Лексемы роса и иней в русских и татарских народных приметах

© М.И. Закиров,2009

УДК 801.52:398.3[808.2+809.432.1]

ББК 81.2Рус-67

ЛЕКСЕМЫ РОСА И ИНЕЙ В РУССКИХ И ТАТАРСКИХ НАРОДНЫХ ПРИМЕТАХ

М.И. Закиров

Данная статья посвящена сопоставительному рассмотрению лексем роса/чык и иней/бэс (сыкы) в русских и татарских народных приметах. В работе рассматриваются культурологические основы изучения народных примет, приводятся значения слов роса/чык, иней/бэс (сыкы) в сопоставляемых языках, дается подробная характерстика русских и татарских народных примет с исследуемыми лексемами.

Ключевые слова: культурология, народная примета, лексема, роса, иней, сопоставление.

В последнее время в лингвистической науке превалирует тенденция не только комплексного изучения языковой системы в целом, но и детализированное изучение каждого ее компонента. При этом на современном этапе языковые формы изучаются «с позиций того, как они отражают определенное видение мира человеком и способы его концептуализации в языке» [1, с. 5-6]. Лексемы роса и иней, относящиеся к метеорологическим понятиям, отражающим природные явления, относятся к категориям концептуальной картины мира и наряду с такими понятиями, как дождь, снег, ветер и т. д., представлены в народных приметах, которые отражают непосредственный чувственный опыт человека, его предметную деятельность, в связи с чем народные приметы представляют большой интерес для исследования как лингвокультурные тексты и как объект лингвокультурологического изучения. Именно такой подход дает возможность раскрыть лексемы как элемент языка и культуры, поскольку лингвокультурология выступает как «комплексная научная дисциплина синтезирующего типа, изучающая взаимосвязь и взаимодействие культуры и языка в его функционировании и отражающая этот процесс как целостную структуру единиц в единстве их языкового и неязыкового (куль-

турного) содержания при помощи системных методов и с ориентацией на современные приоритеты и культурные установления (систем норм и общественных ценностей)» [2, с. 47].

Кроме того, необходимо отметить, что в лингвокультурологии сформировалось такое направление, как лингвофольклористика, которое изучает язык народного творчества как средство постижения этнической ментальности и традиционно-культурных смыслов, исследует язык фольклора, поскольку фольклорные тексты коллективно-анонимны, минимально субъективны, традиционно устойчивы, являются «исповедью народа» и представляют собой образцы высокой культуры [13, с. 24, 29].

Народные приметы являются одной из составляющих частей национальной и языковой культуры, поскольку в своем существовании и функционировании составляют языковую картину мира. Языковая картина мира -это сознательное представление человека о мире, которое формируется не столько языком, сколько повседневным опытом. Она позволяет установить какие-то свойства предметов, а их отношения находят отражение в языке, то есть тем самым выявляется своеобразие мировидения, национально-культурная специфика языка, его связь с материальной и духовной жизнью народа.

По выражению Ю.С. Степанова, «сравнительное описание норм двух языков вскры-

вает существующие в каждом языке словарные проблемы, “белые пятна” на семантической картине языка, незаметные изнутри, например, человеку, владеющему только одним языком» [11, с. 120]. Поэтому в настоящей статье будут рассматриваться тексты русских и татарских народных примет с компо-нентамироса/чык и иней/бэс (сыкы) как способ реализации языка в фольклоре.

Народные приметы, относящиеся к культурно-этнической сфере человеческого общества, отражают «языковую (наивную) картину мира» его носителей, связаны со многими сферами жизни и быта человека, обобщают многолетние наблюдения людей над природными явлениями и т. д. По определению М.А. Кульковой, «народные приметы представляют собой устойчивые конструкции, как правило, выражающие прогноз в отношении метеорологических явлений либо сельского хозяйства на основе эмпирического опыта этноса в результате длительного взаимодействия с окружающей средой» [5, с. 19].

Народные приметы с лексемами роса/ чык и иней/бэс (сыкы) относятся к лексикосемантической группе «Атмосферные осадки», которая входит в семантическое поле концепта вода и включает в себя такие лексемы, как дождь, снег, град, иней, изморозь, роса и др. - в русском языке и янгыр, кар, боз, бэс, сыкы, чык и др. - в татарском.

Исследуемые лексемы объединены значением вещественного результата процесса выпадения осадков. Однако в их структуре содержатся две основные дифференциальные семы: а) вещество в жидком агрегатном состоянии - роса/чык; б) вещество в твердом агрегатном состоянии - иней/бэс (сыкы).

Наиболее частотным из них в сборниках народных примет является существительное роса/чык. Для определения значения исследуемой лексемы в анализируемых языках обратимся к словарю. «Роса - атмосферная влага, осаждающаяся при охлаждении мельчайшими водяными каплями» [9, с. 894]. «Чык - Жэй конендэ кич-иртэн жир остендэ дымлы hава салкынаюдан барлыкка килгэн су тамчылары» [12, с. 663].

Характеристика росы актуализируется уточнением временного плана ее выпадения

и исчезновения, который в русском языке может передаваться:

а) атрибутивными распространителями - ранняя, утренняя, вечерняя, ночная:

Ранняя роса летом, а осенью иней - к ведру [3, с. 339]; Ночная роса не просыхает - быть грозе [7, с. 83]; Вечерняя роса ложится на весеннюю зелень при стихающем ветре - к ясной погоде [10, с. 40]; Чем обильнее вечерняя и утренняя роса, тем жарче будет предстоящий день [10, с. 40]; Вечерняя роса - первая примета ясной погоды на завтра [7, с. 84]; Вечерняя роса хороша - к ведру [4, с. 170];

б) обстоятельственными распространителями с конкретизацией:

-части суток:

Роса вечером и утром не появляется - к ненастной сырой погоде, а если выпала обильная роса - к хорошей погоде [10, с. 39]; Утром сильная роса и туман - к хорошей погоде [10, с. 159]; Ночью нет росы, а в низинах тумана - к ненастью [7, с. 84]; Обильные росы с утра и вечера, без ветра, - к хорошей погоде [4, с. 170]; Роса появляется на траве с вечера - к хорошей погоде [10, с. 110]; Утром роса западет - так к ведрию, а нет росы - дождь будет [10, с. 192]; Если утром роса выпала, а утром облака не появятся - будет хороший день [4, с. 171];

- определенного дня Месяцеслова:

На Егорья роса - будут добрые проса [3, с. 325]; На Юрья роса - не надо коням овса [3, с. 327]; Сильная роса на Ивана - к урожаю огурцов [3, с. 331]; На Марию сильные росы - льны будут серы и косы [3, с. 339]; На Прокла ночью нет росы, а в низинах не видно тумана - к ненастью [10, с. 205].

Важным является выпадение росы относительно восхода и заката солнца:

Перед восходом солнца выпала обильна роса, а ночной и утренний туман рассеялся - к ясной хорошей погоде [10, с. 105]; Роса выпала после захода солнца и исчезла до его восхода - к перемене погоды или ненастью [7, с. 83].

Отнесение к определенному времени года может осуществляться с помощью словосочетания, построенного по модели прил. +сущ.:

Если летним утром на листьях кустарников или траве висят капельки росы - к осадкам [10,

с. 110]; Летним утром трава сухая, роса не выпала - к ночи ожидай дождя [10, с. 110]; Летним утром роса долго не высыхает, в полдень знойно -признак возможной грозы [7, с. 82].

В татарском языке временной параметр передается с помощью обстоятельственных конкретизаторов с указанием на:

- часть суток:

Иртэ белэн чык куп тошсэ, бик эссе булу га-лэмэте [8, с. 78];

- восход или закат солнца:

Кояш баю алдыннан ак болытлар йорсэ, тонлэ бал явар [8, с. 79];

- определенный день месяца:

Егерме оченче апрельдэ иртэ белэн чык куп тошсэ, карабодай унар [8, с. 84].

Также возможно долгосрочное прогнозирование выпадения росы на основании характера предыдущих лет:

Еллар чыклы булса, бал куп булыр [8, с. 78].

При характеристике росы и составлении прогноза на будущее важной является обильность ее выпадения, при этом образуется градуальная оппозиция сильный - слабый:

Сильная роса на Ивана - к урожаю огурцов [3, с. 336]; На Марию сильные росы - льны будут серы и косы [3, с. 339]; Сильные росы на хороший урожай [7, с. 155]; Утром сильная роса - к ясному дню [10, с. 168]; Утром сильная роса и туман - к ведру [7, с. 83]; Слабая роса - к дождю [7, с. 114]; Роса слабая обещает сильный дождь [3, с. 337].

Через сему «значительный по величине» прилагательное сильный связано со словами большой, обильный, образуя с ними синонимический ряд, передающий количественную характеристику росы, которая, как правило, сопровождается указанием на время выпадения росы:

Ясный день и большая роса - к урожаю огурцов [10, с. 137]; Большая роса утром - к хорошей

погоде, нет росы - к дождю [10, с. 137]; Большие росы загнаивают сено [10, с. 204]; Если на Страти-лата большие росы, лето, будь хоть сухое, дает урожай хороший [7, с. 48]; Обильные росы - урожай трав [4, с. 178]; Обильные росы выпали с утра и вечером, без ветра - к хорошей погоде [4, с. 170].

В татарских народных приметах количественная характеристика передается при помощи наречия куп:

Иртэ белэн чык куп тошсэ, бик эссе булу га-лэмэте [8, с. 78]; Егерме оченче апрельдэ иртэ белэн чык куп тошсэ, карабодай унар [8, с. 41].

Также следует отметить, что ряд примет содержит тепловую характеристику:

С первого Спаса - холодные росы [7, с. 108].

В русских и татарских источниках существуют приметы, в основе которых лежат наблюдения, которые приводят к почти идентичным прогнозам:

1. Выпавшая обильная утренняя роса или туман - к хорошей погоде; Большая роса утром - к хорошей погоде; Утром роса западет - к ведрию; Утром сильная роса и туман - к ведру // Иртэ белэн чыу куп тошсэ, бик эссе булу галэмэте.

2. Выпавшая роса утром скоро высохнет -предвещает дождь // Чык тиз кипсэ, янгыр булыр.

Вторая исследуемая лексема - существительное иней. В русском языке это слово имеет значение «тонкий снежный слой, образующийся благодаря испарениям на охлаждающейся поверхности в холодные ночи» [9, с. 319].

Как и роса, иней в русских народных приметах характеризуется с точки зрения времени его появления. Этот параметр может быть передан с помощью атрибутивных и обстоятельственных распространителей. Атрибутивные распространители могут быть связаны с указанием времени года: осенний иней, зимний иней:

Осенняя роса или иней - к сухой и солнечной погоде [10, с. 158];Ночью выпал пушистый зимний иней - к хорошей ведренной погоде, снегопада днем не будет [4, с. 196].

Кроме прямого указания на время года, это значение может передаваться имплицитно, через лексему морозный:

Осенним утром морозный иней на траве - к дождю [10, с. 159].

Что касается обстоятельственных распространителей, то они содержат указание на:

а) время года:

Зимой сугробы снега, большой иней, глубоко промерзла земля - к плодородному лету [10, с. 191]; Ранний иней осенью - к урожаю [10, с. 156]; Коли ива покрылась инеем (осенью), то будет протяжная весна [3, с. 519]; Зимой иней на деревьях - к морозу [7, с. 182];

б) месяц года:

Если в декабре большой иней, бугры снега, глубоко промерзла земля - к урожайному лету, а если шли частые вьюги и метели - пчелы будут хорошо роиться [10, с. 189]; В феврале много инея на деревьях - будет много меда [7, с. 202];

в) определенный день Месяцеслова:

На Григория Никийского иней на стогах - к мокрому году [3, с. 520]; Перед Николой (19 декабря) выпал обильный иней на деревьях - овес хорошо уродится [10, с. 191]; На Рождество (7 января) выпал иней - урожай на хлеб [10, с. 191]; Иней в Филиппов-ку - урожай овса [3, с. 521]; На пророка Аггея и Даниила иней - теплые святки [3, с. 519];

г) часть суток:

Если днем был иней - ночью снег не выпадет [7, с. 105]; Осенним утром морозный иней на траве - к дождю [10, с. 159].

Кроме временной для инея важна пространственная характеристика, сема «на охлаждающейся поверхности» может актуализироваться в видовых названиях инея: опока (иней на деревьях), куржак (иней в помещении на окнах, стене, потолке):

На Рождество опока (иней) - урожай на хлеб; небо звездисто - урожай на горох [3, с. 513].

В качестве синонима в приметах используются существительные синкретичной семантики:

- обстоятельственно-объектные:

Опока - иней на деревьях: Иней на деревьях -к морозам [4, с. 189];

- атрибутивно-объектные:

Деревья в инее - небо будет синее [7, с. 125].

Что касается лексемы куржак, в приметах она имеет синоним куржавина. В словаре Э.М. Мурзаева дается следующее определение: «Куржа, куржак - изморозь, иней, особенно в помещении на окнах, стенах, потолке, когда теплый и влажный воздух соприкасается с холодной поверхностью (Урал, Сибирь)» [6]. В народных приметах нам встретились две формы: куржак и куржавина:

Если зимой иней и куржак - к мокрому году [4, с. 219]; Если на Новый год на деревьях куржави-на (иней), то будет хороший урожай, чем куржави-на крупнее, тем урожай обильнее [10, с. 190].

Общее название инея во всех его видовых разновидностях может даваться недифференцированно в качестве синонимов:

Большой иней (куржавина, опока) на деревьях, бугры снега - к урожаю [7, с. 111]; Опока (куржавина) на деревьях - к урожаю [3, с. 551].

Значимым параметром для инея также является его количественная характеристика, передаваемая синонимическим рядом: большой, обильный, богатый:

Большой иней во всю зиму - тяжелое лето для здоровья [3, с. 514]; Пасмурное небо, снег и большой иней предвещают плодородие [4, с. 187]; На святого Филиппа выпал обильный иней - к обильному урожаю овса на следующий год [10, с. 156].

При составлении прогнозирующего наблюдения важным может также оказываться и качество инея:

Пушистые инеи - к ведру [3, с. 573]; Ночью выпал пушистый зимний иней - к хорошей ведренной погоде, снегопада днем не будет [10, с. 196]; Если поутру на Новый год бывает на деревьях густой иней, то год будет хлебородный [4, с. 167].

В татарском языке для передачи значения слова «иней» используются две лексемы бэс и сыкы. Бэс - многозначное слово, имеющее следующие значения: 1) «салкын коннэрдэ эйбернен уз парыннан барлыкка килгэн юка карсыман катлау, кочле сыкы»; 2) «жинелчэ

томан рэвешендэ бик вак кар бортеклэре» [12, с. 104]. Сыкы обозначает: 1) «эйбер остендэ анын уз парыннан хасыйл булган юка гына кар катламы»; 2) «кышкы салкында сыек томан булып кына жемелдэп куренэ торган кар бортеклэре» [12, с. 492]. В народных приметах для передачи значения иней наиболее часто используется лексема бэс.

Временная характеристика исследуемой лексемы бэс в татарских приметах содержит указание на:

а) время года:

Козге кон бэс тотса, аязлыкка галэмэт [8, с. 100]; Кыш коне бэс куп булса, агач жимешлэре унар, бал куп булыр [8, с. 104]; Кыш сыкы булса, жэй алма була [8, с. 124];

б) определенный месяц года:

Егерме бишенче декабрьдэ агачларны бэс тотса, алдагы елда иген унар [8, с. 122]; Гыйнвар унында бэс тотса, жэй янгырлы килер [8, с. 123]; Утыз берен-че декабрьдэ бэс булса, ашлык унар [8, с. 117];

в) определенный день Месяцеслова (только у крещенных татар):

Горгоридэ эскертлэрдэ бэс - жэй булыр ян-гыр дэ яшь [8, с. 112].

При характеристике инея в татарских приметах внимание может уделяться соотнесенности во времени с выпадением снега:

Коз коне кар яуганчы кайсы конне бэс тошсэ, ашлыкны язын шул бэс тошкэн конгэ туры китереп чэчсэн, яхшы унар [8, с. 87].

Татарским приметам также свойственна пространственная характеристика инея, которая реализуется с помощью указания места его образования:

Егерме бишенче декабрьдэ агачларны бэс тотса, алдагы елда иген унар [8, с. 109]; Згэр бэс куп булып, агач ботаклары салынса, Иэрторле жи-мешлэр Иэм ашлыклар булыр [8, с. 121].

Следует также отметить, что при составлении прогнозирующего наблюдения в татарских приметах важным является количество инея. Это передается с помощью наречия куп:

Кыш коне бэс куп булса, агач жимешлэре унар, бал куп булыр [8, с. 121].

Иней может выпадать на стоги сена, причем это также касается и русских примет:

Ел башы тонне тэржибэ очен чумэлэдэн баш-лы арыш саламын алып, карга кадап куй, салам-нын башы тонлэ бэслэнсэ, арыш яхшы булыр [8, с. 124] // На Григория Никийского иней не стогах - к мокрому году [3, с. 520].

Таким образом, проанализировав лесе-мы иней и роса в русских и татарских народных приметах, мы можем сделать следующие выводы.

Лексемы роса и чык в русском и татарском языках имеют сходное значение. В обоих языках при характеристике росы важным является временной параметр, который реализуется при помощи обстоятельств, конкретизирующих временную ситуацию. Это может быть часть суток, соотнесенность со временем восхода или захода солнца, определенный день календаря (в русских приметах - день Месяцеслова). Только в русских приметах временная ориентация может быть также отнесена ко времени года.

В анализируемых приметах присутствует количественная характеристика росы, но в русском языке она реализуется при помощи синонимичных прилагательных большой, обильный, в татарском же языке - при помощи наречия куп.

В русских и татарских источниках существуют приметы, в основе которых лежат наблюдения, которые приводят к почти идентичным прогнозам.

Только в русских приметах при характеристике росы важной является обильность ее выпадения, при этом образуется градуальная оппозиция сильный - слабый, также в русских источниках содержится тепловая характеристика росы.

Лексема иней в русском и татарском языках имеет общее сходное значение: «тонкий снежный слой, образующийся благодаря испарениям на охлаждающейся поверхности в холодные ночи». Однако в татарском языке для передачи значения иней используются две лексемы: бэс и сыкы, каждая из которых является многозначным словом. Они передают

значение не только инея, но и сближаются в своем втором значении со словом «изморозь».

В русском и татарском языках временной признаковый ряд рассматриваемой лексемы реализуется при помощи обстоятельств, конкретизирующих временную ориентацию, указывающих на время года - осенью, зимой, кыш-кы, козге и месяц года - декабрь, февраль, гыйнвар (в татарском языке - с указанием точной даты). Только в русском языке подобная ориентация связана с указанием на день Месяцеслова, что обусловлено особенностями христианской религии, тесно взаимосвязанной с народными приметами. Это подтверждается и тем, что только у крещеных татар народные приметы содержат подобные указания.

В русских источниках временной признаковый ряд может быть также выражен с помощью атрибутивных распространителй (осенний, зимний и т. д.), что не характерно для татарских примет.

Русские народные приметы содержат видовые названия инея в зависимости от места его образования, такие как опока и кур-жавина. В татарском языке сходные значения могут передаваться только при помощи словосочетаний агачларнын бэс, агач бо-такларда бэс, что отражает аналитический характер татарского языка.

В приметах обоих анализируемых языков присутствует количественная характеристика инея, которая в русском языке реализуется при помощи прилагательных большой, обильный, а в татарском - при помощи наречия куп. Кроме количественной характеристики русским приметам свойственна и качественная характеристика инея, которая осуществляется посредством атрибутивных распространителей густой, пушистый.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Болдырев, Н. Н. Когнитивная семантика / Н. Н. Болдырев. - Тамбов : Изд-во ТГУ, 2000. -123 с.

2. Воробьев, В. В. Лингвокультурология (теория и методы) / В. В. Воробьев. - М. : Изд-во Рос. ун-та дружбы народов, 1997. - 332 с.

3. Даль, В. И. Пословицы русского народа / В. И. Даль. - М. : Изд-во «Эксмо» : Изд-во ИНН, 2005. - 616 с.

4. Ермолов, А. С. Народное погодоведение / А. С. Ермолов. - М. : Рус. кн., 1995. - 432 с.

5. Кулькова, М. А. Язык и природа: лингвистика немецких и русских народных примет / М. А. Кулькова. - Казань : РИЦ : Школа, 2006. - 192 с.

6. Мурзаев, Э. М. Словарь народных географических терминов / Э. М. Мурзаев. - М. : Мысль, -1984. - 656 с.

7. Мустаев, Н. А. Народные приметы: хотите верьте, хотите - проверьте / Н. А. Мустаев. - Казань : Татар. кн. изд-во, 1987. - 208 с.

8. Мэхмутов, Х. Ш. Ел тэулеге - 12 ай (халык календаре битлэреннэн) / Х. Ш. Мэхмутов. - Казан : Татар. кит. нэшр., 1991. - 128 б.

9. Ожегов, С.И. Словарь русского языка: Ок. 53 000 слов / С. И. Ожегов ; под общ. ред. проф. Л. И. Скворцова. - 24-е изд., испр. - М. : ООО «Издательство “Оникс”» : ООО «Издательство “Мир и Образование”», 2007. - 1200 с.

10. Степанов, В. А. Народные приметы о погоде (в четырех сезонах). Календарь природы / В. А. Степанов. - Казань : Татар. кн. изд-во, 1997. - 208 с.

11. Степанов, Ю. С. О трехмерном пространстве языка. Семиотические проблемы лингвистики, философии, искусства / Ю. С. Степанов. - М. : Наука, 1985. - 335 с.

12. Татар теленен анлатмалы сузлеге. - Казан : «Матбугат йорты» нэшрияты, 2005. - 848 б.

13. Хроленко, А. Т. Основы лингвокультуроло-гии : учеб. пособие / А. Т. Хроленко. - 2-е изд. - М. : Флинта : Наука, 2005. - 184 с.

ON LEXEMES DEW AND HOAR-FROST IN RUSSIAN AND TATAR FOLK BELIEFS

M.I. Zakirov

This article is devoted to comparative analysis of the lexemes dew and hoar-frost in the Russian and Tatar folk beliefs. The culturological basis of the beliefs is researched, the meanings of the words dew and hoar-frost in the both languages are examined to discuss similarities and difference between them and detailed characteristics of the Russian and Tatar folk beliefs with these lexemes are established.

Key words: culturology, folk beliefs, lexeme, dew, hoar-frost, comparison.