Угрозы и риски диверсификации экономики моногорода

Вестник Челябинского государственного университета. 2018. № 3 (413). Экономические науки. Вып. 60. С. 47—52.

УДК 338.242:353 ББК 65.050.23

УГРОЗЫ И РИСКИ ДИВЕРСИФИКАЦИИ ЭКОНОМИКИ МОНОГОРОДА

Е. А. Колесник

Челябинский государственный университет, Челябинск, Россия

Рассмотрены основные стратегии развития российских моногородов с неудовлетворительной социально-экономической ситуацией. Самой универсальной среди них выступает диверсификация моноэкономики. Несмотря на бесспорные преимущества диверсификации, в статье перечислены риски и угрозы, сопутствующие ее проведению и ставящие под сомнение ее эффективность. Сформулированы необходимые условия проведения эффективной диверсификации, учитывающие возможность использования потенциала градообразующего предприятия и его персонала, соответствие стратегическим целям развития моногорода, необходимость сохранения уникальности местного сообщества и его культуры, наличие государственной поддержки. Особое внимание уделено разработке предложений по усилению инвестиционной деятельности государства, направленной на подбор инвесторов для моногородов с учетом вышеперечисленных условий.

Ключевые слова: моногород, стратегии развития, диверсификация, эффективность диверсификации, риски и угрозы диверсификации.

На сегодняшний день отмечается рост интереса ученых к вопросам развития моногородов в условиях социально-экономического кризиса. Разработанные и утвержденные Постановлением Правительства РФ критерии отнесения поселений к моногородам позволили определить их точное количество1, а затем классифицировать по группам с разной степенью сложности социально-экономического положения. На середину 2016 г. только 71 город (22 %) из 319 был отнесен к категории со стабильной социально-экономической ситуацией2, что подчеркивает актуальность исследований в области повышения жизнеспособности моногородов, характеризующихся уязвимостью их экономики.

Целью данного исследования является анализ имеющихся стратегий по развитию моногородов с нестабильной социально-экономической ситуацией и выявление сопутствующих их реализации возможных угроз и рисков.

Ряд исследований современных авторов, среди которых следует выделить труды М. А. Бае-

1 О критериях отнесения муниципальных образований к моногородам и о категориях моногородов в зависимости от рисков ухудшения их социально-экономического положения : Постановление Правительства РФ от 29 июля 2014 г № 709 (http://govemment. ra/docs/14049); Об утверждении перечня моногородов : Постановление Правительства Рос. Федерации от 29 июля 2014 г № 1398-р. (http://government.ru/orders/ selection/405/14052/).

2 Распоряжения Правительства РФ № 1398-р от 29.07.2014 : с изм. на 13.05.2016 г. (http://http://docs. cntd.ru/document/420210942).

вой [1], А. И. Татаркина и возглавляемого им коллектива [3], Е. М. Крюковой [4], И. В. Манаевой [5], А. Н. Ряховской [12], Р. Б. Ротенберга [13], А. Е. Шаститко [15], позволяет определить основные сценарии и стратегии осуществления структурных преобразований в социально-экономической системе моногородов. Большинство из них выступают сторонниками диверсификации моноэкономики. Целью диверсификации экономики города является снижение рисков, характерных для монопродуктовой экономики, повышение разнообразия опорных отраслей и увеличение занятости населения. Диверсификация должна обеспечить расширение номенклатуры и конкурентоспособности продукции или услуг, предоставляемых местными предприятиями и учреждениями, повысить уровень кооперации с другими предприятиями [14. С. 123].

По мнению Р. Б. Ротенберга, «процедура генерации вариантов диверсификации профильной структуры экономики моногорода должна опираться на результаты стратегического анализа экономического потенциала моногорода, что позволит выявить его конкурентные преимущества и возможные барьеры для процессов диверсификации [13. С. 67]. Центральным элементом в предлагаемом Р. Б. Ротенбергом алгоритме преобразований является градообразующее предприятие и оценка его возможностей по обеспечению реализации социальных целей городского развития. Возникающие при данном подходе риски обусловлены стратегическими перспективами градообразующего предприятия и возможностями их реализации.

М. А. Баева также рассматривает стратегию диверсификации монопродуктовой экономики города в качестве приоритетной. По ее мнению, основные риски ухудшения социально-экономической ситуации связаны с выбором стратегии диверсификации экономики города [1. С. 26]. Схожей точки зрения придерживаются О. Ю. Не-дорезова, А. Н. Пыткин, А. Н. Ласунов [7; 8].

И. В. Манаева на основе проведенного авторского исследования обосновывает следующие сценарии развития российских моногородов: 1) смена устаревшей промышленности на стратегическую; 2) диверсификация экономики; 3) развитие туристско-рекреационной зоны; 4) расселение моногорода [6; 9]. Первый и последний сценарии являются противоположными по характеру преобразований, но схожими по значительному уровню затрат на их осуществление. Как следствие, имеют невысокую вероятность применения в нынешних социально-экономических условиях. Развитие туристско-рекреацион-ной зоны предполагает наличие привлекательных для развития туризма объектов и природно-климатических условий, что далеко не всегда присуще моногородам и ограничивает возможность применения данной стратегии. Самым универсальным способом реорганизации моноэкономики по-прежнему называется ее диверсификация, позволяющая решать проблему монопрофильности поэтапно, используя производственный потенциал градообразующего предприятия и его квалифицированный персонал.

А. Д. Ризов обобщает классические подходы выхода моногорода из зоны риска депрессивно-сти и предлагает стратегии адаптации к внешней среде, ориентации на сферу услуг, дотирования и расселения [10; 11], где первые две стратегии реализуются посредством увеличения разнообразия местной экономики, то есть ее диверсификации.

Е. М. Крюкова предлагает три модели развития, которые, по ее мнению, можно адаптировать ко всем российским монопрофильным поселениям: управляемое сжатие, при котором происходит сокращение жилой территории и компактное расселение жителей, которые не хотят переезжать; стабильный моногород, где градообразующее предприятие работает стабильно, но нет потенциала для диверсификации; индустриальная диверсификация для городов, обладающих потенциалом диверсификации [4. С. 180—181].

Таким образом, диверсификация экономики моногородов и их градообразующих предприятий в настоящее время выступает базовой концепцией их развития. Несмотря на наличие государственной поддержки для реализации стратегии дивер-

сификации, к сожалению, нельзя отметить большой масштаб улучшения ситуации в моногородах. Идея диверсификации не вызывает сомнений, но плохо продуманная организация данного процесса в условиях конкретного моногорода и его социума таит значительное количество рисков и угроз не улучшения, а ухудшения социально-экономического положения и утраты тех преимуществ, которыми обладает каждый моногород в силу его специфики и уникальности.

История создания каждого из 319 официально признанных моногородов, обладает как общими, так и уникальными чертами. Общим является наличие особой общегосударственной значимости таких городов и, как правило, непосредственного участия государства в их появлении и последующем становлении и развитии. То есть каждый моногород выполняет не только традиционные функции: социальную, экономическую, демографическую и прочие, но и особую функцию «государева города» — от оборонного до курортного. Учитывая, что в 319 российских моногородах проживает свыше 14 млн чел. (10 % населения страны), имеющих схожие социально-экономические проблемы, обусловленные схожими причинами, нельзя ограничиваться исключительно местным, локальным уровнем их решения. Тем самым подтверждается необходимость формирования государственной политики в отношении моногородов.

Целью такой политики должно выступать содействие проведению эффективной диверсификации их экономики. Под эффективностью диверсификации в данном контексте понимается достижение ее запланированного уровня, соотнесенного с привлеченными государственными и частными инвестициями. По мнению Е. М. Крюковой, «в условиях сложной экономической ситуации особенно важно теоретически и методологически правильно обосновать варианты развития моноспециализированных предприятий, образующих вокруг себя монопоселения, в силу того, что просчеты в этом случае, как правило, неисправимы» [4. С. 178.]

Диверсификация экономики моногорода может быть признана эффективной только при соблюдении ряда условий. Выделим наиболее значимые среди них:

• выбор направлений диверсификации соответствует стратегическим целям развития моногорода и его градообразующего предприятия;

• максимальное использование и развитие трудового, производственного и инвестиционного потенциала градообразующего предприятия;

• сохранение уникальности местного сообщества и его культуры;

• наличие государственной поддержки диверсификации.

Невыполнение каждого из перечисленных условий ведет к снижению эффективности диверсификации.

Так, диверсификацию, при которой на базе наукоемкого градообразующего предприятия начинается выпуск товаров массового потребления, производство которых не требует использования накопленного производственного и трудового потенциала, нельзя считать эффективной даже при условии освоения в полном объеме предназначенных для этого средств. Угроза деградации экономики моногорода вследствие диверсификации должна учитываться при разработке стратегии ее проведения. Кроме того, следует учитывать, что не каждый моногород обладает достаточным потенциалом диверсификации и готов самостоятельно определить стратегические направления ее проведения [2; 16].

Понимая, что моногород — это не только градообразующее предприятие, формирующее основу местной экономики, но и люди, живущие в нем, при проведении диверсификации нельзя забывать о социальной стороне преобразований. Факторами риска в этой связи выступают: невостребованность трудового потенциала местного сообщества, члены которого нередко обладают уникальными навыками и знаниями; невозможность самореализации жителей, значение которой возрастает в современном обществе, и др.

Согласно опросу, проведенному зимой 2015 г. Федеральной службой охраны, почти 60 % жителей моногородов недовольны тем, как они живут, назвав социально-экономическое положение своих городов «нетерпимым», 36 % заявили, что найти достойную работу в их городе фактически невозможно, а 5 % сообщили, что живут за чертой бедности. Аналогичный опрос приводился и летом 2016 г. Сравнение результатов опроса показало, что за полгода восприятие социально-экономической ситуации в моногородах в целом ухудшилось1.

Уникальные черты каждого моногорода обусловлены как его специализацией, так и влиянием моноспециализации на городское сообщество и образ его жизни.

Не случайно в признанном российском центре текстильной промышленности — моногороде Иваново находится Ивановская государственная текстильная академия. В моногороде Магнито-

1 http://msrand.ru/response/monogoroda-2016-za-obochinoy-jizni-mogut-okazatsya-16-tys-chelovek

горск Челябинской области, основу экономики которого составляет Магнитогорский металлургический комбинат (ММК), действует Магнитогорский государственный технический университет им. Г. И. Носова — известного советского металлурга, возглавлявшего ММК в годы Великой Отечественной войны. Этот список может быть продолжен, так как он вполне закономерен. В этом и заключается взаимное влияние экономической и социальной подсистем города, приводящих к формированию особой городской культуры моногорода. Изменение одной из составляющих городской системы неизбежно отражается на остальных. Соответственно, угроза деградации местной экономики влечет за собой угрозу деградации человеческого капитала моногорода, что неизбежно приведет к его угасанию.

Моногорода России не однородны, а делятся на несколько типов в зависимости от перспектив градообразующего предприятия, его собственника, потенциала городской экономики, численности населения и ряда других факторов [5. С. 22]. Поэтому в основе современной государственной политики в отношении моногородов лежит дифференцированный подход к городам различного типа и различного уровня стабильности их социально-экономического положения. Так как моногорода пока неспособны компенсировать возрастающие кризисные риски, они вправе рассчитывать на дополнительные меры государственной поддержки. Особенно в них нуждаются те моногорода, градообразующие предприятия которых ориентированы на внутренний спрос. Так, в докладе, подготовленном Аналитическим центром при Правительстве РФ и Федеральной службой охраны в 2016 г., отмечается, что таким предприятиям негде сбывать продукцию, она скапливается на складах, постепенно превращаясь в залежавшийся товар, растет безработица, а предприятия моногородов готовы продолжать сокращать свои издержки, увольняя персонал2.

К числу мер государственной поддержки можно отнести созданный по решению Правительства РФ Фонд развития моногородов, принятие ряда нормативно-правовых актов, регулирующих и создающих условия для развития моногородов: федеральный закон о ТОСЭР, ряд постановлений Правительства РФ, государственные программы поддержки [12] т. п.

Тем не менее одной из самых острых проблем реорганизации экономики моногорода остается поиск заинтересованных инвесторов. На сегодняшний день решение этой проблемы относится в

2 http://msrand.ru/response/monogoroda-2016-za-obochinoy-jizni-mogut-okazatsya-16-tys-chelovek

первую очередь к компетенции органов местного самоуправления. Отсутствие средств в местном бюджете на развитие города — еще одна общая для всех без исключения моногородов проблема. Поиск и привлечение инвесторов требуют проведения большой по объему и ресурсам работы. У моногорода, тем более с непростой социально-экономической ситуацией, их не хватает. Средства Фонда развития моногородов также весьма ограничены.

По состоянию на 1 января 2017 г. фондом заключено 57 генеральных соглашений о сотрудничестве по развитию 64 моногородов с 34 субъектами Российской Федерации, а также 18 соглашений о софинансировании создания инфраструктуры в моногородах, в соответствии с которыми общий объем принятых финансовых обязательств составил 8,65 млрд р.1 Простые математические расчеты позволяют определить средний размер финансовой помощи для одного моногорода. Это примерно 15 млн р., что, конечно, значительно

1 Демографическая и семейная политика: некоторые важные результаты и показатели 2016 года (http:// government.ru/info/27261/).

ниже реальных затрат на проведение диверсификации.

Поэтому на сегодняшний день привлечение дополнительных инвестиций в местную экономику, несмотря на их жизненную необходимость, сталкивается с серьезными трудностями. Преодолеть их самостоятельно моногородам не под силу [15].

В этой связи для усиления государственной поддержки диверсификации моногородов представляется целесообразным создание Центра инвестиций как структуры, координирующей и инициирующей в масштабах страны инвестиционные процессы в моногородах. Формирование единой базы данных о реальных и потенциальных инвесторах, подбор инвестиционных площадок для реализации проектов с максимальным учетом стратегических направлений развития моногородов и их градообразующих предприятий позволило бы повысить эффективность проводимой диверсификации. Для самих инвесторов заключение инвестиционных соглашений с государственной структурой значительно повысило бы их надежность. Тем самым удалось бы снизить присущие процессу диверсификации инвестиционные риски.

Список литературы

1. Баева, М. А. Выбор направлений диверсификации экономики моногорода / М. А. Баева // Соврем. наука: актуал. проблемы и пути их решения. — 2013. — № 5. — С. 26—31.

2. Иванова, О. П. Критерии оценки проектов диверсификации экономики моногорода / О. П. Иванова, Г. Д. Антонов, И. С. Антонова // Сиб. финанс. шк. — 2015. — № 1 (108). — С. 13—15.

3. Концептуальные подходы к разработке стратегии развития монопрофильного города / Э. В. Пе-шина, Е. Г. Анимица, В. С. Бочко, П. Е. Анимица ; под науч. ред. А. И. Татаркина, М. В. Фёдорова. — Екатеринбург : Изд-во УрГЭУ, 2010. — 81 с.

4. Крюкова, Е. М. Определение моделей диверсификации и развития моногородов на основе применения методики экономической оценки эффективности / Е. М. Крюкова // Вестн. Тамбов. ун-та. Сер.: Гуманитар. науки. — 2015. — № 5 (145). — С. 178—186.

5. Манаева, И. В. Методический подход к разработке сценариев социально-экономического развития моногорода / И. В. Манаева // Ямальс. вестн. — 2016. — № 1 (6). — С. 21—30.

6. Манаева, И. В. Методические рекомендации по выбору сценария развития моногорода / И. В. Манаева, Ю. В. Болтенкова // Проблемы развития территории. — 2016. — Вып. 6 (86). — С. 196—208.

7. Недорезова, О. Ю. Моногорода в России: особенности, тенденции, перспективы / О. Ю. Недоре-зова // Социокультурная среда российской провинции в прошлом и настоящем. Елабуга, 19—20 нояб. 2015 г. : сб. тр. конф. — Елабуга, 2015. — С. 285—288.

8. Пыткин, А. Н. Современные аспекты трансформации промышленных моногородов / А. Н. Пыткин, А. Н. Ласунов // Рос. предпринимательство. — 2014. — № 21 (267). — С. 54—60.

9. Растворцева, С. Н. Развитие методического обеспечения оценки прогнозирования социально-экономического состояния моногорода / С. Н. Растворцева, И. В. Манаева. — М. : Экон-Информ, 2016. — 113 с.

10. Ризов, А. Д. Моделирование управления и прогнозирования социально-экономического развития депрессивных регионов / А. Д. Ризов // Дискуссия. — 2014. — № 4 (45). — С. 93—97.

11. Ризов, А. Д. Старопромышленные моногорода: стратегии устойчивого развития в условиях инновационной экономики / А. Д. Ризов // Стратегия устойчивого развития регионов России. — 2016. — № 33. — С. 40—45.

12. Ряховская, А. Н. Роль государственных программ в развитии моногородов / А. Н. Ряховская, С. Е. Кован, О. Г. Крюкова ; под ред. проф. А. Н. Ряховской. — М. : Магистр, 2014. — 63 с.

13. Ротенберг, Р. Б. Стратегическое регулирование процессов структурных преобразований в экономике моногорода / Р. Б. Ротенберг // Экон. и соц. перемены: факты, тенденции, прогноз. — 2014. — № 2 (32). — С. 67—78.

14. Соколова, Г. Н. Инструменты диверсификации экономики моногорода / Г. Н. Соколова, А. Е. Яковлев, Н. В. Морозова // Соврем. тенденции развития науки и технологий. — 2015. — № 6—8. — С. 123—125.

15. Шаститко, А. Е. Моногорода: новый взгляд на старую проблему / А. Е. Шаститко, А. Ф. Фати-хова // Балтийс. регион. — 2015. — № 1 (23). — С. 7—35.

16. Ярушкина, Н. А. Конкурентоспособность моногорода как фактор и результат развития градообразующего предприятия / Н. А. Ярушкина, Э. Г. Матюгина // Экономика: вчера, сегодня, завтра. — 2015. — № 10. — С. 43—53.

Сведения об авторах

Колесник Елена Анатольевна — кандидат экономических наук, доцент кафедры государственного и муниципального управления Челябинского государственного университета, Челябинск, Россия. gmu@csu.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University.

2018. No. 3 (413). Economic Sciences. Iss. 60. Рp. 47—52.

THREATS AND RISKS OF DIVERSIFICATION OF ECONOMY OF MONO-INDUSTRIAL TOWNS

Ye.A. Kolesnik

Chelyabinsk State University, Chelyabinsk, Russia. gmu@csu.ru

The article describes the main strategy of development of Russian mono-industrial towns with poor socio-economic situation. The most common among them is the diversification of the mono-industrial economic. Despite the unquestionable benefits of diversification, the author lists the risks and threats associated with its implementation, and the questioning of its effectiveness. Formulated the necessary conditions for effective diversification, taking into account the possibility of using the potential of the main enterprise and its personnel to meet the strategic development of the mono-industrial towns, the necessity of preserving the uniqueness of the local community and its culture, the availability of government support. Special attention is paid to the development of proposals on strengthening investment activity of the state directed on selection of investors to mono-industrial towns with the above conditions.

Keywords: mono-industrial towns, development strategy, diversification, efficiency of diversification, risks and threats of diversification.

References

1. Baeva M.A. Vybor napravleniy diversifikatsii ekonomiki monogoroda [The choice of directions of economic diversification of mono-industrial town]. Sovremennaya nauka: aktual'nye problemy i puti ikh resheniya [Modern science: current problems and ways to solve them], 2013, no. 5, pp. 26—31. (In Russ.).

2. Ivanova O.P. Kriterii otsenki proektov diversifikatsii ekonomiki monogoroda [Criteria for evaluating projects for diversifying the economy of mono-industrial town]. Sibirskaya finansovaya shkola [Siberian Financial School], 2015, no. 1 (108), pp. 13—15. (In Russ.).

3. Peshina E.V., Animitsa Ye.G., Bochko V.S., Animitsa P.Ye. Kontseptual'nye podkhody k razrabotke strategii razvitiya monoprofil 'nogo goroda [Conceptual approaches to the development of a strategy for the development of a single-city city]. Yekaterinburg, 2010. 81 p. (In Russ.).

4. Kryukova E.M. Opredeleniye modeley diversifikatsii i razvitiya monogorodov na osnove primeneniya metodiki ekonomicheskoy otsenki effektivnosti [Determination of models of diversification and development of single-industry towns based on the application of the methodology of economic evaluation of efficiency]. Vestnik Tambovskogo universiteta. Seriya: Gumanitarnye nauki [Bulletin of Tambov University. Series: The Humanities], 2015, no. 5 (145), pp. 178—186. (In Russ.).

52

Е. А. KonemuK

5. Manaeva I.V. Metodicheskiy podkhod k razrabotke stsenariyev sotsial'no-ekonomicheskogo razvitiya monogoroda [Methodological approach to the development of scenarios for the socio-economic development of a single-industry city]. Yamal'skiy vestnik [Yamal Bulletin], 2016, no. 1 (6), pp. 21—30. (In Russ.).

6. Manaeva I.V Metodicheskiye rekomendatsii po vyiboru stsenariya razvitiya monogoroda [Methodological recommendations for the selection of a single-industry development scenario]. Problemy razvitiya territorii [Problems of territory development], 2016, no. 6 (86), pp. 196—208 (In Russ.).

7. Nedorezova O.Yu. Monogoroda v Rossii: osobennosti, tendentsii, perspektivy [Monocities in Russia: Features, Trends, Prospects]. Sotsiokul'turnaya sreda rossiyskoy provintsii v proshlom i nastoyashchem [Sociocultural environment of the Russian province in the past and present]. Elabuga, 2015. Pp. 285—288. (In Russ.).

8. Pytkin A.N. Sovremennye aspekty transformatsii promyishlennykh monogorodov [Modern aspects of the transformation of industrial monocities]. Rossiyskoye predprinimatel'stvo [Russian Entrepreneurship],

2014, no. 21 (267), pp. 54—60. (In Russ.).

9. Rastvortseva S.N. Razvitiye metodicheskogo obespecheniya otsenki prognozirovaniya sotsial'no-ekonomicheskogo sostoyaniya monogoroda [Development of methodological support for estimating the forecasting of the socio-economic state of a single-industry city]. Moscow, Ekon-Inform Publ., 2016. 113 p. (In Russ.).

10. Rizov A.D. Modelirovaniye upravleniya i prognozirovaniya sotsial'no-ekonomicheskogo razvitiya depressivnykh regionov [Modelling of management and forecasting of social and economic development of depressed regions]. Diskussiya [Discussion], 2014, no. 4 (45), pp. 93—97. (In Russ.).

11. Rizov A.D. Staropromyshlennye monogoroda: strategii ustoychivogo razvitiya v usloviyakh innovatsionnoy ekonomiki [Old-industry monocities: sustainable development strategies in an innovative economy]. Strategiya ustoychivogo razvitiya regionov Rossii [Strategy of sustainable development of Russian regions], 2016, no. 33, pp. 40—45. (In Russ.).

12. Ryakhovskaya A.N. Rol' gosudarstvennykh programm v razvitii monogorodov [The role of state programs in the development of single-industry towns]. Moscow, Magistr Publ., 2014. 63 p. (In Russ.).

13. Rotenberg R.B. Strategicheskoye regulirovaniye protsessov strukturnykh preobrazovaniy v ekonomike monogoroda [Strategic regulation of the processes of structural transformation in the economy of a single-industry city]. Ekonomicheskiye i sotsial'nye peremeny: fakty, tendentsii, prognoz [Economic and social changes: facts, trends, forecast], 2014, no. 2 (32), pp. 67—78. (In Russ.).

14. Sokolova G.N. Instrumenty diversifikatsii ekonomiki monogoroda [Tools for diversifying the economy of a single-industry city]. Sovremennye tendentsii razvitiya nauki i tekhnologiy [Modern trends in the development of science and technology], 2015, no. 6—8, pp. 123—125. (In Russ.).

15. Shastitko A.E. Monogoroda: novyy vzglyad na staruyu problemu [Monotown: a new look at the old problem]. Baltiyskiy region [The Baltic region], 2015, no. 1 (23), pp. 7—35. (In Russ.).

16. Yarushkina N.A. Konkurentosposobnost' monogoroda kak faktor i rezul'tat razvitiya gradoobrazuyu-shchego predpriyatiya [Competitiveness of a single-industry city as a factor and result of the development of the city-forming enterprise]. Ekonomika: vchera, segodnya, zavtra [Economy: yesterday, today, tomorrow],

2015, no. 10, pp. 43—53. (In Russ.).