Духовность личности и экзистенциальный смысл

С. В. Поросенкоб

ДУХОВНОСТЬ личности И ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ СМЫСЛ

Духовное самоопределение личности представляет собой относительно самостоятельный процесс индивидуального освоения человеком содержания духовной культуры, когда это содержание становится смыслом и исходной ценностью в мировоззрении, образе жизни, деятельности конкретного человека. Если речь идет о самоопределении, то подразумевается спонтанность, уникальность, творчество, открытость личности по отношению к формирующим её процессам, к духовной ситуации времени.

Духовное самоопределение личности может быть предметом изучения психологии, педагогики, социологии, культурологии. Это может быть предметом анализа с различных философских позиций, то есть с позиций марксизма, неотомизма, постмодернизма, аналитической философии, экзистенциализма и других философских направлений. В данной работе рассматривается экзистенциальный аспект понимания духовности личности.

Осмысление экзистенциальных оснований духовности, а в связи с этим решение проблемы духовного самоопределения личности нашло отражение в творчестве М. Шелера, М. Хайдеггера, Ж. П. Сартра, Н. А. Бердяева. Экзистенциальный смысл духовного самоопределения личности через символы религии раскрывали такие экзистенциально мыслящие теологи, как П. Тиллих, К. Барт, Р. Буль-тман, Д. Бонхёффер.

Экзистенциальный смысл духовного самоопределения может найти рациональное выражение на основе ряда принципиальных идей, разработанных философией экзистенциализма.

Это идея онтологической дифференциации, то есть проведение различия онтического и онтологического содержания суждений, когда в познавательной деятельности относительно самостоятельное значение придается тому, что существует, и существованию самому по себе. Именно обособле-

© Поросенков С. В., 2009

ние существования от предметных значений того, что существует, образует предпосылку мышления о духовности не только как о чем-то нематериальном, но и наполнении понятия духовности положительным смыслом.

Принципиальной идеей экзистенциализма является также положение об экзистенциальной сущности человека. Ж. П. Сартр полагал, что сущность человека есть его существование. М. Хайдег-гер считал более корректным и точным выражением понимания человека положение, что существование - это субстанция человека. Отсюда подлинная самоидентификация и интеграция качеств, образующих целостность личности, заключены в форму «я существую». И эта внепредметность человеческого существования также составляет существенную предпосылку положительного смысла духовности.

С идеей самоидентификации «я существую» органично связана и идея развертывания предпо-нимания существования. Предпонимание существования раскрывается не только и не столько как познавательное отношение человека к миру, сколько как онтологическая характеристика способа человеческого существования. Понимание себя существующим, вырастающее из развертывания пред-понимания как первичной данности всего перво-встречаемого мира, обретает своё самоопределение перед лицом смерти. Экзистенциальное понимание - живой нерв духовности личности. Если из онтологического смысла существования определить содержание понимания в гносеологическом плане, то экзистенциальное понимание - это целостность всех познавательных способностей, превращающая любое значение в смысл проявления этой целостности. Смысл, рождающийся из целостности познавательных способностей, определяет сближение и совпадение значений истины и ценности. Личность в процессе духовного самоопределения соединяет исходные ценности и фундаментальные истины в убеждениях, принципах понимания себя и мира в целом.

Духовное самоопределение личности характеризуется асимптотическим сближением факто-те-оретических и оценочных суждений. Факто-теоре-тические суждения являются истинными, когда они

соответствуют действительности. Оценочные суждения соотносят действительность с ценностями, которые конституируют целостность личности. Свершающееся духовное самоопределение личности ведет к сближению и совпадению истинностных и ценностных значений, так как личный смысл присутствия в мире и сам мир соизмеримы в актах понимания существования. М. Шелер, понимая дух как экзистенциальную независимость личности от эмпирической жизни, полагал, что Бог нуждается в человеке не меньше, чем человек нуждается в Боге, они взаимополагают друг друга. Эта идея в монотеистическом мышлении отражает неразрывную коррелятивную связь экзистенциального самоопределения личности и определенности всего сущего при допущении тотального смысла бесконечной сложности мира и значений, вырабатываемых всем человеческим познанием.

Открытая человеческому разуму бесконечность качественного многообразия существующего мира, как и бесконечность все новых значений, открываемых и создаваемых познавательной деятельностью, ведет к вопросу о том, что или кто может быть основанием смысла присутствия человека в мире. Можно ли в какой-то совокупности качеств человека и формах осознания себя через интеграцию этих качеств определить тотальную целостность духа личности, соизмеримую с бесконечностями качественного многообразия существующего мира и значениями человеческого познания?

Когда речь идет об экзистенциальном смысле духовного самоопределения личности, то подразумеваются процессы, определяющие формирование и развитие в человеке качественных характеристик отношения к существованию внепред-метных, внематериальных значений того, что существует. Слово «экзистенция» латинского происхождения и означает «существование». Поскольку экзистенциальное понимание человека обращено к внематериальным и внепредметным значениям существующего, постольку это понимание по необходимости полагает человека духовным существом, правда, в философии экзистенциализма дух не субстанция, - а развертывание, динамика, необратимая изменчивость чистого существования к своему окончанию.

Принципиальные идеи относительно экзистенциального аспекта понимания человека включают следующее. Во-первых, процесс развертывания экзистенции формирует и развивает самоидентификацию человека не с предметами, не с собственным телом, не с половой принадлежностью, не с социальными ролями, не с лексическим субъектом общения, а с существованием. «Я существую» без названных выше форм предметной, биологической, социальной самоидентификации - это фундаментальный онтологический акт человеческого самопознания.

Во-вторых, процесс экзистенциального самоопределения личности включает формирование у человека переживания и понимания уникальности, самоценности каждого мгновения существования, которое необратимо развертывается в направлении к своему окончанию. Следует подчеркнуть, что уникальность здесь не отождествляется с единичностью, т. е. неповторимостью сочетания признаков, характеризующих психику, тело, социальные роли индивида. Уникальность в экзистенциальном аспекте подразумевает нечто противоположное единичности, а именно: переживание и понимание совпадения собственного существования с абсолютным бытием всего существующего. Можно заметить, что в истории человечества те религии приобретали большее значение и влияние, в которых символика и смысл вероучения наиболее полно развивали переживание и понимание причастности собственного существования к абсолютному бытию, к источнику бытия вообще.

В-третьих, экзистенциальное самоопределение личности предполагает формирование у человека отношения к своей личной смерти и к вечности. Парадоксальная сопряженность отношения к конечности собственного существования с отношением к вечности в рациональном мышлении проявляется как неразрешимое противоречие, т. е. антиномия: смерть и вечность абсолютно взаимоиск-лючаемы. Однако экзистенциальное понимание в своей безначальной исходности по отношению ко всем значениям мира предметов и ко всем значениям человеческого познания полагает смерть как ничто, т. е. полагает смертью полную незначимость чего бы то ни было в мире. Развертывание челове-

ческого существования к своему окончанию - необходимая, неопределенная, неизбежная и только собственная возможность, что в экзистенциальной философии проанализировал М. Хайдеггер.

Асимптотическое приближение человеческого понимания к собственной смерти открывает вечность, так как время и временность существования чего бы то ни было, включая и временность собственного существования, производится человеческим пониманием из абсолютности внепред-метного и внематериального, «чистого» существования. Экзистенциальная направленность самоопределения личности предполагает, следовательно, опору в развитии понимания собственной смерти не только на рациональное мышление, но и на такие способности человека, как вера, экзистенциальное самопонимание, мистическое постижение, интуиция.

Экзистенциальное самоопределение как способность, направленная на осмысление собственной смерти, представляет собой существенный процесс творения духовного содержания в самоопределения личности. Приближение к пониманию собственной смерти на пути осмысления абсолютности ничто как отрицания и ничтожения всех значений чувственных образов и абстрактных значений мышления ведет к самопониманию личности, где духовность как экзистенциальная независимость от всей эмпирической жизни становится открытой для позитивного вневременного, внепространственного, внепредметного самоопределения. Эта открытость, появившаяся на апофатическом основании, ставит самоопределение личности на уровень тотального целостного со-бытия с любыми положительными принципами определения бесконечной сложности бытия. В данном аспекте духовное самоопределение личности, преодолевшей апофатику смысла смерти, открыто позитивным идеям религий, дающих ту или иную символику смерти или посмертного существования.

В-четвертых, экзистенциальный аспект самоопределения личности предполагает формирование у человека смысла собственного существования в единстве со смыслом бытия всего мира в целом. «Зачем и почему существую я?» - этот вопрос соизмерим с вопросом: «Зачем и почему всё суще-

ствует?» Так как в предельной постановке этих вопросов человеческое понимание распространяется не только и не столько на непосредственно известный и открытый общечеловеческому познанию материальный мир, то в экзистенциальном аспекте само содержание понятия «смысл» означает открытие человеком духовной сопричастности своего личного существования абсолютному и целостному бытию, бытию всего мира, предполагаемого в единстве того, что известно человеческому познанию, и того, что ему неизвестно.

Экзистенциальное понимание смысла предполагает создание условий для самоопределения человеческого существования. То, что полагают воспитательные и образовательные действия в отношении человека как внешние значения, кем-то созданные, например внешние воздействия, выдающие готовые значения: «смысл жизни в борьбе за демократию», «смысл жизни в построении карьеры», «смысл жизни в богатстве», - это независимые от содержания утверждений несмыслообра-зующие действия с точки зрения экзистенциализма. Внешнее привнесение готовых значений создаст лишь отчужденные рациональные или чувственно-образные схемы «борьбы за демократию», или «построения карьеры», или «накопления богатства». Экзистенциальный смысл духовности личности предполагает смысл как самоопределение существования, а существование метафизически (не во времени!) предшествует всем значениям существующего мира, предметным и социокультурным формам человека.

Как воздействует общество, социальные институты на процесс духовного самоопределения личности, рассматриваемого в экзистенциальном аспекте? В самом общем плане можно отметить, что развитие индустриального общества и становление постиндустриального, информационного общества в целом негативного воздействуют на экзистенциальное самоопределение личности. Само развитие экзистенциализма, его теоретическое оформление в XX столетии можно рассматривать как интеллектуальную реакцию на экзистенциальные проблемы человека, порождение особенностями общественного развития в последние столетия. Идея о «неподлинном существовании» стала у М. Хай-

деггера ярким выражением антиэкзистенциального характера воздействия общества на человека.

Более конкретно антиэкзистенциальный характер воздействия общества на человека можно выявить на примере такого социального института, как образование.

Образование - социальный институт, в рамках которого осуществляется целенаправленная деятельность по формированию человека на основе сложившихся социокультурных принципов. Это значит, что образование как социальный институт, образование как деятельность, образование как содержание личности в виде качественных характеристик культурного образа человека предполагает особые принципы исходного понимания мира, общества, человека.

Если вести речь о сформировавшейся за последние 300 лет системе образования и образовательной деятельности в Европе, то можно зафиксировать, что принципы современной европейской образовательной парадигмы исключают экзистенциальный аспект образования и направлены на закрепление способов формирования личности, которые не формируют смысла бытия, не открывают самоидентификацию «я существую», не формируют отношения человека к собственной смерти, не позволяют развить духовную сопричастность собственного человеческого существования к абсолютному бытию. Наоборот, европейское образование ориентировано на развитие предметных и социальных самоидентификаций рационально действующего субъекта в системах причинных и функциональных связей материального мира природы, общества, техники и технологий.

Рамки данной работы не позволяют показать антиэкзистенциальную сущность всей сложившейся европейской образовательной парадигмы, назовем лишь два принципа. Первый был разработан Р. Декартом, Б. Спинозой, Г. Лейбницем и другими представителями новоевропейской философии и введен в образовательную теорию и практику Я. А. Коменским, он заключается в первичности разума для человеческого познания. Этот принцип ориентирован на формирование и развитие в человеке прежде всего рациональных форм познания мира, т. е. умения оперировать понятиями, суждениями,

создавать умозаключения и овладевать теоретическими знаниями. Вера, экзистенциальное понимание, интуиция, мистическое постижение отодвигались на периферию образовательной деятельности. Конечно, в субъективные намерения Р. Декарта, Б. Спинозы, Г. Лейбница, Я. А. Коменского не входило противопоставление рациональности этим способностям человека. Но объективное развитие европейского образования привело к односторонней ориентации только на научную рациональность. Было бы ошибкой думать, что значительную роль в этом процессе сыграли атеистические идеи или мыслители, их выражавшие. Атеистические идеи -это отражение объективных изменений человека индустриального и постиндустриального обществ, в которых остро и необходимо востребована научная рациональность в качестве основы познания и практики.

Второй антиэкзистенциальный принцип европейской образовательной парадигмы ориентирует формирование личности именно на научную рациональность, а не на все богатство разума как познавательной способности. Сущность этого принципа состоит в том, что предметом познания в процессе обучения должен быть объективный мир сам по себе. Приоритетным становится объективно-истинное знание, т. е. знание, соответствующее действительности независимо от человека, его субъективности, его оценочных суждений или суждений долженствования. Изначально исключается уникальность собственного понимания и самопонимания, которая вытесняется общезначимым знанием о мире; человек начинает истолковывать сам себя, исходя из внешних значений, закрывающих возможность самоопределения человеческого существования.

Исключением из сферы действия этих принципов является духовное образование, развиваемое христианскими конфессиями, так как оно содержит в себе органическую необходимость экзистенциальных принципов, должных применяться к формированию личности. Духовность как экзистенциальная независимость человеческого самопонимания от материального мира, несомненно, присуща христианскому образованию. Смысл бытия, отношение к собственной смерти и к вечности, самоидентификация вне предметных значений, уни-

кальность собственного существования в сопричастности к абсолютному бытию вместе с развитием веры как чрезвычайно значимой способности - все это присутствует в христианском подходе к образованию.

В частности, христианская психология, которая обосновывает современную православную педагогику, очерчивает тот образ человека, который должен быть ориентиром для духовного образования. Это можно видеть, например, в работе православного священника и психолога Б. В. Ничипо-рова «Введение в христианскую психологию: размышления священника-психолога» (М., 1994), а также в коллективной монографии «Начала христианской психологии» (Под ред. Б. С. Братуся. М., 1995). Христианская психология дистанцируется по отношению к таким направлениям, как бихевиоризм, деятельностная психология, трансперсональная психология, так как в них не исследуется душа как духовная целостность личности.

Следует видеть и понимать проблемы в реализации экзистенциального аспекта образования. Речь идет не только и даже не столько о политических, правовых, методологических проблемах развития образования в рамках господствующей ныне в России и других странах европейской сциентистской модели. Главные и фундаментальные проблемы возникают в связи с глубокими изменениями, охватившими человека в индустриальном и постиндустриальном обществе.

Особо значимыми являются изменения в сфере отношения современных людей к собственной смерти, изменения европейских языков, изменения психической реальности человеческого «я». По каждой из этих проблем в последние десятилетия проведены обширные и глубокие исследования психологов, социологов, лингвистов, культурологов, философов, написаны десятки монографий. Если предельно коротко выразить их сущность, то можно сказать, что современный человек в сравнении со всеми прошлыми эпохами и культурами теряет способность переживать и понимать смысл собственного существования и смысл бытия вообще. Современный человек понимает смерть как случайное эмпирическое событие, и ему крайне затруднительно понять тотальное значение своей смер-

ти, не говоря уже об акте понимания смерти как окончания собственного существования, сопряженного с вечностью.

Изменения в современных языках обнаруживают тенденцию быстрого исчезновения символических форм, тенденцию потери онтологической функции глаголов, и особенно глагола «быть», эти функции обесцениваются, из языка уходит качественное многообразие переживания и понимания существования. Древнееврейский, древнегреческий и латинский языки были языками событийными и бытийными. Например, глагол «эк-зистировать» в латинском языке имел целый спектр значений, которые утрачены в современных европейских и русском языках. Священные тексты и тексты отцов церкви писались на языке, насыщенном символическими формами и сложной архитектоникой понимания смысла того, что значит «быть». В связи с этим, говоря об экзистенциальном аспекте образования, следует иметь в виду сложнейшую проблему передачи смысла древних бытийных, символических языков в современном предметном и информационно насыщенном языке.

Наконец, есть и проблема исторической изменчивости психической реальности человеческого «я». Суть проблемы в том, что «я» для А. Августина, Ф. Аквинского и даже Р. Декарта было абсолютным, центрированным, самотождественным элементом сознания, и потому такое «я» было адекватно тотальности, абсолютности смысла бытия, открывавшегося пониманию человека. Как показывают исследования многих школ психоанализа, психическая реальность «я» современного человека теряет абсолютность, центрированность и самотождественность. «Я» современного человека множественно, причинно и функционально зависимо от различных психических процессов, разорвано на фрагменты состояний при выполнении разных социальных ролей и т. д. и т. п. Сегодня палитра многообразия человеческого «я» такова, что все формы обращения к экзистенциальным смыслам заведомо обречены на провал. Парадокс в том, что у большинства современных людей нет той инстанции в психических процессах, к которой обращен экзистенциальный смысл. А потому экзистен-

циальный аспект образования и здесь нуждается в глубоком методологическом обосновании.

Модернизация образования, определяя направленность качественных изменений образования как социального института и образовательной деятельности, предполагает формировать личность, способную к интеграции многообразных значений, продуцируемых современным информационным взрывом. Решение экзистенциальных проблем об-

разования или их учет субъектами образовательного процесса - это основа возможности открытия смысла бытия личностью, вовлеченной в образовательный процесс. А реализация этой возможности - существенное условие интеграции в сознании человека разнообразных значений потоков информации, творческого отношения человека как к миру в целом, так и к профессиональной деятельности.