Арбитражный управляющий как субъект преступлений, предусмотренных ст. 195-197 УК РФ

2002 г. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

4. Приходько И.А. Доступность правосудия в арбитражном и гражданском процессах: основные проблемы // Приложение к Российскому ежегоднику гражданского и арбитражного процесса. СПб., 2005.

5. Мурадьян Э.М., Тихиня В.Г. Оптимальное судопроизводство по гражданским делам. Мн., 1989. С. 8.

6. Васьковский Е.В. Курс гражданского процесса. М., 1913. Т. 1. С. 361-362, 465-478.

7. Шокуева Е.М. Институт судебных расходов в российском гражданском судопроизводстве: автореф. дис. ... канд. юр. наук. Саратов, 2005.

8. Папкова О.А. Пределы судейского усмотрения в гражданском процессе // Журнал российского права. 1998. № 2.

Поступила в редакцию 15.04.2009 г.

Egorova T.V. The essence of the institution of judicial expenses in arbitration process. The principal result of the article is definition of the essence and conception of the institution of expenses in arbitration process. The article contains the list of functions and goals of the legal regulation of the institution of judicial expenses in arbitration procedural right.

Key words: definition of the judicial expenses; functions of institution; sources of legal regulation.

УДК 343.21.7

АРБИТРАЖНЫЙ УПРАВЛЯЮЩИЙ КАК СУБЪЕКТ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, ПРЕДУСМОТРЕННЫХ ст. 195-197 УК РФ

© А.В. Макаров

Внося изменения в ст. 195-197 УК РФ в 2005 г., законодатель решил оставить без внимания тот момент, что действия, заведомо влекущие банкротство должника, могут быть совершены как до начала судебных процедур, так и после их введения и возникающего в связи с этим нового субъекта - арбитражного управляющего. В связи с чем остался открытым вопрос о том, является ли арбитражный управляющий субъектом по вышеназванным статьям.

Ключевые слова: арбитражный управляющий; банкротство; субъект преступлений.

Общественные отношения в сфере банкротства разнообразны, регулируются разными нормативно-правовыми актами. Эти особенности неизбежно сказываются как на регулировании, так и на охране таких отношений. Весьма показательны в этом смысле особенности субъекта преступлений, связанных с банкротством.

Субъект преступления является обязательным элементом состава преступления, отсутствие которого свидетельствует об отсутствии состава преступления. Существуют как обязательные признаки субъекта преступления: вменяемое физическое лицо, достигшее определенного законом возраста уголовной ответственности, так и дополнительные признаки, определяющие т. н. специального субъекта [1].

Признаки, вводимые законом в состав отдельного преступления для характеристики субъекта преступления, направлены на

конкретные цели, а именно сузить круг лиц, которые могут нести уголовную ответственность за определенные преступления или определенную группу преступлений.

Составы преступлений, предусмотренных ст. 195-197 УК РФ, также содержат указание на специальный субъект. Так, преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 195, ст. 196, ст. 197 УК РФ, могут быть совершены только руководителем юридического лица, его учредителем (участником) либо индивидуальным предпринимателем. Казалось бы, законодателем предусмотрено все и в конце 2005 г. Федеральным законом от 19 декабря 2005 г. № 161-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Кодекс об административных правонарушениях» были внесены изменения в ст. 195-197 УК РФ.

Внося изменения в ст. 195-197 УК РФ в 2005 г., законодатель решил оставить без внимания тот момент, что действия, заведо-

мо влекущие банкротство должника, могут быть совершены как до начала судебных процедур, так и после их введения и возникающего в связи с этим нового субъекта -арбитражного управляющего. При этом, не забывая про бланкетный характер названных статей, рассмотрим немного законодательство о банкротстве.

Законодательство о банкротстве регулирует две ситуации, при которых:

- статус арбитражного управляющего и руководителя должника (исполняющий обязанности руководителя должника) совпадают;

- статус арбитражного управляющего и руководителя должника не совпадают.

Первая ситуация возможна в стадии процедур внешнего управления (ст. 94 Закона «О несостоятельности (банкротстве)») и конкурсного производства (ст. 126 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»). При этом особых затруднений не возникает при определении субъекта преступлений, связанных с банкротством, т. к. с даты введения внешнего управления или конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, управление делами должника возлагается на внешнего или конкурсного управляющего соответственно. Таким образом, последние обладают статусом как руководителя должника, так и арбитражного управляющего.

Следует отметить, что согласно п. 5 ст. 20 Закона «О несостоятельности (банкротстве)» в случае, если на арбитражного управляющего возлагаются полномочия руководителя должника, на него распространяются все требования и по отношению к нему применяются все меры ответственности, установленные федеральными законами и иными нормативными актами РФ для руководителя такого должника.

В связи с этим хотелось бы отметить, что после внесения изменений в 2005 г. ряд ученых, в частности Н.А. Лопашенко, считает, что отсутствие четкого указания в ч. 1 ст. 195 УК РФ на субъекта позволяет признать в качестве такового любое лицо, которое, в соответствии с возложенными на него законом контрактом, договором или решением суда, фактически может совершить подобное деяние: руководитель должника, его учредитель, арбитражный управляющий, руководитель и члены ликвидационной комиссии, индивиду-

альный предприниматель» [2]. С.Ю. Журавлев и Д.А. Муратов дают уголовно-правовую характеристику субъекта состава неправомерных действий при банкротстве, необоснованно используя формулировки и определения, которые использовались законодателем в прежней редакции диспозиции ч. 1 ст. 195 УК РФ [3].

И с определенной точки зрения мнение

Н.А. Лопашенко является верным, действующий уголовный закон предусматривает арбитражного управляющего в качестве субъекта преступления, связанного с банкротством, в одном составе - неправомерные действия при банкротстве (ч. 1 ст. 195 УК РФ). Касательно ч. 3 ст. 195, поскольку в качестве объекта преступных посягательств диспозиция данной статьи устанавливает правомерную деятельность арбитражного управляющего либо временной администрации кредитной организации, субъектом данного преступления арбитражный управляющий не может быть по определению. Вместе с тем арбитражный управляющий, имея широкий круг полномочий, остался вне прямого указания закона на уголовное преследование за неправомерное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов (ч. 2 ст. 195 УК РФ). Хотя, учитывая бланкетный характер норм, можно подчеркнуть следующее: согласно положениям Закона «О несостоятельности (банкротстве)», удовлетворение имущественных требований кредиторов входит в прямые обязанности данных категорий арбитражных управляющих, вследствие чего они могут являться субъектами преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 195 УК РФ. И в этой связи не возможно не согласиться с одним из уважаемых авторов комментария к УК РФ профессором Б.В. Волженкиным, по мнению которого «руководителем организации-должника можно, безусловно, считать внешнего и конкурсного арбитражных управляющих, назначенных арбитражным судом для проведения соответствующих процедур банкротства (внешнего управления и конкурсного производства) и осуществления иных полномочий» [4].

Больше вопросов возникает при определении арбитражного управляющего в качестве субъекта преступлений, предусмотренных ст. 196, 197 УК РФ. И здесь больше пойдет речь о второй ситуации, когда статус руко-

водителя должника и арбитражного управляющего распределен между разными лицами. В таких случаях, в зависимости от вида процедуры банкротства, дискреционные полномочия руководителя должника могут быть опосредованы через полномочия арбитражного управляющего:

1) наблюдение (осуществляется временным управляющим):

- согласно п. 2 ст. 46 Закона «О несостоятельности (банкротстве)», после введения наблюдения арбитражный суд кроме мер, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом РФ, вправе запретить совершать без согласия арбитражного управляющего сделки, не предусмотренные п. 2 ст. 64 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»;

- временный управляющий вправе обращаться в арбитражный суд с ходатайством об отстранении руководителя должника от должности (п. 1 ст. 66 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»);

- арбитражный суд отстраняет руководителя должника от должности по ходатайству временного управляющего в случае нарушения требований п. 1 ст. 69 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»;

- арбитражный суд на основании заявления временного управляющего может запретить исполняющему обязанности руководителя должника совершать определенные сделки и действия или совершать их без согласия временного управляющего (ч. 2 п. 5 ст. 69 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»);

2) финансовое оздоровление (осуществляется административным управляющим):

- на основании ходатайства собрания кредиторов, административного управляющего или предоставивших обеспечение лиц, содержащего сведения о ненадлежащем исполнении руководителем должника плана финансового оздоровления или о совершении руководителем должника действий, нарушающих права и законные интересы кредиторов и (или) предоставивших обеспечение лиц, арбитражный суд может отстранить руководителя должника от должности в порядке, предусмотренном ст. 69 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»;

- административный управляющий вправе обращаться в арбитражный суд с хо-

датайством об отстранении руководителя должника в случаях, установленных Законом о банкротстве (п. 4 ст. 83 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Некоторые авторы считают, что арбитражные управляющие, выполняющие полномочия отстраненного руководителя организации-должника, не могут совершить предусмотренное ст. 196-197 УК РФ преступление, поскольку к моменту наделения их полномочиями руководителя организации признаки банкротства уже фактически существовали [5]. Встречается позиция, согласно которой внешний управляющий, умышленно увеличивающий неплатежеспособность организации, должен нести ответственность по ст. 210 УК РФ [6].

Практически все авторы указанных выше комментариев, рассматривающие фиктивное банкротство, сходятся во мнении, что арбитражный управляющий не может быть субъектом преступления, предусмотренного ст. 197 УК РФ.

Между тем, учитывая алгоритм действий, совершаемых арбитражным управляющим согласно Закону «О несостоятельности (банкротстве)», позволяет прийти к противоположному выводу: любой из управляющих может являться субъектом преступлений, предусмотренных ст. 195-197 УК РФ.

Так, в соответствии со ст. 67 и 79 Закона «О несостоятельности (банкротстве)» временный управляющий обязан проводить анализ финансового состояния должника, представлять в арбитражный суд соответствующие сведения и предложения о возможности восстановления платежеспособности должника, обоснование целесообразности введения последующих процедур банкротства.

Административный управляющий созывает собрание кредиторов, которое правомочно принять решение о введении внешнего управления или обращении в арбитражный суд с ходатайством о признании должника банкротом (ст. 88 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Внешний управляющий составляет отчет, в котором должно содержаться одно из предложений: о прекращении внешнего управления в связи с восстановлением платежеспособности должника и переходе к расчетам с кредиторами; продлении установленного срока внешнего управления; прекращении произ-

водства по делу в связи с удовлетворением всех требований кредиторов в соответствии с реестром требований кредиторов; прекращении внешнего управления, обращении в арбитражный суд с ходатайством о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства (ст. 117 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В случае если в отношении должника не вводились финансовое оздоровление и (или) внешнее управление, а в ходе конкурсного производства появились достаточные основания (в т. ч. подтвержденные данными финансового анализа) полагать, что платежеспособность должника может быть восстановлена, конкурсный управляющий обязан созвать собрание кредиторов в течение месяца с момента выявления указанных обстоятельств в целях рассмотрения вопроса об обращении в арбитражный суд с ходатайством о прекращении конкурсного производства и переходе к внешнему управлению (ст. 146 Закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Сложно не обращать внимание на тот момент, что арбитражный управляющий (в любой процедуре банкротства), установивший наличие признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, но не совершающий действий, направленных на раскрытие данной информации и пресечение дальнейших действий, или, несмотря на отсутствие признаков банкротства, возбуждающий процедуры, направленные на несостоятельность организации, тем самым выполняет объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 196, 197 УК РФ (в зависимости от умысла).

Таким образом, признавая, что арбитражный управляющий может быть субъектом преступлений, предусмотренных ст. 195-

197 УК РФ, все же необходимо предотвратить неединообразное применение уголовного закона, назвать арбитражного управляющего в качестве субъекта преступления в диспозиции норм ст. 196 и 197 УК РФ.

1. Раминовская Ш.С. Субъект преступления. М., 1960. С. 7.

2. Лопашенко Н.А. Уголовно-правовые запреты в сфере банкротства: анализ изменившегося законодательства // Общество. Культура. Преступность: межвуз. сб. науч. тр. 2006. Вып. 8. С. 94.

3. Журавлев С.Ю., Муратов Д.А. Расследование криминальных банкротств. М., 2006. С. 104.

4. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред.

B.И. Радченко, А.С. Михлина. СПб., 2007.

C. 374.

5. Векленко С., Журавлева Е. Нормы об ответственности за банкротство: новая редакция -новые проблемы // Уголовное право. 2006. № 5. С. 24.

6. Яни П. С. Криминальное банкротство. Статья вторая. Банкротство преднамеренное и фиктивное // Законодательство. 2000. № 3. С. 65.

Поступила в редакцию 22.05.2009 г.

Makarov А.V. Arbitration manager as the subject of crimes provided by paragraphs 195-197 of the Criminal Code of Russian Federation. Making changes in p. 195-197 of CC of Russian Federation in 2005 the lawmaker decided to disregard the moment that actions obviously attracting debtor's bankruptcy can be accomplished both before legal proceedings and after their introduction and in connection with that a new subject - arbitration manager - arising. As a result the question whether arbitration manager is subject of the above-named articles remained open.

Key words: arbitration manager; bankruptcy; subject of crimes.