РЕДАКТОРСКАЯ СТРАТЕГИЯ Н. А. НЕКРАСОВА КОНЦА 1840-х гг. (ПРИНЦИПЫ РАБОТЫ С ПРОБЛЕМНЫМИ ТЕКСТАМИ)

Вестник Челябинского государственного университета.

2018. № 6 (416). Филологические науки. Вып. 113. С. 204—209.

УДК 821.161.1 [Некрасов+Современник]

ББК 83.3

РЕДАКТОРСКАЯ СТРАТЕГИЯ Н. А. НЕКРАСОВА КОНЦА 1840-х гг.

Е. И. Чумаченко

Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова, Москва, Россия

Рассмотрены требования, которые предъявляла редакция журнала «Современник» конца 1840-х гг. к текстам для журнала. На примере текстов С. И. Астракова, Н. А. Мельгунова и Н. Г Фролова проанализировано, как редакторы «Современника» работали с неподходящими, по их мнению, текстами. Выявлены причины, по которым такие материалы появлялись в журнале.

Ключевые слова: «Современник», редакция журнала, редакторская стратегия, статья, рецензия, фельетон, Н. А. Некрасов, В. Г. Белинский, Т. Н. Грановский, С. И. Астраков, Н. А. Мельгунов, Н. Г. Фролов.

В 1847 г. новая редакция журнала «Современник» во главе с Н. А. Некрасовым столкнулась с рядом трудностей, в том числе с проблемой заполнить журнал: часть текстов невозможно было публиковать из-за цензурных изъятий и запретов; кроме того, накладывала отпечаток специфика работы в журнале московских авторов, на исключительное сотрудничество которых поначалу рассчитывали редакторы (см., напр.: [2. С. 418—419]). Получилось, что «москвичи» давали тексты и в «Современник», и в «Отечественные записки», — такая ситуация была опасна поддержкой конкурента А. А. Кра-евского и одновременно уменьшала объем текстов, которые мог бы получать «Современник» [4. С. 93—110]. Все это сказывалось на заполнении журнала, иногда приводило к нехватке материалов. И Некрасову приходилось печатать тексты литераторов, часть из которых не понимала особенностей журнального формата. Мы проанализируем рецензии и статьи трех таких авторов (С. И. Астракова, Н. А. Мельгунова и Н. Г. Фролова), чье сотрудничество в «Современнике» ранее не становилось предметом специального исследования. На примере взаимодействия редакции с этими авторами удобно рассмотреть принципы работы редакции «Современника» с проблемными текстами.

Обсуждаемые нами тексты появлялись в отделах «Науки и художества», «Критика и библиография» и «Смесь». Проблему состава этих отделов и эпизод с помещением статей Фролова и постепенным прекращением сотрудничества в журнале Мельгунова обсуждал В. Е. Евгеньев-Максимов [4], однако он рассматривал в основном тематику отделов, не уделял внимания требованиям, предъявляемым редакцией «Современника» к текстам.

Мы рассмотрим аспект, не привлекавший внимание исследователей: какие требования предъявляла редакция к текстам и как редакторы журнала (в основном Некрасов и В. Г. Белинский) справлялись с возникавшими трудностями (необходимостью публиковать неудачные, по их мнению, материалы).

Первый случай касается незначительного превышения формата рецензий, написанных математиком Астраковым и опубликованных в отделе «Критика и библиография». Астраков, друг А. И. Герцена и Н. П. Огарева, был привлечен к работе в «Современнике» учеником ключевого сотрудника журнала Т. Н. Грановского И. К. Баб-стом1.

Рецензии самого Бабста на книги исторической тематики и учебные пособия по разным языкам Некрасов не критиковал: они были лаконичны, интересно написаны, автор присылал их вовремя. Получая тексты Астракова, Некрасов сталкивается с тем, что новый автор не совсем понимает формат статей «нелитературной» тематики: превышает нужный объем. Об этом Некрасов пишет Бабсту 6 апреля 1848 г.: «Статьи его хороши, но на будущее время потрудитесь тонко заметить ему, что статьи о специальных книгах не всегда могут быть так длинны (для литературного журнала), как его статьи о климате Москвы и о Пере-вощикове, чему доказательством могут служить <...> другие статьи по специальным предметам, писанные у нас другими авторами. Но это в скобках» [9. С. 108].

1 В письме от 9 марта 1848 г. Некрасов благодарил Бабста «за трудолюбие в прошлом месяце и за статью г. Астракова» [9. С. 106], а в апреле этого же года благодарил «за приохочение Астракова к работе» [Там же. С. 108].

Упоминаемые Некрасовым тексты Астракова занимают 11—12 журнальных страниц1. Сравнивая объем рецензий Астракова с текстами других рецензентов в «Современнике» на книги «неспециальной» тематики, мы видим, что в основном такого рода тексты занимают 1—2—5 страниц «Современника» (для сравнения скажем, что в «Отечественных записках» и «Библиотеке для чтения» за январь — апрель 1848 г рецензии на «неспециальные» темы занимают в среднем по 1—2 страницы), но за 1847—1848 гг. в «Современнике» встречаются и «длинные» рецензии (больше 10 страниц журнала).

К еще одной рецензии Астракова, занимавшей 3 журнальные страницы, Некрасов не придирается2, из чего мы можем сделать вывод, что в остальном материалы, присылаемые Астраковым, редакторов в целом устраивали, несмотря на то что были ориентированы скорее на узкую аудиторию специалистов, чем на массового читателя. В рецензии на книгу ученого и популяризатора науки М. Ф. Спасского, по которой последний защитил докторскую диссертацию в Московском университете («О климате Москвы...»), Астраков подробно и обстоятельно (даже слишком) разбирает тему и предмет работы Спасского, описывает споры вокруг заглавия этого труда и его соотношения с содержанием, оговаривает структуру работы. Рецензия на книгу «Предварительный курс астрономии» популяризатора науки, преподавателя Московского университета Д. М. Перевощико-ва знакомит читателя с целями астрономических наблюдений, способами определения положения небесных тел и т. д.; Астраков подробно рассматривает книгу (критикует Перевощикова за недостаточно подробное описание астрономического оборудования, отсутствие ссылок на некоторые исследования и за неудобное изложение материала, сравнивает с предыдущим изданием этого же труда).

Рассматривая ситуацию с текстами, которые присылал Астраков, мы можем выявить основное требование, которое редакторы предъявляли к помещаемым в журнале рецензиям на книги не-

1 [Астраков С. И.] Предварительный курс астрономии Д. Перевощикова. Изд. второе, испр. М., 1847 // Современник. 1848. № 3. Отд. III. С. 91—104; [Астраков С. И.] О климате Москвы. Критическое исследование М. Спасского. М., 1847 // Современник. 1848. № 4. Отд. III. С. 134—145. [См.: 9. С. 290].

2 [Астраков С. И.] Теория равновесия тел, погруженных в жидкость. Рассуждение, написанное для получения степени магистра А. Давидовым. М., 1848 // Современник. 1848. № 4. Отд. III. С. 145—147. [См.: 9. С. 290].

беллетристического характера: небольшой объем. Добавим, что еще одним весьма желательным свойством таких рецензий было увлекательное изложение материала. Рассмотренные нами тексты Астракова не вызывали проблем у редакторов. Следующие два случая, о которых пойдет речь, были, с точки зрения редакции, неудачными и потребовали принципиальных решений.

Тексты Мельгунова, которые хвалил Герцен, читающий за границей «Современник», вызвали неудовольствие и затруднения у редакторов. Герцен писал 10—12 июня (29—31 мая) 1847 г.: «С особенным удовольствием мы здесь читаем в "Современнике]" статьи Мельгунова — их очень живой предмет и стремление перенести в печать творящееся около очень хорошо» [3. С. 28—29]. Однако взгляд снаружи не совпадал со взглядом редакторов. В письме В. П. Боткину Белинский обсуждает «московский фельетон» Мельгунова. Если рецензии Астракова немного превышают объем, то статья Мельгунова (от которого ожидали фельетон) была уже гораздо больше и написана в духе диссертации, на что сетует Белинский: «Дело идет о. Мельгунове. Бог послал нам в нем сотрудника... чересчур деятельного и плодовитого. Это с одной стороны хорошо, а с другой вовсе не хорошо. .Вот пример: вызвался М[ельгунов] писать нам московский фельетон. Получаем: святители! что это! тяжело, скучно! Но на безлюдье и Фома дворянин, на безрыбье и рак рыба. .Но вот беда: фельетон снабжен введением, которое вдвое длиннее его и пахнет диссертациею» [2. С. 353—354].

Действительно, в тексте Мельгунова цитаты можно было сократить и заменить пересказом, видно, что Мельгунов не справляется с объемом жанра фельетона и с его структурой. Например, пишет про юбилейный 1847 г., (700-летие Москвы), но при этом начинает очень издалека: описывает «ученый спор» о возникновении города и в его рамках спор, связанный с легендами о возникновении Москвы. Фактически Мельгунов делает обзор литературы и истории вопроса, и этот фрагмент текста действительно напоминает введение в диссертацию. Само празднование, описание которого было наиболее интересно читателю, Мельгунов дает очень кратко (перечисляет иллюминированные здания, одно из которых — Московский университет). После этого Мельгу-нов сразу переходит к самому Московскому университету, пишет о сословном составе студентов, публичных курсах университетских профессоров. Такой выбор материала мог уводить от задачи увлечь и развлечь читателя (как мы помним, предполагалось, что Мельгунов напишет фельетон).

Мельгунов подробно пишет о реалиях Московского университета, в том числе о неинтересном, на взгляд самого Мельгунова, курсе лекций профессора И. Я. Зацепина (оговаривается при этом, что не знает, что сказать «о пользе» самих лекций), уделяя мало внимания другим темам, которые могли быть более интересны читателям. В следующем эпизоде Мельгунов дает большие цитаты из разбираемого курса лекций С. П. Шевырева (из 18 журнальных страниц фельетона 9 занято разбором лекций Шевырева), критикует стратегию его лекций и взгляды1.

Решение проблемы описано в том же письме Белинского: «Некр[а]с[о]в прибегает ко мне в отчаянии: так-де и так; поместить вместе с фельетоном нельзя никак, а не поместить — значит оскорбить человека, который так усердствует нашему журналу. Что делать? Подумав, я посоветовал отделить введение и напечатать его в науках. Думаю: надо журналу по возможности давать характер журнала русского, а в статье трактуется о вопросе, для нас, русских, близком и интересном; статью нельзя назвать положительно дурною» [2. С. 354].

Мы видим, что текст Мельгунова отличается от других «больших» текстов из отделов «Критика и библиография» и «Смесь» (например, В. А. Милютина, Г. П. Небольсина), а также изначально предназначавшихся для научного отдела текстов (например, Н. Г. Фролова, М. С. Хо-тинского). Изначально от Мельгунова ожидали фельетон, который предполагали поместить в отдел «Смесь». В результате материал был напечатан в виде двух текстов: «Несколько слов о Москве и Петербурге» (в отделе «Науки и художества») [5] и в первом разделе «Современных заметок» (в отделе «Смесь») [7]2. Появление ча-

1 Возможно, внимание к Шевыреву было обусловлено личными взаимоотношениями Мельгунова с Шевыре-вым и натурой Мельгунова. Белинский по этому поводу писал: «Н[иколай] Александрович человек умный и образованный, с кропотливым усердием он следит за всем новым, и нет ничего нового, чего бы не принял он к сведению. Но, по своей натуре, он не в состоянии усвоить себе никакого резко определенного, характеристического образа мыслей. Он примиритель; московский Одоевский. Он чуть не плачет, когда у нас при нем Шевырева называют подлецом (я сам был свидетелем этому), и я уверен, что он тоже чуть не плачет, когда Ш[е]в[ы]р[е]в при нем честит меня по-своему. Ему хотелось бы всех нас свести и помирить» [2. С. 353—354].

2 Мельгунову принадлежит первый раздел заметок (I), в подзаголовке значится: «700-летие Москвы. — Значение Московского университета. — Публичные курсы московских профессоров. — Петербургские и московские славянофилы».

сти материала в научном отделе было обусловлено форматом текста, негодным для фельетона «Смеси». Редакция нашла выход из положения, поместив в одной книжке два текста Мельгунова, однако дальнейшее постоянное сотрудничество Мельгунова могло стать проблемой и с точки зрения неудобных по формату текстов, и в финансовом отношении. Белинский пишет, что платить автору за тексты такого качества невыгодно: «В отношении к таким статьям деньги — вещь важная и сорить их глупо. Такие статьи для журнала — не лишнее дело (если они не длинны и не часто печатаются), когда за них плата — не деньги, а честь напечатания в хорошем журнале. .. .Ты видишь, что статья помещена из деликатности. Похвал мы за нее не слыхали, а брань уже слышали. И платить деньги из деликатности! Это именно одна из тех статей, которые так и смотрят даровыми и которые журналист бережет на черный день, чтобы заткнуть недостаток хорошей статьи» [Там же].

Помимо всего прочего, Мельгунов не понимал, что его тексты не соответствуют формату фельетона, жаловался всем на Некрасова и Панаева, что «несправедливо с ним поступили» [9. С. 72], раздробив его «Современные заметки» [Там же. С. 73, 270]. Об этом сообщает Некрасов в письме Белинскому, И. С. Тургеневу и П. В. Анненкову, описывая, что москвичи с юмором отнеслись к жалобам Мельгунова. Однако Мельгунов рассчитывал сотрудничать с журналом и дальше. Редакция же находила такое сотрудничество обременительным, но конфликтовать с автором не хотела: во-первых, Мельгунов достаточно тесно был связан с окружением «Современника»; во-вторых, журнал не мог рисковать и совсем разрывать отношения с сотрудником, который готов поставлять тексты. И издатели решили меньше платить Мельгунову: «Вследствие всего этого мы решились несколько расхолодить усердие Николая Александровича к нашему журналу» [2. С. 357]. Как и рассчитывали редакторы, сотрудничество Мельгунова с «Современником» постепенно прекратилось [4. С. 129—164].

Проблема жанра и формата журнального текста встала перед редакцией не один раз. Если в случае с рецензией Астракова Некрасов только намекает на то, что надо бы покороче, а статью Мельгуно-ва сокращают, разбивают и помещают в разных отделах журнала, то с текстами Фролова (близкого человека Грановскому) дело складывается гораздо хуже: его статья не помещается даже в два номера. По этому поводу Белинский 4—8 ноября 1847 г. из Петербурга пишет Боткину: «Вот статьи г. Фролова, особенно о Гумбольдте, — дру-

гое дело. Редакция "Современника" содрогнулась этой статьи, а напечатала ее потому только, что г. Фролов явился в редакцию с толками о Грановском, одном из исключительных сотрудников "Современника", как о своем друге. Фролов бесспорно человек хороший, но литератор он плохой. Он холоден, сух, пишет сонно, нескладно и варварским языком. Будь его статья для одного № — еще куда ни шло; а то ведь, кажется, №№ на десять пойдет пугать читателей и подписчиков "Современника". Ужас! Да еще наделал шуму из того, что статью его напечатали сжато, и насилу убедили его в необходимости поправлять слог его статей. А дали ему по 150 с нашего листа, то есть почти по 200 с листа "Отечественных записок", тогда как, повторяю, было бы во всех отношениях выгоднее ничего не дать, то есть вовсе не печатать статьи» [2. С. 420]. На недостатки стиля Фролова в письме от 7 ноября 1847 г. указывал и покровительствующий ему Грановский: «Твоя статья очень хороша, только тебе нужно будет. одолеть язык, который тебе не всегда покорен» [10. С. 424].

Несмотря на то что Белинский воспринимал ситуацию с Фроловым как катастрофу, Некрасов, вопреки воле Белинского, печатал статьи Фролова и не критиковал его, потому что не хотел портить отношения с Грановским [2. С. 435] и, возможно, и с другими членами круга «Современника», давно знавшими Фролова (Фролов, например, ранее входил в кружок Н. В. Станкевича [6. С. 169]). Фролов писал Грановскому 10 сентября 1847 г.: «И Пан[аев] и Некр[асов] любезны со мной» [Там же. С. 193], Грановский — Фролову: «Издатели "Современника" исполнены признательности за твое содействие в их журнале» [10. С. 423].

Статьи Мельгунова и Фролова не только породили споры между Некрасовым и Белинским по поводу качества печатаемого материала в журнале, а также были невыгодны в финансовом плане, но и нанесли репутационный ущерб: заставили редакцию «Современника» оправдываться и объясняться по поводу стратегии ведения журнала. В 1850 г. редакция «Современника» публично развернуто отвечает на обвинительные выпады «Отечественных записок»:

Второе обвинение «Отечественных записок» заключается в том, что «Современник» долго тянет некоторые статьи, не оканчивая их в одном году; это делается, по мнению статейки, с тем, чтобы удержать подписчиков на следующий год (?)... Вот слова «Отечественных записок»: «Современнику» попалась прекрасная вещь: «Письма об Испании» г. Боткина, и он тянул эту статью три года <... >. Что и говорить, письма г. Бот-

кина — прекрасная вещь, но их можно бы поместить в двух нумерах 1847 года, и потому такое протяжение их во времени доказывает неуверенность журналиста иметь такое же сочинение... < ...>. Возьмите еще пример из того же «Современника»: статья «Гумбольдт и его "Космос"» Н. Г. Фролова, подразделенная на пять частей (в 1847 г.— две статьи, в 1848 г. — две статьи, в 1849 г. — одна статья), печаталась три года, тогда как она могла очень удобно уместиться в двух книжках 1847 года [8. С. 14—15].

Некрасов отметает обвинения («Статьи <...> г. Фролова, печатались в "Современнике". по мере получения их от» автора [8. С. 15]) и указывает на то, что невозможно было поместить обсуждаемые статьи в то количество номеров, о котором говорят «Отечественные записки», что в «Отечественных записках» появляются статьи еще меньше по объему, чем в «Современнике».

Мы видим, что редакция журнала пыталась сохранить хорошую мину при плохой игре: публично статьи Фролова и Белинский, и Некрасов хвалят; например, Белинский в статье «Взгляд на русскую литературу 1847 г.» называет в перечне «замечательных ученых статей» две статьи Фролова про «Космос» [1. С. 354]. В переписке же выясняется, что Белинский был в ужасе от его текстов, а Некрасов печатает Фролова и Мельгу-нова, так как хочет сохранить хорошие отношения с окружением «Современника» и особенно с Грановским.

Итак, было несколько причин, по которым на страницах «Современника» периодически появлялись, с точки зрения редакции, неудачные, финансово и репутационно невыгодные журналу тексты. Отметим, что интуиция могла подводить Некрасова (так было позже в случае с текстами Чернышевского) и Белинского (тексты Фролова в результате не были проигрышными в глазах читателей, например А. А. Фет пишет, что увлеченно читал «"Космос" Гумбольдта в переводе Фролова» [11. С. 431]). Однако читательская рецепция — предмет для отдельного исследования, в настоящей работе мы ее не касаемся. Стремление печатать в журнале увлекательно и ярко написанные тексты распространялось на все отделы и было важной чертой нового «Современника». Однако это стремление было трудно реализовать в полной мере: редакция вынуждена была учитывать личные связи и взаимоотношения сотрудников. Кроме того, страх остаться без нужного числа постоянных авторов заставлял редакторов принимать материалы, которые их не устраивали (бывали периоды, когда в распоряжении редакции было мало текстов в принципе, и в этом

случае журнал спасали даже неудачные материалы). В такой ситуации разнородный состав редакции, может быть, не столь единой и сплоченной, как

впоследствии при Чернышевском, одновременно и доставлял большие неудобства, и все-таки иногда спасал ситуацию.

Список литературы

1. Белинский, В. Г. Полн. собр. соч. : в 13 т. Т. 10 / В. Г Белинский. — М., 1956.

2. Белинский, В. Г. Полн. собр. соч. : в 13 т. Т. 12 / В. Г. Белинский. — М., 1956.

3. Герцен, А. И. Собр. соч. : в 30 т. Т. 23 / А. И. Герцен. — М., 1961.

4. Евгеньев-Максимов, В. Е. «Современник» в 40—50 гг. От Белинского до Чернышевского / В. Е. Ев-геньев-Максимов — Л., [1934].

5. Л. [Мельгунов, Н. А.] Несколько слов о Москве и Петербурге / Л. // Современник. — 1847. — № 4. — Отд. II. — С. 63—74.

6. Литературное наследство. Т. 56. В. Г. Белинский. II. — М., 1950.

7. Н. Л-ский [Мельгунов, Н. А., Штрандман, Р. Р. и ?]. Современные заметки / Н. Л-ский // Современник. — 1847. — № 4. — Отд. IV. — C. 159—198.

8. Некрасов, Н. А. Полн. собр. соч. и писем : в 15 т. Т. 13, кн. 1 / Н. А. Некрасов. — СПб., 1997.

9. Некрасов, Н. А. Полн. собр. соч. и писем : в 15 т. Т. 14, кн. 1 / Н. А. Некрасов. — СПб., 1997.

10. Т. Н. Грановский и его переписка. Т. 2. — М., 1897.

11. Фет, А. А. Ранние годы моей жизни / А. А. Фет. — М., 1893.

Сведения об авторе

Чумаченко Елизавета Игоревна — аспирантка кафедры истории русской литературы филологического факультета, Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова. Москва, Россия. chumachenkoelizaveta@yandex.ru

Bulletin of Chelyabinsk State University.

2018. No. 6 (416). Philology Sciences. Iss. 113. Pp. 204—209.

THE ISSUE OF NIKOLAY NEKRASOV'S EDITORIAL STRATEGY IN THE SECOND HALF OF THE 1840s

Ye.I. Chumachenko

LomonosovMoscow State University, Moscow, Russia. chumachenkoelizaveta@yandex.ru

The article explores the "Sovremennik" editors' requirements to the magazine's materials (reviews and articles) of the late 1840s. The goal of the article is to analyse the editors' strategy for correction of unsuitable (from the editors' point of view) materials and for interaction with the authors and to find out why these texts were nevertheless published in the "Sovremennik". In accordance with the goal of the work, the following tasks were identified: to analyse texts written by S.I. Astrakov, N.A. Melgunov and N.G. Frolov, to demonstrate how the editors worked on these texts. The style and the format of texts were important for Nekrasov and Belinsky, but working in the situation when censorship was more important, they had to compromise. The paper reveals why the materials, which were unsuitable according to the editors, appeared in the "Sovremennik". The magazine needed a certain quantity of constant authors; editors were afraid to conflict with the valuable Sovremennik figures who were connected with the authors. The paper demonstrates that the heterogeneous composition of the "Sovremennik" (in contrast with Chernyshevsky's "Sovremennik" circle) brought difficulties to the editors but saved the magazine at the same time.

Keywords: "Sovremennik", editorial board, editorial strategy, article, review, feuilleton, N.A. Nekrasov, V.G. Belinsky, T.N. Granovsky, S.I. Astrakov, N.A. Melgunov, N.G. Frolov.

References

1. Belinskiy V.G. Polnoye sobraniye sochineniy v 13 t. T10 [Complete Works of Belinsky V.G. in 13 vol. Vol. 10]. Moscow, 1956. (In Russ.).

2. Belinskiy V.G. Polnoye sobraniye sochineniy v 13 t. T12 [Complete Works of Belinsky V.G. in 13 vol. Vol. 12]. Moscow, 1956. (In Russ.).

3. Gertsen A.I. Sobraniye sochineniy v 30 t. T. 23 [Complete Works of Gertsen A.I. in 30 vol. Vol. 23]. Moscow, 1961. (In Russ.).

4. Evgen'ev-Maksimov V.Ye. "Sovremennik" v 40—50 gg. Ot Belinskogo do Chernyshevskogo ["Sovre-mennik" of the 40—50s. From Belinsky to Chernyshevsky]. Leningrad, [1934]. (In Russ.).

5. L. [Mel'gunov N.A.]. Neskol'ko slov o Moskve i Peterburge [A few words about Moscow and Petersburg]. Sovremennik [Sovremennik], 1847, no. 4, pt. II, pp. 63—74. (In Russ.).

6. Literaturnoye nasledstvo. T. 56. V.G. Belinskiy. II [Literary Heritage. Vol. 56. V.G. Belinsky. II]. Moscow, 1950. (In Russ.).

7. N. L-sky. [Mel'gunov N.A., Shtrandman R.R. and ?]. Sovremennye zametki [Modern notes]. Sovremennik [Sovremennik], 1847, no. 4, pt. IV, pp. 159—198. (In Russ.).

8. Nekrasov N.A. Polnoye sobraniye sochineniy i pisem v 15 t. T. 13, kn. 1 [Complete Works and letters of Nekrasov N.A. in 15 vol. Vol. 13, book 1]. St. Petersburg, 1997. (In Russ.).

9. Nekrasov N.A. Polnoye sobraniye sochineniy i pisem v 15 t. T. 14, kn. 1 [Complete Works and letters of Nekrasov N.A. in 15 vol. Vol. 14, book 1]. St. Petersburg, 1997. (In Russ.).

10. T.N. Granovskiy i ego perepiska v 2 t. T. 2 [T.N. Granovsky and his correspondence in 2 vol. Vol. 2]. Moscow, 1897.

11. Fet A.A. Ranniye gody moey zhizni [Early years of my life]. Moscow, 1893.