К вопросу о типологии костромских топонимов (на материале топонимии междуречья Покши и Мезы)

грамматической структуры, синтаксической модели, изоморфизма содержания и формы, образности и некоторых «частных» семантических и образных особенностей.

Библиографический список

1. Алефиренко Н.Ф. Спорные проблемы семантики. - М.: Г нозис, 2005.

2. Бурмистрович Ю.Я. Образование фразеологизмов как процесс, осуществляемый по моделям (к постановке вопроса) // Вопросы семантики фразеологических единиц (на материале русского языка). Част I. Тезисы докладов и сообщений. - Новгород, 1971. - С. 9-12.

3. Бурмистрович Ю.Я. Основные моменты образования фразеологизмов // Системные связи и отношения фразеологизмов. Сб. науч. тр. -Свердловск, 1989. - С. 114-122.

4. Гаврин С.Г. Фразеология современного русского языка в аспекте теории отражения. -Пермь, 1974.

5. Губарев В.П. К проблеме семантики устойчивых словесных комплексов как сложных знаков прямой и косвенной номинации // Семантическая структура слова и фразеологизма. - Рязань, 1980. - С. 40-46.

6. Мелерович А.М. К вопросу о системной обусловленности индивидуально-авторских преобразований семантической структуры фразеологических единиц // Фразеологизмы в системе языковых уровней. - Ленинград, 1986. - С. 104-113.

7. Мокиенко В.М. Славянская фразеология. -М.: Высшая школа, 1980.

8. Палевская М.Ф. Основные модели фразеологических единиц со структурой словосочетания в русском языке XVIII века. - Кишинёв, 1971.

9. РайхштейнА.Д. Сопоставительный анализ немецко-русской фразеологии. - М.: Высшая школа, 1980.

10. Солодуб Ю.П. Русская фразеология как объект сопоставительного структурно-типологического исследования (на материале фразеологизмов со значением качественной оценки лица). - М.: МГПИ, 1985.

11. Тихонов А.Н. Словообразовательный словарь русского языка. В 2-х т. - М.: Русский язык, 1985.

12. Улуханов И.С. Единицы словообразовательной системы русского языка и их лексическая реализация. - М.: ИРЯ РАН, 1996.

13. Философский энциклопедический словарь. - М.: Советская энциклопедия, 1989.

14. Чернышёва И.И. Фразеологическая система немецкого языка. - М.: Высшая школа, 1970.

УДК 801

Е.В. Цветкова К ВОПРОСУ О ТИПОЛОГИИ КОСТРОМСКИХ ТОПОНИМОВ

Костромская топонимия неоднородна, что проявляется в характере номинации, принципах и способах номинации, структуре и образовании, фонетической и грамматической оформленно-сти, особенностях функционирования. Микротопонимы и топонимы отличаются степенью известности, условиями, объемом и диапазоном функционирования, сферой употребления. Типология костромской топонимии строится на таких характеристиках названий географических объектов, как степень их приближенности к именам собственным, характер обозначаемых ими объектов, значение, особенности их возникновения, структура, способ образования, специфика употребления в речи.

Ключевые слова: ономастика, топоним, микротопоним, имя собственное.

Характеристика топонимов и микротопонимов, как наименований, занимаю. щих особое положение в системе имен, основывается на общепринятом определении имен собственных как слов, служащих для индивидуализации, выделения какого-либо объекта среди других объектов. Основное назначение этих обладающих специфическим значением слов - называть, именовать.

Топоним как лексическая единица может нести как минимум, так и максимум информации. Называя географический объект, топоним указывает, что данный объект обладает именем, -это и составляет минимальную информацию. К максимальной информации относят диахроническую информацию и функциональные типы информации. Диахроническая информация, содержащая заключенные в топонимии языковые

данные, может быть получена при специальном лингвистическом исследовании (языковая принадлежность слова или имени, от которого образован топоним). К функциональному типу относится информация, касающаяся связи географических названий с объектом (данные о характере объекта, к которому относится топоним, комплекс сведений о самом объекте). Последнее представляет собой наиболее индивидуальную и непосредственную часть информации, меняющуюся в зависимости от изменения социального статуса объекта, его роли в жизни человека и отношения человека к объекту.

Принадлежность к разряду имен собственных значительной части рассмотренных нами топонимов междуречья Покши и Мезы не вызывает сомнения. В данном случае речь идет о наименованиях крупных объектов, в основном известных за пределами небольшого замкнутого пространства. Такие названия обычно нанесены на географические карты. Это одно из отличий топонимии от микротопонимии - совокупности названий мелких географических объектов (лугов, полей, лесов, болот, озер, ручейков, мостов, кустов и т.д.), неизвестных обычно за пределами определенной топонимической системы (одной деревни, нескольких деревень, деревни и ее окрестностей и т.д.). Такие наименования, как правило, не нанесены на карты. Они сохраняются, передаются в устной форме из поколения в поколение, подчас видоизменяясь или вовсе исчезая из речевого оборота.

Поскольку обозначения малых объектов менее формализованы, микротопонимы близки к именам нарицательным. Часто они находятся на пути к превращению в имена собственные. Такие наименования, как Пруд, Мост, Горка, За дорогой и т.п., уже не являются именами нарицательными, но еще не стали настоящими именами собственными, то есть занимают речевой ярус, промежуточный между именами нарицательными и именами собственными. Часть подобных наименований проходит этот путь и занимает свое место в ряду имен собственных, но большинство таких названий так и остается в промежуточном положении. В данном случае считаем приемлемым применить к их характеристике понятие индивидуальной дескрипции [3, с. 50], описания, то есть словесной идентификации отдельных предметов путем называния свойств или комплексов свойств, принадлежащих исключительно этим предметам.

Индивидуальные дескрипции имеют в естественных языках функцию, аналогичную функции имени собственного, - обозначение в речи определенного индивидуального предмета, выделенного из всего остального мира. Индивидуальная дескрипция описывает предмет, определяя круг его черт, что позволяет его идентифицировать, так как ни один другой предмет на свете не обладает таким комплексом черт предмета даже тогда, когда наименование состоит из нескольких слов. Выделяются индивидуальные дескрипции бесконтекстные (однодесигнатные) и контекстные (многоде-сигнатные). Первым не требуется контекст для идентификации десигната, а вторые выполняют функцию отождествления только в соответствующем словесном и ситуационном контексте. Индивидуальная дескрипция - это описание ее десигната (объекта). Индивидуальная дескрипция выступает вместо имени собственного (имена собственные не описывают обозначенного ими предмета) в следующих случаях: когда единичный предмет не имеет имени собственного; когда предмет имеет имя собственное, но оно не известно говорящему; когда предмет, о котором идет речь, имеет имя собственное и оно известно говорящему, но он предпочитает употреблять дескрипцию, например, с целью назвать те или иные свойства этого предмета.

Выступая в роли имени собственного, индивидуальная дескрипция выполняет двойную функцию: является названием десигната и его описанием. Индивидуальная дескрипция с течением времени может терять черты дескрипции и превращаться в имя собственное. Поскольку собственные имена и апеллятивы в языке не отделены друг от друга резкой границей, происходит их постоянное взаимодействие как процесс пополнения нарицательных имен за счет собственных (апеллятивизация) и наоборот - собственных имен за счет нарицательных (онимизация), подтверждающий принцип диалектики о всеобщем развитии, исключающем в определенных случаях «или-или», и, конечно, наличие индивидуальных дескрипций, значение которых со временем тоже способно претерпевать изменения. Роль индивидуальной дескрипции более свойственна микротопонимам. Таким образом, микротопоним - это в какой-то степени условное собственное название, квазитопоним.

В соответствии с указанными выше наблюдениями топонимы изучаемой территории можно разделить на три группы:

1. Собственно топонимы - наименования, принадлежность которых к именам собственным неоспорима. В первую очередь это гидронимы (например, реки Волга, Покша, Шача, Танга, Сень-дега) - наиболее устойчивые звенья любой топонимической системы. Г. П. Смолицкая в работе «Гидронимия бассейна Оки» пишет: «Значение данных гидронимии в изучении древнейших судеб того или иного народа, его языка, истории, формирования и развития его цивилизации огромно, поскольку велика роль водных источников в жизни народа, особенно на первоначальной стадии его развития» [4, с. 1]. Достаточно устойчивыми по сравнению с другими типами топонимов являются также ойконимы, в том числе названия деревень, существующих несколько столетий (например: деревни Воробьёво, Иконнико-во, Следово, Шишкино, Бохино, Буртасово и т. д.).

2. Функционально слабые топонимы - названия, созданные по типу апеллятив + «определение», образованное на основе проприального имени (нечто среднее между первой и второй группами). В наших материалах это, например, Семеновская горка, Литвиновские поля, Жаров-ское болото, Бедринские кусты, Буртасовская дорога, Дарьин угол, Палашкин омут, Володинс-кая дорога и т.д. Это микротопонимы, наиболее распространенные в любом топонимическом пространстве, - менее устойчивые звенья топонимической системы. Такие наименования известны меньшему количеству людей, редко выходят за пределы своей небольшой топонимической системы и, что не менее важно, способны быстро изменяться в связи с изменением окружающей действительности (смена владельца объекта, изменения расположенного поблизости другого объекта и т.п.).

3. Топонимы, образованные на основе апел-лятивов, - наименования, занимающее промежуточное положение между именами нарицательными и именами собственными. Они уже не имена нарицательные, по крайней мере, для своей топонимической системы, но еще и не имена собственные, так как содержат элементы описа-тельности, а возможно, они никогда и не станут именами собственными. Например: Родник, Вышка, Ёлочки, Мост, Кленки, Берёза, Пруд, Ямы, Овражек, Бочаги, Гать, Горка и т.д.).

Вопрос о принадлежности наименований третьего типа к микротопонимам является спорным. Мы придерживаемся той точки зрения, в соот-

ветствии с которой некоторые имена нарицательные в связи с особыми условиями употребления в узком замкнутом пространстве выполняют роль топонимов (микротопонимов). Выбор данной точки зрения основан на выводах, сделанных в результате многолетних наблюдений за речью сельских жителей и личного участия в речевом общении с применением подобных наименований. Разумеется, не каждое имя нарицательное способно стать микротопонимом. Являясь исключительно неофициальными, возникая в результате естественной номинации, микротопонимы в разной степени близки к именам собственным, имеют сходство с апеллятивами, однако в пределах данного узуально-речевого пространства именами нарицательными уже не являются. Значительную часть таких названий мы можем характеризовать как топонимы-«ориентиры». Подобные названия могут получить статус имени собственного лишь в том случае, если они сохранят свое право на существование в случае исчезновения обозначаемого ими объекта. Однако следует учитывать и то, что нельзя автоматически вычеркивать из разряда топонимов наименования, исчезнувшие вместе с обозначаемыми ими объектами, так как этот процесс является подчас делом случая.

Самый яркий пример близости к имени нарицательному в микротопонимии рассматриваемого региона - обилие предложно-падежных конструкций: лес За прудом, лес За линией, ягодник За дорогой, поле За остановкой, место У берёзы и т.д. Количество названий по модели «предлог + существительное в косвенном падеже» (обычно они обозначают направление, обстоятельство места) многочисленно, но они и менее устойчивы, чем названия крупных объектов.

Являясь частью топонимической системы, микротопонимы, как и топонимы, призваны точно обозначать географический объект, выполнять локализующую, конкретно-географическую функцию. Микротопонимы и топонимы обладают как общими, так и отличительными чертами. Общими чертами следует считать системную организацию топонимии и микротопонимии, их непосредственную обусловленность внеязыковы-ми факторами, варьирование в речи, наличие в структуре значения не только номинативности, но и эмоциально-экспрессивной окрашенности, образование составных конструкций и т.д., однако вариативность более ярко проявляется в мик-

ротопонимии, то же можно сказать и об эмоционально-экспрессивной окрашенности и наличии составных конструкций.

Микротопонимии свойственна большая способность впитывать в себя особенности диалекта, так как они функционируют практически исключительно в устной речи, обслуживая потребности небольшого количества людей, являясь неофициальными названиями объектов. Микротопонимы и топонимы отличаются степенью известности, условиями, объемом и диапазоном функционирования, сферой употребления. Однако микротопонимия является частью топонимии в целом, и провести четкую границу между топонимами и микротопонимами трудно. Топонимы системы и микротопонимы, как составная часть топосистемы, взаимообусловлены, находятся в постоянном взаимодействии.

Топонимия изучаемой территории неоднородна, что проявляется в ряде признаков: в особенностях функционирования, в характере номинации, в структуре и образовании, в фонетической и грамматической оформленности, в принципах и способах номинации.

Топонимы исследуемого нами региона по характеру обозначаемых ими объектов делятся на следующие типы:

1) ойконимы - наименования любых поселений, в том числе комонимы - поселения сельского типа (например, деревни Анохино, Бажурино, Болото, Буртасово, Васильково, Головцино, Жда-ново, Иевлево, Калинки, Леоново, Литвиново, Мартемьяново, Никольское, Першутино, Попов-ка, Романово, Следово, Фофаново, Шишкино);

2) гидронимы - наименования водных объектов, в том числе а) гелонимы - названия болот, заболоченных мест (Алексинский переезд, Буртасов-ское болото, Володинское болото, Встороженское болото, Галкино, Глаз, Жаровское болото, Заднее болото, Карман, Михайловское болото, Штаны);

б) потамонимы - наименования рек (Меза, Берёзовка, Покша, Чёрная, Юронка); в) лимномы - названия озер и прудов (Баринов пруд, Ближний пруд, Воробьёвский пруд, Дальний пруд, Следовский пруд, Филипцевское озеро, Школьный пруд); г) му-тонимы - названия омутов и других мест на реках (Чёртов омут, Палашкин омут, Семёновский омут, Литвиновский омут); д) спелеонимы - названия колодцев, родников (Володинский родник, Калинков-ский родник, Семёновский родник, Литвиновский родник, Романовский родник, Следовский колодец);

3) агроонимы - названия земельных наделов, покосов, полей, пашен (Буртасовские поля, Василь-ковское поле, Васильевых полоска, Воробьёвские поля, Жаровские поля, Первомайские поля, Семёновские поля, Следовский покос, покос Болото);

4) дринонимы - названия лесов (Володинский лес, Бедринские кусты, Васильковский лес, Бур-тасовский лес, Бедринские перелески);

5) дромонимы - названия путей сообщения (Буртасовская дорога, Калининская дорога, Сле-довская дорога, Романовская дорога);

6) оронимы - наименования элементов положительного и отрицательного рельефа земной поверхности, то есть любого орографического объекта (Бажуринский овраг, Литвиновская горка, д. Холм, Семёновская горка);

7) хоронимы - собственные имена любых территорий, областей, районов (Костромская область, Судиславский район, Костромской район, Красносельский район).

Топонимы перечисленных типов в зависимости от особенностей образования можно разделить на следующие группы:

1) агиотопонимы - топонимы, образованные от любого агионима - имени святого (Никольское, Никола-Залужье);

2) антропотопонимы - топонимы, образованные от антропонимов - имен, отчеств, фамилий, прозвищ (ручей Антоновка, д. Романово, д. Семёновское, д. Андрейково, Агашкин хутор);

3) квалификативные топонимы - определительные топонимы, которые содержат определение объекта, указание на его признак, качество, и термины, называющие сам объект (р. Чёрная, д. Село, д. Болото, д. Высоково, д. Починок);

4) ландшафтные топонимы - топонимы, называющие любой объект ландшафта (д. Болото, д. Болотово, д. Подлесье, д. Холм);

5) посессивные топонимы - топонимы, указывающие на принадлежность данного объекта его владельцу (д. Куломзино - селение, принадлежавшее помещикам Куломзиным, д. Зиновьево - собственность помещиков Зиновьевых, хутор Уткина, Павлов хутор, хутор Сермуса).

И соответственно: микроойконимы - неофициальные названия поселений (д. Баландиха -часть деревни Калинки); микрогидронимы, в том числе микропотамонимы (ручей Ивачевка, Ручей), микромутонимы и названия мест на реках (Богачи, Мельница, Шишка, Омут), микрогело-нимы (За Жарами, Заднее болото, Гать, Болото),

микроспелеонимы (Ключ, Родник, Колодец, Школьный колодец), микролимнонимы (Баринов пруд, Дальний пруд, Ближний пруд, Леснический пруд, За школой пруд); микродринонимы (Аллейка, Бання Горушка, Горушка, Белый Камень, Берёзки, Ёлочки, Кленки); микроагроонимы (Барское поле, Загониха, Мельнишный луг, Напобега-лиха, Напоминалиха, Поручица, Прудовые поля, Солотная, Тринки, Труба, Три дороги); микро-дромонимы (Бетонка, Выгон, Гать, Долгая дорога, Яшкины преходы); микрооронимы (Баран, Груздиха, Стуловский овраг, Полоха, Шишка) и т.д.; но, разумеется, наблюдаем отсутствие микротопонимов, например в хоронимии, а топонимы-ориентиры свойственны в основном микротопонимии.

В системе собственно топонимов междуречья Покши и Мезы превалируют комонимы, а в системе микротопонимов - микродринонимы, микро-агроонимы, многочисленны микродромонимы, микрогидронимы, малочисленны микроурбано-нимы (по причине незначительного количества улиц в сельских поселениях), а также менее многочисленны микрооронимы (по причине небольшого количества выделяющихся возвышенностей и низин, относительной ровности рельефа).

Для микротопонимии характерно отражение характера объекта в самом названии путем употребления географического термина: Верина горка, Долгая дорога, Вшивый бочаг, Леснический пруд, Стуловский овраг и т.п.

По отношению к обозначаемому объекту имена собственные, в том числе и топонимы, различны по структуре, по значению, по способу образования и употребления:

1. По структуре: 1) одноосновной топоним -наименование, имеющее одну основу (Пруд, Берёза, Гать, Родник); 2) топоним-словосочетание - любое наименование, имеющее форму словосочетания, беспредложного или предложного (Большие Жары, Володинский родник, болото За Жарам, лес За дорогой); 3) эллиптический топоним - форма собственного имени, образующаяся в результате опущения одного из слов или одной основы, входящих в дву- или многословное имя (Дальний пруд - Дальний, д. Спас-Залесье - Залесье). Топонимы-фразы и ассимилированные имена не характерны для изучаемой то-посистемы.

2. По значению: 1) экспрессивные топонимы (эмоционально-оценочные, «говорящие») - то-

понимы, содержащие эмоциональную оценку объекта, наименования-характеристики (р. Чёрная, Вшивый бочаг, Чёртов омут, Чёртова горка, Сопливая горка); 2) оппозитивные топонимы -топонимы-сочетания ничем не связанных компонентов, организованных по типу приложения и слова, к которому оно относится (с. Спас-Залесье, с. Никола-Залужье).

3. По способу образования: 1) первичное имя (примарное) - наименование, возникшее из апел-лятива и имеющее форму, идентичную с апелля-тивом (Брод, Болото, Холм, Бугор, Горка, Дол);

2) метафорическое имя - название, основанное на метафоре (ул. Скворечники (неофиц.), место Шишка, места в болоте Глаз, Карман, возвышенность Гребень).

4. По способу употребления, функционирования: мемориальное имя (меморатив, имя-посвящение) - наименование, данное в память о ком-либо или о чем-либо (наиболее распространено в названиях колхозов - колхоз Ворошилова, колхоз «Первое Мая», колхоз имени Октября; парк Победы, аллея Памяти, аллея Алексея Анисимова).

Для сферы функционирования топонимов характерны разные диапазоны - от официальных до различных оттенков, вплоть до грубых, разговорно-бытового характера речи: 1) официальные и неофициальные топонимы - различные формы одного имени в официальном и бытовом употреблении (офиц. ул. Новая - неофиц. Скворечники, Помойная, Грязная, Помойка); 2) литературные и диалектные варианты - различные формы одного имени в литературном и диалектном употреблении (это касается в первую очередь антропонимов: Ксения - Аксинья - Аксиньин хутор, Оксиньин хутор; Агафья - Агашка -Агашин хутор, Агашкин хутор); 3) стилистические варианты - различные формы имени, обусловленные жанром речевого произведения, целью высказывания (Агашин хутор - Агашкин хутор; Юра - Юрка - д. Юркино; мельницы Романи-ха, Куломзиха, Лубениха; Яша - Яшка - Яшкины переходы); 4) хронологические варианты - изменение формы имени с течением времени (Следо-ва - Следово, Буртасова - Буртасово) и т. д.

Десигнат имени собственного может подвергаться важным изменениям, а имя собственное, помимо того, может употребляться без изменения своего звучания, однако десигнат обозначает (Иванов выгон - выгон рядом с домом, в котором когда-то жил Иван; владелец дома сменился, а на-

звание сохранилось). Встает вопрос, существует ли граница, до которой предмет может изменяться, в то время как данное ему ранее имя собственное и дальше его обозначает. Такая граница существует, однако ее нельзя четко провести для всех названий, тем более если учесть особенности употребления топонимов разными возрастными группами. Название может исчезнуть вместе с исчезнувшим предметом, может продолжать функционировать в речи употреблявших его когда-то людей, постепенно заменяясь другими названиями, однако может и сохранить свое название, несмотря на полное несоответствие с десигнатом.

Значительная часть топонимического материала исследуемого региона представляет собой индивидуальные дескрипции. То, чем мы опери-

руем, является по сути дела квазитопонимами. Однако мы называем топонимами все исследуемые наименования, поскольку, несмотря на разделение на топонимы и микротопонимы, они выполняют роль топонимов.

Библиографический список

1. Березович Е.Л. Семантические микросистемы топонимов как факт номинации. - М., 1991. - С. 75.

2. Жучкевич В.А. Общая топонимика. - Минск, 1968. - 289 с.

3. Grodzinski E. 2агуБ ogolnej teorji тюп Ма8пуЛ. - W-wa: Panstw. wyd-wo паик, 1973.

4. Смолицкая Г.П. Гидронимия бассейна Оки. - М., 1980.

УДК 372.8

И.В. Шведова ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ПАДЕЖНОЙ СИСТЕМЫ НЕМЕЦКОГО И РУССКОГО ЯЗЫКОВ

В статье рассматривается развитие падежной системы немецкого и русского языков в историческом аспекте. Автором дается определение понятия падеж, рассматривается падежная эволюция, тенденции развития аналитизма и синтетизма в падежной системе немецкого и русского языков, а также дается характеристика падежа с точки развития современных немецкого и русского языков. Полученные результаты доказывают, что при рассмотрении падежа речь должна идти о падежной системе в целом, воплощать взаимосвязь всех ее членов, т. е. всех отдельных падежей языка.

Ключевые слова: падежная система, аналитизм, синкретизм, падеж, морфология.

Вопросы падежной семантики, падеж ных функций, морфологической структуры падежа, взаимодействия падежных форм до сих пор вызывают большой интерес ученый. От выяснения этих вопросов в большой степени зависят обоснование тенденций языкового развития и закономерностей функционирования языка в его данном состоянии. В нашей статье мы хотели бы показать обусловленность современной падежной системы немецкого языка.

Хотя категория падежа присуща многим языкам, она по-разному вписана в их системы и получает внешне очень разное выражение, в зависимости от структурного типа и внутренней специфики языка.

Категория падежа была объектом многочисленных исследований как в германистике, так и в общем языкознании. Вместе с тем в современной науке существует большое количество различных, нередко прямо противоположных взгля-

дов на падеж в целом и на отдельные аспекты его в частности. Наличие «узких мест» во всех известных падежных доктринах заставляет языковедов вновь и вновь возвращаться к проблеме падежа и искать пути совершенствования имеющихся теорий или вырабатывать собственные.

Вследствие исторического родства индоевропейских языков, падежная система немецкого языка имеет ряд общих черт с падежной системой других индоевропейских языков, в том числе, с падежной системой русского языка. Но на фоне этой общности ясно выступает их своеобразие [3, с. 245-246]. Это своеобразие проявляется и в количестве падежей, и в круге значений употребления каждого падежа.

Термин «падеж» и понятие, связанное с ним, восходит к античной науке. Но вначале он употреблялся в значении, совершенно отличном от современного. Аристотель под названием «падеж» (ptosis - «падение») имел в виду всякого