ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПРИМЕНЕНИЯ РАЗНЫХ ФОРМ НАЛОГООБЛОЖЕНИЯ ЦИФРОВЫХ КОМПАНИЙ В МИРЕ

Теоретические и практические аспекты применения разных форм налогообложения цифровых компаний в мире

Шилин Леонид Игоревич,

аспирант, Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации E-mail: shilinleonid@outlook.com

Предметом исследования являются теоретические и практические аспекты применения разных форм налогообложения цифровых компаний в мире, а также перспективы дальнейшего применения налога на цифровые услуги в качестве главного механизма в рамках действия 1 плана BEPS. Особое внимание уделяется практике применения налога на цифровые услуги в Европе, а также перспективам применения такого налога в России. В работе применялись такие методы научного познания, как: анализ, синтез, индукция, дедукция, сравнительный метод. Информационную базу составили нормативные и законодательные акты, электронные ресурсы. Основными выводами исследования являются: Ввиду сложной структуры концепции Pillar 1, предложенной ОЭСР налог на цифровые услуги имеет шанс стать главным механизмом борьбы с вызовами налогообложения цифрового бизнеса.

Ключевые слова: цифровые услуги, налог на цифровые услуги, налогообложение цифровых компаний, ОЭСР, цифрови-зация.

LO S Q.

е

см о см

<3

ОЭСР совместно с ведущими налоговыми администрациями уже более пяти лет пытается принять консенсусное решение о том, как справиться с вызовами налогообложения цифровой экономики. И спустя годы понимание необходимости создания единого механизма налогообложения цифрового бизнеса, соответствующего всем тенденциям цифровизации экономики, оказалось под угрозой.

Для решения задачи по выработке решения в части налогообложения цифрового бизнеса в рамках плана BEPS первое из его пятнадцати действий было посвящено в целом вопросам эффекта цифровизации и пути налогообложения цифровых компаний.

Первый отчет о действиях BEPS за 2015 год, посвященный налоговым вызовам цифровой экономики, был выпущен в октябре 2015 года. В было признано, что цифровизация и некоторые бизнес-модели, которым она способствует, представляют собой важные проблемы для международного налогообложения [1]. В докладе также признается, что было бы трудно, если не невозможно, «отгородить» цифровую экономику от остальной экономики для целей налогообложения из-за все более распространяющегося характера цифровизации.

Каких-либо конкретных мер о том, как и в каком объеме можно облагать доход цифровых компаний в странах, где такие компании имеют «цифровое присутствие» предложено не было. Тогда ОЭ-СР остановилась только на рекомендациях по внедрению НДС/GST в части цифровых услуг.

Спустя несколько лет поиска консенсусного решения со стороны ОЭСР, Европейская комиссия 21 марта 2018 года опубликовала два предложения по новым директивам, которые обеспечат новые способы налогообложения цифровых форм предпринимательской деятельности [2]. Предложения комиссии сосредоточены на двухэтапном подходе: промежуточном решении, называемом налогом на цифровые услуги (DST), и долгосрочной Директиве Совета, устанавливающей правила, касающиеся корпоративного налогообложения значительного цифрового присутствия (SDP или предложение о значительном цифровом присутствии). Предложение DST касается налога на валовые доходы (то есть оборот), установленного по единой ставке 3% во всех государствах-членах Европейского союза (ЕС), в то время как предложение о значительном цифровом присутствии фокусируется на новой концепции цифрового постоянного представительства (ПП) наряду с пересмотренными правилами распределения прибыли.

Еврокомиссия тогда предложила странам-членам Евросоюза введение на территории Евро-

пы с 1 января 2020 года «переходного» механизма налогообложения цифрового бизнеса в виде DST, а именно налога в размере 3% на валовый доход от определенной цифровой деятельности. К «определенной цифровой деятельности» было предложено отнести:

1. продажи онлайн-рекламы;

2. цифровой посреднической деятельности, которая позволяет пользователям взаимодействовать с другими пользователями, и которая может облегчить продажу товаров и услуг между ними;

3. продажу данных, полученных из предоставленной пользователями информации.

При этом было предложено ввести пороги по выручке компаний в целях взимания такого налога:

1. компания имеет общий годовой доход по всему миру в размере 750 миллионов евро или более;

2. компания имеет годовой доход в ЕС в размере 50 миллионов евро или более.

Ведущие европейские страны достаточно холодно встретили такое предложение, в том числе, возможно, благодаря резкой реакции США, как государства, в котором находится подавляющее количество компаний, имеющих перспективу подпасть под налогообложение DST.

Так, Министр Финансов США Стивен Мну-чиным следующим образом прокомментировал предложение по DST - «США решительно выступают против предложений любой страны выделить цифровые компании. Некоторые из этих компаний являются крупнейшими субъектами экономики США, создающими рабочие места и обеспечивающими экономический рост. Введение нового и избыточного налогового бремени будет тормозить экономический рост и в конечном счете наносить ущерб работникам и потребителям. Я полностью поддерживаю международное сотрудничество в целях решения более широких налоговых проблем, возникающих в современной экономике, и создания более устойчивой международной налоговой системы».

Первой из европейских держав, решившей ввести в одностороннем порядке DST стала Франция, которая уже вела свой «крестовый поход» по защите своих налоговых интересов в части налогообложения цифрового бизнеса, выражавшего в громком деле против группы компаний Google по вопросу возникновения на территории Франции постоянного представительства-зависимого агента компании Google Ireland Limited, разлизывающей услуги сервиса Google ADS во Франции.

Так, 24 июля 2019 года французским президентом был подписан закон о вводе ретроспективно с 1 января 2019 года 3% налога на международные группы компаний, предоставляющие электронные услуги на территории Франции и имеющие мировую выручку более 750 млн евро и 25 млн. евро на территории Франции. Область применения такого налога покрывает услуги рекламы и услуги предоставления цифрового интерфейса с целью взаимодействия пользователей (торговые площадки).

Так как введённый налог, в основном, де-факто направлен на компании американского происхождения, США резко отреагировало на такой подход и заявила о намерении ввести пошлины на товары французского происхождения, опубликовав расследование торгового представительства США [3]. Результатом стало то, что Франция приостановила действие налога на цифровые услуги до конца 2020 года, ожидая принятия единого подхода со стороны европейских стран и ОЭСР в части концепции «унифицированного подхода» Pillar 1.

Однако спустя полтора года активной работы со стороны ОЭСР над концепцией «унифицированного подхода», которая началась в октябре 2019 года с планом имплементации механизма в 2020, становится понятно, что сейчас мировое сообщество не готово решится на централизованный механизм борьбы с несправедливым распределением выручки цифровых гигантов.

И такое положение дел все больше стимулирует отдельные страны вводить односторонние механизмы в виде DST или гибридных форм такого налога. Так, на сегодняшний день уже 26 государств в рамках внутренних норм налогообложения ввели те или иные механизмы налогообложения цифрового сектора [4].

При этом, каждое государство, принимающее такое меры, создает свою вариацию правил налогообложения.

В 26 стран по всему миру входят 8 европейских государств, а именно: Австрия, Франция, Греция, Венгрия, Италия, Польша, Португалия и Испания.

Ниже приведено краткое сравнение введенных механизмов (табл. 1).

Как видно из представленных данных, ведущие европейские экономики в лице Франции, Испании и Италии выработали похожие механизмы, соответствующие предложениям Еврокомиссии 2018 года, и сосредоточились на рекламных услугах и торговые площадках.

Однако остальные государства конфигурируют свои односторонние механизмы исходя из своих национальных интересов и потребностей.

Например, Греция вводит налог на краткосрочную аренду, оформляемую через цифровые платформы такие как Airbnb (США) и Booking (США), понимая, что туристический сектор для них является более важным и объемным, тогда как Польша и Португалия решили обращать налогообложение на стриминговые платформы, например, такие как Netflix (США).

В условиях неопределенности мирового сообщества по предлагаемым ОЭСР консенсусным решениям, встает вопрос о том, не станут ли «переходные» механизмы вроде DST устоявшимися и единственными приспособленными к жизни механизмами восстановления справедливости в налогообложении цифровой отрасли, ведь на сегодня в условиях, когда 26 стран ввели те или иные правила налогообложения, 4 страны ожидают вступления в силу таких механизмов, и 10 стран

сз о

со £

m Р

сг

от А

=Е

объявили о намерении выработки подобных односторонних механизмов.

Пока ОЭСР старательно пытается угодить и учесть все пожелания [5] участников рабочей группы по Pillar 1 и США в частности, можно дождаться того, что уже укоренившейся DST станет

Таблица 1

настолько привычным и обыденным механизмом, что в конце концов приведет к плавному отказу от единых подходов, и мировое сообщество перейдет в стадию понимания, что нет ничего более вечного, чем временное.

Страна Дата вступления в силу Тип налога Ставка Налоговая база

Австрия 1 января 2020 DST 5% Выручка от рекламных услуг, оказываемых на территории Австрии на цифровых платформах, веб-сайтах или любом ПО.

Франция 1 января 2019 DST 3% Валовая выручка от: 1. рекламных услуги, основанных на пользовательских данных (таргетированных). 2. услуг торговой площадки

Греция 16 июля 2019 Базовый налог на прибыль Нет специальной ставки Прибыль от краткосрочной аренды, оформленной через цифровые платформы

Венгрия 1 июля 2017 DAT 7.5%, но с 01.01.19 по 31.12.22 ставка - 0% Выручка за финансовый год полученная от вещания или публикации рекламы на территории Венгрии

Италия 1 января 2020 DST 3% Валовая выручка от: 1. Рекламы на цифровых площадках 2. Услуг торговой площадки 3. Услуг по передаче пользовательских данных

Польша 1 июля 2020 DST 1.5% Валовая выручка от услуг по стримингу аудиовизуального контента

Португалия 17 февраля 2021 Сбор 1% и 4% Сборы от стоимости подписки да аудиовизуальные стриминговые платформы

Испания 16 января 2021 DST 3% Валовая выручка от: 1. Рекламы на цифровых площадках 2. Услуг торговой площадки 3. Услуг по передаче пользовательских данных

По мнению автора, такая тенденция ставит под угрозу современную систему международного налогового права, когда вопросы налогообложения трансграничных операций становятся объектом регулирования локальными налоговыми законодательствами, и не могут администрироваться двусторонними или многосторонними налоговыми соглашениями, что в свою очередь, как правило, исключает возможность избегания двойного налогообложения.

Странам еще не имплементировавшим такие механизмы, и России в частности, как стране, которая уже изъявила на официальном уровне желание рассматривать DST всерьёз, стоит задуматься какие издержки может принести такой налог экономике, и не станет ли это поводом для иностранных компаний, занимающих значительную часть цифрового сегмента рынка, пересмотреть свои планы развития продуктов в стране, где создается дополнительная налоговая нагрузка без возможностей урегулирования вопросов двойного налогообложения.

¡1 THEORETICAL AND PRACTICAL ASPECTS OF THE

£ APPLICATION OF DIFFERENT FORMS OF TAXATION

~ OF DIGITAL COMPANIES IN THE WORLD

CM

° Shilin L.I.

CM

^ Financial University under the Government of the Russian Federation

The subject of the study is the theoretical and practical aspects of the application of various forms of taxation of digital companies in the world, as well as the prospects for further application of the digital services tax (DST) as the main mechanism under action 1 of the BEPS. Particular attention is paid to the practice of applying a tax on digital services in Europe, as well as the prospects for applying such a tax in Russia. Such methods of scientific knowledge as analysis, synthesis, induction, deduction, and comparative method were used in the work. The information base was made up of regulatory and legislative acts, electronic resources. The main conclusions of the study are: Due to the complex structure of the Pillar 1 concept proposed by the OECD, the digital services tax has a chance to become the main mechanism for combating the rising challenges of taxation of digital business.

Keywords: digital services, digital services tax, taxation of digital companies, OECD, Pillar 1, digitalization.

References

1. URL: http://www.oecd.org/tax/addressing-the-tax-challenges-of-the-digital-economy-action-1-2015-final-report-9789264241046-en.htm

2. URL: https://ec.europa.eu/taxation_customs/sites/taxation/files/ communication_fair_taxation_digital_economy_21032018_ en.pdf

3. URL: https://ustr.gov/sites/default/files/Report_On_ France%27s_Digital_Services_Tax.pdf

4. URL: https://tax.kpmg.us/content/dam/tax/en/pdfs/2021/ digitalized-economy-taxation-developments-summary.pdf

5. URL: http://www.oecd.org/tax/oecd-secretary-general-tax-report-g20-finance-ministers-february-2021.pdf

6. URL: https://www.impots.gouv.fr/portail/files/media/1_metier/5_ international/french_dst_en_v2.pdf