Социально-бытовые условия жизни городского населения башкирской АССР в послевоенные годы (1945-1953 годы)

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 9 (224).

История. Вып. 44. С. 82-88.

О. Н. Туриянова

СОЦИАЛЬНО-БЫТОВЫЕ УСЛОВИЯ ЖИЗНИ ГОРОДСКОГО НАСЕЛЕНИЯ БАШКИРСКОЙ АССР В ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ

В статье исследуются социально-бытовые условия городского населения Башкирской АССР в послевоенные годы (1945-1953 гг.) в свете рассмотрения таких аспектов, как жилищный вопрос, благоустройство городов, бытовое обслуживание и продовольственное снабжение горожан, уровень медицинского обслуживания и образовательный уровень населения.

Ключевые слова: городское население, Башкирская АССР, жилищный вопрос, продовольственное снабжение, бытовое обслуживание, медицинское обслуживание, образование.

В общероссийской и региональной историографии по исследуемой проблеме можно выделить два периода: советский (с 1945 г. до начала 1990-х гг.) и постсоветский (с начала 1990-х гг. по настоящее время). В настоящей статье использованы монографии, в том числе и коллективные, написанные в постсоветский период. К работам общероссийского уровня можно отнести монографию Е. Г. Зубковой, которая посвящена проблемам повседневности советского послевоенного общества. Из региональных работ использовались монография Л. Н. Маркеловой, в которой исследуется история становления и развития системы среднего профессионального образования в БашАССР в 1925-1985 гг., а также коллективные работы «История города Стерлитамака» и «История Башкортостана с древнейших времен до наших дней». В ходе исследования привлекался широкий круг источников: опубликованные (статистические материалы и периодическая печать «Красная Башкирия», «Советская Башкирия», «Башкирский нефтяник») и неопубликованные (архивные источники, хранящиеся в фондах центральных архивов республики Башкортостан).

Цель данной статьи заключается в исследовании социально-бытовых условий жизни населения БашАССР (на примере горожан) в послевоенный период. Достижению цели работы способствует решение ряда задач: 1) изучить жилищные условия городского населения; 2) проанализировать уровень бытового обслуживания горожан; 3) рассмотреть послевоенную систему продовольственного снабжения городского населения; 4) охарактеризовать степень развития медицинского обслуживания городских жителей; 5) опреде-

лить уровень развития образования в городах республики.

Стоит отметить, что послевоенные годы прошли под лозунгами восстановления народного хозяйства и повышения материальнобытового уровня жизни населения. Окончание войны ассоциировалось у людей с ростом их благосостояния и улучшением качества жизни в недалеком будущем, но на самом деле нужды населения отошли на второй план, а социальная сфера финансировалась по так называемому остаточному принципу.

В 1945-1953 гг. в Башкирии насчитывалось 11 городов: Уфа (столица республики), Черниковск (бывший Сталинский район Уфы, который 15 декабря 1944 г. был выделен в самостоятельный город), Стерлитамак, Баймак, Белебей, Белорецк, Бирск, Благовещенск, Давлеканово, Ишимбай и Октябрьский. Основными источниками, позволяющими исследовать численность и состав городского населения БашАССР в послевоенные годы, являются результаты переписей и статистические данные.

По результатам переписи 1939 г. все население БашАССР составляло 3 млн 158969 чел., а в 1959 г. - 3 млн 341609 чел. Городское население БашАССР составляло в 1939 г. 540319 чел. (17,1 % ко всему населению). Известно, что в 1951 г. число городских жителей Башкирии увеличилось на 68,8 тыс. чел. и составило 868,5 тыс. чел., а к 1959 г. горожан в республике было уже 1 млн 280719 чел. - это 38,2 % ко всему населению (число горожан увеличилось примерно в 2,4 раза)1. Население распределялось неравномерно: почти 50 % всех городских жителей сосредотачивалось в столице республики Уфе (в

1939 г. - 250 тыс. чел., а в 1959 г. - 543 тыс. чел.). Столь значительное приумножение городского населения стало возможным благодаря не только демографическим процессам, но и росту числа городов, которые являлись центрами развития тех или иных отраслей промышленности, поэтому из года в год в них росло число горожан за счет увеличения самодеятельного населения. Основным источниками пополнения городского населения являлись сельские жители трудоспособного возраста, горожане, приехавшие из соседних областей и республик с целью трудоустройства, и спецпоселенцы.

Одним из острых оставался жилищный вопрос. Городское население БашАССР проживало в бараках, времянках, общежитиях, реже в индивидуальных домах, коттеджах и квартирах. Дома, в основном, были деревянные, малоэтажные (2-х и 3-хэтажные), хотя к 1950-м гг. в центре Уфы строятся 3-х, 4-х и 5-иэтажные дома2.

После войны одним из основных типов жилья оставались бараки. Так, в 1946 г. в Черниковске имелось 38,5 % домов барачного типа, в Белорецке 25,8 %, в Стерлитамаке 19,5 %, в Ишимбае 15,7 %. Часть населения, а это 42 тыс. человек, ютилась в сараях, 2,5 тыс. в землянках3. Подавляющее большинство рабочих, служащих и студентов проживали в общежитиях, предоставленных с места работы или учебы. В комнатах общежитий царила антисанитария, не хватало тумбочек, столов, кроватей, постельных принадлежностей, была большая скученность народа. Например, в комнатах общежития треста «Стерлитамакстрой» на площади 9 кв. м размещались по 7-9 человек4.

Степень износа жилья являлась достаточно большой, так как почти все оно строилось еще до революции, и до 1945 г. возведения новых домов в городах республики не ве-лось5. Это объясняется тем, что до войны программа жилищного строительства осуществлялась лишь в небольшой части, так как финансовые средства и рабочая сила поглощались первоочередными производственными стройками. Во время войны жилищный вопрос вновь приобретает остроту в связи с проблемой размещения населения эвакуированного из западных областей страны. Так, всего в БашАССР за 1941-1942 гг. прибыло 278 тыс. человек, в том числе в Уфу 104 тыс. человек. Размещение эвакуированных проис-

ходило за счет уплотнения местного населения. Проживали, главным образом, в бараках и землянках6.

В республике с 1946 г. началось активное строительство, связанное с так называемым послевоенным восстановлением хозяйства. Страницы республиканских газет пестрили статьями с названиями «Повысить темпы жилищного строительства!», «Ускорить жилищное строительство!» и т. п. Основными застройщиками выступали крупные промышленные предприятия, заводы городов (90 % всего строительства в Черниковске, Октябрьском, Стерлитамаке осуществлялось предприятиями союзной промышленности), которые должны были в определенные сроки строить жилье для рабочих и служащих, а также объекты инфраструктуры по типовым проектам7. Застройщики редко выполняли намеченные правительством планы в установленные сроки. Так, в Уфе планировалось в 1947 г. сдать 8745 кв. м жилплощади, а фактически сдано было только 2861 кв. м (32 %); в Черниковске в 1948 г. план - 24,8 тыс. кв. м, сдано 17365 кв. м (59,9 %) и 29835 кв. м (80,5 %) временного жилья; в Ишимбае в 1947 г. план - 13980 кв. м, а сдано 3606 кв. м (52,2 %) и т. д.8 Причины срыва планов строительства были разные: нехватка стройматериалов, отсутствие транспорта и др. Одним из злободневных являлся вопрос ремонта имеющегося жилья (капитальный или текущий ремонт), так как оно в большинстве своем находилось в аварийном состоянии, но здесь также существовали проблемы с освоением средств, выделенных для этих целей.

В республике широко велось строительство индивидуальных домов, которые, в основном, были 1 и 2-хквартирные. В Черниковске в 1948 г. построили целый поселок индивидуальных домов9.

Часто наблюдались случаи, когда предприятие-застройщик ориентировалось лишь на количественные показатели и сроки, от чего страдало качество выполненной работы: дома сдавались без кровли, окна без двойных рам, отсутствовали надворные по-стройки10.

Если говорить об общем фонде жилплощади по городам, то в 1945 г. в Уфе он составлял 65256 кв. м (проживало 12201 человек), и 137395 кв. м индивидуальный жилой фонд с населением 33459 чел; в Белебее в 1947 г. 11,8 тыс. кв. м жилплощади11. На 1 октября

1950 г. жилой фонд республики насчитывал 2624 дома с жилплощадью 786,5 тыс. кв. м, за 1949-1950 гг. построено в городах БашАССР 400 тыс. кв. м, а за 1950-1951 гг. еще 350 тыс. кв. м12. Средняя площадь, которая приходилась на одного человека, из года в год варьировалась по городам: в Уфе от 5 до 8 кв. м, в Черниковске 3,8 кв. м в 1946 г. и 4,6 кв. м в 1947 г.; в Белебее 4 кв. м в 1947 г.; в Октябрьском около 3,4 кв. м в 1948 г.13 Эти цифры свидетельствуют, что подобные размеры жилой площади были явно недостаточными, а строительство новых жилых объектов отставало и в качественном, и в количественном отношении. По обеспеченности жильем БашАССР намного была позади по сравнению с общесоюзным уровнем. В конце 40-х гг. на одного человека в городах республики приходилось в среднем 3,4 кв. м жилой площади, а по стране - около 7 кв. м. То есть увеличение городского населения опережало темпы роста жилищного строительства14.

Большое внимание уделялось правительством республики вопросу благоустройства городов, так как это являлось показателем экономического благополучия республики и повышения уровня жизни ее населения. Внешний вид городов республики до войны оставлял желать лучшего: улицы были частично вымощены камнем, тротуары деревянные, не было уличного освещения, много мусора и навоза на тротуарах, дороги и общественные здания нуждались в реконструкции, но уже к концу 40-х гг. города облагораживаются, что является заслугой не только правительства, но и самих горожан, которые активно включались в процесс благоустройства (уборка и озеленение улиц, ремонт мостов и дорог и т. д.) и ежегодно отрабатывали определенное количество трудодней.

Бытовое обслуживание городского населения было на низком уровне. Большие проблемы возникали с подачей питьевой воды из-за отсутствия водопроводов во многих городах (частично имелись только в Уфе, Белорецке и Стерлитамаке), а та вода, которая подавалась, была плохого качества. В 1946-1947 гг. начинается строительство водопроводов почти во всех городах, но и в начале 1950-х гг. основными источниками водоснабжения городского населения оставались колонки и колодцы.

Канализация в 1945 г. была только в Уфе, она обслуживала всего 0,4 % объектов; в 1946 г. появилась еще в Черниковске

и Белорецке, поэтому улицы городов и водоемы продолжали загрязняться бытовыми и производственными отходами. Хозяевам домовладений предписывалось иметь помойные ямы; для общественных учреждений и производственных предприятий существовали выгребные ямы, которые должны были своевременно очищаться.

Большой роскошью оставалось электрическое освещение. Если в военное время недостаток электроэнергии был связан с ее отпуском на нужды оборонной промышленности, то в послевоенный период электрические станции были сильно изношены и постоянно находились в аварийном состоянии, поэтому жильцам бараков и домов приходилась иногда до года жить без света. Например, в Давлеканово с 1945 г. электрическая станция находилась в аварийном состоянии и была восстановлена к августу 1946 г., а с ноября

1946 г. по март 1947 г. вновь простаивала15.

Отставало от потребностей городского населения и развитие транспортной системы. Однако, по сравнению с началом 40-х гг., ситуация выглядела несколько лучше: были восстановлены пассажирские автобусные перевозки, увеличилось число трамвайных маршрутов. В 1950 г. по республике насчитывалось 17083 транспортных единицы (в том числе 1142 легковых автомобиля и 162 автобуса), что, конечно же, не удовлетворяло потребностей горожан16. В Уфе и в Черниковске трамваи появились раньше, чем в других городах, уже в 1945 г. протяженность трамвайных путей составляла здесь 37,5 км17.

Основными пунктами бытового обслуживания населения являлись бани, прачечные, парикмахерские и различные мастерские. В 1950 г. в городах БашАССР существовало 17 бань на 730 мест18. Процент помывок в коммунальных банях оставался небольшой, так как они вынуждены были работать только два дня в неделю из-за отсутствия топлива или вовсе простаивали (например, в 1946 г. в Белебее план выполнен банями на 34 %, в Уфе на 99,2 %, а в 1947 г. в Уфе на 74,1 %)19. В военное время процент помывок был намного ниже, бани простаивали до 120 дней в год. У горожан отсутствовала какая-либо возможность пользоваться услугами бань и других объектов бытового обслуживания.

План по оказанию парикмахерских услуг в 1945 г. в БашАССР выполнен на 84,2 %, а в 1946 г. на 71 %20. Снижение посещаемости

парикмахерских населением обусловлено рядом причин: рост цен, грубое обращение мастеров и др.

В республике на 1945 г. отсутствовала механизированная прачечная, а на 1 января 1946 г. имелось всего три коммунальных прачечных - в Бирске, Белорецке и Белебее, а также прачечная № 1 в Уфе21. Качество услуг, оказываемых прачечными населению, было неудовлетворительное: белье зачастую выдавалось мокрым, плохо проглаженным. При этом стоимость стирки и глаженья одного килограмма белья составляла около 3 р. в 1948 г., что было не по карману большей части населения22. Таким образом, качество бытового обслуживания горожан оставалось низким.

За 1941-1945 гг. в республике количество предприятий розничной торговли уменьшилось на 1156 единиц23. А после войны произошла обратная ситуация: в городах БашАССР наблюдался рост числа предприятий торговой сети и увеличение показателей (абсолютных и суммарных) товарооборота. Так, в ноябре 1946 г. было организовано 63 магазина, в том числе 11 в Уфе24. Всего с 1947 по 1950 г. по БашАССР открыто 1315 магазинов и лавочек, 689 палаток, 172 предприятия общественного питания25. План товарооборота в первом квартале 1946 г. составил 90,2 % (по общественному питанию 101,9 %), а во втором полугодии 105,5 % (по общественному питанию 116,8 %); в первом полугодии

1947 г. 108,6 %26.

Несмотря на столь высокие показатели в развитии торговли, продовольственный вопрос в республике продолжал оставаться актуальным в послевоенное время. Отоваривание необходимых продуктов (и промышленных товаров) происходило по карточкам, которые были введены по всей стране еще в июле 1941 г. Существовали карточки первой и второй категории, а также специальные карточки для детей, иждивенцев и служащих. Нормы отпуска продуктов, а также цены на эти продукты строго фиксировались (цены на продукты, выдаваемые по карточкам, назывались пайковыми и были ниже рыночных)27.

Норма продуктов, которые выдавались, была явно недостаточной (например, по карточкам 1 категории получали 800 г хлеба в день, а по карточкам 2 категории - 600 г), поэтому потребность населения в самом необходимом не обеспечивалась полностью.

Это зачастую приводило к похищению чужих карточек, к случаям злоупотребления служебным положением для получения дополнительных карточек путем обмана, занижения установленных норм снабжения, расхищения продуктов и т. д. Так, в результате проверок за 1945 г. были выявлены незаконные расхищения продуктов и промтоваров: зерно

- 2251 кг, мука - 859,2 кг, хлеб - 5979,6 кг, мясо - 2648,9 кг, жиры - 800,4 кг, сахар -2666 кг и др.28 Еще один способ обойти закон

- это списывание продуктов как порчи. Плохо организовывалась работа бюро продкарто-чек в Белебее, Давлеканово, Стерлитамаке, Ишимбае, Октябрьском.

Ситуация с продовольственным снабжением населения обострилась еще более в 1946 г. в связи с кампанией по экономии в расходовании хлеба, которую стали проводить Совет Министров СССР и ЦК ВКП (б). а эта кампания, в свою очередь, была вызвана голодом, охватившим многие регионы страны, в том числе и БашАССР. Первым шагом стало решение о повышении пайковых цен, также сокращался контингент населения, находящийся на нормированном снабжении. Люди были вынуждены как-то выживать в этих условиях, что вызвало новые махинации с продовольственными карточками.

При всех этих обстоятельствах самыми незащищенными категориями населения являлись учителя, врачи, студенты педучилищ, которые снабжались неудовлетворительно. Плохо обстояли дела с обеспечением необходимыми продуктами питания лечебных учреждений, детдомов и детсадов.

В связи с экономией продуктов возникала новая проблема - низкое качество блюд в столовых для рабочих, отсутствие ассортимента. Кроме того, рабочие обедали в антисанитарных условиях: грязные, неотапливаемые помещения; из-за нехватки посадочных мест и посуды приходилось есть стоя из жестяных банок. Отсутствие графиков раздачи обедов приводило к длинным очередям. Интересно, что подобная ситуация наблюдалась не только в заводских столовых, но и в некоторых ресторанах, где блюда стоили дорого, но го-

29

товили их из продуктов плохого качества29.

Продовольственный вопрос в конце 1947

- начале 1948 г. связывался с отменой карточной системы снабжения населения с 16 декабря 1947 г. Это мероприятие, в свою очередь, было вызвано денежной реформой 1947 г.

После отмены карточек продовольственные и промышленные товары продавались в открытой торговле по единым государственным розничным ценам - они были выше или ниже пайковых цен30.

Отмена карточек явилась мощным идеологическим рычагом правительства, так как свободная продажа товаров и первоначальное снижение цен на них порождали ощущение благополучия и изобилия у народа, заботы партии. Но были и отрицательные последствия: С 25 января 1948 г. ощущалась нехватка хлеба в таких городах республики, как Белорецк, Стерлитамак, Черниковск. Несвоевременный завоз зерна и муки срывал продажу хлеба в Ишимбае и Октябрьском. Все это приводило к огромным очередям и рождало панику среди населения, а наплыв колхозников в города за хлебом только усугублял ситуацию31. Нехватка хлеба и других продуктов питания являлась одним из последствий войны, так как сельское хозяйство республики было ослаблено.

В городах республики торговля продуктами питания организовывалась слабо, и если количественные изменения были на лицо (а именно рост числа торговых точек), то качество торговли страдало. В некоторых магазинах отсутствовали витрины, прейскуранты цен, ассортимент продуктов был скудный, продукты неравномерно распределялись по магазинам. В ранг дефицитных продуктов попали сахар, кондитерские изделия, крупа, макароны. Торговля мясом, маслом, медом и яйцами осуществлялась с перебоями.

Следовательно, реформы 1947 г. не изменили ситуацию в области торговли и питания населения в лучшую сторону, так как население было ограничено в средствах для приобретения многих необходимых товаров, а некоторые элементарные продукты питания оставались дефицитными.

В послевоенное время система здравоохранения в БашАССР, как и многие другие отрасли, находилась в плачевном состоянии. Ухудшение медицинского обслуживания населения началось еще в годы войны, так как лучшие медработники были отправлены на фронт, часть работала в эвакогоспиталях, развернутых на территории республики32.

С окончанием войны возникли проблемы другого рода: во-первых, не хватало койко-мест в больницах, а сами больницы и поликлиники пребывали в крайне запущенном

виде: обветшалые здания, антисанитария, нехватка постельного белья. И, во-вторых, ощущался недостаток в высококвалифицированных медицинских работниках (в 1940 г. в республике насчитывалось 700 врачей, в 1947 г. 1251 врачей и 5070 среднего медперсонала, в том числе 785 в городах)33.

В 1946 г. министром здравоохранения БашАССР С. З. Лукмановым был сделан доклад, из которого видно, что увеличился уровень заболеваемости трахомой, туберкулезом и венерическими заболеваниями, выросло число противозаконных абортов34. В 1945 г. отмечалась вспышка малярии в Уфе, Ишимбае, Черниковске и Бирске, высоким оставался уровень заболеваемости сыпным тифом, дизентерией. Причины многих заболеваний (в частности, трахомы, туберкулеза и т. д.) напрямую связаны с образом жизни людей, соблюдением гигиены.

Смертность по республике после войны снизилась по сравнению с довоенным уровнем, а к 1947 г. уровень смертности вновь увеличился, что, очевидно, связано с последствиями голода 1946 г. Среди причин смертности преобладали желудочно-кишечные заболевания, с 1949 г. раковые и сердечнососудистые, а с 1953 г. вновь возросла смертность от заболеваний желудочно-кишечного тракта.

С 1945 по 1953 г. качество оказания медицинских услуг населению в республике улучшилось, правда, незначительно. На здравоохранение, как и на всю систему социального обеспечения, средства выделялись по остаточному принципу, а проблем в этой области было еще очень много.

Сходная ситуация возникла и в сфере образования: слабая материально-техническая база, низкий уровень грамотности горожан, скудное финансирование данной сферы со стороны государства - все это было сопряжено с социально-экономическими проблемами послевоенного времени. Тем не менее, из года в год росло количество учебных заведений разного уровня и число учащихся в них. В 1947-1948 гг. насчитывалось 239 городских школ (более 500 тыс. учащихся), в 1946 г. 7 медицинских среднеспециальных учебных заведения, 7 сельскохозяйственных техникумов, около 13 педучилищ и 8 вузов35.

С 1945 по 1952 г. резко возросло количество учителей с высшим и средним педагогическим образованием, а со средним общим

образованием уменьшилось в 1,6 раза, с незаконченным средним в 20 раз, что говорит

о хорошем уровне подготовки учительских кадров. Также к 1953 г. сократилось число безграмотных и малограмотных, увеличилось общее число учащихся и студентов, большее внимание уделялось качеству обучения. Безусловно, показательным моментом стали результаты переписи населения 1959 г., из которых следует, что численность грамотного населения (по сравнению с 1939 г.) увеличилась в 3 раза, количество лиц с высшим образованием в 7 раз.

Анализ социально-бытовых условий жизни городского населения в 1945-1953 гг. позволяет сделать следующие выводы: несмотря на усиление темпов строительства нового жилья и, как следствие, увеличение жилищного фонда, проблема обеспечения горожан жилплощадью оставалась актуальной ввиду роста числа городских жителей, пополняющих ряды рабочих и служащих различных промышленных предприятий, а также студенчества.

Определенных успехов удалось добиться в деле благоустройства городов, однако качество бытового обслуживания горожан было неудовлетворительным, так как это не являлось на тот период приоритетным направлением социальной политики.

Одним из острых оставался продовольственный вопрос: до декабря 1947 г. население городов снабжалось необходимыми продуктами по карточкам, введенным еще в военное время, а с отменой данной системы снабжения в декабре 1947 г. и проведением денежной реформы наступил период свободной торговли. Тем не менее, существовали серьезные проблемы в сфере торговли и общественного питания горожан.

Качество медицинского обслуживания улучшилось, но пока еще не отвечало потребностям городских жителей. Высоким оставался уровень заболеваемости (инфекционные заболевания, туберкулез, заболевания желудочно-кишечного тракта) и смертности среди горожан, что, безусловно, связано с особенностями их жизни.

Положительным моментом являлось повышение уровня грамотности населения, что проявилось в увеличение числа учащихся, а также в улучшении подготовки учительских кадров.

Таким образом, после войны городское население БашАССР оказалось в крайне тя-

желом положении: в короткие сроки необходимо было направить все свои силы не только на восстановление благосостояния республики, но и восстановить, а по возможности и улучшить, собственный жизненный уровень. Однако процесс качественных изменений в повседневной жизни горожан проходил в замедленном темпе.

Примечания

1 Население Башкортостана : Х1Х-ХХ1 века : стат. сб. / Территор. орган Федерал. службы гос. статистики по РБ. Уфа : Китап, 2008. С. 98, 138; Население России в 20 веке. Исторические очерки : в 3 т. Т. 2. 19401959 гг. М. : РОССПЭН, 2001. С. 198, 209.

2 Центральный государственный архив общественных объединений республики Башкортостан (ЦГАОО РБ). Ф. 122. Оп. 32. Д.1968. Л. 195.

3 ЦГАОО РБ. Ф. 122. Оп. 26. Д. 640. Л. 36.

4 История города Стерлитамака / отв. ред. Р. С. Аюпов, М. И. Минеев. Уфа : Башк. ун-т, 1994.С. 133.

5 Центральный государственный исторический республики Башкортостан (ЦГИА РБ). Ф. 937. Оп. 3. Д. 75. Л. 5.

6 История Башкортостана с древнейших времен до наших дней : в 2 т. / под ред. И. Г. Акманова ; сост. И. Г. Акманов, С. Ф. Касимов. Т. 2. История Башкортостана. ХХ век. Уфа : Китап, 2006. С. 276.

7 ЦГАОО РБ. Ф. 122. Оп. 28. Д. 49. Л. 69.

8 Там же. Д. 179. Л. 53.

9 Поток на строительстве жилых домов // Крас. Башкирия. 1948. 30 янв. (№ 21). С. 3.

10 К вопросу о качестве жилищного строительства // Башк. нефтяник. 1948. 8 февр. (№ 15). С. 1.

11 ЦГИА РБ. Ф. 937. Оп. 6. Д. 8. Л. 9.

12 Не повторять ошибок в жилищном и культурно-бытовом строительстве // Совет. Башкирия. 1952. 25 марта (№ 51). С. 3.

13 ЦГИА РБ. Ф. 937. Оп. 6. Д. 8. Л. 39; ЦГАОО РБ. Ф. 122. Оп. 26. Д. 640. Л. 37; Оп. 28. Д. 49. Л. 46; Оп. 29. Д. 672. Л. 97.

14 Башкортостан на рубеже веков. История и современность : стат. сб. / Территор. орган Федерал. службы гос. статистики по РБ. Уфа : Китап, 2007. С. 362-363.

15 ЦГИА РБ. Ф. 394. Оп. 10. Д. 36. Л. 8; Ф. 937. Оп. 6. Д. 8. Л. 66.

16 История Башкортостана... С. 113.

17 ЦГИА РБ. Ф. 937. Оп. 1. Д. 992. Л. 21.

18 Там же. Л. 39.

19 ЦГИА РБ. Ф. 937. Оп. 6. Д. 26. Л. 1; Ф. 933. Оп. 3. Д. 192. Л. 19; ЦГАОО РБ. Ф. 122. Оп. 26. Д. 637. Л. 193.

20 ЦГАОО РБ. Ф. 122. Оп. 26. Д. 637. Л. 142; Д. 640.Л. 112.

21 ЦГИА РБ. Ф. 937. Оп. 1. Д. 1009. Л. 6.

22 ЦГАОО РБ. Ф. 122. Оп. 29. Д. 672. Л. 97.

23 История Башкортостана... С. 281.

24 Улучшить государственную и кооперативную торговлю // Крас. Башкирия. 1948. 28 янв. (№ 20). С. 3.

25 К новому подъему благосостояния трудящихся // Крас. Башкирия. 1950. 16 дек. (№ 249). С. 2.

26 ЦГАОО РБ. Ф. 122. Оп. 27. Д. 902. Л. 162163.

27 Зубкова, Е. Г. Послевоенное советское общество : политика и повседневность. 1945-

1953 гг. М. : РОССПЭН, 2000. С. 70.

28 ЦГАОО РБ. Ф. 122.Оп. 26. Д. 674. Л. 76.

29 ЦГАОО РБ. Ф. 122.Оп. 26. Д. 722. Л. 140142.

30 Зубкова, Е. Г. Послевоенное советское общество. С. 83.

31 ЦГАОО РБ. Ф. 122.Оп. 27. Д. 894. Л. 36; Оп. 28. Д. 763. Л. 45.

32 Башкортостан : крат. энцикл. Уфа, 1996. С. 62.

33 ЦГИА РБ. Ф. 394. Оп. 10. Д. 36. Л. 223.

34 ЦГАОО РБ. Ф. 122.Оп. 26. Д. 159а. Л. 40.

35 Маркелова, Л. Н. Среднее профессиональное образование Башкортостана 1925-1985 гг. : становление и развитие. Стерлитамак, 2005. С. 89; ЦГАОО РБ. Ф. 122. Оп. 28. Д. 589. Л. 1-3; Д. 620. Л. 12.