Михаил Ходорковский дал ценовые показания

В Хамовническом суде Москвы экс-глава НК ЮКОС Михаил Ходорковский, обвиняемый в хищении нефти и отмывании преступных доходов, объяснял вчера суду, почему в ЮКОСе сделки между его подразделениями заключались по директивным, а не рыночным ценам. По словам обвиняемого, в противном случае бензин в России стоил бы 60 рублей за литр, а сам он оказался бы на скамье подсудимых за монопольный сговор.

Свое вчерашнее выступление Михаил Ходорковский начал с объяснения, почему он намеренно заключал договоры с добывающими компаниями по заниженным ценам (по версии следствия, таким образом тогдашний глава ЮКОСа получал сверхприбыли при реализации нефти за границей). Обвиняемый заверил, что заключение договоров с добывающими компаниями по фиксированным ценам (из расчета покрытия издержек на нефтедобычу) "было в 90-годы абсолютно нормальной практикой". По словам господина Ходорковского, расчеты между структурными подразделениями ЮКОСа по рыночным расценкам привели бы к тому, что "цена бензина на внутреннем рынке составила бы не менее 60 рублей". "Если бы мы работали именно так,— заявил господин Ходорковский,— то еще раньше я бы оказался на скамье подсудимых за монопольный сговор". А если бы лишь закупки нефти велись по "ценам Роттердама", то, считает подсудимый, акционеры ЮКОСа "обвинили бы его в растрате".

Господин Ходорковский также сообщил, что в 90-е годы, из-за многомесячных задержек с оплатой поставок нефти, а также низкой стоимости нефтепродуктов на внутреннем рынке ЮКОС финансировался по так называемой перекрестной схеме, когда доходы от реализации нефти за границей (где цены были в четыре-пять раз выше) на 70% покрывали затраты на нефтедобычу в России.

Господин Ходорковский вчера опроверг мнение следствия о том, что оптимизация налогов его компанией (в частности, для этого подконтрольные ЮКОСу структуры регистрировались на территориях с льготным налогообложением) была незаконной. "Мы эти вопросы решали не келейно,— заявил Михаил Ходорковский,— а подробно обсуждали их с руководителями Министерства финансов и Министерства по налогам и сборам". При этом, по утверждению подсудимого, "несмотря на налоговую оптимизацию" ЮКОС платил налогов не меньше, чем его основные конкуренты — "Роснефть", "Сибнефть" или "Газпромнефть".

Подсудимый вновь заявил, что работа ЮКОСа была максимально прозрачной, поэтому какие-либо крупные хищения внутри компании были исключены. Для контроля, в частности, по словам обвиняемого, "с 1998 года в ЮКОСе начала формироваться независимая финансовая служба, а чуть позже и независимый совет директоров, куда вошли специалисты, не зависевшие от меня лично и мнения других акционеров". "Именно независимые члены совета директоров ЮКОСа принимали все решения по сделкам свыше $50 млн, давая им оценку,— заявил господин Ходорковский,— что делало невозможным какие-либо злоупотребления". "Контролировали нас и правительство, и губернаторы, и ФСБ,— резюмировал экс-глава ЮКОСа.— Поэтому я не представляю, как в этих условиях можно украсть 350 млн тонн нефти? Понимаю, можно с помощью врезки в трубу выкачать тысячу тонн нефти. Но 350 миллионов тонн — это же смешно!"