Некоторые внешнеэкономические особенности развития электроэнергетического комплекса России

вопросы инновационной экономики

>

Том 7 • Номер 4 • Октябрь-декабрь 2017 ISSN 2222-0372 Russian Journal of Innovation Economics

Креативная экономика

издательство

некоторые внешнеэкономические особенности развития электроэнергетического комплекса россии

Мустафинов Р.К. 1

1 Попечительский Совет Международного института энергетической политики и дипломатии МГИМО, Москва, Россия

Приоритеты экспортной политики России, в частности в электроэнергетической сфере, определяются необходимостью увеличения доли присутствия на зарубежных рынках продукции (товаров и услуг) с высокой добавленной стоимостью. В рамках энергетической стратегии предусмотрен рост экспорта электроэнергии и мощности. В статье проанализированы ключевые векторы развития экспортного потенциала электроэнергетической отрасли и раскрыты особенности продвижения на каждом из направлений, с учетом политической конъюнктуры национальных и наднациональных систем и инновационной парадигмы развития мировой энергетики.

КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: инновационная парадигма, межгосударственные электроэнергетические объединения, экспорт электроэнергии, возобновляемые источники энергии

some aspects of the Russian power industry development: external economic features

Mustafinov R.K. 1

1 Board of Trustees of International Energy Policy and Diplomacy Institute (MIEP MGIMO), Russia

введение

Инновационная парадигма определяет современные тенденции глобального развития. Эффективность исследовательской системы является одним из основополагающих критериев конкурентоспособности национальной экономики. Многофакторность предстоящих технологических изменений по мере наступления 6 технологического уклада (2020-2060 гг.) скажется на производительности труда, структуре и качестве добавленной стоимости. Прогресс в технологиях также приводит к трансформации существующих социально-экономических институтов. Главными бенефициарами предстоящего перераспределения всеобщего благосостояния между участниками глобальной экономики станут преимущественно развитые страны и развивающиеся

АННОТАЦИЯ:

страны, которые заложили фундамент перехода к новой парадигме в период низкой хозяйственной конъюнктуры1.

Электричество - наиболее универсальный вид энергии. Получение электричества из других видов энергии (механической, химической, тепловой, световой) с возможностью передачи на значительные расстояния для дальнейшего преобразования в различные виды энергии определяет первостепенное значение электроэнергетической отрасли в предстоящих технологических сдвигах. Внедрение кластера базисных инноваций в энергетике увеличит долю потребления электричества в структуре топливно-энергетического баланса (ТЭБ). Концентрация нововведений в электроэнергетической отрасли в преддверии 6-го технологического уклада (ТУ) проходит по 7 магистральным направлениям: ядерная энергетика, возобновляемые источники энергии (ВИЭ), энергоэффективность, углеводородная энергетика, сопряженные исследования, прочие энергетические и аккумулирующие технологии, водород и топливные элементы. Сообразно уменьшению значения углеводородов в энергетике снизится вес политических факторов. Противоборство государств будет смещено в сферу энергетических технологий [13] (Shvets N.N., 2013).

Прогресс технологий в области высоковольтных ЛЭП постоянного тока (HVDC), гибких систем передачи на переменном токе (FACTS), активно-адаптивных сетей

1 Закономерности долгосрочного развития мирового хозяйства в 1920-х гг. были открыты Н.Д. Кондратьевым, который также исследовал зависимость экономических спадов и подъемов («повышательных» и «понижательных» стадий) от волн технических изобретений (волн технологических инноваций). Взаимосвязь инновационных волн с динамикой цикла Кондратьева была впоследствии обоснована Й. Шумпетером.

ABSTRACT:

The priorities of the Russian export policy, in particular in the power sector, dwells upon the necessity to make its presence noticeable in overseas markets. The Russian energy strategy provides for the growth of electricity and power trade. In this article we analyze the key trends in the potential export development of electric power industry. We scrutinize each general direction of possible evolvement, taking into account national and supranational political environment and global energy innovation paradigm. KEYWORDS: innovation paradigm, interstate electric power associations, export of electricity renewable energy sources.

JEL Classification: F02, Q40, Q43, Q48 Received: 13.09.2017 / Published: 30.12.2017

© Author

CITATION:

Mustafinov R.K. (2017) Nekotorye vneshneekonomicheskie osobennosti razvitiya elektroenergeticheskogo kompleksa Rossii [Some aspects of the Russian power industry development: external economic features]. Voprosy innovatsionnoy ekonomiki. 7. (4). - 307-322. doi: 10.18334/vinec.7.4.38352

2010 2020 2030 2040 2050

Рисунок 1. Структура глобального потребления энергии 2010-2050 гг.

Источник: [17].

(smart grids), сверхпроводящего оборудования и низковольтных сетей изменит архитектуру глобальной энергетики. Появление к 2050 г., согласно инновационному сценарию развития энергетических технологий Института энергетической стратегии, глоКального электроэнергетического каркаса, состоящего из магистральных высоковольтных ЛЭП, с возможностью экономически целесообразной передачи электроэнергии на расстояние до 6000 км, приведет к усилению региональных интеграционных процессов и будет способствовать созданию «континентальных снергетических объединений с перспективой формирования глобального объединения [3] (Bushuev V.V., Kalamanova V.A., 2011). Применение принципов, методов и структур адаптивного управления распределением и потреблен ем электроэнергии, децентрализация ее источников позволит оптимизировать использование мощностей и интегрировать ВИЭ.

ОБ АВТОРЕ:_

Мустафинов Руслан Камильевич, начальник отдела

ЦИТИРОВАТЬ СТАТЬЮ:_

Мустафинов Р.К. Некоторые внешнеэкономические особенности развития электроэнергетического комплекса России // Вопросы инновационной экономики. - 2017. - Том 7. - № 4. - С. 307-322. сВ: 10.18334Ллпес.7.4.38352

Потенциальные возможности экспорта электроэнергии из России

Спрос на электричество сопредельных2 c Россией регионов, согласно базовому сценарию ИСЭМ СО РАН, достигнет к 2050 г. - 22644 ТВт-ч/г. Установленная мощность возобновляемой генерации сопредельных регионов к 2050 г. составит 2387 ГВт [2] (Belyaev L.S., Voropay N.I., Marchenko O.V., Podkovalnikov S.V., Savelev V.A., Solomin S.V., Chudinova L.Yu., 2016). Рост потребности в электроэнергии и ввод значительного количества мощностей на основе возобновляемых источников вызывает необходимость усиления межсистемных связей и создания межгосударственных энергетических объединений и рынков.

Предполагаемые долгосрочные перспективы экспорта электричества и мощности из энергосистемы России в сопредельные регионы составляют: в европейском направлении - 150-350 ТВт-ч/г. и 25-58 ГВт мощности, в кавказско-малоазиатском - 350-500 ТВт-ч/г. и 55-80 ГВт, в центрально-южноазиатском - 350-600 ТВт-ч/г. и 70-125 ГВт, в восточно-азиатском - 5000-9500 ТВт-ч/г. и 900-1700 ГВт3 [2] (Belyaev L.S., Voropay N.I., Marchenko O.V., Podkovalnikov S.V., Savelev V.A., Solomin S.V., Chudinova L.Yu., 2016).

Приоритеты экспортной политики России, в частности в электроэнергетической сфере, определяются необходимостью увеличения доли присутствия на зарубежных рынках продукции (товаров и услуг) с высокой добавленной стоимостью (ДС). В рамках энергетической стратегии России предусмотрен рост экспорта электроэнергии и мощности [1]. Торговля электроэнергией в отличие от перераспределения первичных ресурсов обладает системными эффектами. Оптимальное востребование топливной ресурсной базы, гирдро- и ветрового потенциала для выработки электричества в долгосрочной перспективе положительно отразится на развитии промышленного и научно-технического комплексов, повышении уровня занятости и создании высококвалифицированных рабочих мест, увеличении производительности труда и доходов населения, укреплении территориального и социального единства.

Увязание в топливно-сырьевой направленности экспортной политики и закрепление в виде плацдарма для развития соседних стран через всевозрастающий экспорт углеводородов, в том числе для нужд энергетических станций, и импорт высокотехнологичной инвестиционной и бытовой продукции приведет к деградации структуры ВВП, увеличению социального расслоения и снижению уровня конкурентоспособности национальной экономики. Возникает острая необходимость фиксации экспортных возможностей электроэнергетической отрасли во внешнеторговой политике и долгосрочных стратегиях развития (энергетической, инновационной, социально-экономической).

Уникальность географического положения, исключительный опыт управления крупномасштабными энергосистемами, высокий энергетический и научно-техниче-

2 Рассматриваемые сопредельные с Россией регионы: Скандинавия и Прибалтика, Северный Кавказ и Малая Азия, Восточная Европа, Центральная и Южная Азия, Восточная Азия.

3 В 2015 г. в России показатель чистого экспорта электроэнергии составил 16 ТВт-ч/г. [1].

ский потенциал и разветвленная инфраструктура обуславливают центральную роль России в создании континентальной Евразийской энергосистемы. Комплексный подход к полноценному задействованию энергетического потенциала на внешних рынках базируется на 3 составляющих:

1) оптимизация сотрудничества в рамках энергообъединений ЕАЭС и СНГ (гармонизация правовых норм и либерализация торговли, усиление межсистемных связей, формирование общего электроэнергетического рынка);

2) сопряжение экономических интересов и интеграционных процессов в Центральной и Восточной Азии с внешней политикой России и ЕАЭС через адаптацию концепций «Большое Евразийское пространство» и «Экономический пояс Шелкового пути»;

3) выстраивание прагматичной кооперации со странами ЕС в сфере поставок энергоносителей и в области освоения новых компетенций и технологий.

развитие межгосударственных энергетических объединений стран ЕАэс и снГ

Процесс интеграции национальных и региональных электроэнергетических систем в международные образования с целью формирования межгосударственных энергетических объединений и рынков проходит в странах Северной Америки, Южной Америки, Европы, Евразии, Африки, Азиатско-Тихоокеанского региона. Интеграция выступает в качестве катализатора укрепления политических и хозяйственных трансграничных связей. С экономической точки зрения благодаря усилению межгосударственной кооперации происходит синергетический эффект, который приводит к оптимизации использования первичных и генерирующих ресурсов, повышению уровня конкуренции, рационализации капиталовложений в строительство новых мощностей за счет применения эффекта масштаба при возведении блоков большей единичной мощности. Повышению регионального благосостояния также способствуют либерализация институциональный среды и увеличение трансграничных инвестиций.

С технической стороны, объединение энергосистем в синхронную работу позволяет интегрировать ВИЭ и снизить требуемые резервы мощности за счет использования неодновременного прохождения максимума нагрузки (разновременность наступления как суточных, так и годовых максимумов нагрузки), балансирования неравномерной энергоотдачи солнечных и ветровых станций и возможности взаимной помощи в аварийных ситуациях (в крупномасштабных энергосистемах выход из строя одной станции сказывается менее значительно на снижении частоты всего объединения). При условии соединения энергосистем с помощью высоковольтных ЛЭП постоянного тока или вставок постоянного тока расширяются возможности локализации системных аварий и упрощается послеаварийное восстановление режима.

ЕЭС России обладает трансграничными связями с 11 сопредельными энергосистемами. Перетоки с сопредельными государствами обеспечивают 140 линий

электропередачи (ЛЭП) мощностью от 0,4 кВ до 750 кВ [10]. Параллельно с ЕЭС России работают энергосистемы Украины, Белоруссии, Молдавии (через энергосистему Украины), Азербайджана, Казахстана, Киргизии и Узбекистана (через систему Казахстана), Грузии, Монголии, а также Латвии, Литвы, Эстонии (в рамках электрического кольца БРЭЛЛ) [12]. Через преобразовательные устройства постоянного тока ЕЭС России взаимодействует с энергосистемой Финляндии, также с энергосистемой Финляндии параллельно работают отдельные генераторы Северо-Западной ТЭЦ и ГЭС Ленинградской, а также Кольской энергосистем. С энергосистемой Норвегии параллельно работают отдельные генераторы ГЭС Кольской энергосистемы. Через преобразовательные устройства постоянного тока (вставку постоянного тока) ЕЭС взаимодействует с китайской энергосистемой, также поставки в Китай осуществляются в островном режиме по ЛЭП переменного тока.

Развитие межгосударственных энергетических объединений стран ЕАЭС и СНГ и формирование общего электроэнергетического рынка (ОЭР) является для России предпосылкой выхода за пределы постсоветского пространства. ОЭС стран СНГ была создана как единый технологический организм во времена СССР и по его стандартам. Фрагментация синхронной зоны ЕЭС СССР негативно сказалась на качестве функционирования систем республик. Распад Советского Союза причинил серьезный ущерб инфраструктурным отраслям. Резкое сокращение потребления электроэнергии и снижение платежеспособности сделало невозможным обеспечение нормального воспроизводственного процесса в энергетике. Пополнение основных фондов шло по остаточному принципу, вследствие этого существенно увеличился их износ, сопутствующими факторами которого являются рост аварийности и ухудшение качества снабжения потребителей [13] (Shvets N.N., 2013). Часть стратегической инфраструктуры оказалась на территории независимых государств. Увеличение внутреннего потребления в 2000-х гг. и невысокий уровень капиталовложений в экспортный потенциал (генерация и передача), а также политические трудности негативно повлияли на объем межсистемных перетоков электричества между странами СНГ. По сравнению с уровнем 1980-х гг. объем перетоков сократился в 3-4 раза и составляет не более 5-6% от общего потребления [4] (Vinokurov E.Yu., 2008).

Ряд проблем был решен на базе Электроэнергетического Совета СНГ (ЭЭС СНГ), который выступает в качестве площадки для координации и разработки общей межгосударственной политики. В рамках деятельности ЭЭС СНГ была восстановлена синхронная работа с большинством бывших советских республик. Однако энергосистемы Армении и Туркменистана перешли на параллельную работу с системой Ирана, а энергосистема Таджикистана работает изолированно: с 1992 г. до перехода на параллельную работу с системой Ирана в 1997 г. энергосистема Армении работала изолировано; в 2003 г. энергосистема Туркменистана, обладая значительным избытком мощности, перешла на параллельную работу с системой Ирана из-за предложенных выгодных контрактов на поставки электроэнергии; в 2009 г. совокупность политических факто-

ров привела к изолированной работе энергосистемы Таджикистана от энергетической системы Центральной Азии. Также нерешенность проблем совместного использования водно-энергетического комплекса остается гордиевым узлом в функционировании и развитии Центрально-Азиатского электроэнергетического рынка.

Наличие разветвленной инфраструктуры, сложившихся оперативно-технических и коммерческих отношений упрощает создание ОЭР и позволяет сосредоточиться на дерегуляции хозяйственной деятельности, обновлении технических стандартов, обеспечении недискриминационного доступа независимых производителей, переходе к свободному ценообразованию в конкурентных сегментах и рационализации объемов и типов перекрестного субсидирования4[6] (Zolova I.Yu., Dolmatov I.A., Minkova V.S., 2017). Формирование общего электроэнергетического рынка проходит через 4 этапа: 1) создание национального рынка; 2) включение трансграничной торговли в национальные рынки; 3) выстраивание регионального рынка с едиными стандартами; 4) переход к торговле производными инструментами на основе общей биржевой площадки [4] (Vinokurov E.Yu., 2008).

Ре-интеграционные процессы на постсоветском пространстве, в том числе в электроэнергетической сфере, протекают крайне неоднородно (с различной скоростью и степенью). В 2007 г. по итогам заседания Совета глав правительств СНГ было подписано Соглашение о формировании общего электроэнергетического рынка. Документ был подписан только 6 странами, таким как: Россия, Казахстан, Беларусь, Армения, Киргизстан и Таджикистан. В 2010 г. на 38 заседании ЭЭС СНГ был одобрен сводный план-график формирования ОЭР СНГ. В Договоре о создании ЕАЭС от 2014 г. был заложен фундамент создания общих рынков (Статья 81. Формирование общего электроэнергетического рынка Союза). В 2015 г. Высшим Евразийским экономическим советом была принята концепция формирования общего электроэнергетического рынка. Развитие рынка среди стран ЕАЭС не достигло 2 этапа, несмотря на заявленные намерения.

Формирование общего электроэнергетического рынка является лишь одним из аспектов интеграционной политики. Для полноценной оптимизации многостороннего сотрудничества в электроэнергетике в рамках ЕАЭС требуется разработка и внедрение стратегии совместного энергетического развития до 2050 г. с возможностью обновления каждые 5-8 лет, концепций энергетической безопасности и локализации производства. Согласованная имплементация стратегий и концепций позволит сократить капитальные затраты в строительство генерирующих и передающих мощностей, активизировать процесс внутриблокового определения политико-экономических точек соприкосновения и контуров внешнего курса.

4 Перекрестное субсидирование является формой ценовой дискриминации, вследствие которой для одной категории потребителей цена устанавливается выше предельных издержек, для другой - ниже, что в итоге дает цену равную средним издержкам. В электроэнергетики существует перекрестное субсидирование между группами покупателей, регионами, видами энергии и деятельности.

Восточноазиатское направление внешнеэкономической политики россии

Концепция Большого евразийского пространства, фундаментом которой являются ШОС, ЕАЭС и сопряжение «Экономического пояса Шелкового пути» с ЕАЭС, определяет восточный вектор развития электроэнергетики России. Впервые идею Большого евразийского пространства, основанного на принципах равноправия и учета взаимных интересов, выдвинул Президент России В.В. Путин в 2015 г. в послании Федеральному собранию России. По оценке экспертов, синергетический эффект реализации предложенной концепции повысит ежегодный темп прироста ВВП отечественной экономики до 10% и аналогичный показатель по приросту инвестиций до 20% [9] (Petrovskiy E.V., 2017).

Потребление электроэнергии в Восточноазиатском регионе к 2050 г., в основном за счет Китая, превзойдет аналогичный показатель ЕС в 3,9 раза и составит 19049 ТВт-ч/г. Установленная мощность генерации на основе ВИЭ достигнет 1962 ГВт5. Китай и Монголия выступают в качестве основных партнеров в области импорта электроэнергии в регионе. В 2015 г. российский экспорт в Китай составил 3,3 ТВт-ч, в Монголию - 0,3 ТВт-ч [2] (Belyaev L.S., Voropay N.I., Marchenko O.V., Podkovalnikov S.V., Savelev V.A., Solomin S.V., Chudinova L.Yu., 2016). Экспорт электричества в Китай обеспечивается комплексом межгосударственных ЛЭП напряжением 110, 220 и 500 кВ, которые соединяют энергосистемы Дальнего Востока и северо-восточных провинций Китая. Пропускная способность сечения Россия-Китай позволяет поставлять до 6-7 ТВт-ч/г. [1]. В 2012 г. был заключен долгосрочный двусторонний договор на поставку 100 ТВт-ч до 2036 г.

Зависимость Китая от импорта топливно-энергетических ресурсов в 2000-2015 гг. увеличилась в 3,1 раза. Принимая во внимание планы по достижению социума полной гармонии («датун») великого поднебесного единения («тянься датун»), данная тенденция сохранится. Так, к 2050 г., согласно прогнозу PricewaterhouseCoopers [16], ВВП Китая утроится. Опции выхода из сложившейся ситуации - увеличение доли электроэнергии, вырабатываемой из ВИЭ, в ТЭБ. В 2015 г. Китай превзошел другие страны, потратив 102,9 млрд долл. США на проекты в солнечной и ветровой энергетике [18]. Также в 2015 г. в рамках выступления Председателя КНР Си Цзиньпина на саммите ООН по устойчивому развитию была предложена идея создания мировой энергетической системы.' В 2016 г. в Пекине была создана Организация по кооперации и сотрудничеству в создании глобальной энергетической сети (ОКССГЭС) (рис. 2). Основными составляющими проекта создания глобальной энергетической системы являются: активно-адаптивные сети (smart grids), ЛЭП сверхвысокого напряжения, преимущественно постоянного тока, и ВИЭ [7] (Matveev I.E., 2017).

5 Технический потенциал восточных районов России в гидроэнергетике составляет 1441, в ветровой - 3910 (ТВт-ч/г.) [8].

Рисунок 2. Проект глобальной энергетической системы ОКССГЭС Источник: [17] .

Энергетическое машиностроение Китая благодаря своевременной локализации производства и заимствованию передовых технологий через приобретение активов западных корпораций обеспечивает потребности внутреннего рынка. Унификация производства и принятие единых стандартов в промышленности и строительстве повысили конкурентоспособность национальной продукции. Реализация зарубежных кредитных программ при условии использования китайской техники также положительно сказывается на развитии промышленности.

Однако использование продукции китайского энергетического машиностроения в России, сократив некоторые издержки, лишит возможности достижения системного эффекта в национальном хозяйстве и негативно отразится на росте производства. Также вариант строительства генерации, ориентированной только на экспорт электроэнергии, без усиления межсистемных связей между ОЭС Востока и ОЭС Сибири и диверсификации стран импортеров, например, через участие в проекте «Азиатского энергетического кольца», приведет к значительной зависимости ценовой политики от намерений покупателя -монопсонии.

Геополитические действия Китая, исходя из инициативы «Экономический пояс Шелкового пути», носят прагматичный характер заветов Дэн Сяопина: «хладнокровно наблюдать, проявлять выдержку, держаться в тени и ничем не проявлять себя, справляться с трудностями, укреплять расшатанные позиции». Усиление присутствия в Центрально-Азиатском регионе вызвано необходимостью интенсивного развития западных китайских регионов через их преобразование в основную транспортно-логи-

стическую, внешнеэкономическую и финансовую площадку Большой Центральной Азии [9] (Petrovskiy E.V., 2017).

Ключевые аспекты долгосрочного взаимодействия со странами ЕС

Потребности ЕС (совместно с Норвегией и Швейцарией) в электроэнергии к 2050 г., исходя из прогноза компании McKinsey [15], возрастут до 4900 ТВт-ч/г. Вследствие реализации инновационной парадигмы и значительного продвижения в энергоэффективности и энергосбережении рост спроса произойдет только из-за масштабного распространения электротранспорта и тепловых насосов. Повсеместное использование в жилищно-коммунальном хозяйстве энергоэффективных технологий позволит сократить потребление электричества на 950, в промышленности - на 450 ТВт-ч/г. Электрификация транспорта повысит уровень потребления на 800 ТВт-ч/г., также использование технологии тепловых насосов в отоплении, вентиляции, охлаждении и производственных процессах при многократном увеличении эффективности использования первичных ресурсов повысит уровень потребления электричества на 700 ТВт-ч/г. Изменение структуры энергосистемы приведет к усилению разницы в потреблении в зимний и летний периоды. Так, спрос на электроэнергию в ЕС в 2050 г. в июне составит 340, в январе - 530 ТВт-ч.

Опыт и приоритеты ЕС в области энергетической интеграции являются во много показательными для экономических объединений. Разработана целевая модель национального энергетического рынка и апробированы механизмы трансграничной торговли. Некоторые региональные электроэнергетические рынки достигли 4 стадии -торговля производными инструментами на основе общей биржевой площадки. Идет активная работа по усилению межсистемных связей и вовлечению новых стран-участниц. Единовременно стратегиями, директивами и предписаниями обозначены направления общих политик: энергетической, инновационной, социально-экономической.

В стратегии «Европа 2020» определены центральные наднациональные ориентиры энергетического развития: экономический рост, несопряженный с увеличением потребления энергетических ресурсов, и снижение уровня импортозависимости. К 2020 г. перед странами ЕС стоят задачи по декарбонизации экономики: увеличение доли ВИЭ в топливно-энергетическом балансе до 20% (2015 г. - 16,7%), снижение уровня выбросов СО2 на 20% по сравнению с уровнем 1990 г. (2015 г. - 22%), а также сокращение показателя валового потребления первичной энергии до 1 474 млн т н.э. (2015 г. - 1,529.6 млн т н.э.) [14]. К 2050 г. в индикативном плане ЕС предусмотрено сокращение выбросов СО2 до 95% по сравнению с уровнем 1990 г. Достижение поставленной цели приведет к стержневому преобразованию энергетической системы.

В долгосрочной перспективе сотрудничество ЕС, России и ЕАЭС вызвано необходимостью формирования континентального энергообъединения из-за трансформации структуры энергетической системы. Для России также актуален доступ к передовым технологиям и компетенциям. Привлечение западных инвесторов и покупка

активов зарубежных корпораций является одним из способов развития исследовательской системы.

Исключительный опыт взаимодействия России и других стран СНГ со странами ЕС в рамках формирования и управления крупномасштабными энергетическими системами в первую очередь опирается на функционирование межгосударственной энергосистемы «Мир»6, которая состояла из Единой энергетической системы (ЕЭС) СССР и объединенных энергосистем (ОЭС) стран Совета экономической взаимопомощи. Энергосистема «Мир» является эталонным примером технологически и геополитече-ски успешного отраслевого объединения. Установленная мощность системы, простиравшейся от Байкала до Эльбы, превышала 400 ГВт. К концу 1980 г. СССР экспортировал в страны СЭВ до 30 ТВт-ч/г.

В 1993 г. из-за большого дефицита мощности на Украине был произведен переход на раздельную работу ЕЭС России с ОЭС Украины, что привело к раздельной работе энергосистем России и стран СЭВ. Впоследствии работа в рамках энергосистемы «Мир» не возобновлялась. Однозначная политическая воля стран СЭВ и поддержка стран Западной Европы позволили в кратчайшие сроки осуществить минимально необходимую модернизацию и двумя очередями быть включенными в параллельную работу с энергосистемой Западной Европы.

В 2008 г. было подготовлено Технико-экономическое обоснование синхронного объединения ЕЭС/ОЭС7 с ИСТЕ8. В проекте были проанализированы возможности синхронного объединения энергосистем, базирующегося на имеющейся инфраструктуре, и развития несинхронных связей через строительство высоковольтных ЛЭП постоянного тока и вставок постоянного тока. Все существующие межсистемные ЛЭП (220, 400 и 750 кВ) были возведены в советское время на территории Украины и действовали в рамках энергосистемы «Мир». Первоочередные затраты по реализации технических, эксплуатационных и организационных мер для перехода энергосистем на параллельную работу составляют ~ 0,5 млрд Евро [12].

В 2011 г. была одобрена Дорожная карта энергетического сотрудничества России и ЕС до 2050 г., которая предусматривает формирование пан-европейского энергетического пространства с интегрированной сетевой инфраструктурой и рынками. Однако по политическим причинам сотрудничество между ЕС и Россией не развивается в соответствии с заложенными ориентирами. В среднесрочной перспективе существует вероятность выстраивания дополнительных препятствий на пути взаимовыгодного

6 В 1962 г. представителями Болгарии, Венгрии, ГДР, Польши, Румынии, Чехословакии и СССР было подписано соглашение об организации Центрального диспетчерского управления ОЭС перечисленных стран в Праге, что стало фундаментом создания межгосударственного энергообъединения - энергосистемы «Мир».

7 ЕЭС/ОЭС - современное энергетическое объединение энергосистем стран СНГ и Балтии.

8 Союз по координации и передаче электроэнергии (синхронная зона континентальной Европы). С 2009 г. является частью укрупненного европейского энергообъединения ЕЫТ80-Е.

сотрудничества под предлогами энергетической безопасности или/и невыполнения природоохранной повестки. Так, например, со времен заключения контрактов «газ в обмен на трубы» доля поставок природного газа из России в ЕС снизилась в два раза из-за возникновения новых поставщиков (Алжир и Норвегия) и появления нового продукта - СПГ, но в риторике ЕС делается все больший акцент на сокращении импорта из России [11] (Salygin V.I., Guliev I.A., Mustafinov R.K., 2016).

Наднациональные органы ЕС предпринимают планомерные шаги по вовлечению в сферу своих интересов через систему геополитических механизмов стран, обладающих исторически обусловленными развитыми социокультурными и хозяйственными связями с Россией. Концепции ЕС в области Энергетической безопасности и Энергетической политики предусматривают развитие инфраструктуры и формирование европейского энергетического рынка, выходящего за рамки стран-членов ЕС. Главной политической подоплекой стратегий является закрепление обязанности «говорить единым голосом во внешней энергетической политике», которая не всегда отвечает национальным интересам стран-участниц. В качестве ключевых регуляторных механизмов расширения выступают договоры об Энергетической Хартии, Энергетическом Сообществе и в перспективе Энергетическом Союзе. Неопределенность возникает также из-за намерений стран Балтии синхронизировать работу с зоной континентальной Европы, что сказывается на необходимости пересмотра вариантов надежного снабжения электричеством Калининградской области.

заключение

Совокупность факторов, свойственных развивающимся и переходным экономикам, даже при наличии масштабной государственной поддержки, снижает темпы диффузии новых технологий и препятствует своевременному применению концепций инновационного развития, выдвигая на передний план проблемы модернизации инфраструктуры и институтов. Так, в России при некотором преимуществе в стратегических исследованиях существует значительный износ основных фондов, низкий уровень энергетической эффективности и высокая энергоемкость ВВП, также имеется потенциал в совершенствовании рыночных институтов.

Полноценное задействование электроэнергетического потенциала во внешней торговле зависит от решения внутренних проблем. Длительный инвестиционный цикл и нехватка финансовых ресурсов, осложненная ограничением доступа к получению внешних займов, влекут за собой необходимость более активной деятельности по улучшению инвестиционного климата и увеличению трансграничных финансовых потоков.

Основа развития экспортного потенциала России заложена в трех направлениях: оптимизация сотрудничества в рамках энергообъединений ЕАЭС и СНГ, сопряжение экономических интересов и интеграционных процессов в Центральной и Восточной Азии с внешней политикой России и ЕАЭС; выстраивание прагматичной кооперации

со странами ЕС. Объемы торговли и взаимных инвестиций стран СНГ в электроэнергетической сфере находятся на низком уровне. Формирование общего электроэнергетического рынка не достигло 2 этапа - включения трансграничной торговли в национальные рынки. Процесс развития крупнейшего в регионе Российского рынка позволит ускорить и укрепить трансграничное энергетическое сотрудничество. Разработка и имплементация совместной энергетической стратегии и концепций локализации производства и энергетической безопасности определит политико-экономические точки соприкосновения и контуры внешнего курса ЕАЭС.

Рост потребности КНР в энергоносителях открывает перед отечественной экономикой ряд перспектив. Однако в долгосрочном периоде неопределенность в принципах локализации производства и сохранение доминирования топливно-сырьевых ресурсов во внешней торговле России приведут к вытеснению отечественной промышленности из стратегических сфер и деградации научно-технической базы. Системный эффект от задействования потенциала топливной ресурсной базы, гидро- и ветровой энергетики в азиатском направлении возможен лишь при использовании унифицированного отечественного оборудования. Также вариант строительства генерации, ориентированной только на экспорт электроэнергии в Китай, приведет к значительной зависимости ценовой политики от намерений покупателя - монопсонии.

ЕС, несмотря на неоднозначную политику, остается ключевым партнером России в области торговли энергоресурсами и высокотехнологичным оборудованием. Рост ВИЭ в ТЭБ и увеличение потребления за счет масштабного освоения технологий тепловых насосов и электрификации транспорта нивелирует среднесрочные политические риски и приведет к развитию межсистемных электроэнергетических связей. Изучение опыта ЕС в области энергетической интеграции во много показательно для экономических объединений, так как некоторые региональные электроэнергетические рынки достигли 4 стадии - торговли производными инструментами на основе общей биржевой площадки.

Своевременный уход от преобладания сырьевой номенклатуры в экспорте способен благодаря системному эффекту привести к решению накопившихся дисбалансов развития национальной экономики. Фиксация экспортных возможностей электроэнергетической отрасли во внешнеторговой политике и долгосрочных стратегиях развития (энергетической, инновационной, социально-экономической) является неотъемлемой частью повышения конкурентоспособности национальной экономики.

ИСТОЧНИКИ:

1. База данных Министерства Энергетики Российской Федерации. [Электронный ре-

сурс]. URL: https://minenergo.gov.ru/node/1161 ( дата обращения: 01.09.2017 ).

2. Беляев Л.С., Воропай Н.И., Марченко О.В., Подковальников С.В., Савельев В.А.,

Соломин С.В., Чудинова Л.Ю. Электроэнергетическая интеграция России в

евразийское пространство: условия и роль гидроэнергетических ресурсов // Энергетическая политика. - 2016. - № 1. - c. 26-36.

3. Бушуев В.В., Каламанова В.А. Мировая энергетика 2050. / Белая книга., 2011.

4. Винокуров Е.Ю. Общий электроэнергетический рынок СНГ как инструмент эко-

номического развития и региональной интеграции // Евразийская экономическая интеграция. - 2008. - № 1. - с. 54-74.

5. Гулиев И.А., Мехдиев Э.Т., Литвинюк И.И. Сотрудничество стран таможенного

союза и единого энергетического пространства в энергетической сфере // Juvenis scientia. - 2016. - № 4. - с. 41-44.

6. Золова И.Ю., Долматов И.А., Минкова В.С. Перекрестное субсидирование в электро-

энергетики: эмпирический анализ // Энергетическая политика. - 2017. - № 2. - с. 54-71.

7. Матвеев И.Е. Энергетическая политика ЕАЭС в ракурсе ЭПШП // Мировая эконо-

мика. - 2017. - № 3. - с. 11-33.

8. Международное энергетическое агентство. Возобновляемая энергия России от воз-

можности к реальности. Iea.org. [Электронный ресурс]. URL: https://www.iea.org/ russian/pdf/RenewRussian2003.pdf ( дата обращения: 01.09.2017 ).

9. Петровский Е.В. На пути к Большому евразийскому партнерству: вызовы и возмож-

ности // Международная жизнь. - 2017. - № 6. - с. 99-111.

10. РосБизнесКонсалтинг. [Электронный ресурс]. URL: http://www.rbcplus.ru/ news/592f342f7a8aa95ac845a31f ( дата обращения: 01.09.2017 ).

11. Салыгин В.И., Гулиев И.А., Мустафинов Р.К. Энергетическая политика Европейского Союза в сферах инноваций и снижения энергозависимости // Энергетическая политика. - 2016. - № 6. - с. 37-43.

12. Системный оператор Единой энергетической системы. [Электронный ресурс]. URL: http://so-ups.ru/index.php?id=ees ( дата обращения: 01.09.2017 ).

13. Швец Н.Н. Современные проблемы обеспечения энергетической безопасности России в сфере электроэнергетики и пути их решения // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. - 2013. - № 31. - с. 9-16.

14. Eurostat database. Ec.europa. [Электронный ресурс]. URL:http://ec.europa.eu/eurostat/ web/energy/data/database ( дата обращения: 01.09.2017 ).

15. Transformation of Europe's power system until 2050. McKinsey & Company. [Электронный ресурс]. URL: http://mckinsey.com ( дата обращения: 01.09.2017 ).

16. The World in 2050 Will the shift in global economic power continue?. PricewaterhouseCoopers. [Электронный ресурс]. URL: https://www.pwc.com/gx/ en/issues/the-economy/assets/world-in-2050-february-2015.pdf ( дата обращения: 01.09.2017 ).

17. The Global Energy Interconnection Development and Cooperation Organization. Geidco. [Электронный ресурс]. URL: http://www.geidco.org/ ( дата обращения: 01.09.2017 ).

18. World Energy Council. World Energy Resources. [Электронный ресурс]. URL: https:// www.worldenergy.org/publications/2016/world-energy-resources-2016/ ( дата обращения: 01.09.2017 ).

REFERENCES:

Belyaev L.S., Voropay N.I., Marchenko O.V., Podkovalnikov S.V., Savelev V.A., Solomin S.V., Chudinova L.Yu. (2016). Elektroenergeticheskaya integratsiya Rossii v evraziyskoe prostranstvo: usloviya i rol gidroenergeticheskikh resursov [Electric power integration of Russia in the Eurasian space: conditions and role of hydropower resources]. Energeticheskaya politika. (1). 26-36. (in Russian).

Bushuev V.V., Kalamanova V.A. (2011). Mirovaya energetika 2050 [World Energy 2050] (in Russian).

Eurostat databaseEc.europa. Retrieved September 01, 2017, fromhttp://ec.europa.eu/ eurostat/web/energy/data/database

Guliev I.A., Mekhdiev E.T., Litvinyuk I.I. (2016). Cotrudnichestvo stran tamozhennogo soyuza i edinogo energeticheskogo prostranstva v energeticheskoy sfere [Cooperation between the countries of the customs union and the common energy space in the energy sector]. Juvenis scientia. (4). 41-44. (in Russian).

Matveev I.E. (2017). Energeticheskaya politika EAES v rakurse EPShP [EAEU Energy Policy in the View of the Silk Road Economic Belt]. Mirovaya ekonomika. (3). 1133. (in Russian).

Petrovskiy E.V. (2017). Na puti k Bolshomu evraziyskomu partnerstvu: vyzovy i vozmozhnosti [Towards a Greater Eurasian Partnership: challenges and opportunities]. International affairs. (6). 99-111. (in Russian).

Salygin V.I., Guliev I.A., Mustafinov R.K. (2016). Energeticheskaya politika Evropeyskogo Soyuza v sferakh innovatsiy i snizheniya energozavisimosti [Energy policy of the European Union in the areas of innovation and the reduction of energy dependence]. Energeticheskaya politika. (6). 37-43. (in Russian).

Shvets N.N. (2013). Sovremennye problemy obespecheniya energeticheskoy bezopasnosti Rossii v sfere elektroenergetiki i puti ikh resheniya [Modern problems of ensuring Russia>s energy security in the electric power industry and ways to solve them]. National interests: priorities and security. (31). 9-16. (in Russian).

The Global Energy Interconnection Development and Cooperation OrganizationGeidco. Retrieved September 01, 2017, from http://www.geidco.org/

The World in 2050 Will the shift in global economic power continue?Pricewaterhouse Coopers. Retrieved September 01, 2017, from https://www.pwc.com/gx/en/issues/ the-economy/assets/world-in-2050-february-2015.pdf

Transformation of Europe's power system until 2050McKinsey & Company. Retrieved September 01, 2017, from http://mckinsey.com

Vinokurov E.Yu. (2008). Obschiy elektroenergeticheskiy rynok SNG kak instrument ekonomicheskogo razvitiya i regionalnoy integratsii [The Common Electric Power Market of the CIS as an instrument for economic development and regional integration]. Evraziyskaya ekonomicheskaya integratsiya. (1). 54-74. (in Russian).

World Energy Council. World Energy Resources. Retrieved September 01, 2017, from https://www.worldenergy.org/publications/2016/world-energy-resources-2016/

Zolova I.Yu., Dolmatov I.A., Minkova V.S. (2017). Perekrestnoe subsidirovanie v elektroenergetiki: empiricheskiy analiz [Cross-subsidization in the electric power industry: empirical analysis].Energeticheskaya politika. (2). 54-71. (in Russian).