Нематериальные блага юридических лиц и их гражданско-правовая защита

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

Вестн. Ом. ун-та. 2GG9. № 3. С. 244-248.

УДК 247.1 Т.В. Трофимова

Алтайская академия экономики и права

НЕМАТЕРИАЛЬНЫЕ БЛАГА ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ И ИХ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ЗАЩИТА

Рассматривается понятие нематериальных благ юридических лиц и их гражданско-правовая защита.

Ключевые слова: нематериальные блага, неимущественные права, защита субъективных прав, компенсация морального вреда.

В статье 128 ГК РФ в числе иных объектов гражданских прав законодатель называет нематериальные блага. Несмотря на дискуссион-ность вопроса о месте и роли личных неимущественных прав, объектом которых являются нематериальные блага, в системе субъективных гражданских прав, их высокая значимость для каждого конкретного правообладателя бесспорна.

К проблемным вопросам правового регулирования нематериальных благ относится определение не только понятия нематериальных благ, их правовой природы, признаков, перечня, но и субъектного состава правообладателей. Традиционным в доктрине гражданского права считается подход, в соответствии с которым нематериальными благами и соответственно личными неимущественными правами на них могут обладать только физические лица. Однако стоит согласиться с позицией авторов, утверждающих, что нематериальные блага могут принадлежать и юридическим лицам. Так, Т. А. Нуждин отмечает, что «при внимательном прочтении положений ст. 1SC ГК РФ можно заметить, что ряд нематериальных благ, присущих гражданину - физическому лицу, имеют своего рода эквивалент и для юридического лица (деловая репутация гражданина - деловая репутация организации; личная и семейная тайна - коммерческая и служебная тайна; право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства - организация также вправе изменять свой юридический и фактический адрес; право на имя - право на фирменное наименование и коммерческое обозначение; право авторства - исключительные права и средства индивидуализации юридических лиц (товарные знаки, знаки обслуживания и т. д.))» [1].

Не останавливаясь подробно на обозначенной позиции, отметим, что правоприменительная практика не отрицает возможности обладания как некоммерческими, так и коммерческими организациями таким нематериальным благом, как деловая репутация. Одним из признаков юридического лица как субъекта гражданско-правовых отношений является наличие имущества, рассматриваемого как совокупность вещей и имущественных прав. Вместе с тем залогом успешного осуществления любого вида хозяйственной деятельности сегодня

© Т.В. Трофимова, 2009

является обладание субъектом и нематериальными активами, в числе которых деловая репутация занимает особое место.

Законодатель не предлагает легального определения термина «деловая репутация», однако указанное понятие в достаточной степени разработано в доктрине гражданского права и традиционно определяется как оценка профессиональных (деловых) качеств лица. Вместе с тем сегодня деловой репутации даются и более развернутые определения. Так, Д.В. Ки-слов рассматривает деловую репутацию как совокупность факторов, позволяющих более успешно вести бизнес, относя к ним фирменное наименование предприятия, его финансово-экономическое положение, географическое расположение, клиентскую базу, деловые связи, техническую оснащенность, наличие в собственности высокодоходных активов и т. п. [2].

Труды практически всех цивилистов, так или иначе посвященные вопросам гражданско-правовой защиты деловой репутации, содержат ссылки на ст. 1027 и 1041 ГК РФ, содержание которых ставит под сомнение неимущественный характер деловой репутации, поскольку она является предметом предпринимательских договоров - коммерческой концессии и простого товарищества [3]. Действительно, сегодня и жизнь, и законодатель дают все основания сомневаться исключительно в неимущественном содержании субъективных прав на деловую репутацию. Вместе с тем ст. 150 ГК РФ включает деловую репутацию в перечень нематериальных благ, наряду с такими благами, как жизнь, здоровье, личная неприкосновенность, личная и семейная тайная и проч.

В соответствии с основными началами (принципами) гражданского права, определенными в ст. 1 ГК РФ, «гражданское законодательство основывается на признании... обеспечения восстановления нарушенных прав». Сегодня основным специальным способом защиты нарушенного права на неприкосновенность деловой репутации юридического лица, в соответствии со ст. 152 ГК РФ, является опровержение распространенных недостоверных порочащих его деловую репутацию сведений о нем и производимых им товарах, выполняемых работах или ока-

зываемых услугах. Вместе с тем такой способ защиты является эффективным только при распространении сведений в средствах массовой информации. В этом случае Федеральный закон «О средствах массовой информации» содержит достаточно детальные требования к такому способу защиты нарушенного субъективного права.

При осуществлении юридическими лицами хозяйственной деятельности, в том числе предпринимательской, достаточно частым является нарушение субъективного права на неприкосновенность деловой репутации иными субъектами, к которым, с одной стороны, относятся конкуренты предпринимателя, с другой, -органы власти и управления. О нарушении неприкосновенности деловой репутации юридического лица в первом случае можно говорить при совершении конкурентом действий, характеризующихся как недобросовестная конкуренция. Так, в соответствии со ст. 9 Федерального закона «О защите конкуренции», не допускаются любые направленные на получение преимуществ в предпринимательской деятельности действия хозяйствующих субъектов, которые могут нанести ущерб деловой репутации других хозяйствующих субъектов.

Ситуация с конкурентами усугубляется еще и самим характером деловой репутации, поскольку она является так называемым связанным активом, «который может быть передан (и оценен) только в совокупности с другими активами» [4]. В связи с данным обстоятельством деловая репутация юридического лица нарушается не только распространением о нем недостоверных сведений порочащего характера, но и при нарушении субъективных прав на фирменное наименование, коммерческое обозначение, товарный знак, знак обслуживания и иные маркетинговые обозначения юридического лица и его товаров (работ, услуг).

Органы власти и управления допускают нарушения деловой репутации предпринимателя при осуществлении своих властных полномочий. Это выражается, как правило, в актах проверок по неподтвержденным данным о нарушении предпринимателем норм действующего законодательства, в иных административных актах, касающихся деятельности

предпринимателя. Как показывает практика, такие действия органов власти и управления, осуществляемые ими в пределах своих полномочий, не рассматриваются как противоправные деяния, являющиеся основанием для защиты субъективного права предпринимателя на неприкосновенность деловой репутации, однако отражаются на общественном мнении.

Вне зависимости от субъекта, допустившего нарушение субъективного права юридического лица на неприкосновенность деловой репутации, общим способом защиты является возмещение материального вреда, возникающего при таком нарушении, как правило, в форме упущенной выгоды. Упущенная выгода при таком нарушении выражается в неполученном или сниженном доходе от хозяйственной деятельности, ставшем результатом нарушения деловой репутации указанных субъектов. Однако анализ судебной практики свидетельствует о том, что требования о возмещении упущенной выгоды судами удовлетворяются нечасто. Причиной такой правоприменительной практики является трудность установления прямой причинно-следственной связи между нарушением деловой репутации предпринимателя и возникшим вредом.

Д.И. Гущин справедливо считает, что доказать причинную связь между распространением недостоверных сведений, порочащих деловую репутацию юридического лица, и возникновением у него убытков, в том числе реального ущерба и упущенной выгоды, как и само наличие и размер этих убытков, чрезвычайно сложно. И именно поэтому законодатель допускает возможность возмещения юридическому лицу, чья деловая репутация попрана в результате распространения недостоверных и порочащих его сведений, морального вреда [5].

Вопрос о возможности компенсации морального вреда юридическому лицу в случае нарушения его субъективного права на неприкосновенность деловой репутации является, пожалуй, одним из наиболее дискуссионных в доктрине гражданского права. Такая ситуация стала возможной благодаря неоднозначности законодательного решения данного вопроса и противоречивости правоприменительной практики. Пункт 7 ст. 152 ГК

РФ допускает возможность компенсации морального вреда юридическим лицам, предоставляя им возможность использовать все способы защиты субъективного права, доступные физическому лицу. При этом Высшим Арбитражным Судом РФ, Верховным Судом РФ и Конституционным Судом РФ выработаны три различные правовые позиции по данному вопросу.

С одной стороны, как указано в п. 5 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.94 № 10: «Правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица», то есть в пользу юридических лиц может быть взыскана компенсация морального вреда.

С другой стороны, по сложившейся в арбитражных судах практике, моральный вред юридическому лицу не компенсируется. Характерно в этом смысле Постановление Президиума ВАС РФ от 1 декабря 1998 г. № 813\98. Решением Арбитражного суда Тюменской области с ответчиков взыскана компенсация морального вреда в пользу открытого акционерного общества «Тюменская текстильная корпорация “Кросно”» за распространение не соответствующих действительности сведений, порочащих деловую репутацию акционерного общества, опубликованных в двух статьях в газете «Позиция». Апелляционная и кассационная инстанции оставили это решение в силе.

Отменяя эти судебные постановления, Президиум ВАС РФ указал: «В силу статьи 150 ГК РФ репутация рассматривается как нематериальное благо и защищается в соответствии с Кодексом и другими законами. Статья 12 ГК РФ предусматривает такой способ защиты гражданских прав, как требование о компенсации морального вреда. Размер компенсации морального вреда определяется с учетом степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Поскольку юридическое лицо не может испытывать физических или нравственных страданий, ему невозможно причинить моральный вред» [6].

Конституционный Суд в своем определении № 508-0 от 4 декабря 2003 г. указал на то, что «.. .отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК Российской Федерации)» [7].

Состоявшаяся на тот момент правоприменительная практика по вопросу защиты гражданских субъективных прав, в том числе права на неприкосновенность деловой репутации, придерживалась

мнения, в соответствии с которым право правообладателя на самостоятельное определение способа защиты нарушенного субъективного права ограничено теми способами, которые прямо поименованы законом [8]. Однако в указанном выше определении Конституционный Суд РФ, ссылаясь на положение статьи 45 (часть 2) Конституции Российской Федерации, утверждает, что каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Определение Конституционного Суда РФ № 508-0 способствовало формированию несколько иной правоприменительной практики. С периода принятия определения в суды стали поступать заявления с требованием о компенсации нематериального вреда, нематериальных убытков, неимущественного ущерба и репутационного вреда.

Действующее законодательство не только не содержит легальных определений указанных выше понятий, но и некоторые из них вступают в противоречие с нормами гражданского права, в частности, с положениями ст. 15 ГК РФ, предлагающей определение убытков и ущерба. В этом смысле некоторые авторы делают предложения о необходимости легального закрепления понятия «репутационный вред», определяя его как негативные последствия умаления деловой репутации юридического лица, выражающиеся в потере позитивного отношения к данному

юридическому лицу со стороны социума в его широком понимании [9]. Другие предлагают скорректировать само определение понятия «моральный вред» применительно к юридическому лицу, и понимать под ним всякие отрицательные последствия нарушения личных неимущественных прав юридического лица [10]. Третьи вовсе отрицают саму необходимость каких-либо изменений действующего законодательства, считая существующие правовые установки вполне адекватными практической ситуации, поскольку, по их мнению, негативные последствия от нарушения субъективного права на неприкосновенность деловой репутации имеют исключительно имущественный характер, и действующее гражданское законодательство «уже содержит механизм возмещения причиненного вреда (речь идет о возмещении реального ущерба и упуще-ной выгоды - п. 2 ст. 15 ГК РФ)» [11].

Вполне обоснованно выглядят все представленные позиции, вместе с тем трудно не согласиться с мнением, что следствием нарушения субъективного права юридического лица на неприкосновенность деловой репутации является возникновение некоторого неимущественного вреда. Навряд ли в этом случае возмещение реального ущерба и упущенной выгоды способны выполнить восстановительную функцию применительно к нарушенной деловой репутации юридического лица. И правоприменительная практика это подтверждает. Сегодня арбитражная практика оперирует таким понятием, как «репутационный вред», удовлетворяя требования предпринимателей - юридических лиц о его возмещении.

Думается, что окончательное решение данного вопроса остается все же за законодателем, правоприменительная практика должна в своих решениях опираться на норму закона. А до тех пор, пока законодатель молчит, предприниматели ищут пути выхода из создавшейся ситуации, пытаясь защитить свой актив, который имеет весомое значение для ведения бизнеса. В этом смысле предпринимателю -коммерческой организации можно рекомендовать опираться не только на уже упоминавшееся определение Конституционного Суда РФ, но и на аналогию закона в части применения норм о компенсации

морального вреда физическим лицам (как синонима вреда нематериального) при разрешении вопроса о защите субъективного права на неприкосновенность деловой репутации юридического лица. Как справедливо отмечают Г. С. Апряткина и Е.Г. Кислицын: «Деловая репутация относится к нематериальным правам, возникает у юридического лица в силу его создания и является одним из условий его успешной деятельности. Таким образом, при умалении деловой репутации юридическое лицо не лишено права на защиту нарушенного нематериального блага в виде предъявления требования возмещения нематериального вреда путем выплаты причинителем вреда денежной компенсации, которая по своей природе является аналогом компенсации морального вреда, причиненного гражданину» [12].

ЛИТЕРАТУРА

[1] Нуждин Т.А. Нематериальные блага юридического лица: проблемы правового регулирования // Право и экономика. 2008. № 10.

[2] См.: Кислов Д.В. Нематериальные активы: учет

и налоги. М., 2006.

[3] См., напр.: Мишонов А.С. защита деловой репу-

тации: основные моменты, на которые стоит обратить внимание // Право и экономика. 2008. № 9; Симанович Л.Н. Обеспечение надлежащей защиты деловой репутации граждан и организаций // Арбитражный и гражданский процесс. 2008. № 10; Сошникова М. Деловая репутация: гражданско-правовые и экономиче-

ские аспекты // Корпоративный юрист. 2008. № 1 и др.

[4] Джабаева А.С. Деловая репутация юридическо-

го лица как нематериальный актив: некоторые вопросы гражданско-правового режима // Юрист. 2006. № 3.

[5] Гущин Д.И. Юридическая ответственность за моральный вред. СПб., 2002. С. 134-136.

[6] Постановление Президиума ВАС РФ от 1 де-

кабря 1998 года №813/98 // Вестник ВАС РФ. 1999. №2.

[7] Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы

гражданина Шлафмана В.А. на нарушение его конституционных прав п. 7 ст. 152 ГК РФ. Определение Конституционного Суда РФ № 508-О от 4.12.2003 г. // Вестник Конституционного Суда РФ. 2004. № 3.

[8] См.: Протест заместителя председателя Верховного Суда РФ № 6В02-35 от 21.01.2003. Доступ из справочно-правовой системы «Кон-сультантПлюс».

[9] См., напр.: Осадчая О. Репутационный вред как

последствие умаления деловой репутации юридического лица // Право и жизнь. 2006. № 99/9; Нуждин Т.А. Нематериальные блага юридического лица: проблемы правового регулирования // Право и экономика. 2008. № 10 и др.

[10] См.: Шишенина А.В. Возмещение морального вреда юридическому лицу // Законодательство и экономика. 2008. № 7.

[11] Сошникова М. Деловая репутация: гражданско-правовые и экономические аспекты // Корпоративный юрист. 2008. № 1.

[12] Апряткина Г.С., Кислицын Е.Г. Защита деловой репутации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей // Закон. 2007. № 7.