Военно-профессиональные ценности в прогнозе успешности военных летчиков

СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИИ

MODERN PROBLEMS OF PSYCHOLOGY

УДК 159.923:358.4 ББК 88.411.9 Г 94 А.И. Гунько

Соискатель кафедры социальной психологии и социологии управления Кубанского государственного университета; т. 8 (861) 253-32-64

ВОЕННО-ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ В ПРОГНОЗЕ УСПЕШНОСТИ ВОЕННЫХ ЛЕТЧИКОВ

Аннотация. В статье изложены результаты исследования содержания профессиональной ценностной сферы военных летчиков и курсантов военного авиационного училища, а также выявленные связи между отношением субъекта к ценностям и уровнем профессиональной готовности. Определено конкретное содержание и структура ценностей военного летчика, обладающего высокой степенью готовности к военно-авиационной деятельности.

Ключевые слова: деятельность, ценности, готовность к деятельности, ценности

профессиональной субкультуры.

A.I. Gunko

Competitor for Candidate degree of the Department of Social Psychology and Sociology of Management of the Kuban State University; ph. 8(861) 253-32-64

MILITARY-PROFESSIONAL VALUES IN THE FORECAST OF MILITARY PILOTS’

SUCCESS

Abstract. The paper describes the results of investigating the contents of professional value sphere at military pilots and cadets of military aviation school, as well as the revealed relations between the attitude of the subject to values and level of professional readiness. The author defines the contents and structure of values of the military pilot having high degree of readiness for military-aviation activity.

Keywords: activity, values, readiness for activity, professional subculture values.

В настоящее время уже сложилась определенная система профессиональнопсихологического отбора в военный авиационный вуз. Она решает задачи предварительного отбора кандидатов, желающих войти в военно-летные профессии. В батарею опросников, применяемых при отборе, входят и методики, выявляющие иерархию общих ценностей, но, как показывает практика, они недостаточно информативны для прогноза успешности внутри профессии. Именно поэтому нами было спланировано и выполнено эмпирическое исследование, имевшее целью получить ответ на следующий вопрос: дифференцируют ли применяемые в профотборе опросники ценностей группы лиц, находящихся в профессии, но имеющих разные степени профессионализации?

Схема исследования включала сравнение результатов психологического обследования трех групп испытуемых, выделенных по уровню их вхождения в профессию и профессионального мастерства. Первую группу составили летчики-эксперты (n1=21 чел.).

Пользуясь определением и терминологией Е.А. Климова, указавшего основные фазы развития профессионала, это - «профессионалы-мастера» [8]. Критериями их отбора явились значительный боевой опыт, большой опыт как летной, так и летно-инструкторской деятельности; они оцениваются командованием части как лучшие специалисты. Вторую группу (п2=49 чел.) составили летчики - «профессионалы-интерналы» [8]. Критерии отбора: стаж летной деятельности не менее 5-ти лет, наличие боевого опыта. В третью группу -группа «адептов» [8] - вошли курсанты 2 - 3 курсов Краснодарского высшего военного авиационного училища летчиков (п3=64 чел.).

Батарею психодиагностических средств составили традиционно применяемые в системе профессионального психологического отбора курсантов военного авиационного вуза методика М. Рокича и «Морфологический тест жизненных ценностей» (В.Ф. Сопов и Л.В. Карпушина).

В проведенном исследовании мы руководствовались тем положением, что успешное развитие профессионального мастерства в существенной мере зависит от мотивации профессионала, в том числе поддерживаемой его профессиональным сообществом через культивируемые в нем ценности. Как отмечает Ф.Е. Василюк, ценности приобретают качества реально действующих мотивов и источников осмысленности бытия, ведущих к совершенствованию личности в процессе ее развития [3, с. 125]. Жизненные планы человека, отмечает А.Н. Кимберг, реализуемые в его личных проектах (прежде всего - в профессиональной сфере), насыщены ценностно-смысловыми основаниями [7]. По мнению Е.А. Климова, для каждой определенной профессиональной группы характерен свой смысл деятельности и своя система ценностей [8]. Таким образом, ценности «детерминируют профессиональное поведение, обеспечивая содержание и направленность деятельности и придавая смысл профессиональным действиям» [8, с. 28].

Исходя из этого, нами был поставлен вопрос о возможной роли ценностных ориентаций испытуемых в дифференциации их по группам профессиональной успешности. В ходе обработки данных рассчитывались средние по группам показатели определяемых названными методиками ценностных ориентаций по вышеназванным выборкам испытуемых. Значимость различий определялась с помощью ^критерия. Анализ данных дал следующие результаты.

По списку ценностей М. Рокича (терминальные и инструментальные ценности) значимых на принятом уровне достоверности различий между выборками не установлено.

По списку ценностей методики МТЖЦ (терминальные ценности в профессиональной сфере) между группами курсантов и летчиков установлено одно значимое различие: летчики оценивают достоверно выше, чем курсанты ценность духовного удовлетворения в профессиональной деятельности (8,66 баллов против 8,16; р<0,05).

Полученные данные позволяют сделать вывод о том, что использованные методики изучения ценностных ориентаций не являются эффективными для решения задачи прогнозирования роста профессионального мастерства (успешности) в сфере военно-летной деятельности. Они достоверно не дифференцируют группы лиц, находящихся в профессии, но имеющих разные уровни профессионализма.

Вместе с тем, возможно, что полученный отрицательный результат связан с тем, что использовались списки ценностей, имеющих общий для всех людей характер. Для современной психологии труда характерно понимание того, что каждое профессиональное поле обладает собственной структурой интересов, мотивов и ценностей, специфичных для людей, в нем находящихся [4, 9]. Более выраженная ориентация на специфические ценности профессионального поля могла бы быть индикатором более высокого уровня профессионализации субъекта.

Для проверки предположения о регулирующей роли специфических ценностей сообщества, организованного вокруг военно-лётной деятельности, необходимо было выявить возможный состав таковых. Для ее решения нами использовался анализ мнений экспертов-исследователей - авторов научных работ о психологии летного труда, а также анализ мнений

экспертов-практиков - действующих специалистов высокого уровня профессионального мастерства [5, 6, 10, 11, 12].

Узнать о ценностях профессиональной субкультуры можно, только задавая о них вопросы её представителям. Используемые нами далее наименования ценностей при этом в значительной мере сохраняют формулировки респондентов. Было проведено интервьюирование выборки летчиков-экспертов (гр. щ), которые дали суммарно 228 высказывании о профессионально-специфических ценностях военных летчиков. Дальнейшая обработка полученного первичного массива состояла в устранении синонимов и сведению оставшихся содержательных высказываний в тематические группы. Классификация и наименования групп уточнялись в повторных интервью с респондентами, пока не было достигнуто согласие о приемлемой точности наименовании обобщенных ценностей и состава относимых к ним высказываний респондентов. В итоговый перечень ценностей включались те наименования, которые были названы не менее 20% экспертов. Полученный список был сопоставлен с мнениями исследователей, изучавших психологические аспекты летного дела (таб. 1).

Таблица 1.

Перечень специфических ценностей военно-летной деятельности

№ п/п Обозначения специфических ценностей летчиками-экспертами % экспертов, назвавших ценность Исследователи, называвшие указанную ценность

1. Ощущения (чувства) полёта 100 Пономаренко В.А., Гандер Д.В., Ворона А.А., Макаров Р.Н., Нидзий Н.А., Шишкин Ж.К., А.Фрюкхольм, Дуглас Бонд, Д.Джонс

2. Риск и высокая субъектная ресурсность 52,3 Пономаренко В.А., Гандер Д.В., А.Фрюкхольм, Дуглас Бонд, Д.Джонс

3. Ощущение свободы в полёте 85,7 Пономаренко В.А., Дуглас Бонд, Д.Джонс

4. Служение (защищать Родину) 42,9 Гандер Д.В., Пономаренко В.А., Ворона А.А., Макаров Р.Н., Нидзий Н.А., Шишкин Ж.К.

5. Переживание скорости 61,9 Гандер Д.В., Пономаренко В.А., Д.Джонс

6. Возможность роста профессионального мастерства 95,2 Пономаренко В.А., Гандер Д.В., Ворона А.А., Макаров Р.Н., Шишкин Ж.К.

7. Управлять самолетом (летать) 76,1 Пономаренко В.А., Гандер Д.В., Ворона А.А., Макаров Р.Н., Шишкин Ж.К.

8. Хорошая материальная обеспеченность 76,1 Пономаренко В.А., Макаров Р.Н., Шишкин Ж.К., А.Фрюкхольм, Дуглас Бонд, Д.Джонс

9. Высокий статус профессиональной группы (востребованность, элитность) 38 Пономаренко В.А., Гандер Д.В., Ворона А.А., Макаров Р.Н., Шишкин Ж.К., А.Фрюкхольм, Дуглас Бонд, Д.Джонс

В следующем этапе исследования приняли участие летчики (п2=35 чел.) и курсанты (п3=43 чел.). Методика исследования включала заполнение участниками опросника, содержащего вопросы о мотиваторах профессиональной деятельности и последующую беседу с каждым респондентом, в ходе которой могли уточняться и углубляться формулировки ответов. Кодирование ответов этих групп испытуемых производилось на основе перечня ценностей, сформулированных по ответам группы летчиков-экспертов. Отнесение суждений к группам ценностей осуществлялось независимо двумя кодировщиками, при согласии которых ответ респондента учитывался по одной из обобщенных групп ценностей, приведенных в таблице 1.

Частоты называния членами экспериментальных выборок тех или иных ценностей военно-летной деятельности в качестве мотиваторов их профессиональной активности приведены в процентных долях (%). Для определения значимых (достоверных) различий между частотой выбора той или иной группы ценностей различными категориями

испытуемых использовался критерий углового преобразования Фишера (ф*). При этом критические значения ф* соответствуют принятым в психологии уровням статистической значимости: для р<0,05 ф*кр=1,64, а для р<0,01 ф*кр=2,31 [13]. Далее в тексте полученные значения критерия (ф*эмп) приводятся с указанием соответствующего уровня статистической значимости (р).

Кроме того, было произведено ранжирование групп ценностей у всех категорий испытуемых.

Ранги групп ценностей, указанных в таблице 1 у летчиков-экспертов (гр. щ), представлены в следующем порядке: «ощущения (чувства) полёта» (100%); «возможность роста профессионального мастерства» (95,2%); «ощущение свободы в полёте» (85,7%); «управлять самолетом (летать)» (76,1%); «хорошая материальная обеспеченность» (76,1%); «переживание скорости» (61,9%); «риск и высокая субъектная ресурсность» (52,3%); «служение (защищать Родину)» (42,9%); «высокий статус профессиональной группы (востребованность, элитность)» (38%).

У летчиков (гр. п2) этот список выглядит несколько иначе: «управлять самолетом (летать)» (80%); «хорошая материальная обеспеченность» (80%); «ощущение свободы в полёте» (71,1%); «риск и высокая субъектная ресурсность» (68,5%); «переживание скорости» (62,8%); «ощущения (чувства) полёта» (62%); «высокий статус профессиональной группы (востребованность, элитность)» (54,2%); «служение (защищать Родину)» (34,3%); «возможность роста профессионального мастерства)» (25,7%).

Мы видим, что ранги названных ценностей у респондентов групп п и п2 различны, но по частоте упоминания специфических профессиональных ценностей показатели групп п и п2 практически сходятся, достоверные различия отмечены только в двух группах ценностей: «ощущения (чувства) полёта» (п = 100%, п2 = 62%, ф*эмп =4,810; р<0,001) и «возможность роста профессионального мастерства» (п = 95,2%, п2 = 25,7%, ф*эмп = 5,925; р<0,001). Однако это как раз тот случай, когда количество различий не так важно, как их качество [5, 6, 10, 11, 12]. Возможно, субъектная значимость для летчиков-экспертов (гр. щ) именно ценностей «ощущения (чувства) полёта» и «возможности роста профессионального мастерства» среди остальных указанных ценностей и определяет их высший уровень профессионализма и готовности к деятельности. Большое влияние выделенных ценностей на рост профессионализма подчеркивают в своих работах А.А. Ворона, Д.В. Гандер, В.А. Пономаренко, Р.Н. Макаров [5, 6, 10, 11, 12]. Беседы же, проведенные с летчиками, обусловливают предположение о наличии конфликта в системе ценностей, обусловленного внешними (социально-экономическими причинами) и внутренними (мотивацией).

Достоверные различия, как и ожидалось, отчетливо видны в сравнении показателей групп п2——пз, а также щ—пз. В группах п2 и п3 такие различия мы наблюдаем по всем позициям списка ценностей, кроме такой группы ценностей, как: «возможность роста профессионального мастерства» (п2=25,7%, Пз=17,7%, ф*эмп =0,856 при р<0,1). В сравнениях по группам П1 и пз различия отсутствуют только в трех позициях, это: «управлять самолетом, летать» (п1=76,1%, Пз=60%, ф*эмп=1,305; р<0,098); «риск и высокая субъектная ресурсность» (п1=52,3%, Пз=44,1%, ф*эмп =0,615; р<0,1); «высокий статус профессиональной группы (востребованность, элитность)» (п1=38%, Пз=24,4%, ф*эмп =1,106; р<0,1). В остальных группах ценностей различия между п и пз, как и в предыдущем случае, статистически достоверны.

В этой связи интересно ранжирование групп ценностей курсантами (гр. пз): первое место занимает профессиональная ценность, обобщенная понятием «управлять самолетом (летать)» (60%). Далее следуют: «хорошая материальная обеспеченность» (55,5%); «риск и высокая субъектная ресурсность» (44,1%); «переживание скорости» (25,5%); «высокий статус профессиональной группы (востребованность, элитность)» (24,4%); «возможность роста профессионального мастерства» (17,7%); «ощущения (чувства) полёта» (16%); «служение (защищать Родину)» (16%); «ощущение свободы в полёте» (6,9%). Ранги ценностей заметно близки к показателям группы летчиков (гр. п2). Но постановка курсантами

на более значимое место в списке ценностей управления самолетом, хорошей материальной обеспеченности, риска и высокой субъектной ресурсности говорит о большем влиянии на них внешних мотиваторов выбора профессии. У летчиков эти ценности стоят вначале списка по причинам, основанным на социально-экономических условиях их жизни и деятельности. Этот вывод подтвердили и беседы, проведенные с курсантами и летчиками.

Таким образом, проведенное исследование показало, что иерархия ценностей у действующих летчиков, мастеров высокого класса и курсантов различна. Установленные различия между группами n1, n2 и n3, по нашему мнению, объясняются уровнями профессионализма респондентов и их готовности к деятельности, а установленные сходства можно рассматривать как результат влияния ценностей профессиональной субкультуры, формирующей некий «профессионально ценностный фон» внутренней позиции военного летчика.

При проведении исследования мы исходили из предположения: модель системы ценностей, построенная на ответах группы летчиков-экспертов (гр. n1), является наиболее полно соответствующей личности военного лётчика, достигшего высокого уровня профессионализма и имеющего наибольшую степень готовности к деятельности [1, 2, 6, 10]. Установленные различия и тенденции динамики системы ценностей показывают направления психолого-педагогической работы по формированию личности будущего военного летчика, что имеет большое практическое значение, поскольку личностно развивающая работа, в частности, работа по формированию ценностной сферы, организована в основном в рамках учебных программ отдельных предметов, которые в действительности могут лишь косвенно влиять на ценностную сферу курсанта [1, 10, 11, 12]. К этому надо добавить замечание: командиры и начальники, прежде всего, ориентируются на становление качеств, необходимых для военнослужащего, а систематическое отслеживание динамики развития и формирования ценностно-нравственной сферы курсантов, как правило, остается вне пристального внимания военных педагогов.

В заключение необходимо отметить, что развитие готовности к военнопрофессиональной деятельности и формирование соответствующей системы ценностей будущих военных летчиков должны осуществляться комплексно [10]. Ориентиром в этом процессе могут стать ценности, выявленные в нашем исследовании у летчиков-экспертов.

Примечания:

1. Абдурахманов Р.А. Военная психология. М.: Воен. ун-т, 1996.

2. Анцупов А.Я., Помогайбин В.Н., Пошивалкин О. А. Методологические проблемы военнопсихологических исследований: обзор диссертаций - 20 век. М.: Современный Гуманитарный Институт, 2000.

3. Василюк Ф.Е. Психология переживания (анализ преодоления критических ситуаций). М.: Изд-во МГУ, 1984.

4. Бурдье П. Начала / пер. с фр. Н.А. Шматко = Bourdieu P. Choses dites. М.: Socio-logos, 1994. С. 141-146.

5. Ворона А.А., Гандер Д.В., Пономаренко В.А. Теория и практика психологического обеспечения летного труда / под общ. ред. В.А. Пономаренко. М.: Воен. изд-во, 2000.

6. Гандер Д.В. Профессиональная психопедагогика. М.: Воентехиниздат, 2007.

7. Кимберг А.Н. Личные проекты в активности субъекта // Ученые записки Казанского государственного университета. Казань, 2008. Т. 150, кн. 3. С. 29-40.

8. Климов Е.А. Введение в психологию труда. М.: Культура и спорт: ЮНИТИ, 1998.

9. Краснодрявцева О.М. Ценностная детерминация профессионального поведения педагогов // Сибирский психологический журнал. Томск, 1993. № 7. С. 25-29.

10. Макаров Р.Н., Нидзий Н.А., Шишкин Ж.К. Психологические основы дидактики летного обучения. М., 2000.

11. Пономаренко В. А. Психология духовности профессионала. М.: ИПАН РАН, 2004.

12. Пономаренко В.А. Профессия - психолог труда. М.: ИП РАН, 2007.

13. Сидоренко Е.В. Методы математической обработки в психологии. СПб.: Речь, 2004.