Неконтролируемость и темпоральность

УДК 811.1 ’37

НЕКОНТРОЛИРУЕМОСТЬ И ТЕМПОРАЛЬНОСТЬ

Т. Г. Письмак

UNCONTROLLABILITY AND TEMPORALITY

T. G. Pismak

В статье рассматривается, как семантика неконтролируемости влияет на употребление глагола в той или иной временной форме.

The paper considers the influence of the semantics of uncontrollability on the use of verbs in different tense forms. Ключевые слова: семантика, неконтролируемость, действие, глагол, значение, время.

Keywords: semantics, uncontrollability, action, verb, meaning, times.

Неконтролируемость на сегодняшний день представляет собой наименее изученную область в семантических исследованиях. Мнения современных исследователей расходятся в определении ее статуса и объема: многие считают ее отдельной скрытой семантической категорией, другие полагают, что это семантический признак предикатов, третьи выводят неконтролируемость в область чистой грамматики глагола и т. д. Однако всеми лингвистами признается деление языковых действий и/или ситуаций на контролируемые и неконтролируемые: «Если исключить ситуации, которые вообще неуместно обсуждать в терминах контролируемости (природные процессы, абстрактные отношения и т. п.), то все остальные (для которых контроль релевантен) распадаются на два класса - контролируемые и неконтролируемые - независимо от их таксономического типа», - пишет Г. И. Кустова [4, с. 145].

Автор статьи теоретически опирается на положение, согласно которому неконтролируемость является скрытой семантической категорией, имеющей различные средства выражения и способной актуализироваться как на уровне ситуации, так и на уровне отдельно взятой глагольной лексемы [7; 5].

В рамках статьи мы рассмотрим специфику взаимодействия неконтролируемости и темпоральности.

На ограничения предикатов во временной парадигме с семантикой неконтролируемого положения вещей и невольного осуществления в русском языке указывают в своих работах Т. В. Булыгина [3, с. 7 -83] и Т. И. Стексова [7].

Категория времени - одна из основных категорий глагола. В русском языке, как известно, три основные временные формы: прошедшее, настоящее и будущее. Количество времен во французском языке исследователями определяется по-разному [9; 10; 11; 12; 13; 14; 15 и др.]. Система этих форм как в русском, так и во французском языке, в составе своих компонентов и в отношениях между ними выражает временной дейк-тический центр - «сложившееся в данной языковой системе и ее подсистемах отражение внеязыкового момента речи как того центра временной ориентации, который выступает в процессе речи и в речевых произведениях» [2, с. 8]. Собственно говоря, в категориальном значении каждой формы глагольного времени закреплено отношение к временному дейктическому центру: в зависимости от цели коммуникации, ком-

муникативных установок говорящего, в речевых произведениях используется то одна, то другая глагольная форма. При этом глагольное темпоральное значение синкретично выражает отношение к реальному временному центру (внеязыковому) и системноязыковому дейктическому центру. Если эти центры совпадают, то мы имеем в наличии прямое употребление временной глагольной формы, если нет -транспозицию. Множество временных нюансов глагольные формы оказываются способны выразить потому, что и сами они имеют семантические разновидности [1].

Важнейшей семантической разновидностью настоящего времени является настоящее актуальное, выражающее конкретное действие, протекающее в момент речи. Оно связано с представлением ситуации в ее развитии во времени. Данными признаками в русском языке характеризуются глаголы несовершенного вида, поскольку именно несовершенный вид имеет значение процессности. Семантика имперфективных глаголов, обозначающих контролируемые действия, позволяет им употребляться в данном значении настоящего времени: Я распечатываю телеграмму и прежде всего гляжу на подпись: от жены (А. Чехов).

Имперфективные глаголы, обозначающие неконтролируемые действия, например, внутренние состояния, также способны выражать значение настоящего актуального времени: Ты вообразил, что твоя пьеса нравится матери, и уже волнуешься (А. Чехов).

Во французском языке глаголы неконтролируемого действия в форме présent способны передавать актуальное настоящее: - Si vous parlez affaires, madame s'ennuie (F. Sagan) - Если у вас деловой разговор, то мадам Сильвенер скучает; «Pourquoi riez-vous? (F. Sagan) - Почему вы смеетесь?

Развитие во времени свойственно, прежде всего, динамическим процессам, таким, как пьянеть, хмелеть, слабеть, угрюметь, цепенеть, свирепеть, смелеть, трезветь, хаметь, хохлиться 2, хрипнуть, чу-меть 2 и т. п. Данные глаголы тоже способны актуализировать значение настоящего актуального: Добреет на глазах, становится терпимей и, по-моему, только по инерции выдает свои афоризмы (Ю. Даниэль); Он краснеет, крутит головой, старательно исправляет ошибку (Б. Окуджава).

В примерах типа: Глянь, он на глазах пьянеет; -Да он .задыхается, зови скорее врача! обозначаемая

ситуация сопряжена с ситуацией речи, они образуют единое целое.

Во французском языке данная группа глаголов довольно многочисленна. К ней относятся такие глаголы, как se griser (пьянеть), s’affaiblir (слабеть, ослабевать), s’enhardir (смелеть), s’abêtir (глупеть, тупеть), vieillir (стареть), engraisser (прибавлять в весе), maigrir (худеть), s’affaiblir (слабеть), se gâter (портиться), roussir (рыжеть) и др.

Для глаголов, обозначающих мультипликативные неконтролируемые действия, таких, как кашлять, моргать, зевать, чихать, икать, вздрагивать и т. п., употребление актуального настоящего также возможно, поскольку данные действия представляют собой процесс, представленный совокупностью отдельных повторяющихся актов.

В русском языке глаголам в форме совершенного вида, а во французском - в формах passé simple и passé composé, значение процессности не свойственно: «... мысль о действии, действительно совершающемся в настоящее мгновение, а между тем оконченном, немыслима, потому что заключает в себе противоречие. Что я вижу, слышу и т. д. в это мгновение, то не может быть оконченным. Действие оконченное я могу представить себе только в прошедшем или в будущем» [6, с. 51]. Поэтому для глаголов совершенного вида в русском и указанным аспектуально-темпоральным французским формам глаголов, выражающим неконтролируемые действия, актуализация этой семантической разновидности настоящего времени невозможна.

Форма настоящего времени неактуального значения используется для выражения повторяющегося, обычного действия. В этом случае в высказываниях появляются спецификаторы: в русском языке - обычно, всякий раз как, как всегда и под.; во французском - d’habitude, chaque fois, chaque soir, tous les jours и под. Высказывания с исследуемыми предикатами могут актуализировать и этот семантический вариант настоящего времени: Я хожу к нему вечерами, подолгу сижу рядом, пишу ему целыми страницами об Андрейке, деповских новостях и о чем говорят по радио, а старик кашляет, задыхается и ни слова сказать не может (В. Чивилихин).

Некоторые глаголы, обозначающие неконтролируемые действия, способны употребляться в неактуальном настоящем, которое указывает на «вневремен-ность» или обычность (хабитуальность). Хабитуаль-ная ситуация также, как и вневременные качества, не локализована во времени. Предложения с хабитуаль-ным значением обозначают обычную, характерную ситуацию, которая относится ко всем временам. К настоящему моменту относится само свойство (обыкновение) [8, с. 29 - 30]. Так, в предложении: - Всякий, кто вот так безоглядно топает по жизни, рано или поздно спотыкается и падает! (А. Кучаев) свойство, приписываемое субъекту, в данной ситуации относится к широкому, неопределенному и обобщенному плану настоящего, в котором не выделяется отнесенность именно к настоящему моменту. То же самое можно сказать по поводу предложений с глаголами, обозначающими постоянное свойство, временная отнесенность которого является неопределенной и не-

ограниченной: Старики болеют гораздо чаще, чем люди среднего поколения и молодежь (А. Белов). Несовершенный вид некоторых глаголов неконтролируемого действия позволяет им употребляться как в настоящем актуальном, так и в настоящем неактуальном. В предложениях с неактуальным настоящим: По нашим расчетам, десятки тысяч человек ежегодно болеют этой инфекцией. (Д. К. Львов) ситуация не имеет актуальной соотнесенности с моментом речи, в отличие, например, от ситуаций Видать, сильно болеют, и денег на лечение нет (время события люди (2003)) характеризующихся такой отнесенностью.

Однако для глаголов состояния значение «вневременного» настоящего невозможно, поскольку они, в отличие от глаголов качества (свойства), характеризуются признаками локализованности и актуальности. В предложении: Он, как человек с очень добрым сердцем, сердился редко, но когда сердился и когда у него дрожал подбородок, то, как и знал это Александр Вронский, он был опасен (Л. Толстой) состояние является локализованным во времени, лексема редко указывает на то, что состояние повторяющееся, но в данном высказывании повторяет информацию придаточного предложения о положительном качестве характера персонажа (как человек с очень добрым сердцем). Лексема редко в какой-то степени нейтрализует отрицательную оценку глагола сердиться. В придаточном: но когда сердился ..., он был опасен лексема когда указывает на локализованность во времени, наблюдаемость состояния очевидна из следующей части высказывания: и когда у него дрожал подбородок. Глагол дрожать характеризуется семантическим признаком невольности осуществления, что характеризует и высказывание в целом.

Значение запланированного будущего может передаваться как формами настоящего, так и будущего времени. Настоящее в значении запланированного будущего описывает действия, еще не имеющие места в момент речи, но, выполнение которых, планируется говорящим.

В отличие от глаголов, обозначающих контролируемые действия, которые могут быть запланированы субъектом, глаголы, обозначающие неконтролируемые действия не могут быть запланированы, поскольку не поддаются контролю, и не употребляются в форме настоящего в смысле запланированного будущего: Ср. Ведь мы с ним большие друзья: он мне ни в чем отказать не может; завтра же пишу к нему (Ф. Ф. Вигель); Завтра же иду в поликлинику (А. Болдырев) и Завтра я грущу, тоскую, радуюсь, спотыкаюсь, теряю, обсчитываюсь и т. д. Подобные конструкции возможны лишь в том случае, если действие подается под видом случайного, ненамеренного, но в этом случае действие рассматривается как намеренное, контролируемое субъектом. Подобные конструкции с исследуемыми глаголами возможны крайне редко при описании предполагаемых или возможных, но все-таки не зависимых от воли человека событиях: Завтра я выигрываю это дело, и мы едем в отпуск. Во французском языке такое употребление является также возможным: Je vous vois donc demain soir, chez les Cassignac? (Sagan) - Значит, я увижу Вас завтра вечером у Касиньяков?

Во французском языке глагол, обозначающий контролируемое действие, в форме présent в плане будущего времени может означать определенное действие, приказ, распоряжение, рекомендацию: «Je dois aller voir mon oncle, le voyageur, dit Bertrand. Tu viens?» (F. Sagan) - Мне нужно повидать моего дядю - путешественника, - сказал Бертран. - Ты пойдешь?

Если в условном периоде французские глаголы контролируемого действия, будучи в форме настоящего времени, могут выражать угрозу, обещание, неизбежное следствие: Ou, si tu veux, nous allons sur le quai de Bercy voir le lever du jour» (F. Sagan) - Или, если хочешь, поедем на набережную Берси, посмотрим восход солнца, то неконтролируемые действия способны выражать лишь следствие: Un pas de plus, il tombe. - Еще один шаг и он упадет.

Глаголы контролируемого действия способны выразить запланированное будущее формой будущего времени: Завтра мы все пойдём на концерт (С. Спивакова); Завтра ты позвонишь мне, и мы пойдём... (И. Кио).

Следует заметить, что любое действие, в том числе и контролируемое, в плане будущего всегда потенциально и утверждать, что оно полностью контролируемо, не представляется возможным. Будущее время менее актуализировано. В предложении: On en parlera demain sérieusement, dit Jean (F. Sagan) - Завтра поговорим о серьезных вещах говорящий употребляет форму простого будущего, чтобы перевести нежелательное контролируемое действие On parlera (поговорим) в план нереальности.

В русском языке высказывания с глаголами внутреннего состояния в будущем времени могут передавать значение предположительности: - Завтра в школе все мальчишки полопаются от зависти, когда меня увидят (В. Губарев). Данные действия могут осуществиться, а могут и не осуществиться, но в любом случае они не контролируются субъектом.

На уровне языка значение предположения часто эксплицитно выражено с помощью дополнительных лексем, актуализирующих различные модусные смыслы: Надеюсь, она будет радоваться, когда прочтет это письмо. Возможно, он будет злиться, когда узнает об этом. Во французском языке к таким лексемам можно отнести peut être, j’espère и т. п. В предложении Nous allons nous voir souvent, j’espère...? (F. Sagan). Надеюсь, мы будем часто видеться? данное значение передается глаголом в форме ближайшего будущего (futur immédiat). Оно также может выражать предостережение: Tu vas tomber - Ты сейчас упадешь.

Глаголы контролируемого действия, употребляясь в форме futur, могут выражать приказ или просьбу: -Tu viendras avec moi, dit Luc, je t’apprendrai à conduire» (F. Sagan). - Поедешь со мной, - сказал Люк, - я научу тебя водить; Tu me parleras de tout (F. Sagan) - Рассказывай мне обо всем. Для глаголов неконтролируемого действия это не свойственно, что объясняется их семантикой. Довольно частотно употребление глаголов контролируемого действия в будущем времени с оттенком предположения: Si cet individu est désagréable, je le rosserai. Si non, je t’en dirai du bien (F. Sagan). - Если это будет неприятный тип, я его поколочу. Если на-

оборот, я выражу свое согласие. В данном употреблении используются и глаголы неконтролируемого действия: Tu verras. - Вот увидишь.

Использование формы будущего времени для глаголов неконтролируемого действия, как в русском, так и во французском языке, может выражать лишь потенциальную возможность его осуществления, поскольку оно не зависимо от воли субъекта: Сейчас я спокоен, а у него в кабинете я буду волноваться. Данная грамматическая конструкция может быть использована и для выражения другого смыслового оттенка: Сейчас я спокоен, а у него в кабинете я буду делать вид, что волнуюсь. Глагол волноваться имеет семантику неконтролируемости, но сочетание с локативом (или обстоятельством времени) снимает ее и порождает семантику намеренности, цели, которая может быть эксплицитно выражена придаточным целевым: Когда он войдет, я буду волноваться, чтобы он думал, что судьба его дочери мне не безразлична. В подобных высказываниях субъект - агенс собирается совершить не неконтролируемое действие волноваться, а совершенно другое действие сознательное и намеренное - ‘сыграть роль’ волнующегося человека.

Семантика неконтролируемости накладывает ограничения и на употребление будущего времени для глаголов неконтролируемого действия в условных конструкциях: Если ты придешь на концерт, она будет волноваться. В данном случае осуществление состояния также является предполагаемым. В высказывании - Садитесь, меньше будете волноваться (Л. Толстой) форма повелительного наклонения рассматривается как совет: Если вы присядете, вам будет легче перенести волнение.

Настоящее и будущее времена могут употребляться с оттенком угрозы. Действия в этом случае квалифицируются как предполагаемые, субъект которых, как правило, не имеет реального намерения осуществить действие-угрозу. Данный оттенок характерен для глаголов, обозначающих контролируемое действие: Стой, зарублю! (М. Шолохов). Глаголы неконтролируемого действия встречаются редко. Так, в предложении Laissez - moi monter ou je me fâche! (H. Troyat) - Пустите, я поднимусь, или я рассержусь! Глагол se fâcher (сердиться) в данном примере следует рассматривать не как глагол, обозначающий внутреннее эмоциональное состояние, а как внешнее проявление этого состояния. Субъект угрожает не тем, что он внутренне будет переживать данное состояние, а тем, что в этом состоянии он будет зол по отношению к адресату и будет предпринимать какие-то действия (не разговаривать, игнорировать и т. п.).

Итак, глаголы, обозначающие неконтролируемые действия, имеют определенные темпоральные ограничения в плане функционирования, а именно: использование настоящего времени в смысле настоящего актуального, «вневременного» настоящего и запланированного будущего исследуемых глаголов существенно отличается от функциональных возможностей глаголов с признаком «+контроль». Эти ограничения накладывает исключительно признак неконтролируемости.

Литература

1. Бондарко, А. В. Вид и время русского глагола. Значение и употребление / А. В. Бондарко. - М.: Просвещение, 1971. - 239 с.

2. Темпоральность / А. В. Бондарко [и др.] // Теория функциональной грамматики. Темпоральность. Модальность; отв. ред. А. В. Бондарко. - Л.: Наука, 1990.

3. Булыгина, Т. В. К построению типологии предикатов в русском языке / Т. В. Булыгина; ред. О. Н. Селиверстова [и др.] // Семантические типы предикатов. - М.: Наука, 1982.

4. Кустова, Г. И. Некоторые проблемы анализа действий в терминах контроля / Г. И. Кустова // Логический анализ языка: модели действия. - М.: Наука, 1992.

5. Письмак, Т. Г. Семантика неконтролируемого действия (на материале русского и французского языков): автореф. ... дис. канд. филол. наук / Т. Г. Письмак. - Кемерово, 2009. - 23 с.

6. Потебня, А. А. Из записок по русской грамматике / А. А. Потебня. - М.: Просвещение, 1977. - Т. IV. -Вып. II. - 406 с.

7. Стексова, Т. И. Семантика невольности в русском языке: значение, выражение, функции / Т. И. Стексо-ва. - Новосибирск, 2002. - 200 с.

8. Теория функциональной грамматики. Темпоральность. Модальность / А. В. Бондарко, Е. И. Беляева, Л. А. Бирюлин; отв. ред. А. В. Бондарко; АН СССР, Ин-т языкознания. - Л.: Наука, 1990. - 264 с.

9. Damourette, J. Des mots à la pensée. Essai de grammaire de la langue française / J. Damourette et E. Pichon. -P., 1968 - 1971.

10. Dubois, J. La nouvelle grammaire du français / J. Dubois, R. Lagane. - P.: Larousse, 1995.

11. Guillaume, G. Temps et verbe / G. Guillaume. - P., 1970.

12. Klum, А. Verbe et adverbe / A. Klum. - Stocholm, Göteborg, Uppsala, 1961.

13. Monnerie, A. Le français au présent. Grammaire / A. Monnerie. - P.: Allience française. Les Editions Didier, 1987.

14. Wagner, R. L. Grammaire du français classique et moderne / R. L. Wagner, J. Pinchon. - P.: Librairie Hachette, 1967. - 640 p.

15. Wilmet, М. Grammaire critique du français / М. Wilmet. - Louvain - la- Neuve, 1997.

Информация об авторе:

Письмак Татьяна Геннадьевна - кандидат филологических наук, доцент кафедры французской филологии КемГУ, 8-384-2-58-34-97, tgpismak@mail.ru.

Tatiana G. Pismak - Candidate of Philology, Assistant Professor at the Department of French Philology, Kemerovo State University.