От согласований не осталось духу

Петербургский парламент вчера, 21 октября, во втором чтении принял законопроект о внесении изменений в закон «О бюджетном процессе». В первоначальной версии законопроекта, внесенного Смольным, предполагалось заставить депутатов согласовывать свои поправки с получателями средств по ним, причем и с теми, кому выделяются дополнительные деньги, и с теми, у кого их забирают. В среде парламентариев во время первого чтения это предложение вызвало эмоциональную реакцию, а председатель ЗакСа Вячеслав Макаров потребовал вычеркнуть эту норму, чтобы «духу ее там не было». Ко второму чтению поправку о согласованиях убрали. Эксперты убеждены, что депутатская поправка является ключевым инструментом политического влияния ЗакСа, как внутри, так и за пределами Мариинского дворца, однако этот инструмент себя уже изжил.

В первом чтении законопроект о внесении изменений в закон «О бюджетном процессе» обсуждался чуть более месяца назад. Петербургский парламент был серьезно возмущен предложенным документом. Одним из пунктов первоначального проекта было обязательство согласовывать перераспределение средств в рамках депутатской поправки с получателями денег, причем как с теми, кому средства передаются, так и с теми, у кого их забирают. Тогда после эмоциональных выступлений депутатов спикер ЗакСа Вячеслав Макаров обвинил представителей Смольного в создании напряжения в зале заседаний и пообещал, что их поправки «духу не будет» (см. “Ъ” от 17.09.2020).

Ко второму чтению законопроекта были поданы поправки, которые, в частности, предложение Смольного исключают. Споров или альтернативных вариантов не возникло, так как абсолютное большинство ЗакСа не собирается терять одну из важнейших сфер своего влияния.

Депутатская поправка была придумана мэром Петербурга Анатолием Собчаком. Она предусматривает возможность депутатам перераспределять деньги по своим избирательным округам на наиболее нужные, по мнению парламентариев, объекты. На это уходит 1–2% городского бюджета каждый год. При этом процедура внесения поправок непрозрачна, и проследить, куда ушли средства, бывает почти невозможно.

Вице-президент РАПК (Российской ассоциации политических консультантов) Петр Быстров отмечает, что депутаты не могли позволить себе потерять поправку, особенно в предвыборный год. «Для депутатов это инструмент политического влияния. Поправка дает им возможность финансировать мероприятия, которые им помогут в избрании в одномандатных округах. С другой стороны, мы понимаем, что отдельные депутаты — у нас есть примеры осужденной Светланы Нестеровой (депутат ЗакСа пятого созыва.— “Ъ”) и подозреваемого в получении взятки Романа Коваля — могут использовать поправки для личного обогащения. Поправка еще и инструмент политического торга, поэтому отказаться от нее депутаты не готовы»,— считает господин Быстров.

Он также отмечает, что внесенная только во втором чтении губернатором поправка к закону «О бюджетном процессе», которая увеличивает предельный объем госдолга Петербурга с 50% до 70% общего объема доходов бюджета, могла быть итогом переговоров между Мариинским дворцом и Смольным. «Я полагаю, это следствие кулуарных договоренностей: депутаты поддерживают увеличение объема госдолга, а администрация отказывается от притязаний на ликвидацию депутатской поправки»,— сказал вице-президент РАПК.

Обстоятельством внесения во втором чтении поправки о госдолге возмутился депутат Михаил Амосов, который назвал такой акт «хулиганством», потому как вопрос является серьезным, а у депутатов уже нет возможности выйти к трибуне или опросить представителя Смольного. Поправка была принята (см. “Ъ” от 20.10.2020).

Директор Института современного государственного развития Дмитрий Солонников не согласен с тем, что две поправки связаны друг с другом. «Смольный и ЗакС же не чужой пирог делят. ЗакС, если не увеличивает объем госдолга, он делает хуже петербуржцам, своим избирателям,— уверен господин Солонников.— Депутатские поправки оставили потому, что это важнейший элемент давления руководства парламента на депутатов. Это такой рудимент диких девяностых, но очень удобен для определенных позиций — и его будут пытаться сохранять».

В 1990-е, отмечает эксперт, депутатская поправка была нужна, потому что нередко приходилось «на коленке» писать проекты для перевода денег на наиболее проблемные объекты. В России уже почти нигде нет института депутатской поправки, не нужна она и Петербургу, так как «бюджет распланирован на три года вперед»,— заключает Дмитрий Солонников.