Сидеть

Дело ЮКОСа

Арестовав главу ЮКОСа Михаила Ходорковского до 30 декабря, Басманный суд Москвы показал, что судебная система страны полностью солидаризировалась с правоохранительной. Преступления, которые Генпрокуратура инкриминировала господину Ходорковскому, весьма серьезны. Один только ущерб от них превысил $1 млрд. "Я считаю правильным то, что я делаю",— передал "Ъ" слова господина Ходорковского его адвокат.

Последняя повестка

— Арест Михаила Ходорковского стал вынужденной мерой,— утверждали вчера представители Генпрокуратуры России.— Он не отреагировал на повестку с вызовом на допрос, находясь на свободе, мог оказывать давление на свидетелей по делу и, наконец, имел возможность уехать из страны.

Генпрокуратура действительно давала олигарху шанс покинуть Россию. Меньше чем за неделю до спецоперации сразу два заместителя генпрокурора России, Юрий Бирюков и Владимир Колесников, выступили с заявлениями о том, что следствие планирует вызвать его на допрос и предъявить некоторым руководителям ЮКОСа и связанных с ним компаний обвинения, в том числе в неуплате налогов.

— С удовольствием отвечу на все вопросы Генпрокуратуры в случае повторного вызова на допрос,— ответил заместителю прокурора через "Эхо Москвы" Михаил Ходорковский. На повторном вызове олигарха и подловили.

"В четверг в 14.30 в офис НК ЮКОС (Дубининская, 31а) прибыли двое сотрудников, предъявивших удостоверения на имя следователя прокуратуры города Воронежа Андрея Федосова и следователя Читинской областной прокуратуры Андрея Шорохова,— рассказал "Ъ" пресс-секретарь ЮКОСа Александр Шадрин.— Они представились как следователи из состава следственной группы Генпрокуратуры под руководством старшего следователя Каримова. Прибывшие сообщили, что хотят вручить Михаилу Ходорковскому документы. Получив ответ, что Михаил Ходорковский в настоящий момент находится в служебной командировке, они попросили вызвать сотрудника, уполномоченного принимать входящую корреспонденцию, и передали ему повестку".

В повестке "гражданину Ходорковскому Михаилу Борисовичу" сообщалось, что на следующий день, 24 октября, к 12 часам он должен прибыть в управление по расследованию особо важных дел Генеральной прокуратуры к следователю Салавату Каримову "для допроса в качестве свидетеля". В документе отмечалось, что "при наличии причин, препятствующих явке по вызову в назначенный срок, необходимо заранее уведомить по телефону 265-91-17 или иным способом представить письменное заявление... В случае неявки... без уважительных причин... вы можете быть подвергнуты приводу либо... на вас может быть наложено денежное взыскание".

Как отметил господин Шадрин, на корешке повестки была сделана отметка: "В настоящее время Ходорковский М. Б. находится в служебной командировке по России. Ожидаемое время прибытия — 28.10.2003". Отметка была заверена подписью заместителя управляющего делами "ЮКОС-Москвы" и штампом НК ЮКОС. На вопрос, будет ли следователю Каримову передан корешок повестки, сотрудники прокуратуры ответили утвердительно. Получив корешок, следователи в 14.55 покинули здание ЮКОСа и отправились в Технический переулок, где находится здание Генпрокуратуры. По сведениям источников "Ъ", вечером того же дня следователь Каримов, посовещавшись со своим руководством (с кем советовалось оно, неизвестно), санкционировал принудительный привод господина Ходорковского в Генпрокуратуру.

Операция без наркоза

В субботу около пяти утра в новосибирском аэропорту Толмачево для дозаправки совершил посадку следовавший в Иркутск зафрахтованный ЮКОСом самолет Ту-134 московской авиакомпании "Меридиан". На его борту находились Михаил Ходорковский с помощниками и охранниками. В последние дни господин Ходорковский посетил несколько российских регионов: в среду он был в Самаре, в четверг — в Саратове, в пятницу — в Нижнем Новгороде. Везде Михаил Ходорковский встречался с губернаторами и общественностью, рассказывал о профессиональной и благотворительной деятельности компании, комментировал действия Генпрокуратуры. В субботу его ждали в Иркутске на семинаре "Власть. Бизнес. Общество", но не дождались.

Ранним утром в аэропорту Толмачево появились вооруженные люди в камуфляже и штатском, которые сообщили службе безопасности предприятия, что "здесь будет проведена операция". Какие документы были предъявлены службе, ее руководство категорически сообщить отказалось. Однако вскоре стало известно, что в Толмачево работают бойцы из местного подразделения антитеррористической группы "Альфа" ФСБ РФ и сотрудники Генпрокуратуры.

По словам представителей ЮКОСа, к Ту-134 подкатили два автобуса с тонированными стеклами: один из них встал у трапа, второй — у хвоста самолета. Вооруженные люди в камуфляже поднялись на борт, выбили дверь в первый салон, где находился господин Ходорковский, и с криками "ФСБ, руки вверх, сидеть, не двигаться, проверка документов! Оружие на пол, будем стрелять!" ворвались туда.

Как выяснилось, приказ "Не двигаться!" к Михаилу Ходорковскому не относился. Напротив, один из силовиков обратился к нему: "У нас приказ, пройдемте с нами". Михаил Ходорковский ответил: "Хорошо, пошли". Олигарх и группа захвата тут же покинули самолет и направились в здание аэропорта. Остальных пассажиров Ту-134 выпустили примерно через час.

По некоторым данным, Михаил Ходорковский провел в аэропорту около двух часов, прежде чем его в 7.20 спецрейсом отправили в Москву. Немногим позже в ряд московских СМИ поступил факс от имени несуществующего информагентства "Альтера", в котором приводились якобы имевшие место разговоры Михаила Ходорковского с силовиками, факты избиения предпринимателя прикладами автоматов и еще ряд душераздирающих подробностей, включая кровавые следы по дороге к самолету. Имя человека, отправившего факс с телефонного номера, зарегистрированного на один из институтов новосибирского Академгородка, пока неизвестно. Во всяком случае, пресс-секретарь ЮКОСа Александр Шадрин опроверг эти сведения, сообщив, что силовики вели себя вполне корректно.

В субботу в отделе Генпрокуратуры по Сибирскому федеральному округу и новосибирском управлении ФСБ утверждали "Ъ", что в захвате господина Ходорковского они участия не принимали и что их даже не ставили в известность об операции. По некоторым данным, руководство окружной прокуратуры вообще находилось далеко за городом, отмечая открытие сезона охоты на лис и зайцев.

"Силовой захват Ходорковского — абсолютное беззаконие,— заявил "Ъ" адвокат Евгений Бару.— Ведь сотрудники ЮКОСа официально предупредили Генпрокуратуру, что глава компании не может явиться на допрос по уважительной причине. То, что Михаил Ходорковский находился в командировке, это ведь не попытка скрыться. Так что я полагаю, что Генпрокуратура просто нашла повод, чтобы задержать Ходорковского, но этот повод незаконен". "Повторяется история с Платоном Лебедевым,— добавил адвокат Антон Дрель.— И тот и другой ни от кого не скрывались, являлись по первому же вызову. Все знали, где Лебедев, где Ходорковский... Наверное, вопрос с их задержанием был решен раньше (до вызова в качестве свидетелей.— "Ъ")".

Олигарх не признал себя виновным

Примерно в час дня кортеж автомобилей с включенными мигалками доставил господина Ходорковского из аэропорта в следственное управление Генпрокуратуры, туда же был вызван адвокат олигарха Антон Дрель. После допроса его подзащитного господину Дрелю вручили повторную повестку с вызовом в качестве свидетеля на понедельник на 16.30 в ту же прокуратуру. Напомним, что 17 октября Адвокатская палата Москвы запретила ему ходить на аналогичный допрос, поскольку адвокат не может выступать свидетелем по делу своего клиента. Вчера господин Дрель сказал "Ъ", что палата оставила свое решение в силе.

Допрос самого господина Ходорковского продолжался около трех часов. В итоге следователи предъявили ему обвинение по семи статьям УК РФ (см. таблицу). Формула обвинения составила около 50 листов, причем в Генпрокуратуре отметили, что "в ближайшее время обвинение может быть расширено, особенно в части уклонения от налогов".

Комментируя пункты обвинения, в управлении информации и общественных связей Генпрокуратуры РФ сообщили, что "Михаил Ходорковский, будучи председателем совета директоров ОАО КБ МЕНАТЕП, совместно с президентом этого банка Платоном Лебедевым и другими лицами организовал мошенническое завладение 20% акций ОАО "Апатит"". Далее объяснения Генпрокуратуры в целом свелись к тому же, в чем обвинялся и Платон Лебедев. Напомним, что, по данным следствия, господин Лебедев попытался доказать в арбитраже, что аффилированная с МЕНАТЕПом фирма "Волна", купившая пакет акций "Апатита", выполнила свои инвестиционные обязательства перед этим предприятием, перечислив ему 500 млрд руб. На самом деле, по версии прокуратуры, эти деньги, пробыв на счете "Апатита" меньше одного дня, были отозваны назад "Волной", а в арбитраж были представлены платежки о перечислении этих средств "Апатиту". Затем 20-процентный пакет акций "Апатита" был врассыпную продан фирмам, аффилированным с МЕНАТЕПом, и в тот момент, когда по решению апелляционной инстанции арбитража их следовало вернуть государству, исполнить это было невозможно.

Кроме того, как заявили в Генпрокуратуре, "Ходорковский и Лебедев как основные акционеры ОАО НК ЮКОС, являясь фактическими руководителями этой компании в 1999-2000 годах, уклонялись от уплаты налогов и завладевали бюджетными средствами". По словам представителя Генпрокуратуры, для этого они создали "организованную группу из работников компании и подконтрольных ей коммерческих структур", и эта группа, "действуя через подставные юридические лица, зарегистрированные в офшорах, организовала сбыт нефти и нефтепродуктов предприятий, входящих в ЮКОС". При этом господа Ходорковский и Лебедев, по данным Генпрокуратуры, платили налоги не денежными средствами, а векселями, нарушая тем самым налоговое законодательство. В итоге ЮКОС "уклонился за 1999-2000 годы от уплаты налогов на сумму свыше 17 млрд руб. ($556 млн)". При этом Михаил Ходорковский и Платон Лебедев "обманным путем обеспечили получение в федеральном казначействе денежных средств под видом возврата переплаты налогов, похитив таким путем бюджетных денег на сумму свыше 407 млн руб. ($13,5 млн)".

К тому же, по данным Генпрокуратуры, господин Ходорковский не заплатил налоги и страховые взносы как частное лицо в 1998-1999 годах на сумму 53 млн руб.

При этом в управлении информации и общественных связей Генпрокуратуры отметили титанический труд следователей: "Уголовное дело о хищениях и уклонении от уплаты налогов ЮКОСа и подконтрольных ему структур является беспрецедентным как по размерам похищенных средств и неуплаченных налогов, так и по объему следственной работы. На сегодня сумма ущерба, причиненная государству действиями Ходорковского и Лебедева, составляет более $1 млрд".

В ЮКОСе не признают обвинений, предъявленных главе компании. Пресс-секретарь компании Александр Шадрин заявил, что предъявленные Михаилу Ходорковскому обвинения компания ЮКОС расценивает как "абсолютно беспочвенные: задержать главу крупнейшей российской компании Генпрокуратуре требовалось исключительно для того, чтобы за громким скандалом скрыть отсутствие доказательств по так называемым делам НК ЮКОС". "Что касается АО "Апатит", то у нас комментариев нет, поскольку нет и события преступления: между государством и фирмой "Волна", которая якобы что-то там украла, заключено мировое соглашение, утвержденное арбитражным судом,— сообщил Александр Шадрин.— ЮКОС и его дочерние компании никогда не были зарегистрированы на территории закрытых административно-территориальных образований, и говорить о каких-то схемах неуплаты налогов, якобы придуманных Михаилом Ходорковским, это как минимум вводить общественность в заблуждение". Налоги, по словам господина Шадрина, Михаил Ходорковский заплатил в полном объеме: "Налоговики никогда не предъявляли Ходорковскому никаких претензий. Смешно обвинять в неуплате налогов предпринимателя, который первый в стране добровольно раскрыл размер собственного состояния".

Адвокат Платона Лебедева Евгений Бару, в свою очередь, заявил корреспонденту "Ъ": "Во-первых, хочу обратить ваше внимание, что следователи взяли у адвокатов, в частности по делу Платона Лебедева, подписку о неразглашении, однако сама Генпрокуратура вовсю комментирует предъявляемые обвинения и манипулирует данными. Да, Михаилу Ходорковскому предъявили схожие с делом Платона Лебедева обвинения. Однако напомню, что ни Лебедев, ни Ходорковский виновными себя не признают. Так что подробности, о которых говорит Генпрокуратура, это всего лишь ее собственная трактовка событий".

"Басманный — карманный"

В 16 часов сотрудники Генпрокуратуры и спецназовцы вывели господина Ходорковского и адвоката Дреля через черный ход здания Генпрокуратуры в Техническом переулке. Журналистку одного из информагентств, оказавшуюся на их пути, человек в штатском из сопровождения задержанного схватил в охапку и закрыл ей лицо руками — видимо, чтобы она не успела задать вопросы. Через 15 минут обвиняемый и его защитник уже были в Басманном суде, который защитники ЮКОСа и МЕНАТЕПа называют "карманным": суд по всем этим делам выносит решения, устраивающие только сторону обвинения.

Адвокат Дрель ходатайствовал за освобождение своего клиента под подписку, залог (супруга господина Ходорковского была готова внести любую сумму), поручительство — в общем, просил избрать любую меру пресечения, не связанную с арестом. Представитель Генпрокуратуры, наоборот, требовал заключения для господина Ходорковского, утверждая, что тот, имея счета за границей, загранпаспорта и самолет, может скрыться от следствия.

Около 21 часа суд вынес вполне прогнозируемое решение. Приняв доводы Генпрокуратуры, те же, что и по делу Платона Лебедева, суд оставил господина Ходорковского под стражей до 30 декабря. "То, что инкриминируется Ходорковскому,— экономическое деяние. Оно не может порождать необходимость крайней меры пресечения, ведь Михаил Ходорковский не представляет социальной опасности",— заявил "Ъ" адвокат Евгений Бару. Защита Михаила Ходорковского обжалует решение Басманного суда о выдаче санкции на арест бизнесмена не позже среды.

Когда господина Ходорковского вывели из суда (заседание проходило в закрытом для СМИ режиме), кто-то из журналистов крикнул: "Вам предъявили обвинения?" Тот лишь кивнул головой. Наручников на нем не было.

Михаила Ходорковского доставили в следственный изолятор (СИЗО) "Матросская Тишина". Как сообщил замминистра юстиции РФ Юрий Калинин, он "содержится на общих основаниях" (сажать в спецблок изолятора его не стали). Глава ЮКОСа помещен в одну из маломестных камер, где содержится пять человек. Кстати, господин Калинин обмолвился, что не стал бы в принципе возражать против того, чтобы Михаил Ходорковский, если родственники и друзья решат передать ему в камеру, к примеру, телевизор и холодильник, оставил бы их потом в СИЗО, как поступил в свое время другой олигарх Владимир Гусинский, который трое суток провел в Бутырках. Попасть вчера к своему подзащитному Ходорковскому адвокат Дрель не смог: воскресенье в СИЗО неприемный день, так что встречу они отложили на сегодня. "Михаил Ходорковский,— передал корреспондентам "Ъ" адвокат Дрель,— сказал, что представители Генпрокуратуры вели себя корректно и лично у него нет к ним претензий. Когда я спросил его: "Михаил Борисович, а вы не жалеете о том, что не уехали из страны?" — Ходорковский ответил, что не жалеет. "Я считаю правильным то, что я делаю. Я хочу, чтобы мои дети жили в свободной, демократической стране",— сказал он".

Там же, в "Матросской Тишине", напомним, с недавнего времени содержится и Платон Лебедев. Его перевели в "Матросскую Тишину" из Лефортовского СИЗО.

Если перевод господина Лебедева Генпрокуратура объясняла тем, что в новом СИЗО у подследственного будут лучше условия для ознакомления с материалами дела, то помещение в изолятор господина Ходорковского имеет другое объяснение.

Как стало известно "Ъ" из источников в Минюсте, после ареста Платона Лебедева к его делу стали проявлять повышенный интерес различные международные организации, в том числе Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). У ОБСЕ вызывал недоумение тот факт, что арестованный предприниматель, числящийся за Генпрокуратурой, содержится не в изоляторе международно признанного Минюста, а в заведении, подведомственном ФСБ. Чтобы снять подобные вопросы, господина Ходорковского сразу отправили в "Матросскую Тишину".

Один из бывших заключенных этого СИЗО рассказал "Ъ", что условия содержания там не лучше, чем в других изоляторах, а режим довольно жесткий. "Если, например, в Бутырках можно заказывать себе еду чуть ли не из ресторана,— отметил бывший заключенный,— то в "Матроске" едят то, что дают, плюс, конечно, передачки с воли. В камерах по четыре-пять заключенных. Обустроены они скромно: в большинстве помимо коек только туалеты и рукомойники. Зимой в них довольно холодно". Из доступных заключенным "удовольствий" — банный день, библиотека, сравнительно неплохая медсанчасть и прогулки от получаса до часа, которые проводятся на крыше СИЗО. При этом в камерах проводятся ежедневные обыски; заключенные при этом должны вставать лицом к стене. Сотовые телефоны, если их каким-то образом удается передать в такие камеры, обычно действуют от обыска до обыска. "Но,— отметил собеседник "Ъ",— это еще можно терпеть, а от агентов спастись никак нельзя. В каждой камере одна-две "подсадные утки", так что Михаилу Борисовичу лучше следить "за базаром"".