Междисциплинарные исследования линий обороны городища Иднакар: особенности структуры и технологии формирования

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

УДК 902 (470.51) ”1“

М.Г. Иванова

МЕЖДИСЦИПЛИНАРНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ЛИНИЙ ОБОРОНЫ ГОРОДИЩА ИДНАКАР: ОСОБЕННОСТИ СТРУКТУРЫ И ТЕХНОЛОГИИ ФОРМИРОВАНИЯ*

Рассматриваются итоги комплексного изучения трех линий оборонительных сооружений городища Иднакар, отличающихся друг от друга по форме, структуре и конструктивным особенностям, которые подтверждают развитие укреплений прикамских городищ наряду с булгарскими и древнерусскими в общем русле градообразовательных процессов в Восточной Европе.

Ключевые слова: Прикамье, средневековье, городище Иднакар, линии обороны, междисциплинарные исследования, метод электрометрии, геофизические аномалии, пространственная модель, градообразовательные процессы.

Эпоха Средневековья знаменуется важными изменениями и новациями в социальноэкономическом развитии народов Прикамья, формированием новых этнополитических ареалов, развитием этнокультурных контактов с формирующимися раннефеодальными государствами Восточной Европы. В последние десятилетия получены массовые фонды источников, открывших возможности новых подходов к интерпретации многих исторических явлений Средневековья. Немаловажное значение имеет роль укрепленных поселений. Получены качественно новые фонды источников, позволяющих раскрыть не только различные стороны культуры и быта средневекового населения, но и конкретное содержание динамики социально-экономических процессов, нашедших отражение как в производственной сфере, так и в структуре самих поселений. Детальный анализ новых источников убеждает в том, что на рубеже 1-11 тыс. н. э. наиболее крупные городища Прикамья развивались в общем русле процессов градообразования1.

Одним из существенных показателей социального статуса поселений являются оборонительные сооружения, которые имели в Средневековье основополагающее значение в жизни и деятельности складывающейся этнополитической общности. Однако изучение земляных валов и рвов, требующее значительных трудозатрат, долгое время оставалось за пределами внимания исследователей. На поселениях Прикамья специальные исследования практически не проводились, за исключением Верх-Саинского городища У-У1-Х вв., где линия обороны изучена на протяжении 200 м, но итоги отражены лишь в небольшой публикации2. На достаточно широкой площади изучены оборонительные сооружения Важнангерского (Мало-Сундырского) городища Аламнер Х1У-ХУ вв. на Волге3, где в 2002

- 2003 гг. раскопом площадью 6х22 м, прорезавшим вал и ров, вскрыты внутривальные конструкции, следы от постройки (сторожевой башни), часть стены, участок вала в районе предполагаемого проезда и фрагмент вала на мысу городища. Кроме того, в процессе исследований площадок памятников исследователи уделяли некоторое внимание и системе обороны, в публикациях новых материалов, наряду с анализом полученных источников, освещением особенностей их развития, приводили и новые сведения о фортификационных сооружениях4.

Целенаправленные систематические исследования системы обороны предприняты в последние годы на древнеудмуртском городище Иднакар 1Х-Х111 вв. Многолетние междисциплинарные исследования городища по реконструкции планировки и структуры памятника логично подвели исследовательский коллектив к необходимости более детального изучения линий обороны, поскольку именно они разграничивают площадку поселения и, наряду с материалами структурных частей, имеют определяющее значение в выявлении этапов освоения площадки. Кроме того, с введением в исследования новых методов, обеспечивающих корректный ввод археологических материалов в компьютер, встала задача получения новой цифровой и графической информации для последующих историкокультурных реконструкций.

В настоящей статье предпринята попытка кратко изложить результаты целенаправленного комплексного изучения трех линий оборонительных сооружений городища Иднакар в контексте развития

* Исследования выполняются при финансовой поддержке РФФИ, грант 08-06-00002а.

укреплений финно-угорских поселений Прикамья (Верх-Саинского, Анюшкар, Рождественского, Ела-бужского), отчасти Поволжья (Важнангерского Аламнер), а также булгарских и древнерусских городищ.

Городище Иднакар находится в 2 км к западу от д. Солдырь Глазовского района Удмуртской Республики, в настоящее время включено в пределы административных границ г. Глазова. Оно занимает обширный мыс высокой коренной береговой террасы, образованный долинами р. Чепцы и ее правого притока р. Пызепа. Общая длина площадки составляет около 300 м, ширина ее на самом мысу - около 80 м, но постепенно расширяется и к внешней линии обороны достигает 130-136 м. С востока, с напольной стороны, просматриваются два мощных вала: внешний ограничивает площадку, средний делит ее на две примерно равные части. Несмотря на длительную распашку и возведение здесь в разное время построек, две линии укреплений отчетливо просматриваются и ныне. Непосредственно за вторым валом с южной стороны наблюдается естественное возвышение, которое могло усилить оборонительные функции. Общая площадь памятника составляет около 40 тыс. м2. Следует признать, что при возведении этого городища были максимально учтены топографические особенности высокого (до 50,0 м) мыса с крутыми обрывистыми склонами, которые обеспечивали неприступность, позволяли контролировать окружающую территорию, а впоследствии расширять его площадку. На мысовой части на протяжении более 100 м хорошо прослеживается эскарп - искусственная подрезка склона с перепадом высот до 3,0 м и шириной врезки в поверхность до 8,0 м. По некоторым внешним признакам можно предполагать, что в Средневековье был подрезан и южный склон городища, хотя в настоящее время следы явно не просматриваются.

Следует заметить, что опыт археологических исследований системы обороны на городище в значительной мере был уже наработан. В результате раскопок достаточно широкой площади изучены все линии укреплений, получены важные сведения о последовательности формирования оборонительных сооружений, некоторых конструктивных особенностях, форме и структуре, в общих чертах определена хронология их развития, нашедшие отражение в монографии5. В последние десятилетия при исследовании культурных напластований средней части городища активно и успешно использовались геофизические методы, разработанные сотрудниками Физико-технического института УрО РАН под руководством И.В. Журбина6. Поэтому открывались перспективы детального изучения каждой линии обороны по всей длине, что практически нереально традиционными методами раскопок, но вполне возможно при использовании геофизических измерений. В целом удовлетворительная сохранность двух линий укреплений, материалы раскопок не просматривающегося ныне еще одного внутреннего вала, топографические особенности памятника представляли собой благодатный объект для экспериментальной апробации методики комплексных исследований, но особенности поверхности валов и рвов со значительными перепадами высот диктовали необходимость значительного совершенствования как археологических, так и геофизических методов.

Методика изучения укреплений предусматривала предварительные геофизические исследования, позволяющие оценить планиграфию и стратиграфию объектов. Но для проверки «геофизического» прогноза, а также определения хронологии формирования оборонительных сооружений, их структуры и конструктивных особенностей была очевидна необходимость археологических раскопок. Специфичность объекта исследований потребовала разработки и внедрения новых подходов к изучению культурных напластований на этапах выборки слоя и фиксации материалов, их документирования, хранения и обработки, а также определения методов анализа функциональной специализации отдельных участков. Для обеспечения корректного ввода материалов в компьютерные базы необходимо было создание специализированных методов формирования графической информации. В конечном итоге формирование полноценной источниковой базы для всестороннего изучения оборонительных сооружений потребовало объединенных усилий коллектива по интеграции геофизических и археологических методов, внедрения компьютерных технологий на всех стадиях полевых и камеральных исследований7.

С точки зрения геофизики, разработанная методика предполагает проведение измерений с использованием нескольких модификаций метода электрометрии. Данный вариант комплексирования основан на том, что каждый из вариантов измерительной установки эффективен при выявлении различных типов объектов поиска и геологических структур8.

На первом этапе производится картирование всей территории поселения (электропрофилирование). Исходя из анализа формы, расположения и амплитуды выявленных геофизических аномалий определяется местоположение и конфигурация линий укреплений поселения. Данные исследования

необходимы для поиска оборонительных сооружений, которые не выражены в рельефе, например засыпанных рвов, сглаженных распашкой валов и т.п. Следующий этап заключается в проведении комплексных геофизических измерений - электропрофилирования и электротомографии, главная задача заключается в определении геометрических параметров и структуры объекта, а также реконструкции его формы9.

Первоначально комплексные измерения производились на участках, расположенных вблизи раскопов предыдущих лет с целью соотнести наблюдаемые аномалии с реальными объектами. Не менее важным результатом этого этапа является возможность выявления соответствия между различными грунтами и уровнем зарегистрированного удельного сопротивления. Иными словами, при сравнении геофизической карты с археологическими разрезами определяется диапазон изменения сопротивления, соответствующий каждому из выделенных объектов и слоев. Таким образом, данные раскопок о пространственных характеристиках оборонительных сооружений и составе грунтов используются для оценки предварительной геофизической реконструкции.

Для уточнения интерпретации геофизических данных желательны раскопки ключевых участков укреплений. Именно поэтому обязательным условием проведения комплексных измерений является единая координатная сетка археолого-геофизических исследований. При этом прямое сравнение результатов междисциплинарных исследований позволяет оценить корректность восстановления формы, геометрических параметров и структуры оборонительных сооружений по данным электроразведки.

На заключительном этапе изучения системы укреплений предусматривается формирование пространственной модели археологического объекта по геофизическим данным. Такой способ представления результатов междисциплинарных исследований позволяет восстановить исходную форму объектов, не искаженную поздними наносами и современными почвенными отложениями10.

При возобновлении археологических раскопок средней линии обороны с 2000 г. стал использоваться метод горизонтальных срезов и планиграфической фиксации через каждые 0,01 м. Первые фиксации осуществлялись по современной поверхности, затем вскрываемые участки постепенно выводились на горизонтальную плоскость. При планиграфических фиксациях замерялся уровень культурных напластований в разрезах-бровках, стратиграфические наблюдения фиксировались также с помощью горизонтальной разметки, созданной при помощи теодолита. Нулевой точкой отсчета всех глубинных измерений определен единый условный репер, установленный на площадке городища. Фиксация находок и слоев осуществлялась в трехмерной системе координат. Для выявления химических и физических свойств слоев были взяты пробы грунта из раскопа. Кроме этого, для исследования процессов слоеобразования получены образцы «стерильных» почв за пределами городища. В дальнейшем эти приемы использовались при раскопках внешней линии в 2004-2006 гг. и внутренней

- в 2007-2009 гг.

Основные результаты. Внутренняя линия обороны на поверхности площадки внешне не просматривается. Вал был вскрыт С.Г. Матвеевым в процессе раскопок 1927-1928 гг. По обе стороны вала на протяжении 34 м им были заложены траншеи шириной 1,5 м вдоль насыпи, в трех местах сделаны поперечные разрезы. В результате им установлена ширина насыпи вала в основании, составлявшая 5,3-6,2 м, высота с запада (со стороны площадки) - 1,0 м, с востока 1,2-1,6 м. Вдоль всей насыпи на расстоянии 1,6—1,7 м друг от друга выявлены параллельные ряды прослоек тлена, бревен, которые скреплялись поперечными бревнами, остатки которых прослеживались на расстоянии 0,8 м один от другого. На основе этих данных исследователь предпринял попытку реконструкции вала в виде ряда срубов, поставленных один к другому и засыпанных глиной11. Этот вал ограничивал часть мыса площадью около 10 тыс. м2. Геофизические измерения показали, что он сложен из достаточно однородного массива глины длиной не менее 84 м. В целом форма вала в профиле на всем его протяжении практически неизменна: близкая к вертикальной внутренняя сторона и пологий наружный склон. На разрушенных участках (врезки с внешней стороны вала) ров практически полностью заполнен глиной, вероятно, срезанной при позднем выравнивании этой линии укреплений12.

Как показали раскопки 1993 и 2007-2009 гг., вал имел форму трапеции шириной основания 6 м, шириной в верхней сохранившейся части 3,4-3,8 м, высотой 0,9 м. Под насыпью обнаружены слой палеопочвы в виде зеленовато-серого суглинка и прослойка угля, оставшаяся, вероятно, от выжигания растительности.

В процессе исследований выявлены остатки конструкций в виде прослоек дерева, ориентированных по линии север - юг вдоль насыпи. По характеру залегания можно предположить, что при возведении

вала были установлены срубы. По раскопкам 2007-2009 гг. ширина их составляла 2,5 м (длина не установлена). Концы бревен по линии север - юг выступали за пределы сруба на 0,3-0,4 м и заходили за концы следующего сруба, образуя таким образом стену без разрывов. Расстояние между стенками срубов составляло 0,5 м.

В 1993 г. вал изучался на протяжении 18 м по длине насыпи, поэтому полученные данные в определенной степени дополняют сведения о внутриваловых сооружениях. Размеры бревенчатой конструкции из срубов на этой части составляли в ширине 2,7-3,0 м, длине - 4,5-5 м. На расстоянии около 1,5 м от наружной линии столбов на протяжении 6 м выявлена еще одна параллельная ей линия бревен, поддерживаемых столбами, которая предохраняла вал от расползания. С внутренней стороны, благодаря стенкам сруба, вал оставался вертикальным. Судя по тому, что линия срубов прослеживалась сразу под дерном, не исключается его продолжение и по верху вала. Ширина основания вала на этой части составляла 5,5-6,0 м, высота сохранившейся части насыпи 1,0-1,3 м.

При вскрытии вала в 2006-2009 гг. через всю насыпь вала от поверхности вплоть до материка фиксировались три мощных столбовых ямки, расположенные по осевой линии срубов, расстояние между которыми около 2 м. Вероятно, столбы представляли собой основу крепостной стены, возведенной по гребню вала.

При исследовании рва получены сведения о процессах разрушения вала, на котором в 1993 г. изучены очаг и яма, которая по находкам в заполнении могла относиться ко времени не позднее Х11 в., скорее всего к Х1 в. Выявленные врезки, очаги, остатки столбовых конструкций подтверждают, что в более поздний период существования городища жителями активно использовалась и территория уже заплывшего рва, на которой вскрыты производственные сооружения, связанные с обработкой металлов. Новые источники существенно дополнили сведения о характере наиболее ранней линии фортификации памятника, подтвердили хронологию ее функционирования в пределах конца 1Х-Х1 в., то есть в наиболее ранний период его развития. Судя по стратиграфии слоев вал не подвергался реконструкции за весь период его существования до середины Х1 в. По раскопкам 1993 г. установлено, что ров шириной 7-7,8 м был углублен в материк на 1,5-1,6 м.

При выборке участков предваловой территории изучены остатки сооружения, связанного с кузнечным ремеслом. Об этом свидетельствуют характер напластований и состав инвентаря, включающий фрагменты технической керамики, сопла, наковальню и комплект железных заготовок, а также большое количество шлаков. Преобладание в верхних горизонтах находок шлаков цветного металла, наличие тиглей, литейной формы для отливки заготовок, спекшихся пластин и деталей украшений позволяют предполагать произошедшее изменение функционального назначения объекта.

Средний вал длиной 134 м расположен в 74 м от внутреннего (считая по гребню вала) и ограничивает площадь в 20 тыс. м2. С напольной стороны он хорошо просматривается почти по всей ширине мыса, за исключением южного края длиной около 15 м. Геофизические измерения проведены на центральном и южном участках оборонительных сооружений (66 м), северная часть в значительной степени разрушена современными постройками. В результате работ выявлено, что при сооружении ядра вала (без учета последующих расширений) использовалось не менее четырех отличающихся технологий: насыпь материковой глины; песчаная основа, перекрытая суглинками; суглинки с различными примесями, перекрытые с внешней стороны материковой глиной. Практически по всей длине насыпь вала с внутренней стороны была укреплена площадками прокаленной глины. При проведении исследований определены границы участков с разными способами формирования насыпи13.

В 1988 и 1989 гг. раскопки велись в охранных целях на центральной части укреплений с охватом предваловой территории, вала и рва, в 2000 г. - на южной части ближе к склону площадки, включая вал и часть рва. Наиболее полные сведения получены в 1989 г., когда средняя линия изучалась на раскопе шириной 9 м и длиной 39 м, на основе которых выделены этапы реконструкции.

Первоначально вал был небольшим, ширина в основании составляла около 7,0 м, высота 1,85 м. Нижний слой насыпан из желтого песка с углистыми включениями (до 0,25 м), на котором возведен мощный слой суглинка с включениями гумуса (до 0,55 м), по-видимому, снятый в результате углубления рва. Выше, с восточной стороны, выявился слой глины с углистыми включениями, с западной

- глина с песком (до 0,3 м). Этот слой перекрыт суглинком с гумусом (до 0,6 м), сверху укреплен плотным слоем глины с мергелем, углубленным в центре в предыдущий слой (до 0,7 м).

Во второй период вал был расширен в напольную сторону на 4,5 м в верхней и 5,5 м в нижней части слоем плотной глины, которая на разных участках имела включения углей, гумуса, мергеля. Не-

значительно расширен вал и во внутреннюю сторону: не более чем на 1 м в верхней части, на 2 м - в основании. Таким образом, в целом основание вала стало больше в 2 раза и достигло 11-14 м. О высоте его из-за распашки поверхности судить трудно, но по характеру залегания прослоек можно предполагать, что она составляла не менее чем 4 м от уровня рва. Ров, естественно, сдвинулся дальше, в сравнении с предыдущим периодом углубился на 0,7 м. Ширина его могла составлять не менее 8 м.

Впоследствии вал еще расширялся, возможно, в несколько этапов, о чем можно судить по тонким прослойкам культурного слоя, повторяющим линию наружного склона. Основной слой - это плотный песок с включениями углей, в некоторых местах укрепленный по наклону поверхности настилами из бревен, жердей, слоями прокаленной глины, камнями. С внутренней стороны он расширен плотным слоем прокаленной глины с золистыми включениями. На последнем этапе основание вала достигло 19 м (с учетом слоя сползания - 24 м), а высота сохранившейся части над уровнем дна рва - 3,8 м. Ров, углубленный в материк на 1,5 м, имел ширину 11 м. На некоторых участках рва с наружной стороны край был укреплен горизонтально положенными бревнами или слоем плотной глины. На южной части укреплений ближе к склону параметры несколько меньше14.

Следует отметить, что в насыпи вала срубные конструкции не обнаружены, но для закрепления грунта на отдельных участках по краям устраивались мощные площадки прокаленной глины, вымос-тки из бревен уложены по верху или склону насыпи, в некоторых местах уложены камни. Например, округлая площадка плотно утрамбованной прокаленной глины диаметром 1,75 м, толщиной 40-50 см выявлена у внутреннего края, а четко выраженная вымостка из 7 бревен размерами 1,1 X 0,7-1,0 м была уложена вдоль вала между слоями насыпи.

В 2000 г., как и на центральной части, на южной прослежено не менее четырех этапов, связанных с его перестройкой и подновлением. Первоначально вал достигал ширины около 5,0 м в основании и высоты 1,0 м от уровня погребенной почвы. На втором этапе ширина его основания составила около 9,0 м. Ров сдвинули на восток и углубили до 1,2 м от уровня материка. При третьей перестройке он был расширен и с внешней, и с внутренней стороны. Изнутри вал был укреплен с помощью плотной коричневой глины с мергелистыми включениями. В основании его ширина достигала 11-12 м, ров был углублен до 1,4 м от уровня материка. Внешняя сторона вала была укреплена с помощью наклонно уложенных в ряд бревен, расположенных поперек линии вала. На последней стадии ширина основания вала равнялась 15-16 м, рва - 1,5—1,6 м от уровня материка.

Следы внутриваловых конструкций фиксировались в основании вала в виде параллельных полос длиной 0,2-0,23 м на расстоянии 1,8 м друг от друга, расположенных поперек оси укреплений. Одна из полос соотнесена с опорными столбами крепостной стены, предохранявшими насыпь от расползания, или своеобразными стяжками между столбами, придававшими каркасу стены дополнительную жесткость.

Следы внешних конструкций зафиксированы на гребне вала в виде столбовых ям диаметром 0,20-0,25 м, глубиной 0,7-0,8 м с расстоянием между ними до 3,0 м, расположенных рядами с расстоянием до 2,0 м. Система ям объединена канавками со следами сгоревших бревен. Конструкция стены могла представлять собой два параллельных ряда вертикально поставленных столбов, пространство между которыми было забрано горизонтально уложенными бревнами, вставленными в пазы. Наружная сторона вала укреплялась утрамбованной глиняной подсыпкой, внешняя - сохранила следы наклонно лежавших поперек оси вала бревен15.

Наружная - третья линия укреплений расположена в 130 м от средней, с ее возведением площадь городища достигла 40 тыс. м2. Эта линия, как и средняя, неплохо сохранилась и просматривается по всей длине, перепад высот между максимально высокой точкой вала и низкой точкой рва колеблется в пределах от 1,2 до 3,4 м.

В 1993 г. исследовали траншеей шириной 3 м и длиной 36 м, перерезавшей всю линию вала и рва. При выборке слоя выявлено, что основание неровное, оно несколько углублено в напольной части. Нижний слой - песок с глиной с мелкими включениями угля толщиной 0,15-0,55 м, на нем располагался слой темного суглинка с углистыми прослойками с заметным повышением по центру вала, где достигал 0,65 м. Возможно, прослойки угля остались от ритуальных костров. Основной, наиболее мощный слой состоит из сероватого суглинка с незначительными включениями гумуса мощностью до 1,4 м. Его накрывает довольно равномерный слой глины с мергелем толщиной до 0,7-0,8 м. Основание вала составляло 15 м, высота сохранившейся части 2,4 м. Внутренний склон почти вертикальный и был укреплен стеной из горизонтально уложенных бревен, наружный - пологий при уклоне примерно в 30°.

Впоследствии к наружному склону был подсыпан слой песка и более плотный слой глины с песком, в результате чего ширина основания вала достигла 18 м. В тот же период ров был углублен до 1,5 м, ширина его составила 10 м. По наружному краю рва прослежены ямки от столбов, закреплявших стенки от осыпания. Время его возведения, по всей вероятности, совпадает с освоением территории между вторым и третьим валами, эта линия укреплений функционировала в Х11-Х111 вв.

На участке раскопа 2004-2006 гг., заложенного в 15 м к северу от траншеи раскопок 1992 г., установлено, что основу вала составлял мощный слой серого суглинка и красно-коричневой глины, извлеченной при рытье рва. В нижних слоях обнаружена система из 6 столбовых ям диаметром 25-30 см, расположенных вдоль вала в две линии, отстоящих друг от друга на расстоянии около 2 м. Эти ямы, содержавшие в заполнении серый суглинок, темный гумус с остатками древесины, можно интерпретировать как следы сооружения, поддерживавшего насыпь вала. Под насыпью зафиксирована прослойка погребенной почвы - серый и светло-серый суглинок, поверх которого прослеживался слой бурого тлена, оставленного перегнившей растительностью. Гребень вала разрушен в процессе распашки и естественного сползания почвы.

Получены также сведения о конструкции и размерах рва, имевшего в разрезе трапециевидную форму шириной в верхней части 13-13,5 м, в придонной - 7,9-8 м. Глубина от уровня материка составляет 1,50-1,60 м. На дне рва, в восточной его части, обнаружены столбовые ямки диаметром 0,05-0,06 м, оставшиеся, вероятно, от сооружений, укреплявших внешнюю стенку рва или служивших дополнительными средствами сдерживания противника. Уточнены параметры предвалового рва, глубина которого от уровня материка в северной части раскопа составила 0,58 м, в южной - 1,1 м. В его заполнении выявлены следы активной хозяйственной деятельности: мощные скопления камня-песчаника, прослойки угля и прокаленной глины, которые могли остаться от сгоревших деревянных сооружений на валу. На основании исследований этой части сделан вывод о том, что внешний вал городища Иднакар был сооружен в один прием. Следов последующих подновлений и переделок на этом участке не зафиксировано, что позволяет полагать, что расширение насыпи вала производилось отдельными участками не по всей длине. Ширина основания вала составляла около 13,0 м, максимальная высота от уровня материка 1,7 м.

По предварительным подсчетам во время функционирования оборонительных сооружений их высота могла достигать 3,0 м от уровня материка. В слоях наружной части вала и на предваловой территории обнаружены боевые наконечники стрел, которые, судя по их залеганию в слое, были выпущены со стороны поля.

Таким образом, исследования трех линий оборонительных сооружений городища Иднакар показали, что они существенно отличаются друг от друга по форме, структуре и конструктивным особенностям. Внутренняя линия не подвергалась реконструкции за весь период ее существования до середины Х1 в., когда утратила свое значение в связи с возведением третьей линии. Средняя и внешняя линии укреплений функционировали до Х111 в. Их валы отличаются значительной мощностью в результате многократных расширений: выявлено не менее 4 этапов реконструкции среднего вала и 2 строительных периода внешнего. Помимо конструктивных особенностей оборонительные сооружения отличаются по форме. В частности, внутренняя сторона внешнего и внутреннего валов близка к вертикальной, а внешняя - достаточно пологая. Средний вал покатый с обеих сторон.

Кроме того, все линии укреплений различаются по технологии их возведения. Раскопки показали, что основу внутреннего вала составляет бревенчатая конструкция из срубов, заполненных плотной однородной глиной. В отличие от внутреннего в ядре среднего и внешнего валов срубные конструкции отсутствуют. Археологически фиксируются площадки прокаленной глины, остатки плетня и вымостки из бревен, укреплявших склоны. Геофизическими методами выявлены различия и в составе грунтов, формирующих массив каждого из валов. Внутренний вал образован из однородной материковой глины, в которой прослеживаются пятна пестроцвета, состоящие из темного золистого суглинка и вкраплений светло-коричневой глины. Иная структура среднего и внешнего валов: в их основании фиксируются мощные слои песка, позднее перекрытые суглинком. Состав грунтов среднего вала отличается значительным разнообразием, по сравнению с внешним. Встречаются слои глины, суглинка, песка и участки прокаленной глины, фиксирующие различные этапы подновления. Выявлено также, что структура оборонительных сооружений на всем их протяжении не одинакова. Например, ядро центральной части среднего вала (раскопки 1988 и 1989 гг.) составляют слои песка, перекрытые весьма сложным сочетанием напластований глины и суглинка с различными примесями (гумус,

уголь, мергель и пр.). Структура южной части этой линии укреплений значительно проще: основа вала сформирована из практически чистой материковой глины, перекрытой глиной с небольшими включениями гумуса (раскопки 2000 г.). Поэтому есть основания полагать, что на различных этапах существования городища население использовало различные строительные приемы.

При сравнении размеров валов в основании выявилось, что ширина основания внутреннего вала и первого периода среднего совпадают (ср.: 5,5-6,0 и 7,0 м), близки основания среднего вала второго периода, наружного первого периода (14 и 15 м) и среднего и наружного последнего этапа (19 и 18 м).

Система оборонительных сооружений Иднакара сопоставима с особенностями крепостного строительства поселений Прикамья, а также лесной зоны Восточной Европы. Ярким примером подрезки склонов по всему периметру площадки является городище Анюшкар на Верхней Каме, следы эскарпирования склонов отмечены на Верх-Саинском У-У1-Х вв.16, верхнекамских Петуховском, Гырчиковском городищах17, Маловенижском городище Пор-кар Х-ХШ вв. на р. Чепце18.

Постепенное расширение площадки и ограждение новой линией обороны с 1Х-Х по Х111 в. прослежено на синхронных городищах Прикамья Анюшкар19 и Елабужском20, Сарском городище VIII-

21 22 23

Х1 вв. на р. Оке , Болгарском и ряде древнерусских городов .

Этапы усиления фортификации за счет расширения валов выявлены на Сарском городище. Его общая площадь несколько меньше (2,7 га), наполовину короче и валы, но ширина их основания близка иднакарским: у первого - 22 м, второго - 15,3 м, у третьего - сначала 10,0, затем 23,5 м. При строительстве последнего поперек оси вала через 4,3-4,8 м были уложены бревна, сохранившиеся на высоту до 0,35 м24. Основная линия земляного вала внутреннего города Биляра с Х в. по Х111 в. реконструировалась четырежды25. В Х в. ширина основания вала составляла 7-8 м при сохранившейся высоте 0,5-0,6 м; в первой половине Х1 в. мощность насыпи была увеличена на 1,0 м; в Х11 в. высота вала достигала 2,4 м, ширина основания - 16 м. В этот период был выкопан ров шириной 10 м и глубиной 2-2,5 м. В начале Х111 в. в результате дополнительной подсыпки вал был еще усилен и достиг высоты 3,0-3,5 м, ширины - 20 м. Весьма близки данные по конструкции и размерам валов в Суздале

- основание вала шириной сначала 9 м, во второй половине Х1 - начале Х11 в. - 10 м, в конце Х11 -первой половине Х111 в. - 16 м26.

Деревянные конструкции внутри валов, предохранявшие их от осыпания в виде бревенчатого наката или плетня между столбами прослежены на ряде городищ Прикамья. На Дондыкаре в бассейне р. Чепцы А.П. Смирновым выявлено, что с внутренней стороны вала была возведена стена из бревен, закрепленных вертикальными столбами, которая предохраняла насыпь от расползания. По верху вала шириной основания 5 м и высотой 1,23 м шел тын-частокол из столбов, окружавший по периметру всю площадку27.

На Лаврятском и Назаровском городищах между двумя рядами частокола и плетнем была засыпка из щебня и глины, бревенчатый накат с подсыпкой со стороны площадки выявлен в валах Рождественского и Родановского городищ, на Редикорском городище бревенчатый накат образовал два уступа, засыпанных глиной. Валы Саламатовского и Лаврятского городищ в основании были укреплены выкладкой из камней. По гребням валов шли частоколы из бревен (Анюшкар, Редикор) и такой же частокол по краям площадок28. Стенка из горизонтально уложенных бревен для укрепления внутренней стенки вала, по верху вала столбы от частокола отмечены на Верх-Саинском городище29. Следы укреплений типа частокола или плетня, укреплявшего склоны вала от осыпания, прослежены на Филипповском городище30.

Наличие внутривальных срубов предполагаются на городище Аламнер31, клетевые конструкции отмечаются в валу Чердынского городища32. Срубы шириной 3,5-4 м и длиной около 5 м были выявлены на Суваре, Тигашевском, Большетоябинском и других городищах33. Основу валов Владимира в Х в. составляли поставленные впритык друг к другу деревянные срубы, забитые землей34.

Следы аналогичных Иднакару внешних конструкций зафиксированы на раннем этапе Рождественского городища, где на гребне вала выявлен ряд ямок от столбов, укреплявших стенку из горизонтально уложенных бревен35. Такой способ возведения оборонительных сооружений изучен на древнерусских36 и булгарских городах домонгольского периода37, а аналогичная конструкция стен сохранилась в строительной практике удмуртов до настоящего времени38.

Приведенные сведения подтверждают развитие укреплений Иднакара и прикамских городищ в общем русле с булгарскими и древнерусскими, усиливают аргументацию об их развитии в русле градообразовательных процессов. С одной стороны, расширение площадок свидетельствует о значи-

тельном возрастании численности населения, с другой - о необходимости усиления фортификаций и имевшихся возможностях для реализации этой задачи. Реконструкция всей системы обороны городища запланирована на ближайшие годы в рамках отдельного проекта с участием сотрудников Удмуртского института истории, языка и литературы УрО РАН и Физико-технического института УрО РАН, Историко-культурного музея-заповедника «Иднакар», в результате выполнения которого будут разработаны универсальная методика геофизических исследований, ориентированная на восстановление планировки и детальное изучение структуры оборонительных сооружений, а также специализированные компьютерные технологии, позволяющие создавать трехмерные модели археологических объектов по геофизическим данным. Реализация этих задач существенно обогатит корпус источников для системных историко-культурных реконструкций в регионе.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Иванова М.Г. Иднакар - древнеудмуртское городище Иднакар IX-XIII вв.: монография. Ижевск, 1998; Белавин А.М., Крыласова Н.Б. Древняя Афкула: археологический комплекс у с. Рождественского. Пермь, 2008.

2 Голдина Р.Д., Пастушенко И.Ю. Оборонительные сооружения Верх-Саинского I городища // Международное (XVI Уральское) археологическое совещание. Пермь, 2003. С. 147-149.

3 Никитина Т.Б., Михеева А.И. Оборонительные сооружения Важнангерского городища // Удмуртской археологической экспедиции - 50 лет: материалы Всерос. науч. конф. Ижевск, 2004. С. 238-263; Никитина Т.Б., Михеева А.И. Аламнер: миф и реальность (Важнангерское (Мало-Сундырское) горнодище и его округа). Йошкар-Ола, 42006.

4 Иванова М.Г. Указ. соч.; Ее же. Оборонительные сооружения городища Иднакар: некоторые итоги и перспективы изучения // Тр. Камск. археол.-этногр. эксп. Вып. 5: Университет и историко-культурное наследие региона. Пермь, 2008. С. 148-153; Никитина Т.Б., Михеева А.И. Указ соч.; Белавин А.М., Крыласова Н.Б. Указ. соч..

5 Иванова М.Г. Указ. соч.

6 Журбин И.В. Геофизика в археологии: методы, технология и результаты применения. Ижевск, 2004; Его же. Геофизические исследования планировки и структуры средневекового городища Иднакар // Современные проблемы археологии России. Новосибирск, 2006. Т. 2. С. 355-357; Его же. Комплексные геофизические исследования оборонительных сооружений: методика изучения и интерпретации // Тр. II (XVIII) Всерос. археол. съезда в Суздале. М., 2008. Т. 3. С. 267, 268; ИвановаМ.Г., СтепановаГ.А. Использование компьютерных технологий в обработке культурного слоя городища Иднакар // Археология и компьютерные технологии: представление и анализ археологических материалов. Ижевск, 2005. С. 29-44; Иванова М.Г., Журбин И.В. Опыт междисциплинарных исследований древнеудмуртского городища Иднакар IX-XIII вв. // Археология, этнография и антропология Евразии. 2006. № 2 (26). С. 68-79; Иванова М.Г., Журбин И.В. Структура и этапы формирования городища Иднакар по результатам междисциплинарных исследований // Адаптация народов и культур к изменениям природной среды, социальным и техногенным трансформациям. М., 2009. С. 148-153.

7 Иванова М.Г., Журбин И.В. Исследования оборонительных сооружений городища Иднакар: методика формирования источника // Финно-угры - славяне - тюрки: опыт взаимодействия (традиции и новации): сб. материалов Всерос. науч. конф. Ижевск, 2009. С. 3-11.

8 Журбин И.В., Бобачев А.А., Зверев В.П. Комплексные геофизические исследования культурного слоя археологических памятников (городище Иднакар, IX-XIII вв.) // Археология, этнография и антропология Евразии. 2007. № 2(30). С. 114-124.

9 Иванова М.Г., Журбин И.В. Исследования оборонительных сооружений городища Иднакар. С. 4-7.

10 Журбин И.В., Смурыгин А.В. Пространственное моделирование археологических объектов по данным архео-геофизики (городище Иднакар, IX-XIII вв.) // Рос. археология. 2008. № 3. С. 45-54.

11 Матвеев С.Г. Отчеты о раскопках в Глазовском уезде Вотской автономной области в 1926-1929 гг. // Архив Института истории материальной культуры РАН. Ф.2. Оп. 1. № 155, 156, 176, 177. С. 3-5.

12 Журбин И.В. Комплексные геофизические исследования оборонительных сооружений. С. 267, 268.

13 Там же. С. 267.

14 Кириллов А.Н. Средняя линия обороны городища Иднакар: предварительные результаты исследования 2000 года // Материалы XXXIII Урало-Поволжской археол. студ. конф. Ижевск, 2001. С. 90-92.

15 Там же. С. 91.

16 Голдина Р.Д., Пастушенко И.Ю. Указ. соч. С. 148.

17 Оборин В.А. Коми-пермяки // Финно-угры Поволжья и Приуралья в средние века. Ижевск, 1999. С. 263.

18 Семенов В.А. Маловенижское городище Пор-кар // Средневековые памятники бассейна р. Чепцы. Ижевск, 1982. С. 27.

19 Оборин В.А. Указ. соч. С. 263.

20 Нигамаев А.З. Болгарские города Предкамья: Алабуга, Кирмень, Чаллы. Казань, 2005. С. 14, 15.

21 ЛеонтьевА.Е. Археология мери. (К предыстории Северо-Восточной Руси). М., 1996. С. 72-80.

22 Губайдуллин А.М. Фортификация городищ Волжской Булгарии. Казань, 2002. С. 87-91.

23 Рапопорт П.А. Очерки по истории военного зодчества северо-восточной и северо-западной Руси X-XV вв. // Материалы и исследования по археологии СССР. 1961. № 105. С. 26-31.

24 Леонтьев А.Е. Указ соч. 1996. С. 72-80.

25 Хузин Ф.Ш., Кавеев М.М. Исследования внутренней линии обороны Билярского городища // Военнооборонительное дело домонгольской Булгарии. Казань,1985. С.41-57.

26 Седова М.В. Суздаль в X-XV веках. М., 1997. С. 52-54.

27 Смирнов А.П. Дондыкарское городище // Тр. Научн. об-ва по изучению Вотского края. 1928. Вып.4. С. 27. Рис. 3.

28 Оборин В.А. Указ. соч. С. 263.

29 Голдина Р.Д., Пастушенко И.Ю. Указ. соч. С. 148.

30 Белавин А. М., Крыласова Н. Б. Указ. соч. С. 81, 84.

31 Никитина Т.Б., Михеева А.И. Оборонительные сооружения Важнангерского городища. С. 195.

32 Оборин В.А. Указ. соч. С. 263.

33 Губайдуллин А . М. Фортификация городищ Волжской Булгарии. Казань, 2002. С. 62 и др.

34 Древняя Русь. Город, замок, село. Археология СССР. М., 1985. С. 168.

35 Белавин А. М., Крыласова Н. Б. Указ. соч. С. 81, 84.

36 Древняя Русь. Город, замок, село. С. 168.

37 Губайдуллин А.М. Фортификация городищ Волжской Булгарии. Рис. 151.

38 Пинт А. И. К истории удмуртского жилища // На удмуртские темы: учен. зап. НИИ народов Советского Востока. М., 1931. Вып. 2. С. 76-98; Кириллов А.Н. Система обороны городища Иднакар: опыт компьютерной реконструкции // Археология и компьютерные технологии: представление и анализ археологических материалов. Ижевск, 2005. С. 47-54. Рис. 10.

Поступила в редакцию 01.04.10

M.G. Ivanova, doctor of history, professor

Interdisciplinary researches of fortification lines of the city Idnakar: structure and formation

The article deals with the results of the researching of three fortification lines in the Udmurt medieval city Idnakar in the evolutionary context of development the cities in Eastern Europe.

Keywords: Kama region, middle ages, city Idnakar, fortification lines, interdisciplinary researches, method of electro-metry, geophysics anomalities, shape and size model, city-shaping processes.

Иванова Маргарита Григорьевна, доктор исторических наук, профессор Учреждение Российской академии наук Удмуртский ИИЯЛ УрО РАН 426004, Россия, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 4 E-mail: adm@ni.udm.ru