"Total просто решил перестраховаться"

Французская нефтегазовая корпорация Total приостанавливает сотрудничество с российской компанией ЛУКОЙЛ. Об этом в интервью Financial Times заявил исполнительный директор французской компании Кристоф де Маржери. Независимый эксперт Дмитрий Лютягин ответил на вопросы ведущей "Коммерсантъ FM" Дарьи Полыгаевой.

Речь идет о совместной разработке месторождений в Западной Сибири. Причиной такого решения являются антироссийские санкции Запада. В мае этого года ЛУКОЙЛ и Total подписали соглашение о создании совместного предприятия, где доля российской компании должна была составить 51%, французской — 49%.

— Ранее в Total обещали, что санкции не повлияют на развитие уже запущенных совместных проектов. Почему мнение поменялось, как вы считаете?

— Вы знаете, поменялось мнение в отношении Баженовской свиты и тех месторождений, которые к этому залеганию относятся, к глубокому залеганию для нефти, которая добывается путем гидроразрыва пласта и с помощью достаточно технологичных процессов, связанных с теми же самыми трубами. Это не обычные отводные трубы должны быть, это уже идут трубы премиального сегмента. Они попадают под санкции, которые ввел Европейский союз и США. Поэтому Total и в данном вопросе признал то, что они выходят из этого проекта, который направлен на разработку месторождений и передачу технологий по добыче месторождений нефти, которую можно классифицировать как сланцевая нефть, хотя она ЛУКОЙЛом обозначается как несланцевая нефть. Но чтобы избежать этих вопросов или двоякого трактования, Total просто решил перестраховаться.

— В условиях санкций технологически невозможен этот проект?

— Да, в условиях санкций есть запрет на поставку и передачу техники и технологий для разработки такого рода месторождений. Они подпадают под санкционный список.

— Total отказывается от этого проекта, что будет с ним, если им будет заниматься только ЛУКОЙЛ, и будет ли он им заниматься самостоятельно?

— Я думаю, что ЛУКОЙЛ будет этим заниматься, потому что Вагит Алекперов в недавних интервью говорил, что это одно из перспективных направлений для компании. И месторождение Баженовской свиты является будущим для России на континенте, в той же самой Западной Сибири. Чтобы мы восстановили и сохранили добычу в Западной Сибири, надо начинать бурить более глубокие скважины и уходить в горизонт, который можно трактовать как сланцевую нефть, но она не сланцевая, на мой взгляд.

— Насколько я понимаю, для этого нужны западные технологии?

— Нужны западные технологии, здесь есть проблемы, я думаю, что ЛУКОЙЛ этот вопрос будет пересматривать, возможно, мы увидим определенную отсрочку этой стратегии, но сам по себе взгляд на перспективу ЛУКОЙЛ сохранит и будет искать возможности, чтобы приступить к освоению этих залежей.

— А такие возможности есть в нынешних условиях?

— В нынешних условиях, если искать их на том же самом Востоке, хотя у них по технологиям сложнее, чем в США и ЕС, которые развивали эти направления технологий. Но я думаю, что со временем, года через два-пять, возможно, мы увидим определенное не импортозамещение, а импортопереориентацию. Спрос сохраняется, мы получим предложения не из санкционного списка стран, а из восточного блока. На это можно уповать, потому что сейчас определенные технологии пытаются осваивать и китайские, и корейские компании. Это видно, вопрос только в том, что они пока не достигли того уровня, который есть у Европы и США.

— Как вы считаете, какие еще проекты с западным участием оказались под угрозой в связи с санкциями, которые касаются технологий?

— В этом санкционном списке есть четкая формулировка о том, что передача технологий по глубоководному бурению, а это по сути наши основные шельфы, которые находятся на Арктике, на Дальнем Востоке, Сахалин тот же самый, подпадает под действия санкций. И уже есть определенные опасения, высказываемые российскими компаниями, такими как "Роснефть", "Газпромнефть", о том, что, возможно, придется эти проекты или приостановить, или отложить на будущее.