Вы бы что приватизировали?

В ближайшие два года правительство России рассчитывает получить от приватизации более триллиона рублей. Среди вероятных активов на продажу — госпакеты акций "Аэрофлота", АЛРОСА, "Башнефти", "Роснефти" и ряда других компаний.

Целый ряд госкомпаний и прежде всего — железнодорожную. Также нужна сильная, здоровая конкуренция в сфере сотовой связи, авиации. Нынешнее правительство, похоже, поняло неизбежность движения по пути, который проложил Анатолий Чубайс в ходе первой волны приватизации. Тогда младореформаторы показали способность к рациональному коммерческому управлению в соответствии с законами экономики, а не политической или иной целесообразностью. Главное, чтобы нынешняя приватизация была максимально прозрачной, кристально законной, а все ее участники были в равных условиях.

Евгений Ройзман, мэр Екатеринбурга

Я бы выбрал "Роснефть" и "Аэрофлот". Но это системообразующие компании, и государство должно быть уверено в том, что они будут работать на благо страны, а не только зарабатывать прибыль для акционеров. Поэтому важно, чтобы активы находились в российской юрисдикции. Мы будем ситуацию мониторить и, если потребуется, подключимся, чтобы повлиять на приватизацию крупных компаний.

Олег Цепкин, член комитета Совета федерации по конституционному законодательству и госстроительству

Недостатка в списке не будет. В стране не менее 50% компаний с госучастием. Банковский сектор пока приватизировать проблематично — его состояние сейчас не очень. Можно посмотреть на ресурсные и инфраструктурные сектора, транспорт. Но действовать нужно очень осторожно. Ситуация на нашем фондовом рынке негативная, цены низкие, резко снизилась роль иностранных инвесторов, снизился спрос. Это аргументы в пользу того, чтобы не проводить приватизацию оптом.

Ярослав Лисоволик, главный экономист Евразийского банка развития (ЕАБР)

Приватизировать нужно все, что можно, и в первую очередь неестественные монополии: инновационные компании, нанотехнологии. Но сейчас совсем плохое время для приватизации, боюсь, что она закончится лишь перекладыванием собственности из одного кармана в другой. Просто приватизация денег не принесет, то есть все равно встанет вопрос — надо начинать дружить с Западом, снимать санкции, заканчивать вопрос с Украиной, с Крымом, возможно, через компенсацию. Нужны решительные действия и реформирование управления по Грефу. Про приватизацию десять лет говорят, но ставка была сделана на госкорпорации. А независимый рынок никому не нужен. Если этот тренд останется, то все опять поделят между своими.

Ирина Хакамада, член Совета по правам человека при президенте РФ

Сейчас лучше продать неэффективные компании. А те, что работают и дают прибыль, я бы не приватизировал. Все равно проблем бюджета это не решит. А в целом, если будет политическое решение, продадут все что угодно.

Андрей Яковлев, директор Института анализа предприятий и рынков НИУ ВШЭ

Ничего — не вижу в этом смысла. Эта приватизация ничего не даст, поскольку ее условия противоречивы. На продажу предлагаются миноритарные пакеты, которые не позволяют влиять на принятие стратегических решений. Порочен и подход — сохранение власти государства над крупными компаниями, которые доказали свою абсолютную неэффективность. И очень вероятно повторение знакомой схемы: покупка, а затем перепродажа этих пакетов госструктурам, как это было с "Сибнефтью", которая потом ушла "Газпрому".

Михаил Крутихин, партнер консалтинговой компании Rusenergy

Я бы чуть-чуть власть приватизировал. Чтобы она не была привилегией единиц и народ мог в ней поучаствовать. В том, что приватизация пройдет некрасиво, я уверен, а в том, что она решит проблему,— нет. Я не сторонник сегодня что-то приватизировать — не время. Ну приватизируют нефтянку, "Транснефть" или РЖД, и что? Там много проблем, и где гарантия, что новый менеджмент их решит? А в сельском хозяйстве для приватизации ничего уже нет, только если земля, но этот вопрос заморожен.

Константин Бабкин, президент Российской ассоциации производителей сельхозтехники "Росагромаш"

Все, что можно было приватизировать, уже приватизировано. Остались стратегически важные предприятия, которые нельзя продавать, и предприятия, являющиеся национальными брендами, в частности "Вологодское масло". К сожалению, приватизация у нас проходит исходя не из потребности более эффективного развития экономики, а из желания тех или иных влиятельных группировок заполучить "вкусные" госактивы подешевле.

Елена Панина, депутат Госдумы, председатель Московской конфедерации промышленников и предпринимателей

Я бы приватизировал форты вокруг Санкт-Петербурга. Очень они мне нравятся! А в остальном уже все приватизировали. Сейчас происходит переприватизация — приватизация у приватизаторов. Обычная смена власти на местах. Какой-то круговорот воды в природе, в котором мы можем участвовать только как наблюдатели.

Александр Покровский, писатель

ВОПРОС НЕДЕЛИ / ВОСЕМНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД*

Вы с Америкой согласны?

США распоясались. Они, не стесняясь, единолично вершат судьбы мира.

Америка — единственное государство, которое реально может диктовать свою волю остальным. Мир однополярен, и Америка будет всячески это поддерживать.

Игорь Родионов, генерал армии, бывший министр обороны России

Американцы уверовали в то, что их страна осталась единственной сверхдержавой. Им не хватает такта. Ведь Россия остается великой державой, хотя у нее нет сил вести себя так же, как США.

Сигэки Хакамада, японский политолог

Нет, конечно. Меня угнетают их сверхпатриотизм и самоуверенность.

Михаил Державин, актер

Если бы я жил в Америке, поддержал бы Клинтона безоговорочно. Но я живу в России, ее интересами, а потому к политике США отношусь крайне отрицательно.

Павел Попов, директор Института общественных отношений

Америка действительно ведет себя как супердержава. Но она таковой и является. Россия же имеет право на собственную точку зрения.

Ярослав Рыбак, первый секретарь посольства Польши в Москве

Я согласен с позицией того государства, которое может защищать свои права и ни перед кем не заискивает.

Александр Абдулов, актер

* Должности указаны на момент опроса.