Дело аптекарей

Минздравсоцразвития предупреждает игроков фармрынка, что завышение цен на лекарства опасно для бизнеса, но те не внимают. Вот и взялась за алчных аптекарей Генпрокуратура, а МВД выступило за сокращение числа оптовиков-фармдистрибуторов. Народу наверняка понравится забота силовиков о его здоровье, хотя систему поставки лекарств эти меры вряд ли вылечат.

Нарушения бизнеса и власти

27 ноября Генеральная прокуратура отчиталась об итогах массовых проверок в аптеках, а глава Минздравсоцразвития Татьяна Голикова высказалась в том духе, что теперь так и будет, если игроки фармрынка не хотят снижать цены на лекарства по-хорошему.

Лекарства действительно товар особый, и считается, что без госрегулирования здесь не обойтись. Существует перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств (ЖНВЛС). Этот перечень включал в себя 658 наименований непатентованных лекарственных средств (например, кетамин, пеницилламин), однако 30 ноября Минздравсоцразвития опубликовало новый список, который после утверждения правительством начнет действовать уже в 2010 году. Как заявила журналистам министр Татьяна Голикова, теперь в перечень включено 495 наименований лекарственных средств, из них 75 наименований — лекарства отечественного производства, 261 наименование производится как российскими, так и зарубежными фармкомпаниями, 159 наименований — фармсредства зарубежного производства.

Неизвестно, послужил ли толчком для изменений в перечне отчет Генпрокуратуры, но масштаб обнаруженных нарушений впечатляет.

"По итогам проверок прокурорами внесено более 1300 представлений об устранении нарушений закона, объявлено свыше 800 предостережений о недопустимости нарушений закона, направлено 157 заявлений в суд об обязании участников фармацевтической деятельности произвести перерасчет цен на лекарственные препараты и взыскании неосновательно полученного обогащения, 1050 дел об административных правонарушениях,— сообщает Марина Гриднева, начальник управления взаимодействия со средствами массовой информации Генеральной прокуратуры России.— В результате принятых мер прокурорского реагирования 1022 организации оптовой и розничной торговли лекарственными средствами снизили цены на лекарства".

Особое недовольство прокуроров вызвали аптечные пункты на столичных вокзалах. Так, в аптечном учреждении "Фармтранс-центр" на Казанском вокзале препараты диклофенак и валокордин реализовывались с торговыми наценками в размере 129 и 167% соответственно. В аптечных пунктах ООО "НПО "Рэйл"" и ООО "Антел Фарм" на Белорусском вокзале вместо установленной законом 25-процентной торговой надбавки ряд препаратов продавали с надбавкой более 30%. "По результатам проверки в отношении руководителей фармацевтических организаций московским межрегиональным транспортным прокурором возбуждено семь дел об административных правонарушениях",— сообщила Марина Гриднева.

Нелли Игнатьева, исполнительный директор Российской ассоциации аптечных сетей, замечает, что государственные органы обладают правом осуществлять проверки по вопросам ценообразования, "однако в ноябре этого года количество проверок на предмет ценообразования существенно увеличилось, и это мешает работе аптек".

Гораздо более занятный и тонкий аспект — на каких именно основаниях прокуроры могут заставлять аптекарей снижать цены, грозя, например, наложением штрафа в двукратном размере излишне полученной выручки от реализации товара вследствие неправомерного завышения регулируемых государством цен (согласно статье 14.6 Кодекса РФ об административных правонарушениях). Дело в том, что, хотя перечень ЖНВЛС един для всей страны, вопрос о том, сколько можно накручивать на входящие в него препараты, отдан на откуп регионам: нормы наценки устанавливают местные власти. Поэтому, хотя практически во всех регионах России были выявлены случаи превышения предельных оптовых и розничных надбавок на лекарства, нарушения эти весьма отличались друг от друга.

Ведь сами региональные органы исполнительной власти, по данным прокуроров, устанавливают ничем не обоснованные предельные оптовые и розничные надбавки на лекарственные средства — от 15 до 100%. В итоге цены на одни и те же торговые наименования лекарственных средств значительно различаются даже в пределах одного региона и населенного пункта. Например, в Самарской области некоторые участники фармацевтического рынка устанавливают торговые надбавки в размере до 97% от их себестоимости — и это вполне законно.

Наценочная путаница

"В России отсутствуют необходимые нормативные правовые акты федерального и регионального уровней,— говорит Марина Гриднева из Генпрокуратуры.— Отсутствует единая методика определения органами исполнительной власти регионов предельных оптовых и предельных розничных надбавок к фактическим отпускным ценам производителей на жизненно важные лекарственные средства. Не утверждена методика определения предельных отпускных цен производителей на эти лекарственные препараты".

Вопросом как по взмаху дирижерской палочки озаботилась Федеральная служба по тарифам (ФСТ). "ФСТ разрабатывает методику определения предельных оптовых и предельных розничных надбавок к фактическим отпускным ценам производителей на жизненно необходимые и важнейшие лекарственные средства, а также совместно с Минздравсоцразвития — методику по определению предельных отпускных цен производителей ЖНВЛС",— рассказывает Анна Мартынова, начальник пресс-центра ФСТ России. Обе методики должны быть обнародованы в середине декабре.

Оптовым сегментом фармрынка — дистрибуторами — занялось МВД. По крайней мере, в тот же день, когда прокуроры отчитались о проверке аптек, замглавы МВД Евгений Школов заявил о том, что число оптовых поставщиков должно серьезно сократиться. "Ряд фармацевтических компаний используют многоступенчатые неконтролируемые посреднические сети, осуществляют фиктивные операции, в результате которых потребитель приобретает лекарственные средства, значительно отличающиеся от цены производителя",— отметил замминистра в интервью "РИА Новости".

"Заявления МВД имеют под собой основания",— считает Давид Мелик-Гусейнов, директор по маркетинговым исследованиям компании "Фармэксперт". По его словам, фармрынок в России оценивается в $16 млрд; по данным МВД, в стране около 2,5 тыс. оптовиков. "При этом производителей у нас всего 1,2 тыс. Дистрибуторов у нас слишком много. В США обороты фармрынка составляют $800 млрд, при этом дистрибуторов всего 40. В этой сфере в России тоже нужна реформа, чтобы система стала более прозрачной",— отметил эксперт.

Директор отдела розничного аудита DSM Group Юлия Нечаева объясняет такое множество оптовиков отчасти тем, что в России большая территория с большим количеством труднодоступных районов, в которые крупным дистрибуторам добраться трудно. "В такой ситуации неизбежно возникают мелкие поставщики. Если такое количество дистрибуторов есть, значит, они востребованы. Их число можно сократить максимум вдвое, но не в 20 раз. Основную массу оптовиков составляют многочисленные посредники. Начиная с 1990-х годов власть пытается их искоренить, чтобы остались только прямые продавцы — крупные дистрибуторы. Пока безрезультатно. Впрочем, крупные аптечные сети, как правило, пользуются услугами именно крупных поставщиков".

Некоторые аптеки пользуются услугами мелких дистрибуторов, потому что в сотрудничестве с ними есть определенные преимущества, считает Елена Дубровская, старший менеджер аптечного отдела дистрибуторской компании "Натусана".

Можно предположить, что с мелким поставщиком проще договориться о том, чтобы он написал в документах большую отпускную стоимость на свой товар, чтобы у аптеки была возможность сделать и большую наценку. А иногда мелкие дистрибуторы могут получить какое-то лекарство быстрее благодаря своей пронырливости и гибкости. "Они быстро адаптируются к обстоятельствам, как это произошло, например, с масками: они быстро нашли производителей, заключили с ними договоры, взвинтили цену. Их действия трудно контролировать",— резюмирует Елена Дубровская.

Игроки, входящие в Российскую ассоциацию аптечных сетей, заинтересованы в уменьшении количества посредников. "Мы считаем, что регулирование должно быть прозрачным во всей товаропроводящей цепи,— говорит Нелли Игнатьева.— Необходимо обеспечить сокращение количества участников в оптовом звене. Существующая сегодня непрозрачность дистрибуторского звена и вызвала рост цен на противовирусные лекарственные препараты в период эпидемии. А в глазах потребителей аптека несет ответственность за весь рынок — она единственный участник рынка, который непосредственно общается с потребителем".

"Мы не видим смысла в существовании такого большого числа мелких региональных компаний, которые не выполняют роль дистрибутора, а выступают как посредники,— отмечает генеральный директор центра внедрения "Протек" (одна из крупнейший российских дистрибуторских компаний) Алексей Молчанов.— Тем не менее розничные предприятия могут сами принимать решения о закупках как в пользу национальных компаний, так и в пользу небольших региональных игроков".

Жесткие слова МВД в отношении лекарственных оптовиков — это, считают в "Протеке", не об их компании. ""Протек" имеет прямые контакты с производителями и систему доставки до аптек, которая позволяет осуществлять заказ день в день, что полностью исключает посредническое звено из цепочки поставок",— объясняет господин Молчанов.

Популярный контроль

Однако, как бы ни больна была система поставки лекарств, по мнению аналитиков, эффект от действий и заявлений силовиков окажется краткосрочным. "В долгосрочной перспективе проблема доступности медикаментов не решена,— убежден Давид Мелик-Гусейнов.— В России в принципе используется неправильная риторика, когда речь идет о том, что лекарства должны быть дешевыми. Лекарства должны быть доступными, а не дешевыми. Это совершенно другой подход".

Давид Мелик-Гусейнов говорит о необходимости системного решения, которого не добиться даже четким определением допустимых размеров наценки и госконтролем за его соблюдением. "Нужно допустить к рынку страховые компании. Это достаточно простая модель, она реализована на рынке автострахования с ОСАГО. Всех заставили застраховать автотранспорт, и теперь тот, кто не попал в аварию, платит за того, кто попал,— проводит параллель эксперт.— То же самое и с лекарствами: тот, кто не заболел, будет платить за заболевшего. Люди должны получать в аптеках лекарства из списка жизненно необходимых по страховке, а базовая лекарственная терапия должна быть бесплатной. В странах, где существует страховое лекарственное обеспечение, функции государства сведены к минимуму, оно вмешивается в ценообразование лишь в крайних случаях".

С другой стороны, новую систему, основанную на принципах страховой солидарности, быстро не построить. В текущих условиях, считает эксперт, государство не может не регулировать цены: "Если этого не делать, они неизбежно увеличатся. Бросить рынок сейчас значит создать социальное напряжение. Действия государства похожи скорее на тушение пожара".

Для снижения цен просто нет условий: в игры на понижение могут играть лишь крупные дистрибуторы, но не аптеки. "Ценовая конкуренция для аптек зачастую непозволительная роскошь. Средняя торговая наценка в аптеках сегодня составляет 35%. При снижении наценки на 5-6% аптека уже будет в проигрыше. Супермаркеты, для сравнения, могут позволить себе наценку 200-300% относительно закупочной цены поставщика",— отмечает Давид Мелик-Гусейнов.

"Сегодня продажи препаратов из списка ЖНВЛС составляют примерно 30% нашего оборота",— сообщила Ирина Лаврова, директор по связям с общественностью "Аптечной сети 36,6". Казалось бы, "не ЖНВЛС" может спасти ситуацию, но и тут есть загвоздка: более чем в 60 регионах наценки на препараты, не входящие в перечень ЖНВЛС, тоже регламентированы местным законодательством. "К примеру, в Москве цены на препараты не из перечня ЖНВЛС не регламентируются, а в Московской области регламентируются",— рассказывает Юлия Нечаева. В список ЖНВЛС, по данным Национальной дистрибуторской компании, не входят такие популярные препараты, как хилак форте, амбробене, арбидол, бальзам Биттнера, упсарин упса. Под определение же ЖНВЛС подпадает АЦЦ, баралгин М, бисептол, некоторые разновидности витаминно-минеральных комплексов витрум.

Остается так называемая парафарма (сопутствующие товары) — памперсы, кремы и т. п. В ассортименте аптек такие товары составляют не более 15-20%. "Парафарма — это единственное, что приносит аптекам нормальную прибыль",— убеждена Юлия Нечаева. Накрутки на такую продукцию могут быть довольно большими: не стоит удивляться тому, что минеральную воду в аптеках продают иногда в два раза дороже, чем в обычном магазине.

"Вряд ли проверки Генпрокуратуры могут существенно изменить ситуацию,— замечает Юлия Нечаева.— Просто впредь аптеки будут более аккуратны в заполнении документов, будут договариваться с дистрибуторами о том, чтобы те в накладных писали большую отпускную стоимость".

Впрочем, разбираться в этих тонкостях готовы немногие. По данным всероссийского опроса ВЦИОМа, проведенного в сентябре 2009 года, 74% граждан однозначно убеждены в том, что государственное регулирование цен на лекарства необходимо, и только 1% опрошенных выразили уверенность в том, что это не нужно. Поэтому показательные акции по силовому снижению цен в аптеках, даже если они не дадут долгосрочного результата, населению все равно как бальзам.