Интерязык как промежуточная система в условиях билигвизма

находится принцип учета межкультурной специфики аргументации. Он диктует необходимость отбора таких аргументативных текстов, которые вызывали бы у студентов потребность сопоставления явлений своей и иноязычной профессиональных картин мира. Например, особенностей немецкого стиля аргументации при ведении переговоров, который характеризуется большей сухостью и педантичностью коммуникативного поведения, пристрастием немцев к точности выражения мыслей, строгой регламентации коммуникативного поведения и тщательности в обсуждении всех деталей интересующих их вопросов, приверженность к употреблению титулов. Кроме того, иноязычная аргументация характеризуется использованием специфических языковых средств - маркеров аргументации, характерных для выражения различных интенций говорящего в конкретных ситуаций делового межкультурного общения и свойственных представителям иной лингвокультуры. Использование таких текстов будет способствовать ознакомлению обучающихся с формами коммуникативного поведения, принятыми в иной деловой лингвокультуре. Сопоставление студентами норм и стереотипов речевого поведения в своем и иноязычном деловом социуме будет вырабатывать умение адекватно интерпретировать и принимать социокультурное многообразие партнеров, толерантное отношение к чужой культуре и, в целом, готовность и способность к сотрудничеству с зарубежными коллегами.

Итак, в данной публикации были определены и

методически обоснованы принципы отбора аргументативных текстов для обучения студентов устной аргументированной речи в процессе делового межкультурного общения. В целом были определены общие (принцип профессиональной направленности текстовых материалов, принцип аутентичности текстовых материалов, принцип коммуникативной ценности, принцип ситуативности текстовых материалов, принцип функциональности текстовых материалов, принцип информативности, принцип тематической направленности, принцип доступности, принцип эффективности текстов, принцип связности, цельности, логичности, смысловой завершенности текстов, принцип функциональности текстовых материалов, принцип информативности, принцип тематической направленности, принцип количественной достаточности, принцип соответствия текстов формируемому виду речевой деятельности) и частные принципы (принцип учета соответствия текстов выражаемым интенциям коммуникантов в процессе аргументации; принцип учета экстралингвистических факторов, обусловливающих аргументацию; принцип учета межкультурной специфики аргументации). Следование данным принципам будет способствовать эффективному отбору дидактического материала для целей обучения иностранному языку в неязыковом вузе в целом, а в частности - для подготовки будущих специалистов к устному аргументированному общению, осуществляемому в процессе межкультурного профессионального взаимодействия.

Статья поступила 3.03.2015 г.

Библиографический список

1. Дридзе Т.М. Язык и социальная психология. М.: Просвещение, 1980. 169 с.

2. Лапидус Б.А. Проблемы содержания обучения языку в языковом вузе. М.: Высш. шк. 1986. 144 с.

3. Зайкова И.В. Методика отбора и организации текстов для обучения студентов экономических вузов письменному специальному переводу (дополнительная квалификация, английский язык): дис. ... канд. пед. наук: 13.00.02. Иркутск,

2009. 229 с.

4. Фоломкина С.К. Текст в обучении иностранным языкам // Иностранный язык в школе. 1985. № 3. С. 18-22.

5. Халеева И.И. Основы теории обучения пониманию иноязычной речи (подготовка переводчиков). М.: Высшая школа, 1989. 238 с.

6. Morrow K. Authentic Texts in ESP / English for Specific Purposes. London, 1977. 136 p.

УДК 81'1

ИНТЕРЯЗЫК КАК ПРОМЕЖУТОЧНАЯ СИСТЕМА В УСЛОВИЯХ БИЛИГВИЗМА

1 9

© И.П. Пугацевич1, Н.Н. Рогозная2

Иркутский национальный исследовательский технический университет, 664074, Россия, г. Иркутск, ул. Лермонтова, 83.

Описывается понятие «интерязык» как промежуточная система, образующаяся при контактировании родного и изучаемого иностранного языка в условиях билингвизма, описываются его свойства. Установлены причины возникновения интерязыков и объясняется их природа. Определено, что интерференция является результатом проявления защитной функции родного или ранее изученного языка. Понимание сути этого явления помогает анализировать сложный механизм языковых взаимодействий.

1 Пугацевич Инесса Петровна, старший преподаватель кафедры иностранных языков для технических специальностей № 2, тел.: 89245435463, e-mail: pugatsevich.inessa@yandex.ru

Pugatsevich Inessa, Senior Lecturer of the Department of Foreign Languages for Technical Specialties no.2, tel.: 89245435463, e-mail: pugatsevich.inessa@yandex.ru

2Рогозная Нина Николаевна, доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка и межкультурной коммуникации, тел.: 89149406577, e-mail:go9@istu.edu

Rogoznaya Nina, Doctor of Philology, Professor of the Department of Russian Language and Intercultural Communication, tel.: 89149406577, e-mail:go9@istu.edu

Ключевые слова: интерязык; билингвизм; двуязычие; бифуркация; синергетика; интерференция; сравнительно-исторический метод; типология языков.

INTERLANGUAGE AS AN INTERMEDIATE SYSTEM IN BILINGUALISM I.P. Pugatsevich, N.N. Rogoznaya

Irkutsk National Research Technical University, 83 Lermontov St., Irkutsk, 664074, Russia.

The article treats the concept of "interlanguage" as an intermediate system formed under the contact of the native language and the foreign language being learned under conditions of bilingualism. It describes the properties, causes and nature of interlanguage origin. It has been determined that interference manifests itself as a protective function of the native language or the one learnt earlier. Understanding of this phenomenon will help to analyze the complex mechanism of linguistic interactions.

Keywords: interlanguage; bilingualism; bifurcation; synergetics; interference; comparative and historical method; language typology.

Язык является одним из важнейших и совершеннейших средств общения между людьми, средством обмена информацией и мыслями, представляет собой довольно разностороннюю, но одновременно и хорошо организованную систему [9]. Как и все системы, язык имеет свой механизм. Он содержит, с одной стороны, единицы - фонемы, морфемы, слова, облаченные в материальную форму - звуковую оболочку, а с другой стороны, не существует вне системы и семантики. Система обладает целостностью, которая обусловлена строго закономерными отношениями единиц, входящих в ее состав. В этом смысле язык можно называть системой систем.

Наряду с понятием системы в языкознании широко используется понятие структуры. Наиболее правильным подходом в теории интерференции следует считать принципиальное различие в понимании понятий системы и структуры. Если считать, что система есть совокупность единиц, связанных определенными отношениями, то структура есть тип отношений, способ организации. Структура в данном случае выступает не как отдельная сущность, соотносимая с системой, а как атрибут последней, ее характеристика и функциональная особенность.

Другими словами, можно сказать, что структура обозначает понятие, нацеленное на совокупность связей и отношений, организующих элементы системы. Внутриуровневые отношения наблюдаются в системной организации, внеуровневые отношения - это структурные взаимоотношения [8].

Актуальность освещения данной темы в жанре статьи определяется тем, что в мире постоянно повышается интерес к изучению иностранных языков. Индивидуумы, приобщаясь к мировой культуре через прямое освоение иностранных языков, как никогда раньше испытывают необходимость решения рассматриваемых проблем, тормозящих изучение Я2 (неродного языка). Вопросы функционирования интеря-зыка (промежуточной системы) и связанных с ним отрицательных явлений настоятельно требуют анализа такого сложного явления, как интерференция.

Интерференция определяется ведущими лингвистами (А.А. Реформатский, В.А. Виноградов, Л.В. Щерба) как допущение билингвом в речи на неродном языке различных неточностей по отношению к нормам изучаемого языка под влиянием родного. Термин «ин-

терференция» произошел от лат. Inter (между) + ference (несущий, переходящий), означает взаимное усиление или ослабление волн (звуковых, электромагнитных, оптических, радиоволн) при их наложении друг на друга.

В условиях недостаточности иноязычного кода лакуны естественным образом заполняются структурами родного языка. Однако интерференция с Я2 является не менее, а в некоторых ситуациях и более значимой. Можно считать, что интерференция является вторжением элементов одной языковой системы в другую при языковом контакте, а итог этого вторжения может быть как положительным, так и отрицательным, и интерференцией является результат проявления защитной функции родного языка [7].

Систему языка можно представить в виде некоего каркаса, существующего во всех языках и имеющего универсальный характер. В этом смысле все языки похожи, как, например, микросхемы для компьютерного ряда. Вот почему использование термина «языковая интерференция» становится сомнительным. В системе самого языка не может функционировать интерференция, поэтому использование данного термина ведет к неразличению таких понятий, как язык и речь.

Как только язык выходит из жестко структурированной системы, он приобретает функциональность -речь, существующую в двух видах, - письменном и устном. Функциональный аспект речи характеризуется структурными особенностями каждого языка, который представлен различно. Таким образом, нам необходимо признать использование термина «типология структурных языков», поскольку различие заключается в структуре.

Говоря о сходстве языков, правомерно иметь в виду систему, а говоря об отличиях - структуру. Вот почему, когда говорят, что языки схожи по тем же параметрам, по которым они отличаются, понимают сходство в отношении системы, но различие в отношении структуры [5].

Кроме того, необходимо учитывать тот неоспоримый факт, что лингвистическое многообразие структур - уникальный фактор, значение которого недооценивается в теоретическом и практическом освоении языков.

Так, например, В.А. Маслова считает, что «при

изучении данного вопроса следует учитывать типологические исследования, которые могут проводиться как в сфере отдельных подсистем, так и отдельных уровней языков (к примеру, в области фонологических, морфологических, лексических), так и типологии слова» [4]. Этого же мнения придерживается специалист по социолингвистике З.У. Блягоз, который утверждает, что «для процесса обучения иностранному языку основное значение имеет определение типологически важных структурных отличий иностранного языка от родного языка». Например, по его словам, сравнительная типология русского и английского языков имеет перед собой цель выявлять наиболее весомые типологические признаки русского и английского языков, описывать те приемы и методы, при помощи которых можно соотнести структуру данных языков [1].

Таким образом, мы убеждаемся, что одним из основных аспектов изучения языка в сравнительно-историческом языкознании является лингвистическая типология. Как известно, лингвистическая типология -это раздел языкознания, который изучает наиболее общие закономерности структуры языка в сопоставлении с другими языками с целью установления присущих им особенностей, установления сходства и различия между языками и объединение их в типологические классы.

Несмотря на то, что история типологических исследований начинается с первой половины XIX века, следует отметить, что до ХХ века типологические исследования не были объектом специального систематического самостоятельного научного направления. В то же время известно, что история становления и развития лингвистической типологии связана с изучением сравнительно-исторического языкознания XIX в. Основным объектом сравнительно-исторического языкознания было сравнение языков или групп родственных языков, поэтому типологическое сравнение языков тесно связано с классической компаративистикой и является одной из составляющих при сравнении языковых систем в целом.

Первым представителем сравнительно-исторического языкознания в России является А.Х. Во-стоков (1781-1864). В начале XIX века он опубликовал «Рассуждение о славянском языке», в котором рассматриваются вопросы о периодизации истории славянских языков и их месте среди индоевропейских языков.

Основоположник отечественного сравнительно-исторического языкознания Ф.И. Буслаев (1818-1897) считал, что язык является «средством приобретения» мысли, в нем отражается вся жизнь народа. Он провозглашал необходимость сравнительно-исторического изучения родного языка и усвоения его основных правил. В своих трудах Ф.И. Буслаев сопоставляет факты старославянского, современного русского и других индоевропейских языков [2].

В ХХ веке различные методологические и теоретические принципы концепции И.А. Бодуэна де Курте-нэ повлияли на становление и развитие Петербургской школы, где его непосредственными учениками были Л.В. Щерба, В.В. Виноградов, С.И. Бернштейн и

др. Они понимали язык как движение коллективного мышления, как языковую деятельность непрерывного процесса. В целом, происходило развитие целевого подхода к языку, который стал впоследствии основным в Пражской лингвистической школе. Разделяя описательное и историческое языкознание, русисты отводили преимущественную роль первому [6].

Необходимо отметить, что антропоцентричный подход к описанию языка, утвердившийся в последние годы в лингвистической науке, и личностно-ориентированный подход к обучению иностранным языкам поставили в центр внимания исследователей личность говорящего, его индивидуальные когнитивные механизмы, мотивации, стратегии общения и коммуникативные компетенции. В связи с этим все больший интерес вызывают исследования в области интерязыка. Термин, введенный Л. Селинкером в 1972 году, означает промежуточный язык, который формируется в сознании обучающегося иностранному языку, более или менее далеко отстоящий от естественного языка в том виде, в котором он присутствует в сознании его носителей. В зарубежной и российской лингвистике феномен интерязыка подвергается все более детальному анализу, однако среди лингвистов нет полного согласия в трактовке самого понятия.

В современной лингводидактике является бесспорным тот факт, что обучение второму языку должно осуществляться через родную культуру и родной язык, вот почему исследование языковых контактов -одна из важнейших задач современного языкознания.

Возникает необходимость решения проблемы, которая затрагивает тему взаимодействия языков и различных форм двуязычия и многоязычия. Ввиду того, что государства и народы постоянно вступают в экономические, политические, военные, культурные и иные отношения, данные взаимодействия приводят к контактированию народов и их языков и к возникновению форм двуязычия. Поскольку в основе двуязычия лежит языковой контакт, естественно, внимание лингвистов больше всего обращено на изучение билингвизма.

Важно отметить необходимость рассмотрения таких понятий, как двуязычие и билингвизм. По мнению ряда ученых, данные понятия означают одно и то же, но они не являются зеркальным отражением друг друга.

Двуязычие - это результат функционирования языкового контакта, представляющего собой сложную форму развития языковой системы в языковом сознании социально адаптированной билингвальной личности [5, с. 29].

Говоря о процессе исследования двуязычия, необходимо учитывать психолингвистические, индивидуально-психические, когнитивные и социально-идеологические аспекты. В современном мире двуязычие приобретает массовый характер.

Трансформация общественных отношений контактирующих наций и народностей приводит к возникновению двуязычного индивидуума, двуязычной группы, прослойки, народности, нации. Это важное социолингвистическое явление характеризуется уровнем фор-

мирования и владения Я2 [5, с. 30].

О.С. Ахманова, Е.М. Верещагин, У. Вайнрайх, В.Н. Ярцева, Д.Н. Ушаков определяют двуязычие как знание двух языков и одинаковую степень владения ими.

Согласно теории лингвистической бифуркации (термин «бифуркация» произошел от латинского слова ЬИигсиБ, означает раздвоенный или раздвоение, разделение, разветвление чего-либо), двуязычие -это социальный аспект использования двух языков на равноправном государственном уровне, на официальном рабочем уровне, а также на уровне языковых контактов широкого круга социальных групп [5, с. 26].

Важно отметить, что изучение двуязычия как контактного процесса, который осуществляется в речевой деятельности билингва, началось с трудов Л.В. Щер-бы. Понятие «смешение языков» Л.В. Щерба считал одним из самых неточных в лингвистике и предполагал, что, может быть, его и не нужно внедрять в число лингвистических понятий.

Теория двуязычия превратилась в самостоятельное направление, в котором перекрещиваются интересы многих наук. Двуязычие чаще всего рассматривается как явление социального плана, характеризующее языковую ситуацию, в отличие от языковых контактов, характеризующих языковые отношения. Интерес к различным аспектам двуязычия и других типов многоязычия не ослабевает в связи со значительной ролью языковой политики в современном обществе. Практически нет ни одной страны в мире, в которой не возникали бы различные вопросы, связанные с языковой ситуацией, языковыми контактами. Несомненно, что языковое взаимодействие реализуется через процесс коммуникации. Таким образом, методологические положения теории коммуникации будут релевантны в будущем для изучения билингвизма как научного явления.

Двуязычие имеет социальный аспект и локализуется в общественных отношениях, а билингвизм представляет собой языковую способность личности и локализуется в коре головного мозга. Билингвизм включает в себя лингвистический, психолингвистический, социолингвистический аспекты исследования с точки зрения билингвальной личности [5, с. 39].

Как научная проблема билингвизм начал складываться в конце XIX века, но как социальное явление имеет истоки, уходящие еще в античный мир: смешение языков завоевателей и побежденных на завоеванных территориях. Неоспоримым становится тот факт, что именно социальные причины пробудили интерес к установлению коммуникативного баланса в том или ином этносоциуме. С развитием лингвистической мысли с конца XIX века билингвизм становится предметом рассмотрения теории языкознания.

На современном этапе под билингвизмом следует понимать существование в сознании индивидуума более чем одного языка, т.е. родного и еще какого-то количества знаний, умений и навыков неродного, иностранного.

Билингвизм становится современной нормой коммуникативного общения. При контактировании двух (и

более) лингвистических систем возникают разные явления, в том числе такие, как интерференция. Промежуточная система, наблюдающаяся при субордина-тивном билингвизме, получила название «интерязык». Целостный подход как система помогает вычленить весь цикл функционирования билингвизма: билингвизм (контактирование двух и более лингвистических систем) - интерязык (промежуточная система) - интерференция - акцент.

Два последних понятия обладают психолингвистической независимостью: интерференция локализована в говорящем индивидууме, а акцент - в слушающем. Интерязык представляет собой универсалию и имеет много общего с естественным языковым устройством, его эволюцией и совершенствованием [5, с. 41].

О.А. Колыхалова считает, что все обучение иностранному языку - есть обучение интерязыку. Интеря-зык по своей сути индивидуален, это продукт, который безусловно формируется в языковом сознании говорящего на основе входящей информации. Не вполне оправданной кажется концентрация внимания на ошибочности либо недостаточности того языкового кода, который несет в себе интерязык [3, с. 27].

Некоторые исследователи интерязыка определяют его как конструкт, возникающий на пути перехода от родного к иностранному языку. Из этого следует, что совершенно неоправданно говорить о переходе от родного языка к иностранному, поскольку иностранный язык ни в коей мере не призван заменить родной. Можно говорить лишь о переносе языкового опыта, о попытках концептуализации и систематизации с опорой на предыдущий опыт, в котором ключевую роль играет родной язык, но не менее важным является и опыт изучения других иностранных языков.

Н.Н. Рогозная в своей монографии «Билингвизм. Интерязык. Интерференция» указывает на аксиологический аспект интерязыка, который приобретает в современном социуме все большую значимость. На наш взгляд, важной представляется точка зрения о том, что интерязык - это новая лингвистическая система, характеризующаяся несовершенным владением Я2, т.е. знанием на уровне субординативного билингвизма, стремящегося к координативному существованию двух языковых систем. Вот почему коорди-нативный (совершенный) билингвизм - явление редкое, а субординативный - распространенное. Несомненным остается тот факт, что у индивидуума, на определенном этапе формирования навыка, мотивация к изучению языка ослабевает под давлением различных лингвистических и нелингвистических факторов [5].

Феномен интерязыка заключается в том, что он существует столько, сколько существует родной язык и близко контактирующий с ним иностранный. Он формируется на базе первичной лингвистической системы (родной язык), впитывая в себя другой (неродной язык). Нельзя не согласиться с утверждением лингвистов, что изучение интерязыка как промежуточной лингвистической системы является важной и актуальной проблемой. Интерязык следует понимать

прежде всего как индивидуальную систему, находящуюся в состоянии промежуточной компетенции, локализующуюся между родным и изучаемым неродным языком. Таким образом, можно считать, что для лингвиста интерязык представляет интерес не потому, что он ошибочен или недостаточен, а потому, что он де-

монстрирует способность развиваться в соответствии с законами в некоторой степени специфическими, но и во многом сходными с законами развития естественных языков.

Статья поступила 18.02.2015 г.

Библиографический список

1. Блягоз З.У. Двуязычие: сущность явления, формы его существования. Интерференция и ее разновидности. Майкоп: РИО Адыгейского ГУ, 2006. 150 с.

2. Верещагин Е.М. Психологическая и методическая характеристика двуязычия (билингвизма). М.: Изд-во МГУ, 1973. 19 с.

3. Колыхалова О.А. Социокультурные и философские аспекты билингвизма: дис. ... докт. филос. наук: спец. 10.02.01 «русский язык». М., 1999. 44 с.

4. Маслова В.А. Введение в лингвокультурологию. М.: Академия, 2001. 208 с.

5. Рогозная Н.Н. Билингвизм. Интерязык. Интерференция :

монография. Иркутск: Изд-во ИрГТУ, 2012. 172 с.

6. Розенцвейг В.Ю. Языковые контакты: Лингвистическая проблематика. СПб.: Наука, 2002. 80 с.

7. Супрун А.Е. Два типа двуязычия, транспозиция и интерференция // Русский язык в национальной школе. 1974. № 5. С. 6.

8. Термины и понятия: Морфемика. Словообразование: словарь-справочник / составитель Т.В. Жеребило. Назрань: ООО «Пилигрим». 2011.

9. Щерба Л.В. К вопросу о двуязычии. Языковая система и речевая деятельность. Л.: Наука, 1974. 656 с.

УДК 34

ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ НАЧАЛА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ И ПЛАНОВЫХ ОРГАНОВ (ВСНХ И СТО) В ИРКУТСКОЙ ГУБЕРНИИ В 1920-1927 ГОДАХ

© М.А. Сафонов1

Сибирская академия права, экономики и управления, 664025, Россия, г. Иркутск, ул. Сурикова, 21.

На основе материалов фондов Государственного архива Иркутской области, рассмотрена деятельность хозяйственных и плановых органов в Иркутской губернии в 20-е годы прошлого столетия. Отображена структура государственных органов, определяющих уклад экономической жизни губернии, а также раскрыты некоторые характерные черты работы плановых комиссий в местных условиях. Рассмотрен ряд нормативно-правовых актов, на основании которых функционировали структуры ВСНХ и СТО в Иркутской губернии. Отслежены соответствующие изменения в госаппарате на протяжении ряда лет, сделаны определенные выводы относительно эффективности и целесообразности тех или иных нововведений. Особое внимание уделено непосредственно работе губернской плановой комиссии, дана оценка ее вклада в развитие народного хозяйства, а также в становление плановой системы в губернских и всесоюзных масштабах.

Ключевые слова: история государства и права; советский государственный аппарат; госплан; НЭП; плановая комиссия; планирование; районирование; Иркутская губерния.

ORGANIZATIONAL AND LEGAL PRINCIPLES OF ECONOMIC AND PLANNING BODY ACTIVITIES (THE SUPREME ECONOMIC COUNCIL AND THE SOVIET OF LABOR AND DEFENCE) IN THE IRKUTSK PROVINCE IN 1920-1927ies M.A. Safonov

Siberian Academy of Law, Economics and Management, 21 Surikov St., Irkutsk, 664025, Russia.

On the basis of the Irkutsk region State Archives materials, the paper considers the activities of economic and planning bodies in the Irkutsk province in 1920s. It describes the structure of the government bodies that determined the economic life order in the province and discusses some characteristic features of Planning Commission operation in local conditions. Consideration is given to a number of legal acts regulating the activities of the Supreme Economic Council and the Soviet of Labor and Defence in the Irkutsk province. Having examined the changes occurred in the state apparatus over the years, the paper draws conclusions on the effectiveness and appropriateness of various innovations. It also focuses on the activities of the Provincial Planning Commission, evaluating its contribution to both the development of national economy and formation of the planning system in provinces and all over the Soviet Union.

Keywords: history of State and Law; Soviet state apparatus; National Planning Committee; NEP (New Economic Policy); Planning Commission; planning; zoning; Irkutsk province.

1Сафонов Михаил Александрович, аспирант, e-mail: leftfordeadmoe@mail.ru Safonov Mikhail, Postgraduate, e-mail: leftfordeadmoe@mail.ru