Гражданско-правовые санкции в договоре титульного страхования

УДК 347.732.6

Н. В. Петров

Гражданско-правовые санкции в договоре титульного страхования

В статье излагаются теоретико-правовые аспекты определения последствий злоупотребления правом по договору титульного страхования. Рассматриваются виды санкций пресекательного действия и последствия их применения. Наибольший интерес представляет описанный автором механизм освобождения страховщика от страховой выплаты.

This paper presents the theoretical and legal aspects of determining the effects of abuse of rights under the contract of title insurance. Discusses the types of sanctions preclusive action and their implications. Of greatest interest is the author described the mechanism of release the insurer from the insurance payment.

Ключевые слова: договор титульного страхования, злоупотребление правом, гражданско-правовая санкция, страховая выплата, гражданско-правовая ответственность, основания изменения и расторжения договора, имущественное страхование, прекращение обязательства.

Key words: contract of title insurance , abuse of rights , civil penalty , insurance payments , civil liability , base changes and termination of the contract , property insurance , termination of the obligation.

Вопрос о возможности существования злоупотребления правом в обязательственных отношениях на протяжении многих десятилетий остается дискуссионным. Злоупотребление правом всегда связано с причинением вреда правам и интересам других лиц. Следует согласиться с мнением ряда авторов о том, что злоупотребление правом, будучи направленным на получение необоснованных преимуществ управомоченного лица, приводит к нарушению имущественных интересов обязанного лицах [7, c. 4-5]. В этом состоит одна из специфических черт злоупотребления правом в обязательственных правоотношениях. *

* © Петров Н. В., 2015

47

Как при заключении, так и при исполнении договора имущественного страхования стороны договора должны вести себя добросовестно, не злоупотребляя своими правами и не нарушая принципы гражданского права.

В наиболее популярных учебниках по гражданскому праву говорится о том, что злоупотребление правом, как оно определено в ст. 10 Гражданского кодекса РФ, - это гражданское правонарушение [3], которое может иметь характер деликта (внедоговорного нарушения), а также быть нарушением условий ранее заключенного договора или принятого одностороннего обязательства. Особенность таких правонарушений состоит в том, что они связаны с осуществлением принадлежащего лицу субъективного гражданского права, за рамки которого оно выходит. Логика злоупотребления гражданским правом такова: если злоупотребление есть особый тип гражданского правонарушения, то отказ в защите прав злоупотребившего лица следует рассматривать в качестве гражданско-правовой санкции пресекательного действия. Основное назначение меры пресечения - прекращение правонарушения в случаях, предусмотренных законодательством и договором. Причем такая санкция, как отказ в защите, направлена, в первую очередь, против лица, злоупотребляющего своими гражданскими правами. И лишь косвенно (опосредованно) эта санкция обеспечивает защиту интересов второго участника гражданских правоотношений. Продолжая эту мысль, можно в качестве примера привести возмещение убытков как меру гражданско-правовой ответственности (ст. 15 ГК РФ).

В соответствии со ст. 10 ГК РФ (изменения вступили в силу 1.03.2013 г.) санкциями за злоупотребление правом являются:

- отказ лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично;

- возложение обязанности возместить убытки;

- иные меры, предусмотренные законом.

Применение санкций в рамках договора титульного страхования направлено на защиту субъективных прав добросовестного участника страховых правоотношений. Что касается гражданско-правовых санкций пресекательного действия, которые применяются за нарушение условий договора титульного страхования, то среди таких в первую очередь следует назвать отказ страховщика в осуществлении страховой выплаты в пользу страхователя (выгодоприобретателя).

Одним из оснований для отказа страховщика от осуществления страховых выплат в пользу страхователя (выгодоприобретателя) в рамках страховых отношений, следующих из договора титульного страхования,

48

следует рассматривать неисполнение страхователем (выгодоприобретателем) обязанности немедленно (после того как ему стало известно), либо в срок, установленный договором титульного страхования, уведомить страховщика или его представителя установленным в договоре способом о наступлении страхового случая. Однако такой отказ возможен только в том случае, если не будет доказано, что страховщик своевременно узнал о наступлении страхового случая, либо, что отсутствие у страховщика сведений об этом не могло сказаться на его обязанности выплатить страховое возмещение.

Вышеприведенный отказ в страховой выплате не может быть рассмотрен как применение к страхователю мер гражданско-правовой ответственности. Ю.Б. Фогельсон совершенно справедливо пишет, что такой отказ в осуществлении страховой выплаты является ничем иным, как односторонним отказом от исполнения обязательства [10, c. 182], т. е. одним из установленных законодателем способом защиты гражданских прав, установленных в нормах ст. 12 ГК РФ. Такая позиция вполне соотносится с нормами ст. 310 ГК РФ, в которых установлено, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. В.С. Белых и И.В. Кривошеев обоснованно полагают, что самостоятельность отказа в страховой выплате как санкции пресекательного действия обусловлена иной, чем при возмещении убытков и взыскании неустойки формой отрицательных последствий. На страхователя не возлагается никаких новых или дополнительных гражданско-правовых обязанностей, но он лишается права требовать от страховщика исполнения обязанности по выплате страхового возмещения [2, c. 186].

Говоря об одностороннем отказе страховщика от выплаты страхового возмещения страхователю (выгодоприобретателю), уместно еще раз обратиться к нормам ст. 310 ГК РФ. В данной статье установлено правило, в соответствии с которым односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются и в случаях, предусмотренных договором, если иное не следует из закона или существа обязательства. Учитывая, что страхователь по договору титульного страхования страхует не предпринимательский риск, а риск утраты права собственности по юридическим основаниям, автор полагает, что в договоре титульного страхования не могут быть прописаны

49

дополнительные основания для освобождения страховщика от страховой выплаты, которые прямо не указаны в законе.

Анализ правового положения страховщика и страхователя (выгодоприобретателя) позволяет сделать вывод, что законодатель достаточно определенно разграничивает отказ страховщика от осуществления страховой выплаты и освобождение страховщика от возмещения страховых убытков (п. 3 ст. 962, ст. 963 ГК РФ).

Так, нормы п. 3 ст. 962 ГК РФ определяют, что страхователь по договору титульного страхования несет ответственность за непринятие им разумных и доступных в сложившейся обстановке мер, направленных на уменьшение возможных страховых убытков. Если будет установлено, что страхователь умышленно не принял вышеназванные меры, то страховщик освобождается от возмещения страховых убытков.

Весьма похожая правовая конструкция отражена и в нормах ст. 963 ГК РФ, где применительно к титульному страхованию определено, что страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя или выгодоприобретателя. При этом нормы абз. 2 п. 1 ст. 963 ГК РФ определяют, что грубая неосторожность страхователя или выгодоприобретателя является основанием для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения только в том случае, когда это предусмотрено специальным законом. Именно на это обратил внимание Президиум Высшего арбитражного суда РФ в своем постановлении от 24 июня 1997 г. [8].

Как было сказано выше, нормы специального законодательства могут расширять перечень оснований для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения. В качестве такого примера следует рассматривать нормы ст. 265 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, в которых определено, что «страховщик не несет ответственность за убытки, причиненные умышленно или по грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя либо его представителя» [4].

А.Н. Симоненко, комментируя данное правило, пишет, что иногда в стандартных правилах страхования в качестве основания для освобождения страховщика от исполнения своих обязательств непосредственно приводится обобщенная формулировка о наступлении страхового случая в результате грубой небрежности или неосторожности страхователя, застрахованного лица или выгодоприобретателя. Однако какие бы формулировки здесь ни применялись, эти положения ничтожны, поскольку противоречат императивной норме закона. В соответствии с ч. 2 п. 1 ст. 963 ГК РФ гру-

50

бая неосторожность может служить основанием для освобождения страховщика от страховой выплаты лишь в том случае, когда это прямо предусмотрено законом, например в ст. 265 КТМ РФ, где речь идет об освобождении страховщика от ответственности за убытки, причиненные умышленно или по грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя, либо его представителя. Вышеназванный автор отмечает, что поскольку согласно ст. 970 ГК РФ положения гл. 48 ГК РФ применяются для регулирования договора морского страхования лишь субсидиарно, т. е. в той части, которая не урегулирована КТМ РФ, нормы ст. 265 КТМ РФ отменяет применительно к морскому страхованию положения ч. 2 п. 1 ст. 963 ГК РФ [9].

В.А. Мусин совершенно справедливо утверждает, что при умысле лицо действует с намерением причинить убытки, а при неосторожности убытки причиняются вследствие упущений и ошибок, выразившихся в отступлении от обязательных требований внимательности и осмотрительности. Что же касается грубой неосторожности, то она выражается в нарушении предписаний, о которых должно быть осведомлено каждое лицо, выполняющее операции подобного рода. При простой неосторожности речь идет о такой ошибке, избежать которую данное лицо могло лишь благодаря, например, своей особо высокой квалификации. Простая неосторожность страхователя (выгодоприобретателя) не освобождает страховщика от осуществления выплаты страхового возмещения [6].

Автор присоединяется к мнению В.С. Белых и И.В. Кривошеева, утверждающих, что умысел страхователя или выгодоприобретателя в реализации страхового риска может выражаться не только в противоправных действиях, направленных на наступление страхового случая, но и в совершении умышленного преступления, находящегося в прямой причинной связи со страховым случаем [2, c. 187].

Анализ норм ст. 964 ГК РФ, устанавливающих перечень оснований для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения и страховой суммы, показывает, что далеко не все из приведенных в данной статье оснований могут применяться к конструкции титульного страхования. Так, по общему правилу не могут рассматриваться как страховой случай в рамках титульного страхования такие события, как воздействие на объект страхования ядерного взрыва, радиации или радиоактивного заражения; военные действия и маневры или иные военные мероприятия; гражданская война, народные волнения, всякого рода либо забастовки. И это вполне объяснимо, ибо титульное страхование осуществляется на слу-

51

чай негативного влияния на правомочия по владению, пользованию и распоряжению имуществом юридических рисков, а не рисков фактической утраты имущества. Однако законодатель предусмотрел оговорку, что вышеназванное правило применяется только тогда, когда в законе или договоре страхования не предусмотрено иное. Иначе говоря, специальные законодательные нормы или пункты договора могут предусматривать исключения из общего правила и возможность освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения и страховой суммы даже по указанным в п. 1 ст. 964 ГК РФ основаниям.

Что же касается норм п. 2 ст. 964 ГК РФ, то эти нормы имеют к титульному страхованию самое непосредственное отношение, ибо устанавливают основания для освобождения страховщика от осуществления страховых выплат при утрате титула по юридическим основаниям: вследствие изъятия, конфискации, реквизиции, ареста или уничтожения застрахованного имущества по распоряжению государственного органа[5, c.555]. При этом законодатель снова делает оговорку, что в договоре имущественного страхования (разновидностью которого и является титульное страхование) может быть предусмотрено иное.

Анализ норм Гражданского кодекса РФ, касающихся страхования, позволяет сделать вывод, что конструкция освобождения от страховой выплаты достаточно активно используется законодателем. Помимо рассмотренных нами норм ст. 962, 963 ГК РФ, освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения происходит и в случае невыполнения страхователем правил суброгации вследствие отказа от своего права требования к лицу, ответственному за убытки или допущение иного действия (бездействия), из-за которого осуществление этой обязанности стало невозможным. Данное правило достаточно четко прописано в п. 4 ст. 965 ГК РФ.

Рассматривая основания освобождения страховщика от осуществления страховых выплат в пользу страхователя (выгодоприобретателя), видим весьма интересную картину. Достаточно часто такие основания освобождения от страховой выплаты не связываются с какими-либо нарушениями страхователем (выгодоприобретателем) условий договора. Указанное не позволяет утверждать, что такое освобождение является гражданско-правовой санкцией, направленной против страхователя (выгодоприобретателя).

Ю.Б. Фогельсон полагает, что освобождение от страховой выплаты можно рассматривать в качестве основания прекращения гражданскоправовых обязательств по аналогии использования термина «освобожде-

52

ние» в контексте ст. 415 ГК РФ [10, с. 190]. Однако полагаем, что такое утверждение недостаточно корректно. Следует согласиться с точкой зрения В.С. Белых и И.В. Кривошеева, отмечающих, что в рамках ст. 415 ГК РФ термин «освобождение» применяется не просто к обязательству вообще, а рассматривается как один из вариантов прощения долга. Что же касается использования термина «освобождение» в контексте норм гл. 48 ГК РФ, то в данном случае, ни о каком прощении долга речь не идет. Ведь при наступлении страхового случая страхователь (выгодоприобретатель) не совершает каких-либо действий, свидетельствующих о прощении страховщика [2, с. 188-189].

Говоря о проблематике злоупотребления страхователем своими правами в рамках конструкции титульного страхования, хотелось бы обратиться к нормам ст. 958 ГК РФ. В них определено, что договор страхования может быть досрочно прекращен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала, и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай. Применительно к титульному страхованию в качестве оснований для досрочного прекращения страховых отношений законодатель устанавливает гибель застрахованного имущества по причинам иным, чем наступление страхового случая. Кроме того, законодатель в п. 2 ст. 958 ГК РФ предоставляет страхователю (выгодоприобретателю) право в любое время отказаться от договора страхования, если к моменту отказа возможность наступления страхового случая не отпала по обстоятельствам, указанным в п. 1 ст. 958 ГК РФ.

Законодатель устанавливает правило, в соответствии с которым в вышеназванных случаях при досрочном прекращении договора страховщик имеет право на невозврат либо всей страховой премии (при досрочном добровольном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования, либо части страховой премии (если невозможность наступления страхового случая отпала, и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай), которая должна быть пропорциональной времени, в течение которого действовало страхование. Однако следует учитывать, что хотя нормы второго абзаца п. 3 ст. 958 ГК РФ определяют общее правило о невозврате уплаченной страховой премии при досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования, договором могут быть предусмотрены другие варианты развития событий.

53

М.Я. Шиминова полагает, что рассмотренное выше право страховщика на невозврат страховой премии (в полном объеме, либо частично) следует квалифицировать как гражданско-правовую санкцию [11, c. 171]. Однако правомерность такого заявления небесспорна. Наши возражения обусловлены тем, что санкция в гражданском праве рассматривается прежде всего как неблагоприятное последствие имущественного и организационного характера за совершенное правонарушение. Однако в досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования (в том числе и титульного) нет состава гражданского правонарушения. Досрочный отказ от договора страхования следует считать формой реализации субъективного права страхователя (выгодоприобретателя) на односторонний отказ от участия в правоотношении. Хотя такой односторонний отказ страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования порождает для него определенные обязательства по оплате страховщику цены страхового риска и суммы расходов, произведенных страховщиком на проведение страхования.

Думается, что удержание страховщиком страховой премии или ее части, есть не что иное, как его право на возмещение произведенных затрат, обусловленных действием договора страхования. Некоторые ученые относительно к данному случаю предпочитают говорить о том, что удержание страховой премии - это та выкупная сумма, которую страхователь (выгодоприобретатель) должен заплатить за возможность досрочного расторжения договора. Изложенное позволяет небезосновательно утверждать, что невозврат страховой премии - это не санкция, а реализация страховщиком своего субъективного права в рамках страхового правоотношения [2, с. 190]. Данный отказ от договора страхования нельзя считать мерой пресечения.

Однако в случае нарушения страхователем обязанности по уплате страхового взноса при заключенном договоре страхования (в том числе и титульного), т. е. если страховая премия платится в рассрочку, то в соответствии с нормами п. 3 ст. 954 ГК РФ в договоре могут быть определены последствия такой неуплаты. Анализ действующих договоров титульного страхования показывает, что наиболее характерным последствием такой неуплаты является либо прекращение договора, либо начисление неустойки на просроченную сумму, либо начисление неустойки на просроченную сумму с последующим досрочным прекращением договора по прошествии определенного сторонами предельного срока просрочки платежа. Такое расторжение договора есть яркий пример применения пресекательной

54

санкции в рамках титульного страхования. Хотелось бы отметить, что в последнем случае применение страховщиком пресекательных санкций не исключает и применение им к страхователю имущественных санкций в виде возмещения убытков, причиненных таким досрочным расторжением договора.

Также как пресекательную санкцию следует рассматривать досрочное расторжение договора страхования в соответствии с правилами п. 3 ст. 959 ГК РФ, если в период действия договора титульного страхования страхователь (выгодоприобретатель) незамедлительно не сообщит страховщику о ставших ему известных значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска.

Поясняя критерии значительности вышеназванных изменений, законодатель определяет, что «значительными, во всяком случае, признаются изменения, оговоренные в договоре страхования (страховом полисе) и в переданных страхователю правилах страхования» (п. 1 ст. 959 ГК РФ.).

В качестве факторов, которые имеют существенное влияние на увеличение страхового риска, следует отметить любую информацию, ставшую известную страхователю и/или выгодоприобретателю после заключения договора титульного страхования, которая касается любых ранее совершенных сделок с объектом титульного страхования если:

- хотя бы один из предыдущих отчуждателей объекта страхования (продавец, даритель, получатель ренты и пр.) на момент совершения сделки по передаче объекта страхования страхователю или предыдущим титульным владельцам являлся несовершеннолетним (например, в документах, удостоверяющих личность отчуждателя, предъявленных при заключении договора, имелись ошибки в записи о дате его рождения);

- хотя бы один из предыдущих отчуждателей объекта страхования на момент совершения сделки по передаче объекта страхования страхователю или предыдущим титульным владельцам являлся недееспособным, либо был не способен понимать значение своих действий или руководить ими в момент совершения сделки, либо был ограничен судом в дееспособности, но при заключении сделки данный факт учтен не был;

- при совершении сделки по передаче объекта страхования страхователю или любому предыдущему титульному владельцу хотя бы один из предыдущих отчуждателей действовал под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной сделки или вследствие стечения тяжелых обстоя-

55

тельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась;

- хотя бы одна из предыдущих сделок по передаче объекта страхования страхователю или предыдущим титульным владельцам была совершена неуполномоченным лицом либо данное лицо действовало с превышением имеющихся у него полномочий, в том числе если лицо, являющееся сособственником отчуждаемого имущества, при заключении сделки по отчуждению общего имущества не имело полномочий на такое отчуждение от других сособственников, либо нарушило их право на преимущественное возмездное приобретение отчуждаемой доли в общем имуществе;

- каким-либо предыдущим собственником застрахованного имущества предъявлен иск об истребовании данного имущества от фактического титульного владельца на основании того, что это имущество выбыло из его владения помимо его воли.

В качестве последствий возникновения обстоятельств, влекущих увеличение страхового риска и неизвестных сторонам на момент заключения договора титульного страхования, законодатель предусматривает появление у страховщика права на изменение условий договора или право требовать уплаты дополнительной страховой премии, которая должна быть увеличена соразмерно увеличению риска. В том же случае, если страхователь (выгодоприобретатель) возражает против изменения условий договора страхования или доплаты страховой премии, то страховщик вправе потребовать расторжения договора титульного страхования в соответствии с правилами, предусмотренными гл. 29 Гражданского кодекса РФ.

Неисполнение страхователем или выгодоприобретателем обязанности о незамедлительном сообщении страховщику, обо всех, ставших ему известных после заключения договора титульного страхования притязаниях и других значительных изменениях, способствующих увеличению страхового риска, влечет возникновение у страховщика права требовать расторжения договора титульного страхования и возмещения убытков, причиненных расторжением договора в соответствии с нормами п. 5 ст. 453 ГК РФ. Однако напомним, что страховщик не вправе требовать расторжения договора титульного страхования, если обстоятельства, влекущие увеличение страхового риска, уже отпали (п. 4 ст. 959 ГК РФ).

Думается, что применение санкций в рамках договора титульного страхования направлено на защиту субъективных прав добросовестного

56

участника страховых правоотношений, а также на обеспечение стабильности и нерушимости страховых обязательств.

Список литературы

1. Алексеев С.С., Васильев А.С., Голофаев В.В., Гонгало Б.М. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (учебно-практический). Части первая, вторая, третья, четвертая / под ред. С.А. Степанова. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Проспект; Екатеринбург: Ин-т частного права, 2010 // СПС Гарант. [Электр. ресурс].

2. Белых В.С., Кривошеев И.В. Страховое право. - М., 2001.

3. Гражданское право. Ч. 1 / под ред. Ю.К. Толстого и А.П. Сергеева. -СПб., 1996; Гражданское право: учеб. Т. 1 / под ред. Е.А. Суханова. - М., 1998.

4. Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 30 апреля 1999 г. № 81-ФЗ (с послед. изм.) // СЗ РФ. - 1999. - № 18. - Ст. 2207.

5. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный). 3-е изд. испр. и доп. / отв. ред. О.Н. Садиков. - М., 1998.

6. Комментарий к Кодексу торгового мореплавания Российской Федерации / под ред. Г.Г. Иванова. - 2-е изд., испр. и доп. - М.: Спарк, 2005 // СПС Гарант. [Электр. ресурс].

7. Матанцев Д.А. Злоупотребление правом в гражданско-правовых обязательствах // Бюл. нотариальной практики. - 2011. - № 4.

8. Постановление Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 24 июня 1997 г. № 249/97 // Вестн. Высшего арбитражного суда Российской Федерации. -1997. - № 10.

9. Симоненко А.Н. Комментарий к Кодексу торгового мореплавания РФ. -Система ГАРАНТ, 2009 // СПС Гарант. [Электр. ресурс].

10. Фогельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. - М.,

1999.

11. Шиминова М.Я. Государственное страхование в СССР. - М., 1987.

57