К вопросу об общем и самобытном в развитии конституционного права России и Казахстана

УДК 342.4

К ВОПРОСУ ОБ ОБЩЕМ И САМОБЫТНОМ В РАЗВИТИИ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА РОССИИ И КАЗАХСТАНА

Ряховская Татьяна Ивановна

Доцент кафедры теории и истории государства и права Сибирского института управления - филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации (РАНХиГС), кандидат юридических наук, доцент, г. Новосибирск, Россия; e-mail: dnight@mail.ru

Ключевые слова: рецепция; конституция; конституционное право; сравнительное конституционное право; конституционная идентичность; прямое действие конституции; непосредственное действие прав и свобод человека и гражданина; конституционный контроль.

Аннотация. Особое внимание в государствоведенииуделяется правовому строительству в странах СНГ. Однако сравнительному аспекту России и Центральной Азии (к которым принято относить и Казахстан), посвящено несправедливо мало трудов. А между тем, в современный период наблюдается тенденция активизации сотрудничества наших государств в различных областях, что не может не отразиться и на юридической доктрине, в которой актуализируется вопрос общего и особенного (самобытного) в различных сферах конституционного права России и Казахстана, чему и посвящено предлагаемое исследование.

Целью данной работы является выявление общих черт с отечественным конституционно-правовым регулированием, а также самобытного конституционного опыта стран Центральной Азии, особенно Республики Казахстан. Основное внимание сконцентрировано на проблеме прямого действия конституции и непосредственного действия прав и свобод человека, как наиболее слабоизученных в сравнительно-правовом контексте аспектов.

Проведенный анализ базируется на теоретическом материале, который составляют труды Абайдельдинова Е.М., Амирбекова С.Т., Дудко А.И., Гревцова Ю.И., Вишнякова В.Г., Сапаргалиева Г.С. и других видных ученых, а также нормативно-правовом материале, включающем Конституцию Казахстана, Киргизской Республики, Российской Федерации, Таджикистана, Туркменистана, Узбекистана.

Основными методами исследования явились формально-юридический (использовался при ознакомлении с текстами основных законов государств) и сравнительно-правовой (применялся в процессе выявления общего и самобытного).

Было выявлено, что близость России и Казахстана, их политика взаимодействия формируют благоприятную основу взаимного конституционно-правового проникновения, обеспечиваемой, в свою очередь, и рецепцией конституционного права; обнаружено заметное влияние общепризнанных принципов и норм международного права, а также то, что каждое государство учитывает в основных законах свои традиционные особенности.

РЕСЕЙ МЕН ЦАЗАЦСТАННЬЩ КОНСТИТУЦИЯЛЫЦ

к;¥к;ыгыныц дамуындагы ортац

ЖЭНЕ ЭЗ1НД1К ЕРЕКШЕЛ1КТЕР ТУРАЛЫ МЭСЕЛЕГЕ Татьяна Ивановна Ряховская

Ресей Федерациясы Президент1 жанындагы Халыц шаруашылыгы

жэне мемлекеттш цызмет Ресей академиясыныц филиалы - С1б1р басцару институты

Мемлекет жэне цщыц тарихы мен теориясы кафедрасыныц доцент1,

зац гылымдарыныц кандидаты, Новосибирск ц., Ресей Федерациясы;

e-mail: dnight@mail.ru

TyUIh свздер: рецепция; конституция; конституциялыц цуцыц; салыстырмалы конституциялыц цуцыгы; конституциялыц сэйкестгк; конституцияныц тгке эсерг, адам жэне аза-маттыц цуцыгы мен бостандыцтарыныц тгкелей эсерг; конституциялыц бацылау.

Аннотация. Мемлекеттануда ТМД елдершдегг цуцыцтыц цурылысына ерекше назар ау-дарылады. Б1рац Ресей мен Орта Азияныц (оныц ¡штде К^азацстан) салыстырмалы аспектгне вте аз ецбектер арналган. Каз1рг1 кезде эрбгр салаларда бгздщ мемлекеттер ынтымацта-

стыгыц белсендгру тенденциясы байцалады. Бул зац доктринасына эсер етед1. Ресей мен Ца-зацстанныц конституциялыц цуцыгындагы жалпы жэне езтдгк мэселеЫ мацызды болган-дыцтан усынылган зерттеу осы мэселеге арналган.

Осы мацаланыц мацсаты отандыц конституциялыц-цуцыцтыц реттеумен жалпы бел-гтерт жэне де Орта Азия елдершц, эЫресе Цазацстан Республикасыныц езтдгк конституциялыц тэжгрибест табу. Неггзгг назар конституцияныц тгкелей эрекет ету проблемасына жэне адам цуцыцтары мен бостандыцтарыныц тгкелей эрекетгне, салыстырмалы цуцыцтыц контекстте нашар зерттелген аспекттерге багытталган.

Оттзтген талдау Е.М. Абайдельдинов, С.Т. Амирбеков, А.И. Дудко, Ю.И. Гревцов, В.Г. Вишняков, Г.С. Сапаргалиев жэне басца да кврнект1 галымдардыц ецбектерт цурайтын, сонымен б1рге нормативтж-цщыцтыц (оныц шшде Цазацстан, Цыргыз Республикасы, Ресей Федерациясы, Тэжжстан, ТYрiкменстан, Озбекстан Конституциясы) теоретикалыц мате-риалга CYйенедi.

Зерттеудщ неггзгг эдгстерг формалдыц-зацдыц (мемлекеттердщ неггзгг зацдары-ныц мэттдермен танысцанда) жэне салыстырмалы-цуцыцтыц (жалпы жэне ез1нд1кт\ аныцтаганда пайдаланылган) болып табылды.

Жумыс барысында Ресей мен Цазацстанныц жацындыгы, олардыц эрекеттестгк саясаты езара конституциялыц-цуцыцтыц енунц цолайлы нег1з1н цурастырады дегеш аныцталды. Ол конституциялыц цуцыцтыц рецепциясымен цамтамасыз еттедг. Халыцаралыц цуцыцтыц кепшшкке танылган цагидалары мен нормаларыныц айцын эсерг, сонымен б1рге эрб1р мемле-кет езшц неггзгг зацдарында дэстYрлi ерекшел1ктер1н ескеретн аныцталган.

TO THE QUESTION OF THE GENERAL AND ORIGINAL DEVELOPMENT OF THE CONSTITUTIONAL LAW OF RUSSIA AND KAZAKHSTAN

Ryakhovskaya Tatyana Ivanovna

Associate Professor at the Department of Theory and History of State and Law of the Siberian Institute of Management - Branch of the RANEPA, Cand. of legal Sci., Associate Professor, Novosibirsk, Russia; e-mail: dnight@mail.ru

Keywords: reception; constitution; constitutional law; comparative constitutional law; constitutional identity; direct action of the constitution; direct action of the rights and freedoms of man and citizen; constitutional review.

Abstract. In state studies, special attention is paid to legal construction in the CIS countries. However, the comparative aspect of Russia and Central Asia (which is usually attributed to Kazakhstan), is devoted to unfairly few works. Meanwhile, in the modern period there is a tendency to intensify cooperation between our states in various fields, which can not but affect the legal doctrine, which addresses the issue of the general and the particular (original) in various areas of the constitutional law of Russia and Kazakhstan, to which the proposed study.

The purpose of this work is to identify common features with domestic constitutional and legal regulation, as well as the original constitutional experience of the countries of Central Asia, especially the Republic of Kazakhstan. The main attention is focused on the problem of direct action of the constitution and direct action of human rights andfreedoms, as the most poorly studied aspects in the comparative legal context.

The analysis carried out is based on the theoretical material that consists of the works of E. M. Abideldinov, S. T. Amirbekov, A. I. Dudko, Yu. I. Grevtsov, V. G. Vishnyakov, G. S. Sapargaliyev and other prominent scholars, as well as regulatory material, including the Constitution of Kazakhstan, the Kyrgyz Republic, the Russian Federation, Tajikistan, Turkmenistan, Uzbekistan. The main methods of the study were formal legal (used to get acquainted with the texts of the basic laws of states) and comparative legal (used in the process of identifying the general and the particular).

In the course of the work, it was revealed that the proximity of Russia and Kazakhstan, their interaction policy form a favorable basis for mutual constitutional and legal penetration, which, in turn, is ensured by the reception of constitutional law; The noticeable influence of the generally recognized principles and norms of international law was discovered, as well as the fact that each state takes into account its traditional features in the basic laws.

В современный период наблюдается тенденция активизации сотрудничества государств в различных сферах, приводящая к заимствованию и обмену накопленным опытом правового строительства. В связи с этим, обнаруживается особая актуальность взаимной поддержки стран СНГ, среди которых выделяют и государства Центральной Азии - не только географически близкие к Российской Федерации соседи, но и участники таких международных организаций, как ШОС и ЕВРАЗС.

России и Казахстану, работающим на указанных «площадках», не чужды и двухсторонние международные отношения, что отмечено В.В. Путиным Президентом РФ в заявлении для прессы по итогам российско-казахстанских переговоров от 3 апреля 2019г.: « Договорно-правовая база включает свыше 450 межгосударственных и межправительственных документов. <...> Это прочный фундамент, который позволяет нам с уверенностью смотреть в будущее, строить планы для движения вперёд, расширяя сотрудничество в самых разных сферах»1. К.-Ж. К. Токаев, Президент Республики Казахстан подтвердил, что «взаимодействие Казахстана и России является эталоном межгосударственных связей, служит ярким образцом дружбы и сотрудничества»2. В рамках подобного диалога, взаимообмен накопленным конституционно-правовым опытом неизбежен, впрочем, как и необходимость переосмысления того, что уже ранее было.

Указанное явление, в научной литературе именуется рецепция и представляет собой процесс заимствования правовой системой, элементов иной правовой системы. В случае взвешенного подхода к переносу моделей конституционного и политического устройства одних государств на другие страны, рецепция выступает инструментом совершенствования конституционного права [1, с. 9], что становится весьма актуальным в период конституционный преобразований, которые проходили на пространстве бывшего СССР. Некоторыми авторами С.Т. Амирбековым [2], В.Г. Вишняковым [3] проводились сравнительно-правовые исследования в сфере конституционного права России и Казахстана, однако, в рамках данного исследования предлагается сосредоточиться на вопросах прямого действия Конституции, проследить как обозначенное отражено в странах Центральной Азии, особенно в Казахстане и каково его значение для наиболее полного обеспечения прав и свобод человека и гражданина, чего ранее не предпринималось. Этот акцент выбран не случай-

но: прямое действие конституции по сей день остается весьма дискуссионным вопросом, в силу отсутствия легального закрепления этого понятия.

Общеизвестно: нормы Конституции устанавливают основы государственной и общественной жизни, которые в дальнейшем детализируются в текущем законодательстве. Вместе с тем, во-первых, не все нормы Основного Закона нуждаются в подобной детализации; во-вторых, не смотря на необходимость раскрытия их «потенциала» посредством конкретизации, у субъектов права всегда есть возможность напрямую сослаться на статью Основного Закона.

В СССР (в состав которого входили и страны Центральной Азии) прямое действие норм конституции фактически не признавалось. Так, Ю.И. Гревцов, обращая внимание на существование ст.58 Конституции СССР 1977г., говорит следующее: в ней шла речь о том, что граждане имеют право обжаловать действия должностных лиц, если эти действия совершены с нарушением закона и причиняют им ущерб. С одной стороны - факт закрепления такой нормы - уже достижение, с другой - в статье говорилось, что закрепленные в ней права граждане могут использовать в установленном законе порядке, но такой нормативно-правовой акт был принят по истечении примерно десяти лет. И им допускалось обжалование только незаконных решений должностных лиц, которые были вынесены единолично [4, с. 98]. То есть, реального правового механизма обеспечения прямого действия Конституции долгие годы не существовало не только в РСФСР, но и в КССР, которые были республиками Союза.

Однако к концу 80-х - началу 90-х высказываются идеи о возможности прямо ссылаться на положения Конституции, что нашло свое выражение в проектах Основного Закона РФ [5]. По поводу же необходимости письменного закрепления прямого действия Конституции РФ в тексте самого Основного Закона на заседаниях Конституционного совещания шли длительные дискуссии [6, с. 297299]. И по состоянию на 12 июля 1993г. положение о том, что конституция имеет прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации перешло в ч.1 ст.15 [7, с. 364], что имеет принципиальное значение: установление вошло в Главу I Конституции «Основы конституционного строя», закрепившись там как один из фундаментальных постулатов российской правовой системы.

1 Заявление для прессы В.В. Путина по итогам российско-казахстанских переговоров от 3 апреля 2019г. URL: http://www.kremlin.ru/events/president/news/60218

2 Заявление для прессы К.-Ж. К. Токаева по итогам российско-казахстанских переговоров от 3 апреля 2019г. URL: http://www.kremlin.ru/events/president/news/60218

Интересно, что подобная ч.1. ст.15 формулировка о прямом действии встречается и в иных Основных законах: в ст. 8 Конституции Туркменистана говорится: «закрепленные в ней нормы и положения имеют прямое действие», в ст. 5 Киргизкой Республики - «имеет высшую юридическую силу и прямое действие», тоже самое провозглашается в Таджикистане и Казахстане. А вот в ранее принятой Конституции Узбекистана это отсутствует. Следует заметить, что аналогичная ситуация просматривается и с «непосредственным действием прав и свобод человека и гражданина», которое оказалось не закреплено и в Казахстане. Учитывая, что существующие Конституции мира не имели практики закрепления четкой формулы о «прямом действии» конституционных норм и «непосредственно действии прав и свобод человека и гражданина», напрашивается вывод о вероятности взаимного влияния и рецепиирования этой нормы странами Центральной Азии друг у друга.

Прямое действие Конституции Российской Федерации понимается, как юридическое свойство ее норм, имеющее легальный характер, выражающее правило действия и реализации Основного закона независимо от наличия конкретизирующих его положения нормативно-правовых актов. Эта категория включает: во-первых, действие норм Конституции во времени, в пространстве, по кругу лиц; во-вторых, использование, соблюдение, исполнение, применение норм Конституции РФ; в-третьих, ориентирование и требование к органом государственной власти и местного самоуправления к прямому применению норм Конституции [8, с. 63].

Прямое действие Конституции Республики Казахстан «означает ее воздействие на: 1) правотворчество, 2) институциональные преобразования, 3) непосредственную реализацию гражданами, их объединениями своих прав и свобод, 4) морально-правовой образ жизни людей» [9].

Полагаем, что не смотря на общий, легально закрепленный терминологический оборот, доктринальный подход к нему несколько разный: в Российской Федерации - сосредотачивается внимание на сфере правоприменения и воздействие Конституции на область прав и свобод человека; в Республике Казахстан, по нашему мнению, рассматриваемое выступает именно как принцип, пронизывающий всю систему конституционного права, включая и

формирование конституционной психологии, что является весьма интересным наблюдением, которые было бы актуально воспринять в отечественному го сударствоведению.

В Российской Федерации, создатели Конституции закрепили в ст. 18 утверждение, что права и свободы человека характеризуются как непосредственно действующие. То есть, если человек руководствуется ими, его поведение является правомерным. Глава 2 конкретна, поскольку права и свободы сформулированы с перечислением конкретных правомочий, которые реализуются в действиях людей. В то же время, закрепление правомерности поведения, непосредственно определяемого конституционными правами и свободами, не означает, что законы и акты, издава-емые с целью их обеспечения, не нужны. При конкретизации в законе определенного конституционного права, определении вида санкций за его нарушения смысл и содержание закона должны быть строго обусловлены содержа-нием этого права [10, с. 58-59].

Обратим внимание, что ст.18 ныне действующей Конституции РФ, предусматривая непосредственное действие прав и свобод человека и гражданина, не уточняет, что речь идет только о правах и свободах, закрепленных исключительно в Главе 2. Следовательно, можно предположить, что не только права и свободы, перечисленные в Конституции, но и закрепленные, например, в международных договорах РФ или относящиеся к нормам обычного международного права, также могут применяться непосредственно [11, с. 102103], если они не противоречат, конечно, нормам Основного Закона, что подтверждается правовой позицией Конституционного Суда РФ, сформулированной в Постановлении от 19.01.2017 №1-П3: Конституционный Суд РФ готов к поиску правомерного компромисса ради поддержания» европейской системы защиты прав и свобод человека», оставляя за собой определение степени своей готовности к нему, поскольку границы компромисса в данном вопросе очерчивает именно Конституция России, - отсюда напрашивается вывод: если иное окажется предусмотрено международным договором, применению подлежит именно Основной закон Российской Федерации.

В Казахстане4, часть 3 статьи 4, конституционно предусматривает: международные договоры, ратифицированные Республикой, имеют приоритет перед ее законами. Однако,

3 Постановление Конституционного Суда РФ от 19.01.217 № 1-П «По делу о разрешении вопроса о вопроса о возможности исполнения в соответствии с Конституцией Российской Федерации Постановления Европейского Суда по правам человека от 31 июля 2014 года по делу «ОАО «Нефтяная компания «Юкос» против России» в связи с запросом министерства юстиции Российской Федерации//Собрание законодательства РФ. 2017. N 5. ст. 866

4 Закон Республики Казахстан о внесении изменений и дополнений в Конституцию Казахстана от 10 марта 2017г. №51^13РК иЯЬ: http://online.zakon.kz/Document/7doc id=1005029

порядок и условия действия на территории Республики Казахстан международных договоров, участником которых является Казахстан, определяются законодательством Республики. По меткому замечанию Е.М. Абайдель-динова, это «предусматривает целый ряд мер по совершенствованию соотношения международного и внутригосударственного права, что дает возможность более осмотрительно, без каких-либо непреодолимых противоречий с Основным законом страны, на основе всего действующего внутригосударственного законодательства, подходить к исполнению взятых страной международных обязательств» [12, с. 92], - что в общем-то совпадает с наметившимися тенденциями в этой сфере и в Российской Федерации.

Подробная же детализация вопросов, связанных со сферой правового положения личности, содержится в Конституции Казахстана Раздел второй «Человек и гражданин «, статьи 10-39. В целом, там обнаруживается общий с Российской Федерацией подход к этому институту. Но, встречаются и особенности: запрещено двойное гражданство (ч.3 ст.10), есть и указание на допущение лишения гражданства «за совершение террористических преступлений, а также за причинение иного тяжкого вреда жизненно важным интересам Республики Казахстан» (ч.2 ст.10); устанавливается право каждого на тайну личных вкладов и сбережений, помимо традиционного права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ч.2 ст.18).

Нельзя не обратить внимания, что, в целом, Конституции Российской Федерации и Республики Казахстан провозглашают ставшие универсальными общедемократические постулаты: суверенитет, принадлежащий народу; признание прав и свобод человека; рыночную экономику и т.п. Однако, в Конституции Казахстана встречается и самобытное, например, «казахстанский патриотизм», от-

сутствие легального закрепления непосредственного действия прав и свобод человека и гражданина гарантией которого в России, например, является Конституционный Суд РФ.

В Казахстане же Конституционный Совет, как орган конституционного контроля занимается решением иных вопросов. В частности, официальным толкованием, причем, его Постановления, которые вынесены по этому поводу, как отмечает А.К. Котов, с точки зрения юридического содержания оказываются «подконституционны», а с точки зрения действия - «приконституционны», являются актами прямого действия Конституции по силе равными интерпретированным в них нормам [13, с. 32]. По поводу юридической силы Постановлений Конституционного Суда РФ по вопросам толкования Основного закона прослеживается аналогичная тенденция. Однако, следует заметить, что речь идет именно об актах, вынесенных в рамках обозначенной процедуры. Относительно иных решений Суда, об их юридической силе, по прежнему ведутся дискуссии.

Не умаляя значение направления деятельности Конституционного Совета Республики, отметим, что Конституционный Суд РФ в сфере защиты прав и свобод человека и гражданина выступает важнейшим институтом обеспечения прямого действия Конституции, которое влечет утверждение принципа непосредственности действия прав и свобод человека и гражданина, ставшего важнейшим шагом на пути к формированию и гармонизации современного российского демократического государства.

Представляется, что еще более положительных практических результатов в развитии России и Казахстана, нам удастся достичь, учитывая ошибки прошлого и обращаясь (рецепиируя) к опыту друг друга, сохраняя, вместе с тем, самобытность конституционно-правовых норм и взаимно обогащая отече-ственныеконституционно-правовыедоктрины.

ЛИТЕРАТУРА

1. Дудко А. И. Рецепция в конституционном праве России: автореферат диссертации на соискание степени кандидата юридических наук: 12.00.02/Андрей Игорьевич Дудко. - Челябинск, 2010. - 26с.

2. Амирбеков С. Т. Сравнительный анализ основ конституционного строя Российской Федерации и Республики Казахстан : автореферат дис. ... кандидата юридических наук : 12.00.02. / Султан Турсынханович Амирбеков. - Москва, 2000. - 27 с.

3. Вишняков В. Г. Сравнительный анализ Конституций государств - участников СНГ /

B. Г. Вишняков. - М. : Издательский дома «Городец», 2006. - 208 с.

4. Гревцов Ю. И. Прямое действие Конституции? /Ю. И. Гревцов//Журнал российского права. -1998. -№6. - С.94-99.

5. Из истории создания Конституции Российской Федерации. Конституционная комиссия: стенограммы, материалы, документы (1990-1993гг.): в 6т. - Т.1: 1990 год/ под общ. ред. О.Г. Румянцева. - М. : Волтерс Клувер, 2007. - 936с.

6. Конституционное совещание. Стенограммы. Материалы. Документы/Под общ. ред.

C.А. Филатова, В.С. Черномырдина, С.М. Шахрая. - Том 3. -М.: Юрид. лит., 1995. - 448с.

7. Конституционное совещание. Стенограммы. Материалы. Документы/Под общ. ред. С.А. Филатова, В.С. Черномырдина, С.М. Шахрая. - Том 17. - М.: Юрид. лит., 1996. - 416с.

8. Ряховская Т.И. Конституция Российской Федерации: теория и практика действия: моногр. / Т.И. Ряховская. - Новосибирск, 2017. - 212c.

9. СапаргалиевГ.С. Конституционное право: академический курс. Алматы, 2006 URL: https:// docplayer.ru/33246463-Konstitucionnoe-pravo-rk.html

10. Комментарий к Конституции Российской Федерации/ред. коллегия Окуньков Л.А., Пигол-кин А.С. и др. - М.: Издательство БЕК, 1994. - 458с.

11. Конституция РФ: Проблемный комментарий/ Отв. ред. В. А. Четвернин. - М.: Центр конституционных исследований МОНФ, 1997. - 704с.

12. Абайдельдинов Е. М. Конституционное регулирование исполнения международных договоров в суверенном Казахстане / Е. М. Абайдельдинов // Вестник Института законодательства Республики Казахстан. - 2018. - №5 (54). - С.92, 92-96

13. Котов А. К. Толкование Конституции и формирование прецедентного конституционного права /А. К. Котов //Конституционное правосудие. Вестник конференции органов конституционного контроля стран молодой демократии. - 2003. - Вып. 3 (21). - С. 31-40.

REFERENCES

1. Dudko A. I. Recepcija v konstitucionnom prave Rossii: avtoreferat dissertacii na soiskanie stepeni kandidata juridicheskih nauk: 12.00.02 /Dudko Andrej Igor 'evich [Reception in the constitutional law of Russia: dissertation author's abstract for the degree of Candidate of Law Sciences: 12.00.02 / Andrey I. Dudko]. Chelyabinsk, 2010. 26p.

2. AmirbekovS.T. Sravnitel'nyjanalizosnovkonstitucionnogostrojaRossijskojFederaciiiRespubliki Kazahstan: avtoreferat dis.... kandidata juridicheskih nauk: 12.00.02 / Amirbekov Sultan Tursynhanovich [Comparative analysis of the foundations of the constitutional system of the Russian Federation and the Republic of Kazakhstan: dissertation dis.... Candidate of Law Sciences: 12.00.02. /Sultan T. Amirbekov]. Moscow, 2000. 27p.

3. Vishnyakov V. G. Sravnitel'nyj analiz Konstitucij gosudarstv - uchastnikov SNG [Comparative Analysis of the Constitutions of the States Parties to the CIS] / V. G. Vishnyakov. M.: Publishing house «Gorodets», 2006. 208 p.

4. Grevtsov Yu.I. Prjamoe dejstvie Konstitucii? [Direct action of the Constitution?] // Journal of Russian law. 1998. №6. P.94-99.

5. Iz istorii sozdanija Konstitucii Rossijskoj Federacii. Konstitucionnaja komissija: stenogrammy, materialy, dokumenty [From the history of the creation of the Constitution of the Russian Federation. Constitutional commission: transcripts, materials, documents (1990-1993): in 6t.] T.1:1990 / under total. ed. O. G. Rumyantsev. M.: Volters Kluver, 2007. 936p.

6. Konstitucionnoe soveshhanie. Stenogrammy. Materialy. Dokumenty [Constitutional meeting. Transcripts. Materials Documents ]/ Under total. ed. S.A. Filatov, V.S. Chernomyrdin, S.M. Shahrai. Volume 3. M.: Jurid. lit., 1995. 448p.

7. Konstitucionnoe soveshhanie. Stenogrammy. Materialy. Dokumenty [Constitutional meeting. Transcripts. Materials Documents ]/ Under total. ed. S.A. Filatov, V.S. Chernomyrdin, S.M. Shahrai . Volume 17. M.: Jurid. lit., 1996. 416p.

8. Ryakhovskaya T.I. Konstitucija Rossijskoj Federacii: teorija i praktika dejstvija: monogr. [The constitution of the Russian Federation: theory and practice of action: monograph.] / T.I. Ryakhovskaya. Novosibirsk, 2017. 212p.

9. Sapargaliev G.S. Konstitucionnoe pravo: akademicheskij kurs. [Constitutional law: academic course]. Almaty, 2006. URL: https://docplayer.ru/33246463-Konstitucionnoe-pravo-rk.html

10. Kommentarij k Konstitucii Rossijskoj Federacii [Commentary to the Constitution of the Russian Federation] / ed. College Okunkov L.A., Pigolkin A.S. et al. Moscow: BEKPublishing House, 1994. 458p.

11. Konstitucija RF: Problemnyj kommentarij [The Constitution of the Russian Federation: Problem Comment ]/ Ed. V. A. Chetvernin. M.: Center for Constitutional Studies of the MEP, 1997. 704p.

12. Abaydeldinov E.M. Konstitucionnoe regulirovanie ispolnenija mezhdunarodnyh dogovorov v suverennom Kazahstane [Constitutional regulation of the implementation ofinternational treaties in sovereign Kazakhstan] // Bulletin of the Institute of Legislation of the Republic of Kazakhstan. 2018. Nq5 (54). P. 92-96.

13. Kotov A. K. Tolkovanie Konstitucii i formirovanie precedentnogo konstitucionnogo prava [Interpretation of the Constitution and the formation of constitutional case law] // Constitutional justice. Bulletin of the conference of bodies of constitutional control of the countries of the young democracy. 2003. Vol. 3 (21). P. 31-40.