Проблемы досудебного урегулирования споров в претензионном порядке

Пашков Ярослав Андреевич

Самарский национальный исследовательский университет

им. академика С.П. Королева

Проблемы досудебного урегулирования споров в претензионном порядке

В статье обсуждается ряд проблем досудебного урегулирования споров в претензионном порядке. Автор выделяет проблему определения термина «претензионный порядок» в научной литературе, поднимает вопрос об императивном установлении претензионного порядка. Рассматривается проблема соотношения содержаний претензии и иска.

Ключевые слова: претензионный порядок, задачи претензионного порядка, досудебное урегулирование, содержание претензии, содержание искового заявления.

Ya.A. Pashkov, Samara National Research University of acdemician S.P. Korolev; e-mail: pashkovyaroslav14@gmail.com

Problems of out-of-court settlement in complaint procedure

This article discusses a number of problems of out-of-court settlement in complaint procedure. The author highlights the problem of the definition of «complaint procedure» in the scientific literature, raises the question about imperative establishment of complaint procedure. The problem of the ratio of the content of the complaint and the content of settlement of claim is considered.

Key words: complaint procedure, tasks of complaint procedure, out-of-court settlement, content of complaint, content of statement of claim.

На современном этапе развития Российской Федерации актуальным и востребованным является досудебный порядок урегулирования споров, в том числе в претензионном порядке. Это обуславливается высокой загруженностью судов общей юрисдикции и арбитражных судов, меньшими затратами и относительно большей скоростью разрешения существующих споров. Так, в гл. 15 Концепции единого Гражданского процессуального кодекса РФ речь идет о том, что самостоятельное разрешение возникающих споров позволяет снизить нагрузку на суды, сохранить партнерские взаимоотношения между контрагентами и в целом понизить уровень конфликтности в обществе. Применение примирительных, внесудебных процедур разрешения споров является наиболее востребованным на современном этапе развития законодательства, судебной системы РФ.

Также необходимо отметить, что в силу действия Федерального закона от 1 июля 2017 г. № 147-ФЗ претензионный порядок в арбитражном процессе обязателен по гражданско-правовым спорам о взыскании денежных средств [1]. При этом соблюдение досудебного претензионного порядка не является обязательным по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, по корпоративным спорам, в порядке приказного производства и т.д.

Полный перечень категорий дел закреплен в ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса [2].

В научной литературе термин «претензионный порядок урегулирования споров» определяется как установленная федеральным законом или предусмотренная договором сторон несудебная процедура, соблюдение которой в рамках материального правоотношения является необходимым условием реализации права на предъявление иска, а также последующего рассмотрения и разрешения спора судом [3, с. 6].

Мы считаем, что названный подход к пониманию претензионного порядка нивелирует значение такого правового института, как суд. Безусловно, подача претензии в досудебном порядке является необходимым условием дальнейшего обращения в суд для защиты своих субъективных гражданских прав, однако есть и другие первостепенные задачи, разрешаемые данным правовым институтом. Поэтому можно выделить основные и второстепенные или дополнительные задачи претензионного порядка.

К основным задачам относятся: разрешение существующего спора, предупреждение возникновения негативных последствий спора. Эти задачи являются главными и именно на их решение направлен претензионный порядок.

162

Спор может быть разрешен путем исполнения требований должником, заявления зачета встречных требований между потенциальными истцом и ответчиком и т.д.

Второстепенной задачей может быть, например, получение дополнительных доказательств того, что контрагент отказался в добровольном порядке исполнить обязательство.

При невозможности урегулировать существующий спор в претензионном порядке его соблюдение является предпосылкой обращения в суд за защитой субъективных гражданских прав.

Таким образом, претензионный порядок -это не формальность, которую необходимо выполнить для дальнейшего обращения в суд общей юрисдикции или арбитражный суд, он имеет свои специфические задачи, и поэтому суд не может в произвольном порядке применять п. 2 ст. 148 АПК РФ и п.1 ст.135 Гражданского процессуального кодекса [2; 4].

Так, например, ст. 71 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» устанавливает, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с момента опубликования сообщения о введении наблюдения [5]. В п. 30 постановления Пленума Высшего арбитражного суда от 15 декабря 2004 г. № 29 разъяснено, что в случае если после введения наблюдения, но до опубликования сообщения о его введении, на рассмотрение арбитражного суда поступают указанные требования, суд выносит определение об оставлении заявления без рассмотрения согласно п. 2 ст. 148 АПК РФ. Возникает вопрос об обоснованности такого отказа на основании несоблюдения досудебного претензионного порядка урегулирования споров. Задача досудебного претензионного порядка состоит в урегулировании спора. Целью данной процедуры является реализация права кредитора на направление требования к должнику.

Еще одним спорным является вопрос об императивном установлении претензионного порядка законодателем. Существуют законодательно установленный обязательный претензионный порядок и претензионный порядок, установленный добровольно, например, в договоре.

В гражданском обороте действует принцип диспозитивности, согласно которому участники гражданского оборота могут самостоятельно реализовывать свои права, в том числе и право на судебную защиту или использование иных альтернативных средств разрешения возникающих конфликтов. Так, например, стороны

соглашения вправе по своей воле подчинить разрешение вытекающих из соглашения конфликтов третейским судом. В императивном порядке не допускается установление такой обязанности для сторон. В связи с этим встает вопрос о противоречии императивно установленного претензионного порядка праву лиц самостоятельно избирать средства защиты своих прав и законных интересов.

Императивно установленный претензионный порядок существует в отношениях по перевозке грузов (ч.1 ст. 797 ГК РФ), при расторжении договора аренды (ч. 2 ст. 619 ГК РФ), при взыскании денежных средств в арбитражном процессе и т.д. [6; 7].

Если смотреть на подход законодателя утилитарно, то императивно установленный досудебный претензионный порядок - это попытка облегчить работы государственных судов.

Но, с другой стороны, такое принудительно установленное правило превращается в формальность, действительное значение данного института поэтому игнорируется как в теории, так и на практике.

Досудебный претензионный порядок разрешения спора, на наш взгляд, должен осуществляться по воле сторон, в исключительных случаях он должен быть закреплен законодательно. Однако современные правовые реалии не допускают такого подхода.

Еще одним немаловажным вопросом является соотношение содержания претензии и содержания иска. В определенных случаях суды считают, что исковые требования не совпадают с требованиями, сформированными в претензии, и, соответственно, претензионный порядок считается несоблюденным.

Так, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7 в п. 43 разъясняет, что если кредитор подал претензию в отношении суммы основного долга, то претензионный порядок считается соблюденным и по требованиям, основанным на ст. 395 ГК РФ [8]. Однако в судебной практике встречаются дела, противоречащие позиции Верховного Суда РФ. В определении Арбитражного суда Чувашской республики от 15 июня 2016 г. по делу № А79-5458/2016 установлено, что в претензии отсутствует требование о процентах по ст. 395 ГК РФ. В данном деле истец заявил требование о взыскании исключительно процентов по ст. 395 ГК РФ без взыскания суммы основного долга [9]. Позицию Верховного Суда РФ можно понимать двояко в отношении данных процентов. С одной стороны, если истец заявляет самостоятельное требование по ст. 395 ГК РФ, не

163

взыскивая сумму основного долга, то претензия должна содержать именно требование по ст. 395 ГК РФ. С другой стороны, если соблюден претензионный порядок в отношении суммы основного долга, то в дальнейшем можно заявить требование о взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ как отдельно, так и совместно с взысканием суммы основного долга. На наш взгляд, вторая позиция является наиболее верной. Если проценты рассаматриваются как убытки, возникшие вследствие неправомерного пользования денежными средствами

истца, то контрагент (особенно в предпринимательской деятельности) должен понимать, что потенциально ему может быть предъявлено требование о взыскании суммы основного долга и вытекающие из этого требования по ст. 395 ГК РФ. Данные проценты всегда являются вторичными по отношению к основному обязательству и являются результатом, поэтому обязанность по соблюдению претензионного порядка в отношении данного требования не является обоснованной.

1. О внесении изменений в статьи 1252 и 1486 части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 и 99 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации: федер. закон от 1 июля 2017 г. № 147-ФЗ //Рос. газ. 2017. 4 июля.

2. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 г. № 95-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 2002. № 30. Ст. 3012.

3. Банников Р.Ю. Досудебный порядок урегулирования в системе предпосылок и условий реализации (осуществления) права на предъявление иска в суд: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Воронеж, 2010.

4. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14 нояб. 2002 г. № 138-ФЗ // Собр. законодательства РФ. 2002. № 46. Ст. 4532.

5. О несостоятельности (банкротстве): федер. закон от 26 окт. 2002 г. № 127-ФЗ // Парламент. газ. 2002. № 209-210.

6. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 нояб. 1994 г. № 51-ФЗ. Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

7. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26 янв. 1996 г. № 14-ФЗ. Доступ из справ. правовой системы «КонсультантПлюс».

8. О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7 // Бюл. Верховного Суда РФ. 2016. № 5.

9. Определение Арбитражного суда Чувашской республики от 15 июня 2016 г. по делу № А79-5458/2016.

1. On the introduction of amendments to Articles 1252 and 1486 of Part Four of the Civil Code of the Russian Federation and articles 4 and 99 of the Arbitration Procedural Code of the Russian Federation: fed. law d.d. 1 July 2017 № 147-FL // Rus. newsp. 2017. June 4.

2. Arbitration Procedure Code of the Russian Federation d.d. July 24, 2002 № 95-FL // Coll. of legislation of the Russian Federation. 2002. № 30. Art. 3012.

3. Bannikov R.Yu. Pre-judicial order of the settlement in the system of prerequisites and conditions for the realization (exercise) of the right to bring an action in court: auth. abstr.... Candidate of Law. Voronezh, 2010.

4. Civil Procedure Code of the Russian Federation d.d. Nov. 14, 2002 № 138-FL // Coll. of legislation of the Russian Federation. 2002. № 46. Art. 4532.

5. On insolvency (bankruptcy): fed. law d.d. Oct. 26, 2002 № 127-FL // Parliamentary newsp. 2002. № 209-210.

6. Civil Code of the Russian Federation (part first) d.d. Nov. 30, 1994 № 51-FL. Access from legal reference system «ConsultantPlus».

7. Civil Code of the Russian Federation (part first) d.d. Jan. 26, 1996 № 14-FL. Access from legal reference system «ConsultantPlus»

8. On the application by courts of certain provisions of the Civil Code of the Russian Federation on liability for breach of obligations: resolution of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation d.d. March 24, 2016 № 7 // Bull. of the Supreme Court of the Russian Federation. 2016. № 5.

9 Definition of the Arbitration Court of the Chuvash Republic on June 15, 2016 in the case № A79-5458/2016.

164