К генезису дагестанских личных имен (на материале языков Алазанской долины)

Сформулированные здесь требования, разумеется, не догмы, и у переводчика всегда остается право на определенную творческую свободу. Цель перевода можно считать достигнутой, если переводчику удалось передать, помимо созданного автором оригинала художественного мира, и колорит литературной традиции, к которой принадлежит переводимый поэт. Излишне Библиографический список

говорить, что идеальным является случай, когда удается передать и индивидуальный стиль автора оригинала.

В данной статье мы ограничимся сказанным, так как преследуем цель только актуализировать необходимость теоретической разработки проблем перевода текстов дагестанских авторов.

1. Дореволюционная лезгинская литература: Избранные произведения. Составитель Г.Г. Гашаров. Махачкала, 1990. (на лезгинском языке).

2. Абдурагимов Г.А. Кавказская Албания - Лезгистан: история и современность. Санкт-Петербург, 1995.

3. Из личного архива литературоведа Ахмеда Ахмедова.

4. Топер П.М. Перевод в системе сравнительного литературоведения. Москва, 2000.

5. Чуковский К.И. Высокое искусство. Москва, 1968.

References

1. Dorevolyucionnaya lezginskaya literatura: Izbrannye proizvedeniya. Sostavitel' G.G. Gasharov. Mahachkala, 1990. (na lezginskom yazyke).

2. Abduragimov G.A. Kavkazskaya Albaniya - Lezgistan: istoriya i sovremennost'. Sankt-Peterburg, 1995.

3. Iz lichnogo arhiva literaturoveda Ahmeda Ahmedova.

4. Toper P.M. Perevod v sisteme sravnitel'nogo literaturovedeniya. Moskva, 2000.

5. Chukovskij K.I. Vysokoe iskusstvo. Moskva, 1968.

Статья поступила в редакцию 04.03.16

УДК 811.35

Dibirov I.A., Doctor of Sciences (Philology), Professor, Head of Department of the Russian Language in the National School, Dagestan State Pedagogical University (Makhachkala, Russia), E-mail: ibragim.58.58@mail.ru

Dibirov G.I., Master student, Department of Dagestan Philology, Dagestan State Pedagogical University (Makhachkala, Russia), E-mail: ibragim.58.58@mail.ru

THE GENESIS OF DAGESTAN PERSONAL NAMES (BASED ON THE ALAZANI VALLEY LANGUAGES). The article analyzes a number of personal names in the Arabic, Rutul and Tsakhur languages, geographically presented in two parts of modern Azerbaijan. The authors analyze the system of dialect languages in the Alazani Valley, there is a degree of divergence of their phonetic and morphological levels. The research helps to specify that the native languages in Dagestan lose many of their original names. The work shows that the strata of personal names includes native Dagestan names and borrowed names, among which there are personal names associated with heavenly bodies, biblical names, and anthroponomy from Arabic, Turkic and Russian. In general, the study of languages is characterized by lexical-semantic distinction between two classes of personal names for men and women.

Key words: language, dialect, list of names, vocabulary, class, formant, appellative, tracing anthroponomy, occasional words, idiolect, nominative, genitive.

И.А. Дибиров, д-р филол. наук, проф., зав. каф. русского языка в национальной школе, Дагестанский государственный педагогический университет, г. Махачкала, E-mail: ibragim.58.58@mail.ru Г.И. Дибиров, магистр 1 года обучения факультета дагестанской филологии, Дагестанский государственный педагогический университет, г. Махачкала, E-mail: ibragim.58.58@mail.ru

К ГЕНЕЗИСУ ДАГЕСТАНСКИХ ЛИЧНЫХ ИМЕН

Статья посвящена анализу личных имен аварского, рутульского и цахурского языков, территориально представленных в двух районах современного Азербайджана. Подвергается анализу диалектная система языков Алазанской долины, отмечается степень расхождения их фонетическом и морфологическом уровнях. Особо отмечается, что исконные имена в дагестанских языках исследуемого ареала сохранились в ограниченном количестве. Пласт личных имен характеризуется как исконно дагестанскими, так и заимствованными, среди которых выделяются личные имена, связанные с небесными светилами, библейские имена, антропонимы-арабизмы, тюркизмы, русизмы. В целом для исследуемых языков характерно лексико-семантическое разграничение личных имен по классам мужчин и женщин.

Ключевые слова: язык, диалект, наречие, именник, лексика, класс, формант, апеллятива, калька, антропонимы, окказионизмы, идиолект, номинатив, генетив.

Закатальский диалект - один из сильно дифференцированных диалектов южного наречия аварского языка территориально представлен в Закатальском и Белоканском районах Азербайджана.

Закатальский диалект аварского языка и цахурский языки генетически весьма близки. Они сохраняют историческую территориальную общность на Алазанской долине. Общность исторических судеб, социально-экономических и культурных особенностей развития аварцев и цахурцев объективно отражены в языках с соответствующими локальными отличиями. В цахурском языке принято выделение двух диалектов: цахского и гельмецкого. В свою очередь в цахском диалекте представлены многочисленные говоры, квалифицируемые как самурские (Дагестан) и алазанские (Азербайджан). В закатальском диалекте аварского языка принято выделять следующие говоры: чар-

ский, белоканский, чардахларский, динчинский, катехский, таль-ский, кабахчельский.

По своим особенностям закатальский диалект резко отличается не только от аварского литературного языка, но и от всех остальных аварских диалектов [1, с. 24].

Степень расхождения между аварским литературным языком и диалектом заключается в отсутствии латералов, лабиализованных согласных, наличие элементов классно-личного спряжения глаголов и многих других особенностей.

Диалектные и языковые расхождения аварских (закаталь-ских) и цахурских личных имен, в отличие от других категорий (фонетических, лексических, морфологических), не так сильно выражены. Личные имена в цахурском и закатальском диалекте аварского языка обнаруживают много общего, что и позволило объединить их в единый именник.

Аварские (закатальский диалект) и цахурские личные имена, вводимые для анализа ограничены материалом ряда селений, по происхождению делятся на исконно аварско-цахурские и заимствованные. Исконные личные имена в закатальском диалекте и цахурском языке, как во всех языках Дагестана, сохранились в ограниченном количестве. Многие из них имеют параллели в родственных дагестанских языках. К ним относятся личные имена с формантами =йав, =лав, = дав:

1. Мужские имена - Базай, Будай, Ц1их1илав, Ч1ег1ерав, Ц1ет1ав, Ках1ав, Джуджуй и др.

2. Женские имена - Джиджий, Издагъай, Меседей, Месе-дай, Ках1ай и мн.др.

Личные имена на =лав, йав, ^в ограничены, хотя посредством указанных формантов оформляются как исконные, так и заимствованные личные имена: исконные - Т1инав, Ц1ет1ав, Ч1ег1ерав, Гьабалав; заимствованные - Мусалав, Магьдилав, Х1иджийав т.д.

Более давними в аварско-цахурском именнике являются личные имена, связанные небесными светилами (Мазай, Базай, Мазукъай) и с огнем (Ц1ахай, Уджагъ - последнее заимствовано из персидского и связано с исповеданием зороастризма). Личные имена, связанные с апеллятивами солнце, луна и звезды, в наших материалах по аварскому и цахурскому именнику отсутствуют [2, с. 78]. Возможно, они вытеснены кальками из персидского (ср. Зугьра) и тюркского (ср. Гуьнаьш «солнце», Улдуз «звезда», Ай «луна») языков.

Имеет место, когда заимствованные имена оформляются исконными формантами: vй/=й vв, например, мужские имена в цахурском языке Давудай, Кьурбанай; в аварском языке Ц1е-т1ав, Мусалав и др.; женские имена: цахурские имена: Сонай, Захай, Женнетай и др.; аварские имена: Шамай, Ках1ай, Джанна-тай, Х1уруг1инай и др.

Многие библейские имена, имевшие доисламские традиции, ещё не утратили исходные структурные общности, например: Ибрагьим (<Абрам), Нуг1 (<Ной), Муса (<Моисей), Х1ава// Гьава (<Ева) и т.д.

Большое число личных имён у закатальских аварцев, ца-хурцев и рутульцев приходится на долю иранизмов, арабизмов и тюркизмов, которые составляют так называемый арабо-мусуль-манский антропонимический мир. Следует заметить, что антропонимы - иранизмы муж. - Мирза, Ширин, Ужаъ, Агъа, Новруз, Эмир и др.; жен. - Зугьра, Пери, Шагьзада, Шараб и др. имеют более глубокие традиции функционирования, восходящие еще к зороастризму и обширным контактам предков аварцев, цахур-цев и рутульцев с Ираном. Более того, женские личные имена с персидскими элементами =зада, =зар, гуьл' и др. всегда были престижными на Алазанской долине. Исламизация аварцев, ца-хурцев и рутульцев способствовала широкому проникновению антропонимов-арабизмов в аварско-цахурско-рутульский имен-ник. Престижным у аварцев, цахурцев и рутульцев являются личные имена Магомед, Али, Абдула, Патимат, Муслимат и др. Употребеление отдельных названий святынь ислама в значении личных имен у аварцев, цахурцев и рутульцев также связано с идеологией ислама: Мадина (ж.), Макка, Каби (м.) и др.

Антропонимы - тюркизмы у аварцев, цахурцев и рутульцев обширное функционирование получили в связи с тюркизацией значительной части Алазанской долины, усилением контактов и тюркским влиянием на аварский, цахурский и рутульский языки [3, с. 89]. Например: мужские имена - Байрам, Паша, Эльшад, Эльчин, Деврит и др.; женские имена - Чичаьк, Дильбар, Гюльба-гьар, Гюльджагьан, Багьар, Айгюнь, Айгюль и т. д.

Библиографический список

Некоторые личные имена у аварцев, цахурцев и рутульцев имеют параллели в грузинском языке, например: Темраз, Реваз, Тамаз, Тамара, Шота и др.

Видимо, до исламизации у аварцев, цахурцев и рутульцев антропонимы-грузинизмы имели широкое функционирование.

Заметим также, что аварцы, цахурцы и рутульцы на Алазанской долине в именнике сохранили престижные христианские имена: Иса, Мариям, Марин, София, Анна, Аннай и др.

Аварско-цахурско-рутульский именник в последние годы пополняется антропонимами-руссизмами: Борис, Марат, Феликс, Лилия, Индира и др.

Для исследуемых языков в целом характерно лексико-семантическое разграничение личных имен по классам мужчин и женщин. Классная недифференцированность личных имён устраняется как лексическими, так и морфологическими средствами, в частности функциональной нейтрализацией их.

Тем не менее, аварско-цахурско-рутульский именник на Алазанской долине сохраняет следы недиффиринцированного употребления личных имен, типа: Ширин, Алмаз, Джейран, Шев-кет и др. Закрепление личных имен по классам в исследуемых языках помогает наличие их грамматических вариантов. При этом за классом мужчин закрепляются неоформленные личные имена (здесь сказывается влияние арабского языка, устной и письменной традиции его), ср.: мужские имена - Амин, Ашур, Камиль; женские имена - Амина, Ашура, Камиле (устная традиция), Аминат, Ашурай / Ашурат, Камилет (письменная традиция) и др. Классное разграничение антропонимов, заимствованное из арабского языка, обогатило аварско-рутульско-цахурский именник, например: Халид (муж.) - Халида (жен.), Сабир - Са-бират, Исми - Исмийе и т. д. Заметно это влияние и в активном процессе образования необычных (окказиональных, идиолект-ных) личных имен, особенно женских, в цахурском и рутульском языках, например: Лимун, Лимуна, Лимунат, Самира, Самурат и др.

Богатый и пестрый набор личных имен в языках Алазанской долины обусловлен как языковыми, так и социально-историческими факторами. Сохранение исконных и заимствованных антропонимов с древнейших времен до наших дней обеспечивалось строгим функционированием традиций нарекания детей личными именами, которые повторялись из поколения в поколение, хотя в ряде случаев действовали довольно жесткие запреты, связанные чаще с религией.

Традиционно для аварской, рутульской и цахурской антро-понимии характерно двучленная система именования лиц, состоящая из родовой фамилии (тухумного названия) и личного имени [4, с. 42].

В цахурском родовая фамилия функционирует как в форме номинатива (А1члей Гьарун > Ачлеев Гьарун), так и в форме собирательного генетива (А1члевана Гьарун > Ачлеевых Гарун), в рутульском - в форме мн.ч. генетива (Базукьайешды Ширин > Базукаевых Ширин), в аварском - как в форме номинатива (ср.: Ч1анк1ал Г1умар > Чанкаев Омар, так и в форме собирательного генетива (Ч1анк1алазул Г1умар > Чанкаевых Омар).

До развала советской системы у аварцев, цахурцев и ру-тульцев на Алазанской долине функционировала принятая в советский период из русского языка трёхчленная система именования лиц: фамилия, имя и отчество.

В новых для них политических условиях актуализируется двучленная система именования лиц, характерная для азербайджанской традиции: родовой фамилии и личного имени.

1. Дибиров И.А. Дагестанские языки Закавказья. Лексико-морфологические особенности. Москва, Наука, 2014.

2. Ибрагимов Х.Г. Цахурскийязык. Москва, Наука, 1990.

3. Саидова П.А. Закатальский диалект аварского языка. Махачкала, 2007.

4. Чеерчиев М.Ч. Архаическая лексика закатальского диалекта аварского языка. IXмеждународный коллоквиум Европейского общества кавказоведов. Махачкала, 1998.

References

1. Dibirov I.A. Dagestanskie yazyki Zakavkaz'ya. Leksiko-morfologicheskie osobennosti. Moskva, Nauka, 2014.

2. Ibragimov H.G. Cahurskijyazyk. Moskva, Nauka, 1990.

3. Saidova P.A. Zakatal'skij dialekt avarskogo yazyka. Mahachkala, 2007.

4. Cheerchiev M.Ch. Arhaicheskaya leksika zakatal'skogo dialekta avarskogo yazyka. IXmezhdunarodnyjkollokvium Evropejskogo obschestva kavkazovedov. Mahachkala, 1998.

Статья поступила в редакцию 21.02.16

УДК 8 11.161.1

Dubrovskaya E.M., postgraduate, Philology Department, Novosibirsk State Technical University (Novosibirsk, Russia),

Е-mail: schitat.do.sta@gmail.com

TYPOLOGY OF LINGUOCULTURAL TYPES: EXPERIENCE OF SYSTEMATIZATION. In the article the author studies a notion of "a linguocultural type", which is quite a new notion used in research conducted at the intersection of cognitive linguistics and cultural linguistics, arisen in 2005 and rapidly developing in recent years. The study of the phenomenon of "linguocultural types" leads to a better understanding of the national language picture of the world and all of its components. In this paper the author observes existing approaches to typologization already described linguocultural typecasting proposed by well-known researchers in this field, and proposes her own idea of linguocultural typecasting groups within the working groups. The researcher also makes an attempt to group the described types with regard to the listed types of the thematic groups.

Key words: cultural linguistics, linguocultural type, typology, semantic groups.

Е.М. Дубровская, аспирант каф. филологии Новосибирского государственного технического университета,

г. Новосибирск, Е-mail: schitat.do.sta@gmail.com

ТИПОЛОГИЯ ЛИНГВОКУЛЬТУРНЫХ ТИПАЖЕЙ: ОПЫТ СИСТЕМАТИЗАЦИИ

В данной статье мы обращаемся к «лингвокультурному типажу» - понятию, используемому в исследованиях, проводимых на стыке когнитивной лингвистики и лингвокультурологии, возникшему в 2005 году и динамично развивающемуся в последние годы. Изучение феномена «лингвокультурного типажа» позволяет приблизиться к пониманию национальной языковой картины мира и всех её составляющих. В работе нами рассматриваются уже существующие подходы к типизированию уже описанных лингвокультурных типажей, предложенные известными исследователями в данной области, а также предлагается собственная идея группировки лингвокультурных типажей в рамках тематических групп, а также попытка сгруппировать уже описанные к данному моменту типажи по перечисленным тематическим группам.

Ключевые слова: лингвокультурология, лингвокультурный типаж, типология, тематические группы.

Термин «лингвокультурный типаж» был введён В.И. Кара-сиком сравнительно недавно, - в 2005 году. С этого момента направление исследования лингвокультурных типажей стало модным, если можно так сказать, трендовым, и за более чем 10 лет было описано около 100 всевозможных лингвокультурных типажей. При этом все они описываются по общей методике и единой процедуре анализа, предложенной основоположником направления В.И. Карасиком. Аналогичная ситуация в своё время складывалась и с лингвокультурными концептами - направление также вошло в моду, «лавина» исследователей принялась описывать различные концепты, иными словами, собирать эмпирическую базу исследований, и уже после того, как база эта была собрана и основные концепты описаны, появилась возможность серьёзно заняться теорией изучения лингвокультурных концептов. То же происходит и с лингвокультурными типажами - описано достаточно много лингвокультурных типажей, но подробная их классификация и основания для этой классификации практически отсутствуют.

Лингвокультурный типаж в самом общем виде понимается как обобщенное представление о человеке на основе релевантных объективных социально значимых этно- и социо-специфических характеристик поведения людей. Иначе говоря, лингвокультурный типаж является узнаваемым образом представителей определённой культуры, совокупность которых и составляет культуру того или иного общества [1, с. 8]. Хрестоматийными примерами лингвокультурных типажей (ЛКТ) являются «английский чудак», «новый русский», «звезда Голливуда» и т. п. Основой для выделения того или иного типажа может быть вымышленный или реальный персонаж, который должен обладать национально-культурной значимостью и отражать закрепившиеся в обществе ценности [2, с. 19]. Система ценностей того или иного типажа, определяющая её поведение и поступки в различных ситуациях, напрямую соотносится с национально-культурной установкой, даже если является полным её отрицанием.

Анализ научно-исследовательской литературы, посвященной описанию различных лингвокультурных типажей (теоретические работы В.И. Карасика, О.А. Дмитриевой, а также многочисленные диссертационные исследования), позволил серьезно поставить вопрос о классификации уже созданных и создаваемых ЛКТ. То, что такая проблема существует, свидетельствуют попытки исследователей в области создания /описания ЛКТ предложить различные варианты их типологизации.

В.И. Карасик делит лингвокультурные типажи по признаку реальности языковой личности на реальные и фикциональные. Реальные ЛКТ подразделяются на современные и исторические, являясь обобщением когда-либо существовавших и реально существующих индивидов, которые и заключают в себе ценност-

ные ориентиры современного общества. К современным ЛКТ, к примеру, можно отнести такие типажи, как «гламурная стерва», «топ-менеджер», «хакер». Исторические типажи, в свою очередь, подразделяются на социально-классовые (выделяются по отнесённости к тому или иному социальному классу / слою / группе, например, «буржуа», «дворецкий», «купец») и событийные (выделяются на основе соотнесённости с определённым историческим событием / контекстом, например, «декабрист», «новый русский», «рыцарь») [2].

Тот же автор предлагает делить лингвокультурные типажи по критерию ассоциации с определённым кругом лиц и жёсткостью данной ассоциации: фиксированные и дисперсные. Фиксированные типажи представителями конкретной лингвокультуры ассоциативно связываются с определённой личностью или узким кругом личностей (например, «британская королева», «американский президент», «английский детектив», «советский шпион»). При этом, в зависимости от ассоциаций, можно говорить о жёстко или слабо фиксированных ЛКТ. Дисперсные типажи не ассоциируются с конкретной личностью или узким кругом личностей, они ориентированы на так называемого среднего представителя типажа (например, «рокер», «школьная учительница», «светский москвич») [2].

В.А. Резник предлагает классифицировать типажи также с позиции их содержательно-смысловых особенностей и степени значимости в культурном пространстве [3, с. 481]. С точки зрения содержательно-смысловых характеристик, ЛКТ разделяются автором на социальные, характерные и идеологические: социальные характеризуются связью с определённым родом деятельности, профессией, социальным статусом (например, «украинский чиновник», «американский адвокат», «английский дворецкий»); характерные представляют собой группы личностей, наделенные общими существенно выраженными свойствами, привычками и установками (например, «английский сноб», «английский чудак»); идеологические отражают совокупность взглядов и идей, в которых признаются и оцениваются отношения людей к реальности и друг другу (например, «русский анархист», «английский революционер»).

По степени значимости для социума в системе автор выделяет:

1) общезначимые ЛКТ. Они известны каждому индивиду на межнациональном уровне (например, «школьный учитель»); 2) социумные ЛКТ. Это обобщенные образы, которые известны среднему представителю конкретного социума (например, «Папа Римский»); 3) этнические ЛКТ. Они известны любому представителю определенного этноса, их отличительные черты обусловлены спецификой национальной культуры (например, «китайский врачеватель», «советский шпион», «британский колониальный служащий») [3].