Русская ментальность в содержании и языке рассказа В. И. Даля «Невеста с площади»

РУССКАЯ МЕНТАЛЬНОСТЬ В СОДЕРЖАНИИ И ЯЗЫКЕ РАССКАЗА В.И. ДАЛЯ «НЕВЕСТА С ПЛОЩАДИ»

УДК 821.161.1

Год 2011 - юбилейный для Владимира Ивановича Даля, автора «Толкового словаря живого великорусского языка», писателя, моряка, медика, этнографа, знатока и собирателя отечественного фольклора. Его жизнь - пример подвижнического служения России, ее истории, культуре, языку. Даль писал: «...Живой народный язык, сберегший в жизненной свежести дух, который придает языку стойкость, силу, ясность, целость и красоту, должен послужить источником и сокровищницей для развития образованной русской речи» [Даль 2003: 6]. Язык для писателя - основа неисчерпаемой народной культуры, которую Владимир Иванович любил и знал, средство постижения духовного мира русского человека. «Климат, образ правления, вера дают каждому народу особенную физиономию, которая более или менее отражается в зеркале поэзии. Есть образ мыслей и чувствований, есть тьма обычаев, поверий и привычек, принадлежащих исключительно какому-нибудь народу» [Пушкин 1964, VII: 39-40] - с этой пушкинской формулой народности, из которой выросло современное понятие «ментальность», связана многообразная филологическая деятельность В.И. Даля.

«Менталитет (нем. mentalitat, от лат. mens, -ntis = разум, мышление) - совокупность психологических, интеллектуальных, идеологических, религиозных, эстетических особенностей мышления народа <...> проявляющихся в культуре, языке, поведении и т.п.; мировосприятие, умонастроение» [Колесов 2007: 10-11]. Следовательно, менталь-ность (в широком понимании) - национальный способ выражения и восприятия мира, глубинные представления о мире; это традиции, ценностные ориентиры, интеллектуальные, волевые, духовные качества национального характера в типичных его проявлениях. Проза В.И. Даля - своеобразная энциклопедия, в которой внимательный читатель найдет описание многочисленных примет и подробностей русского быта и особенностей русского национального бытия. Русский православный человек с присущими ему удивительными свой-

Г.Б. Буянова

В статье с точки зрения национальной ментальности анализируется рассказ В.И. Даля «Невеста с площади»; рассматриваются характерные черты и свойства русского национального характера, явившиеся в образах Дарьи и Терентия; особенности православного мироощущения и мировосприятия, обусловившие поступки героев произведения.

Ключевые слова: народность, менталитет, ментальность, национальный характер, национальное бытие.

ствами: отвагой и самоотверженностью, силой и глубиной чувств, искренней верой и безграничной удалью, нетерпимостью к несправедливости -изображен в произведениях писателя с редкой проницательностью и любовью.

Запоминающийся женский характер создает В.И. Даль в рассказе «Невеста с площади». Подобно Катерине Кабановой из «Грозы» А.Н. Островского, Дарья не терпит «никакой обиды или неправды», «напраслины», обладает «здравым прямым умом» (за что и получает на селе прозвание «козырь-девка») и добрым сердцем. Выданная замуж за Аксена («сын земского волостного писаря», «молодой щеголь, видный собой и с наживным достатком»), она смирилась с родительской волей и нелюбимым мужем. Героиня «Невесты с площади» обладает терпением, глубинную сущность которого В.И. Даль определил целым рядом слов-синонимов: «выносить, переносить, сносить, нуждаться, страдать, крепиться, мужаться, ожидать, выжидать чего-то лучшего, быть кротким, снисходить...» [Даль 2003: 401 -402].

Из милости, по снисхождению Дарья терпит обиды Аксена и умеряет его пьяный пыл: «Аксенка по заведенному обычаю хотел побить жену <.. > он

подступил к Дарье, как ему казалось, с геройской смелостью и решимостью... с невнятной бранью дополз до нее на растопырках, а ему казалось, что несся он соколом выше лесу стоячего, ниже облака ходячего! Дарье не стоило большого труда уложить его под лавку на солому, приготовленную для гусей, и заложить его там доской.» [Даль 1983: 365].

Надежда на лучшее связывается у Дарьи с рождением ребенка, которому Бог не дает веку. Невольной виновницей смерти первенца является она сама: «На нее (Дарью. - Г.Б.) напал такой непробудный сон, что она, проснувшись наконец довольно поздно, насилу опомнилась и сама тому удивилась. Первым движением ее было ощупать около себя ребенка - он был тут, но лежал поперек под нею: ее вдруг будто обдало льдом; она вскочила, схватила его в руки - он уже остывал; живой теплоты в нем уже не было. Она его заспала» [Даль 1983: 367]. Смерть ребенка, прожившего всего несколько дней, - трагедия, едва не приведшая Дарью к безумию. Если бы Аксен сумел разделить горе жены, трагедии бы не произошло. Он же «подошел к ней спокойно и равнодушно, взглянул на труп младенца, потом на Дарью и, отворачиваясь, сказал: «Что ж, одним выродком меньше на селе.» [Даль 1983: 368]. «Выродок. » В словаре В.И. Даля о значении этого слова читаем: «.Выродившийся, уклонившийся по виду от своей породы, несхожий с отцом или матерью; негодный, дурной, уродливый телом, душой» [Даль, 2003; 1: 310]. Аксен оскорбляет Дарью, обижает несчастного младенца, унижает самого себя в присутствии половины жителей села, набившихся в избу как на смотрины.

Именно это оскорбительное слово - «выродок» - стало последней каплей, переполнившей долготерпение героини, выплеснувшей ее обиду. «Дарья зарезала мужа!» - летит по селу через дворы, конопляники и загороды страшная весть. Убийство было совершено ослепленной гневом и яростью женщиной, поэтому Дарья и «отвечала<. >, что не ясно помнит, как это сталось, но помнит, что сделала это вышед из себя, когда Аксен при людях бранно обозвал младенца и навел такой поклеп на нее, ни в чем перед ним невиновную; что упрек этот она с трудом переносила прежде, а теперь была в беспамятстве и только смутно вспоминает, что случилось.» [Даль 1983: 370] Любопытно, что слова «ярый», «ярость», «яркий» имеют один корень и близки по значению. Ярость - яркая вспышка гнева, вызванная обстоятельствами, своеобразный «огненный сбой», потрясающий душу. Уличенная в преступлении и во всем

признавшаяся, Дарья приговорена к торговой казни.

Торговая казнь - публичное телесное наказание в России, введенное Судебником 1497 года при царе Иване III (отменена в 1845 году). Торговую казнь (приговорённого при стечении людей били кнутом на торговой площади или каком-либо другом открытом общественном месте) называли также «скрытой смертной казнью». Битье кнутом было не просто болезненным наказанием; в среднем, человек мог выдержать до 50 ударов, после чего умирал. В Судебнике 1497 года количество ударов не регламентировалось - право определения наказания отдавалось судье, который мог назначить как 10, так и 400 ударов кнутом. Понятно, почему «соболезнование и ужас обнял несметную толпу», в которой «каждый хотел услышать все, до последнего словечка <...> и найти в свое утешение какое-нибудь обстоятельство, облегчающее совесть преступницы» [Даль 1983: 372]. Все, что происходит на площади губернского города в назначенный для казни день (он совпал с празднованием Покрова, Покровской ярмаркой), можно назвать только Богородичным чудом.

.В 910 году в Константинополе святой Андрей Юродивый и его ученик Епифаний во время богослужения были свидетелями явления Божией Матери, простиравшей свой покров (головное покрывало) над молящимися в знак своего материнского заступничества от невзгод и страданий. Этим покрывалом Богородица оберегает верующих и шлет им любовь и радость, укрепляет дух и силу, помогает, когда трудно [Энциклопедия 1996: 257]. Над несчастной Дарьей поистине развернулся Бо-городицын покров, когда прозвучали слова парня в синей сибирке: «Ради Христа и вечного спасения нашего, помилуйте: я согласен взять ее за себя» [Даль 1983: 373]. Перед чудом милости Божьей «толпа зашевелилась, как море, и говоры, крик радости и молитвы огласили воздух. Ни одной шапки не осталось на голове: все крестились» [Даль 1983: 373-374].

Спаситель Дарьи - «сын богатого крестьянина из соседнего посада» - с первого взгляда увидел в женщине не преступницу, а жертву. «Такие ли бывают злодеи? Бес с рукою поспешил, когда боль скорби и оскорбления затмили рассудок ее, а она греху тому непричастна» [Даль 1983: 374] - решает Терентий и Дарьину, и свою судьбу. Счастье, определял Даль в словаре, есть случайность, желанная неожиданность: талан, удача, успех [Даль 2003, IV: 371] . «Счастье не судит и не суждено, - пишет современный исследователь В.В. Колесов. - Счастье выпадает, его получают по случаю <.> Счастья не

ищут - само придет случайно как божий дар» [Ко-лесов 2007: 544-545]. Счастье в «Невесте с площади» выпадает двоим: Терентий - счастье Дарьи, но и Дарья для Терентия - счастье, случай, избавивший его от женитьбы на мещанской дочери, которая нравилась его родителям «по всем расчетам и соображениям», но «так ненавистна была Терентию, что он почти готов был от нее утопиться» [Даль 1983: 374-375]. Спасая Дарью, Терентий спасает и себя. Поступок Терентия - истинно христианский, ведь искренне верующий человек не сможет отказать в помощи нуждающемуся.

«Бессчастный» опозоренный дом родителей Дарьи под покровом Богородицы обретает настоящее, как в сказке, счастье. Родители Дарьи воспринимают появление Терентия как величайшую Божью милость, смиряются с выбором и родители жениха: «... только что старики увидели Дарью и несколько с нею познакомились, как она полюбилась им и не захотели они более с нею расстаться. А Дарья, говорят, была такою примерною женою и дочерью, что и теперь, когда случай этот сохранился по одному только темному и домашнему преданию, ее ставят в тех местах в пример всем женам и невестам» [Даль 1983: 376].

Молодую деревенскую женщину ожидала печальная кончина. Но Господь не только простил ее, укрыв покрывалом Богородицы и защитив от смерти. Он послал ей благородного Терентия и его спасительную любовь, которая подняла ее над отчаянием и людскими пересудами. Натерпевшаяся и исстрадавшаяся Дарья наконец-то обрела душевный покой, которого ей так не хватало, и зажила безмятежно и счастливо. «Выше закона может быть только любовь, выше правды - лишь милость, выше справедливости - лишь прощение», - эти мудрые слова патриарха Алексия II как нельзя более точно выражают христианскую идею рассказа Владимира Ивановича Даля о спасительной вере, надежде и любви, об ангельской русской душе.

Литература

Даль В.И. Повести и рассказы / сост. Ю. М. Аку-тина и А. А. Ильина-Томича; примеч. А. А. Ильина-Томича. М., 1983.

Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4 т. М., 2003.

Колесов В.В. Русская ментальность в языке и тексте. СПб., 2007.

ПушкинА.С. Полн.собр. соч.: в 10 т. М., 1964. Т.

VII.

Энциклопедия обрядов и обычаев / сост. Л.И.Брудной, З.М.Гуревич, О.Л. Дмитриевой. СПб., 1996.

ФГБОУ ВПО «Тамбовский государственный университет имени Г.Р. Державина»

Поступила в редакцию 16.08.2011 г.

UDC 821.161.1

G.B. Buyanova

RUSSIAN MENTALITY IN THE CONTENT AND LANGUAGE OF THE STORY BY V.I. DAHL "THE BRIDE FROM THE SQUARE"

The article analyses V.I. Dahl's story "The Bride from the Square" from the point of view of national mentality; considers the characteristics and properties of the Russian national character that appeared in the images of Darya and Terenty, features of the orthodox perception of the world, causing the deeds of the characters of the work.

Keywords: nationality, mentality, national character, national existence.