Глобальные цепочки стоимости, индустриализация и промышленная политика

АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ЭКОНОМИКИ

УДК: 339.94

Глобальные цепочки стоимости, индустриализация и промышленная политика

Автор анализирует новую архитектуру мировой экономики, доминирующим элементом которой становятся глобальные цепочки стоимости (ГЦС), меняющие характер современной индустриализации. В статье рассматривается включение феномена ГЦС в процесс индустриализации, понимаемый в классической теории как переход от аграрной экономики к промышленной за счет создания крупной национальной индустрии. Автор приходит к выводу, что промышленная политика, ориентированная на интеграцию в ГЦС, идет дальше, чем промышленная политика, ориентированная на импортозамещение, которая пытается создать полную цепочку стоимости на всей территории страны. ГЦС-политика ориентируется на создание отдельных звеньев в рамках ГЦС, которые способны приносить стране большую долю или объем добавленной стоимости, а также нацелена на создание связей между зарубежными и локальными игроками в цепочке стоимости в рамках международных производственных систем.

Ключевые слова: глобализация, цепочка создания стоимости, глобальные цепочки стоимости (ГЦС), транснациональные корпорации (ТНК), индустриализация, промышленная политика

Н. А. Волгина

Введение

Глобализация — это ключевая идея в мировой экономике конца ХХ— начала XXI века. Несмотря на то что глобализация является одним из наиболее часто используемых понятий в экономической литературе, будь то серьезные экономические исследования или статьи в периодических изданиях, до сих пор не существует единого или универсального определения глобализации, которого бы придерживалось большинство авторов, пишущих об этом процессе. Очень показательно с этой точки зрения часто цитируемое в англоязычной литературе определение известного экономиста П. Дикена (P. Dicken). По его мнению, глобализация — это «наиболее часто используемое, наиболее неправильно используемое и наиболее сбивающее с толку слово» [4].

Вместе тем большинство экономистов сходятся во мнении, что при определении глобализации невозможно обойтись без термина «взаимозависимость». Так, глобализацию часто трактуют как процесс, углубляющий,

© Н. А. Волгина, 2017

ускоряющий, расширяющий взаимозависимость всех аспектов жизни людей — от культурной до криминальной, от финансовой до экологической. Экономисты обращают особое внимание на экономическую взаимозависимость, которая, как и создание новых международных транснациональных финансовых и политических институтов, сформировавшихся из растущей мобильности капитала, труда и информации (технологии), составляет суть процессов глобализации.

Наиболее широко термин глобализация стал использоваться именно в конце ХХ века, когда экономисты стали активно обсуждать концепцию глобальных цепочек стоимости. Это неслучайно, ведь формирование ГЦС — это один из важнейших процессов, создающих различные типы взаимозависимостей в мировой экономике, производстве, торговле, потреблении стран, регионов, городов и так далее. Целью данной статьи является выявление новых аспектов, связанных с формированием и проведением национальной промышленной политики в условиях глобализации, и расширяющихся процессов развития региональных и глобальных цепочек стоимости.

Цепочки добавленной стоимости: от внутрифирменных до трансграничных

Как известно, производственная деятельность объединяет в себе ряд взаимосвязанных стадий, которые организованы в виде вертикальной цепочки, включающей в себя непосредственно сам процесс производства, а также деятельность по разработке идеи продукта, закупке ресурсов и его доставке потребителю. Именно эту последовательность действий в экономической литературе принято называть цепочкой создания стоимости (англ. value-added chain), где каждое звено добавляет определенную стоимость к первоначально используемым ресурсам.

Анализ цепочки создания стоимости получил широкое распространение в 1990-х годах, в первую очередь благодаря популяризации этого понятия в работах американского экономиста М. Портера (M. Porter) [1]. Портер предложил схему цепочки стоимости, выделив в ней те звенья, где добавляется наибольшая часть стоимости. Он выявил основные виды деятельности по созданию стоимости (управление запасами, производство, складирование и дистрибуция готовых изделий, маркетинг и продажи, послепродажное обслуживание), а также вспомогательные виды деятельности (инфраструктура фирмы, управление человеческими ресурсами, развитие технологий — НИОКР, поставки). В процессе реализации каждого из этих видов деятельности и формируется (добавляется) стоимость готового товара или услуги. Стоимость продукта по мере его создания в цепочке стоимости достигает той цены, по которой он может быть продан на рынке конечному потребителю.

Первоначально из-за высоких торговых и коммуникационных издержек складывались внутрифирменные цепочки стоимости, они носили преимущественно национальный характер и не выходили за пределы одной страны. Со временем ситуация менялась. В связи с резким снижением издержек, в первую очередь, транспортных и коммуникационных, внутрифирменные цепочки стоимости стали редким явлением в мировой экономике, на смену им пришли межфирменные, а затем и трансграничные цепочки стоимости. Межфирменные цепочки

в настоящее время не ограничиваются рамками одной страны; они включают в себя фирмы различной национальной принадлежности. В результате возникают трансграничные (региональные и глобальные) цепочки создания стоимости.

Значительный вклад в развитие концепции глобальных цепочек стоимости был сделан учеными Института проблем развития в английском Брайтоне (англ. Institute of Development Studies, Brighton). В проекте «Инициатива по изучению глобальных цепочек стоимости» в 1990-х годах Дж. Джереффи (G. Gereffi) напрямую связал концепцию цепочки создания стоимости с глобальной организацией промышленности. Речь идет о таком процессе, который принято называть международной фрагментацией производства [6].

Глобальные цепочки стоимости и международная фрагментация

Цепочка создания стоимости и фрагментация производства — это две стороны одного и того же процесса. В ходе производства, как было указано выше, стоимость создается в отдельных звеньях производственной цепочки. Когда она носит внутрифирменный характер, процесс производства хоть и является фрагментированным, но только в рамках одного предприятия или одной страны. В случае внутрифирменных цепочек ученые редко говорят о фрагментации как о специфике организации производственного процесса.

Когда же речь заходит о трансграничных цепочках создания стоимости, то понятие фрагментации производства выходит на первый план. Глобальные цепочки стоимости означают, что фирмы размещают отдельные звенья в различных географических локациях, часто — в разных странах и регионах. Они находят для себя прибыльным размещать отдельные стадии производственного процесса на территориях, способных предложить наиболее эффективное исполнение тех или иных производственных задач. В настоящее время цепочки создания стоимости обычно строятся таким образом: низкозатратное производство и сборка размещаются в странах с развивающимися рынками (в Китае и других странах Юго-Восточной Азии), а конечные потребители находятся в Европе, Северной Америке и в той же Азии [7].

С этой точки зрения можно говорить о том, что глобальные цепочки стоимости и есть международная фрагментация производства. Более того, тесно переплетаясь друг с другом, они образуют глобальные или региональные производственные сети. Многие экономисты предпочитают говорить о трансграничных производственных сетях, поскольку этот термин по умолчанию включает в себя и глобальные, и региональные цепочки создания стоимости.

Производственные сети, разбросанные по всему миру,— не новое явление в мировой экономике. В течение многих десятилетий фирмы производили свои продукты, получая необходимые компоненты из многих стран мира; бизнес всегда искал новые рынки сбыта для своих товаров. Однако в настоящее время скорость, масштабы, объемы, глубина и широта взаимодействий в рамках глобальных цепочек стоимости становятся поистине беспрецедентными. Многие отрасли производства, в первую очередь автомобилестроение и электроника, строятся исключительно в рамках глобальных цепочек создания стоимости, и этот процесс уже является необратимым.

Новая архитектура мировой экономики

«Сделано во всем мире» — этот слоган используют многие экономисты и даже международные организации для того, чтобы подчеркнуть, что товары и даже услуги все чаще создаются не в одной стране, а в разных точках земного шара в рамках глобальных цепочек стоимости.

Знаменательно, что Всемирная торговая организация (ВТО) запустила и поддерживает информационно-аналитический ресурс под названием «Made in the World» (сделано во всем мире — пер. с англ.), в котором сосредоточена важнейшая информация по глобальным цепочкам стоимости [8]. Этот портал функционирует в тесном сотрудничестве с Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и Конференцией ООН по торговле и развитию (англ. United Nations Conference on Trade and Development, UNCTAD), которые посвящают значительную часть своих публикаций (включая статистику) проблематике глобальных цепочек стоимости. Этот портал нацелен на поддержку обмена результатами научных проектов, накопленным опытом и практическими подходами в измерении и анализе глобальных цепочек стоимости.

С возникновением и мощным развитием ГЦС экономисты стали все чаще говорить о новой архитектуре мировой экономики, где ГЦС становятся, а в некоторых отраслях и секторах уже стали ее доминирующим элементом, охватывающим развивающиеся, формирующиеся и развитые экономики. При этом новая архитектура мировой экономики означает не только развитие ГЦС, но и то, что крупнейшие транснациональные корпорации (ТНК) приобретают в этих условиях все большее значение, поскольку в значительной степени контролируют или, по крайней мере, оказывают влияние на деятельность этих цепочек создания стоимости. Географическая фрагментация производства создает новые реалии и для международной торговли: в настоящее время она «управляется» не отдельными странами или их группировками, а ТНК, на которые приходится до 80% объема мировой торговли. От объема заказов, размещенных ТНК в той или иной стране, зависит скорость развития национальных экономик, объемы их внешней торговли и место в мировой системе разделения труда.

Итак, международная фрагментация производства углубляет взаимозависимость торговых связей между странами и регионами, несет важные последствия для торговой и инвестиционной политики, предоставляет перспективы для экономического роста, развития и занятости. Кроме того, она оказывает существенное влияние на содержание современной индустриализации и национальной промышленной политики.

Индустриализация в условиях глобальных цепочек стоимости

Поскольку основной целью работы является выявление ключевых черт промышленной политики в условиях роста ГЦС и изменения архитектуры мировой экономики, необходимо прояснить, что именно в настоящее время следует понимать под индустриализацией.

В классическом определении она представляет собой процесс перехода от

аграрной экономики к промышленной за счет создания крупной национальной индустрии. Этот процесс тесным образом связан с развитием новых технологий, а также изменением не только структуры национальной экономики (растет доля обрабатывающей промышленности в ВВП), но и всего общества в целом. С этой точки зрения, индустриализация — это социально-экономическая трансформация социума; она приводит к созданию индустриального общества и появлению капиталистического способа производства.

Известны различные исторические этапы индустриализации. Так, Великая промышленная революция в странах Западной Европы, начало которой было положено в Англии, постепенно распространилась на Бельгию, Францию, а затем и Германию. Индустриализацией были затронуты американские штаты Новой Англии. На протяжении 30 лет (1870—1900 годы) в этих странах наблюдался быстрый рост и расширение производства в таких отраслях, как металлургия, химическая промышленность, строительство железных дорог, машиностроение. Первой азиатской индустриальной страной стала Япония. В 1930-х годах индустриализация проводилась в Советском Союзе. В 1950-1960-х годах многие колониальные страны, получив независимость, также встали на путь индустриализации.

В 1970-х годах появился термин новые индустриальные страны. Речь идет о государствах, вслед за развитыми странами Северной Америки, Западной Европы и Японии добившихся высокого уровня отраслей обрабатывающей промышленности наряду с ростом доли услуг в ВВП. Индустриализация там проходила в форме экспортной ориентации или импортозамещения.

Насколько правомерно говорить об индустриализации сегодня, когда очевиден тренд к деиндустриализации, то есть к падению доли обрабатывающей промышленности в ВВП и одновременному росту доли услуг? Любопытно, что мы до сих пор используем термин индустриально развитые страны, причем к ним относятся страны с наиболее высокой (выше 70—75%) долей сферы услуг в ВВП.

Глобальные цепочки стоимости кардинально меняют характер современной индустриализации, которая сегодня представляет собой развитие не отдельных отраслей промышленности, как это было в прошлом веке в рамках индустриализации классической, а отдельных ниш той или иной отрасли. Таким образом, страны сегодня не должны создавать собственную широкомасштабную индустриальную базу для того, чтобы быть конкурентоспособными на мировом рынке. Специфика новой индустриализации состоит в присоединении к уже существующим региональным и глобальным цепочкам путем производства промежуточных компонентов для конечного продукта, изготовляемого в рамках цепочек, которые управляются крупными фирмами, по преимуществу ТНК. По меткому выражению известного американского специалиста по глобальным цепочкам стоимости Р. Болдуина (R. Baldwin), новую парадигму развития можно описать словами «присоединяйся-вместо-того-чтобы-строить» (англ. join-instead-of-build-development- paradigm) [3].

Это открывает новые и более быстрые пути для экономического и социального продвижения. Вместе с тем это связано и со специфическими рисками взаимозависимости, которые могут быть весьма ощутимыми во времена кризисов (как

это и произошло во время финансового кризиса 2009—2010 годов).

Новая архитектура мировой экономики, непосредственно связанная с расширением роли ГЦС, накладывает существенный отпечаток на специфику современной индустриализации, рассматриваемой как процесс интеграции в цепочки стоимости. Это позволяет отдельной стране получить определенные выгоды с точки зрения доли добавленной стоимости, а также ускорить процесс индустриализации. Речь идет о взаимном влиянии индустриализации и глобальных цепочек стоимости. Следует подчеркнуть, что включение последних в современную парадигму мировой экономики и международной торговли открывает новые возможности для национальных фирм, но в то же время требует существенных изменений экономической политики. Современная индустриализация может сыграть важную роль в промышленном развитии при проведении адекватной политики, отражающей нынешнюю структуру и тренды мировой экономики.

Типология промышленной политики

Процесс индустриализации в условиях глобальных цепочек стоимости требует хорошо продуманной политики, которая бы смогла увеличить возможности той или иной страны интегрироваться в цепочки стоимости. Вызовы и благоприятные возможности, которые ГЦС предоставляют для структурной трансформации, широко различаются в зависимости от сектора экономики и производимого продукта. Вызовы для политиков состоят в том, чтобы максимизировать экономические выгоды от присоединения к ГЦС с учетом рисков, например, экологических последствий такой производственной интеграции. Скажем, в области торговой политики руководящим органам придется решать, насколько выгодны для национальной экономики протекционистские барьеры.

Научные дискуссии ХХ века по поводу содержания промышленной политики как стратегии экономического развития проходили в тот период, когда не была широко признана важность ГЦС в процессе функционирования мировой экономики. Включение в анализ феномена ГЦС приводит к несколько иным выводам относительно процессов экономического развития. Основное различие состоит в необходимости принимать во внимание потенциал вертикальной специализации в рамках глобальных цепочек, причем не только в масштабах одной конкретной фирмы (как это было ранее), но и на уровне региона или даже всего мира.

Так, Китай представляет собой «мировую фабрику», на которой, однако, производятся продукты, идея которых родилась за пределами страны. В самом же Китае располагаются лишь те звенья цепочки, которые ответственны за окончательную сборку. КНР в настоящее время является крупнейшим в мире производителем автомобилей. Однако разработку концепта осуществляют ведущие автомобильные ОЕМ (англ. original equipment manufacturer—производитель нового оборудования). Заслуга Китая состоит в том, что он смог создать исключительно привлекательные экономические условия для зарубежных ТНК, которые локализовали свое автомобильное производство (звенья цепочки создания стоимости в автомобилестроении) на его территории.

Какую же промышленную политику проводил Китай (или любая другая страна, которая добилась аналогичных успехов в размещении производства на своей территории), чтобы встроиться в глобальные цепочки создания стоимости? На наш взгляд, успех КНР связан с первостепенной ориентацией страны на промышленную политику в условиях ГЦС. Еще раз подчеркнем, что ключевые цели национальной промышленной политики в контексте ГЦС сдвигаются с создания полномасштабных вертикально интегрированных отраслей промышленности к созданию (развитию) в рамках ГЦС отдельных ниш (звеньев), которые способны приносить большую долю или объем добавленной стоимости [5]. Прежде чем подробно остановиться на промышленной политике в условиях глобальных цепочек стоимости, приведем одну из возможных типологий промышленной политики, представленную в работе английских ученых Дж. Джереффи и Т.Стержена (T. Sturgeon) [5, с. 339-342].

Английские экономисты выделяют три типа промышленной политики, нацеленной на индустриализацию страны.

1. Горизонтальная политика, которая воздействует на всю экономику в целом.

2. Селективная или вертикальная промышленная политика, нацеленная на развитие отдельных отраслей или секторов национальной экономики.

3. Ориентированная на ГЦС промышленная политика, которая усиливает международные связи в рамках ГЦС или динамику для улучшения роли страны в глобальных или региональных цепочках.

В настоящее время страны реализуют различные комбинации промышленной политики. Выбор того или иного направления зависит от целей экономического развития, которые ставит перед собой страна. Какой вид политики выходит на первый план или превалирует в том или ином государстве — это вопрос для особого исследования. Здесь лишь отметим, что в большинстве случаев промышленная политика имеет первостепенное значение для стран с развивающимися рынками. Вместе с тем и индустриально развитые страны используют отдельные инструменты промышленной политики, особенно если они ставят перед собой цели построения глобальных цепочек стоимости или интеграции в уже существующие цепочки в конкретных отраслях.

Горизонтальная промышленная политика фокусируется на развитии базовых блоков конкурентной национальной экономики, таких как образование, здравоохранение, инфраструктура, НИОКР, создание благоприятных условий для деятельности бизнеса. И хотя все эти зоны промышленной политики предоставляют привлекательные возможности для частных инвесторов, государственный сектор обычно играет роль основного поставщика. Приводя к общеэкономическому эффекту, горизонтальная промышленная политика также может быть нацелена на определенные отрасли национальной экономики или ГЦС (например, налоговые льготы для инвестиций в нефтегазовую промышленность).

Основные направления горизонтальной политики включают в себя:

— улучшение инфраструктуры, особенно торговой и транспортной;

— улучшение качества образования, особенно в естественно технических и инженерных науках;

— улучшение качества рабочей силы, вложения в человеческий капитал;

— развитие устойчивого энергоснабжения всех регионов страны;

— налоговые льготы для отдельных секторов экономики;

— поощрение прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в отдельные сектора экономики;

— региональные соглашения о свободной торговле и др. [5, с. 342].

Селективная или вертикальная промышленная политика нацелена на развитие отдельных приоритетных отраслей; как правило, она носит вертикальный характер. Эта политика проводится исходя из ряда соображений, подразумевающих, что эти отрасли:

— имеют стратегическое значение с точки зрения обладания природными ресурсами (например нефть, газ и прочие природные ресурсы на Ближнем Востоке, Латинской Америке, в России);

— предоставляют особые благоприятные возможности для установления связей местных производителей с внешним рынком на определенном, заранее установленном уровне (автомобилестроение в Мексике и Бразилии, электроника в Корее и Китае).

Кроме того, предполагается, что селективная политика поддерживает молодые отрасли, которым необходима временная поддержка от более мощных иностранных конкурентов (пример неудачной политики — российский АвтоВАЗ). На практике такая политика справедливо ассоциируется с импортозамещением как стратегией развития. Она была популярна в Латинской Америке, Южной Азии, и других регионах развивающегося мира с конца 1950-х до начала 1980-х годов.

Промышленная политика, ориентированная на интеграцию в ГЦС

Такая политика идет дальше, чем промышленная, ориентированная на им-портозамещение, которая пытается создать полную цепочку стоимости на своей территории страны. ГЦС-политика, в свою очередь, ориентируется на создание связей в цепочке стоимости (экстерриториальные связи) в рамках международных производственных систем для того, чтобы оказывать влияние на позиции страны в региональных и глобальных цепочках создания стоимости.

Успешная промышленная политика, которая принимает во внимание новые реальности ГЦС, включает в себя специальные меры по регулированию связей с глобальной экономикой, особенно в сфере регулирования торговли, инвестиций и обменных курсов. В настоящее время ориентированная на ГЦС промышленная политика фокусируется во все большей степени, чем ранее, на взаимодействии локальных и глобальных игроков, принимая во внимание интересы обеих групп. Лидирующие иностранные игроки в ГЦС, которые условно руководят деятельностью звеньев ГЦС (речь идет о ТНК), заставляют потенциальных местных игроков, стремящихся занять свою нишу в цепочке, конкурировать с локальными игроками из других стран, которые также претендуют на получение доли добавленной стоимости. Такая международная конкуренция за место в цепочке может носить характер и ценовой конкуренции, и конкуренции по качеству. Достижению успеха

в ее рамках может способствовать национальная промышленная политика. Мы уже приводили пример Китая, который благодаря проведению промышленной политики нового типа сумел превратиться в одну из наиболее успешных мировых производственных локаций.

Во многих других развивающихся странах уже широко используются инструменты современной промышленной политики, которая имеет своей целью интеграцию в уже существующие ГЦС (или расширение участия в ГЦС) и получение своей доли добавленной стоимости. У этой политики есть свои риски, связанные с усиливающейся взаимозависимостью стран и регионов, вовлеченных в глобальные производственные цепи.

Есть некоторые основания полагать, что в России происходит постепенное осознание важности цепочек стоимости для процессов международной конкурентоспособности. Так, в Стратегии экономической безопасности России на период до 2030 года указывается, что к основным вызовам и угрозам экономической безопасности относится в числе прочих «ограниченность масштабов российского несырьевого экспорта, связанная с его низкой конкурентоспособностью, недостаточно развитой инфраструктурой и слабой вовлеченностью в мировые цепочки создания добавленной стоимости» [2]. Хочется выразить надежду, что при формулировании целей и ожидаемых результатов промышленной политики на период до 2025 года Россия примет во внимание реальность новой архитектуры мировой экономики, включающую в себя глобальные и региональные цепочки стоимости.

Заключение

Важно отметить, что проведение той или иной промышленной политики означает не только выбор целей и приоритетов, но и постоянный мониторинг их исполнения. Эффективность проведения той или иной политики непосредственным образом зависит от качества правительственных институтов, которые отвечают за ее реализацию. В большинстве работ на эту тему отмечается, что необходимо отслеживать выполнение поставленных задач, бороться с возникающими рисками и закреплять полученные результаты. Важнейшие составляющие такого мониторинга — это постоянство, настойчивость, прозрачность, ясность целей, координация различных уровней: межминистерских, секторально-функциональных, центрально-регионально-локальных, внутренних и внешних.

Литература

1. Портер М. Конкурентное преимущество. Как достичь высокого результата и обеспечить его устойчивость. М.: Альпина Бизнес Букс, 2006.

2. Указ Президента Российской Федерации от 13 мая 2017 года № 208 «О Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 года» // Российская газета. 15 мая 2017 года.

3. Baldwin R. Global supply chains: why they emerged, why they matter, and where they are going. In Deborah K Elms and Patrick Low (eds.). Global value chains

in a changing world, Geneva: World Trade Organization, 2013, pp.13-60.

4. Dicken P. Global Shift. Mapping the Changing Contours of the World Economy. 5th ed. London: SAGE Publications, 2007.

5. Gereffi G., Sturgeon T. Global value chain-oriented industrial policy: the role of emerging economies. In Deborah K Elms and Patrick Low (eds.), Global value chains in a changing world, Geneva: World Trade Organization. 2013, pp. 329-360.

6. Gereffi G. A commodity chains framework for analysing global industries. Institute of Development Studies Bulletin. 1999, no. 8 (12), pp. 1-9.

7. Weil H. The dynamics of global supply chains: the imperatives for success in a new market ecology. In: Deborah K Elms and Patrick Low (eds.). Global value chains in a changing world, Geneva: World Trade Organization. 2013, pp. 171-194.

8. WTO. «Made in the World»: Global value chains Portal. [Электронный ресурс]. URL: https://www.wto.org/english/res_e/statis_e/miwi_e/miwi_e. htm (дата обращения: 14 декабря 2017 года).

References

1. Porter M. The Competitive Advantage: Creating and Sustaining Superior Performance. NY: Free Press. 1985 (in Russian).

2. Decree of the President of the Russian Federation of May 13, 2017. No. 208 «On the Strategy for Economic Security of the Russian Federation for the period until 2030». Rossiyskaya Gazeta [Russian Gazette]. May 15, 2017 (in Russian).

3. Baldwin, Richard. 2013, «Global supply chains: why they emerged, why they matter, and where they are going», in Deborah K Elms and Patrick Low (eds.), Global value chains in a changing world, Geneva: World Trade Organization, 2013, pp. 13-60.

4. Dicken P. Global Shift. Mapping the Changing Contours of the World Economy. 5th ed. London: SAGE Publications, 2007.

5. Gereffi G., Sturgeon T. «Global value chain-oriented industrial policy: the role of emerging economies», in Deborah K Elms and Patrick Low (eds.), Global value chains in a changing world, Geneva: World Trade Organization, 2013, pp. 329-360.

6. Gereffi G. A commodity chains framework for analysing global industries. Institute of Development Studies, 1999, no. 8 (12), pp. 1-9.

7. Weil H. «The dynamics of global supply chains: the imperatives for success in a new market ecology», in Deborah K Elms and Patrick Low (eds.), Global value chains in a changing world, Geneva: World Trade Organization, 2013, pp. 171-194.

8. WTO. «Made in the World»: Global value chains Portal. Available at: https:// www.wto.org/english/res_e/statis_e/miwi_e/miwi_e.htm (accessed 27 October, 2017).