Сверхзанятость учащейся молодежи как фактор снижения качества человеческого капитала

КАРПЕНКО Е.З.

СВЕРХЗАНЯТОСТЬ УЧАЩЕЙСЯ МОЛОДЁЖИ КАК ФАКТОР СНИЖЕНИЯ КАЧЕСТВА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА

Аннотация. В представленной статье поставлена проблема влияния сверхзанятости учащейся молодёжи на качество человеческого капитала в условиях трансформации отечественной системы образования. Показано, что переход к многоуровневой системе высшего профессионального образования значительно изменил структуру учебного времени студентов, увеличив долю самостоятельной работы. Установлено, что время, отводимое на самостоятельную работу, большинство студентов воспринимает как свободное от учёбы, и стремится работать. Временные затраты на освоение профессиональной образовательной программы у работающих студентов значительно сокращаются. Определена зависимость между сверхзанятостью учащихся и качеством приобретаемых профессиональных знаний. Проанализировано влияние образовательного потенциала на конкурентоспособность молодого специалиста на рынке труда. Выявлены причины, побуждающие студентов московских вузов к сверхзанятости. Подтверждено предположение о том, что сверхзанятость студентов вузов является негативным фактором, снижающим качество формируемого человеческого капитала.

Ключевые слова: человеческий капитал, качество человеческого капитала, система образования, вторичная занятость студентов вузов, сверхзанятость учащейся молодёжи.

KARPENKO E.Z.

OVEREMPLOYMENT OF YOUNG STUDENTS AS A FACTOR OF REDUCTION OF THE QUALITY OF HUMAN CAPITAL

Abstract. The manuscript provided states the problem of impact of overemployment of young students on the quality of human capital in the conditions of transformation of the domestic system of education. It is shown that the transition to a multi-level system of higher professional education has significantly changed the structure of studying time of students by increasing the amount of independent work. It has been established that the time that is allotted for independent work is perceived by the majority of students as time free from studies; and they strive to work during that time. Time expenditures of time on studying the professional educational program are significantly reduced for working students. The dependence between the overemployment of students and the quality of acquired professional knowledge is determined. The impact of the educational potential on the competitive ability of a young specialist in the labor market has been analyzed. The reasons that force students of Moscow Universities to be overemployed have been found. The hypothesis that overemployment of University students is a negative factor reducing the quality of the human capital being formed has been affirmed.

Keywords: human capital, quality of human capital, the system of education, secondary employment of University students, overemployment of young students.

Переход России к инновационному типу социально-экономического развития в условиях усиливающейся борьбы на мировых рынках за ресурсы, определяющие конкурентоспособность национальных экономик, требует особого внимания к определению резервов отечественной экономической системы [11, с. 245-250]. «Одним из важнейших, с точки зрения инновационного развития, сохраняющихся у России конкурентных преимуществ является человеческий капитал» [5, с. 243]. Прорыв страны в «повышении глобальной конкурентоспособности экономики на основе её перехода на новую технологическую базу» [4, с. 348] возможен при условии «улучшения качества человеческого капитала» [4, с. 350].

Качество человеческого капитала проявляется через набор характеристик, определяемых объективными и субъективными показателями, и формируется под влиянием совокупности сил, присущих социально-экономическим системам различных уровней.

Если согласиться с мнением, что человеческий капитал в узком смысле — это «совокупность образовательных, профессиональных и квалификационных характеристик действующих работников» [15, с. 7], а образование — «процесс формирования ума, характера или физических способностей личности... процесс, посредством которого общество через школы, колледжи, университеты и другие институты целенаправленно передаёт своё культурное наследие — накопленное знание, ценности и навыки — от одного поколения другому» [19, с.

20], то становится очевидной первостепенная роль образования в формировании человеческого капитала определённого качества.

Особенностью отечественной системы образования всегда было получение учащимися фундаментальных знаний, развитие у них способностей к творчеству, аналитическому мышлению, выработка потребности в самосовершенствовании. Глубокая фундаментальная подготовка в высшей школе давала возможность выпускникам вузов быстро осваиваться в рамках не только полученной, но и смежной специализации.

Доказательством этого служит громадная утечка квалифицированных кадров из страны. Иностранные компании проявляли и продолжают проявлять повышенный интерес к специалистам из России, способным легко переучиваться и адаптироваться к новым условиям работы. В последние годы возрос отъезд молодых исследователей. Более половины научных публикаций российских учёных принадлежит специалистам, работающим за рубежом. О востребованности результатов работы наших учёных, проживающих в других странах, свидетельствует уровень их цитирования, составляющий 90%. В то время как на долю тех, кто работает в России, приходится только 10% [16, с. 28]. Это, с одной стороны, свидетельствует о колоссальных потерях страной человеческого капитала, сформированного отечественной системой образования, а с другой — о высоком качестве российского образования.

За последние десятилетия в российской системе образования произошли масштабные изменения. Россия вступила в Болонский процесс и перешла к новой модели высшего образования. Подготовка специалистов сохранилась как исключение лишь по ряду направлений, среди которых в основном медицинские специальностей и специальности, связанные с обеспечением безопасности государства. Наиболее массовым стал уровень бакалавриата. О содержании обучения в бакалавриате и качественных характеристиках выпускников по-прежнему идут активные дискуссии.

В нормативных болонских документах подчёркивается, что бакалавриат должен обеспечивать общее высшее образование. То есть он не призван готовить полноценного специалиста в какой-либо области. Специалист всегда обладает определённой квалификацией. В соответствии с федеральным законом от 29 декабря 2012 года № 237-Ф3 «Об образовании в Российской Федерации» квалификация присваивается бакалаврам «по результатам освоения программы прикладного бакалавриата» и специалистам «по результатам освоения программы специалитета» [3, с. 58]. Освоение же программ академического бакалавриата даёт выпускникам право получить академическую степень бакалавра, а освоившим программу магистратуры — академическую степень магистра. Таким образом, пока ещё сохраняются сложности в адаптации международных стандартов уровней образования к отечественной образовательной системе. Более того, не в полной мере готов к их восприятию и российский рынок труда.

Переход к многоуровневой системе высшего профессионального образования изменил не только его содержание, но и скорректировал требования к характеру расходования времени обучающегося. Увеличение количества изучаемых дисциплин, уменьшение нормативов времени на освоение каждого предмета, сокращение аудиторных занятий и увеличение времени для самостоятельной работы студентов диктуют необходимость более полного и интенсивного использования каждого учебного дня.

В этой связи актуализируется проблема занятости учащейся молодёжи, проявляющаяся не только во вторичной занятости студентов, но и в сверхзанятости учащихся. Следует отметить, что рост студенческой занятости, наблюдаемый в последние годы в России, является общемировой тенденцией. В настоящее время около 50% американских студентов в возрасте от 16 до 24 лет совмещают учёбу с работой. Во Франции доля работающих студентов составляет 48%. В Нидерландах этот показатель значительно выше — 77%. В Великобритании от 70% до 80% учащихся в возрастной когорте 16-19 лет совмещают учёбу с работой. По данным мониторинга экономики образования, осуществляемого НИУ ВШЭ совместно с «Фондом общественного мнения» и «Левада-центром» по поручению Министерства образования и науки РФ, около 46% российских студентов, обучающихся в высших учебных заведениях по программам бакалавриата, имеют работу [7, с. 98].

Федеральным законом «О занятости населения в Российской Федерации» студенты высших и средних профессиональных учебных заведений, обучающиеся очно, отнесены к заня-

тым гражданам [1, с. 23]. Трудовой кодекс РФ (ст. 282) допускает «выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время» [2, с. 146]. При этом продолжительность такой работы не должна превышать четырёх часов в день (ст. 284 ТК РФ)1. Таким образом, студенты очной формы обучения могут быть вторично занятыми, выполняя работу в свободное от учёбы время продолжительностью не более четырёх часов в день. Необходимо учитывать, что предоставляемая возможность не предполагает обязательного её использования.

Если вторичная занятость имеет юридическое основание, то всё более распространяющаяся сверхзанятость учащейся молодёжи (по некоторым оценкам [9, с. 188; 7, с. 103], около 6% работающих студентов заняты полный рабочий день), проявляющаяся в продолжительности рабочего времени дольше законодательно установленного нормального количества часов, допустимого для совместительства, таких оснований не имеет.

Масштабы и характер занятости студентов позволяют утверждать, что в современной России «сложилась новая модель образовательного поведения и трудовой занятости молодёжи... всё большее распространение получает феномен выхода на рынок труда. ещё во время учёбы» [17, с. 120].

С целью исследования приоритетов студентов в распределении времени и усилий между учёбой и работой нами было проведено социологическое исследование методом опроса. В опросе принимали участие студенты очной формы обучения трёх государственных вузов Москвы (РГТЭУ, РЭУ им. Г. В. Плеханова и НИУ ВШЭ). Анализ полученных данных позволил сделать следующие выводы:

- большая часть студентов хотела бы совмещать учёбу с работой;

- количество работающих студентов первого курса незначительно;

- более половины студентов старших курсов РГТЭУ и РЭУ им. Г. В. Плеханова работают;

- среди студентов-старшекурсников НИУ ВШЭ работающих не более десяти процентов;

- работающие студенты чаще пропускают аудиторные занятия;

- время, отводимое учебными планами на самостоятельную работу, большинством студентов воспринимается как свободное от учёбы.

Временные затраты на освоение профессиональной образовательной программы у работающих студентов значительно сокращаются. Причём обнаруживается прямая зависимость посещения аудиторных занятий от уровня занятости студентов (рис. 1).

Рис. 1. Посещаемость аудиторных занятий студентами в зависимости от типа занятости

1 Для лиц, не достигших восемнадцати лет, установлена сокращённая продолжительность рабочего времени (ст. 92 ТК РФ).

Учитывая, что большинство студентов учебным временем считает аудиторное время, а не время самостоятельной работы, можно предположить нецелевое использование времени, отводимого на самостоятельное освоение дисциплин. Кроме того, если для студентов начальных курсов характерна вторичная занятость, то для старшекурсников — сверхзанятость. Это полностью соотносится с выводами ранее проводимых исследований [12, с. 268-271; 7, с. 98110]. Работа студентов поглощает не только время учёбы, но и время, необходимое для психофизиологического восстановления личности, что в свою очередь негативно отражается на качестве восприятия учебного процесса и его конечных результатах.

Таким образом, подтверждается предположение о том, что вторичная занятость и в особенности сверхзанятость студентов вузов является негативным фактором, снижающим качество формируемого человеческого капитала.

Исследование мотивов студентов московских вузов к работе позволило выделить основные причины, побуждающие учащуюся молодёжь к сверхзанятости.

Первая причина — отношение к учёбе как к возможности приобрести желаемый социальный статус, определяющим признаком которого является наличие формального образования определённого уровня. При этом студентов средних и в особенности высших профессиональных учебных заведений интересует не овладение конкретной профессией или специальностью, а получение документа, подтверждающего наличие образования того или иного уровня. Они заранее готовы к работе, не связанной с приобретаемой специальностью. Причем такая работа устраивает их не только во время обучения, но и после окончания образовательного учреждения. Очевидно, что в подобной ситуации распределение усилий студента между учёбой и работой происходит не в пользу учёбы.

Вторая причина — потребность в заработке. Часто в основе этой потребности — необходимость оплачивать собственное обучение. Важно отметить, что и эти студенты не ищут работу, близкую к приобретаемой профессии. Основная их доля работает в торговле и сфере услуг, занимая рабочие места низкого качества, не требующие специальных и профессиональных знаний и обеспечивающие максимально возможную для студента монетарную отдачу в краткосрочном периоде. Они готовы к случайной, временной работе, занятости по гражданско-правовому договору, неформальной, нерегистрируемой занятости. Уязвимые виды трудовых отношений становятся типичными для данной группы молодых людей. Всё это способствует сбоям в процессе формирования человеческого капитала.

Третья причина — стремление приобрести формальный профессиональный опыт (подтверждаемый записью в трудовой книжке) как большую гарантию успешного трудоустройства в качестве дипломированного специалиста. Эта причина становится всё более распространённой в силу следующих причин:

1. Отсутствие механизма, гарантирующего выпускникам профессиональных учебных заведений возможность трудоустройства.

Предпринимаемые сегодня меры по созданию рабочих мест для молодёжи незначительны в своём масштабе. Кроме того, они содержательно не в полной мере отвечают потребностям рынка труда. Так, согласно Закону города Москвы от 22.12.2004 № 90 «О квотировании рабочих мест» [6] в целях обеспечения дополнительных гарантий занятости особо уязвимым группам населения квоты распространяются и на выпускников учреждений высшего профессионального образования в возрасте от 21 до 26 лет, ищущих работу впервые. Но работодатель не обязан предоставлять квотированные рабочие места в той или иной пропорции к определённым в законе группам населения. Кроме того, работодатель не обязан предоставлять выпускнику вуза постоянную работу. В результате за первые 5 месяцев 2015 года в рамках выполнения квоты заключено 416 договоров с организациями города Москвы на 9 376 временных рабочих мест для учащейся молодёжи. Среди них ни одного для молодых специалистов.

В то же самое время в результате дефицита абитуриентов из-за изменившейся демографической ситуации до 90% выпускников средних школ (в крупнейших городах — почти 100%) становятся студентами вузов.

Усугубляет ситуацию недостаточно согласованное развитие рынка труда и рынка образовательных услуг [14, с. 36]. В последние десятилетия произошло «смещение центра тяжести обучения в российских вузах в сторону экономических, управленческих и юридических спе-

циальностей, специальностей сервиса и гуманитарно-социальных» [13, с. 4], что привело «к системному дисбалансу предложения с потребностью рынка труда» [13, с. 4].

По данным Федеральной службы по труду и занятости, только 30% выпускников вузов трудоустраиваются по специальности.

2. Требование большинства работодателей «наличия опыта работы» у претендента на вакансию. Результаты опроса работодателей о значимости различных характеристик соискателей вакансии, полученные отечественными учёными [7, с. 105] (таблица 1), свидетельствуют, что наибольший рейтинг (4, 2 из 5 возможных) с наименьшим разбросом (1,0) имеют «записи в трудовой книжке».

Таблица 1

Рейтинги характеристик соискателя с точки зрения работодателей*

Фактор Среднее Стандартное отклонение

Хорошая репутация, известность учебного заведения, выдавшего диплом о профессиональном образовании 3,6 1,2

Набор курсов/дисциплин, указанных во вкладыше к диплому 2,9 1,3

Оценки, указанные во вкладыше к диплому 2,8 1,3

Отзывы (рекомендации) с прошлых мест работы, предоставление поручительства за кандидата 3,9 1,1

Записи в трудовой книжке 4,2 1,0

* Источник: Апокин А., Юдкевич М., с. 103.

С точки зрения большинства работодателей, важнейшей составляющей профессиональных компетенций являются практические умения и навыки, а не глубокая теоретическая подготовка. В результате студенты, инвестирующие большую часть собственного времени в работу, а не в образование, оказываются в выигрышном положении на рынке труда в сравнении со студентами, занятыми исключительно учёбой. Это в определённой степени противоречит теории человеческого капитала, утверждающей, что образовательный потенциал значительно усиливает позицию соискателя на рынке труда. Но в полной мере объясняется искажённым представлением части работодателей о целях и задачах профессионального образования, которое должно обеспечить, в первую очередь, фундаментальную теоретическую подготовку будущего специалиста. Умения и навыки, вырабатываемые в процессе освоения программ профессионального образования, должны носить универсальный для специальности характер и формировать общий человеческий капитал. Специфический человеческий капитал формируется на базе общего капитала в рамках конкретной организации и часто не может быть использован за её пределами. Работодатель, ценящий в молодом специалисте «опыт работы», а не усердие в процессе получения образования, хочет приобрести работника, обладающего специфическим капиталом, даже не задумываясь, насколько этот капитал окажется полезен его организации. Молодой специалист, сформировавший в процессе обучения в вузе общий человеческий капитал высокого качества, на практике часто более полезен организации.

Решение проблемы сверхзанятости учащейся молодёжи во многом будет способствовать достижению целей формирования человеческого капитала нового качества, соответствующего потребностям развития страны по инновационному пути.

Литература

1.Федеральный закон от 19 апреля 1991 года № 1032-1 «О занятости населения» (первая редакция) // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного совета РСФСР. — М.: Юридическая литература, 1991. — № 18. — Ст. 565.

2.Трудовой кодекс Российской Федерации: по состоянию на 1 июля 2015 года: с комментариями к последним изменениям /сост. А. А. Кельцева, С. Е. Прыгунов. — М.: Эксмо, 2015. — 446 с.

3.Федеральный закон от 29 декабря 2012 года № 273-Ф3 «Об образовании в Российской Федерации» //

Собрание законодательства Российской Федерации от 31 декабря 2012 года. — №53 (часть I). Ст. 7598.

4.Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года // Собрание законодательства Российской Федерации от 24 ноября 2008 года № 47.

5.Стратегия инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 года (утв. распоряжением Правительства РФ от 8 декабря 2011 года № 2227-р) // Собрание законодательства Российской Федерации от 2 января 2012 года. № 1. — Ст. 216.

б.Закон города Москвы от 22.12.2004 № 90 «О квотировании рабочих мест» [Электронный доступ]. — URL: http://mosopen.ru/document/90_zk_2004-12-22

7.Апокин А., Юдкевич М. Анализ студенческой занятости в контексте российского рынка труда //Вопросы экономики. — 2008. — № 6. — С. 98-110.

8.Голованова Н. Ф. Бакалавриат как педагогическая проблема // Высшее образование в России. —

2009. — № 6. — С. 36-40.

9.Голубев И. А. Вторичная занятость студентов вузов Поволжья. // Образование и наука в современных условиях. — 2015. — № 3. — С. 186-189.

10.Дикусарова М. Ю. Вторичная занятость студентов как способ адаптации на рынке труда // Территория новых возможностей. — Вестник Владивостокского государственного университета экономики и сервиса. — 2013. — № 3. — С. 177-182.

11.Дохолян С. В., Петросянц В. З. Критерии и факторы экономического роста региона // Проблемы современной экономики. — 2007. — № 4. — С. 245-250.

12.Михайлова Н. К. Занятость студентов и её роль в формировании профессиональных компетенций будущих специалистов //Вестник КемГУ. — 2012. — № 1 (49). — С. 268-271.

13. Петросянц Д. В. Системные проблемы построения национальной инновационной системы // Региональные проблемы преобразования экономики. — 2010. — № 1. — С. 2-18.

14. Разумова Т. О. Достойная занятость выпускников вузов // Труд и социальные отношения. — 2008. — № 11. — С. 36-42.

15. Российский работник: образование, профессия, квалификация / под ред. В. Е. Гимпельсона, Р. И. Капелюшникова; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». — М.: Издат. дом Высшей школы экономики, 2011. — 574 с.

16. Шишов С. Е. Подготовка высококвалифицированных научных кадров в России и «утечка мозгов» // Вестник Федерального государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования. — Московский государственный агроинженерный университет им. В. П. Горячкина. —

2010. — № 4. — С. 28-32.

17. Черниченко Г. А. Новое в образовании и профессиональной деятельности молодёжи // Социологические исследования. — 2009. — № 7. — С. 119-125.

18. Kneller G. F. Introduction to the Philosophy of Education. N.Y.: John Wiley and Sons, 1971. References:

1. The Federal act of 19 April 1991 No. 1032-1 "On employment ofpopulation" (first edition) // sheets of Congress ofpeople's deputies of the RSFSR and Supreme Soviet of the RSFSR. — M.: Juridical literature, 1991. — No. 18. — PT. 565.

2. The labour code of the Russian Federation: as of July 1, 2015: comments on recent developments / ed. Kelava A. A., S. E. Jumpers. — M.: Eksmo, 2015. — 446p.

3. Federal law of 29 December 2012 № 273-FZ "On education in Russian Federation" // collected legislation of the Russian Federation from December, 31st, 2012. — No. 53 (part I). PT. 7598.

4. The concept of long-term socio-economic development of the Russian Federation for the period till 2020 // collected legislation of the Russian Federation of 24 November 2008 No. 47.

5. Strategy of innovative development of the Russian Federation for the period until 2020 (approved. the decree of the RF Government of December 8, 2011 № 2227-p) // collected legislation of the Russian Federation of 2 January 2012. No. 1. — PT. 216.

6. The law of Moscow from 22.12.2004 № 90 "On workplace quotas" [Electronic access]. — URL: http:// mosopen.ru/document/90_zk_2004-12-22

7. Apokin A., Yudkevich M. the Analysis of student employment in the context of Russian labor market // problems of Economics. — 2008. — No. 6. — P. 98-110.

8. Golovanova N. F. Bachelor's degree as a pedagogical problem // Higher education in Russia. — 2009. — No. 6. — S. 36-40.

9. Golubev I. A. Secondary employment of students of universities of the Volga region. // Education and science in modern conditions. — 2015. — No. 3. — P. 186-189.

10. Dikusarova M. J. Secondary employment of students as a way of adaptation to the labour market // Territory new opportunities. — Bulletin of the Vladivostok state University of Economics and service. — 2013. — No. 3. — P. 177-182.

11. Dokholyan S. V., Petrosyants V. Z. Criteria and factors of economic growth of the region // problems of modern Economics. — 2007. — No. 4. — P. 245-250.

12. Mikhailova N. K. Employment of students and its role in forming professional competence offuture specialists // Bulletin of the KemSU. — 2012. — № 1 (49). — P. 268-271.

13. Petrosyants D. V. the problems of creation of national innovative system // Regional problems of transformation of economy. — 2010. — No. 1. — S. 2-18.

14. Razumova T. O. Decent employment of graduates of universities // Work and social relationships. — 2008. — No. 11. — Pp. 36-42.

15. Russian worker: education, profession, qualification /ed. by V. E. Gimpel'son, R. I. Kapelyushnikov; NAT. issled. University "Higher school of Economics". — Moscow: Izdat. the house of the Higher school of Economics, 2011. — 574 p.

16. Shishov S. E. Training highly qualified scientific personnel in Russia and the "brain drain" // the Bulletin of the Federal state educational institution of higher professional education. — Moscow state Agroengineering University. V. P. Goryachkin. — 2010. — No. 4. — S. 28-32.

17. Chernichenko G. A. a New in education and professional activity of youth // Sociological researches. — 2009. — No. 7. — S. 119-125.

18. G. F. Kneller Introduction to the Philosophy of Education. N. Y.: John Wiley and Sons, 1971.