О взаимозаменяемости временного отстранения от должности с мерами пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста по уголовно-процессуальному законодательству России: спорные аспекты теории и правоприменительной практики

Н. С. Каштанова*

О взаимозаменяемости временного отстранения от должности с мерами пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста по уголовно-процессуальному законодательству России: спорные аспекты теории и правоприменительной практики

Аннотация. В настоящей статье рассматриваются спорные с теоретической и практической сторон вопросы одновременного применения временного отстранения от должности с мерами пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста. С учетом комплексного анализа действующего российского уголовно-процессуального закона, а также практики его применения высказывается суждение о том, что избрание этих мер пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого при наличии исключительных обстоятельств не препятствует применению в отношении данных категорий лиц иной меры процессуального принуждения в виде временного отстранения от должности. По результатам исследования предложены конкретные прикладные рекомендации.

Ключевые слова: временное отстранение от должности, меры пресечения, заключение под стражу, домашний арест, правоприменительная практика.

001: 10.17803/1994-1471.2017.80.7.131-138

Приступая к непосредственному рассмотрению заявленной темы исследования, отметим, что положения ст. 99, 108, 114 УПК РФ не содержат никакого запрета на одновременное применение в процессе расследования и рассмотрения уголовного дела в суде одновременно меры пресечения в виде заключения под стражу и временного отстранения от должности как меры процессуального принуждения. Вместе с тем вопрос о допустимости временного отстранения от должности при условии заключения под стражу подозреваемого

или обвиняемого в научной литературе остается достаточно спорным.

Так, Н. А. Колоколов полагает, что в случае, если подозреваемый (обвиняемый) реально опасен для общества и на самом деле препятствует предварительному расследованию или может скрыться от следствия и суда, то в отечественной традиции целесообразнее избрать в отношении него эквивалентную меру пресечения — заключение под стражу. Следовательно, по мнению ученого, временное отстранение от должности применимо лишь

© Каштанова Н. С., 2017

* Каштанова Наталья Сергеевна, старший преподаватель кафедры уголовного процесса и криминалистики Омского государственного университета имени Ф. М. Достоевского nata . kashtanova@mail . ru

644065, Россия, г. Омск, ул. 50 лет Профсоюзов, д. 100/1

в тех ситуациях, когда перечисленных оснований для заключения под стражу подозреваемого (обвиняемого) нет1 .

Е. Ф. Тенсина и Л. Г. Татьянина считают, что «поскольку лицо изолировано от общества, оно не имеет возможности осуществлять свои должностные обязанности в указанной ситуации»2. Иными словами, констатируется недопустимость временного отстранения от должности при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

К. В. Задерако акцентирует внимание на том, что «уголовно-процессуальное законодательство не запрещает применение в отношении подозреваемого или обвиняемого мер пресечения и временного отстранения от должности, разумеется за исключением заключения под стражу и домашнего ареста...»3. Похожей позиции придерживается О. С. Гречишникова4.

О. Е. Михайлова пишет, что «отстранение от должности лица, в отношении которого избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, не имеет никакого смысла, поскольку в условиях изоляции от общества человек теряет возможность использовать свое должностное положение, а значит, не будет иметься опасений, что он помешает ходу расследования»5 .

К. Б. Калиновский и А. В. Смирнова доказывают, что отстранение от должности в качестве меры принуждения может быть применено, если в отношении подозреваемого или об-

виняемого не применены меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста, поскольку применение данных мер исключает выполнение такими лицами трудовых обязанностей6. Аналогичное правопонимание и у Е. А. Тришкиной7 .

По нашему мнению, избрание в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу в рамках российского уголовного судопроизводства при наличии конкретных исключительных обстоятельств не препятствует применению в отношении них иной меры процессуального принуждения — в виде временного отстранения от должности. С нашей точки зрения, содержание указанных участников уголовного судопроизводства под стражей не исключает их возможности воспрепятствовать производству по уголовному делу, что, помимо прочего, подтверждается и разнообразной судебной практикой в контексте данного вопроса.

Ввиду этого трудно согласиться и с В. Н. Га-поновой, полагающей взаимоисключающим применение временного отстранения от должности с заключением под стражу. Необоснованным представляется утверждение автора о том, что данная мера пресечения, исходя из ее сути и целей, ограничивает возможности подозреваемого или обвиняемого в свободе общения, передвижения и т.п., а следовательно, и в выполнении служебных обязанностей8 .

1 Колоколов Н. А. Временное отстранение от должности: критерии законности и обоснованности судебного решения // Уголовный процесс. 2014. № 12. С. 48.

2 Тенсина Е. Ф., Татьянина Л. Г. К вопросу о применении временного отстранения от должности по УПК РФ // Вестник Удмурдского университета. 2014. Вып. 3. С. 202.

3 Задерако К. В. Иные меры процессуального принуждения : дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2005. С. 102.

4 Гречишникова О. С. Обеспечение прав обвиняемого и подозреваемого при применении процессуального принуждения : дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2001. С. 161.

5 Михайлова О. Е. Иные меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве России : дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2009. С. 103.

6 Калиновский К. Б., Смирнов А. В. Постатейный комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. А. В. Смирнова. 2-е изд., доп. и перераб. СПб. : Питер, 2004. С. 484.

7 Тришкина Е. А. Взаимодействие следователя с судом: некоторые проблемные вопросы досудебного производства // Проблемы современной науки и образования. 2016. № 23. С. 60.

8 См.: Гапонова В. Н. Применение временного отстранение от должности в уголовном судопроизводстве: теоретический и организационно-правовой аспекты : дис. ... канд. юрид. наук. Иркутск, 2016. С. 73 ; Гапонова В. Н. К вопросу о месте временного отстранения от должности в системе мер уголовно-процессуального принуждения // Уголовно-процессуальные и криминалистические проблемы борьбы с преступностью. Всероссийская научно-практическая конференция. 29 мая 2015 г. Орел, 2015. С. 115.

Противоречивой, на наш взгляд, представляется позиция Д. Р. Исеева о том, что специальным условием временного отстранения от должности является, помимо прочих, такое, при котором в отношении обвиняемого (подозреваемого — отмечено нами) не применены меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста9. При этом далее автор утверждает, что «применение данных мер пресечения обычно "автоматически" исключает выполнение обвиняемым трудовых обязанностей». Таким образом, изначальное императивное утверждение исследователя Д. Р. Исеева о недопустимости применения анализируемой нами меры процессуального принуждения при избрании в отношении подозреваемого (обвиняемого) меры пресечения в виде заключения под стражу трансформируется во фразу с наречием «обычно», что подталкивает нас к мысли о признании ученым некоторых исключительных обстоятельств, при которых допускается одновременное применение временного отстранения от должности и заключения под стражу как меры пресечения.

Мы симпатизируем в данной части позиции Р. Г. Бикмиева, который правомерно отмечает, что меры пресечения и отстранение от должности могут быть применены как одновременно, так и последовательно, исходя из обстоятельств дела, в том числе и тогда, когда в качестве меры пресечения избран домашний арест или заключение под стражу. В последнем случае основанием для отстранения от должности могут быть сведения о том, что подозреваемый или обвиняемый продолжает руководить предприятием, находясь под домашним арестом, либо, будучи заключенным под стражу, использует свое служебное положение для продолжения преступной деятельности или воспрепятствования производству

по уголовному делу10. Данная позиция автора дословно соответствует Методическим рекомендациям Генпрокуратуры от 30.03.200411. Помимо прочего, Р. Г. Бикмиев справедливо полагает, что «находясь в местах заключения или под домашним арестом, подозреваемый или обвиняемый не лишен возможности в той или иной степени руководить организацией (давать указания, распоряжения, подписывать приказы, финансовые документы, принимать и увольнять с работы и т.д.)»12 .

В целях подтверждения нашей позиции о целесообразности применения временного отстранения от должности одновременно с мерой пресечения в виде заключения под стражу приведем некоторые практические примеры из правоприменительной практики.

Так, постановлением районного суда Ф. временно отстранен от должности. Защитниками была подана апелляционная жалоба. По их мнению, решение суда является незаконным, поскольку судом проигнорирован довод защиты об избрании в отношении Ф. меры пресечения в виде заключения под стражу, в связи с чем он лишен возможности совершать сделки, выступать от имени общества в трудовых отношениях, каким-либо образом препятствовать расследованию и уничтожать доказательства. В возражениях на апелляционную жалобу прокурор посчитал ее не подлежащей удовлетворению. При этом суд вышестоящей инстанции отметил, что указание в апелляционной жалобе об игнорировании судом довода защиты, что Ф., находясь под стражей, лишен возможности препятствовать расследованию и уничтожать доказательства, является необоснованным. В частности, при вынесении нижестоящим судом решения нашли свою оценку все имеющиеся материалы в совокупности, учитывая и

9 ИсеевД. Р. Система мер принуждения и порядок их применения в уголовном процессе России : дис. ... канд. юрид. наук. Уфа, 2009. С. 155—156.

10 Бикмиев Р. Г. Временное отстранение от должности подозреваемого или обвиняемого в уголовном судопроизводстве: сущность, значение и правовые последствия : дис. ... канд. юрид. наук. Казань, 2015. С. 167—168.

11 Письмо Генпрокуратуры РФ от 30.03.2004 № 36-12-04 «О направлении Методических рекомендаций "Основания и порядок применения временного отстранения от должности, наложения ареста на имущество и ценные бумаги, денежного взыскания"» // СПС «КонсультантПлюс».

12 Бикмиев Р. Г. Основания применения временного отстранения от должности // Актуальные проблемы экономики и права. 2012. № 1. С. 260.

данные обвиняемого. Так, последний в судебном заседании пояснил, что, являясь генеральным директором, он, находясь под стражей, осуществлял оперативную деятельность по управлению компанией, давал распоряжения, в том числе используя факсимильную связь и телефон13

Из другого, не менее показательного примера также следует, что У. временно отстранен от должности мэра города Ярославля. В апелляционной жалобе адвокаты в защиту интересов обвиняемого У. выражали несогласие с постановлением суда. В качестве доводов ссылались на необоснованное решение органов предварительного расследования о том, что У., находясь под стражей, может через своих адвокатов каким-либо образом воспрепятствовать производству предварительного расследования. Обвиняемый, соответственно, был солидарен с позицией защиты.

Как отметил суд апелляционной инстанции, принимая решение о временном отстранении У. от должности мэра города, суд учел обстоятельства преступления, в совершении которого обвиняется У., которое, согласно предъявленному обвинению, совершено при исполнении им должностных полномочий, и, обсудив изложенные следователем доводы, пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для принятия решения о временном отстранении У. от занимаемой им должности. При этом выводы суда о том, что У. имеет реальную возможность воспрепятствовать производству предварительного расследования, основаны на представленных стороной обвинения доказательствах. Постановление суда является законным, обоснованным, мотивированным и оснований для его отмены или изменения по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, не имеется14. Помимо прочего, как указано на официальном интернет-портале Следственного комитета РФ,

временное отстранение от должности обвиняемого У. позволило, во-первых (и это самое главное), лишить его административного ресурса в случае намерения оказать возможное давление на следствие и, во-вторых, назначить исполняющего обязанности мэра, который сможет выполнять функции градоначальника в полном объеме15 .

Одновременно при принятии решения о применении рассматриваемой нами меры процессуального принуждения при наличии уже избранной меры пресечения в виде заключения под стражу следует учитывать иные обстоятельства, связанные, например, с уже состоявшимся досрочным отстранением соответствующего работника от должности вследствие уголовного преследования.

Так, суд апелляционной инстанции отметил, что в отношении главы администрации постановлением суда избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Позднее постановлением суда подозреваемый временно отстранен от должности. Вместе с тем суду вышестоящей инстанции было предоставлено уведомление председателя городского совета о том, что его решением досрочно прекращены полномочия и расторгнут контракт с главой администрации, вследствие чего решение суда о временном отстранении от должности подозреваемого является необоснованным, поэтому подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении ходатайства следователя16

При изучении судебной практики в части аспектов взаимозаменяемости меры пресечения в виде заключения под стражу и временного отстранения от должности нами были выявлены также факты, при которых рассмотрение ходатайства о применении упомянутой меры процессуального принуждения производилось одновременно с определением целесообразности заключения под стражу.

13 Архив Приморского краевого суда. Апелляционное постановление от 18.05.2015 по делу № 22-2664/ 2015 .

14 Архив Московского городского суда. Апелляционное постановление от 28.08.2013 по делу № 10-7819.

15 Официальный интернет-портал Следственного комитета РФ. URL: http://sledcom.ru/news/item/520299 (дата обращения: 06.03.2017).

16 Апелляционное постановление Верховного суда Республики Крым от 25.05.2016 по делу о рассмотрении апелляционной жалобы на постановление Киевского районного суда г. Симферополя от 27.04.2016 // Судебные и нормативные акты. URL: http://sudact.ru/ (дата обращения: 14.02.2017).

В данном контексте следует иметь в виду: если вопрос о временном отстранении от должности являлся предметом исследования при рассмотрении ходатайства органов предварительного расследования об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и не был решен судом положительно, а правомочные органы уголовного процесса повторно обратились в суд с ходатайством о применении данной меры процессуального принуждения, то суд, рассматривающий такое основанное на законе волеизъявление следователя (дознавателя), не имеет права ссылаться на ранее вынесенное постановление (в рамках которого разрешался вопрос о заключении подозреваемого (обвиняемого) под стражу) и обязан в установленном ст. 111, 114 УПК РФ порядке рассмотреть такое ходатайство по существу с надлежащим анализом предоставленных органами предварительного расследования сведений о целесообразности временного отстранения от должности отдельных категорий лиц.

Более того, вышеизложенное обстоятельство не должно являться препятствием для повторного обращения в суд с самостоятельным ходатайством органов уголовного преследования о применении временного отстранения от должности при наличии соответствующих оснований, подтверждающих обоснованное предположение о необходимости реализации такой меры принуждения.

Так, в апелляционном представлении прокурора был поставлен вопрос об отмене постановления суда об отказе в удовлетворении ходатайства о временном отстранении от должности обвиняемого. Судом апелляционной инстанции отмечено, что постановление суда подлежит отмене. В частности, суд первой инстанции должен был рассмотреть ходатайство органа предварительного расследования о временном отстранении от должности обвиняемого в соответствии с требованиями ст. 111 и 114 УПК РФ. Между тем, обосновывая свое решение об отказе в удовлетворении ходатайства следователя об отстранении от должности обвиняемого, орган правосудия сослался на то, что ранее постановлением судьи районного суда в удовлетворении ходатайства следо-

вателя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу отказано и при этом установлено, что приведенные в ходатайстве следователя о временном отстранении обвиняемого от должности основания были предметом исследования при рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения и им дана оценка в постановлении суда.

Суд, вопреки требованию закона, положил в основу своего решения постановление районного суда, которое надлежащим образом никем не подписано и не заверено. Помимо прочего, суд первой инстанции при разрешении данного ходатайства не принял во внимание, что вопросы об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и о временном отстранении от должности лиц рассматриваются и разрешаются на основании разных норм права и при этом преюдициальность постановления суда об отказе в избрании меры пресечения в виде заключения под стражу при решении вопроса об отстранении от должности не допускается, поскольку на данной стадии судопроизводства не решается вопрос об установлении фактических обстоятельств совершенного преступления, виновности либо невиновности лица. Учитывая это обстоятельство, а также то, что судом первой инстанции по данному материалу неполно исследованы материалы уголовного дела, суд вышестоящей инстанции посчитал необходимым отменить постановление суда и направить материал на новое рассмотрение17 .

Вместе с тем, если оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу нет, то не всегда усматривается необходимость в «автоматическом» отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности. Такое отстранение должно производиться лишь при наличии сведений, обосновывающих предположение о том, что данная категория лиц имеет объективную возможность воспрепятствовать производству по уголовному делу, что, например, имело место в следующем примере.

Постановлением районного суда М. временно отстранен от должности генерального директора ЗАО, однако в апелляционной жалобе

17 Апелляционное постановление Верховного Суда Республики Дагестан от 15.06.2016 по делу № 22к-1028/2016 // Судебные и нормативные акты. URL: http://sudact.ru/ (дата обращения: 03.03.2017).

защитник подозреваемого выражал несогласие с данным постановлением, поскольку выводы, изложенные в нем, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Обращал внимание, что, если М. был освобожден из-под стражи ввиду отсутствия оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, то эти же основания отсутствуют и для его временного отстранения от должности. Суд апелляционной инстанции нашел постановление суда подлежащим оставлению без изменения, указав, что вопреки доводам защиты применение временного отстранения от должности не находится в прямой взаимосвязи с принятием решения о мере пресечения. В связи с чем отсутствие оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу само по себе не свидетельствует об отсутствии оснований для избрания меры процессуального принуждения в виде отстранения от должности18.

Одновременно следует иметь в виду, что, в случае если мера пресечения в виде заключения под стражу была изменена на более мягкую и в течение продолжительного времени подозреваемый или обвиняемый не препятствовал с использованием своей должности расследованию уголовного дела либо рассмотрению его в суде, то, как представляется, отсутствуют и основания для применении иной меры принуждения, предусмотренной ст. 114 УПК РФ19 .

При этом объективности ради отметим, что данное утверждение (основанное на конкретном примере) распространяется и на меру пресечения в виде домашнего ареста.

Как следует из ч. 7 ст. 107 УПК РФ, суд с учетом данных о личности подозреваемого или обвиняемого и фактических обстоятельств при избрании домашнего ареста может установить ряд запретов и (или) ограничений. Как следствие, если участники уголовного судопроизводства при избрании в отношении них данной меры государственного принуждения не принимают никаких мер, связанных с воспрепятствованием производству по уголов-

ному делу, то их временное отстранение от должности не имеет никакой практической целесообразности.

Так, следователь обратился в суд с ходатайством о временном отстранении от должности главы сельского поселения. Постановлением городского суда в удовлетворении этого ходатайства отказано. В апелляционном представлении государственный обвинитель посчитал постановление суда незаконным и указал, что при рассмотрении ходатайства следователя о временном отстранении от должности судом не были исследованы и учтены протоколы допросов свидетелей, им не дана оценка в совокупности с другими доказательствами, находящимися в материалах дела. Кроме того, суд не учел, что лицо обвиняется в совершении должностного преступления. Проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для удовлетворения апелляции и указал, в частности, что в отношении обвиняемого избрана мера пресечения в виде домашнего ареста с установлением всех запретов и ограничений, предусмотренных п. 1—4 ч. 7 ст. 107 УПК РФ, в том числе запрета на общение со всеми свидетелями по уголовному делу, которые он не нарушал. Помимо прочего, из показаний свидетелей не следует возможность воздействия на них главы сельского поселения, причем показания этих свидетелей недостоверными не признавались20

Таким образом, следует заключить, что действующий уголовно-процессуальный закон России, а также практика его применения свидетельствуют о возможности одновременного применения временного отстранения от должности с такими мерами пресечения, как заключение под стражу и домашний арест. Вместе с тем подозреваемые (обвиняемые) должны отстраняться от должности в порядке ст. 114 УПК РФ лишь в тех случаях, когда у органов предварительного расследования имеются обоснованные предположения об их возможном или действительном воспрепятствовании производству по уголовному делу.

18 Архив Московского городского суда. Апелляционное постановление от 14.09.2015 по делу № 10-12384/15.

19 Архив Мурманского областного суда. Апелляционное постановление от 31.05.2016 по делу № 22-805/ 2016 .

20 Архив Московского областного суда. Апелляционное постановление от 03.12.2013 по делу № 22к-7847.

БИБЛИОГРАФИЯ

1 . Бикмиев Р. Г. Временное отстранение от должности подозреваемого или обвиняемого в уголовном

судопроизводстве: сущность, значение и правовые последствия : дис. ... канд. юрид. наук. — Казань, 2015. — 368 с.

2 . Бикмиев Р. Г. Основания применения временного отстранения от должности // Актуальные пробле-

мы экономики и права. — 2012. — № 1. — С. 257—261.

3 . ГапоноваВ. Н. К вопросу о месте временного отстранения от должности в системе мер уголовно-про-

цессуального принуждения // Уголовно-процессуальные и криминалистические проблемы борьбы с преступностью : Всероссийская научно-практическая конференция. 29 мая 2015 г. — Орел : Орловский юрид. ин-т МВД России имени В. В. Лукьянова, 2015. — С. 110—116.

4 . Гапонова В. Н. Применение временного отстранения от должности в уголовном судопроизводстве:

теоретический и организационно-правовой аспекты : дис. ... канд. юрид. наук. — Иркутск, 2016. — 194 с.

5 . Гречишникова О. С. Обеспечение прав обвиняемого и подозреваемого при применении процессуаль-

ного принуждения : дис. ... канд. юрид. наук. — Волгоград, 2001. — 209 с.

6 . Задерако К. В. Иные меры процессуального принуждения : дис. ... канд. юрид. наук. — Ростов н/Д,

2005. — 215 с.

7. Исеев Д. Р. Система мер принуждения и порядок их применения в уголовном процессе России : дис. ... канд. юрид. наук. — Уфа, 2009. — 195 с.

8 . Калиновский К. Б., Смирнов А. В. Постатейный комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу

Российской Федерации / под общ. ред. А. В. Смирнова. — 2-е изд., доп. и перераб. — СПб. : Питер, 2004. — 848 с.

9 . Колоколов Н. А. Временное отстранение от должности: критерии законности и обоснованности су-

дебного решения // Уголовный процесс. — 2014. — № 12. — С. 48.

10 . Михайлова О. Е. Иные меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве России :

дис. ... канд. юрид. наук. — Краснодар, 2009. — 215 с.

11 . Тенсина Е. Ф., ТатьянинаЛ. Г. К вопросу о применении временного отстранения от должности по УПК

РФ // Вестник Удмурдского университета. — 2014. — Вып. 3. — С. 201—203.

12 . Тришкина Е. А. Взаимодействие следователя с судом: некоторые проблемные вопросы досудебного

производства // Проблемы современной науки и образования. — 2016. — № 23. — С. 59—61.

Материал поступил в редакцию 9 марта 2017 г.

ON INTERCHANGEABILITY BETWEEN THE SUSPENSION AND RESTRAINTS IN THE FORM OF DETENTION AND HOUSE ARREST UNDER RUSSIAN CRIMINAL PROCEDURE LEGISLATION: CONTROVERSIAL ISSUES OF THEORY AND ENFORCEMENT PRACTICE

KASHTANOVA Natalia Sergeevna — Senior Lecturer of the Department of Criminal Procedure and Criminalistics at the Dostoevsky Omsk State University 644065, Russia, Omsk, 50 Let Profsoyuzov Street, 100/1. nata . kashtanova@mail . ru

Review. The article discusses controversial theoretical and practical issues of the simultaneous application of suspension and pre-trial detention or house arrest. Given the comprehensive analysis of the current Russian criminal procedural law, as well as its application, there is a judgment that the choice of the given restraints concerning the suspect or accused person in exceptional circumstances does not preclude the application of a suspension to the above named persons. The study proposes specific application-oriented recommendations.

Keywords: suspension, restraints, detention, house arrest, law-enforcement practice.

REFERENCES

1 . Bikmiev R. G. Vremennoe otstranenie ot dolzhnosti podozrevaemogo ili obvinjaemogo v ugolovnom

sudoproizvodstve: sushhnost', znachenie i pravovye posledstvija : dis. ... kand. jurid. nauk. — Kazan', 2015. — 368 s .

2 . Bikmiev R. G. Osnovanija primenenija vremennogo otstranenija ot dolzhnosti // Aktual'nye problemy

jekonomiki i prava. — 2012. — № 1. — S. 257—261.

3 . Gaponova V. N. K voprosu o meste vremennogo otstranenija ot dolzhnosti v sisteme mer ugolovno-

processual'nogo prinuzhdenija // Ugolovno-processual'nye i kriminalisticheskie problemy bor'by s prestupnost'ju : Vserossijskaja nauchno-prakticheskaja konferencija. 29 maja 2015 g. — Orel : Orlovskij jurid. in-t MVD Rossii imeni V. V. Luk'janova, 2015. — S. 110—116. 4. Gaponova V. N. Primenenie vremennogo otstranenie ot dolzhnosti v ugolovnom sudoproizvodstve: teoreticheskij i organizacionno-pravovoj aspekty : dis. ... kand. jurid. nauk. — Irkutsk, 2016. — 194 s.

5 . Grechishnikova O. S. Obespechenie prav obvinjaemogo i podozrevaemogo pri primenenii processual'nogo

prinuzhdenija : dis. ... kand. jurid. nauk. — Volgograd, 2001. — 209 s.

6 . Zaderako K. V. Inye mery processual'nogo prinuzhdenija : dis. ... kand. jurid. nauk. — Rostov n/D, 2005. —

215 s .

7. Iseev D. R. Sistema mer prinuzhdenija i porjadok ih primenenija v ugolovnom processe Rossii : dis. ... kand. jurid. nauk. — Ufa, 2009. — 195 s.

8 . Kalinovskij K. B., Smirnov A. V. Postatejnyj kommentarij k Ugolovno-processual'nomu kodeksu Rossijskoj

Federacii / pod obshh. red. A. V. Smirnova. — 2-e izd., dop. i pererab. — SPb. : Piter, 2004. — 848 s.

9 . Kolokolov N. A. Vremennoe otstranenie ot dolzhnosti: kriterii zakonnosti i obosnovannosti sudebnogo

reshenija // Ugolovnyj process. — 2014. — № 12. — S. 48.

10 . Mihajlova O. E. Inye mery processual'nogo prinuzhdenija v ugolovnom sudoproizvodstve Rossii : dis. ... kand.

jurid. nauk. — Krasnodar, 2009. — 215 s.

11 . Tensina E. F., Tatjanina L. G. K voprosu o primenenii vremennogo otstranenija ot dolzhnosti po UPK RF //

Vestnik Udmurdskogo universiteta. — 2014. — Vyp. 3. — S. 201—203.

12 . Trishkina E. A. Vzaimodejstvie sledovatelja s sudom: nekotorye problemnye voprosy dosudebnogo

proizvodstva // Problemy sovremennoj nauki i obrazovanija. — 2016. — № 23. — S. 59—61.