Распространение частной земельной собственности в крестьянском хозяйстве центрального Черноземья в 60-90-е годы XIX века

РАСПРОСТРАНЕНИЕ ЧАСТНОЙ ЗЕМЕЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ В КРЕСТЬЯНСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ ЦЕНТРАЛЬНОГО ЧЕРНОЗЕМЬЯ

В 60-90-е ГОДЫ XIX ВЕКА

А.В. Перепелицын

Perepelitsin A.V. In the agriculture of the black soil region at the 60-90-th of the XIX century. The land plots become an object of the independent buying-and-sale after the abrogation of the serfdom, that had led to the serious changes in the land-owning structure. The establishment of the private land property for the peasant society of the Black Earth gubernies during the reformation period is discussed in an article, as an important factor for the peasant economy evolution. The data on enhancement of the private peasant land owning are done, as well as characteristics of its forming means and circumstances delaying for the land property mobilization.

В публикациях по истории дореволюционной России и особенностях крестьянского менталитета встречаются утверждения, что российское крестьянство органически отвергало институт частной собственности на землю, не рассматривало ее в качестве объекта купли-продажи. Между тем конкретно-исторические данные, касающиеся пореформенной деревни даже центрально-черноземных губерний, находившихся по сравнению с другими регионами в более угнетенном положении с точки зрения сохранения пережитков прежней эпохи и степени вовлеченности в рыночные отношения, позволяют усомниться в правильности подобных суждений.

Явно недоучитывается, что мировоззрение крестьянина, ведущего собственное хозяйство, основывалось на личном интересе, желании быть крепким хозяином, свободно распоряжаться материальными ресурсами семьи, постоянно наращивать их, добиваясь более высоких результатов. К тому же после аграрных реформ 1860-х гг. земля стала предметом независимой купли-продажи. Это означало прекращение монополии дворян на землю и начало ее свободной мобилизации. Среди частных землевладельцев появился и стал увеличиваться слой крестьян. Прирост частного землевладения сельских обывателей, согласно официальной дореволюционной статистике, составил за 1863-1872 гг. в Воронежской губернии 19,7 тыс. десятин, в Курской губернии - 36,1 тыс. десятин, в Орловской губернии - 28,4 тыс. десятин, в Тамбовской губернии - 20,0 тыс. десятин; за 1873-1882 гг. соответственно по губерниям -24,9, 33,6, 33,4, 35,8 тыс. десятин; за 18831892 гг. - 44,0, 23,5, 25,8, 40,3 тыс. десятин;

за 1893-1902 гг. - 209,0, 109,0, 150,0, 125,5 тыс. десятин [1]. Земля приобреталась или общиной, или товариществом и потом делилась пропорционально вложенным суммам, или индивидуально. В Воронежской губернии в 1905 г. в личной собственности 3 965 крестьян находилось 161 779 десятин земли (44,9% частных владений крестьян), 136 сельским обществам принадлежало 55 251 десятина (15,3%), 506 товариществам - 143 410 десятин (39,8%) [2]. Все это количество частной земли крестьян составляло 9,6% от площади надельных земель. По сравнению с 1877 г. площадь частных владений, принадлежавших крестьянам, увеличилась с 71 833 десятин (67 530 десятин личной собственности и

4 303 десятины крестьянских обществ) до 360 440 десятин (на 401,8%) [2, с. 10-11, 37], то есть крестьяне значительно активизировали свою деятельность по приобретению земли в частную собственность.

Существовало три главных канала формирования частной крестьянской земельной собственности: покупка земли через Крестьянский поземельный банк, приобретение земли без его содействия и досрочный выкуп надельной земли на основании ст. 165 Положения о выкупе.

Быстрый рост цен затруднял ее приобретение для большинства деревенского населения. Цены на землю держались на высоком уровне в течение всего пореформенного периода и имели тенденцию к росту. Так, одна десятина в Воронежской губернии в 18631867 гг. стоила в среднем 35,2 руб., в 18681872 гг. - 46,1, в 1873-1877 гг. - 52,1, в 1878-1882 гг. - 52,6, в 1883-1887 гг. - 70,2, в 1888-1892 гг. - 83,2, в 1893-1897 гг. - 79,8; в

Курской губернии соответственно - 29,9 руб., 49,0, 54,9, 64,4, 92,2, 103,9, 117,8; в Орловской губернии - 29,9 руб., 43,3, 35,5, 51,2, 66,3, 83,1, 81,8; в Тамбовской губернии -25,6 руб., 36,4, 56,7, 57,1, 69,1, 71,1, 63,9 [3]. Как видим, средняя по пятилетиям цена десятины земли за пореформенный период повсеместно выросла. Ее увеличение составило в Воронежской губернии 126,7%, в Курской губернии - 294,0%, в Орловской губернии -173,6%, в Тамбовской губернии - 149,6%. Некоторое снижение цены в 1893-1897 гг. относительно предыдущего пятилетия в Воронежской, Орловской, Тамбовской губерниях было связано с голодом 1891-1892 гг., но затем она снова стала расти. При этом нужно учитывать, что конкретные земельные цены имели значительные колебания по годам, уездам, селениям. Так, по данным русского агронома А.В. Советова, посетившего летом 1876 г. несколько уездов черноземной полосы, «лет 10-15 тому назад можно было купить десятину земли в Тульской, Воронежской, Курской и других губерниях по 35-40, много по 50 руб., теперь же там средняя цена десятины по 130-140 руб., а в иногда она доходит до 180 руб.» [4].

Тем не менее, активное развитие торгово-земельного оборота значительно изменило структуру личной земельной собственности. Общая тенденция заключалась в сокращении дворянского землевладения. С 1877 по 1905 гг. в Центральном Черноземье оно уменьшилось с 5 368 847 до 3 812 612 десятин, то есть на 29,0%. За это же время крестьяне увеличили частные владения с 390 132 до 830 754 десятин, то есть с 6,0% до 14,5% от общего количества частновладельческой земли [2, с. 39; 5-8]. В суммарном объеме крестьянского землевладения это составило чуть более 7,5%. Однако сам факт роста у крестьян площади покупных земель отражал проникновение в деревню товарноденежных отношений. По официальным данным, в 1877 г. воронежским крестьянам принадлежало 4,3% частновладельческих земель губернии, тамбовским - 5,2%, орловским - 6,8%, курским - 9,9%, а в 1887 г. соответственно 7,5%, 7,5%, 11,7%, 13,1% [9]. Как видно, за десятилетие произошло значительное и абсолютное, и относительное увеличение частновладельческих крестьянских земель во всех губерниях. Наиболее высокий

уровень приобретения крестьянами земли в частную собственность наблюдался в Курской губернии. Следует отметить, что документальное оформление купли-продажи земли в крепостном порядке являлось довольно дорогостоящим делом. Так, в Курской губернии, по сведениям местных комитетов о нуждах сельскохозяйственной промышленности, при покупке 1 десятины за 150 руб. на оформление сделки (пошлины, марки, актовая бумага, доверенности и т. п.) приходилось расходовать 35,05 руб. (23,3% покупной суммы), а приобретая четверть десятины за 40-45 руб., нужно было дополнительно потратить 22,35 руб. (49,4-55,8% покупной суммы) [10].

Земскими подворными переписями было установлено, что в Воронежской губернии (данные 1884-1891 гг.) насчитывалось 5 718 крестьянских хозяйств с купчей землей (1,8% от общего количества), которыми было приобретено в собственность 84 367 десятин (в среднем 14,8 десятины на двор); в Курской губернии (данные 1881-1885 гг.) - 14 294 хозяйства (4,8%) со 115 559 десятинами покупной земли (8,1 десятины на двор); в Тамбовской губернии (данные 1880-1884 гг.) -7 419 хозяйств (2,3%) с 81 616 десятинами (11,0 десятин на двор) [11].

Покупка земли производилась крестьянами разного уровня состоятельности, но большая часть площадей приобреталась все-таки зажиточными крестьянами. По подсчетам академика Н.М. Дружинина, в группу личных собственников, приобретших до 10 десятин, входили в основном представители среднего крестьянства, часть обедневших крестьян в составе сельской общины или товарищества. Вторую группу владельцев, купивших от 11 до 100 десятин, представляли зажиточные крестьяне, а третью группу хозяев, сумевших найти средства на приобретение свыше 101 десятины, составляли самые богатые слои деревни [12]. Показатели по центрально-черноземным губерниям подтверждают данное положение. В 1877 г. низшей группе принадлежало 20,4% всех купленных земельных угодий, а в 1905 г. лишь 15,1%, хотя общее число владельцев увеличилось с 22 500 до 31 108. В то же время на вторую и третью группы в Воронежской губернии приходилось в 1877 г. 89,6%, а в 1905 г. уже 94,5% земли, находившейся у

них на праве личной собственности, в Курской губернии соответственно 69,4% и 74,3%, в Орловской губернии - 78,5% и 83,4%, в Тамбовской губернии - 87,9% и 92,0% [2, с. 26;

6, с. 26; 7, с. 26; 8, с. 28; 13]. Таким образом, покупка земли не могла устранить крестьянское малоземелье и вела на практике к росту имущественного расслоения в деревне, увеличивая земельные площади зажиточных, частично середняцких и в определенной мере бедных крестьян.

С открытием в 1883 г. операций Крестьянского поземельного банка у крестьян появилась возможность пользоваться его посредничеством при заключении земельных сделок и получать ссуды под залог приобретаемой земли. С 1895 г. банку было разрешено не только выполнять посреднические операции, но и самому покупать землю у помещиков. Крестьянский банк мог выдавать ссуды в размере 80-90% от стоимости покупаемой земли на срок от 13 лет до 51 года 9 месяцев. По ссудам Крестьянский банк взимал от 7,5% до 8,5% годовых. Воронежская губернская земская управа считала эти проценты слишком высокими, непосильными для крестьян, и даже ходатайствовала в 1890 г. перед правительством об уменьшении размера процентов, получаемых Крестьянским поземельным банком. «Если принять во внимание общую сумму процентов, платимых Банку по ссудам на покупку земель, местные земские сборы и государственный поземельный налог, то в общем итоге покупаемая крестьянами при посредстве Крестьянского Банка земля, крестьянам-покупателям доходов приносить не может, ибо, по средней доходности, все доходы от купленной земли поступают на банковские платежи и на повинности за землю, - говорилось в ходатайстве. -Выгоды и польза покупки земли... станут реальны для крестьян по истечении срока погашения ссуды, то есть только по полном выкупе участка купленной земли. Эти соображения оправдываются следующим расчетом: например, за землю, купленную по 60 руб. за десятину, крестьянин при сроке займа 24,5 года обязан платить Банку 8,5 % или в год

5 руб. 10 коп., повинностей - государственного поземельного налога и местных земских -до 20 коп. с десятины, а всего 5 руб. 30 коп.; при сроке 34,5 года погашения (7,5 %) расход крестьянина от десятины сводится на

4 руб. 70 коп. в год. Земли ценностью в 60 руб. за десятину большего дохода 3,5-4 руб. от десятины приносить не могут. ... Приводимый расчет взят для среднего года; для лучшего года крестьянин может получить некоторую незначительную прибыль, но в худшие, малоурожайные годы он должен для платежа Банку обращаться к другим источникам его личной доходности, независимой от купленной земли» [14]. Дмитровское уездное земское собрание Орловской губернии обращало внимание, что «многие крестьяне желали бы купить необходимую для них землю, но вследствие бедности не могут делать доплат, требуемых банком»; поэтому следовало разрешить банку предоставление ссуд, полностью покрывавших стоимость приобретаемой крестьянами земли [15].

Несмотря на сложности, покупка крестьянами земли с помощью банка постепенно развивалась. Согласно отчетам Крестьянского поземельного банка за 1883-1900 гг., к 1 января 1901 г. крестьяне Воронежской губернии через банк купили 107,5 тыс. десятин земли, не считая изъятой за недоимки; Орловской губернии - 79,8 тыс. десятин; Тамбовской губернии - 73,6 тыс. десятин; Курской губернии - 58,6 тыс. десятин. Всего в центрально-черноземных губерниях таким способом крестьяне приобрели 319,5 тыс. десятин земли, что составляло 7,5% купленной через банк земли по 44 губерниям Европейской России [16]. Воронежская губернская земская управа, делая в 1899 г. объявление о правилах покупки крестьянами земли через Крестьянский банк, сообщала об ограничениях размеров приобретаемой земли. Так, на один двор в Землянском уезде разрешалось в личное владение купить не более 12,5 десятин, в Воронежском, Бобровском, Задонском, Нижнедевицком уезде - 15 десятин, Бирюченском, Валуйском, Коротояк-ском, Павловском уезде - 20 десятин, Богу-чарском, Новохоперском, Острогожском уезде - 25 десятин. Если владельцем земли становилось товарищество или общество, то на каждую душу мужского пола нельзя было купить соответственно по группам уездов более 3 '/8 десятины, 3 % десятины, 5 десятин, 6 % десятины [17]. Уплата процентов в банк должна была осуществляться два раза в год - 1 апреля и 1 октября. Не внесенные в срок платежи считались недоимкою, на сум-

му которой начислялась пеня в размере 0,5% в месяц. Если недоимка не погашалась в течение полугода, то банк мог потребовать продажи движимого имущества и хлеба недоимщика, отдачи его земли в другие руки. Еще через полгода банку разрешалось продать землю другим лицам вместе с возможными постройками и посевами. В случае какого-либо бедствия, типа пожара, неурожая, градобития, крестьянин мог попросить банк отложить полугодовой или годовой платеж на год или рассрочить его на срок не более трех лет [17, л. 61].

Постепенно Крестьянский банк наращивал объемы своей деятельности и, по всей вероятности, со второй половины 1890-х гг. в качестве основного покупателя стал рассматривать крестьянские товарищества, а не сельские общества, как раньше. Так, в Воронежской губернии в 1883-1895 гг. банк выделил сельским обществам 41 ссуду, и они купили 15 715 десятин земли; товарищества получили 59 ссуд и приобрели 7 054 десятины; отдельные домохозяева добились 6 ссуд и пополнили свое хозяйство 171 десятиной. В 1896-1903 гг. ситуация изменилась: теперь за более короткий период времени сельским обществам выделили 76 ссуд, и они смогли прикупить 42 018 десятин; товарищества получили 422 ссуды и купили 122 190 десятин; на долю отдельных домохозяев пришлось 152 ссуды и 1 814 десятин купчей земли [18]. По другим сведениям, приведенным в докладе В.А. Перелешина на заседании Воронежского губернского земского собрания в 1902 г., за 1885-1893 гг. отдельные домохозяева через Крестьянский банк совершили 2 сделки (2,2%) на покупку 14 десятин, товарищества -48 сделок (52,8%) на 5 830 десятин, общества -40 сделок (45,0%) на 15 524 десятины; за 1894-1898 гг. соответственно по группам покупателей - 32 сделки (28,5%) на 245 десятин, 58 сделок (51,8%) на 14 976 десятин, 22 сделки (19,7%) на 11 608 десятин; за 18991901 гг. - 30 сделок (11,5%) на 323 десятины, 198 сделок (76,3%) на 67 358 десятин, 34 сделки (22,2%) на 16 425 десятин [19, л. 3]. Как видим, распределение статистического материала по этим временным периодам подтверждает вывод, с одной стороны, об увеличении Крестьянским банком объемов операций по продаже крестьянам земли, а с другой стороны, об усилении роли товари-

ществ сельских домохозяев в деле покупки земли. Стоит также добавить, что на земельном рынке развивались посреднические спекулятивные услуги. В.А. Перелешин отмечал: «. если местное население не имеет средств на покупку земли в данную минуту, а поднявшиеся цены сделали владельцев уступчивыми, землю приобретают местные капиталисты в полной уверенности, что из первых свободных средств крестьяне купят ее. Покупка совершается уже не с целью расширения площади собственного посева, а с целью перепродажи этой земли местным крестьянским обществам или товариществам» [19, л. 6].

Большой интерес представляет вопрос о том, какова была доля надельной, арендованной и купчей земли в структуре крестьянских посевов. На этот счет имеются данные 1901 г. по двум уездам Орловской губернии. Они показывают, что больше половины площади крестьянских посевов (58,0% в Дмитровском уезде и 61,0% в Кромском уезде) состояло из надельных земель, являвшихся основной базой крестьянского земледелия, около одной трети (соответственно по уездам 33,6% и 29,0%) приходилось на арендованные земли, а оставшиеся 8,4% и 10,0% - на купчую землю [11, с. 115, 132]. И частная земельная собственность крестьян, и земельная аренда имели, как показал в своем исследовании А.С. Нифонтов, земледельческий характер [20].

Таким образом, важным следствием аграрных реформ 1860-х годов стало активное участие центрально-черноземного крестьянства в приобретении земли в частную собственность. Среди частных землевладельцев формировался слой крестьян, которые, стремясь улучшить земельное обеспечение своих хозяйств, покупали земельные угодья. При этом крестьянская частная земельная собственность использовалась, как правило, в производственных целях и поступала в сельскохозяйственный оборот. В покупке земель участвовали крестьяне всех имущественных групп, но основную массу сделок совершали состоятельные хозяева. Хозяйственная и финансовая угнетенность многих крестьянских хозяйств, слабое развитие земельного кредита, его тяжелые условия сдерживали рост крестьянских земельных покупок. Распространенным явлением становилось объеди-

нение крестьян, желавших купить землю, в товарищества, что облегчало процесс приобретения земельной собственности. Распространение в крестьянской среде частной собственности на землю являлось одним из проявлений рыночной трансформации крестьянского хозяйства.

1. Материалы по статистике движения землевладения в России. Вып. XXIV: Купля-продажа земель в 1909 г. Пг., 1915. С. 64.

2. Статистика землевладения 1905 г. Вып. 5. СПб., 1906. С. 37.

3. Материалы высочайше учрежденной 16 ноября 1901 г. Комиссии по исследованию вопроса о движении с 1861 г. по 1900 г. благосостояния сельского населения среднеземледельческих губерний сравнительно с другими местностями Европейской России. СПб., 1903. Ч. I. С. 93.

4. Советов А. Краткий очерк агрономического путешествия по некоторым губерниям центральной черноземной полосы России в течение лета 1876 года. СПб., 1876. С. 2.

5. Статистика поземельной собственности и населенных мест Европейской России. Вып. 1: Губернии центральной черноземной области. СПб., 1880. Приложения. С. 20, 153, 187, 223.

6. Статистика землевладения 1905 г. Вып. 20. СПб., 1906. С. 37.

7. Статистика землевладения 1905 г. Вып. 24. СПб., 1906. С. 39.

8. Статистика землевладения 1905 г. Вып. 37. СПб., 1906. С. 39.

9. Свод статистических сведений по сельскому хозяйству России к концу XIX века. Вып. 1. СПб., 1902. С. 24-25.

10. Труды местных комитетов о нуждах сельскохозяйственной промышленности. Т. 19: Курская губерния. СПб., 1903. С. 619-620.

11. Свавицкие З.М. и Н.А. Земские подворные переписи 1880-1913: Поуездные итоги. М., 1926. С. 22-25, 28-29.

12. Дружинин Н.М. Русская деревня на переломе. М., 1978. С. 144-145.

13. Статистический временник Российской империи. Сер. 3. Вып. 10: Поземельная собственность Европейской России. 1877-1878 гг. СПб., 1886. С. 40-41.

14. Государственный архив Воронежской области. Ф. И-21. Оп. 1. Д. 345. Л. 1об.-2.

15. Государственный архив Орловской области. Ф. 525. Оп. 1. Д. 3082. Л. 91об.

16. Анфимов А.М. Крестьянское хозяйство Европейской России. 1881-1904. М., 1980. С. 61.

17. Государственный архив Воронежской области. Ф. И-20. Оп. 38. Д. 39. Л. 60.

18. Обзор деятельности Крестьянского поземельного банка с 1883 по 1904 г. СПб., 1906. Табл. VII-IX. С. 46-47.

19. Государственный архив Воронежской области. Ф. И-20. Оп. 44. Д. 69.

20. Нифонтов А.С. Зерновое производство России во второй половине XIX века. М., 1974. С. 250.

Поступила в редакцию 6.03.2006 г.