Некоторые вопросы, возникающие при провозглашении приговора

УДК 343.15

И.П. Попова

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ, ВОЗНИКАЮЩИЕ ПРИ ПРОВОЗГЛАШЕНИИ ПРИГОВОРА

В статье анализируются некоторые вопросы, возникающие при постановлении приговора, а именно: требования к провозглашению приговора, вытекающие из гласности судебного разбирательства; нарушение тайны совещания судей.

Ключевые слова: уголовный процесс; судебное разбирательство; приговор; провозглашение приговора; тайна совещания судей.

I.P. Popova

SOME ISSUES THAT ARISE PROCLAMATION IN VERDICT

This article analyzes some of the questions that arise in the Sentence, namely the requirements of the verdict resulting from glasnost of the trial, violation of secrecy of judges.

Keywords: criminal procedure, litigation, verdict, of the verdict, the deliberations of judges.

Приговор является единственным процессуальным документом судебного разбирательства по уголовному делу, который выносится от имени государства, постановляется в строго предусмотренном законом порядке и только в совещательной комнате (ст. 298 УПК РФ) [25].

Заключительным этапом постановления приговора является его провозглашение (ст. 310 УПК РФ), с наступлением которого возникают определенные правовые последствия:

- начало исчисления установленных законом сроков для получения копии приговора и обжалования его сторонами (исключение для лиц, содержащихся под стражей — исчисление этих сроков начинается с момента получения копии приговора);

- возможность внесения изменений в приговор;

- возникновение обязанности у суда немедленно освободить из-под стражи оправданного; а также лиц, которые освобождены от наказания; лиц, подвергнутых наказанию, не связанному с лишением

свободы, а также лиц, которым не назначено наказание (п. 3 ч. 5 ст. 302 УПК РФ);

- окончание судебного заседания

- возникновение обязанности у суда разъяснить порядок его обжалования приговора, а также соответствующих прав на участие в суде апелляционной инстанции и порядок ознакомления с протоколом судебного заседания. С указанного момента начинают исчисляться сроки изготовления и подписания протокола судебного заседания, сроки на ознакомление с ним и внесение замечаний на него.

- возникновение у председательствующего судьи права приступить к рассмотрению иных дел.

Гласность судопроизводства (ст. 241 УПК РФ) предопределяет публичное провозглашение приговора. Копии приговора вручаются участникам процесса, направляются в различные государственные учреждения для исполнения.

По смыслу ст. 303 УПК РФ, приговор должен быть составлен в ясных и понятных выражениях, в нем недопустимо употребление неприемлемых в официальных документах слов и выражений. Приговор, постановленный в нарушение указанных требований, подлежит отмене. Так, например, был отменен приговор в отношении П., в котором дословно были приведены стенограммы аудиозаписей разговоров, в которых содержались ненормативные, неприемлемые для официальных документов выражения [8].

В соответствии с ч. 7 ст. 241 УПК РФ приговор суда провозглашается в открытом судебном заседании. Исключение из реализации принципа гласности на данном этапе судопроизводства составляют случаи, предусмотренные законом (ч. 2 ст. 241 УПКРФ), когда уголовное дело может быть рассмотрено в закрытом судебном заседании. При таких обстоятельствах на основании определения (постановления) суда могут быть оглашены только вводная и резолютивная часть приговора. Недопустимо оглашение только вводной и резолютивной части приговора по делам, рассмотренным в открытом судебном заседании, что влечет отмену приговора, поскольку расценивается как нарушение принципа гласности судебного разбирательства.

Вместе с тем, достаточно актуально прозвучала позиция председателя Верховного Суда В.М. Лебедева о том, что «в целях оптимизации рабочего времени судьи необходимо рассмотреть вопрос об оглашении в судебном заседании только резолютивной части приговора» (из его выступления на VШ Всероссийском съезде судей в декабре 2012 г.) [16].

Суд обязан разъяснить участникам судебного разбирательства порядок ознакомления с полным текстом приговора (ч. 4 ст. 310 УПК РФ). Представляется необходимым установить в законе порядок и сроки ознакомления сторон с полным текстом приговора, в случае оглашения его в части.

Вполне обоснованно в литературе высказываются предложения о возможности расширения в УПК РФ оснований для ограничения гласного судопроизводства, например, в отношении несовершеннолетних в возрасте до 18 лет; по делам, где имеется риск нарушения личной и семейной тайны, тайны переписки и иное [18, с. 14-16; 2, с. 30-31].

Законодатель не случайно предусмотрел обязанность суда удалиться в совещательную комнату немедленно после заслушивания прений сторон и последнего слова подсудимого. Не только для того, чтобы создать суду надлежащие условия для постановления приговора, но и, как справедливо замечает Г.И. Загорский, для исключения возможности воздействия на судей каких-либо обстоятельств, кроме исследованных в судебном разбирательстве [6, с. 679]. Так же и для того, чтобы то впечатление, которое сложилось от услышанных во время судебных прений речей и выступлений в судебном заседании, в которых стороны высказались об основных вопросах производства по делу, не было утрачено при постановлении приговора.

По смыслу закона, суд в совещательной комнате подписывает приговор с указанием даты его постановления. Несовпадение даты постановления приговора с датой его провозглашения не является основанием для отмены судебного решения [9]. Тем более, что провозглашение приговора, например, объемного, может занять несколько дней. Следует иметь в виду, что сроки обжалования приговора исчисляются, в соответствии со ст. 356 УПК РФ с той даты, когда закончилось провозглашение приговора [10].

Иногда, дата, указанная в приговоре противоречит дате, указанной в протоколе судебного заседания. При определенных обстоятельствах это может быть расценено как нарушение тайны совещания судей и явиться основанием для отмены приговора.

Так, суд кассационной инстанции установил нарушение тайны совещания судей по делу в отношении К. и на основании п. 8 ч. 2 ст. 381 УПК РФ отменил приговор с направлением дела на новое рассмотрение.

Как следовало из протокола судебного заседания, 24 августа 2007 г. судебное заседание, согласно протоколу, было открыто в 17.05, суд удалился в совещательную комнату в 21.30, приговор

оглашался в тот же день, и заседание было закрыто в 21.55. В соответствии с этим приговор по данному делу должен быть постановлен 24 августа 2007 г. Однако в приговоре было указано, что он был постановлен 16 августа 2007 г., то есть за несколько дней до окончания судебного разбирательства и до удаления суда в совещательную комнату. Изложенное свидетельствует, что приговор в отношении К. от 16 августа 2007 г. был постановлен вне пределов совещательной комнаты в нарушение требований ст. 298 УПК РФ.

В возражениях на жалобу осужденного государственный обвинитель отметил, что указание даты в приговоре «16 августа 2007 г.» вместо «24 августа 2007 г.» является технической опечаткой. Однако судебная коллегия не согласилась с доводами государственного обвинителя по следующим основаниям. Из материалов дела следовало, что судебное заседание 16 августа 2007 г. по делу в отношении К. вообще не проводилось [11].

Вместе с тем, в другом случае вышестоящий суд расценил указание даты 22 ноября 2010 г. в приговоре от 23 ноября 2010 г. в отношении Ш. как техническую ошибку. При этом суд разъяснил: если вышеуказанная техническая ошибка будет препятствовать, либо затруднять исполнение приговора, ее надлежит устранить в порядке исполнения приговора [12].

Автор разделяет некоторые позиции, направленные на действительную, а не мнимую процессуальную экономию. Представляется правильным признать необходимость постановления полного текста приговора исключительно в совещательной комнате. Совершенно справедливо отмечал И.Л. Петрухин, что «судья не вправе занимать какую-либо позицию в ходе судебного следствия...», и «...убеждение судьи в виновности подсудимого может сложиться лишь при удалении в совещательную комнату для вынесения приговора» [20, с. 94]. Действительно, по окончании исследования доказательств, заслушивания судебных прений сторон и последнего слова подсудимого, суду необходимы соответствующие условия, «для спокойного и делового обсуждения всех вопросов, связанных с принятием решения по рассматриваемому делу» » [17, с. 51]. «Тайна совещания позволяет судьям свободно выражать свое мнение по любому из рассматриваемых вопросов, отстаивать его, приводить аргументы для его подтверждения, голосовать за то решение, которое судья считает правильным» [22, с. 323- 324].

Автор солидарен с мнением, что «тайна совещания судей — процессуальная гарантия, обеспечивающая независимость судей при постановлении приговора, а также законность, обоснованность и справедливость выносимого приговора» [26, с. 158]. Соблюдением тайны совещания судей реализуется один из принципов уголовного судопроизводства, о том, что судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью (ст. 17 УПК РФ).

Нарушения тайны совещания судей в силу прямого указания в законе (п. 8 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ), являются безусловным основанием для отмены приговора, поскольку «ставят под сомнение конституционную гарантию правильности приговора — независимость судей и подчинение их только закону» [5, с. 236].

Однако, само понятие «тайна совещания судей» нередко подменяется другим — «тайна совещательной комнаты». Некоторые процессуалисты не делают различий между словосочетаниями «тайна совещания судей» и «тайна совещательной комнаты»[1, с. 344; 3, с. 498]. В этом плане следует согласиться с мнением И.В. Смольковой, что «тайна совещания судей не определяется стенами помещения» [23, с. 172], и содержащийся в ст. 298 УПК РФ термин «тайна совещания судей» вполне ясно отражает содержание указанного понятия, суть которого заключается в том, что «приговор постановляется в условиях тайны совещания судей — в совещательной комнате, в которой во время постановления приговора могут находиться лишь судьи, входящие в состав суда по данному уголовному делу» [15, с. 532].

Правильно отмечают многие авторы, что часто судьи проводят совещание при постановлении приговора не в специально оборудованных для обеспечения конфиденциальности помещениях, изолированных от залов судебных заседаний, иных помещений, в отсутствие каких-либо средств связи, а в рабочих кабинетах судей. Соблюдение тайны совещания становится в таких условиях, чаще всего, вопросом соблюдения норм судейской этики.

Отсутствие надлежащих комнат для совещания судей при условии не разглашения тайны совещания судей, не расценивается как нарушение закона, влекущее отмену постановленного приговора. Например, судебная коллегия не усмотрела нарушения требований ст. 298 УПК РФ, отвечая на доводы жалобы осужденного П., который

утверждал, что в зале суда отсутствует совещательная комната, в связи с чем он был выведен из зала до оглашения приговора [13].

Использование имеющихся в таких кабинетах средств связи возможно только с одной целью — извещения секретаря судебного заседания или судебного пристава о необходимости разрешения вопросов, связанных с провозглашением постановленного и подписанного в совещательной комнате приговора, то есть когда фактически совещание судей уже состоялось, приговор уже постановлен и подписан. При этом сообщение участникам процесса о переносе времени оглашения приговора, как свидетельствует судебная практика, не может расцениваться как нарушение судьей тайны совещания [14].

Представляется актуальным предложение И. С. Дикарева о необходимости совершенствования процессуального порядка постановления приговора [7, с. 42-44]. Вместе с тем, вызывает возражение его мнение о вынесении в совещательной комнате только резолютивной части приговора в исключительных случаях, обусловленных большим объемом уголовного дела и т.п. На взгляд автора, составление остальной части приговора вне пределов совещательной комнаты не будет способствовать задачам постановления данного документа в условиях, способствующих принятию решения по внутреннему убеждению и вне постороннего влияния кого-либо и чего-либо.

При обсуждении Концепции судебной реформы в РСФСР, принятой в 1991 г., высказывались предложения об избавлении судей «от механической работы по написанию приговора» [24, с. 87-88], с возможностью по окончании совещания судей приглашать специалиста для изготовления приговора. Однако в настоящее время технические возможности существенно изменились и позволяют изготовить текст приговора непосредственно в условиях совещательной комнаты. При этом «только безукоризненное знание закона, тщательная и всесторонняя досудебная подготовка, а также постоянная работа над повышением уровня профессионального мастерства позволяют судьям выносить приговоры, правильные по существу и совершенные по форме . в обстановке, способствующей свободному и спокойному совещанию, при котором судьи не опасались бы неблагоприятных для себя последствий за высказывание и отстаивание своего мнения» [4, с. 77-78].

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Безлепкин Б.Т. Уголовный процесс России: учебное пособие / Б.Т. Безлепкин. — 6-е изд., перераб. и доп. — М. : КНОРУС, 2010. — 496 с.

2. Бозров В.М. Гласность и тайна в уголовном судопроизводстве /

B.М. Бозров // Российская юстиция. — 2002 . — № 2. — С. 30-31.

3. Бородин С.В. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: учебник. — 3-е изд., перераб. и доп. / Л.Н. Башкатов (и др.); / отв. ред. И.Л. Петрухин, И.Б. Михайловская. — М. : Проспект, 2012. — 688 с.

4. Бунина А.В. Приговор суда как акт правосудия. Его свойства : автореф. дис. ... канд. юрид. наук / А.В. Бунина. — Оренбург, 2005. — 24 с.

5. Ворожцов С.А. Судебное производство в уголовном процессе Российской Федерации: практическое пособие по применению Уголовно-процессуального кодекса РФ / под общ. ред. А.И. Карпова /

C.А. Ворожцов. — М. : Юрайт-Издат, 2008. — 732 с.

6. Загорский Г.И. Уголовно-процессуальное право: учебник /под общ. ред. В.М. Лебедева / Г.И. Загорский. — М.: Изд-во Юрайт, 2012. — 1016 с.

7. Дикарев И.С. Процессуальный порядок постановления приговора нуждается в совершенствовании / И.С. Дикарев // Законность. -2009. — № 3. — С. 42-44.

8. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 07.11.2005 № 14-005-32 // СПС «Консультант Плюс».

9. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 29 апреля 2005 г. № 9-О05-12 // СПС «Консультант Плюс».

10. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 7 октября 2005 г. № 9-О05-34 // СПС «Консультант Плюс»

11. Кассационное определение Иркутского областного суда от 11 февраля 2008 г. № 22-348/08.

12. Кассационное определение Санкт-Петербургского городского суда от 16 февраля 2011 г. № 22-8522/2010.

13. Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда от 7 июля 2010 г. по делу № 222656/10

14. Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 02 июня 2010 г. по делу № 92-010-10 // СПС «Консультант Плюс»

15. Куцова Э.Ф. Уголовный процесс : Учеб. для студентов юрид. вузов и факультетов / под ред. К.Ф. Гуценко / Э.Ф. Куцова. — М. : Изд-во «Зерцало», 2007. — 736 с.

16. Лебедев В.М. Выступление Председателя Верховного Суда РФ на УШ Всероссийском съезде судей [Электронный ресурс] / В.М. Лебедев // Верховный Суд Российской Федерации : офиц. сайт. — Режим доступа: www.vsrf.ru (дата обращения 7 мая 2013).

17. Моисеева Т.В. Объективность и беспристрастность суда первой инстанции / Т.В. Моисеева. — М. : Изд-во «Юрлитинформ», 2006. — 152 с.

18. Мулюков У.А. Проведение закрытого судебного разбирательства по делам о преступлениях несовершеннолетних как одна из гарантий эффективности осуществления правосудия / У.А. Мулюков, В.Р. Габдрашитова // Российский судья. — 2007. — № 1. — С. 14-16.

20. Петрухин И.Л. Оправдательный приговор и право на реабилитацию: монография / И.Л. Петрухин. — М. : Проспект, 2009. — 192 с.

21. Постановление Президиума Санкт-Петербургского городского суда от 11 ноября 2009 г. № 44у-107/09 // СПС «Консультант Плюс».

22. Смолькова И.В. Проблемы охраняемой законом тайны в уголовном процессе: дис. ...докт. юрид. наук / И.В. Смолькова. - Иркутск, 1998. — 445 с.

23. Смолькова И.В. Тайна совещания судей и особое мнение судьи / И.В. Смолькова // Вестн. Оренбург. гос. ун-та. — 2006. — № 3. — С. 172-175.

24. Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводств / В.Т. Томин. — М. : Юрид. лит., 1991. — 240 с.

26. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: словарь-комментарий / под науч. ред. И.В. Смольковой. — Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2008. — 194 с.

Информация об авторе

Попова Ирина Павловна — председатель Усть-Илимского городского суда Иркутской области, 666689, г. Усть-Илимск, ул. Декабристов, 3, тел. 8 (395 35) 6-32-58, e-mail: irinabaikal@mail.ru; научный руководитель и рецензент — И.В. Смолькова, профессор кафедры уголовного процесса и криминалистики БГУЭП, доктор юридических наук, профессор.

Information about the author

Popova Irina Pavlovna — Chief of the Ust-Ilimsk city court of Irkutsk region, 666689, с. Ust-Ilimsk, Dekabristov St., 3, тел. 8 (395 35) 632-58, e-mail: irinabaikal@mail.ru.

УДК 343.13 ББК67.311

В.А. Родивилина

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ПРИВЛЕЧЕНИЯ ЭКСПЕРТОВ И СПЕЦИАЛИСТОВ К УЧАСТИЮ В СЛЕДСТВЕННЫХ И ИНЫХ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ДЕЙСТВИЯХ

В статье рассматриваются вопросы разграничения функций специалистов и экспертов. Анализируя российское уголовно-процессуальное законодательство, регламентирующее деятельность экспертов и специалистов, автор обращает внимание на особенности их участия в следственных и иных процессуальных действиях.

Ключевые слова: специалисты; эксперты; специальные познания; применение технических средств.

V.A. Rodivilina

SOME PROBLEMS OF ATTRACTION OF EXPERTS AND SPECIALISTS TO PARTICIPATE IN THE INVESTIGATION

The author has put emphasis on the distinction between the functions of forensic specialists and experts. Having analyzed Russian legislation regulating the activities of experts and specialists, the author draws attention to the lack of expertise and the workload of experts. she proposes to increase the expert staff of the Ministry of Internal Affairs of Russia.

Keywords: experts, experts, specialized knowledge, the application of technical means.

Использование специальных познаний в расследовании преступлений и привлечение к этому процессу сведущих лиц были известны еще в дореволюционной России. С течением времени этот институт со-