Групповой автопортрет

Виктор Бондаренко решительно отличается от других здравствующих русских коллекционеров. Знающие его лично и знающие его коллекцию согласны в том, что главное и в том, и в другом — ярчайшая индивидуальность, стремление делать не как все, работать не там, жить не так и собирать не то. Причем все это — с неуемной энергией и глобальным размахом.

Выставок из собрания Виктора Бондаренко в Москве было, пожалуй, больше, чем из собрания любого другого частного коллекционера. Тем более что коллекция его развивается в двух направлениях — это русская иконопись и русское современное искусство. Вот и теперь, к своему юбилею, Виктор Бондаренко показывает "Всегда другое искусство" (1960-е — 2000-е годы) в Государственном музее современного искусства Российской академии художеств, а через две недели — иконопись XVII-XX веков в Музее древнерусской культуры имени Андрея Рублева.

"Всегда другое искусство" беззастенчиво замышлялось как памятник коллекционера самому себе — и искусству. В результате выставка вышла за рамки, придуманные Виктором Бондаренко; но в них осталась книга-каталог об истории современного искусства. В ней 60 картин — по одной на каждый год жизни юбиляра, сгруппированные по 10 штук по десятилетиям, начиная с 1960-х и заканчивая 2000-ми, плюс еще десяток "выбора коллекционера". 13 апреля мы увидим, что получится из выставки, на которой сотня работ. Насчет книги можно сказать уже сейчас — она формирует портрет современного искусства России по сути с момента его рождения, яркий и волюнтаристский. Тут смешаны советское неофициальное и отчасти официальное, постсоветское и совсем уже не советское, актуальное искусство; здесь есть концептуалисты и соц-артисты, постмодернисты и фотореалисты. В целом это большая наглость — и большая удача. И претензия куратора проекта Сергея Попова превратить выбранные "десятки" в визуальные образы десятилетий, в зримые символы тех эпох и этапов, что прошло за последние полвека русское современное искусство, вполне может реализоваться.

Итак, вот какова в ощущениях коллекционера Бондаренко история этого искусства. 1960-е — это абстрактный, инопланетный сюрреализм Николая Вечтомова и переосмысленный, биологический супрематизм Франциско Инфанте. Метафизика Дмитрия Краснопевцева и абстракция Владимира Янкилевского, гротескные типажи из советской толпы Бориса Турецкого — и яйцеобразные объекты вне времени и места Юло Соостера. 1970-е — это "информель" Владимира Немухина или "поп-арт" Евгения Рухина, сочетающие абстрактный экспрессионизм с реальными предметами-знаками, внедренными в живопись. И еще духовность с пуантилистскими ангелами Бориса Свешникова и абстрактными иконами-"иературами" Михаила Шварцмана. Ну и так далее — любое описание будет так же искажать действительность, как искажает ее любая попытка составить подобный "конспект" эпохи.

Последний раздел, "Выбор коллекционера",— это квинтэссенция позиции Виктора Бондаренко в искусстве. Он вне иерархии имен — любит Виктора Пивоварова и в то же время Георгия Пузенкова. Вне моды, трендов и логики голубых фишек: рядом с миллионной работой Ильи Кабакова — оплаченный из кармана коллекционера Deisis Константина Худякова. Бондаренко, наверно, единственный богатый поклонник библейских компьютерных реконструкций Константина Худякова, да что там поклонник — соучастник. Так что в целом коллекция — правдивый портрет самого себя, и это делает выставку гораздо интересней.

Государственный музей современного искусства Российской академии художеств, 13 апреля — 23 мая