Санкции как инструмент внешней политики Канады

Санкции как инструмент внешней политики Канады

СОВРЕМЕННОСТЬ

УДК 327, 339.9

САНКЦИИ КАК ИНСТРУМЕНТ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ

КАНДДЫ

© 2015 г. Е. В. Исраелян

Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт Соединенных Штатов Америки и Канады Российской Академии наук (ИСКРАН), г. Москва, Российская Федерация

Статья посвящена санкциям, прежде всего, экономическим санкциям, и их роли во внешней политике Канады. Основываясь на доступных цифрах и пользуясь методологией политического анализа, автор показывает, что дает Канаде участие в санкциях, какие факторы определяют ее политику и какие спорные вопросы возникают вокруг применения санкций.

Ключевые слова: Канада; внешняя политика Канады; санкции

The article is devoted to the role of the sanctions, in the first place, of the economic sanctions, in the Canadian foreign policy. Using the available data and methodology of the policy analysis author reveals what are the benefits of sanctions’ policy for Canada, what factors determine its policy and what are the disputable issues around imposition of sanctions.

Key words: Canada; Canadian foreign policy; sanctions

В условиях глобализации торговли, рынков и финансовых потоков значение экономического фактора в современном мироустройстве стремительно растет, обуславливая политическое влияние стран их экономической мощью. Экономика вышла на передний план мировой повестки дня, превращая экономическую дипломатию в неотъемлемую и, нередко, в превалирующую составную часть классической дипломатии. Показательно, что в Концепции внешней политики РФ важнейшей целью внешней политики страны объявлено создание благоприятных внешних условий для устойчивого и дина-

Исраелян Евгения Викторовна - кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт Соединенных Штатов Америки и Канады Российской Академии наук (ИСКРАН), г. Москва, Российская Федерация. E-mail: evge-nia@csociety.ru

176

Канадский ежегодник

Выпуск 19 - 2015

мичного роста экономики России, ее технологической модернизации и перевода на инновационный путь развития [4].

Для обеспечения своих внешнеэкономических интересов государства используют различные инструменты. По классификации профессора кафедры мировой политики НИУ-ВШЭ М. В. Братерско-го, они делятся на негативные (санкции) и позитивные (стимулы) и могут принимать множество форм [1]. В данной работе предполагается уделить основное внимание санкциям во внешнеполитической деятельности Канады, учитывая актуальность проблематики в свете энергичного участия этой страны в кампании Запада против России. Отметим, что стимулирующие рычаги (использование прямых инвестиций для влияния на политику партнера, налаживание и развитие торговых и финансовых связей, помощь для преодоления валютных кризисов, помощь развитию) во внешней политике Канады были предметом других исследований автора [2].

Надо сказать, что внешняя торговля товарами и услугами и инвестиционные обмены играют очень существенную роль в развитии Канады. Приведем некоторые данные с сайта канадского Министерства иностранных дел, торговли и развития (МИДТР): сегодня доля международной торговли составляет более 60% ВВП страны, а 75 всех рабочих мест связана с экспортной продукцией. Стремясь ослабить высокую экономическую зависимость от США, Канада активно ищет новые рынки. Уже вступили в силу соглашения о свободной торговле с более 10 странами, а с рядом других ведутся переговоры [8]. В их числе такие крупные зарубежные рынки, как Индия и Япония. Особое значение имеет подписание в августе 2014 г. двустороннего Всеобъемлющего торгово-экономического соглашения между Канадой и ЕС и вступление в силу в январе 2015г. соглашения о свободной торговле между Канадой и Республикой Корея.

Примат коммерческих интересов был объявлен основой внешней политики страны в Плане действий по освоению глобальных рынков, принятом МИДТР в ноябре 2013 г. Для его реализации намечены четыре главных направления: выход и закрепление на наиболее значимых для страны и бизнеса внешних рынках; развитие экономической дипломатии; поиск новых инвестиционных и торговых возможностей; усиление конкурентного потенциала Канады. (Россия была исключена из списка торговых приоритетов Канады в связи с введенными против неё санкциями). Резюмируя, один из самых из-

177

Санкции как инструмент внешней политики Канады

вестных канадских журналистов Дж. Иббитсон писал, что принцип «торговля прежде всего» стал для Оттавы аксиомой, а экономическая дипломатия превратилась в приоритетное направление международной деятельности»[9].

Канада, являясь активным участником международных торговоинвестиционных обменов, применяет санкции как один из способов достижения внешнеполитических целей. Страна стояла у истоков санкционной политики - представитель Канады У. Риделл, известный дипломат и учёный, входил в состав координационного Комитета Лиги Наций, занимавшегося подготовкой международных экономических санкций против Италии в 1935-1936 гг. У. Риделл активно участвовал в разработке правил и процедур применения принудительных мер, выступая за расширении спектра запрещенных поставок в Италию в связи с ее агрессией в отношении Эфиопии. Его позиция, однако, не получила поддержки премьер-министра У. М. Кинга (годы пребывания у власти: 1921-1930; 1935-1948), сторонника «мягких санкций», отправившего У. Риделла в отставку и заменившего его Л. Пирсоном (впоследствии ставшего премьер-министром Канады и нобелевским лауреатом). Кстати, сам Л. Пирсон сожалел о случившемся, полагая, что введение «жестких» санкций могло бы удержать Италию от нападения на Эфиопию.

С тех пор санкции вошли в арсенал официальной Оттавы в качестве одного из достаточно широко используемых внешнеполитических рычагов воздействия на страны-нарушители. В настоящее время канадские экономические санкции и контрмеры введены в отношении 22 государств, в том числе против России и Украины (в случае Украины речь идет о некоторых членах правительства В. Януковича, о Донецкой и Луганской республиках, их руководителях и компаниях). Кроме того, Канада присоединилась к санкциям ООН против террористических группировок «Аль-Каида» и «Талибан», а также внесла Сирию и Иран в список государств, поддерживающих терроризм.

О санкциях в международной практике

Санкции - один из важнейших и весьма распространённых инструментов экономической дипломатии, который представляет собой действенную альтернативу военным методам урегулирования конфликтов. Причины и поводы для применения санкций, их содержание и последствия - одна из наиболее сложных проблем междуна-

178

Канадский ежегодник

Выпуск 19 - 2015

родного права, вызывающая острые политические и научные дискуссии. Оценки оснований и результатов («успехов» и «неудач») введения таких мер могут сильно различаться по существу. В особенности, если речь идет не об относительно отдаленном прошлом, а о текущих событиях, происходящих в условиях глобальной трансформации современного мироустройства.

Санкции используются как меры принуждения, направленные на изменение «некорректного поведения» того или иного государства, как наказание за совершённые им действия и как предостережение другим странам [5]. Их применение может быть продиктовано интересами обеспечения безопасности, экономическими соображениями, необходимостью разрешения конфликтов или соблюдения моральных или идеологических ценностных ориентиры. Политолог из Кар-лтонского университета (Оттава) Л. Ван ден Берг обобщила предназначение санкций следующим образом: «введение санкций позволяет государствам показать, что они что-то делают в условиях неправильного поведения других стран, предотвращая самые непредсказуемые сценарии, такие, как войны» [13, 8].

В многолетней истории санкций отмечаются и впечатляющие успехи, и крупные неудачи. Авторы неоднократно переизданной книги, посвященной экономическим санкциям - американские ученые Е. Хафбауэр, Дж. Шотт и К. Эллиотт - свидетельствуют, что за последние 30 лет санкции вводились более 100 раз. Поставленных целей они достигали в 34% случаев, и эта доля возрастала до 51%, если они использовались не для смены режима, а для изменения конкретной политики [12]. К успехам санкций обычно относят международные санкции против режима апартеида в ЮАР (1977-1994 гг. ), которые сыграли важную роль в его ликвидации, и против Южной Родезии (в 1966-1979 гг.), которые способствовали падению расистского правительства и провозглашению независимости Зимбабве. Санкции против Ирана заставили его правительство сесть за стол переговоров, которые привели к заключению соглашения по его ядерной программе в июле 2015 г. Неудачными признаются меры, в отношении Северной. Кореи, принятые почти всеми членами международного сообщества, однако пока оказавшиеся безрезультатными - ядерные разработки и нарушения прав человека в этой стране продолжаются. Не сработали санкции ООН против Саддама Хусейна, наложенные в 1990-е годы, и экономическое эмбарго США Кубы,

179

Санкции как инструмент внешней политики Канады

которые не достигли цели, а кубинский вектор лишь ухудшил международный имидж США.

Применение международных санкций предусмотрено Уставом ООН, который включает положения о принудительных мерах военного и невоенного характера. К числу невоенных мер относятся: полное или частичное прекращение экономических отношений, железнодорожных, морских, воздушных, почтовых, телеграфных, радио или других видов сообщения, а также разрыв дипломатических отношений. Речь идет как о всеобъемлющих экономических и торговых санкциях, так и о мерах конкретной направленности (эмбарго на поставки оружия, запрет на поездки, финансовые ограничения). Санкции вводятся в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН в случае угрозы миру, нарушения международной безопасности и актов агрессии. Меры могут применяться против государств, групп граждан и отдельных лиц.

Установление и действие режима коллективных принудительных мер на уровне Совета Безопасности ООН сопряжено с немалыми трудностями. Во-первых, налагаемые организацией санкции могут приниматься в очень ограниченном диапазоне, только в целях «предотвращения и устранения угрозы миру и подавления актов агрессии или других нарушений мира». Во-вторых, для введения запретительных мер необходим консенсус, достижение которого становится в условиях обострения международных отношений практически невозможным. В-третьих СБ ООН не обладает достаточными полномочиями для воздействия на нарушителей взятых на себя обязательств по реализации санкционной политики [5]. В этой связи широкое распространение в мировой практике получили односторонние рестрикции, причины введения которых, формы и параметры определяются национальным законодательством.

Законодательная база применяемых Канадой санкций

При проведении санкционной политики Оттава опирается, прежде всего, на законодательную и правовую базу, разработанную международными организациями. Страна активно участвует в кампаниях такого рода в рамках ООН и других многосторонних организаций, членом которых она является. Вместе с тем, по указанным выше причинам, Оттава нередко прибегает к использованию односторонних мер, включенных в национальное законодательство. Как и в

180

Канадский ежегодник

Выпуск 19 - 2015

США, в Канаде действует целый ряд законов, распространяющихся на санкционную политику.

Это, во-первых, Уголовный кодекс Канады. Он запрещает всем лицам, находящимся на территории Канады и всем канадцам, выехавшим за рубеж, вступать в имущественные отношения с террористическими группами или организациями, а также объединениями, действующими от их имени. Названия «неблагонадёжных» структур включены в специальный список, опубликованный на сайте Министерства юстиции [11].

Во-вторых, в качестве законодательной основы санкций используется закон 1992 г. «Об особых экономических мерах» (Special Economic Measures Act - SEMA). Он применяется в двух случаях: для выполнения резолюций международных организаций, членом которых является Канада, и в одностороннем порядке - по рекомендации лица, которому кабинет делегирует соответствующие полномочия (Governor in Council). Уполномоченный представитель правительства информирует Парламент об угрозе безопасности в мире, которая возникла в результате деятельности тех или иных субъектов политики. Как правило, такого рода функция возлагается на генерал-губернатора Канады, а решение принимается Парламентом и утверждается королевой. Под действие закона подпадают иностранные государства, граждане и организации, находящиеся на территории подвергаемых санкциям государств, а также граждане и организации этих государств, находящиеся на территории Канады. Предусмотрен широкий круг запретов и ограничений: на вступление с перечисленными объектами применения санкций в имущественные, торговые, экономические, финансовые отношения; на передачу технической информации, предоставление им различных услуг - вплоть до прекращения морского и воздушного сообщения с государством-нарушителем [6, 2-4.].

Содержание и масштабы санкций существенно отличаются в зависимости от страны, подвергнутой «наказаниям». По каждой из них принимается специальное постановление (Special Economic Measures Regulations). Наиболее жесткие действия на основании закона были предприняты Канадой против Ирана и Северной Кореи. Антироссийские санкции были введены постановлением о специальных экономических мерах в отношении России от 17 марта 2014 г. Поскольку санкции ООН приняты не были, канадское руководство

181

Санкции как инструмент внешней политики Канады

обосновало введение запретов «недопустимыми нарушениями суверенитета и территориальной целостности Украины, которые могут представлять серьезную угрозу международной стабильности». В дальнейшем список и параметры санкций обновлялись и расширялись в ходе более чем десяти раундов.

В-третьих, законодательной основой может служить закон «О замораживании активов коррумпированных иностранных должностных лиц» (Freezing Assets of Corrupt Foreign Officials Act). Он позволяет блокировать активы и удерживать имущество иностранных политических деятелей по письменному требованию иностранного государства, находящегося в конфликтной или нестабильной ситуации. В соответствии с ним в марте 2014 г. Канада заморозила активы 18 бывших чиновников Украины, в том числе ее экс-президента В. Януковича.

В-четвертых, применяется закон «Об иностранных экстерриториальных мерах» (Foreign Extraterritorial Measures Act), который направлен на защиту интересов канадских граждан, организаций и фирм от попыток экстерриториального применения против них законодательства других стран [10]. В частности, положения этого закона были применены в ответ на вступление в силу в США в 1996 г. закона Хелмса - Бертона. Данный закон предусматривал санкции против иностранных компаний, которые использовали собственность, прежде принадлежавшую американским или кубиноамериканским компаниям и экспроприированную после революции на Кубе. Канадский закон «Об иностранных экстерриториальных мерах» помог оградить некоторые отечественные компании, работавшие на Кубе, от экстерриториального распространения американского законодательства.

В-пятых, может использоваться закон «О разрешении на экспорт и импорт» (Export and Import Permits Act), который, строго говоря, не является санкционным, однако его положения учитываются при введении рестрикций. Закон определяет те случаи, когда государство должно контролировать торговлю с некоторыми странами и поставки некоторых категорий товаров за рубеж.

Продуманная и разработанная законодательная база позволяет Оттаве при введении санкций проводить внешнеполитическую линию, отвечающую национальным интересам и соответствующую ее международным обязательствам.

182

Канадский ежегодник

Выпуск 19 - 2015

Что влияет на принятие решений о канадских санкциях?

Во-первых, участие в санкциях дает Канаде возможность доказать верность партнерским отношениям и союзническому долгу. Это - главный мотив ее санкционной политики.

Будучи средней державой, Канада не претендует на нанесение крупного ущерба или оказания сильного влияния введением санкций

- последствия ее санкционных мер несопоставимы с воздействием более крупных игроков - США или Великобритании. Ее роль может заключаться в поддержке или оппозиции коллективным санкциям. Отметим, что коллективные санкции вообще являются более эффективными, чем односторонние, поскольку выглядят гораздо менее предвзятыми по отношению к государству-нарушителю и при неукоснительном выполнении могут серьезно изменить его поведение. Односторонние ристриктивные меры обычно терпели неудачу: по оценкам экспертов, нанесенные такими санкциями потери составляли около 1% ВНП подверженных им стран, тогда как коллективные санкции - приблизительно 5%, а в случае с Ираком - даже 10% [5].

Канада может внести вклад именно в эти коллективные действия

- большинство режимов, которые «наказывала» Оттава, были объектом санкций ООН. Надо сказать, что принцип коллективных действий - один из определяющих во внешней и военной политике Канады, лежащий в основе политики мультилатерализма и коллективной безопасности. Известно, что страна была одним из основателей и активным участником практически всех международных институтов, в том числе ООН. Побудительным мотивом для таких действий была возможность, в рамках международных организаций, диверсифицировать внешнеполитические связи, создавать противовесы влиянию США. Правящие круги Канады убеждены также, что национальная безопасность может быть лучше всего обеспечена не собственными усилиями, а через систему коллективной безопасности. Канаду, не имеющую собственных претензий на мировое господство, вполне устраивала и устраивает вспомогательная роль в военных союзах НАТО и НОРАД, которая рассматривается как необходимое и достаточное условие обеспечения национальной безопасности. Установка на коллективную безопасность позволяет Канаде минимизировать собственные военные усилия, которые могли быть для нее непосильными, учитывая ее огромную территорию, самую длинную в мире протяженность морских и береговых границ, при ограничен-

183

Санкции как инструмент внешней политики Канады

ности людских ресурсов. Но, как известно, «за всё в жизни надо платить», а потому Канада не только согласовывает свою международную деятельность с Вашингтоном, но нередко напрямую выполняет его поручения. При этом Белый дом может перекладывать на Канаду функции, которые он сам не хочет или по каким-то причинам не может осуществлять. В целом участие в военных блоках и соглашениях (НАТО и НОРАД), а также выполнение международных обязательств были и остаются незыблемыми основами внешнеполитического курса страны.

Представляется, что в санкционной политике Запада Канаде отводится определенная роль - громогласная по своей риторике и относительно незначительная по содержанию. Данный тезис можно проиллюстрировать на примерах антироссийских санкций 2014-2015 гг. и антикитайских контрмер, введенных после событий на площади Тяньаньмэнь 1989 г.

По масштабам, содержанию и срокам применения, антироссийские санкции Канады оказались более умеренными, чем меры, введённые Соединенными Штатами и Европейским Союзом. Понятно, что в силу своего статуса «средней державы» и достаточно скромного уровня развития двусторонних торгово-экономических связей, Канада не стала, да и не могла бы быть ключевым игроком в политике экономических санкций Запада против России.

В том же, что касается безаппеляционности и жесткости обвинений и угроз в адрес России, правительство С. Харпера превзошло официальных представителей ЕС и США, которые иногда и частично всё же признавали сложность и неоднозначность ситуации на Украине. Из недавних событий можно упомянуть заявление С. Харпера в июне 2015 г. о том, что России не место в «Большой семерке» и внесение в июле 2015 г. резолюции Парламентской ассамблеи Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе осуждающей нарушения Россией международных норм. Основные усилия Оттавы были сконцентрированы на политико-дипломатических шагах, позволивших проявить лояльность общему курсу союзников и продемонстрировать значение украинского вектора для внешнеполитического курса Канады.

Схожей была тактика с санкциями в отношении Китая после подавления студенческих выступлений 1989 г. Канада выступила тогда с очень жесткими заявлениями и осуждениями властей КНР, отозва-

184

Канадский ежегодник

Выпуск 19 - 2015

ла посла, но ограничилась поддержкой международных санкций в рамках ООН, международных финансовых институтов и весьма слабыми односторонними запретами. Санкции, введенные Оттавой, были значительно слабее, чем меры других государств (США, Японии, ряда европейских стран), носили в основном символический характер и практически не повлияли на двусторонние отношения.

Во-вторых, Канада - страна с многоэтническим, мнгоконфес-сиональным составом населения, где позиции диаспор влияют, а иногда и решают исход избирательных кампаний. При принятии политических решений, тем более тех, что касаются санкционных мер, учитываются интересы соответствующих этнических групп, члены которых поддерживают тесные связи с родственниками и друзьями в странах происхождения и лоббируют или оказывают воздействие на санкционную политику. Например, украинская диаспора одна из самых активных и сплоченных этнических групп Канады, насчитывающая более 1,2 млн человек (девятая по величине диаспора страны). Канада и прежде уделяла пристальное внимание развитию отношений с Украиной - одной из первых признала её независимость в 1991 г., активно лоббировала в пользу её вступления в НАТО. А в 2011 г. С. Харпер даже получил награду от Украиноканадского конгресса за «большой вклад в развитие украинской общины». Поддержка украинской диаспоры имеет особое значение для правящей Консервативной партии Канады в свете намеченных на октябрь 2015 г. федеральных выборов Большинство украинских организаций Канады придерживается жесткой линии в отношении России и недовольно слишком «деликатным» отношением Оттавы.

В-третьих, соображения прагматизма. Как показано выше, Канада старалась вводить не слишком жесткие экономически, но достаточно эмоционально окрашенные и «звучные» санкции. Вместе с тем, тогда, когда принудительные меры были ей не выгодны, действовала независимо и даже нарушала консенсус с союзниками. Наиболее убедительным примером является кубинский вектор. Из всех государств Северной и Южной Америки лишь Мексика и Канада отказались от присоединения к торгово-экономической блокаде острова, объявленной США в 1961 г. В отличие от Вашингтона, Оттава не внесла Кубу в список стран, требующих особого подхода, а канадо-кубинские деловые, дипломатические и культурные контакты продолжались на прежнем уровне. Кубинские власти высоко оценивали политику Канады: в 1976 г., принимая премьер-министра

185

Санкции как инструмент внешней политики Канады

Канады П. Трюдо на Кубе, Ф. Кастро выделил Канаду из рядов других западных стран, сказав что «никогда не забудет тех, кто правильно вел себя в предшествовавшие трудные годы». А в 2012 г. он отметил, что канадский народ «всегда относился к Кубе с уважением» [3, 55].

Куба привлекательна для канадских деловых кругов с многих точек зрения. Она исключительно богата никелем, является одним из крупнейших в мире производителей сахара, имеет запасы кобальта, меди, марганцевой и железной руды, нефти и газа, обладает дешевой и достаточно квалифицированной рабочей силой, весьма перспективна для развития туризма и инвестиций. Преимуществом Кубы перед многими другими странами Латинской Америки является и то, что она гораздо менее заражена главной социальной «болезнью» региона - наркоманией. Тот факт, что после революции Канада не разорвала дипломатические и торгово-экономические отношения с Кубой и в дальнейшем следовала этой своей линии, умело использовался Оттавой для демонстрации независимости своего внешнеполитического курса и повышения международного престижа.

Принятие Соединенными Штатами в 1996 г. упомянутого выше закона Хелмса-Бертона привело к заметному обострению канадоамериканских отношений - под действие этого закона подпадало в то время около 50 канадских корпораций. Одной из первых жертв применения санкций стала канадская Шеритт интернейшнл, сразу же включенная американской администрацией в «черный список». Ше-ритт была выбрана для «показательного процесса» не случайно. Остановившись именно на канадской фирме как объекте для наказания, США стремились наказать Канаду за смелую и независимую позицию по кубинскому вопросу. Реакция Оттавы последовала незамедлительно: МИД Канады выступил с официальным осуждением США за «недозволенное применение американских законов к иностранным компаниям». В августе 1996 г. 34 государства - члена Организации американских государств, в том числе партнеры США по НАФТА - Канада и Мексика - одобрили резолюцию, объявившую статут Хелмса-Бартона «несоответствующим международному праву». Протестуя против принятия антикубинского закона, Канада не ограничилась лишь словесной перепалкой. Именно она была инициатором подачи, вместе с ЕС, жалобы на США во Всемирную Торговую Организацию в 1997. В отличие от ЕС, который пошел на попятную после обещания Вашингтона не применять санкций против

186

Канадский ежегодник

Выпуск 19 - 2015

европейских компаний, Канада сохраняет прежнюю резко отрицательную позицию по отношению к закону и настаивает на его отмене. Восстановление американо-кубинских отношений в 2015 г., открытие посольств США на Кубе и кубинского - в США помогут развязать этот узел американо-канадских противоречий. Тем не менее, прецедент неповиновения Канады требованиям союзников в тех случаях, когда задеты ее торгово-экономические интересы, останется в истории экономических санкций.

Попытки защиты Канадой своих коммерческих интересов просматриваются и в контексте антироссийских санкций. Так, до последнего момента в канадском «черном списке» не было названий крупнейших российских топливно-энергетических компаний, таких, «Транснефть», «Газпром», «Лукойл», «Сургутнефть» и Роснефть, включенных в перечни США и/или Евросоюза. Несмотря на давление США, канадцы долго отказывались «подвергнуть остракизму» главу «Роснефти» И. И. Сечина, гендиректора «Ростеха» С. В. Чемезова и президента ОАО «Российские железные дороги» В. И. Якунина, являвшихся фигурантами американского и европейского «стоплистов». И только в феврале 2015 г. «Роснефть» и гендиректор «Ростеха» были включены в состав наказанных. Сохранение деловых связей с этими структурами было для канадцев весьма выгодным: «Роснефть» владела 30%-ной долей в проекте разработки трудноизвлекаемой нефти «Кардиум» в канадской провинции Альберта. А у канадской корпорации «Бомбардье», имеются совместные предприятия с корпорацией «Ростех» и с ОАО «Российские железные дороги». Эксперты не исключают также, что «мягкость» канадской стороны в отношении В. И. Якунина связана с ещё остающимися в силе планами закупки у «Бомбардье» подвижных составов для РЖД.

В-четвертых, политические мотивы. Несмотря на верность союзническому долгу и поддержке согласованных с партнерами подходов по международным вопросам, по ряду вопросов Канада проводит собственную линию, отличную от позиций других западных государств. Одним из свежих примеров является иранская проблематика. После заключение соглашения об иранской ядерной программе в июле 2015 г. Оттава заявила, что она не снимет антииранские санкции, пока внимательно не изучит условия договоренности и не убедится в намерении Ирана её соблюдать [7]. Это означало определённое отклонение от намерений ее союзников-членов «шестерки», согласившихся на частичную отмену рестрикций. По мне-

187

Санкции как инструмент внешней политики Канады

нию канадских обозревателей, С. Харпер оказался в сложной ситуации: одной стороны, давление США в пользу заключения соглашения, с другой - резкая реакция Израиля на «ядерную сделку». Напомним, что особенностью ближневосточной политики С. Харпера является однозначная и безоговорочная поддержка Израиля, которая и заставила Оттаву сделать непростой выбор.

* * *

Сочетание перечисленных факторов определяет санкционную политику Канады. Она приносит стране заметные дивиденды в виде политических выгод и имеет очевидные издержки, выражающиеся в материальных потерях. Введение санкций зачастую приводит к политическим спорам и создает напряженность в отношениях с другими государствами. Вместе с тем санкции являются весьма удобным инструментом, для применения которого не требуются согласие парламента и большие финансовые затраты. К тому же у правящей элиты появляется возможность получить дополнительные «политические очки» в глазах общественности, продемонстрировать свое намерение преследовать нарушителей международного порядка.

Отметим в заключение, что вопрос об эффективности санкций давно обсуждается в экспертном сообществе. В дискуссии включились и канадские специалисты. Так, один из самых авторитетных канадских специалистов по вопросам международных отношений К. Носсал считает, что санкции вообще не слишком результативны из-за глобального характера современной мировой экономики, в которой вводить и поддерживать по-настоящему строгие ограничения на потоки товаров и услуг становится все сложнее. Раз у Канады нет возможностей серьезно влиять на политику других стран, то нечего заниматься «ритуальными танцами и порождать неоправданные ожидания, замечает К. Носсал [13, 15].

Ему возражают другие специалисты, в том числе упомянутая выше Л. Ван ден Берг, сторонница участия Канады в санкциях. Такие меры, по мнению Л. Ван ден Берг, позволяют избежать военных действий, отреагировать на нарушения правил современного мироустройства и поддержать репутацию Канады как умелого переговорщика, опытного в нахождении развязок и компромиссов. Большинство канадских аналитиков разделяют точку зрения о том, что в будущем экономические санкции сохранят свое значение как способ

188

Канадский ежегодник

Выпуск 19 - 2015

управления конфликтами, в политике Канады, других стран и основных международных организаций.

СПИСОК ЦИТИРУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Братерский М. В. Расцвет экономической дипломатии, надолго ли?// РСМД, 07.10.2014. URL: http: // russiancouncil.ru/inner/ ?id_4=4509#top

2. Исраелян Е. В. Внешняя политика Канады: экономическое измерение // «Россия и Америка в XXI в.» Электронный научный журнал. № 2. 2014. URL: http://www.rusus.ru/?act=read&id=412

3. Комкова Е. Г. Метаморфозы кубинской политики Канады // Латинская Америка. - 2013. - № 5. - С. 48-60.

4. Концепция внешней политики Российской Федерации. Утвержде-

на Президентом Российской Федерации В.В. Путиным 12 февраля 2013 г. 303-18- 02-2013 URL:

http://www.mid.ru/web/guest/foreign_policy/official_documents/-/asset_publisher/CptICkB6BZ29/content/id/122186

5. Мировая политика: теория, методология, прикладной анализ / Отв. ред. А. А. Кокошин, А. Д. Богатуров. - M.: КомКнига, 2005. -Гл. 11. URL: http://www.obraforum.ru/Mirovaja_politika/chapter11.htm#

6. Canada Special Economic Measures Act. S.C. 1992. С. 17.

7. Clark C. Canada to Keep Sanctions Against Iran Despite Nuclear Deal // The Globe and Mail. 14.07.2015.

8. Foreign Affairs, Trade and Development Canada. Global Markets Action Plan. URL: http://www.international.gc.ca/global-markets-marches-mondiaux/plan.aspx?lang=eng

9. Ibbitson J. How Harper Transformed Canada’s Foreign Policy // The Globe and Mail. 31 .01.2014

10. Jetten D., Millen R., Shatiryan V. A Primer on Canadian Sanctions

Legislation. 02.24.2014 URL: http://www.blakes.com/mobile/

bulletins/pages/details.aspx?bulletinid=1895

189

Санкции как инструмент внешней политики Канады

11. Regulations Establishing a List of Entities. SOR/2002-284 Justice Laws Web Site.

12. Saunders D. That’s the Puzzle of Sanctions // The Globe and Mail. 06.12.2014.

13. van den Berg L. Economic Sanctions. An Effective Tool of Foreign Policy Statecraft? // Queen’s Policy Review. - 2010. - Vol. 1. - No. 1. -Spring. P. 3-17.

Информация об авторе

Ф.И.О.: Исраелян Евгения Викторовна / Issraelyan Evgenia Viktorovna

Место работы: Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт Соединенных Штатов Америки и Канады Российской Академии Наук (ИСКРАН), г. Москва, Российская Федерация / Institute for USA and Canada Studies, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russian Federation

Должность: ведущий научный сотрудник

Ученая степень: кандидат исторических наук

Электронная почта: evgenia@csociety.ru

Почтовый адрес: 123995, ГСП-5, РФ, г. Москва, Хлебный пер., 2/3.

Название статьи: Санкции как инструмент внешней политики Канады / Sanctions as a Tool of Canadian Foreign Policy

190