Отзыв на диссертацию А. С. Барабаша «Публичное начало российского уголовного процесса»

Диссертационный процесс

Отзыв на диссертацию А. С. Барабаша «Публичное начало российского уголовного процесса»*

Объективная оценка методологических основ УПК РФ однозначно приводит к выводу: в его фундаменте -либерально-демократические ценности, трансформированные в уголовно-процессуальные нормы и институты. В то же время многочисленные изменения и дополнения принятого в 2001 г. УПК РФ свидетельствуют не только и даже не столько о несовершенстве закона. С учетом их количества справедливым будет суждение о сомнительности предложенной правоприменителю модели, где с общественными ожиданиями и установками диссонируют предписания, явно ослабившие позиции государственных представителей в сфере уголовного процесса. В этих условиях практика, формирующаяся главным образом усилиями властных субъектов уголовного процесса, оказалась дезориентированной, что подтверждается результатами многочисленных исследований.

Непоследовательность законодателя и высших представителей государственной власти негативно сказывается на формировании отраслевого законодательства в сфере борьбы с преступностью. Спровоцированные руководителями страны в начале 90-х гг. прошлого столетия вседозволенность, «парад суверенитетов» и другие негативные явления прямо отразились на существе принятых в России законов. Сегодня же в верхних эшелонах власти модными стали диаметрально противоположные лозунги - об укреплении «вертикали власти», о необходимости наведения порядка и т. д.

Именно поэтому законодательство и практика уголовного процесса последние 15 лет развиваются «спорадически», ощущая острую необходимость в четких и стабильных ориентирах стратегического характера. Единственно правильным здесь представляется возвращение к осмыслению сущности отечественного уголовного процесса, к пониманию его истинной природы, что позволит адекватно определить основные моменты, характеризующие уголовно-процессуальную деятельность, и создать законодательство, отвечающее современным задачам системы уголовной юстиции.

Данный подход оправдан еще и в силу того, что бесконечное «латание» закона, основанного на зыбком фундаменте либерализма, часто определяется не логикой его становления и развития, а идеологией, политическими и административными соображениями, продиктованными той или иной группой заинтересованных лиц.

Для того чтобы создать уголовно-процессуальный кодекс, учитывающий многие факторы, обусловленные историей российского народа и его государственности, отражающий мировые тенденции развития уголовно-процессуальной формы, необходимо, оставив «вкусовые» подходы и предпочтения, четко сориентироваться на социальные ожидания и реальные потребности общества в борьбе с преступностью. Автор обсуждаемой диссертации учел изложенные соображения, что вкупе с вышесказанным и определило актуальность избранной для исследования темы.

В докторской диссертации А. С. Барабаша предпринята, на наш взгляд, продуктивная попытка формирования ключевых позиций современной модели отечественного уголовного процесса, основой которого, по мнению автора, должно служить публичное начало.

На базе авторского понимания сущности российского процесса в работе выявляется весь спектр ожиданий общества, связанных с реализацией уголовно-процессуальной деятельности. На этой основе дается свое понимание назначения и целей уголовного процесса, значимых для определения меры воздействия в отношении лица, совершившего преступление.

В контексте публичного начала исследуется существующая схема организации познавательной деятельности, выявляются уровни и этапы доказывания, оригинально интерпретируются главные средства установления обстоятельств, подлежащих доказыванию. Это свидетельствует о научной новизне проведенного диссертационного исследования.

Новый подход исследователя заключается, в частности, в том, что в диссертации приводятся интересные исторические аргументы в пользу публичного начала российского уголовного процесса. В связи с этим правильны выводы о его квалификации как следственного, в силу внутренней сущности уголовного процесса, отличающейся, в первую очередь, исследовательским харак-

* Барабаш А. С. Публичное начало российского уголовного процесса: дис. ... д-ра юрид. наук. - Красноярск, 2006. - 410 с.

тером. Убедительны доводы А. С. Барабаша о том, что именно такой процесс может служить единению российского общества через реализацию публичного начала, а его использование в качестве рычага власти в состоянии эффективно служить достижению общенародных интересов (с. 41-43).

Значительной новизной отличаются теоретические результаты, полученные А. С. Барабашем при исследовании сущностных параметров публичности. В этой связи заслуживают поддержки выводы о том, что публичность не может рассматриваться в ранге принципа уголовного процесса, поскольку принципом является «требование, реализация которого в уголовно-процессуальной деятельности гарантирует достижение ее целей». В публичности же, как и в состязательности, по мнению автора, нужно видеть начало, лежащее в соответствующей модели, которая, в свою очередь, предполагает свойственную только ей систему принципов. Действительно, препарируемые начала - понятая суть общественных отношений, сложившихся в рамках социума под влиянием объективных факторов, при том что у каждого начала имеется индивидуальная познавательная схема реализации. Различие познавательных схем, а не своеобычие деталей формы должно быть основанием для разграничения моделей уголовного процесса (с. 54-58).

Исключительно оригинальны и вместе с тем убедительны выводы А. С. Барабаша о статусе состязательности в современном уголовном процессе России. Категории «состязательность», ее исследованию посвящен не один десяток монографических работ. Вместе с тем нас убедили аргументы автора о том, что состязательность, если ее проанализировать в сопоставлении с публичным началом отечественного уголовного процесса, не может рассматриваться в качестве его принципа. Все дело в том, что состязательность поглощается положениями, которые традиционно считаются производными от нее, и в первую очередь - требованием об обеспечении равенства прав участников судебного разбирательства. Именно это, с точки зрения диссертанта, следует рассматривать в качестве принципа российского уголовного процесса, элементом которого является состязательность (с. 73-75; 77-79).

Мы солидарны с диссертантом в его суждениях о том, что анализ УПК РСФСР и УПК РФ свидетельствует о доминировании в них публичного, а не состязательного начала. Последнее является в них не действительным, а желаемым (мы бы добавили: для определенной группы лиц. - В. А.) содержанием. Автор тонко подмечает, что наш законодатель, провозглашая в УПК РФ состязательность, не уловил общемировых тенденций развития уголовно-процессуальной формы. С каждым шагом своего развития процессуальная форма, даже в судопроизводстве, основанном на состязательном начале, приобретает все больший потенциал публичности. Самобытны и привлекательны, а главное - убедительны теоретические выводы А. С. Барабаша, сконцентрированные в формуле: «Прошлое уголовного процесса -состязательность и розыск, будущее - публичность, как

выражение интегративного свойства общества, его единства» (с. 127-129, 133-139, 150).

Веские доводы «уложены» А. С. Барабашем в обоснование теоретических результатов, в соответствии с которыми констатируется: «В современном процессе представлены и публичность, и состязательность, но в зависимости от исторических и культурных традиций в различных странах преобладают или то или другое начало. В уголовном процессе России - публичное. Когда необходимо познать, что и как совершено в прошлом, органы государства имеют соответствующие права для защиты публичного интереса, при получении познавательного результата или когда необходимо принять то или иное решение, затрагивающее частные интересы, оправданно привлечение элементов состязательности» (с. 17-18).

Адекватно соискателем оценена как несостоятельная попытка законодателя - в УПК РФ - прервать преемственность в развитии отечественного уголовно-процессуального законодательства. Верно и то, что желание отдельно взятой группы людей не в силах коренным образом изменить естественное развитие уголовного процесса. Удельный вес публичного начала в УПК РФ оказался значительно весомее состязательного, которое в реальности превратилось в декларацию. Обоснован в этой связи и научный прогноз А. С. Барабаша, в соответствии с которым будущее отечественного процесса - за укреплением публичного начала, в котором гармонично должны быть реализованы общественные и личные интересы (с. 151-152).

Новые теоретические обретения диссертанта связаны с результатами интерпретации сегодняшней законодательной формулировки назначения уголовного судопроизводства. Здесь А. С. Барабаш предлагает серьезное, заслуживающее поддержки обоснование оценки содержания ст. 6 УПК РФ как неполной вербализации законодателем публичного начала, исходя из сформировавшихся в данной сфере общественных ожиданий.

Новая редакция статьи, определяющей назначение современного российского уголовного процесса, представляется нам в основном правильной (с. 160-165).

Гармонично вписывается в предмет исследования раздел, посвященный публичным началам в уголовнопроцессуальном доказывании. Самобытны и вполне обоснованны в этой связи выводы диссертанта об объекте и предмете уголовно-процессуального познания.

Правильна мысль о том, что объект познания является ключевым моментом доказательственной деятельности в уголовном процессе. Можно согласиться и с тем, что значимые обстоятельства являются целью доказывания. Заслуживают внимания выводы А. С. Барабаша о предмете доказывания, интерпретируемом в качестве знания об обстоятельствах совершенного в прошлом деяния. В ранге объектов выступают и следы, информация об отдельных фрагментах действительности.

Правильно и то, что на основе выявленной взаимосвязи между объектами познавательной деятельности можно получить вывод более высокого уровня - об обстоятельстве, подлежащем доказыванию. И только тог-

да, когда знания обо всех необходимых обстоятельствах непротиворечиво укладываются в одну схему, возможно получение искомого - знания о совершенном в прошлом деянии. На этом уголовно-процессуальное доказывание заканчивается, и вырисовывается его предмет (с. 270-276).

Отличается глубиной теоретического анализа раздел диссертации, посвященный анализу уголовно-процессуальной деятельности, направленной на установление обстоятельств, значимых для определения меры воздействия за совершение преступления (с. 276-287).

Представляют интерес суждения диссертанта о понятии и свойствах судебных доказательств (с. 288-293, 305-310).

Могут быть поддержаны выводы А. С. Барабаша о том, что возложение обязанностей по установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию, на представителей государства - яркое проявление публичного начала российского уголовного процесса. С этих позиций автор обоснованно различает субъектов процесса, участников процесса и субъектов уголовно-процессуальных отношений (с. 344-346).

Достоверность и научная обоснованность результатов докторского исследования А. С. Барабаша не вызывают сомнений и подтверждаются анализом использованных автором методик. Базовым для диссертанта является общенаучный диалектический метод познания. Наряду с ним применялись и частнонаучные методы: исторический, сравнительно-правовой, конкретно-социологический, статистический и др.

Эмпирической основой исследования являются результаты опроса практических работников, изучение уголовных дел и «отказных» материалов. Общее количество статистических единиц составляет более семисот. Исследование проводилось на территории Красноярского края. Изучалась опубликованная практика Верховного Суда РФ, анализировались постановления Пленума Верховного Суда РФ, решения Конституционного Суда РФ.

Опубликованные А. С. Барабашем по теме диссертации научные работы и практические предложения представляются важными в теоретическом и прикладном аспектах. Идеи и выводы автора опубликованы в научных изданиях, апробированы на научно-практических конференциях регионального и международного уровня. Вынесенные на защиту научные положения, выводы и рекомендации вполне аргументированы.

Теоретическая значимость проведенного исследования заключается в том, что в докторской диссертации А. С. Барабаша сконструированы оригинальные концептуальные положения, раскрывающие в его главных характеристиках публичное начало отечественного уголовного процесса. Автором сформулированы научно обоснованные предложения по законодательному укреплению исторически присущих российскому уголовному процессу публичных начал в целях расширения и усиления возможностей государства по выполнению задач системы уголовной юстиции, и в конечном счете - более действенной защиты личности в данной правоохранительной сфере.

В совокупности перечисленные результаты оцениваются нами как новое крупное научное достижение, внес-

шее значительный вклад в доктринальные основы уголовного процесса.

Практическое значение исследования заключается в том, что разработанные автором проекты норм (с. 162, 195, 200, 289-290 и др.) могут использоваться в законотворческой деятельности, научные положения и выводы - найти применение в преподавании курса «Уголовный процесс» в юридических вузах и факультетах университетов.

Практические рекомендации автора могут найти применение в следственной, прокурорской и судебной деятельности.

Докторская диссертация А. С. Барабаша содержит совокупность новых научных результатов и положений, имеющих внутреннее единство и свидетельствующих о личном крупном вкладе автора в науку.

Работа написана хорошим литературным языком, строго выдержана стилистически, ее оформление полностью отвечает требованиям, предъявляемым к докторским диссертациям. Основные теоретические результаты опубликованы в научных изданиях. Автореферат диссертации адекватно отражает главные идеи и выводы автора.

Вместе с тем, как и во всякой фундаментальной и многоаспектной работе, охватывающей обширный круг проблем теории и практики, в представленной диссертации имеются спорные, недостаточно аргументированные или необоснованные выводы и положения, продиктовавшие следующие замечания:

1. Соглашаясь с выводом А. С. Барабаша о том, что публичность (как, впрочем, и состязательность) не может рассматриваться в ранге принципа уголовного процесса, а означает нечто большее (по утверждению автора - начало, лежащее в основе конкретной модели процесса), категорически возразим автору, утверждающему, что «упомянутые начала находятся за рамками процесса» (с. 16, 54-55, 58).

Как публичность, так и состязательность, имея в основе социально-политические корни, тем не менее, непосредственно отражаются и присутствуют как в законодательстве, так и в практической деятельности участников уголовного процесса. Уголовно-процессуальный закон, сообразно конкретной модели уголовного процесса, содержит в себе отдельные компоненты того или другого начала. Данные элементы прямо отражаются в нормах наиболее общего характера, фиксирующих цели, задачи, принципы судопроизводства.

2. Вряд ли можно согласиться и с утверждением автора, в соответствии с которым «...публичность... нельзя сводить к обязанностям органов государства по установлению события преступления, изобличению лица, его совершившего» (с. 54-55).

Дело в том, что публичное начало прежде всего предполагает официальную и неоспоримую обязанность государства по защите граждан от преступных проявлений. В сфере уголовного процесса к этому добавляется необходимость государственной защиты прав и свобод всех участвующих в деле лиц. Реализоваться же данные прерогативы в состоянии лишь через реагирование го-

сударственных представителей на каждый случай преступления, что признается не частным, а именно публичным, государственным делом. С такой постановкой, кстати, соглашается и сам автор, давая повод для упрека в непоследовательности (см. абзац первый на с. 54 диссертации).

3. Представляется сомнительным вывод о том, что «в рамках предварительного расследования у прокурора не может сформироваться внутреннее убеждение по вопросу о виновности обвиняемого в инкриминируемом ему обвинении» (с. 91).

Внутреннее убеждение, как известно, имеет своим фундаментом совокупность доказательств, подтверждающих (или опровергающих) выводы органа предварительного расследования. Если обвинительных доказательств в уголовном деле, с точки зрения прокурора, достаточно, он утверждает обвинительное заключение и направляет дело в суд. Туда же прокурор приходит не для осуществления надзора, как утверждает А. С. Барабаш (с. 91-92), а для поддержания государственного обвинения, будучи убежденным в причастности подсудимого к преступлению. Иное предопределяет диаметрально противоположное решение прокурора на этапе ознакомления с результатами предварительного расследования: решение о прекращении уголовного дела.

4. Вызывает возражения предложение А. С. Барабаша «вывести из уголовно-процессуального оборота понятие “истины” как цели деятельности» (с. 183).

По нашему мнению, законодатель напрасно воспользовался советом А. С. Барабаша и изъял из текста УПК РФ категорию «истина». Ошибочность обсуждаемой позиции очевидна, поскольку в уголовном процессе можно рассчитывать на правосудное решение исключительно на основе достоверного установления действительных обстоятельств криминального события. Об этом, кстати, свидетельствуют и сформулированные в УПК РФ требования к судебному приговору, и содержание ст. 73 УПК РФ, предлагающей правоприменителю практическую схему обстоятельств, подлежащих установлению при производстве по уголовному делу. Категорию «истина» надлежит не «вывести из уголовно-процессуального оборота», а восстановить в тексте УПК РФ, с тем чтобы правоприменитель вновь обрел правильные ориентиры для практической деятельности, и не утруждал себя размышлениями о целесообразности достоверного установления обстоятельств, имеющих значение для правильного решения по уголовному делу.

5. На наш взгляд, А. С. Барабаш безосновательно не соглашается с уважаемым профессором Л. Я. Драпки-ным, оценивающим содержание ст. 73 УПК РФ в ранге «предмета доказывания» (с. 190-191).

Такая оценка содержания ст. 73 УПК РФ (вслед за ст. 68 УПК РСФСР) традиционна. В названных статьях Кодекса перечислены обстоятельства, подлежащие доказыванию при производстве по уголовному делу, с чем, кстати, соглашается и сам соискатель (с. 198, 199 и др.). Данная совокупность обстоятельств в теории уголовного процесса получила, по нашему мнению, адекватное наи-

менование: «предмет доказывания». Вместе с тем, как представляется, упомянутые обстоятельства, при их интерпретации в виде результата доказательственной деятельности, вполне могут рассматриваться в ранге ее цели.

6. Недостаточно убедительна аргументация А. С. Барабаша, в силу которой «относимость - не есть неотъемлемое свойство доказательств» (с. 21, 309-311).

Возражая против такой постановки, заметим, что обязательным атрибутом полноценного доказательства считает данное свойство законодатель (ст. 88 УПК РФ). Это абсолютно оправданно, поскольку отсутствие связей оцениваемого доказательства с элементами предмета доказывания (ст. 73 УПК РФ) низводит его до уровня непригодных, так как оно безразлично к обстоятельствам, подлежащим доказыванию.

В действительности, относимость - неотъемлемое свойство судебных доказательств, равное по значению допустимости и достоверности.

7. А. С. Барабаш предлагает оригинальную и в целом заслуживающую внимания редакцию статьи, регламентирующей назначение современного уголовного процесса России (с. 162). Вместе с тем в пункте первом части второй предлагаемой статьи отсутствует, по нашему мнению, весьма значимое положение.

В частности, автор полагает, что уголовный процесс должен использоваться как средство «...раскрытия и судебного рассмотрения» каждого факта совершенного преступления (с. 162).

Во-первых, раскрытие преступления может состояться исключительно в ходе расследования о нем уголовного дела, в силу чего вряд ли оправданно исключение из арсеналов уголовного процесса упомянутого фрагмента деятельности уполномоченных субъектов.

Во-вторых, в абсолютном большинстве случаев расследования уголовного дела публичного обвинения именно результаты досудебного производства позволяют организовать полноценное его рассмотрение по существу.

Высказанные замечания в основном касаются дискуссионных вопросов теории и не влияют на общий вывод и положительную оценку диссертации. Обсуждаемая работа является завершенным, цельным монографическим исследованием сложной и важной в теоретическом и практическом отношении темы.

По своей актуальности, методологии и методике исследования, научной новизне, глубине проработки проблемы, самостоятельности, обоснованности и достоверности теоретических выводов и рекомендаций диссертация «Публичное начало российского уголовного процесса» отвечает требованиям, предъявляемым к докторским диссертациям, а ее автор - Барабаш Анатолий Сергеевич заслуживает присуждения ученой степени доктора юридических наук ученой степени доктора юридических наук по специальности 12.00.09 - уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность.

Официальный оппонент Заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор В. А. Азаров