Роль православного славянофильского мировоззрения в формировании духовно-нравственной сферы курсантов образовательных организаций системы МВД

О.В. Парилов, профессор кафедры философии Нижегородской академии МВД России, доктор философских наук, профессор

Роль православного славянофильского мировоззрения в формировании

духовно-нравственной сферы курсантов образовательных организаций системы МВД

Одна из основных проблем современного высшего образования, на наш взгляд, — сциентистский подход, выразившийся в ориентации на формирование «грамотных специалистов». При этом считаем, что мало уделяется внимания формированию мировоззрения учащихся. Вместе с тем, мы живем в эпоху укоренения материальных ценностей, потребительства, засилия масскультуры. В этих условиях проблема становления морально-духовного стержня будущих активных защитников правопорядка приобретает особую актуальность.

Православное учение славянофилов, как нам кажется, может сыграть большую роль в становлении нравственных основ курсантов специализированных вузов. Некоторые идеи славянофилов, на наш взгляд, сегодня актуальны как никогда1. Большая заслуга славянофилов заключается в том, что они в своем самобытном философском учении объясняют суть православного миропонимания, жизнь Русской православной церкви; освещают связь отечественной культуры с Церковью. По мнению Хомякова, именно православие сформировало самобытные русские начала и русский дух, который «создал русскую землю и... сформировал в народе все его нравственные силы»2.

Славянофилы убеждали, что православие укоренено в жизни русского народа, что утрата православных основ приведет к необратимым последствиям: «Беда, когда. выкидываются все корни и отпрыски своего исторического дерева: она [Россия] приходит к. неисцелимому шатанию»3.

Воспитание патриотизма в настоящее время имеет ключевое значение. Славянофилы раскрывают истинный смысл понятия «Отчизна». Это понятие они неразрывно соединяют с православной верой, Церковью, самобытной русской культурой, историей Российского государства, русским народом4. Так, Алексей Хомяков Родину связывает с Кремлем, Саровской пустынью, народным бытом с его песнями и обрядами, общиной сельской.

Неоднократно отмечалась значимость консолидации россиян, необходимость духовного единства. Между тем, в российском обществе сегодня весьма активно культивируется дух западного индивидуализма, ведущего к эгоизму, потребительству. В этой связи, весьма актуальным, на наш взгляд, представляется учение славянофилов о соборности, разработанное на основе православного мировоззрения. Вхождение в соборное единство, по славянофилам, есть условие постижения Истины, формирования нравственных основ личности. Личность, по мнению славянофилов, обретает полноту лишь в свободном, проникнутом братской любовью единении во Имя Христа. В соответствии с этим, православный человек является носителем чисто христианских начал: смирения, кротости, самоотвержения.

Что касается проблемы наиболее глубокого и всестороннего постижения тех или иных истин, актуальной в том числе и для курсантов специализированного вуза, то здесь, как нам кажется, чрезвычайно интересно будет учение И. Киреевского о цельности и онтологизме познания. У православного, считает философ, совсем иной принцип познания (согласования веры и разума), чем у представителя Запада. Православное мышление старается не «отдельные понятия устроить сообразно вере», но «самый разум поднять выше своего обыкновенного уровня — самый способ мышления возвысить до согласия с верой»5. Условия такого возвышения (а значит — познания) видятся Киреевским следующие. Первое — собрать в одну неделимую цельность все отдельные силы души: логическую способность, нравственное понятие, интуицию, понятие эстетического смысла, любовь и т. д.

Главное условие обретения человеком цельности, по Киреевскому, — «здоровье» моральной сферы, ибо от него зависит здоровье всех других сторон человека. Он полагал, что истиной в пра-

1 Парилов О.В. Русское национальное самосознание в отечественной консервативной мысли: генезис и современные проблемы // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2012. № 1—3.

2 Хомяков А.С. ПСС: в 8 т. М., 1904. Т. 3. С. 198.

3 Хомяков А.С. О старом и новом. Статьи и очерки. М., 1988. С. 161.

4 Треушников И.А. Философское обоснование российской государственности // Вестник Нижегородской правовой академии. 2014. № 2 (2).

5 Благова Т.И. Родоначальники славянофильства. А.С. Хомяков и И.В. Киреевский. М., 1995. С. 289.

Вестник Нижегородской академии МВД России, 2017, № 4

303

вославии владеют не только ученые-богословы, так как она подвластна не столько соображениям разума, сколько «духовному зрению, приобретенному цельностью бытия»1. Отсюда — второе необходимое условие истинного познания — чистая цельная жизнь. Таким образом, И. Киреевский явился выразителем тезиса о взаимосвязи способности к познанию и нравственного состояния человека.

Итак, православная философия славянофилов способна сыграть большую роль в становлении мировоззренческих основ курсантов специализированного вуза.

С.Р. Аблеев, начальник кафедры философии Московского университета МВД России им. В.Я. Кикотя, доктор философских наук, доцент;

П.П. Марченя, заместитель начальника кафедры философии Московского университета МВД России им. В.Я. Кикотя, кандидат исторических наук, доцент

Духовно-нравственное значение русской религиозно-философской традиции в формировании правосознания сотрудника органов внутренних дел России

Уже около тысячи лет, начиная со «Слова о Законе и Благодати», отечественной религиозно-философской мысли особое социально-значимое напряжение придает противопоставление земных законов и высшей истины, требующее нравственного оправдания права (и тех, кто ему служит) в традиционном религиозном сознании русского человека, обостряющее проблему поиска «духовных оснований права»2 (и, соответственно, всей правоохранительной деятельности). Уже тогда была сформулирована тема, актуальность которой лишь возросла в современной ситуации обострения информационно-психологического противостояния цивилизаций3, когда битва за состояние массового сознания, в «смутные времена» выступающего доминантой политической истории России4, определяющей результаты взаимодействия ее «гражданского общества» и «имперской государственности»5, выступает главным фактором защиты права на суверенитет и выбор собственного пути6.

Антипозитивизм православной традиции осмысления права отнюдь не может служить обоснованием представлений о якобы присущем ей «правовом нигилизме», которые основаны на европоцентристском мифе о существовании абстрактно-образцового — «нормального» — правосознания, соответствующего исключительно западным ценностям, выдаваемым за «общечеловеческие»7. Однако в русской религиозной мысли ставится задача развития науки права как «права самобытного, самостоятельного, носящего в себе свои собственные начала и законы своего определения»8, не как формальной дисциплины, а как способа познания человеком и народом своей исторической судьбы9, ибо «сама религия как осуществление "царства Божия" невозможна вне права и его признания, то есть вне правосознания»10. По поводу же обвинений нашего народа в «правовом нигилизме» со стороны западных и прозападных авторов уместно вспомнить мнение митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна о том, что русский народ, по версии отдельных историков, «склонный к анархии и произволу», ленивый, «равнодушный к личной свободе, к право-

1 Благова Т.И. Родоначальники славянофильства. А.С. Хомяков и И.В. Киреевский. М., 1995. С. 290.

2 Медушевская Н.Ф. Духовные основания современного российского права. М., 2008.

3 Общественное правовое сознание и отечественная философская традиция в контексте проблем духовного суверенитета России. М., 2016. URL: http://users4496447.socionet.ru/files/ops.pdf (дата обращения: 10.12.2016).

4 Марченя П.П. Массы и партии в 1917 г.: массовое сознание как доминанта русской революции // Новый исторический вестник. 2008. № 2 (18). С. 64—78.

5 Марченя П.П. Российская многопартийность: колыбель гражданского общества или могила имперской государственности? // Полис. Политические исследования. 2017. № 1. С. 41—52. URL: https://doi.org/10.17976/ jpps/ (дата обращения: 01.05.2017).

6 Аблеев С.Р., Кузьминская С.И. Манипуляции массовым сознанием: политическая мифология и стратегия демонизации // Вестник Московского университета МВД России. 2015. № 5. С. 172—176.

7 Марченя П.П. Парадоксы мифологии «правового нигилизма» в России // Закон и право. 2006. № 2. С. 20—22.

8 Хомяков А.С. О старом и новом. Статьи и очерки. М., 1988. С. 92.

9 Золкин А.Л. Эволюция философских воззрений И.А. Ильина и проблема методологии теории права // Вестник Московского университета МВД России. 2015. № 5. С. 183—186.

10 Ильин И.А. О сущности правосознания. М., 1993. С. 214.

304

Юридическая наука и практика