Распространение культа Булды и проблема выявления этнографических подразделений южных удмуртов

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 34 (249).

История. Вып. 48. С. 16-19.

И. А. Косарева

РАСПРОСТРАНЕНИЕ КУЛЬТА БУЛДЫ И ПРОБЛЕМА ВЫЯВЛЕНИЯ ЭТНОГРАФИЧЕСКИХ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ ЮЖНЫХ УДМУРТОВ1

В статье, основанной на полевом материале автора, впервые очерчен ареал святилищ Булды и выявлены связанные с культом Булды этнографические подразделения южных удмуртов.

Ключевые слова: Культ Булды, традиционные верования, этнографические подразделения удмуртов.

В обозримом прошлом юг Удмуртии в культовом отношении представлял довольно пёструю картину. Наряду с двумя эндогамными социально-культовыми группами, молившимися в святилищах луда и великой куалы, часть населения осуществляла здесь культ Булды. Впервые об этом явлении было рассказано на страницах «Вятских губернских ведомостей» в 1859 г.2 Автор публикации сообщил о трёх местах совершения молений Булде: в лесах около деревень Старя Зюмья (в современном написании - Старая Юмья), Арляново и Варзи-Ятчи (все три деревни существуют поныне и расположены на территории современного Алнашского района).

Авторы XIX в. неоднократно обращались к этой теме3. В конце XIX в. священник Н. Блинов в работе «Языческий культ вотя-ков»4 изложил собранную им информацию

о культе Булды. Он утверждал, что главным являлось святилище Булды в лесу, принадлежащему г. Ушкову (этот лес в дореволюционной литературе называют ещё Кокшанской дачей), что главными жрецами в этом святилище были представители удмуртской семьи из д. Старая Юмья. По преданию, их предку, заблудившемуся в лесу на охоте, во сне было видение седого величественного старца, утверждавшего, что он - страшный бог, и требовавшего проводить моление в указанном месте. Название Булда информаторы Н. Блинова связывали с именем крестьянина, которому было это видение5.

В 1920-е гг. моления в святилище Булда около с. Варзи-Ятчи дважды посетил П. Н. Луппов. Его наблюдения изложены в статье 1927 г.6

В. Е. Владыкин в монографии 1994 г., посвящённой религиозно-мифологической картине мира удмуртов, писал, что на юге Удмуртии раз в четыре года проводили весьма

значительное моление Булда вось, которое было собственностью булда выжы (выжы ‘корень’), объединявшего едва ли не большинство южных удмуртов. При этом он отметил, что в формировании булда выжы и других культовых объединений удмуртов ещё очень много неясного7.

Н. И. Шутова в работе 2001 г. о дохристианских культовых памятниках в удмуртской религиозной традиции, суммируя данные этнографической литературы и собственных полевых изысканий, пишет о святилищах Булда в Алнашском (Старая Юмья, Арляново, Варзи-Ятчи), Граховском (Нижние Юра-ши), Можгинском (Басурман-Можга - ныне с. Можга) районах, предполагая более широкое распространение этого явления8.

Н. И. Шутовой в 1998 г. удалось получить сведения об эндогамии булда выжы9. Однако не были выявлены все известные населению святилища Булды, и не был очерчен ареал этого распространения данного культа.

В последние годы в ходе полевых исследований автором было проведено картографирование святилищ Булды, которое показало, что ареал этих святилищ вытянут вдоль южной границы этнической территории удмуртов от святилища в д. Старая Салья Ки-ясовского района на востоке до святилища в д. Удмуртский Сарамак Кизнерского района на западе. Перечислим эти святилища. В Алнашском районе: 1) в д. Старая Юмья; 2) около д. Пирогово, в Ушковском лесу; 3) около д. Арляново; 4) около с. Варзи-Ятчи; 5) около д. Кузебаево. В Киясовском районе: 6) около д. Старая Салья. В Граховском районе: 7) около д. Яги-Какси; 8) около д. Старые Ятчи; 9) около д. Нижние Юраши. В Кизнерском районе: 10) около д. Удмуртский Сармак; 11) около д. Поляково; 12) около д. Арвазь-Пель-га. В Можгинском районе 13) около д. Кват-

чи; 14) около д. Водзя, 15) около д. Большие Сибы. В Малопургинском районе: 16) около д. Средние Юри.

Кроме того, о трёх святилищах Булды (около деревень Нижнее Асаново, Варзибаш Алнашского района, Старая Пельга Агрыз-ского района Татарстана, попавшей в зону затопления при вводе в строй Нижнекамского водохранилища и потому расселённой) сообщили только по одному информатору, и перепроверить эти сведения не удалось. И в литературе есть указания на существование святилищ Булды: в окрестностях деревни Басурман Можга, ныне это с. Можга Можгин-ского района10. Н. Блинов в упомянутой выше работе называет святилища у д. Вожи Старо-ятчинской волости (ныне эта территория относится к Граховскому району УР), около д. Гондырево Граховской волости (в наши дни эта деревня входит в состав Алнашского района), у д. Айшур Васильевской волости, около деревень Аргабаш и Бемыж (теперь эти населённые пункты расположены на территории Кизнерского района)11.

Действующими на период проведения полевых исследований в 2006 г. оставались три святилища: около д. Нижние Юраши Грахов-ского района, около д. Кузебаево Алнашско-го района и на территории д. Старая Юмья Алнашского района. В советский период действующим было и святилище у д. Арляново, до тех пор, пока один приезжий человек не осквернил священное место суицидом. В исследовании 1898 г. Н. Блинов сообщил, что, по отзывам удмуртов, нигде в другом месте, кроме мольбища в Кокшанской даче (то есть в Ушковском лесу, в святилище около д. Пирогово Алнашского района), не следует молиться Булде. Что, однако, «малые булды» были и прежде, и сохранились до настоящего времени12.

Главное святилище, расположенное около д. Пирогово, упомянутое Н. Блиновым как святилище «в Кокшанской даче», находится в глубине значительного лесного массива. Крупное моление, длившееся неделю, проводили здесь один раз в четыре года, летом. На моление съезжались жители многих деревень. По данным полевых исследований автора, проведённых в 2006 г., здесь во время сакральных действий трением о кору священного дуба добывали огонь, на котором готовили жертвенную пищу в течение всей недели молений. Точно установить, как техниче-

ски это делали, в наше время уже невозможно. Важно, что многие информаторы знали и сообщали об этом добывании нового огня. Пироговское святилище Булды было заброшено в советское время. Поляну святилища постепенно затягивает лес. Священный дуб, ещё крепкий, был спилен неизвестными злоумышленниками уже после 2000 г. От него остался огромный пень, рядом с которым летом 2006 г. лежала отпиленная, с прочной древесиной, верхняя часть ствола.

Обращает на себя внимание факт, что автор, писавший в Вятских губернских ведомостях в 1859 г. о молениях Булде, назвал три святилища: около д. Старая Юмья, около д. Арляново и около с. Варзи-Ятчи (обе деревни и село относятся к Алнашскому району). При этом он не упоминает о главном молении в расположенном в этом же районе святилище около д. Пирогово. Видимо, это важное сакральное действие старались сокрыть от посторонних глаз в глубине леса и сохраняли в тайне.

По свидетельствам информаторов из д. Нижние Юраши Граховского района, в их святилище Булды моление проводили через три года на четвёртый, т. е. один раз в четыре года в Петров день (12 июля). Но по легендам, дошедшим от стариков, в старину это моление было приурочено к дню летнего солнцестояния (шунды пукон ‘солнца сидение’), и только под воздействием христианизации моление перенесли на Петров день.

В жертву, как правило, приносили животное белой масти: жеребёнка, барана, гуся или утку. Летом 2006 г. во время посещения с проводниками действующего святилища Булды, расположенного на территории деревни Старая Юмья Алнашского района, я обратила внимание на лежавшую под старой огромной сосной на хвое зарезанную белую утку. Полевые материалы последних лет свидетельствуют о том, что жертвенное животное не только варили и употребляли в качестве молельной пищи люди. По данным информатора Павлины Кузьмовны Николаевой, в девичестве Ба-тровой, 1935 г. р., уроженки д. Карамас-Пель-га Киясовского района, когда она в 1956 г. тяжело заболела, родственники обратились к известной знахарке из д. Абдэс-Урдэс Мало-пургинского района. Знахарка лила воду на серебряную монету, положенную в стакан, и сообщила, что заболевшую поймало божество луда. Брат Павлины Кузьмовны по сове-

18

И. А. Косарева

ту знахарки зарезал в святилище луда около д. Карамас-Пельга белую утку, выкопал для неё небольшую ямку и там оставил. Больная вскоре выздоровела.

По данным информаторов из д. Нижние Юраши Граховского района, жертвенное животное при заклании укладывают головой в ту сторону, где в данный момент находится солнце. Во время моления в святилище Бул-ды около Нижних Юрашей центральную площадку святилища, окружённую небольшой канавкой, жрецы обходили с произнесением молитв в направлении по солнцу (по часовой стрелке). Интересно, что при похоронах у удмуртов, когда гроб выносили во двор, его ставили на чурбан и поворачивали три раза против солнца13. И во время поминального обряда йырпыд сётон, проводимого через несколько лет после смерти, устроители мероприятия обходят всех присутствующих, подавая им кумышку (алкагольный напиток), в направлении против солнца (против часовой стрелки). (На последний факт обратил внимание информатор, рассказывавший о молении в юра-шинском святилище Булды. Он сам и сравнил противоположную направленность движения на поминках и при молении в святилище Бул-ды.) Движение против солнца было связано с представлениями о смерти и потустороннем мире. Движение по солнцу носило символический жизнеутверждающий характер.

Такие факты, как проведение молений в святилище Булды в прошлом в день летнего солнцестояния; обход жрецами во время совершения моления центральной части святилища в направлении по солнцу; укладывание жертвуемого Булде животного головой в сторону солнца; добывание нового огня в святилище Булды трением (огненная стихия, несущая тепло и свет, по представлениям многих народов и удмуртов в частности связана с солнцем) указывают на связь молений Булды с культом солнца. Возможно, с культом солнца связан и тот факт, что среди животных, приносимых в жертву в разных святилищах Булды, непременно был жеребёнок. В Нижних Юрашах и Кузебаеве - белой масти, в Старой Салье - белой или жёлтой. На существовавшую в мифологических представлениях удмуртов связь образа коня с солнцем есть указания в этнографической литературе14.

Сложно представить, когда и при каких обстоятельствах возникла группа населения,

связанная с культом Булды. Имя этого божества информаторы Н. Блинова связывали с удмуртским именем, как уже было отмечено выше. В то же время оно созвучно татарскому слову, которое переводится с татарского как выражение ‘всё сделано’. Можно предполагать, но затруднительно выявить влияние на возникновение у южных удмуртов культа Булды тюркского населения, сохранявшего какое-то время элементы доисламских языческих верований. Известно, что продолжительные усилия мусульманского духовенства по искоренению язычества у тюркоязычных народов Поволжья так и не привели к полной победе ислама. Язычество так и не было полностью вытеснено, и его пережитки сохранялись вплоть до недавнего времени15.

Проблему возникновения культа Булды у южных удмуртов я оставляю за рамками этого исследования. Для нас в данном случае важным является то, что первым по значимости святилищем Булды было святилище в Ушковском лесу у д. Пирогово Алнашского района. Важную роль в этом культе играло также святилище в д. Старая Юмья Алнаш-ского района. Именно отсюда, с территории Алнашского района, носители культа расселялись по южной окраине удмуртского ареала. Информаторы из деревень Граховского района знают от стариков, что Булду в их святилище около д. Нижние Юраши привезли из Алнашского района. Одни полагают, что это был саженец дуба, другие, что это было какое-то количество золы из костра святилища. Возможно, там были и другие символические предметы. Но все помнят, что везли святыню три года по водоразделу, огибая воду: нельзя было переезжать поверх реки или ручья. В противном случае перевозимая святыня утрачивала свою силу. Очевидно, что по представлениям носителей этих языческих верований, две стихии, огня (Булда) и воды, не должны были пересекаться.

Имеющиеся факты говорят о том, что носители культа Булды расселились с территории Алнашского района, где в междуречье Ижа и Тоймы святилища Булды расположены наиболее плотно. Продвигаясь на запад, носители этого культа создавали новые святилища в Граховском, а потом - в Кизнер-ском районе. Мигрируя в восточном направлении, они перешли на левый берег р. Иж и основали святилище около д. Старая Салья

Киясовского района. Самым северным является святилище около д. Средние Юри Мало-пургинского района.

Информация, собранная в ходе полевых исследований последних лет, говорит о том, что в каждой деревне не все жители, а только часть семей были связаны с культом Булды. Так в д. Старая Салья Киясовского района по свидетельству Ивана Романовича Охотникова 1934 г. р., главного на молениях в Булде (эта должность перешла к нему по наследству от деда), только семь семей молилось в святилище Булды: Васильевы, Гурьевы, Калашниковы, Охотниковы, Пудовы, Самсоновы, Тихоновы. Расселяясь, носители культа Булды проживали в деревнях совместно с носителями других культов. Главным при формировании населения деревни было наличие земли, пригодной для земледелия. Культовая сторона отступала на второй план.

В 1971 г. в одном издании был опубликован на удмуртском языке текст предания, в котором рассказано о живущем у реки Вятки ватка-удмурте и живущем у реки Кильмези калмез-удмурте, и о том, как они однажды собрались и поехали к булда-удмурту16. На этот текст впервые обратила внимание Н. И. Шутова17. Это предание говорит о давних, отражённых в фольклоре, представлениях о носителях культа Булды как об особом подразделении удмуртского народа.

Все выявленные в ходе полевых исследований и упомянутые в литературе святилища Булды расположены в пределах алнашско-киясовской и граховско-южнокизнерской подгрупп собственно южных удмуртов. (Удмуртское население, проживающее на обширной территории южной Удмуртии, к югу от этнографической группы калмез и верхнеиж-ско-шарканской этнографической группы, то есть от срединных удмуртов, принято обозначать в литературе термином ‘собственно южные удмурты’. Это крупная этнографическая группа, включающая более мелкие подразделения). Расселяясь в западном направлении и неся с собой культ Булды, алнашско-киясов-ские удмурты встретились с потоком удмуртских переселенцев с правого берега р. Вятки. Культурное взаимодействие представителей этих подгрупп вылилось в формирование граховско-южнокизнерской подгруппы, для

которой, с одной стороны, характерен культ Булды, а с другой - своя специфика материальной культуры, ярко проявленная в искусстве узорного ткачества, в традиционной одежде и женских украшениях.

Примечания

1 Данная статья базируется на материалах, собранных при финансовой поддержке РГНФ. Грант № 06-01-18129е.

2 Вотяки // Вят. губерн. ведомости. 1859. № 9-11, 13, 32.

3 Бехтерев, В. М. Вотяки, их история и современное состояние : быт и этнографические очерки // Вестн. Европы. 1880. № 8-9. С. 165; Потанин, Г. Н. У вотяков Елабужского уезда // Известия Общества археологии, истории и этнографии. Казань, 1884. С. 204.

4 Блинов, Н. Языческий культ вотяков. Вятка, 1898. С. 42-44.

5 Там же. С. 42-44.

6 Луппов, П. Н. Из наблюдений над бытом удмуртов Варзи-Ятчинского края Вотской автономной области // Тр. Научного общества по изучению Вотского края. Ижевск, 1927. Вып. 3. С. 82-114.

7 Владыкин, В. Е. Религиозно-мифологическая картина мира удмуртов. Ижевск, 1994. С.273.

8 Шутова, Н. И. Дохристианские культовые памятники в удмуртской религиозной традиции. Ижевск, 2001. С. 99-100.

9 Там же. С. 56-57.

10 Емельянов, А. И. Курс по этнографии вотяков : (Остатки старинных верований и обрядов вотяков). Казань, 1921. Вып. 3. С. 96-101.

11 Блинов, Н. Указ. соч. С. 42-47.

12 Там же. С. 44.

13 Гаврилов, Б. Произведения народной словесности, обряды и поверья вотяков Казанской и Вятской губерний. Казань, 1880.

С. 183-184.

14 Худяков, М. Г. Культ коня в Прикамье // Известия Государственной Академии истории материальной культуры. М., 1933. С. 251-279.

15 Татары Среднего Поволжья и Приуралья. М., 1967. С. 342.

16 Ватка но Калмез. Ижевск, 1971. С. 98-100.

17 Шутова, Н. И. Указ. соч. С. 99-100.