Эдуард Джавадов: «Тенденции будут усиливаться»

FARM ANIMALS №3,4 НОЯБРЬ - ДЕКАБРЬ 2013

ИНТЕРВЬЮ НОМЕРА

ЭДУАРД ДЖАВАДОВ:

«ТЕНДЕНЦИИ БУДУТ УСИЛИВАТЬСЯ

»

Интервью с директором ГНУ Всероссийский научно-исследовательский ветеринарный институт птицеводства

- Эдуард Джавадович, чем занимается возглавляемый вами институт?

- Сегодня институт занимается наиболее актуальными ветеринарными проблемами в области птицеводства. Вместе с завозом новых кроссов птиц к нам приходят новые болезни, в основном, вирусной этиологии.

Вместе с этим сокращается период выращивания птицы, что ведет за собой весьма насыщенную схему профилактики. Актуальным становится соблюдение интервалов между вакцинациями. Разработка схем вакцинопрофилактики, совмещение вакцин - это одна из проблем, которыми занимается наш институт.

Кроме того, сегодня мы можем не только выделять возбудителей, например, инфекционного бронхита или ньюкаслской болезни, а определять их серо-тип - вариантный или невариантный (классический) штамм, вакцинный или полевой. На основании результатов исследований решается вопрос, надо ли входить с вакцинацией вообще при наличии того или иного возбудителя или можно обойтись без вакцинации.

В отношении бактериальных инфекций, я считаю, что тенденция разработки и применения вакцин будет усиливаться. Отказ от применения антибактериальных препаратов, особенно антибиотиков, вызван тем, что у нас появляется все больше и больше проблем у взрослых и детей, когда антибиотики перестают работать, возникают аллергии у детей с первых дней жизни и др. Все это происходит из-за необдуманного и неправильного применения антибактериальных средств.

С кокцидиостатиками и с антибиотиками в бройлерном птицеводстве мы немного научились работать и знаем, что за семь дней до убоя необходимо отменить дачу этих препаратов, чтобы в мясе не было их остатков, хотя некоторые антибиотики имеют период полувыве-дения больше чем 7 дней. На яичной же птице - это беда. Если заболела яичная птица, и начался колибак-териоз - мы даем антибиотик, чтобы ее вылечить, но птица продолжает яйцекладку. И владелец предприятия вряд ли отправит яйцо в утиль. Оно все равно уйдет в продажу, а в нем есть антибиотики. По всем санитарным правилам это яйцо пускать в пищу людям нельзя -вот это, я считаю, на сегодня большая проблема в птицеводстве, которую необходимо решать.

Мы разрабатываем, утверждаем и сами производим некоторые биологические препараты. В институте создан производственный отдел - это помогает нам улучшать финансовое состояние института, увеличивать заработную плату сотрудникам, приобретать новое оборудование. К процессу производства вакцин мы привлекаем молодых ученых и аспирантов.

Наука уже подошла к той черте, когда классические методы производства - как это было во времена Эдварда Дженнера и Луи Пастера - себя исчерпали. Наступил век рекомбинантных (векторных) вакцин, и мы сегодня работаем над созданием нового поколения препаратов.

Кроме этого, наш институт - единственное научное учреждение, где занимаются проблемами паразитарных болезней птиц.

- Как сложилась ваша судьба, и как вы пришли в институт?

- Я родился и вырос в Узбекистане, в маленьком городке Коканде Ферганской области. Мои родители переехали туда еще до моего рождения. Они были простыми людьми, сельскими тружениками. Среди моих родственников не было людей с высшим образованием. После окончания школы я поступил в Ленинградский ветеринарный институт и окончил его в 1982 году без единой четверки с красным дипломом, и мне дали рекомендацию в аспирантуру. Однако в аспирантуру меня не приняли - мест не было. Не так просто было туда попасть! И это несмотря на то, что я был секретарем комсомольской организации курса, кандидатом в мастера спорта по вольной борьбе, учился на все пятерки, входил в студенческое научное общество, и написал дипломную работу, посвященную болезням крупного рогатого скота, которую признали лучшей работой.

Я хотел заниматься болезнями крупного рогатого скота, поэтому поехал по распределению работать ветеринарным врачом в Узбекистан. Вскоре меня призвали в армию, и я с удовольствием отправился служить. Через полтора года, в 1984 году, я вновь приехал в Ленинградский ветеринарный институт поступать в аспирантуру, и мне в очередной раз отказали из-за отсутствия мест.

Но мой научный руководитель дипломной работы -кандидат ветеринарных наук Кондратьев Владимир

FARM ANIMALS №3,4 НОЯБРЬ - ДЕКАБРЬ 2013 ИНТЕРВЬЮ НОМЕРА

Сергеевич, прививший мне интерес к науке, посоветовал поступать в аспирантуру в институт болезней птиц (ред.: ГНУ ВНИВИП), - он тогда располагался в Ленинграде - и заняться вирусологией. Конкурс был сумасшедший - 7 человек на одно место, но я поступил, сдав все три экзамена на пятерки. Моя научная работа была посвящена болезни Гамборо, это было новое иммуно-дефицитное заболевание птиц.

После аспирантуры директор института Коровин Рудольф Николаевич настоял на том, чтобы я занимался опухолевыми болезнями птиц. У меня к тому времени были большие «заделы» по болезни Гамборо, и я собирался писать докторскую диссертацию. Но мне пришлось перейти в лабораторию опухолевых болезней, где мы разработали новую вакцину против болезни Марека.

- Пришли другие времена?

- Да, наступила перестройка, а с ней и финансовые проблемы. У меня была семья - жена и маленький ребенок, а стипендии аспиранта не хватало. И я ушел из института в коммерческую фирму «Кронвет», в создании которой принял серьезное участие.

- И ваша докторская диссертация была отложена?

- С крушением советской системы беды, как известно, не миновали и науку. Авторитет научного работника сильно упал. Я не видел смысла в дальнейшем продвижении в этом направлении. Но мой бывший научный руководитель - Кудрявцев Филипп Самойлович посоветовал подготовить докторскую диссертацию. Он как мудрый человек, намного взрослее меня сказал: «Ты не понимаешь, увидишь, все изменится!» Мне тогда было уже около 40 лет, я имел много печатных научных работ, 7 патентов, собственную разработанную вакцину. Я подготовил диссертацию. И пошел на принцип - не захотел ее защищать у нас, в Санкт-Петербурге, где председателем совета был Рудольф Николаевич Коровин, который очень хотел, чтобы я защищался в Санкт-Петербурге, -ведь меня здесь все хорошо знали, я здесь учился.

Диссертацию я защитил в Москве. Мою работу признали лучшей диссертацией 2004 года.

- В скором времени вы возглавили институт?

- Рудольф Николаевич Коровин меня просил вернуться в институт и занять место его заместителя по научной работе. Я долго сопротивлялся, но затем почти дал согласие, предложив сначала пару месяцев походить и присмотреться к тому, чем живет и чем дышит институт. Через месяц Рудольф Николаевич мне сообщил, что на ближайшем ученом совете, в понедельник, он объявит о моем назначении. В пятницу с Коровиным происходит несчастный случай, он попадает в больницу и вскоре умирает.

Российская академия сельскохозяйственных наук в лице ее президента Геннадия Алексеевича Романенко предложила мне возглавить институт, хотя уже тогда надо было пройти процедуру выборов. Ученый совет института тайным голосованием должен был подтвердить

Эдуард Джавадович Джавадов - доктор ветеринарных наук, профессор, член-корреспондент РАСХН, директор ГНУ Всероссийский научно-исследовательский ветеринарный институт птицеводства Россельхоз-академии.

В 1982 году с отличием закончил Ленинградский ветеринарный институт. Работал старшим ветеринарным врачом свинокомплекса «Фрунзенский» Фрунзенского района Ферганской области и проходил службу в рядах Советской армии.

В 1987 году закончил аспирантуру ВНИВИП. В 1988 году защитил кандидатскую диссертацию на тему: <^Иммуноферментный метод диагностики болезни Гамборо».

В 2004 году защитил докторскую диссертацию на тему: <^Вирус-индуцированные иммуносупрессии и способы их предупреждения в промышленном птицеводстве».

14 апреля 2005 года - назначен директором ГНУ ВНИВИП Россельхозакадемии.

или отвергнуть мою кандидатуру. Мне необходимо было разработать программу как вывести институт из кризиса. И я ее разработал.

И вот с 2004 года я возглавил ВНИВИП, который находился в плачевном состоянии: множество долгов, невыплаченная в течение полугода зарплата, отсутствие нового оборудования, всего лишь один компьютер на весь институт! Средняя зарплата в институте составляла чуть более трех тысяч рублей.

Мне было очень сложно, да и сейчас непросто - возглавлять институт, в котором мои подчиненные яв-

ИНТЕРВЬЮ НОМЕРА

FARM ANIMALS №3,4 НОЯБРЬ - ДЕКАБРЬ 2013

ляются моими учителями. Корифеи науки в области паразитологии, вирусологии, микробиологии - Борисенкова Адель Наумовна, доктор ветеринарных наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ; Трефилов Борис Борисович, доктор ветеринарных наук, профессор; Мишин Виктор Степанович, кандидат ветеринарных наук.

Коллектив отнесся ко мне довольно доброжелательно, у нас сложилось взаимопонимание. Мы начали больше заключать хоздоговоров. Я всеми силами старался научить своих коллег получать гранты, потому что в институте это было неразвито - не знали как подать заявку и получить грант.

Но постепенно у нас это наладилось - обладателями грантов стали и молодые ученые. Новикова Оксана Борисовна получила серьезный грант.

Институту в свое время оказала немалую поддержку Матвиенко Валентина Ивановна, когда была проблема птичьего гриппа, она выделила 15 млн рублей.

- Чем сегодня живет институт, каковы его проблемы?

- Институт имеет не худшие, а, может быть - по некоторым позициям - и лучшие показатели в нашей академии по количеству защищенных диссертаций и средней заработной плате. К сожалению, тенденцией последнего времени стало то, что в науку приходят случайные люди - отнюдь не отличники, основная цель которых - не пойти в армию, защититься и уйти из института в коммерческую фирму. Понимая, что на стипендию не проживешь, мы смогли найти возможность увеличить доход аспирантов, принимая их на работу. По совместительству аспирант может работать старшим лаборантом или младшим научным сотрудником и трудиться над своей диссертационной темой, участвовать в тематике института. Под руководством сотрудников научных отделов аспиранты и молодые сотрудники вскрывают птицу, отбирают патматериал и проводят вирусологические, микробиологические, серологические и молекулярно-биологические исследования с использованием современных методик. С целью приобретения навыков проведения эпизоотологического обследования молодые ученые вместе с сотрудниками института выезжают в командировки в птицеводческие хозяйства. Молодым людям это интересно, а значит, у нас есть шанс, что они останутся.

В институте работает диагностический центр, которым сегодня руководит Хохлачев Олег Федорович. Центр занимается проведением диагностических исследований материала, поступающего из птицеводческих хозяйств из различных регионов Российской Федерации и ближнего зарубежья. Сотрудники центра, наряду с сотрудниками научных отделов, выезжают в птицеводческие хозяйства для оказания научно-практической помощи.

Сегодня у нас уже не один компьютер в отличие от 2004 года, когда я пришел в институт. Проведен интер-

нет и установлена современная телефонная станция. Мы приобрели ламинарные боксы, новые центрифуги, проточную центрифугу, ПЦР-лабораторию, геномный секвенатор и другое оборудование. Это стоит миллионы рублей, и большая часть этих средств заработана институтом самостоятельно.

Проблемами института являются старение кадров и местоположение. Мы находимся в лесу, в пригороде Санкт-Петербурга - городе Ломоносове - привлечь молодые кадры очень сложно.

- Налажено ли у вас международное сотрудничество, участвуете ли вы в научных конгрессах за рубежом?

- В этом году трое наших научных сотрудников принимали участие во всемирном конгрессе по птицеводству во Франции. Они представили свои труды на конгресс, и им институт в качестве премии оплатил эту поездку и участие в конгрессе. Кроме того, мне приходилось неоднократно выезжать и делать доклады и во Франции и в Германии на всемирных форумах по птицеводству.

У нас налажено сотрудничество и в научном, и практическом плане, в большей степени, со странами ближнего зарубежья - это бывшие республики Советского Союза: Узбекистан, Таджикистан, Армения, Белоруссия, Украина, Казахстан. К нам обращаются, мы туда выезжаем, оказываем практическую помощь, участвуем в научных и научно-практических форумах.

- Стоит ли говорить о проблемах российской науки?

- Проблемы российской науки велики. Мне жаль, что возникло какое-то непонимание между правительством, министерством науки и образования и нашими академиями - я здесь объединяю РАН, РАМН и РАСХН. Может быть, конечно, доля истины в том есть, что наука не настолько эффективно стала работать. Но я считаю, что нельзя путать причинно-следственные связи. Наука не настолько эффективна не потому, что она плохо работает, а потому, что государством выделяется мало средств на развитие науки. Одна только фирма «Басф», как звучало в сегодняшнем докладе (ред: интервью было записано на конференции в Волгограде) - тратит на научные исследования больше, чем наша академия сельскохозяйственных наук, в которой больше 200 институтов. Это не совсем правильно. Я понимаю, что нам еще долго не достичь средней заработной платы, например, американского ученого. Но необходимо было бы привести ее в соответствие со средней месячной заработной платой по региону.

Нам сократили количество бюджетных мест в аспирантуре. Ежегодно мы принимали около 10 человек за счет средств бюджета, а в этом году только 2-х. И сократили не только нам. Не нужно столько ученых в стране, несмотря на то, что опытные кадры стареют, и им важно передавать свои знания новому поколению.

Интервью подготовила Г. Прохорцова