Особенности договора контрактации

УДК 347.4

ОСОБЕННОСТИ ДОГОВОРА КОНТРАКТАЦИИ

Шамина Арина Сергеевна,

студентка юридического факультета ФБГОУ ВО «Национальный исследовательский Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарёва»,

Научный руководитель: Малая Татьяна Николаевна, кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры гражданского права и процесса ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарёва», г. Саранск

FEATURES OF THE CONTRACTUAL AGREEMENT

Arina Shamina,

student of the Faculty of Law Mordovian State University, Saransk

Scientific adviser: Malaya T.N., Candidate of Law, Associate Professor, Associate Professor of Civil Law and Process Mordovian State University, Saransk

АННОТАЦИЯ

В статье раскрываются особенности договора контрактации, выявляется субъектный состав, раскрывается предмет данного договора. Анализируются проблемы, связанные с подсудностью и решением вопросов ответственности по договору контрактации.

ABSTRACT

The article reveals the features of the contract of contracting, reveals the subject composition, the subject of this contract is disclosed. The problems associated with the jurisdiction and resolution of liability issues under the contract of contract are analyzed.

Ключевые слова: договор контрактации, товаропроизводитель сельскохозяйственной продукции, выращенная продукция, участники договора контрактации, ответственность по договору контрактации.

Keywords: contractual agreement, commodity producer of agricultural products, grown (produced) products, contracting parties, responsibility of participants under the contract of contracting.

Являясь разновидностью договора поставки, договор контрактации, регулирует отношения, связанные с закупкой сельскохозяйственной продукции для переработки или продажи у производителя данной продукции, то есть у лица, вырастившего ее или производимую им. По своей правовой природе его относят к консенсуальным, возмездным и взаимообязывающим.

Урегулированный положениями статей 535-538 Гражданского кодекса Российской Федерации, он, хотя и является самостоятельным, поименованным договором, к нему могут быть применимы правила о поставке, в том числе, о поставке товаров для государственных или муниципальных нужд. Этот факт важен для определения субъектного состава участников контрактационного обязательства, т.к. в отличие от договоров купли-продажи поставщиками (и при контрактации, и при поставке) являются лишь лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью, а не любые лица, вырастившие сельскохозяйственную продукцию[10, с. 212-214].

Законодатель также указывает, что товаропроизводитель сельскохозяйственной продукции обязуется передать выращенную (произведенную) им сельскохозяйственную продукцию заготовителю - лицу, осуществляющему закупки такой продукции для переработки или продажи. (ст. 535 ГК РФ). Не может, например, рассматриваться в качестве контрактационного обязательства продажа производителем выращенной им сельскохозяйственной продукции потребителю (гражданину или юридическому лицу).

Это означает, что данный договор является предпринимательским, споры по которому должен рассматривать арбитражный суд, что предполагает наличие специальных познаний в разграничении похожих, но отличающихся по предмету предпринимательских соглашений. Тем не менее, на практике встречаются решения судов общей юрисдикции, относящие к договорам контрактации соглашения между иными участниками, не относящимися к субъектам предпринимательской деятельности. [5].

В отличие от договора купли-продажи и поставки свою специфику, принципиально отличающую его от указанных соглашений, имеет и предмет договора контрактации. В качестве такого предмета может выступать только сельскохозяйственная продукция (овощи, фрукты, зерно, птица, молоко, шерсть, рыба). При этом она должна быть произведена или выращена самим поставщиком, в качестве которого может выступать только сельскохозяйственный товаропроизводитель, а не закуплена у других лиц. Этот признак четко закреплен в законе, что предполагает возможность отграничивать договор контрактации от купли-продажи и поставки, предметом которых тоже может быть сельхозпродукция, но нет обязательного требования об ее производстве самим продавцом (поставщиком). При разграничении этих договоров суды всегда обращают внимание не этот факт.

Примером может служить дело № А54-6250/2016 от 22 мая 2017г., рассмотренное Двадцатым арбитражным апелляционным судом, согласившимся с решением суда первой инстанции, отказавшимся от признания заключенного договора поставки шкур крупного рогатого скота (КРС), мокросоленой консервации контрактацией, на чем настаивал поставщик. Судом справедливо отмечено, что, «договор не содержит обязанности ответчика самостоятельно вырастить (произвести) сельскохозяйственную продукцию», а потому подлежат применению нормы о договоре поставки [4].

В отличие от договора поставки товаропроизводитель как поставщик отвечает за неисполнение или ненадлежащее исполнение лишь при наличии вины, именно по этой причине они заинтересованы именовать заключенное соглашение как договор контрактации, т.к. для поставщиков сельхозпродукции при применении норм о контрактации создается более благоприятный режим как при распределении обязанностей и расходов по доставке продукции, так и при ответственности, т.к. возможно применение норм о защите «экономически более слабой стороны» [8, с. 193-194]. Однако, такое применение, как правило, возможно лишь при установлении зависимости недопоставки от неблагоприят-

ных погодных условий, вредителей растений, вредителей животных, болезней и других различных явлений природы, которые могут повлиять на производство и качество продукции.

Наиболее ярко такая зависимость проявляется лишь тогда, когда договор заключен сторонами под отлагательным условием о продаже будущего урожая. При этом следует отметить, что договор продажи будущего урожая, был известен уже в римском праве и назывался mei ШШгае sive speratae. [6, с. 213]. Однако, относительно данного признака в литературе пока нет единого мнения, поскольку существует точка зрения, согласно которой предметом договора контрактации может быть продукция уже существующая у производителя [7, с. 44] и мнение о том, что правила о контрактации можно применять лишь, если речь идет о производстве будущей сельхозпродукции^, с. 214]. Еще чаще этот вопрос обходят стороной при характеристике договора.

Нет единства по этому вопросу и в судебно-арбитражной практике. Например, в постановлении Федерального арбитражного суда СевероКавказского округа от 17 января 2014 г. по делу № А15-500/212 согласно материалам дела 16 августа 2009 г. общество (продавец) и предприятие (покупатель) заключили договор контрактации сельскохозяйственной продукции № 01, по условиям которого продавец обязуется продать (сдать) покупателю в период с августа по октябрь 2009 г. виноград, а покупатель обязан принять продукцию продавца и провести оплату по ценам, указанным в дополнительном соглашении к договору. Как видим, договор был заключен в августе, и обязательства передать продукцию определялись в момент, когда уже имелся выращенный товар.

Доводы администрации о нарушение процедуры заключения договора контрактации, а также о наличие у предприятия убытков не являются достаточными основания для творения требований о недействительности сделок.

Приятия получив сельскохозяйственную продукцию осуществила её переработку что позволило ему осуществлять хозяйственную деятельность таким

образом оплата полученного товара и ответственность за принятые обязательства не ущемляет права и законные интересы предприятия а также собственника имущества предприятия. В признании сделки недействительной суд отказал.

В Постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 сентября 2016 г. N 11АП-10424/16. Между сторонами заключен договор N 1/11-2013 от 11.04.2014 г., по условиям которого ответчик обязуется вырастить из семян, представленных истцом, сорта "Екатерининский" и передать истцу сельскохозяйственную продукцию - урожай семян ярового рыжика 420 тонн. Пунктом 7 договора N 1/11-2013 от 11.04.2014 г. стороны установили, что ни одна из сторон не будет нести ответственность за полное или частичное неисполнение обязательств по договору, если таковое неисполнение явилось следствием возникновения обстоятельств непреодолимой силы, т. е. чрезвычайных и неотвратимых обстоятельств (форс-мажор), наступивших после подписания договора, таких как пожар, землетрясение, наводнение и другие стихийные бедствия. Истец, являясь заказчиком, исполнил условия договора N 1/11-2013 от 11.04.2014 г.

По товарной накладной N 1 от 30.06.2015 г. и акту приема-передачи продукции от 30.06.2015 г. ответчик передал истцу семена ярового рыжика сорта "Екатерининский" в количестве 18160 кг (зачетный вес 17034 кг) на сумму 136 272 руб.

Письмом от 05.12.2015 г. истцом заявлена претензия о возврате разницы в сумме авансового платежа и переданной продукцией, о взыскании процентов и неустойки.

В ответе на претензию ответчик сослался на то, что неисполнение договорных обязательств вызвано форс-мажорными обстоятельствами. Суд апелляционной инстанции делает вывод о том, что материалами дела не подтверждена вина ответчика в неисполнении принятого по договору N 1/11 -2013 от 11.04.2014 г. обязательства в части передачи истцу урожая семян рыжика ярового урожая 2014 г. - имело место форс-мажорное обстоятельство - природное

явление - засуха. Так же установлен факт наличия форс-мажорных обстоятельств, поэтому требование истца о взыскании с ответчика убытков в виде стоимости семян в соответствии со ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 7.3 договора удовлетворению не подлежит. Не имелось и оснований для взыскания с ответчика неустойки за нарушение сроков поставки в сумме 438 431 руб. 36 коп., исчисленной за период с 01.08.2015 г. по 15.12.2015 г., в связи с тем, что не установлена вина ответчика в нарушении договорных обязательств.

Трудно не согласиться с выводом о том, что, «если продукция к моменту реализации уже выращена (произведена) производителем, вряд ли его можно рассматривать как экономически слабую сторону договора и защищать при помощи норм о виновной ответственности. Именно поэтому позиция судов, рассматривающая в качестве предмета договора контрактации реализацию только продукции, которую производителю предстоит ещё вырастить (произвести) является наиболее предпочтительной» [9, с. 39].

Вопрос о предмете договора контрактации важен и при рассмотрении споров о действительности или недействительности соглашений. Так, например, при рассмотрении апелляции по делу № А32-722/2017 о признании недействительным договора контрактации, Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в своем постановлении от 7 декабря 2017 г. Ш5АП-8967/17, установил, что несмотря на то, что там было предусмотрено выращивание 90 тонн рыбопосадочного материала на сумму 11 700 000 руб. на рыбопитомнике "МКБ", что соответствует сути договора контрактации и его заключение могло бы рассматриваться как обычная хозяйственная сделка, т.к. рыбопосадочный материал по договору контрактации был заказан в качестве сырья для возможности осуществления в дальнейшем производственно-хозяйственной деятельности ЗАО «РАФ «8 Марта», определенной в уставе общества - рыбоводства, которое является основным видом деятельности общества подтверждается как уставом общества, так и кодом вида деятельности. Однако, в связи с тем, что

Стороны не представили доказательств подтверждения действий, направленных на его исполнение, суд констатировал, что оспариваемый договор контрактации сельскохозяйственной продукции от 15.12.2015г. заключен лишь для вида, признав его недействительным.[2].

Обращаясь к судебной практике можно заметить, что заготовители, заключая договор контрактации на поставку будущей продукции, авансируют сельхозпроизводителей, но при этом в договоре предусматриваются условия, что в случае недопоставки продукции производитель возвращает задолженность с процентами за пользование денежными средствами.

Например, как в Постановлении Федерального арбитражного суда Центрального округа от 21 августа 2013 г. по делу № А09-8170/2012 между кооперативом (производителем) и предприятием (покупателем) заключен договор от 21.03.2011 №278/14-9. Поставщик обязался произвести и поставить зерно пшеницы 5 класса объем 350 т. своим транспортом хранителю на общую сумму 2.100.000 руб. Срок поставки зерна определен в пункте 2.1.3 - в счёт погашения выданного аванса до 1 сентября 2011, в счёт договора до 15 сентября 2011. В свою очередь покупатель обязался предоставить поставщику аванс в виде денежных средств или товароматериальных ценностей по заявке поставщика на возвратной основе в размере не менее 50 % от стоимости объема закупок после заключения договора в случае соответствия ГОСТу покупатель обязался принять доставленное поставщиком зерно на склад. Но так как все зерно было доставлено, в требовании процентов за пользование чужими денежными средствами было отказано.[1].

Существенные условия договора контрактации могут быть согласованы сторонами не только в едином договоре-документе, но и в нескольких взаимосвязанных документах, что также подтверждается примерами из судебно-арбитражной практики .[3].

Таким образом, к особенностям договора контрактации следует отнести особый субъектный состав, это могут быть только лица, занимающиеся пред-

принимательской деятельностью в сельском хозяйстве, специальный предмет договора выращенная (произведенная) продукция и ответственность участников, которая возникает при наличии вины.

Список литературы:

1. Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 21 августа 2013 г. по делу № А09-8170/2012. [Электронный ресурс]. // Справочно-правовая система «КонсультантПлюс».

2. Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 7 декабря 2017 года № А32-722/2017. [Электронный ресурс]. // Справочно-правовая система «КонсультантПлюс».

3. Постановление Арбитражного суда республики Башкортостан от 15 февраля 2017 года № А07-28829/2016. [Электронный ресурс]. // Справочно-правовая система «КонсультантПлюс».

4. Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 мая 2017 года № А54-6250/2016. [Электронный ресурс]. // Справочно-правовая система «КонсультантПлюс».

5. Решение Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 28 июля 2017 года № 2-6373/2017. [Электронный ресурс]. // Справочно-правовая система «КонсультантПлюс».

6. Беспалов Ю.Ф., Егорова О.А., Якушев П.А. Договорное право: учеб. пособие / под ред. Ю.Ф. Беспалова. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, Закон и право, 2012. - 551 с.

7. Иванова Е. В. Договорное право в 2 т. Том 2. Особенная часть : учебник для бакалавриата и магистратуры / Е. В. Иванова. - 2-е изд., перераб. и доп. - М. : Издательство Юрайт, 2018. - 420 с.

8. Малая Т.Н. Освобождение от ответственности и ограничение ее размера как способы защиты гражданских прав //Современное состояние и перспективы развития юридической науки: сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции с международным участием, 29-30 октября 2015 года. / сост.: к.э.н., доцент С. Е. Жура. - Архангельск: Сев. (Аркт.) федер. ун-т им. М.В. Ломоносова, 2016. - С. 193-194.

9. Малая Т.Н., Нестерова Т.И. Производитель сельскохозяйственной продукции как сторона договора контрактации // Имущественные отношения в Российской Федерации. - 2016. - № 7. - С. 38 - 45.

10. Российская Федерация во Всемирной торговой организации: региональные аспекты и перспективы юридической практики: монография / науч. ред. Ю.Н. Сушкова. - Саранск: Изд-во Мордов. Ун-та, 2014. - 288 с.

References:

1. Postanovlenie Federal'nogo arbitrazhnogo suda Central'nogo okruga ot 21 avgusta 2013 g. po delu № A09-8170/2012. [Elektronnyj resurs]. // Spravochno-pravovaya sistema «Konsul'tantPlyus».

2. Postanovlenie Pyatnadcatogo arbitrazhnogo apellyacionnogo suda ot 7 dekabrya 2017 goda № A32-722/2017. [Elektronnyj resurs]. // Spravochno-pravovaya sistema «Konsul'tantPlyus».

3. Postanovlenie Arbitrazhnogo suda respubliki Bashkortostan ot 15 fevralya 2017 goda № A07-28829/2016. [Elektronnyj resurs]. // Spravochno-pravovaya sistema «Konsul'tantPlyus».

4. Postanovlenie Dvadcatogo arbitrazhnogo apellyacionnogo suda ot 22 maya 2017 goda № A54-6250/2016. [Elektronnyj resurs]. // Spravochno-pravovaya sistema «Konsul'tantPlyus».

5. Reshenie Yakutskogo gorodskogo suda Respubliki Saha (Yakutiya) ot 28 iyulya 2017 goda № 2-6373/2017. [Elektronnyj resurs]. // Spravochno-pravovaya sistema «Konsul'tantPlyus».

6. Bespalov Yu.F., Egorova O.A., Yakushev P.A. Dogovornoe pravo: ucheb. posobie / pod red. Yu.F. Bespalova. — M.: YuNITI-DANA, Zakon i pravo, 2012. -551 s.

7. Ivanova, E. V. Dogovornoe pravo v 2 t. Tom 2. Osobennaya chast' : uchebnik dlya bakalavriata i magistratury / E. V. Ivanova. - 2-e izd., pererab. i dop. -M. : Izdatel'stvo Yurajt, 2018. - 420 s.

8. Malaya T.N. Osvobozhdenie ot otvetstvennosti i ogranichenie ee razmera kak sposoby zashchity grazhdanskih prav [Exemption from liability and limitation of its size as ways to protect civil rights] //Sovremennoe sostoyanie i perspektivy razvitiya yuridicheskoj nauki: sbornik materialov Vserossijskoj nauchno-prakticheskoj konferencii s mezhdunarodnym uchastiem, 29-30 oktyabrya 2015 goda. / sost.: k.e.n., docent S. E. Zhura. - Arhangel'sk: Sev. (Arkt.) feder. un-t im. M.V. Lomonosova, 2016. - S. 193-194.

9. Malaya T.N., Nesterova T.I. Proizvoditel' sel'skohozyajstvennoj produkcii kak storona dogovora kontraktacii [The producer of agricultural products as a party to the contract of contracting]// Imushchestvennye otnosheniya v Rossijskoj Federacii. -2016. - № 7. - S. 38 - 45.

10. Rossijskaya Federaciya vo Vsemirnoj torgovoj organizacii: regional'nye aspekty i perspektivy yuridicheskoj praktiki: monografiya [Russian Federation in the World Trade Organization: Regional Aspects and Prospects of Legal Practice]/ nauch.red. Yu.N. Sushkova. - Saransk: Izd-vo Mordov. Un-ta, 2014. - 288 s.