Железная оттепель

5 ноября Дмитрий Медведев огласил свое первое послание Федеральному собранию. Оно оказалось весьма противоречивым: пообещав несколько "раскрутить гайки", закрученные его предшественником во внутренней политике, президент в то же время совместил эти либеральные обещания с весьма жесткой внешнеполитической риторикой почти в духе холодной войны.

Комментаторы до оглашения послания сходились в том, что в нем непременно будут отражены две важные темы — августовские события на Кавказе и глобальный финансовый кризис. Но президент решил не ограничиваться очевидным и, подобно Владимиру Путину в его первом послании 2000 года, выступил с целым рядом заметных инициатив по изменению политической системы. Более того, в чем-то Дмитрий Медведев предшественника даже превзошел, предложив внести изменения и в Конституцию, впервые с момента ее принятия в 1993 году.

Еще одной особенностью послания стало то обстоятельство, что в этом документе новый глава государства сумел совместить, казалось бы, несовместимое, объединив жесткие внешнеполитические установки, граничащие с созданием нового "железного занавеса", с некоторой либерализацией во внутренней политике. И подобной двойственности можно найти как минимум три логичных и основанных на давних российских традициях объяснения.

Во-первых, такой подход вполне соответствует классической формуле из всенародно любимой советской комедии "Бриллиантовая рука": "На лицо ужасные — добрые внутри". Именно такими "добрыми внутри" предстают перед своими согражданами благодаря медведевскому посланию российские руководители, которых злобные зарубежные наблюдатели почему-то считают "на лицо ужасными".

Во-вторых, в условиях продолжающегося противостояния между силовиками и либералами, компромиссу между которыми, собственно, Дмитрий Медведев и обязан своим избранием президентом, ему не остается ничего иного, как всячески сохранять и подчеркивать баланс между двумя этими силами. Отсюда и структура нынешнего послания, где "либеральные" выводы аккуратно уравновешены "силовыми", и половинчатость предложенной либерализации, не выходящей за рамки понимания тех, кто некоторое время назад инициировал ужесточение многих ныне смягчаемых норм.

Наконец, в-третьих, в новых президентских реформах усматривается определенная связь с еще не забытыми законами диалектического материализма. Ведь, если разобраться, многие выводы нынешнего послания явно построены по диалектическому принципу "тезис — антитезис — синтез". Только в данном случае рождающийся в борьбе противоположностей вывод, как правило, основан уже на совершенно новых логических принципах, суть которых можно описать нехитрой формулой: если что-то неправильное делают другие, то это неправильно; если то же самое делаем мы, то это правильно и обжалованию не подлежит.

В этом смысле диалектичным выглядит не только послание в целом, но и его отдельные части, которые, как и в прежние годы, можно представить как набор отдельных "мини-посланий" президента отдельным группам россиян.

Послание избирателям и избираемым

Наиболее ярко диалектический подход Кремля проявился в его новом отношении к Конституции, которая при президенте Путине считалась "священной коровой". Медведев в своем послании с этим тезисом сначала вроде бы согласился ("...чем более свободна и разнообразна общественная жизнь, тем прочнее и стабильнее должны быть фундаментальные институты демократии"), но затем выдвинул неожиданный антитезис, предложив ради стабильности Основного закона внести в него определенные изменения.

Согласно этой инициативе, сроки полномочий президента и Госдумы будут увеличены с нынешних четырех до шести и пяти лет соответственно, а правительство будет обязано ежегодно отчитываться в Думе по итогам своей деятельности. Но заодно Медведев предупредил, что "реформаторский зуд" здесь "абсолютно неуместен", поскольку "речь идет не о конституционной реформе, а о корректировке Конституции", не затрагивающей "политическую и правовую сущность существующих институтов". То есть тезис и антитезис в итоге породили синтез: изменение Конституции допустимо, но только если оно предложено президентом. Схожий подход когда-то сформулировал кинематографический Мюллер в исполнении Леонида Броневого: "Верить нельзя никому. Даже себе. Мне — можно".

Аналогичные примеры можно найти и в других пассажах послания. Так, намерение Кремля "постоянно доказывать дееспособность демократического устройства" соседствует с угрозами в адрес тех, кто пытается "нажить на глобальном экономическом кризисе "легкий" политический капитал, кто хотел бы дестабилизировать общество, чтобы удовлетворить личные амбиции". В этом описании легко угадываются оппозиционеры, пророчащие смену режима вследствие падения цен на нефть и последующего резкого снижения уровня жизни простых россиян.

Наконец, некоторые президентские новации диалектичны и сами по себе, как, например, меры в отношении малых партий. С одной стороны, им обещаны поэтапное снижение установленной законом минимальной численности (50 тыс. человек) и уменьшение числа подписей, необходимых для регистрации на выборах. А тех, кто наберет на думских выборах от 5% до 7% голосов, осчастливят парой мест в нижней палате. Как это будет оформлено юридически, пока не очень понятно, зато совершенно ясно, что эти "утешительные" мандаты в первую очередь предназначены для новой прокремлевской либеральной партии.

С другой стороны, президент "пока не считает необходимым" снижать семипроцентный барьер или допускать к выборам без сбора подписей либо денежного залога все официально зарегистрированные партии, эта льгота в будущем обещана лишь партиям, получившим на выборах в Госдуму не менее 5% голосов или имеющим фракции более чем в трети региональных парламентов.

Послание губернаторам и полпредам

Серьезные перемены анонсированы в региональной политике. Прежде всего изменится порядок внесения в парламенты субъектов РФ кандидатур глав регионов: если раньше список кандидатов отправляли в Кремль полпреды президента в федеральных округах, то теперь выдвигать претендентов будут исключительно партии, победившие на региональных выборах. Поскольку побеждает в России сейчас только одна партия, выдвижение кандидатов в губернаторы становится внутренним делом "Единой России". Если же вспомнить имя ее председателя, то можно сказать, что губернаторы будут утверждаться Дмитрием Медведевым по представлению Владимира Путина.

В связи с этим весьма туманными становятся перспективы полпредов президента, для которых участие в отборе кандидатов в губернаторы было одной из основных функций. А с учетом обещанного в послании сокращения числа территориальных структур федеральных органов исполнительной власти (координацией их деятельности тоже занимались представители президента) можно предположить, что давние слухи о ликвидации института полпредов наконец-то могут стать реальностью.

Наконец, Дмитрий Медведев, как и Владимир Путин в 2000 году, решил снова изменить порядок формирования Совета федерации (СФ). Его членами будут становиться только депутаты региональных и муниципальных парламентов, то есть лица, "прошедшие процедуру публичного избрания и представляющие непосредственно население". Это, конечно, не означает, что теперь среди сенаторов не будет крупных бизнесменов и отставных политиков. Просто прежде чем договариваться с администрацией президента о своем делегировании в СФ, им придется сначала избраться хотя бы в какой-нибудь сельсовет. Впрочем, ощущение бессмысленности, вызываемое сейчас этой структурой, которую Кремлю, как чемодан без ручки, и нести трудно, и бросить жалко, реформы вряд ли изменят.

Послание бюрократам и администраторам

Разумеется, не забыл президент и об одной из своих любимых тем — борьбе с коррупцией и всесилием бюрократии. И свое отношение к этому он описал в весьма жестких выражениях, способных украсить речь любого оппозиционера.

Во-первых, Медведев раскритиковал "культ государства и мнимой мудрости административного аппарата", который господствовал в России "на протяжении веков" и при котором "отдельный человек воспринимался в лучшем случае как средство, а в худшем — как помеха для укрепления государственного могущества". Во-вторых, он подчеркнул, что "сильное государство и всесильная бюрократия — это не одно и то же", так как "вторая смертельно опасна для первого". И, в-третьих, президент смело разоблачил злоупотребления бюрократии, которая "периодически "кошмарит" бизнес, берет под контроль СМИ, вмешивается в избирательный процесс и давит на суды".

Впрочем, некоторые идеи по борьбе с этим злом выглядят опять-таки диалектично. Так, глава государства признался, что "уговаривать чиновников "оставить в покое" СМИ практически бесполезно". И предложил обеспечивать свободу слова с помощью "технологических новаций": "как можно активнее расширять свободное пространство интернета и цифрового телевидения", так как "никакой чиновник не сможет препятствовать дискуссиям в интернете или цензурировать сразу тысячу каналов". То есть тезису об искоренении запрещенной де-юре, но существующей де-факто цензуры глава государства противопоставил антитезис о том, что когда-нибудь цензура умрет сама собой. Не указав, правда, когда именно это произойдет.

Послание империалистам и гегемонистам

Интересны и высказывания на международную тему, прозвучавшие в начале и в конце выступления. "Варварскую агрессию против Южной Осетии" и "набирающий обороты глобальный финансовый кризис" Дмитрий Медведев назвал "самыми значимыми событиями" и "серьезным испытанием для всей России" в 2008 году.

Взгляды президента на отношения России с Западом, сложившиеся после кавказского кризиса, выглядят достаточно противоречиво. С одной стороны, он твердо заявил, что новой гонки вооружений не будет. С другой — пообещал принять в ответ на развертывание американской системы ПРО в Европе ряд "вынужденных мер" вполне в духе холодной войны. В частности, было объявлено об отмене планов по расформированию трех полков РВСН в Калужской области, размещении в пограничной с Польшей Калининградской области оперативно-тактических ракет "Искандер" и начале "радиоэлектронного подавления новых объектов системы ПРО США".

Правда, последнюю угрозу некоторые эксперты сочли несколько преждевременной ("подавление" радаров противника обычно непосредственно предшествует началу боевых действий), но общий боевой настрой президента сомнений ни у кого не вызвал. На этом фоне тезис послания о надежде на "прогресс в российско-американском взаимодействии" выглядит весьма странно. Как и расчет Кремля на снижение в международных отношениях "фактора "жесткой" силы", который, собственно, и продемонстрировала Москва своими последними решениями.

Не лишен диалектических противоречий и взгляд президента на нынешний мировой финансовый и экономический кризис. По мнению Дмитрия Медведева, этот кризис связан с тем, что США долгое время накачивали свою экономику деньгами, помогая своим компаниям. В результате получился настоящий мыльный пузырь, который лопнул. В современной мировой финансовой системе все взаимосвязано. Мыльный пузырь американской экономики, лопнув, вызвал тяжелейшие последствия для всего мира, в том числе и для России. Поэтому Россия выступает с инициативой создания принципиально новой мировой финансовой архитектуры, в которой экономики всех стран были бы по-настоящему взаимосвязаны, и именно эта взаимосвязь обеспечила бы настоящую финансовую устойчивость. При этом Россия могла бы помочь деньгами не только своим компаниям, но и всем нуждающимся странам. Однако это почему-то не следует воспринимать как накачивание кого-нибудь или чего-нибудь деньгами и создание нового мыльного пузыря.

Послание богатым и бедным

Помимо проблем глобальной экономики и мирового финансового кризиса глава России в своем послании, разумеется, затронул и вопросы, касающиеся самих россиян — как богатых, так и не очень.

Первые, по мнению президента, должны понять, что свобода и защита частной собственности являются в современных условиях основополагающими принципами. Не будет никакой национализации финансовой системы или отдельных отраслей экономики (не то что в США или в Западной Европе). Однако при необходимости государство в условиях кризиса окажет предпринимателям помощь. Но и это не будет иметь ничего общего с государственным вмешательством в экономику. Вообще, с госструктурами частные компании роднит разве что тот факт, что руководители и тех и других будут подвергаться самым суровым карам за коррупцию.

Предпринимателям следует помнить, что ни в коем случае нельзя воспринимать пришедший в Россию с Запада кризис как возможность для сведения счетов с конкурентами или захвата их доли на рынке, "в том числе с использованием административного ресурса" — кто так будет себя вести, жестоко поплатится. Репутацию, как мудро подметил Дмитрий Медведев, нужно наживать годами, а потерять можно очень быстро — и надолго, если не навсегда.

Следует также помнить, что на мировом рынке в результате кризиса образовалось много свободных ниш, так что кризис необходимо как можно быстрее использовать для победы над иностранными конкурентами и захвата их доли на рынке. Кто так будет себя вести, может рассчитывать на самую широкую государственную поддержку, которую опять-таки следует расценивать не как госвмешательство в экономику, а как помощь в приобретении Россией лидирующих позиций в мире.

Бедные, в свою очередь, должны понимать, что Россия по объективным причинам оказалась в непростой экономической ситуации, которая была бы еще более непростой, не создай власти заблаговременно необходимые золотовалютные и бюджетные запасы и не перейди к долгосрочному бюджетному планированию. При этом, как заверил президент, никакой кризис не помешает властям выполнить все обязательства перед обычными людьми: спасти их банковские накопления и обеспечить значительное повышение пенсий, в том числе и тем, кто зарабатывал эти пенсии в советские времена.