АЛЛЕГОРИЧЕСКИЕ И СИМВОЛИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ОГНЯ

Лингвокультурология Cultural Linguistics

УДК 81

АЛЛЕГОРИЧЕСКИЕ И СИМВОЛИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ОГНЯ ALLEGORIC AND SYMBOLIC CHARACTERISTICS OF FIRE

© 2022

В.И. Карасик, Нго Суан Биен V.I. Karasik, Ngo Suan Bien

В статье рассматривается аллегорическое и символическое осмысление огня, состоящее в иносказательном и образно-ценностном отражении понятийных, образных и ценностных признаков этого природного явления. Понятийные признаки сводятся к чувственно воспринимаемым характеристикам горения (свет и температура) и к отношению к огню как опасному либо полезному феномену. Важнейшие понятийные векторы концептуализации огня состоят в противопоставлении общего и относительно конкретного представления об этом явлении («огонь» - «пламя»), контролируемого (полезного) и неконтролируемого (опасного) огня («костер», «очаг» - «пожар»), обиходного и терминологического обозначения источника огня («огонь» - «горелка, форсунка, вагранка»). Образные признаки огня характеризуют различные проявления огня, начало возгорания, его зажигание и гашение и его метафорические свойства. Ценностные признаки этого природного явления сводятся к советам проявлять осторожность при использовании огня, а также к уподоблению чувств пламени. Высокая метафоричность образных и ценностных признаков огня проявляется в аллегорическом обозначении бытия как горения, любви, гнева, творчества и символической характеристике огня как источника жизни и угрозы для нее.

Ключевые слова: огонь; аллегория; символ; понятие; образ; ценность.

The paper deals with allegoric and symbolic conceptualization of fire in the Russian linguistic world view. Allegory is understood as metaphoric transference of meaning aimed at an indirect naming of a certain object, and symbol is treated as an image charged with significant values open to varied interpretation. Concept is a mental representation of a referent including notional, perceptive and evaluative components. Fire as a notion in this respect is understood as a process of burning, it is conceptualized physically (light and temperature) and culturally (dangerous or useful phenomenon). Its most important notional vectors may be schematically described as oppositions of generic and relatively concrete ideas ("fire" - "flame"), controlled and uncontrolled fact of nature ("bonfire", "hearth" -"conflagration"), habitual and terminological denotation of its source ("fire" - "furnace", "flare", "burner"). Perceptive features of fire denote its various manifestation, inflammation and quench and its metaphorical properties. Evaluative features of this natural entity may be expressed as recommendations to take care when dealing with fire and its likeness with feelings (love, hatred, anger, etc.). Profound metaphorical potential of fire is vividly seen in allegoric denotation of existence, emotions, creativity, and in its symbolic characterization as both origin and hazard of life.

Keywords: fire; allegory; symbol; concept; notion; image; value.

Введение.

Огонь с древних времен является одним из важнейших природных явлений, освоенных и осмысленных людьми, и поэтому находит множественное символическое воплощение в мифах, легендах и сказках. Описание лексических способов обозначения огня неоднократно привлекало к себе внимание исследователей [1-14].

Вместе с тем требует уточнения систематизация понятийных, образных и ценностных характеристик этого природного явления. В основу работы положено предположение о том, что языковая концептуализация огня может быть представлена в виде модели, в которой выделяются его различные функциональные, этические и эстетические признаки и переносное осмысление этих при-

знаков выражается в его аллегорических и символических характеристиках. Под аллегорией понимается иносказательное переосмысление обозначаемого референта, символ трактуется как образ с высокой ценностной значимостью, допускающий его множественную интерпретацию.

Обиходная концептуализация огня.

В обиходном понимании огонь - это «явление горенья; высшая степень жара, которая проявляется сгущенным светом; соединенье тепла и света при сгорании тела; раскаленный газ, пары, обнимающие все горящее; пламя, или жар (тлеющий), искра и пр.» (Даль); «раскаленные светящиеся газы, образующиеся при горении, пламя» (БТС). В дефиниции В.И. Даля и определении современного толкового словаря выделены ключевые признаки огня как физического явления: 1) горение, 2) яркое, 3) жаркое. Гореть - значит «поддаваться воздействию огня, уничтожаться огнем» (БТС). Важнейшие физически воспринимаемые качества огня - тепло и свет, в научном определении - «зрительно воспринимаемое выделение тепловой энергии». Огонь конкретизируется в концептах «пламя», «пожар», «костер», «очаг». «Пламя» в словарях русского и английского языков толкуется как «огонь», различия между значениями этих слов достаточно зыбкие. Заслуживает внимания уточнение этих различий в словаре синонимов: 1) огонь характеризует горение в целом, пламя - его зрительную манифестацию, 2) огонь обычно ассоциируется с красноватым цветом, пламя - с синеватым, 3) огонь может указывать на горящие предметы, пламя - на огненную субстанцию, 4) огонь связывается с представлением об одной из стихий и поэтому часто персонифицируется, 5) огонь имеет как разрушительную, так и созидательную силу, пламя - только разрушительную,

6) образное осмысление огня более разнообразно, чем такое осмысление пламени,

7) пламя имеет терминологическое осмысление (нагревательные приборы) [5, с. 692697]. Пожар представляет собой «сильное

пламя, охватывающее и уничтожающее все, что может гореть; самое горение, уничтожение чего-л. огнем» (БТС), т.е. неконтролируемое, интенсивное, стремительное и опасное горение. Костер - «горящая куча дров, хвороста, сучьев и т.п.» (БТС), костер разжигают для приготовления пищи, обогрева и т.п., т.е. это контролируемый и намеренно разожженный огонь. Очаг - «устройство для разведения и поддержания огня» (БТС), используемое для приготовления пищи, обогрева, обычно внутри жилища.

В английском языке концепт «огонь» представлен словами «fire», «flame», «blaze». Fire - uncontrolled flames, light, and heat that destroy and damage things (LDCE). Flame - hot bright burning gas that you see when something is on fire (LDCE). Blaze - a big dangerous fire (LDCE). В значении этих слов выделяются признаки «горение», «свет», «высокая температура», «разрушительная сила», «неконтролируемость», «мощь». Идея контролируемого огня, используемого для приготовления пищи и обогрева либо для определенного производства, выражена в семантике слов fireplace (камин), hearth (домашний очаг), furnace (горн, топка, вагранка). В целом семантика слов «огонь» и «fire», их синонимов и терминологических уточнений в русском и английском языках совпадают.

Слово «огонь» является многозначным, его вторичные значения - это свет от осветительных приборов (уточнение визуального признака этого феномена), стрельба, обстрел (уточнение действия огнестрельного оружия), повышенная температура, жар (уточнение теплового признака), страсть, пыл (метафорическое обозначение высокой тепловой энергии).

Осмысленне огня в паремнологнн и афорнстнке.

В паремиологическом фонде детально представлены нормы поведения, иллюстрируемые с помощью образа огня.

Следует знать, что нужно предвидеть развитие опасных неконтролируемых ситуаций:

Огонь да вода все сокрушают. Огонь - не вода, охватит - не всплывешь. С огнем не шутят. Солома с огнем не дружит. Огонь под полой далеко не унесешь. Против огня и камень треснет. Воры украдут - стены останутся; огонь в разор разорит. В огне брода нет. Огонь тушат, пока не разгорелся. Огнем играть опасно (марийск., морд.). Кто с огнем играет -доиграется до золы (белор.). Огонь нужно гасить, пока он огонек (марийск.). Не нужно заворачивать огонь в бумагу (англ.). Тем, кто раздувает огонь, в глаза попадают искры (англ.). Не нужно садиться к костру с соломенной шляпой на голове (англ.).

В этих речениях даны советы учитывать опасность развития нежелательных обстоятельств, которые сравниваются с огнем.

Следует знать, что нужно вовремя замечать связи между событиями:

Нет дыма без огня. При сухом и сырое горит. Без поджога и дрова не горят. Маслом огонь не заливают. Огонь с искры начинается. Огонь зажигает то место, куда упадет (татар.). От копеечной свечки Москва сгорела. От искры Москва загорелась. Не разжигай огня, который ты не сможешь потушить (англ.). Посмотри на себя, когда горит дом соседа (англ.).

В приведенных речениях даны советы избегать беспечности и вести себя осторожно.

Вместе с тем в пословицах мы видим констатации типичного поведения людей, столкнувшихся с неприятностями:

Не выругавшись, огня не вырубишь, замка не отопрешь. Около огня обожжешься, около воды обмочишься. Огонь беда, и вода беда; а без огня и воды - и пуще беды. Из огня да в полымя. Кто огонь хватает, у того пальцы горят (латыш.). Обожженное дитя боится огня (англ.). Иной и в огне не сгорит. Лучше поберечься, чем обжечься. Любви, огня да кашля от людей не утаишь. Не нужно ставить на огонь слишком много утюгов (англ.). Огонь - хороший слуга, но плохой хозяин (англ.).

В этих высказываниях говорится о том, что требуются усилия для преодоления трудностей, но у таких усилий есть свои границы, не все можно проконтролировать, что-то зависит и от везения, проводится мысль о необходимости трезво рассчитывать свои силы и контролировать свои эмоции.

Можно заметить, что в основном в этих речениях содержатся призывы к осторожности.

В суждениях афористов огонь и пламя часто осмысливаются как источник опасности:

Лучше рухнуть с высокой горы / На жесткое ложе камней и / Разбиться вдребезги, / Лучше сунуть руку в пасть змеи, / Полную ядовитых зубов, / Лучше кинуться в огонь, / Чем поступиться своим достоинством! (Бхартрихари). Если хотя бы немного не отстраниться от мира, то уподобишься мотыльку, летящему в огонь, и барану, бодающему ворота. Как же тут найти покой и счастье? (Хун Цзычен). Обжегшись, мы не лезем в пламя (Г. Сакс). Многие из тех, кто придерживается левых взглядов, играют с огнем, не зная, что такое огонь (Дж. Оруэлл).

Такие речения созвучны пословицам. Неконтролируемость чувства обычно уподобляется пламени:

Многих сгубила женская красота, ибо любовь красавицы подобна испепеляющему пламени (Ахикар, Ассирия). Не спорь с человеком, дерзким на язык, и не подкла-дывай дров на огонь его (Бен Сира, Библия). Кто вечно разжигать вражду людскую любит, / Того в конце концов его ж огонь погубит (Саади). И величайшие клятвы -солома, когда горит огонь в крови (У. Шекспир). Кто раздувает пламя ссоры и ворочает головни, тот не должен жаловаться, если искры попадают ему в лицо (Б. Франклин).

Сравнение стихий - огня и воды, жара и холода - используется для противопоставления чувства и разума:

Огонь заливают водой, от солнца укрываются зонтом, от болезни спасаются лекарством. От всего есть средство -

нет средства лишь от глупости (Анон., древняя Индия). Разум - это зажигательное стекло, которое, воспламеняя, само остается холодным (Р. Декарт).

В наблюдениях афористов подчеркивается мысль о том, что огонь страсти невозможно скрыть:

Страсть, как ее ни прячь, видна чужому глазу. Все выдает нас: вздох, движенье, слово, взгляд. Скрываемый огонь сильнее во сто крат (Ж. Расин).

Заслуживают внимания суждения, в которых показана энергия огня:

Огонь очищает, скрытый жар разъедает (М.-Э. Эшенбах). Без зла все было бы так же бесцветно, как бесцветен был бы человек, лишенный страстей; страсть, становясь самобытною, - зло, то она же -источник энергии, огненный двигатель (Я. Беме). Самым сильным оружием на земле является человеческая душа, охваченная огнем (Ф. Фох). Построй человеку очаг, и он согреется на один день, зажги в человеке огонь, и ему будет тепло всю жизнь (Т. Прачетт). Всех завораживает пламя, но одни любуются мерцанием огня, другие испытывают непреодолимое желание прыгнуть в костер, а третьи жаждут поджечь мир (Квиллар).

Огонь рассматривается как вечная первооснова бытия:

Космос (...) не создал никто из богов, никто из людей, но он всегда был, есть и будет вечно живой огонь, мерно возгорающийся, мерно угасающий (Гераклит). Нельзя отделить тепло от огня, а красоту от вечности (Данте). Время - это школа, в которой мы учимся, время - это пламя, в котором мы сгораем (Д. Шварц).

Интересно метафорическое противопоставление типов людей, сравниваемых с огнем:

Серость не может воспламениться, но может раскалиться до фанатизма (М.-Э. Эшенбах).

В афоризмах показана связь между огнем и творчеством:

Художник должен быть готов к тому, чтобы сгореть в огне своего творения (О. Роден).

В афористике проводится мысль о том, что огонь можно передать и превратить в слово:

Огонь не потухает оттого, что от него зажгут другой (Лукиан). Писатель превращает свое пламя в бумагу (Ж. Ро-стан).

Заслуживает внимания наблюдение о соотношении цели и средства:

Многие готовы поставить знак равенства между пожаром и пожарной командой (У. Черчилль).

Можно заметить, что в афористике дано многомерное понимание огня как природной стихии, с которой сравнивается жизнь человека.

Осмысление огня в притчах.

В текстах притч [15] мы видим аллегорическое осмысление огня. Показательна персидская притча «Три бабочки и огонь»:

Три бабочки, подлетев к горящей свече, принялись рассуждать о природе огня.

Одна, подлетев к пламени, вернулась и сказала:

- Огонь светит.

Другая подлетела поближе и опалила крыло. Прилетев обратно, она сказала:

- Он жжется!

Третья, подлетев совсем близко, исчезла в огне и не вернулась.

Получивший знание лишается возможности говорить о нем, поэтому знающий молчит, а говорящий не знает.

Одни и те же явления и события могут оцениваться с разных позиций. В приведенном тексте показаны чувственно воспринимаемые характеристики огня, аллегорически осмысливаемые как признаки многих вещей, которые могут восприниматься как полезные и вредные.

Глубокий аллегорический и символический смысл содержится в притче Феликса Кривина «Костер в лесу».

Костер угасал.

В нем едва теплилась жизнь, он чувствовал, что не пройдет и часа, как от него останется горка пепла - и ничего больше. Маленькая горка пепла среди огромного дремучего леса.

Костер слабо потрескивал, взывая о помощи. Красный язычок лихорадочно облизывал почерневшие угли, и Ручей, пробегавший мимо, счел нужным осведомиться:

- Вам - воды?

Костер зашипел от бессильной злости. Ему не хватало только воды в его положении! Очевидно, поняв неуместность своего вопроса, Ручей прожурчал какие-то извинения и заспешил прочь.

И тогда над угасающим Костром склонились кусты. Не говоря ни слова, они протянули ему свои ветки.

Костер жадно ухватился за ветки, и - произошло чудо. Огонь, который, казалось, совсем в нем угас, вспыхнул с новой силой.

Вот что значит для костра протянутая вовремя ветка помощи!

Костер поднялся, опершись на кусты, встал во весь рост, и оказалось, что он совсем не такой уж маленький. Кусты затрещали под ним и потонули в пламени. Их некому было спасать. А Костер уже рвался вверх. Он стал таким высоким и ярким, что даже деревья потянулись к нему: одни - восхищенные его красотой, другие - просто, чтобы погреть руки.

Дальние деревья завидовали тем, которые оказались возле Костра, и сами мечтали, как бы к нему приблизиться.

- Костер! Костер! Наш Костер! -шумели дальние деревья. - Он согревает нас, он озаряет нашу жизнь!

А ближние деревья трещали еще громче. Но не от восхищения, а оттого, что Костер пожирал их своим пламенем, подминал под себя, чтобы подняться еще выше. Кто из них мог противиться дикой мощи гигантского Костра в лесу?

Но нашлась все-таки сила, которая погасила Костер. Ударила гроза, и деревья роняли тяжелые слезы - слезы по Костру,

к которому привыкли и который угас, не успев их сожрать.

И только позже, гораздо позже, когда высохли слезы, деревья разглядели огромное черное пепелище на том месте, где бушевал Костер.

Нет, не Костер - Пожар. Лесной пожар. Страшное стихийное бедствие.

В этой притче образ костра, переходящего в пожар, метафорически обозначает переход добра во зло. Костер обычно считается символом доброго огня, символом света и теплоты в человеческих отношениях. Но если этот костер захватывает большое пространство, он превращается в пожирающее пламя. Обратим внимание на развитие такого сюжета: сначала этому костру деревья пытаются помочь, но они оказываются жертвами безжалостного огня. Этот текст можно интерпретировать в обиходном, философском, художественном и политическом смыслах.

В ином ключе аллегория пожара показана в иронической притче Роберта Стивенсона «Две спички»:

Некий путешественник оказался в лесах Калифорнии, когда настал сезон засухи и подул сильный ветер. Он проделал долгий путь, он устал и проголодался; он спустился с коня, чтобы раскурить трубку. Но когда он сунул руку в карман, то обнаружил там только две спички. Он чиркнул первой, но она не загорелась.

- Веселенькое дельце! - сказал путешественник. - До смерти хочется курить; осталась всего одна спичка; и так не хватает огня! Бывают ли на свете такие неудачники?

«И все же, - подумал путешественник, - полагаю, я смогу зажечь эту спичку, раскурю свою трубку и вытряхну пепел в траву - трава может загореться, поскольку здесь ужасно сухо; и пока я буду затаптывать огонь спереди, он может увернуться, укрыться у меня за спиной и ухватиться вон за тот куст; прежде чем я смогу туда добежать, он вспыхнет; за кустарником я вижу сосну, поросшую мхом; она тоже в мгновение ока будет

охвачена огнем от ствола до верхних ветвей; и огонь этого длинного факела... Как может подхватить его и разнести по всему лесу сильный ветер! Я слышу, как эта лощина в несколько мгновений заполняется единым эхом ветра и огня; вижу, как я скачу изо всех сил, а огонь мчится по моим следам за холмы; вижу, как этот чудесный лес много дней горит, и рогатый скот поджаривается, и ручьи пересыхают, и фермеры разоряются, и дети их идут по миру. Как будет ужасен мир после этого!»

Подумав так, он чиркнул спичкой, и она не загорелась.

- Слава Богу! - сказал путешественник и засунул трубку в карман.

Этот текст представляет собой пример сюжета внутри сюжета. Внешний сюжет сводится к неудачной попытке выполнить желание. Путешественник безуспешно пытается зажечь спички на ветру. Внутренний сюжет сводится к воображаемому пожару, который мог бы возникнуть, если бы этот человек вытряхнул пепел из трубки в сухую траву и от этого возник бы большой пожар. Описание огромной катастрофы, стихийного бедствия потрясает. Но это лишь воображаемый вариант развития событий. Притча иллюстрирует поведение тех людей, которым свойственно находить утешение, воображая отрицательные по-

следствия тех действий, которые не удалось совершить.

Заключение.

Аллегорическое и символическое осмысление огня отражает понятийные, образные и ценностные признаки этого природного явления. Понятийные признаки сводятся к чувственно воспринимаемым характеристикам горения (свет и температура) и к отношению к огню как опасному либо полезному феномену. Важнейшие понятийные векторы концептуализации огня состоят в противопоставлении общего и относительно конкретного представления об этом явлении («огонь» - «пламя»), контролируемого (полезного) и неконтролируемого (опасного) огня («костер», «очаг» -«пожар»), обиходного и терминологического обозначения источника огня («огонь» -«горелка, форсунка, вагранка»). Образные признаки огня характеризуют различные проявления огня, начало возгорания, его зажигание и гашение. Ценностные признаки этого природного явления сводятся к советам проявлять осторожность при использовании огня, а также к уподоблению чувств пламени. Высокая метафоричность образных и ценностных признаков огня проявляется в аллегорическом обозначении бытия как горения, любви, гнева, творчества и символической характеристике огня как источника жизни и угрозы для нее.

* * *

1. Афанасьев Н.В. Семантический анализ имени духа огня в текстах якутского фольклора // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. 2018. № 10(133). С. 181-186.

2. Балонкина О. В. Фразеологическое представление стихии огонь в русской лингвокульту-ре // Коммуникативные исследования. 2018. № 1(15). С. 111-121.

3. Верхотурова К.С. Огонь в зеркале языка // Человек и филология. 2008. № 4. С. 149-158.

4. Исаева Э.С., Васильева Э.Г. Ассоциативное поле концепта «огонь» в языковом сознании носителей русского языка на фоне латышской лингвокультуры // Русистика. 2021. Т. 19, № 3. С.241-252.

5. Левонтина И.Б. Огонь 1, пламя // Новый объяснительный словарь синонимов русского языка. 2-е изд., испр. и доп. / под общ. рук. акад. Ю.Д. Апресяна. М. : Языки славянской культуры, 2003. С. 692-697.

6. Литвинова С.А. Общий обзор возникновения и развития фразеологических единиц с компонентом-названием стихий (earth, water, fire, air) // Сборник научных трудов МГПУ. Серия: Гуманитарные науки. М., 2005. С. 380-382.

7. Попова И.А. Художественный концепт огонь в ракурсе лингвокогнитнвной поэтики // Известия Юго-Западного государственного университета. Серия «Лингвистика и педагогика». 2011. № 2. С. 30-38.

8. Протасова А.К. К вопросу об отражении концепта огня в готском языке (в свете индоевропеистики) // Сравнительно-историческое и типологическое изучение языков и культур : материалы междунар. конференции «XXIII Дульзоновские чтения». Ч. I. Томск : ТГПУ, 2002. С. 91-97.

9. Сирота Е.В. Концепт «огонь» и его репрезентация во фразеологических единицах русского языка // Мова. 2020. Вып. 33. С. 57-63.

10. Трофимова А.В. Поле концепта «ОГОНЬ» (по прямым значениям) // Объединенный научный журнал. 2004. № 19. С. 66-77.

11. Тюнина Н. С. Мотивационное поле FIRE как объект когнитивного исследования // Актуальные вопросы филологии и методики преподавания иностранных языков : материалы всерос. науч.-практ. конференции, посв. 50-летию факультета иностранных языков НГПИ. Новокузнецк : НГПИ, 2002. С. 122-125.

12. Фролова Л.В. ОЧАГ как сегмент концептуального поля ОГОНЬ в романе М.М. Пришвина «Кащеева цепь»// Русская словесность как основа возрождения русской школы : материалы междунар. науч.-практ. конференции (Липецк, 21-23 сентября 2007). Липецк : ЛГПУ, 2008. С. 154-161.

13. Хайруллина Д.Д. Языковое содержание концепта «Огонь» (на примере английского и татарского языков) // Вестник Вятского государственного гуманитарного университета. Филология. 2008. № 4(2). С. 66-70.

14. Шеметова Ю.А. Проблема описания универсальных концептов (на примере концепта «огонь») // Вестник Московского государственного лингвистического университета. Вып. 541. Языковое бытие человека и этноса: психолингвистический и когнитивный аспекты. Серия «Лингвистика». 2007. С. 294-302.

15. Лучшие притчи. Большая книга. Все страны и эпохи / сост. Е. Мишаненкова. М. : Аст-рель, 2012. 544 с.