Ювелирная точность перевода

Французский дом высокой и пронзительной ювелирной моды, флагман материальной сокровищницы Вандомской площади Van Cleef & Arpels представил на прошлой неделе в Париже свое новое драгоценное собрание. Коллекция, взглянуть на которую можно будет в ходе XXV Парижской биеннале антикваров (адрес прежний — павильоны Grand Palais; выставка пройдет с 15 по 22 сентября), демонстрирует крайне редкое природное явление. А именно — умение ювелиров обращаться с выдающимся литературным источником, их искусство переводить, так сказать, на драгоценный язык не менее драгоценные буквы и строки. Итак, линия Les Voyages Extraordinaires Van Cleef & Arpels создана по мотивам одноименного цикла произведений плодовитого французского фантаста, географа и путешественника Жюля Верна.

Необходимо отметить, что Van Cleef & Arpels — это единственный большой ювелирный дом, завидно и регулярно обращающийся к литературным источникам. Вот и президент Van Cleef & Arpels, опытнейший боец гламурного фронта господин Станислас де Керсис счастливо напомнил нам, что подведомственная ему марка уже питалась лирическими литературными соками. Так, прославленная современными голливудскими дивами коллекция A Midsummer Night`s Dream, в которой были представлены украшения, уже ставшие хрестоматийными (например, "корсажные" броши в виде фигурок фей), была создана по следам романтической комедии Шекспира "Сон в летнюю ночь" (1594-1596). "Толстые книги Жюля Верна полны удивительных персонажей, сказочных и наивных, красивых и специальным, нереальным образом прелестных. Иными словами, это герои, наделенные теми самыми качествами, какие присущи и нашим фирменным, историческим драгоценностям",— проницательно заключил господин де Керсис. Мы можем добавить, что все без исключения собрания VCA непременно имеют математически четкую структуру и ясный, сквозной, объединяющий все части коллекции сюжет: здесь достаточно вспомнить выдающуюся линию Une Journee a Paris или же последнюю коллекцию California Reverie, созданную в прошлом году в честь 70-летия присутствия VCA на важном американском рынке. Склонность данной марки к указанной математической, выдрессированной литературности объясняется просто: дом Van Cleef & Arpels — ярый адепт классического французского фигуративного ювелирного искусства. Драгоценности Van Cleef & Arpels, несмотря на всю их нежность, сказочность и видимую чувственность, всегда чрезвычайно интеллигибельны, осмысленны: такие драгоценности способны создавать именно французы, именно картезианцы.

В новой коллекции VCA, разумеется, имеющей почетный статус haute joaillerie, представлены все популярные типы украшений — есть и большие парадные колье, и сложные кольца, и крупные многоступенчатые серьги, и "корсажные" броши, однако именно последние драгоценности привлекут к себе наибольшее внимание посетителей предстоящей биеннале. Дело в том, что в искусстве создания брошей мастерам VCA нет, не было и никогда не будет равных. Не случайно флагманской драгоценностью, центральной эмблемой Les Voyages Extraordinaires назначена именно брошь — и это великолепный драгоценный слон с древнеримским именем Maximus, благополучно "прибывший" в ювелирную коллекцию из романа Верна "Пять недель на воздушном шаре". Maximus — идеальный пример классической ювелирной скульптуры, в равной, сбалансированной мере демонстрирующей и форму, и содержание. Начнем с содержания: достойный учебника Maximus создан из платины, белых и серых бриллиантов, в искусно загнутом хоботе слон держит топаз оранжево-медового оттенка весом в 48,13 карата. Несколько слов и о форме царственного Maximus: эта крупная, упитанная, a priori массивная, многосоставная драгоценность, тем не менее, выглядит лапидарной, окончательно и бесповоротно свершившейся вещью. Заметим в скобках, что Maximus, драгоценность вызывающе, обжигающе африканскую, в коллекции сопровождает целая вереница экзотических персонажей: дельфины, пингвины, лемуры, белые полярные медведи, пеликаны, жирафы, выполненные из платины и белого золота, белых и цветных бриллиантов, изумрудов, сапфиров, рубинов, оникса.

Разумеется, мастера VCA уделили внимание не только животному и флористическому мирам (за что в первую очередь отвечает асимметричное цветочное колье Andromede), но и природным ландшафтным явлениям. Например, удивительным водопадам и опасным вулканам, "приплывшим" в свежее драгоценное собрание из романа Жюля Верна "Путешествие в центр Земли". И вот вулканы и водопады подарили жизнь легкокрылому колье под названием Stromboli — симметричному этюду из белого золота, цветных сапфиров, с каскадом желтых бриллиантов. И вновь перед нами — идеальное французское украшение, обладающее сюжетом, харизмой, независимое и торжественное.