2012. 03. 003. Гришина Н. В. «Школа В. О. Ключевского» в исторической науке и Российской культуре. - Челябинск: энциклопедия, 2010. - 288 с

тетах мира: Лейдене, Брюсселе, Генте, Осло, Упсале, а в США совершил настоящее лекционное турне через всю страну. Павел Гаврилович Виноградов умер в Париже в 1925 г., после кремации его прах захоронили в Оксфорде.

Ю.В. Дунаева

2012.03.003. ГРИШИНА Н.В. «ШКОЛА В О. КЛЮЧЕВСКОГО» В ИСТОРИЧЕСКОЙ НАУКЕ И РОССИЙСКОЙ КУЛЬТУРЕ. - Челябинск: Энциклопедия, 2010. - 288 с.

Ключевые слова: российская культура; российская историческая наука; «школа Ключевского»; В. О. Ключевский.

В монографии Н.В. Гришиной рассматривается возникновение и становление «школы Ключевского», определяются ее место и роль в отечественной науке и культуре. Книга состоит из введения, трех глав («Конструирование образа "школы Ключевского" в исторической литературе», «"Школа Ключевского" в научном сообществе конца XIX - первых десятилетий XX в.», «В.О. Ключевский и его ученики в диалоге с русским обществом»), заключения, списка источников и приложений (краткие сведения о научных карьерах учеников В.О. Ключевского, переписка историка).

Н. В. Гришина отмечает, что несмотря на популярность самого В.О. Ключевского, о его научной школе написано мало, фактически ей посвящены две монографии. В данном исследовании автор поставила перед собой задачу изучить научные и коммуникативные особенности «школы Ключевского», показать научную и общественную деятельность самого историка и его учеников. Автор использует широкий круг источников: научные, учебные, публицистические работы В.О. Ключевского и его учеников, рецензии, отзывы и другие публикации, дающие представление о научном сообществе; мемуары, дневники, воспоминания; исследования, посвященные общим условиям развития науки и высшего образования в конце XIX - начале XX в.; работы, анализирующие научное наследие и деятельность В.О. Ключевского, его учеников; архивные материалы (ЦГИА, ОР РГБ, ГАРФ, архив АН РАН).

Хронологические рамки исследования: 70-е годы XIX в. (становление В.О. Ключевского - историка и педагога, формирование круга учеников) - 20-е годы XX в. (период интенсивных споров о

научной школе). По словам автора, в период «смуты» 1917-1920-х годов историки испытывали естественный страх перед будущим, они искали жизненные и научные ориентиры. Ученики В.О. Ключевского старались сохранить традиции его школы, «старой науки». «Сознательное окружение себя антуражем прошлой жизни стало своего рода стратегией выживания в новых условиях. Достойное место в этой системе ценностей заняла "сколарная" традиция. Размышления ученых о сохранении традиции В.О. Ключевского и восприятии друг друга как ее продолжателей пронизывали их дневники, мемуары, речи» (с. 25).

Первые размышления о том, существовала ли «школа Ключевского», появились в канун чествования ученого в связи с его 70-летним юбилеем, а также в связи с последовавшей вслед за этим его скорой смертью. Некрологи, воспоминания учеников стимулировали интерес к личности историка, его творчеству и разнообразному наследию. «Ученики В.О. Ключевского, идентифицировавшие себя в качестве его научных преемников, заявив о существовании школы, заложили тем самым "апологетическую"» традицию ее изучения, трансформировавшуюся со временем в традицию "признания" "школы Ключевского"» (с. 25). Но почти одновременно возникла и критическая традиция «непризнания» -М.В. Довнар-Запольский, М.Н. Покровский. Последний считал, что В.О. Ключевский «органически» не мог иметь школы и не оставил после себя ни одного ученика, продолжившего его научную работу.

В советской историографии отношение к личности историка и его последователям тоже было неоднозначным и менялось в связи с изменениями в политической ситуации. В 1930-1940-е годы историки обращали внимание на недостатки концепции В. О. Ключевского, особенно на «противоречия марксизму». В 1970-1980-е годы интерес исследователей сосредоточился на определении: «Какой была школа Ключевского?» На первый план выходили вопросы, связанные с определением феномена «научная школа», выяснением его содержания и функций, определением роли научного лидера, персонального состава. 1980-1990-е годы стали очередным этапом в изучении наследия историка, чье творчество стало завоевывать все большую популярность в профессиональной среде. В эти годы «исследователями был сделан вывод, что В.О. Ключев-

ский уже в конце XIX в. приобретает значение символа, становится феноменом русской культуры» (с. 47).

Ядром «школы В.О. Ключевского», по мнению Н.В. Гришиной, можно считать историков, воспринявших его концепцию русской истории и подготовивших под его руководством диссертации. К ним относятся: П.Н. Милюков, М.К. Любавский, А.А. Кизевет-тер, М.М. Богословский, Ю.В. Готье, А.И. Яковлев, Н.А. Рожков (на раннем этапе своей научной деятельности, оговаривает автор). К ученикам другого поколения, но принадлежавших к так называемому первому кругу, она причисляет С.В. Бахрушина, В.И. Пи-чету, С.К. Богоявленского. Ко второму кругу относятся историки, «оказавшиеся под частичным влиянием его идей или личной харизмы» (с. 64). Это представители Киевской и Петербургской исторических школ, «историки, воспринявшие неокантианство, религиозную философию, марксизм, историко-критический ракурс исследования» (там же). Третий круг учеников формируют широкие слои русского общества, знакомые с лекциями или печатными работами В.О. Ключевского, под воздействием которых формировались их исторические взгляды. От «школы Ключевского» отошли впоследствии Н.А. Рожков и М.Н. Покровский.

На формирование исторических взглядов В.О. Ключевского оказали влияние его учителя, историки «государственной школы» -С.М. Соловьёв, Б.Н. Чичерин, филологи - Ф.И. Буслаев, А.П. Щапов, С.В. Ешевский, заинтересовавшие историка древнерусской литературой и привившие мастерство владения словом. В кандидатском сочинении «Сказания иностранцев о Московском государстве» заметны влияния «государственной школы». В этой работе историк анализирует развитие государства, становление государственного аппарата. В докторской диссертации «Боярская дума Древней Руси» В.О. Ключевский отходит от «государственного» ракурса и обращает внимание на связь Думы с обществом, на социальный состав, происхождение и роль классов, представители которых заседали в Думе. Это исследование соединило социологию и историю. Коллеги по достоинству оценили докторскую диссертацию, отметив появление «социологической школы Ключевского». С этого времени начинается новый период в деятельности ученого: «Он приобретает черты знаковой фигуры на научном небосклоне, пробует свои силы на стезе научного лидерства» (с. 94).

Начало формирования «школы Ключевского» автор относит к 1880-м годам. Это время формирования концепции русской истории, появления первых учеников: В.Е. Якушкина, П.Н. Милюкова, М.К. Любавского. Формально В.Е. Якушкин - первый защитившийся ученик В.О. Ключевского. Но его редко упоминают среди последователей, научная карьера В.Е. Якушкина оказалась недолгой. Иначе сложилась научная судьба П.Н. Милюкова. Его диссертация, посвященная государственному хозяйству времен Петра I, выдержана «в духе Ключевского».

В 1880-1890-е годы идет формирование, в том числе и силами учеников, «школы Ключевского». «Фактически в недрах школы наметилось несколько исследовательских линий: 1) изучение истории государственных учреждений и нормативно-правовых актов различных эпох на фоне социального контекста; 2) рассмотрение реформаторской активности российского государства и ее влияние на развитие общественных классов, анализ социально-экономических причин и последствий реформ» (с. 103-104). Внимание к преобразовательной деятельности государства, исследование традиций децентрализации, проведения реформ, участия общества в реформаторской деятельности, возникновение гражданственности, все это актуализировало научные исследования в глазах современников, отмечает автор.

Хорошо заметна связь современности и истории в работах М.К. Любавского, Н.А. Рожкова, Ю.В. Готье. Н.В. Гришина вслед за другими исследователями признает, что выбор тем для диссертаций учеников В.О. Ключевского во многом был обусловлен модернизацией страны в конце XIX - начале XX в. Историки были уверены в связи прошлого и настоящего, в политической функции исторического знания. В исторических исследованиях «они стремились обозначить ценности цивилизации, чтобы продвинуть процесс модернизации, а также обеспечить социальную солидарность, основанную на сотрудничестве между интеллигенцией и обществом против самодержавия» (цит. по: с. 114). В основном ученики В.О. Ключевского были настроены либерально и критически относились к инициативам правительства.

Н.В. Гришина уделяет внимание и личности В.О. Ключевского, характеризуя его как лидера научной школы: «Он развивал у своих слушателей самостоятельность мышления, учил их научному

поиску, поддерживал свободу выбора темы исследования, мог оказать реальную научную поддержку, основанную на критическом отношении к результатам работы учеников, обладал определенной научной интуицией» (цит. по: с. 125). Но при этом он не всегда был терпимым учителем, поддерживающим ученика, скорее профессор был скуп на похвалу и поощрения. Его благосклонность, отмечает Н.В. Гришина, надо было заслужить. Кредо В.О. Ключевского-наставника - «сам доходи». Неровными были и отношения в процессе научного руководства, примером тому служит хорошо известный конфликт между П.Н. Милюковым и В.О. Ключевским. В общем, характер историка был причудливый, неровный, он был человеком нелюдимым, нервным. Отсюда и противоположные мнения о нем его учеников: одни говорили о его доброте, другие отмечали формализм и подозрительность, граничащую с мнительностью. Но на протяжении всего творческого пути Василий Осипович был окружен ученикам, стремился стать центром их внимания.

«Школа Ключевского» была не только частью научной среды, но и общественно-культурной жизни страны. Изначально «школа» была ориентирована на общественные потребности. Широкую известность В.О. Ключевский получил при жизни как преподаватель и лектор. Он читал курсы в разных учебных заведениях: Александровском военном училище, Московской духовной академии, Московском университете, Политехническом музее, Училище живописи, ваяния и зодчества, на Высших женских курсах. Наряду с этим историк читал лекции великому князю Георгию.

Всеобщую известность и огромную популярность В. О. Ключевский приобрел, выступая с публичными лекциями, хотя сам относился к ним как к навязанной повинности. В. О. Ключевский интуитивно чувствовал аудиторию, степень ее подготовки, он «обладал над ней "властью художника", "гипнотизировал слушателей", "уводил за собой в мир прошлого"» (цит. по: с. 165). Он был блестящим, артистичным лектором, а его стиль отличался силой и красочностью изложения, как вспоминают очевидцы. «Импульсы, посылаемые В. О. Ключевским через лекции, научные труды, были настолько сильны, что, безусловно, характеризует его как крупнейшего представителя исторической науки, сумевшего своей творческой деятельностью в значительной степени оказать воздействие на формирование национального самосознания» (с. 171).

Но, отмечает Н.В. Гришина, не все благосклонно оценивали социально-политическое влияние историка. Например, В.А. Маклаков критиковал историка за его приверженность либеральным кругам, с восторгом воспринимавшим его «острые слова» и «злые характеристики» исторических деятелей. Были и те, кто считал «Курс русской истории» «вредным», потому что там описаны «только темные стороны нашей истории» (цит. по: с. 181).

Ученики В.О. Ключевского помимо преподавательской и научной работы занимались еще и общественно-просветительской в разных обществах, кружках, организациях, объединяющих ученых, преподавателей, деятелей искусства. Они внесли свой вклад и в изучение русской культуры.

Подводя итоги рассмотрению феномена «школы Ключевского», Н.В. Гришина отмечает, что сам историк преодолел научные, педагогические границы: «Его идеи проникали в общественное сознание, историка начали воспринимать как учителя и воспитателя либерально настроенных слоев общества» (с. 235).

Ю.В. Дунаева

ДРЕВНИЙ МИР

2012.03.004. АЛЕКСАНДРОВ О. РЕЛИГИЯ В РИМСКОЙ АРМИИ В ПРОВИНЦИИ НИЖНЯЯ МЁЗИЯ, (1-1У вв.). АЛЕКСАНДРОВ О. Религията в римската армия в провинция Дол-на Мизия, (1-1У в.). - Велико Търново: Унив. изд-во «Св. св. Кирил и Методий», 2010. - 458 с. - Библиогр: с. 219-237.

Ключевые слова: Нижняя Мёзия; I-IVвв.; римская армия; религия в армии.

В монографии доктора археологии Олега Александрова (университет Свв. Кирилла и Мефодия, Велико Тырново) на основе эпиграфических и археологических материалов, а также свидетельств античных писателей, исследуется религиозная жизнь римской армии, располагавшейся в провинции Нижняя Мёзия. Рассматриваются роль и пути распространения различных, весьма многочисленных официальных и неофициальных, римских, греко-римских и восточных культов, степень проникновения местных фракийских культов в армейскую среду, а также степень популяр-