Философское и поэтическое толкование трагической смерти в поэме «Нарспи» К. Иванова

литературные портреты восполняют представления современников о состоянии и деятелях национальной культуры. В статье приведены лишь некоторые имена современных удмуртских авторов - создателей литературных портретов-воспоминаний. Но и рассмотренные произведения позволяют увидеть характерные особенности развития этого жанра в удмуртской прозе последних лет, говорить, с одной стороны, о развитии эстетических возможностей жанра литературного портрета в современной удмуртской прозе, с другой - о повышенном интересе читателей к «живой натуре» реального исторического человека.

Литература

1. Гаврилова-Решитько М.В. Эшъяськонлэн шунытэз: очеркъёс, тодэ ваёнъёс = [Тепло дружбы: очерки, воспоминания]. Ижевск: Удмуртия, 2005. 221 с.

2. Литовченко А.С. Литературный портрет Вилье де Лиль-Адана в книге М. Волошина «Лики творчества» // Вестник Удмуртского университета. Сер. История и филология. 2009. Вып. 3. С. 51-55.

ЗАЙЦЕВА ТАТЬЯНА ИВАНОВНА - доктор филологических наук, доцент, заведующая кафедрой удмурдской литературы и литературы народов России, Удмуртский государственный университет, Россия, Ижевск (uawoz@rambler.ru).

ZAYTSEVA TATIANA IVANOVNA - doctor of philological sciences, assistant professor, head of Udmurt literature and Russia Peoples Literature Chair, Udmurt State University, Russia, Izhevsk.

УДК 821.512.111

А.Ф. МЫШКИНА

ФИЛОСОФСКОЕ И ПОЭТИЧЕСКОЕ ТОЛКОВАНИЕ ТРАГИЧЕСКОЙ СМЕРТИ В ПОЭМЕ «НАРСПИ» К. ИВАНОВА

Ключевые слова: классическое произведение, бродячий сюжет, эпилог поэмы «Нарспи», поэтическое толкование проблемы смерти и любви, философское понимание счастья, трагическая судьба героинь произведений «Нарспи» К. Иванова и «Свадьба» А. Хакимова, родительское проклятье.

Проанализирован эпилог поэмы К. Иванова «Нарспи». Изучены причины трагической смерти героини поэмы «Нарспи». Проанализировано философское значение родительского благословения и проклятия. Проведено сравнительное исследование произведений К. Иванова и А. Хакимова с целью выявления общих тенденций изображения трагического в художественном творчестве.

A.F. MISHKINA

PHILOSOPHICAL AND POETIC INTERPRETATION OF THE TRAGIC DEATH IN THE POEM «NARSPI» BY K. IVANOV

Key words: classical plot, wandering plot, epilogue of the poem «Narspi» by K. Ivanov, poetic interpretation of the death and love problem, philosophical understanding of happiness, tragic fate of the heroines in the poems «Narspi» by K. Ivanov and «Wedding» by A. Khakimov, parents’ curse.

The epilogue of the poem «Narspi» by K. Ivanov is analysed. The reasons that caused the tragic death of the heroine from the poem «Narspi» have been studied. The philosophical understanding of parents’ blessing and curse has been investigated. The comparative research of the works by K. Ivanov and A. Khakimov to identify general tendencies in depicting tragic events has been carried out.

Поэма Константина Иванова «Нарспи», бесспорно, является классическим произведением чувашской и мировой литературы и уже несколько десятков поколений читателей заставляет спорить, сопереживать, любить и ненавидеть ее героев. Более того, каждый читатель ищет и находит в ней ответы на свои вопросы.

Автор этих строк, которого заинтересовала проблема эпилога поэмы, ее последней части «Четыре смерти», не является исключением. Для решения каких вопросов (поэтических или же философских!) введена эта глава в струк-

туру произведения? Можно ли исключить ее из поэмы? Могли ли герои Нарспи и Сетнер быть счастливыми?

Если вспомнить сюжет поэмы, то легко обнаружить, что в фабульной основе «Нарспи» лежит извечная тема любви, бродячий сюжет «Лейли и Медж-нуна» (в восточном фольклоре), «Ромео и Джульетты» (в европейской литературе). И учитывая подобную параллель, следует признать, что иного эпилога в «Нарспи» быть и не может. Это, вероятнее всего, классический пример поэтического решения проблемы столкновения любви молодых и рационального подхода к жизни старшего поколения в художественном творчестве.

Однако, как и любое художественное произведение, поэма К. Иванова «Нарспи» однозначно не вписывается ни в один шаблон. Оригинальность этого произведения, в первую очередь, подчеркивается своеобразным решением затронутых в нем философских проблем. Таких, как любовь и смерть, верность и предательство, отцовское благословение и материнское проклятие, покорность и бунтарство.

Попробуем ответить на вопрос: могли ли быть счастливыми Нарспи и Сетнер? Вероятнее всего, нет. Первая причина этого заключена в том, что их погубила бы, если бы даже не было внешних препятствий, их собственная любовь, вернее, их страсть. Сильные чувства и эмоции губительны для психики и душевного равновесия человека. Этому есть множество примеров в художественном творчестве как чувашских писателей, так и писателей других народов. Для примера можно вспомнить трагическую судьбу героини повести А. Хакимова «Свадьба» Алтынсес. Естественно, нельзя провести однозначную параллель между этими героинями - чувашкой Нарспи и башкиркой Алтынсес. Ведь их судьба разыгрывается в разных исторических и социальных условиях. Однако их, бесспорно, объединяет одно - стремление быть счастливой рядом с любимым человеком. Именно эта чистая юношеская любовь привела к гибели как Алтынсес, так и Нарспи.

В повести А. Хакимова очень подробно описаны все чувства героини. И можно шаг за шагом пронаблюдать, как горячее чувство любви толкает ее к гибели. И этот последний шаг для Алтынсес стал освобождением от тоски и горячей любви, которые сожгли ее душу. Вот как прощается она с миром и со своим любимым в последний миг: «Прости, Хайбулла. Не держи, обиду, милый. Ты жив. Не напрасны были мои ожидания, моя любовь, моя тоска. Ради тебя, твоей любовью жила. Потому и терпела. Но терпения не хватило. Устала... <...> Нет, и не в Сынтимере дело. Родник моей души иссяк. Не в радость будет твоя любовь. И тело мое ты с другим поделил. Нет у меня сил объяснить тебе это. И зачем тебе понимать, родной? Нет, Хайбулла, нет, любимый, не суждено, не обновить нам нашей свадьбы. Видишь, черная туча наползает на небо? Звезды гаснут. Вот моя дорога, я пойду.» [2. С. 306-307]. Как видим, физической гибели героини предшествовали опустошение, гибель ее души.

Учитывая подобные примеры в художественной литературе, можно сказать, что если бы даже Нарспи и Сетнер благополучно воссоединились, то все равно были бы счастливы недолго. Их быт, социальное положение (в поэме неоднократно повторяется мысль, что весь жестокий мир против молодых!) и то, через что им пришлось пройти (горечь разлуки, убийство Тхтама-на), не позволили бы им скрыться в своем уголке любви, счастья, взаимопонимания. Поэтому любая другая развязка этой любовной истории противоречила бы естеству человеческой жизни и его натуры.

Если с трагической судьбой возлюбленных поэмы «Нарспи» более или менее понятно, то возникает следующий вопрос: почему вместе с молодыми погибли и родители Нарспи? Ответ на этот вопрос есть в самом произведе-

нии, в его предпоследней главе. Вместе с тем в этом мы видим и вторую причину гибели Нарспи.

Обратимся к тексту. После убийства Тхтамана Нарспи возвращается в родную деревню, в дом Сетнера. Мать с отцом умоляют ее вернуться в отчий дом, чтобы связать в будущем свою судьбу с другим богатеем. А Нарспи просит их благословить ее с Сетнером. И вместо благословения Нарспи слышит проклятие: «Мигедер

Ыых, Сетнер! Припомню! Ты мне Погубил дитя! Тебе ж,

Дочь жестокая, век сохнуть В этой вот курной избе! ...» [1. С. 251].

«Старуха

Гибнуть, сохнуть вам, подобно Сучьям голым, вечно тут!

По-собачьи жить, доколе

Ваши кости не сгниют! ...» [1. С. 253].

Дочь родную проклиная,

Удалились мать с отцом.

И на улице старуха Крепким тешится словцом.

От стыда краснея, солнце Закатилось. Пала мгла.

Мать Сетнера с тяжким вздохом Убирает со стола» [1. С. 253].

Материнское проклятие, как и родительское благословение, имеет магическую силу. Подобная вера была характерна для языческого сознания чуваша. Это мы видим и в поэме Константина Иванова. Однако материнское проклятие здесь получило своеобразное проявление. И в этом, вероятнее всего, выразилась своеобразная философская трактовка национального мировиде-ния автором поэмы «Нарспи». Ведь проклиная родную дочь, обрекая на страдания, мать вызвала гнев Судьбы на себя и на своего мужа. Именно поэтому им было суждено умереть от рук ночных грабителей.

С другой стороны в этом видится и некоторое осуждение автором поступка родителей Нарспи. Родителям Нарспи не хватило мудрости понять и простить свою дочь. Они как бы отреклись от нее, то есть отреклись от будущего своего рода. Словно отрезали побеги своего родового древа. А любое дерево растет не только вглубь, в землю корнями, но и ввысь своими побегами.

Литература

1. Иванов К.В. Собрание сочинений / отв. ред. М. Сироткин. Чебоксары: Чуваш. госиздат, 1957. 460 с.

2. Хакимов А.Х. Байга: повести / пер. с башк. Р. Максютова, И. Каримова, Н. Алембековой. М.: Совет. писатель, 1981. 368 с.

МЫШКИНА АЛЬБИНА ФЕДОРОВНА - доктор филологических наук, доцент, заведующий кафедрой культурологии и межкультурной коммуникации, Чувашский государственный университет, Россия, Чебоксары (alb2091@yandex.ru).

MISHKINA ALBINA FYODOROVNA - doctor of philological sciences, assistant professor, head of Cultural and Intercultural Communication Chair, Chuvash State University, Cheboksary, Russia.