Многонациональная культура Оренбуржья как исторически сложившийся феномен

МНОГОНАЦИОНАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА ОРЕНБУРЖЬЯ КАК ИСТОРИЧЕСКИ СЛОЖИВШИЙСЯ ФЕНОМЕН

В статье рассматриваются пути и формы сложения этнокультурного своеобразия Оренбуржья. Традиционная культура характеризуется не только как исторический срез, но как единый комплекс ее основных качеств - материальных и духовных, сохранившихся до настоящего времени.

Южное Приуралье исторически формировалось как многонациональный регион. В результате длительного воздействия различных факторов - окружающей среды, хозяйственной деятельности, естественных миграций, завоеваний, колонизации и т. д. - этнический облик Оренбуржья приобрел благодаря самобытности традиционной культуры неповторимую ценность, выделяющуюся в масштабах нашего многонационального государства.

Оренбургский край длительное время был воротами из Азии в Европу, через которые прошли гунны, сарматы, скифы, татаро-монголы и многие другие этнические общности. Не меньшую значимость имели процессы, происходившие в период интенсивного заселения региона с 30-х годов XVIII века в течение последующего столетия. Благодаря уникальному геополитическому положению на стыке Европы и Азии, активной роли государства в заселении Оренбуржья, оно стало местом интенсивного этнокультурного взаимодействия разных групп населения, регионом с устойчивой толерантностью в этноконфес-сиональном плане. Вполне возможно, что свою лепту в эту важнейшую характеристику края внесло формирование в течение столетий культурогенеза и этнической карты этого юго-восточного региона России.

В настоящее время Россия по уровню полиэтничности более чем в три раза превышает мировой показатель: многонациональным признается государство с 5 % индексом иноэтнического населения, у нас он равен 17 %. В Оренбургской области по данным последней переписи 2002 года зафиксировано 119 национальностей из 140 указанных в результате опроса населения страны. Шесть самых больших национальных групп населения - русские, татары, казахи, украинцы, башкиры, мордва - имеют в своем составе

от 52,4 тысяч до 1,6 миллиона человек [1]. Указанные народы, входящие в наиболее крупные этнические общности - славянскую, тюркскую и финно-угорскую, - оказали значительное влияние на этнокультурную и эт-ноконфессиональную характеристики региона. Попробуем, опираясь на исторические факты, установить их вклад в формирование культурного контекста традиционной жизнедеятельности населения Оренбургского края.

Русские и украинцы имеют в составе многонационального населения Оренбуржья наибольшую численность. Они появились здесь в ходе естественного поступательного движения на восток уже в XVI веке, когда берега вольного Яика осваивались первыми казачьими ватагами. Их городок, основанный в устье реки Илек - Кош-Яик - стал первым славянским поселением в пределах современной Оренбургской области, положившим начало складыванию славянского этнокультурного мира. Государственная инициатива, проявившаяся в строительстве в XVI веке в Заволжье городов и укрепленных оборонительных линий защиты от набегов кочевников, повлекла перевод служилого и земледельческого населения из центральных регионов страны. В этот же период появляется восточнославянское, в основном русское, население и на территории современной Башкирии. Наиболее важными вехами славянского освоения Урала в XVI столетии следует считать начало присоединения Башкирии к России (1554); открытие гор Южного Урала русскими (1555); основание и заселение города Уфа (1574); появление казачьих отрядов на Яике (1580). Образование первичного яицкого казачьего войска закрепило юго-восточные границы Российского государства и открыло пути для заселения заволжского «дикого поля».

Следующим значимым этапом в истории Оренбургского края и заселении его славянами становятся 30-е годы XVIII века. Добровольное вхождение Младшего казахского жуза с состав Российского государства потребовало от правительства новых мер по сооружению по Яику укрепленной пограничной линии и строительству административного центра отдаленного региона - города Оренбурга. Созданная в связи с этим Оренбургская экспедиция способствовала не только заложению Оренбурга, но и основанию крепостей по Яику, Самаре и Сакмаре. Украинская составляющая в переселенческом движении этого периода стала достаточно мощной. Так, именно украинские казаки из «черкасской породы» считаются первопоселенцами Илецкого городка, основанного в 1737 году в устье р. Илека при впадении его в Яик на левом берегу. В 1739-1740 гг. по разрешению Сената в край прибывает большая партия «охотников (добровольцев) из Малой России». Переселенцы заселяют крепости (Чернореченскую, Татищевскую, Красносамарскую и др.) и редуты (например, Нежинский) Оренбургской линии. Таким образом, к 60-м годам XIX века на территории Оренбуржья существовало 12 населенных пунктов с украинским населением, хотя в большинстве поселений славянское население было смешанным. Первая Всеобщая перепись населения Российской империи (1897) зафиксировала на территории Оренбургской губернии 70,4 % русских и 2,6 % украинцев.

Общим в жизни славянского социума Оренбуржья были особенности быта, календарной и семейной обрядности, основанные на ценностях православной культуры. Рассмотрим в качестве примера народный календарь, который издревле был не простым численником, а явлением, сориентированным на сбережение разнообразных знаний о человеке, обществе, на рациональное природопользование. Как явление социума, календарь определялся его потребностью - внутренним состоянием этноса и его природного окружения. Нельзя не согласиться с мудрым замечанием известного русского писателя В.Белова о том, что «годовая система праздников и почти каждый день недели прочно увязаны,

«утрясены» с природой и с трудовым циклом» [2]. Естественная необходимость праздников, соотнесенная с рабочими буднями, создавала законченность годового и жизненного круга, становилась возможностью бесконечного движения. Безусловно, время вносило свои коррективы, каждая эпоха накладывала свой отпечаток на календарь, как и на все сферы жизни, но именно сохранение обычаев и традиций, на наш взгляд, становилось связующей нитью времен, залогом сохранения духовности и - соответственно - самого социума. Сопоставление традиционной русской (уральской казачьей) и украинской культур позволяют сделать вывод об их общности и православной основе.

По календарю, введенному Петром I, год открывался январем, а годовой солнцеворот - важнейшим по значимости праздником -Рождеством Христовым. Предшествовал Рождеству не очень строгий четырехнедельный пост, который завершался Сочельником, который точнее следовало бы назвать «Сочев-ником» (от «сочива» - распаренной или просто размоченной пшеницы, главного блюда кануна праздника). И пусть стол в Сочельник не ломился от скоромных яств, праздник ощущался в особой чистоте жилища, нарядности одежды, исконной сути тихого семейного торжества, обращенного как бы вовнутрь самого человека, очищающегося постом, молитвами в ожидании Рождения Спасителя [3].

Рождеством начинался своеобразный отсчет праздничных дней - Святок, когда до самого Крещения шло безудержное веселье с ряжеными, гаданиями, озорством, не мыслимым в обычные дни. «Только молодежь за станицей шумит, с гор катается, придумывает, что сотворить нового, у кого сани со двора укатить, у кого дверь водой облить и заморозить, чтобы утром не открылись хозяева...» [4]

Записи рождественского цикла, сделанные в фольклорных экспедициях 1989-2000 гг. в селах с украинским населением - Була-ново и Кардаилово - близки описаниям русских традиций [5]. «Празднование Рождества в Кардаилово начиналось с вечера в Сочельник - мать приготавливала «кутью» - из крупы, кишмиша и меда . Дети несли «кутью» по родне и близким: входя в дом, детишки

кланялись и говорили: «Тятька и мамка прислали кутью вечерить». Родные пробовали кутью ложкой и давали детям мелкие деньги. Утром шли славить Христа детишки и молодежь, пели тропарь и кондак: «Рождество Твое, Христе Боже наш.» Принято было колядовать - петь колядки и щедровки (пожелания на будущее), получая за это угощение или деньги. Дети веселились на снежных горках, импровизированных каруселях, часто к ним присоединялась молодежь.

Из тюркских народов в Оренбургском крае первыми отмечены в письменных источниках X века башкиры, южным пределом кочевий которых, возможно, были реки Самара и Сакмара. Начало освоения региона российским государством, деятельность Оренбургской экспедиции вызвали беспокойство местного башкирского населения, не без основания опасавшегося отторжения лучших башкирских земель, богатых лесом и полезными ископаемыми. Вспыхнувшие в крае башкирские восстания продолжались с перерывами с 1735 по 1740 гг. Административные действия начальников экспедиции -И. К. Кирилова, В. Н. Татищева, В. А. Урусова, И. И. Неплюева - методами «кнута и пряника» подтолкнули башкир к активному участию в Крестьянской войне 1773-1775 гг. под руководством Е. И. Пугачева. Введенная в 1798 г. кантонная система управления, превратившая башкир в военно-казачье сословие, ликвидировала остатки башкирского самоуправления. Башкиры, расселившиеся в основном в Уфимской и Оренбургской губерниях, прошли определенный этап хозяйственной, социально-экономической и культурной интеграции в российское пространство. Переход башкир к оседлости и земледелию начался в первой половине XIX в. Процесс этот был закреплен строительством новых крепостных линий, окончательно разделивших и изолировавших башкир от казахов Букеевс-кой Орды и калмыков. Однако было бы неверным утверждать, что этнические взаимосвязи башкир и казахов прервались. Оба народа сближали общность родов и племен, религии, сходство хозяйственных занятий, внутриэтнической структуры, время перехода на оседлое жительство, распространен-

ность смешанных браков, совместные выступления в антифеодальных движениях.

Но, пожалуй, наиболее ярким примером сходства развития этих тюркских племен, общности семантического смысла их материальной и духовной культуры является юрта. В строении традиционного жилища кочевников прослеживается параллель с образно-концептуальной моделью мира, сближающей как с макрокосмосом, так и с родовой общиной. Поэтому шанырак - верхний круг каркаса юрты - становился семейной реликвией, передаваемой из поколения в поколение как святыня.

Заселение территории современной Оренбургской области татарами происходило при активном участии российского государства, в рамках правительственной колонизации края. При этом учитывались как интересы государства, так и наличие у татар богатого опыта ведения торговли, древних традиций ремесленного производства, близость языка, религии, культуры с тюркскими народами, уже освоившими юго-восточные окраины страны. Сравнительно поздняя миграция татар в Оренбургский край, география мест исхода, направление потоков переселения объясняются разными причинами: геополитическими условиями региона, потребностями динамично развивающейся окраины, ухудшением социально-экономического положения татарских крестьян в Среднем Поволжье [6].

Культура тюркских народов, ее широта и разноплановость являются одной из ведущих составных частей отечественной духовности. Соседствуя на протяжении веков, татары и башкиры смогли сохранить некоторые уникальные черты своей материальной и духовной культуры, полученные ими в наследство от предков. Это проявляется в сохранении традиций семейной обрядности, народного костюма, богатого поэтического наследия, впитавшего ценности исламской философии. Образцом благотворительности считалась основанное в Оренбурге братьями Хусаиновыми медресе, получившее название «Хусаиния».

Но не замыкалась каждая этническая общность на самой себе. Незримыми нитя-

А. Васильченко гобелен - Бабье лето - 1998

Музей народов Башкортостана в Юматово

ми связывалось прошлое и настоящее, традиции коренных народов и пришлых. Так, ткацкий стан татар и башкир уральского региона начала ХХ века имел традиционную конструкцию рамного типа, характерную для русского населения. Сходство технологии, виды узорного ткачества наталкивают на мысль о возможных заимствованиях.

Нельзя в этой связи не сказать о богатейшем собрании образцов материальной культуры народов, проживающих в Башкортостане, представленных в частном музее С.А. и Н.С. Зыряновых. Находится он на станции Юматово под Уфой. Экспозиции размещены в пространстве интерьеров украинской хаты,

Соломенная кукла А. Коренной

Оренбургская военная игрушка В. Бешенцева

русской крестьянской избы, башкирского дома... Богатством и подлинностью, тщательностью в подборе коллекций этот музей, на наш взгляд, может соперничать с лучшими этнографическими собраниями страны.

Из финно-угорских народов, проживающих в Оренбуржье, достаточно многочисленным этносом является мордва. В числе наиболее важных причин, вызвавших миграцию мордвы на отдаленные от мест исконного проживания этого народа южноуральские земли, следует назвать растущее притеснение со стороны властей, захват мордовских земель помещиками и монастырями, насильственную христианизацию. Так же, как и для

других этносов, для мордвы было характерно заселение определенной зоны региона -лесостепной. В миграционном потоке постепенно увеличивалась смешанность мордовского населения с другими народами, главным образом с русским. К 60-м годам XIX века в Оренбургской губернии сформировался целый ряд русско-мордовских населенных пунктов. Этнические границы расселения мордвы с середины XIX века до второй половины 20-х годов следующего столетия мало изменился. В современном Оренбуржье насчитываются десятки сел, в которых живут мордва, чуваши, русские, татары, казахи. Основная же масса смешанных сел - русско-мордовские. Уменьшение численности мордвы за межпериписные периоды 1970-1989 и 19892002 ученые объясняют ее обрусением. Основными причинами этого процесса принято считать дисперсность расселения, значительную удаленность от основной этнической территории, межнациональные браки, овладение русским языком как родным, урбанизацию.

Историческая близость с русским и другими соседними народами ярко проявилась в традиционной народной культуре. Так, интерьер мордовской избы мало чем отличался от интерьера русского крестьянского жилища: те же широкие пристенные лавки, та же планировка, по которой печь располагалась в одном из углов возле двери, устьем обращенная к окнам передней стены. Красный угол находился против двери по диагонали от печи. А вот дощатый настил, занимавший простенок от печи до задней стены, больше напоминал татарские нары. Так же, как и у других народов России, традиционный тип жилища, обстановка мордовской избы почти полностью исчезли, «растворились» в современных представлениях о красоте и удобстве.

Но так ли безысходна печаль о прошлом народного искусства, о подлинных его ценностях, о важных культурно-исторических приметах как нравственно-эстетических координатах человеческой истории? Может, все-таки природа народного бытия является основой жизнеспособности образного языка, новых художественных достижений народно-

го искусства? Возьмем, к примеру, визитную карточку Оренбуржья - пуховый платок. Промысел, который возник как естественное отражение бескрайности степных, продуваемых всеми ветрами просторов. Рукотворное чудо казачки Марии Усковой, сопровожденное кратким описанием, что «изделия сего рода производятся повсеместно в Оренбургском крае», покорило на всемирной выставке 1862 года Старый свет. А столетием раньше кропотливый труд жены «Колумба истории Оренбургской» П. И. Рычкова - Алены Де-нисьевны был удостоен признания российской столицы и золотой медали Вольного экономического общества [7]. С тех пор минуло много лет, но промысел жив, не смотря ни на что! А на основе старинного ажурного плетения оренбургских мастериц возникла современная уникальная техника декоративно-прикладного искусства Аллы Васильченко.

Вполне возможно, что совсем не случайно в селе Кардаилово стараниями местного краеведа и художника Валерия Бешенцева «родилась» оригинальная глиняная игрушка [8]. Военная тематика творений мастера в об-щем-то не удивительна в казачьем регионе. Чудо же в том, что методом проб и ошибок, долгих поисков материала, форм появилось произведение современного народного искусства. Проблемы возрождения почти забытых форм бытовой народной культуры вызывают неоднозначную оценку, а, подчас, и ожесточенные споры искусствоведов и ученых: может ли быть носителем творческого наследия народа современный промысел, особенно в тех регионах, где прежде его не было.

Позволим себе привести еще один пример: на конференции школьников области, проводимой на базе ОГУ в апреле 2007 года, была представлена на секции «Краеведение» необычная работа. Ее автор - шестиклассница из Тюльгана Анюта Коренная - продемонстрировала несколько разных образцов рукотворной куклы. Казалось бы, что может быть проще и обыденней такой игрушки?! Ведь все мы родом из детства. Анюта же заставила аудиторию вернуться не просто в детство, но в прошлое, представляя куклу из соломы. Когда-то такую забаву могла изготовить любая деревенская мать для своего ребенка, а большие соло-

менные куклы-чучела были непременным атрибутом масленичных гуляний. Теперь Масленицу чаще называют «Проводами зимы», когда на потеху праздной публики предлагается стандартный набор развлечений, достаточно далекий от подлинной народной традиции. Но она все-таки жива, и совсем немного, оказывается, надо, чтобы вспомнить!

Оренбуржье, действительно, уникальный регион. Не только страницами своей непростой многовековой истории, но в большей степени разноцветьем национальных

культур. Открытие летом этого года украинского, башкирского, казахского подворий в культурно-развлекательном комплексе «Национальная деревня» стало значимым событием в жизни города, области, всего южноуральского региона. Хочется надеяться, что национально-культурные центры, диаспоры Оренбуржья приложат все усилия по воссозданию подлинной культуры своих народов, что поможет приобщиться каждому к своим истокам, разрушить в себе самом комплекс «Ивана, не помнящего родства».

Список использованной литературы:

1. Региональная этнокультурная политика, межэтнические и этноконфессиональные отношения в Оренбуржье. Ежегодный доклад, 2004. - Оренбург, 2005.- С. 33.

2. Белов, В. Лад /В. Белов.- М.: Молодая гвардия, 1982.- С. 220.

3. Ким, Г. П. Календарные обряды уральского казачества /Г. П. Ким //Русский народ. Традиции. Культура. Материалы межрегиональной научно-практической конференции. - Оренбург, 2003. С. 38-50; ее же. Праздники и обряды годового круга. Уральское казачество //Очерки традиционной культуры казачеств России. - Москва-Краснодар, 2005. Т. 2. С. 158-170.

4. Ялфимов, А. П. На запольной реке /А. П. Ялфимов.- Уральск, 2001.- С. 56.

5. История заселения, быт, обычаи и обряды украинских переселенцев на Оренбургской земле /Сост. Т. Ю. Скопинцева.-Оренбург, 1997.- С. 19-20; Скопинцева, Т. Ю. Святочные развлечения крестьянской молодёжи в оренбургских сёлах (по записям в экспедициях 1990-2000 гг.) //Этнополитические процессы в трансформирующемся российском обществе: материалы межрегиональной научно-практической конференции. - Оренбург: Изд. Центр ОГАУ, 2005.- С. 336-344.

6. Денисов, Д. Н. История заселения и этнокультурное развитие татар Оренбургского края (XVIII - начало XX вв.): автореф. дис. ... канд. ист. наук./ Д. Н. Денисов. - Оренбург, 2004.- С. 16.

7. Фролова, Е. Оренбургский платок /Е. Фролова //Чистый родник. - М.: Молодая гвардия, 1990.- С. 28-29; Уханов, И. Сказ о нетающем узоре /И. Уханов //Любовь и Восток. - М.: Московский писатель, 1994.- С. 332-333.

8. Найданов, Г. Подвижник, художник, интеллигент /Г. Найданов //Гостиный двор, 2000, № 8.- С. 214-216.