Лингвистический фактор как катализатор глобализации

УДК 372.2

ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ ФАКТОР КАК КАТАЛИЗАТОР ГЛОБАЛИЗАЦИИ

Е. А.Равин

Санкт-Петербургский государственный университет, Университетская наб., 7-9, Санкт-Петербург, 199034, Россия

Половина населения земного шара говорит на двух и более языках, самыми распространенными являются китайский и английский. Первый и непосредственный результат начала глобализации (интенсивной международной торговли) — резкое усиление международной конкуренции. В статье анализируется система развития языков мира. Рассматриваются глобальные языковые процессы в русле становления социокультурной компетенции, влияние лингвистического фактора на глобализацию. Определено понятие билингвальной языковой личности. Несомненно, создание новых технических средств, доступных обществу, носит революционный характер. От алфавита и письма к печатному станку, а затем и к электронным средствам коммуникации — таков путь развития цивилизации. В наши дни теории обретают новый смысл: идея мира как «глобальной деревни», в которой ничего нельзя скрыть, и все ответственны за всё, становится созвучной времени. Для изучения иностранного языка недостаточно знать новые слова и овладеть его грамматикой, важнее всего сначала узнать о своих индивидуальных особенностях. Таким образом, область лингвистики, изучающая язык, выступает прежде всего как феномен психики. Лингвисты, исчерпав возможности традиционных подходов к изучению языка, именно в психолингвистике ищут ответы на волнующие их вопросы. Глобализация культурных процессов, массовые миграции и распространение разных языков и культур, появление мировых компьютерных сетей — все это подталкивает к исследованиям процессов и механизмов овладения чужим языком.

Ключевые слова: язык, глобализация, Интернет, компетенция, культура, языковая личность, миграция.

Язык — динамически адаптивная система, реагирующая на социальные изменения, многослойный и полифункциональный феномен, отражающий общественную культуру в определенный период. Являясь базовым элементом культуры, язык используется как средство межкультурной коммуникации в условиях культурно-национальных стереотипов мышления и вербального поведения. Результат межкультурной коммуникации — взаимодействие и взаимовлияние социокультурных, психокультурных факторов, различных картин мира.

Развитие языка — философская категория, отражающая последовательное преобразование исходной системы; появляется возможность прогнозировать будущее языка и общества.

В социально-философском аспекте язык — средство коммуникации, традиционно считающееся одним из основных индикаторов состояния общества в целом, поэтому любые трансформации общественных отношений в первую очередь проявляются в языковой среде страны.

В середине 1960-х гг. М. Маклюэн в книгах «Гутенбергова Галактика» (Маклю-эн, 2015) и «Понимание средств коммуникации» (Маклюэн, 2007) ввел понятие

© Е. А. Равин, 2015

«глобальная деревня» (globalvillage). В. Л. Иноземцев в книге «Потерянное десятилетие» утверждает, что в социологический контекст понятие «глобализации» поместил американский социолог Дж. Макмен, призвавший в 1981 г. понять происходящую глобализацию социальных отношений (Иноземцев, 2013, с. 35).

За последние 500 лет около 4000 из 10 000 (существовавших на момент начала лингвистических исследований в XVI-XVII вв.) мировых языков практически исчезли в результате войн, эпидемий, насильственной ассимиляции. Большинство из оставшихся 6000 языков используется очень ограниченным числом людей и также находится на грани исчезновения.

Около 3250 языков из 6000 насчитывают менее 10 000 носителей, 1600 имеют менее 1000 носителей. Из 300 аборигенных языков Северной Америки теперь существует только 150. Каждый месяц в мире умирают два языка. К 2100 г. число современных языков сократится вдвое.

По классификации ЮНЕСКО, существует несколько стадий отмирания языка:

— окончание словообразования на основе родных корней; внедрение заимствований, вытесняющих родные аналоги; потеря обществом способности адекватной замены иностранных слов;

— языкознание не поощряется в обществе; для экономически активного индивида снижается ценность знания, язык не способен поднять стоимость работника в конкурентной борьбе на рынке труда; при трудоустройстве на первое место выходят личные связи и требования по минимальной зарплате;

— государственные структуры не используют в своей деятельности официальный язык страны (в России РПЦ проводит богослужения на церковнославянском);

— язык перестает быть образным, из него вымываются слова общего значения, предпочтение отдается синонимам, местоимениям; общение между людьми сводится к ситуативно-контекстному словообразованию, часто на основе одного корня.

В XXI в. потребность в глубоком научном осмыслении природы процесса глобализации с точки зрения лингвистики представляется особенно насущной.

Рассматривая аспект глобализации, необходимо иметь ответы на следующие вопросы.

1. Кто оказывается в выигрышной позиции? Фактически основную часть преимуществ получают богатые страны или индивиды. Несправедливое распределение благ от глобализации порождает угрозу конфликтов на региональном, национальном и интернациональном уровнях.

2. Какова связь национальных экономик с потенциальной региональной или глобальной нестабильностью? Такая связь не только теоретически возможна, но и вполне реальна, что подтверждает финансовый кризис в Азии, начавшийся летом 1997 г в Таиланде, а затем перекинувшийся на другие страны Юго-Восточной Азии, дойдя и до Южной Кореи.

3. Может ли управлять мировой экономикой и государствами одна корпорация (одно государство, один человек)? Некоторые усматривают в глобализации попытку подрыва национального суверенитета. По данной причине глобализация

может вызвать у национальных лидеров чувство беспомощности перед ее силами, а у электората — антипатию к ней.

Один из основных методов достижения результатов при разрешении поставленных выше вопросов — переоценка ценностей, культурных аспектов. Языковая экспансия как метод внедрения в этническое сознание другого народа с целями, на первый взгляд вполне гуманными (распространение новейших технологий, приобщение к мировой культуре), сегодня начала осуществляться в большинстве случае запретными методами (возникновение «лингвистического национализма» — попытки этнических меньшинств и государств предотвратить «загрязнение» своего языка иностранными терминами).

Последние десять лет наблюдается процесс глобальной культурной и языковой самоидентификации (global cultural and language self-identification). Локально этот процесс можно проследить на примере СССР. С распадом Советского Союза произошла смена парадигмы от обобщения к самоидентификации. В СССР граждане разговаривали на русском языке, сейчас русский является государственным языком только Российской Федерации, что приводит к феноменальному противоречию. Рассмотрим ситуацию в Эстонской Республике. Поколение нерусскоговорящих только появляется, 90 % жителей говорят на русском, 40 % не могут сдать экзамены государственного языка (эстонского), следовательно — проявляется профессиональная дискриминация.

Самый известный пример языкового возрождения — иврит; его актуализации способствовало объединение евреев в государстве Израиль после Второй мировой войны. Иврит (древнееврейский), на котором была написана большая часть Ветхого Завета, в течение многих веков не использовался для повседневного общения, однако выжил благодаря стараниям ученых и благодаря тому, что все это время он продолжал использоваться в качестве языка культа. С XIX в. на иврите снова стали говорить в Палестине — члены движения, возглавляемого Элайзер Бен-Иехуда (1858-1922), чей сын стал первым носителем современного иврита. После основания в 1948 г. государства Израиль ивриту начали обучать детей в школах, на нем стали говорить иммигрировавшие в Израиль евреи, часто предавая забвению другие языки еврейской культуры, такие как германский идиш и романский ладино.

Рассматривая временные рамки, можно предположить, что процесс деглобо-лизации носит временный характер. По мнению доктора богословия А. И. Осипо-ва, результатом глобальных языковых процессов станет формирование единого языка. На основании гомогенизации общества родится единый язык наподобие эсперанто, имеющий эволюционное, а не искусственное происхождение (Осипов, 2012, с. 32).

Археолог Джеймс Харрис из Университета Бригама Янга предположил, что единый язык уже существовал на земле (Harris, 2005, p. 56). В Библии говорится, что до разделения языков «на всей земле был один язык и одно наречие» (Быт. 11:1). Признающие единство человеческого рода признают и единство первоначального общечеловеческого языка.

Происхождение множества языков из одного подобно развитию дерева, из одного ствола которого произошли многочисленные сучья и ветви с их раз-

нообразными формами, имеющими и свои особенности, и нечто общее. Теоретически лингвисты признают такое «лингвистическое дерево», но практическое изучение «лингвистических разветвлений» вызывает много споров.

Смешение языков, по библейскому сказанию, было вызвано высокомерным человеческим желанием построить город и воздвигнуть башню до небес. Для этого исключительно грандиозного мирового предприятия необходима была концентрация огромного количества людей в одном месте, что являлось нравственно развращающим фактором, ибо огромное скопление людей, не соединенных твердыми нравственными связями, всегда усиливает общую порочность.

Если отбросить мифологическое сказание, остается любопытная лингвистическая игра слов: Babylon (Вавилон — город), Babel (название языка), Bible (Библия). Это может быть как совпадением, так и указанием на действительно единое начало языковых групп.

Языковая личность — конвергенция социальных и личностных аспектов. Индивидуальное в языковой личности формируется через внутреннее отношение к языку, через становление личностных языковых смыслов. Языковая личность оказывает влияние на становление языковых традиций. Каждая языковая личность формируется на основе присвоения конкретным человеком всего языкового богатства, созданного предшественниками. Она характеризуется определенным запасом слов, имеющих тот или иной ранг частотности употребления, которые заполняют абстрактные синтаксические модели (Глобализм в системе, 2005, с. 426).

С языковой личностью тесно связана билингвальная языковая личность, изучаемая социолингвистикой. Билингвальная личность представляет собой сложный социокультурный феномен, характеризующийся знанием второго языка, проявляющий способности к нему, умеющий интегрироваться во вторичный социум благодаря приобретению социального опыта путем познания культуры, ценностей культуры другого народа, образа его жизни. В индивидууме проявляется межкультурная компетентность на базе этнических норм второго лингво-культурного сообщества, форумируется вторичное когнитивное и языковое сознание через призму представления о концептах ментально-языковых сущностей, входящих в другую языковую картину мира. Особая речемыслительная деятельность билингвального автора заключается в соединении двух разных языковых систем в творческом процессе, в осмыслении способов мышления двух разных этносов. Пользуясь системой приобретенного языка как инструментом творчества, он воссоздает образы первичной культуры в рамках приобретенной.

Половина населения земного шара говорит на двух и более языках. По итогам 2013 г. первая пятерка самых распространенных языков в мире представлена следующим образом: китайский, английский, арабский, хинди и испанский (Lewis, 2014, p. 57).

Самым первым и непосредственным результатом начала глобализации (интенсивной международной торговли) является резкое усиление международной конкуренции. В эпоху современной глобализации под влиянием конкуренции со стороны китайского импорта в последние десятилетия в США, Западной

и Восточной Европе, России существенно сократилось собственное производство многих товаров (обувь, одежда, бытовая электроника и т. д.), вытесненных китайскими товарами. Можно предположить, что китайский язык будет в будущем играть первоочередную международную роль, но, скорее всего, китайцы начнут массовое изучение английского языка в силу сложности изучения китайского для иностранцев (Гулинов, 2011, с. 10).

Спорное утверждение об английском языке находим в монографии «Грани глобализации». Отмечая, что глобализация воздействует на социальные структуры, придавая им наднациональное измерение, В. Б. Кувалдин пишет о рождении «общества второго порядка» — «мегаобщества». Люди, захваченные процессами глобализации, выступают носителями двойной идентичности — той, что связана с классическими общностями, и параллельной, связанной с новой (глобальной) реальностью: «Рождающееся мегаобщество требует общемирового языка, современной латыни. Пока единственным претендентом на эту роль выступает английский. Он становится универсальным языком международного общения. 69 % жителей Европейского Союза согласны с утверждением, что в Союзе все должны уметь говорить на языке Шекспира» (Горбачев и др., 2003, с. 56).

Сложилась ситуация, когда 95 % информационных технологий основывается на английском языке. На научных конференциях доклады читаются и публикуются по-английски, многие политические саммиты ведутся не через переводчика, а напрямую между коммуникаторами на английском. С 2015 г. в русских школах на изучение английского тратится на 20 % больше времени, чем на изучение родного (Ерофеева, 2015, с. 12).

Наравне с этим английский язык — лидер в Интернете. На 2014 г., по оценкам портала Яндекс, 55,5 % глобального пространства представлено контентом на английском языке (Соколов-Митрич, 2014, с. 200). Каждый день в сети рождается 15 новых английских слов (Пан, 2014, с. 319). Так, в словарях повседневной английской речи в третьем квартале 2013 г. появились следующие слова: phone-yawn (феномен, наблюдающийся, когда один человек достает телефон и смотрит на экран, в результате чего окружающие люди делают то же самое); gloatgram (пост в Инстаграм, показывающий, как хороша жизнь автора; обычно это фотографии еды или путешествий); textretary (человек, набирающий СМС за того, кто ведет машину); ghost post (комментарий к статусу или фотографии, который был тут же удален автором из-за орфографической ошибки, неудачного подбора слов или глупости); dreamathon (состояние, в котором человек снова и снова выключает будильник, успевая до следующего его сигнала увидеть новый сон); cergaknut (промазать самым нелепым способом) (Глазунов, 2013).

Виртуализация коммуникации ведет к унификации выразительных средств и синтезу ряда языковых подсистем, в том числе разных языков, а также к синтезу различных семиотических кодов и росту удельного веса видеовербальных текстов. В то же время уничтожаются некоторые аспекты классической коммуникации (из-за частого использования смайликов, сокращений), идет потеря параязыка (языковые эффекты, сопровождающие речь). В силу потери пара-языка тон в сети угадывается правильно только в 56 % случаев.

О доле русского языка в веб-пространстве много говорят и размышляют не только лингвисты, но и сами пользователи, «юзеры». Одни считают, что глобальная сеть затуманивает русский язык, демонстрируя, как все «непечатное» делается печатным; другие убеждены в том, что некрасивая картина «письма без правил» способна покоробить лишь малую группу еще оставшихся филологов и примкнувших к ним «граммар-наци»; третьи элементарно не вникают в сущность проблемы, справедливо полагая, что полемизировать не о чем.

Действительность такова: фактически появилась новая форма русского языка — «разговорная машинопись», т. е. письменная фиксация устной разговорной речи, сопровождающая коммуникацию между абсолютно новыми субъектами — письменно-говорящим и письменно-слушающим. Эти два (и более) коммуниканта крепко стеснены в средствах передачи личного состояния, в первую очередь эмоций, без которых любая коммуникация неполноценна. Не имея способности воспользоваться жестами, мимикой, интонацией и т. д., они «пускаются во все тяжкие», стремясь сделать свою речь живой и интересной. При этом серьезным испытаниям подвергаются графика, орфография, лексика, морфология, синтаксис, пунктуация, стилистика и культура речи, иными словами — практически все уровни и сегменты языка. Следовательно, неустанно пишущие — т. е. общающиеся — в Интернете люди, стремясь к интересному и занимательному диалогу, должны сметать различного рода психологические барьеры на пути к успешной коммуникации, используя все имеющиеся в их распоряжении средства: от смайлика до бранной (но такой высокоэкспрессивной) лексики.

Важное средство распространения английского языка — феномен массовой миграции, вызванной в эпоху глобализации поиском «лучшего места под солнцем». Переселяясь в развитые страны (США, европейские страны), люди сталкиваются с необходимостью знания английского.

Укрепление статуса русского языка на международной арене происходит благодаря увеличению потока трудовой миграции в Российскую Федерацию, фиксируемой с 2000 по 2013 г (Илимбетова, 2013, с. 79). В законодательстве Таджикистана русский язык имеет статус языка межнационального общения.

По данным переписи населения 2010 г., около 5,4 млн граждан России не владеют русским языком (Там же, с. 91). Согласно информации ФМС России, на территории РФ временно пребывает или проживает около 6,5 млн трудовых мигрантов. Таким образом, на территории России находится около 12 млн чел. (почти каждый десятый), слабо или вообще не владеющих русским языком. С тем чтобы ликвидировать языковой барьер и частично решить проблемы миграции и ассимиляции граждан, Президент РФ В. Путин подписал Закон о правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации1, обязывающий мигрантов подтверждать знание русского языка (вступил в силу с 1 января 2015 г).

Факторами, способствующими распространению единого языка, также являются гипертрофированность урбанизации и образование зон высокой плотности

1 Федеральный закон от 20 апреля 2014 г. № 74-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации"» // СЗ РФ. 2014. № 16. Ст. 1831.

населения и высокой экономической активности, соседствующих с зонами стагнации и запустения. В современном крупном промышленном и культурном центре, как правило, отсутствуют компактно проживающие моноэтнические общности, население отдельных микрорайонов и улиц в основном смешанное. В сельской местности в значительно большей степени распространены однородные в этническом плане виды населенных пунктов — деревни и села. С учетом всего спектра оценок характера и особенностей макроязыковых взаимодействий, можно отметить, что нынешняя языковая ситуация в городах РФ базируется на диглоссном двуязычии неродственного типа.

Рассмотрев лингвистический вопрос глобализации, можно предположить, что судьба национальных языков складывается не лучшим образом. Привидение к общему знаменателю всех аспектов жизни людей приведет к формированию естественного языка. Естественный язык станет универсальным средством хранения и трансляции информации, мышления и коммуникации, будет использоваться в любом виде человеческой деятельности благодаря богатству значений, метафор, сравнений, явных и неявных смыслов, разнообразных средств иносказания. Культурное единство на базе естественного языка приведет к окончательной глобализации и унификации экономики, социального и государственного устройства, что, в свою очередь, поставит вопрос о формировании всемирного единого пространства без существования национальных государств и их интересов.

Несомненно, глобализация связана с мировой гегемонистской ролью США, сформировавшейся с установлением однополярного мира после развала СССР. В основе глобальных процессов лежит англоамериканская модель общества, экономики, политики и культуры. Эта модель соотносится с повсеместным распространением английского языка, претендующего на естественный язык, однако об этом говорить еще преждевременно.

Литература

Глазунов С. А. Новый англо-русский словарь современной разговорной лексики. 15-е изд., стереотип. М.: Русский язык, 2013. 254 с.

Глобализм в системе категорий современной культурологической мысли: коллективная монография / под ред. М. С. Кагана. СПб.: «Янус», 2005. 521 с.

Горбачев М. С. и др. Грани глобализации. Трудные вопросы современного развития. М.: Альпина Паблишер, 2003. 592 с.

Гулинов Д. Ю. Языковая политика: определение и характеристики // Известия Волгоградского гос. пед. ун-та. Сер. «Филологические науки». 2011. № 5(59). С. 7-11.

Ерофеева Н. И. Управление проектами в образовании // Народное образование. 2015. № 7. С. 12-15.

Илимбетова А. А. Глобальный процесс феминизации миграции // Век глобализации. 2013. № 1. С. 79-91.

Иноземцев В. Л. Потерянное десятилетие. М.: Московская школа политических исследований, 2013. 150 с.

Маклюэн Г. М. Галактика Гутенберга. Становление человека печатающего / пер. с англ. И. О. Тюрина. М.: Академический проект, 2015. 496 с.

Маклюэн Г. М. Понимание медиа: внешние расширения человека / пер. с англ. В. Г. Николаева. М.: Кучково поле, 2007. 464 с.

Осипов А. И. Справедливость и насилие: богословские труды. М.: Изд-во Сретенский м-рь, 2012. 340 с.

Пан А. С. Укрощение цифровой обезьяны. М.: АСТ, 2014. 390 с. Соколов-Митрич Д. В. Яндекс.Книга. М.: Манн, Иванов и Фербер, 2014. 368 с.

Harris J. A New History. Cambridge University Press, 2005. 189 p.

Lewis M. Ethnologue: Languages of the World. 18th ed. Dallas, Texas, 2014. 250 p.

Равин Егор Алексеевич — аспирант; RavinEgor555@Rambler.ru

Статья поступила в редакцию: 26 февраля 2015 г.; рекомендована в печать: 3 сентября 2015 г.

Для цитирования: Равин Е. А. Лингвистический фактор как катализатор глобализации // Политическая экспертиза: ПОЛИТЭКС. 2015. Т. 11, № 4. С.66-74.

THE LINGUISTIC FACTOR AS A CATALYST OF GLOBALIZATION Egor A. Ravin

Saint-Petersburg State University, 7-9, Universitetskaya nab., St. Petersburg, 199034, Russia; RavinEgor555@Rambler.ru

Nearly the half of the world population speaks in two languages or more, due to the most common languages in the world are Chinese and English. The first and direct result of globalization (increased international trade) is a sharp increase in international competition. The article analyzes the system of development of languages of the world. Global language considers the processes towards the formation of sociocultural competence. The influence of language factor on globalization is the main topic of the article. The notion of a bilingual linguistic identity. Undoubtedly, the creation of new technical means available to society is revolutionary in nature. From the alphabet and letters to the printing press, and then to electronic communications is the way of the development of civilization. In our days the theory is given new meaning: the idea of the world as "global village", which is nothing to hide, and are all responsible for all, getting in tune with the times. For learning a foreign language is not enough to know new words and to study its grammar, the most important thing is to learn about their individual characteristics. Thus, the area of linguistics that studies the language primarily acts as a phenomenon of the psyche. Scholars have exhausted the possibilities of traditional approaches of studying language. Thereupon only psycholinguistics specialized on searching for the answers to the questions. Globalization of the cultural processes, mass migration and the spread of different languages and cultures, the emergence of global computer networks — all this leads to the study of processes and mechanisms of mastering a foreign language.

Keywords: language, globalization, Internet, attribution, culture, linguistic personality, migration.

References

Glazunov S. A. Novyi anglo-russkii slovar' sovremennoi razgovornoi leksiki. 15-e izd., stereotip [New English-Russian dictionary of modern informal English, 15th ed., stereotype]. Moscow, Russky Yazyk Publ., 2013. 254 p.

Globalizm v sisteme kategorii sovremennoi kul'turologicheskoi mysli: kollektivnaia monografiia [Globalism in the system of modern cultural thought. Collective monograph]. Ed. by M. S. Kagan. St. Petersburg, Ianus Publ., 2005. 521 p.

Gorbachev M. S. i dr. Grani globalizatsii. Trudnye voprosy sovremennogo razvitiia [Verge of globalization. Difficult issues of modern development]. Moscow, Al'pina Publ., 2003. 592 p.

Gulinov D. Iu. Iazykovaia politika: opredelenie i kharakteristiki [Language policy: definition and characteristics]. Izvestiia Volgogradskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta [News of the Volgograd state pedagogical University]. Ser. Philological Sciences, 2011, no. 5

Erofeeva N. I. Upravlenie proektami v obrazovanii [Project management in education]. Narodnoe obrazovanie [National education], 2015, no. 7, pp. 12-15.

Ilimbetova A. A. Global'nyi protsess feminizatsii migratsii [Global process of feminization of immigration]. Vek globalizatsii [Age of immigration], 2013, no. 1, pp. 79-91.

Inozemtsev V. L. Poteriannoe desiatiletie [A Lost decade]. Moscow, Moscow school of political studies Publ., 2013. 150 p.

McLuhan H. M. The Gutenberg Galaxy: The Making of Typographic Man. Toronto: University of Toronto Press, 1962, 413 p.

McLuhan H. M. Understanding Media: The Extensions of Man. Stanford University press, 1994, 389 p. (Russ. ed.: McLuhan H. M. Ponimanie Media: vneshnie rasshireniia cheloveka. V. G. Nikolaeva. M.: Kuchkovo pole, 2007. 464 s.. Transl. from Engl. by V. G. Nikolaev. Moscow, Kuchkovo pole Publ., 2007. 464 p.).

Osipov A. I. Spravedlivost' i nasilie: bogoslovskie trudy [Justice and violence. The theological writings]. Moscow, Sretenskiy publ, 2012. 340 p.

Pan A. S. Ukroshchenie tsifrovoi obez'iany [Taming of the digital monkey]. Moscow, AST Publ., 2014, 390 p.

Sokolov-Mitrich D. V. landeks.Kniga [Yandex.Book]. Moscow, Mann, Ivanov and Ferber Publ., 2014, 368 p.

Harris J. A New History. Cambridge University Press, 2005. 189 p.

Lewis M. Ethnologue: Languages of the World. 18th ed. Dallas, Texas, 2014. 250 p.

For citation: Ravin E. A. The linguistic factor as a catalyst of globalization. Political expertise: POLITEX, 2015, vol. 11, no. 4, pp. 66-74.

лоттэкс. 2015. том 11, № 4