Этноисторические предпосылки развития физической культуры агинских бурят

Педагогические науки

УДК 37.017

Цыдыпов Батор Дамдинович Bator Tsydypov

Жимбаева Цыпылма Черниновна Zhimbaeva Tsypylma

ЭТНОИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ РАЗВИТИЯ ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ АГИНСКИХ БУРЯТ

ETHNIC HISTORICAL PRECONDITIONS OF PHYSICAL CULTURE DEVELOPMENT OF THE AGINSK BURYATS

Отмечается, что процесс развития физической культуры и спорта в Агинском Бурятском округе имеет ряд особенностей, связанных с событиями исторического и социокультурного характера. Указывается, что агинские буряты имели большое количество национальных самобытных игр и развлечений, которые содействовали развитию силы, смелости, ловкости, выносливости и других физических качеств. У древних бурят существовала проверенная веками система физического воспитания подрастающего поколения. Так, пройдя длинный путь становления, физическая культура и спорт округа пришла к современному состоянию

Ключевые слова: физическая культура, спорт, физические качества, этноисторические предпосылки, бурятский народ, традиции, народные игры, национальные виды спорта

The article notes that the process of development of physical culture and sports in the Aginsk Buryat district has a number of peculiarities related to the events of the historical, social and cultural character. The Aginsk Buryats had a large number of national original games and activities, which contributed to the development of strength, courage, agility, stamina and other physical qualities. The ancient Buryats existed proven centuries system of physical education of the younger generation. So, having passed a long way of formation, physical culture and sports of the district came to a modern state

Key words: physical culture, sports, physical quality, ethnic historical preconditions, Buryat people, traditions, folk games, national kinds of sports

Физическая культура и спорт в Агинском бурятском округе прошли длинный путь становления. В первую очередь базой стали многовековые состязательные традиции бурятского народа. Многие соревнования и упражнения, которые выполняются в спортивных залах, на дорожках и полях стадионов, родились на плодородной почве народных игр, состязаний и развлечений.

Процесс развития физической культуры и спорта в исследуемом регионе имеет ряд особенностей, связанных с событиями исторического и социокультурного характера. Основанием, своеобразным стержнем становления физической культуры в Агинском бурятском округе послужила система знаний о мире, накопленная агинскими бурятами на протяжении всей истории, в первую очередь, многовековые состязательные

традиции народа. «Многие упражнения, которые используются в спортивных залах, на дорожках, родились на плодородной почве народных игр, состязаний и развлечений. Как показывают этнографические источники, физические упражнения (чаще, игрового и соревновательного характера) пользовались огромной популярностью» [2; С. 47].

Главным занятием древних бурят являлось скотоводство. У агинских бурят скотоводство, в основном, являлось типично кочевым. Они разводили рогатый скот, лошадей, овец, коз и верблюдов. Полный «набор» животных всех основных видов буряты называли «табан хушуун мал» (скот пяти видов). Это определялось, прежде всего, стремлением бурят наиболее полно и рационально использовать природные пастбища, что возможно лишь при рациональном выпасе нескольких видов скота, а также с целью обеспечения скотовода одеждой, пищей, предметами домашней утвари, материалом для устройства жилищ (войлочных юрт). Со скотоводством связаны и характер социальных отношений, хозяйственные традиции, бытовые обычаи и обряды, формирование общественного сознания и мировоззрения, развитие культуры и быта данного народа [4].

В жизни агинских бурят важную роль играла и охота. «Древние буряты знали два вида охоты: индивидуальную (агнал) и охоту загоном (зэгэтэ аба — охота родом). Облавная охота проводилась, главным образом, осенью и занимала до двадцати-тридцати дней. В ней участвовало порой до нескольких сотен человек. Окруженные загонщиками звери бросались в разные стороны в поисках выхода и становились добычей охотников. Зэгэтэ аба играла значительную роль в хозяйственном быте бурятских племен в период формирования патриархально-феодальных отношений.

На основе таких данных охот у бурят возникли обряды, пляски, подражательные игры различных форм: хор наадан (глухариная), баабгайн наадан (медвежья), шоно наадан (волчья), тэхэ наадан (козлиная). Были и другие игры и пляски, носящие подражательный характер и предва-

ряющие традиционный трудовой процесс — охоту» [10; С. 45]. Охотились с помощью лука и стрел. «Древние буряты различали два вида луков: первый вид (номо) имел почти округлую кибить, уплощенную к концам, второй вид лука (манза-номо) был плоским и широким. Изготовленный лук помещался в специальную форму и хранился в помещении в течение одного года при постоянной температуре, накапливая дальнобойную силу» [1, С. 67].

Кроме того, у древних бурят существовала проверенная веками система физического воспитания подрастающего поколения. «С трехлетнего возраста отец сажал сына на коня, в шесть-семь лет мальчики были уже хорошими наездниками, а в де-сять-двенадцать участвовали в скачках. Агинские буряты владели большим количеством национальных самобытных игр и развлечений, которые содействовали развитию силы, смелости, ловкости, выносливости и других физических качеств» [7, С. 91].

Нет в мире народа, который не имел бы национальных игр. Они возникали на ранних ступенях развития общества и всегда отражали социально-экономические условия жизни людей. Для самобытной постановки физического воспитания разных народов, в том числе и бурятского, можно отметить три характерных особенности:

— во-первых, физические качества, двигательные умения и навыки прививались, главным образом, в семье;

— во-вторых, ребенок с первых лет жизни воспитывался и приучался к различным умениям в естественных условиях труда и быта;

— в-третьих, физические упражнения (чаще игрового и соревновательного характера) пользовались огромной популярностью у народа.

Это особенно ярко проявляется в истории развития физического воспитания агинских бурят [2].

Важно привести следующие примеры наиболее распространенных игр, послуживших основанием для развития национальных видов спорта у агинских бурят.

Ботогошохо. Участники игры, взявшись за руки, образуют круг и впускают в него одного из играющих — ботого («верблюжонок»). Вне круга находится бура — («верблюд»). Суть игры заключалась в том, что бура старается поймать ботого, который, спасаясь, то выбегает из круга, то забегает в него. Бура все время гоняется за ботого, пока не поймает его.

Малагайшаха. Играющие усаживаются кольцом, лицами внутрь. Один берет шапку, обходит три раза круг, причем в последний раз незаметно позади кого-нибудь оставляет шапку. Тот, у кого за спиной оказалась шапка, должен догнать бросившего ее. Если он не успеет сделать этого, то занимает его место и продолжает игру.

Шур-наадаха. Собравшиеся делятся на две группы, при этом ничего не принимается во внимание, кроме физической силы. Один из присутствующих бросает вдаль короткую палочку. Падение палочки является сигналом к тому, что все бросаются искать ее. Нашедший прячет палочку у себя или передает незаметно наиболее сильному из своей группы. Вторая группа старается отнять ее, а владеющие палочкой защищают. Так все барахтаются, задерживая друг друга [11; С. 43].

Немало игр описано известными этнографами Н.М. Хангаловым и И. В. Ту-гутовым. Так, И.В. Тугутов в своей книге «Игры в общественной жизни бурят» дает описание детских бурятских народных игр: ботого буурашалга, шагай — игра в костяшки, которая имеет много разновидностей. К традиционно национальным играм бурят также относятся шатар (шахматы) и даам (шашки). По причине отсутствия шахмат и шашек фабричного производства бурятские мастера изготовляли их из дерева, кости и рога. Каждая фигура имела свое название: король — ноен, ферзь — бэрсэ, ладья — тэргэ, слон — тэмээн, конь — мо-рин, пешка — хубуун. Как отмечают исследователи, наличие бурятских названий и национальных изображений шахматных фигур свидетельствует о том, что шахматы у бурят существовали с древнейших времен. Возможно, что они распространились еще со времен Чингис-хана и передавались

последующим поколениям как драгоценное наследие [10; С. 46].

О распространении игры в шахматы в бурятской среде упоминают в своих записках декабристы Н.И. Лорер и А.Е. Розен. Вспоминая переход декабристов из Читы в Петровский Завод летом 1830 г., Н.И. Лорер пишет: «На одном из переходов мы встретили отличную коляску, запряженную шестериком. В коляске сидел мальчик в зеленой шелковой шубе, в шапочке, отороченной бобровым мехом. На боку его болталась сабля с серебряным темляком, на шее — золотая медаль на анненской ленте. Нам сказали, что это сын хана, его прямой наследник и начальник бурят, которых насчитывается до шестидесяти тысяч человек. На одной дневке он дал нам презаниматель-ное представление, приказав выпустить на равнине оленя, пустился за ним вдогонку. Искусно пущенные стрелы свалили прекрасное животное, и оно попало к нам на кухню. На дневках буряты постоянно были с нами и напряженно следили за игрой в шахматы. Раз один из наших игроков уступил мальчику свое место, и бурят начал играть с Трубецким, и, к удивлению нашему, отлично. Известно, что игра эта пришла из Китая и Монголии и ведется так же, как у нас, с той разницей, что королева ходит, как у нас конь, и вместо нашей туры у них слон» [Цит. по: 9; С. 61].

Испокон веков наиболее популярным праздником-состязанием у агинских бурят был Сурхарбан. Обобщенно, состязания, входившие в праздничные мероприятия, назывались Эрын гурбан наадан — «Три игры мужей». Это троеборье позволяло выявлять всестороннюю подготовленность и определять сильнейших мэргэнов (стрелков), баторов (борцов) и хулэков (наездников). Как отмечается в этнографической литературе, Сурхарбан берет начало от зэ-гэтэ аба, периода коллективной облавной охоты. По мере развития общества стрельба из лука, борьба, конные скачки выделились в самостоятельные общественные мероприятия под названием Сурхарбан или состязанием «Эрын гурбан наадан», носящие спортивный характер. Поводом для ус-

тройства состязаний на самом раннем этапе были чествования духов-хозяев священных местностей, гор и предков рода. Функция обряда-состязания сводилась к демонстрации единения членов рода, племени друг с другом, с охраняющими родовую территорию духами умерших предков и духами хозяев местности. Второй этап в истории развития праздника — оставаясь родовым обрядом жертвоприношения, он приобрел дополнительную функцию военного смотра, отбора воинов для дружин. Победителей ставили во главе войсковых подразделений, так как ловкость, меткость, сила были необходимыми качествами во время военных действий. На праздник съезжалось много народу. Сначала на вершине горы совершалось богослужение, а затем все участники спускались к подножью, где начинались пиршества и состязания. Каждый улус, род, племя, стремился выставить своих борцов, лучников, лучших коней и ловких наездников, чтобы одержать победу. Готовясь к соревнованиям, участники постоянно тренировались, сохраняя свою физическую форму [9].

Одним из видов соревнований этого праздника являлись конные скачки. Так, в буддийских источниках «Данжур», «Эрды-ниин Товчь», а также в трудах Лодона Лин-ховоина повествуется об отличительных чертах скакунов и особенностях их тренировки. Кони-победители совершали круг почета, на их головы и крестцы брызгали молоком и исполняли стихотворное восхваление «юроол» — соло. Этот одический жанр имеет давнюю традицию в фольклоре кочевников. Содержание «хвалы» суммирует все, что имело значение для всадника: бег скакуна, его темперамент. В характеристике коня существуют качественные приметы головы, туловища, ног, «грива, свисающая на шею». Наиболее архаичный пласт — сравнения, эпитеты, встречающиеся в соло, это «сорок белых зубов» ( душэн сагаан шудэншни), «четыре черных копыта с подковами» (дурбэн хара туруунш-ни), «круглые черные копыта» (тухэреен хара тахадшни). Большую роль в соло играло описание убранства коня: «шлея из

китайского серебра» (я^яа мунгэн худар-га). Как известно, лошадь всегда играла важную роль не только в хозяйственной, но и духовной жизни бурят, что нашло отражение в фольклоре и обрядах:

«Закрывающий тень от высокой горы, Туманящий широкую желтую степь, Копытами зло разметавший, В пыль врага сокрушающий, Раздувающий львиную грудь, Бег твой подобен полету Груди!» [5].

Традиционная бурятская стрельба из лука является одним из древнейших видов состязаний, воспитывающих лучшие качества стрелка: физическое совершенство, силу воли, целеустремленность. К луку буряты уже в далекой древности относились как к главному атрибуту жизненного уклада, когда с помощью лука человек обеспечивал высокую степень защиты жилища, семьи и домашних животных, удачную охоту, становился победителем в праздничных состязаниях, достойным представителем своего рода. Не овладевший луком, не мог иметь всех этих достоинств и уважения [1]. О значимости данного вида спорта у бурят свидетельствует тот факт, что мужчина, не овладевший мастерски луком с самого раннего детства, не мог успешно продвигаться по иерархической лестнице.

Борьба как один из самых древних видов единоборств у бурят появилась в целях самозащиты от диких зверей, других племен, как способ добывания пищи и т.д. Испокон веков в развитии данного вида состязания ярко отражался образ жизни людей, их быт, национальные устои, представления о чести, мужестве, желание обладать силой, ловкостью, выносливостью, быстротой и красотой движения, проявлять смекалку, выдержку, находчивость, творческую выдумку, волю и стремление к победе.

Таким образом, этнографические, исторические источники по культуре бурятского этноса свидетельствуют о том, что физическая культура бурят сформировалась в недрах народной культуры этноса под влиянием природно-климатических, социально-экономических условий жизни на протяжении всей её истории.

Литература

1. Гомбожапова Х-Ц.Д., Калмыков С.В. Стрельба из лука: история и современность. Улан-Удэ: БГУ, 2009. 124 с.

2. Дашинорбоев В.Д. Бурятская национальная борьба «Бухэ барилдан». Улан-Удэ: ВСГТУ, 2007. 81 с.

3. Донская М.Н. Игры предков — частица души народа // Историко-культурное и спортивно-прикладное развитие национальных видов спорта в России. Якутск, 2009. С. 95-97.

4. Жимбаева Ц.Ч. Принцип природосообразности в бурятской этнической культуре // Актуальные проблемы монголоведных и алтаистических исследований. — Элиста: Изд-во Калмыцкого гос. ун-та, 2009. С. 90-94..

5. Звенящая песнь стрелы / отв. ред. С. Аюшиева, З. Цыренжапов. Улан-Удэ: НоваПринт, 2010. 192 с.

6. Культура Аги / отв. ред. Р. Цырендоржиев. Улан-Удэ: НоваПринт, 2012. 64 с.

7. Суборова Х.М., Осинский И.И. Современная бурятская семья: подростки и родители. Улан-Удэ: БГУ, 2008. 188 с.

8. Ринчинова Т.М. Духовная картина мира как основополагающая компонента жизни народа // Гуманитарная наука юга России. Ч. 2. Элиста: КИГИ РАН, 2011. С. 266-269.

9. Санданов Б.Д. Эрын гурбан наадан. Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1993. 160 с.

10. Тугутов И.Е. Общественные игры бурят // Этнографический сборник БКНИИ. № 2. 1960. С. 45-46.

11. Тумунов Ж.Т. Этнопедагогика агинских бурят. Чита: ЗабГПУ, 1998. 159 с.

12. Хангалов М.Н. Зэгэтэ-аба — облава на зверей у древних бурят // Собр.соч. Т. 1. Улан-Удэ: Бурят.кн. изд-во, 1958. С. 11-32.

Коротко об авторах_

Цыдыпов Б.Д., ст. преподаватель, Агинский филиал Бурятского государственного университета btsydypov70@maiI.ru

Научные интересы: история и методика преподавания физической культуры

_Briefly about the authors

B. Tsydypov, senior teacher, Aginsk branch of Buryat State University

Scientific interests: history and teaching methods of physical culture

Жимбаева Ц. Ч., канд. культурологии, доцент, Агинский филиал Бурятского государственного университета zhimbaeva@maiI.ru

T. Zhimbaeva, Candidate of Culturology, associate professor, Aginsk branch of Buryat State University

Научные интересы: культура, этнология, психология бурятского народа

Scientific interests: culture, ethnology, psychology of Buryat people