Недостаточность витамина d у детей города Москвы в зависимости от сезона года

жухина М.В., Евсеева Е.А. Результаты многоцентрового исследования «РОДНИЧОК» по изучению недостаточности витамина D у детей раннего возраста в России // Педиатрия. Журнал им. Г.Н. Сперанского. — 2015. — Т. 94, № 1. — С. 62—67.

24. Klimov L.Ya., Kuryaninova V.A., Dolbnya S.V., Zakharova I.N., Kasyanova A.N., Evseeva E.A., Anisimov G.S. Influence of duration of cholecalciferol products administration on the efficacy of hypovitaminosis D prevention in children during the first year of life // European Journal of Pediatrics. — 2016. — Vol. 175, № 11. — Р. 343.

25. Захарова И.Н., Климов Л.Я., Курьянинова В.А., Долбня С.В., Майкова И.Д., Касьянова А.Н., Анисимов Г.С., Бобрышев Д.В., Евсеева Е.А. Обеспеченность витамином D детей грудного возраста // Росс. вестн. перинатол. и педиатр. — 2016. — Т. 61, № 6. — С. 68—76.

26. Захарова И.Н., Климов Л.Я., Курьянинова В.А., Громова О.А., Долбня С.В., Касьянова А.Н., Стоян М.В., Анисимов Г.С., Евсеева Е.А., Майкова И.Д., Королева Е.Ю., Володин Н.Н., Зелинская Д.И., Чебуркин А.А. Холодова И.Н. Эффективность профилактики гиповитаминоза D у детей первого года жизни: роль вскармливания, влияние дозы и длительности применения препаратов холекальциферола // Педиатрия. Журнал имени Г.Н. Сперанского. — 2016. — № 95 (6). — С. 62—70.

27. Климов Л.Я., Захарова И.Н., Курьянинова В.А., Долбня С.В., Арутюнян Т.М., Касьянова А.Н., Анисимов Г.С., Абрамская Л.М., Борисова Ю.В., Майкова И.Д. Статус витамина D у детей Юга России в осенне-зимнем периоде года // Медицинский совет. — 2015. — № 14. — С. 14—19.

28. Захарова И.Н., Климов Л.Я., Мальцев С.В., Малявская С.И.,

Громова О.А., Курьянинова В.А., Долбня С.В., Ягупова А.В., Касьянова А.Н., Бобрышев Д.В., Анисимов Г.С., Соловьева Е.А., Королева Е.Ю., Закирова А.М., Голышева Е.В. Коррекция недостаточности витамина D у детей раннего возраста в Российской Федерации (результаты исследования РОDНИЧОК-2) // Педиатрия. Приложение к журналу Consilium Medicum. — 2017. — № 1. — С. 73—81.

29. Мальцев С.В., Закирова A.M., Мансурова Г.Ш. Обеспеченность витамином D детей раннего возраста из группы медико-социального риска // Практическая медицина. — 2016. — № 8 (100). — С. 29—37.

30. Малявская С.И., Захарова И.Н., Кострова Г.Н., Лебедев А.В., Голышева Е.В., Суранова И.В., Майкова И.Д., Евсеева Е.А. Обеспеченность витамином D населения различных возрастных групп, проживающих в городе Архангельске // Вопр. совр. пед. — 2015. — № 14 (6). — С. 681—685.

31. Greer F. Defining vitamin D deficiency in children: beyond 25-OH vitamin D serum concentrations // Pediatrics. — 2009. — № 124. — Р.1471—1473.

32. Bischoff-Ferrari H.A., Giovannucci E., Willett W.C., Dietrich T., Dawson-Hughes B. Estimation of optimal serum concentrations of 25-hydroxyvitamin D for multiple health outcomes // Am. J. Clin. Nutr. — 2006. — № 84 (1). — Р. 18—28.

33. Holick M.F., Binkley N.C., Bischoff-Ferrari H.A. et al. Endocrine Society: Evaluation, treatment, and prevention of vitamin D deficiency: an Endocrine Society clinical practice guideline // J. Clin. Endocrinol. Metab. — 2011. — № 96. — Р. 1911—1930.

34. Гланц С. Медико-биологическая статистика / С. Гланц. — М.: Практика, 1998. — 459 с.

УДК 577.161.22

И.Н. ЗАХАРОВА1, Т.М. ТВОРОГОВА1, Е.А. СОЛОВЬЕВА1, 2, Н.Г. СУГЯН1 2, Н.Э. АНТОНЕНКО3, Н.Д. БАЛАШОВА3, Н.К. КУУЛАР3, В.В. МАРЧЕНКО3, С.В. ПЕРОВА3, В.Н. ПРОСТАКОВА3, Н.Ю. СИМАКОВА3, И.М. СИМОНЕНКО3, С.В. ВАСИЛЬЕВА1, М.В. МОЗЖУХИНА1, Е.Ю. КОРОЛЕВА4, А.В. РАХТЕЕНКО1, Л.Я. КЛИМОВ5, В.А. КУРЬЯНИНОВА5 , П. ПЛУДОВСКИ6

1Российская медицинская академия непрерывного последипломного образования МЗ РФ, г. Москва 2Детская городская поликлиника № 133 ДЗ, г. Москва

3Детский медицинский центр Управления делами Президента Российской Федерации, г. Москва 4Клиника группы компаний «Мать и дитя», г. Москва

Ставропольский государственный медицинский университет МЗ РФ, г. Ставрополь 6 Детский мемориальный институт здоровья, Варшава, Польша

Недостаточность витамина D у детей города Москвы в зависимости от сезона года

Контактная информация:

Захарова Ирина Николаевна — доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач РФ, заведующая кафедрой педиатрии Российской медицинской академии непрерывного последипломного образования 125993, г. Москва, ул. Баррикадная, д. 2/1, тел.: (499) 252-21-04; e-mail: zakharova-rmapo@yandex.ru

Статья посвящена анализу обеспеченности витамином D детей, относящихся к разным возрастным группам и проживающих в Москве, и оценке сезонности колебаний уровня витамина D в этой популяции. В работе проанализированы результаты определения уровня 25(OH)D у 1041 ребенка в возрасте от 1 месяца до 18 лет, собранные в период с 2012 по 2015 год. Согласно проведенному анализу, вне зависимости от возраста выявлялся высокий процент недостаточности витамина D среди детей в городе Москва. Общепринятый оптимальный уровень метаболита витамина D — кальцидиола в крови (>30 нг/мл) — отмечался только у малой части исследуемых (26 %), в то время как большая часть (74 %) демонстрировала недостаточный уровень витамина D разной степени выраженности: 28 % — недостаточность (20-29 нг/мл), 33 % — дефицит (<20 нг/мл), 13 % — тяжелый дефицит (<10 нг/мл). С возрастом уровень недостаточности более выражен.

При анализе сезонности отмечено достоверное отличие уровня витамина D между летним и зимним сезонами года (p = 0,001). Наибольшее снижение обеспеченности витамином D выявлено зимой (медиана уровня 25(OH)D 17,0 (11,0; 25,0) нг/мл). В летние месяцы зафиксирован относительный прирост кальцидиола (медиана — 22,9 (18,0; 33,0) нг/мл), который, однако, не достигает уровня нормальной обеспеченности. Дети и особенно подростки, проживающие в Москве, нуждаются в круглогодичной профилактике гиповитаминоза D препаратами холекальциферола.

Ключевые слова: витамин D, холекальциферол, гиповитаминоз D, дефицит витамина D, обеспеченность подростков витамином D, обеспеченность детей младшего возраста витамином D, сезонные изменения статуса витамина D у детей.

I.N. ZAKHAROVA1, T.M. TVOROGOVA1, E.A. SOLOVJEVA12, N.G. SUGYAN12, ANTONENKO3, N.D. BALASHOVA3,

N.K. KUULAR3, V.V. MARCHENKO3, S.V. PEROVA3, V.N. PROSTAKOVA3, N.Yu. SIMAKOVA3, I.M. SIMONENKO3, S.V. VASILJEVA1,

M.V. MOZZHUKHINA1, E.Yu. KOROLEVA4, A.V. RAKHTEENKO1, L.Ya. KLIMOV5, V.A. KURYANINOVA5 , P. PLUDOWSKI6

1Russian Medical Academy of Continuing Postgraduate Education of the Ministry of Health of the Russian Federation, Moscow 2Children's city polyclinic No.133 of the Department of Health care of Moscow, Moscow 3Children's Medical Center of the Presidential Administration of the Russian Federation, Moscow 4Clinic of the group of companies "Mother and Child", Moscow

5Stavropol State Medical University of the Ministry of Health of the Russian Federation, Stavropol 6The Children's Memorial Health Institute, Warsaw, Poland

Insufficiency of vitamin D in children in the city of Moscow depending on the year season

Е

For correspondence:

Zakharova I.N. — D. Med. Sc., Professor, Honored Doctor the Russian Federation, Head of the Department of Pediatrics of the Russian Medical Academy of Continuous Post-graduate training, 2/1 Barrikadnaya Str., Moscow, Russian Federation, 125993, tel. (499) 252-21-04, e-mail: zakharova-rmapo@yandex.ru

The article is devoted to the analysis of vitamin D provision for children belonging to different age groups and living in Moscow, and to the assess of the seasonality of fluctuations in vitamin D levels in this population. The results of the determination of the level 25 (OH) D in 1,041 children aged 1 month to 18 years collected during the period from 2012 to 2015 are analyzed. According to the analysis, regardless of age, a high percentage of vitamin D deficiency among children in the city of Moscow was detected. The generally accepted optimal level of a metabolite of vitamin D-calcidiol in the blood (> 30 ng / ml) was observed only in a small part of the subjects (26%), while the greater part (74%) showed an insufficient level of vitamin D of varying severity: 28%- insufficiency (20-29 ng / ml), 33% - deficiency (<20 ng /ml), 13% - severe deficiency (<10 ng / ml). With age, the level of insufficiency is more pronounced.

In the analysis of seasonality, there was a significant difference in vitamin D levels between the summer and winter seasons (p = 0.001). The greatest decrease in vitamin D availability was found in winter (median level 25 (OH) D 17.0 (11.0, 25.0) ng /ml). In the summer months, the relative increase in calcidiol was recorded (median 22.9 (18.0, 33.0) ng / ml), which, however, does not reach the level of normal availability. Children and, especially, adolescents living in Moscow, need year-round prophylaxis of hypovitaminosis D with medications of cholecalciferol.

Key words: vitamin D, cholecalciferol, hypovitaminosis D, vitamin D deficiency, provision of adolescents with vitamin D, provision of young children with vitamin D, seasonal changes in vitamin D status in children.

К настоящему моменту накоплено большое количество фундаментальных и клинических исследований, посвященных различным биологическим эффектам витамина D и его благоприятному влиянию на здоровье детей и взрослых. Если ранее основной точкой приложения терапии считался фосфорно-кальциевый обмен и другие нарушения костного метаболизма, то в настоящее время постепенно становится очевидным значимое комплексное влияние витамина D на многие системы организма. Главной отличительной особенностью витамина D в сравнении с другими витаминами является его стероидная химическая структура и наличие специфического рецептора к его активному метаболиту 1,25(OH)2D в разных тканях организма. Это позволяет рассматривать витамин D как стероидный гормон. Его функции опосредованы ядерным рецептором (VDR — vitamin D receptor), который вызывает транскрипционные изменения на генетическом уровне, влияя на уровни факторов роста и воспаления, активность различных белков и уровни гормонов крови. Известно, что витамин D как напрямую, так и опосредованно влияет на экспрессию порядка 1250-5000 генов [1, 2].

Исследователями обнаружена связь дефицита витамина D:

• с сердечно-сосудистыми заболеваниями (артериальная гипертензия, инфаркт миокарда, кардиогенный инсульт);

• манифестацией аутоиммунных болезней (сахарный диабет 1-го типа, рассеянный склероз, болезнь Крона, ревматоидный артрит, системная красная волчанка);

• большей частотой острых респираторных инфекций;

• аллергической патологией (бронхиальной астмой и атопическим дерматитом);

• онкологическими заболеваниями (рак поджелудочной железы, колоректальный рак, рак молочной железы) [2, 3, 4].

В последние годы доказано благоприятное действие этого витамина на развитие нервной системы, нейропро-текторное и нейротрофическое влияние на ЦНС у детей и взрослых [1, 5]. Продемонстрирована взаимосвязь между достаточным поступлением витамина D и повышением средней продолжительности жизни населения.

Известно, что только 5 % витамина D поступает с пищей, а остальные 95 % должны синтезироваться в коже под воздействием УФ-излучения [6]. Однако в связи с географическим положением нашей страны — выше 40° северной широты — жители Российской Федерации подвержены повышенному риску формирования низкого статуса витамина D из-за недостаточной инсоляции и сниженного эпидермального синтеза [7].

Существует ряд довольно противоречивых данных о наличии сезонных изменений в сывороточной концентрации кальцидиола. Так, например, в Дании было проведено исследование, в котором оценивалась обеспеченность витамином D девочек 11-13 лет зимой и летом, в ходе которого выявлена лучшая обеспеченность кальцидиолом в летние месяцы, а также доказано, что при уровне 25(OH) D в 40 нг/мл летом, последующей зимой уровень 25(OH)D

достигнет 20 нг/мл [8]. В Великобритании пиковое содержание витамина D в крови отмечалось в осенние месяцы [9]. Также в нескольких работах отмечено, что уровень 25(OH)D к наступлению зимнего периода снижается на 24-42 % у взрослых и детей по сравнению с летним уровнем [10, 11, 12, 13].

Необходимость разработки рекомендаций для врачей-педиатров по организованной профилактике гиповитаминоза D у детей и подростков послужила предпосылкой для проведения серии исследований по определению статуса витамина D в детской популяции.

Несмотря на расхождения в определении критерия нормального содержания активного метаболита витамина D (кальцидиола) в крови, по данным разных авторов, наиболее распространенной точкой зрения экспертов являются следующие показатели: при тяжелом дефиците витамина D содержание 25(OH)D в сыворотке крови составляет менее 10 нг/мл, при дефиците — менее 20 нг/мл, при недостаточности — в пределах 21-29 нг/мл. Целевая концентрация кальцидиола в сыворотке крови, характеризующая нормальную обеспеченность, должна соответствовать уровню более 30 нг/мл [3, 7, 14, 15]. На основании литературных данных, избыточным считается уровень витамина D в крови выше 150-200 нг/мл, что может проявиться развитием гиперкальциемии, гиперкаль-циурии или гиперфосфатемии [16].

Цель исследования — изучить обеспеченность детей витамином D и выявить ее зависимость от принадлежности к возрастной группе, сезона года среди жителей г. Москвы.

Материал и методы исследования. Проведен ретроспективный анализ лабораторных показателей 1041 ребенка в возрасте от 1 месяца до 18 лет, которые наблюдались в лечебно-профилактических учреждениях г. Москвы в период с 2012 по 2015 год. Были обследованы 259 пациентов поликлиники Управления делами Президента в возрасте от 2 месяцев до 18 лет, 360 пациентов городской поликлиники № 133 в возрасте 10-18 лет и 100 девочек-подростков из кадетского корпуса 11-17 лет. В исследование также включено 322 ребенка раннего возраста (1 месяц — 3 года), которые обследовались на базе ДГКБ им. З.А. Башляевой и поликлиники группы компаний «Мать и дитя».

Для оценки статуса витамина D в крови определялось содержание основного метаболита витамина D-25(OH)D3 (25-гидроксивитамин D или кальцидиол). При анализе результатов руководствовались нормативными значениями 25(OH)D в сыворотке крови, разработанными в ходе научных исследований, которые составляли при достаточном обеспечении более 30 нг/мл; недостаточном обеспечении — 21-29 нг/мл; дефиците — 10-20 нг/мл; выраженном дефиците — менее 10 нг/мл [3, 17, 18].

Для статистической обработки полученных данных был использован пакет программного обеспечения IBM SPSS Statistics (версия 20.0.0). Обработка результатов проводилась с использованием общепринятых параметрических и непараметрических методов сравнения. Количествен-

ПРИ

ИЕ ВИТАМИНА D В КЛИНИЧЕСКОЙ ПРАКТ1

Е

Таблица 1. Медиана уровня 25(ОН)й в разных возрастных группах

Рисунок 1. Медиана концентрации 25(OH)D в крови по месяцам

Возрастная группа Медиана уровня витамина D

до 1 года 34,2

1 год 30,5

2 года 24,0

3 года 27,0

4-6 лет 25,0

7-9 лет 27,0

10-12 лет 15,0

13-16 лет 17,0

17-18 лет 17,0

ные данные представлены в виде медианы и интеркван-тильного размаха (Ме [25Q; 75Q]).

Результаты исследования. Согласно полученным в ходе исследования данным, распространенность дефицита витамина D в разных возрастных группах детского населения г. Москвы остается крайне высокой. Так, достаточный уровень 25(ОН^ (> 30 нг/мл) отмечался у небольшой части — у 26 % пациентов, в то время как 74 % популяции демонстрировали гиповитаминоз D разной степени выраженности: у 28 % выявлена недостаточность (20-29 нг/мл), у 33 % — дефицит (<20 нг/мл), а у 13 % — тяжелый дефицит витамина D (<10 нг/мл).

Следует особенно отметить, что достаточный уровень кальцидиола в крови отмечен только в группе пациентов первого года жизни, в то время как уже с двухлетнего возраста у большой части исследуемых отмечается недостаточность витамина D, частота которой только нарастает с возрастом (табл.1).

При сравнении уровня витамина D у детей в разные сезоны года выявлено достоверное отличие летнего и зимнего сезонов: снижение 25(ОН^ зимой до уровня дефицита — 17,0 [11,0; 25,0] нг/мл) и увеличение в летний период до 22,9 [18,0; 33,0] нг/мл (р=0,001). Очевидно, что несмотря на существенный прирост в период более высокой инсоляции, даже в летние месяцы оптимальная концентрация витамина D у детей, проживающих в г. Москве, не достигается.

Таким образом, наибольшее снижение до уровня дефицита 25(ОН^3 в крови отмечено в зимний период с медианой — 17 (11; 25) нг/мл, в другие месяцы отмечено преобладание недостаточности: в весенний период — 22,6 (14; 35) нг/мл, летом — 22,9 (18; 33) нг/мл, осенью — 23,0 (16; 31) нг/мл. Ни в одном из сезонов года медиана 25(ОН^ не достигает уровня нормальной обеспеченности (30 нг/мл), при этом в зимний период года она вполне закономерно снижается до минимальных значений, соответствующих дефициту витамина D. (Рис. 1).

Отчетливо прослеживается неуклонное снижение уровня кальцидиола с возрастом, при этом, начиная с возраста 10 лет, уровень 25(ОН^ опускается в зону дефицита (ниже 20 нг/мл), в которой пребывает до 18 лет. Очевидно, что если на первом году жизни у детей присутствуют энтеральные (смеси, продукты прикорма) и лекарственные источники (препараты) витамина D, то в дальнейшем экзогенное поступление холекальциферола сокращается, а его эндогенный синтез не позволяет в условиях ограниченной инсоляции поддерживать необходимый для нормальной обеспеченности уровень. Падение уровня 25(ОН) D ниже 20 нг/мл и сохранение столь низкого статуса на протяжении всего подросткового возраста неизбежно крайне негативно отражается на состоянии здоровья значительной части детского населения.

Высокая распространенность дефицита витамина D во всех возрастных группах позволяет констатировать неэффективность существующих профилактических мер и однозначно свидетельствует о необходимости круглогодичной активной D-витаминизации рациона питания детей и подростков.

Обсуждение и выводы

Представленные данные демонстрируют крайне широкое распространение дефицита витамина D во всех воз-

растных группах детского населения. Это положение, описанное на московской выборке пациентов, подтверждает ранее опубликованные данные по детской популяции Европы и США, которые диктуют необходимость применения новой схемы профилактики в зависимости от возраста [7, 18, 19].

Важно понимать, что даже питание детей, которое, по мнению родителей, является полноценным, покрывающим энергетические потребности и состоящим из натуральных продуктов, тем не менее не обеспечивает ребенка достаточным количеством витаминов и микронутриентов [20]. Особенно актуальны эти сведения в отношении витамина D, так как уровень этого соединения в организме зависит от ряда условий и поддерживается с помощью сложной системы регуляции [21, 22].

Как видно из наших данных о сезонности дефицита витамина D в средних широтах в условиях загрязненности городской атмосферы, даже пребывание ребенка на солнце в летние месяцы не позволяет ликвидировать дефицит витамина D путем эндогенного синтеза в коже под действием УФ-лучей и достигнуть его оптимального уровня, что также подтверждается данными литературы [14, 23, 24].

В настоящее время в России для детей рекомендованы суточные нормы потребления витамина D 400-500 МЕ/сут в течение осенне-зимнего периода, что, по данным большого количества клинических исследований, не позволяет эффективно осуществлять массовую профилактику гиповитаминоза D [7, 21, 23]. Потребности детского организма неуклонно увеличиваются по мере взросления, постепенно достигая потребности взрослого человека, что объясняет необходимость увеличения профилактических дозировок холекальциферола в старших возрастных группах.

По данным европейских авторов, в последнее время значительно повышается роль витамин D-ориентированного питания, при этом обогащение рациона способствует поддержанию нормальной обеспеченности детского организма витамином D [18, 25].

Таким образом, формирование недостаточности витамина D у детей и подростков, проживающих в г. Москве, можно предотвратить круглогодичным приемом холекаль-циферола в форме лекарственных препаратов, пищевых добавок или витаминных комплексов, в то время как поступающего с пищей и образующегося в коже витамина D для поддержания его адекватного уровня в организме ребенка недостаточно. Назрела необходимость разработки новых клинических рекомендаций по профилактике и лечению дефицитных состояний у детей.

ЛИТЕРАТУРА

1. Громова О.А. Витамин D — смена парадигмы / О.А. Громова, И.Ю. Тор-шин; под ред. Е.И. Гусева, И.Н. Захаровой. — М.: ТОРУС ПРЕСС, 2015. — 464 с.

2. Hossein-Nezhad A. Influence of vitamin D status and vitamin D3 supplementation on genome wide expression of white blood cells: a randomized double-blind clinical trial / A. Nezhad, A. Spira, M.F. Holick // PloS One. — 2013. — Vol 8, № 3. — p. e58725.

3. Munns C.F. Global consensus recommendations on prevention and

ПРИМЕНЕНИЕ ВИТАМИНА D В КЛИНИЧЕСКОЙ ПРАКТИ

Е

management of nutritional rickets / C.F. Munns, N. Shaw, M. Kiely // Hormone Research in Paediatrics. — 2016. — Vol. 85, № 2. — P. 83-106.

4. Saggese G. Vitamin D in childhood and adolescence: an expert position statement / G. Saggese, F. Vierucci, A.M. Boot // Eur. J. Pediatrics. — 2015. — Vol. 174, № 5. — P. 565-576.

5. Schlögl M. Vitamin D and neurocognitive function / M. Schlögl, M.F. Holick // Clinical Interventions in Aging. — 2014. — Vol. 9. — P. 559-568.

6. Hossein-Nezhad A. Vitamin D for health: a global perspective / А. Hossein-Nezhad, M.F. Holick // Mayo Clinic Proceedings. — Elsevier, 2013. — Vol. 88, № 7. — P. 720-755.

7. Громова О.А. О дозировании витамина D у детей и подростков / О.А. Громова, И.Ю. Торшин, И.Н. Захарова // Вопросы современной педиатрии. — 2015. — Том 14, № 1. — С. 38-47.

8. Andersen R. Seasonal changes in vitamin D status among Danish adolescent girls and elderly women: the influence of sun exposure and vitamin D intake / R. Andersen, C. Brot, J. Jakobsen // Eur. J. Clin. Nutr. — 2013. — Vol. 67, № 3. — P. 270-274.

9. Maxwell J.D. Seasonal variation in vitamin D / J.D. Maxwell // Proceedings of the Nutrition Society. — 1994. — Vol. 53, № 3. — P. 533-543.

10. Meier C. Supplementation with oral vitamin D3 and calcium during winter prevents seasonal bone loss: a randomized controlled open-label prospective trial / C. Meier, H.W. Woitge, K. Witte, B. Lemmer, M.J. Seibel // Journal of Bone and Mineral Research. — 2004. — Vol. 19, № 8. — P. 1221-1230.

11. Rockell J.E. Season and ethnicity are determinants of serum 25-hydroxyvitamin D concentrations in New Zealand children aged 5-14 y / J.E. Rockell, T.J. Green, C. M. Skeaff // The Journal of Nutrition. — 2005. — Vol. 135, № 11. — P. 2602-2608.

12. Davies P.S. Vitamin D: seasonal and regional differences in preschool children in Great Britain / P.S. Davies, C.J. Bates, T.J. Cole, A. Prentice, P.C. Clarke // Eur. J. Clin. Nutr. — 1999. — Vol. 53, № 3. — Р. 195-198.

13. Gordon C.M. Prevalence of vitamin D deficiency among healthy adolescents / C.M. Gordon, K.C. DePeter, H.A. Feldman, E. Grace, S. Emans // Arch. Pediatr. Adolesc. Med. — 2004. — Vol. 158, № 6. — Р. 531-537.

14. Holick M.F. Evidence-based D-bate on health benefits of vitamin D revisited / M.F. Holick // Dermato-endocrinology. — 2012. — Vol. 4, № 2. — P. 183-190.

15. Priemel M. Bone mineralization defects and vitamin D deficiency:

histomorphometric analysis of iliac crest bone biopsies and circulating 25 — hydroxvvitamin D in 675 patients / M. Priemel, C. von Domarus, T.O. Klatte, S. Kessler, J Schlie., S. Meier, N. Proksch, F. Pastor, C. Netter, Streichert T., Püschel K., Amling M. // Journal of Bone and Mineral Research. — 2010. — Vol. 25, № 2. — P. 305-312.

16. Захарова И.Н. Коррекция недостаточности витамина D / И.Н. Захарова, С.В. Васильева, Ю.А. Дмитриева и др. // Эффективная фармакотерапия. — 2014. — №. 3. — С. 38-45.

17. Wacker M. Vitamin D — effects on skeletal and extraskeletal health and the need for supplementation / M. Wacker, M.F. Holick // Nutrients. — 2013. — Vol. 5, № 1. — P. 111-148.

18. Holick M.F. Evaluation, treatment, and prevention of vitamin D deficiency: an Endocrine Society clinical practice guideline / M.F. Holick, N.C. Binkley, H.A. Bischoff-Ferrari // J. Clin. Endocrinol. Metabolism. — 2011. — Vol. 96, № 7. — P. 1911-1930.

19. Захарова И.Н. Результаты многоцентрового исследования «Родничок» по изучению недостаточности витамина D у детей раннего возраста в России / И.Н. Захарова, С.В. Мальцев, Т.Э. Боровик и др. // Педиатрия. Журнал имени Г.Н. Сперанского. — 2015. — Том 94, № 1. — С. 62-67.

20. Коденцова В.М.. Микронутриенты в питании детей и применение витаминно-минеральных комплексов / В.М. Коденцова, О.А. Громова, С.Г. Макарова // Педиатрическая фармакология. — 2015. — Том 12, № 5. — С. 537-542.

21. Громова О.А. Витамины и минералы между Сциллой и Харибдой / О.А. Громова, И.Ю. Торшин, под ред. Е.И. Гусева, В.Б. Спиричева. — М.: МЦНМО, 2013. — 693 с.

22. Thacher T.D. Vitamin D insufficiency / T.D. Thacher, B.L. Clarke // Mayo Clin. Proc. — 2011. — Vol. 86, № 1l. — P. 50-60.

23. Сайгитов Р.Т. Дифференцированный («сезонный») подход при профилактике недостаточности витамина D3 у детей / Р.Т. Сайгитов // Вопросы современной педиатрии. — 2009. — Том 8, № 5. — С.70-79.

24. Pludowski P. Grant W.B., Bhattoa H.P. Vitamin D status in Central Europe / P. Pludowski, W.B. Grant, H.P. Bhattoa // International Journal of Endocrinology. — 2014. — Т. 2014.

25. Коденцова В.М. Витаминизированные пищевые продукты в питании детей: история, проблемы и перспективы / В.М. Коденцова, О.А. Врже-синская // Вопросы детской диетологии. — 2012. — Т. 10, № 5. — С. 32-44.

УДК 577.161.22

И.В. ВАХЛОВА1, Н.А. ЗЮЗЕВА1 2

1Уральский государственный медицинский университет, г. Екатеринбург 2Детская городская больница № 5, г. Екатеринбург

Обеспеченность витамином D

и эффективность его профилактического назначения у детей раннего возраста

Контактная информация:

Вахлова Ирина Вениаминовна — доктор медицинских наук, профессор, заведующая кафедрой госпитальной педиатрии Уральского государственного медицинского университета, 620028, г. Екатеринбург, ул. Репина, д. 3, тел. (343) 214-86-57, e-mail: vachlova-61@mail.ru

В статье представлены результаты оценки состояния здоровья и обеспеченности витамином D детей раннего возраста, проживающих в условиях крупного мегаполиса. Выявлена высокая частота неудовлетворительной обеспеченности витамином D детей раннего возраста (49,2 %), наилучшие показатели обеспеченности витамином D отмечены у детей 1-го года жизни. Подчеркнута роль прикорма в достижении нормальной обеспеченности витамином D (OR = 5,2; ДИ 95 % [1,8+14,4]). Установлено отрицательное влияние инфекционного анамнеза матерей во время беременности на обеспеченность витамином D родившихся детей (OR = 2,4 ДИ 95 % [1,19 + 4,85]). Отмечена тесная связь между неудовлетворительной обеспеченностью витамином D детей раннего возраста и их повышенной заболеваемостью острыми респираторными заболеваниями (OR = 10,7 ДИ 95 % [2,3+48,8]). Оптимальной профилактической дозой витамина D у детей раннего возраста, обеспечивающей нормальный уровень 25(OH)D3 в сыворотке крови, является 1000 МЕ. Показано влияние курсового (в течение 1 месяца) назначения профилактической дозы витамина D в дозе 500 МЕ у детей третьего года жизни на некоторое повышение обеспеченности витамином D в виде уменьшения случаев дефицита витамина D.

Ключевые слова: витамин D, уровень 25(OH)D3 в сыворотке крови, дети раннего возраста.

I.V. VAKHLOVA1, N.A. ZYUZEVA1 2

1The Ural State Medical University, Ekaterinburg 2 Children's city hospital №5, Ekaterinburg

Vitamin D provision and evaluation

of use preventive doses of vitamin D among infants

For correspondence:

Vakhlova I.V. — D. Med. Sc., Professor, Head of the Department of Hospital Pediatrics of Ural State Medical University, 3 Repin Str., Ekaterinburg, Russian Federation, 620028, tel. (343) 214-86-57, e-mail: vachlova-61@mail.ru