Аристотелем: именно они совершили перевод интереса с конкретных вещей на логос — структуры мышления и отношения, реализуемые в речи. Что же касается дофилософского видения мира, в нем все вещи будут действовать в одном физическом плане, при этом часть вещей нейтральны друг к другу, а часть — несовместимы, не взаимозаменяемы, противопо-

ложны, но могут последовательно сменять друг друга, находясь в каких-либо отношениях одна к другой, например суша и вода, день и ночь. Такую картину мира А. Мурелатос описывает концепцией «наивная метафизика вещей» [6]. Описание противоположностей может выглядеть так: там, где суша, там не вода, там, где ночь, — нет дня [7].

Философами полярность активно используется в качестве познавательного метода и метода аргументации.

В основе логических приемов аргументации — дихотомия, которая сводится к контрадикторным и контрарным отношениям, поскольку в радикальной форме подчеркивает логическое противоречие, а в слабой — исключает его, но допускает тем самым наличие промежуточных вариантов, которые будут работать как альтернативные для того или другого полюса. Такая вариация позволяет рассуждать о применении косвенных доказательств в процессе аргументации.

Научное изучение рассуждений и аргументаций начинается с Аристотеля. Он и начал рассматривать две главные дисциплины — логику и риторику, которые, каждая по-своему, занимаются рассуждениями, убеждениями [8].

В содержательном плане деятельность органов уголовного судопроизводства в соответствии с гносеологическими закономерностями имеет в основном ретроспективный характер. Как мы уже упоминали, в ретроспективном познании проявляется возможность человека осуществлять так называемую инверсию, т. е. возврат времени [9].

Особую роль в качестве методологической основы уголовно-процессуального доказывания играют важнейшие принципы современной научной гносеологии. К числу таковых относятся: принцип отражения, принцип деятельности, принцип развития. Эти принципы в совокупности определяют познание человеком окружающего мира в целом и уголовно-процессуальное познание в частности.

Теория познания, или гносеология, — раздел философии, в котором изучается природа познания и его возможности, отношение знания к реальности, выявляются условия достоверности и истинности познания [10]. Термин «гносеология» происходит от греческих слов gnosis — знание и logos — понятие, т. е. «понятие о знании», «учение о знании».

В человеческом сознании окружающая действительность может иметь различные формы отражения. К разновидностям таких форм принято относить: познавательное отражение — формирование идеальных образов, знаний о предметах; эмоциональное отражение, имеющее форму специфического личного отношения (эмоции, переживания); отражение в форме сознательных предметных действий [11]. Однако вне зависимости от вида отражения познание всегда приводит к новому знанию, составляющими которого являются гносеологическая форма отношения человека к действительности и познавательно значимая информация.

Принцип отражения для уголовно-процессуального доказывания важен с точки зрения реальной возможности установить все обстоятельства, имеющие значение по уголовному делу, с помощью информации, сохранившейся на следах в предметах материального мира и в сознании людей.

Принцип деятельности указывает на то, что уголовно-процессуальное доказывание существует как «специфическая человеческая форма активного отношения к окружающему миру, содержание которой составляет целесообразное изменение и преобразование этого мира на основе освоения и развития наличных форм культуры» [12].

Для понимания содержания аргументации необходимо отделить деятельность, направленную на познание внешнего мира, от деятельности, направленной на передачу другим информации, полученной в процессе познания. Познание заключается в знании объекта и предмета исследования, аргументация заключается в донесении оппоненту и в убеждении, доказывании своей позиции. Процессы познания и аргументации взаимосвязаны и взаимообусловлены, не могут существовать друг без друга. Каждый из них — необходимый составной элемент уголовного судопроизводства.

Аргументация — мыслительная деятельность, протекающая в сфере общения, а не познания, т. е. в процессе передачи информации одним человеком другому, и охватывает субъект-субъектные, а не субъект-объектные отношения. Соответственно, процесс аргументации возможен только тогда, когда есть некто второй, и на него, а не на объект познания, направлена мыслительная деятельность человека [13].

Думается, аргументация выступает связующим звеном между познанием сведений

по уголовному делу и убеждением в правоте той или иной позиции по уголовному делу.

Аргументация является гносеологической категорией, и ей присущи следующие признаки: во-первых, это целесообразная деятельность, направленная на активное убеждение в виновности подсудимого; во-вторых, позволяет с содержательной стороны доказательств представить ценность как каждого доказательства в отдельности, так и в их логичной совокупности; в-третьих, аргументация позволяет выделить и подчеркнуть по юридической силе наиболее убедительное доказательство; в-четвертых, раскрыть познавательную деятельность с коммуникативной позиции; в-пятых, в основе аргументации заложено противоборство двух сторон: обвинения и защиты, что позволяет сделать вывод о специфике суждений сторон в таких условиях, порой конфликтных.

Более того, философское воззрение на аргументацию тесным образом связано с категорией истины по уголовному делу.

В этом аспекте критерием истины на этапе ее познания является практика. Аргументация выступает фактором критического восприятия сведений, подлежащих доказыванию по уголовному делу, результатом которой является сложившееся внутреннее убеждение судьи при вынесении приговора. Значит, мы можем полагать, что целью аргументации является убеждение, доказательство истины по уголовному делу.

Современное понимание убеждения восходит к И. Канту, согласно которому убеждение от простой уверенности отличается наличием достаточных объективных оснований. Убеждение — это мысль, которую человек считает истинной, потому что она рационально обоснована. Убеждение характеризуется, во-первых, достаточной объективной уверенностью в истинности какого-либо положения, и, во-вторых, эмоционально-ценностными компонентами. В этой связи выделяют следующие характерные черты убеждения:

• высокая степень уверенности субъекта в истинности или правомерности данного положения, базирующаяся на его рациональном обосновании;

• эмоционально-ценностное отношение к нему, что обусловливается в значительной степени принадлежностью объекта мысли к системе ценностей человека, ее связью с нравственными ценностями и эстетическими идеалами;

• связь с практической деятельностью субъекта: в практической деятельности человека непосредственно или опосредованно проявляются его убеждения;

• относительная устойчивость, проявляющаяся в том, что то или иное убеждение присуще человеку на протяжении достаточно длительного периода его жизни [14].

В современной парадигме познания через объяснение на первый план выходит схема, где разъяснение играет роль аргументации, т. е. убеждает слушателя в правоте того, кто несет знания.

Аргументация может быть освещена и в аспекте аналогии, которая является в какой-то мере процессом, противоположным полярности, когда устанавливаются не элементы различия, а элементы сходства между вещами или событиями.

Если же обсуждать аналогию не столько как конкретно-научный метод, сколько как сугубо философский, т. е. как способ аргументации, то помимо эвристического характера аналогия носит и объяснительный характер. Объяснение, как мы отмечали выше, — существенная составляющая аргументации. Поскольку первой задачей аргументации является обоснование того или иного убеждения либо выработка определенного мнения, истинного или принятого в качестве истинного, то и объяснение в этой схеме играет немаловажную роль. И конечно, для любого явления или события можно подобрать такую аналогию, которая окажется достаточно простым и емким способом объяснения [15]. Аналогию можно рассмотреть в качестве объяснительного принципа. В таком аспекте реализуется юридическая значимость судебного прецедента.

Аргументация возможна и в свете пре-зентизма, когда она может быть осуществлена через трансформацию негативного в позитивное. Трансформация может иметь следующие формы: создаются контексты, изменяющие негативный смысл на позитивный в результате интерпретации; предлагается новый вариант решения задачи или даже значительный пересмотр ситуации по делу [16]. В уголовно-процессуальном аспекте подобного рода аргументация позволяет найти компромисс по уголовному делу, исключает ситуацию спора, состязательности. Аргументация презентизма актуальна в ситуации примирения сторон по делам частного обвинения, смысл кото-

рой сводится к следующему: «Если твое мнение отличается от моего, то это еще не значит, что ты заблуждаешься; может быть, ты подходишь к истине с другой стороны» [17].

Аргументация презентизма предполагает количественный и качественный аспекты знания. Действительно, можно знать больше и глубже, но можно иметь более разностороннее суждение о совершенном преступлении, обстоятельства которого могут быть уже представлены в другом свете. Знание обстоятельств уголовного дела требует личного вклада в его познание, что предполагает развитие идей процесса доказывания, иначе мышления как такового не будет. Соответственно, наша деятельность в процессе доказывания просто может превратиться в так называемое хранилище знаний, информации по делу. Понимание предполагает ощущение познавательного процесса, полноценное проживание путей достижения истины, и даже более того — ощущение тонкой связи между сведениями по уголовному делу.

В основе философии процесса аргументации заложена идея критического мышления. Так, в англо-американской логической традиции «критическое мышление» — это, в первую очередь, обширная учебная дисциплина, предназначенная для обучения навыкам построения и оценки аргументов. В качестве источников реконструкции критического мышления для философии юридической науки выступают исследования И. Канта [18], Э. Гуссерля [19], Э. Мерло-Понти [20], М. Хайдеггера [21], М. Полани [22].

Лучшие представители философской мысли от Сократа до Маркса и Ницше наглядно продемонстрировали, что именно критика позволяет защитить глубинные слои экзистенции [23]. Способность критически относиться к тому, что предлагается считать несомненной истиной, общепризнанным мнением, очевидным и, в конкретных ситуациях при рассмотрении уголовного дела в суде, общепонятным, открывает путь к развитию мысли.

Например, Б. М. Теплов считал, что критичность — это умение строго оценивать работу мысли, тщательно взвешивать все доводы за и против намечающихся гипотез и подвергать эти гипотезы всесторонней проверке [24]. Способность анализировать и делать выбор — неотъемлемая часть состязательного процесса. Следовательно, важ-

нейшее условие аргументации — наличие критического мышления.

В современном уголовном судопроизводстве доминирует критическая культура. Стороны на стадии судебного разбирательства в определенной степени выступают экспертами при исследовании доказательств. С философской позиции подобная роль сторон позволяет полагать, что критика — это одна из ипостасей мышления, которая подвергает анализу доказательства в полном объеме и многогранно. Критика помогает сформировать новый взгляд, казалось бы, на уже познанное, исследованное доказательство. В аспекте уголовно-процессуального законодательства ярким проявлением подобного рода реализации критической аргументации выступает признание доказательств недопустимыми.

Критически мыслить — значит уметь рефлексировать, проявлять активное отношение к постигаемой действительности, осознавать ее ценности, искать причины и смысл происходящего [25]. В основе состязательности сторон заложена рефлексия, и с общетеоретической точки зрения рефлексия — это размышление, самонаблюдение, самопознание. Применительно к состязательности сторон в уголовном судопроизводстве можно рассуждать о следующих видах рефлексии: элементарной рефлексии, приводящей к рассмотрению и анализу знаний и сведений по уголовному делу, к размышлению об их границах и значении; научной рефлексии, предполагающей критику и анализ теоретического знания, проводимого на основе применения методов и приемов, свойственных уголовному судопроизводству; и философской рефлексии, т. е. рефлексии, приводящей к осознанию и осмыслению человеческой культуры в целом в свете культуры уголовного судопроизводства.

Следует согласиться с теми авторами, которые справедливо полагают, что важный способ общения людей с целью выработки общего способа понимания высказываний и действий — это критическое мышление. Критическое мышление состоит из двух структурных элементов: установки на поиск несоответствий (критической установки) и аргументации, направленной на обоснование этих несоответствий (критической аргументации) [26].

Например, В. Н. Брюшинкин рассматривает основные характеристики критическо-

го мышления в его противопоставлении мышлению догматическому и связывает развитие теории критического мышления с системной моделью аргументации, оригинальной философско-методологической концепцией, лежащей на стыке логики, философии [27]. Л. А. Калинников связывает происхождение критического мышления с философией И. Канта и показывает, каким образом оно становится одним из проявлений критического сознания. Автор полагает, что в соответствии с идеями И. Канта критическое мышление необходимо расценивать как один из элементов в структуре функций сознания. Это дает возможность рассматривать проблематику критического мышления в контексте теоретической философии сознания [28].

В заключение заметим, что аргументация — это коммуникация, в процессе которой некоторое лицо сознательно производит изменения в системе убеждений другого лица путем приведения достаточных для этого оснований. Следовательно, особую значимость имеет такой аспект аргументации, как рациональность. В этой связи представляют интерес работы В. Н. Брю-шинкина. В частности, автор анализирует аргументацию в качестве рационального явления. Рациональность в коммуникативном аспекте — стремление гарантировать необходимую степень взаимопонимания между субъектами коммуникации. Рациональность — это условия, налагаемые на коммуникацию. Они сводятся к тому, что общающиеся субъекты способны предъявлять основания своих действий или убеждений, претендующие на общезначимость или, по крайней мере, на значимость для субъектов, вступающих в коммуникацию.

Следующее определение выражает коммуникативное понимание рациональности. Рациональность — характеристика поведения или мышления, в соответствии с которой субъекты коммуникации стремятся предъявлять общезначимые основания возможности или истинности своих действий или мыслей, гарантирующие адекватность их истолкования другим субъектом.

Таким образом, рациональность является неотъемлемым элементом коммуникации, в которой всегда есть диалог, обе стороны активны.

Если мы обратимся к воззрениям И. Канта, то заметим прямую взаимосвязь рациональности с так называемой онтологи-

ей, которая характеризует познавательную установку как в виде эмпиризма, так и рационализма. Идея заключается в том, что мир познается в опыте.

Построение познавательного аппарата является функцией конструктивного мышления. Критическое мышление формулируется как принцип адекватного выбора области применения познания [29]. Познание ставит целью получение целостного знания, порой критического, с той целью, чтобы построить полную картину по факту совершенного преступного деяния и выбрать наиболее аргументированные доказательства, которые позволят эффективно и убедительно представить позицию конкретной стороны в суде. ^

1. Корнев Г. П. Методологические проблемы уголовно-процессуального познания. Н. Новгород, 1995. С. 69.

2. Терновский Н. А. Юридические основания достоверности доказательств / под ред. и с предисл. В. А. Томсинова. М., 2011. С. 46.

3. Орлов В. В. Аргументация в философии. Особенности и проблемы // Вестн. Перм. ун-та. 2007. № 11. С. 1.

4. Гайденко П. П. История греческой философии в ее связи с наукой : учеб. пособие. М. ; СПб., 2000. С. 47.

5. Вольф М. Н. Основания аргументации в раннегрече-ской философии: полярность как тип аргументации // Вестн. НГУ. Сер. Философия. 2010. Т. 8. Вып. 4. С. 112.

6. Mourelatos А. Heraclitus, Parmenides, And №пуе Metaphysics of Things // The Route of Parmenides: Revised and Expanded Edition; with New Introduction, three Supplemental Essays, and an essay by Gregory Vlastos. Las Vegas, 2008. Р. 301, 303.

7. Там же. С. 113.

8. Брюшинкин В. Н. Аргументорика: исходная абстракция и методология // Модели рассуждений-2: Аргументация и рациональность : сб. науч. ст. / под общ. ред. В. Н. Брюшинкина. Калининград, 2008. С. 7.

9. Корнев Г. П. Указ. соч. С. 69.

10. Алексеев П. В., Панин А. В. Теория познания и диалектика. М., 1991. С. 5.

11. Диалектика познания / под ред. А. С. Кармина. Л., 1988. С. 23.

12. Юдин Э. Г. Системный подход к принципу деятельности. Методологические проблемы современной науки. М., 1978. С. 267-268.

13. Оганесян С. Г. Аргументация, ее предметная область и возможности : автореф. дис. ... д-ра филос. наук. Ереван, 1997. С. 14.

14. Кузина Е. Б. Лекции по теории аргументации : учеб. пособие. М., 2007. С. 31.

15. Вольф М. Н. Основания аргументации в раннегрече-ской ... С. 112-118.

16. Герасимова И. А. Аргументация презентизма // Эпистемология & философия науки. 1998. № 2. С. 191.

17. Там же. С. 191.

18. Кант И. Критика чистого разума / пер. с нем. Н. Лосского. М., 2007; Он же. Критика чистого разума : пер. с нем. / предисл. И. Евлампиева. М. ; СПб., 2007.

19. Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии. М., 1999. 2-е изд. М., 2009; Он же. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология / пер. с нем. Д. В. Скляднева. СПб., 2004.

20. Мерло-Понти М. Феноменология восприятия / пер. с фр. под ред. И. С. Вдовиной, С. Л. Фокина. СПб., 1999.

21. Хайдеггер М. Что зовется мышлением? / пер. Э. Сагетдинова. М., 2007; Он же. К вопросу о назначении

дела мышления // Личность. Культура. Общество. 2007. Вып. 4 (39). С. 61—71; Он же. Мой путь в феноменологию / пер. В. Анашвили при участии В. И. Молчанова // Логос. 1995. № 6. С. 303-309.

22. Полани М. Личностное знание. На пути к посткритической философии. М., 1998.

23. Болотова У. В. Критическое мышление в жизни современного общества : автореф. дис. ... канд. филос. наук. Пятигорск, 2007. С. 7.

24. Теплов Б. М. Психология : учеб. пособие. М., 1946. С. 223.

25. Коржуев А., Попков В., Рязанова Е. Как формировать критическое мышление? // Высшее образование в России. 2001. № 5. С. 55.

26. Брюшинкин В. Н. Критическое мышление и аргументация / / Критическое мышление, логика, аргументация : сб. ст. / под общ. ред. В. Н. Брюшинкина, В. И. Маркина. Калининград, 2003. С. 29-35.

27. Там же. С. 40.

28. Пушкарский А. Г. Критическое мышление, логика, аргументация // Критическое мышление, логика, аргументация : сб. ст. / под общ. ред. В. Н. Брюшинкина, В. И. Маркина. Калининград, 2003. С. 115.

29. Елинский М. В. Критическое и релятивистское мышление в онтологии: сравнительное исследование : автореф. дис. . филос. наук. СПб., 2008. С. 5.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Алексеев П. В. Теория познания и диалектика / П. В. Алексеев, А. В. Панин. — М. : Высш. шк., 1991. — 384 с.

Болотова У. В. Критическое мышление в жизни современного общества : автореф. дис. ... канд. филос. наук / У. В. Болотова. — Пятигорск, 2007. — 25 с.

Брюшинкин В. Н. Аргументорика: исходная абстракция и методология // Модели рассуждений-2: Аргументация и рациональность : сб. науч. ст. / под общ. ред. В. Н. Брюшинкина. — Калининград, 2008. — 172 с.

Брюшинкин В. Н. Критическое мышление и аргументация // Критическое мышление, логика, аргументация : сб. ст. / под общ. ред. В. Н. Брюшинкина, В. И. Маркина. — Калининград, 2003. — 168 с.

Вольф М. Н. Основания аргументации в ранне-греческой философии: полярность как тип аргументации // Вестн. НГУ. Сер. Философия. — 2010. — Т. 8, вып. 4. — С. 110—115.

Гайденко П. П. История греческой философии в ее связи с наукой : учеб. пособие / П. П. Гайденко. — М. : ПЕР СЭ; СПб. : Университет. книга, 2000. — 319 с.

Герасимова И. А. Аргументация презентизма // Эпистемология & философия науки. — 1998. — № 2. — С. 190—197.

Диалектика познания / под ред. А. С. Кармина. — Л. : ЛГУ, 1988. — 298 с.

Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии / Э. Гуссерль. — М. : ДИК, 1999. — 240 с.

Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии / Э. Гуссерль ; пер. с нем. А. В. Михайлова, вступ. ст. В. А. Куренного. — 2-е изд. — М. : Академ. проект, 2009. — 231 с.

Гуссерль Э. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология / Э. Гуссерль ; пер. с нем. Д. В. Скляднева. — СПб. : Владимир Даль, 2004. — 289 с.

Елинский М. В. Критическое и релятивистское мышление в онтологии: сравнительно исследование : автореф. дис. ... филос. наук / М. В. Елинский. — СПб., 2008. — 24 с.

Кант И. Критика чистого разума / И. Кант ; пер. с нем. Н. Лосского сверен и отредактирован Ц. Г. Ар-

заканяном и М. И. Иткиным ; примеч. Ц. Г. Ар-заканяна. — М. : Эксмо, 2007. — 591 с.

Корнев Г. П. Методологические проблемы уголовно-процессуального познания / Г. П. Корнев. — Н. Новгород : Нижегор. гос. архит.-строит. ун-т, 1995. - 194 с.

Коржуев А. Как формировать критическое мышление? / А. Коржуев, В. Попков, Е. Рязанова // Высшее образование в России. — 2001. — № 5. — С. 55—58.

Кузина Е. Б. Лекции по теории аргументации : учеб. пособие / Е. Б. Кузина. — М. : Изд-во МГУ, 2007. — 211 с.

Мерло-Понти М. Феноменология восприятия / М. Мерло-Понти ; пер. с фр. под ред. И. С. Вдо-виной, С. Л. Фокина. — СПб. : Ювента ; Наука, 1999. — 602 с.

Оганесян С. Г. Аргументация, ее предметная область и возможности : автореф. дис. ... д-ра филос. наук / С. Г. Оганесян. — Ереван, 1997. — 39 с.

Орлов В. В. Аргументация в философии. Особенности и проблемы // Вестн. Перм. ун-та. — 2007. — № 11. — С. 1—7.

Полани М. Личностное знание. На пути к посткритической философии / М. Полани. — М. : БГК им. И. А. Бодуэна де Куртенэ, 1998. — 343 с.

Пушкарский А. Г. Критическое мышление, логика, аргументация // Критическое мышление, логика, аргументация : сб. ст. / под общ. ред. В. Н. Брю-шинкина, В. И. Маркина. — Калининград, 2003. — С. 113—116.

Теплов Б. М. Психология : учеб. пособие / Б. М. Теплов. — М. : [Б. и.], 1946. — 194 с.

Терновский Н. А. Юридические основания достоверности доказательств / Н. А. Терновский ; под ред. и с предисл. В. А. Томсинова. — М. : Зерцало, 2011. — 224 с.

Хайдеггер М. Мой путь в феноменологию / пер. В. Анашвили при участии В. И. Молчанова // Логос. — 1995. — № 6. — С. 23—31.

Хайдеггер М. К вопросу о назначении дела мышления // Личность. Культура. Общество. — 2007. — Вып. 4 (39). - С. 12-28.

Хайдеггер М. Что зовется мышлением? / М. Хайдеггер ; пер. Э. Сагетдинова. — М. : Академ. проект, 2007. — 305 с.

Юдин Э. Г. Системный подход к принципу деятельности. Методологические проблемы современной науки / Э. Г. Юдин. — М. : Знание, 1978. — 167 с.

Mourelatos А. Heraclitus, Parmenides, And Naпve Metaphysics of Things // The Route of Parmenides: Revised and Expanded Edition; with New Introduction, three Supplemental Essays, and an essay by Gregory Vlastos. — Las Vegas : Parmenides Publishing, 2008.

Philosophy Arguments in Criminal Cases in the Court of First Instance

© Bryanskaya E., 2016

The process of proof in a criminal case has repeatedly been considered from the standpoint of philosophical outlook. In the philosophy of law in relation to the process of proving release epistemology and applied a section addressing the philosophical aspects of knowledge in the areas of procedural law. Argumentation elements of proof in a criminal case in the court of first instance has its philosophical origin. That is the philosophy of law helps to more clearly understand and organize knowledge about the process of proof in the light of the adversarial criminal process.

Key words: philosophy of law; argumentation; inner conviction judge; analogy; polarity; dichotomy; gnoselo-giya; critical perception of information; presenteeism; quantitative and qualitative aspects of knowledge; competitiveness; a critical culture; reflection.