«Я считаю, что все очень хорошо»

Самый богатый депутат Госдумы сохранил свой мандат. В парламенте признали наличие конфликта интересов в действиях Андрея Палкина, но полномочий лишать не стали. Вопрос обсуждала комиссия Госдумы по контролю за доходами. Скандал вокруг единоросса Палкина разгорелся в начале ноября. Генпрокуратура посчитала, что он использовал депутатские запросы в интересах своего прежнего бизнеса — кирпичного завода в Архангельской области. Сейчас предприятием владеет сын парламентария. На заседании комиссии выступила депутат Наталья Поклонская, заявив, что о конфликте интересов депутата будет доложено спикеру Госдумы Вячеславу Володину. Сам парламентарий в интервью «Коммерсантъ FM» заявил, что доволен таким решением.

— Расскажите, пожалуйста, о решении комиссии.

— Наталья Поклонская на заседании заявила нижеследующее, что формулировка признания конфликта интересов в соответствии со статьей четвертой о статусе депутата не подразумевает лишения мандата, поэтому все, что грозит, — это передача этого решения Вячеславу Володину. В дальнейшем это все вложится в личное дело депутата, ничего другого.

— То есть ваши коллеги отказали во всех пунктах, предложенных Натальей Поклонской?

— Да. Более того, все проголосовали против того, чтобы начать в моем отношении расследование. Также говорилось о том, чтобы была проведена проверка, в частности, по факту строительства кирпичного дома для расселения нуждающихся, о которой я просил. И с этим согласились. Поэтому я считаю, что все очень хорошо.

— Комиссия согласилась направить запрос в Генпрокуратуру по вашей просьбе о расследовании возможной коррупционной составляющей в действиях ряда представителей администрации налоговой инспекции Архангельской области. О чем идет речь?

— Этого как раз и касались мои запросы — проверить строительство жилого дома на наличие коррупционной составляющей со стороны администрации и органов управления, а также расследовать потворство отдельным фирмам в системе налогообложения. Все происходит так — когда дом строится, собираются деньги, затем фирма-застройщик ликвидируется, не уплатив ни налогов, ничего, и открывается снова под другим названием, например. Три года налоговых каникул позволяют недобросовестным компаниям этим злоупотреблять. Вот в этой бреши я как раз и пытался разобраться, в том числе в действиях налоговой, в том, почему она создавала таким фирмам условия для широкого маневрирования в одном и том же городе.

— Один из членов комиссии Эрнест Валеев поинтересовался у вас, знаете ли вы разницу между депутатским запросом и сообщением о преступлении. Что вы ответили?

— Я четко и ясно сказал, что в данном случае собирал информацию для законодательной инициативы, о чем меня спросил один из депутатов. Кроме того, я пояснил, что это как раз мое решение о создании законодательной инициативы по факту невозможности строительства фирмами-однодневками жилья и закрытия их счетов после сдачи дома в эксплуатацию без проведения налоговой проверки.

— Наталья Поклонская известна тем, что она так просто не сдается. В связи с этим вы ждете какого-то развития этой истории?

— Если у них, извините меня, ресурсов хватит, так ради бога. Согласитесь, что она еще может сделать? Если все члены комиссии проголосовали «против», а она одна «за», что она еще может сделать-то? По крайней мере, на сегодняшний день я точно знаю, что о любых моих запросах, в которых есть слово «строительство» либо еще что-нибудь, я буду извещать госпожу Поклонскую на предмет возможности конфликта интересов. Если ей охота читать, то ради бога. То есть я ведь нарушил-то, по мнению комиссии, только то положение, в котором говорится о необходимости сообщать о возможном конфликте интересов.

— Госпожа Поклонская известна своей дотошностью. К господину Учителю у нее долго сохранялись претензии.

— И пускай она имеет претензии, только господин Учитель — не депутат, то есть не имеет статуса неприкосновенности. А в данном случае что она может сделать? Она не может в отношении меня ни запрос сделать, ни возбудить уголовное дело. А против Учителя она может, но только чего Наталья Поклонская добилась? 200 запросов было в ту же прокуратуру, и толку? Я не знаю, какие навыки дает юридическая школа Украины, может быть, там во главу угла ставят не законы, а мнение прокурора либо следователя. К счастью, мы живем в России, и поэтому у нас во главе угла стоит главенство законов, а не решение определенной личности, пусть и в погонах.