От понимания девиантного поведения подростка к реализации принудительных мер воспитательного воздействия

С.С. Киселев,

кандидат юридических наук, Краснодарский университет МВД России

ОТ ПОНИМАНИЯ ДЕВИАНТНОГО ПОВЕДЕНИЯ ПОДРОСТКА К РЕАЛИЗАЦИИ ПРИНУДИТЕЛЬНЫХ МЕР ВОСПИТАТЕЛЬНОГО

ВОЗДЕЙСТВИЯ

FROM UNDERSTANDING THE DEVIANT BEHAVIOR

OF THE TEENAGER TO THE IMPLEMENTATION OF FORCED MEASURES OF EDUCATIONAL EXPOSURE

В статье предпринята попытка анализа природы девиантного поведения несовершеннолетних, дается новая классификации принудительных мер воспитательного воздействия, а также компетенции соответствующих органов реализации рассматриваемых мер.

The article attempts to analyze the nature of the deviant behavior of minors, gives a new classification of coercive measures of educational influence, as well as the competence of the relevant implementation bodies, the measures under consideration.

Новое информационное (постиндустриальное) общество существует в колоссальном потоке всеобъемлющего контента. Из 90 млн интернет-пользователей в России, около 50 млн сегодня пользуются сетью через мобильные устройства, т.е. имеют доступ к любому контенту круглосуточно и в любом месте. Информация стала «новой нефтью»: на протяжении последних трех лет владельцам «ВКон-такте» удавалось зарабатывать по 8—9 миллиардов рублей ежегодно (главным источником дохода являются актуальный контент и реклама).

В условиях такого тотального потребления информации и технологий первыми под удар новых злоумышленников попали дети. Ребенка стало трудно удивить чем-либо. Родители чрезвычайно отстали от нового поколения и не могут или не хотят предупреждать трегедию. На этом фоне множество подростков, практически не выходя из своей комнаты или своего класса, подверглись воздействию ужасающих трендов скулшутинга, кибербуллинга и танатофилии (танатомании). Смерть стала крайне интересна для них, при этом в большинстве случаев

они вообще не понимают, что происходит. Поражает число попыток самоубийств подростков России в рамках 2,5—3 тысяч случаев каждый год и более семисот результативных суицидов ежегодно [1].

Кроме того, жестокость и безмотивность подростковой преступности известна давно. Однако сегодня создается впечатление, что формируется самостоятельный вид экстремизма, когда мы начинаем панически бояться собственных детей. Трагедии в школах Санкт-Петербурга (14 апреля 2015 г.), Находки (18 марта 2016 г.), Ивантеевки Московской области (5 сентября 2017 г.), Перми (15 января 2018 г.), Улан-Удэ (19 января 2018 г.), в политехническом колледже Керчи (17 октября 2018 г.), у здания ФСБ России в Архангельске (31 октября 2018 г.) являются тревожным звонком для всей правоохранительной системы России, свидетельствуют в том числе о неэффективности существующих мер воздействия на несовершеннолетних правонарушителей, требуют серьезного анализа их психологии, глубокой рефлексии от родителей и органов правопорядка всех уровней.

Примечательно, что, исходя из статистических с 2013 годом в 2017 году количество подобных

данных МВД России, общее количество преступ- преступлений сократилось на 32,7%, а число их

лений, совершаемых несовершеннолетними, по- участников — на 30% (см. диаграмму 1) [2]. следние десять лет идет на спад. Так, в сравнении

2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 июль

2013

Прирост (+.--] М Значение

Диаграмма 1. Преступления, совершенные несовершеннолетними или

при их соучастии

Однако наблюдается тревожная тенденция преступной группой в два раза чаще, чем в оди-увеличения количества особо тяжких преступле- ночку (см. диаграмму 2) [3]. ний, совершенных лицами данной возрастной категории. При этом по-прежнему они совершаются

2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 июль

201В

\ -*- Прирост !+;-) В Значение |

Диаграмма 2. Особо тяжкие преступления, совершенные несовершеннолетними

или при их соучастии

Важно понимать, что процесс «криминализации» каждого несовершеннолетнего угрожает не только отдельной семье или конкретному человеку. Он влияет на обеспечение национальной безопасности России и, безусловно, является проблемой с многолетними последствиями. И здесь крайне важна верная реакция государственных органов и общества в каждом случае нарушения закона.

Привлечение несовершеннолетнего к уголовной ответственности и назначение наказания имеют ряд особенностей, обусловленных возрастом, социальной незрелостью, правосознанием и духовным развитием ребенка. Практика сегодня идет по пути смягчения ответственности и наказания несовершеннолетних, но при этом принудительные меры воспитательного воздействия (далее — ПМВВ), призванные заменить наказание, назначаемое несовершеннолетним, сегодня применяются крайне редко, что говорит о наличии проблем в их реализации.

В Российской Федерации среди применяемых уголовно-правовых мер самым распространенным наказанием, назначаемым несовершеннолетнему лицу за совершение преступления, по-прежнему является лишение свободы на определенный срок. И это несмотря на то, что согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г. № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» [4] суды в обязательном порядке должны рассматривать возможность освобождения несовершеннолетнего от уголовной ответственности с применением мер принудительного воздействия.

Известно, что согласно Минимальным стандартным правилам ООН относительно осуществления судопроизводства в отношении несовершеннолетних 1985 года (Пекинские правила, приняты 29 ноября 1985 г. Резолюцией 40/33 на 96-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН) несовершеннолетним признается ребенок или молодой человек, который в соответствии с правовой системой государства за правонарушение может быть привлечен к уголовной ответственности в форме, отличающейся от формы ответственности взрослого человека [5]. ПМВВ как раз и выступают подобной альтернативой, но не все так просто.

Проблемы применения ПМВВ включают в себя два аспекта: объективный и субъективный. В объективный аспект входят недоработки и пробелы в законодательстве [6] и деятельности правоохранительных органов в рамках регулирования применения принудительных мер воспитательного воздействия. Субъективный аспект подразумевает

под собой особенности психологического и психического влияния данных мер воздействия на несовершеннолетнего. Оба аспекта важны и требуют тщательного исследования.

Начнем с субъективного.

Поведение любого трудного подростка, по словам В. В. Ковалёва [7], прежде всего обусловлено отсутствием или недостаточной форсиро-ванностью интеллектуальных интересов, потребности в труде, недостаточностью чувства долга, ответственности, незрелым, искажённым пониманием нравственных обязанностей.

Принято выделять следующие виды направленности личности у подростков: гуманистическая; эгоистическая; депрессивная; суицидальная.

Правильная гуманистическая направленность

— это положительное отношение подростка к себе и обществу. Источником дезадаптации могут быть аномальные черты личности, такие как повышенная возбудимость, психическая неустойчивость, ригидность, мнительность, индивидуальные свойства темперамента, завышенная или заниженная самооценка, авантюризм, эгоцентризм, пессимизм, эмоциональные психические расстройства (депрессивные, фобические, невротические, поведенческие и т.д.).

В 12—14 лет формируются и закрепляются волевые черты. К 17 годам формируются стержневые черты характера. В этот период характер многих подростков становится акцентуированным. Акцентуация характера — это крайний вариант нормы, когда отдельная черта усилена, отчего возникает избирательная уязвимость ребёнка. Закрепление некоторых патологических черт характера может мешать подростку адаптироваться к среде и стать одной из причин отклоняющегося поведения, а при неблагоприятных обстоятельствах они могут разрушить всю структуру личности.

Делинкветное поведение в этом возрасте может проявляться в агрессивном противоправном поведении.

В рамках анализа, проведенного нами при профилактической работе с 10—11 классами в средней общеобразовательной школе № 17 г. Краснодара (50 человек) в феврале 2018 года, была определена группа систематических правонарушителей.

Установлено, что ведущими типами акцентуаций среди этих девиантных подростков по классификации А. Е. Личко являются: эпилептоидный

— 35%; гипертимный — 25%; шизоидный — 21%; по классификации К. Леонгарда: циклотим-ный — 33%; гипертимный — 26%; демонстративный — 16,7%.

Немаловажной является сфера социальных отношений несовершеннолетних.

Если в младшем подростковом возрасте (11— 12 лет) ребёнок следует ожиданиям и одобрениям окружающих, то в 13—16 лет развивается уровень «автономной морали» — самостоятельно усвоенных моральных принципов. Нравственные убеждения подростка неустойчивы.

Также в этот период может происходить дезадаптация нравственного развития, неусвоение нравственных норм как следствие педагогической запущенности со стороны семьи и школы, агрессивного воздействия социальной среды либо психических отклонений. Чаще всего девиантное поведение принимает форму деликвентного (противоправного).

Установлены стили родительских отношений, негативно влияющие на поведение, адаптацию и самочувствие ребёнка: 1) авторитарный стиль, выражающийся в диктате, доминировании, гиперопеке, завышенных требованиях; 2) либерально-попустительский стиль, выражающийся в чрезмерной эмоциональной дистанции, невмешательстве; 3) социальная девиация самих родителей.

Нарушения взаимоотношений в семье выражаются в оппозиционно-протестном поведении подростка, суициде, противоправных действиях.

Также нельзя оставить без внимания отношения, которые складываются в этом возрасте со сверстниками. Идентификация и группирование выступают в данном случае как способ познания себя и нахождения своего «Я». Ключевым фак-трором здесь будет конформность — подверженность влиянию группы.

Возможные отклонения этой сферы выражаются в участии подростка в девиантных группах сверстников; злоупотреблении курением, алкоголем, токсикантами, наркотиками. Также нарушение может выражаться в воровстве и грабежах.

Дети, не достигшие 14-летнего возраста, зачастую склонны к совершению преступления в составе группы со взрослыми (это уже отмечалось в начале статьи при анализе состояния преступности несовершеннолетних). В практике по работе с такими детьми имеется опыт либо наложения штрафа на родителей, либо помещения их в специальные интернаты.

Многие дети получают ярлык несовершеннолетних правонарушителей достаточно рано, в возрасте от 6 до 12 лет. Предвестники будущего де-линквентного поведения могут появляться уже в дошкольных учреждениях и часто включают: аномальное или медленное развитие базовых навыков, таких как речь и язык; хроническое нарушение правил; агрессивное поведение по отношению к другим детям или воспитателям. Безусловно, нельзя воспринимать эти признаки как

исключительные показатели будущих правонарушителей, однако в ходе нашего анализа поведения школьников г. Краснодара выяснилось, что 9 из 10 негативно проявляли себя уже в дошкольных учреждениях.

Далее — об объективных аспектах проблем применения ПМВВ.

В настоящее время в Российской Федерации, а также в ряде стран СНГ меры, указанные в статье 90 УК РФ, как уже отмечалось ранее, выступают способом воздействия на поведение несовершеннолетнего без назначения ему наказания. Судебная практика показывает, что количество вынесенных решений об освобождении подростка от реального наказания и назначении ему мер принудительного воздействия в порядке статьи 90 и статьи 92 УК РФ весьма незначительно. Это обусловлено тем, что правовые и организационные пробелы, нечеткость формулировок, которые существуют на данный момент в уголовном законе, препятствуют судам в полном объеме использовать такую альтернативу при решении вопроса о карательных мерах для несовершеннолетних правонарушителей. Необходимо отметить, что по смыслу закона принудительные меры воспитательного воздействия применяются при нецелесообразности отбывания несовершеннолетним наказания, что некоторым образом сближает их с условным осуждением, которое, напротив, уже более десяти лет назад нашло широкое применение в судебной практике [8].

Предупреждение, как наиболее «мягкая» из системы мер принудительного воздействия, согласно закону заключается в психологическом разъяснении подростку вреда совершенного им деяния и последствий повторного совершения преступлений, предусмотренных в уголовном законодательстве. Судья при вынесении своего мотивированного постановления (определения) о применении данной меры воспитательного воздействия должен отразить отрицательные нравственные и правовые аспекты содеянного. Данная мера предусматривает оказание воспитательного воздействия на несовершеннолетнего, но при этом он не несет никаких обязательств и обязанностей. Социализация индивида предполагает становление и развитие его правовой культуры, представлений о морали, социальных нормах, усвоение образцов поведения, необходимых для успешного функционирования в обществе. В случае если он совершил деяние, нарушил установленные нормы уголовного закона, причинил вред, превентивные цели, которые ставит перед собой предупреждение, не будут достигнуты.

Предупреждение правонарушений и антиобщественных действий несовершеннолетних, а

также исследование детерминантов подростковой преступности должны проводиться субъектами профилактики до момента совершения преступления. Исходя из вышесказанного, эффективность применения данной меры принудительного воздействия незначительна.

Передача под надзор родителей или лиц, их заменяющих, либо специализированного государственного органа закреплена в п. «б» ч. 2 ст. 90 УК РФ. В соответствии с ч. 2 ст. 91 УК РФ обязанности по воспитательному воздействию на несовершеннолетнего и контролю за его поведением возлагаются на родителей, лиц, их заменяющих, либо на специализированный государственный орган. Применение данной меры, на наш взгляд, может быть признано действенным в случае реального наличия у субъекта применения данной меры средств и методов, которые могут повлиять на ресоциализацию несовершеннолетнего. Между тем мы согласны с мнением А. А. Горшенина, который утверждает, что в настоящий момент ответственности за неисполнение этой принудительной меры воспитательного воздействия указанными лицами не предусмотрено, так как отсутствует сам механизм контроля за исполнением родителями, опекунами или попечителями возложенных на них обязанностей [9]. Также не стоит забывать, что родители или лица, их заменяющие, являются первичными агентами социализации человека. На них возложена миссия по формированию и изменению жизненных установок ребенка.

Судьи довольно формально изучают детско-родительские отношения, условия жизни и воспитания несовершеннолетнего, сведения о взаимоотношениях в семье, взаимоотношениях родителей между собой, количественные и качественные аспекты воспитательного процесса. Однако если несовершеннолетний совершил преступление, значит, в его воспитании были допущены упущения, и, следовательно, возникает вопрос о разумности передачи его под надзор тем же лицам.

Законодатель также предусмотрел обязанность загладить причиненный вред, закрепив это в п. «в» ч. 2 ст. 90 УК РФ. Данная мера имеет двойственную формулировку вреда. В последнее время данный термин используется все чаще при определении и характеристике объективной стороны состава преступления. В отдельных источниках понятие общественно опасных последствий раскрывается через собирательную категорию «вред». В уголовно-правовой литературе вред, причиненный преступлением в форме действия (бездействия), как правило, делится на нематериальный и материальный. Мера, указанная в ч. 2 ст. 90 УК РФ, носит как имущественный, так

и неимущественный характер и заключается в возмещении несовершеннолетним лицом вреда, который оно причинило, либо своими силами, либо материальными возможностями родителей или лиц, их замещающих. В соответствии с ч. 2 ст. 1074 ГК РФ вред должен быть возмещен несовершеннолетним полностью или в недостающей части его родителями (усыновителями) или попечителем, если они не докажут, что вред возник не по их вине. Но если возлагать обязанности возмещения причинённого деянием вреда на родителей, цель воспитательного воздействия на несовершеннолетнего не будет достигнута, возможность осознания тяжести совершённого им противоправного деяния будет утрачена.

Существует также правовая коллизия в формулировке категории «загладить» и «возместить вред». Так, в ч. 1 ст. 1064 ГК РФ [10] вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда № 19, п. 2.1, «под заглаживанием вреда понимается принятие «иных» мер, направленных на восстановление нарушенных прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства» [11]. Таким образом, заглаживание предусматривает симбиоз действий неимущественного и имущественного характера. Неимущественные действия могут выражаться в восстановлении поврежденного имущества, принесении извинений. Специфичность данной меры состоит в том, что ее возможно применить не к каждому подростку. Это неразумно в отношении несовершеннолетнего лица, не ведущего самостоятельный образ жизни, поскольку есть большая вероятность того, что это лицо может либо частично обладать специальными навыками, либо не обладать ими вовсе.

Проведенное нами исследование показало, что нечеткость изложения диспозиций законодателем, вызывает у суда серьезные проблемы при индивидуализации наказания. Учитывая вышеуказанные недостатки, представляется возможным предложить следующую систему принудительных мер воспитательного воздействия, отразив ее в части 2 статьи 90 УК РФ:

а) возложение обязанности публично или в иной форме, определенной судом, принести извинения потерпевшему;

б) передача под надзор родителей или иного лица, заслуживающего доверия по воспитанию, либо специализированного государственного органа;

в) возложение обязанности на несовершеннолетнего и его родителей или лиц, их заменяющих,

пройти курс обучения по особенностям развития и воспитания несовершеннолетнего;

г) определение на общественные работы;

д) помещение в государственное или частное учебное учреждение;

е) возложение обязанности возместить причиненный вред;

ж) ограничение досуга и установление особых требований к поведению несовершеннолетнего, в том числе в сети Интернет.

Теперь следует разобраться с субъектами реализации предложенных мер. Одной из принудительных мер воспитательного воздействия на несовершеннолетних является передача их под надзор родителей или лиц, заслуживающих доверия, или специализированного органа. При такой мере субъектами воздействия являются родители несовершеннолетнего, опекуны, попечители или сотрудники специализированного органа.

Как показывает практика и как мы уже отмечали выше, возложение обязанностей по надзору за несовершеннолетним на родителей зачастую является малоэффективным, так как родители в большинстве случаев не обладают должным авторитетом и не способны воздействовать на него и оградить от совершения новых преступлений. Это обосновывается неполнотой семьи, отсутствием уважения между членами семьи, недостатками воспитания и т.д.

Отсюда видится необходимым при назначении данной меры воспитательного воздействия проводить комплексное психолого-педагогическое исследование несовершеннолетнего. Перед исследованием целесообразно поставить следующие основополагающие цели:

1) выявление отношения несовершеннолетнего к совершенному преступлению;

2) выявление обстановки, сложившейся в семье, отношения несовершеннолетнего к своим родителям, положения ребенка в семье, особенностей внутрисемейных отношений.

Эффективность данного метода заключается в том, что в процессе исследования будут установлены истинные взгляды несовершеннолетнего на семью, способность родителей осуществлять контроль над ребенком.

Основной проблемой применения данной меры воздействия на несовершеннолетнего является нечеткое закрепление в российском законодательстве фактов для ее назначения. Отдельные формулировки особенностей применения данной меры отражены в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 01 февраля 2011 г. № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», где разъясняется, что

«решая вопрос о передаче несовершеннолетнего под надзор родителей или лиц, их заменяющих, суд должен убедиться в том, что указанные лица имеют положительное влияние на него, правильно оценивают содеянное им, могут обеспечить его надлежащее поведение и повседневный контроль над ним. Для этого необходимо, например, истребовать данные, характеризующие родителей или лиц, их заменяющих, проверить условия их жизни и возможность материального обеспечения несовершеннолетнего. При этом должно быть получено согласие родителей или лиц, их заменяющих, на передачу им несовершеннолетнего под надзор» [12].

Таким образом, Пленум указывает на необходимость сбора характеризующего материала, который, в свою очередь, на практике является поверхностным и не отражает истинного положения дел. Учитывая, что именно на семью несовершеннолетнего ляжет обязанность реализации анализируемой меры воспитательного воздействия, для повышения ее эффективности необходимо законодательно закрепить применение в отношении несовершеннолетнего психолого-педагогического исследования, определить список характеризующих данных, анализ которых позволит суду правильно расценить способность родителей применять меры воспитательного воздействия в отношении своего ребенка.

Следующим субъектом, под надзор которого суд вправе передать несовершеннолетнее лицо для применения мер воспитательного воздействия, является специализированный орган. Согласно п. 38 Постановления [12] такими органами являются комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав (далее — КДН). Но деятельность комиссий на практике имеет огромные проблемы, которые начинаются также с законодательной регламентации. Так, не закреплена компетенция комиссий каждого уровня, не определены их конкретные права и обязанности. На федеральном уровне не закреплен порядок рассмотрения дел КДН.

Негативной особенностью является тот факт, что КДН работают не на постоянной основе, а посредством периодического созыва совещаний и, таким образом, не способны осуществлять эффективный и полноценный контроль за несовершеннолетними.

Комиссия по делам несовершеннолетних не способна своевременно обратиться в суд с ходатайством о замене несовершеннолетнему меры воздействия на более строгую, так как к следующему заседанию комиссии несовершеннолетний успевает совершить еще одно или несколько преступлений, о которых, как правило, комиссии неизвестно.

Одной из проблем эффективности функционирования КДН является организация ее деятельности. Сегодня работа в данном органе осуществляется безвозмездно, в свободное от основной работы время. Вследствие этого члены комиссии относятся к деятельности в ней безынициативно. Они не нацелены на результат в виде исправления несовершеннолетнего. В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 ноября 2013 года № 995 «Об утверждении примерного положения о комиссиях по делам несовершеннолетних и защите их прав» практически все компетенции комиссии сконцентрированы в руках ее председателя. Он утверждает повестку заседания, дает обязательные поручения по вопросам деятельности комиссии и др. В круг обязанностей остальных членов комиссии входит лишь ознакомление с материалами ее деятельности и внесение предложений по совершенствованию ее работы по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних [13].

По сути, все юридически значимые вопросы решает председатель комиссии, а ее члены обладают исключительно правом голоса относительно этих вопросов. Предложить что-то самостоятельно, вынести на голосование какой-либо серьезный вопрос (в том числе о замене мер воспитательного воздействия) они не могут, что является значительным упущением законодателя. Надзор КДН над несовершеннолетними ввиду порядка ее работы осуществляется непостоянно — чаще всего лишь посредством явки несовершеннолетнего на ее заседания.

Наделены определенной компетенцией в вопросах реализации мер принудительного воспитательного воздействия в отношении несовершеннолетних и структурные подразделения по делам несовершеннолетних органов внутренних дел (далее — ПДН).

Приказ МВД России от 15 октября 2013 г. № 845 не наделяет данные подразделения полномочиями надзора или иных способов воздействия на несовершеннолетних при исполнении мер воспитательного воздействия. Они лишь проводят профилактическую воспитательную работу в отношении несовершеннолетних, «осужденных за совершение преступлений небольшой или средней тяжести и освобожденных судом от наказания с применением принудительных мер воспитательного воздействия».

Возложение на ПДН дополнительных функций, не связанных с профилактикой предупреждения преступлений, возможно только путем принятия ведомственного или иного нормативного правового акта, предусматривающего данные дополнительные полномочия.

Теоретики и практики считают, что целесообразно включить в компетенции ПДН обязанности по осуществлению контроля за несовершеннолетними, в отношении которых применяются меры воспитательного воздействия. В обоснование своих слов они приводят следующие аргументы:

- во-первых, ПДН относятся к подразделениям органов внутренних дел, график осуществления ими своей профессиональной деятельности предусматривает работу в ночное время суток. Контроль за несовершеннолетними, в отношении которых применены меры воспитательного воздействия, будет более эффективен в вечернее и ночное время;

- во-вторых, ПДН имеют доступ к специальным силам и средствам, что позволит пресечь при необходимости совершаемое несовершеннолетним, находящимся под надзором, преступное деяние;

- в-третьих, ПДН обладают хорошей поисковой базой, у подразделений имеются силы и средства для осуществления розыска несовершеннолетних, нарушивших назначенные им судом ограничения посредством покидания жилища в ночное время, посещения специфических мест;

- в-четвертых, доступ к сводкам о правонарушениях, совершенных на территории субъекта, позволяет ПДН ОВД оперативно получать информацию о преступлениях, совершенных в том числе несовершеннолетними лицами.

При этом видится необходимым предоставить подразделениям по делам несовершеннолетних правомочия по вопросам замены несовершеннолетнему меры воспитательного воздействия на более строгую либо ее отмены. Это активно способствовало бы своевременной защите общества от преступлений, совершаемых несовершеннолетними повторно.

К сожалению, приказ, регламентирующий деятельность ПДН ОВД, не предусматривает таких полномочий.

Безусловно, невозможно все функции по контролю и надзору за несовершеннолетними, в отношении которых применены меры воспитательного воздействия, возложить на отдельные органы системы МВД России. Самым эффективным решением проблемы будет взаимодействие КДН и ПДН. Для этого первоначально необходимо закрепить обязанности каждого органа. Возложение исполнения мер воспитательного воздействия, относящихся пусть и не к наказанию, а к иной реакции государства, только на педагогические, социально-психологические органы работы с населением также невозможно, поскольку в данном случае необходим контроль со стороны государства, позволяющий использовать принудительные средства

исполнения данных мер и при необходимости заменять их или отменять в установленном законом порядке.

Для эффективного исправления несовершеннолетнего, не связанного с применением к нему наказания как меры государственного принуждения, необходимо реформирование работы КДН и ПДН. Направления данного реформирования следующие:

- создать в указанных органах оплачиваемые должности на постоянной основе для осуществления контроля и надзора за несовершеннолетними в любое врем суток, а также обязательного взаимодействия с правоохранительными органами с целью своевременного выявления фактов повторного совершения преступления несовершеннолетним, являющихся основанием для замены существующей

меры воспитательного воздействия на более строгую в соответствии с УК РФ;

- включить в обязанности ПДН контроль и надзор за несовершеннолетними, в отношении которых судом назначены принудительные меры воспитательного воздействия;

- выработать способы эффективного взаимодействия КДН, ПДН, муниципалитета и общественных организаций.

По нашему мнению, предлагаемый комплекс изменений административного и уголовного законодательства позволит создать правовую базу для эффективного воздействия на несовершеннолетних правонарушителей, достижимой окажется цель принудительных мер воспитательного воздействия — перевоспитание несовершеннолетних лиц, проявляющих девиантное поведение.

ЛИТЕРАТУРА

1. Пучнина М. Ю. Анализ регионального опыта в сфере профилактики подросткового суицида // Вестник Воронежского института МВД России. — 2018. — № 4. — С. 86—91.

2. Портал правовой статистики. — URL: http://crimestat.ru/offenses_chart (дата обращения: 20.08.2018).

3. Портал правовой статистики. — URL: http://crimestat.ru/offenses_chart (дата обращения: 20.08.2018).

4. О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних : постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 февраля 2011 г. № 1 // СПС «КонсультантПлюс».

5. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_ conv/conventions/beijing _rules.shtml (дата обращения: 10.08.2018).

6. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-Ф3 (ред. от 29.07.2018) // СПС «КонсультантПлюс».

7. Ковалев В. В. Психиатрия детского возраста. — Москва, 1979. — 608 с.

8. Черненко И. В. Особенности уголовной ответственности и альтернативных ей мер в отношении несовершеннолетних : дис. ... канд. юрид. наук. — Кемерово, 2006. — 199 с.

9. Горшенин А. А. Виды принудительных мер воспитательного воздействия // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. — 2011. — № 4. — С. 21.

10. Гражданский кодекс Российской Федерации от 22 декабря 1995 года № 14-ФЗ (ред. от 31.12.2017) // СПС «КонсультантПлюс».

11. О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности : постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 19 (ред. 29.11.2016) // СПС «КонсультантПлюс».

12. О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних : постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 февраля 2011 г. № 1 // СПС «КонсультантПлюс».

13. Об утверждении Примерного положения о комиссиях по делам несовершеннолетних и защите их прав : постановление Правительства Российской Федерации от 6 ноября 2013 г. № 995 // СПС «КонсультантПлюс».

REFERENCES

1. Puchnina M. Yu. Analiz regionalnogo opyita v sfere profilaktiki podrostkovogo suitsida // Vestaik Vo-ronezhskogo instituta MVD Rossii. — 2018. — № 4. — S. 86—91.

2. Portal pravovoy statistiki. — URL: http://crimestat.ru /offenses_chart (data obrascheniya: 20.08.2018).

3. Portal pravovoy statistiki. — URL: http://crimestat.ru/offenses_chart (data obrascheniya: 20.08.2018). "

4. O sudebnoy praktike primeneniya za-konodatelstva, reglamentiruyuschego osobennosti ugolovnoy otvetstvennosti i nakazaniya nesovershen-noletnih : postanovlenie Plenuma Verhovnogo Suda Rossiyskoy Federatsii ot 1 fevralya 2011 g. № 1 // SPS «KonsultantPlyus».

5. URL: http://www.un.org/ru/documents/docu-ments/decl_conv/conventions/beijing_rules.shtml (дата обращения: 10.08.2018). '

6. Ugolovnyiy kodeks Rossiyskoy Federatsii ot 13 iyunya 1996 g. № 63-FZ (red. ot 29.07.2018) // SPS «KonsultantPlyus».

7. Kovalev V. V. Psihiatriya detskogo vozrasta. — Moskva, 1979. — 608 s.

8. Chernenko I. V. Osobennosti ugolovnoy ot-vetstvennosti i alternativnyih ey mer v otnoshenii nesovershennoletnih : dis. ... kand. yurid. nauk. — Kemerovo, 2006. — 199 s.

9. Gorshenin A. A. Vidyi prinuditelnyih mer vospitatelnogo vozdeystviya // Ugolovno-ispolnitelnaya sistema: pravo, ekonomika, upravlenie. — 2011. — № 4. — S. 21.

10. Grazhdanskiy kodeks Rossiyskoy Federatsii ot 22 dekabrya 1995 goda № 14-FZ (red. ot 31.12.2017) // SPS «KonsultantPlyus».

11. O primenenii sudami zakonodatelstva, re-glamentiruyuschego osnovaniya i poryadok osvo-

bozhdeniya ot ugolovnoy otvetstvennosti : post-anovlenie Plenuma Verhovnogo Suda Rossiyskoy Federatsii ot 27 iyunya 2013 g. № 19 (red. 29.11.2016) // SPS «KonsultantPlyus».

12. O sudebnoy praktike primeneniya zakonodatelstva, reglamentiruyuschego osobennosti ugolovnoy otvetstvennosti i nakazaniya nesovershennoletnih : postanovlenie Plenuma Verhovnogo Suda Rossiyskoy Federatsii ot 1 fevralya 2011 g. № 1 // SPS «KonsultantPlyus».

13. Ob utverzhdenii Primernogo polozheniya o komissiyah po delam nesovershennoletnih i zaschite ih prav : postanovlenie Pravitelstva Rossiyskoy Federatsii ot 6 noyabrya 2013 g. № 995 // SPS «KonsultantPlyus».

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ

Киселев Сергей Сергеевич. Начальник научно-исследовательского отдела. Кандидат юридических наук.

Краснодарский университет МВД России. E-mail: kiselev_omamvd@mail.ru

Россия, 350005, г. Краснодар, ул. Ярославская, 128. Тел. 8 (918) 384-04-40.

Kiselev Sergey Sergeevich. Head of Research Department. Candidate of Law. Krasnodar University of the Ministry of Internal Affairs of Russia. E-mail: kiselev_omamvd@mail.ru

Work address: Russia, 350005, Krasnodar, Yaroslavskaya Str., 128. Tel. 8 (918) 384-04-40.

Ключевые слова: принудительные меры воспитательного воздействия; несовершеннолетний; надзор; комиссия; ответственность; преступность; суицид.

Key words: compulsory educational measures; minor; supervision; commission; responsibility; crime;

suicide.

УДК 343.24