Ф.И. Тютчев и И.С. Тургенев: к вопросу о творческом диалоге авторов

УДК 821.161.1

ГРНТИ 17.09

С. А. Петрова

Ф.И. Тютчев и И.С. Тургенев: к вопросу о творческом диалоге авторов

В статье рассматриваются особенности фонетической структуры стихотворения Ф.И. Тютчева «Арфа скальда» в рамках интермедиальной поэтики, выявляются интертекстуальные связи произведения с повестью И.С. Тургенева «Призраки», которая также представляет собой интермедиальное повествование. Устанавливается эпизод творческого диалога авторов XIX века.

Ключевые слова: интермедиальность, скальд, Ф.И. Тютчев, И.С. Тургенев, «Призраки», интермедиальный диалог.

S. Petrova

Fyodor Tyutchev and Ivan Turgenev: the Question of a Creative Dialogue of Authors

The article deals with the features of the phonetic structure of the poem by F.I. Tyutchev "Harp Skald" in the framework of intermedial poetics. There are intertextual relations of the work with the story of I.S. Turgenev's "Ghosts" in the text which is also an intermedial narrative. Thus, another episode of the creative dialogue of two Russian authors of the XIX century is analyzed.

Key words: intermediality, skald, F.I. Tyutchev, I.S. Turgenev, «Ghosts», intermedial dialogue.

Известно, что благодаря инициативе И.С. Тургенева были опубликованы произведения Ф.И. Тютчева. Вопрос о взаимовлиянии и творческом диалоге двух авторов уже рассматривался во многих исследовательских работах [3]. Обратимся к примеру интермедиального диалога этих двух классиков.

Стихотворение «Арфа скальда» Ф.И. Тютчев написал после того, как побывал на концерте «Норвежские напевы» знаменитого виолончелиста Б. Ромберга [10, с. 140-141]. Обращение к образу поэта-певца севера и к музыкальному инструменту объясняется не только влиянием музыки - в данном случае развиваются и тенденции романтизма в русской литературе. Поющий скальд, аккомпанирующий себе на арфе, представлял собой особый романтический художественный образ [4].

© Петрова С. А., 2017 © Petrova S., 2017

В то же время выбор музыкального инструмента также мог быть связан с ещё одним эпизодом из биографии Ф.И. Тютчева. Учитель поэта Е.С. Раич приобрёл эолову арфу, а ученик мог вместе с ним её слушать [5]. О скальдах, об их поэзии и игре на арфах Е.С. Раич также и рассказывал своему ученику [5]. В целом использование музыкального инструмента как знака музыкального искусства в вербальной сфере определяет интермедиальную основу текста.

Важно отметить, что песни скальдов рассматриваются как переходный этап от народного синкретизма музыки и литературы к формированию собственно словесного авторского искусства [6; 7].

Об особой музыкальности стихотворений Ф.И. Тютчева писал Д. Д. Благой, обращая внимание на то, что «именно с поэзией Тютчева оказалось связанным возникновение музыкально-тактовых теорий в области стихосложения» [1, с. 548]. Как пишет исследователь, «[с]ледует обратить внимание еще на один аспект исключительной «музыкальности» поэтического наследия Тютчева: а именно насыщенность его (до этого небывалую) образами, рожденными звуковыми впечатлениями, вызванными слуховыми представлениями; примечательна глубочайшая связь мира звуков, заключенного в самом содержании тютчевской лирики, с особенностями художественного стиля, творческого метода, всего миросозерцания поэта» [1, с. 548].

Кроме обращения к романтической поэтике в стихотворении Ф.И. Тютчева есть также художественные элементы, соответствующие творчеству скальдов. В частности, произведение состоит из двух строф по шесть стихов в каждой, написанных пятистопным ямбом. Схема смежной мужской рифмы ААВВСС в первой строфе отзывается во второй: ВВССАА. Таким образом, композиция стихотворения с позиции рифмы -кольцевая, замкнутая. Конечная рифма использовалась в единственном стихотворном размере скальдов, определяемом как рунхент [7].

Также специфика поэзии скальдов, как отмечал М.Л. Гаспаров, - в особой эвфонической структуре. Речь идёт о включении в текст различного рода созвучий: аллитераций, ассонансов и консонансов [2, с. 39].

Ф.И. Тютчев также использует эти художественные приёмы организации фонетической структуры стихотворения, образуя таким образом связь с песенной традицией, что также представляет интермедиальные взаимодействия разных искусств музыки и слова. В первых строках гласные А, О, Ы образуют ассонанс, а согласный Л, сочетания с согласными Д и В - аллитерации и консонанс:

О, арфа скальда! Долго ты спала

В тени, в пыли забытого угла [9, с. 155].

На весь лексический объём первой строфы стихотворения в 35 слов включаются 11 единиц, имеющих в своём составе согласный Л, которые составляют наибольшее количество в тексте, по сравнению с остальными:

Но лишь луны, очаровавшей мглу,

Лазурный свет блеснул в твоем углу [9, с. 155].

В следующих строках активизируются аллитерации и консонансы с другими согласными:

Вдруг чудный звон затрепетал в струне.

Как бред души, встревоженной во сне [9, с. 155].

В целом аллитерации представлены в каждой строке стихотворения. Во второй строфе также используются лексические единицы, имеющие в своей структуре согласный Л.

В интонационную организацию произведения включены вопросительные предложения, которые актуализируют также особую интонационную мелодику текста:

Какой он жизнью на тебя дохнул?

Иль старину тебе он вспомянул -

Как по ночам здесь сладострастных дев

Давно минувший вторил ся напев,

Иль в сих цветущих и поднесь садах

Их легких ног скользил незримый шаг? [9, с. 155]

Обращаясь к творческому диалогу авторов, обозначим, что элементы лирического сюжета этого стихотворения особым образом оказались включены в структуру прозаического текста повести И.С. Тургенева «Призраки». В частности, повесть начинается также со звука струны при лунном свете, писатель также обращается к аллитерациям и консонансам, используя и согласный Л:

«Вдруг мне почудилось, как будто в комнате слабо и жалобно прозвенела струна <...>. Явственно повторился странный звук...» [8, VII, с. 191]. Звук в соответствии с повествованием в тексте раздаётся три раза до появления героини - Эллис.

Через упоминание струны, которая ассоциируется с музыкальным инструментом, в образную структуру включается интермедиальный элемент: «Вот опять раздается звук... Я оборачиваюсь... След луны на полу начинает тихонько приподниматься, выпрямляется, слегка округляется сверху... Передо мной, сквозя как туман, неподвижно стоит белая женщина» [8, VII, с. 191]. В подчёркнутых нами словах достаточно частотен согласный Л, формирующий аллитерационную структуру фонетического уровня текста.

Далее в повести также будут представлены и образы старины, мотив получения новых жизненных сил (как у Ф.И. Тютчева «жизнью на тебя дохнул»), музыкальный женский образ в садах, напевы и т.д. Так, у И.С. Тургенева:

«<...> сидела за фортепьянами молодая женщина. Слегка закинув голову и до половины закрыв глаза, она пела итальянскую арию; она пела и улыбалась, и в то же время черты ее выражали важность, даже строгость... признак полного наслаждения!» [8, VII, с. 204-205].

Писатель прозаическим образом развивает мотивную и сюжетную структуру стихотворения Ф.И. Тютчева, также наполняя повествование интермедиальными связями. Повесть И.С. Тургенева написана уже после того, как было создано стихотворение Ф.И. Тютчева.

Безусловно, произведение И.С. Тургенева значительно шире по идейному и философскому содержанию, но обозначенные интертекстуальные взаимодействия позволяют автору более широко раскрыть всю его проблематику, а также создать собственно начало, экспозицию текста.

Подводя итоги, обозначим, что интермедиальность творческого диалога двух авторов проявляется в использовании, во-первых, музыкальных образов в текстах, во-вторых, в специфической мелодике произведений, в особенной эвфонической структуре, в-третьих, в общей связи с поэтикой романтизма, провозгласившего приоритет музыки и устремлённости соединить музыку и поэзию. Данная проблема не может быть полностью раскрыта в рамках статьи и заслуживает дальнейшего изучения.

Список литературы

1. Благой Д. Д. Тютчев в музыке // Ф. И. Тютчев / АН СССР. Ин-т мировой лит. им. А. М. Горького; Гос. лит. музей-усадьба «Мураново» им. Ф. И. Тютчева. М.: Наука, 1989. н. II. С. 548-594. (Лит. наследство. Т. 97).

2. Гаспаров М.Л. Очерк истории европейского стиха. М.: Фортуна Лимитед, 2003.

272 с.

3. Калашникова И. А. Ф.Тютчев и И. Тургенев: к вопросу о личных и творческих контактах // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. № 12 (80). 2009. С. 312-316.

4. Касаткина В. М. Комментарии // Тютчев Ф. И. Полное собрание сочинений и писем: В 6 т. / РАН. Ин-т мировой лит. им. М. Горького; Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом). М.: Классика, 2002-2004. Т. 1. Стихотворения, 1813-1849. 2002. С. 431-432.

5. Полонский А. С.Е. Раич - Дон-Кихот из Рай-Высокого // Яе^а. Научно-культурологический журнал. №8 [171] 10.06.2008. Эл. ресурс: http://www.relga.ru/ Environ/WebObjects/tgu-www.woa/wa/Main? textid= 2189&1еуе11 =тат&1еуе12=аг1;1с1е8

6. Самарин Р.М. Поэзия скальдов // История всемирной литературы. М., 1984. Т. 2. С. 486-490.

7. Стеблин-Каменский М.И. Поэзия скальдов. СПб.: Наука, 2004. 182 с.

8. Тургенев И.С. Призраки // И. С. Тургенев. Полное собрание сочинений и писем: в 30 т. М.: Наука, 1981. Т. 7. С. 191-219.

9. Тютчев Ф. И. Полное собрание сочинений и писем: В 6 т. / РАН. Ин-т мировой лит. им. М. Горького; Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом). М.: Издат. центр Классика, 2002. Т. 1. Стихотворения, 1813-1849. С. 269-512.

10. Хронологическая часть // Летопись жизни и творчества Ф. И. Тютчева / сост. Т.Г. Динесман, С.А. Долгополова, И.А. Королева, Б.Н. Щедринский; отв. ред. Т.Г. Динесман. [М.]: Литограф; [Мураново]: Музей-усадьба «Мураново» им. Ф.И. Тютчева, 1999-2012. Кн. 1: 1803-1844. 1999. С. 137-146.

References

1. Blagoj D.D. Tyutchev v muzyke // F. I. Tyutchev / ÄN SSSR. Institut mirovoj litera-tury imeni. А. М. Gorkogo; Gosudarstvenyj literaturnyj muzej-usadba «Мuranovo». М.: Nauka, 1989. н. II. S. 548-594 (Literaturnoje nasledstvo. Т. 97).

2. Gasparov МХ. О^Л istorii evropejskogo stikha. М., 2003. 272 s.

3. ^laschnikova I. А. F. Tyutchev и I. Turgenev: k voprosu о lichnykh i tvorcheskikh kontaktakh // Vestnik Тамbovskogo universiteta. Seria: Gumanitarnyje nauki. № 12 (80). 2009. S. 312-316.

4. ^satkina V. М. Kommеntarii // Tyutchev F.I. Polnoje sobranije sochinenij I pisem: V 6 t. / RAN, Institut mirovoj literatury imeni М. Gorkogo; Institut russkoj literatury (Push-kinskij Dom). М.:К^^, 2002-2004. Т. 1. Stikhotvorenija, 1813-1849. 2002. S. 431-432.

5. Polonskij А. SX. Raich - Don-fâkhot iz Raj-Vysozkogo // Relga. Nauchno-kulturol ogi che skij zhurnal. № 8 [171] 10.06.2008. URL: http://www.relga.ru/ Environ/WebObjects/tgu-www.woa/wa/Main? textid= 2189&level1 =main&level2=articles

6. Samarin RM. Poesija skaldov // Istoria vsemirnoj literatury. М., 1984. Т. 2. S. 486490.

7. Steblin-Камеnskij М.Г Poesija skaldov. SPb.: Nauka, 2004. 182 s.

8. Тш-genev I.S. Prizraki // I.S. Тш-genev. Polnoje sobranije sochinenijm i pisem: v 30 t. М.: Nauka^ 1981. Т. 7. S. 191-219.

9. Tyutchev F. I. Polnoje sobranije sochinenijm i pisem: V 6 t. / RAN, Institut mirovoj literatury imeni М. Gorkogo; Institut russkoj literatury (Pushkinskij Dom). М.: Klassika, 2002. Т. 1. Stikhotvorenija, 1813-1849. S. 269-512.

10. Khronjlogicheskaja chast // Letopis zhizni i tvorchestva F.I. Tyutcheva / sost. XG. Dinesman, SA. Dolgopolova, 1А. ^releva, B.N. Shchedrinskij ; о1у. red. XG. Dinesman. [М.]: Litographia; [Мuranovo]: muzej-usadba «Мuranovo» imeni F.I. Tyutcheva, 1999-2012. Kniga 1: 1803-1844. 1999. S. 137-146.