К вопросу о применении Ч. 4 ст. 15 Конституции РФ в рамках регулирования наследственных правоотношений, осложненных иностранным элементом

К вопросу о применении ч. 4 ст. 15 Конституции РФ...

отрицании иска», а именно будет ссылаться на обстоятельства и представлять доказательства, которые могут повлиять на содержание принятого заочного решения (ст. 242 ГПК РФ). В противном случае имевшиеся возражения будут считаться несостоятельными, а презумпция - опровергнутой.

Библиографический список

1. Гурвич М.А. Лекции по советскому гражданскому процессу. - М., 1950.

2. Матиевский М.Д. Спор о праве в советском гражданском процессе: Дис. ... канд. юрид. наук. - М., 1978.

3. Елисейкин П. Ф. Предмет судебной деятельности в советском гражданском процессе (его понятие, место и значение): Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. - Л.,1974.

4. Горшенев В.М. Способы и организационные формы правового регулирования в социалистическом обществе. - М., 1972.

5. Чечот Д.М. Административная юстиция. -Л., 1973.

6. Елисейкин П. Ф. Судебное установление фактов, имеющих юридическое значение. - Л., 1974.

7. Черемин М.А. Приказное производство в российском гражданском процессе: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - М., 1999.

Е.В. Валькова

К ВОПРОСУ О ПРИМЕНЕНИИ Ч. 4 СТ. 15 КОНСТИТУЦИИ РФ В РАМКАХ РЕГУЛИРОВАНИЯ НАСЛЕДСТВЕННЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ, ОСЛОЖНЁННЫХ ИНОСТРАННЫМ ЭЛЕМЕНТОМ

В 1992 г. в действовавшую в то время Конституцию РСФСР 1978 г. была внесена новелла, содержавшая принцип приоритета общепризнанных норм международного права, однако его действие ограничивалось сферой прав человека. Часть 4 настоящей статьи 15 Конституции РФ 1993 г. придала данному принципу более широкий, чем ранее, характер и изложила его в достаточно категоричной форме. Прежде всего, общепризнанные принципы и нормы международного права наряду с международными договорами являются в соответствии с российской Конституцией составной частью правовой системы Российской Федерации. Если же международным договором установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Говоря о ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, Г.М. Даниленко указывает: «Это чрезвычайно важная новелла, которая оказывает существенное влияние на функционирование российской правовой системы. В связи с принятием данного принципа открылась возможность прямого действия и применения норм международного права различными органами государства, включая суды» [5, с. 159].

Поэтому деятельность внутринациональных органов, в особенности судебных, должна соответствовать международным правовым стандартам. Ни для кого не секрет, что российские суды

крайне осторожно применяют нормы международного права. Однако неприменение судами международно-правовых норм, многие из которых как раз направлены на урегулирование внутригосударственных отношений, может привести к возникновению международно-правовой ответственности российского государства за нарушение своих международных обязательств, поскольку суды - органы государства, и их поведение рассматривается международным правом как поведение государства [7, с. 4]. Согласно ст. 46 Конституции каждый вправе в соответствии с международным договором Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод граждан, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. №2 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» разъяснило основные понятия, которые используются в п. 4 ст. 15 Конституции РФ [5]. Под общепризнанными принципами международного права следует подразумевать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств, отклонение от которых недопустимо. Под общепризнанной нормой

© Е.В. Валькова, 2006

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 5, 2006

171

КОНСТИТУЦИОННЫЕ ОСНОВЫ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ СИСТЕМЫ ДОСУДЕБНОГО И СУДЕБНОГО РАССМОТРЕНИЯ И РАЗРЕШЕНИЯ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫХ СПОРОВ

международного права - правило поведения, принимаемое и признаваемое этим сообществом в качестве юридически обязательного. В свою очередь международный договор РФ - это международное соглашение, заключенное РФ с иностранным государством (или государствами) либо с международной организацией в письменной форме и регулируемое международным правом независимо от того, содержится такое соглашение в одном документе или в нескольких, связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования.

Что особенно важно, в Постановлении приводятся признаки, с помощью которых суды могут распознавать, подлежит ли международный договор прямому использованию при рассмотрении гражданского дела. Непосредственно применяются те из них, которые были:

- официально опубликованы;

- вступили в законную силу и стали обязательными для РФ, причем их положения не нуждаются в издании внутригосударственных актов;

- способны порождать права и обязанности для субъектов национального права.

К признакам, свидетельствующим о невозможности непосредственного применения положений международного договора РФ, относятся, в частности, содержащиеся в договоре сведения об обязательствах государств-участников по внесению изменений во внутреннее законодательство этих государств. Поэтому международные договоры, которые имеют прямое и непосредственное действие в правовой системе РФ применимы судами при рассмотрении гражданских дел, если международным договором РФ установлены иные правила, чем законом РФ, который регулирует отношения, ставшие предметом судебного рассмотрения [5].

В этой связи возникает вопрос о соответствии международных договоров РФ внутреннему законодательству. В частности, о соотношении двусторонних международных договоров о правовой помощи между РФ и различными государствами законодательству России при регулировании наследственных отношений. Дополнительные трудности могут возникнуть, если наследственные правоотношения приобретают международный характер, когда в их составе появляется «иностранный элемент», например, наследодатель, постоянно проживающий в одном государстве, имеет гражданство другого государства,

либо наследственное имущество находится за рубежом. Вступившей в силу 1 марта 2002 года части 3 Гражданского кодекса РФ ст. 1224 предусматривает: отношения по наследованию определяются по законодательству страны, где наследодатель имел последнее место жительства. Абсолютное большинство двусторонних договоров Российской Федерации (ст. 42 Договора между РФ и Азербайджанской Республикой1992 г. [1], ст. 36 Договора между РФ и Исламской Республикой Иран 1996 г. и др.) соответствуют Гражданскому кодексу РФ, так как ст. 20 ГК РФ дает следующее определение места жительства - это место где гражданин постоянно или преимущественно проживает. Однако, ст. 1224 ГК РФ противоречит ст. 39 Договора между РФ и Республикой Польша 1996 г [2], ст. 35 Договора между РФ и Республикой Куба 2000 г., где коллизионная привязка в отношении движимого имущества определяется законодательством Договаривающейся Стороны, гражданином которого был наследодатель в момент смерти, то есть в данном случае применяется закон гражданства наследодателя. Соответствующим образом определяется компетентность учреждений Договаривающихся Сторон по делам о наследовании: по вопросам наследования движимого имущества компетентны органы Договаривающейся стороны, гражданином которой был наследодатель в момент смерти, по вопросам наследования недвижимого имущества компетентны органы Договаривающейся стороны, на территории которой это имущество находится [2, ст. 42].

Также существуют коллизии между внутренним правом РФ и международными соглашениями в отношении формы завещания. Гражданский кодекс РФ указывает в качестве применимого права закон страны, где завещатель имел место жительства в момент составления завещания, либо право страны места составления завещания, либо должны быть соблюдены требования российского права. Двусторонние договоры о правовой помощи (с Азербайджаном, Албанией, Йеменом, Киргизией, Латвией, Литвой, Молдавией, Монголией, Польшей, Румынией, Эстонией) исходят из определения ее по законам Договаривающейся Стороны, гражданином которой был наследодатель в момент составления (отмены) завещания, но признают достаточным соблюдение законодательства Договаривающейся Стороны, на территории которой было составлено

172

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 5, 2006

К вопросу о применении ч. 4 ст. 15 Конституции РФ..

(отменено) завещание [3, ст. 44]. Договоры с Болгарией, Кипром и Финляндией, относительно формы завещания, предусматривают дополнительные коллизионные привязки. В частности, по Договору с Республикой Кипр завещание гражданина Договаривающейся Стороны по своей форме признается действительным, если при его составлении было соблюдено: а) законодательство государства, на территории которого завещание было составлено; б) законодательство Договаривающейся Стороны, гражданином которой наследодатель был в момент составления завещания или в момент своей смерти, или законодательство государства, на территории которого наследодатель имел в один из указанных моментов место жительства. В части, касающейся недвижимого имущества, завещание признается действительным, если соблюдено законодательство государства, на территории которого находится это имущество. Приводимые положения распространяются в Договоре и на отмену завещания [4, ст. 22].

Здесь противостоят два закона - гражданства и домицилия. Поиск компромисса между данными законами осложнен тем, что соответствующие привязки в государствах уже нашли свое твердое закрепление в национальном законодательстве.

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ при осуществлении правосудия суды должны иметь в виду, что по смыслу ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, ст. 330, 362-364 ГПК РФ неправильное применение судом общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ может явиться основанием к отмене или изменению судебного акта. Неправильное применение нормы международного права может иметь место в случаях, когда судом не была применена норма международного права, подлежащая применению, или, напротив, суд применил норму международного права, которая не подлежала применению, либо когда судом было дано неправильное толкование нормы международного права [5]. Таким образом, требования современной жизни, таковы, что не только ученые, но и практикующие юристы и суды должны применять международные догово-

ры, при этом следует учитывать, что взаимодействие российской правовой системы с международным правом будет все более интенсивным.

Библиографический список

1. Договор между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 декабря 1992 г. // Бюллетень международных договоров. -1995. - №>5. - С. 37-58.

2. Договор между Российской Федерацией и Польской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 16 сентября 1996 г. // Собрание законодательства Российской Федерации. - 2002. - №>7. - Ст. 634.

3. Договор между Российской Федерацией и Эстонской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 26 января 1993 г. // Бюллетень международных договоров. - 1998. -№3. - С. 12-32.

4. Договор между СССР и Республикой Кипр о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским и уголовным делам от 19 января 1984г. // Сборник международных договоров СССР. Вып. 18. - М., 1989. - С. 70-85.

5. Постановление №5 Пленума Верховного Суда РФ .№5 от 10 октября 2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2003. - ,№12.

6. Даниленко Г.М. Комментарий к ч. 4 ст. 15 Конституции РФ // Конституция Российской Федерации. Научно-практический комментарий / Под ред. Б.Н. Топорнина. - М., 1997.

7. Кожеуров Я.С. О Постановлении Пленума Верховного Суда РФ №«5 от 10.10.2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» // Журнал международного частного права. - 2004. - №№1(43).

Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова ♦ № 5, 2006

173