Совет федерации проголосовал против «оранжевой свистопляски»

Совет федерации (СФ) одобрил законы о наказании за фейковые новости и неуважение к власти. Во время обсуждения ряд сенаторов указал на расплывчатость формулировок, а также несоответствие документов нормам о свободе слова, которые закрепляют Конституция и Конвенция о защите прав человека и основных свобод. Впрочем, большинство сенаторов оказались сторонниками принятых Госдумой законов. Глава комитета СФ по федеративному устройству Олег Мельниченко заявил, что они вводят «механизм защиты политической стабильности» страны от «оранжевой свистопляски».

На заседании СФ законы представлял их соавтор глава комитета по конституционному законодательству Андрей Клишас. Первым рассматривали законы о наказании за распространение недостоверной информации под видом достоверных сведений. Сенатор сообщил, что в палату поступило отрицательное заключение президентского Совета по правам человека (СПЧ), однако эти замечания «скорее носят политологический или философский характер». Например, СПЧ увидел противоречие в законах, поскольку «наказание по ст. 13.15 КоАП налагается за распространение заведомо недостоверной информации, а внесудебная блокировка информационного ресурса производится просто по факту недостоверности информации», отметил он. «Коллеги, мне даже неудобно это комментировать, потому что когда СПЧ пишет документ, то его юристы даже не вычитывают,— сказал Андрей Клишас.— Только заведомое размещение будет предметом доказывания при привлечении к ответственности. По-моему, абсолютно никакого противоречия, достаточно простая юридическая ситуация».

Сенатор Людмила Нарусова призвала господина Клишаса прислушаться к замечаниям СПЧ, а не высказываться о них уничижительно: «Согласитесь, что в данном случае СПЧ — это профильная структура». Она также отметила, что Россия подписалась под ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, которая «не допускает ограничения права на свободу выражения мнения исключительно по мотиву недостоверности распространяемой информации»: «Как быть с этим противоречием?» «В конвенции ничего не говорится о свободе распространения недостоверной информации под видом достоверной, как это сказано в диспозиции нормы»,— ответил Андрей Клишас, подчеркнув, что в этой части «никаких международных обязательств» Россия на себя не принимала.

Госпожа Нарусова также спросила, кто, по мнению господина Клишаса, должен отвечать за сюжет «Первого канала» о «якобы распятом мальчике». «Я не собираюсь комментировать ни распятого мальчика, ни какие-то другие примеры»,— сказал Андрей Клишас. По его словам, в законе специально оговорено, что он не имеет обратной силы: «Все, что происходило до принятия закона, все эти ситуации мы не рассматриваем».

Сенатор Вячеслав Мархаев спросил у Андрея Клишаса, не противоречит ли «ужесточение контроля в информационно-коммуникационной среде 29-й статье Конституции, гарантирующей свободу мысли, слова, информации». «Никакого противоречия Конституции не усматривается, у граждан есть право на получение достоверной информации. Ложная общественно значимая информация, которая вынуждает граждан к иррациональным, необоснованным действиям, вредит их конституционным правам и свободам»,— ответил соавтор законов.

«По настроению зала я понимаю, что никакие аргументы не подействуют»,— сказала Людмила Нарусова.

По ее мнению, «как не получилось у Роскомнадзора с блокировкой Telegram, так ничего не получится с этим». «За стенами наших залов миллионная аудитория молодых, прогрессивных людей, которые абсолютно точно найдут возможность это обойти. Я полагаю, что цель не технические блокировки, а моральное устрашение граждан»,— добавила госпожа Нарусова.

Интернет на постсоветском пространстве

Пространство свободы, территория ограничений и серые зоны – в спецпроекте “Ъ”

«О каком нарушении прав человека и Конституции тут может идти речь?» — вступился за законы сенатор Олег Мельниченко. По его словам, поправками вводится «механизм защиты политической стабильности нашей страны», в том числе «от влияния извне». «Когда здесь будет искусственным образом устроена оранжевая свистопляска, страдать будут те же самые молодые люди»,— предупредил сенатор.

За поправки проголосовали 149 сенаторов, 3 против и 3 воздержались. Поправки в КоАП, вводящие наказание за распространение фейковых новостей, набрали 144 голоса за, 4 против, 2 воздержались.

Следом сенаторы рассмотрели законы о запрете распространения информации, «выражающей в неприличной форме явное неуважение» к обществу и власти. «Какими нормативными актами определены понятия ''неприличная форма'' и ''общественная нравственность'', какой перечень подпадающих под действие закона представителей власти?» — поинтересовался сенатор Сергей Калашников. По словам Андрея Клишаса, допустимо использовать «оценочные общеупотребительные категории», находящиеся «в общем обиходе», и законодатель «не обязан определять все термины».

Это означает, что «каждый суд в зависимости от обстоятельств будет сам решать, что такое неприличная форма, а что такое приличная форма», отметила сенатор Светлана Горячева. «Понимаете, что мы даем полный произвол судьям?» — поинтересовалась Людмила Нарусова. По ее мнению, закон фактически запретит критику власти, поскольку «неприличной формой можно будет считать даже иронию».

Председательствующий вице-спикер СФ Николай Федоров предложил прекратить дискуссию и голосовать за законы. Документы поддержали 145 сенаторов, 3 против, 4 воздержались.

Фотогалерея

1 / 18