Прецедентные имена в президентском дискурсе

Нахимова Е. А.

Екатеринбург, Россия ПРЕЦЕДЕНТНЫЕ ИМЕНА

В ПРЕЗИДЕНТСКОМ ДИСКУРСЕ

Abstract

The basic materials to be scrutinized in this article are publications of Russian politicians and journalists characterizing President V.V. Putin. The subject of the research is a collection of precedent names which are used for imagery representation of the incumbent President in contemporary Russian presidential discourse.

***

Исследование президентского дискурса - одно из перспективных направлений современной политической лингвистики. Подобные исследования особенно характерны для американских специалистов: см. специальный обзор в монографии Э.В. Будаева и А.П. Чудинова (2006). Вместе с тем показательно, что и отечественные специалисты в последние годы все чаще обращаются к этой сфере исследования. Помимо монографии и докторской диссертации М. В. Гавриловой, в которой детально рассмотрены коммуникативные особенности выступлений Б.Н. Ельцина и В.В. Путина (2004, 2005), можно выделить несколько кандидатских диссертаций (Каслова 2003, Стрельников 200б, Моисеева 2007, Чернякова 2007 и др.), а также целый ряд статей (Белкина 2002, Вепрева 2007, Маркова, Харламова 2005, Светоносова 2005 и др.). Повышенное внимание к президентскому дискурсу легко объяснимо: глава государства традиционно вызывает интерес у соотечественников и многих граждан зарубежных стран. Вполне закономерно, что президент воспринимается не только как руководитель, но и как своего рода символ страны. Показательно, что в самых разных языках существует образная модель, в соответствии с которой президент метонимически обозначает государство в целом: так, еще Дж. Лакофф подметил, что американские политические лидеры и близкие к ним журналисты предпочитали говорить не о войне с Ираком, а о борьбе с Саддамом Хусейном (Lakoff 1991).

В современной политической лингвистике выделяются два подхода к изучению президентского дискурса. В первом случае предметом рассмотрения становится идиостиль главы государства (Гаврилова 2007). Специалисты рассматривают коммуникативные стратегии

и тактики президента, его образные средства, использование различных пластов лексики и фразеологии, излюбленные средства синтаксиса, способы выражения модальности, выражение оценки и др. Комплексная характеристика идио-стилей президентов России представлена в исследованиях М.В. Гавриловой (2004, 2005). Другие авторы обращаются лишь к отдельным аспектам президентского идиостиля. Так, Т.А. Светоносова (2005) рассматривает политические ценности, представленные в выступлениях президента В.В. Путина, А.В. Сурина описывает метафоры со сферой-источником «насилие» в мемуарах первого президента России Б.Н.Ельцина.

Во втором случае (широкий подход) исследуются не только речевая деятельность президента, но пути создания образа президента в коммуникативной деятельности иных политических деятелей и журналистов. Изучение подобных материалов позволяет определить, как руководитель страны воспринимается в национальном сознании. Так, в диссертациях А.А. Касловой (2003), А.М. Стрельникова (2005), Т.И. Моисеевой (2007) сопоставлены метафоры и оценочные высказывания, которые широко использовались в избирательных кампаниях по выборам президентов США и России.

Основным материалом для рассмотрения в настоящей статье стали публикации отечественных политиков и журналистов, которые дают характеристику президенту В.В. Путину, то есть учитывается широкий подход к выделению президентского дискурса. Предметом исследования стал арсенал прецедентных имен, которые используются для образного представления действующего президента страны в современном российском президентском дискурсе.

Одно из перспективных направлений в исследовании прецедентных имен в современной российской политической коммуникации - это последовательное описание ведущих сфер-источников и сфер-мишеней прецедентности, что важно для определения того круга фоновых знаний, который необходим читателю для правильного и полного понимания соответствующих текстов (Караулов Ю.Н. 1987, Красных В.В. 2002). Изучение сфер-источников и сфер-мишеней прецедентных имен может предоставить

также интересный материал для оценки эрудиции, жизненного опыта, политических предпочтений, прагматических установок и речевого мастерства автора, а также для выявления авторского отношения к концептам, составляющим сферы-мишени.

В современной теории интертекстуальности (Гудков Д.Б., Захаренко И.В., Красных В.В. и Багаева Д.В. 1997) прецедентное имя понимается как «индивидуальное имя, связанное или с широко известным текстом, как правило, относящимся к прецедентным (например, Печорин, Теркин), или с прецедентной ситуацией (напр., Иван Сусанин); это своего рода сложный знак, при употреблении которого в коммуникации осуществляется апелляция не к собственно денотату (референту), а к набору дифференциальных признаков данного прецедентного имени» [Красных 2002: 48]. Отметим также, что для обозначения рассматриваемого языкового явления нередко используются и иные термины - логоэпи-стема, метафора, интертекстема, текстовая реминисценция и др. Различия между рассматриваемыми терминами отчасти связаны с различным объемом соответствующих понятий, но не менее важным является и то, что названные термины относятся к различным научным парадигмам, каждая из которых предполагает особую систему взглядов на взаимосвязи рассматриваемых единиц, на их взаимоотношения и функции в тексте и дискурсе, на интенции автора и прагматическое воздействие на адресата. Вместе с тем различные подходы к изучению рассматриваемого явления, использование эвристик различных научных школ и направлений способствуют более глубокому его исследованию и более полному пониманию сущности соответствующих феноменов (Нахимова 2006).

При рассмотрении сфер-источников прецедентности обычно разграничивают литературные и социальные источники. Так, О.С. Ахманова и И.В. Гюббенет (1977), используя несколько иную терминологию, дифференцируют два вида вертикального контекста: филологический и социально-исторический. В первом случае источником служит мир, созданный творческим воображением людей искусства (и сами авторы произведе-

ний), а во втором - реальный мир, подлинные люди и события.

Несколько позднее в качестве источников текстовых реминисценций был выделен еще более широкий круг исходных сфер, среди которых Библия, античная мифология, музыка, фольклор, популярные песни, политические тексты, наука, спорт, медицина и др. (А.А. Евтюгина 1995, А.Е. Супрун 1995, Г.Г. Слышкин 2004 и др.). При необходимости классификацию можно сделать многомерной, то есть учесть и иные критерии: например, отечественное или зарубежное происхождение прототекста, его принадлежность к современной или классической культуре, авторский или фольклорный характер, идеологические установки, степень известности на том или ином этапе развития общества, оценку авторского мастерства и др.

Следует отметить, что случаи использования для создания образа президента прецедентных феноменов, восходящих к литературной сфере, весьма немногочисленны и воспринимаются как несколько надуманные, не вполне удачные. Например, совершенно неожиданный образ находит редактор оппозиционной газеты «Завтра» Александр Проханов. Ср.: Симпатии общества к Путину из последних сил подогреваются Леонтьевым, Пушковым, Сванидзе. Среди бесчисленных оглупляющих мыльных опер и бессмысленных ток-шоу эти «три мушкетера» выглядят благородными рыцарями, воспевающими свою Даму Сердца, которая таинственно и печально, словно блоковская Незнакомка, маячит в осеннем тумане российской политики (А. Проханов. «А в Киеве дядька...», Завтра, 2004, № 45).

Наибольшее место в фонде прецедентных имен, используемых в современной политической коммуникации для осмысления личности и предназначения действующего президента России, занимает сфера политики (Нахимова 2005). Особенно частотны в функции источника имена широко известных глав государств, а также других знаменитых политических лидеров.

Сторонники В.В.Путина, обращаясь к нему, видят в нем продолжателя традиций лучших политических лидеров нашего государства. Ср.: На Руси все Вла-

димиры были мудрыми - от Владимира Красное Солнышко и Владимира Мо-номаха до Владимира Ильича. А Вы

мудры на генетическом уровне, потому что вы Владимир Владимирович (М.Бобаков, руководитель новосибирских профсоюзов).

Бывший лидер «Союза правых сил Б.Е.Немцов, размышляя о программе действий В.В.Путина, вспоминает о деятельности преобразившего Россию Петра Первого.

Когда Петр надумал прорубить "окно в Европу", он стал ввозить в Россию немцев, голландцев, посылать своих "птенцов" к заграничным учителям, заложил на болоте европейский город. Это была выразительная и недвусмысленная демонстрация государевых намерений. Путину, слава Богу, уже не надо прорубать ни окно, ни дверь. Время требует от лидера нации совсем иных "царских жестов". Но несомненно, что такие жесты, а еще лучше - дела, необходимы. Хотя бы для того, чтобы общество почувствовало: на дворе - новая эра (Б.Немцов, лидер «Союза правых сил»).

Совсем иные образы для представления действующего президента Российской Федерации находят оппозиционные авторы, которые вспоминают всемирно известных диктаторов (Наполеон, Иван Грозный, Пиночет, Сталин и др.). Ср.: Хватит. Наполеончики нам больше не нужны (Г.Зюганов, председатель КПРФ).

Русское сердце бьется в тайной надежде - вот он выстраданный лидер России, новый Иосиф Сталин, до времени скрывавшийся в тайниках еврейской власти и вышедший, наконец, на свет божий (А.Проханов, редактор газеты «Завтра» и один из лидеров национально-патриотического союза).

Сегодня либералы шьют для В.Путина чуть ли не кафтан Ивана Грозного (В.Костиков, бывший помощник президента РФ Б.Н.Ельцина).

Нынешняя избирательная кампания представляет собой не очередной маскарад с наполнением Государственной думы новым составом депутатов, а фундаментальный поворот путинского Кремля к формированию нового типа государственного устройства, в рамках которого все вопросы будут решаться силами фактически однопар-

тийной системы, возглавляемой лично «русским Пиночетом» (А.Нагорный,

журналист).

Журналист А.Будберг, пытаясь осмыслить динамику политических решений действующего Президента России, обращается к широкому ряду прецедентных имен, среди которых и имена зарубежных политических лидеров. Ср.: Создается впечатление, что Путин постепенно реализует идеи, которые казались перспективными в 1999-2000 гг. Но страна за эти четыре года проделала огромный путь. Проделала во многом благодаря самому Путину. И тогда, цитируя Стругацких, очень хотелось поставить его «в один ряд с Ришелье, Никкером, Токугавой. Иэясу, Монком». Но, неожиданно развернув -шись, пойдя против того, что сам делал, Путин проявил себя не как крупный политик, который «всегда должен идти от жизни», а как доктринер. В результате он больше похож не на Ришелье, а на Николая I. Один из историков так написал об этом русском императоре: «Он считал себя ответственным за все, что делается в государстве, хотел все знать и всем руководить». Чем закончилась эпоха Николая I - хорошо известно: Россию упустила время на необходимую модернизацию, растеряла фору, которую получила после наполеоновских войн (А.Будберг, журналист и политолог).

Для характеристики В.В. Путина нередко используются имена известных разведчиков, что легко объясняется биографией президента. Ср.: Психологически Путин - это Штирлиц, достигший своей мечты: стать фюрером. Только у Штирлица был Центр, куда можно было направлять радиограммы, и приближающаяся Красная Армия. А что есть у Путина?

Вы, Владимир Владимирович, будете тем Рихардом Зорге, работая в российском правительстве, который будет стоять на стороне национальной экономики и на стороне трудового народа России (Н.Харитонов, лидер аграрной партии).

Даже обратившись к самому перечню прецедентных имен, нетрудно обнаружить идеологическую позицию автора, степень его воспитанности и политиче-

ской корректности, а также его представления о том, по какому пути движется страна под руководством В.В. Путина, о том, кто должен стать образцом для президента и что представляет для него несомненную опасность. Действующего Президента России сравнивают также с основоположником династии Романовых Михаилом Первым и Александром Вто-рым-Освободителем, однако даже враги В.В.Путина не предрекают ему судьбу Николая Второго, Павла Первого или Петра Третьего. Исподволь, по-сталински осторожно Путин решал кадровую проблему - проводил «чекистов» и «питерцев» в администрацию, в федеральные округа, в армию, в прокуратуру. И когда в органах из сослуживцев и однокашников сложился «коллективный Ягода», а в прокуратуре «коллективный Вышинский», а олигархи, те, что покуда в России, и те, что уже в Лондоне и Тель-Авиве, сложились в «троцкистско-бухаринский блок», был нанесен удар сокрушительной силы, от которого вдребезги «разможжились о мостовую собачьи головы» (А. Проханов).

Представленные материалы свидетельствуют, что как сторонники, так и противники президента используют для характеристики В.В. Путина прецедентные имена из социальной мегасферы, тогда как художественная мегасфера остается невостребованной. В названной функции отечественные по сфере происхождения прецедентные имена заметно преобладают над зарубежными, а прецедентные имена, восходящие к историческому прошлому, - встречаются значительно чаще прецедентными имен, которые связаны с современным этапом развития общества. Выбор прецедентного имени обычно тесно связан с политическими взглядами автора и его отношением к личности и деятельности президента.

При оценке эффективности использования прецедентных феноменов в политической коммуникации следует учитывать следующие критерии.

1) Политическая уместность прецедентного феномена. Используемые автором прецедентные имена должны в полной мере соответствовать дискурсивным характеристикам текста и особенно представлениям адресата.

2) Социальная осознанность соот-

ветствующего прецедентного имени в качестве носителя определенных качеств.

3) Доступность используемого прецедентного феномена для читателей, на которых ориентируется соответствующее издание, способность читателей уловить смысл соответствующего образа.

4) Достаточная корректность и недвусмысленность использования прецедентного феномена. Не замеченная вовремя политиком возможность двоякого понимания фразы отвлекает внимание от авторского замысла.

Дальнейшее исследование президентского дискурса позволит сопоставить прецедентные феномены, которые используют сами президенты, с прецедентными феноменами, которые используются при характеристике президентов другими политиками и журналистами. Значительный интерес может представить сопоставление прецедентных феноменов, которые используются в российском и зарубежном президентском дискурсе, а также историческое сопоставление прецедентных феноменов в политическом дискурсе высших руководителей современной России, Советского Союза и Российской империи.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Ахманова О.С., Гюббенет И.В. «Вертикальный контекст» как филологическая проблема // Вопросы языкознания. - 1977. - № 3.

Белкина О.Е. «Загадочный Путин» или... // Политический дискурс в России - 6. Материалы постоянно действующего семинара. М., 2002.

Будаев Э.В., Чудинов А.П. Метафора в политическом интердискурсе. Екатеринбург, 2006.

Вепрева И.Т. «Мы их в сортире замочим», или штрихи к риторическому портрету В.В.Путина // Политический дискурс в России. Хрестоматия. М., 2007.

Гаврилова М.В. Лингвокогнитивный анализ русского политического дискурса. Автореф. дис... докт. филол. наук. СПб, 2005.

Гаврилова М.В. Когнитивные и риторические основы президентской речи (на материале выступлений В.В.Путина и Б.Н.Ельцина). СПб, 2004.

Гаврилова М.В. Перспективы и направления исследования президентского дискурса // Политический дискурс в России. Материалы Х юбилейного всероссийского семинара. М., 2007.

Гудков Д.Б., Захаренко И.В., Красных В.В., Багаева Д.В. Некоторые особенности функционирования прецедентных высказываний // Вестник МГУ, Сер.9. Филология 1997, № 4.

Евтюгина А.А. Прецедентные тексты в поэзии В.Высоцкого (к проблеме идиостиля). Авто-

реф. дис. ... канд. филол. наук. - Екатеринбург, 1995.

Каслова А.А. Метафорическое моделирование в политическом нарративе «Федеральные выборы» в США и России (2000 г.). Автореф... дис. канд. филол. наук. Екатеринбург, 2003.

Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. М., 1987.

Красных В.В. Этнопсихолингвистика и лин-гвокультурология. М., 2002.

Маркова О.А., Харламова Т.В. Лингвокультурологический анализ речей американских и российских президентов // Известия Уральского государственного педагогического университета. Лингвистика. Выпуск 16. Екатеринбург, 2005.

Нахимова Е.А. О критериях выделения прецедентных феноменов в политических текстах // Лингвистика. Бюллетень Уральского лингвистического общества. Вып. 13. Екатеринбург, 2004.

Нахимова Е.А. Прецедентные имена в политической коммуникации // Вестник Уральского государственного технического университета -УПИ. Серия «Филология», № 60 (8). Екатеринбург, 2005.

Нахимова Е.А. Интертекстемы, прецедентные имена, текстовые реминисценции и метафоры // Известия Уральского государственного педагогического университета. Лингвистика. Вып. 19. Екатеринбург, 2006.

Светоносова Т.А. Языковая репрезентация «свободы» как политической ценности в посланиях В.В.Путина Федеральному Собранию // Известия Уральского государственного педагогического университета. Лингвистика. Выпуск 16. Екатеринбург, 2005.

Сидоренко К.П. Интертекстовые связи пушкинского слова. СПб, 1999.

Слышкин Г.Г. Лингвокультурные концепты и метаконцепты. Автореф. дис. докт. филол.

наук. Волгоград, 2004.

Супрун А.Е. Текстовые реминисценции как языковое явление // Вопросы языкознания. - 1995. - № 6.

Сурина А.В. Метафоры со сферой-источником «насилие» в мемуарах Б.Н.Ельцина // Лингвистика. Бюллетень Уральского лингвистического общества. Том 14. Екатеринбург, 2004.

Lakoff G. Metaphor and war: The metaphor system used to justify War in the Galf // D.Yallet (ed.). Engulfed in War: Just War and the Persian Gulf. Honolulu, 1991.

© Нахимова Е. А., 2007