"человек Советский" десять лет спустя: 1989-1999 (предварительные итоги сравнительного исследования)

АНАЛИЗ РЕЗУЛЬТАТОВ ОПРОСОВ

Юрий ЛЕВАДА

"Человек советский" десять лет спустя: 1989-1999

В марте 1999 г. ВЦИОМ провел полевые работы третьей волны исследований по программе "Советский человек" (опрошено 2000 человек)* Первый опрос по этой программе прошел в ноябре 1989 г. (по выборке, репрезентирующей население СССР; российская выборка составила 1325 человек), второй — спустя пять лет, в ноябре 1994 г. (2957 человек)**. (В настоящей статье данные опросов 1994 и 1999 гг. сопоставляются с результатами опроса 1989 г. по российской выборке.) Ниже представлены первые результаты сравнений данных трех волн и некоторые соображения о возможностях их интерпретации и анализа.

Сопоставление результатов сложных по замыслу исследований, разделенных значительным - пятилетним -промежутком времени, неизбежно сталкивается с целым рядом специфических проблем методологического порядка. Общественные перемены, а также накопленный опыт опять, как и пять лет назад, вынудили разработчиков уточнить или заменить некоторые формулировки и блоки вопросов, учесть новые проблемы. Очевидно, однако, что со временем претерпевают изменения многие смысловые характеристики используемых в исследовании терминов. Так, перемены и катаклизмы последнего времени вынудили значительную часть населения иначе не только оценивать, но и понимать значение ряда ключевых категорий анализа социальной и политической реальности. Иной смысл приобрели за последнее десятилетие категории собственности, свободы, демократии, советского прошлого и др. - ведь исследование охватило десятилетие, которое началось первым социальнополитическим переломом 1988-1989 гг. и завершилось (в масштабах данного исследования) кризисной ситуацией 1998-1999 гг.

При всем этом результаты нового опроса показывают принципиальную возможность получать с помощью регулярных исследований достаточно надежные и сопоставимые данные, позволяющие судить о стабильности и динамике социальных установок, механизмов социальной идентификации и ориентации, эмоциональных рамках существования и др.

Таблица 1

Что изменилось за эти 10 лет?1

1994 г. 1999 г.

Произошли большие изменения 56 59

По сути дела ничего не изменилось 13 9

Недавно казалось, что жизнь изменилась, но теперь я вижу, что все идет по-старому 16 19

Затрудняюсь ответить 14 12

^Примечание: здесь и далее данные приводятся в % от числа опрошенных в исследованиях по программе "Советский человек" (если не указаны иные источники).

* Опрос проводился по заказу Московской школы политических исследований.

По итогам исследования 1989 г. авторским коллективом была написана книга "Советский простой человек”(М., 1993). Анализ результатов второй волны бвш представлен в серии статей авторов исследования, публиковавшихся в "Мониторинге общественного мнения".

Масштаб и значение перемен за 10 лет. Представление о значительности произошедших перемен с годами явно крепнет; в то же время как будто возрастает разномыслие в оценках этих перемен (табл. 1).

Признание факта "больших перемен" далеко не равнозначно их одобрению и - еще менее — их восприятию как утвердившихся и привычных. Для большинства населения произошедшие перемены остаются болезненными и непривычными. Общий фон ностальгии по прошлому ("до 1985-го") сохраняется и даже становится все более отчетливым (табл. 2).

Таблица 2

"Лучше бы... как до 1985 г.?"

1994 г. 1999 г.

Согласен 44 58

Не согласен 34 27

Затрудняюсь ответить 23 15

Только у молодежи (до 25 лет) и у высокообразованных сейчас преобладают предпочтения перемен.

Если же перейти к переменам в различных сферах общественной жизни, распределение позиций изменяется и даже "средние" показатели выделяются на том же негативном фоне (табл. 3).

Таблица 3

Оценки перемен последнего десятилетия

__________("Что принесли России ...") ____________

1994 г.

Свобода слова, печати 53/23 47/32

Многопартийные выборы 29/33 21/50

Свобода выезда из страны 45/23 43/23

Свобода предпринимательства 44/28 50/25

Право на забастовки 23/36 32/26

Сближение России со странами Запада 47/19 38/23

Приведено соотношение позитивных ("больше пользы") и негативных ("больше вреда") ответов в % от числа опрошенных. Данные о затруднившихся ответить не приводятся.

Таким образом, за последние пять лет ухудшились оценки свободы слова, многопартийных выборов, сближения России с Западом, практически без перемен осталось отношение к свободе выезда, улучшились оценки свободы предпринимательства и - в наибольшей мере -права на забастовки, которое сегодня одобряют все категории населения, за исключением сельских жителей.

Место человека в потоке перемен. Поиск своего способа приспособления к потоку изменений и переломов, захвативших общество, - извечная задача, которая практически стоит перед "средним", "массовым" челове-

ком в любых переломных ситуациях, независимо от знака оценки или степени понимания ситуации (табл. 4).

Таблица 4

Варианты поведения в переходи ое время

1994 г. 1999 г.

Не могу приспособиться к нынешним переменам 23 33

Живу, как жил раньше, для меня ничего особенно не изменилось 26 16

Приходится вертеться, подрабатывать, браться за любое дело, лишь бы обеспечить себе и детям терпимую жизнь 30 38

Удается использовать новые возможности, начать серьезное дело, добиться большего в жизни 6 5

Затрудняюсь ответить 16 9

Как видим, растет число считающих себя "непри-способляемыми”*, значительно чаще указывается необходимость "вертеться" (что, скорее всего, означает понижающий вариант социальной адаптации), стабильно мала доля ссылок на "новые возможности" (повышающая адаптация).

Естественно, существует корреляция между позитивным отношением к переменам и готовностью приспособиться к новым условиям. Тем не менее приспосабливаться приходится всем, поэтому мера адаптации населения (в том числе субъективной и потенциальной) -один из важнейших показателей общественного состояния.

Человек "разгосударствленный"? Разрушение при-вычно-"советских" систем государственной опеки и контроля привело к заметному изменению - по крайней мере, на декларативном уровне - оценок и ожиданий в отношении государства (табл. 5).

Таблица 5

"Государство и м ы"

1989 г. 1999 г.

Наше государство дало нам все, никто не вправе требовать от него еще чего-то 5 1

Государство дает нам немало, но можно требовать и большего 10 6

Государство нам дает так мало, что мы ему ничем не обязаны 7 38

Наше государство сейчас в таком положении, что мы должны ему помочь, даже идя на какие-то жертвы 38 17

Мы должны стать свободными людьми и заставить государство служить нашим интересам 27 37

Другое 1 2

Различия в оценках весьма показательны. Практически исчезла позиция "государство дало нам все...”, резко снизилась готовность жертвовать чем-либо для блага государства. Укрепились - притом значительно - две позиции: "ничем не обязаны государству" и "стать свободными людьми..." Иными словами, возросли демонстративное отчуждение человека от государства и столь же

По данным других исследований ВЦИОМ ("Экспресс"; апрель 1999 г., N=1600 опрошенных), где проблема

приспособления к переменам рассматривается иначе, 48% считали, что большинство населения уже приспособилось или вскоре приспособится к переменам; а 43% - что люди "никогда не смогут этого сделать". Аналогичный вопрос, обращенный к семье самого респондента, дает несколько более "адаптивные" результаты (53% уже приспособились или надеются, что вскоре это сделают, а 40% "никогда не смогут").

демонстративная приверженность упрощенной, но все же демократической модели ("заставить государство"; кстати, чаще всего эту позицию выражают те, кто полагает, что человек несет ответственность за действия своего правительства...). Несложный анализ показывает, что за этими сдвигами стоит не столько внедрение в сознание демократических принципов, сколько недовольство нынешними возможностями государства. Представление о том, что граждане "ничем не обязаны государству", реально служит оправданием широко распространенного лукавства по отношению к государственным институтам - выражающегося в неисполнении законов, уклонении от налогов и т.д., - при распространенном убеждении в том, что само государство еще в большей мере лукавит со своими гражданами.

Отторжение от обязанностей по отношению к государству отнюдь не означает освобождения человека от государственной зависимости. Последняя лишь обретает в общественном мнении обоюдно-лукавый характер.

Свое собственное положение респонденты исследования 1999 г. описывают следующим образом (табл. 6).

Таблица 6

Положение человека в государстве

______("Как Бы считаете. Вы...”)______

Полноправный гражданин России, имеющий возможность влиять на власти через выборы, печать и др. 5

Человек, жизнь которого во всем зависит от власти, от государства 27

Человек, который живет, полагаясь во всем только на себя и не рассчитывая на государство 57

Затрудняюсь ответить 12

Распределение ответов, если понимать его буквально, наводит на аналогию с какой-нибудь республикой свободных фермеров XVIII в., где большинство населения на государство действительно не рассчитывало, о государственных пенсиях и гарантиях не помышляло... Но на самом деле перед нами в данном случае - скорее декларация настроений и пожеланий, чем реалистическая картина ситуации. Ведь в ответах на другие вопросы исследования те же люди, которые заявляют, что "полагаются только на себя", надеются на гарантированный государством минимальный доход, считают важнейшими правами человека право на государственное обеспечение, на гарантированные государством прожиточный минимум и трудоустройство. 71% опрошенных в данном исследовании считает, что "государство должно заботиться о благосостоянии каждого гражданина". Нынешние формы "русского бунта" (в основном против задержек зарплаты) - это преимущественно претензии, прошения, требования, адресованные тому же государству.

Критическое отношение к сегодняшним государственным институтам создает благоприятные условия для все более позитивных оценок еще недавно отвергаемого советского прошлого и характерных для него деятелей. Согласно данным третьей волны исследования, значительной части, если не большинству, опрошенных в 1999 г. руководители в прошлом кажутся не только более сильными, но и более честными, более авторитетными, более заботливыми и т.д.

Наконец, вполне реальное и важное значение имеет демонстрируемая подавляющим большинством опрошенных зависимость от символов государственного величия. Лишь 14% считают, что Россия сегодня остается "великой державой", но 78% уверены, что страна должна быть ею. В критических ситуациях - наподобие "балканского" кризиса марта-апреля 1999 г. (для российского общества он оказался кризисом государственной политики и массового политического сознания) — такие

ожидания могут превращаться в опасную политическую силу.

Правда, если побудить (той же анкетой) опрошенных уяснить самим себе, что входит в понятие "великая держава", оказывается, что большинство вкладывает в него вполне "мирное" содержание - высокий экономический потенциал (64% упоминаний), высокий уровень благосостояния (63%), уважение со стороны других стран (35), великая культура (31) и только после этого военно-ядерное могущество (30%).

К двусмысленности отношений в системе "человек-государство" нам еще придется возвращаться при рассмотрении других проблем исследования.

Бремя ответственности. За время наблюдений изменились практически все референты моральной ответственности человека (табл. 7).

Таблица 7

"Несет ли человек моральную ответственность ..."

а) За действия своего правительства

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Безусловно 14 8 9

Отчасти 30 31 31

Не несет 31 42 43

Затрудняюсь ответить 25 19 17

б) За работу своего предприятия

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Безусловно 49 21 27

Отчасти 40 50 46

Не несет 5 17 14

Затрудняюсь ответить 6 13 13

в) За действия лиц своей национальности

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Безусловно 20 10 10

Отчасти 32 28 34

Не несет 28 40 35

Затрудняюсь ответить 20 22 21

г) За происходящие в стране события

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Безусловно 22 9 10

Отчасти 42 35 40

Не несет 17 33 27

Затрудняюсь ответить 19 24 23

д) За действия своих близких родственников

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Безусловно 45 39 42

Отчасти 34 42 43

Не несет 13 11 9

Затрудняюсь ответить 8 8 6

Наиболее заметными оказываются сдвиги, происшедшие между первой и второй волнами исследования, до 1994 г.: за эти годы значительно слабее стали обозначаться показатели ответственности человека перед властью, страной, предприятием, этнической группой. В

дальнейшем ситуация как будто стабилизируется - все, что могло измениться, уже изменилось.

Параметры идентификации: "кто мы?" В переломной ситуации проблема идентификации человека в различных социокультурных, групповых, исторических рамках* становится одной из самых напряженных.

Обратимся для начала к опробованной в 1989 г. модели "горделивой" идентификации (табл. 8).

Таблица 8

"Кем Вы осознаете себя с гордостью?"

1989 г. 1999 г.

Отцом (матерью) своих детей 43 57

Сыном (дочерью) своих родителей 19 24

Хозяином в своем доме 15 32

Хозяином на своей земле 10 9

Жителем своего города, села, района 11 21

Сыном (дочерью) своего народа 8 10

Специалистом в своем деле 24 23

Советским человеком 29 13

Русским человеком - 43

Представителем рода человеческого 9 9

Верующим человеком 4 7

Членом своего кружка, компании 3 3

Работником своего предприятия, учреждения 3 3

Человеком своего поколения 13 19

Ветераном Отечественной войны 7 2

Ветераном афганской, чеченской войн 4 1

Участником великих строек, стахановцем, целинником 1 2

Коммунистом 4 3

Прежде всего примечательно, что некоторые направления "горделивой" идентификации (социальной и групповой: "сын своего народа", "хозяин на своей земле", "специалист в своем деле", "член своей компании", "работник своего предприятия", "представитель рода человеческого") спустя десять лет представлены такими же числами. Чаще всего, как и ранее, упоминаются “поколенческие” оси идентификации (дети - родители), причем эти показатели возросли. Существенно укрепились "локальные" оси (свой город, район). Наиболее важным представляется изменение национальногосударственных рамок идентификации: "русское" не только вытесняет "советское" в качестве ведущего социального деноминатора, но и отмечается значительно чаще, чем последнее десять лет назад. Видимо, в 1989 г. признак "советского" указывался скорее как привычный и официальный, а признак "русского человека" к 1999 г. приобрел значение некоей спасительной гавани после периода замешательства и пертурбаций. Тенденция самоутверждения “русскости”, равно как и социальное содержание этого признака, видна и по другим данным исследования.

Поиск национальной идентичности. Разрушение "советских" рамок и стереотипов сознания - при нераз-

Попытку выделить различные типы и уровни идентификации человека см.: Левада Ю. Человек в поисках идентичности: проблема социальных критериев//Мониторинг общественного мнения. 1997. №4.

витости структур личностного самоопределения - почти с неизбежностью приводит к увеличению и даже гипертрофии функций национальной идентичности, причем прежде всего негосударственной (языковой, исторической, мифологической, этнической). Притом в условиях доминирующей в массовом сознании негативной и критической составляющей востребованным оказывается "позитив", т.е. набор признаков, годящихся для опорной конструкции. Время "перестроечного" гиперкритицизма кажется далеко и безвозвратно ушедшим: люди ищут, акцентируют или приписывают народу, истории положительные качества.

Рассмотрим некоторые результаты отслеживания "образа нации", которое предполагается программой "Советский человек" (обстоятельный анализ результатов дается в статье Л.Гудкова, публикуемой в этом номере журнала). В данном случае у исследователей была возможность сопоставить показатели трех опросов относительно "качеств русских" с данными (1999 г.) о том, какие характеристики респонденты приписывают самим себе (табл. 9).

Таблица 9

"Образ нации" и "образ человека"

("Качества, которые чаще всего можно встретить у русских"; __________"Качества, которые пуисуши Вам лично")______________

...у русских ... у себя

1989г. 1994 г. 1999 г. 1999 г.

Энергичные 9 22 20 29

Г остеприимные 55 67 73 65

Открытые, простые 59 72 67 51

Миролюбивые 50 52 42 41

Ленивые 25 26 27 8

Терпеливые 52 62 63 43

Свободолюбивые 20 27 23 19

Культурные, воспитанные 5 8 8 18

Непрактичные 31 38 22 9

Безответственные 22 29 16 2

Готовые помочь 51 61 55 46

Религиозные 7 14 14 7

Забитые, униженные 10 17 16 2

Трудолюбивые 27 42 35 44

Приводится часть списка выделенных качеств.

Получается, что за десять лет русские "сделались" (в собственном массовом воображении!) значительно более энергичными, гостеприимными, открытыми, простыми и даже более трудолюбивыми. Все эти сдвиги можно отнести к динамике комплекса самоутверждения. Его обратная сторона - переживание собственной униженности, которое стало более явным после прошлого (1994 г.) опроса. Зато реже стали бичевать себя за непрактичность и безответственность, чаще указывать религиозность. При этом на протяжении всего десятилетия на одном уровне сохраняется показатель лени как национальной особенности.

Сравнение личных автохарактеристик с общенациональными показывает, что "средний" человек считает себя более энергичным и трудолюбивым, лучше воспитанным, далеко не столь униженным, ленивым и безответственным, а также менее религиозным по сравнению со своими - воображаемыми, конечно, - соплеменниками.

Обратимся к другой группе показателей, относящихся к той же проблеме (табл. 10).

Таблица 10

Что в первую очередь связывается у Вас ________с мыслью о нашем народе?__________

1989г. 1994 г. 1999 г.

Наше прошлое, наша история 26 37 48

Наша земля, территория 12 25 26

Родная природа 15 18 18

Место, где я родился и вырос 38 41 35

Государство, в котором я живу 27 18 19

Язык моего народа 22 19 17

Великие люди моей национальности 8 10 14

Наша военная мощь 2 5 7

Вера, религия 3 8 7

Знамя, герб, гимн 5 2 3

Наше трудолюбие, хозяйственность 5 6 10

Наши песни, праздники и обычаи 14 17 19

Родные могилы, памятники 6 9 7

Душевные качества моего народа 14 16 19

Как видно из приведенного сопоставления данных трех этапов исследования, идентификация с "большой" родиной (национально-государственное самоутверждение и самоотождествление) с 1994 г. заметно уступает место идентификации с "малой" родиной ("место, где родился и вырос"). С этого же времени возросло значение "территориального" фактора; видимо, это связано не столько с "почвенными" ориентациями, сколько с вполне актуальной проблемой утверждения места России в постсоветском пространстве.

Подвижные рамки социального времени. Особенно важно растущее от этапа к этапу значение исторических параметров (табл. 11).

Таблица 11

Значительные события XX в.

1989г. 1994 г. 1999 г.

Победа в Отечественной войне 75 73 85

Октябрь 1917 г. 65 49 48

Распад СССР - 40 47

Чернобыльская катастрофа 36 34 32

Полет Гагарина 33 32 54

Чеченская война - - 24

Война в Афганистане 11 24 21

Первая мировая война 8 19 18

Репрессии 30-х годов 31 18 11

Перестройка 24 16 16

Путч 1991 г. - 7 6

Коллективизация 10 8 6

XX съезд КПСС 9 5 4

Падение Берлинской стены - 6 5

Реформы Гайдара - 6 2

События октября 1993 г. - 7 3

Многопартийные выборы 1993 г. - 3 1

Кризис 17 августа 1998 г. - - 18

В числе изменений, которые заслуживают особого внимания, - дальнейшая акцентировка немногих “ус-

пешных”, "утверждающих" событий: победный 1945-й и полет Гагарина (1961). Растущее внимание к ним - это своего рода поиск точек опоры в историческом потоке*.

Другая сторона тех же рамок исторической идентификации человека - разделение исторических эпох на позитивные и негативные (табл. 12).

Таблица 12

Оценки периодов отечественной истории XX в. 1

Период 1994 г.

Николая II 2 18/12

Революции 27/38 28/36

Сталина 18/57 26/48

Хрущева 33/14 30/14

Брежнева 36/16 51/10

Горбачева 16/47 9/61

Ельцина - 5/72

1 Указано соотношение оценок “принесло больше хорошего”/’’принеслобольше плохого”. Данные об оценивших период в терминах "ничего особенного" и затруднившихся ответить не приводятся.

2 Вопрос не задавался.

За пять лет заметно изменились к лучшему оценки периодов правления Сталина и Брежнева, к худшему -оценки времени Горбачева; практически без изменений соотношение оценок периодов революции и хрущевской "оттепели". И в соответствии с доминирующими общественными настроениями наиболее негативные оценки относятся к периоду Ельцина. Это означает, что единственно реальной (т.е. сохраненной в "живой" памяти значительной части населения) и единственно позитивной кажется эпоха, названная когда-то "застоем".

В третьей волне исследования был использован еще один подход к проблеме исторической идентификации -выяснение ценностно-отмеченных моментов российской истории, вызывающих у опрошенных чувства гордости или, напротив, стыда и огорчения.

Оказалось, что главными предметами гордости являются: победа в Отечественной войне 1941-1945 гг. (указали 86% всех опрошенных), ведущая роль страны в освоении космоса (60), достижения российской науки (52), великая русская литература (46), моральные каче-

•'! Для сравнения: список событий столетия, которые считают важнейшими жители США. (Исследование Ропер Старч ВВ, февраль - март 1999 г., 1003 опрошенных по представительной выборке взрослого населения; предложенный список событий еостоял иа 41 позиции). Чаще всего (23%) отмечались события, связанные с борьбой за равноправие женщин и афроамериканцев. 20% отметили события, связанные с войнами и актами террора, - Перл Харбор, Хиросима, первая мировая, Вьетнамская война, Война в заливе. 16% указали такие трагические события, как убийство президента Дж.Ф.Кеннеди, взрыв террористами торгового центра В Оклахома-сити, гибель кос-ического челнока “Челленджер”. 14% сочли самыми важными событиями использование антибиотиков, а также распростра-ение СПИДа. Значительно реже (8%) упоминали такие эконо-ческие события, как биржевой крах 1929 г., Великую де-рессию и Новый курс ФРузвельта. Еще меньше внимания привлекли такие политические события, как эпоха маккартиз-, Уотергейт, президентство Р.Рейгана, попытка импичмента президента Б.Клинтона. Столько же (4%) отметили события в технике, строительстве - Панамский канал, массовый автомобиль “Т-модель” Форда, межконтинентальную телефонную свдаь, перелет Ч.Линдберга через Атлантический океан. Только 2 указали музыкальные новации - свинг, рок, а также телевидение. Существенно иные ранги событий собственной (в данном случае - американской) жизни, естественно, дают и иные рамки восприятия истории...

ства русского человека - простота, терпение, стойкость (45), превращение страны после революции в одну из ведущих промышленных держав (42), слава русского оружия (35), великие русские путешественники (33), борьба с татаро-монгольским игом (22), передовой советский общественный строй (14), нравственный авторитет русской интеллигенции (12), дух русской вольницы, свободолюбие (12), подвижничество русских святых (10), перестройка, начало рыночных реформ (2%). Только у 2% ничто в нашей истории не вызывает особой гордости.

Чувства стыда и огорчения вызывает прежде всего то, что мы - "великий народ, богатая страна, а живем в вечной бедности и неустроенности" (указали 79%), разрушение СССР (48), грубость нравов (45), репрессии 20-50-х годов (34), хроническое отставание от Запада (31), некомпетентная и своекорыстная власть (28), наша косность, инертность, лень (24 - ср. с аналогичной позицией в приведенном выше списке национальных качеств), гонения на церковь (21), наследие крепостничества, дух рабства, привычка к подневольному труду (17), военные поражения (16), стремление силой навязать свои порядки другим народам и странам (15), национальное высокомерие, шовинизм, антисемитизм (7%). У 1% ничто в нашей истории не вызывает особого стыда.

Наконец, еще одна ось исторической идентификации определяется набором "значимых имен", т.е. деятелей, которые воспринимаются как выдающиеся. В этом наборе также происходят определенные изменения (табл. 13).

Таблица 13

Десять ^ выдающихся людей всех времен

1989 г. % 1994 г. % 1999 г. %

Ленин 75 Петр I 41 Петр I 46

Петр I 41 Ленин 34 Ленин 42

Пушкин 27 Пушкин 23 Пушкин 42

Ломоносов 22 Сталин 20 Сталин 35

Суворов 18 Суворов 18 Гагарин 26

Жуков 18 Наполеон 14 Жуков 20

Толстой 15 Жуков 14 Наполеон 19

Менделеев 14 Сахаров 13 Суворов 18

Циолковский 14 Ломоносов 13 Ломоносов 18

Сталин 12 Кутузов 11 Менделеев 12

Как видим, список основных персонализованных "вех" исторического поля почти стабилен; изменяется частота упоминаний отдельных лиц. Наиболее заметные изменения в списках произошли между 1989 и 1994 гг. В 1999 г. первые четыре позиции в списке занимают те же фамилии, что и пять лет назад, но частота упоминаний увеличилась по всем позициям. "Юбилейный" рост внимания к Пушкину не нуждается в комментариях. Ностальгия по советскому периоду несколько увеличила внимание к имени Ленина, но особенно к Сталину, который многим представляется символом утраченного государственного порядка и величия. Подобным же образом память об утраченных успехах в космической области поднимает на верхние ступени фамилию Гагарина (в 1989 г. о нем упоминали 16%, а в 1994 г. - только 8%). Понятно, что в список выдающихся деятелей, составляемый (самими опрошенными) по "компенсаторному" принципу, имена современных лидеров попадают крайне

редко (так, в 1999 г. Горбачева указывают 3%, Ельцина -2%).

Надежда на гарантии. Наименьшие изменения наблюдаются в системе ориентации в неопределенной социальной ситуации: при выборе между ценностями успеха и стабильности большинство явно предпочитает последнюю (табл. 14).

Таблица 14 Гарантии и риск: выбор приоритетов

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Небольшой заработок, но больше свободного времени, более легкую работу 10 4 3

Небольшой, но твердый заработок и уверенность в завтрашнем дне 45 54 60

Много работать и хорошо получать, пусть даже без особых гарантий на будущее 26 23 23

Иметь собственное дело, вести его на свой страх и риск 9 6 6

Затрудняюсь ответить 10 19 8

Таблица 14 представляет интерес в нескольких своих срезах. Устойчивое и растущее большинство выражает предпочтение "советскому" образцу скромных и гарантированных доходов. Все менее популярным становится вариант "малого заработка при большем свободном времени" (по составу предпочитающих это преимущественно женский выбор). "Собственное дело" для 1989 г. -скорее всего благое пожелание, но после 1994 г. - вполне суровая реальность для немногих. А установка на то, чтобы "много работать и хорошо получать", остается характерной примерно для четверти опрошенных - это немало. Если это не просто мечтания, а реально "работающая установка", то ее распространенность может определять примерные рамки нового, активного социального слоя. Между тем доля предпочитающих "много работать и хорошо зарабатывать" достигает 32% среди опрошенных в возрасте 25-40 лет и падает до 8% у пожилых (старше 55 лет).

Наиболее общую картину распределения ценностных ориентации показывают суждения о том, "чего не хватает" человеку в нашем обществе (табл. 15).

Таблица 15

"Чего не хватает сегод] ня человеку?"1

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Материального достатка 51 54 67

Уверенности в себе 15 26 20

Политических прав 11 5 2

Трудолюбия, хозяйственности 35 13 9

Уважения к своему прошлому 6 13 6

Нравственных принципов 15 12 12

Культуры, воспитанности 41 25 12

Возможности отдохнуть 6 7 5

1 В опросе 1989 г. -"советскому человеку", в 1994 и 1999 гг. - "человеку в России".

Вполне естественно, что проблема материального достатка остается центральной и все больше беспокоит людей. Резкий спад интереса к политическим правам после 1989 г. — это, по всей видимости, результат массового разочарования в новых политических институтах: права как будто имеются, а реального улучшения положения и реального участия рядового человека в государственном управлении нет.

Сложнее объяснить, почему столь значительно снизилось внимание к ценностям "трудолюбия" и "культурности". Вероятно, одна из составляющих такого сдвига - довлеющая ныне "критика критики" образца 1989 г., т.е. отрицание того национального самобичевания, которое было свойственно началу перестройки (и которое скорее имитировало, чем инициировало реальное преодоление ценностных рамок "советского" традиционализма). Нынешняя востребованность "позитивных" опор массового мироощущения (как показывает и представленное выше сравнение характеристик нации) стимулирует тенденцию более оптимистической оценки нашего прошлого, в том числе и характерных для него трудовых и нравственных установок. Следуя известному литературному персонажу, человек сегодня требует "не учить его жить"; значимость такой установки подкрепляется все более распространенной дискредитацией "учительствующих" (интеллигентских, либеральных и демократических) образцов и их носителей. Не следует, впрочем, упускать из виду все более существенное расхождение между установками, пожеланиями, демонстративными ценностями, с одной стороны, и реальностью, к которой приходится приспосабливаться, - с другой. Чаще всего жалуются на недостаток культуры и воспитанности наиболее образованные (21% из получивших высшее образование и только 7% из тех, у кого нет и среднего).

Согласно мнению опрошенных в 1999 г., окружающие их люди чаще всего завидуют богатым (на это указывают 60%), удачливым (38), занимающим высокое положение (25), молодым и здоровым (20), повидавшим мир (16), талантливым, умным (15), свободным, независимым (9%). 4% никому не завидуют. Понятно, что это своего рода фотонегатив собственных позиций респондентов ("что у кого болит...”).

Еще один подход к проблеме динамики ориентации -через установки на будущее детей

Таблица 16

Что требуем от поколения детей

________("Дети должны

1989 г. 1999 г.

Быть экономными 25 21

Стараться понять другого 47 33

Стремиться к знаниям 53 57

Не упускать своего 6 15

Открыто говорить, что думают 23 13

Не выделяться 8 4

Стремиться занять видное положение з 11

Помнить о воздаянии за грехи 2 8

Быть честными, порядочными 74 65

Не забывать своих корней 12 20

Уважать родителей 66 71

Уметь быть счастливыми 15 24

Любить свой дом, родину 45 36

Работать для общего блага 11 4

Уметь довольствоваться малым 5 6

Быть хитрей, не давать себя провести 4 11

Быть всегда самими собой 34 29

Перед нами - довольно богатая картина, отображающая смену предпочтений за десять лет. Заметен рост установок на возвышение, достижение, хватку, хитрость (в этом ряду, видимо, следует воспринимать и пожелание "быть счастливыми") и соответственное снижение популярности "советских" ориентации на скромность, общее благо, на "свой дом". Реже упоминаются честность, порядочность, прямота ("говорить то, что ду-

мают", "быть самим собой"), чаще - память о "корнях", уважение к родителям.

Но вот — как будто противоречащее всему сказанному - желаемое распределение будущих профессий детей (табл. 17).

Таблица 17

"Кем бы Вы хотели видеть своего сына _____________(дочь, внуков)?" ___________________

1994 г. 1999 г.

Профессором, ученым 9 9

Артистом, писателем, журналистом 8 4

Директором банка 13 12

Владельцем магазина 7 8

Врачом, учителем, инженером 30 30

Военным, офицером 11 10

Спортсменом 12 10

Политиком, министром 3 2

Предпринимателем, бизнесменом 16 17

Священником 2 1

Квалифицированным рабочим 19 19

Фермером 4 4

Таким образом, за пять последних лет установки на профессии детей практически остаются на удивление стабильными, причем наибольшей популярностью пользуется "советский" набор престижных профессий -врач, учитель, инженер, рабочий. Правда, рядом с ними занимают стабильные и почетные места также бизнесмены и банкиры.

Толерантность: рамки допустимости или безразличия к человеку. Сравним мнения о том, как поступить с носителями девиантных, отклоняющихся от принятых в качестве привычных или преобладающих норм поведения (табл. 18).

Таблица 18

"Как следует поступить ..."

а) с проститутками?

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Ликвидировать 27 18 12

Изолировать от общества 33 23 20

Оказывать помощь 8 12 20

Предоставить их самим себе 17 30 29

б) с гомосексуалистами?

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Ликвидировать 31 22 15

Изолировать от общества 32 23 23

Оказывать помощь 6 8 16

Предоставить их самим себе 12 29 18

в) с наркоманами?

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Ликвидировать 29 26 21

Изолировать от общества 24 23 24

Оказывать помощь 24 38 47

Предоставить их самим себе 39 , 5 3

г) с больными СПИДом?

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Ликвидировать 13 7 8

Изолировать от общества 24 20 26

Оказывать помощь 57 68 56

Предоставить их самим себе 1 1 1

д) с бродягами, "бомжами"?

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Ликвидировать 9 10 7

Изолировать от общества 25 20 15

Оказывать помощь 44 55 60

Предоставить их самим себе 7 5 5

е) с алкоголиками?

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Ликвидировать 7 9 7

Изолировать от общества 22 20 15

Оказывать помощь 59 59 66

Предоставить их самим себе 6 5 5

ж) с рокерами?

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Ликвидировать 20 26 15

Изолировать от общества 14 18 14

Оказывать помощь 9 7 7

Предоставить их самим себе 27 25 35

з) с родившимися неполноценными?

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Ликвидировать 25 18 11

Изолировать от общества 9 7 9

Оказывать помощь 50 56 62

Предоставить их самим себе 1 1 1

и) с членами религиозных сект?

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Ликвидировать 4 6 14

Изолировать от общества 6 12 23

Оказывать помощь 5 8 9

Предоставить их самим себе 57 51 29

Данные о затруднившихся ответить не приводятся.

Бросается в глаза определенное смягчение отношения практически по всем группам девиантов.

Вопрос в том, что означают такие сдвиги в массовых установках: распространение более гуманных, более цивилизованных критериев толерантности или рост безразличия к нравственным нормам (и к людям), сопутствующий ситуации ценностного кризиса и распада.

Вопрос о смертной казни - точнее, о возможности ее отмены — давно служит показателем жестокости в общественных настроениях (табл. 19).

Таблица 19

Отношение к отмене смертной казни ___________

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Немедленно отменить 3 5 5

Постепенно идти к ее отмене 15 15 15

Оставить ее применение в нынешних рамках 33 37 36

Расширить ее применение 35 25 23

Затрудняюсь ответить 14 18 20

Распределение позиций относительно отмены казней остается практически стабильным. Заметна динамика только в том, что более широкое применение "исключительной меры" пользуется все меньшей поддержкой. Немедленную или постепенную ее отмену все эти годы поддерживали только 20% населения. Хотя настроения общества далеко не соответствуют "европейским" стандартам (ЕС), можно отметить отсутствие в них тенденции ожесточения, которую следовало бы ожидать в связи с постоянной темой кровавого насилия в масс-медиа и реальной жизни.

Эмоциональные рамки существования человека.

Опросы выявляют различные по своей природе и функциям эмоциональные механизмы, так или иначе участвующие в определении актов социального поведения. Видимо, самый простой из них - реакции на определенные события или действия: соотнесение ожиданий с реалиями создает "текущие" оценки одобрения /неодобрения и т.п. Более сложные по своей природе обобщенные оценки, например "удовлетворенность собственной жизнью в целом" или упоминавшиеся выше оценки исторических рамок идентификации, строятся на соотнесении текущих раздражителей внимания и более устойчивых, не всегда осознаваемых структур типа ценностных установок и стереотипов социального восприятия (табл. 20).

Таблица 20 Эмоциональные рамки: "у всех" и "у себя"

"Какие чувства появились, окрепли за последние годы у ...

еще один тип предельно генерализованных оценок, которые во многом задают сами рамки эмоционального восприятия реальности и обеспечивают некий относительно устойчивый баланс между "внешней" (непосредственно социальной) и "внутренней" (личностной, интер-нализованно-социальной) средами человеческого существования. В эмпирических исследованиях такие генерализованные оценки выглядят константами.'

"Баланс" страхов и радостей. Непременным условием существования человека в стабильной или, напротив, бурно изменяющейся социальной обстановке является постоянное поддержание некоего эмоционального баланса между "раздражителями" различного уровня. Как показали и наши предыдущие исследования по программе "Советский человек", источники напряженности носят чаще всего социальный характер, а источники радостей и удовлетворенности - преимущественно личные, семейные (табл. 21).

Таблица 21

Чего боятся современные россияне? ____________

1989 г. 1994 г. Индекс 1999 г. Индекс

1. Болезни близких Болезни близких 4,3 Болезни близких 4,5

2. Мировая война Преступники 3,9 Безработица, бедность 4,1

3. Свои болезни Произвол властей 3,7 Свои болезни 3,9

4. Стихийные бедствия Болезнь, смерть 3,6 Произвол властей 3,8

5. Старость Мировая война 3,6 Преступники 3,6

6. Гибель человечества Безработица, бедность 3,5 Мировая война 3,6

7. Произвол властей Насилие на национальной почве 3,4 Насилие на национальной почве 3,3

8. Страдания, боль Публичные унижения 3,2 Стихийные бедствия 3,1

9. Публичные унижения Возврат к массовым репрессиям 3,2 Публичные унижения 3,0

10. Преступники Стихийные бедствия 3,1 Возврат к массовым репрессиям 2,9

Из-за различия в методических средствах опрос 1989 г. позволяет представить только "иерархию" пугающих событий (по частоте упоминаний). Данные 1994 и 1999 гг. — средние показатели, построенные на основе 5-балльной шкалы (от "совершенно не испытываю страха" до “ испытываю постоянный страх”).

Наиболее существенные изменения в иерархии событий, вызывающих страх, - выдвижение на первые места безработицы и бедности, более редкие упоминания о страхе перед мировой .войной и возвратом к массовым репрессиям (табл. 22).

Таблица 22 "Что доставляет Вам наибольшую радость,

а) "окружающих Вас людей"; б) "Вас лично"? ______________________________________

У окружающих У Вас

Надежда 10 24

Усталость, безразличие 52 38

Одиночество 5 10

Страх 29 . 18

Чувство собственного достоинства 3 8

Обида 26 29

Растерянность 24 20

Зависть 8 2

Отчаяние 37 26

Уверенность в завтрашнем дне 3 6

Чувство свободы 4 7

Ожесточение, агрессивность 37 13

Ответственность за происходящее в стране 2 5

Гордость за свой народ 2 3

Другое < 2 3

Затрудняюсь ответить 3 5

удовольствие?

1989 г. 1999 г.

1 Заниматься с детьми 53 35

2 Получать хорошие деньги 19 33

3 Заниматься садом, огородом 25 28

4 Бродить по лесу 24 26

5 Читать книгу, журнал 40 26

6 Смотреть телевизор 18 24

7 Вкусно поесть 14 23

8 Проводить время с мужем/женой 23 18

9 Заниматься любовью 10 18

10 Работать в полную силу 25 18

Поэтому обобщенные эмоциональные оценки значительно менее подвижны. Можно, вероятно, выделить и

Приведены только первые 10 позиций

оценок, ко-

щонального

:ий относи-(непосред-ной, интер-кого суще-кие генера-

ым услови-напротив, е является ного балан-ровня. Как 1я по про-)яженности очники ра-[НО личные,

Таблица 21

Индекс

4,5

«а, 4,1

щи 3,9

а 3,8

ки 3,6

3,6

>а юй 3,3

е 3,1

к я 3,0

ал 2,9

гвах опрос иерархию" й). Данные военные на : испыты-прах”).

)хии собы->вые места минания о массовым

аблица 22 ость,

г. 1999 г.

35

33

28

26

26

24

23

18

18

18

Изменения в списке невелики, но показательны. Реже упоминаются дети, книги, семья, работа, зато чаще — деньги, телевизор, хорошая еда, секс.

В заключение остановимся на ряде генерализованных показателей эмоционального состояния человека, которые могут быть представлены в качестве констант его существования (табл. 23).

Таблица 23 "Чувствуете ли Вы себя в нашем обществе свободным человеком?"

1995 г. 1996 г. 1997 г. 1999 г.

Да; скорее да 29 33 36 36

Скорее нет; нет 58 53 52 51

Затрудняюсь ответить 13 14 12 13

Источники: Мониторинги 1995-1997 гг., "Советский человек ”1999 г. Суммированы данные ответов "да" и "скорее да", "нет" и "скорее нет".

При всех колебаниях и пертурбациях социальной конъюнктуры в обществе сохраняется почти неизменным соотношение "свободных" и "несвободных" (по их субъективным оценкам) людей; около трети первых и несколько больше половины вторых, причем с годами доля последних даже уменьшается.

Другой пример почти стабильного показателя - доля людей, считающих себя счастливыми (табл. 24).

Таблица 24

1989 г. 1994 г. 1999 г.

Да; скорее да 45 46 49

Скорее нет; нет 322 34 38

Затрудняюсь ответить 23 21 13

рованы по

1 Суммированы данные "да, совершенно" и "скорее да", "нет, совершенно ” и "скорее нет”.

2 К этой позиции добавлен имевшийся в опросе 1989 г. вариант ответа "не в этом главное" (19%).

Доля считающих себя счастливыми практически стабильна - несколько меньше половины населения. Увеличение процента "несчастливых" явно происходит за счет не определившихся с ответом, т.е. - как можно полагать - за счет людей, не решавшихся демонстрировать свою обделенность радостями жизни "в целом”, (при том, что люди довольно охотно показывают нехватку конкретных благ, денег, здоровья и т.д.). Как показывают международные сравнительные исследования, процент "счастливых" в разных странах (во многих из них, например в США, в Японии, он значительно выше отечественного "стандарта") стабилен, сложным образом коррелирован с самооценками людей, страны, истории и мало связан с текущей социально-экономической или социально-политической конъюнктурой.

* * *

1; Краткий обзор результатов нового исследования по программе "Советский человек" позволяет сделать в предварительном порядке некоторые выводы принципиального характера.

Первый из них имеет методологическое значение и упоминался в начале статьи: подтверждена вновь реальная возможность использования данных периодических массовых опросов для изучения фундаментальных изменений в общественных институтах и структурах, в том числе в структуре человека как социальной личности.

Три волны исследования - 1989, 1994 и 1999 гг. — выявили существенные особенности динамики общества и общественного мнения в сложных условиях общественных переломов и кризисов переходной эпохи. Опрос 1989 г. застал российское — тогда и номинально советское - общество в момент подъема "перестроечных" иллюзий и первых признаков разочарования и недоумения. Опрос 1994 г. прошел в атмосфере широко распространенной переоценки результатов перемен и поисков стабилизирующих механизмов. Последний опрос, 1999 г., проводился в условиях доминирующей в массовых настроениях ностальгии по прошлому и попыток адаптироваться к изменившейся социальной реальности. Исследования охватили все важнейшие сдвиги в настроениях и оценках общественного человека за последние десять лет и предоставили материал для анализа основных "загадок" его поведения (в их числе пресловутое российское терпение, пассивный русский бунт и постоянная "мобилизационная" готовность).

В опросах общественного мнения, связанных с изучением политической или коммерческой конъюнктуры, часто бывает достаточным выявление позиций абсолютного или относительного большинства населения, избирателей, потребителей. Но в настоящем исследовании основным объектом изучения является скорее всего не большинство, а некое "меньшинство" опрошенных — значимое меньшинство, которое своим поведением определяет (но не обязательно осознает) характер и устойчивость перемен в различных сферах жизни общества. При любых переменах большинство ("средняя") общества инертно, консервативно, подвержено влиянию ностальгических и даже просто реставраторских настроений. Судьба перемен определяется соотношением сил и влияний определенного значимого меньшинства; чаще принято использовать термин "элита", который представляется в данном случае менее продуктивным. Если социальный человек - в соответствии с представленным ранее замыслом всего исследования - эмпирически дан как распределение человеческих позиций и типов, то его характер и его способность изменяться зависят от соотношения определенных значимых меньшинств и "массы" (которая, впрочем, является всегда достаточно условным образованием), притом соотношения не только "долевого", но и "ролевого" (в смысле функций) влияний таких меньшинств*.

Неоднократно приходилось отмечать "вынужденный" характер перемен в нашем обществе "после 1985-го" и последствия этого для состава и способов действий вовлеченных в них субъектов социального действия. Массовая сторона такого процесса (а именно она непосредственно изучается в исследованиях, основанных на опросах общественного мнения) - вынужденное приспособление к результатам перемен. Серия опросов по программе "Советский человек" дает обширный эмпирический и мыслительный материал для анализа таких перемен на уровне человека.

Такие разделения хорошо известны в социологической литературе. "Каждый человек по своим задаткам - существо, состоящее из многих пластов. И в нем, сменяя друг друга, могут господствовать или отступать те или иные задатки. Каждая фиксация какого-либо типа означает, что эта фиксация складывается посредством господства определенных задатков и их связи и интеграции с ядром личности. Каждое изменение той или иной фиксации означает, что она сменяется вследствие ставших рецессивными ранее решающих задатков и интегрирующего господства тех, которые до сих пор были рецессивными” (Вебер А. Третий или четвертый человек//Вебер А. Избранное: Кризис европейской культуры. Пер. с нем. СПб 1998 С. 221).