Искусство на вынос

Событием последнего часового и ювелирного салона в Базеле стала премьера украшений великого британского архитектора иракского происхождения Захи Хадид. Не первая ее коллекция, но, как оказалось, последняя. 31 марта она скончалась от сердечного приступа в возрасте 65 лет. Мир не находил слов. Впрочем, это не первый раз: лишать способности говорить Хадид умела и при жизни, для этого достаточно было оказаться один на один с ее зданиями — архитектурными аттракционами, от которых захватывает дух. Она проектировала с мужским размахом — мощно и уверенно, но по-женски страстно, то сглаживая, то заостряя углы и всегда стремясь к гармоничному единству. Недаром Хадид стала первой в истории женщиной-архитектором, получившей Притцкеровскую премию — архитектурную Нобелевку. Свои здания она вписывала в пространство без единого шва: ее волнообразный мост в испанской Сарагосе, ведущий в павильон "Экспо-2008", словно повторял плавное течение реки. На воде пришвартовался оперный театр в Гуанчжоу — восхитительное сочетание природы и технологий. Кончиком носа ловит облака ее гордое здание Политехнического университета в Гонконге, вся конструкция которого устремлена в небо. Еще один университетский проект — Музей искусств в Мичиганском университете выглядит как алмаз без огранки — острые "крыши" с металлическими складками вылезают с разных сторон. Конечно, никаких крыш в ее зданиях быть не может — ведь это монолитные, будто бы инопланетные конструкции. За какие бы проекты ни бралась Хадид — будь то дизайн офисов, обуви, сумок, одиозных яхт или частных жилищ — в каждом из них ее почерк был узнаваем. Так было и с ювелирными украшениями.

1 / 5

Капсульная коллекция Lamellae для датского бренда Georg Jensen — это пять колец и три браслета, выполненные из серебра 925-й пробы (самая доступная версия) и из радированного серебра с вставками из черных бриллиантов (цена доходит до €25 тыс.). Lamellae переводится как "пластины", что полностью соответствует футуристическому многослойному дизайну украшений. Но главное — это сумасшедшая форма. Браслеты на ползапястья и кольца-кастеты обвивают тело, врастают в него, не то как рыцарские доспехи, не то как наноимплантат. Эти украшения производят сильное впечатление, и в то же время в них просто хочется жить.

Из сравнительно недавних арт-премьер в ювелирном мире — коллекция Ай Вэйвэя Rebar in Gold ("Арматура в золоте"), созданная по заказу лондонской галереи Elisabetta Cipriani, специализирующейся на искусстве, которое можно надеть. Это, например, произведения художника-"бедняка" Янниса Кунеллиса или Ильи и Эмилии Кабаковых. Но работы прославленного китайца, автора гигантских скульптур не так-то просто носить на себе. Он любит рассказывать истории и не побоялся рассказывать их и в украшениях. Свои изящные, нежные браслеты, а в коллекции, кроме них, ничего и нет, он посвятил страшному землетрясению в Китае в 2008 году. Тогда сильнейшие подземные толчки разрушили провинцию Сычуань и унесли жизни 90 тыс. человек, среди которых было очень много детей. Вэйвэй провел собственное расследование и выяснил, что большинство школ в этом сейсмически активном районе были построены без соблюдения норм. При землетрясении здания рушились как карточные домики. Трагедия стала темой не только его расследования, но и одноименной инсталляции Straight. Это тонны железных прутьев, собранных под обломками зданий и затем выпрямленных. Вэйвэй показывал Straight на Венецианской биеннале, в Королевской академии художеств и на других выставках, и эффект каждый раз был одинаковым: казалось, что под каждым из этих прутьев стонет умирающий ребенок. На эту же тему он создал и ювелирную коллекцию, только прутья не из железа, а из золота, и не прямые, а изогнутые. Возможно, именно такими скрученными Вэйвэй и находил их под завалами. Он говорит, они должны напоминать нам о ценности жизни.

В Париже арт-украшения стоит искать на левом берегу Сены, в специализированной галерее MiniMasterpiece. Всего за четыре года работы здесь подобралась отличная компания художников, дизайнеров и архитекторов: от мировых классиков ХХ века (Пабло Пикассо, Оскар Нимейер) к классикам французским (Арман, Франсуа Морелле) и современным звездам местной и мировой арт-сцены (Клод Левек, Бернар Вене, кореец Ли Уфан).