Упрощенное производство в гражданском процессе как форма правосудия: проблемы и пути решения

DOI 10.24412/2227-7315-2022-1-164-173 УДК 347.9

А.Ю. Старицын

УПРОЩЕННОЕ ПРОИЗВОДСТВО В ГРАЖДАНСКОМ ПРОЦЕССЕ КАК ФОРМА ПРАВОСУДИЯ: ПРОБЛЕМЫ И ПУТИ РЕШЕНИЯ

Введение: статья освещает упрощенное производство в гражданском процессе как форму правосудия, осуществляемую только судом и базируемую на общих принципах судопроизводства. Автор дает собственную интерпретацию принципов цивилистического процесса применительно к упрощенному порядку рассмотрения и разрешения дел. Цель: опровергнуть зародившиеся сомнения в осуществлении правосудия в упрощенном порядке гражданского процесса, выявить первоочередные пути его совершенствования. Методологическая основа: формально-юридический, а также общенаучные и специально-правовые методы, в т.ч. системный и материалистический. Результат: установлено, что упрощенное производство является формой отправления правосудия, нуждающейся в качественном реформировании в части приведения норм главы 21.1. ГПК РФ в соответствие с иными положениями процессуального кодифицированного акта. Выводы: рассмотрение и разрешение дел в упрощенном производстве, несмотря на изъятие ряда процессуальных аспектов, все же характеризуется обязательной активной судебной правоприменительной деятельностью, базируется на основополагающих принципах.

Ключевые слова: упрощенное производство, гражданский процесс, подсудность, правосудие, принципы гражданского процесса.

A.Y. Staritsyn

SUMMARY PROCEEDINGS IN CIVIL PROCESSES AS A FORM OF JUSTICE: PROBLEMS AND WAYS OF SOLUTION

Background: the article highlights summary proceedings in civil proceedings as a form of justice administered only by a court and based on the general principles of judicial proceedings. The author gives his own interpretation of the principles of a civil procedure as applied to the summary proceedings for hearing and deciding cases. Objective: to refute emerging doubts about the administration of justice in summary civil proceedings and to identify priority ways of improving it. Methodology: the basis of the research is the formal legal analysis, as other research methods were formal and legal, as well as general scientific and legal methods, including systemic and materialistic methods. Results: it has been established that summary proceedings are a form of justice that needs a qualitative reform in terms of bringing the norms of Chapter 21.1. Code of Civil Procedure of the Russian Federation in accordance with other provisions of the codified procedural act. Conclusions: the examination and resolution of cases in the summary proceedings with the removal of a number of procedural aspects, are characterized by mandatory judicial law enforcement activity, based on fundamental principles.

Key-words: summary proceedings, civil proceedings, jurisdiction, justice, principles of civil proceedings.

© Старицын Алексей Юрьевич, 2022

Старший преподаватель кафедры гражданского права и процесса

Согласно статистическим данным за 2020 г., российские суды общей юрисдикции рассмотрели 20 773 356 гражданских дел1. Отметим, что за предыдущий 2019 г. судами было рассмотрено на 19% дел меньше. Очевидны масштабность чрезмерной судебной нагрузки и высокий потенциал ее дальнейшего роста. В силу этого особую актуальность в настоящее время приобрели механизмы, направленные на решение названной проблемы.

С позиции процедурного аспекта нас интересует упрощенный порядок рассмотрения и разрешения гражданских дел, предполагающий качественно существенные изъятия из общих правил об исковом производстве. Отметим, что введение соответствующей главы в ГПК РФ2 не сопровождалось установлением пределов допустимого упрощения и ускорения гражданского процесса. Не было сказано ни слова в обоснование «встроенности (непротиворечивости)» такого порядка в гражданско-процессуальное законодательство, что и породило в юридическом сообществе сомнения относительно отправления правосудия в упрощенном процессе.

Судебный орган предстает в качестве социально-правового феномена, направленного на урегулирование возникающих в обществе разногласий исходя из общепринятых норм поведения. Судебная правоприменительная деятельность направлена на осуществление правосудия — одной из основных составляющих правового государства. Ст. 118 Конституции РФ закрепляет принцип осуществления правосудия исключительно судом, который воспринимается правовым сообществом как данность права. Несмотря на это в юридической литературе продолжает выдвигаться предложение о передаче категорий дел упрощенного порядка в ведение нотариата. Так, Д.Я. Малешин, отмечая схожее назначение судебного приказа и исполнительной надписи нотариуса, говорит об отсутствии каких-либо практических и теоретических препятствий отнесения бесспорных и малозначительных дел к компетенции нотариуса [1, с. 83]. При этом правовед отмечает, что подобное решение насущного вопроса позволит сократить в несколько раз судебную нагрузку и повысить доступность правосудия гражданам. Аналогичное предложение было выдвинуто Президиумом Совета судей на одном из заседаний (во всяком случае, была признана разумность указанной идеи3). Полагаем, что снижение судебной нагрузки не может оправдать размывание роли и функционала судебного органа, умалять конституционные положения, определяющие основы государственного строя. Напомним, что нотариус может лишь удостоверить юридический факт, а не установить его, запросив необходимые для этого документы. К тому же в этом случае отсутствует механизм проверки законности и обоснованности разрешения спора о праве нотариатом.

Термин «правосудие» содержит указание на именно судебное участие, которое не может быть подменено квазисудебным положением нотариуса хотя бы и в отношении отдельных категорий дел, для которых характерна малозначительность и бесспорность. Правосудие — это та функция, которая характерна для судеб-

1 См.: Отчет о работе судов общей юрисдикции по рассмотрению гражданских, административных дел по первой инстанции за 2020 г. URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79&item=5459 (дата обращения: 30.05.2021).

2 См.: Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.ноября 2002 г. № 138-ФЗ (в ред. от 1 июля 2021) // Российская газета. 2002. № 220.

3 См.: Об итогах обобщения предложений по оптимизации судебной нагрузки: Постановление Президиума Совета судей РФ от 25.02.2016 г. № 489. URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/ online.cgi?req=doc&base=ARB&n=458058#038890695708729073 (дата обращения: 06.01.2021). 165

ных органов по их правовой природе [2, с. 154]. По этой причине выдвигаемый способ разрешения проблем правоприменительной практики категорически нежизнеспособен.

А. В. Сорокопуд [3, с. 187], В. М. Шерстюк [4, с. 15], Н. А. Громошина [5, с. 94] в целях снижения судебной нагрузки предлагают организационные пути решения, а именно наделение помощника судьи полномочиями по самостоятельному рассмотрению и разрешению дел в упрощенном производстве, что станет следствием соответствующего изменения его статуса. Согласимся с мнением правоведов, но лишь в той части, что разрешение проблемы чрезмерной судебной нагрузки следует связывать со сферой финансовых, управленческих, человеческих, технологических ресурсов. На наш взгляд, включение рассматриваемой категории дел в компетенцию помощника судьи недопустимо в силу ряда факторов, главным из которых является то, что правосудие не может осуществляться лицом, не обладающим статусом судьи, к которому предъявляются высокие профессиональные требования, чья деятельность и правовое положение строго регламентированы федеральными законами.

Правосудие должно осуществляться только судом в лице квалифицированного судьи, прошедшего необходимые испытания и соответствующего установленным требованиям. В рамках упрощенного производства роль суда отнюдь не сводится к механическому сбору и фиксации письменных доказательств. Деятельность суда сводится ко все той же интеллектуальной деятельности, нацеленной на разрешение любого правового спора. Также требуется оценка судом доказательств, контроль за порядком извещения сторон, их ознакомлением с я материалами дела, анализ позиций сторон, выявление и анализ обстоятельств

0

? дела, необходимых для его справедливого и своевременного разрешения. В про-

а тивном случае факт того, что судом не выяснены все обстоятельства дела, может

» послужить основанием отмены принятого в упрощенном порядке решения.

1 Выделение категорий дел, подлежащих рассмотрению в упрощенном порядке, | было обусловлено преимущественно количественным потенциалом таких дел.

го -р..

£ В связи с этим закономерен вывод о том, что пути преодоления современного

§ состояния судебной системы следует наметить в рамках совершенствования

ф

| процессуального законодательства, ориентируемого на баланс публичных и § частных интересов.

Об относительной «встроенности» упрощенного порядка в гражданский процесс нам говорит отсутствие корреляции в правилах о подсудности, а точ-| нее в разграничении компетенций мировых судей и районных судов. Прямого & законодательного указания в п. 3 ст. 232.1 ГК РФ на рассмотрение дел в упро-| щенном порядке исключительно районными судами нет. Изначально с учетом ё законодательных положений на практике возникали сомнения в применении § упрощенных процедур мировыми судьями, однако Верховный Суд РФ, дав разъ-| яснения в п. 3 Постановления от 18 апреля 2017 г. №№ 10, их развеял. В частности, | Верховным Судом РФ было принято во внимание содержание положения ч. 5 п. 1 ст. 23 ГПК РФ, в связи с чем мировыми судьями в порядке упрощенного производства рассматриваются дела по исковым заявлениям, содержащим требования о взыскании денежных средств, истребовании имущества, признания права собственности при условии непревышения предела цены иска, установленного в размере пятидесяти тысяч рублей. Соответственно говорить о технической 166 описке не имеет смысла.

И если с возможностью применения упрощенного порядка рассмотрения дел мировыми судьями вопрос был (хотя и не законодательно) решен, то возникающее при этом расхождение содержания правовых норм осталось без внимания не только высшей судебной инстанции, но и законодателя. Сложилась ситуация, при которой мировые судья де-юре применяют упрощенное производство, но де-факто лишены правовых средств, определяющих гражданско-процессуальную форму упрощенного производства. А поскольку действующее законодательство об упрощенном порядке рассмотрения дел не содержит четких и однозначных положений, позволяющих установить соответствующую компетенцию судебных органов, а также применить положения гл. 21.1 ГПК РФ к гражданскому процессу, осуществляемому как мировыми судьями, так и районными судами в равной мере, то становится очевидным, что полезный эффект упрощенного производства сводится к совсем небольшим показателям.

В частности, разъяснения Верховного Суда РФ не учли расхождение общих сроков рассмотрения гражданских дел мировыми судьями и районными судами и срока, установленного для упрощенного производства, хотя именно процессуальный срок рассмотрения гражданских дел в упрощенном порядке лишает мировых судей возможности обращения в целях оптимизации судебной нагрузки к исследуемой процессуальной форме. Например, положение п. 3 ст. 232.1 ГПК РФ указывает, что рассмотрение и разрешение гражданских дел в исследуемом порядке происходит до истечения двух месяцев со дня поступления заявления в суд. В официальных разъяснениях Верховного суда РФ в п. 21 Постановления от 18 апреля 2017 г. № 10 в основном продублировано указанное положение и лишь уточнено, что дело подлежит рассмотрению в срок, не превышающий двух месяцев.

Указанное не учитывает общие правила рассмотрения гражданских дел и сущность ускорения и упрощения гражданского судопроизводства. Согласно общим правилам рассмотрения гражданских дел (ст. 154 ГПК РФ) мировые судьи рассматривают дело в течение одного месяца со дня принятия искового заявления. Очевидно, что соблюсти пятнадцати- и тридцатидневный срок для представления лицами, участвующими в деле, первичных и дополнительных доказательств, доводов в этом случае практически невозможно. Обратим внимание и на то, что указанные сроки минимальны, то есть судебный орган вправе установить и больший период времени, то есть более пятнадцати и более тридцати дней, но в рамках двухмесячного срока. К тому же следует учитывать и срок, необходимый судебным органам для исследования поступивших доказательств, а также срок доставки почтовой корреспонденции. Отсутствие у суда ко дню вынесения решения сведений о получении одной из сторон дополнительных доказательств, направленных заказным письмом с уведомлением о вручении, служит основанием для перехода к рассмотрению дела в общем исковом производстве, что очевидным образом увеличивает сроки рассмотрения дела1. Следовательно, установленный двухмесячный срок рассмотрения дела в упрощенном производстве не позволяет говорить об ускорении и упрощении производства у мировых судей, однако и ориентирование рассмотрения дела на один месяц

1 См.: Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 16 мая 2017 г. № 57-КГ17-4. URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?rnd=FE38E685C80587 96903D1C79097917EA&req=doc&base=ARB&n=501901&stat=refcode%3D16876%3Bindex%3D0 #1935cs6s8nz (дата обращения: 01.01.2021). 167

несоотносимо с процессуальными сроками этапов представления необходимых материалов лицами, участвующими в деле.

Значит ли это, что срок рассмотрения гражданских дел мировыми судьями в упрощенном порядке увеличивается до двух месяцев? Законодатель не дает ответа на заданный вопрос. Хотя в изначальном проекте закона, внесшего изменения в законодательство, дело в порядке упрощенного производства мировыми судьями рассматривалось в течение двух месяцев [6, с. 45-47]. Следовательно, имеются основания утверждать, что рассмотрение дел в упрощенном производстве невозможно без нарушения сроков их рассмотрения у мировых судей, что не позволяет реализовать цель проведенного реформирования гражданско-процессуального законодательства.

Для решения вопроса применения упрощенного производства мировыми судьями представляется возможным выявить три способа:

исключить полностью применение упрощенного порядка по делам, рассматриваемым мировыми судьями;

2) увеличить срок рассмотрения и разрешения гражданских дел мировыми судьями до установленных гл. 21.1 ГПК РФ двух месяцев;

3) установить отдельные сроки представления основных и дополнительных доказательств с учетом одномесячного срока рассмотрения и разрешения дел мировыми судьями.

Первый способ исключительно кардинален и направлен, скорее, на полное нивелирование проблемы, а не на ее решение. Мировые судьи также, как иные служащие судебной системы, обеспокоены высокой нагрузкой и необходимостью а обеспечения доступности правосудия для граждан. Для разрешения указанных

0

? проблем необходим системный подход.

а Второй способ сводится к необоснованному увеличению срока рассмотрения

» малозначительных дел, подсудных мировым судьям. Фактически увеличение

1 срока рассмотрения дел в упрощенном порядке мировыми судьями еще на один || месяц противоречит целям упрощения и ускорения гражданского процесса. I Напомним и то, что рассмотрению и разрешению мировыми судьями подле-

§ жат дела по имущественным спорам ценой иска, не превышающей пятидесяти

ф

| тысяч рублей. На наш взгляд, требования с таковой ценовой категорией вряд § ли обоснованно рассматривать в течение столь продолжительного времени. Не 'I следует забывать о том, что такой способ отнюдь не соответствует целям при! менения упрощенных процедур. К тому же нельзя опровергнуть тот факт, что | упрощенное производство непостоянно. Так, несмотря на то, что дело принято & к рассмотрению в упрощенном порядке, отсутствуют гарантии того, что оно в | дальнейшем при наличии экстраординарных обстоятельств (например, при неё обходимости исследования дополнительных доказательств или вступления в дело § третьих лиц) не будет сменено общим исковым производством. Следовательно, | увеличение срока рассмотрения иска мировыми судьями в упрощенном порядке | может послужить плацдармом для злоупотребления лицами, участвующими в деле, своими процессуальными правами и привести к искусственному затягиванию дела.

Третий способ представляется приемлемым, поскольку позволяет соблюсти требования по ускорению и упрощению производства в целях повышения доступности судебной защиты для граждан, а также учесть предметную подсуд-168 ность дел. С учетом этого целесообразно дополнить содержание п. 3 ст. 232.1

ГПК РФ, указав, что рассмотрение дел в упрощенном производстве мировым судьей осуществляется в пределах общего срока, в течение одного месяца со дня поступления искового заявления в суд, а в п. 2-3 ст. 232.3 ГПК РФ предусмотреть соответствующие конкретные минимальные сроки. Полагаем, что такой подход позволит минимизировать мотивацию лиц, участвующих в деле, к затягиванию процесса, а также снизить нагрузку на мировых судей за счет упрощения судопроизводства.

Одним из определяющих процессуальных средств, свойственных упрощенному производству, является отказ от устных слушаний при одновременном усилении письменного начала гражданского процесса. Указанное в определенной степени умаляет действие ряда принципов гражданского производства. Однако, на наш взгляд, исторически выделяемые принципы гражданского процесса применительно к порядку, предусмотренному гл. 21.1 ГПК РФ, лишь трансформируются с учетом формируемых правовых реалий. Качественные изменения принципов гражданского процесса являются следствием изначально свойственных им же признаков — таких как нормативность, устойчивая связь с общественными переменами. Общественная жизнь не стоит на месте, а развитие отдельных ее сфер требует новых механизмов ее регулирования. Полное исключение принципов невозможно, так как соблюдение каждого из них способствует достижению целей гражданского судопроизводства, что порождает преемственность. Основополагающие начала судопроизводства и раньше претерпевали изменения. Например, в настоящее время утратил действие принцип судебной истины и, наоборот, приобрел силу принцип разумности, отражающий гарантию своевременного рассмотрения и разрешения предъявленных требований. Неред- ш ко правоведами выделяются иные принципы, не нашедшие законодательного от- и ражения, например принцип динамичности, принцип информатизации [7, с. 10]. а

В первую очередь отметим особое состояние принципа устности граждан- О ского процесса, который предполагает, что «в судебном заседании передача О информации между лицами, участвующими в деле, совершается обязательно в О

п

устной форме, что не исключает передачу этой же информации в иных формах а

(письменной, вещественной, в форме аудио- и видеозаписи) и письменную и в

иную фиксацию этой передачи» [8, с. 95-96]. Применительно к упрощенному О

производству принцип устности приобретает иное значение, поскольку рас- р

смотрение и разрешение дела происходит путем ознакомления и оценки судом |

представленных первичных и вторичных доказательств, возражений. Так, к

принцип устности сводится к аудиовизуальной информации, представляемой а

в качестве доказательства. Следует говорить не о полном устранении устности, |

а, скорее, о сужении словесной передачи произошедших юридических фактов. |

В определенной степени принцип устности проявляет свое действие при переходе ¡§

к рассмотрению дела в ординарной процедуре, а значит, устность не утрачива- 1

ет своей важной роли. В общеисковом производстве устные сведения все еще )

являются элементарным и наименее затратным способом воссоздания модели 2 правонарушения, наиболее точной реконструкцией деталей обстоятельств рассматриваемого дела.

Обвинения в искусственности, формализме, выдвигаемые в сторону судебного органа при применении норм гл. 21.1 ГПК РФ, считаем необоснованными. Письменные доказательства активно применяются и при общеисковом производстве.

Следует помнить, что любые доказательства подлежат оценке с точки зрения 169

доступности, достаточности, относимости и достоверности. Устные показания не обладают исключительностью.

Назначение принципа устности заключается в облегчении общения суда с участниками судопроизводства, а также реализации иного принципа — принципа гласности. Гласность предполагает открытость судебного разбирательства, возможность присутствия отдельных лиц при рассмотрении дел. Однако согласимся с мнением С.В. Прасковой: ошибочно сводить содержание гласности только к стадии судебного разбирательства [9, с. 122]. Информация об иной правоприменительной деятельности судебного органа, сводимая в том числе к стадиям возбуждения и подготовки к судебному разбирательству, должна быть открытой (гласной). В настоящее время этот аспект учтен законодателем. Например, гласность обеспечивается размещением текста решения суда, вынесенного в порядке упрощенного производства, на официальном сайте суда (ч. 1 ст. 232.4 ГПК РФ). Соответственно в отношении опубликования решения суда принцип гласности реализуется в полной мере. Впрочем, если учесть законодательное указание на принятие решения в упрощенном порядке лишь в форме резолютивной части, то опубликованный судебный акт не несет необходимую информационную нагрузку, обеспечивающую гласность судебного процесса. Об этом подробнее будет сказано далее. Отметим лишь то, что принятие «полного» судебного решения будет способствовать реализации вышеуказанного принципа. В отношении стадии судебного разбирательства принцип гласности ограничен в силу ликвидации фактических условий реализации: в упрощенном порядке не предусмотрено проведение судебного заседания, а оценка доказательств осуществляется судом я единолично. В целом можем отметить, что ограничение принципа гласности,

0

? открытости правосудия в этом случае ориентируется на необходимость обеспе-

а чения частных (повышение доступности правосудия) и публичных (сокращение

g судебной нагрузки) интересов.

1 В рамках указанной стадии гражданского процесса применительно к упро-|| щенному порядку, на наш взгляд, обязательна оценка с позиции соблюдения 1 принципа состязательности судопроизводства, предполагающего состояние, при

§ котором стороны имеют равные возможности относительно представления своих

ф

| позиций по вопросам заявленных требований и возражений и обосновывающих § их доказательственных материалов. В то же время указанный принцип не ис-'I ключает активную роль суда в части запроса необходимых документов, доказа-! тельств, что распространяется и на упрощенное производство. В определенной | степени процессуальная возможность ограничена, поскольку стороны могут g представлять лишь «документированные доказательства», тогда как осмотр на | месте, проведение экспертизы служат основанием для перехода к общеисковому g производству.

§ Принцип состязательности не ограничивается лишь прениями сторон, суж-

| дением и возражением на него, а упрощенное производство не отходит от состя-J зательности сторон. Решение по делу все так же может быть вынесено только при условии представления в суд соответствующих доказательств в поддержку своих доводов и правовой позиции, объяснений и возражений.

С одной стороны, упрощение процесса действительно позволяет сократить временные и финансовые ресурсы. Но, с другой стороны, это лишает субъектов гражданского процесса возможности использования отдельных средств до-170 казывания, а именно показаний свидетелей, вещественных доказательств, за-

ключения эксперта. Действующее законодательство предусматривает на случай необходимости исследования подобных доказательств переход к рассмотрению дела по общим правилам искового производства. Однако такой вариант малоубедителен, поскольку инициатива такого перехода полностью зависит от судебного органа. Иными словами, разрешение дела зависит от судейского усмотрения. Согласно ч. 4 ст. 232.2 ГПК РФ, если суд, в том числе по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что для разрешения дела требуется произвести осмотр или исследование доказательств по месту их нахождения, выслушать свидетельские показания, то он выносит определение о переходе к общеисковому производству по делу. И если законодательное положение не исключает неоднозначного толкования, то официальные разъяснения Верховного Суда РФ не допускают инакомыслия: переход к рассмотрению дел по общим правилам искового производства осуществляется судом по своей инициативе или по ходатайству лица, участвующего в деле, при наличии оснований, предусмотренных п. 4 ст. 232.2 ГПК РФ. Иначе говоря, именно суд оценивает не только наличие соответствующего обстоятельства, но и обоснованность такого ходатайства, заявленного одной из сторон.

Подобное положение позволяет сформулировать вывод о том, что лица, участвующие в деле, ограничены в выборе средств доказывания, поскольку выделенные законодателем виды доказательств не могут быть оценены в рамках упрощенного производства, а необходимость их исследования определяется только судом. Такое положение дел воспринимается юридическим сообществом как ограничение принципов диспозитивности и состязательности гражданского процесса. Следует признать сложность соблюдения черты между злоупотребле- ш нием стороны дела своим процессуальным правом и стремлением суда первой и инстанции разрешить дело в упрощенном порядке. Логично утверждать, что а оценка указанной необходимости свойственна исключительно судебному органу. О Априори именно суд определяет обстоятельства, подлежащие доказыванию, а О также формат такого доказывания, необходимые для осуществления правосу- О

о

дия. Предоставление одной из сторон абсолютного права инициировать переход а к ординарной процедуре посредством обоснованного, на ее взгляд, ходатайства в

Н

умаляет полностью цель применения упрощенного производства. В качестве не- О

зависимого от судейского усмотрения приемлемого условия перехода к ординар- р

ной процедуре, позволяющей призвать на помощь иные доказательства, можно |

было бы предложить скоординированное ходатайство обеих сторон, для которых к

рассмотрение дела в упрощенном производстве перестало быть актуальным. Та- а

кая возможность теоретически есть, но практически невыполнима, поскольку |

вряд ли противная сторона будет соглашаться на исследование специального |

рода доказательств, могущих подтвердить обоснованность возражений другой ¡§

стороны по делу. Соответственно единственный вариант повышения эффектив- 1

ности судейского усмотрения по вопросу проведения осмотра на месте, судебной )

экспертизы как основания для перехода к иным правилам рассмотрения дела, 2 отличным от правил гл. 21.1 ГПК РФ, — разработать рекомендации на основе уже сложившейся правоприменительной практики.

В свете того, что упрощенное производство, в отличие от приказного, изначально несет меньше рисков, в том числе за счет возможности перехода к ординарной процедуре, в юридической литературе [10, с. 235] подвергается сомнению отведение вопроса о переходе из упрощенного производства в исковое к 171

судейскому усмотрению. Согласно п. 4 ст. 232.2 ГПК РФ именно суд оценивает необходимость перехода из одного порядка рассмотрения и разрешения дела в другой, и именно суд оценивает обоснованность ходатайства сторон в случае необходимости исследования дополнительных документов, осмотра вещей на месте, проведения экспертизы, привлечения иных лиц. Безусловное удовлетворение подобного ходатайства сдвигает весы в сторону частных интересов. Но согласимся, что существующее положение дел нивелирует правовой статус субъектов гражданского процесса, к тому же судебный орган может и упустить определенные моменты, имеющие особое значение для разрешения дела. Полагаем, что для обеспечения необходимого баланса публичных и частных интересов необходимо акцентировать внимание на том, что по действующему законодательству определение суда о переходе к рассмотрению дела в упрощенном порядке не подвергается обжалованию. Но при этом решение, вынесенное судом в порядке упрощенного производства при наличии оснований для перехода к исковому производству, подлежит отмене в рамках апелляции (п. 51 Постановления от 18 апреля 2017 г. № 101). Соответственно необходимо предусмотреть механизм, позволяющий предотвратить наступление оснований отмены решения суда, что позволит своевременно отреагировать, тем самым устранив необходимость повторного рассмотрения гражданского дела. Руководствуясь этим, предлагаем закрепить в п. 5 ст. 232.2 ГПК РФ право сторон дела обжаловать определение суда первой инстанции о переходе к рассмотрению дела из упрощенного в исковое производство.

Таким образом, упрощенный порядок рассмотрения и разрешения споров не умаляет права граждан на правосудие. Он выступает неотъемлемым фрагментом, проявлением судебной правоприменительной деятельности. И в настоящее время законодателю необходимо лишь скорректировать, улучшить его во взаимосвязи с общей картиной гражданского процесса. В первую очередь следует устранить неясность применения упрощенного производства всеми звеньями судебной системы, а именно разрешить вопрос оперирования исследуемым механизмом мировыми судьями с учетом особенностей функционирования этого звена субъектов правосудия. Во-вторых, необходимо предоставить гражданам процессуальные возможности, гарантии взамен на «усеченную» реализацию сущностных показателей принципов гражданского процесса, например, предусмотреть право сторон обжаловать определение суда о наличии оснований для перехода к общеисковому производству по делу.

Библиографический список

1. Малешин Д.Я. Содействие нотариата судебной реформе // Вестник Санкт-Петербургского университета. Право. 2020. Т. 11. Вып. 1. С. 67-86.

2. Солянко П.В. Суд как субъект права: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2020. 214 с.

3. Сорокопуд А.В. О правовой природе приказного и упрощенного производства в цивилистическом процессе в свете поиска способов оптимизации судебной нагрузки // Вестник гражданского процесса. 2019. № 5. С. 186-204.

4. Шерстюк В.М. Переход количества в качество в гражданском процессуальном праве // Вестник гражданского процесса. 2016. № 1. С. 10-30.

1 См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 апреля 2017 г. № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном 172 производстве» // Российская газета. 2017. № 88.

5. Громошина НА. Приказное производство как инструмент оптимизации цивили-стического процесса // Законы России: опыт, анализ, практика. 2017. № 5. С. 93-96.

6. Чистова К. ВС РФ об упрощенном производстве // ЭЖ-Юрист. 2017. № 21. С. 45-47.

7. Соловьева Т.В. Модернизация принципов гражданского судопроизводства в свете реформы судебной системы // Арбитражный и гражданский процесс. 2019. N° 6. С. 8-13.

8. Воронов А.Ф. Принципы гражданского процесса: прошлое, настоящее, будущее. М., 2009. 494 с.

9. Праскова С.В. Теоретические основы гласности правосудия: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. 214 с.

10. Малышкин А.В. Категории дел, подлежащих рассмотрению в порядке упрощенного производства: интегрирование приказной и общеисковой юрисдикции // Вестник гражданского процесса. 2017. № 4. С. 234-246.

References

1. Maleshin D.Ya. Assistance of the Notary to Judicial Reform // Bulletin of the St. Petersburg University. Law. 2020. Vol. 11. Issue 1. Р. 67-86.

2. Solyanko P.V. The court as a Subject of Law: dis. ... cand. of law. M., 2020. 214 p.

3. Sorokopud A.V. On the Legal Nature of a Writ and Summary Proceedings in the Civil Process in the Light of the Search for Ways to Optimize the Judicial Burden // Bulletin of Civil Procedure. 2019. No. 5. Р. 186-204.

4. Sherstyuk V.M. The Transition of Quantity to Quality in Civil Procedural law // Bulletin of Civil Procedure. 2016. No. 1. Р. 10-30.

5. Gromoshina N.A. Ordered Production as an Instrument of Optimization of the Civil Process // Laws of Russia: Experience, Analysis, Practice. 2017. No. 5. Р. 93-96.

6. Chistova K. Armed Forces of the Russian Federation on the Summary Proceeding ш // Ezh-Yurist. 2017. No. 21. Р. 45-47. и

7. Soloveva T.V. Modernisation of Civil Litigation Principles in the Light of Judicial а Reform // Arbitration and Civil Procedure. 2019. No. 6. P. 8-13. 0

8. Voronov A.F. Principles of Civil Procedure: Past, Present, and Future. M., 2009. 494 р. к

9. Praskova S.V. Theoretical Foundations of Public Justice: dis. ... cand. of law. M., Г 2004. 214 р. 3

L Ja

10. Malyshkin A.V. Categories of Cases to Be Considered in a Series of Summary Pro- T ceedings: Integration of Writ and General Jurisdiction // Bulletin of Civil Procedure. H 2017. No. 4. Р. 234-246. °

4 )

2 О N) N)