Правительство раскололось по культурному признаку

Доклад министра культуры и массовых коммуникаций Александра Соколова "О направлениях государственной политики в области культуры и массовых коммуникаций", сделанный им на вчерашнем заседании правительства, привел к расколу в кабинете министров. Одни члены правительства фактически призывали к введению цензуры, другие — заступались за свободу слова. Примечательно, что в числе сторонников жесткого контроля за средствами массовой информации оказался и приглашенный на заседание зампред Высшего арбитражного суда Эдуард Ренов.

Доклад министра культуры Александра Соколова произвел на коллег неизгладимое впечатление. Лучше других его выразил министр по чрезвычайным ситуациям Сергей Шойгу. "Я не понял, где тут основные направления. Все, что вы сказали,— это из положения о министерстве, это ваша работа, за которую вы получаете государево жалование",— заявил он. "Количество издаваемых газет в последние годы выросло на порядок, радиоканалов — в разы, книг — в разы. А мы, по вашим словам, являемся самой нечитающей страной. Зачем тогда издают? Семь лет звучат слова о защите авторских прав, но ничего не делается. Как были на Горбушке контрафактные, 'левые', 'бодяжные' диски, так они и есть. При этом фильмов снимается опять-таки в разы больше. Вы нам просто скажите по пунктам, что надо сделать, какие законы принять, и мы руками и ногами проголосуем",— призвал Сергей Шойгу. "Мы в конце концов правительство, а не филармония!" — объяснил глава МЧС докладчику, видимо, перепутав филармонию с консерваторией, поскольку перед тем, как стать министром, господин Соколов руководил как раз Московской консерваторией. "Хорошо, что консерваторией не обозвали!" — отозвался премьер Михаил Фрадков.

Но Александр Соколов и сам продемонстрировал быструю реакцию: "Надо не что-то подправлять, надо в корне пересмотреть отношение к данной сфере с тем, чтобы она финансировалась не по остаточному принципу, а рассматривалась в числе приоритетных, необходимых государству отраслей. Статистика — лукавая вещь. Вы говорите, растет количество книг, но тиражи-то падают. Детская литература с миллионных тиражей упала до 5-10 тысяч, цены на книги растут, они недоступны". Министр культуры перешел в наступление: "Контрафактная продукция будет востребована, пока заработная плата в стране такая, как сейчас: профессор, получающий гроши, будет ездить на Горбушку и покупать диски с учебными программами там". Но и Сергей Шойгу стоял на своем, предложив отправить доклад Минкульта на переделку.

Однако самое интересное случилось, когда обсуждение дошло до воспитательной функции культуры. "Вы патриотическим воспитанием молодежи будете заниматься?" — спросил премьер Михаил Фрадков у министра культуры. "Надо показывать в СМИ позитив реальной жизни,— уверенно ответил министр культуры,— а также людей, работающих на голом энтузиазме. Телевидение в последние полгода (примерно столько Минкультом руководит господин Соколов.—Ъ) стало это делать". Премьер не согласился: "Негатив захлестывает, и это провокация! Молодежь уводится в сторону". Министр Соколов в ответ процитировал любопытные признания, опустив имена их авторов. "Один губернатор" написал ему, что в "Российской газете" "позитив публикуют только за деньги, а негатив — даром". А "один главный редактор" заявил министру культуры, что ему "не нужны хорошо пишущие журналисты, а нужны 'хорошо лазающие через забор' (видимо, в охоте за эксклюзивом.—Ъ)".

Тема негатива заставила заговорить министра обороны Сергея Иванова: "Армию обвиняют в дедовщине. Недавно двое солдат сбежали, убили двух милиционеров, захватили заложников. СМИ писали о дедовщине. А я выяснил, что эти двое старослужащих перед побегом прочитали книжку 'Как убить мента'. Прочитали и пошли убивать! Я дал приказ изъять такого рода литературу". Дальше выяснилось, что министр обороны готов распространить опыт цензурирования в своем ведомстве на всю страну. Он поставил перед премьером и министром культуры задачу "прекратить дебилизацию населения 'Аншлагом' и другой телепошлятиной".

Генерала поддержал адвокат. Михаил Барщевский, представитель правительства в Верховном, Конституционном и Высшем арбитражном судах, самостоятельно сосчитал, что "70% голливудских фильмов проплачивает Пентагон, а остальное — Минюст и Минтруд". России, по словам адвоката, нужна культурно-идеологическая поддержка реформ, без нее не обойтись, как "реформа 1917 года" не обошлась без поддержки Александра Блока и Владимира Маяковского. Точки над i расставил бывший замминистра культуры СССР, а ныне зампред Высшего арбитражного суда Эдуард Ренов: "В день Конституции по госканалу три часа показывали Петросяна! Кто будет осуществлять контроль? Может, посмотреть на элементы цензуры?"

Первым не выдержал генеральный директор ВГТРК Олег Добродеев и поделился своим опытом совместной с господином Реновым работы на советском телевидении: "Никогда телевидение не управлялось столь неэффективно". И посоветовал мечтающим о возвращении цензуры чаще переключать кнопки.

Потом поднялся министр экономического развития Герман Греф. Он решил довести ситуацию до абсурда: "Давайте отключим футбол, я его не люблю". По залу прошел ропот — уловку Германа Грефа поняли не все. Тогда он договорил. "Главное,— объяснил господин Греф болельщикам, а заодно и всем остальным,— свобода слова! Задушим ее — все потеряем!" Но на этой пафосной ноте министр не остановился и попросил у премьера денег на англоязычный телеканал, который бы формировал позитивный образ России за рубежом.

"На все вопросы мы сегодня не ответим,— заключил Михаил Фрадков,— но должны дать сигнал обществу и Минкульту". Какой именно сигнал должно получить общество, премьер не пояснил. Зато сигнал Минкульту был сформулирован предельно четко: "Александр Сергеевич, займитесь исполнительской дисциплиной, а то мне мой аппарат представил 30-страничный доклад о том, что вы не сделали за полгода. Вот вам еще полгода, и перепишите свой доклад!"