У нас коалиция возможна?

Михаил Емельянов, заместитель руководителя фракции "Справедливая Россия":

— Коалиция возможна везде. И у оппозиции нет других вариантов, кроме как договариваться, ведь поодиночке власть не победить. Но партия РПР--ПАРНАС — это партия вчерашнего дня, ее заменила партия Навального. И Рыжков, всегда обладавший очень тонким политическим чутьем, сейчас решил откреститься от своих отмороженных однопартийцев. Скорее всего, он создаст свою партию и пойдет на сотрудничество с властью. Возможно, он перейдет в системную оппозицию на либеральный фланг.

Алексей Журавлев, председатель партии "Родина":

— Вообще-то коалиция либеральных сил всегда заходит в тупик, потому что населением не востребованы их идеи. Да и институт сопредседательства в России не давал хороших результатов. Но Рыжков поступил разумно. Он, как и я, ходил на встречу президента с непарламентскими партиями, единственный из своих. Если Рыжков отойдет от риторики ПАРНАСа, он сможет стать сильным политиком и даже получить место в Госдуме.

Олег Митволь, глава центрального совета партии "Альянс зеленых — Народная партия":

— Теоретически возможна, но на деле основная проблема оппозиции как раз в том, что никто ни с кем не может договориться. Все, собираясь на какую-нибудь встречу по поводу объединения, начинают выяснять, кто главнее. Потом ругаются так, что власть становится роднее,— и они жалуются власти на коллег по оппозиции. Костя Мерзликин занял руководящую должность вместо Рыжкова, партия очень проиграла от этого. Рыжков — политик, а Мерзликин — бывший руководитель аппарата правительства.

Леонид Гозман, президент общественного движения "Союз правых сил":

— Боюсь, что сейчас период такой, что будут появляться партии при вождях, причем деидеологизированные и националистические. А нам необходимо объединение не отдельных политиков, пусть даже самых известных, а объединение электората. Потому что электоральный потенциал наших партий предельно низок. Как показали выборы мэра Москвы и Екатеринбурга, люди голосовали не за партии, а за лидеров — Навального и Ройзмана. Сами политические структуры — как на властном фланге, так и на антивластном — растеряли реальное влияние.

Сергей Иваненко, член политкомитета партии "Яблоко":

— Да, возможна. Только на осмысленной основе, а вместо этого нам предлагают подобную ерунду. Коалиция должна быть межпартийная, с четкой политической платформой и организационным принципом. РПР-ПАРНАС в очередной раз наступил на одни и те же грабли. Попытки создания двух-трехголовых политических структур бессмысленны и бесперспективны. Политические партии за всю свою историю существования уже отработали механизмы функционирования: должны быть руководитель и ясная политпрограмма. У ПАРНАСа этого не было, так что ничего неожиданного не произошло.

Марк Урнов, политолог, председатель фонда аналитических программ "Экспертиза":

— Как показывает история, коалиции в оппозиции редки. То, что сейчас происходит, скорее правило, чем исключение. Сталкиваются две стратегии взаимодействия с властью: Рыжков склонен к кооперации с ней, ПАРНАС идет на достаточно жесткое противостояние. Как здесь ужиться? Надо договариваться и объединяться. Здесь еще и личностные недопонимания, как было в свое время с "Яблоком" и "Выбором России". У оппозиции нет таких пиаровских подкачек, как у Путина: доступ к СМИ, возможность устраивать Олимпиаду и т. д. Если где и сможет зародиться оппозиция, то только внутри власти — в результате раскола политических элит. Классическая оппозиция обречена на маргинальность.