Кодирование прямого дополнения в мокшанском языке

С. Ю. Толдова

Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва

КОДИРОВАНИЕ ПРЯМОГО ДОПОЛНЕНИЯ В МОКШАНСКОМ ЯЗЫКЕ1

1. Введение

В уральских языках представлен очень широкий круг феноменов, связанных с дифференцированным оформлением прямого дополнения (далее ПД). Так, межъязыковая вариативность наблюдается в том, какую именно словоизменительную систему (именную или глагольную) затрагивает это варьирование. В некоторых языках, например, в пермских, марийском, финском варьируется оформление вершины именной группы (ИГ). В ряде уральских языков, таких как ненецкий, хантыйский, венгерский кодирование прямого дополнения затрагивает глагольную систему. Глаголы, обозначающие ситуации с двумя участниками, могут присоединять окончания как субъектного спряжения (те же, что и непереходные глаголы), так и (субъектно-)объектного спряжения. Также в уральских языках представлены а) несимметричная альтерация между выраженным падежным показателем и его отсутствием (ср., asymmetric DOM, [de Hoop, Malchukov 2008]; [Lemmolo 2010]), как, например, в коми, удмуртском и др., и б) симметричная система кодирования, как, например, в финском. Как отмечается в [de Hoop, Malchukov 2008], языки с асимметричным варьированием ориентированы на признаки самого объекта (одушевленность, определенность, референтность), в то

1 Статья подготовлена в ходе проведения исследования (N° 16-010088) в рамках Программы «Научный фонд Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ)» в 2016-2017 гг. и с использованием средств субсидии на государственную поддержку ведущих университетов Российской Федерации в целях повышения их конкурентоспособности среди ведущих мировых научно-образовательных центров, выделенной НИУ ВШЭ.

время как для систем с симметричным варьированием релевантно противопоставление аспектуальных характеристик предикации. Для уральских языков могут быть важны оба типа факторов.

Вариативное оформление ПД в уральских языках регулируется скорее не строгими правилами, а различными факторами, такими как референциальный статус ИГ, коммуникативная структура высказывания и др. Эти факторы вступают в конкуренцию между собой (см., например [Comrie 1977, Wickman 1955, Dalryple, Nikolaeva 2010, Kiss 2010]. Иерархия факторов варьируется от языка к языку (ср. многофакторное описание пермских языков, марийского языка и шокшинского диалекта эрзянского языка [Сердобольская, Толдова 2012]).

В связи с выше сказанным материал мордовских языков, в частности мокшанского, представляет особый интерес, поскольку в этом случае практически все вышеперечисленные параметры вариативности в области DOM представлены в пределах одного языка. В мокшанском вариативность проявляется как в системе кодирования именной группы, так и в выборе спряжения глагола. В отличие от других уральских языков глагол согласуется с ПД не только по числу, но и по лицу. При этом внутри одного языка представлена как симметричная система кодирования, так и не-симме тричная [de Hoop, Malchukov 2008]. Рассмотрим пример2:

(1) a. son n'ej-az'a t'e pi-n'e-t'

он видеть-NPST.3.SG.S.3.SG.O этот собака-DIM-DEF.GEN 'Он увидел эту собаку'.

b. son mon' n'ej-zman'

он я.GEN видеть-NPST.1.SG.S.3SG.O 'Он увидел меня'.

c. son n'ej-s' pin'd он видеть^Т.3.8С собака 'Он увидел собаку'.

d. son kuvat' n'ej-s' t'e pin'd-t' esd он долго видеть^Т.3.8С этот собака-DEF.GEN в.М 'Он долго видел эту собаку'.

2 В работе используется практическая транскрипция, отражающая некоторые фонетические особенности в речи носителей языка с. Лесное Цибаево.

В (1а) глагол согласуется с прямым дополнением по лицу (имеет показатель объектного спряжения -эг'э), ПД оформляется показателем так называемого определенного генитива. В (1Ь) показатель -этап' в глаголе согласуется по лицу с прямым дополнением, выраженным местоимением первого лица. В (1с) глагол оформлен показателем субъектного спряжения, ИГ в позиции ПД не имеет выраженного показателя и является неопределенной. В (Ы) глагол имеет показатель субъектного спряжения (как в (1с)), но при этом именная группа, соответствующая ПД в (1а), также оформленная показателем определенности, выступает в после-ложной конструкции с послелогом esэ 'в'. Глагол в случаях типа (Ы) должен иметь непредельную акциональную интерпретацию. Выбор модели (Ы) подробно описан в [Козлов, наст. сб.].

Мокшанские данные (как и вообще данные мордовских языков) интересны еще и в связи с тем, что в мордовских языках существуют специализированные показатели определенности. В грамматиках эти показатели описываются как показатели определенного склонения [Коляденков, Заводова 1962: 83—88] (см., например, показатель — в (1а)). Оформление ПД показателем определенного склонения коррелирует с выбором спряжения глагола. Возникает вопрос, каковы свойства этих показателей, в какой степени их семантические и прагматические свойства укладываются в традиционные представления о функциях определенного артикля и о категории определенности; действительно ли референциальный статус именной группы (ИГ) является определяющим фактором выбора кодирования ПД.

В статье мы рассмотрим различные аспекты кодирования прямого дополнения в мокшанском языке. На основе анализа данных, собранных в с. Лесное Цибаево Темниковского района республики Мордовия, мы уточним семантические и прагматические свойства ИГ, ассоциированные с показателем определенности. Также мы предложим объяснение ряда явлений, связанных с регулированием кодирования ПД в мокшанском языке. Предлагаемое объяснение основано на представлении о референциаль-ных свойствах ИГ в позиции ПД, точнее, о возможной интепре-тации ИГ с показателем определенности в позиции ПД (при этом не рассматриваются те случаи, когда выбор оформления ПД мотивирован ограничениями на аспектуальные характеристики си-

туации). Нас будет интересовать только асимметричное кодирование (примеры (1a) и (1b)). Данные, представленные в работе, получены методом элицитации.

На материале многих языков, где существует прагматически обусловленное дифференцированное кодирование ПД, было показано, что круг контекстов, в которых выступает оформленное ПД, выходит за рамки понятия определенности. В силу того, что в мокшанском существует специальный показатель определенности, можно было бы ожидать, что он отвечает за кодирование ИГ в контекстах, соответствующих определенности в классическом понимании. Однако, оказывается, что в мокшанском дистрибуция этого показателя в позиции ПД, также как и в других языках, устроена сложнее. Соответственно и выбор спряжения в глаголе не сводится к кодированию категории определенности в классическом ее понимании.

Вначале мы кратко остановимся на описании тех фрагментов мокшанского словоизменения, которые важны для описания дифференцированного маркирования ПД, а также на возможных комбинациях различных способов оформления глагола и ИГ, а также рассмотрим базовые синтаксические свойства описываемых конструкций. Далее мы рассмотрим связь референциальных и дискурсивных свойств именной группы в позиции ПД (в частности, ее связь с предыдущим дискурсом) с выбором кодирования.

2. Данные мокшанского языка

2.1. Именное словоизменение

В мокшанском языке существует три словоизмененитель-ных парадигмы существительных. Во-первых, существительное может присоединять непосредственно падежные окончания. Во-вторых, для некоторых падежей существует ряд окончаний так называемого «определенного» склонения [Коляденков, Заводова 1962: 83—88]. Окончания определенного склонения представлены только в именительном, родительном и дательном падежах. Далее эти показатели мы также будем называть «показатели определенности». В-третьих, существительные в мокшанском могут присоединять показатели «посессивного» склонения [ibid.]. В таблице 1 представлен фрагмент именного словоизменения:

Таблица 1. Именное словоизменение в мокшанском языке. Фрагмент

^"^----.Склонение Падеж Основное Определенное

SG PL SG PL

NOM 0 -t -s' -t'n'a

GEN -n' -t' -t'n'a-n'

DAT -n 'd'i -t'i -t'n 'э-n'd'i

ABL -da -

EL -sta -

В таблице представлены аффиксы грамматических падежей основного vs. определенного склонения. Также по таблице можно видеть, что в других падежах (например, в аблативе и элативе) показатели определенного склонения отсутствуют.

В мокшанском отсутствует специализированный маркер винительного падежа для оформления ПД. Оно может быть оформлено показателями генитива. Это падеж, которым кодируется приименное зависимое (2a), а также зависимое при послелоге (2b):

(2) a. al's-z'a-n' kud-ac

отец-lSG.POSS.SG-GEN дом-ЗВО.РОВВ.БО 'Дом моего отца'

b. t'e kut'-t' vel'ks этот дом-DEF.GEN над 'над этим домом'

c. narman'-zn' mora птица-GEN песня 'птичьи песни'

Как видно из (2с) существительное в приименной позиции может оформляться показателем неопределенного генитива. За исключением некоторых классов лексем (некоторых местоимений, имен собственных, подробнее см. 4.2.), показатель неопределенного генитива (-nr) не оформляет ПД (3). Также, как видно из (1с), падежный маркер на существительном может отсутствовать. При этом оно может быть оформлено показателем множественного числа -t.

(3) son n'sj-s' pin'a(*-nr) pi-n'a-t

он видеть-PSTj.SG собака-GEN собака-pl

'Он увидел собаку' / 'Он увидел собак'

2.2. Глагольное словоизменение

В мокшанском языке глагол может принимать показатели субъектного, либо субъектно-объектного (объектного, определенного) спряжения. Глагол согласуется с объектом не только по числу (как, например, в ненецком или в хантыйском), но и по лицу. Фрагмент субъектно-объектного спряжения для прошедшего времени приведен в таблице 2.

Таблица 2. Фрагмент спряжения глагола в прошедшем времени в мокшанском

Субъект Субъектное Объектное спряжение: объект

спряжение 2Sg 3Sg

1 -эп' — -ф'эп' -т 'э

SG 2 -эта-}? — -и'

3 -¿•'/-а' -эта-п' -эп'х'э -эх'э

1 -этэ — -эй'82' -эь'к

РЬ 2 эй'э -эта-ьЧ' — -эМ

3 -ь'-Г/-с'-Г -эта-х' -эй'82' -эх'

Как видно из таблицы 2, показатели субъектно-объектного спряжения не агглютинативны и не могут быть тривиальным образом разделены на отдельные показатели субъекта и объекта

Показателями субъектного спряжения оформляются непереходные глаголы (4);

(4) vet'эmbэ sa-s' of-c'

ночью прийти^Т.38С медведь-ОББ^О 'Ночью пришел медведь'.

Кроме того, как было упомянуто выше (ср. пример (1с)), глагол может иметь показатель субъектного спряжения и в случае

явно выраженного пациентивного участника ситуации. Выбор спряжения переходного глагола обсуждается ниже.

3. Морфосинтаксические свойства конструкций с ПД в мокшанском

3.1. Модели взаимодействия именного и глагольного кодирования в мокшанском языке

Теоретически возможно десять комбинаций кодирования ПД. Тем не менее, мокшанский язык реализует не все из них:

сын-DIM-lSG.POSS.SG петь-PSTjSG песня-^DEF.GEN) 'Мой сын спел/пел песню'.

b. c'ora-n'e-z'a mora-z's сын-DIM-l SG.POSS.SG петь-PST.3SG.S.3SG.O (* mora-s1) mora-t' (*петь-PST.3SG) песня-DEF.GEN

'Мой сын спел (эту) песню'.

c. c'ora-n'e-z'a mora-z's сын-DIM-lSG.POSS.SG петь-PST.3SG.S.3SG.O (es1) mora-nc

(self) песня-3SG.POSS.SG.GEN 'Мой сын спел свою песню'.

d. *c'ora-n'e-z'a mora-z's mora сын-DIM-lSG.POSS.SG петь-PST.3SG.S.3SG.O песня 'Мой сын спел песню'.

В (5a) ИГ не имеет выраженного показателя, глагол имеет показатель субъектного спряжения (-s) В данном случае неграм -матично оформление ПД определенным генитивом3 при субъектном типе спряжения глагола. В (5b) существительное mora-t' 'песня' имеет показатель определенного генитива (-f), а глагол

3 А. А. Козловым были отмечены случаи, в которых возможно оформление ПД определенным генитивом при субъектном спряжении глагола, однако их можно скорее отнести к «периферийным» явлениям. В общем случае, сформулированное правило соблюдается. Мы еще кратко остановимся на этих конструкциях ниже.

оформлен показателем субъектно-объектного спряжения (-z'a). В данном случае неграмматичным является как опущение показателя существительного, так и выбор показателя субъектного спряжения для глагола. (5с) иллюстрирует тот факт, что существительные с посессивными показателями ведут себя (в общем случае) аналогично существительным с показателем определенного генитива. В отличие от шокшинского диалекта эрзянского, где возможна комбинация субъектного спряжения и определенного генитива при непредельной интерпретации предикации [Сердобольская, Толдова 2012], в мокшанском такое сочетание невозможно (см. (5a) и (5b)).

Единственная комбинация оформления глагола и ИГ в позиции ПД, которая запрещалась безусловно всеми носителями языка, это ПД без какого-то выраженного показателя при субъ-ектно-объектном спряжении глагола (см. (5d)).

В соответствии с моделями вариативного маркирования ПД в мордовских языках, основанными на многофакторном подходе, ограничение, связанное с акциональной интерпретацией глагола, применяется одним из первых (ср., например, [Zirnask 2004] для мокшанского, [Сердобольская, Толдова 2012] для шокшинского эрзянского). Однако в данной статье мы этот тип кодирования рассматривать не будем.

Следует также отметить тот факт, что в мокшанском представлено расщепленное кодирование ПД, a именно, некоторые классы местоимений и существительных обязательно присоединяют показатель неопределенного генитива в позиции ПД (см. (5e)) и не могут присоединять показателей определенного генитива:

я видеть-Р8Т-180.8.3.80.0 Маша-GEN / Маша-DEF.GEN 'Я видел Машу'.

Таблица 3 обобщает модели кодирования ПД в мокшанском (по данным с. Лесное Цибаево).

Итак, в общем случае, правило выбора объектного спряжения в мокшанском языке устроено просто: маркированная ИГ требует субъектно-объектного спряжения, а немаркированная — субъектного. Можно было бы считать, что выбор спряжения контролируется формальными свойствами ИГ в позиции ПД. Кодиро-

Таблица 3. Модели кодирования ПД в мокшанском языке

падеж согла^\^ сование gen (Ме!}* п' def.gen 0 def.gen esэ

Субъектное (+**) (+**) (+) + +

Объектное + + + — —

'определенная модель' 'неопределенная' 'антипас- 4? сивная

* такой тип оформления ПД возможен только для некоторых классов имен

** такая комбинация возможна только в очень ограниченном типе контекстов

вание ИГ, в свою очередь, подчиняется общим правилам оформления вершины ИГ показателями определенности и посессивно-сти. Однако, вопрос о том, что считать определенной ИГ, каковы условия оформления ПД показателем определенного склонения остается открытым. Также возникает вопрос, существуют ли случаи «рассогласования» двух систем. Так. например, рассогласование возможно в шокшинском диалекте эрзянского языка. Как видно из таблицы, рассогласование в мокшанском возможно скорее при посессивном оформлении ПД. В подавляющем большинстве случаев носители языка в селах Лесное Цибаево и Лесное Ардашево оценивали примеры с рассогласованием двух систем как грамматически неприемлемые, хотя существует ряд специальных контекстов, где такое допустимо (см. п.5.2.).

Таким образом, несколько упрощая реальную ситуацию, можно сказать, что в системе кодирования ПД в мокшанском существует противопоставление двух базовых стратегий, — так называемая «определенная» стратегия и «неопределенная» стратегия.

Выбор той или иной модели в большинстве случаев регулируется различными дискурсивными факторами. Более того, несмотря на то, что в мокшанском существует кодируемая грамматическими средствами категория определенности, семантические и прагматические условия выбора показателя определенного склонения требуют уточнения.

4 См. Козлов, наст. сборник

3.2. Некоторые синтаксические свойства конструкций Нам не удалось выявить каких-либо принципиальных запретов на положение ПД в предложении для обоих типов кодирования.

Независимо от типа кодирования прямое дополнение может занимать позицию как после глагола (ср. (6a)), где ПД не имеет выраженного маркера падежа и (7a)), где ПД оформлено показателем определенности), так и перед глаголом, в том числе и в начале предложения ((6b) и (7b)) соответственно). Неоформленное ПД может отделяться от глагола другим материалом (8):

(6) a. vas'e l'ed'-i tisd

Вася косить-NPST.S.SG трава b. tisd l'ed'-i vas'e 'Вася косит траву'.

(7) {На столе стояли тарелки}

a. kaftd tarelka-tn'z-n' kola-z'n'z masa два тарелка-DEF.PL-GEN разбивать-PST.3SG.S.3SG.O Маша

b. masa kaftd tarelka-t'n'a-n' kola-z'n'z 'Две тарелки разбила Маша'.

(8) mon' n'ej-zn' ickdzgd kolmd alasa-t

я.GEN видеть-NPST.3.SG далеко-PROL три лошадь-PL 'Я вижу вдалеке трех лошадей'.

Неоформленная ИГ в позиции ПД принимает показатель множественного числа основного склонения. Возможность присоединять показатель числа в этой позиции никак не зависит от порядка слов. Носители языка отвергают множественную интерпретацию для «неоформленных» существительных без этого показателя:

(9) al'e-z'd kunda-s' kal-*(t) отец-1 sg.poss.sg ловить^Т.З^ рыба-PL ' Мой отец поймал рыбу (больше одной)'.

Подробный анализ свойств ПД в различных конструкциях (объектный контроль целевого оборота, контроль вторичной предикации и т. п.) приведен в [Козлов, наст. сборник]. Конструкции с определенной vs. неопределенной моделью кодирования не демонстрируют различного синтаксического поведения в отношении рассмотренных критериев.

3.3. Структурные ограничения

3.3.1. Лексические ограничения. Расщепление системы кодирования. Как уже было отмечено выше, некоторые классы лексем имеют особое оформление в позиции ПД. К ним относятся:

1) личные местоимения;

2) указательные местоимения (например, t's 'этот');

3) кванторы;

4) имена собственные;

5) вопросительное местоимение kin' 'кто'.

В 2) и 3) имеются в виду кванторы и указательные местоимения в позиции местоимений-существительных. Эти лексемы «замещают» ИГ и не могут быть ничем распространены. В общем случае, эти лексемы оформляются генитивом основного склонения:

(10) Mon ton' n'ej-t'e / *n'ej-an

я rai.GEN видеть-ЫР8Т.2.8С.0.18С.8 / видеть-NPST.lSG 'Я тебя вижу'.

(11) c'ora-n'e-z'd mora-z'a (* mora-s^ сын-DIM-lSG.POSS.SG петь^Т^^^аО ^петь-PSTjSG) t'£-*(n') / (*0 этот-GEN / *DEF.GEN 'Мой сын спел это'.

(12) son sta-z'z-n' он мыть^Т.38а8-3РЬ.0 s'emb3-*(nr) / (*0 все-GEN / *-DEF.GEN 'Он все вымыл'.

(13) son t'erd'sz'e pet's-*(nr) / (*'

он звать^Т.38а8.38а0 Петя- GEN / *-DEF.GEN 'Он позвал Петю'.

(14) kin'-gs son af soda-si ^.GEN-ADD он NEG Знать-NPST.3SG.S.3SG.O 'Он никого не знает'.

В (10) в позиции ПД выступает личное местоимение, в (11) указательное местоимение t's 'этот', в (12) — универсальный квантор s'embd(-n') 'все', в (13) — имя собственное, в (14) вопро-

/ *sta-s' *мыть-PST.3SG

сительное местоимение kin' 'кто' (носители языка допускают субъектное спряжение при неопределенных местоимениях, образованных от данного). Лексемы этого класса контролируют глагольное согласование, глагол выступает в формах субъектно-объектного спряжения. Оформление глагола показателями субъектного спряжения в данном случае невозможно, за исключением некоторых специальных контекстов (см. п.5.2). Также невозможно в вышеприведенных контекстах оформление ПД ни показателем посессивности, ни показателем определенного генитива5. Следует отметить, что имена собственные могут иметь иное оформление под воздействием контекста (см. п. 4.7).

Таким образом, описанные выше лексемы образуют особый класс с точки зрения оформления ПД. Они оформляются генитивом основного склонения. Никакие другие именные группы так оформляться не могут. То есть имеет место грамматическое расщепление кодирования. При этом, такие ПД, в отличие от неопределенных именных групп, не остаются немаркированными.

Следует также отдельно упомянуть вопросительные местоимения. В мокшанском отсутствует расщепление оформления ПД по одушевленности, за исключением случая вопросительных и образованных от них неопределенных местоимений. Одушевленное местоимение kin' имеет тот же показатель генитива, что и класс лексем, описанный выше, однако, субъектно-объектное согласование на глаголе не является в данном случае обязательным (см. [Бикина 2016]). Неодушевленное вопросительное местоимение (mej или mez'a 'что', а также соответствующие неопределенные местоимение в большинстве контекстов остаются неоформленными, глагол оформляется показателем субъектного спряжения (15):

(15) mez'a / ???mes't') tona-f-n'-i masa

что что-DEF.SG.GEN учить-САи8-1РЕУ-№8Т.380 Маша

'Что учит Маша?'

3.3.2. Другие случаи синтаксически обусловленного выбора кодирования в ИГ. Некоторые лексемы, включенные в ИГ в качестве одной из составляющих, требуют обязательного оформления

5 О возможных нарушениях данного правила см. п. 4.5.

существительного. При указательных местоимениях (16) и кванторе всеобщности s'embd (17) существительное обязательно оформляется показателем определенного склонения, а глагол согласуется с прямым дополнением:

(16) c'ora-n's-z'd mora-z'a сын-DIM-l SG.POSS.SG петь-PST.3SG.S.3SG.O

(* moras1) t'e mord-*(tr) (*петь-PST.3SG) этот песня^ЕЕ^^ЕК 'Мой сын спел эту песню'.

(17) a. son s'embd mord-t'n'z-n' tona-f-n'd-z'n'e

он все песня-DEE .PL-GEN учить-САШ-1РЕУ^Т.3^.РЕ.О b. *son s'embd mord-t tona-f-n'd-s'-t'

он все песня-PL ^mb-CAUS-IPEy-PST^-PL 'Он выучил все песни'.

Если в именной группе выражен референтный посессор (посессивным местоимением, именем собственным, существительным, маркированным показателем определенности), выбирается определенная модель оформления ПД (18a): вершина именной группы обязательно оформляется посессивным показателем (ср. неграмматичность (18b)), глагол согласуется с ПД:

(18) a. pet's son' / c'ora-t' mord-nc

Петя он^ЕК мальчик-DEE. SG. GEN песня-3SG.POSS.GEN tona-f-n'd-z'e

учить-САШ-ШЕУ^Т^^^^О

'Он выучил его песни / песни (этого) мальчика'.

b. * pet's son' тогэ-t' tona-f-n'd-s'-t'

Петя он^ЕК песня-PL ^mb-CAUS-IPEy-PST^-PL

В общем случае, посессивная именная группа контролирует объектное спряжение. Однако некоторые носители языка в ряде контекстов допускают возможность субъектного спряжения (19):

(19) ?kin' suft-dn' kud-dnc n'sj-an / кто.GEN дерево-GEN Д0м-3SG.P0SS.SG.GEN видеть-NPST.1SG / n'sj-san

видеть-NPST.1SG.S.3.SG.0

'Крышу чьего деревянного дома я вижу?'

Еще один класс лексем, определяющий референциальный статус именной группы, — неопределенные и отрицательные местоимения, ассоциированные с различными типами неопределенных референциальных статусов. В именных группах с такими местоимениями вершина обычно не оформляется, кодирование ПД происходит по неопределенной модели (20). Однако допустимо и другое кодирование (подробнее см. п. 4.4).

(20) son kola-s' kodamz=bd'e tarelka

он разбить-Р8Т.38С что=ГШЕЕ тарелка

'Он разбил какую-то тарелку'.

Таким образом, можно констатировать, что существуют синтаксические ограничения на выбор кодирования ИГ в позиции ПД, а именно, наличие некоторых категорий лексем вызывает обязательное оформление вершины ИГ показателем определенности или посессивности. Эти лексемы (обычно) контролируют объектное согласование в глаголе. К ним относятся: личные и указательные местоимения, кванторы, имена собственные.

4. Референциальные свойства именных групп

4.1. Параметры описания

Варьирование в оформлении ПД во многих языках связывают с референциальным статусом ИГ (см., например, [En? 1991, Dalrymple, Nikolaeva 2011]). Так, например, в традиционных грамматиках объясняется варьирование ПД в марийском языке (см. [Сереберенников 1964]). Аналогичное объяснение предлагается в грамматиках мордовских языков (см. [Евсевьев 1963: 56, Цыганкин 1976] и др.). О важности фактора определенности ПД для выбора кодирования в эрзя-мордовском языке упоминается в работах [Бубрих 1953: 50-52, Феоктистов 1966: 186, Серебренников 1967: 29-31,Тихонова 1986, Keresztes 1999: 14] и др.

Как уже отмечалось выше, особенностью мокшанского языка является то, что он имеет специализированные показатели для кодирования определенности (показатели определенного склонения). Подробно функции этих показателей во всех падежах описаны в [Кашкин, в печати]. Тем не менее, поскольку падежное оформление ПД и вариативность выбора между объектным или субъектным спряжением представляет особый случай, в данной работе мы будем фокусироваться только на них.

Анализ типологических данных показывает, что множество условий, при которых некоторым именным группам приписывается ярлык «определенность», варьируется по языкам.

С одной стороны, некоторые классы лексем, например, личные и указательные местоимения, имена собственные, являются определенными в силу своих семантических свойств. Их кодирование может быть закреплено в языке (ср., например, отсутствие артикля в классе имен собственных в английском). Как правило, такие лексемы имеют особые синтаксические свойства6, также они являются «пресуппозиционными триггерами» (presup-positional triggers, вызывающие пресуппозицию существования и единственности референта). Обычно они не допускают варьирования кодирования ПД. Наличие таких лексем в именной группе определяет тип кодирования вершины. Особый класс с этой точки зрения создают также неопределенные местоимения. Ожидается, что они не будут сочетаться с показателями определенности.

С другой стороны, условия «определенного» кодирования в разных языках выходят за рамки принятого в формальной семантике представления о том, что определенность связана с пресуппозицией существования и единственности (или, согласно некоторым подходам, исчерпывающего множества). Недостаточным оказывается и подход, основанный на идентифицируемости референта в дискурсе говорящим и слушающим (см., например, [Lambrecht 1994]).

Так, например, в работе М. Энч [Enç 1991] вводится понятие специфичности (specificity), а также обсуждается понятие партитивной специфичности (partitive specificity) для объяснения данных турецкого языка. В турецком показателем аккузатива может оформляться именная группа, референт которой не может быть однозначно идентифицирован (нарушается принцип единственности), но принадлежит определенному множеству референтов, упомянутых в предыдущем контексте [ibid.].

Отдельную проблему для теоретического анализа составляют случаи генерических контекстов, которые неоднородны с точки зрения выбора определенного / неопределенного кодирования.

6 Они входят в группу определителя

Для определения различных, в том числе и прагматических, факторов, влияющих на выбор той или иной модели кодирования ПД в мокшанском, при описании данных мы будем отталкиваться от таксономии референциальных статусов ИГ, предложенной в работе Е.В. Падучевой [Падучева 1985], в которой, на наш взгляд, достаточно полно и последовательно учитываются важные для кодирования ПД противопоставления. Ниже будут рассмотрены различные классы референтных ИГ, включая определенные, слабо-определенные (известные говорящему, но не слушающему: У меня есть один знакомый) и неопределенные (неизвестные ни говорящему, ни слушающему: Она купила какое-то платье, но я его не видела), а также нереферентные: экзистенциальные (Она споет (какую-нибудь) песню), родовые (Картошку копают летом) и универсальные.

Нас будет интересовать следующий вопрос: каковы границы функционирования определенной модели кодирования ПД; действительно ли она возможна только в контекстах, соответствующих «классическому» понятию определенности или ее функции шире?

В разделе 4.2. мы предлагаем анализ данных, позволяющий сделать ряд принципиальных уточнений относительно функций показателя определенности (известность, специфичность, парти-тивность и т. п.), а также предлагаем предварительную формулировку правил выбора определенной модели оформления ИГ в позиции ПД в зависимости от ее семантических и прагматических свойств.

4.2.Референтные именные группы и выбор оформления ПД

На первый взгляд, главным фактором, влияющим на кодирование ПД, является определенность.

Во-первых, рассмотрим различные контексты, в которых ИГ имеет/может иметь определенный референциальный статус, то есть может/должна интерпретироваться как определенно-референтная (см., например, классификацию «определенных» контекстов в [Hawkins 1978], а также анализ непосессивных функций посессивного показателя в ряде финно-угорских языков в работе [Simonenko 2014]): (1) контекстно заданная определенность (ана-форическиая связанность); (2) локальная уникальность, (3) глобальная уникальность, (4) элемент/подмножество заданного в

контексте (определенного) множества референтов. Последний контекст нельзя отнести к прототипически определенному, так как нарушается принцип «единственности». Этот контекст мы рассмотрим позднее.

Во всех вышеперечисленных контекстах ПД оформляется показателем определенности, а глагол — показателем субъектно-объектного спряжения7:

(21) ves't' kirks-s' mu-s' makd-n' однажды воробей-DEF.SG найти-PST.3SG мак-GEN vid'm'z-n'e. ... da i sdv-dz'd opt dm семечко-DIM да и съесть-PST.3SG.S.3SG.0 целиком vid'md-n'e-t'

семечко-DIM-DEF. GEN

'Один раз воробей нашел маковое семечко... Да и съел его целиком'.

(22) son n'ej-zz'a si-t'

он видеть-PST-3SG.S.3SG.0 солнце-DEF.GEN 'Он увидел солнце'.

(23) vet'dmbd s'tdr-n'e-s' ust-zz'a

ночью девушка-DIM-DEF.SG топить-PST.3SG.S.3SG.0 pen'ekud-t'

русская.печь.DEF.GEN 'Ночью девушка затопила печь'.

В (21) референт ИГ 'семечко' контекстно определен. В (22) определенность ИГ si-t' 'солнце' следует из существования и уникальности референта. В (23) печь упоминается впервые в тексте, но она определена локально в дискурсе: в избе, как правило, одна русская печь.

Во-вторых, в предложениях со слабо-определенными ИГ в позиции ПД обычно используется неопределенная модель:

(24) mon rama-n' fke panar, vandi я купить- PST.1SG один рубашка завтра

7 Рассматриваемые типы контекстов релевантны для описания выбора показателя определенного склонения и для других синтаксических позиций

t'eja-t' son' n'e-f-c'e

Tbi.DAT-2sG.POSS oh.gen видеть-САШ-ЫР8Т.280.0.180.8 'Я купила одну рубашку. Завтра тебе ее покажу'.

(25) sa-s' ombd-c'd al'e-s'

прийти-PST .3.SG другой-ORD мужчина-DEF.SG son vet'-i kaza

он привести-NPST.3.SG коза 'Пришел второй мужчина, он ведет козу'.

В (24) ИГ fke panar 'одна рубашка' имеет слабо-определенный референциальный статус: говорящий, в отличие от слушающего, знает о какой рубашке идет речь. Эта ИГ не имеет оформления в позиции ПД, глагол оформлен показателем субъектного спряжения. Аналогично ведет себя ИГ kaza 'коза' в (25).

Следует отметить, что контекст, где ПД — слабоопределенная ИГ, представляет собой интродукцию говорящим нового референта слушающему. Это один из немногих контекстов, где ПД практически никогда не оформляется.

4.3.Партитивная определенность: выбор из множества Тем не менее, существуют контексты, где ИГ, референт которых неизвестен говорящему и слушающему (а также нарушена пресуппозиция единственности), кодируется показателем определенности. Так в примере (26) референт ИГ fke traks-t' 'одну корову' не может быть идентифицирован слушающим:

(26) min' ul'-s' kolmd traks-td-mk мы.GEN есть-PST.3SG три корова-ABL-lPL.POSS fke traks-t' al'e-z'd

один корова-DEF.GEN отец-lSG.POSS.SG mi-z'z

продать-PST.3SG.S.3SG.O

'У нас было три коровы. Одну корову мой отец продал'.

Данный контекст не входит во множество прототипически «определенных» контекстов. Пресуппозиция «исчерпывающего» множества в данном случае нарушена. Скорее оказывается важным то, что это подмножество (элемент) заданного идентифици-румого множества, и мы можем говорить об «известности», но не об уникальности.

Аналогичные типы контекстов, в которых ПД оформляется по определенной модели, засвидетельствованы и в других финно-угорских языках. Мокшанский здесь демонстрирует сходное поведение с шокшинским эрзянским, удмуртским ([Сердоболь-ская, Толдова 2012], [Сердобольская 2016]) и др.

Согласно М. Энч в данном случае мы имеем дело с партитивной специфичностью (partitive specific [Enç 1991: 5]). Маркер определенности вводит в модель дискурса, в рамках которого интерпретируется второе высказывание, множество референтов из предыдущего контекста и связывает референт ИГ fke traks-t' 'одну корову' из (26) с этим множеством.

Рассматривая вопрос о выборе показателя аккузатива при оформлении ПД в турецком языке, М. Энч предлагает определять специфичность через партитивность и дискурсивную связанность. К. фон Хойзингер и Я. Корнфилт [von Heusinger, Kornfilt 2005], обсуждая турецкие данные, показывают, что, с одной стороны, контексты, в которых возможно оформление ПД, не сводятся к описанным в [Enç 1991] и не обязательно сводятся к партитивности. Они рассматривают следующие типы специфичности: (a) специфичность, связанную с интерпретацией ИГ в контекстах с кванторами и другими связывающими операторами (узкая vs. широкая сфера действия); (б) эпистемическую специфичность (ср. Маша спела одну песню, я ее слышал от Васи vs. Маша спела какую-то песню, какую именно я не знаю): (в) партитивную специфичность (В комнату вошло пять девочек. Двух девочек я знаю) и (г) «относительную» специфичность (Я увидел одного из его дру-гей), когда референт ИГ интерпретируется через некоторое отношение к другой референтной сущности. С другой стороны, как показывают К. фон Хойзингер и Я. Корнфилт, партитивность не имплицирует референтность. Таким образом, для того, чтобы определить возможные функции показателя определенности в ИГ, занимающей позицию ПД, следует учитывать два параметра: партитивность и референциальную связанность; возможна как связанность с дискурсивно заданным референтом, так и с референтом ИГ из того же предложения. Чтобы уточнить функции показателя определенного склонения в мокшанском, проверим, в каких именно из вышеперечисленных типов контекстов ПД может кодироваться данным показателем.

4.4. Типы специфичности

Рассмотрим, как оформляются в мокшанском ИГ в контекстах, соответствующих различным типам специфичности.

В контексте связывающих операторов (27a) неоформленная ИГ связана квантором и имеет узкую сферу действия. ИГ с показателем определенного генитива может иметь только широкую сферу действия по отношению к квантору (27b):

(27) a. er' s't'dr'-n'e-s' sdv-s' mar'

каждый девочка-DIM-DEF.SG есть-Р8Т.38С яблоко 'Каждая девочка съела (одно) яблоко'.

Ь??? , fjffff f . er s t dr -n e-s sdv-dz з

каждый девочка-DIM-DEF.SG есть-PST.3SG.S.3SG.O mar'-t'

яблоко-DEF.SG.GEN

'#Каждая девочка съела яблоко'. ~ 'Яблоко съели все девочки (яблоко было одно на всех)'.

Значение предложения (27a): 'Каждая девочка ела свое яблоко'. (27b) может иметь только следующую интерпретацию: «существовало одно единственное яблоко, и его ела каждая девочка». При всей его прагматической странности допустимой интерпретацией является: 1) существует множество известных яблок (множество яблок из предыдущего контекста), 2) существует одно яблоко (на всех девочек), 3) каждая из девочек ела это яблоко.

В партитивном контексте ПД, оформленное показателем определенного склонения, имеет специфичную интерпретацию. То есть референт ИГ связывается со множеством референтов из первого высказывания. Для неоформленной падежным показателем ИГ эффект такого связывания может не происходить. 'Две девочки' могут интерпретироваться носителями языка как новые референты.

(28) mon' komnata-zd-n suva-s'-t' koj-mdz'ard мой.gen комната- ill-1sg.poss bootm-PST.3-PL INDEF-сколько id' kaftd s't'er'n'e-t'n's-n' mon soda-jnd

ребенок два девочка-DEF.PL-GEN я знать^Т.1^^.3Ж.О / kaftd st'drn'a-t mon soda-n

два девочка-PL я знать-PST.l.SG 'В мою комнату вошло несколько детей. Двух девочек я знал'.

Особый класс случаев представляет контекст относительной специфичности.

Рассмотрим следующий пример:

(29) vet'd-t'n'd-n' ezdd kuc-ij-t' ancek kaftd

пять-DEF.PL-GEN IN отправить-NPST.S-PL только два s't'sr'-n'a-t девочка-DIM-PL

'Из пяти девочек отправили только двух'.

В (29) множество девочек вводится в том же предложении. ПД оформляется по неопределенной модели (см. [von Heusinger, Kornfilt 2005]), когда существование и известность референта ИГ определяется через его связь с референтом другой ИГ, находящейся в том же предложении).

Следует также отметить, что наличие рестриктивного относительного оборота никак не влияет на выбор показателя определенного склонения. Таким образом, показатель определенного генитива -t' маркирует дискурсивно связанные ИГ.

4.5.Промежуточные итоги

Рассмотренные данные показывают, что функции показателя определенного склонения шире, чем кодирование определенного референциального статуса ПД. А именно, также, как и в ряде других финно-угорских идиомов, например, в шокшинском диалекте эрзянского языка (см. [Сердобольская, Толдова 2012]), в бе-сермянском диалекте удмуртского языка [Сердобольская 2016], существенным в мокшанском является признак известность, дискурсивная связанность, но не единственность. В ситуации уникальности референта (единственности, но неизвестности) выбирается определенная модель кодирования ПД, однако эта модель допустима и при несоблюдении требования единственности референта. Иными словами, функции маркера определенного склонения в мокшанском ассоциированы с представлением о парти-тивности и дискурсивной связанности.

Такое представление соответствует определению М. Энч для специфичности [En? 1991]. Вслед за [von Heusinger 2002] мы считаем, что понятие специфичности шире. Однако в мокшанском языке показатель -t' кодирует не все обсуждаемые фон Хой-зингером случаи, ассоциируемые в разных работах со специфич-

ностью. Кроме того, этот показатель может кодировать и неспецифичные ИГ в позиции ПД. То есть дистрибуция ИГ с показателем определенного склонения -t' в позиции ПД не объясняется специфичностью этой ИГ.

Рассмотрим теперь именные группы с нереферентным ре-ференциальным статусом.

4.6.Нереферентные именные группы

4.6.1. Контекст неопределенных и негативно-полярных местоимений. Примечательно, что даже лексемы, ассоциированные с неопределенным специфичным референциальным статусом, в случае контекстно заданного множества принимают показатели определенности или посессивности:

(30) a. son kola-s' kodamd=bd'd tar'elka

он разбить-Р8Т.38С что=ГШЕЕ тарелка 'Он разбил какую-то тарелку'.

(31) b. son kola-z'a kodama=bd'a tar'dlka-t'

он разбить-РВТ.ЗВО.В.ЗБО.О что=Г№ЭЕЕ тарелка-DEF.GEN 'Он разбил какую-то тарелку (из этих)'.

В (31a) именная группа, модифицированная неопределенным местоимением kodamd=bd'd 'какой-то', имеет неопределенный специфичный (референтный) статус, в (31b) интерпретация именной группы меняется на «партитивно определенную». Разбитая тарелка является подмножеством множества тарелок (заданных в контексте или известных говорящему и слушающему из ситуации). Тем самым мы имеем известное, но не уникальное подмножество тарелок. Т. е. можно сказать, что показатель определенности в данном случае ассоциирован с выбором из множества.

Более того, показатель определенности может оформлять существительное в случае, когда не существует «индивидуализированного» референта, соответствующего данной ИГ, например, в контексте местоимения свободного выбора или местоимений с отрицательной полярностью (negative polarity items), как в примере (32a). Сравним также (32b) и (32с), где в (32b) имеется в виду любая существующая книга, в (32c) — любая из заданного множества книг:

(32) a. son luv-si l'ubovaj kn'iga-t'

он читать-PST.3SG.S.3SG.O любой книга-DEF.GEN 'Он любую книгу прочитает (из этих)'.

b. son kodama=ga kn'iga iz' luv-э

он какой=РТ.Л88 книга NEG.PST.3SG читать-CN 'Он не прочитал никакой книги'.

c. son kodamz=g3 kn'iga-t' iz' luv-э

он какой=PT.ASS книга-DEF.SG.GEN NEG.PST.3SG читать-CN 'Он не прочитал ни одной книги (из этих книг)'.

В (32с) показателем определенного генитива оформляется ИГ, в состав которой входит отрицательное местоимение (т. е. референта ИГ не существует). В данном случае возникает противоречие между оформлением ИГ и ее референциальным статусом. Отметим, что глагол в (32с) может оформляться как показателем субъектного, так и объектного спряжения.

Показатель определенности может оформлять само неопределенное или вопросительное местоимение:

(33) son mez'-t' nac-ft-az'a?

он что-DEF.GEN намочить-CЛUS-PST.3SG.S.3SG.O

'Что (из этого) он промочил?'

В этих контекстах ИГ также получает партитивную интерпретацию. Как отмечается в [Бикина 2016], в контексте кванторов неопределенные местоимения с показателем определенного склонения также имеют широкую сферу действия.

Как отмечалось в п. 3.1., существуют редкие исключения, когда при оформлении ПД показателем определенности глагол оформляется субъектным спряжением. Такое рассогласование возможно в контекстах с неопределенными местоимениями или с местоимениями с отрицательной полярностью.

4.6.2. Родовые/экзистенциальные именные группы. В предложениях c именными группами в родовом и экзистенциональ-ном референциальных статусах оформление ПД чаще происходит по неопределенной модели:

(34) mon rama-n' vas'a jakst'dr' panar

я купить-PST.3SG раньше красный рубаха

a s'enger'е odo

а зеленый после

'Вначале я купил красную рубаху, а потом зеленую'.

(35) son vessn'd'-i loman' rabota-m-s skola-ss он HCKaTb-NPST.3SG человек работать-INF-ILL школа-IN 'Он ищет человека для работы в школе'

Тем не менее, в этом случае возможны оба варианта оформления именной группы: как по определенной (36a), так и по неопределенной (36b) модели:

(36) a. kata-tn's kel'k-saz' lofc-t'

кошка-DEF.PL любить-NPST.3SG.O.3PL.S молоко-DEF.GEN 'Кошки любят молоко'.

b. kat's-t'n's kunc-ij-t' sejsr-t'

кошка-DEF.PL ловить-NPST.3-PL мышь-PL 'Кошки ловят мышей'

Сравним также следующие примеры:

(37) a. t'e kotf-t' ezds staksni-j-t' jubka-t

этот материал-DEF.GEN из шить-NPST.3-PL юбка-PL af panar-t' NEG рубашка-PL

'Из этого материала шьют ЮБКИ, а НЕ ПЛАТЬЯ'.

b. modamar'-п'э-п' s'oks'enda taroks'e-saz'

картошка-DEF.PL-GEN осенью копать-NPST.3SG.S.3PL.O '/Картошку \осенью копают'.

В (37a) ПД (jubka-t 'юбка') не оформлено, а в (37b) ПД (modamar '-n'sn' 'картошка') имеет показатель определенного генитива. Именные группы имеют одинаковый референциальный статус.

Мы можем видеть, что в ряде контекстов, определяющих неспецифичную интерпретацию ИГ, возможно варьирование оформления ПД. Вопрос о том, чем регулируется выбор ПД в данном случае, будет рассмотрен в п. 5.1.

4.7. Случаи семантической коэрсии: имена собственные в контексте неопределенных местоимений Неопределенные местоимения, а также местоимения с отрицательной полярностью могут взаимодействовать с именами собственными, вызывая семантическую коэрсию:

(38) a. son s'sv-s' / *s'sv-dz'd

он взять^Т-38С / *взять^Т.38С.8.38С.О

(awa-ks) kodamd-bdd masa

женщина-TRANS какой-INDEF Маша

b. son s'sv-s' / s'ev-dz'd ava-ks

он взять^Т-38С / взять^Т.38С.8.38С.О жена-TRANS

kodamd-bd'd masa-n'

какой-INDEF маша-GEN

'Он взял в жены какую-то Машу'

В данном случае возможна интерпретация имени собственного как неопределенной именной группы (38a). Отметим, что в контексте неопределенного местоимения имя собственное теряет свое оформление, падежный показатель на нем отсутствует. В таком случае возможно только субъектное спряжение. При оформленном имени собственном возможно как объектное, так и субъектное спряжение на глаголе (38b).

Таким образом, группа неопределенное / отрицательное местоимение + показатель определенности имеет свои особые синтаксические свойства и совмещает сразу два признака: ^неопределенность' и '+известность'. Известность мы можем здесь интерпретировать как дискурсивную связь с контекстом [En? 1991]. Отметим, что показатель определенности не маркирует связь референта ИГ с референтом, введенным в том же предложении.

Тем самым, показатель определенности имеет функции, иные чем кодирование 'прототипической' определенности (презумпции существования и единственности). Он имеет более широкие функции.

4.8. Выводы

Суммируем вышеописанные условия, при которых ПД оформляется показателем определенности, а глагол, соответственно, согласуется с ПД.

Из приведенных в этом разделе данных следует, что ключевым фактором, влияющим на кодирование ПД, является партитивная специфичность. В большинстве случаев определенное маркирование ПД определяется следующим правилом:

1) множество референтов I (референт ИГ, оформленной показателем определенности) должно быть дискурсивно связано с контекстно-заданным множеством J;

2) I должно совпадать с I, либо быть вложено в него; если оба множества состоят из единственного элемента, мы имеем случай «классической» определенности;

3) дискурсивная связанность (известность) может как задаваться предыдущим контекстом, так и «восстанавливаться» из контекста или из общих представлений о мире участников коммуникации.

Кроме того, как мы видели из примеров, маркер определенности в мокшанском может оформлять именную группу, вовсе не удовлетворяющую требованию специфичности (ср. возможность показателя определенности на именной группе с гене-рической интерпретацией). То есть сфера его функционирования распространяется и на зону нереферентных ИГ. Для последних возможны оба типа кодирования. Возникает вопрос, регулируется ли выбор кодирования ПД другими факторами, не имеющими отношение к сформулированному выше правилу, либо возможно предложить уточнение правила, объединяющее случаи и референтных, и генерических ИГ.

5. Нереферентные ИГ и информационный статус ПД

5.1. Информационный статус именной группы

в позиции ПД и тип кодирования

В качестве параметра, регулирующего оформление ПД, может выступать позиция ПД в информационной структуре высказывания, а также его выделенность. Например, именно этот фактор является решающим при выборе типа спряжения глагола в ненецком, хантыйском [Ба1гушр1е, №ко1аеуа 2011]. Правила выбора кодирования ПД часто формулируются следующим образом: способность присоединять показатель аккузатива и контролировать согласование связана с топикальным статусом актанта (см., тж. правила выбора оформления в тюркских языках — [.ТоЬашоп 1977] для турецкого). Рассмотрим случаи, допускающие вариативное кодирование ПД при одних и тех же референциаль-ных характеристиках с точки зрения позиции ПД в информационной структуре высказывания.

Как отмечается в п. 4.6., одну из проблем, возникающих в связи с условием кодирования, предложенным в предыдущем разделе, представляют именные группы с родовым референциаль-ным статусом. Сравним еще раз следующие примеры из п. 4.6.2:

(39) a. t's kotf-t' ezda staksni-j-t' jubka-t

этот магериал-def.gen из шить-ЫРБТ.З-РЬ юбка-PL af panar-t' NEG рубашка-PL

'Из этого материала шьют ЮБКИ, а НЕ ПЛАТЬЯ'.

b. modamar'-н'э-n' s'oks'enda taroks'e-saz'

картошка-DEF.PL-GEN осенью копать-NPST.3SG.S.3PL.O '/Картошку \осенью копают (А /ягоды собирают летом\)'.

Из примера (39) очевидно, что родовые именные группы могут как получать, так и не получать определенное оформление. Выбор стратегии в данном случае зависит от информационной структуры предложения. Родовые именные группы, находящиеся в позиции контрастного топика, как в (39b), оформляются по определенной стратегии и имеют тенденцию передвигаться в начало предложения. Родовые группы, находящиеся в фокусе, как в (39a), не получают оформления и остаются в позиции за глаголом.

Если следовать мереологическому подходу, предложенному, среди прочих, в [Link 1983], родовые именные группы обозначают максимальные индивиды. В частности, в (39) картошка обозначает не конкретную картошку, а род «картошка», включающий себя (в отношении часть-целое) всех своих представителей.

В таком случае, согласно условию оформления ПД, предложенному в предыдущем разделе, та или иная родовая именная группа может получать определенное оформление, только если в контексте присутствует множество родов, с которым дискурсив-но связан род, обозначаемый этой именной группой. В (39b) ИГ modamar'-п'э-п' 'картошка' (ИГ в родовом референциальном статусе) может получать определенное кодирование, если контекстом задается множество других родов, которые дискурсивно связанных с родом «картошка». Т. е. картошке должны противопоставляться другие роды, например, ягоды. Более того, род «картошка» вместе с противопоставленными ему родами задают дискур-сивно связанное с ними объемлющее множество. В результате выполняются условия партитивности и дискурсивной связанности, соответствующие описанию функций показателя определенного склонения, предложенному в п. 4.8.

Таким образом, условие, предложенное в предыдущем разделе, успешно предсказывает, что родовые именные группы могут получать определенное оформление, только если роду, кото-

рый они обозначают, в данном контексте противопоставлено множество других родов; т. е. только если они занимают позицию контрастного топика.

5.2. Уточнение функций показателя

определенного склонения в позиции ПД

Более сложный случай представляет следующий пример:

(40) d'ed'e-z'd pid'-ds' kolmd kal-t.

мама-lSG.POSS.SG варить-Р8Т.38С три рыба-PL

a. kafta kal-н'э-п' sdv-dz'dn' katd-s' два рыба-DEF.PL-GEN есть-PST.3SG.S.3SG.O кот-DEF 'Мама сварила три рыбины. Две рыбины съел кот'.

b. katd-s' sdv-s' kaftd kal-t

'{Мама сварила три рыбины.} Кот съел две рыбины {а Вася съел одну}'.

Выбор из заранее заданного множества (партитивная специфичность из п. 4.4.) «срабатывает» в (40a), и не срабатывает в (40b). В данном случае позиция ПД в информационной структуре высказывания влияет на интерпретацию неопределенной, но референтной ИГ. В (40a) количественная группа kaftd kal-n'd-n' 'две рыбины', оформленная показателем определенного склонения, занимает позицию в начале предложения, находится в топике. В (40b) ПД находится в фокусной составляющей. В этом высказывании сообщается нечто не о двух рыбах, а о коте. В именной группе отсутствует показатель определенного склонения.

Однако если ИГ в позиции ПД имеет определенный рефе-ренциальный статус, то его кодирование не зависит от позиции в информационной структуре8:

(41) a. son mez'd t'i-s' modamar-n'd-n' martd?

он что делать-PST^SG картошка-DEF.PL-GEN c son modamar-n'd-n' pid'-dz'dn'

он картошка-DEF.PL-GEN варить-PST.3SG.S.3SG.O {Вася купил картошку...} 'Она с картошкой что сделала? Картошку она сварила'.

8 В отдельных случаях ПД в фокусе могут не контролировать объектное спряжение

b. son mez'd pid'-ds'?

он что варить-PST.3SG

son pid'-dz'dn' modamar-п'э-п'

он варить-PST.3SG.S.3SG.O картошка-DEF.PL-GEN

'Она что сварила? Она сварила картошку'.

Однако в случае неопределенной ИГ кодирование ПД в позиции топика и в позиции фокуса могут различаться:

(42) a. ton panar staja-t ili rama-t?

ты рубашка шить-NPST.lSG или покупать-NPST.lSG? 'Ты рубашку сошьешь или купишь?'

b. ton panar-t' sta-sak ili

ты рубашка-DEF.SG.GEN шить-NPST.2SG.S.3SG.O или rama-sak?

покупать-NPST.2SG.S.3SG.O

'Рубашку ты сошьешь или купишь?'

(42a) и (42b) различаются кодированием ПД (panar 'рубашка'). Оба предложения являются альтернативными вопросами. Заметим, что в обоих случаях именная группа не является референтной. В (42b) 'рубашка' является «выделенным» топиком: 'Что касается рубашки, ты ее сошьешь или купишь?'.

В примерах (43a) и (43b) ПД также находится в топике и оформляется по определенной модели:

(43) a. kniga-t'n'd-n' luvdncaz'

книга-DEF.PL-GEN читать .IPF.NPST.3PL.S.3SG.O 'Книги читают, а не рвут'.

b. modamar-п'э-п' taroks'd-saz' s'oks'dnda

картошка-DEF.PL-GEN копать-NPST.3PL.S.3SG.O осенью 'Картошку копают осенью'.

В (43b) именная группа 'картошка' (в данном контексте ее можно рассматривать как обозначающую сортовое множество) находится в топике. Она оформлена показателем определенного склонения и контролирует объектное согласование.

Отметим, что топикальная именная группа имеет тенденцию выноситься в начало предложения или в позицию перед глаголом (см., например, (40a), (41a), (42b), (43a), (43b)), в то время

как ПД в фокусе встречаются в начальной позиции крайне редко. Напротив, в таких примерах, как (41b), оно следует за глаголом.

Это может являться указанием на то, что для оформления ПД важную роль играет его позиция в предложении. Возвращаясь к обсуждению примера (40), можно предположить, что разница между (40а) и (40b) состоит в том, что в втором случае ПД остается внутри глагольной группы, в то время как в первом случае оно ее покидает.

Вполне возможно, что условие на дискурсивную интерпретацию оформленного ПД, предложенное в предыдущем разделе, не применяется к именным группам, остающимся внутри глагольной группы (в частности, следующим за глаголом). Также можно считать, что в случае вынесения ИГ за пределы глагольной группы в (40а) эта ИГ имеет так называемую «широкую» интерпретацию: существуют две рыбы, которые принадлежат заданному в предыдущем дискурсе множеству из трех рыб, — такие, что кот их съел. Эта интерпретация противопоставлена узкой интерпретации в (40b): существует кот, относительно которого верно, что существуют какие-то две рыбы (из трех) такие, что кот их съел. Более подробный анализ этого фактора, однако, требует дальнейшего исследования.

Возможно предложить следующее объяснение, объединяющее оба фактора: и референциальный статус, и информационную структуру. В основе подходов к понятию 'топик' во многих работах лежит определение, предложенное Т. Рейхарт [Reinhart 1981]. Центральным является понятие «aboutness», или то, о чем говорится в предложении (ср. также «тот предмет, о котором говорится в пропозиции, выражаемой данным предложением» («the thing which the proposition expressed by the sentence is about»; [Lambrecht 1994: 118]). Считается, что это референтное выражение, которое имеет антецедент в предшествующем дискурсе. Ге-нерические ИГ также могут быть привязаны к некоторому дис-курсивно связанному множеству (соответствующему генериче-ской ИГ). Поскольку, в отличие от определенных ИГ, сами по себе нереферентные ИГ, включая генерические, не соответствуют никакому референту, их «привязка» к контексту не является необходимым условием их интерпретации. У говорящего есть выбор. Он может так кодировать вводимый класс объектов, чтобы

интерпретация предложения слушающим требовала прежде всего привязки соответствующей ИГ к задаваемому контекстом (дис-курсивно связанному) множеству. Для этого говорящий помещает соответствующую ИГ в позицию топика. Альтернативная стратегия: ввести имя класса как новую информацию. Тем самым, топикальный статус ИГ обеспечивает ее дискурсивную привязку. Можно заключить, что выбор показателя генитива определенного склонения -1' регулируется все тем же правилом:

1) множество референтов I (референт ИГ, оформленной показателем определенности), должно быть дискурсивно связано с другим, контекстно-заданным множеством I;

2) I должно быть вложено (нестрого) в I;

3) дискурсивная связанность (известность) может как задаваться предыдущим контекстом, так и «восстанавливаться» из контекста или из общих представлений о мире участников коммуникации.

Если оба множества состоят из единственного элемента, мы имеем случай «классической» определенности. Если оба множества представляют собой «роды», то дискурсивная связанность множеств и их вложенность обеспечивается контекстом контраста. Дискурсивную связанность с некоторым множеством также может обеспечить позиция топика.

6. Заключение

Таким образом, можно сказать, что в исследуемом идиоме мокшанского языка представлено две базовых модели кодирования ПД: определенная У8. неопределенная модель. Они затрагивают как кодирование самой именной группы в позиции ПД, так и выбор спряжения в глаголе. Несмотря на то, что оформление ИГ в позиции ПД коррелирует с выбором спряжения в глаголе, эти две системы регулируются разными факторами.

В отличие от шокшинского эрзянского имя обладает более сложной системой кодирования: оно может изменяться как по основному, так и по определенному и по посессивному склонениям. ПД, оформленное показателями последних двух склонений, в общем случае, контролирует согласование в глаголе.

Несмотря на то, что распределение моделей кодирования ПД (определенная ув. неопределенная) в значительной части слу-

чаев могло бы быть объяснено референциальным статусом именной группы, выбор определенного типа склонения при оформлении ПД включает случаи неопределенного референта при выборе из заданного в предыдущем контексте множества. Показателем определенности могут кодироваться также генерические именные группы.

Приведенный в работе анализ показывает, что оформление именных групп в позиции ПД показателем определенности обусловлено требованиями партитивного отношения между множеством референтов ИГ в позиции ПД и множеством, задаваемым дискурсивно связанной с ней ИГ. При этом два множества могут совпадать, что соответствует пониманию классической определенности, а могут и не совпадать. В последнем случае сформулированное выше условие достигается в случае, если ПД находится в топике.

Литература

Бикина 2016 — Д. А. Бикина. Неопредленные местоимения в мокшанском языке. Выпускная квалификационная работа бакалавра. Москва, МГУ, 2016. [D. A. Bikina. Neopredlennye mestoimeniia v mokshanskom iazyke [Indefinite pronouns in Moksha]. Bachelor Thesis. Moscow, MSU, 2016] Бубрих 1953 — Д. В. Бубрих. Историческая грамматика эрзянского языка. Саранск: Мордовское книжное издательство, 1953. [D. V. Bu-brikh. Istoricheskaia grammatika erzianskogo iazyka [The historical grammar og Erzya]. Saransk: Mordovskoe knizhnoe izdatel'stvo, 1953] Евсевьев 1963 — М. Е. Евсевьев. Основы мордовской грамматики (Избранные труды. Том IV). Саранск: Мордовское книжное издательство, 1963. [M. E. Evsev'ev. Osnovy mordovskoi grammatiki [Fundamentals of Mordvin Grammar] (Izbrannye trudy. Vol. IV). Saransk: Mordovskoe knizhnoe izdatel'stvo, 1963] Кашкин, в печати — Е. В. Кашкин. Категория определенности // Элементы грамматики мокшанского языка, в печати. [E. V. Kashkin. Kategoriia opredelennosti [The category of definiteness ] // Elementy grammatiki mokshanskogo iazyka, forthcoming] Коляденков, Заводова 1962 — М. Н. Коляденков, Р. А. Заводова (ред.). Грамматика мордовских (мокшанского и эрзянского) языков. Ч. I. Фонетика и морфология. Саранск: Мордовское книжное издательство, 1962. [M. N. Koliadenkov, R. A. Zavodova (eds.). Grammatika mordovskikh (mokshanskogo i erzyanskogo) iazykov. Chast'

I. Fonetika i morfologiia [The grammar of Mordvinic (Moksha and Erzya) languages. Volume 1. Phonetics and morphology]. Saransk: Mordovskoe knizhnoe izdatel'stvo, 1962] Козлов, наст. сб. — А. А. Козлов. Акциональный DOM в мокшанском языке и проблема циклов грамматикализации // Настоящий сборник. [A. A. Kozlov. Aktsional'nyi DOM v mokshanskom iazyke i problema tsiklov grammatikalizatsii [Actionality mechanisms of DOM in Moksha and the grammaticalization cycles issue] // This volume] Падучева 1985. — Е. В. Падучева. Высказывание и его соотнесенность с действительностью. М.: Наука, 1985. [E. V. Paducheva. Vyskazy-vanie i ego sootnesennost' s deistvitel'nost'iu [Statement and its correlation with the reality]. Moscow: Nauka, 1985] Сердобольская, Толдова 2012 — Н. В. Сердобольская, С. Ю. Толдова. Дифференцированное маркирование прямого дополнения в финно-угорских языках // А. И. Кузнецова (отв. ред.) Финно-угорские языки: Фрагменты грамматического описания. Формальный и функциональный подходы. М.: «Языки славянских культур», 2012. С. 59-142. [N. V. Serdobol'skaia, S. YU. Toldova. Differentsiro-vannoe markirovanie priamogo dopolneniia v finno-ugorskikh iazykakh [Differential object marking in Finno-Ugric languages] // A. I. Kuzne-tsova (ed.) Finno-ugorskie iazyki: Fragmenty grammaticheskogo opisaniia. Formal'nyi i funktsional'nyi podkhody. M.: «IAzyki slavian-skikh kul'tur», 2012. P. 59-142] Сердобольская 2016 — Н. В. Сердобольская. Кодирование единичности и известности прямого дополнения в бесермянском диалекте удмуртского языка // Родной язык 21, 2016. [N. V. Serdobol'skaia. Kodirovanie edinichnosti i izvestnosti priamogo dopolneniia v beser-mianskom dialekte udmurtskogo iazyka [Encoding of direct object specificity and prominence in Besermyan Udmurt] // Rodnoi iazyk 21, 2016] Серебренников 1964 — Б. А. Серебренников. Основные линии развития падежной и глагольной систем в уральских языках. М.: Наука, 1964. [B. A. Serebrennikov. Osnovnye linii razvitiia padezhnoi i gla-gol'noi sistem v ural'skikh iazykakh [The main lines of development of case and verbal systems in Uralic languages]. Moscow: Nauka, 1964] Серебренников 1967 — Б. А. Серебренников. Историческая морфология мордовских языков. М.: Наука, 1967. [B. A. Serebrennikov. Istori-cheskaia morfologiia mordovskikh iazykov [The historical morphology of Mordvinic languages]. Moscow: Nauka, 1967] Тихонов 1986 — Т. М. Тихонов. Артиклевые функции форм объектного спряжения глагола в мордовских языках. Методические указания для студентов специальности «Мордовский язык и литература, русский язык и литература». Саранск: Мордовское книжное изда-

тельство, 1986. [T. M. Tikhonov. Artiklevye funktsii form ob"ektno-go spriazheniia glagola v mordovskikh iazykakh. Metodicheskie uka-zaniia dlia studentov spetsial'nosti «Mordovskii iazyk i literatura, russkii iazyk i literatura» [Article functions of objective verb conjugation in Mordvinic languages. Guidelines for students of speciality "Mordvin language and literature, Russian language and literature"]. Saransk: Mordovskoe knizhnoe izdatel'stvo, 1986]

Феоктистов 1975 — А. П. Феоктистов. Мордовские языки // В. И. Лыт-кин, К. Е. Майтинская, К. Редеи (ред.). Основы финно-угорского языкознания. Прибалтийско-финские, саамский и мордовские языки. М.: Наука, 1975. С. 248-343. [A. P. Feoktistov. Mordovskie iazyki [Mordvinic languages] // V. I. Lytkin, K. E. Maitinskaia, K. Redei (eds.). Osnovy finno-ugorskogo iazykoznaniia. Pribaltiisko-fin-skie, saamskii i mordovskie iazyki. Moscow: Nauka, 1975. P. 248-343]

Цыганкин 1976 — Д. В. Цыганкин. Грамматическая категория определенности и ее формы в диалектах эрзя-мордовского языка // Fenno-Ugristica 4, 1976. С. 106-133. [D. V. TSygankin. Grammati-cheskaia kategoriia opredelennosti i ee formy v dialektakh erzia-mordovskogo iazyka [The grammatical category of definiteness and its forms in dialects of Erzya Mordvin] // Fenno-Ugristica 4, 1976. P. 106-133]

Aaranovich 2007 — R. Aranovich. Optimizing verbal agreement in Mordvin // Studia Linguistica 61 (3), 2007. P. 185-211.

Abney 1987 — S. P. Abney. The English noun phrase in its sentential aspect. Ph. D. dissertation, MIT, Cambridge, Mass., 1987.

Comrie 1977 — B. Comrie. Subjects and direct objects in Uralic languages: A functional explanation of case-marking systems // Études Finno-Ougriennes 12, 1977. P. 5-17.

Dalrymple, Nikolaeva 2011 — M. Dalrymple, I. Nikolaeva. Objects and information structure. Cambridge: Cambridge University Press, 2011.

Enç 1991 — M. Enç. The semantics of specificity // Linguistic Inquiry 22, 1991. P. 1-25.

Hawkins 1978 — J. A Hawkins. Definiteness and indefiniteness: A study in reference and grammaticality prediction. London: Croom Helm, 1978.

von Heusinger 2002 — K. von Heusinger. Specificity and definiteness in sentence and discourse structure // Journal of Semantics 19, 2002. P. 245274.

von Heusinger, Kornfilt 2005 — K. von Heusinger, J. Kornfilt,. The case of the direct object in Turkish: Semantics, syntax and morphology // Turkic Languages 3, 2005. P. 3-44.

Johanson 1977 — L. Johanson. Bestimmtheit und Mitteilungsperspective im türkischen Satz // Zeitschrift der Deutschen Morgenländischen Gesellschaft 3 (2), 1977. P. 1186-1203.

de Hoop, Malchukov 2008 — H. de Hoop, A. Malchukov. Case-marking strategies // Linguistic Inquiry 39, 2008. P. 565-587.

Iemmolo 2010 — G. Iemmolo. Topicality and differntial object marking: Evidence from Romance and beyond // Studies in Language 34, 2010. P. 239-272.

Keresztes 1999 — L. Keresztes. Development of Mordvin Definite Conjugation [Memoires de la Societe Finno-Ougrienne 233]. Helsinki: Suomalais-Ugrilainen Seura, 1999.

Kiss 1998 — K. É. Kiss. Identificational focus versus information focus // Language 74, 1998. P. 245-273.

Kiss 2010 — K. É. Kiss. A magyar targyas és alanyi igeragozas kialakulasa-nak szintaktikai hatterérol [The syntactic background of the emergence of the Hungarian objective and subjective conjugations] // Nyelvtudomanyi Kôzlemének 107, 2010. P. 131-146.

Lambrecht 1994 — K. Lambrecht. Information structure and sentence form: Topic, focus, and the mental representation of discourse referents [Cambridge Studies in Linguistics 71]. Cambridge: Cambridge University Press, 1994.

Link 1983 — G. Link. The logical analysis of plural and mass terms: a lattice theoretical approach // R. Bâuerle, C. Schwarze, A. von Stechow (eds.). Meaning, Use and Interpretation of Language. Berlin: Mouton de Gruyter, 1983. P. 303-323.

Simonenko 2014 — A. Simonenko. Microvariation in Finno-Ugric possessive markers // H.-L. Huang, E. Poole, A. Rysling (eds.). Proceedings of the 43rd annual meeting of the North East Linguistic Society (NELS 43) 2, 2014. P. 127-140.

Wickman 1955 — B. Wickman. The form of the object in the Uralic languages. Uppsala: Almqvist & Wiksells, 1955.

Zirnask 2004 — T. Zirnask. Objektikâânded Moksa keeles. Bakalaureusetôô. Tartu Ulikool, Tartu, 2004.