Семантическое поле как лексическая категория и метод анализа языка

СЕМАНТИЧЕСКОЕ ПОЛЕ КАК ЛЕКСИЧЕСКАЯ КАТЕГОРИЯ И МЕТОД АНАЛИЗА ЯЗЫКА

В.Н. ДЕНИСЕНКО

Кафедра общего и русского языкознания филологического факультета Российский университет дружбы народов ул. Миклухо-Маклая, 6, Москва, 117198, Россия

В статье исследуется вопрос о семантическом поле как лексической категории, комплексной единице и методе функционально-семантического описания языка. Поле рассматривается в единстве его парадигматического, синтагматического и эпидигматического измерений, образующих базу функциональной интерпретации «семантического пространства» языковых единиц. Дается общая характеристика типологии семантических полей (процессуальные, признаковые, предметные) и специфика их семантического анализа.

Можно указать на несколько причин, стимулирующих обращение лингвистов к семантическому полю. Это прежде всего ярко выраженная направленность науки XX века, начиная с его первых десятилетий, на изучение ее объектов как системы. Эта общая тенденция нашла яркое выражение в бурном развитии семиотики, особенно после исследований Ч.С. Пирса (см. переводы его работ: Пирс 2000а, Пирс 20006, Пирс 2000в), в стремлении осознать единство всех наук как знаковых систем, найти некое универсальное начало в них при всей их специфике. Отсюда проникновение в лингвистику ставших очевидными понятий, подкрепленных экспериментально в естественных и некоторых других науках, например, концепции поля в физике (электромагнитное, гравитационное поле), строгих систем в химии (периодическая система элементов Д.И. Менделеева), некоторых построений в психологии (гештальтпсихология) и др.

Но самое непосредственное влияние на развитие теории поля в языкознании оказали работы В. фон Гумбольдта (ср. его учение о внутренней форме языка, через призму которой его носители системно воспринимают мир, будучи окруженными им), продолженные его последователями - представителями неогумбольдтианства, а также эпохальный «Курс общей лингвистики» Ф. де Соссюра.

Основные этапы развития теории поля обзорно даны в работах А. И. Кузнецовой (Кузнецова 1963), X. Геккелера (Geckeler 1971), Ю.Н. Караулов (Караулов 1976). Поэтому остановимся здесь лишь на некоторых, наиболее важных для исследования указанной проблематики вопросах.

По существу, самое серьезное и подкрепленное солидным языковым материалом начало в изучении теории поля было положено Й. Триром, его

исследованием «Der deutsche Wortschatz im Sinnbezirk der Verstandes, Heidelberg, 1931 (Trier 1931). Поле Й. Трира называют понятийным и парадигматическим.

И. Триру одному их первых семантиков удалось на материале немецкого языка раскрыть внутреннюю форму языка, исходя из понятийного поля (Sinnbezirk, Begriffsfeld), на которое как бы накладывается языковое словесное поле (Wortfeld), приспосабливающееся к первому: «Исследовать членение поля - значит исследовать в определенных границах кусочек внутренней формы языка и тем самым обнаружить внутреннюю форму языка в известный период» (Trier 1931, 20). Центральным понятием в его системе является целостная структура и система значимостей (valeur, по Ф. де Соссюру), с помощью которых слова-понятия получают свою определенность в системе. Доминирующим здесь оказывается понятие целого, структуры: единичное - производно и зачастую почти лишено самостоятельности.

Разработка системы понятийного поля Й. Триром имела большое значение для развития идеографического описания лексики, открыв новый путь системного описания словаря (см. например, ономасиологическую интерпретацию поля ‘Klugheit’) (‘ум’, ‘разум’): Trier 1932). Однако такой подход был ограничен главным образом центральным значением, смыслом, понятием, оставляя в стороне вторичные, периферийные средства выражения содержания семантического поля. Это, разумеется, не давало полного представления о языке как промежуточном мире (Zwischenwelt), стоящем между человеком и отражаемой внеязыковой действительностью, и привело последователей Й. Трира, например Л. Вайсгербера, к необходимости учета в идеографическом описании лексики не только логических понятий, но и собственно языковых «наивных понятий» (Popufarbegriffe), т.е. всего арсенала языковых средств как выражения некоторого обобщенного смысла (Kronasser 1952, 62).

Критика сугубо логической теории Й. Трира оказалась существенной для дальнейшей интерпретации теории поля. Логическая (научная) и «наивная» языковые картины мира не вполне совпадают. Это побудило позднее Р. Халлинга и В. Вартбурга при создании классификации единиц идеографического словаря (“Begriffssystem als Grunlage fur die Lexikographie”. Berlin, 1952) обратиться к «наивным понятиям» и «наивной картине мира», «чтобы отразить то представление о мире, которое характерно для среднего интеллигентного носителя языка и основано на донаучных общих понятиях, представляемых в его распоряжение языком» (Hallig und Wartburg 1952, XIV). О расхождениях двух «картин мира» см. у Ю.Д. Апресяна (Апресян 1995,1, 57 - 60).

Учет вторичных, периферийных значений, привлеченных в качестве средств номинации, крайне важен как существенная корректировка чисто логических

построений. Вторичные значения являются переносными (часто образными) номинациями, входящими в рассматриваемое поле.

Составители «Русского семантического словаря» под общей редакцией Н.Ю. Шведовой справедливо включают в семантические классы не только наименование в первичной семантической функции (словарное значение - 1), но и во вторичной функции (значения - 2, 3, 4...). Ср., например, класс наименований невоспитанности, неразвитости, грубости, подлости: бесстыдник, грубиян, мерзавец, наглец, негодяй, пакостник, подлец, подонок (1) и гад (2), гнида (2), деревня (4), пес (2), свинья (4), сука {У), урод (3) и т.п. (Русский семантический словарь 1998,1,118-119).

Подобный подход оказывается преимущественным или даже исключительным в целом ряде исследований, так или иначе продолжающих и развивающих концепцию Й. Трира (Л. Вайсгербер, К. Ройнинг, Б. Потье, О. Духачек, Г. Маторе и др.), а также в большинстве идеографических- словарей.

Рассмотрим кратко соотнесение парадигматического и синтагматического

полей.

Общая схема парадигматического семантического поля (ПСП) может быть представлена в виде круга, включающего в себя единицы такого поля:

ПСП

Синтагматика же поля, фиксирующая закономерности употребления его единиц, остается за его пределами. Между тем мыслить поле только как парадигму - значит оставлять в стороне употребление его единиц. Поэтому парадигматическое поле должно рассматриваться в единстве с синтагматическим.

Наряду с парадигматическим полем Й. Трира можно говорить о синтагматическом поле В. Порцига, идея которого излагается в его исследовании «Das Wunder der Sprache». Bern, 1950: Porzig 1950). В центре внимания здесь - характерные употребления - конструкции типа «глагол+существительное», «прилагательное+

глагол» и т.п.: gehen - Fiisse ‘идти - ноги’, sehen- Auge ‘видеть - глаз’, greifen - Hand ‘хватать - рука’, horen - Ohr ‘слышать - ухо’, lecken - Zunge ‘лизать - язык’, kiissen -Lippen ‘целовать - губы’, bliihen - Pflanze ‘цвести - растения’, blond - Нааг ‘светлый -волосы’ и т.п. Э. Косериу назвал такие связи «лексическими солидарностями» (Косериу 1969). Они основаны на законе семантического согласования единиц, в значении которых есть общие повторяющиеся семы. Сходную полевую методику анализа можно обнаружить и у других исследователей, например у К. Баумгертнера .

Однако парадигматическое поле и лексические солидарности могли дать новое качество полю только после того, как были соотнесены в нем как его парадигматика и синтагматика. Было установлено, что парадигматические свойства единиц (степень их близости) оказываются соотнесенными с синтагматическими (сходством их употребления) (Новиков 1987, 79, Абрамов 1992, 58 и др.). В поле ‘передача’ общие синтагматические связи глагола с другими единицами (актантами) регулируются формулой (которая может модифицироваться в зависимости от семантики классов):

NiV-nep.N4N3

(+сирконстанты);

в поле ‘созидание’:

NiV.C03 .N4 из N2 (+сирконстанты).

В.П. Абрамов в монографии «Синтагматика семантического поля» (Ростов-на-Дону, 1992) приходит к выводу, что в семантическом поле «выделяются синтагматические семантически согласуемые классы, т.е. линейные корреляции типов глаголов <...> и классов имен объектов <...> Семантическое поле получает не только парадигматическую, но и синтагматическую интерпретацию как систему согласовательных классов, связанных с семантикой соотносимых парадигматических классов» (Абрамов 1992, 30).

Ср.:

сделать калитку

срубить дом

поставить забор

вымостить улицу

покрыть (асфальтом) дорогу

обосновать теорию

развить мысль

создать учение

и т.п.

Попытка построения синтагматического поля, разумеется, как дополнение к парадигматическому (а вместе они - два измерения поля) представляет интерес для функциональной интерпретации исследуемой категории. Такое поле содержит в себе необходимые языковые средства реализации единиц поля (часто - в сходных конструкциях) с тем же общим значением плюс «привлеченные» единицы смежных согласуемых полей, без которых реализация единиц исходного поля невозможна:

жарить + на сковороде + в масле тушить + в кастрюле + в собственном соку вялить + на солнце

Как видно, сочетающиеся с глаголами приготовления слова относятся к «привлеченным» из других полей. Но они крайне необходимы для употребления глаголов исходного поля.

Синтагматическое семантическое поле (ССП) «расширяет» границы

парадигматического за счет устойчивых контекстов. Его можно изобразить в виде

эллипса:

ССП

Можно вслед за Г.С. Щуром (Щур 1974) говорить и о других полях (функционально-семантических, грамматических, ассоциативных и др.).

Вместе с тем заслуживает безусловного внимания эпидигматическое поле Д.Н. Шмелева как система внутрисловной семантической деривации и словопроизводственных отношений (Шмелев 1973, 191), разумеется, если

многозначность не «расщепляет» системы производных (или многозначные слова) на разные, хотя и связанные, семантические поля.

Понятие функционального поля (Денисенко 1999, 3 - 12) является дальнейшим развитием теории поля. Именно функциональный подход к значению позволяет не только глубже проникнуть в природу парадигматики этой категории, показать внутреннюю зависимость общей семантики и семантики классов и их единиц, но и сделать более очевидным и закономерно проявляющимся само употребление этих единиц.

Парадигматика, синтагматика и эпидигматика - три взаимосвязанные характеристики единого поля как сложной семантической сферы лексики.

Необходимо рассмотреть вопрос о типологии полей, который является пока слабо исследованным. Мы опираемся здесь на статью Л.А. Новикова «Эскиз семантического поля» (Новиков 2001, II, 554-570).

Типология семантического поля находится в самом начале научной разработки. Между тем, выбор самого метода должен в полной мере учитывать тип поля: частеречный характер его ядерной части, способ расширения поля, характер деривации производных - членов семантического поля. Тип поля оказывается органически связанным с синтагматикой его единиц.

Л.А. Новиков намечает основные типологические характеристики семантических полей. Разумеется, его схема не охватывает всех типологических разновидностей, но обращает внимание на важнейшие из них.

Анализ различных типов полей позволяет с полным основанием говорить о процессуальных, признаковых, предметных (конкретных и абстрактных) семантических полях.

В процессуальном поле ядро образует глагольная лексема с общим значением действия. Так, например, семантическое поле ‘изменение’ является типичным процессуальным полем: изменяться- ведущая доминанта его, ядро всего поля. Этот глагол представляет, манифестирует семантический инвариант поля, который может быть положен в основу функциональной интерпретации поля. Усложнение его семантики, интерпретируемое с помощью дополнительных функций, образует основные семантические классы указанной семантической сферы лексики.

Естественно, что глагольная лексика оказывается в таком поле преобладающей и иерархически доминирующей. Существительные (изменение, перемена и т.п.), прилагательные (изменчивый, переменный и т.п.) и др. части речи как бы отражают структурно и семантически ядерный глагол, расширяя по указанным моделям заданное «семантическое пространство»:

изменять(ся)—*изменение—*изменчивый—^изменчиво...

Понятно, что анализ, адекватный такому объекту, должен начинаться с доминанты поля, отражающей его иерархический статус, т.е. с основного глагола, распространяющегося далее на доминанты классов и все его элементы и производные, образующие эпидигматическую систему поля. Функциональный подход сделает эту закономерность более наглядной и доказательной.

Признаковое семантическое поле группируется вокруг лексемы-прилагательного, несущей его общее (инвариантное) значение. Общие закономерности развертывания поля здесь те же, хотя направление его от доминант иное: ср., например:

веселый—'веселье, весельчак—*весело—^веселить...

Его анализ естественно начинать с изучения структуры и семантики доминанты веселый (ср. поля типа ‘красивый’, ‘белый’, ‘громкий’ и т.п.). Иерархический характер развертывания такого поля и его состав оказываются здесь иными.

Предметные поля (конкретные и абстрактные) имеют в своей основе существительное: ср. ‘средства передвижения’, ‘термины родства’, ‘воинские звания’, ‘воля’, ‘сила’ и т.п. Можно указать и на некоторые другие типы семантических полей, например, ‘координаты’, ‘направление’, поля, где главенствующую роль играют другие части речи (наречия, местоимения и др.).

Характер доминанты (ядерной лексемы) поля благодаря своим структурносемантическим свойствам оказывает решающее влияние на полноту реализации в том или ином поле категориальных отношений единиц, на синтаксическую выраженность связи единиц поля с другими словами и т.п. Так, естественно предположить, что в предметных полях крайне скудной окажется синонимия, антонимия и конверсия. Наоборот, она будет богато представлена, например, в признаковых семантических полях, где много единиц с качественной семантикой, несколько меньше - в процессуальных. Последние же обладают самой ярко выраженной синтагматикой (характерными синтаксическими формулами, конфигурациями).

Как видно, одним из центральных условий адекватного анализа поля является всесторонний учет его типологических характеристик. Если поле способно отразить принципиально все категориальные отношения в лексике (неполнота такого отражения может быть вызвана только онтологической спецификой объекта, ср., например, ограничение или отсутствие антонимии у конкретных слов), то его можно считать лексической категорией высшего порядка. Это в каком-то смысле исходная суперкатегория, в которой в зависимости от характера обозначаемых объектов отражаются все категориальные отношения или часть их.

Таким образом, являясь в таксономическом аспекте категорией высшего порядка, семантическое поле представляет собой и метод системно-функционального изучения языка.

Литература

1. Абрамов В.П. Синтагматика семантического поля. - Ростов-на-Дону, 1992.

2. Апресян Ю.Д. Избранные труды. Т. 1. Лексическая семантика. - М., 1995.

3. Караулов Ю.Н. Общая и русская идеография. - М., 1976.

4. Косерчу Э. Лексические солидарности // Вопросы учебной лексикографии. -М., 1969.

5. Кузнецова А.И. Понятие семантической системы языка и методы ее исследования. - М., 1963.

6. Новиков Л.А. Семантическое поле // Современный русский язык. Теоретический курс. Лексикология. - М., 1987.

7. Новиков Л.А. Семантическое поле // Русский язык. Энциклопедия. - М., 1997.

8. Новиков Л.А. Эскиз семантического поля // Новиков Л.А. Избранные труды.

Т. 2001.

9. Пирс Ч.С. Логические основания теории знаков. - СПб., 2000.

10. Пирс Ч.С. Начала прагматизма. - СПб., 2000.

11. Пирс Ч.С. Избранные философские произведения. - М., 2000.

12. Русский семантический словарь. Т. I., - М., 1998.

13. Шмелев ДН. Проблемы семантического анализа лексики. - М., 1973.

14. Щур Г.С. Теория поля в лингвистике. - М., 1974.

15. GeckelerH. Strukturelle Semantik und Wortfeldtheorie. - Miinchen, 1971.

16. Hallig R., Wartburg W. Begriffssystem als Grundlage fiir die Lexikographie. -Berlin, 1952.

17. Kronasser H. Handbuch der Semasiologie. - Heidelberg, 1952.

18. Porzig. Das Wunder der Sprache. - Bern, 1950.

19. Trier J. Der deutsche Wortschatz im Sinnbezirk des Verstandes. - Heidelberg, 1931.

20. Trier J. Die Idee der Klugheit in ihrer sprachlichen Entfaltung // Zeitsehrift fiir Deutschkunde, 1932, - Bd. 46, - №9.

THE SEMANTIC FIELD AS THE LEXICAL CATEGORY AND THE METHOD OF THE ANALYSIS

OF THE LANGUAGE

V.N. DENISENKO

General and Russian Linguistics Department of the Philological Faculty Peoples' Friendship University of Russia

6, St. Miklukho-Macklay, Moscow, 117198, Russia

The article deals with the semantic field as a lexical category the complex entity and the method of functional and semantic description of the language.

The field is described in the unity of its paradigmatic, symagmatic and epidigmatic dimensions forming the base for the functional interpretation of the semantic space of language unites.

There has been given the typology of the “semantic field” (of process, feature, object) and the specificity of the semantic analysis.