Национально-культурные особенности семантического наполнения идиом в немецком и русском языках

УДК 81:39 = 112. 2 = 161. 1

НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ СЕМАНТИЧЕСКОГО НАПОЛНЕНИЯ ИДИОМ В НЕМЕЦКОМ И РУССКОМ ЯЗЫКАХ

© 2016

Шимко Елена Алексеевна, кандидат филологических наук, доцент кафедры «Правовое обеспечение» Мичуринский государственный аграрный университет, Мичуринск

Аннотация. В статье рассматривается сравнение семантического наполнения идиом с компонентами «der Bruder» и «брат» в немецкой и русской лингвокультурах с позиций этнолингвистики. Настоящее исследование сосредоточено на анализе национальной специфики, реализующейся в особенностях культурно-языкового взаимодействия. Основным способом выявления национально-культурной специфики фразеологических единиц является интерпретация их семантических преобразований через призму менталитета народа, который не только именует важные для него сферы человеческого бытия, но и оценивает их, исходя из сложившихся в обществе социальных и культурных установок. В работе исследуется группа немецких и русских фразеологизмов со словами, которые не имеют заранее обусловленных национально-культурных коннотаций и обозначают общечеловеческие понятия. Таковыми являются идиомы, основанные на кровном родстве, в основе которых лежат ключевые лексемы «der Bruder» и «брат». Данный подход позволяет выявить синергетическую по своей сути корреляцию между «языком» культуры и семантикой фразеологизмов; описать живые культурно значимые смыслы единиц фразеологии, обнаруживающие себя не только в отдаленных от нас по времени текстах, но и в живодействующих дискурсивных практиках, в которых и проявляется владение культурно-языковой компетенцией. В результате проведенного этнолингвистического анализа вскрывается механизм индивидуального, специфического отражения картины мира в языковом сознании носителей сопоставляемых языков.

Ключевые слова: этнолингвистика, фразеологические единицы, семантический признак, немецкий и русский языки, сопоставительный анализ, кровное родство, ключевые лексемы «der Bruder» и «брат», язык и культура, общие и специфические черты, языковое сознание.

NATIONAL-CULTURAL FEATURES OF SEMANTIC FILLING OF IDIOMS IN THE GERMAN

AND RUSSIAN LANGUAGES

© 2016

Shimko Elena Alekseevna, candidate of philological sciences, associate professor of the department of «Legal support» Michurinsk State Agricultural University, Michurinsk

Abstract. The article discusses the comparison of the semantic content of idioms with components of «der Bruder» and «brother» in German and Russian linguistic cultures from the perspective of ethnolinguistics. The present study focused on the analysis of national specificities, which are implemented in the peculiarities of cultural and linguistic interaction. The main method of detection of national and cultural specificity of idioms is their semantic interpretation transformations through the prism of the mentality of the people, which not only refers to important spheres of human life, but evaluates them on the basis of the established social and cultural attitudes. The paper examines a group of German and Russian phraseological units with words that do not have pre-conditioned national and cultural connotations and represent universal concepts. These are idioms, based on kinship, which are based on the key lexeme «der Bruder» and «brother». This approach allows us to identify synergistic inherently the correlation between the «language» of culture and the semantics of phraseological units; to describe the living culturally significant meanings of units of phraseology that detect not only remote from us in time texts, but in guidestudy discursive practices in which is manifested the possession of cultural and linguistic competence. As a result of ethnolinguistic analysis revealed the mechanism of individual, specific reflect picture of the world in the linguistic consciousness of native speakers of the compared languages.

Keywords: ethnolinguistics, phraseological units, semantic sign, German and Russian languages, contrastive analysis, consanguinity, key lexeme «der Bruder» and «brother», language and culture, General and specific features, of languages consciousness.

Постановка проблемы в общем виде и ее связь с важными научными и практическими задачами. На современном этапе развития лингвистики актуальной становится проблема изучения языка и культуры. Связь языка и культуры постулируется во многих исследованиях по лингвокультурологической и лингвокогнитивной проблематике. Вместе с тем очевидна необходимость решения ряда конкретных вопросов, связанных с исследованием взаимоотношения языка и культуры. Первый вопрос касается технической стороны и состоит в уточнении терминологического аппарата исследования. Второй относится к содержательной части и касается определения сути используемой терминологии. Оба вопроса важны в силу того, что их решение способствует установлению четких границ, а также объекта и предмета этнолингвистического анализа, целью которого является выделение в языковых единицах культурной детерминированности и этно-/национально-культурной специфики.

Анализ последних исследований и публикаций, в которых рассматривались аспекты этой проблемы и на которых обосновывается автор; выделение неразрешенных раньше частей общей проблемы. При кажущейся понятности и однопорядковости названных выше явлений нечеткость их содержательной базы является несомненным препятствием для выделения исследователь-

ской базы этнолингвистического анализа. В связи с этим понятна озабоченность лингвистического сообщества неясностью того, «что следует относить к значимым признакам феномена» [1, с. 23], каковы особенности и направленность этнолингвистического анализа [2].

Для решения вопроса о культурно-языковом взаимодействии В.Г. Гак предлагает различать национальную и культурную специфику. Национальная специфика выявляется при сопоставлении языков и предопределяется двумя факторами: объективным и субъективным. Объективный фактор предполагает естественные и культурные реалии, характерные для жизни одного народа, но отсутствующие в жизни другого народа. Субъективный фактор состоит в факультативной выборности: слова. Отражающие одни и те же реалии, различным образом представлены в разных языках. Иными словами, национальная специфика проявляется во всех случаях расхождений, которые могут быть обусловлены или не обусловлены причинами культурного характера. Культурная специфика предполагает соответствие языковой единицы элементу менталитета или духовной культуры сообщества, его истории, верованиям, традициям и естественным условиям жизни [3, с. 48, 260 - 261].

Ряд лингвистов в качестве предмета анализа изучают национально-культурную специфику. В основе такого

подхода лежит точка зрения Н.А. Бердяева, признавшего культуру национальной по сути: «Культура никогда не была и никогда не будет отвлеченно-человеческой, она всегда конкретно-человеческая, то есть национальная» [4, с. 85]. Именно данное философское воззрение является базовым для исследований национально-культурной специфики фразеологизмов русского языка. В.Н. Телия считает, что все, что может быть истолковано в терминах оценочности, принадлежит к кругу национальной культуры [5, с. 214]. Н.М. Фирсова трактует национальную специфику как «наличие специфических признаков языковых единиц <...>, которые могут отражать (эксплицитно или имплицитно) как интралингви-стические (фонетические, лексические, грамматические, стилистические), так и экстралингвистические (социальные, исторические, культурные, психологические, этнические) факты, свойственные носителям <.> языка той или иной национально-культурной общности» [1, с. 23

- 24].

Национальная специфика этнически обусловлена, то есть продиктована фактом принадлежности к определенному этносу. Этнос понимается как «исторически сложившаяся общность людей с общей культурой, языком и самосознанием» [6, с. 840]. При этом системными свойствами этноса являются язык и культура [7, с. 179]. Соответственно специфику, обусловленную принадлежностью к определенному этносу, будет логично именовать национальной или этно-культурной, или национально-культурной, или культурно-языковой.

Однако следует отметить, что в языке национально-культурное своеобразие наблюдается прежде всего и наиболее заметно во фразеологии, поскольку в образном основании фразеологизмов отображаются характерологические черты мировидения, рефлексивно соотносимые носителями языка [8, с. 9].

Формирование целей статьи (постановка задания). Задача данного исследования состоит в определении национально-культурных особенностей идиом немецкого и русского языков в рамках этнолингвистического анализа. Для этого предлагаются два метода: сравнительный и интроспективный, позволяющие выявить общие и специфические черты, отражающие культурные традиции этноса.

Изложение основного материала исследования с полным обоснованием полученных научных результатов. Обратимся к сравнению семантического наполнения идиом в таких родственных языках, как немецкий и русский.

В ходе работы были найдены идиомы с ключевыми лексемами, отражающими термины, которые объединяют кровное родство. Сопоставим немецкие и русские фразеологические единицы, в основе которых лежат ключевые лексемы «der Bruder» и «брат», с целью определения общего и специфического в языковом сознании носителей данных языков.

Выясним, как представлены лексемы «der Bruder» и «брат» в немецких и русских фразеологизмах.

В обоих языках в идиомах используются данные лексемы, когда ими называются люди, обладающие определенными характеристиками. Сравните: «Bruder Lustig»

- «весельчак» [9, с. 127]. «Братья-разбойники» - шутливое о людях, которые нарочито шумно, развязно, дерзко ведут себя. Заглавие поэмы А.С. Пушкина, трагическими героями которой являются два брата разбойника, привязанные друг к другу и делящие радости и невзгоды [10, с. 67]. «Gleiche Bruder, gleiche Kappen» - «два сапога пара» [9, с. 127]. «Братцы-кролики» - шутливое обращение к друзьям. Калька и переосмысление английского brer (brother) Rabbit. Переосмысление английского выражения о ловком пройдохе и наглеце Кролике из американских сказок благодаря русскому употребительному обращению «братцы» [10, с. 67].

В немецких и русских языках встречаются идиомы с лексемами «der Bruder» и «брат», которые передают

значение «духовного родства, единства с кем-то на основе общих интересов»: «Bruderhand reichen» - «оказать братскую помощь, протянуть руку помощи» и «братья (братство) по оружию» - «мужчины, объединенные коллективными интересами» [11, с. 608; 12, с. 55]. Проанализируем ключевые лексемы «die Bruderhand» и «братство» с семантической точки зрения. Лексема «die Bruderhand» в современном немецком языке интерпретируется следующим образом: «дружба, примирение, отзывчивость». При этом данное слово в сочетании с глаголом reichen подчеркивает в семантике исключительно положительный характер» [13, S. 351]. Толковый словарь Д.Н. Ушакова показывает следующие значения слова «братство»: 1. «дружеская связь, близость»; 2. «тесное объединение группы людей» [14, с. 183]. Отсюда просматривается семантическое сходство лексем «die Bruderhand» и «братство» в значении «дружеская связь». Однако слово «братство» указывает на тесное объединение группы людей, например: религиозная община. Это является специфичным для данной лексемы и отличает её от лексемы «die Bruderhand». Данный вывод обозначим в виде схемы:

Исходя из вышеизложенного, представляется целесообразным провести этнолингвистическое описание идиомы «братья (братство) по оружию». Компонент «братья» соотносится с кодом культуры, представляющим собой совокупность знаний о человеке во всех его проявлениях, в том числе об одном из наиболее древних социальных объединений, существующих во всех человеческих обществах, - о семье; компонент «оружие» относится к вещному коду - к предметам военного дела. Образ фразеологизма в целом создается метафорой -уподоблением по сходству отношений, приобретаемых в совместном противостоянии, сопротивлении жизненным трудностям и испытаниям в борьбе за какие-либо идеи, ценности и интересы, отношениям, свойственным родственникам и заключающим в себе близость благодаря родству. Кроме того, в основу идиомы вкраплена синекдоха - оружие как неотъемлемая часть целого замещает идею боя, битвы, сражения. Оружие символизирует желание и готовность отстоять, защитить свои интересы, взгляды любой ценой, а компонент братья передает представление о семье, характерной чертой которой является общность целей и действий, совместная жизнедеятельность. Идея братства, кровнородственной семейной связи имеет определенные ритуальные мотивы. У южных славян сохранился ритуал побратимства, заключающийся в том, что производится небольшое рассечение части тела (как правило, руки) у участников обряда и соединение порезанных мест с целью смешения крови, и этим дружба закрепляется и возводится до степени родства. Кровь выступает в качестве символа неразрывной связи, идейного родства. С древнейших времен на Руси побратимство выражалось в «обычае крестового брата»: совершенно чужие люди обменявшись «тельными» крестами и «обязывались на всю жизнь» взаимной помощью и дружбой, более крепкими узами, чем те, которые существуют между кровными родными. Обменявшись, крестились и обнимались, называясь потом «побратимыми». Особое значение имела идея побратимства во времена рыцарства. Для того чтобы избежать соперничества - источника раздоров, прибегали к созданию между рыцарями союзов. Такой союз был основан на взаимном уважении и доверии; он назывался братством по оружию. Рыцари, совершившие

одни и те же походы, делившие одни и те же опасности, всем сердцем привязывались друг к другу. Братство по оружию возникало весьма разнообразно. Некоторые пили из одного кубка свою смешанную кровь. Другие братья по оружию знаменовали взаимные клятвы священными обрядами. Иногда узы братства были тверже всех прочих.

Данный фразеологизм также отображает представления о различии между мужской и женской дружбой, в основе которого лежит стереотипное представление о том, что наивысшая степень единства и взаимопонимания может быть достигнута только между представителями одного пола. Уже в первобытном обществе наблюдалось целенаправленное половозрастное разделение общины: существовали мужские и женские союзы, мужские и женские дома. Мужчины и женщины, являющиеся членами мужского или женского союза соответственно, объединялись на почве общих интересов, взглядов, целей, общего времяпрепровождения, общей деятельности. Таким образом, в идиоме отражено стереотипное представление о совместной жизнедеятельности людей: жить в союзе, в тесном единении, согласии, помогать и поддерживать друг друга; только вместе можно противостоять различным обстоятельствам, в одиночку многие препятствия и трудности оказываются непреодолимыми [12, с. 56 - 57].

Следовательно, при номинации брата в немецком и русском языках берется за основу, с одной стороны, принадлежность к генетическому роду мужчин, что можно расценивать как языковую универсалию, а с другой стороны, и многозначность употребления данных лексем, когда эти слова выходят за рамки употребления слов строго при обозначении близких родственных связей внутри семьи и в номинации близких душевных контактов, не обязательно по крови. Данный анализ можно предложить в виде схемы:

от имени богов. В дальнейшем этот ритуал принял христианизированные формы, но до сих пор перед питьем поднимают бокалы вверх, как бы приближая их к небу, принося благодарность Богу. Постепенно питье вкруговую значительно усложняется, появляется обычай пить «за здоровье» друг друга. Со времен Киевской Руси существует выражение «питии на ня» - пить за честь, здоровье кого-то. Вероятно, это выражение описывало такую процедуру, когда один человек отпивал от чаши и передавал по кругу другому, желая ему здоровья. У славян полагалось, чтобы хозяин первым пробовал пищу и питье, приготовленные для гостей, показывая тем самым, что угощение не отравлено и с ни не насылается порча. Отсюда сохранившийся доныне обычай, чтобы тот, кто разливает вино, сначала отлил немного в свою рюмку. Манера пить водку и некоторые другие напитки «одним глотком», которая и в настоящее время вызывает удивление иностранцев, тоже восходит к ритуальной языческой практике русских: первоначально выпивать чашу «одним духом» означало, как бы послать заклинание божеству, прося о богатстве и благополучии. Позже это осмысливалось, как выпить «за полное здоровье», «чтобы не оставить зла в стакане» [16].

В Германии, по одной из версий, обычай пить на брудершафт практиковался между влюбленными. После распития напитков, в случае если напиток одного из влюбленных был отравлен другим, то яд при поцелуе передавался обратно отправителю. Таким образом, сам поцелуй служил доказательством, что напиток ни одного из влюбленных не был отравлен [17]. Кроме того, в немецких идиомах присутствует значение «партнерство»: «der große Bruder». Можно отметить и дополнительные значения лексемы «der Bruder» - «горячая голова»: «Bruder Hitzig»; «быть на ножах друг с другом»: «sich wie feindliche Brüder gegenüberstehen»; «честно говоря»: «unter Brüdern»; «веселая компания»: «fiedele Brüder»; «студент»: «Bruder Studio»; «гомосексуалист»: «warmer Bruder»; «неряха»: «Bruder Liederlich». Сказанное представим в виде схемы:

Специфичным для немецкого языка является употребление лексемы «der Bruder» в идиоме «Bruderschaft trinken» в значении «выпить на брудершафт», то есть закрепить с кем-либо дружбу особым застольным обрядом, по которому два его участника одновременно выпивают свои рюмки, например с вином, с переплетенными в локтях руками. После чего, чаще всего, целуются. Во время процесса возлияния положено смотреть друг другу в глаза. С этого момента участники считаются добрыми приятелями и должны обращаться друг к другу на «ты». Ритуал происходит из средневековой Европы, когда подобный обряд служил доказательством добрых намерений собравшихся за столом.

Следует отметить, что данный обычай существует и в русской культуре благодаря заимствованию немецкой лексемы «die Bruderschaft», которая получила единственное застывшее значение: «выпить на брудершафт с кем» - держа рюмки в скрещенных руках и чокаясь, выпить вино в знак дружбы и начать обращаться друг к другу на ты [15, с. 60].

Однако в традиции славянских народов была распространена процедура питья вкруговую. На Руси для этого использовались большие серебряные сосуды, которые называли «чарами», а позже - «братинами». Данный обычай имеет архаические истоки: равное приобщение к спиртному напитку объясняется представлениями о том, что питье, как и пища, исходят от родовых богов и принадлежат всему роду в целом. Первоначально в честь языческих богов поднимали чары вверх, прося о счастье и богатстве для всех или произнося заклинания

Русские идиомы с ключевой лексемой «брат» представлены номинацией, в основе которой лежит значение «вы (ты) и вам (тебе) подобные»: «ваш брат». Отметим, что данное выражение является исконно русским и возникло из обобщенных оценок поведения и характера монахов, которые называли друг друга братьями и сестрами [10, с. 6б].

Однако в русском языке лексема «брат» в процессе формирования фразеологического значения утрачивает групповое значение родственных семейных отношений и актуализирует семы «сын тех же родителей по отношению к другим детям», которые в процессе взаимодействия с местоимениями наш, свой трансформируются в семы «равный, подобный, сходный, близкий по отношению к другим», и приобретает семантику «мы и нам подобный (чаще о мужчинах)»: «наш (свой) брат [10, с. 66].

В русском языке фразеологические единицы с лексемой «брат» обладают значением «человек одного социального положения, близкий по моральным качествам»: «наш (свой) брат Исаакий». Происхождение этой идиомы связывается с одним из эпизодов Жития монаха Киево-Печерского монастыря брата Исаакия. В Житии рассказывается, как однажды в полночь к Исаакию, ко-

торый жил отшельником в тесной пещере, явились бесы, принявшие образ прекрасных юношей, и сказали ему: «Исаакий, мы ангелы, а вот идет к тебе Христос, поди и поклонись ему». Исаакий не понял, что это бесовское наваждение, и поклонился, как Христу, бесу. Тогда бесы радостно воскликнули: «Наш Исаакий!». Бес, выдававший себя за Христа, заставил брата Исаакия плясать под бесовские сопели, бубны и гусли. Измученный пляской, отшельник упал без чувств [10, с. 66].

В русском языке животных называют «братьями нашими меньшими». Выражение пришло из Библии: «.. .И соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов; и поставит овец по правую сторону, козлов - по левую. Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его [праведникам]... так как вы сделали это [добро: накормили, напоили, одели, посетили в несчастии страждущего] одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне».

В старину братьями нашими (моими) меньшими (мо-лодшими, младшими) назывались удельные князья по отношению к великому князю (сравните от млада до велика), а также - просто люди невысокого общественного положения, нуждающиеся в защите и помощи. В начале XX века меньшими (младшими, низшими) братьями в России стали называть и животных, что было связано с гуманной деятельностью известных дрессировщиков А.Л. и В.Л. Дуровых, которые считали животных очень разумными и добрыми существами и добивались больших результатов в дрессировке с помощью ласки и доброты. Данное выражение впервые было использовано в художественной литературе Сергеем Есениным в стихотворении «Мы теперь уходим понемногу.»:

... И зверье, как братьев наших меньших, Никогда не бил по голове [10, с. 67 ].

Данный вывод можно проиллюстрировать в виде схемы:

7. Исаев М.И. Словарь этнолингвистических понятий и терминов. М.: Флинта: Наука, 2001. 200 с.

8. Телия В.Н. Фразеология в контексте культуры. Языки русской культуры. М., 1999. 336 с.

9. Шекасюк Б.П. Новый немецко-русский фразеологический словарь. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2010. 864 с.

10. Бирих А.К. Русская фразеология. Историко-этимологический словарь. М.: Астрель: АСТ: Хранитель, 2007. 926 с.

11. Бинович Л.Э., Гришин Н.Н. Немецко-русский фразеологический словарь. М.: Рус. яз., 1975. 650 с.

12. Телия В.Н. Большой фразеологический словарь русского языка. М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2010. 784 с.

13. Duden C. Deutsche Universalwörterbuch. Manheim, Zürich, 2011. 2112 S.

14. Ушаков Д.И. Толковый словарь русского языка. Т. 1. М.: ТЕРРА, 1996. 824 с.

15. Ожегов С.И. Словарь русского языка. М.: ООО «Издательство Оникс»: ООО «Издательство «Мир и Образование», 2007. 976 с.

16. Что и как пьют на Руси, в России [Электронный ресурс] // URL: http://koryazhma.ru/articles/etiket/table drinks.asp (дата обращения: 21.01.2015).

17. Википедия [Электронный ресурс] // URL: http:// ru.wikipedia. org/wiki/Брудершафт (дата обращения: 21.01.2015).

Выводы исследования и перспективы дальнейших изысканий данного направления. Таким

образом, этнолингвистический аспект исследования позволяет выявить фразеологическую семантику, связанную с различными областями жизни народа, его историей, культурным наследием. Реалии экстралингвистической действительности служат источником экспрессивности как немецких. Так и русских идиом. Специфический набор лексики и внутреннее содержание фразеологических единиц объясняется своеобразием ассоциативно-образных связей, возникающих в сознании носителей языка, что, в свою очередь дает доступ к миропониманию народа, выявлению культурного компонента

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Фирсова Н.М. Испанский речевой этикет. М.: ИНФРА-М, 2001. 183 с.

2. Попова З.Д., Стернин И.А. Очерки по когнитивной лингвистике. Воронеж, 2001. 189 с.

3. Гак В.Г. Языковые преобразования. М.: Школа «Языки русской культуры», 1998. 768 с.

4. Бердяев Н.А. Судьба России. Самосознание. Ростов н/Д: Феникс, 1997. 544 с.

5. Телия В.Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. М.: Школа «Языки русской культуры», 1996. 288 с.

6. Бородулин В.И. Новый иллюстрированный энциклопедический словарь. М.: Большая Российская энциклопедия, 2000. 912 с._