Брифинг

Илона Лепп, директор по развитию бизнеса в странах Северо-Восточной Европы компании Nielsen

Потребитель стал более рациональным. Он стал понимать, что экономить — это не стыдно. Если раньше говорили, что 100 рублей — это не деньги, то теперь все по-другому. Во время рецессии больше всего пострадали такие продуктовые категории, как сигареты, пиво, снеки, потому что без этого можно жить. Потребитель как мыл голову, так и продолжает мыть, как стирал вещи, так и стирает,— здесь полной экономии не может быть, но он мог переключиться на более дешевые товары.

Игорь Березин, президент Гильдии маркетологов

Со стороны может показаться, что в России все магазины готовы работать и днем, и ночью, только бы больше заработать. А европейцы, напротив, за покупателями особенно не гоняются и рано закрываются. На самом деле это не так. Если посмотреть на такой показатель, как количество торговых площадей в расчете на одного жителя, то в Европе он значительно выше. Например, в Германии в среднем на одного жителя приходится 2,3 квадратных метра магазинных площадей, а в Москве — только 0,6, в Перми — 0,3. Так что российские ритейлеры просто пытаются адекватно удовлетворять спрос. Пускай и ночью.

Ксения Собчак, телеведущая

Я предпочитаю не превращать покупку подарков в какое-то массовое событие. Все-таки своим друзьям я подбираю какие-то личностные вещи, собираю их в течение года, а не в последние недели. Хотя могу сказать, что распродажи в России точно стали лучше, чем, скажем, 5 лет назад. Как и все, что касается потребительских ценностей в принципе. Понятно, что распродажи несут скорее эмоциональное удовлетворение, нежели какие-то реальные выгоды для нас, покупателей.