ВЕЧЕРА ЗАТЯНУЛИСЬ НА 200 ЧАСОВ

В течение двух вечеров 12 и 13 ноября в женевском отеле La Reserve проходил четвертый часовой аукцион Phillips в сотрудничестве с Bacs & Russo.

Во многом благодаря опыту и харизме часового эксперта Ореля Бакса и его жены Ливии Руссо дом Phillips, всего три года назад начавший работать с часами, стал главным часовым аукционом мира. Для новых торгов эксперты в полном согласии со своим правилом "лучше меньше, да лучше" отобрали 200 экземпляров. Среди них было 35 часов Patek Philippe, 88 — Rolex, редкие модели Breguet, Omega, Audemars Piguet, Cartier, Longines, Vacheron Constantin, Panerai и других марок вроде Movado, Tissot или Eberhard & Co., к которым на торгах обычно проявляют меньше внимания, но потенциал которых хорошо известен чете аукционистов.

Эксперты в согласии со своим правилом "лучше меньше, да лучше" отобрали для торгов 200 экземпляров. Среди них было 35 часов Patek Philippe, 88 — Rolex, редкие модели Breguet, Panerai и других марок

Конечно, главные ожидания были связаны с Patek Philippe. Эта марка обладает наибольшим количеством мировых рекордов. На торги выставили "трилогию" — три модели Ref. 1518 с вечным календарем и хронографом. Этих часов с 1941 года выпущен всего 281 экземпляр: в корпусах диаметром 35 мм, сделанных в основном из желтого и розового золота. И только четыре модели вышли в стальном корпусе. Можно представить себе, какой лакомой добычей они стали сейчас для коллекционеров.

Стальная модель Ref. 1518 (лот 38) установила новый мировой рекорд стоимости наручных часов. Не зря перед аукционом Орель Бакс сказал: "Я много лет мечтал о том, чтобы хотя бы увидеть эти часы, не то что их продать".

Жизненный путь Stainless Steel Patek Philippe Ref. 1518 неплохо известен: от одного знаменитого коллекционера и дилера к другому. В череде владельцев — имена людей, знаменитых в часовом мире не меньше, чем Амбруаз Воллар в художественном. Исходная стоимость этих стальных часов составляла примерно $2,3 тыс. За такую цену в 1943 году их отправили в Венгрию, воевавшую тогда против СССР и союзников. Венгерского ритейлера звали Джозеф Ланг. Когда 22 февраля 1944 года (дата установлена по архивам, сохранившимся в женевской штаб-квартире Patek Philippe — марки, которая не любит терять из виду свои часы) он продал их неизвестному покупателю, Венгрия уже готовилась сменить союзников и объявить войну Германии. Гитлер оккупировал Венгрию, главу правительства адмирала Миклоша Хорти сменил у власти Ференц Салаши, евреев и цыган начали отправлять в концлагеря. В сентябре советская армия перешла венгерскую границу и к концу года окружила Будапешт.

Никто не знает, долго ли радовали стальные часы своего владельца, носил ли он Железный крест или, наоборот, отправился в Освенцим, воевал ли с русскими или пытался бежать. Будапешт оставался в кольце до штурма в феврале 1945 года — и это было одно из самых жестоких и кровавых сражений за город, его брали полтора месяца.

После войны начались процессы над салашистами, депортации немцев, обмены территорий с чехами и румынами. В 1956 году на улицах снова жгли советские танки и шли бои — началось Венгерское восстание. Часы все это время показывали время.

В 1989 году исчезла Венгерская Народная Республика, а еще через пять лет приехавшая в Германию из Венгрии женщина предложила местному дилеру неизвестно откуда взявшиеся у нее стальные Patek Philippe. Она уступила часы почти в сто раз дороже первоначальной цены — за $200 тыс. Потом они пошли по рукам: из Германии в Италию, из Италии в Австралию, где и находились до последнего времени, пока нынешний владелец не захотел с ними расстаться.

Лот 38 первоначально оценивался в 3 млн швейцарских франков (CHF), или $3,090 млн. Орель Бакс начал торговлю с 2 млн CHF. И очень быстро довел цену до 5 млн. Потом торги замедлились и шли с шагом в 100-200 тыс. CHF. Следующая пауза наступила на 7,3 млн CHF. Стоило понаблюдать за аукционистом. Обычно очень оживленный, умеющий выманивать у зала и своих верных клиентов очередные ставки, он молча стоял и ждал. Он знал, что ему не надо ничего говорить, часы все скажут сами. Последовали 8 млн CHF, потом 9 млн CHF, на 9,6 млн CHF Орель Бакс закончил торг.

"Цена молотка" составила 9,6 млн CHF. К ним добавились налоги и проценты аукционного дома. В итоге 73-летний стальной "вечник" с хронографом стал самыми дорогими наручными часами из когда-либо продававшихся на открытом рынке. Они обошлись новому владельцу в 11,002 млн CHF, или $11,136 млн. Ну а рядом, так рассчитал хитрый Бакс, на торги выставили его менее редких братьев: модель из розового золота (лот 196), которая принесла много, но раз в десять меньше --1,474 млн CHF, и модель из желтого золота (лот 100), купленную за тоже немалые 598 тыс. CHF.

Среди коллекционных Rolex многого ожидали от двух часов с циферблатами, сделанными в технике перегородчатой эмали,— круглых Ref. 6085, "The Dragon" (лот 157) и квадратных с гербом (лот 158). "Дракон" взял свою долю --598 тыс. CHF, да и гербовый Rolex ушел с превышением, хотя и за сравнительно скромные 140 тыс. CHF. Зато две почти одинаковые модели Rolex "Paul Newman" Daytona Ref. 6263 (лот 30) и Ref. 6239 (лот 170) были проданы в разные дни за одинаковые рекордные 874 тыс. CHF.

Понятна тенденция — серьезные часовые коллекционеры не западают на экзотику "сувенирных" изданий — не были проданы, к примеру, Rolex в необычном круглом корпусе (лот 58). Они не нашли покупателя в пределах эстимейта, и Бакс снял их с аукциона, промолвив с удивлением: "Что ж, и у нас такое бывает!" Без ажиотажа приняли и Rolex в единственном в своем роде треугольном корпусе (лот 97). Если речь не идет о вещи, принадлежащей некоей знаменитости — это особый случай,— часофилы предпочитают классические модели, отличающиеся редкостью в своем ряду,— как, например, 1518-й Patek Philippe или Rolex "Paul Newman" Daytona.

Две марки, Patek Philippe и Rolex, остаются на вершине аукционных продаж, опережая Omega и Panerai, Breguet и Vacheron Constantin. Но не забыли и их. Публика ожесточенно торговалась за Breguet 1948 года (лот 123). При эстимейте в 80-120 тыс. CHF они ушли с молотка за 230 тыс. CHF. Очень редкие Panerai Radiomir с механизмом Rolex, так называемые Egiziano Piccolo, сделанные в 1954 году для египетских ВМС (лот 153), были проданы в зале за 260 тыс. CHF. Впрочем, их эстимейт сразу был достаточно высок 140-240 тыс. CHF — известно лишь 20 таких часов. Они сопровождались также выпущенными Panerai наручным глубиномером и подводной лампой. Платиновый "Колокол" (Cloche) Cartier 1996 года купили за 270 тыс. CHF. Стоит упомянуть и редкости, собранные четой Бакс--Руссо, вроде часов 1947 года, известных под именем "Ночной сторож": они были подарены за верную многолетнюю службу ночному сторожу предприятия Patek Philippe. Как и полагается "ночным" часам, они имеют светящиеся цифры и стрелки.

Торги проходили при полном аншлаге. Множество коллекционеров приехало в Женеву, потому что в эти же дни проходили аукционы конкурентов — Christie's и Antiquorum. Однако Phillips привлекает публику еще и тем артистизмом, с которым Орель Бакс ведет торги. Он шутит с залом на четырех или пяти языках — русский в этот список, к сожалению, не входит. Сопровождает торги прибаутками вроде "свой глазок — смотрок" и комментариями: "Сами себя задерживаем!" — "First-come, first-served!" Надо видеть, как парит его молоток перед финальным ударом и с каким удовольствием, получив новую ставку, он перехватывает его другой рукой, словно ловя готовое сорваться с уст слово. Он точно знает, когда залу надо перевести дух перед новым броском. Тогда он пьет с наслаждением воду, острым взглядом косясь на публику. Когда конкуренты в зале, в сети и на телефоне вскипают от азарта, он может ласково обратиться к игроку: "Вы уж не сердитесь на меня, но ставочку, равную вашей, я уже принял. Может быть, вы хотите сказать не сто, а сто двадцать тысяч? Так не стесняйтесь же!" И главное — он добивается результатов. На четвертом филлипсовском аукционе было продано 177 лотов. Общий итог — 27,514 млн CHF (или $27,789 млн) — превысил не только верные 12,5 млн CHF по нижнему эстимейту, но и оптимистические 23,8 млн CHF.