Осмысление произведений новейшей отечественной словесности на страницах рукописного журнала "Школьные досуги" (на примере ранних пьес М. Горького)

УДК 82-3

ГРНТИ 17.09

Е. А. Казеева

Осмысление произведений новейшей отечественной словесности на страницах рукописного журнала «Школьные досуги»

В статье исследуется «горьковский пласт» материалов, увидевших свет на страницах рукописного журнала Орловской губернской мужской гимназии «Школьные досуги». Критические статьи и заметки гимназистов Е. А. Преображенского и А. И. Тинякова (Одинокого), а также их наставника Ф. Д. Крюкова дают читателям новую информацию о пьесах М. Горького «Мещане» и «На дне». В заметках справочно-библиографического характера рассказывается о присутствии М. Горького на спектаклях, поставленных по его драме «Мещане», излагается мнение драматурга о ее сюжете, содержится информация о постановке пьесы в России и за границей, говорится о связи содержания пьесы с передовыми общественными исканиями того времени. В статьях А. И. Тинякова содержится характеристика Московского Художественного театра, повествуется о постановке горьковских драм в столице и в провинции, анализируются их достоинства и недостатки, рассматривается система персонажей пьес, делается вывод о возросшем мастерстве М. Горького-драматурга в драме «На дне».

Ключевые слова: статья, заметка, пьеса, М. Горький, Е. А. Преображенский, А. И. Тиняков (Одинокий), Ф. Д. Крюков, журнал «Школьные досуги».

Elena Kazeeva

Comprehension of the Works of Modern Russian Literature on the Pages of the Hand-written Magazine «School Leisure»

The article explores «Gorky layer» of materials that appeared on the pages of the handwritten journal of the Orel gubernia male gymnasium «School leisure». Critical articles and notes of the hymnnazis E. A. Preobrazhensky and A. I. Tinyakov (Lonely), as well as their mentor F. D. Kryukov give readers new information about the plays by M. Gorky «The Mes-to» and «At the bottom». In the notes of reference and bibliographic nature, Gorky's presence is described in the plays staged in his drama «The Mesto», the playwright's opinion on the plot is given, information about the production of the play in Russia and abroad, the connection between the content of the play with advanced public strivings of the time. The articles of A. I. Tinyakov contain a description of the Moscow Art Theater, describe the production of Gorky dramas in the capital and in the provinces, analyze their merits and demerits, consider the character system of plays, draw a conclusion about the increased mastery of M. Gorky-playwright in the drama «At the bottom».

Key words: Article, note, play, M. Gorky, E. A. Preobrazhensky, A. I. Tinyakokov (Lonely), F. D. Kryukov, magazine «School leisure».

Рукописный журнал «Школьные досуги» выпускался с августа 1902 по март 1903 года воспитанниками Орловской губернской мужской гимназии А. И. Тиняковым (Одиноким) и Е. А. Преображенским, а также их наставником Ф. Д. Крюковым, «с 1901 г. преподававшим историю и географию в 1-4-х классах, с 1893 г. служившим воспитателем пансиона при орловской гимназии, где проживал Тиняков» [3]. Во все номера данного периодического издания включены статьи о произведениях новейшей отечественной литературы, с которыми авторы хотели познакомить своих товарищей. Как справедливо отмечают орловские исследователи А. И. Еремин и Ю. В. Жукова, «литературные новинки быстро проникали в провинцию, где происходило их включение в повседневную культурную жизнь, они становились не только модным чтением, но и вызывали желание к их публичному осмыслению» [3]. На страницах журнала имеются материалы, посвященные недавно увидевшим свет произведениям А. П. Чехова, В. М. Гаршина, М. Горького, В. В. Вересаева, И. А. Бунина [3; 4; 5; 8; 9; 10]. Е. А. Преображенский в обширном обзоре «Наша новая литература. Критический опыт» так объясняет свой выбор текстов для анализа: «Судя по заглавию нашей статьи, читатель должен будет от нас ждать полного обзора нашей новой литературы, но мы намерены в своей статье только коснуться только тех ее молодых писателей, в произведениях которых отражается направление мысли современного общества и которые за последнее время завоевали симпатии читающей публики» [15, с. 9].

Среди подобного рода материалов, увидевших свет на страницах «Школьных досугов», важное место занимает так называемый «горьков-ский пласт», состоящий из шести критических статей и заметок. В центре внимания авторов оказываются две первые горьковские пьесы «Мещане» и «На дне», ставшие началом его драматургической деятельности. В данной статье нами предпринята попытка охарактеризовать материалы, посвященные вышеназванным пьесам, что объясняется несколькими причинами. Во-первых, позволяет проанализировать весь «горьковский пласт» материалов и ввести его в научный оборот, что особенно актуально в связи с празднуемым в 2018 году 150-летним юбилеем писателя. Во-вторых, рассмотреть некоторые аспекты постановки горьковских пьес на провинциальной сцене. И, наконец, обратиться к изучению юношеских

литературных опытов А. И. Тинякова - поэта, прозаика, журналиста и ли-

43

тературного критика начала ХХ столетия и Е. А. Преображенского - видного деятеля российского и международного коммунистического движения, экономиста, социолога, автора целого ряда произведений, в числе которых написанная совместно с Н. И. Бухариным «Азбука коммунизма», а также неизвестных читателю публикаций Ф. Д. Крюкова. Несмотря на то, что отдельные аспекты интересующей нас проблемы рассматривались в ряде статей [3; 4; 6; 7], целостного анализа материалов, посвященных пьесам М. Горького в журнале «Школьные досуги», до сих пор не представлено.

Как известно, замысел пьесы «Мещане» относился к началу 1900 г., работа над текстом завершена в конце сентября 1901 г. 20 марта 1902 г. пьеса была поставлена труппой Московского Художественного театра в Петербурге, в здании Панаевского театра, а осенью 1902 г. - уже на сцене Московского Художественного театра. Несмотря на то, что М. Горький, по мнению К. С. Станиславского, считался «главным начинателем и создателем общественно-политической линии в нашем театре ...» [19, с. 324], в обеих столицах «Мещане» не имели успеха. Тем не менее, они вызвали большой интерес провинциальной публики и охотно ставились на сцене, несмотря на то, что по отношению к драме «была применена исключительная цензурная мера: пьеса разрешалась к постановке каждый раз по особому ходатайству Русского театрального общества или же местного губернатора, причем - только по экземпляру пьесы, специально для данной постановки скрепленному драматической цензурой» [2, с. 547]. Ярким примером является деятельность Орловского драматического театра, на сцене которого в 1902-1906 годах неоднократно ставились горьковские спектакли. Данной пьесе в «Школьных досугах» посвящены четыре материала.

Первая критическая заметка «М. Горький. "Мещане"», подписанная псевдонимом «Болховский житель» (в оглавлении - Б), принадлежит Ф. Д. Крюкову. Автор говорит о том, что современная литература вынуждена восполнить пробел, в ней возникший, а именно изобразить жизнь «той массы, на плечах которой зиждется благосостояние всего интеллигентного мира» [1, с. 15]. До настоящего времени, справедливо отмечает Ф. Д. Крюков, отечественная словесность в основном обращалась к изображению культурного человека и, реже, представителя народа. Однако в стороне от ее внимания оставалось целое сословие, представители которого называются «разночинцами» или «мещанами». По мнению автора заметки, заслуга М. Горького заключается в первую очередь в том, что в своей пьесе «Мещане» он с любовью изобразил малоизвестный русскому

читателю мещанский мир: «Весь этот мир, описанный Горьким, бросается в глаза оригинальностью и независимостью личности, что придает его произведениям обаятельную силу и делает его для нас интересным» [1, с. 15]. Ф. Д. Крюков предпринимает попытку охарактеризовать ключевой конфликт драмы. По его мнению, М. Горький, показывая жизнь богатой мещанской семьи, демонстрирует читателям «отношение молодых просвещенных членов семьи к их деспотичному главе и покорной ему жены» [1, с. 15]. Автор заметки отмечает высокое мастерство драматурга в создании человеческих характеров, правдивость в изображении общественной среды, в которой он «не имеет равного себе между современными писателями» [1, с. 16]. В какой-то степени его наблюдения предвосхищают выводы, сделанные современным исследователем Л. А. Колобаевой, отмечающей, что «одним из глубоких стимулов для Горького был его незатухающий интерес к феномену мещанства, тому укладу русской действительности, с которым писатель был связан кровно, своим происхождением, и от которого отталкивался всю жизнь» [11, с. 60-61]. Ф. Д. Крюков полагает, что пьеса М. Горького, при умелой постановке ее на сцене, станет «исключительным явлением по своему внутреннему богатству» [1, с. 16]. В заметке высоко оценивается дарование М. Горького, которого критик считает «талантливым и правдивым автором» [1, с. 16]. Таким образом, Ф. Д. Крюков осуществляет анализ горьковской пьесы, тесно связанной, по его мнению, с передовыми общественными исканиями рубежа Х1Х-ХХ веков.

«Мещане» привлекли внимание Е. А. Преображенского, посвятившего им две небольшие заметки, вошедшие в раздел журнала «Что нового?». В первой из них, «О "Мещанах" Горького», рассказывается о премьере пьесы в Московском Художественном театре, которую посетили А. П. Чехов и М. Горький. Кратко говорится об оценке постановки московской прессой, но особенно интересным автор заметки считает интервью, данное М. Горьким газете «Биржевые новости». В нем сообщается, что создатель «Мещан» доволен игрой актеров Художественного театра, но считает свою пьесу очень скучной. Е. А. Преображенский также полагает, что «Горький низкого мнения о своей новой пьесе "На дне" и не особенно желает видеть ее на сцене» [16, с. 24]. Можно предположить, что Е. А. Преображенского привлекает не сама горьковская пьеса, а эпатажное интервью ее автора, о котором гимназист желает рассказать своим товарищам.

Отметим то обстоятельство, что рассмотренная нами заметка была написана на основе публикаций в орловской и центральной прессе того

времени. На это указывает и вторая статья Е. А. Преображенского «"Мещане" в Вене», сообщающая о постановке интересующей нас пьесы на венской сцене. Автор заметки говорит о том, что венская публика осталась довольна спектаклем. Тем не менее, он считает необходимым указать на недостатки постановки, вновь опираясь на газетные материалы. Во-первых, зрителям остались непонятными «многие чисто-русские черты» [14, с. 57] пьесы, например, Нил в изображении актеров представлен как «безжалостный эгоист» [14, с. 57]. Во-вторых, обстановка, показанная на сцене, была излишне роскошной, что совсем не соответствует «вкусам мещанской семьи» [14, с. 57]. И, наконец, было отмечено отсутствие драматизма, поскольку для пьесы «недостаточно художественной обрисовки действующих лиц» [14, с. 57]. Именно в отсутствии драматизма М. Горького неоднократно упрекала отечественная и зарубежная критика.

Особенно важной для понимания горьковской пьесы является обширная статья А. И. Тинякова (Одинокого) «"Мещане" М. Горького. Бесплатный спектакль для учащихся. Появление новой "звезды" на нашем театральном горизонте», содержащая отклик на постановку горьковской пьесы труппой Орловского драматического театра. В статье повествуется о двух событиях в культурной жизни города Орла, участником которых стал Одинокий: 5-го ноября в Орловском драматическом театре была поставлена пьеса М. Горького «Мещане», а 23-го ноября дан бесплатный спектакль для гимназистов и реалистов («Отелло» В. Шекспира и «Свадьба» А. П. Чехова). Остановимся на первом из них более подробно.

Одинокий, анализируя горьковскую драму, оспаривает сформировавшуюся в критике концепцию несценичности горьковских пьес: «Вопреки установившемуся мнению, я считаю эту пьесу весьма сценической, содержательной и способной вызвать у зрителя известное настроение» [12, с. 46]. Показательно стремление А. И. Тинякова поставить данное произведение в один ряд с чеховскими драмами (в первую очередь, с «Дядей Ваней» и «Ивановым»), поскольку, на его взгляд, они объединены общим эмоциональным тоном: «Кажется, что вместе с нестройным звуком рояля, на который в конце пьесы склоняется Татьяна, в душу вам вторгается что-то смутное и тоскливое. Это тоскливое чувство с примесью некоторого рода досады и даже злости овладевает зрителем при виде Петра и Татьяны . » [12, с. 46].

Центральное место в данной статье занимает характеристика персонажей пьесы М. Горького, причем акцент делается на сопоставлении двух пар героев. Первая пара - Петр и Татьяна - оценивается А. И. Тиняковым

негативно. Так, Петр на протяжении всей пьесы «ноет, грызется с отцом» [12, с. 46], одновременно сочиняя для него какие-то прошения, сожалеет о своем участии в студенческих волнениях, от скуки влюбляется в Елену. Одинокий полагает, что наиболее точно суть характера данного героя определяет Тетерев: «Петр, этот мещанин, бывший гражданином полчаса <...>, только и может сделать, что переставить мебель и повести такую же однообразную, унылую, пошлую жизнь, какую ведет его отец» [12, с. 47]. Татьяна Бессеменова также томится в родительском доме, мечтает о лучшей доле, но не желает ничего изменять в своей жизни. Тем не менее, зритель, по верному замечанию автора статьи, испытывает к героине не отвращение, а жалость. Это чувство А. И. Тиняков объясняет тем, что, во-первых, Татьяна - женщина, а, во-вторых, тяжелой душевной драмой (неразделенной любовью к Нилу), которую ей пришлось пережить. Одинокий, подробно останавливаясь на этой сюжетной линии, говорит о «неподражаемом мастерстве» [12, с. 48] М. Горького, изображающего попытку самоубийства героини. Однако ряд комических деталей, привнесенных автором в этот драматический эпизод (укравшая булку баба; Тетерев, надевающий на ходу пиджак), по мысли критика, «разрушают впечатление у зрителя» [12, с. 48]. Вторая пара - Нил и Поля - является, по мнению А. И. Тиняко-ва, прямой противоположностью первой. Приводя цитаты из горьковской пьесы, Одинокий дает подробную характеристику образа Нила. Он смел, наделен чувством собственного достоинства, уверен в себе, оптимистично настроен: «Это глубоко симпатичный тип, полный здоровья и силы, страстно любящий свободу и умеющий добиваться ее» [12, с. 49]. Автор статьи справедливо утверждает, что «Нил проживет свою жизнь здорово и человечно» [12, с. 49]. Глубокую симпатию рецензента вызывает и «бедная швейка» Поля, которая полностью обеспечивает себя, не склонна к рефлексии, никогда ни на что не жалуется, а, напротив, стремится насладиться каждым моментом жизни. Эпизод, в котором Поля решительно спрашивает Бессеменова, за что тот выгнал из дома ее отца, служит, по мнению Одинокого, доказательством, того «что она глубоко сознает свое достоинство, сознает в себе человека» [12, с. 49]. А. И. Тиняков говорит о реалистичности и живописности других персонажей пьесы, выделяя при этом образы певчего Тетерева и птицелова Перчихина. Первый - это «человек, которого невзлюбила, но не могла сломать окончательно жизнь» [12, с. 49]. Герой, несмотря на постигшие его невзгоды, сумел сохранить гордость и независимость. Интересно стремление Одинокого вписать данный образ в контекст горьковских рассказов о босяках: писатель «с осо-

бенной любовью относится к Тетереву, потому что в нем чувствуется дух Аристида Кувалды, дух Коновалова, вообще дух прежних героев Горького» [12, с. 50]. Перчихин в тяжелых жизненных условиях также сумел сохранить свои высокие нравственные качества, смог остаться «живым и симпатичным человеком» [12, с. 50]. Его противоположностью в пьесе выступает «сухой и антипатичный» [12, с. 50] старик Бессеменов. Данный герой заслуживает суровую оценку А.И. Тинякова: «Он и подобные ему "мещане" опошляют, суживают и задерживают жизнь, они давят окружающих и сами страдают от внутреннего разлада с самими собой и от внешнего разлада с окружающими» [12, с. 50]. Рецензент не испытывает к жалости к «мещанам», считая, что они сами виновны в своем положении: так, Бессеменов, сознавая правдивость обращенных к нему слов Тетерева, не в силах изменить свою жизнь.

В конце статьи Одинокий вынужден признать, что пьеса «Мещане», несмотря на свою талантливость, не имела успеха на сцене Орловского драматического театра. Он делает попытку проанализировать причины неудачи. Прежде всего, из спектакля по цензурным соображениям исключается ряд монологов Петра и Тетерева - самых лучших, по мнению критика, элементов этого произведения. Кроме того, орловские актеры, как считает Одинокий, не до конца поняли специфику своих ролей. Особенно А. И. Тиняков возмущен игрой г-на Флоровского, исполнявшего роль Пер-чихина: «Вместо тихого, с чуткой и нежной душой, немного пьяненького старичка, он дал тип какого-то отпетого пьяницы, едва держащегося на ногах, при каждом слове которого раздавался смех в публике» [12, с. 51]. Рецензент считает необходимым на общем фоне выделить лишь исполнявшего роль Нила г-на Маврина, который «играл, не мудрствуя лукаво, просто, а от Нила именно и должно веять простотой» [12, с. 51].

Творческий замысел пьесы «На дне» относится к началу 1900 г., работа же над текстом завершена М. Горьким 15 июня 1902 г. 18 декабря 1902 г. пьеса была поставлена на сцене Московского Художественного театра и, в отличие от «Мещан», вызывала особый интерес зрителей. «Спектакль имел потрясающий успех. Вызывали без конца режиссеров, всех артистов и. самого Горького», - вспоминал К. С. Станиславский [19, с. 326]. Отметим, что данная постановка привлекала внимание не только столичной, но и провинциальной публики: образованные жители периферии, оказавшиеся в Москве, не упускали возможности посетить необычный спектакль и выразить свое отношение к нему. В журнале «Школьные досуги» этому горьковскому произведению посвящены два материала. В заметке

Е. А. Преображенского «Новое произведение М. Горького» содержится краткое сообщение о впервые состоявшемся чтении «На дне» М. Горьким. Интересно, что данная заметка содержит и характеристику пьесы «Мещане». Критик отмечает, что в новом произведении автор вновь показывает читателям необычную среду, известную им по пьесе «Мещане». В произведении о семье Бессеменовых «он (Горький. - Е.К.) уже начал отрекаться от своего босячества» [16, с. 20]. Таким образом, Е. А. Преображенский приходит к выводу, что именно в пьесе «Мещане» изменился привычный для русских читателей облик М. Горького: он впервые обратился к теме мещанства, ставшей ключевой в его дальнейшем творчестве; «На дне» же воспринимается им как возврат к старой теме.

Особый интерес вызывает посвященная пьесе большая статья А. И. Тинякова, в которой содержатся непосредственные впечатления очевидца, наблюдавшего игру труппы Московского Художественного театра, «Художественный театр и «На дне» Горького». В ней четко выделяются два раздела: в первом описываются впечатления жителя периферии, посетившего столичный «Художественно-общедоступный театр». Необычным является первоочередное перечисление затруднений, с которыми столкнулся молодой провинциал, желающий посмотреть модный спектакль. В статье упоминаются высокие цены на билет, что объясняется тем, что пьеса давалась в пользу «Хитрова рынка», а также отсутствие свободных зрительских мест, за исключением двух и трех кресел первого ряда партера. Кроме того, Одинокий столкнулся с требованием быть очень прилично одетым: «На мне, видите ли, был не такой костюм, в каких обыкновенно бывают посетители «общедоступного» театра: на мне не было ни мундира, ни черной пары из дорого сукна, нет, на мне была простая серая куртка и высокие смазные сапоги» [13, с. 61]. Таким образом, несмотря на уже приобретенный десятирублевый билет, отсутствие вечернего туалета чуть не стало для А. И. Тинякова непреодолимым препятствием для посещения спектакля. Все увиденное позволяет автору статьи сделать вывод, что в названии театра эпитет «общедоступный» не соответствует действительности. Справедливым в данном отношении является замечание А. И. Еремина и Ю. В. Жуковой о том, что посещение театра вызвало у Одинокого «массу сарказма» [3].

Однако А. И. Тиняков полагает, что второй эпитет в названии театра -«художественный» - полностью соответствует действительности. В статье подробно описывается театральный интерьер: «В нем от всего, начиная с изящной и оригинальной одежды служителей и кончая темно-серым, раз-

двигающимся в обе стороны занавесом с белоснежной чайкой, вышитой посередине его на золотой парче, веет какой-то неуловимой красотой и на всем виден отпечаток интеллигентности и благородства» [13, с. 61-62]. Гимназист-провинциал замечает четыре сценических яруса, зеленоватый ковер на полу, поглощающий шум шагов, электрическое освещение, «красивые и оригинальные фонарики, темные дубовые стулья с прикрепленными к ним новыми номерами» [13, с. 62]. Все увиденное позволяет ему сделать вывод о том, что «вся эта обстановка, отсутствие оркестра и всякой театральной пошлости и шаблона, само по себе создает настроение и способствует цельности впечатления» [13, с. 62]. Описание Московского Художественного театра, представленное в статье, ценно своей непосредственностью и свежестью.

Во втором разделе статьи Одинокий предлагает читателям свою оценку спектакля «На дне», представляющего собой картины из жизни обитателей ночлежки. Он перечисляет основных персонажей драмы, давая некоторым из них выразительные характеристики: «вор и Дон-Жуан ночлежки» Васька Пепел; «потерявший всякое подобие человека» Бубнов; «спившийся Актер» [13, с. 63]. Автор статьи обращает особое внимание читателей на реалистически воссозданные М. Горьким типы Василисы и Клеща. Заслуга драматурга заключается, в первую очередь, в том, что он мастерски воссоздает противоречивый характер Костылевой. В этой героине слились воедино красота, деспотизм и жестокость. В восприятии А. И. Тинякова Василиса - «красивое животное, дикое с сильными страстями и демонской гордостью» [13, с. 67]. Интересно сделанное Одиноким сравнение образа Костылевой с образом Мальвы, героини раннего горь-ковского рассказа. Обе они, по мысли автора статьи, несколько похожи по своим душевным качествам. Однако Мальва все же превосходит Костыле-ву тем, что в ней «нет ни капли мещанства, она свободна, как чайка, и дика и прекрасна, как морская волна.» [13, с. 68]. Чувство привязанности к пошлой обыденной жизни, свойственное Василисе, доминирует в характере Клеща, которого автор статьи выразительно называет «человеком-рабом» [13, с. 64]. Как известно, этот герой прилагает все усилия для того, чтобы не опуститься «на дно», но, не обладая сильным характером, все-таки оказывается в компании Сатина и ему подобных. А. И. Тиняков приходит к выводу, что всех описанных М. Горьким «бывших людей» объединяет лишь ненависть друг к другу и к своему прошлому. Причину этого он видит в беспросветной жизни героев, в отсутствии у них будущего: «Так и кажется, что уже никогда луч яркого солнца не заглянет в тусклое

окно подвала-ночлежки, что уже никогда не озарятся, хоть на минуту, эти лица светлой, беззаботной улыбкой и никогда не раздастся здесь смех, беззаботный, незлобивый, громкий, и не зазвучит простая речь, призывающая к свету и Любви» [13, с. 64].

На этом мрачном фоне выделяется образ Луки, на характеристике которого А. И. Тиняков считает необходимым остановиться особо. На первый взгляд, перед зрителями предстает человек, ничем не примечательный, не имеющий никакого имущества, собственного «угла», даже паспорта. Однако горьковский «странник» обладает «отзывчивой душой, чуткостью ко всякой неправде и несправедливости, смотрит на жизнь со спокойствием Сократа» [13, с. 64]. Перефразируя название известной статьи Н. А. Добролюбова, Одинокий сравнивает Луку с лучом света, проникшего в мрачную ночлежку. Именно ему удается пробудить в душе ее обитателей человеческие порывы и оказать им посильную помощь: появляется цель жизни у Актера; облегчаются предсмертные муки Анны; находится благодарный слушатель у Насти; обретают надежду на счастье Пепел и Наташа; даже в душе Сатина пробуждаются «какие-то смутные забытые чувства» [13, с. 65]. По мнению автора статьи, слова Луки оставляют безучастными лишь трех героев - Барона, Бубнова и Костылева, поскольку в их душах уже не осталось ничего человеческого. Особую антипатию у А. И. Тиняко-ва вызывает образ Костылева. Приводя в качестве примера сцену беседы Луки и хозяина ночлежки о «людях и человеках», Одинокий сравнивает этих двух непохожих друг на друга героев: «Один - добродушный, веселый, любит жизнь, людей и свободу, любит ходить по широкому белому свету и присматриваться к жизни различных людей, словом один - человек. Другой - ханжа, покупающий масло в лампадки за деньги, вымогаемые с нищих, присосавшийся как клоп к молодой жене, похожий на отвратительного огромного паука.» [13, с. 66]. Паук как воплощение зла, бессмысленности человеческой жизни заставляет читателя вспомнить роман Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание», один из героев которого - Свидригайлов - представляет себе вечность в образе закоптелой баньки с пауками. Кроме того, в письме неизвестного лица к И. А. Позднякову указывается на автобиографическую основу этого образа-символа: «Знаю еще, что он (Тиняков. - Е. К.) боялся пауков и маленьких детей-ползунков» [18, л. 2]. Одинокий, давая высокую оценку образа Луки, называет его «самым цельным, самым ярким и самым правдивым типом во всей пьесе Горького» [13, с. 67].

В финале статьи А. И. Тиняков говорит о возросшем мастерстве М. Горького-драматурга, полагая, что пьеса «На дне», несомненно, стоит выше «Мещан», подробно перечисляет ее достоинства. Во-первых, отличное знание автором жизненного материала, положенного в основу драмы: «[М]ы видим настоящих босяков, мы чувствуем, что это правда, что это выхвачено из жизни.» [13, с. 68-69]. Во-вторых, наличие особой глубины мысли, а также большее, чем в «Мещанах» «присутствие драматизма, и действия, и типов» [13, с. 69]. В-третьих, наличие высокой оценки горь-ковской концепции Человека: «[Ч]еловек всегда, на какой бы ступени нравственного падения ни находился, способен подняться и снова начать человеческую жизнь.» [13, с. 70]. Одинокий приводит слова Сатина и Луки о том, что каждый человек нуждается в любви и уважении; а также напоминает читателям, что даже на самом «дне» жизни можно обнаружить что-то светлое. В-четвертых, А. И. Тиняков считает необходимым отметить отличные декорации и высокое качество игры актеров, позволяющие закрыть глаза на ряд недостатков произведения. Осмелимся предположить, что восхищение автора статьи образом Луки связано с той обаятельностью, которую смог придать драме сыгравший эту роль И. М. Москвин. И, наконец, Одинокий восторгается мастерством М. Горького-реалиста: зритель как бы переносится из «зала в грязную лачугу, и вы видите настоящих золоторотцев, слышите их дикие песни, их злобные речи и уходите из театра, полный доброго настроения, с головой, полной образов и художественно выполненных сцен» [13, с. 71]. Тем не менее, по мнению автора статьи, пьеса не лишена некоторых недостатков, среди которых главным являются патетические речи, вложенные автором в уста босяков, свидетельствующие о доминировании М. Горького-мыслителя над художником. Любопытно, что спор о Человеке, который традиционно считают самым выразительным эпизодом драмы, по мысли автора статьи, таковым не является: «[Ч]увствуется, что за спиной этих ораторов стоит Горький и, говоря за них, бестактно нарушает целостность художественного впечатления» [13, с. 69]. Кроме того, Одинокий считает, что М. Горький не всегда проявляет себя как глубокий психолог: так, например, не показан переворот, произошедший в душе Актера и приведший его к самоубийству. Полагаем, что подобные выводы связаны с тем, что гимназист, воспитанный на образцах драматической литературы XIX столетия, делает попытку вписать горьковский текст в рамки классической традиции, не осознавая его несомненного новаторского характера.

Таким образом, «горьковский пласт» материалов, вошедших в состав рукописного журнала «Школьные досуги», дает читателям новую информацию о ранних драмах М. Горького. В заметках справочно-библиографического характера рассказывается о присутствии М. Горького на спектаклях, поставленных по его драме «Мещане», излагается мнение драматурга ее о сюжете, содержится информация о постановке пьесы в России и за границей, говорится о связи содержания пьесы с передовыми общественными исканиями того времени. В статьях А. И. Тинякова повествуется о постановке горьковских драм в столице и в провинции, рассматривается система персонажей пьес, анализируются их достоинства и недостатки, делается вывод о возросшем мастерстве М. Горького-драматурга в пьесе «На дне».

Список литературы

1. Горький М. Мещане // Школьные досуги. 1902. № 1. С. 15-16 // Орловский объединенный государственный литературный музей И. С. Тургенева (ОГЛМТ). 10677/490 оф. РК. 1521.

2. Горький М. Собрание сочинений: в 30 т. М.: ГИХЛ, 1950. Т. 6. 568 с.

3. Еремин А. И., Жукова Ю. В. Рукописный журнал орловских гимназистов начала ХХ века «Школьные досуги» (источниковедческий обзор) // Образование и общество. Электронный журнал. 2005. № 1 (30), январь - февраль. С. 113-120. [Эл. ресурс]: http://www.jeducation.ru/1_2005/113.html (дата обращения: 11.11.2016).

4. Еремин А. И. Мировосприятие провинциальных гимназистов в начале ХХ в. (по материалам рукописного журнала «Школьные досуги») // Вестник РГГУ. Серия История. Филология. Культурология. Востоковедение. 2013. № 10 (111). С. 18-42.

5. Казеева Е. А. Повесть А. П. Чехова «В овраге» в осмыслении А. И. Тинякова-гимназиста // Н. П. Огарев: историко-культурное измерение творческой личности: сб. материалов Всерос. науч. конф. с междунар. участием. Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2013. С. 12-15.

6. Казеева Е. А. Пьеса М. Горького «Мещане» в восприятии орловских гимназистов и их наставника // Культурные коды русской литературы: материалы Всерос. (с междунар. участием) очно-заочной науч.-практ. конф., посвященной 60-летию филологического факультета Башкирского гос. ун-та. Уфа: БашГУ, 2017. С. 182-191.

7. Казеева Е. А. Пьеса Максима Горького «На дне» в осмыслении А. И. Тинякова // Русский язык в контексте национальной культуры: материалы II Междунар. научн. конференции. Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2012. С. 412-417.

8. Казеева Е. А. Рассказ И. А. Бунина «Руда» в оценке А. И. Тинякова-гимназиста (на материале рукописного журнала «Школьные досуги») // Новая наука: опыт, традиции, инновации: междунар. научн. период. издание по итогам Междунар. научно-практ. конф.: в 3 ч. Стерлитамак: АМИ, 2017. № 1 (3). С. 118-122.

9. Казеева Е. А. Рассказы В. В. Вересаева в оценке Ф. Д. Крюкова (на материале рукописного журнала «Школьные досуги») // Современные исследования социальных проблем. 2017. Т. 9. № 1-3. С. 106-110.

10. Казеева Е. А. Творчество В. В. Вересаева в осмыслении Ф. Д. Крюкова (на материале рукописного журнала «Школьные досуги») // Русский язык в диалоге культур: материалы Всерос. науч.-практ. конф. Саранск, 2017. С. 523-528.

11. Колобаева Л. А. М. Горький // История русской литературы. ХХ век: в 2 ч. М.: Дрофа, 2007. Ч. 1. С. 46-87.

12. Одинокий. «Мещане» М. Горького. Бесплатный спектакль для учащихся. Появление новой «звезды» на нашем театральном горизонте // Школьные досуги. 1902. № 5. С. 46-52 // ОГЛМТ. 10677/490 оф. РК. 1521.

13. Одинокий. Художественный театр и «На дне» Горького // Школьные досуги. 1903. № 7. С. 60-71 // ОГЛМТ. 10677/490 оф. РК. 1521.

14. П. «Мещане» в Вене // Школьные досуги. 1902. № 5. С. 57 // ОГЛМТ. 10677/490 оф. РК. 1521.

15. П. Наша новая литература. Критический опыт // Школьные досуги. 1902. № 1. С. 9-16 // ОГЛМТ. 10677/490 оф. РК. 1521.

16. П. Новое произведение Горького // Школьные досуги. 1902. № 3. С. 20 // ОГЛМТ. 10677/490 оф. РК. 1521.

17. П. О «Мещанах» Горького // Школьные досуги. 1902. № 4. С. 23-24 // ОГЛМТ. 10677/490 оф. РК. 1521.

18. Письмо. Неизвестное лицо И. А. Позднякову. (Воспоминания о Тинякове). 27 февраля 1962 г. // ОГЛМТ. Ф. 19. 4855/1 оф.

19. Станиславский К. С. Моя жизнь в искусстве // Станиславский К. С. Собрание сочинений: в 9 т. М.: Искусство, 1988. Т. 1. 622 с.

References

1. B. M. Gor'kij. Meshhane [Meshchan] // Shkol'nye dosugi [School Leisure]. 1902. № 1. Pp. 15-16 // Orlovskij obedinennyj gosudarstvennyj literaturnyj muzej I. S. Turgeneva [Orlovsky United state literary Museum of I. S. Turgenev] (OGLMT). 10677/490 of. RK. 1521.

2. Gor'kij M. Sobranie sochinenij [Collected Works]: v 30 t. Moscow: GIHL Publ., 1950. T. 6. 568 p.

3. Eremin A. I., Zhukova Ju. V. Rukopisnyj zhurnal orlovskih gimnazistov nachala XX veka «Shkol'nye dosugi» (istochnikovedcheskij obzor) [Hand-written journal of the Oryol high school students of the early twentieth century «School leisure» (source study)] // Obrazovanie i obshhestvo. Jelektronnyj zhurnal [Education and society. Electronic journal]. 2005. № 1 (30), janvar' - fevral'. Pp. 113-120. URL: http://www.jeducation.ru/1_2005/113.html (data obrashhenija 11.11.2016).

4. Eremin A. I. Mirovosprijatie provincial'nyh gimnazistov v nachale XX v. (po materi-alam rukopisnogo zhurnala «Shkol'nye dosugi») [World perception of the provincial gymnasium in the early twentieth century. (based on the materials of the hand-written journal «School leisure»)] // Vestnik RGGU. Serija Istorija. Filologija. Kul'turologija. Vos-tokovedenie [Herald of the RSUH. Series History. Philology. Culturology. Oriental Studies]. 2013. № 10 (111). Pp. 18-42.

5. Kazeeva E. A. Povest' A. P. Chehova «V ovrage» v osmyslenii A. I. Tinjakova-gimnazista [A. Chekhov's story «In a ravine» in the comprehension of A. I. Tinyakov-schoolboy] // N. P. Ogarev: istoriko-kul'turnoe izmerenie tvorcheskoj lichnosti: sb. materialov

54

Vseros. nauch. konf. s mezhdunar. Uchastiem [N. P Ogarev: Historical and Cultural Dimension of the Creative Personality: Sat. materials Vseros. sci. conf. with intern. participation]. Saransk: Mordov. un-t Publ., 2013. Pp. 12-15.

6. Kazeeva E. A. P'esa M. Gor'kogo «Meshhane» v vosprijatii orlovskih gimnazistov i ih nastavnika [M. Gorky's play «Meshchan» in the perception of the Oryol gymnasium and their mentor] // Kul'turnye kody russkoj literatury: materialy Vseros. (s mezhdunar. uchastiem) ochno-zaochnoj nauch.-prakt. konf., posvjashhennoj 60-letiju filologicheskogo fakul'teta Bashkirskogo gos. un-ta [Cultural codes of Russian literature: materials Vseros. (with international participation) full-time scientific-practical. conf., dedicated to the 60th anniversary of the philological faculty of the Bashkir state. University]. Ufa: BashGU Publ., 2017. Pp. 182191.

7. Kazeeva E. A. P'esa Maksima Gor'kogo «Na dne» v osmyslenii A. I. Tinjakova [Maxim Gorky's play «At the bottom» in the comprehension of A. I Tinyakov] // Russkij jazyk v kontekste nacional'noj kul'tury: materialy II Mezhdunar. nauchn. konferencii [Russian language in the context of national culture: materials II Intern. scientific. conference]. Saransk: Mordov. un-t Publ., 2012. Pp. 412-417.

8. Kazeeva E. A. Rasskaz I. A. Bunina «Ruda» v ocenke A. I. Tinjakova-gimnazista (na materiale rukopisnogo zhurnala «Shkol'nye dosugi») [A story of I. A. Bunin «Ruda» in the evaluation of A. I. Tinyakova-grammar school student (on the material of the hand-written magazine «School leisure»)] // Novaja nauka: opyt, tradicii, innovacii: mezhdunar. nauchn. period. izdanie po itogam Mezhdunar. nauchno-prakt. konf. [New science: experience, traditions, innovations: intern. scientific. period. publication on the basis of the Intern. scientific and practical work. conf.]: v 3 ch. Sterlitamak: AMI Publ., 2017. № 1 (3). Pp. 118-122.

9. Kazeeva E. A. Rasskazy V. V. Veresaeva v ocenke F. D. Krjukova (na materiale ruko-pisnogo zhurnala «Shkol'nye dosugi») [Stories of V. V. Veresaev in the evaluation of F. D. Kryukov (based on the handwritten magazine «School leisure»)] // Sovremennye issledo-vanija social'nyhproblem [Modern research of social problems]. 2017. T. 9. № 1-3. Pp. 106110.

10. Kazeeva E. A. Tvorchestvo V. V. Veresaeva v osmyslenii F. D. Krjukova (na mate-riale rukopisnogo zhurnala «Shkol'nye dosugi») [Creativity V. V Veresaev in the understanding of F. D. Kryukov (on the material of the handwritten magazine «School leisure»)] // Russkij jazyk v dialoge kul'tur: materialy Vseros. nauch.-prakt. konf. [Russian language in the dialogue of cultures: materials Vseros. scientific-practical. conf.]. Saransk, 2017. Pp. 523528.

11. Kolobaeva L. A. M. Gor'kij [M. Gor'kij] // Istorija russkoj literatury. XX vek [History of Russian Literature. XX century]: v 2 ch. Moscow: Drofa Publ., 2007. Ch.1. Pp. 46-87.

12. Odinokij. «Meshhane» M. Gor'kogo. Besplatnyj spektakl' dlja uchashhihsja. Po-javlenie novoj «zvezdy» na nashem teatral'nom gorizonte [«Meshchan» M. Gorky. Free performance for students. The emergence of a new «star» on our theater horizon] // Shkol'nye dosugi [School Leisure]. 1902. № 5. Pp. 46-52 // OGLMT. 10677/490 of. RK. 1521.

13. Odinokij. Hudozhestvennyj teatr i «Na dne» Gor'kogo [The Art Theater and Gorky's «The Lower Depths»] // Shkol'nye dosugi [School Leisure]. 1903. № 7. Pp. 60-71 // OGLMT. 10677/490 of. RK. 1521.

14. P. «Meshhane» v Vene [Mieschans in Vienna] // Shkol'nye dosugi [School Leisure]. 1902. № 5. P. 57 // OGLMT. 10677/490 of. RK. 1521.

55

15. P. Nasha novaja literatura. Kriticheskij opyt [Our new literature. Critical experience] // Shkol'nye dosugi [School Leisure]. 1902. № 1. Pp. 9-16 // OGLMT. 10677/490 of. RK. 1521.

16. P. Novoe proizvedenie Gor'kogo [A new work by Gorky] // Shkol'nye dosugi [School Leisure]. 1902. № 3. P. 20 // OGLMT. 10677/490 of. RK. 1521.

17. P. O «Meshhanah» Gor'kogo [About « Mieschans» Gorky] // Shkol'nye dosugi [School Leisure]. 1902. № 4. Pp. 23-24 // OGLMT. 10677/490 of. RK. 1521.

18. Pis'mo. Neizvestnoe lico I. A. Pozdnjakovu. (Vospominanija o Tinjakove) [Letter. Unknown person I. A Pozdnyakov. (Memories of Tinyakova)]. 27 fevralja 1962 g. // OGLMT. F. 19. 4855/1 of.

19. Stanislavskij K. S. Moja zhizn' v iskusstve [My life in art] // Sobranie sochinenij [Collected Works]: v 9 t. Moscow: Iskusstvo Publ., 1988. T. 1. 622 p.