Семантико-функциональные особенности некоторых лексических средств выражения темпоральных отношений в английском и таджикском языках

УДК 40 ББК 81.1

А. ШАРИПОВ Ф. Ш. МАХКАМОВА

СЕМАНТИКО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ НЕКОТОРЫХ ЛЕКСИЧЕСКИХ СРЕДСТВ ВЫРАЖЕНИЯ ТЕМПОРАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ В АНГЛИЙСКОМ И ТАДЖИКСКОМ ЯЗЫКАХ

Целью настоящей статьи является сопоставительный анализ некоторых лексических средств, служащих выражению темпоральных отношений в английском и таджикском языках.

Темпоральные отношения, в основе которых лежит философское понятие времени, достаточно разнообразны.

Понятие времени находит своё выражение в языке, в первую очередь, в морфологической категории глагольного времени, которая выражает отношение момента совершаемого действия к моменту речи (абсолютное временное значение) или ко времени другого действия (относительное временное значение). Данная категория составляет грамматическое ядро поля темпоральности в языке в целом, и в английском и таджикском языках в частности.

"Грамматические времена определяют общий временной план как прошедшее, настоящее, будущее и общее соотношение действий как одновременных, так и разновременных" (5,42). Таким образом, глагольные временные формы являются специализированными средствами выражения темпоральных отношений в сопоставляемых языках.

Наблюдения и анализ языковых фактов свидетельствуют о том, что значение времени выражается также средствами других уровней. Ср. примеры:

1) "It was a bad sign. The winter would come earlier this year and many of the birds he fed during the spring and summer months had already flown south' (9, 56).

2) "He had only been in there a few times, the last time being when he and Stoutham negotiated the truce ' (9, 38).

3) "Though I assume his lordship isn't taking any early morning exercise in order to rid himself...''

4) "Падар тиражом заминро об дода каландгардон карда, зимистон цавсоб ва чиллаоб дода монда буд ва ба^ор баъд аз як бори дигар каландгардон кардан порурехт" (1,145).

5) "Чорпоя'' гуфта, биллиарди калонеро дар назар дошт, ки аз замони пеш аз цанг монда буд''

6) "... миёни бог селаи калони сагони деуот дартоз гузашта рафт. Ин дафъа аз шимол ба цануб" (7, 351).

Если опустить из этих текстов все временные показатели, оставив только формы времени глагола, то очевидными становится роль последних. В этом случае тексты сохраняют свой основной смысл и свою основную функцию - передачу некоторых событий в плане прошедшего времени. Однако при таком эксперименте тексты потеряют средства конкретизации времени, а именно, средства указания на актуальность (примеры 1, 2) и повторяемость действий (пример 3), последовательность (пример 4) или предшествование действий (пример 5) во времени. Тем самым сократится также часть информации, которая является достаточно важной в этих текстах.

Таким образом, кроме глагольных временных форм, остальные темпоральные показатели конкретизируют временной план и соотношение действий. Сопровождая временные формы, они взаимодействуют с ними и уточняют, модифицируют временные значения и выражают различные темпоральные отношения.

Анализ фактологического материала английского и таджикского языков позволил установить в их системе комплекс средств, которые относятся к разным уровням и реализуют темпоральные отношения.

Морфологический уровень представлен системой временных форм глагола обоих языков. Кроме того, к данному уровню относятся языковые средства с явно грамматическим

(9, 36).

(7, 350).

значением. Это:

а) предлоги с темпоральным значением: around, at, on, after, before, between, from...to, since etc.; дар давоми, дар муддати, пеш, пеш аз, баъди, баъд аз, то и др.

б) союзы придаточных предложений времени (в составе сложного предложения): when, while, as, during, meanwhile etc.; вацте ки, дар вацте ки, баъд аз он ки, цабл/пеш азон ки, пас аз он ки и др.

К средствам синтаксического уровня относятся темпоральные словосочетания (с предлогом и без предлога): early morning, some nights, for other day; соли дароз, бори аввал, рузи дигар, дар як дам, азрузцои аввал; и др.

Средства лексического уровня:

1) имена существительные темпоральной семантики: day, week, year, period, epoch, hour, minute, morning, night, summer, winter; вацт, замон, давр, руз, шаб, сол, цафта, соат, дацица, шаб, нимишаб и др.

2) прилагательные темпоральной семантики: contemporary, previous, former, autumnal, yesterday's, modern, future, next, near, forthcoming; имруза, дируза, порсола, зимистона, цозира, собиц, пештара, оянда, минбаъда и др.

3) наречия с темпоральным значением: today, yesterday, sometimes, then, tomorrow, now и др.; имруз, дина, цозир, баъзан, цоло, зуд-зуд и др.

Разноуровневая принадлежность средств выражения темпоральных отношений в сопоставительных языках побуждает нас применить к ним единый подход - принцип поля. Принцип поля в лингвистическом описании даёт нам возможность интегрировать все данные средства в рамках единого функционально-семантического поля (далее: ФСП) темпоральности. Именно на эту особенность полевого подхода указывает А. В. Бондарко, подчёркивая, что "термин функционально-семантическое поле выдвигает на передний план идею группировки (упорядоченного множества) взаимодействующих на семантико-функциональной основе языковых средств и их системно-структурной организации" (4, 22).

Таким образом, важной предпосылкой структурирования функционально-семантического поля является разноуровневое представление единой семантики в системе языка. Не менее важным условием считается взаимодействие обнаруженных разноуровневых средств в рамках данного поля. В этом отношении следует согласиться с мнением А. В. Бондарко, когда он подчёркивает, что "о функционально-семантическом поле можно говорить лишь в том случае, если на лицо факты взаимодействия элементов, образующих определённую структуру, если реально представлены связи не только однородных, но и разнородных языковых средств, в частности грамматических и лексических" (1, 19). Для иллюстрации этой мысли сравним следующие микротексты:

1) "When Blyth came back the next year he was even more unpleasant than before, having lost his left leg from above the knee in a road accident (the boy he was playing 'chicken' with was killed). Blyth resented his handicap bitterly; he was ten by that time, and very active'' (8, 44).

2) (а) "Дар боло мулло Абдурозиццонака меистод ва бо лунцхри дунг дацон мечунбонид. (б) Кадом вацте ки ин шахсро набинам, %амеша дацонаш мецунбад. (в) Хеч набошад, дар лунцаш обаки дандон цаст, ки макида мегардад. (г) Даме таваццуф кардам, то ки дацони ухолй шавад'' (2,159).

В английском микротексте (1) все действия происходят в прошлом. Данная общая темпоральная семантика описываемых событий достигается посредством использования простого прошедшего (повествовательного) времени (Past Indefinite) глаголов (came back, resented, was). Наречие before, существительные year вместе с прилагательным next и time в сочетании с местоимением that уточняет и конкретизируют сему "прошедшее", реализуемых глагольным временем.

Таким образом, в данном контексте происходит тесное взаимодействие грамматической формы времени глагола как средства морфологического уровня со средствами лексического уровня.

В таджикском микротексте (2) в предложении (а) форма прошедшего повествовательного времени глагола (меистод, мечунбонид) реализует значение длительности протекания действия в прошлом. В предложениях (б) и (в) глагольная форма времени "х,озира-оянда"

выражает значение обобщённости и повторяемости действия вообще, но относящееся в этом темпоральном контексте к прошлому. Данная темпоральная семантика уточняется сочетанием "кадом вацте ки" и наречием времени "уамеша". В предложении (г) форма прошедшего времени глагола (таваццуф кардам) сопровождается наречием времени "даме", которое указывает на однократность действия в прошлом и дополняет данное значение. Здесь налицо сложное переплетение событий в прошлом: Темпоральная семантика "прошедшее" (а) дополняется значением обобщённости и повторяемости (б) и (в) и однократности действия (г). Данные темпоральные отношения достигаются благодаря непосредственному взаимодействию грамматических и лексических средств, что обеспечивает непременное условие реализации содержания исследуемого функционально-семантического поля в речи.

В структуре ФСП темпоральности сопоставляемых языков в качестве его основного ядерного компонента - доминанты - выступает грамматическая категория времени как специализированное средство, которое наиболее точно репрезентирует общее инвариантное значение исследуемого поля. Категориально-грамматические значения временных форм глагола служат в выделяемом поле тем стержнем, вокруг которого располагаются все остальные разноуровневые средства, обладающие данным общим значением.

Лексические показатели темпоральных отношений занимают в структуре исследуемого ФСП определённую позицию - их место достаточно близко по отношению к центру (ядру), поскольку они выражают различные темпоральные значения, синонимичные с общекатегориальной семантикой доминанты данного поля. Такая позиция лексических средств предопределяет их семантические функции: они уточняют, конкретизируют, дополняют значение грамматических форм времени.

Среди лексических средств выражения функционально-семантического поля темпоральности выделяется особая лексико-семантическая группа (ЛСГ) имён существительных, реализующих различные темпоральные отношения. Данную группу существительных мы предлагаем назвать "ЛСГ существительных темпоральной семантики".

В семантической структуре данной ЛСГ существительных представлены различные типы темпоральных отношений. В целом, весь спектр темпоральных отношений, реализуемых существительными, темпоральной семантики достаточно широк.

Многообразие временных отношений в семантической структуре ФСП темпоральности побуждает некоторых авторов отнести к конституентам данного поля и средства лексического уровня языка. Так, У. А. Гадайбаева выделяет в составе ФСП темпоральности в таджикском и английском языках отдельные группы существительных с значением времени и соответствующие "микрополя существительных": а) микрополе темпоральных существительных - названий временных отношений, связанных со словом "4ау-руз"; б) микрополе темпоральных существительных, связанных с понятием "год"; в) микрополе темпоральных существительных, с измерением конкретных временных отрезков; г) микрополе существительных - названий дней недели; д) микрополе существительных -названий временных сезонов; е) микрополе существительных - названий месяцев и др. (6, 4647).

Однако, с подобной методикой выделения и именования микрополей в структуре функционально-семантического поля вряд ли можно согласиться.

Дело в том, что при структурировании ФСП исследователь идёт от содержания (в данном случае, это языковое значение времени) к форме, т.е. к средствам выражения (в данном случае, это существительные темпоральной семантики). Именно на такие "шаги" анализа указывает А. В. Бондарко, говоря о том, что микрополе, как и макрополе, имеет двусторонний характер: у него есть план содержания, представленный определённой языковой семантической функцией, и план выражения, к которому относятся различные комбинации морфологических, синтаксических, словообразовательных и лексических средств (3, 208).

На наш взгляд, У. А. Гадайбаева смешивает план содержания микрополя с планом его выражения и нарушает "шаги" выделения, именования и анализа микрополей. Неудачными являются, как нам кажется, и названия микрополей. Названные группы существительных не могут сами по себе называться микрополями. Скорее всего, они могут "войти" в поле как

средства выражения определённой семантической функции темпоральности.

Анализ корпуса примеров из английского и таджикского языков позволяет выделить следующие разряды существительных в структуре ЛСГ существительных темпоральной семантики:

1) имена существительные, называющие/обозначающие общее понятие времени, временных периодов и срезов, ср.: time, wink, epoch, century, age, millennium, period, eternity, immortality, stage, phase, season, semester - вацт, замон, давра, давр, марцила, цазорсола, садсола, аср, царн, адабият, муддат, мурур и т.д.

2) имена существительные, обозначающие временные отношения, связанные с понятием "год": year, previous year, before last year - сол, порсол, имсол и др.

3) названия времён года: winter, summer, autumn, spring - бацор, тобистон, тирамоц, зимистон.

4) названия месяцев: January, February, March, April, May, June... -январ, феврал, март, апрел, май, июн, июл..., цут, цавзо, урдубицишт, рамазон, шаъбон и др.

5) названия временных отношений, связанные с измерением конкретных временных отрезков: hour, minute, second, pair, half an hour - соат, дацица, сония, нимсоат, чоряк соат и др.

6) названия временных отрезков, частей суток: day, morning, dinner, evening, night, midnight, dawning, yesterday, tonight, day and night -шабонаруз, руз, шаб, субц, шом, нацор, нимишаб.

7) особую подгруппу существительных темпоральной семантики слова, которые составляют обозначающие возрастные и иные периоды жизни человека: infancy, childhood, youth, oldness, girlhood -тифлй, кудакй, бачагй, наврасй, цавонй, пирй духтарй, донишцуй аскарйи т.д.

8) разряд существительных, обозначающих торжества, сезон событий и т.д. в социальной и производственной жизни человека: celebration, holiday, Easter, Christmas Day, St. Patrick's Day, Halloween, Thanksgiving, Columbus Day - цашн, ид, Навруз, рамазон, харбузапазй, зардолупазй, гандумдаравй, пахтачинй, ангурпазй.

Анализ примеров из сравниваемых языков показывает, что сему темпоральности обнаруживает также ряд имён существительных, таких как meeting, ball, work, tea, breakfast, lunch, dinner, supper - цаласа, анцуман, кор, чой, чойнуши, нонушта, хуроки нисфирузи, бегоци и др. Понятия, обозначаемые ими, человек связывает обычно с определённым временем: talk on meeting, dance on ball, hear on work, talk for tea - дар мацлис, анцума суцбат кардан, дар кор фацмидан, вацти чойнуши, нонушта суцбат оростан и др. Существительные, объединяющиеся в эту группу, обладают семой времени и места и часто сочетаются с глаголами информирования.

Такими же особенностями отличаются имена существительные, как holiday, crib, meeting, war, civil war, rest, farewell - ид, гацвора, вохури, цанг, цанги шацрванди, истироцат, гусел, гуселкуни и некоторые другие, которые не обозначают сами по себе отрезка времени, но могут выражать значение времени в определённом контексте.

Подобные существительные привлекали внимание некоторых исследователей. Так, У. А. Гадайбаева выделяет лексически ограниченные случаи, когда временная характеристика действия обозначается не существительным темпоральной семантики, а существительным одушевлённой семантики, используемым для обозначения определённого возрастного периода жизни или времени пребывания в том или ином звании, состоянии, напр.: has left the child, youth, oldster; parted the soldier, but were met colonel; the student were met; lose full-grown else child - кудак (навцавон, пир) будан; рафта буд; аскар будан аз цам цудо шуда, дар полковники вохурдан; донишцу будан вохурдан, кудак будан аз модар ятим (сагир) мондан. Реализация темпоральной семантики подобных существительных также контекстуально обусловлена (6, 48).

Поскольку выражение семы темпоральности существительными данных групп связано с их употреблением в определённом контексте, то мы называем их контекстуально обусловленные средства выражения темпоральных отношений в английском и таджикском языках.

В зависимости от значения конкретного понятия времени, выражаемого отдельными разрядами существительных темпоральной семантики, можно выделить в структуре ФСП темпоральности определённые микрополя с соответствующими типовыми значениями:

1. Микрополе общего времени, временных срезов и длительных периодов;

2. Микрополе времени, обозначающее определённый возрастной период жизни человека;

3. Микрополе определённого отрезка времени в социальной жизни человека;

4. Микрополе временных отношений различного измерения.

Таким образом, вышеизложенное позволяет сделать некоторые выводы: Значение времени репрезентируется в английском и таджикском языках системой средств различных уровней, находящихся в тесном взаимодействии, что побуждает лингвистов применить к ним единый подход исследования - принцип поля. Лексический уровень представлен в составе ФСП темпоральности английского и таджикского языков отдельной лексико-семантической группой существительных темпоральной семантики. Будучи конституентами названного поля, они образуют в его структуре определённые микрополя темпоральных отношений. Данные группы существительных уточняют, конкретизируют, дополняют темпоральную семантику временных форм глагола.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Айнй, С. Ёддоштх,о/ С. Айнй. -Душанбе:Адиб. 1990, -352 с.- Ч,. I.

2. Бондарко, А. В. Грамматическая категория и контекст/ А. В. Бондарко. -Ленинград: Наука, 1971 - 115 c.

3. Бондарко, А. В. Теория морфологических категорий/ А. В. Бондарко. -Ленинград:Наука,. 1976, - 256 c.

4. Бондарко, А. В. Функциональная грамматика/А. В. Бондарко. -Ленинград: Наука, 1984. -136 c.

5. Гулыга, Е. В. Грамматико-лексические поля в современном немецком языке/ Е. В. Гулыга, Е. И. Шендельс. -Москва: Просвещение, 1969. - 184 с.

6. Гадайбаева, У. А. Функционально-семантическое поле темпоральности в таджикском и английском языках/ У. А. Гадайбаева. -Худжанд. 2007, - 108 с.

7. Мухдммадиев, Ф. Куллиёт/ Ф. Мухдммадиев. -Душанбе: Адиб. -1990. - 438 с.- Ч,. II.

8. Banks, Iain. The Wasp Factory/ Iain. Banks. -London: Abacus, 2008. -244 p.

9. Campbell, Jeffery. A Lord's Revenge. Compact Verlag/Jeffery. Campbell. -Mbnchen, 2009. -144p.

REFERENCES:

1. Ayni, S.Yoddoshtho/ S. Ayni.- Dushanbe:Adib, 1990. - 352 p. - I. J

2. Bondarko, A. V. Grammatical category and context / A. V. Bondarko. - :Nauka, 1971. - 115 p.

3. Bondarko, A. V. Theory of morphological categories / A. V. Bondarko. -Nauka, 1976. - 256 p.

4. Bondarko, A. V. Functional grammar / A. V. Bondarko. Leningrad: Nauka, 1984. - 136 p.

5. Gulyga, E. V. Grammatico-Lexical fields in modern german language / E. V. Gulyga, E. I. Shendels.- Moscow, Prosveshenie, 1969.- 184 p.

6. Gadaibaeva, U. A. Functional-semantic field of temporality in tajik and english languages / U. A. Gadaibaeva. -Khujand, 2007, - 108 p.

7. Muhammadiev, F. Kulliyot./ F. Muhammadiev -Dushanbe: Adib,1990. -438 p. -J. II

8. Banks, Iain. The Wasp Factory/ Iain. Banks.- London: Abacus, 2008. -244 p.

9. Campbell, Jeffery. A Lord's Revenge. Compact Verlag/ Jeffery. Campbell. -Mbnchen, 2009. -144 p.

Семантико-функциональные особенности некоторых лексических средств выражения темпоральных отношений в английском и таджикском языках

Ключевые слова: функционально-семантическое поле, темпоральные

отношения, взаимодействие, существительные темпоральной семантики, контекстуально

обусловленные средства выражения темпоральности В статье анализируются семантико-функциональные особенности отдельных лексических средств как конституентов функционально-семантического поля темпоральности в английском

и таджикском языках. На основе анализа лексического фонда английского и таджикского языков авторы выделяют особую лексико-семантическую группу существительных, выражающих различные темпоральные отношения.

В статье выделяются отдельные подгруппы подобных существительных в обоих языках особое внимание уделяется в исследовании взаимодействию существительных темпоральной семантики как средств лексического уровня с временными формами глагола сравниваемых языков. В ходе анализа установлены такие семантические функции существительных указанной группы, как уточнение, дополнение и конкретизация временного аспекта совершения действия.

Статья завершается выделением отдельных микрополей в составе функционально-семантического поля темпоральности, стержневыми конституентами которых являются существительные темпоральной семантики.

The semantic and functional features of some lexical units of expressions of temporal attitudes in English and Tajik

Keywords: functional-semantic field, temporal attitude, interaction, nouns of temporal semantics, contextual-oriented units of expressions of temporality.

The given article analyses the semantic and functional features of some lexical units as constituents of functional-semantic field of temporality in English and Tajik. On the basis lexical fund of English and Tajik the author reveals a special lexical-semantic group of Nouns which express various temporal attitude. Besides special subgroups of similar Nouns are noted in both languages.

The author also focuses special attention to the interaction between Nouns of temporal Semantics as lexical level unites with Verbs tense forms in comparing languages. Having analysed it was revealed such semantic functions of above mentioned group Nouns as: specification, addition and concrete definition of tense aspect in accomplishing action.

The article ends with detailing of some microfields in the structure of functional-semantic field of temporality which a core constituent becomes Nouns with temporal semantics.

Сведения об авторах:

Шарипов Абдухамид, доцент кафедры немецкого языка Худжандского государственного университета имени академика Б. Г. Гафурова (Республика Таджикистан, г. Худжанд), E-mail: a_scharipow@rambler. ru

Махкамова Фарангис Шарифовна, магистрант 2-го курса факультета иностранных языков Худжандского государственного университета имени академика Б. Г. Гафурова (Республика Таджикистан, г. Худжанд), E-mail: zilver@mail.ru

Information about the authors:

Sharipov Abduhamid, Assistant Professor of German Department, Khujand State University named after academician B. G. Gafurov (Republic of Tajikistan, Khujand), E-mail: a_scharipow@rambler.ru

Makhkamova Farangis Sharifova, Graduate Student of the second year, the Faculty of Foreign Languages of Khujand State University named after academician B. G. Gafurov (Republic of Tajikistan, Khujand), E-mail: zilver@mail.ru