Ну что тебе сказать про Альбион

Готовность Лондона к началу Олимпийских игр нельзя назвать стопроцентной: городу не хватает гидов, Играм не хватает охранников, их функции приходится выполнять военным. Но главное, что к Играм вполне готовы лондонские стихии: небо, солнце и река. Можно сказать, они ждали открытия Олимпиады с нетерпением — почти с таким же, с каким его ждал лондонский резидент "Ъ" НИКИТА КОЛЕСНИКОВ.

London eye

День церемонии открытия Игр. Лондон так наполнен торжеством и фейерверками, готовыми вырваться наружу и заблистать, что просто готов взорваться. В самом хорошем и радостном, конечно, смысле, а не в самом плохом. Тот факт, что секьюрити хороша, даже очень хороша, подтверждает абсолютная безоблачность настроения публики.

Солнце жарит вовсю. Здесь, несомненно, вмешалось провидение: все лето в Англии была страшная погода. Страна была в одном из двух состояний: либо дождит, либо собирается дождить. Нет, вру, 13, 14 и 15 марта было целых три солнечных дня, как будто погода поиздевалась над англичанами, и снова начались дожди.

И вдруг такое! Солнце яростно, неприлично-бескомпромиссно жарит с отчаянно голубого неба. Жители раздеваются, не переставая, и все равно это не помогает. Какие там куртки! Даже обручальные кольца снимают — под таким солнцем они сильно нагреваются. Жилетки меняются на футболки. Брюки — на шорты... Кроссовки — на босоножки...

Да, Лондон сошел с ума и понесся, ликуя, навстречу запоздавшему лету. Люди, ошалевшие от жары, спасаются в пабах. Спрос на пиво взлетел до небес. Клубы пульсируют жизнью, с потолка капает пот, музыка бьется в экстазе, жизнь торжествует.

Не зря англичане говорят: "Если вы устали от Лондона, вы устали от жизни". Пропустить, не приехать в такой Лондон сегодня преступление, абсолютно невообразимое! И это до Игр. А когда начнется торжество!..

На Трафальгар-сквер стоит счетчик с указанием минут до начала. И на глазах время утекает. И хочется уже быть там, где Игры начнутся. Потому что как ни наполнен центр уже сейчас, как ни забиты улицы, как ни ликует на них толпа, это все будет ничто по сравнению с тем, что будет на трибунах. The Telegraph заранее предрекала, что церемония будет "неземной" — "Out Of This World".

А Темза уже и сейчас великолепна. Везде огни, варьирующиеся в оттенках от бирюзового до темно-синего, и вся река как будто залита яркими красками. Отдельно малиновым цветом светят прожекторы. London Bridge — в артистическом беспорядке, тоже забросан огнями, а в середине висят огромные кольца. Big Ben горделиво покрыт золотой краской. Золото и малиновый цвет прекрасно сочетаются, а когда темнеет, все это еще и оказывается на черном бархатном фоне. Иногда башни моста подсвечивают цветами британского флага, иногда — одну голубым, другую красным, иногда — обе белым, но эффект всегда такой, что сминает и опрокидывает любое, даже самое разнузданное воображение.

Стратфорд, район, где проходят игры, примиряет даже англичан, что весьма показательно: те, кто, по их собственным показаниям, никогда не допустит даже визуального контакта с соседом по метро, потому что придется потом с ним разговаривать, после того как побывали на репетиции, возвращаются если не друзьями, то относительно близкими (по крайней мере насколько это возможно с полным чужаком, которым является ваш сосед по дому) знакомыми.

Лондон забит теперь под завязку и всевозможными гидами. В основном это предприимчивые девушки и парни со всего мира, которые только отдаленно знакомы с английским, зато уже очень хорошо — с клубами, улицами и лондонцами. Они воспользовались катастрофической (несмотря на все семь лет подготовки к Играм) нехваткой рабочих рук и ринулись в эту брешь. "Брешь" воспользовалась ими всеми, оставив, впрочем, еще 1100 свободных рабочих мест.

Нужда в персонале становилась тем больше, чем ближе подступало открытие. В конце концов власти еще и сознались, что не могут получить обещанных 10 тыс. охранников. Более того, какие-то люди, только что так легко получившие работу в Столице Мира, начали не появляться на рабочих местах по причине банальной лени. И тогда в дело вовлекли армию, ну по крайней мере целую мощную часть ее — из 3500 человек.

И если раньше я уж начал было тревожиться за людей в Лондоне, в том числе и самых дорогих мне, тех, кто будет находиться, тьфу-тьфу-тьфу, в самом центре олимпийских событий, то теперь я начал тревожиться за полицейских. Когда я шел от Oxford Circus к The Bosco Club, дорогу мне перешел мрачный офицер, причем именно перешел (как нарочно!): он заметил меня и с определенным взглядом, который бывает только у полицейских и удавов, мгновенно поменял траекторию, взял и подрезал! Я уступил ему дорогу. Офицер улыбнулся мне, как будто крокодил расплылся в улыбке, и продолжил движение. Если бы я не заметил его вовремя, то врезался в него на полной скорости и имел бы на руках "Нападение на служителя закона" со всеми вытекающими.

Стало немного яснее, почему толпы лондонцев так беспечны. Они могут позволить себе расслабиться. В конце концов, в городе армия. Они просто безмятежны. На днях, слоняясь по Лондону весь день, от чего абсолютно невозможно удержаться, я заметил Regent Park Hotel и прилегающий к нему ресторан. Попросил у них умыться — жарко было, и до сих пор жарко, там, где искусственно не создают тучи, невероятно. Единственной проблемой доступа к умывальникам было то, что для того чтобы дойти до них уже от входа в туалет, нужно было пересечь просторный холл, в котором вполне (без преувеличений) можно было развернуть хоть Maybach. И несмотря на то, как важен этот отель, меня пустили, не наводя справки, косясь, правда, на мои слегка порванные джинсы и крашенные в стиле панк волосы с вежливым, но, как обычно, хорошо скрываемым удивлением.

Здесь работает принцип "Нельзя, но если очень хочется, то можно". Только осторожно. На самом деле.