96. 01. 039. Ахиезер А. С. Россия: некоторые проблемы социокультурной динамики // мир России - М. , 1995. - Т. 4. - № 1. - С. 3-57

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

ИНСТИТУТ НАУЧНОЙ ИНФОРМАЦИИ ПО ОБЩЕСТВЕННЫМ НАУКАМ

СОЦИАЛЬНЫЕ И ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ

ОТЕЧЕСТВННАЯ

ЛИТЕРАТУРА

РЕФЕРАТИВНЫЙ ЖУРНАЛ СЕРИЯ 4

ГОСУДАРСТВО И ПРАВО 1

издается с 1974 г. выходит 4 раза в год индекс РЖ 1 индекс серии 1,4 рефераты 96.01.001-96.01.048

МОСКВА 1996

ПОЛИТИЧЕСКАЯ НАУКА

96.01.039. АХИЕЗЕР А. С. РОССИЯ: НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ ДИНАМИКИ // Мир России,— М., 1995 Т. 4

№ 1 С. 3-57.

Анализируя актуальные политические процессы, автор останавливается на двух основных типах цивилизации: традиционном и либеральном.

Традиционной цивилизации присуще господство статичного воспроизводства, т. е. нацеленного на поддержание общества, всей системы сообществ, каждого из них, культуры, социальных отношений, личности в соответствии с некоторым идеализирующим прошлое представлением. Оно рассматривается как абсолютное, неизменное, даже если оно изменяется.

В либеральной цивилизации господствующее положение занимает интенсивное воспроизводство, которое характеризуется стремлением воспроизводить общество, культуру, постоянно углубляя ее содержание, повышая социальную эффективность, жизнедеятельность.

Россия в своем историческом развитии вышла за рамки традиционной цивилизации, встала на путь массового, хотя и примитивного утилитаризма. Но тем не менее не сумела перейти за границу либеральной цивилизации. Это означает, что Россия занимает промежуточное положение между двумя цивилизациями, что позволяет высказать идею о существовании особой промежуточной цивилизации, сочетающей элементы социальных отношений и культуры обеих цивилизаций. Трагические события, разыгрывающиеся в этой неорганической цивилизации, выдвигает на первый план диструктивное воспроизводство.

Автор использует достижения структурализма, в частности общий методологический принцип, рассматривающий реальность в динамике дуальных оппозиций, где ключевыми являются категории инверсии и медиации, каждая из которых представляет собой определенную логическую форму динамики культуры, процесса осмысления, в конечном итоге форму динамики общества. В этой связи движение страны между двумя основными цивилизациями автор уподобляет расколу, который есть “патологическое состояние общества, характеризуемое противоречием между культурой и социальными отношениями”.

Неорганичное сочетание логики инверсии и медиации превращало динамику России в сложные глобальные инверсионные циклы.

14-3653

Каждый цикл состоял из этапов. Смена одного этапа последующим происходила благодаря тому, что постепенно господствующий нравственный идеал выявлял свою функциональную несостоятельность как основу программы воспроизводственного процесса, превращая привычный, комфортный мир миллионов в чуждый дискомфортный. Переходя определенный порог, она неизбежно стимулирует массовый поворот к господству противоположного идеала, например, от соборного к авторитарному или наоборот.

Переворот 1917 г. вовсе не был рабочей революцией, установившей новый, более прогрессивный по сравнению с капитализмом социальный и политический строй. Природа его иная. Капитализм подавляли феодализмом, феодальными, племенными отношениями. В перевороте четко просматривается пласт активизации древних дорыночных, до-тор говых ценностей, направленных против попыток выйти на путь современной цивилизации. Однако все это не исключало существования глубокой специфики, которая началась с переходом власти к большевизму.

В основу анализа самобытности страны должен быть положен раскол. Он пронизывает культуру, социальные отношения, личность, воспроизводственную деятельность. Уникальным является воспроизводство системы псевдо- т. е. особый социокультурный феномен, возникающий в результате неспособности общества преодолеть раскол. Природа псевдо- заключается в том, что общество пытается установить некоторый порядок по аналогии с достижениями, полученными в иных условиях, возможно и в иной цивилизации, например, в результате заимствования новой технологии, организации труда и т. д. При этом современное произвоство западного типа парадоксальным образом воспроизводится на основе дорыночного менталитета, на основе обмена потоками дефицита.

Ситуация псевдоэкономики поддерживается, стимулируется неэкономическими законами, которые в таком обществе не действуют. Система держится на основе заимствованной из архаичной государственности общества принудительной перекачки, распределения ресурсов силами государства.

Значимые решения в условиях раскола неизбежно приобретают расколотый односторонний характер. Такое общество может существовать лишь постоянно опровергая себя, постоянно находясь в движении от одной крайности к другой и обратно* Попытки замещать только что принятое решение на противоположное могут складываться в цепочки, принимать форму циклов, т. е. второй акт решения так же, как и первый, ограничивается первым и т. д. Налицо особый тип хромающих решений, вытекающих из раскола, для которых-характер-

но упрощение, постоянное стремление решать не то, что надо решать, а то, что может быть решено.

Господство раскола и хромающих решений является мощным препятствием развития основ гражданского общества, так как в условиях раскола люди мыслят и действуют не столько как граждане большого общества, сколько в масштабе некоторых замкнутых локальных сообществ. Раскол — препятствие правовому государству, так как право, сама идея соблюдения некоторого абстрактного закона, возвышающегося над конкретной конъюнктурой, органически несовместимы с хромающими решениями. Механизм раскола превращает реформу в контрреформу. То обстоятельство, что попытки разрешить великое множество задач в отрыве от преодоления раскола представляют собой важнейший результат духовного приспособления общества к расколу, в известной степени результат порабощения им общества.

Система хромающих решений обрела свою организационную форму. Такой формой стало двоевластие. Оно существовало еще в Киевской Руси — система дуумверата. В условиях раскола этот архаический порядок закрепился и на протяжении истории страны воплощался в различных формах. В советский период власть сформировалась как особое соединение партии нового типа и государственности, где государство воплощает некоторую идею стабильности, трансляцию сложившегося порядка во времени. Партия способна постоянно смещать во времени этот порядок, его постоянно изменять без всякой опоры на право, на внутренне последовательную доктрину, но лишь на коньюктурную целесообразность. Система двоевластия идеально приспособлена для принятия хромающих решений, для сохранения на этой основе интеграции общества, способной предотвратить массовую дезорганизацию, смертельно опасные конфликты, жертвуя для этого не только людьми, но и собственными идеалами, принципами.

Однако чем больше усложнялось общество, тем более усиливались деорганизующие последствия конъюнктурного манипулирования, превышение негативных последствий над позитивными. Это привело к убеждению в невозможности господства этого типа организации принятия значимых решений, толкнуло общество к отказу от монополии КПСС на власть.

Трагедия, однако, заключается в том, что можно заменить одну форму двоевластия на другую, но преодолеть двоевластие можно лишь ограничивая, снимая раскол. Он не дает возможности воплотить в жизнь любую, даже разумную и обоснованную, внутренне последовательную программу реформ, так как такого рода попытки вызывают стремление к контрреформам, к очередному витку хромающего решения, который может по своему энергетическому потенциалу превысить потенциал реформаторов.

14'

Игнорирование раскола неизбежно приводит к искажению всей картины социальной реальности, вынуждает для объяснения хаоса, нарастающей дезорганизации обращаться к разного рода мифам. В этой ситуации субъект теряет связь с реальностью, значимые процессы в обществе, как кажется, никак не зависят от принимаемых на высшем уровне решений и имеют свою скрытую логику, влекущую нас в неизвестность. Все это приводит к тому, что реальность приобретает характер лавины самоуправляемых фантомов, перед которыми человек бессилен.

Переходя к прогнозированию динамики страны, автор выдвигает следующие теоретически возможные ее варианты. Во-первых, возврат общества к традиционной цивилизации. Во-вторых, переход к либеральной суперцивилизации. В-третьих, продолжение динамики общества в рамках промежуточной цивилизации. Возможна также определенная последовательность этих вариантов.

Стойкий исторический опыт России свидетельствует о возможности, с одной стороны, борьбы против архаического авторитаризма, противостоящего либерализму, а с другой стороны, борьбы за углубление почвенной демократической основы либерализации.

Наиболее перспективной политикой в этой ситуации может быть критическая стабилизация. Здесь необходима опора не только на либерализм. Необходимо на его основе развивать диалог между традиционализмом и либерализмом, между авторитарными и соборными ценностями.

В. Н. Листовская

96.01.040-042. РУССКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ И ЦЕРКОВНОСТЬ: Сб. статей / Ассоц. по комплексному изучению русской нации (АКИРН); Ин-т мировой лит-ры РАН; Междунар. фонд “Русская соборность” и др.; Сост. Троицкий Е. С.— М., 1994 .— 250 с.

Сводный реферат

96.01.040. ТРОИЦКИЙ Е. С. ИСТОРИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИЗУЧЕНИЯ РУССКОЙ (ПРАВОСЛАВНО-СЛАВЯНСКОЙ) ЦИВИЛИЗАЦИИ — С. 4-35.

Осмысляя важные политические процессы переживаемого Россией переходного периода, автор определяет его как “кризис Отечества”, для преодоления которого главное — “это не экономическая реформа, а духовно-нравственное очищение, возвращение к ценностям Святой Руси”.