Неуставная правозащита

Министерство юстиции РФ направило в Верховный суд иск о ликвидации правозащитной организации «За права человека» (ЗПЧ). В 25-страничном документе перечисляются многочисленные «нарушения и несоответствия» — правда, большинство из них касаются устава организации и ее внутренних решений. Руководитель ЗПЧ, 78-летний Лев Пономарев, заявляет, что даже в случае запрета организация «в каком-то виде себя сохранит». “Ъ” подробно пересказывает претензии Минюста к правозащитной организации.

Руководитель правозащитной организации «За права человека» Лев Пономарев

Фото: Дмитрий Коротаев, Коммерсантъ / купить фото

Копия иска Министерства юстиции с требованием ликвидировать движение «За права человека» была опубликована на сайте правозащитной организации. В иске рассказывается, что 7 декабря 2018 года Генпрокуратура потребовала провести внеплановую проверку ЗПЧ. Уже 17 декабря Минюст по обычной и электронной почте уведомил организацию о «документарной проверке» и потребовал представить ряд бумаг до 14 января 2019 года. Однако к назначенной дате движение представило не все запрошенные документы, за что получило штраф 5 тыс. руб. В итоге Минюст получил нужный пакет документов 29 января, закончил проверку 8 февраля и заявил, что ЗПЧ «грубо нарушает» законодательство и свой устав. Ведомство потребовало устранить нарушения; движение несколько раз присылало исправленные документы, однако Минюст пришел к выводу, что «большая часть нарушений» сохранилась до сих пор.

Не дом и не улица

Первое указанное в иске нарушение касается «недостоверных сведений об адресе». Минюст сообщает, что в ЕГРЮЛ адрес организации написан как «улица Каланчевская, дом 47» — а на бланке движения указано «ул. Каланчевская, дом 47, помещение 1». При этом на сайте ЗПЧ указан адрес «ул. Каланчевская, дом 47, этаж 1, помещение 1». А в договоре о безвозмездном пользовании помещением, который был заключен с московским департаментом городского имущества, адрес указан еще конкретнее: «ул. Каланчевская, дом 47, этаж 1, помещение 3, комнаты 1–10». Эти разночтения Минюст посчитал серьезным нарушением. Отметим, ведомство само указывает, что правозащитники трижды пытались сдать документы для изменения адреса в ЕГРЮЛ — но Минюст каждый раз отказывал в этом.

Причины указаны в приложении к иску:

второй экземпляр заявления по форме №Р14011 не прошит и не заверен подписью заявителя на обороте последнего листа на месте прошивки;
при заполнении заявления от имени Пономарева Л. А. в разделе 1 листа «Р» было проставлено значение 01, а должно было — 02;
В листе «Б» заявления не указан почтовый индекс, а во втором экземпляре заявления в пункте 1.3 не проставлены кавычки после слова «человека».

По уставу или по понятиям

Вторая группа претензий касается «внутренних противоречий и несоответствий», выявленных Минюстом в уставе ЗПЧ. Так, в уставе есть стандартный пункт о том, что движение «оставляет за собой право ведения предпринимательской деятельности для достижения уставных целей». При этом, как заметил Минюст, в ЕГРЮЛ отсутствуют «сведения о видах экономической деятельности движения и кодах по общероссийскому классификатору». ЗПЧ попыталось исправить это нарушение, но Минюст сам отказал в регистрации документов (причины этого в иске не указаны).

Министерство получило акт проверки финансово-хозяйственной деятельности ЗПЧ, подписанный «ревизором движения». При этом в уставе говорится о «контрольно-ревизионной комиссии». Также в уставе не указаны «права и обязанности» учредителей, права движения «по управлению имуществом». Отсутствует в уставе и описание эмблемы движения, отмечает Минюст, хотя она была утверждена на съезде еще в 2014 году. Авторы иска уточняют, что ЗПЧ дважды представляло Минюсту изменения в устав, но министерство отказывалось их принять (причины не указаны).

Все вопросы к съезду

Следующий набор претензий касается решений внеочередного съезда «За права человека», который состоялся 31 марта 2018 года. В Минюсте посчитали, что протокол съезда «не соответствует законодательству РФ и уставу движения». Согласно протоколу, в съезде участвовали делегаты от 53 отделений: 39 с правом голоса и 12 с совещательным голосом. «Информация о количестве делегатов противоречит сведениям, размещенным на сайте движения,— говорится в письме Минюста,— на сайте указано, что в съезде участвовали 44 делегата из 37 регионов». При этом «участие в работе съезда делегатов с правом совещательного голоса не предусмотрено уставом движения», говорит Минюст. Также «протокол содержит противоречия в части количества участвующих в голосовании лиц» — по первым восьми вопросам голосовало 39 человек, 10–11 уже 44 делегата и так далее.

На внеочередном съезде был избран новый совет и контрольно-ревизионная комиссия — однако срок предыдущих совета и комиссии к тому времени не истек, указывает очередное нарушение Минюст. Кроме того, в протоколе «не указана повестка дня», а вместо термина «региональные организации» используется «региональные отделения». Решения съезда о принятии коллективных участников противоречат уставу, где коллективные участники «не предусмотрены». Именно съезд утвердил финансовый план, хотя по уставу этим занимается совет движения. «Таким образом, решения съезда, учитывая вышеназванные нарушения, противоречия и несоответствия, содержат недостоверную информацию»,— делает вывод Минюст. Ведомство указывает, что движение отправило протокол «с внесенными в него изменениями»,— но тут же поясняет, что законодательство «не предусматривает возможности внесения исправлений, в том числе уточнений, в протоколы собраний, конференций, съездов». Как в таком случае можно исправить нарушение, Минюст не пояснил.

Кадры смешали все

Еще одни группа претензий касается отделений «За права человека». На собрание 5 марта 2018 года был избран делегат от Кузбасского регионального отделения. В Минюсте это посчитали противозаконным и нарушающим Конституцию, «поскольку данное отделение не является региональным в связи с отсутствием указанного субъекта в составе РФ». Минюсту не понравилось также, что «Общественный благотворительный центр Тамбовской области» прислал своего делегата на съезд ЗПЧ, так как в Тамбовской области у движения есть собственное региональное отделение. Точно так же Минюст посчитал незаконным приезд на съезд ЗПЧ делегата от «Голоса Беслана», «так как на территории Республики Северной Осетии—Алании у движения данной организации нет».

Другим значимым нарушением Минюст посчитал тот факт, что протокол общего собрания Курганского регионального отделения ЗПЧ в феврале 2018 года «был заверен печатью» Шадринского отделения (райцентр в Курганской области). В протоколах собраний Брянского, Владимирского и Тюменского отделения не было подписей председателя и секретаря, в протоколе Башкирского отделения — только секретаря. ЗПЧ представило Минюсту исправленные версии протоколов, но Минюст так же ответил, что подобные документы исправлять нельзя.

В списках значится

Последние претензии касаются статуса так называемого «иностранного агента». Напомним, в феврале 2019 года Минюст принудительно включил ЗПЧ в реестр «иноагентов» из-за «опосредованного получения денежных средств из иностранных источников» и «участия в политической деятельности». НКО в статусе «иностранного агента» обязаны раз в полгода публиковать в интернете или СМИ отчет о своей деятельности. По словам Минюста, на сайте организации нет отчета за первое полугодие 2019 года «в объеме, предусмотренном законодательством». Минюст потребовал разместить отчет «не позднее 26 сентября», а когда этого не было сделано — обратился в суд. Кроме того, указывается в документе, Роскомандзор в 2019 году четыре раза возбуждал административное производство в отношении Льва Пономарева — за то, что в статьях и публикациях в блоге он не упоминал о статусе «иностранного агента». Еще три аналогичных производства было возбуждено против организации.

В самом конце иска Минюст утверждает, что движение «За права человека» ведет свою деятельность «с неоднократными грубыми нарушениями закона или других актов». И «в целях укрепления законности» просит ликвидировать правозащитную организацию со всеми региональными отделениями.

«Мы в каком-то виде себя сохраним»

Вечером во вторник исполнительный директор «За права человека» Лев Пономарев рассказал “Ъ”, что организация еще не успела проанализировать иск Минюста. Он отметил, что одно из нарушений — несоответствие устава закону — планировалось исправить во время осеннего съезда организации. По его словам, ЗПЧ сообщило об этом Минюсту, «но они нам просто не ответили».

Правозащитник также отметил, что многократные штрафы движения связаны с тем, что власти «как бы изменили методы и по-другому начали охотиться за "иностранными агентами"». «Если раньше в соцсетях можно было не отмечать, что речь идет об "иностранном агенте", то теперь это стали требовать»,— сказал он. По его словам, даже когда «Новая газета» по ошибке не указала в своей публикации, что «За права человека» является иностранным агентом, оштрафовали именно движение, а не издание: «Хотя представители газеты сами приходили в суд и говорили, что это их ошибка». «Бесспорно, если мы проиграем все суды и движение будет ликвидировано, мы в каком-то виде себя сохраним,— сказал господин Пономарев.— В каком — я еще не знаю, надо понаблюдать за развитием событий».

Глава президентского Совета по правам человека также еще не успел ознакомиться с требованием Минюста, но надеется, что организация сможет продолжить работу:

«Были прецеденты, когда Верховный суд отклонял иски Минюста в отношении экологических и правозащитных организаций, после того как они вносили необходимые изменения в устав. СПЧ готов оказать содействие движению в этом вопросе, но сначала нам необходимо изучить претензии Минюста».

Председатель постоянной комиссии по развитию НКО в Совете по правам человека (СПЧ) при президенте Наталья Евдокимова заявила “Ъ”, что обсудит с другими членами СПЧ, «как мы можем ответить на эти новые вызовы, когда Минюст уже просто начинает ликвидировать организации, не ограничиваясь штрафами». Кроме того, она утверждает, что ответственность за неуказание слов «иностранный агент» даже при публикации в СМИ лежит на НКО только тогда, когда она сама осуществляет эту публикацию: «Но если это делает кто-то другой, совершенно нелогично говорить о том, что виновата сама организация». По ее мнению, господин Пономарев уже «намылил глаза» властям, а Минюст и без этого пытается ограничить деятельность некоммерческих организаций своими инициативами.

Руководитель юридической службы «Апология протеста» Алексей Глухов заявил “Ъ”, что в России правозащитные НКО находятся под «большим риском», чем остальные: «Ликвидация "За права человека" — лишь очередной шаг. Власть просто не желает институционально взаимодействовать с некоммерческим сектором». На вопрос, будет ли правозащитное сообщество как-то заступаться за коллегу, господин Глухов ответил: «Убиваемые властью НКО имеют только один шанс — ЕСПЧ. Даже если отбить иск о ликвидации, их задушат штрафами».