Интерпретация понятия «Трансграничный регион» через призму современной социологической методологии

Социологические науки

УДК 316.4

Леконцева Ксения Владимировна Kseniya Lekontseva

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ПОНЯТИЯ «ТРАНСГРАНИЧНЫЙ РЕГИОН» ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ СОВРЕМЕННОЙ СОЦИОЛОГИЧЕСКОЙ МЕТОДОЛОГИИ

INTERPRITATION OF «CROSS-BOUNDARY REGION» THROUGH CONTEMPORARY SOCIOLOGICAL METODOLOGY

Аналитические инструменты традиционной социологии недостаточно совершенны для построения новых теоретических схем и концепций границ и трансграничных регионов. Важным аспектом трансграничного взаимодействия является возникновение феномена трансграничной идентичности как составляющей региональной идентичности. В статье рассматриваются подходы к концептуализации термина «трансграничный регион» и делается попытка операционализации данного понятия в социологическом ракурсе. Принципиальными детерминантами трансграничного региона признаются связи между территориями приграничных регионов, наличие трансграничного социального пространства, когерентность региона

Ключевые слова: трансграничье, трансгранич-ность, трансграничный регион, граница, региональная идентичность

The analytic instruments of traditional sociology are not complete enough to create new theoretical schemes and conceptions of boundaries and cross-boundary regions. Important point of cross-boundary cooperation is phenomena of cross-boundary identity as a part of regional identity. The article deals with different approaches to conceptualize «cross-boundary region» and an attempt to determine this term has been done in the article. The main points of cross-boundary region are connections between border regions, existence of cross-boundary social space, coherency of region

Key words: cross-boundary, cross-boundary region, trans-frontier, border, regional identity

В последние несколько десятилетий социологические исследования на Западе и в меньшей степени — на постсоветском пространстве характеризуются повышением интереса к исследованиям границ и приграничья. Это вызвано необходимостью научного осмысления неких социальных перемен. Прежде всего, произошло изменение функционального значения государственных границ, они стали более открытыми

и легко пересекаются людьми, товарами, информацией, идеями и пр. «Границы оказались «номадами», изменяющими свое местоположение», — отмечает О.Е. Бред-никова [11]. Более того, границы изменяют свои статусы и смыслы, что вызывает трансформацию статусов и смыслов, приписываемых приграничным территориям. Представления о проницаемости границ возможны потому, что сам факт существо-

вания границ детерминирован идеей движения. В.Л. Каганский определяет границу не как местообитание, а как барьер, свойства / функции которого актуализируются при пересечении ее персонажем [10].

Очевидным является то, что аналитические инструменты традиционной социологии, именуемой «социологией национального государства», недостаточно совершенны для глобализированной перспективы объяснения социальной реальности [11]. Построение новых конвенциональных теоретических схем и концепций, необходимых для объяснения изменяющихся социальных реалий, требуют введения новой терминологии. В то же время понятно, что противоречивое и неопределенное использование новых категорий не облегчает дискуссию.

В.А. Колосов одним из первых ввел в российский академический дискурс понятие трансграничного региона как современной формы приграничного сотрудничества европейского образца [12].

Суть понятия «трансграничный» складывается из значений слова «граница» и префикса «транс», указывающего на ее пересечение, преодоление, движение через границу. Очевидно, что категория границы является центральным элементом транс -граничности. Рассматривая приграничные территории через призму социологии, О.Е. Бредникова отмечает важную роль границ в формировании особого социального пространства приграничья: «в исследовании приграничья важно понять, насколько это социальное пространство трансгранично, т.е. оно не просто переступает и игнорирует границы, но формируется благодаря существованию самой границы [2]». П.Я. Бакланов и М.Ю. Шинковский [17] в своем исследовании трансграничных регионов фокусируют внимание на том, что государственная граница, призванная решать конкретные задачи по обеспечению безопасности страны, в трансграничном регионе играет центральную связующую и регулирующую роль в формировании и функционировании его специфических атрибутов — полоса трансграничности и зона контак-

та. Первое определяет ту часть территории, которая непосредственно связывает сектора региона, второе указывает зоны, где взаимодействие наиболее облегчено. Выделение полосы трансграничности видится исследователям необходимым для понимания важнейших особенностей формирования трансграничного региона и выделяется как обязательный признак любого трансграничного таксона [17].

В самом общем смысле «трансгранич-ность» представляет собой определённое состояние, качество региона, которое возможно только при условии проницаемости пространства. Кроме того, трансгранич-ность — это всегда либо особое свойство, либо состояние процессов или объектов, которые определяют в первом случае направленность развития процесса, а во втором — условие функционирования единого объекта в состоянии некоторой разделенности.

Под трансграничьем мы понимаем (основываясь на подходе В.С. Корневца [14]) пространственно интегрированную форму взаимодействия, которое пересекает границы национальных административных практик и старается сформировать, вопреки этим границам, а также осознание связанности, взаимозависимости и общих интересов.

Теоретические основы трансграничности формируются в рамках лимологии ( науки о границах) и основываются на концепциях глобализации и регионализации, транснационализма, ретерриториали-зации и детерриториализации [20].

Таким образом, одними из наиболее разработанных в дискурсе отечественных исследований темы трансграничности являются географический и геополитический подходы. Следующее лаконичное определение взято из «Геоэкономического словаря-справочника»: «трансграничный регион — сопредельные пограничные территории государств, характеризующиеся определенным природным, экономическим, социокультурным, этническим единством» [6].

В.А. Колосов расширяет данное понятие, определяя трансграничный регион как «охватывающую часть территорий двух или

нескольких соседних стран, социально-экономическая система, характеризующаяся определенным единством природной первоосновы и/или расселения, трудовых и культурно-бытовых связей населения, хозяйства, инфраструктуры, нередко также исторических, этнических и культурных традиций» [13].

В коллективной монографии, посвященной трансграничному взаимодействию и развитию трансграничных регионов, А.Б. Волынчуком и Я. А. Фроловой под трансграничным регионом предлагается понимать «устойчивое во времени территориальное образование, отличающееся от других характерным типом хозяйственного освоения и совокупностью взаимодействующих между собой природных, социальных, и экономических подсистем, связанных единством реализующихся в их пределах природных, экономических, социокультурных факторов при обязательном наличии в его структуре государственной границы» [17; С. 129].

Другими авторами в этом же источнике предлагается несколько иная формулировка понятия трансграничного региона. А.А. Зыков и М.Ю. Шинковский определяют его как «сопредельные пограничные территории (микрорегионы) государств, находящихся в определенных отношениях ( связях) , базирующихся на определенном природном, экономическом, социокультурном, этническом единстве в условиях динамичных процессов глобализации [17; С. 37]». Второй текст полностью повторяет определение, данное Я.А. Фроловой [17; С. 74] в главе, посвященной историческому подходу к изучению трансграничности, однако там речь идет о «трансграничной территории». Таким образом, мы сталкиваемся с некой путаницей понятий.

Наиболее продуктивным подходом к разграничению понятий «трансграничная территория» и «трансграничный регион» видится в сопоставлении определений этих терминов у следующих авторов. П.Я. Бакланов и С.С. Ганзей полагают, что использование термина «трансграничная территория» возможно для описания целостных

территорий, находящихся между отдельными соседними субъектами государства — республиками, краями и т.д. Под международной трансграничной территорией этот же авторский коллектив понимает территорию, состоящую из взаимодействующих приграничных территорий, прилегающих к государственной границе двух или более соседних стран и обладающих сочетаниями природных ресурсов и тех или иных видов хозяйственной деятельности, природным основанием которых является либо единая геосистема, либо сочетание двух или более геосистем регионального уровня, взаимодействующих в зоне государственной границы [1; С. 16]. Авторы уточняют, что «международная трансграничная территория — это, как правило, комплексная географическая структура, сочетающая в себе определенные природные ресурсы, объекты инфраструктуры, расселения населения, а также его хозяйственную деятельность в границах крупной геосистемы»[Там же]. Исходя из этого, представляется более обоснованным использование понятия трансграничной территории в исследованиях географического направления.

Социокультурный подход к трактовке трансграничного региона представлен, прежден всего, Д. Г. Емченко, называю -щего данный регион потенциальным, разделенным суверенитетом соседствующих государств, обладающим комплексом национальных, региональных, зональных элементов с собственными характеристиками, отражающим их историко-культурное своеобразие. Автор указывает на то, что трансграничный регион взаимодействует между сопредельными приграничными регионами для сохранения, управления и развития своего «жизненного» пространства, форматируется государственной административно-территориальной границей. Термин «потенциальность» образован от лат. potential — «скрытый, не проявляющийся, но готовый обнаружиться при определенных условиях» [8].

Нередко в экспертных анализах и научных изданиях понятия приграничного и трансграничного региона используются

как взаимозаменяемые и синонимичные. А.А. Пылкова, исследуя приграничье как особый пространственно-культурный феномен, определяет его как «единое социокультурное пространство сопредельных регионов, структурируемое трансграничными социокультурными сетями» [15].

Существует мнение, что наличие путаницы понятий приграничного и трансграничного региона, приграничного и трансграничного сотрудничества в общественно-политическом и научном дискурсе говорит о том, что официальные лица не воспринимают всерьез перспективы развития приграничных регионов, предпочитая старые формы сотрудничества и откровенно не готовы к активизации трансграничных процессов [8].

В ситуации, когда в научном дискурсе отсутствует единое понимание данных тер-

Таблица 1

Контент-анализ употребеления понятия «трансграничный», «трансграничье» в СМИ. По материалам информационных агентств Забайкальского края Chita.ru и Zabmedia.ru, а также телекомпании «Альтес» (http://tv-altes.ru) и Государственной телерадиокомпании «Чита» (http://chita.rfn.ru), данные на 02.07.2013

минов, трудно ожидать, что произойдет их актуализация на уровне общественного сознания. Контент-анализ сообщений крупнейших СМИ Забайкальского края (см. табл. 1) показал, что в основном, СМИ используют термин «трансграничный», наполняя его сугубо географическим смыслом. Понимание трансграничья и трансграничного в социокультурном, экономическом и стратегическом смысле демонстрируют научные круги Забайкалья. Об этом свидетельствуют многочисленные упоминания научных конференции на тему трансграни-чья. Из этого можно заключить, что именно в научном, а не общественно-политическом поле происходит становление терминологии, описывающей современные реалии и тенденции развития приграничных регионов.

Контекст, в котором употребляется термин «трансграничный», «трансграничье» (курсив наш) Количество упоминаний

Трансграничный пожар 11

Трансграничный заповедник (резерват) 2

Трансграничные воды 1

Трансграничное сообщение с Таджикистаном 1

Проект «Трансграничный туристический парк» 2

Трансграничное положение Манчжурии 1

Забайкалье - трансграничный стратегический мост России на Дальнем Востоке

Международная научно-практическая конференция «Трансграничье в изменяющемся мире» 12

Круглый стол «Феномен трансграничья в России и США»...конфекренция, на которой будут подняты две важные проблемы современности: мультикультурализм и трансграничье 1

Круглый стол представителей власти, научных кругов трех приграничных стран в г. Манчжурия «Трансграничье: перспективы развития российско-китайско-монгольских связей в гуманитарной сфере» 1

Семантический подход к разграничению терминов «приграничный» и «трансграничный» в отечественном дискурсе представлен Д. В. Сергеевым, который рассматривает границу и контекст ее существования в качестве текста, кодирующие социально-культурные смыслы соответственно господствующим ценностям и типу общества. Он делает предположение, что понятия «пограничье» и «трансграни-чье» описывают не разные типы границ, а

подчеркивают скорее разные состояния, этапы и динамику развития взаимоотношения между территориями. Д.В. Сергеев полагает, что терминами «пограничье», или «приграничье» фиксируется статическое положение культур, разделенных границами, и, в данном случае, граница не является прозрачной. Приставки «по-» или «при-» обозначают направленность движения вдоль линии границы, но ни через нее. Трансграничье, в понимании Д.В. Сергее-

ва, можно описать как пространство, где происходит непосредственное взаимодействие, соприкосновение культур, так как префикс «транс-» указывает на преодоление заданных пределов [16].

Схожие выводы делает и другой отечественный исследователь, Т.И. Герасименко, указывая на то, что «далеко не любые территории по обе стороны границы можно считать едиными трансграничными регионами, их следует различать с приграничными, которые в силу разных причин ( прежде всего, повышенной роли барьерной функции границы и принадлежности к разным, некомплиментарным культурным мирам) слабо связаны со своими зарубежными соседями»[5].

Таким образом, понятие «трансграничный регион» можно рассматривать с точки зрения пространства, что характерно для географической традиции, ключевым понятием тут является категория государственных границ. Однако для социологического исследования наиболее релевантным видится функциональный подход, касающийся в первую очередь сферы социокультурных связей, социально-экономических процессов, культурное сближение ( либо дистанцирование) пограничных социумов.

В зависимости от исходных точек рассуждений, одни исследователи [3; 12, 13] трансграничных процессов называют экономические и социально-политические факторы решающими для образования трансграничных регионов, другие авторы [16] полагают не менее важными, а иногда и решающими культурные особенности и региональную идентичность. Это нельзя назвать расхождением во взглядах, так как трансграничность по своей сути является сложноструктурным феноменом и обладает (в масштабе планеты) разнообразием форм.

Связи между входящими в трансграничный регион субъектами разных стран чаще всего не являются более тесными по сравнению со связями каждого из субъектов региона с другими аналогичными субъектами соответствующей страны. То есть, например, приграничный муниципалитет обычно имеет более тесные связи с другими соседними муниципалитетами собственной

страны по сравнению со связями с муниципалитетами, расположенными по другую сторону границы. Однако они более тесны по сравнению со связями между теми муниципалитетами разных стран, которые не входят в состав трансграничного региона. Иначе говоря, при рассмотрении системообразующих связей принимаются во внимание только трансграничные связи, но не связи входящих в трансграничный регион субъектов с аналогичными субъектами собственной страны.

На современном этапе ни в социологии, ни в экономических науках не существует единого подхода к выделению признаков трансграничного региона.

Для выделения трансграничных регионов с позиций политэкономического подхода является важным то, как и в каких условиях осуществляется хозяйственная деятельность. К таким условиям можно отнести:

1) уровень экономического развития секторов трансграничного региона;

2) особенности формирования и развития трудовых ресурсов, их количественный и качественный состав, социальную и миграционную подвижность;

3) степень концентрации и специализации производства;

4) уровень хозяйственной и транспортной освоенности региона;

5) естественные условия производства

[3].

В.А. Колоссов характеризует трансграничный регион следующими основными признаками:

а) административной и социально-экономической целостностью входящих в него территориальных единиц с каждой стороны границы;

6) общностью и взаимодополняемостью главных и совместно решаемых социально-экономических проблем [13; С. 74] .

Мы считаем наиболее универсальным и подходящим для осуществления целей социологического исследования подход таких авторов, как Г.М. Федоров, В.С. Корневец [18], которые выделяют следующие признаки трансграничных регионов:

Для наглядности мы представили их в обнаружить в отношении Забайкальского виде табл. 2., отметив, какие из них можно края и приграничных регионов КНР.

Таблица 2

Признаки трансграничного региона

Признаки трансграничного региона Выраженность признака на примере Забайкальского края

Непрерывность территории, то есть возможность прямого транспортного сообщения, без пересечения границ региона

Наличие органов управления (в различных формах и с разными функциями - от совещательных, не обязательных к исполнению, до директивных, оформленных в виде международных договоров, имеющих приоритет перед национальным законодательством) Российско-китайский Координационный Совет по межрегиональному и приграничному торгово-экономическому сотрудничеству; Региональный Российско-китайский комитет регулярных встреч по вопросам координации и взаимодействия между Забайкальским краем и городом Маньчжурия Соглашение между Правительством Забайкальского края Российской Федерации и Народным Правительством провинции Хэйлунцзян Китайской Народной Республики о торгово-экономическом, научно-техническом и культурном сотрудничестве от 23 июня 2010 г. Соглашение между Правительством Забайкальского края Российской Федерации и Народным Правительством Автономного района Внутренняя Монголия Китайской Народной Республики о торгово-экономическом, научно-техническом и культурном сотрудничестве от 16 июня 2010 г.

Относительно тесные экономические (торговля, инвестиции) связи входящих в регион субъектов Китай остаётся главным партнером края (90,5 % внешнеторгового оборота региона в 2010 г.). Объём накопленных китайских инвестиций в 2010 г. достиг 59,316 млн долл., в том числе 50,6 % инвестиций поступили в проекты освоения месторождений полезных ископаемых, 37,4 % - в финансовую деятельность

Достаточно тесные социальные связи (в сферах культуры, спорта, образования, науки) Курсы русского языка как иностранного, - договоры и соглашения между вузами Сотрудничество по программам совместного обучения, ведущим к получению двойных дипломов Открытый совместно с Хулунбуирским институтом Институт русского языка и культуры в г. Хайлар Открытый соместно с Хэбэйским университетом (г. Баодин) центр по изучению русского языка, а на базе ЗабГУ - Центр по изучению китайского языка Совместные российско-китайские выставки художественно-графических работ, концерты и ярмарки

Часто - наличие общей или скоординированной инфраструктуры (транспортной, энергетической) Три автомобильных пункта пропуска Забайкальск-Манчжурия (международный), Староцурухайтуй-Хэйшаньтоу, Олочи-Шивэй, Покров-ка-Логухэ (двусторонние) Международный железнодорожный пункт пропуска

Иногда - этническое сходство

Иногда - общее историческое прошлое [18] Вплоть до сер. XX в. шли процессы взаимного расселения по обе стороны границы Объединение усилий во время второй мировой войны

Трансграничные регионы относятся ( по большей части) к когерентным регионам, поскольку в основе их формирования лежат именно связи между территориями разных стран, а не близость по какому-либо признаку.

Именно в трансграничных регионах происходит наиболее быстрое и эффек-

тивное взаимодействие в экономическом, культурном и других сферах, что ведет к образованию особой территориальной системы, которая и может быть обозначена как трансграничье. Она функционирует не отдельно от всей остальной страны, но ее экономическое, культурное развитие ориентируется зачастую на регионы, находящиеся

по ту сторону границы. Этому способствуют также его отличительные экономико-географические особенности: удаленность от политического и промышленных центров, географическая изолированность, этническое родство (общность), создание совместных предприятий и реализация совместных образовательных и культурных проектов.

В рамках трансграничья каждый человек решает две важнейшие проблемы

— стремится сохранить свою культурную идентичность и одновременно включается в другую. Граница между «своей» и иной культурами устанавливается не только независящими от индивида обстоятельствами, но и его свободным выбором.

Д.Г. Емченко полагает идентификационным признаком трансграничного региона маргинализацию населения, сущность которой заключается «не в образовании слоя маргиналов, разрушающих трансграничный регион, а в сквозной маргинализации жителей, что проявляется в исчезновении жесткого структурирования на «чужих» и «своих» с определенными «жизненными мирами» и в образовании многомерно дифференцированной социокультурной практической деятельности с условными и размытыми границами» [8].

В своей работе Д.Г. Емченко выделяет важную составляющую трансграничного региона как социокультурного пространства — идентичность жителя трансграничного региона. «Трансграничная идентификация, — указывает Д.Г. Емченко,

— проявляется как форма культуры сращивания, интегрирующая в пределах определенной территории местные проявления влияния общечеловеческой культуры, общенациональной идентичности и различные региональные характеристики».

Региональная идентичность — часть социальной идентичности личности. В структуре социальной идентификации выделяют два основных компонента — когнитивный (знания, представления об особенностях собственной группы и осознания себя её членом) и аффективный (оценка качеств собственной группы, значимость членства в ней). Территориальная идентич-

ность является результатом отождествления «Я — член территориальной общности». Н.А. Шматко и Ю.Л. Качанов [19] указывают, что каждый индивид обладает образом «Я — член территориальной общности», который вместе со способом соотнесения ( сравнения, оценивания, различения и отождествления) образа «Я» и образов территориальных общностей образует механизм территориальной идентификации. В структуре региональной социальной идентификации присутствуют те же основные компоненты:

— знания, представления об особенностях собственной «территориальной» группы;

— осознания себя её членом;

— оценка качеств собственной территории, значимость ее в мировой и локальной системе координат.

В 1990-е гг. в России процесс формирования региональной идентичности выходит на новый уровень. Это объясняется:

— суверенизацией национальных автономий, стимулировавшей аналогичный процесс в русских регионах, в целом — федерализацией страны;

— усилением влияния и повышением самостоятельности региональных элит;

— процессами национального возрождения в провинции;

— ростом экономической самостоя -тельности регионов и экономических противоречий с центром.

Сила территориального инстинкта многократно умножается в том случае, если территориальная общность оказывается в пограничном положении. Дж. Хал-ки и Ф. Каплан, анализируя связь между коллективной идентичностью и границами, утверждают, что «люди идентифицируют себя, не отграничиваясь от других, а противопоставляя себя им [21]».

Трансграничные регионы, существующие в различных частях мира, различаются между собой историей возникновения, длительностью существования, политико-экономическими, географическими и прочими особенностями. Все они находятся на разных этапах формирования. В этой связи

уместно привести концепцию Б. Хеттне, автора теории «нового регионализма» [22]. В основе концепции Хеттне лежит понимание региона как процесса. Под регионом Б. Хеттне подразумевает трансграничные области между несколькими субнациональными регионами, принадлежащими разным государствам. Суть концепции сводится к следующему.

Регион — это процесс. Регионы всегда эволюционируют и постоянно изменяются. Уровень «региональное™» определяет внутреннюю сплоченность региона и степень региональной идентичности. По мнению автора концепции, любой регион проходит пять уровней регионализации, таким образом, каждый из ныне существующих регионов находится на одном из этих уровней.

Первая стадия регионализации: региональное пространство. Регион предстает как географическая территория, ограниченная более или менее естественными физическими барьерами, на которой происходят элементарные демографические процессы, такие как миграция.

Вторая стадия: региональный комплекс. На территориальном пространстве региона расширяются и интенсифицируются транслокальные связи между группами людей. На этой стадии образуется первичный «комплекс безопасности» или, другими словами, обеспечивается региональная стабильность. Однако данный уровень регио-нальности определяется автором как анархический, основанный лишь на балансе сил внутри региона.

Третья стадия: регион как региональное общество. Оно может быть организованным или спонтанным в культурном, экономическом, политическом или военном пространствах. На этом этапе происходит формирование либо «формального» региона, если региональное общество формируется через составление списка будущих составных частей региона «сверху», либо «реальным», если будущие составные части объединяются вокруг общих норм и ценностей, впоследствии становящихся сутью региона. Взаимоотношения внутри региона начинают напоминать общественные.

Четвертая стадия: региональное сообщество является следующей ступенью развития региональности, на которой институциональная структура (более или менее формальная) облегчает и поощряет социальные коммуникации и конвергенцию ценностей внутри региона, создавая ситуацию социального доверия в регионе.

Пятая стадия: региональная институционализированная полития. Регион, находящийся на этой стадии развития региональности, имеет более устойчивую структуру и четкую систему принятия решений, являясь активным субъектом с четко выраженной идентичностью и даже легитимностью [23].

Н.С. Зимина характеризует Забайкальский край как «социокультурное трансграничье, сформированное поверх границ культур, которыми он представлен, а также имеющий тенденцию к преодолению национальных границ и подверженный постоянному внешнему культурному влиянию» [7].

Обобщая обзор практик концептуализации понятия «трансграничный регион», можно сделать вывод о том, что выбор оп-ре деления, в первую очередь, зависит от сферы его применения. Таким образом, в рамках социологической рефлексии наиболее обоснованным будет принять такое определение в качестве ведущего, которое включает в себя следующие моменты:

— трансграничный регион — это не просто территориальное образование, но, в первую очередь, социально-экономическая система а также особое социальное пространство;

— трансграничное пространство определяется как наложение социальных пространств соседних стран, что приводит к формированию нового социального пространства;

— основание того, что данная система трансгранична, является факт наличия в ней государственной границы и феномен проницаемости данной границы, которая служит в большей степени местом встречи, а не барьером;

— общность населения в области культуры, этноса, расселения, истории, геогра-

фических условий может быть выражена в различной степени; здесь трудно выделить непременные атрибуты, так как глобализа-ционные сдвиги, затронувшие всю планету, сближают зачастую сообщества, имеющие между собой больше различий, чем сходств. Фактором большей важности должны стать именно связи между регионами соседних стран, которые создают некую новую идентичность — идентичность жителя трансграничного региона;

— трансграничный регион — это результат взаимодействия приграничных регионов соседних стран.

Можно сформулировать термин таким образом:

Литература_

1. Бакланов П.Я., Ганзей С.С. Приграничные и трансграничные территории Азиатской России и сопредельных стран (Проблемы и предпосылки устойчивого развития). Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2010. С. 16.

2. Бредникова О.Е. Приграничье как социальный феномен (направления социологической концептуализации) // Вестник Санкт-Петербургского университета. 2008. Сер. 12. Вып. 4. С. 492-497.

3. Волынчук А. Б. Трансграничный регион — политэкономический вектор развития. Территория новых возможностей // Вестник Владивостокского государственного университета экономики и сервиса. 2009. № 3. С. 17-26.

4. Герасименко Т.И. Этнокультурное развитие трансграничных регионов: автореф. дис. д-ра геогр. наук: 25.00.24. СПб., 2010.

5. Герасименко Т.И. Трансграничные этнокультурные регионы: методологические подходы к изучению // Известия Русского географического общества. 2005. Т. 137. № 1. С. 73-83.

6. Дергачев В.А. Геоэкономический словарь-справочник. Одесса: ИПРЭЭИ НАНУ, 2004. 177 с.

7. Зимина Н.С. Формирование регионального трансграничного социокультурного пространства в условиях глобализации (на примере Забайкальского края): автореф. дис...канд. полит. наук: 09.00.11. Чита, 2012.

трансграничный регион — это социально-экономическая система, функционирующая на части территорий двух или нескольких соседних стран, характеризующаяся общностью определенных элементов и сформированная в результате взаимодействия приграничных регионов соседних стран.

Данное определение не является окончательным и бесспорным, в нем сделана попытка социологической концептуализации феномена трансграничных регионов, что является актуальным на фоне отсутствия конвенциональных схем рассмотрения данного феномена.

_References

1. Baklanov P.Ja., Ganzey S.S. Prigranichnye i transgranichnye territorii Aziatskoy Rossii i sopredel-nyh stran (Problemy i predposylki ustoychivogo raz-vitiya) [Cross-border and cross-border areas of Russia and neighboring Asian countries (Problems and the prerequisites for sustainable development) ]. Novosibirsk: Publishing House of SB RAS, 2010. P. 16.

2. Brednikova O.E. Vestnik Sankt-Peterburgsk-ogo universiteta (Bulletin of the St. Petersburg University), 2008. Ser. 12. Issue. 4. P. 492-497.

3. Volynchuk A.B. Vestnik Vladivostokskogo gos-udarstvennogo universiteta jekonomiki i servisa (Bulletin of the Vladivostok State University of Economics and Service), 2009, №. 3. P. 17-26.

4. Gerasimenko T.I. Ethnic and cultural development of cross-border regional domains [Jetnokulturn-oe razvitie transgranichnyh regionov]: Abstract of dis. Dr. geogr. sciences: 25.00.24. Spb., 2010.

5. Gerasimenko T.I. Izvestiya Russkogo geogra-ficheskogo obshhestva (Proceedings of the Russian Geographical Society), 2005, №. 1. vol. 137. P. 7383.

6. Dergachev V.A. Geojekonomicheskiy slovar-spravochnik [Geoeconomical dictionary catalog]. Odessa: IPREEI NASU, 2004. 177 p.

7. Zimina N.S. Formation of regional cross-border socio-cultural environment in the context of globalization (for example, the Transbaikal region [Formirovanie regionalnogo transgranichnogo sotsio-kulturnogo prostranstva v usloviyah globalizatsii (na primere Zabaikalskogo kraya)]: abstract of dis ... Candidate political sciences: 09.00.11. Chita, 2012.

8. Емченко Д. Г. Трансграничный регион как социокультурный феномен: дальневосточная модель: автореф. дис. канд. культурологии. Челябинск, 2011.

9. Емченко Д.Г. Культурная идентификация человека трансграничного региона / / Вестник Челябинской государственной академии культуры и искусств. 2009. № 1. Т. 17. С. 67-69.

10. Каганский В.Л. Этюды о границах. I. Ситуация границы и граница // Мир психологии. 1999. № 3.

11. Кайзер М., Бредникова О. Транснационализм и транслокальность: (коммент. к терминологии) // Миграция и национальное государство. СПб.: ЦНСИ, 2004.

12. Колосов В. А. Новая лимология: теоретические подходы // Международные процессы. 2003. № 3. С. 44-59.

13. Колосов В.А. Политическая география. Проблемы и методы. Л.: Наука, 1988. 190 с.

14. Корнеевец В.С. Международные транснациональные и трансграничные регионы: признаки, особенности, иерархия // Вестник Российского государственного университета им. И. Канта. 2010. Вып. 1. С. 27-34.

15. Пылкова А.А. Приграничье как феномен культуры (на примере Дальнего Востока России): автореф. дис. ... канд. культурологии. Комсомольск-на-Амуре, 2004.

16. Сергеев Д.В Семантический подход к изучению трансграничья // Трансграничье в изменяющемся мире: Россия-Китай-Монголия: сб. статей / Российский гуманитар. науч. фонд; ЗабГГПУ им. Н.Г. Чернышевского. Чита, 2010. C. 47-58.

17. Трансграничный регион: понятие, сущность, форма. Владивосток: Дальнаука, 2010. 276 с.

18. Федоров Г.М., Корневец В.С. О сущности и соотношении понятий «регион», «международный», «транснациональный» и «трансграничный» регион // Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. 2010. № 3.

19. Шматко Н.А., Качанов Ю.Л. Территориальная идентичность как предмет социологического исследования // СоцИс. 1998. № 4. С. 94-101.

20. Globalization, Regionalization and Cross-Border Regions: Scales, Discourses and Governance / еd. By Perkmann M. Sum N.-L. Palgrave Macmillan (UK), 2002.

21. Halki J., Kaplan D. Boundaries and place: European borderlands in geographical context, Oxford: Blackwell Synergy, 2002. 140 pp.

22. Hettne B. The Europeanization of Europe: endogenous and exogenous dimensions // European Integration. 2002. Vol. 24. № 4. P. 327.

8. Emchenko D.G. Cross border region as a socio-cultural phenomen: Far East Model [Transgranichnyj region kak sotsiokulturnyj fenomen: dalnevostochnaya model]: abstract dis. candidate cultural sciences. Chelyabinsk, 2011.

9. Emchenko D.G. Vestnik Chelyabinskoy gosu-darstvennoy akademii kultury i iskusstv (Bulletin of the Chelyabinsk State Academy of Culture and Arts), 2009, №. 1. Vol. 17. P. 67-69.

10. Kaganskiy V.L. Mir psihologii (The world of psychology), 1999, №. 3.

11. Kayzer M., Brednikova O. Migratsiya i nat-sionalnoe gosudarstvo (Migration and the National State). St. Petersburg: CISR, 2004.

12. Kolosov V.A. Mezhdunarodnye protsessy (International processes), 2003, №. 3. P. 44-59.

13. Kolosov V.A. Politicheskaya geografiya. Problemy i metody [Political geography. Problems and methods]. Leningrad: Nauka, 1988. 190 p.

14. Korneevets V.S. Vestnik Rossiyskogo gosu-darstvennogo universiteta im. I. Kanta (Bulletin of the Russian State University. named after Immanuel Kant), 2010. Issue. 1. P. 27-34.

15. Pylkova A.A. Border area as a cultural phenomenon (on the example of the Far East of Russia) [Prigranichie kak fenomen kultury (na primere Dalne-go Vostoka Rossii)]: abstract. dis. candidate of cultural studies. Komsomolsk-on-Amur, 2004.

16. Sergeev D.V Transgranichie v izmenyajush-hemsya mire: Rossiya-Kitay-Mongoliya: sb. statey (Transboundary in a changing World: Russia-China-Mongolia: Collection of articles). Russian humanitarian. Scientific. Fund; ZabGGPU named after. N.G. Chernyshevsky. Chita, 2010. P. 47-58.

17. Transgranichnyj region: ponyatie, sushh-nost, forma [Cross-border region: concept, essence, form]. Vladivostok Dalnauka, 2010. 276 p.

18. Fedorov G.M., Kornevets V.S. Vestnik Balti-yskogofederalnogo universiteta im. I. Kanta (Bulletin of the Baltic Federal University named after Immanuel Kant), 2010, №. 3.

19. Shmatko N.A., Kachanov Ju.L. Sotsis (Sot-sis), 1998, №. 4. P. 94-101.

20. Globalization, Regionalization and Cross-Border Regions: Scales, Discourses and Governance / ed. By Perkmann M. Sum N.-L. Palgrave Macmillan (UK), 2002.

21. Halki J., Kaplan D. Boundaries and place: European borderlands in geographical context, Oxford: Blackwell Synergy, 2002. 140 p.

22. Hettne B. European Integration, 2002, no. 4. Vol. 24. P. 327.

23. Hettne B., Inotai A. The new regionalism: implications for global development and international security. Helsinki: The United Nations University. 1994. P. 7-8.

23. Hettne B., Inotai A. The new regionalism: implications for global development and international security. Helsinki: The United Nations University. 1994. P. 7-8.

Коротко об авторе

Briefly about the author

Леконцева К.В., аспирант, Забайкальский госу- K. Lekontseva, postgraduate student, Transbaikal

дарственный университет, г. Чита, Россия State University, Chita, Russia

neverfade@mail.ru

Научные интересы: трансграничный регион, ры- Scientific interests: cross-border region, market of

нок образовательных услуг educational services