Контрафактные сети

В октябре в России вступил в силу закон, по которому Роскомнадзор может блокировать пиратский контент в мобильных приложениях. Корреспондент BG Марина Царева вместе с экспертами разбиралась в новых методах защиты интеллектуальной собственности (ИС), появившихся из-за глобальной цифровизации, а также в ожидаемом усовершенствовании системы регулирования прав в этой сфере.

Самым популярным способом защиты интеллектуальной собственности остается взыскание денежной компенсации за ее незаконное использование

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

Этим летом президент России Владимир Путин подписал закон о блокировке пиратских приложений. Он вступил в силу в октябре. Закон предусматривает поэтапный механизм реагирования. Сначала правообладатель контента обращается с жалобой в Роскомнадзор. Ведомство в течение трех рабочих дней должно определить владельца информационного ресурса, на котором размещено приложение-нарушитель. Затем владелец площадки в течение суток извещает хозяина приложения: тот должен за еще один день заблокировать доступ к противоправному контенту. Если доступ не ограничивается владельцем приложения, это должен сделать хозяин ресурса. Если не реагирует и последний, в дело вступает оператор связи: ему направляются данные, необходимые для блокировки. В первоначальной редакции законопроекта непосредственная обязанность по блокировке контента возлагалась на владельцев самих приложений, а также операторов связи. Во втором чтении эти обязанности распространили и на агрегаторы приложений, например, на AppStore, Google Play и Huawei AppGallery.

Юристы сходятся во мнении, что это одно из самых существенных изменений в способах защиты интеллектуальной собственности в условиях глобальной цифровизации. «Это крайне важное нововведение. В общем и целом блокировка нелегального или незаконного контента в эпоху цифровизации стала одним из основных инструментов защиты в сети»,— утверждает управляющий партнер Санкт-Петербургского офиса юридической компании Semenov & Pevzner Екатерина Смирнова. «Это абсолютная новелла, ранее такой нормы в российском законодательстве не было. Мы уже начинаем применять ее и рады пополнению правового инструментария»,— говорит владелец юридической компании «Катков и партнеры» Павел Катков. Юрист компании «Ильяшев и партнеры» Максимилиан Гришин более скептичен: «Все нововведения последних лет — это костыли, подставляемые под механизмы двадцати- и тридцатилетней давности. Большая часть носит характер точечной адаптации законодательства под изменяющуюся действительность. Сказать, что происходят какие-то структурные изменения, нельзя».

Планка компенсации

Ведущий юрисконсульт юридической и налоговой практики BLCONS Group Андрей Березняк среди новых методов защиты интеллектуальной собственности выделяет протокол осмотра сайта нотариусом и депонирование объектов интеллектуальной собственности. «Осмотр сайта чаще применяется в спорах о защите авторских и?смежных прав на?содержимое сайта: авторский текст, художественные, дизайнерские, фото- и?видеоматериалы, прав на?бизнес-идеи, ноу-хау и?другую интеллектуальную собственность. В законодательстве о нотариате такое действие появилось давно, но именно в последние годы запрос на эту услугу значительно вырос,— констатирует юрист.— Депонирование объектов интеллектуальной собственности заключается в передаче на хранение электронных копий или копий на материальном носителе любого объекта интеллектуальной собственности для фиксации даты и времени, в которые данный объект принадлежал физическому или юридическому лицу. Этот способ защиты позволяет закрепить позицию в суде, доказывая как минимум факт владения экземпляром спорного объекта интеллектуальной собственности в определенную дату».

Самым популярным способом защиты интеллектуальной собственности остается взыскание денежной компенсации за ее незаконное использование. «Она может рассчитываться в двукратном размере стоимости контрафактного товара или лицензии, либо в размере от 10 тыс. до 5?млн рублей. Второй часто используемый способ защиты — требование о прекращении нарушения и запрет незаконного использования ИС на будущее»,— сообщила госпожа Смирнова. Говоря о размере исков, разумнее рассматривать не заявленные, а взыскиваемые суммы, указывает Павел Катков: «Они же, например, в части компенсации за незаконное использование исключительных прав по-прежнему невелики и зачастую стремятся к минимальному размеру в 10 тыс. рублей. К тому же недавно инициирован законопроект о возможности снижения и этого порога, что, конечно, не идет рынку на пользу».

Господин Березняк соглашается с тем, что обращение в суд является основным и наиболее действенным способом защиты нарушенных прав: «С учетом деятельности Суда по интеллектуальным правам (СИП) рассмотрение этой категории дел становится год от года более профессиональным и узкоспециальным». Также обратиться можно в Роскомнадзор или к правообладателю интернет-ресурса. «Первый способ актуален для срочного административного реагирования на нарушение интеллектуальных прав. Основная цель заявления в Роскомнадзор — блокировка. Обычно все начинают свой путь с обращения к правообладателю ресурса. При наличии доказательств администрация сайта, как правило, быстро реагирует на такое нарушение и удаляет нежелательный контент, чтобы в дальнейшем не иметь проблем с разблокировкой своего ресурса после обращения потерпевшего лица в Роскомнадзор. К сожалению, данным способом часто пользуются и недобросовестные пользователи, блокируя контент, права на который им не принадлежат. Администраторы интернет-площадок, страхуя свою деятельность, порой не проводят должного разбирательства и идут на удаление материалов со своих сайтов, хотя те были размещены абсолютно легально»,— объясняет господин Березняк.

Коронавирусное обострение

По мнению госпожи Смирновой, во время пандемии увеличилось число споров по взысканию задолженностей по различным договорам, в том числе по контрактам с государством в сфере интеллектуальной собственности и информационных технологий. «Значительно усложнилось ведение дел, связанных с очисткой рынка от контрафакта, так как в период ограничительных мер было невозможно производить действия по сбору доказательственной базы, в особенности производить контрольные закупки контрафактной продукции»,— отмечает она.

Андрей Березняк говорит, что основные тенденции рассмотрения таких споров существенно не изменились, а основное влияние пандемия оказала на их процедуру. «С апреля по середину мая Судом по интеллектуальным правам дела не рассматривались. При этом общее количество споров о защите интеллектуальной собственности в указанном периоде практически не изменилось. Зачастую суду приходилось откладывать рассмотрение дел, причем СИП в основном обходился одним-двумя отложениями длительностью в месяц каждое. Это привело к значительному увеличению нагрузки на судей во второй половине мая и июне, что в теории могло отразиться на качестве рассмотрения дел. Другим существенным фактором, повлиявшим на рассмотрение споров о защите интеллектуальной собственности, явилось предсказуемое снижение активности тяжущихся сторон»,— поясняет эксперт.

Между тем Павел Катков, напротив, замечает обострение споров по интеллектуальной собственности во время пандемии: «В любой кризис растет уровень контрафакта и пиратства, обостряются и отношения сторон, заключивших договоры: к долгам относятся острее, экономика давит на состояние компаний, деньги становятся важнее отношений».

Хаос правовой нормы

По мнению господина Березняка, в ближайшее время так или иначе будет модифицироваться система регулирования прав на объекты интеллектуальной собственности. «Тенденции видны и сейчас, но хаос в правилах и нормах, особенно во всем, что связано с деятельностью сетей, мешает выработать единые и эффективные механизмы. Запрос от общества и бизнеса давно сформирован. Но невозможно урегулировать спорные вопросы исключительно на национальном уровне. Уже сейчас понятно, что необходимы изменения в международных соглашениях. Бернская конвенция была принята в 1886 году, последние корректировки в нее вносились в 1971 году. Женевская конвенция без изменений действует с 1973 года»,— говорит юрисконсульт, отмечая, что с появлением высокоскоростных сетей, стерших границы и практически уничтоживших материальные носители, необходимы совершенно иные методы регулирования.