Зелёная революция» фактор прогресса земледелия

7.Igbasan F.A., Guenter W. The feeding value for broiler chickens of pea chips derived from milled peas (pisum sativum L.) during air classification into starch fractins, Animal feed sciense and technology, 1996, Vol.61, No. 1-4, pp. 205-217.

8. Niang A.,Styger E.,Gahamanyi A., Hoekstra D.,Coe R. Fogger-quality improvement through contour planting of legume shrub/grass mixtures in croplands of rwanda haig lands, Agroforestry systems, 1998, Vol. 39, No.3, pp. 263-274.

9. Okuwasola A.J., Ayobore A.V. Chemical characterization and protein quality evaluation of leaf protein concentrates from Glyricidia sepium and Leucaena leucocephala, International journal of food science and technology, 2004, Vol.39, No.3, pp. 253-261.

10. Rezul’taty sortoispytaniya sel’ckohozyaistvennyh kul’tur na gossortouchastkah Permskogo kraya za 2002-2012 zo-

dy (The results of crop variety trials on variety test plots in Permskii krai in the years 2002-2012) / Russian State Commission for Testing and Protection of Selection Achievements, Inspectorate for the Perm Territory. Perm, 2002 .2012.

11. Zykin V.A., Belan N.A. Osnovy selekcii yarovoi myagkoi pshenicy na adaptivnost’ i ee rezul’taty (Basis of selection of spring wheat on the adaptability and the results), Breeding and Seed, 1993, No.3, pp. 27-31.

12. Goncharenko A.A. Ob adaptivnosti i ecologicheskoi ustoichivosti sortov zernovyh kul’tur (On adaptability and environmental sustainability in varieties of crops), Bulletin of the RAAS, 2005, No. 6, pp. 49-53.

13. Nadezhina N.V. Formirovanie uroghaiya goroha i ovca v chistyh i smeshannyh posevah na dernovo-podzolistyh pochvah Central’nogo raiona Nechernozemnoi zony RSFSR (Formation of a crop of peas and oats in pure and mixed crops

on sod-podzolic soils of the Central District chernozem zone of the RSFSR): autoref. dis . Cand.Agr. Sci., Moscow,

1987, 20p.

14. Kononov А.С. Adaptivnyi potencial i uroghainost’ zerna v lyupinovyh agrocenozah (Adaptive capacity and grain yield in lupine agrocenosis), Cereals, 1997. No. 4, pp. 15.

15. Kislitsina A.P., Suntsova N.P. Produktivnost' odnoletnih agrofitocenozov iz bobovo-zlakovyh kul'tur (Agrophyto-cenosis annual productivity of legumes and cereals), Perm Agricultural Gazette, MY. 2, Perm, 1998, pp. 100-101.

16. Usanova Z.I., Petrova A. Tehnologii vozdelyvanija smeshannyh posevov (Technology of cultivation of mixed crops), Agriculture, 2001, No. 1, pp.7.

17. Fadeev A., Gibadullina F.S. Smeshannye posevy goroha so zlakovymi kul'turami (Mixed crops of peas with cereal crops), Grassland, 2001, No.2, pp. 14-16.

18. Metodicheskie rekomendacii po programmirovaniju urozhaev sel'skohozjajstvennyh kul'tur v uslovijah Leningrad-skoj oblasti (Guidelines on programming yields of agricultural crops in the Leningrad region). AL: AFI, 1978, 81p.

УДК 631.1

«ЗЕЛЁНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ» - ФАКТОР ПРОГРЕССА ЗЕМЛЕДЕЛИЯ

Ю.Н. Зубарев, д-р с.-х. наук, профессор,

ФГБОУ ВПО Пермская ГСХА,

ул. Петропавловская, 23, г. Пермь, Россия, 614990,

E-mail: zemledel@pgsha.ru

Аннотация. В новом тысячелетии всё острее встают вопросы экономии ресурсов, диктуемые рынком и Всемирным торговым обществом (ВТО), геополитическими и экономическими векторами развития глобальной экономики и сельского хозяйства. Суть их состоит в том, что для получения с данного поля максимального количества качественной и наиболее дешёвой продукции для всех растений этого массива создаются одинаковые условия роста и развития без нарушения норм экологической безопасности. История развития Уральского земледелия и освоение современных систем обработки почвы свидетельствуют о том, что они должны пройти проверку не только в оптимальных, но и в экстремальных условиях, встречающихся в практике производства. Сельскохозяйственное производство и значительная часть отечественных специалистов сельского хозяйства всё ещё связывают перспективы земледелия и агрономии с расширением использования интенсивных факторов - минеральных удобрений, интенсивной обработки почвы, применения химических средств защиты растений и т.п.

Агрономы всегда чрезмерно увлекались высокими дозами минеральных удобрений и химическими средствами защиты растений без достаточного научного обоснования их применения. Широко практикуется интенсивная обработка почвы с использованием тяжёлой техники, сопровождаемая значительными затратами труда и ресурсов, не сопоставимых с полученной прибылью, или экономической рентабельностью. Освоение современных адаптивных технологий земледелия, основанных на энергосбережении и комплексах новых орудий обработки почвы, требуют разработки отдельных звеньев системы обработки почвы, уменьшающих механическое воздействие за счёт дифференциации пахотного слоя по показателям плодородия и гранулометрического состава. Мы хотим раскрыть тенденции и принципиальные вопросы совре-

менной обработки почвы, приёмы возделывания культур и применения новых технологий в АПК, с которыми повседневно встречаются работники, специалисты и консультанты сельскохозяйственных предприятий Предуралья.

Ключевые слова: обработка почвы, новые технологии, интенсификация, растительный белок.

Как сбалансировать рациональные приёмы обработки почвы на основе минимализа-ции, экстенсивной или интенсивной агротехники, подавляющей засорённость посевов, не снижая при этом урожайность яровых зерновых культур? Возможно ли эффективно получать урожайность зерна до 3-5 т/га без радикального удобрения культур и, «довольствуясь малым», то есть тем набором почвообрабатывающих орудий, которые бывают в наличии в большинстве хозяйств Пермского края? Какова в этом роль уровня интенсификации технологии и земледелия?

Каковы мировые тренды в системе обработки почвы, и что есть особенного в Преду-ралье с его дерново-подзолистыми тяжелосуглинистыми почвами Вятско-Камской земледельческой провинции? Какие современные почвообрабатывающие орудия и комплексы поступают в арсенал пермских крестьян и фермеров? Эти и другие вопросы занимали наш интерес.

«Зелёная», «аграрная революция» [8,9] или «технологическая революция» [5], первый этап которой формально начался в сере-

дине XVIII века и был связан с открытием обогащения почвы азотом бобовых растений и введением их в севооборот. Это обеспечило повышение урожайности зерновых культур с 7 до 14 ц/га.

Второй этап «зелёной революции» (5060-е гг. XIX в.) - создание теории минерального питания, закона возврата, применение минеральных удобрений - способствовал увеличению урожайности до 3 т/га [14].

Третий этап - после Второй мировой войны (50-60 гг. XX в.), связан с именем американского агронома-селекционера, лауреата Нобелевской премии Нормана Барлоука. Этот термин придумал он, и в 1968 году, с его лёгкой руки, специалисты продовольственной комиссии ФАО в ООН запустили его в оборот, связывая волну глобального увеличения урожайности зерновых с «зелёной революцией», прежде всего, в селекции. Так, за 25 лет (1965-1990) урожайность пшеницы и зерновых хлебов в развитых странах Запада возросла более чем в два (5-7 т/га), а в Индии и Пакистане - в четыре раза (рис.1).

III ЭТАП

I ЭТАП II ЭТАП

...7... 14 ц/га ... 14 ... 30 ц/га 1 1 ... 30 ... 50-100 ц/га

1 50-60-е года XVIII века - 1 1 50-60-е года XIX века 1 1 1 50-60-е года XIX века - 50-60-е года XX века 1 50-60-е года ХХ века ХХІ век 1

1 100 лет | 100 лет 1 30-40 лет

1 Азотфиксация, 1 | Бобовые растения 1 Минеральное питание, Минеральное удобрение 1 Селекция,Генетика, | Биотехнология

Рис. 1. Этапы развития «зелёной революции» в мировом аграрном процессе

В 1995 году консультативная группа международных сельскохозяйственных исследователей, работающих при ФАО, призвала все страны мира приступить к разработке и форсированию четвертого этапа «зелёной революции», или новой технологической её волны в масштабе всего мирового сообщества [1, 12]. Цель проекта - обеспечить продовольствием всё возрастающее население Земли,

население, которое, по прогнозным оценкам специалистов ООН, к 2020 году достигнет 7,8 млрд. человек. Для снабжения человечества продовольствием необходимо будет увеличить мировое производство зерна минимум на 41%, мяса - на 63, клубней и корнеплодов -на 40%.

Дальнейшее достижение значительного подъёма производства продовольствия с

помощью интенсивных технологий и традиционных агротехнических приёмов, с увеличением площадей посева, использованием химических средств подкормки и защиты растений, выведением новых сортов методами классической селекции и т.п., невозможно, так как эти ресурсы практически исчерпаны [6].

Задача эта не из лёгких. Мировой и отечественный агрономический опыт показывает, что, если третий этап «зелёной революции» обеспечил рост продуктивности полевых культур за счёт внедрения новых сортов, обеспечивающих высокую урожайность лишь при больших затратах антропогенной энергии (минеральные удобрения, пестициды, интенсификация обработки почвы), то на четвертом этапе предлагается переход к устойчивому энерго- и ресурсо экономному и сберегающему ландшафты, почву и окружающую среду земледелию на основе новых поколений сортов и гибридов сельскохозяйственных растений, обладающих не только высокой потенциальной продуктивностью, но и устойчивостью к абиотическим и биологическим стрессам [11, 16].

Такие программы разрабатываются не только во всех высокоразвитых странах и в государствах БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай). Особенность их такова - они должны быть доступны и для развивающихся стран при финансовой помощи, представленной мировым сообществом в рамках программы ФАО.

Пока в сельском хозяйстве России по-прежнему преобладает стагнационный тип функционирования. Многие годы удельная масса сельского хозяйства в расходной части бюджета не превышает 1%, несмотря на то, что его доля в ВВП составляет 4,4%. Темпы роста валовой продукции сельского хозяйства и оплата труда в отрасли почти в два раза ниже, чем в целом по экономике.

Однако весь парадокс заключается в том, что Россия, вполне самодостаточная по всем основным видам ресурсов - земельным, водным, энергетическим, сырьевым и трудовым,

- пока не может в полной мере обеспечить свое население полноценным продовольствием за счёт собственного производства. При этом продовольственный пул восполняется крупномасштабным ежегодным импортом (на

$ 35 млрд.) даже тех его видов, которые отечественный АПК может производить в достаточном количестве не только для внутреннего потребления, но и для поставки их на мировой рынок.

Xотелось бы обратить внимание на то, что фактическое потребление молочной и мясной продукции у нас в стране ниже рекомендуемых норм на 20%, рыбной продукции

- на 45%. Доля собственной продукции в общем объеме потребления составляет: по мясу

- 60%, молочным продуктам - менее 80%, сахару - 58, овощам - 84, фруктам - 40% [7].

Рис. 2.

Глобальные проблемы «зелёной революции»

Согласно общепризнанным показателям ФАО, граничная доля импорта продовольственных ресурсов составляет примерно 17%. У нас она в среднем в два раза больше и это при том, что аграрный потенциал России -один из крупнейших в мире. На её долю приходится 9% мировой пашни, 50% плодороднейших чернозёмов, 9% производства минеральных удобрений и 20% пресной воды. В то же время доля России в мировом производстве сельскохозяйственной продукции пока остается значительно ниже её потенциала и составляет по молоку - около 5%, зерну -3,4%, мясу - 2%.

США и страны Евросоюза исходят из необходимости обеспечения 100%-ной независимости. Однако для решения глобальных проблем сельского хозяйства необходима мобилизация многих ресурсов (рис.2).

Даже Япония, где на человека приходится в 100 раз меньше пашни, чем в США и России, обеспечивает население собственным рисом на

100%, по остальным видам продукции - на 45%. И это при том, что затраты на производство риса на японских островах в семь раз выше по сравнению с другими рисопроизводящими зонами. Экономическая доступность риса для японцев обеспечивается за счёт 87%-ного уровня поддержки аграрных цен.

Все существовавшие системы и концепции ведения земледелия прошедшего столетия базировались на принципах интенсификации и химизации агрономических технологий. Традиционное развитие сельского хозяйства в странах Евросоюза в 70-90-х годах XX столетия свидетельствовало о том, что чем хуже были почвенно-климатические условия, тем более низкому уровню соответствовало технико-химическая оснащённость фермеров, а, значит, тем большую роль играли биологические факторы интенсификации, приспособленные, или адаптированные к местным условиям. Это в значительной мере относится и к России, особенно в настоящее время.

Сельскохозяйственное производство и значительная часть отечественных специалистов сельского хозяйства всё ещё связывают перспективы земледелия и агрономии с расширением использования интенсивных факторов - минеральных удобрений, интенсивной обработки почвы, применения химических средств защиты растений и т.п. [15].

Агрономы всегда чрезмерно увлекались высокими дозами минеральных удобрений и химическими средствами защиты растений без достаточного научного обоснования их применения. Широко практикуется интенсивная обработка почвы с использованием тяжёлой техники, сопровождаемая значительными затратами труда и ресурсов, не сопоставимых с полученной прибылью, или экономической рентабельностью [3].

Организация территорий предприятий и хозяйств при такой модели земледелия, как правило, направлена на увеличение площади пашни, жёсткое планирование структуры посевных площадей, укрупнение полей севооборота и нивелирование структуры агрономических ландшафтов. При проведении почвенных и агрохимических обследований выделяют рабочие участки, которые при укрупнении полей обезличиваются и усредняются. В пашню включают участки с низким естественным плодородием, освобождённые из-под леса,

избыточно увлажнённые, с сильно смытыми склонами, а также водоохранные зоны родников и ручьёв, рек и других водоёмов [4].

В последние 25 лет неустойчивое социально-экономическое состояние аграрно-

промышленного комплекса привело к уменьшению обрабатываемой площади пашни и общим объёмам производства сельскохозяйственной продукции. В этой связи на современном этапе аграрной отрасли требуется новый подход к использованию производственных, экономических и природных ресурсов [2].

Одновременно, возросший уровень конкуренции сельскохозяйственной продукции во Всемирной торговой организации (ВТО) требует основательной корректировки современной аграрной и технологической стратегии в сельском хозяйстве и изыскания альтернативных путей повышения плодородия почвы, продуктивности пашни, качества произведенной продукции и сырья. Одним из трендов этой проблемы является введение адаптивноландшафтной системы земледелия с современными агрономическими технологиями, комплексом техники и системами машин.

Во главе стратегии адаптивно-ландшафтной системы земледелия лежат четыре принципа концепции сберегающего земледелия:

1. Снижение расхода энергетических затрат на производство продукции и сырья.

2. Комплексное использование в агрономических технологиях химико-техногенных и биологических факторов.

3. Исключение загрязнения и разрушения природной среды при необходимом применении агрохимикатов, пестицидов и обработке почвы.

4. Уменьшение зависимости производства продукции от природно-климатических условий.

При этом характерно отметить, что сельское хозяйство, которое на протяжении многих веков производило продукцию за счёт возобновляемой энергии солнца, стало одним из основных потребителей невозобновляемой ископаемой энергии нефти, газа, угля. Нельзя забывать, что нефть - не только горючее для тракторов и машин, но и энергия для производства удобрений, пестицидов и сельскохозяйственной техники.

Сегодня проблема энергетических ресурсов в большинстве стран - проблема номер

один. Удвоение, например, урожайности зерновых культур в США увеличило затраты на удобрения, пестициды и технику в 10 раз. При росте урожайности кукурузы в 2,4 раза расход азотных удобрений на единицу площади увеличился в 16 раз. Общие энергетические затраты повысились в 2,5 раза. Оказалось, что каждая килокалория зерна требует затрат 0,36 килокалории ископаемой энергии.

Крайне неприятным открытием для многих сельхозпроизводителей и фермеров было

установление большой зависимости сельского хозяйства от вложенной антропогенной энергии. Действительно, в США на гектар сельскохозяйственной площади, по сравнению со странами Азии и Африки, одной лишь механической энергии затрачивается в 10 раз больше, хотя урожайность при этом выше лишь в три раза [10]. Ещё более энергоёмким является производство растительного белка (табл. 1).

Таблица 1

Затраты эне )гии на производство растительного белка

Полевые культуры Сбор белка, кг/га Затраты ископаемой энергии на производство белка, Мдж/га Затраты ископаемой энергии на ккал белка, ккал

Пшеница 274 3,77 3,44

Овёс 200 3,16 3,89

Кукуруза 457 6,64 3,63

Картофель 524 8,91 4,25

Соя 640 5,29 2,06

Люцерна 710 2,69 0,95

Рис 388 15,54 10,0

Силос (кукурузный) 393 5,49 3,49

Сено трав 200 3,16 3,89

Фасоль 325 4,48 3,44

Вывод. Рынок в Российской Федерации и Пермском крае изменил методологию разработки стратегии сельского хозяйства и системы земледелия. Если раньше подготовка зональных систем земледелия осуществлялась по принципу «сверху - вниз»: область > район > предприятие / хозяйство, то теперь эту работу должны проводить «снизу - вверх»: край / область< район < предприятие / хозяйство < севооборот / поле. Эта модель обязательно

включает координацию и экспертные оценки как стратегии АПК, так и системы земледелия, научным сообществом с учётом федеральных, региональных, муниципальных экономических, политических, социально-

демографических и экологических обязательств.

«Нет сомнения, что та или другая система земледелия выражает особую ту или другую степень гражданского развития народов» [1].

Литература

1. Бузмаков В.В., Москаев Ш.А., Посыпанов Г.С. Природно-экологические проблемы сельского хозяйства. М., 2008. 289 с.

2. Доклад о развитии человеческого потенциала в Пермском крае / Под ред. Н.С. Бобылева, П.И. Блусь, В.Г. Былинкина. Пермь: НП «Профессиональный интерес», 2010. 126 с.

3. Зубарев Ю.Н., Елисеев С.Л., Галкин В.Д. и др. Агро- и зооэнергетическая оценка технологий и операций в сельскохозяйственном производстве Предуралья. Пермь, 2001. 113 с.

4. Зубарев Ю.Н., Елисеев С.Л., Мосин В.Н. и др. Научно-методические основы системы земледелия Предуралья. Пермь. 2002. 103 с.

5. Кирюшин В.И. Экологизация земледелия и технологическая политика. М.: Изд-во МСХА, 2000. 473 с.

6. Парахин Н.В. Экологическая устойчивость и эффективность растениеводства: теоретические основы и практический опыт. М.: КолосС, 2002. 199 с.

7. Системы земледелия /А.Ф. Сафонов, А.М. Гатаулин, И.Г. Платонов [и др.]; Под ред. А.Ф. Сафонова. М.: КолосС, 2006. 447 с.

8. Тоффлер Э. Будущее начинается сегодня - ч.1 // Аргументы недели. 2009. № 32. С 3.

9. Тоффлер Э. Будущее начинается сегодня-ч. 2 // Аргументы недели. 2009. № 33. С 5.

10. Шпаар Д., Эллмер Ф, Постников А.,Таранухо Г. и др. Зернобобовые культуры //Под общ. ред. Д. Шпаара. М.: ФУАинформ», 2000.- 264 с.

11. Rickman D., Luvall J.C., Shaw J., Mask P. Precision agriculture. Geotimes, 2003. Т. 48. № 11. G. 28-31.

12. Daberkow S.G., McBride W.D. Farm and operator characteristics affecting the awareness and adoption of precision agriculture technologies in the US. Precision Agriculture, 2003. Т. 4. № 2. G. 163-177.

13. Stelljes K.B. New systems research targets precision agriculture's effectiveness. Agricultural Research, 2000. Т. 48. № 10. G. 16-18.

14. Cook S. Green chemistry-evolution or revolution? Green Chemistry, 1999. Т. 1. № 5. G.138-141.

15. Flass R., Norton J.M. The green revolution. Professional Builder, 2000. Т. 65. № 8. С. 36.

16. Nudd T. A green revolution at big. Adweek Eastern Edition, 2002. Т. 43. № 37. С. 38.

green revolution - the factor of the progress of agriculture

Iu.N. Zubarev, Doctor of Agricultural Sciences Perm State Agricultural Academy Petropavlovskaia, 23 Perm 614990 Russia E-mail: zemledel@pgsha.ru

abstract

In the new millennium, the question of saving resources, dictated by the market and the world trade society (WTO), geopolitical and economic vectors of development of the global economy and agriculture arises more acute. The gist of it is that to get from the field the maximum number of high-quality and most affordable products, for all plants of this array equal conditions are created for growth and development without violating the norms of environmental safety. The history of the development of agriculture and the development of modern systems of tillage suggest that they must pass not only in the best but also in the extreme conditions encountered in the production practice. Agricultural production and a significant part of domestic agricultural specialists still have prospects for agriculture and agronomy, with increased use of intensive factors - mineral fertilizers, intensive tillage, use of chemical plant protection products, etc.

Agronomists are always overly fond of high doses of mineral fertilizers and chemical plant protection products without sufficient scientific justification for their use. Widely practiced intensive tillage, using heavy equipment, accompanied by costly labor and resources, are not comparable with the profit, or economic viability. Mastering modern adaptive agriculture technologies based on energy conservation and complexes of new tillage tools, requires the development of separate links of tillage, decreasing mechanical effect due to differentiation of the plow layer on the indicators of fertility and granulometric composition. We want to uncover the trends and policy issues of modern tillage, cultivation techniques and the use of new technologies in the agro-industrial complex, which routinely workers, professionals and consultants of the agricultural enterprises encounter in the Ural region.

Key words: tillage, new technologies, intensification, plant protein.

References

1. Buzmakov V.V., Moskaev Sh.A., Posypanov G.S. Prirodno-ekologicheskie problemy sel'skogo khozyaistva (Na-ture-ecology problems of farming), M., 2008, 289 p.

2. Doklad o razvitii chelovecheskogo potentsiala v Permskom krae (Report on human resources development in Permskii krai), under ed. N.S. Bobylev, P.I. Blus', V.G. Bylinkina. Perm: NP «Professional'nyi interes», 2010, 126 p.

3. Zubarev Iu.N., Eliseev S.L., Galkin V.D. et al. Agro- i zooenergeticheskaya otsenka tekhnologii i operatsii v sel'skokhozyaistvennom proizvodstve Predural'ya (Agro- and zooenergetic evaluation of the technologies and operations in agricultural production of Preduralie), Perm, 2001, 113 p.

4.Zubarev Yu.N., Eliseev S.L., Mosin V.N. et al. Nauchno-metodicheskie osnovy sistemy zemledeliia Preduralia (Methodological bases of the agriculture system in Preduralie), Perm, 2002, 103 p.

5.Kiryushin V.I. Ekologizatsiya zemledeliya i tekhnologicheskaya politika (Ecologisation of agriculture and technological policy), M.: Izd-vo MSKhA, 2000, 473 p.

6.Parakhin N.V. Ekologicheskaya ustoichivost' i effektivnost' rastenievodstva: teoreticheskie osnovy i prakticheskii opyt (Ecological sustainability and effectiveness of palnt growing: theoretic bases and practical experience), M.: KolosS, 2002, 199 p.

7.Safonov A.F., Gataulin A.M., Platonov I.G. et al.; under ed. Safonov A.F. Sistemy zemledeliya (Agriculture systems), M.: Kolos, 2006, 447 p.

8.Toffler E. Budushchee nachinaetsya segodnya (The future begins today), Part 1, Argumenty nedeli, 2009, No. 32, 3 p.

9.Toffler E. Budushchee nachinaetsya segodnya (The future begins today), Part 2, Argumenty nedeli, 2009, No. 33, 5 s.

10. Shpaar D., Ellmer F, Postnikov A.,Taranukho G. i dr. Zernobobovye kul'tury (Legume), under ed. D. Shpaar. M.: FUAinform», 2000, 264 p.

11. Rickman D., Luvall J.C., Shaw J., Mask P. Precision agriculture. Geotimes, 2003, Vol. 48, No. 11, pp. 28-31.

12. Daberkow S.G., McBride W.D. Farm and operator characteristics affecting the awareness and adoption of precision agriculture technologies in the US. Precision Agriculture, 2003, Vol. 4, No. 2, pp. 163-177.

13. Stelljes K.B. New systems research targets precision agriculture's effectiveness. Agricultural Research, 2000, Vol. 48, No. 10, pp. 16-18.

14. Cook S. Green chemistry-evolution or revolution? Green Chemistry, 1999, Vol. 1, No. 5, pp.138-141.

15. Flass R., Norton J.M. The green revolution. Professional Builder, 2000, Vol. 65, No. 8, pp. 36.

16. Nudd T. A green revolution at big. Adweek Eastern Edition, 2002, Vol. 43, No. 37, pp. 38.