Экономико-географические предпосылки создания международного телекоммуникационного хаба в Иркутске

ЭКОНОМИКО-ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ СОЗДАНИЯ МЕЖДУНАРОДНОГО ТЕЛЕКОММУНИКАЦИОННОГО ХАБА В ИРКУТСКЕ

В.И. Блануца, д-р геогр. наук, вед. науч. сотр. Институт географии им. В.Б. Сочавы СО РАН

DOI: 10.24411/2411-0450-2018-10110

Статья подготовлена при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований и Правительства Иркутской области в рамках проекта № 17-410-380002 р_а «Иркутская область как узел интеграции экономик России и Китая: формирование взаимовыгодного разделения труда».

Аннотация. При переходе Российской Федерации к цифровой экономике возникает проблема идентификации телекоммуникационных хабов, которые станут полюсами нового экономического роста. В существующих научных публикациях по этой проблематике изучаются только сложившиеся хабы. Однако поиск новых полюсов роста требует определения предпосылок создания хабов. В статье излагаются результаты первого в мире исследования по идентификации экономико-географических предпосылок создания международного телекоммуникационного хаба. Для выявления искомых предпосылок использовалась методология оценки инфокоммуникационно-географического положения города в вариантах сетевого и потокового подходов. На примере Иркутска показано, что предпосылками являются положение города в сети магистральных линий электросвязи, системе трансконтинентальных информационных потоков и территориальной структуре цифровой экономики. Предложено пять первоочередных проектов для улучшения предпосылок создания телекоммуникационного хаба в Иркутске.

Ключевые слова: цифровая экономика, телекоммуникационный хаб, инфокоммуника-ционно-географическое положение, сеть электросвязи, информационный поток, «умная» городская агломерация, Иркутск.

Перспективы развития Российской Федерации связывают с переходом к цифровой экономике [1], осуществлением четвертой промышленной революции [2], внедрением прорывных информационно-коммуникационных технологий типа Тактильного Интернета [3], использованием «больших данных» [4] и других новшеств, функционирование которых опирается на телекоммуникационную сеть. Такая сеть представляет собой конечное множество узлов, соединенных линиями электросвязи. При этом в сети могут выделяться отдельные узлы, занимающие наиболее благоприятное положение [5]. На них приходится значительный объем обрабатываемой информации, функция перераспределения трафика по разным линиям электросвязи, аккумулирование резервной мощности вычислительных систем, концентрация

информационно-коммуникационных компаний и центров обработки данных, подключение «умных» объектов (домов, дорог, заводов, городов, регионов) и прочие атрибуты, которые позволяют идентифицировать такие узлы как телекоммуникационные хабы (от англ. «hub» - «центр сосредоточения»).

В отличие от транспортных хабов, рассмотренных во многих работах ([6] и др.), телекоммуникационным хабам почти не уделяется внимания в экономических и экономико-географических исследованиях. В тех немногих работах, которые посвящены этой проблематике, анализируются уже сложившиеся хабы. Однако для определения перспективных полюсов роста цифровой экономики необходимо знать города, обладающие хорошими предпосылками создания в них телекоммуника-

ционного хаба. Такие исследования в мировой экономической науке отсутствуют. Первая попытка выявления отмеченных предпосылок была предпринята для города Иркутска с представлением предварительных результатов в данной статье. Поскольку предпосылки связаны с анализом положения Иркутска относительно других городов, то они названы экономико-географическими.

Из немногочисленных работ по анализу уже сложившихся телекоммуникационных хабов можно выделить исследования по Лондону [7] и Дублину [8]. Сюда же с некоторой условностью (так как не электросвязь) можно отнести работы по Атланте [9] и Чикаго [ 10] как хабам почтовой связи США. Слабая изученность проблемы может быть в некоторой мере компенсировано большим количеством работ по экономико-географическому положению (см. обзор в [11]), так как именно это положение обусловливает (но не характеризует) искомые предпосылки. Для полной адаптации методического аппарата оценки экономико-географического положения городов к выявлению перспективных телекоммуникационных хабов следует перейти к алгоритмам определения инфо-коммуникационнно-географического положения [5].

Имеет смысл различать следующие уровни телекоммуникационных узлов: местный (в пределах города или муниципального образования) и региональный (в субъекте Российской Федерации) узлы, межрегиональный (для нескольких соседних субъектов или федерального округа), национальный (для всего государства), международный (для двух и более государств) и глобальный хабы. Иркутск как центр Иркутской области является региональным узлом. Позиционирование Иркутска как межрегионального или международного телекоммуникационного хаба надо обосновывать. На роль национального или глобального хаба Иркутск вряд ли будет претендовать в ближайшей перспективе. Среди обозначенных уровней наиболее изучена роль глобальных городов во всемирной телекоммуникационной сети ([12] и др.), а наименее - роль крупных го-

родов на межрегиональном и международном уровнях. Что касается национальных хабов, то их можно выделить по результатам изучения специализации российских регионов на телекоммуникационных услугах [13]. Интегральный индекс специализации более двух единиц имеет только Москва, что позволяет рассматривать этот город как единственный национальный телекоммуникационный хаб России. Еще два города - Новосибирск и Санкт-Петербург - наиболее приблизились к указанному значению индекса (1,96 и 1,95 соответственно).

Под экономико-географическим положением понимается «отношение какого-либо места, района или города к вне его лежащим данностям, имеющим то или иное экономическое значение» [14, С. 129]. В мае 2019 г. исполнится 90 лет с момента выступления Н.Н. Баранского -основателя отечественной районной школы экономической географии - с докладом об экономико-географическом положении. С тех пор исходные установки значительно расширились, что позволило сформулировать три подхода к пониманию сущности экономико-географического положения [11]: «объектный» (положение относительно значимых объектов; соответствует классическому определению Н.Н. Баранского), «сетевой» (взаиморасположение сетей) и «потоковый» (степень вовлечения в системообразующие потоки). Представление об интегральном экономико-географическом положении со временем дополнилось множеством частных видов (транспортно-географическим, геополитическим положением и др.), среди которых выделению телекоммуникационных хабов наиболее соответствует инфоком-муникационно-географическое положение (ИГП) [5] в трактовке сетевого и потокового подходов.

При сетевом подходе под инфокомму-никационно-географическим положением понимается отношение телекоммуникационной сети, сформированной рассматриваемым городом, к остальным сетям, созданным другими городами при условии их взаимодействия. Применительно к потоковому подходу ИГП города можно тракто-

вать как положение относительно значимых информационных потоков, проходящих вне его территории, так и степень вовлечения города в потоки, проходящие сквозь него. В этом случае каждый город может иметь микро-, мезо- и макроположение [14]. Для определения предпосылок превращения Иркутска в международный телекоммуникационный хаб необходимо проанализировать мезо- и макроположение города, что соответствует межрегиональному и международному уровням формирования хаба. Опираясь на теоретические и методические основы идентификации ИГП города [5], была проведена оценка положения Иркутска в сети электросвязи, системе информационных потоков и территориальной структуре цифровой экономики.

Из всех результатов оценки ИГП Иркутска далее будут представлены только три, которые трактуются как предпосылки создания международного телекоммуникационного хаба. При этом под экономико-географической предпосылкой понимается свойство инфокоммуникационно-географического положения города, являющееся предварительным условием размещения в нем хаба.

Первая предпосылка: положение Иркутска в сети трансконтинентальных волоконно-оптических линий связи. Согласно анализу изменения ИГП сибирских городов за 200 лет [15], Иркутск утратил былое доминирующее положение (в почтовой сети досоветской Сибири) и в настоящее время в системе электросвязи занимает менее выгодное положение, чем Красноярск, Новосибирск, Тюмень и Улан-Удэ. Вместе с тем, через Иркутск проходят трансконтинентальные линии TEA-1 («Транзит Европа - Азия»), TEA-2, TEA-3, TEA-4 ПАО «Ростелеком» и «TTK Eurasia Highway» ПАО «ТрансТелеКом», по которым осуществляется наиболее быстрый информационный поток между городами Восточной Азии и Западной Европы (альтернативный маршрут по подводным волоконно-оптическим линиям связи из Гонконга через Индийский океан, Суэцкий канал и Средиземное море дешевле, но занимает значительно больше времени). Это

создает предпосылку формирования в Иркутске международного хаба. Однако одной этой предпосылки недостаточно, так как через города-конкуренты также проходят некоторые трансконтинентальные линии электросвязи.

Вторая предпосылка: положение Иркутска в системе информационных потоков. Под информационным потоком подразумевается «перемещение некоторого объема информации (визуальной, звуковой, текстовой, цифровой) из одного географического объекта - поселения, региона, страны - в другой посредством систем электросвязи» [16, С. 5]. В связи с отсутствием полных и открытых данных операторов связи о таких потоках приходится опираться на косвенные оценки [16]. Одна из таких оценок, связанная с кластеризацией потоков в виде перераспределения интернет-трафика между автономными системами (местными сетями) российских регионов, представлена в [17]. «Расшивка» этих - региональных - данных до уровня городов-центров автономных систем позволила оценить потоковое ИГП Иркутска. В итоге было установлено, что на трансконтинентальном пути Восточная Азия -Западная Европа в пределах Российской Федерации Иркутск занимает менее выгодное положение, чем Москва, Санкт-Петербург, Новосибирск, Екатеринбург, Тюмень, Челябинск и Воронеж. Вместе с тем, именно Иркутск ближе всего расположен к автономным системам Китая и Монголии, что является существенным конкурентным преимуществом относительно перечисленных городов.

Третья предпосылка: положение Иркутска в территориальной структуре цифровой экономики. Основу будущей цифровой экономики России составят «умные» городские агломерации, выделяемые по сверхмалой задержке сигнала в сетях электросвязи (не более 1 миллисекунды; 1 мс = 0,001 с) от города-центра агломерации к остальным городам [18]. В Российской Федерации выделено 43 такие агломерации [18]. В Иркутскую цифровую агломерацию вошли города Ангарск, Байкальск, Иркутск, Свирск, Слюдянка, Усолье-Сибирское, Черемхово и Шелехов. Это

ближайшая к Китаю и Монголии отечественная цифровая агломерация на пути в Западную Европу. Такое положение Иркутска относительно китайского рынка цифровых услуг позволяет за счет меньшей задержки сигнала (чем, например, до Красноярска или Новосибирска) и преимуществ российского рынка (дешевые Интернет и электроэнергия, более холодный климат, что важно для снижения стоимости охлаждения дата-центров, и другие факторы размещения объектов цифровой экономики) рассчитывать на получение возможности обрабатывать информационный поток из Восточной Азии.

Если бы отсутствовали города-конкуренты, то трех существующих предпосылок было бы достаточно для размещения в Иркутске международного телекоммуникационного хаба. Однако относительно неблагоприятное (по сравнению с перечисленными выше городами) сетевое и потоковое положение Иркутска предопределяет необходимость реализации ряда проектов, способствующих повышению ИГП. Отметим только пять первоочередных проектов (обозначены литерами):

(А) проложить волоконно-оптическую линию связи Иркутск - Качуг - Усть-Кут -Киренск - Ленск - Якутск; это сократит задержку информационного потока по сравнению с линией Якутск - Алдан -Тында - Сковородино - Чита - Улан-Удэ -Иркутск и повысит сетевое положение центра Иркутской области;

(Б) организовать точку обмена трафиком, сопоставимую по размеру с KRS-IX («Krasnoyarsk Internet Exchange») или NSK-IX («Novosibirsk Internet Exchange»); наличие такой точки, обеспечивающей стык между территориально распределенными автономными системами, «притягивает» к себе информационные потоки; это

байкальского края, Амурской области, Республик Саха (Якутия) и Бурятия на город Иркутск;

(В) сформировать Иркутскую интернет-экосистему (территориальный кластер) как «противовес» существующему Новосибирскому кластеру (в настоящее время Иркутск входит в Московский кластер; подробнее см. [17]); тогда новая «экосистема» станет первой на российском участке цифрового пути из Восточной Азии в Западную Европу, что сделает Иркутск международным хабом по перераспределению интернет-трафика;

(Г) провести закрепление стихийно складывающейся Иркутской цифровой агломерации городов путем создания в Иркутске крупнейшего в Восточной Сибири центра обработки данных, метасистемы искусственного интеллекта и ситуационно-управленческого центра [18];

(Д) сконцентрировать в Иркутске компании-генераторы прорывных информационно-коммуникационных услуг со сверхмалыми и малыми задержками сигнала за счет предоставления этим компаниям низких тарифов на электроэнергию и других преференций; с одной стороны, это улучшит положение Иркутска в новой цифровой экономике, а с другой - такие компании получат конкурентные преимущества на восточноазиатском рынке цифровых услуг за счет поддержки Иркутского телекоммуникационного хаба.

Реализация проектов (А) - (Д) сделает Иркутск наиболее благоприятным местом в азиатской части Российской Федерации для размещения международного телекоммуникационного хаба. Далее необходимо разработать технико-экономическое обоснование Иркутского хаба, но эти задачи выходят за рамки данной статьи, посвященной предпосылкам.

необходимо для замыкания потоков из За-

Библиографический список

1. Распоряжение Правительства РФ от 28 июля 2017 г. № 1632-р «Программа "Цифровая экономика Российской Федерации"» [Электронный ресурс] // Правительство Российской Федерации. - Режим доступа: http://static.govemment.ru/media/flles/9gFM4FHj4PsB79I5v7yLVuPgu4bvR7M0.pdf (дата обращения: 06.09.2018).

2. Романова О.А. Приоритеты промышленной политики России в контексте вызовов четвертой промышленной революции. Ч. 2 // Экономика региона. - 2018. - Т. 14. - Вып. 3. - С. 806-819.

3. Ястребова А.А., Выборнова А.И., Киричек Р.В. Обзор концепции Тактильного Интернета и технологий для его реализации // Информационные технологии и телекоммуникации. - 2016. - Т. 4. - № 4. - С. 89-96.

4. Блануца В.И. Социально-экономическое районирование в эпоху больших данных : монография. - М.: ИНФРА-М, 2017. - 194 с.

5. Блануца В.И. Развертывание информационно-коммуникационной сети как географический процесс (на примере становления сетевой структуры сибирской почты) : монография. - М.: ИНФРА-М, 2016. - 246 с.

6. Франк Й., Рубанов Ю.О. Создание и развитие аэропорта-хаба: предпосылки и принципы // Транспорт Российской Федерации. - 2012. - № 2. - С. 36-39.

7. Reades J., Smith D.A. Mapping the "space of flows": the geography of global business telecommunications and employment specialization in the London mega-city-region // Regional Studies. - 2014. - Vol. 48. - № 1. - P. 105-126.

8. Sokol M., van Egeraat C., Williams B. Revisiting the "information city": space of flows, polycentricity and the geography of knowledge-intensive business services in the emerging global city-region of Dublin // Regional Studies. - 2008. - Vol. 42. - № 8. - P. 1133-1146.

9. Wheeler J.O., Mitchelson R.L. Atlanta's role as an information center: intermetropolitan spatial links // Professional Geographer. - 1989. - Vol. 41. - № 2. - P. 162-172.

10. Palmer T., Wheeler J., Michelson R. Chicago's role in the national and regional information network, 1982-1990 // Great Lakes Geographer Journal. - 1997. - Vol. 4. - № 1. - P. 15.

11. Блануца В.И. Экономико-географическое положение: обобщение концептуальных установок и генерация новых смыслов // География и природные ресурсы. - 2015. - № 4. -С. 7-16.

12. Shin K.-H., Timberlake M. World cities in Asia: cliques, centrality and connectedness // Urban Studies. - 2000. - Vol. 37. - № 12. - P. 2257-2285.

13. Блануца В.И. Территориальная структура специализации российских регионов на телекоммуникационных услугах // Региональные исследования. - 2017. - № 1. - С. 16-24.

14. Баранский Н.Н. Экономико-географическое положение // Баранский Н.Н. Становление экономической географии : избранные труды. - М.: Мысль, 1980. - С. 128-159.

15. Blanutsa V.I. Information-communication deployment into derivative territorial structures // Geography and Natural Resources. - 2017. Vol. 38. № 2. - P. 173-180.

16. Блануца В.И., Черепанов К.А. Географическое изучение региональных информационных потоков: основные направления и новые подходы // Региональные исследования. -2018. - № 1. - С. 4-12.

17. Блануца В.И. Экономическая связность российских регионов в пространстве Интернет // Креативная экономика. - 2018. - Т. 12. - № 5. - С. 701-716.

18. Блануца В.И. Территориальная структура цифровой экономики России: предварительная делимитация «умных» городских агломераций и регионов // Пространственная экономика. - 2018. - № 2. - С. 17-35.

ECONOMIC AND GEOGRAPHICAL PREREQUISITES FOR THE CREATION OF AN INTERNATIONAL TELECOMMUNICATIONS HUB IN IRKUTSK

V.I. Blanutsa, doctor of geographical sciences, leading researcher

V.B. Sochava institute of geography, Siberian branch of Russian academy of sciences

Abstract. With the transition of the Russian Federation to the digital economy, there is a problem of identifying telecommunication hubs that will become the poles of a new economic growth. In existing scientific publications on this issue, only existing hubs are studied. However, the search for new growth poles requires determining the prerequisites for creating hubs. The article presents the results of the first-ever study on the identification of economic and geographic prerequisites for the creation of an international telecommunication hub. To identify the desired prerequisites, we used the methodology for assessing the infocommunication-geographical position of the city in the network and streaming approaches. Using the example of Irkutsk, it is shown that the prerequisites are the position of the city in the network of trunk lines of telecommunications, the system of transcontinental information flows and the territorial structure of the digital economy. Five priority projects were proposed to improve the prerequisites for the creation of a telecommunication hub in Irkutsk.

Keywords: digital economy, telecommunication hub, infocommunication-geographical position, telecommunication network, information flow, "smart" urban agglomeration, Irkutsk.