Особенности этнопоэтики в рассказе «Побасенки Шынаппая» С. Пюрбю

УДК 81

ОСОБЕННОСТИ ЭТНОПОЭТИКИ В РАССКАЗЕ «ПОБАСЕНКИ ШЫНАППАЯ» С. ПЮРБЮ

Е.Т. Чамзырын

Аннотация. Статья посвящена изучению роли народной поэтики в произведенииее основоположника и народного писателя Тувы Сергея Пюрбю. В статье дается подробное описание роли этнопоэтики в рассказе «Побасёнки Шынаппая». С. Пюрбю, обращаясь к жанру побасёнки и байки, развивает классическую традицию тувинских«охотничьих историй», которые имеют корнив фольклоре, где поднимается «вечная» тема «человек-природа». Широкое использование автором народной поэтики знакомит юного читателя с жизнью тайги и обычаями тувинских охотников.

Ключевые слова: народная поэтика, побасёнки, фольклоризм, образ.

FEATURES OF ETHNOPOETICS IN "SHYNAPPAY FABLES” OF S. PYURBYU

E. Chamzyryn

Abstract. The article deals withthe study of the role of folk poetics in the work of its founder Sergei Pyurbyu the national writer of Tuva. The article gives a detailed description of the roleof ethnopoeticsin "Shynappay fables".Via fables S.Pyurbyu develops the classical tradition of Tuvan "hunting stories" that have their roots in folklore, which rises "eternal" theme of "man-nature". The widespread use of folk poetics presentsto young readers the life and customs of Tuvan taiga hunters.

Keywords: folk poetics, fables, folklorism, image.

Общепризнано, что проявление фольклоризма в литературе многообразно: от явных фольклорных заимствований до едва уловимых примет и типологических соответствий. В принципе какой угодно достаточно протяженный художественный текст содержит отфольклорные знаки (словесные или интонационно-ритмические).

Человеческое сознание вообще

фольклоризировано, тем более это характерно для художников слова. Фундаментальные законы словотворчества пришли в литературу из фольклора. Зависимость от фольклора наблюдается даже в такой традиционно противопоставляемой ему области, как литературный психологизм. «Много из того, что так ярко проявилось в литературе, - пишет Н.И. Кравцов, - зародилось в фольклоре. Эта передача внутреннего состояния

вовнешностичеловека, объяснение духовных движений жизненными обстоятельствами и, напротив, мотивировка переживаниями поступковгероев, передача эмоциональной реакции, борьбы чувств и их взрыва, раскрытие чувств в сюжете, самохарактеристике, авторском определении, отзывах других персонажей и образе лирического героя» [1, с.

35].

Устное народное творчество, возникнув в глубокой древности и достигнув совершенства,

стало для тувинской детской литературы, своеобразной поэтической колыбелью.

Поэтика фольклора занимает одно из ведущих мест среди художественновыразительных средств тувинской детской литературы. Особую роль в развитии детской прозы сыграл национальный детский фольклор. В детском фольклоре практически реализованы вопросы народной педагогики, основанной на огромном жизненном опыте народа. Высокохудожественные образцы поэтического слова тувинцев несли в себе человеколюбивые идеалы, стремление к добру, справедливости, большую любовь к родной земле. Гуманизм, человечность, оптимизм, национальная основа сюжетов, живой сочный язык - все эти лучшие качества фольклора взяты на вооружение тувинскими писателями, пишущими свои произведения для детей.

Поэтому в детских произведениях Тувы широко использованы лучшие образцы устного народного творчества: сказки, колыбельные песни, пословицы, загадки, считалки и вся народная поэтика многообразного детского фольклора. Вот суждение известного фольклориста М. Китайника по этомуповоду: «...С тех пор как детский фольклор проник в книгу, целый ряд замечательных произведенийдля детей был создан на основании сознательного использования устного детского творчества» [2, с. 174]. Эта

неразрывная связь литературы и фольклора является одним из условий быстрого успешного роста тувинской детской литературы, обогащает ее образами большой художественной ценности.

Трудно переоценить вклад

основоположников тувинской литературы и народных писателей Тувы в тувинскую детскую литературу. Тувинские писатели разных лет, разумеется, по-разному воспринимали народную поэтику. Обращаясь к старым, родившимся в народе сюжетам, ониинтерпретировали их, вкладывая в них новое содержание.

Одним из таких писателей является С.Б. Пюрбю, первый народный писатель Тувы. В. Салчак отмечает, что «его фигура выделяется среди зачинателей тувинской литературы и культуры особой значимостью. В истории тувинской литературы он отмечен как новатор, стихи и поэмы, которого вошли в золотой фонд тувинской и всей многонациональной литературы России» [3, с. 20].

В детской литературе он выступил как прозаик. С. Пюрбю написал веселым и жизнерадостным, легким и понятным детям языком следующие произведения «Побасенки Шынаппая» (1960), «День рождения» (1963), «Умные малыши и глупые великаны» (1968).

«Побасенки Шынаппая» - одно из лучших произведений С.Пюрбю, которое с интересом читают сегодняшние дети и взрослые. С первого появления в печати он входит в круг чтения детей, привлекая их занимательностью сюжета, необыкновенными коллизиями, благородством характеров, нравственной чистотой.

Природно-климатические условия породили у тувинцев особый тип цивилизации. Ее степь определила - быть тувинцу скотоводом, а тайга и горы - охотником. Вероятно, поэтому бытуют в тувинском фольклоре различные были и небылицы, побасенки, появившиеся вокруг реальных или вымышленных героев. Многие детские писатели обращаются к жанру побасенки ибайки, развивая тем самым классическую традицию тувинских

«охотничьих историй», которые имеют корни в фольклоре. В них поднимается «вечная» тема «человек-природа». Здесь можно назвать рассказы, как «Побасенки Шынаппая» С. Пюрбю, «Медведь» Л. Чадамба, «Случай с охотником» С. Серена, «Побасенки Херээра» М. 0лчей-оола, «Рассказы охотника Чолдак-Ацчы» Э. Донгака, «Кичливый кролик», «Лиса и Ястреб» К. Аракчаа, а также рассказы-были «Орлиная благодарность» Ч. Куулара, «Первые

встречи» М. Эргепа. Этим произведениям присущи новые черты, отличающие их от традиционных фольклорных жанров.

«Побасенки Шынаппая» С. Пюрбю - это открытие нового характера в тувинской детской литературе. В какой-то мере Шынаппай напоминает известные образы охотников русской литературы, людей чистых, близких к природе, неисправимых выдумщиков и фантазеров, настоящих поэтов в душе: тургеневского Калиныча, некрасовского деда Мазая, толстовского казака Ерошу. Но характер Шынаппая истинно национальный, тувинский [4, с. 114].

За удивительной, подчас подобной мюнхгаузеновской, историей всякий раз слушатель улавливает серьезность внутреннего содержания, правду жизненной и нравственнойсути. В нем много поучительного и интересного, «безназойливой морали учит ребенка быть внимательным и пытливым» [5, с. 72].

Рассказ С. Пюрбю имеет форму народного сказа и полусказочный сюжет. В центре повествования - дедушка Шынаппай (Правдивый), имеющий большой жизненный и охотничий опыт. Он представляет выразителем народных идеалов и интересов. С ним на охоте происходят самые невероятные приключения. Автор вводит невероятные ситуации Шынаппай «видывал необыкновенные вещи, которых никто не видел». С. Пюрбю «приводит рассказы - небылицы о том, как лиса надела лисью шапку, как сокол угодил под воду, уцепившись за щуку, как коня охотника чуть не увел марал, потому что сам охотник накинул поводья на рога, спящего марала, приняв их за ветки». Он активно вмешивается в излагаемые события, дает оценку действующим лицам, сочувствует бедным, честным людями осуждает богатых.

От имени деда Шынаппая его устами ведет рассказ писатель С. Пюрбю. При чтении особенно вслух создается впечатление, будто слышится голос рассказчика, сказывающего ту или иную чудесную историю. Постоянными обращениями деда к слушателям автор привлекает внимание к рассказу. «Поближе, дети мои. Ты здесь садись, а ты сюда, вот так» или «Вот они какие, чудеса, дети мои. А что вы смеетесь? И такое бывает на охоте, дети».

Рассказывая о себе, бывалый охотник Шынаппай повествует и о своем народе. Он, старый охотник, многое повидавшийи испытавший на своем веку, является выразителем мнения и отношения народа к

окружающему, к народным героям, к народным угнетателям. Первыми он восхищается, вторыми возмущается, язвит и смеется над их глупостью и ничтожеством, клеймит коварство и злобу. Особенно достается нойонам.

Этот рассказ состоит из десяти маленьких миниатюрных произведений, связанных между собой, и каждый из них - это законченный эпизод. Дети, читая их, узнают, о чем рассказывает ночью река, где охотнику лучше развести костер, как обмануть хитрого волка, почему медведь встает зимой из берлоги и т.д. Так автор черезсмешные, веселые истории знакомит маленького читателя с жизнью тайги, с обычаями охотников. Так, например, глава «Как проучил» созвучна рассказу бурятского писателя Х. Намсараева «Взимание долга». С. Пюрбю рассказывает о жадном Дыртык-Чалац, которого проучили Шынаппай со своим «учителем» Чодуром. Они наказали его за скупость. Дыртык-Чалац за долги забирает единственную корову, которая кормила семью Чодур, мудрого охотника и наставника Шынаппая. И вот он, Шынаппай, придумал хитрость, чтобы забрать корову. Об этой хитрости написаны в традиционной и в какой-то мере даже сказочной манере.

Когда Дыртык-Чалац забрал корову и уехал, Шынаппай пробежал напрямик, чтобы встретить на дороге, по которой должен был ехать Дыртык-Чалац недалеко друг от друга он бросил идик (тувинская национальная обувь с загнутыми вверх носками), а сам спрятался. Дыртык-Чалац, увидев идик, остановился, пожалел, что лишь один, и поехал дальше. Когда скрылся Дыртык-Чалац Шынаппай забрал свой идик. А Дыртык-Чалац, проехав дальше, увидел второй идик и очень обрадовался находке и из-за жадности захотел завладеть идиками. И он, привязав корову к дереву, повернул обратно, чтобы забрать первый. В это время Шынаппай вышел из укрытия забрал идик и увел корову. А Дыртык-Чалац остался ни с чем, так проучил его Шынаппай.

Главный герой Шынаппай подобен героям сказок. Этот сюжет и конфликтзаимствован писателем из народных произведений. Такой, как этот, сюжет достаточно широко распространен в Сибири. Он бытует в Бурятии, на Алтае, в Туве, Якутии.

Язык С. Пюрбю точен, ярок, выразителен. Он обогащен народной лексикой,

фразеологией, пословицам и поговорками, но в то же время остается литературным. Свое отношение к происходящему и его оценку дед Шынаппай часто подкрепляет народным мнением, афористически выраженнымв народных пословицах, поговорках, как «Как будто в сказке», «Ни жив, ни мёртв»,«Своего он позора никому не расскажет» и т.д.

В образе Шынаппая, типичного охотника, так как охота всеобщее занятие, удивительно чутко и проникновенно воплощена глубокая душа отважного представителя народа. Шынаппай своим простодушием и жизнерадостным чистосердечием, всем своим существом напоминает героев шутливых народных побасенок. Совершенно очевидно, что, создавая этот образ, С. Пюрбю широко использует принципы, элементы, композиции и форму народной поэтики.

С. Пюрбю используя фольклорную форму сюжетообразования, создает нетрадиционное, собственно, литературно-художественное

произведение. Сюжет, созданный по народнопоэтическому принципу, оказывается фундаментом, на котором создаются нетрадиционные, обобщающие литературные типы. Но вместе с тем в создании сюжета по народному принципу сохраняются основные черты народнопоэтической сюжетной структуры, которые литературному

произведению придают фольклорность.

Относительно конфликтной основы рассказа следует сказать, что она тоже проистекает от фольклорных традиций. В нем, как и в сказке, в борьбе с богачом побеждает умный и ловкий представитель трудового народа. В традиционных жанрах тувинского фольклора конфликтную основу всегда составляет борьба добра и зла, справедливости и несправедливости, человечности и бесчеловечности. В этом и в других рассказах С. Пюрбю мы видим то же самое. И способы достижения победы те же, что и в фольклорных произведениях.

Таким образом, «Побасенки Шынаппая» С. Пюрбю воспитывает у современных детей гуманные чувства, вызывает уважение к простому человеку, тонко передает душевный мир охотника-тувинца, учит ценить его душевное богатство, любовь к родной земле. Именно поэтому это произведение включено в школьные учебники и хрестоматии по родной литературе.

Литература:

1. Кравцов Н.И. Искусство психологического изображения в русском народном поэтическом творчестве // Фольклор как искусство слова. - М., 1969. - Вып. 2. - С. 5-35.

2. Китайник М.Г. О специфике фольклорных связей советской детской литературы // Роль фольклора в развитии литератур народов СССР. -М., 1975.

3. Салчак В.С. Тыва чогаалчылар дугайында демдеглелдер. - Кызыл, 2000.

4. Чамзырын Е.Т. Этнопоэтические особенности тувинской детской прозы. - Кызыл, 2009.

5. Хадаханэ М.А. Тувинская проза. - Кызыл, 1968.

Сведения об авторе:

Чамзырын Екатерина Тамбыевна (г. Кызыл, Россия), кандидат филологических наук, доцент кафедры тувинской филологии и общего языкознания ФГБОУ ВПО «Тувинский государственный университет», e-mail: kuzhuget-sh@mail.ru

Data about the author:

E. Chamzyryn (Kyzyl, Russia), candidate of philological sciences, associate professorat Department of Philology and General Linguistics, Tuvan State University, e-mail: kuzhuget-sh@mail.ru