Ватикан: сенсации “года веры”

ОБЩЕСТВО И РЕЛИГИЯ

Анатолий КРАСИКОВ

ВАТИКАН: СЕНСАЦИИ "ГОДА ВЕРЫ"

Начало нынешнего года принесло с собой новость поистине мирового значения. Впервые за всю двухтысячелетнюю историю Римской церкви1 добровольно, без какого-либо давления извне и когда, казалось, ничто того не предвещало, ушёл в отставку руководитель самой крупной сегодня религиозной институции планеты (1,2 млрд адептов), папа Римский Бенедикт XVI. За первой сенсацией последовала вторая. Конклав кардиналов избрал новым верховным понтификом выходца из Южной Америки Хорхе (Георгия) Марио Бергольо, который, тоже впервые, назвался Франциском по имени святого миротворца и покровителя бедных и обездоленных святого Франциска Ассизского (годы жизни 1182-1226). Оба эти события произошли в "Год веры", объявленный папой Бенедиктом по случаю 50-летия Второго Ватиканского (XXI Вселенского по католической хронологии) собора Римской католической церкви и 30-летия утверждения современного Катехизиса РКЦ. Проведённый полвека назад собор положил начало коренному повороту католичества от противостояния к диалогу со всем окружающим миром, с другими христианскими конфессиями, другими религиями, неверующими и даже с гонителями церкви.

Предвестие грядущих перемен

Приближение перемен в судьбах христианства начало ощущаться уже в середине 50-х годов прошлого века. И так уж случилось, что именно в это время молодой советский журналист оказался в "вечном городе" сначала как стажёр, а вскоре и как

1 Согласно церковному преданию, оспариваемому, правда, протестантами, первый епископ Рима апостол Пётр обосновался там после недолгого пребывания в Антиохии и принял мученическую смерть в 64 или 67 году н.э., прослужив Римским первосвященником 25 лет.

© Красиков Анатолий Андреевич - д. и.н., профессор, главный научный сотрудник

ИЕ РАН, руководитель Центра по изучению проблем религии и общества. Заслуженный работник культуры РФ. E-mail: ankrasikov@gmail.com Ключевые слова: Ватиканский собор, папство, понтифик, религия, православие, общество. Статья подготовлена в рамках проекта Российского гуманитарного научного фонда №13-03-00092а "Большая Европа: идеи, реальность, перспективы ".

постоянный корреспондент ТАСС в Италии. Однажды, перелистывая еженедельники, он наткнулся на материал, показавшийся ему любопытным. Это было интервью, взятое у нескольких иностранных корреспондентов, аккредитованных в этой стране. Всем им был задан один вопрос: "Что здесь больше всего заинтересовало вас как журналиста?" Автором самого короткого и в то же время самого ёмкого ответа оказался собкор парижской "Монд" Жан д'Опиталь. Он сказал: "Не что, а кто. Их двое. Это Тольятти и папа римский".

Впоследствии мне не раз доводилось брать интервью у Пальмиро Тольятти - руководителя компартии, которая одна насчитывала в своих рядах больше членов, чем все остальные коммунистические партии Запада, вместе взятые. Сегодня бывшая ИКП, проделав за полвека знаменательную эволюцию, стоит на позициях социал-демократии, а член её, повторюсь, бывшего, руководства Джорджо Наполитано занимает пост президента Итальянской Республики. Вторым полюсом интереса Жану д'Опиталю представлялся папа. В беседах со мной д'Опиталь неоднократно возвращался к мысли о необходимости объективно оценивать политику Святого престола -суверенного государства, занимающего важное место в международных отношениях, и одновременно крупнейшего религиозного центра современного мира. Французский коллега говорил, что в СССР грешат приверженностью стереотипам прошлого, упрощают многоликий образ Ватикана, сводя его к образу врага.

Преодолеть эти стереотипы было, однако, непросто. И нам, советским людям того времени, и представителям другой стороны. Для Кремля папа Пий XII (годы пребывания на престоле 1939-1958) был просто "исчадием ада". Этот понтифик, выросший в семье потомственных римских аристократов и ставший после длительной службы (с 1917 по 1930 г.) на посту нунция в Мюнхене и Берлине убеждённым германофилом, по словам его биографа Филиппа Шено, не любил историков. И вошёл в историю как "папа молчания", так как в годы Второй мировой войны (согласно официальному объяснению, чтобы не поставить под удар немецких католиков) воздержался от критики зверств нацистов, от рук которых погибли миллионы людей разных национальностей. А после войны, отказавшись от нейтралитета, безоговорочно поддержал одну из сторон (ясно, какую) в конфронтации Запад - Восток. 1

На рубеже 1940-1950-х годов Пия XII посетила мысль о возобновлении работы прошедшего под знаком анафем Первого Ватиканского собора РКЦ (1869-1870), который был прерван победой сторонников объединения Италии в их войне с папством. Одним из главных разработчиков этого проекта стал руководитель конгрегации Священной канцелярии (бывшей инквизиции) Альфредо Оттавиани, уже приобретший известность благодаря долголетней работе на руководящих постах в Римской курии, а также в связи с заведомо невыполнимым декретом об отлучении от церкви коммунистов и инвективами по адресу движений священников-рабочих во Франции, католиков-коммунистов в Италии и теологов-прогрессистов в ФРГ и Бельгии.

После того как Пий XII дал ему "совершенно секретное" поручение подготовить материалы к возобновлению неоконченного или созыву нового собора, Оттавиани представил папе проект циркулярного письма епископам, где эта идея обосновывалась необходимостью "осудить тех, кто вступает в сговор с некатоликами". Проект не осуществился: понтифик осознал его контрпродуктивность и отказался от своей идеи. 2

1 Philippe Chenaux. Pio XII. Diplomatico e pastore. - Milano: San Paolo, 2004. - 430 p.

2 G. Caprile. Pius XII und die Zwite Vatikanische Konzil \\ Pius XII zum Gedaechtnis. - Berlin, 1977. - S. 649-650; Alberto Melloni. L'altra Roma. - Urbino: Il Mulino, 2000. - P. 31-32.

Тем временем набирала обороты "холодная война", грозившая в любой момент перерасти в подлинный апокалипсис. Разоблачение ХХ съездом КПСС преступлений Сталина открыло, казалось, перспективу реального смягчения международной напряжённости. Как мы знаем теперь из рассекреченных документов Кремля, "Третий Рим" проявил заинтересованность в наведении мостов с "Первым", однако венгерская революция, духовным вождём которой был кардинал Миндсенти, и подавление её Советской армией в ноябре 1956 года отбросили нас назад, к открытой вражде. Приехавший в Италию за несколько недель до меня новый посол СССР Семён Павлович Козырев попытался возобновить неофициальные контакты с доверенными лицами Ватикана, начавшиеся при его предшественнике, но натолкнулся на глухую стену, стоявшую вплоть до смерти папы Пия XII.

События в Венгрии привели к очередному закручиванию гаек в нашей стране. Всего несколькими месяцами ранее казалось, что верующие Советского Союза и стран народной демократии могут рассчитывать на более терпимое к себе отношение. По данным Совета по делам Русской православной церкви и Совета по делам религиозных культов, в первые три послесталинских года произошло пусть небольшое, но всё же несомненное увеличение численности клира РПЦ и некоторых других религиозных объединений. Вернулись из мест заключения 283 священника Украинской греко-католической церкви (правда, без права заниматься профессиональной деятельностью). Бывший предстоятель УГКЦ митрополит Иосиф Слипый переслал из сибирской ссылки письмо Н.С. Хрущёву, датированное 3 апреля 1956 года и составленное в привычных для адресата выражениях. В нём, в частности, говорилось: "Грандиозные успехи партии и советского народа под вашим руководством, ... последний эпохальный съезд КП и устранение культа личности побуждают меня обратиться к вам с настоятельной просьбой пересмотреть дело греко-католической церкви в СССР. До 1945 года было в Западной Украине более 5 миллионов верующих, 3000 священников и 7 епископов во главе с митрополитом в моём лице. Кроме того, существуют свыше 2 миллионов верующих с греко-кат. (9) епископами в Югославии, Западной Европе, Северной и Южной Америке и Австралии. С 1953 года я проживаю в Маклаковском доме инвалидов Красноярского края под надзором КПБ (вероятно, КГБ. - А.К.) в запрещении не только митрополичьего сана, но и вообще священнодействия. Прошу вас освободить меня и вернуть греко-католической церкви в СССР права, которые она имела до 1945 года и которые имеют сейчас православная и католическая церковь латинского обряда, так как ни одна религия, согласно Конституции, не пользуется в СССР особым преимуществом перед другими".

Никакого ответа на это письмо, однако, не последовало. А в начале 1957 года Карпов рапортовал в ЦК КПСС: "Мною 19-22 февраля с.г. в Киеве было проведено совещание уполномоченных совета по областям: Львовской, Тернопольской, Станиславской, Дрогобычской и Закарпатской, которые информировали о положении и деятельности униатского духовенства и церковников в настоящее время и о тех изменениях, которые произошли после сентября 1956 года. Активность церковной деятельности униатов уменьшилась и уменьшается в связи с ликвидацией контрреволюционного мятежа в Венгрии". Два года спустя новая волна запретов обрушилась на РПЦ, а обвинённый в либерализме председатель Совета по делам РПЦ Карпов был отправлен на пенсию. Новый председатель Совета по делам РПЦ В. А. Куроедов

на встрече с патриархом 15 июня 1960 года подверг резкой критике внешнюю деятельность церкви: "Патриархия за последние годы не провела ни одного крупного мероприятия по объединению православных церквей вокруг русской православной церкви, возглавляемой московской патриархией, мероприятий, связанных с разоблачением реакционных действий папы римского и усилением борьбы за мир".1

Тем временем Римская католическая церковь приближалась к своему XX (а если быть более точными - XXI) "съезду". 25 января 1959 года, три месяца спустя после своего избрания на папский престол, выходец из многочисленной и многодетной крестьянской семьи, обосновавшейся в деревне (ныне посёлок городского типа) Сот-то-иль-Монте, в предгорьях Альп, Иоанн XXIII, в миру Анджело Джузеппе Ронкал-ли, объявил о проведении Второго Ватиканского собора. В отличие от Пия XII, осуждавшего "сговор с некатоликами", он призвал "начать диалог со всем окружающим миром". Более трёх лет подготовки к собору оказались периодом беспрецедентно широкой гласности внутри РКЦ. В мировом масштабе развернулась невиданно свободная дискуссия по различным, в том числе и острейшим проблемам церковной жизни. Готовился к собору и автор этих строк. С января 1960 года в корпункт ТАСС в Риме начал приходить "Журнал Московской Патриархии", ставший наряду с местной прессой и специальной научной и религиозной литературой важным источником знаний о христианстве и его месте в жизни современного общества. Ценными консультантами по проблемам католичества стали коллеги по профессии, с которыми я мог общаться на моём "первом" и их родном французском языке: корреспондент парижской "Монд" Жан д'Опиталь, сын русского религиозного философа-эмигранта Вячеслава Иванова известный публицист Димитрий (литературный псевдоним Жан Невесель) и приезжавший в Рим из Парижа время от времени главный редактор самой крупной католической газеты "Круа" Антуан Венгер. Они же познакомили с ключевыми фигурами курии - фактического правительства Святого престола.

В помощь епископам из всех частей света, начавшим собираться в Вечном городе для участия в соборе, была сформирована с целью оказания квалифицированных консультаций группа богословов, в которую были включены, в частности, приглашённый лично Иоанном XXIII, вопреки сопротивлению курии, теолог-новатор Карл Ранер (ФРГ), французский учёный монах будущий кардинал Жан Даниелу, ещё один будущий кардинал член Института (Академии социальных и политических наук) Франции Анри де Любак. (Франция), их соотечественник монах и сторонник движения священников-рабочих Ив Конгар, молодой швейцарский богослов, специалист по протестантизму Ганс Кюнг, а также многие другие эксперты разных направлений. Позднее, начиная со второй сессии собора, в группу официальных экспертов будет добавлен и коллега Кюнга по научно-преподавательской работе в том же университете профессор Йозеф Ратцингер, будущий папа.

Вспоминая атмосферу, царившую тогда в Ватикане, Кюнг писал: "В ходе встреч на симпозиумах, лекциях, вечерах и даже в буфетах завязывались многочисленные контакты между людьми, ранее не знавшими друг друга. Неожиданно открывались общие заботы и тревоги, обнаруживался разрыв между словами и делами, епископы, приехавшие из самых различных точек земного шара, указывали, что их мысли и смутные ощущения совпадают с мыслями и ощущениями других прелатов церкви, и

1 Государственный архив Российской Федерации. Ф. 6991. Оп. 2. Д. 284. Л. 21.

в результате "меньшинство, каким оно казалось накануне открытия собора, оказалось большинством". 1 Абсолютной новостью стало доведённое до сведения всех христианских конфессий желание папы Иоанна ХХШ отказаться от многовековой практики анафем и осуждений и акцентировать внимание не на том, что разделяет, а на том, что объединяет всех последователей Христа, и прежде всего - на защите священного права на жизнь каждого человека, независимо от его национальной и религиозной принадлежности. Его выступления за диалог "всех людей доброй воли", готовых внести свой вклад в укрепление мира на земле регулярно включались в информационную ленту ТАСС и обратили на себя внимание Хрущёва, в котором удивительно уживались идеи государственного атеизма и союза с религиозными деятелями под знаменем мирного сосуществования двух систем: западной демократии и советского панцер-"социализма".

Незадолго до открытия собора состоялась организованная итальянским телевидением дискуссия с участием советского и западных журналистов о международ-

Рим, 27 мая 1962 г. Дискуссия на итальянском телевидении. Слева направо: корреспонденты "Вашингтон пост", ТАСС (выступает), телевидения (модератор, за микрофонами), "Франс-суар", "Таймс " и "Стампы ").

1 Hans Kung. Le Concil, epreuve de l'Eglise. - Paris: Ed. du Seuil, 1963. - P. 72-75.

ном значении высшего собрания епископов Римской католической церкви. Символично, что одним из поводов для этой дискуссии стало заседание Комитета 18 государств по разоружению, на котором СССР внёс проект договора о всеобщем и полном разоружении.

Папы собора — "подобные и разные"

Под таким девизом, авторство которого принадлежит Йозефу Ратцингеру, прошла в середине апреля нынешнего года в городе Бергамо (Северная Италия) международная конференция, которая была посвящена двум "папам собора": Иоанну XXIII и Павлу VI. К сожалению, проблемы личного характера не позволили автору статьи присоединиться к участникам конференции, тема которой при всём интересе к другим ставшим близкими темам оставалась в поле его зрения на протяжении всех истекших со времён собора десятилетий. К счастью, Интернет и Скайп помогли свести на нет дистанцию между Центром конгрессов Бергамо (Северная Италия) и зданием Института Европы на нашей Моховой. Как если бы я снова оказался в городе, куда в июне позапрошлого года сопровождал члена-корреспондента РАН В.П. Фёдорова по случаю вручения бывшему помощнику двух пап римских архиепископу Каповилла почётного диплома и медали в знак благодарности за введение в научный оборот огромного массива документов о крутом повороте римо-католичества от его splendid isolation лицом к проблемам современного мира. Встречу в Бергамо открыл бывший председатель Папского совета по содействию христианскому единству кардинал Вальтер Каспер, автор только что вышедшей в переводе с немецкого на итальянский язык и процитированной папой Франциском в первой же воскресной проповеди 17 марта книги "Милосердие",1 а на её закрытии выступил бывший председатель Папского совета по культуре и межрелигиозному диалогу кардинал Поль Пупар.

Среди докладчиков, наряду с церковными деятелями, были многие видные учёные, в том числе президент Фонда папы Иоанна XXIII д-р Марко Ронкалли, он же внучатый племянник понтифика, автор и соавтор многочисленных публикаций, в том числе книг, посвящённых жизни и деятельности пап собора.

Последний сборник документов, подготовленный к печати им совместно с архиепископом Каповиллой, открывается приведённым выше высказыванием Ратцингера о творцах "аджорнаменто" (обновления) Римской католической церкви: "Ронкалли и Монтини - подобные (similar) и разные (diverse).

Собор стал событием, принёсшим опыт фундаментальной важности, в том числе и в передаче руководства им от одного папы к другому при созвучии их главных намерений и сохранении каждым своей собственной неповторимой идентичности".

1 Walter Kasper. Misericordia - Concetto fondamentale del vangelo - Chiave della vita Cristiana. -Brescia: Queriniana, 2013. - 336 p.

Фото с обложки представленного на конференции сборника писем Анджело Джузеппе Ронкалли и Джованни Баттисты Монтини.

Подобными и в то же время разными были, впрочем, все Римские первосвященники, сменявшие друг друга на престоле, по крайней мере, с тех пор, как сложился институт папства в его нынешнем виде. С той, однако, оговоркой, что на протяжении многих веков до Второго Ватиканского собора взаимоподобие пап включало в себя в качестве обязательного элемента отрицание возможности диалога на равных с окружающим миром и прежде всего с христианами-некатоликами. Речь могла идти лишь о "покаянии еретиков и раскольников" и их "возвращении" под омофор Верховного понтифика. А после Второго Ватикана все папы, и в их числе автор тезиса о подобии пап собора, торжественно провозглашали верность его решениям. Что, конечно же, не лишало их своей уникальной индивидуальности.

Представляя участникам конференции новую публикацию, Марко Ронкалли сообщил, что в неё было включено более двухсот писем, которыми обменялись с момента их личного знакомства Анджело Джузеппе Ронкалли и Джованни Баттиста Монтини. Первому из них было тогда 44 года, второму - 28, оба родились на севере Италии, в Ломбардии, получили основательное светское и религиозное образование, стали священниками и были приняты на работу в Римскую курию (комплекс административных учреждений Ватикана, исполняющих личные поручения понтифика).1

1 С 1922 по 1939 г. этот пост занимал Пий XI (Акилле Ратти), с 1939 по 1958 г. - Пий XII (Эудженио Пачелли).

3 марта 1925 года газета "Оссерваторе Романо" поместила краткое сообщение о назначении Ронкалли апостольским визитатором (посланником) в Болгарии, и узнавший об этом днём раньше Монтини тут же написал ему письмо с поздравлением и просьбой выступить в Римском университетском кружке перед студентами с предпасхальной проповедью. Выступление не состоялось, так как Ронкалли, рукоположенный в епископа, должен был завершать подготовку к отъезду, но два будущих папы всё-таки встретились, и любезность, проявленная старшим коллегой к стажёру Государственного секретариата, произвела на него глубокое впечатление. А в 1937 году Монтини назначается заместителем государственного секретаря Ватикана и становится главным посредником между действующим церковным дипломатом и папой - автором трёх антидиктаторских энциклик (против итальянского фашизма, немецкого нацизма и советского государственного атеизма).

В годы церковно-дипломатической деятельности за рубежом Ронкалли побывал в странах, населённых последователями трёх разных религиозных традиций: православия (Болгария и Греция), мусульманства (Турция) и католичества (Франция). И регулярно переписывался с Монтини, причём оба они нередко прикладывали к своим служебным бумагам личные письма, свободные от протокольных условностей. Среди писем военного времени, когда монсеньор Ронкалли представлял Святой престол в Турции, особый интерес представляет его отчёт о встрече с послом Германии Францем фон Папеном вскоре после раскрытия совершённого сталинским НКВД злодеяния - массового расстрела польских военнопленных в районе Катыни1. Немецкий дипломат рассчитывал использовать возможности Ватикана для усиления в Польше антисоветских настроений в интересах Третьего рейха, но будущий папа перевёл разговор на тему о превращении гитлеровскими оккупантами Польши в гигантский концлагерь, где они расправлялись и с поляками, и с гражданами других национальностей, в том числе с миллионами евреев. "Катынская трагедия, - пишет Ронкалли, цитируя слова, сказанные ему фон Папеном, - должна побудить поляков к пересмотру их отношения к немцам". И далее: "Я ответил ему, криво улыбнувшись, что в таком случае они должны будут забыть о миллионах евреев, которых высылают в Польшу и там убивают. И что в любом случае рейху следовало бы сменить регистр в отношениях с поляками" (письмо из Стамбула датировано 8 июля 1943 г.).

Незадолго до окончания войны, в конце декабря 1944 года, Ронкалли был переведён из Турции в освобождённый от оккупантов Париж, и нунциатура во Франции стала венцом его дипломатической карьеры. 10 ноября 1952 года будущий папа получил письмо Монтини, который информировал его о предложении папы стать преемником тяжело больного патриарха Венецианского Карло Агостини (так титуловалась должность правящего архиерея Венеции с тех времён, когда этот город был столицей крупной независимой морской державы). 28 декабря Агостини скончался, а уже 12 января 1953 года Ронкалли был возведён в кардинальское достоинство и назначен патриархом бывшей "владычицы морей".

1 В апреле 2010 года В.В. Путин посетил вместе с премьер-министром Польши Д. Туской мемориальный комплекс «Катынь», открытый на месте массового захоронения польских офицеров, убитых в 1940-х годах, после чего заявил: «Этим преступлениям не может быть никаких оправданий, в нашей стране дана ясная политическая, правовая, нравственная оценка злодеяниям тоталитарного режима. И такая оценка не подлежит ревизии». (Сообщение ИТАР-ТАСС 7 апреля 2010, цит. по: http://newsru.eom/russia/07apr2010/katyn.html#1.

А вскоре вслед за Анджело Джузеппе Ронкалли сменил "прописку" и Джованни Баттиста Монтини. Пий XII 1 ноября 1954 года освободил его от обязанностей заместителя государственного секретаря и перевёл из Ватикана в Милан, назначив архиепископом этого города. С этими двумя эпизодами связан третий, можно сказать, профетический. Поздравляя своего давнего друга с возведением в сан епископа, кардинал-патриарх Ронкалли за четыре года до собственного избрания на первосвяти-тельский престол подсказал (или предсказал) имя своего будущего преемника. "Епископская хиротония, - писал он, в частности, - закрепляет включение Вашего преосвященства в число тех, на кого возложена особая пастырская миссия. Отныне мы будем вместе следовать по пути, указанному Христом святому Павлу" (письмо от 12 декабря 1954 г.).

Оказавшись в итальянской глубинке (если можно употребить это слово применительно к стране, которая в течение долгих веков была раздроблена на множество самостоятельных государств с высочайшим уровнем культуры и образования), правящие архиереи Венеции и Милана постоянно искали (и находили) поводы для личного общения и обмена мнениями о самых актуальных проблемах церкви в современном мире. Поработав бок о бок с обоими папами собора, монсеньор Каповилла отнёс к ним характеристику, которую Ронкалли в годы молодости дал взаимоотношениям двух других крупных фигур католичества: "Их души как двойные звёзды вращаются по общей орбите вокруг одного центра". Кто был для них этим центром, пояснять, конечно, нет ни малейшей необходимости.

Будущий понтифик пробыл в Венеции немногим более пяти лет, но этого оказалось достаточно для того, чтобы будущие выборщики преемника Пия XII получили достаточно ясное представление о нём как о возможном Римском первосвященнике, констатировал в посвящённой Иоанну XXIII диссертации председатель ОВЦС митрополит Никодим (Ротов). Избрание Ронкалли на Римский престол состоялось 28 октября 1958 года в одиннадцатом туре голосования. Объясняя выбор имени, новый понтифик сказал, что отдаёт себя под покровительство Иоанна крестителя и Иоанна евангелиста, а использование порядкового номера, под которым значился один из антипап прошлого, печально прославившийся в начале XV века, было воспринято в церкви как проявление решимости понтифика очистить это "имя, нежное, мягкое и торжественное", как выразился сам новоизбранный, от прилепившегося к нему негатива. Первое письмо, подписанное Ронкалли - папой Римским в день коронации 4 ноября 1958 года, было адресовано Монтини. В нём, в частности, говорилось: "Направляюсь в храм святого Петра на большую церемонию. А позднее объявлю о созыве консистории (так называются собрания кардинальской коллегии, созываемые, в том числе, и для возведения в достоинство новых кардиналов. - А.К.). На нём будут названы имена монс. Монтини и монс. Тардини. Но это - чуть позже, а пока - совершенно секретно".

Пий XII не доверял своему аппарату. С 1953 года он сам выполнял функции государственного секретаря Ватикана, имея в качестве заместителя ветерана Римской курии Доменико Тардини. Иоанн XXIII предпочёл бы видеть на этом посту Монти-ни, но, по его собственному признанию, опасался, что такое назначение будет воспринято как жест неодобрения действий предыдущего папы, который в 1954 году освободил этого архиерея от обязанностей заместителя государственного секретаря и отправил из Рима в Милан. Так, руководителем одного из главных ведомств Ватикана стал Тардини. А 17 ноября Ватикан распространил официальное сообщение о

предстоящей консистории. Требовалось заполнить вакансии, образовавшиеся в составе кардинальской коллегии. В то время, пишет близкий к Ватикану религиовед и журналист Бенни Лаи, не существовало предельного возраста для занятия церковных должностей, и кандидаты на их замещение могли ждать годами, постепенно старея, а их предшественники занимали насиженные места до самой смерти.

С Иоанном XXIII всё начало меняться. В списке 23 возводимых новым папой в кардинальское достоинство епископов первым он поставил имя Монтини. Никто тогда не мог предположить, что именно эти два человека - Ронкалли и Монтини - проведут Римско-католическую церковь и государство Град Ватикан через водораздел между двумя историческими реальностями: эпохой анафем и эпохой диалога. "Иоанн XXIII всегда проявлял ко мне доброту", - напишет позднее Монтини на листочке бумаги, ставшем достоянием гласности благодаря его личному секретарю монсеньо-ру Паскуале Макки. В годы понтификта Ронкалли будущий Павел VI старался как можно меньше тревожить его своими письмами (как, впрочем, и устными обращениями). Как до, так и после начала работы Второго Ватиканского собора.

Увидев, как сосредоточивший в своих руках решение всех организационных вопросов собора главный "силовик" церкви Оттавиани, опираясь на большинство представителей курии, пытается направить дискуссию в сторону, прямо противоположную идеям папы Ронкалли, ровно неделю спустя после открытия форума, 18 октября 1962 года, Монтини обратился к государственному секретарю, второму лицу в ватиканской иерархии кардиналу Чиконьяни. Согласно дневниковой записи Каповиллы, датированной 20 октября, речь шла о необходимости разъяснить собору, чего ждёт от него понтифик и как двигаться к "аджорнаменто" (обновлению) католичества. Вмешательство Монтини и ряда других известных кардиналов привело к полной "перезагрузке" повестки дня, разработанной ведомством Оттавиани на первом подготовительном этапе, и отсрочке голосования по первоначальному проекту списка членов соборных комиссий.

28 октября, в день четвёртой годовщины своего избрания на престол, папа Ронкалли записывает в личном дневнике: "Я встретил эту дату в полном растворении в воле Господа. Всё то хорошее, что говорится по моему адресу, на самом деле плод благости Божьей, мне же принадлежат только пороки и недостатки". А затем добавляет: "Вот уже несколько месяцев меня беспокоят болезненные ощущения в области желудка. Но и в связи с этим я пытаюсь и хочу следовать своему девизу: повиновение и мир. Ибо это связывает меня с Христом, чьим викарием меня называют и чьей верной копией мне хотелось бы быть". Зная о том, как далеко зашла болезнь Иоанна XXIII, Монтини морально поддерживает его хорошими новостями. Последнее письмо папе датировано 25 мая 1963 года. Проинформировав его о жизни своей архиепархии, Монтини пишет: "Как хотелось бы, чтобы Ваше святейшество пожало добрые плоды, выросшие во время Вашего апостольского служения на Вселенском соборе, и чтобы на предстоящей второй сессии этого великого форума Вы проявили себя окрепшим телесно и, как всегда, подлинным духовным вождём [церкви]". С каждым днём, однако, вести из Ватикана становятся всё более тревожными. 31 мая Монтини вылетает в Рим вместе с тремя братьями, сестрой и двумя внуками понтифика и вместе с ними сразу же отправляется в Апостолический дворец, чтобы заверить старого друга в своём участии, неизменной любви и преданности. По свидетельству присутствовавшего на этой встрече монсеньора Каповиллы, оба церковных руководителя вспомнили о письме, с которого началась их дружба. Как и о многом

другом, что связывало их почти сорок лет. Два друга увиделись ещё раз на следующий день, 1 июня, и это была их последняя встреча. Для истории сохранилась запись, сделанная рукой Монтини: "Мы помолились вместе с теми, кто собрался у постели больного. Потом я с чувством глубокой боли ушёл, сознавая, что больше не увижу его среди живых".

Иоанн XXIII скончался 3 июня 1963 года, Павел VI был избран 21июня и довёл до завершения Второй Ватиканский собор. В "год трёх пап" - 1978-й - кольцо пап, носивших эти имена, замкнулось. Ушедшего из жизни в августе Монтини в сентябре сменил выходец из рабочей семьи итальянец Альбино Лучани, который впервые в истории объединил имена обоих предшественников в двойном "Иоанн Павел", а после его 33-дневного понтификата этот же бином в октябре был воспроизведён - с порядковым номером "второй" - поляком Каролем Войтылой, прошедшим до рукоположения в сан священника школу как физического, так и умственного труда.

Недавняя публикация в нашем журнале статей о папах собора и их преемниках, полноправных участниках этого форума, избавляет автора от необходимости доказывать их подобие. Оба последних папы-соборянина не только декларировали верность решениям форума, повернувшего на 180 градусов геостратегию Римской католической церкви и государства Град Ватикан, но и внесли свой личный вклад в её осуществление. Необходимо, однако, отметить и их разность, неповторимость идентичности, сформированной разным происхождением и неодинаковым жизненным опытом. Кароль Войтыла, в личности которого, как это заметил наблюдавший его четверть века личный врач, соединились польский романтизм и общеславянский мистицизм. Неустанный путешественник, непревзойдённый проповедник, оратор, способный воспламенить миллионные толпы слушателей, он твёрдо верил в осуществимость взятой на себя миссии содействовать преодолению раскола Европы и воссоздать единство христиан. Первая задача была решена, вторая натолкнулась на непреодолимые препятствия. Хотя он, казалось бы, сделал всё возможное для её решения: от имени церкви впервые в истории покаялся за грехи и преступления, совершённые католиками в далёком и менее отдалённом прошлом, простил грехи и преступления других и даже сам предложил им совместными усилиями пересмотреть содержание понятия "примат пап", которое является главным камнем преткновения в межхристианском диалоге.

От Бенедикта XVI к Франциску (пока) единственному

Йозеф Ратцингер оказался человеком иного склада. Учёный-теолог, погружённый в богословие контрреформации и склонный скорее к аналитической работе, научным дискуссиям и написанию статей и книг, нежели к зажигательным выступлениям перед массовыми аудиториями, он тем не менее не уклонялся от "выходов в народ", совершал, хотя и не столь часто, как это делал его предшественник, поездки по Италии и за рубеж. Старался найти общий язык с инаковерующими, подчёркивая при этом приверженность всем догмам прошлого, в том числе тем, которые были провозглашены Тридентским и Первым Ватиканским сборами. Не став ни Иоанном XXIV, ни Павлом VII, ни Иоанном Павлом III, в первом же ритуальном обращении "к городу (Риму) и миру" 20 апреля 2005 года заверил католиков в "твёрдой решимости проводить в жизнь решения Второго Ватиканского собора", но тут же добавил: "сохраняя верность нашей двухтысячелетней традиции". В ещё более категорической фор-

ме эта мысль была сформулирована в конце того же 2005 года в выступлении Бенедикта XVI перед высокопоставленными сотрудниками римской курии 22 декабря, за три дня до Рождества, когда папа отверг "герменевтику разрыва" с "двухтысячелет-ней традицией церкви".

В докладе Института Европы РАН №281, который был опубликован в октябре 2012 года, глава, посвящённая Ратцингеру, была озаглавлена: "Папа, который нас удивит".1 Завершалась же глава словами: "Вопреки предсказаниям Торниелли, Папа Бенедикт нас не удивил". Как жаль, что мы не задержали выпуск доклада на каких-нибудь три с половиной - четыре месяца! Интересно, что посвятивший "герменевтике традиции" Бенедикта XVI специальную книгу директор болонского Института религиозных исследований им. Иоанна XXIII профессор А. Меллони в самом начале понтификата Ратцингера указывал на возможность иной герменевтики, если бы папой в 2005 году был избран другой человек, и прямо назвал в этой связи имя Берго-льо, который, как он тогда полагал, мог бы взять имя Льва XIV (напомним, что Лев XIII, чей понтификат пришёлся на 1878-1903 гг., первым из пап взялся за формулирование социальной доктрины католицизма). 2

Оглядываясь на минувшие восемь лет, мы должны констатировать, что нынешний "почётный папа" все эти годы находился в сложном положении. Он словом и делом проводил в жизнь догматы Тридента и Первого Ватикана, которые провозглашали РКЦ единственной носительницей Истины христианства. И в то же время не дезавуировал совершённый церковью в 1962-1965 годах поворот на 180 градусов от анафем к диалогу со всем внешним миром и сотрудничеству с теми, на ком на протяжении многих веков висели ярлыки раскольников и еретиков. В полемике между бескомпромиссными противниками этого поворота - лефевристами3 и убеждёнными сторонниками провозглашённого Иоанном XXIII обновления церкви Ратцингер часто ощущал себя ближе к первым, чем ко вторым. Но, как справедливо заметил в статье о Бенедикте доцент Дипломатической академии МИД РФ посол В.М. Богомазов, он не хотел, "чтобы проводимый им анализ вылился в откровенную критику II Ватиканского собора".4 Несмотря на все разногласия в области богословия, при Бенедикте XVI контакты католиков с "другими": христианами-некатоликами, мусульманами, иудаистами и неверующими были продолжены, а в случае с Третьим Римом даже потеплели. Расширилось сотрудничество в самых различных сферах церковной и церковно-общественной жизни, вырос объём материальной помощи католиков православным, РКЦ и РПЦ начали активно пропагандировать, каждая в своей среде,

1 Это предсказание было приведено мной со ссылкой на книгу известного ватиканиста Андреа Торниелли, выпущенную вскоре вступления Ратцингера на престол. Автор книги утверждал, что преемник папы Войтылы проведёт в католичестве "знаменательные реформы". Чего, как мы знаем, не произошло.

2 Alberto Melloni. L'inizio di papa Ratzinger. - Torino: Giulio Einaudi editore, 2006. - P. 156.

3 Лефевристы - последователи отлучённого от церкви папой Иоанном Павлом II французского епископа М. Лефевра (ум. в 1991 г.). Йозеф Ратцингер, будучи ещё кардиналом - префектом Конгрегации вероучения, в 2000 г. запретил использование термина "церкви-сёстры" по отношению к православным и протестантам, а папа Бенедикт снял с них запрещения и согласился с одним из их требований, возобновив однако проведение богослужений на латинском языке,.

4 Валентин Богомазов. Папа Римский Бенедикт XVI и актуальные проблемы современности \\ "Современная Европа", 2013, №1. - С. 117.

книжную продукцию друг друга, в том числе на самом высоком уровне. Сдвинулся с мёртвой точки вопрос о повышении уровня отношений между Российской Федерацией и Ватиканом - с официальных до полномасштабных дипломатических.

Неожиданное добровольное отречение от престола высшего руководителя Римской католической церкви и государства Град Ватикан Бенедикта XVI1 и избрание новым папой аргентинского кардинала Хорхе Марио Бергольо, выбравшего имя Франциск, повергли в состояние шока не только самую крупную религиозную институцию планеты, но и весь мир. Первой реакцией религиозных лидеров и государственных деятелей, людей верующих и неверующих было: "Этого не может быть потому, что не может быть никогда". Оказалось, может. Среди многочисленных откликов на уход Бенедикта, который именуется отныне почётным понтификом и полностью освобождён от прав и обязанностей Римского первосвященника, моё внимание привлекла статья владыки Илариона (Алфеева), опубликованная в папской газете "Оссерваторе романо". И прежде всего его напоминание: "В нашем мире, где не имеющие власти отчаянно пытаются овладеть ею, а те, кто обладает ею, пытаются не потерять её любой ценой, тихий голос предстоятеля самой многочисленной в мире христианской церкви, говорящего о том, что он добровольно отказывается от своих полномочий,. звучит вразрез с распространённым образом мышления". 2 Нет сомнения в том, что именно этим своим, бесспорно мужественным, поступком папа Ратцингер войдёт в историю.

Что касается избранного вечером 13 марта нового понтифика, его стратегия была сразу же обозначена в выборе имени своего небесного покровителя, которое принадлежало основателю монашеского ордена нищенствующих, жившему на рубеже XII и XIII веков. О Хорхе Марио Бергольо, выходце их простой рабочей семьи, было известно также, что его учителем и наставником в годы учёбы в духовной семинарии был украинский священник-униат, а сам он, став высшим руководителем католиков латинского обряда в Буэнос-Айресе, по совместительству отвечал и за греко-католическую епархию всей Аргентины, не имевшую собственного духовного окормителя.

Не думаю, что появление в Ватикане человека с таким жизненным и религиозным опытом могло обрадовать священноначалие РПЦ. Тем не менее, патриарх Кирилл на следующий день после завершения конклава в Ватикане направил Франциску поздравление, в котором, в частности, говорилось: "При Вашем предшественнике — Папе Бенедикте XVI — отношения между Русской Православной и Римско-Католической Церквами получили новый импульс и были отмечены положительной динамикой. Искренне надеюсь, что и содействием Вашего Святейшества сотрудничество между нашими Церквами будет развиваться в духе братской любви и взаимопонимания".3

Прибывший в Рим 18 марта для участия в интронизации папы владыка Иларион, со своей стороны, прямо сказал в интервью телеканалу "Россия-1", что "тема унии -самая болезненная в православно-католическом диалоге, во взаимоотношениях между православными и католиками" и "если папа будет поддерживать униатство, то это, конечно, к добру не приведет". Митрополит вручил Франциску памятный подарок патриарха - богородичную икону "Призри на смирение", а несколько дней спу-

1 Папа объявил о своей отставке в конце обычной консистории (встречи с находившимися в Риме кардиналами РКЦ) 11 февраля, и его решение вступило в силу, открыв период "вдовствующего престола" ("sede vacante"), 28 февраля 2013 г.

2 L'Osservatore Romano, 23 febbraio 2013.

3 Официальный сайт РПЦ 14 марта 2013. 19.17.

стя новый понтифик передал её своему предшественнику, чьё смирение так поразило весь мир. Во время встречи Франциска с председателем ОВЦС папа сказал: "Сегодня за богослужением я сугубо молился о патриархе Кирилле, потому что сегодня по нашему календарю празднуется память святого Кирилла Иерусалимского".

Загородная резиденция пап Кастельгандольфо под Римом. Март 2013 г. Папа Франциск и почётный папа Бенедикт XVI перед иконой, подаренной патриархом Московским и всея Руси Кириллом._

На церемонии интронизации понтифика впервые после разделения церквей в 1054 году присутствовал православный вселенский патриарх Варфоломей. На специальной коллективной аудиенции в честь зарубежных религиозных деятелей он пригласил папу посетить Константинополь, и понтифик сказал, что приедет туда в нынешнем, либо в следующем году 30 ноября, в день памяти апостола Андрея, отмечаемый большинством автокефальных православных церквей, как и католиками, по григорианскому календарю. Франциск при этом подчеркнул верность курсу, провозглашённому 50 лет назад папой Иоанном XXIII и подтверждённому Вторым Ватиканским собором.

О личном впечатлении от встреч с ним и о том, чего следует ожидать от нового понтифика, рассказал член возглавлявшейся владыкой Иларионом (Алфеевым) делегации РПЦ, которая приезжала в Рим в связи с интронизацией нового папы, митрополит Феодосийский и Керченский (УПЦ МП) Платон. Он лично знает нынешнего понтифика поскольку до возвращения на родину, в Украину, был правящим архиереем православной Аргентинско-Южноамериканской епархии. И вот его ответ:

"Я не пророк и не могу предсказать его деятельность, но, судя по позиции, которую он уже занимал, будучи главой Католической церкви Аргентины, он отличается именно склонностью к защите социально необеспеченных людей. Он сам вышел из бедной, многодетной семьи, был в ней пятым ребенком, познал и нищету, и несправедливость социальную. Честь и хвала ему - он сам добился и высокого образования, и высокого положения. На почве его выступлений в защиту, например, профсоюза автоперевозчиков, у него даже были проблемы с правящей властью. Он защищал и тех, кто пострадал во время банковского кризиса. На епископских конференциях всегда занимал позицию бедных, бесправных и гонимых. Всегда выступал за справедливое распределение национальных доходов между их потребителями. Он пользуется высоким авторитетом у рабочего класса. Как мне он запомнился - кардинал Бергольо очень скромен. Очень искренен. Очень сдержан. Пользуется общественным транспортом. Никогда не претендует на личные блага. Не кичится своим положением. И вместе с тем никогда не угодничает. Имеет высокое чувство собственного достоинства. В 2005 году он уже был кандидатом в папы и занимал второе место. Авторитет его уже тогда был очень высок. Он не будет либеральным в доктрине богословской, он твёрдо стоит на позиции исконных истин католической церкви. Он уже высказался против однополых браков и против женского священства. Он вроде бы не приглядывается, но много видит! Немногословен, но если что скажет - над этим надо подумать!"

Одним из первых Франциска поздравил с избранием главный раввин Рима Рик-кардо Де Сеньи. Он отметил прогресс, достигнутый за последнее время в иудео-христианском диалоге. Во время папской аудиенции нового понтифика приветствовал директор программы диалога Американского еврейского комитета раввин Дэвид Розен. В интервью интернет-порталу "Зенит" он напомнил, что почти 20 лет назад будущий папа проявил действенную солидарность с жертвами террористического акта, который был совершён в Еврейском культурном центре Буэнос-Айреса 18 июля 1994 года и привёл к гибели 85 человек. В 2010 году Хорхе Марио Бергольо опубликовал написанную совместно с раввином Авраамом Скоркой, ректором Латиноамериканской раввинской семинарии, книгу "На небе и на земле". В ней в форме диалогов затрагивается широкий круг тем - от вопросов веры, атеизма, эвтаназии и абортов до холокоста и нынешнего антисемитизма. В этом году книга увидит свет на английском языке под заголовком "На небе и на земле - папа Франциск о вере, семье и церкви в XXI веке". 7 мая её представит читателям в США и Канаде американское католическое издательство Image Books.

"После прихода нового папы мы готовы возобновить диалог с Ватиканом, - заявил, со своей стороны, руководитель Международного союза учёных-мусульман Юсеф Аль-Кардави, считающийся одним из рупоров движения "Братья-мусульмане". - Замороженное состояние отношений с папством уходит в прошлое. Решение прервать контакты с предыдущим понтификом, вызванное его позицией по исламу, отныне утрачивает силу. Мы хотим открыть новую страницу в истории наших отношений".

Верность нового папы идеям межконфессионального и межрелигиозного диалога и его приверженность духу францисканства не на шутку встревожили поборников традиций контрреформации внутри РКЦ. "А католик ли наш папа?" Под таким заголовком интернет-портал "Посланец святой Бригитты" поместил обзор критических высказываний католических пользователей Всемирной паутины. Автор обзора пишет, что "волна негативной критики в адрес Франциска, захлестнувшая его уже в первые дни понтификата со стороны сообществ "традиционалистов", ужасает. Некоторые настоль-

ко озаботились литургией и прогневились на "профанирующего" её Франциска, что вообще поставили под сомнение его принадлежность к Католической церкви".

"Вечно вчерашние" не перевелись и в православии. Русскоязычный "Гугль" предложил читателям от имени сайта Pravoslavie.ru выпущенную издательством Сретенского монастыря в 2001 году книгу "Франциск Ассизский и католическая святость". Автор этого откровенно ёрнического опуса, начав с напоминания о том, "что в дни юности Франциск с увлечением предавался радостям светских утех", то ли с укором, то ли со злорадством пишет, что впоследствии он "самовольно (!) взял на себя подвиг юродства, намеренно облачаясь в лохмотья, выпрашивая объедки на пропитание себе, бродя по улицам в поисках камней для постройки церкви и провоцируя людей на унижение себя... Более того, Франциск посвятил свою жизнь исполнению одного лишь желания - пострадать за других и искупить чужие грехи". Особенно же неприятна "Православию-ру" молитва о мире Франциска: "В ней, - утверждает автор, - наглядно наблюдается самоотождествление ассизца со Спасителем". Далее следует сравнение с "нашим" пониманием святости: "Православный молится о том, чтобы именно Бог даровал мир и озарил любовью сердца людей; Франциск же эти свойства стремится присвоить себе". После чего всё в том же ёрническом тоне читателям преподаётся урок подлинной морали: "Куда завела Франциска такая духовная жизнь, можно заключить хотя бы из слов, сказанных им уже на смертном одре: "Я прощаю всем моим братьям, как присутствующим, так и отсутствующим, их обиды и их заблуждения и отпускаю им грехи их, насколько это во власти моей".

Псевдопатриотическому "православию-ру" противостоит фундаментальное научное издание - трёхтомник "Христианство", вышедший в 1993-1995 годах под редакцией выдающегося религиозного философа Сергея Сергеевича Аверинцева. В нём отмечается, что до святого Франциска Ассизского западное монашество в своём отречении от мира возлагало на отдельного монаха обет бедности, но это не помешало монастырям сделаться крупными земельными собственниками, а аббатам - соперничать в богатстве и роскоши с епископами и князьями. Франциск углубил идею бедности: из отрицательного признака отречения от мира он возвёл её в положительный жизненный идеал, который вытекал из идеи следования примеру бедного Христа. Вместе с тем Франциск Ассизский преобразил и самое назначение монашества, заменив монаха-отшельника апостолом-миссионером, который, отрекшись внутренне от мира, остаётся в мире, чтобы среди него призывать людей к миру и покаянию.

"Христово Воскресение позволяет нам без страха принимать сюрпризы Бога. Не бойтесь новизны!" Такими словами в своей проповеди в Навечерие Пасхи папа Франциск призвал своих единоверцев с уверенностью смотреть в будущее. И уже учредил особую группу кардиналов для консультаций по управлению церковью и для изучения проекта реформы Римской курии. В неё вошли 8 кардиналов: руководитель администрации Ватикана и архиепископы Сантьяго, Мумбаи (Бомбея), Мюнхена, Киншасы, Бостона, Сиднея и Тегусигальпы (он будет в ней исполнять функции координатора). Первое заседание группы намечено на первые три дня октября. Так что перемены и сюрпризы непременно грядут.