Потребление психоактивных веществ как проявление психической дизадаптации и у Курсанов военного училища

Библиографический список

1. Негашева, М.А. Морфологическая конституция человека в юношеском периоде онтогенеза (интегральные аспекты): автореф.... д-ра биол. наук. - Антропология. - М., 2008. Гладкова, Т.Д. Дерматоглифика, кожные узоры кисти и стопы обезьян и человека. - М., 1966.

2. Минкин, В. Основы современной дерматоглифики. - М.: Наука, 1983.

3. Чистикин, А.Н. Применение дерматоглифики в медицине и криминалистике / А.Н. Чистикин, В.В. Яровенкло. - М., 1994.

4. Богданов, Н.Н. Особенности ЭЭГ у девочек 6-8 лет с разными дерматоглифическим рисунком кисти / Н.Н. Богданов, Н.Д. Горбачевская, В.Г. Солониченко, А.Ф. Изнак // Доклады академии наук. - 1994. - Т. 338. - №3.

5. Чистикин А.Н. Особенности дерматоглифики при отдельных видах легочной патологии // Методическое пособие. - Тюмень, 1993.

6. Шарец, Ю.Д. Дерматоглифика в медицине // Вестник Академии медицинских наук СССР. - 1973. - №7. - С.61-69.

7. Bonnevie, К. // Arch. Entwickl. Organ. 1929. - V. 117.

8. Dennatoglyphics - Fifty Years Later / Wertelecki W., Plato Ch.C. Eds. N.Y., 1979.

9. Schaumann, В., Alter М. Dennatoglyphics in Medical Disorders. - N.Y, 1976.

10. Стояновский, Д.Н. Диагностика заболеваний по кожным рисункам ладони. Практическая дерматоглифика. - М., 2001.

Статья поступила в редакцию 30.12.09

УДК 159.9

В. А Порфирьев, соискатель НВКУ (ВИ); А. А. Тюрин, соискатель НВКУ (ВИ), г. Новосибирск, E-mail:valery.gafarov@gmail. com

ПОТРЕБЛЕНИЕ ПСИХОАКТИВНЫХ ВЕЩЕСТВ КАК ПРОЯВЛЕНИЕ ПСИХИЧЕСКОЙ ДИЗАДАПТАЦИИ И У КУРСАНОВ ВОЕННОГО УЧИЛИЩА

Показано, что нарушения психической адаптации у курсантов военного училища с определенными личностными качествами может провоцировать потребление психоактивных веществ.

Ключевые слова: военная деятельность, потребление психоактивных веществ, психическая адаптация и дизадаптация, личностные особенности.

Специфика военной деятельности предъявляет к личностным качествам военнослужащего повышенные требования. Психогенные факторы не только современного боя, но и повседневной воинской службы, динамичность военно-профессиональной деятельности могут оказывать на человека негативное воздействие, вызывая нарушения психической регуляции поведения. Особенно велик риск в период адаптации к воинской службе. Молодой человек, призванный для прохождения действительной военной службы или поступивший в военное учебное заведение, вынужден отказаться от привычных стереотипов поведения. В первую очередь, это строгая регламентация военной службы, жесткий распорядок дня, ограничение личной свободы и необходимость подчиняться воле командира. Это повышенные физические нагрузки, ограничение времени сна и особый режим питания. Это постоянная готовность выполнить свое профессиональное предназначение, в том числе с непосредственным риском для жизни. Это отрыв от привычного социального окружения и социальной поддержки (родных, друзей), информационный дефицит. Перечисленные факторы вызывают психоэмоциональное напряжение и запускают процессы психической адаптации. Неэффективный адаптационный процесс может приводить к нервным срывам, депрессии, противоправным поступкам, а также к попыткам «самолечения» с помощью алкоголя и других психоактивных веществ (ПАВ). Не говоря уже о том, что количество новобранцев, склонных к употреблению спиртных напитков и наркотиков, не уменьшается [1].

Закрытость военной сферы приводит к отсутствию точных статистических данных по потреблению алкоголя и ПАВ среди военнослужащих, поэтому возрастает роль психологических исследований по выявлению мотивационных и личностных особенностей потребления ПАВ в армии, что является необходимым для совершенствования методов первичной профилактики.

Цель исследования: изучение процесса адаптации и

мотиваций потребления алкоголя у курсантов высшего военного училища. Данное исследование было пилотным, анонимным, и направлено на получение общего представления об уровне адаптации и проблеме потребления алкоголя у будущего командного звена Вооруженных Сил.

Материал и методы исследования. С помощью пакета психодиагностических тестов обследованы курсанты высшего военного училища 1-2 года обучения, мужского пола, в возрасте 19-23 лет, всего 300 человек. Применялся тест Ж.Тейлор

для диагностики уровня психоэмоционального напряжения [2], шкала алкогольных мотиваций В.Ю.Завьялова [3]; личностный тест Айзенка [2].

Результаты и их обсуждение. Адаптация к любой непривычной для организма ситуации включает комплекс биологических и психических защитных механизмов, которые направлены на запуск и реализацию функциональных резервов организма. Ключевые позиции в нем занимает реакция психоэмоциональной сферы, которая проявляется в виде активации эмоций, характер и сила проявления которых зависят от уровня физиологической активации, и регистрируется в виде тревожности. Повышение тревожности происходит в экстремальных условиях и отражает адаптивные изменения в психоэмоциональной сфере. Регистрация тревожности по шкале Ж.Тейлор позволяет получить интегральную количественную оценку эмоционального состояния, включая как им-прессивные, так и вегетативные компоненты проявлений, причем тест фиксирует не ситуативные изменения, а стойкое эмоциональное напряжение, которое развивается в течение определенного времени. Высокие значения вегетативного компонента эмоций может свидетельствовать о затрудненном выходе из стрессовой ситуации.

Анализ адаптивных изменений в эмоциональной сфере у военных курсантов, проведенный с помощью теста Тейлор, показал, что основная масса курсантов - 234 человека (78%) выявили среднюю тревожность (9-19 усл.ед.); высокую тревожность (20 усл.ед. и выше) выявили 38 человек (12,7%), низкую тревожность (8 усл.ед. и ниже) выявили 28 человек (9,3%). Наибольший интерес представляли лица с крайними значениями показателя, поэтому проведено сравнение групп высокотревожных (ВТ) и низкотревожных (НТ) на предмет индивидуально-типологических особенностей и мотиваций потребления алкоголя. Индивидуально-типологические особенности по Айзенку среди ВТ приведены на рис. 1, а среди НТ - на рис. 2. Из рисунков 1, 2 следует, что высокотревожные курсанты имеют низкие значения экстравертированно-сти, т.е. являются в большинстве своем интровертами, с высокой эмоциональной лабильностью. В то время как среди низкотревожных курсантов преобладают эмоционально стабильные экстраверты.

Результаты исследования мотивационных особенностей потребления алкоголя высоко- и низкотревожными курсантами показал, что НТ имеют несколько больше поводов и мотивов для выпивок - 34,5+2,45, против 30,3+ 3,28 у ВТ (для

сравнения - у рабочих деревообрабатывающего комбината выявляется до 60 мотивов для выпивок по тесту В.Ю.Завьялова []). Однако детальный анализ отдельных мотиваций в структуре мотивационных профилей показал любопытную картину. Диаграмма мотивационных профилей ВТ и НТ представлена на рис. 3. Из рис. 3 следует, что в структуре мотивационных профилей НТ преобладают социально-детерминированные, псевдокультурные мотивации и выпивки «от скуки», а у ВТ, напротив, преобладают атарактические и гедонистические мотивы, которые направлены на коррекцию тоски, тревоги, депрессии, на достижение чувства комфорта с помощью выпивки и напоминают попытку самолечения высокого эмоционального напряжения. Социально-детерминированные мотивы выпивок (по случая праздников, юбилеев и пр.) всегда хорошо представлены в мотивационных профилях, поскольку являются исторически и культурально обусловленными, и в данном случае большого интереса не представляют. Субмиссивная мотивация слабо выражена у ВТ и средне - у НТ, т.е. низкотревожные с большей готовностью подчиняются влиянию окружения, провоцирующего выпивку. Настораживает достаточно большая представленность псевдокультурной мотивации выпивок в обеих группах, связанной с убеждением в ценности алкоголя как признака высокой культуры и непременного атрибута культурного человека, что указывает на

Рис. 1. Представленность высокотревожных в «круге Айзенка»

Рис. 2. Представленность низкотревожных в «круге Айзенка».

неэффективность профилактической пропаганды. А вот мотивация «от скуки» у ВТ меньше, чем у НТ, более чем в 2 раза. Высокотревожным не свойственна скука и они не нуждаются

в гиперактивации поведения и «взбадривании» себя психоактивными препаратами, напротив, алкоголь используется как некое «лекарство». А вот низкотревожные, очевидно, испытывают потребность в стимуляции извне.

Таким образом, несмотря на практически одинаковую представленность общего количества мотивов для выпивок, их спектр у высоко- и низкотревожных существенно различается. Преобладание у высокотревожных атарактических и гедонистических мотивов для выпивок свидетельствует о большей потребности их в измененных состояниях сознания и указывает на переживание ими большего напряжения в процессе социализации и адаптации к военной учебе и деятельности, и в конечном итоге - на неэффективность адаптивного процесса. ВТ представляют собой определенную группу риска по формированию зависимости от алкоголя. Профилактиро-вать этот процесс помогут мероприятия, направленные на купирование высокого психоэмоционального напряжения. Однако, НТ также являются группой риска, поскольку имеют расширенный спектр мотивов алкоголизации, обусловленный высокой общительностью, активностью, потребностью в стимуляции, контактах. В данном случае необходима разъяснительная работа, направленная на осознавание опасности, связанной с бесконтрольным алкогольным потреблением.

Кол-во мотивов, усл. ед.____________________

1 2 3 4 5 6

ВТ  НТ

Рис. 3. Мотивационные профили высоко- и низкотревожных курсантов.

1 - социально-детерминированные мотивы; 2 - субмиссивные мотивы; 3 - атарактические мотивы; 4 - гедонистические мотивы; 5 - псевдокультурные мотивы; 6 - мотивы гиперактивации поведения - «от скуки».

Очевидно, что специфика военной деятельности задает изменения психического функционирования, в том числе определяет, какая степень сознательного контроля за поведением будет поддерживаться, и накладывает отпечаток на потребность в измененных состояниях сознания. Для низкотревожных личностей в большей степени свойствен рецептивный модус сознания, направленный на максимизацию принятия, восприятия окружающей среды, а не на манипуляцию с ней. Потребление алкоголя для них являет социальную функцию, обеспечивает групповую сплоченность, облегчает общение, служит групповым идентификатором. Тогда как для высокотревожных личностей, ориентированных на собственный внутренний мир, с жестко заданными понятиями и установками, потребление алкоголя скорее несет психотерапевтическую функцию, оказывая помощь в улучшении здоровья и самочувствия, используется как средство для поддержания психического (сон) и психологического здоровья, для получения гедонических ощущений, которых, очевидно, им не хватает в повседневной военной деятельности. Риск формирования алкогольной зависимости у ВТ обусловлен необходимостью купирования невротических симптомов и достаточно велик, а для НТ риск формирования алкогольной зависимости, несмотря на возможную массивность алкоголизаций, будет определяться только генетической предрасположенностью.

Выводы.

1. Неэффективность адаптивного процесса у курсантов военного института проявляется в повышении психоэмоцио-

нального напряжения, что проявляется в высокой тревожно- 3. Низкая тревожность не исключает алкогольное пости. требление, однако изменяет мотивационный профиль, увели-

2. Высокое психоэмоциональное напряжение приводит к чивая количество социально-обусловленных мотивов для вы-стремлению снятия этого напряжения, которое осуществля- пивок. ется с помощью алкогольного потребления.

Библиографический список

1. Васильев, А.И. Наркомания в армии: социологический анализ / А.И. Васильев, А.П. Сальников, С.В. Степашин. - СПб, 1999.

2. Райгородский, Д.Я. Практическая психодиагностика. - Издательский дом "Бахрах". - 1998.

3. Завьялов, В.Ю. Психологические аспекты формирования алкогольной зависимости. - Новосибирск: Наука, 1988.

Статья поступила в редакцию 30.12.09

УДК 159.97

Е.В. Бухтоярова, соискатель НГПУ; А.А. Тюрин, соискатель НВКУ (ВИ); В.А Порфирьев, соискатель НВКУ (ВИ), г. Новосибирск, E-mail: valery.gafarov@gmail.com

ПСИХОЛОГО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ПРИНЦИПЫ ПРОФИЛАКТИКИ И КОРРЕКЦИИ ПСИХИЧЕСКОЙ ДИЗАДАПТАЦИИ И ПОТРЕБЛЕНИЯ ПСИХОАКТИВНЫХ ВЕЩЕСТВ СРЕДИ МОЛОДЕЖИ

Показано, что при планировании профилактического процесса для несовершеннолетних наркоманов должна быть обеспечена единая система психологических воздействий, целесообразность которых обусловлена спецификой возраста и социального окружения состава и конкретными условиями деятельности инспекторов.

Ключевые слова: профилактика наркомании в системе органов Внутренних дел, психическая дизадаптация, потребление психоактивных веществ.

Существует точка зрения, что алкоголизм и наркотизацию в подростковой и молодежной среде следует рассматривать как одну из форм авитальной активности, так называемого «ухода от действительности» [1]. Пьянство и акоголизм, суицидальное поведение и утрата контроля за собственной жизнью, необдуманные противоправные и опасные поступки, в основе которых лежит нарушение психической адаптации -эти явления не новые и были хорошо известны Древнему Египту, Греции, Риму. Величайший пессимист Артур Шопенгауэр повлиявший на европейскую философию, а так же на мировоззрение европейцев в целом, в своей книге «Закат Европы» цитировал идеи племен ацтеков, майя, которые оплакивали родившихся младенцев и воспринимали смерть, как благо, долгожданное избавление от мучений. После опубликования книги по Европе прокатилась волна самоубийств. Формирует сознание общества и художественная литература. Все величайшие русские писатели (Достоевский, Толстой, Чехов) так или иначе, затрагивали тему суицида, употребления наркотических веществ как форму ухода от выбора жизни. В начале ХХ века в России функция сдерживания отклоняющегося поведения лежала на церкви. Культура православия, преобладавшая во всех слоях российского общества, резко отрицательно относилась к злоупотреблению спиртным, суицидам; такие заповеди «Уныние - тяжкий грех», «Самоубийство - тяжкий грех» были известны каждому. После Октябрьской революции и весь период построения социалистического государства эту функцию взяла на себя партия и партийные органы. Ситуация стала резко ухудшаться с конца 80-х начала 90-х годов, когда на фоне общей критической ситуации обострилась проблема наркомании, которая получила значительное распространение среди молодежи. На сегодняшний день в условиях мирового кризиса, отсутствует единая и мощная государственная стратегия по профилактике наркомании, суицидов, и других аддиктивных проявлений. Новое поколение делает шаг в сторону аддиктивного поведения, как самого простого выхода из неприемлемой ситуации. Неслучайно 2008 - 2009 годы стали третьей волной возросшей среди молодежи популярности субкультуры «Эмо», одной из практик которой являются пропаганда и попытки суицида [2].

Обращают на себя внимание не только количественные показатели наркотизма, но и опасность его качественных характеристик. Все явственнее выступает тенденции к распространению огромного бедствия среди молодежи, в том числе несовершеннолетних и малолетних, а также к росту женской наркомании. Наблюдается отчетливый рост пьянства, нарко-

мании, преступности и суицидов в рядах Российской Армии. Эти факты указывают на настоятельную необходимость радикальных перемен в стратегических и тактических программах профилактики и коррекции этих форм поведения. Актуальность темы работы заключается в том, что определяющую роль в профилактике наркомании среди молодежи и несовершеннолетних играет деятельность различных правоохранительных органов.

Наркомания и склонность к употреблению наркотиков как аддиктивная форма поведения являются суммой разных факторов, обусловленных как индивидуальными, так и социальными особенностями, а также комбинацией тех и других. Нанося вред общественному здоровью, наркоманы одновременно обкрадывают все общество, отнимая у него активных трудоспособных членов. В то же время употребление наркотиков разрушает физиологические функции человека и нередко становится причиной появления на свет умственно отсталых детей. Под воздействием наркотиков утрачиваются трудовые навыки, снижается работоспособность, допускаются нарушения трудовой и производственной дисциплины, угасает всякий интерес к общественной жизни.

Известно, что разница в распространенности наркомании в больших и малых городах составляет 3 - 4 раза. Поэтому необходима разработка моделей, типичных для отдельных регионов. Всего по категории ущерба можно выделить три группы факторов - медицинский ущерб, социальный ущерб, потери системы образования. Для системы образования: ухудшение криминогенной обстановки в образовательной и микросоциальной среде; снижение внутришкольной дисциплины и общей успеваемости учащихся и студентов. Как итог: незавершенное среднее, незаконченное основное общее образование. Медицинский ущерб включает в себя - гепатит, СПИД, заболевания, полученные половым путем (ЗПП), следует отметить рост общей заболеваемости, значительно возросшее число самоубийств среди детей и подростков. Анализируя обстановку в области профилактики наркомании в России, следует сказать, что первичной профилактикой наркомании преимущественно занимается система образования — школы, профессиональные училища, менее активно — колледжи, лицеи и ВУЗы, и только за ними идут сотрудники милиции, инспектора по делам несовершеннолетних (ПДН). В настоящее время наиболее адекватным ориентиром является стратегия сдерживания потребления психоактивных веществ (ПАВ).