Дальневосточную модель накренило в Азию

Как стало известно „Ъ“, «новая модель» развития Дальнего Востока, которую месяц разрабатывало Минвостокразвития во главе с недавно назначенным руководителем Александром Галушкой, сводится к созданию в макрорегионе сети территорий особого развития (например, ОЭЗ), ориентированных на рынки АТР. В регионах ДФО концепцией публично восхищены, но неофициально встревожены: опыт ОЭЗ в макрорегионе показывает, что решить подобную задачу будет крайне сложно.

В минувший понедельник в Благовещенске глава Минвостокразвития Александр Галушка, назначенный на этот пост в сентябре вместо ушедшего в отставку Виктора Ишаева, представил дальневосточным губернаторам свое видение основных направлений развития макрорегиона. Как ранее давали понять сам господин Галушка и курирующий его работу вице-премьер и полпред президента в ДФО Юрий Трутнев, это видение отличается от представлений господина Ишаева, чье ведомство на протяжении последнего года разрабатывало основные программные документы для Дальнего Востока.

Александра Галушку в понедельник заслушал узкий состав, в том числе господин Трутнев и губернаторы нескольких регионов ДФО. По данным „Ъ“, министр начал доклад с замечания о том, что предыдущие разработки на тему развития макрорегиона «имеют значение», но к составляющему их основу развитию инфраструктуры «ни в коем случае новая модель не может сводиться». В результате, сообщил Александр Галушка, чиновники пришли к выводу, что базовой для развития Дальнего Востока должна стать модель ориентации на рынок стран АТР, где обращается порядка $50 трлн. Рынок самого Дальнего Востока объемом $90 млрд, пояснил господин Галушка, слишком мал для опережающего развития, а рынок европейской части России объемом $1,5 трлн — слишком далеко.

«Объем импорта стран АТР составляет $6,8 трлн, объем несырьевого импорта — $4,8 трлн. Если 2% от объема несырьевого импорта смогут занять компании, которые локализуют свое производство на Дальнем Востоке, — это означает, что выработка Дальнего Востока удвоится. Если сделать это за десять лет, экономика будет расти ежегодно с темпом более 6,7%. Это и есть понятное, экономически оправданное, опережающее развитие ДФО»,— аргументировал министр.

Правда, чтобы этого добиться, нужно «выиграть конкуренцию условий для ведения бизнеса». А сделать это можно будет только через создание на Дальнем Востоке «сети конкурентоспособных экспортно-ориентированных особых территорий развития» в виде ОЭЗ или технопарков. Модель таких территорий в министерстве уже разработали, уточнил господин Галушка. «Берем подоходный налог, например. Наилучшее значение в Сингапуре — 10%. Значит, у нас должно быть не хуже. Берем затраты на электроэнергию. В Южной Корее, например, они составляют 5,4 цента за КВт∙ч, или 1,5 рубля. Если мы хотим быть конкурентоспособными, у нас должны быть чуть больше полутора рублей»,— объяснил он.

«Много работали, я знаю, разработали стратегию концептуально. Хочу сказать, что мне она очень понравилась. Это конкретный подход к решению вопросов регионов Дальнего Востока, конкретные предложения по привлечению крупных инвестиций», — поделился в среду с лидерами реготделений политических партий впечатлениями по итогам презентации хабаровский губернатор Вячеслав Шпорт. Предложения региона господину Галушке переданы и обсуждение «новой модели» продолжается, подчеркнул губернатор.

Вместе с тем, региональные власти пока «не очень понимают, что в свете „новой модели“ будет с утвержденной в апреле дальневосточной госпрограммой и новой ФЦП, где планировалось заложить бюджетные средства на многие ключевые проекты», говорит источник „Ъ“ в правительстве. По данным „Ъ“, основные постулаты выработанной Минвостокразвития модели могут быть представлены премьеру Дмитрию Медведеву уже на следующей неделе — во время совещания по развитию Дальнего Востока, которое планируется провести в Комсомольске-на-Амуре.

Отметим, что нарисованная господином Галушкой перспектива создания целой сети территорий особого развития пока далека от реалий. Единственная в макрорегионе ОЭЗ портового типа в Совгавани действует номинально: с 2009 года и до сих пор в нее официально не вошел ни один резидент. Российских инвесторов отталкивает низкая пропускная способность железной дороги по направлению на Совгавань. А иностранные готовы войти в проект только в обмен на допуск к управлению ОЭЗ, как, например, группа компаний из КНР, объявившая в сентябре, что может вложить $150 млн в зону при условии получения 25% капитала управляющей компании. О дальнейшей судьбе инициативы не сообщалось.

Отметим, что часть предложенных Александром Галушкой льгот уже доступна инвесторам. Например, согласно недавним поправкам в налоговое законодательство, ставкой налога на прибыль в размере 10% на Дальнем Востоке уже могут пользоваться инвесторы в крупные гринфилд-проекты на шестом-десятом году инвестиций (первые пять лет власти региона могут снизить для них ставку с 18% до нуля, федеральная часть ставки в размере 2% также обнуляется). Однако о создании на Дальнем Востоке новых производств по данной схеме пока ничего не известно. А источник „Ъ“ на энергорынке, например, удивлен озвученным господином Галушкой тарифом в размере 1,5 руб. за КВт∙ч. Плановая средняя цена электроэнергии для юрлиц в неценовой зоне Дальнего Востока, включающей в себя южные субъекты ДФО, составляла 2,33 руб. за 1 кВт∙ч, в 2012-м — 2,32 руб., напоминает он. «Где найти такой резерв снижения цены, сложно и предположить»,— отмечает собеседник „Ъ“.