Характеристика завершающих этапов осенней миграции воробьиных птиц Passeriformes в низовьях Оби

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2018, Том 27, Экспресс-выпуск 1681: 5041-5062

Характеристика завершающих этапов осенней миграции воробьиных птиц Passeriformes в низовьях Оби

С.П.Пасхальный, М.Г.Головатин

Сергей Петрович Пасхальный. Ул. Зелёная горка, 18-1, г. Лабытнанги, Ямало-Ненецкий автономный округ, 629400, Россия. E-mail: spas2006@yandex.ru

Михаил Григорьевич Головатин. Институт экологии растений и животных Уральского отделения Российской Академии наук. Ул. 8 Марта, 202, Екатеринбург, 620144. E-mail: golovatin@yandex.ru

Поступила в редакцию 2 октября 2018

Сроки начала и окончания осенней миграции и динамика пролёта — важные характеристики адаптивной стратегии видов в разных частях ареала и, предположительно, генерализованные экологические маркеры климатической ситуации в осеннее время года.

В Арктике и Субарктике виды отряда Passeriformes составляют ядро мигрирующих птиц. В то же время основные работы орнитологи здесь проводили, по многим причинам, в основном в весенне-летний период. Исследования в конце миграционного периода, т.е. в самом конце августа, сентябре и октябре, были немногочисленными. Наиболее полно послегнездовой период жизни воробьиных птиц региона, включая осеннюю миграцию, в 1973-1982 годах был изучен В.Н.Рыжановским (1997). Результаты его работы, дополненные другими материалами, вошли и в фаунистическую сводку по птицам Ямала (Данилов и др. 1984).

В данном исследовании обобщаются собственные достаточно разнородные и не всегда регулярные наблюдения, проводившиеся нами в низовьях Оби длительный период — от первых, самых общих сведений, собранных в начале 1970-х годов, до более полных записей о событиях осени 1978-2016 годов. Они дополнены доступными данными из литературных источников. Это позволяет уточнить некоторые особенности завершающих этапов осеннего пролёта птиц в низовьях Оби, оценить многолетнюю динамику и сроки пролёта, возможную связь интенсивности миграции и времени её завершения от погодных условий года. В работе приводятся сведения о видовом составе поздних мигрантов, их относительной численности, сроках отлёта и некоторых особенностях биологии.

Район работ. Материал и методика

Сведения об осеннем отлёте воробьиных собраны в низовьях Оби от придель-товой части её поймы и соседних водораздельных участков в окрестностях села Ярсале (66°50' с.ш., 70°50' в.д.) до поймы и прилегающих плакорных участков в

окрестностях Лабытнанги и Салехарда на юге (66°40' с.ш., 66°30' в.д.). В 1971-1972, 1979-1982 годах работали возле Ярсале, в 1982-2016 - в окрестностях Лабытнанги и в соседних районах. Некоторые данные получены также в других местах региона. Наблюдения вели на стационарах, маршрутах и во время разъездов обычно с августа-сентября до октября-ноября, однако не всегда регулярно и с разной периодичностью в каждом пункте. Птиц определяли визуально и по голосам.

При определении дат завершения пролёта в ряде случаев приняты опубликованные данные, основанные преимущественно на отловах птиц, а не только на визуальных и голосовых регистрациях (Данилов и др. 1984, Рыжановский 1997). Это позволяет минимизировать возможность ошибок. В годы общих наблюдений принималась самая поздняя известная дата, а в сезоны, когда наши работы не велись или были фрагментарными, та, которая сообщалась коллегами. В таких случаях в табличных материалах ячейки выделены голубым цветом. Для корректировки сезонной и многолетней динамики отлёта опубликованные ранее материалы такой возможности не дают. В случаях, когда самые поздние даты осенних встреч вызывали сомнения, т.е. были явно ранними, ячейки в таблицах выделялись жёлтым цветом. При расчётах средней даты отлёта двух видов (краснозобый конёк и рябинник) такие данные не учитывались.

Повидовой обзор мигрантов

В списке воробьиных, встречающихся в низовьях Оби, выделяются 5 групп видов, отличающихся по характеру пребывания (рано улетающие, кочующие, оседлые, регулярно или периодически зимующие, залётные и типичные перелётные), по возможностям регистрации их пролёта (в отношении мигрирующих видов), численности и др.

1. Виды, которые не отмечались в сентябре - октябре

Ряд видов воробьиных никогда не регистрировался в рассматриваемый период года. Это зелёный Anthus hodgsoni и сибирский A. gustavi коньки, желтоголовая Motacilla citreola и горная M. cinerea трясогузки, черногорлая завирушка Prunella atrogularis, пятнистый сверчок Locus-tella lanceolata, зелёная пеночка Phylloscopus trochiloides, мухоловка-пеструшка Ficedula hypoleuca, малая мухоловка Ficedula parva, обыкновенная горихвостка Phoenicurus phoenicurus, чернозобый Turdus atrogularis и певчий T. philomelos дрозды, зяблик Fringilla coelebs, чечевица Carpodacus erythrinus, полярная овсянка Schoeniclus pallasi.

В данную группу воробьиных входят либо рано улетающие виды, либо виды редкие и трудные для определения в осенний период, или же населяющие местообитания, которые мы и другие орнитологи слишком редко посещали осенью.

2. Оседлые и зимующие виды

В число оседлых и регулярно зимующих воробьиных входят сорока Pica pica, ворон Corvus corax, пухляк Parus montanus и сибирская гаичка Parus cinctus, большая синица Parus major, домовый Passer do-mesticus и полевой Passer montanus воробьи, белокрылый клёст Loxia

leucoptera, обыкновенная чечётка Acanthis flammea. У врановых, синиц и клеста существуют локальные кочёвки, в частности, концентрация в антропогенных местообитаниях. Практически ежегодно, хотя и в небольшом числе, зимуют и чечётки, хотя осенью всегда наблюдается их массовый пролёт в разных направлениях. Материалы по этому виду в настоящей работе мы не рассматриваем из-за сложностей разделения динамики численности собственно мигрирующих и кочующих птиц и определения границ миграции. Обычно увеличение частоты осенних встреч отмечали в сентябре и октябре, но в некоторые годы — уже в августе.

3. Сезонно кочующие и периодически зимующие виды

Следующую группу видов составляют воробьиные, которые во вне-гнездовое время предпринимают кочёвки, появляясь в рассматриваемом районе с разной периодичностью, а иногда задерживаясь здесь и на зиму, обычно при обилии потребляемых ими кормов, в том числе и при искусственной подкормке. Это московка Parus ater, обыкновенный поползень Sitta europaea, свиристель Bombycilla garrulus, ополовник Aegithalos caudatus, обыкновенный снегирь Pyrrhula pyrrhula, клёст-еловик Loxia curvirostra, щур Pinicola enucleator. Эти виды могут гнездиться в регионе и мигрировать осенью, либо кочевать и периодически зимовать в небольшом числе.

Обобщённые сведения по большинству видов 2-й и 3-й групп ранее публиковались (Данилов и др. 1984, Пасхальный 1989, 2004).

4. Залётные виды

К видам, которых можно считать залётными в осенний период, относятся обыкновенный скворец Sturnus vulgaris, черноголовая Sylvia atricapilla и садовая S. borin славки. Скворца осенью дважды регистрировали в Ярсале: одну птицу, кормившуюся на помойках, несколько раз видели среди домов в селении б и 6 ноября 1978. Также одиночного скворца заметили в стае ворон на окраине посёлка 28 октября 1980. Осенние залёты черноголовой славки были рассмотрены нами ранее (Пасхальный 2000). О залёте молодой садовой славки в Лабытнанги 18 сентября 1976 сообщают Н.Н.Данилов с соавторами (1984).

Все перечисленные выше виды в список типичных мигрантов не включаются, и в следующем разделе рассматриваться не будут.

5. Перелётные виды

Береговушка Riparia riparia. Основная масса береговых ласточек покидает регион в августе. Позднее единственная встреча одиночной птицы зафиксирована 3 сентября 1979 в Ярсале.

Рогатый жаворонок Eremophila alpestris. Пролёт начинается в

сентябре. Самые ранние встречи приходятся на 3 сентября 1980 и 15 сентября 1970. Даты наиболее поздних регистраций приведены ниже. Отлёт, таким образом, продолжается до самого конца сентября - первой половины октября. Интересно, что после 2005 года ни одной встречи рогатых жаворонков в обычных местах наблюдений у южной границы лесотундры нами отмечено не было.

09.10.1971

26.09.1972

08.10.1978

14.10.1979

14.10.1980

11.10.1981 16.10.1983 20.10.1985

27.09.1987 30.09.1993

02.10.1995

26.09.1996

30.09.1999

04.10.2000 26.09.2002 04.10.2005

Средняя дата завершения миграции рогатого жаворонка приходится на 5 октября (35.1±2.1, п = 16; отсчёт дней с 1 сентября).

Продолжительность отлёта варьировала в разные годы в сравнительно небольших пределах и составила в 1971 и 1979 — 12 дней, в 1981 — 15, в 1985 и 1996 — 20, в 1980 — 42 дня. Значимая корреляция длительности миграции со средними температурами сентября и октября не установлена (соответственно, г = -0,29 и г = 0.57). Суммарная динамика пролёта приведена на рисунке 1.

Рис. 1. Динамика пролёта рогатого жаворонка в сентябре-октябре 1970-2005 годов.

Пик регистраций приходится на последнюю пятидневку сентября и первую пятидневку октября. До 20 сентября встречи единичны, позднее численность мигрантов растёт, и рогатые жаворонки продолжают встречаться в некоторые годы до 20 октября.

Луговой конёк Anthus pratensis. Один из наиболее поздно отлетающих видов воробьиных. Ниже приводятся зарегистрированные даты самых поздних встреч. Средняя дата завершения пролёта — 25 сентября (24.6±1.2, n = 30), но в трёх случаях (2002, 2011 и 2014 годы, выделены жёлтым цветом), возможно, окончание пролёта точно устано-

вить не удалось. По наблюдениям за все сезоны (суммарно) построен график динамики отлёта птиц по числу встреч и количеству зарегистрированных особей (рис. 2). Пролёт, начинающийся в августе, достаточно интенсивно продолжается и в сентябре, причём наибольшее число встреч и отмеченных особей приходится на период между 10 и 25 сентября. Временами птицы отмечались в массе, но в начале октября встречи были уже единичны.

20.09.1980 29.09.1993 29.09.2000 22.09.2006

29.09.1984 26.09.1994 23.09.2001 26.09.2007

30.09.1985 26.09.1996 17.09.2002 21.09.2009

29.09.1987 26.09.1997 09.10.2003 19.09.2010

25.09.1988 24.09.1998 01.10.2004 13.09.2011 05.10.1979 27.09.1992 30.09.1999 28.09.2005 15.09.2014

01.10.1972

09.09.1973

13.09.1974

19.09.1975 28.09.1978

Рис. 2. Динамика отлёта лугового конька в сентябре-октябре 1972-2014 годов.

Краснозобый конёк Anthus cervinus. Хотя северная граница гнездовой части ареала этого вида проходит практически по материковому побережью региона (72°50' с.ш.), его осенняя миграция, по нашим данным, менее интенсивна и завершается раньше, чем у лугового конька, распространённого до 70° с.ш. (рис. 3). Возможно, это частично связано с трудностями различения молодых особей и более редкой вокализацией краснозобых коньков, тогда как луговые коньки хорошо определяются по позывкам. Тем не менее, в августе краснозобые коньки регистрируются не реже луговых. Самые поздние встречи в разные годы, естественно, также приходятся на более ранние даты по сравнению с луговым коньком.

12.09.1979

17.09.1980 22.09.1987

08.09.1971 17.09.1975 09.09.1977 15.09.1978

13.09.1973 21.09.1974

25.09.1988

13.09.1997

09.09.1998

13.09.2000 09.09.2003 11.09.2005

01.09.2006 05.09.2009 02.09.2013

Средняя многолетняя дата окончания пролёта — 14 сентября (14.3± 1.3, п = 15); при её расчёте данные за 3 последних года (2006, 2009 и 2013), выделенные жёлтым цветом, исключены, поскольку мы считаем их заниженными.

Рис. 3. Сравнительная динамика численности лугового и краснозобого коньков

в сентябре-октябре.

Жёлтая трясогузка Motacilla flava. Н.Н.Данилов с соавторами (1984) отмечают: «Осенний пролёт в районе стационара Харп выражен слабо. В 1973 г. некоторое увеличение трясогузок отмечено 25 августа, в 1974 г. — 27 августа. Последние птицы встречены 16 сентября. Сравнительно много жёлтых трясогузок летит осенью долиной Оби. Встречаются стаи по нескольку десятков птиц, но обычны группы до десятка особей. Интенсивный пролёт шёл во второй декаде августа на Хадыта-яхе. В 1978 г. на стационаре Октябрьском птицы попадали в сети с 16 по 28 августа, а на следующий год с 13 по 24 августа, последняя птица встречена 1 сентября». В.Н.Рыжановский (1997) последними датами встречи за период с 1973 по 1982 в таблице 15 указывает 20-27 августа. Таким образом, отлёт жёлтой трясогузки в основном завершается в августе, позднее птицы уже очень редки. В сентябре мы зарегистрировали только 2 встречи в 1974 году, когда одиночных трясогузок видели в пойме у села Ярсале 5 и 10 числа.

Белая трясогузка Motacilla alba. Численность белых трясогузок в течение сентября постепенно снижается (рис. 4). В начале октября они уже очень редки и встречаются не ежегодно.

Даты самых поздних встреч варьируют от 6-13 сентября до 4-10 октября, что свидетельствует о значительных межгодовых различиях в сроках отлёта птиц, но основная масса белых трясогузок улетает до 1520 сентября.

18.09.1972

07.09.1973

18.09.1974 09.09.1977

28.09.1978

04.10.1979

13.09.1980 21.09.1982

11.09.1984 29.09.1987 22.09.1992 19.09.1997

24.09.1999

13.09.2000

17.09.2002

16.09.2003

13.09.2004

19.09.2006

10.10.2007 14.09.2009

23.09.2010

06.09.2011

10.09.2013

06.09.2014

Средняя многолетняя дата завершения отлёта белой трясогузки 18 сентября (17.9±1.8, п = 24).

Рис. 4. Динамика отлёта белой трясогузки в сентябре-октябре 1972-2014 годов.

Серый сорокопут Lantus excubitor. Н.Н.Данилов с соавторами (1984) сообщали, что в пойме у Октябрьского птиц встречали в 19781979 годах с конца августа до 18 сентября. Мы наблюдали одиночных серых сорокопутов 11 сентября 2003 и 9 сентября 2006 в пойме Оби южнее основного района наших работ — на широте посёлка Мужи. В последнем случае отмечено тихое пение. Самая поздняя регистрация — 4 октября 1999 в лесу на склоне горы Сланцевой у полустанка Красный Камень по железной дороге Чум — Лабытнанги.

Грач Corvus frugilegus. В 1970-1980-х годах грачи регулярно залетали в низовья Оби и на Южный Ямал, а на окраине города Лабытнанги даже существовала небольшая колония. Однако осенью зарегистрирована единственная встреча одиночной птицы в Лабытнанги на берегу протоки Вылпосл — 9 октября 1982.

Серая ворона Corvus cornix. К концу лета серые вороны скапливаются возле населённых пунктов. В сентябре начинается постепенный отлёт их на юг, но даже конца месяца и в октябре численность ворон остаётся высокой, наблюдаются суточные перелёты птиц с мест ночёвки на места кормёжки и обратно. Такие перелёты, более или менее интенсивные, мы наблюдали ежегодно в Лабытнанги в районе Арктического научно-исследовательского стационара ИЭРиЖ УрО РАН в полосе около 200 м по обе стороны. Часто такие наблюдения дополнялись

встречами птиц на маршрутах по городу. Понятно, что в это время значительная часть популяции серой вороны оставалась вблизи района гнездования.

Дата Время, ч:мин Число серых ворон

08.10.1986 16:34-17:35 43

09.10.1986 16:54-17:45 233

11.10.1987 17:00-17:20 24

14.10.2006 8:00-8:15 28

09.10.2008 18:07-18:11 13

06.10.2009 7:20-7:32 19

07.10.2009 -- 37

13.10.2009 8:15-8:30 42

14.10.2009 7:50-8:20 16

09.10.2010 7:25-7:40 11

Хотя в регионе серая ворона является типичным перелётным видом, за время наших работ было накоплено немало случаев встреч этих птиц явно после завершения отлёта популяции. Объясняется это как зимовками отдельных особей по некоторым естественным причинам, так и традицией местных жителей передерживать в неволе молодых птиц. Часть таких случаев, в том числе случаи естественной зимовки, рассмотрена нами ранее (Пасхальный 1989).

С 3 ноября по 30 декабря 1983 в Лабытнанги возле территории стационара на помойке видели кормившуюся серую ворону. Судя по её поведению, у неё было не всё в порядке с крыльями, которыми помогала себе при передвижении среди мусора во время поисков корма.

5 декабря 1988 во время потепления одна ворона снова появилась на стационаре. Птица по ряду признаков была «домашней» — человека подпустила близко, хвост имела сравнительно короткий (обтрёпанный), голос неустойчивый. 16 декабря поступили сообщения о встрече одной птицы в районе совхоза и соседней городской свалки, а также о встречах на стационаре между 6 и 16 октября. Эти места находятся на удалении не менее 2-3 км одно от другого. 12 января 1989 у совхоза снова была замечена одиночная серая ворона. И, наконец, 29 января (тоже при резком потеплении) и 2 февраля на стационаре и возле него снова видели птицу с сильно обтрёпанным хвостом.

Новый случай отмечен в 2006 году. 7 ноября у мусорных баков у стационара держались сначала 2, а позднее 1 ворона. Одиночных птиц видели здесь же 9, 28 и 29 ноября, а 11 числа на некотором удалении от этого места. Птицы не были похожи на содержавшихся в неволе.

Наконец, 10-13 ноября 2013 ежедневно одну серую ворону встречали в окрестностях стационара. Особенности поведения позволяли думать, что эта птица — приручённая или больная: сидя на лиственнице,

она как-то неловко перемещалась по веткам, разводя крылья, и периодически каркала, однако летала нормально.

Такие случаи несколько затрудняют регистрацию сроков завершения миграции серых ворон, но анализ времени встречи таких особей и особенностей их поведения позволил разделить время окончания отлёта основной популяции от аномальной задержки отдельных особей или регистрации птиц, содержавшихся в неволе. Ниже приведены предельные даты регистрации серых ворон осенью.

10.10.1971 26.10.1983 06.10.1992 18.10.1999 10.10.2005 08.10.2011

10.10.1978 01.11.1984 20.10.1994 19.10.2000 17.10.2006 15.10.2012

17.10.1979 22.10.1985 15.10.1995 10.10.2001 26.10.2007 11.10.2014

23.10.1980 25.10.1987 21.10.1996 11.10.2002 15.10.2008 13.10.2015

11.10.1981 18.10.1988 15.10.1997 25.10.2003 16.10.2009 15.10.2016

13.10.1982 11.10.1990 17.10.1998 13.10.2004 25.10.2010

Жёлтым цветом выделены даты, когда отмечали несколько птиц, поэтому реальная дата завершения отлёта могла быть немногим более поздней. Так, 10 октября 1978 встречена стая из 40 особей, 23 октября 1980 - всего 17 особей, а 11 октября 1981 и 8 октября 2011 серые вороны были обычными. В 1990, 2004 и 2009 годах регистрировали в указанные даты по 4-5 особей.

По всем материалам, средняя дата завершения отлёта приходится на 16-17 октября (16.5±1.0, n = 35).

Сибирская завирушка Prunella montanella. На границе поймы Оби у посёлка Октябрьский возле города Лабытнанги сибирских завирушек отлавливали 13 сентября 1978 и несколько птиц между 8 и 14 сентября 1979 (Данилов и др. 1984). Западнее, на плакорном стационаре «Харп», птиц отмечали до 4 сентября 1974. Мы осенью сибирских завирушек не регистрировали.

Камышевка-барсучок Acrocephalus schoenobaenus. Отлёт барсуч-ков в основном завершается в августе и в конце этого месяца они уже редки. В последнюю неделю августа одиночных птиц встречали 25-27 августа 1972 в пойме у Ярсале и 25-28 августа 1979 на Муринской протоке в дельте Оби; отмечено тихое пение этих особей. Часть барсучков остаётся в регионе дольше. Так, не менее 2 птиц держались в заболоченных ивняках у тундровой речки Ябто-Хадыта и соседнего озера близ Ярсале 3 сентября 1980. 10 сентября 1974 несколько птиц видели в ивняке на берегу протоки в пойме у села. Наконец, одну особь наблюдали 23 сентября 1992 южнее - у озера возле протоки Кривая Обь. У Октябрьского последних птиц отлавливали 11 сентября 1979 и 12 сентября 1978 (Данилов и др. 1984). По всем данным, средняя дата завершения осеннего пролёта — 12 сентября (11.8±3.2, n = 5).

Славка-мельничек Sylvia curruca. Известен отлов одного самца 2 сентября 1979 у посёлка Октябрьский (Данилов и др. 1984). Нами эти славки не встречены.

03.09.1973

14.09.1974 1.09.1975

16.09.2003

12.09.2004 09.09.2007

11.09.2009 07.09.2014

Пеночка-весничка Phylloscopus ^^Иш. Один из двух видов пеночек, который регулярно отмечался в сентябре. Численность птиц постепенно снижается от начала месяца до очень редких регистраций между 20 и 25 сентября (рис. 5).

Наиболее поздние регистрации в разные годы приводятся ниже.

12.09.1977 17.09.1980 09.09.1998

19.09.1978 10.09.1982 22.09.1999

11.09.1979 12.09.1997 10.09.2000

Средняя многолетняя дата завершения отлёта веснички — 12 сентября (12.1±1.1, п = 17).

В сентябре неоднократно встречали беспокоившихся весничек (5 сентября 1974, 12 сентября 1978, 19 сентября 1978, 3 и 10 сентября 1980, 11-16 сентября 2003, 3 сентября 2004, 11 сентября 2009 и др.) и регистрировали осеннее пение (4 сентября 1997, 8-12 сентября 1997, 16 сентября 1999). В некоторых случаях пеночек видели в весьма суровых погодных условиях. Так, у Ярсале весничек встретили 10 сентября 1980, когда дул сильный северо-западный ветер со снежными зарядами, а температура воздуха опустилась до -8°С.

Рис. 5. Сравнительная динамика численности веснички и теньковки в сентябре 1974-2014 годов.

Пеночка-теньковка Phylloscopus ш11уЬita. Численность теньковки в регионе значительно ниже, чем веснички. Соответственно и число регистраций этих пеночек в сентябре гораздо меньше (рис. 5). Тем не менее, встречаются они тоже до 3-5-й пятидневок сентября, как свидетельствуют об этом даты самых поздних регистраций.

11.09.1974

11.09.1975

06.09.1 20.09.1

977

978

11.09.1979

17.09.1980

13.09.1997 15.09.1999

21.09.2001 11.09.2003

Средняя дата завершения отлёта теньковки приходится на 13-14 сентября (13.6±1.5, п = 10).

Как и веснички, теньковки часто поют в это время года. Мы отмечали это 11 сентября 1974, 3 сентября 1980, 8-13 сентября 1997, 15 сентября 1999, 23 сентября 2001 и 11 сентября 2003, т.е. даже чаще, чем пение веснички. Большинство встреч теньковок приходилось на пойменные местообитания в долине Оби и по её притокам.

Пеночка-таловка Phylloscopus borealis. Единственная достоверная регистрация таловки — 9 сентября 1998 на стационаре в Лабытнанги. Накануне этой даты, 6-7 числа, наблюдалось резкое похолодание с сильным северным ветром и снегопадом. В конце августа (например, 20 августа 1984, 20 августа 1987, 20-24 августа 1997, 28 августа 1998) таловки были достаточно обычны.

Пеночка-зарничка Phylloscopus inornatus. У посёлка Октябрьский последние отловы приходились на 6 сентября 1978 и 8-9 сентября 1979, причём в последнем случае были пойманы 4 особи (Данилов и др.1984). Мы зарничек осенью не встречали.

Черноголовый чекан Saxicola torquata. В.Н.Рыжановский (1997) сообщает об отлове одной птицы 4 сентября 1977. Мы осенью чеканов не видели.

Обыкновенная каменка Oenanthe oenanthe. Нами зарегистрированы всего три осенних встречи каменок у села Ярсале и одну — около Лабытнанги. 2 сентября 1979 в Ярсале видели самку или молодую птицу. В 1980 году 3 каменки, судя по всему из одного выводка, держались 6 сентября на песчаном раздуве у реки Ябто-Хадыта, а 17 сентября 4 птицы встречены на забойном пункте на окраине посёлка. У Лабытнанги одиночную каменку видели 20 сентября 1987 возле озёр Вындяда-Хасырей. На эти же сроки приходятся самые поздние встречи каменок на стационаре «Харп» (1-17 сентября 1974) и у посёлка Октябрьский - до 8 сентября 1978 и 1 сентября 1979 (Данилов и др. 1984). Средняя дата завершения пролёта - 13 сентября (12.8±3.4, п = 5).

Варакушка Luscinia svecica. Возле села Ярсале в первой половине сентября изредка встречали одиночных птиц. Так, 11 сентября 1974 видели линяющего самца, который с тихим пением перепархивал в кустах на берегу протоки Большая Юмба в придельтовой части Оби. 3 сентября 1979 также линяющий самец был пойман в посёлке кошкой. В 1980 году одиночных варакушек встретили 3 и 10 сентября в пойме тундровой речки Ябто-Хадыта. В последнем случае температура воздуха составляла уже -8°С, дул сильный ветер со снежными зарядами.

Южнее, у посёлка Аксарка, варакушек встречали 4 сентября 1996. В этом же районе в начале протоки Кривая Обь близ посёлка Халась-пугор одиночные варакушки отмечены 11 сентября 1997 и 15 сентября 1999 при умеренно тёплой погоде (днём до +10...+15°С). Наконец, в Лабытнанги и его окрестностях одиночных птиц видели 9 сентября 1999 и 5 сентября 2009. Здесь же их регулярно встречали в первой по-

ловине сентября 1973 -1982 годов (Данилов и др. 1984, Рыжановский 1997). Все даты поздних встреч приведены ниже.

09.09.1973

12.09.1974 13.09.1977

17.09.1978

18.09.1979

09.09.1980

13.09.1982

04.09.1996

11.09.1997

15.09.1999 05.09.2009

Таким образом, средняя дата завершения отлёта варакушки приходится на 11-12 сентября (11.5±1.5, n = 11).

Синехвостка Tarsiger cyanurus. У Октябрьского взрослый самец был пойман в сеть 8 сентября 1980 (Данилов и др. 1984). Мы синехвосток осенью не встречали.

Рябинник Turdus pilaris. Один из самых поздних мигрантов, завершающий отлёт в последних числах сентября или в октябре. Самые поздние даты встреч приведены ниже; три из них могут быть заниженными (выделены жёлтым цветом).

23.09.1978 01.10.1990 25.09.1996 08.10.2002 27.09.2009

10.09.1980 29.09.1992 26.09.1998 06.10.2003 01.10.2010

27.09.1984 30.09.1993 12.10.1999 25.09.2006 17.09.2011

01.10.1985 24.10.1994 26.09.2001 10.10.2007 15.09.2013

Средняя дата окончания миграции рябинника по всем материалам приходится на 29 сентября (29.1±2.2, n = 20) или 2 октября (31.8±1.9, n = 17) при исключении трёх показателей.

Рис. 6. Многолетняя динамика обилия рябинника в сентябре-октябре 1978-2014 годов.

Максимальный разброс между самыми поздними встречами в разные годы достигает 30 дней. По нашим наблюдениям, задержки рябинников случаются обычно в годы урожая рябины, когда дрозды кормятся её плодами вместе с прикочёвывающими в этот район свиристелями BombycШa garrulus. От года к году число встреч и отмеченных особей также сильно варьирует (рис. 6).

Усреднённые сезонные данные о динамике численности рябинников приведены на рисунке 7. Выделяются два подъёма численности птиц — 6-15 и 21-30 сентября. В первую пятидневку октября она снижается более чем вдвое, а позднее регистрируются лишь редкие встречи одиночных рябинников или мелких групп из 2-3 особей.

Рис. 7. Динамика отлёта рябинника в сентябре-октябре 1978-2014 годах.

Белобровик Шacus. Достоверных встреч белобровиков в

сентябре немного. В 2003 году с 12 по 20 сентября мы видели всего 9 особей, а 7 сентября 2004 и 12 сентября 2014 — по 2 птицы. Достаточно ранние встречи приводят и другие орнитологи, причём для 1978 года данные расходятся: в работе В.Н.Рыжановского (1997) — 20 сентября, у Н.Н.Данилова с коллегами (1984) — 18 сентября.

20.09.2003 12.09.2014

07.09.2004

04.09.1974 17.09.1977

18.09.1978

09.09.1979

Очевидно, что осенняя миграция у белобровика проходит и заканчивается раньше, чем у рябинника. Средняя дата её завершения — 12 сентября (12.4±2.3, п = 7).

Юрок FnngШa montifringШa. Завершающий этап отлёта юрков в целом сходен с миграцией белой трясогузки — и по темпам, и по численности птиц (рис. 8).

Различия состоят в более резком падении численности начиная с четвёртой пятидневки сентября и отсутствии встреч после 5 октября. Разброс в наиболее поздних датах регистрации юрков весьма значительный — от 9-14 сентября до 29 сентября — 2 октября, что обусловлено существенными различиями в условиях миграции в разные годы.

21.09.1977

23.09.1978

11.09.1979 10.09.1982

14.09.1984 29.09.1994

24.09.1996

12.09.1997

02.10.1998

29.09.1999 17.09.2002 16.09.2004

п

Средняя дата завершения отлёта юрка 16).

11.09.2005 09.09.2007 14.09.2009 13.09.2013

18 сентября (17.7±2.0,

Рис. 8. Динамика отлёта юрка в сентябре-октябре 1982-2014 годов.

Камышовая овсянка Schoeniclus schoeniclus. Ещё один вид воробьиных, поздно покидающий район гнездования. Подавляющая часть камышовых овсянок была встречена с 6 по 25 сентября (рис. 9), а в первые дни октября они были уже редки. На период с 20 сентября по 5 октября предельные даты встреч приходятся для 21 сезона из 26.

23.09.1972 15.09.1974

26.09.1978

18.09.1979

20.09.1980

29.09.1984

22.09.1987

30.09.1988 25.09.1992

29.09.1993

02.10.1995

26.09.1996

23.09.1997

27.09.1998

26.09.1999

05.10.2000

02.10.2001

17.09.2002

21.09.2003

04.10.2004

21.09.2005

19.09.2006 26.09.2009 17.09.2011

23.09.2013

22.09.2014

Средняя дата завершения осенней миграции камышовой овсянки — 24-25 сентября (24.5±1.1, п = 26).

Овсянка-крошка Ocyris pusШus. Отлёт заканчивается в сентябре. Самые поздние встречи в разные годы зарегистрированы в первой-третьей пятидневках месяца и, как исключение, 16 сентября 2004 и 21 сентября 2003.

10.09.1972

09.09.1973

13.09.1974

05.09.1975

05.09.1977

13.09.1978

10.09.1979

10.09.1980

07.09.1982

04.09.1996

12.09.1997 09.09.1999

09.09.2000

09.09.2001

21.09.2003

16.09.2004

09.09.2007 12.09.2009 06.09.2011 07.09.2014

Большинство птиц встречали до 10 сентября, позднее численность овсянок-крошек резко снижается (рис. 10). В среднем по всем данным пролёт завершается 10 сентября (9.8±0.9, п = 20).

Рис. 9. Динамика отлёта камышовой овсянки в сентябре-октябре 1972-2014 годов.

Рис. 10. Динамика отлёта овсянки-крошки в сентябре 1972-2014 годов.

Рис. 11. Динамика отлёта подорожника в сентябре 1971-1980 и 2003 годов.

Лапландский подорожник Са1сатшв 1арротсив. Завершение осенней миграции подорожника удалось наблюдать возле Ярсале в 1971-1972 и 1978-1980 годах у северной границы лесотундры. В самом селении в августе встречали стаи птиц, кормившиеся на полянках, поросших птичьей гречишкой Polygopum утратит и злаками. Южнее в сентябре нами зарегистрирована лишь одна встреча в 2003 году. Основной пролёт в это время приходился на первую пятидневку сентября, а во второй половине месяца птиц уже не видели (рис. 11).

Другие орнитологи тоже регистрировали осенний пролёт подорожника не ежегодно. Так, в сентябре 1974 года В.Н.Рыжановским у южной границы лесотундры и нами у Ярсале не было встречено ни одного подорожника, несмотря на регулярные наблюдения до 16 и 24 числа, соответственно. У Лабытнанги птиц совсем не видели в августе-сентябре 1978-1979 годов (Данилов и др. 1984, Рыжановский 1997), тогда как у Ярсале они были отмечены. За исключением упомянутой встречи в 2003 году, после 1980 года у Лабытнанги и в пойме Оби подорожников осенью мы вообще не регистрировали. И на водораздельных участках, на Полярном Урале их тоже не встречали.

Судя по всему, отлёт в лесотундре лапландского подорожника идёт малозаметно, в основном ночью, как у многих воробьиных, или по открытым отундровевшим участкам, которые посещались нами в это время года редко. Ещё одной причиной редкости встреч может быть особенность линьки вида, способствующая раннему и компактному отлёту. Линька у подорожника совмещена с размножением, очень синхронизирована и завершается в среднем 20 августа (Рыжановский 1997). Всё это и может влиять на возможности регистрации пролёта.

Самые поздние встречи птиц приходились на первую-третью пятидневки сентября, а наибольшее число отмеченных особей — на первые 5 дней месяца (рис. 11).

15.09.1971 13.09.1973 12.09.1979 12.09.2003

03.09.1972 05.09.1978 10.09.1980

По имеющимся данным средняя дата завершения отлёта лапландского подорожника - 10 сентября (10.0±1.7, n = 7).

Пуночка Plectrophenax nivalis. Осенний пролёт пуночки в низовьях Оби детально проанализирован нами ранее (Пасхальный, Голо-ватин 2003), поэтому здесь мы приведём только некоторые уточняющие данные о нём. После 2002 года информация о пролёте вида оказалась на удивление скудной.

В Лабытнанги 18 октября 2003 с 21 ч 56 мин до 22 ч 04 мин по местному декретному времени (время летнее) отмечены 8 позывок пуночек в полосе 100+100 м. Судя по силе криков, птицы летели на высоте 50-100 м. Позднее голосов не слышали. Погода была пасмурной, шёл снег при слабом северо-восточном ветре. 20 октября 2003 голоса стаи пуночек зарегистрированы в 8 ч 44 мин при пасмурной погоде, через 40 мин после восхода солнца. Вскоре после этого пошёл обильный снег, началась метель. Наконец, одну пуночку встретили в городе 24 октября.

В 2004 году пуночек отмечали с 12 по 20 октября, причём 18-19-го они в массе летели вдоль железной дороги Обская — Бованенково. В Лабытнанги встречена только 1 особь 12 октября, а 20 октября видели небольшую стайку у Салехарда.

Голоса одиночных птиц слышали 20 октября 2005 и 24 октября 2010 в старой части города Лабытнанги.

24 октября 2011 в интервале между 5 и 6 ч были зарегистрированы 5 позывок летевших пуночек. Птицы летели или поодиночке, или мелкими группами. Погодные условия были не благоприятными для прослушивания: дул сильный северо-восточный ветер, периодически шёл снег. Однако определить голоса птиц нам удалось. Полоса прослушивания составляла не более 200 м. Пуночки летели вне голосовой связи друг с другом (интервалы между регистрациями составляли от 10 до 20 мин). Весьма вероятно, что часть птиц просто не издавали позывок

в этих погодных условиях. Важно отметить, что птицы летели в очень сложных метеоусловиях и при отсутствии видимых ориентиров, кроме освещённых населённых пунктов. Такие же условия миграции в это время года мы отмечали и ранее.

12 октября 2015 поступили два сообщения о встречах пуночек в городе Лабытнанги и на его окраине. В этот же день пришло сообщение из города Ноябрьска о том, что в вечернее время, когда уже было темно, над городом были слышны голоса пролетающих птиц, которые периодически то усиливались, то ослаблялись. Судя по всему, это летели стаи пуночек.

В 2006-2009, 2012-2014 и 2016 годах ни одной регистрации пуночек не было.

Хотя эти данные в целом укладываются в очерченные нами ранее параметры осенней миграции вида (сроки начала и окончания, наличие ночной миграции, в том числе массовой), обращает на себя внимание резкое снижение интенсивности регистрируемого пролёта. Причины этого не вполне понятны. Вероятно, произошло общее снижение численности вида, что заметно и по редкости пуночек весной в эти же годы, преобладание сжатого во времени массового ночного пролёта, избегание птицами урбанизированных местообитаний, которые сильно изменились за последние годы. Последние наблюдения свидетельствуют в пользу того, что миграция пуночек идёт как в начале ночи, так и в её конце, а, возможно, и на протяжении всего ночного периода.

Зависимость поздней миграции воробьиных от погодных условий года

Была проверена зависимость интенсивности поздней миграции от погодных условий весны и осени для наиболее массовых видов воробьиных птиц, отмечавшихся в этот период года. Корреляции со средними температурами месяцев весны и начала лета в регионе (май, июнь) и осени (август, сентябрь, октябрь) приведены в таблице 1.

Ни в одном случае значимой зависимости не обнаружено, однако наблюдаются две слабые тенденции. В ряде случаев есть слабая отрицательная корреляция между температурами мая-июня и количеством встреч и количеством особей в сентябре. Это может свидетельствовать о том, что чем теплее весна и начало лета, тем меньше можно ожидать поздних мигрантов этих видов осенью.

Что касается сроков завершения миграции, то значимой корреляции их со средними температурами весной и в начале лета и средними температурами августа, сентября и октября не выявлено (табл. 2).

У части видов воробьиных птиц наблюдается слабая отрицательная зависимость окончания осенней миграции от погоды весной и в начале лета, т.е. чем теплее май и июнь, тем раньше они заканчивают

отлёт. У других видов наблюдается слабая тенденция более позднего отлёта в условиях сравнительно тёплого сентября.

Таблица 1. Корреляция числа встреч и числа особей видов, отмеченных в сентябре-октябре, со средними температурами мая, июня, августа, сентября и октября

Вид Показатель Средняя температура воздуха, °С

Май Июнь Сентябрь Октябрь

Eremophila alpestris Число встреч Число особей -0.38 -0.12 0.05 0.06 -0.15 -0.47 0.44 0.70

Anthus pratensis Число встреч Число особей -0.28 -0.31 -0.11 -0.18 -0.06 -0.10 0.10 0.03

Motacilla alba Число встреч Число особей -0.38 -0.49 -0.30 -0.40 0.39 0.40 0.38 0.27

Turdus pilaris Число встреч Число особей -0.24 -0.29 -0.09 -0.14 0.18 0.12 0.23 0.11

Fringilla montifringilla Число встреч Число особей -0.17 -0.01 -0.07 0.13 -0.48 -0.62 -0.34 -0.40

Schoeniclus schoeniclus Число особей -0.03 -0.18 0.10 -0.08

Май Июнь Август Сентябрь

Anthus cervinus Число встреч Число особей -0.19 -0.22 -0.38 д-0.36 -0.17 -0.12 0.03 -0.23

Phylloscopus trochilus Число особей 0.02 -0.07 -0.08 0.45

Phylloscopus collybita Число особей 0.21 -0.25 -0.41 0.63

Ocyris pusillus Число особей 0.52 0.79 0.25 0.11

Таблица 2. Корреляция дат наиболее поздних встреч видов со средними температурами мая, июня, августа, сентября и октября

Вид Средняя температура воздуха, °С

Май Июнь Сентябрь Октябрь

Eremophila alpestris -0.40 -0.14 0.64 -0.22

Anthus pratensis 0.17 0.04 0.08 0.12

Motacilla alba -0.05 -0.45 0.06 0.21

Turdus pilaris -0.20 0.32 0.16 0.62

Fringilla montifringilla -0.36 -0.20 -0.32 0.03

Schoeniclus schoeniclus -0.02 0.22 -0.15 -0.03

Май Июнь Август Сентябрь

Anthus cervinus -0.38 -0.29 -0.31 0.07

Phylloscopus trochilus -0.05 -0.28 -0.26 0.13

Phylloscopus collybita -0.65 -0.55 -0.45 -0.32

Luscinia svecica 0.10 -0.43 -0.02 -0.43

Ocyris pusillus -0.06 0.12 0.54 0.06

Calcarius lapponicus 0.32 0.29 0.43 0.61

Об этом же свидетельствует анализ зависимости времени завершения отлёта от средних температур сентября и октября для 6 ключевых видов (рис. 12). Можно выделить только рябинника и лугового конька: тёплый октябрь, вероятно, способствует более позднему завершению осенней миграции этих птиц.

Д.рга1епз1з

Д.рга1епз1з

40 к 35

ср

ю

£ 30

I

ф

о 25

° 20 з

15 10

И • •

3,7 4,7 5,7 6,7 Средняя T сентября, град. С Конец отлета---Линейный тренд I

40

35

30

25

ч- 20

15

и 10

5

4,5 5,5 6,5

Средняя Т сентября, град. С

З.зсИоепюЮэ

35 -

* 30 -ср

ю к

I 25 -

ф о

&20 -з

15 -10 -

3,7 4,7 5,7 6,7 Средняя Т сентября, град. С

40 -

35 -130 -

I

О 25 -

о

120-ч

15 -10 -

•

• •

• • г • • -

• -Г - — 1

• • •

•

-6,0 -4,0 -2,0 0,0 Средняя Т октября, град. С

3,5 4,5 5,5 6,5 Средняя Т сентября, град. С

40 35

ср

ГС 30

£ 25

20 -15 -10 -5 --10,0

-6,0 -4,0 -2,0 0,0 Средняя Т октября, град. С

55 & 45

ю

£ 35

ф

о

о 25 П 15 5

Т.рНапБ

-6,0 -4,0 -2,0 0,0 Средняя Т октября, град. С

в.зсИоепюЮз

35 -£ 30 -

ю

125 -о

&20 -П 15 -

10 -I-

-10,0

-6,0 -4,0 -2,0 Средняя Т октября, град. С

1,7

2,7

7,7

0,0

-8,0

2,0

4,0

25

20

15

10

5

0

,5

2,5

7,5

М.а1Ьа

М.а1Ьа

2,5

3,5

7,5

-8,0

2,0

4,0

10,0

8,0

2,0

4,0

,7

2,7

7,7

-8,0

0,0

2,0

Рис. 12. Даты и линейные тренды сроков завершения осенней миграции 6 видов воробьиных птиц.

Не установлена также корреляция и между обилием (число встреч и особей), составом (числом видов) основного и полного списка видов-мигрантов (без серой вороны и пуночки), зарегистрированных в разные годы в сентябре и октябре, со средними температурами этих месяцев (табл. 3А), равно как и для лет, по которым имеются наиболее полные наблюдения (табл. 3Б).

Таблица 3. Коэффициенты корреляции обилия основных и всех видов-мигрантов и числа ежегодно зарегистрированных видов со средними температурами сентября и октября всех лет наблюдений

А Температура воздуха, °С Б Температура воздуха, °С

Сентябрь Октябрь Сентябрь Октябрь

Основные виды

Встреч -0.09 0.18 Встреч 0.08 0.22

Особей -0.18 0.13 Особей -0.09 0.12

Число видов -0.17 0.18 Число видов -0.06 0.24

Все виды

Встреч -0.08 0.15 Встреч 0.11 0.19

Особей -0.08 0.12 Особей 0.11 0.11

Число видов -0.11 0.06 Число видов 0.09 0.02

Заключение

Список мигрирующих воробьиных, для которых в низовьях Оби зарегистрированы единичные и редкие встречи в сентябре, включает 11 видов. Это береговушка, жёлтая трясогузка, серый сорокопут, сибирская завирушка, камышевка-барсучок, славка-мельничек, пеночки та-ловка и зарничка, черноголовый чекан, каменка и синехвостка. Более регулярно отмечались ещё 5 видов — краснозобый конёк, пеночки вес-ничка и теньковка, варакушка, белобровик, овсянка-крошка и лапландский подорожник. Подавляющее большинство встреч тех и других приходится на первую половину сентября.

Третью группу мигрантов составляют виды, регулярно встречающиеся в сентябре и самом начале октября: луговой конёк, белая трясогузка, рябинник, юрок и камышовая овсянка. При этом численность белой трясогузки и юрка от начала сентября до момента завершения миграции постепенно снижается, а у других видов может достигать максимума во второй-третьей и пятой-шестой пятидневках сентября (рябинник) или в середине этого месяца (луговой конёк и камышовая овсянка). К этой же группе можно отнести и чечётку.

К числу воробьиных, последними завершающими отлёт в низовьях Оби, относятся рогатый жаворонок, серая ворона и пуночка.

За некоторыми исключениями, поздно улетающие виды являются наиболее рано прилетающими (серая ворона, пуночка, рогатый жаворонок, рябинник, белая трясогузка, луговой конёк, камышовая овсянка), а те, которые в сентябре уже не встречаются или отмечаются в небольшом числе — позднее прибывающими на места гнездования (береговушка, таловка, камышевка-барсучок, чечевица). Среди первых преобладают виды со смешанным питанием.

Чёткой зависимости сроков отлёта от дальности миграции нет: одни дальние мигранты в юго-восточную Азию могут не встречаться в

сентябре (пятнистый сверчок, чечевица), другие изредка регистрируются в начале этого месяца (таловка, зарничка), некоторые в это же время не столь редки (овсянка-крошка).

В.Н.Рыжановский (1997) обнаружил значимую корреляцию сроков отлёта ряда видов воробьиных со временем откладки яиц и вылупле-ния птенцов. Наша проверка возможной зависимости масштабов позд-неосенней миграции и сроков её завершения от погодных условий года, оцениваемых по средним температурам весны — начала лета и осени, не подтвердила наличие значимой корреляции параметров. Мы видим следующие причины таких различий.

Сроки прилёта и начала гнездования птиц в основном определяются фотопериодическим контролем развития гонад, что имеет особое значение в условиях Субарктики с жёстко лимитированным периодом времени, благоприятным для размножения. Как отмечал Н.Н.Данилов (1966), северным популяциям по сравнению с южными свойственно большее постоянство сроков размножения и меньшая зависимость от конкретных условий на местах гнездования, большая автономность физиологического ритма, меньшая зависимость его от внешних воздействий.

Тем не менее, на сроки прилёта и размножения конкретная синоптическая обстановка своё влияние оказывает. Например, обычные возвраты холодов в конце мая — начале июня всегда замедляют прибытие птиц на места размножения. Однако в холодные затяжные вёсны наблюдается сокращение предгнездового периода: при задержке прилёта птицы практически сразу приступают к гнездованию и наоборот. Как результат, сроки гнездования птиц в разные годы частично нивелируются и отклоняются от средних многолетних значений в сравнительно небольших временных пределах, что, собственно, в основном и определяет сроки осенней миграции.

В качестве фактора, влияющего на сроки размножения, среднемесячная температура воздуха является слишком генерализованным показателем. В годы с примерно одинаковыми средними температурами мая или июня птицы могут прилетать в достаточно разные сроки и наоборот. Однако гнездование при этом начинается обычно со сдвигом не более недели от средних значений.

Всё это приводит к тому, что сроки гнездования оказываются мало зависимы от характера весны: климатические условия Субарктики вынуждают птиц в годы с поздней весной ускорять размножение (сокращать предгнездовой и послегнездовой периоды, синхронизировать размножение популяции). Поэтому влияние весенней погоды на сроки и интенсивность осенней миграции оказывается очень незначительным.

Точно так же среднемесячные температуры воздуха осенью недостаточно точно характеризуют погодную ситуацию в целом. Резкие по-

холодания, снегопады и сильные ветры северных румбов в начале периода, несмотря на последующее длительное потепление, стимулируют раннее завершение отлёта птиц, а невысокие, но стабильно положительные температуры способствуют его пролонгации. Средние же погодные показатели и в том и другом случае могут быть весьма сходными. В результате характер осени оказывает лишь косвенное влияние на численность мигрантов, её динамику и время завершения отлёта.

Литератур а

Данилов Н.Н. 1966. Пути приспособления наземных позвоночных животных к условиям существования в Субарктике. Том 2. Птицы // Тр. Ин-та биол. УФ АН СССР 56: 1149.

Данилов Н.Н., Рыжановский В.Н., Рябицев В.К. 1984. Птицы Ямала. М.: 1-334. Пасхальный С.П. 1989. Видовой состав и численность зимующих птиц населённых пунктов юго-западной части Ямало-Ненецкого автономного округа // Наземные позвоночные естественных и антропогенных ландшафтов Северного Приобья. Свердловск: 18-40.

Пасхальный С.П. 2000. Залёт черноголовой славки Sylvia atricapilla в низовья Оби //

Рус. орнитол. журн. 9 (89): 16-17. Пасхальный С.П. 2004. Птицы антропогенных местообитаний полуострова Ямал и

прилегающих территорий. Екатеринбург: 1-219. Пасхальный С.П., Головатин М.Г. 2003. Осенняя миграция и ночной пролёт пуночки

Plectrophenax nivalis в низовьях Оби // Рус. орнитол. журн. 12 (230): 795-799. Рыжановский В.Н. 1997. Экология послегнездового периода жизни воробьиных птиц Субарктики. Екатеринбург: 1-288.

ю ^

ISSN 0869-4362

Русский орнитологический журнал 2018, Том 27, Экспресс-выпуск 1681: 5062-5063

Вторая находка даурского журавля Grus vipio в Иркутской области

Г.Ю.Евтух

Григорий Юрьевич Евтух. Биологический факультет, Московский государственный университет им. М.В.Ломоносова. Ленинские горы, д. 1, стр. 12, Москва, 119991, Россия. E-mail: grisha59599@yandex.ru

Поступила в редакцию 12 октября 2018

Один даурский журавль Grus vipio обнаружен 19 сентября 2018 в окрестностях посёлка Усть-Ордынский на заболоченном лугу в пойме реки Ордушка у Ордынского пруда (52°48'52.5" с.ш., 104°47'59.8" в.д.). 27 сентября 2018, скорее всего, та же птица держалась на том же месте. Сделано несколько фотографий (см. рисунок).

До этого единственный залёт двух даурских журавлей в Иркутскую область был отмечен в конце октября — начале ноября 2006 года в