Сложное предложение как формат языкового знания: интерпретационный аспект

УДК 81'367

С.Г. Виноградова

СЛОЖНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ КАК ФОРМАТ ЯЗЫКОВОГО ЗНАНИЯ: ИНТЕРПРЕТАЦИОННЫЙ АСПЕКТ1

В статье сложное предложение рассматривается в качестве формы организации знаний, которая складывается в результате интерпретационной, языковой когнитивной активности говорящего. Подчеркивается, что изучение процессов интерпретации позволяет расширить представление о сложном предложении как формате языкового знания в разрезе коммуникативного членения предложения.

Ключевые слова: сложное предложение, формат языкового знания, интерпретация, метаинтерпретация, коммуникативное членение предложения, знание, когнитивный, концептуальный.

До недавнего времени в когнитивной лингвистике интерпретация больше рассматривалась в ряду таких процессов, как восприятие и понимание речи. Интерпретатор (слушающий) в качестве участника коммуникации, производящего концептуальную обработку поступившей информации в виде языкового выражения с целью получения результата в установлении его смысла, противопоставлялся другому участнику коммуникации - автору языкового выражения (говорящему), интерпретирующая роль которого в порождении высказывания оставалась в полутени научных исследований. Между тем, интерпретация чрезвычайно важна в процессе порождения речи как языковая когнитивная активность человека [Болдырев 2011а]. Способность к интерпретированию в этом плане позволяет говорящему создавать отдельные языковые выражения (адекватные или намеренно неадекватные в рамках данного ситуационного контекста) для передачи информации слушающему с учетом того или иного формата языкового знания. Под форматом языкового знания при этом следует понимать форму представления и организации знаний о мире в языке, форму осмысления языкового знания как итога познания говорящим системы и структуры языка, его основных единиц и категорий, принципов и механизмов формирования и передачи смыслов с помощью языка [Болдырев 2009: 26-30].

В интерпретационном аспекте сложное предложение-высказывание (далее - предложение) представляет собой один из форматов языкового знания. Его становление связано с развитием

1 Исследование выполнено в рамках базовой части госзадания Министерства образования и науки РФ № 2014/285 (проект № 2013).

говорящего как субъекта познания. Когда эмпирические представления субъекта познания о мире сменяются их первичным (понятийным) осмыслением, а осмысленные понятийно, они получают вторичное осмысление, интерпретацию уже познанного [Магировская 2008: 42], меняется и разнообразие языковых возможностей трансляции субъектом познания результатов своей мыслительной активности. Так, субъект познания/ интерпретатор в процессе языковой когнитивной деятельности становится способным оценить то, что некоторые события окружающего мира на основе той или иной связи могут объединяться в более сложные образования, гиперсобытия; при этом представляемые в голове человека как концептуальные «сгустки» информации о двух или более событиях и их взаимосвязях, гиперсобытия требуют в целях коммуникации языковой репрезентации, отличной от репрезентации отдельных событий.

Столкновение с новым заставляет субъекта познания мыслить креативно. Используя коллективные знания о мире и языке, потенциал своих концептуальной и категориально-понятийной систем знаний об окружающей действительности, системы своих языковых знаний, а также способность применять эти данные в ходе коммуникации, субъект познания производит конфигурацию имеющихся у него неязыковых и языковых знаний о референтном гиперсобытии (соотносит онтологические, концептуальные и языковые сущности). В результате когнитивно-языковых поисков цепочки простых предложений сменяются сложными предложениями с бессоюзным и союзным сочинением и подчинением, а появление союзов знаменует этап обобщения и символизации связей между событиями. В конечном итоге

субъект познания оформляет качественно новый комплексный когнитивно-языковой смысл в качественно новую упаковку, создавая специфический формат языкового знания о гиперсобытии -сложное предложение.

По своей концептуальной структуре и содержанию сложное предложение является многокомпонентным и, одновременно, интегративным форматом языкового знания. Интегративность как свойство данного формата продиктована тем, что, с одной стороны, мысль о зафиксированном вниманием фрагменте действительности как гиперсобытии формируется у говорящего при задействовании когнитивных механизмов «профилирования» [Langacker 2000; 2008] и «концептуальной интеграции» [Fauconnier, Turner 2006], позволяющих говорящему фокусировать внимание на возможности объединять отдельные события на той или иной концептуальной основе. С другой стороны, интегративность сложного предложения как формата языкового знания обеспечивается тем, что отражаемые им события внутри гиперсобытия на концептуальном уровне могут представлять не одну, а две или более концептуальных областей в их взаимосвязи.

Многокомпонентность рассматриваемого формата знаний обусловлена тем, что за сложным предложением как языковым выражением стоит пропозициональный комплекс. Данный комплекс -это структурированный «синтаксически репрезентируемый концепт» [Фурс 2004], соотносимый с когнитивной моделью гиперсобытия, который состоит из двух или более пропозиций (структур знания, включающих стереотипный базовый предикат и набор его аргументов) и объединяющих их одной или нескольких пропозициональных связок, передающих взаимоподчинение, одновременность, соотносительность, параллельность, включенность и т.д., т.е. концептов сочинения и подчинения. Описываемый пропозициональный комплекс представляет собой основу для более детальной интерпретации говорящим мира (и собственных переживаний) в языке, результатом которой являются когнитивные модели сложного предложения и возможности их языкового наполнения. Данные модели строятся соответственно характеру объединяемых в гиперсобытие событий, мотивации их объединения и «силе» связи c учетом принципа профилирования. В целях коммуникации человек способен осуществлять выбор необходимой модели и объективировать ее в языке.

Кроме того, многокомпонентность сложного предложения как формата языкового знания связана с тем, что данный формат сочетает в себе знание языковых единиц, форм, категорий, синтаксических конструкций, их значений и функциональной специфики ввиду сложности вербальной передачи гиперсобытия как фрагмента действительности, а также внешней целостности и внутренней сложности его концептуального представления (пропозиционального комплекса).

По высказыванию Л.С. Выготского, то, что в мысли содержится симультанно, то в речи развертывается сукцессивно [Выготский 1956: 378]. Сложное предложение выстраивается как языковая репрезентация мысли о гиперсобытии, которая содержится в голове человека как целостное видение этого типа события, а в речи разворачивается в виде синтагматической последовательности релевантных для выражения данной мысли языковых средств.

Разнообразие и выбор языковых средств, используемых говорящим для конструирования сложного предложения, предопределяется тем, что любое предложение есть проекция трех функций языка - когнитивной, коммуникативной и интерпретирующей (подробнее см.: [Болдырев 2013]). Когнитивная функция языка отражает познание человеком мира в языке и транслируется через лексические категории, аналог категорий естественных объектов и внутреннего мира человека, передающих вербализованное знание об этих сущностях. Коммуникативная функция языка, прежде всего, задействует аспект передачи знания и репрезентируется грамматическими категориями, которые на языковом уровне в строго заданных параметрах фиксируют наиболее обязательные и регулярные характеристики и связи вышеназванных сущностей. Интерпретирующая функция языка, разновидностями которой могут выступать эмотивная, эстетическая, маркировочная, побудительная и другие функции, передается посредством модусных языковых категорий, которые имеют сугубо внутриязыковой статус и обеспечивают возможность различного переосмысления говорящим того или иного концептуального содержания и формирования на этой основе отдельных новых смыслов [Болдырев 2009: 32-33].

Кроме того, разнообразие и выбор упомянутых средств ограничены когнитивной и языковой «грамотностью» говорящего и его оценкой подобной грамотности слушающего, а также особенностями гиперсобытия как референта сиюми-

нутных мыслительных процессов говорящего. Если, например, внутри гиперсобытия отношения между событиями в концептуальном плане говорящий оценивает как отношения параллельности (симметрии по Р. Лэнекеру [Langacker 2000, 2008]), то формат сложного предложения непосредственно в языке будет преимущественно представлен сложносочиненным предложением. Если же говорящий усматривает взаимозависимость событий, включенность одного события в другое и т.п., т.е. их асимметрию [Langacker 2000; 2008], для объективации таких отношений он преимущественно изберет сложноподчиненное предложение.

Адекватное конструирование сложных предложений также опирается на языковые знания говорящего о прототипах подобных структур [Haiman, Thompson 1984; Lehmann 1988]. Так, прототипиче-ские придаточные предложения в составе сложноподчиненного предложения имеют следующие черты:

1) они синтаксически интегрированы (т.е. встроены) в главное предложение;

2) они помечены как зависимые структуры, которые формально не полны без главного предложения;

3) они семантически интегрированы в главное предложение, которое представляет собой профиль композиционной структуры;

4) они подвергаются такой же концептуальной обработке, как и ассоциируемое с ними главное предложение [Diessel 2004: 48].

Говорящий может по-разному интерпретировать то или иное знание мира в языке, подключая эмоциональный, эстетический, оценочный и др. факторы. Тем не менее, говорящий не может обойтись без передачи информации слушающему о результатах своего познавательного опыта, придании отдельным его составляющим статуса данного или нового знания путем введения старой информации, сообщения дополнительной информации о событиях и связях, ранее известных слушающему, информирования о совершенно новых или неизвестных их характеристиках и т.п. Маркирование этих знаний как данных или новых происходит всегда, с одной стороны, поскольку коммуникация в целом не состоятельна без передачи информации от известного к новому, с другой стороны, в результате способности и необходимости человека понимать, анализировать и контролировать свои когнитивные операции с языковыми и неязыковыми знаниями [Флейвелл

2012]. Концептуальной основой формирования категорий средств обозначения данного и нового знания в конкретном языке является такая разновидность интерпретирующей функции языка, как функция определения статуса знания, которая задает когнитивную схему коммуникативного (тема-рематического) членения любого предложения. В сложном предложении (в простом предложении и тексте) как формате языкового знания в силу своего обязательного характера функция определения статуса знания выступает в качестве надстройки по сравнению с другими разновидностями интерпретирующей функции языка и раскрывает метакогнитивный, а именно, метаинтер-претационный аспект языковой познавательной активности человека.

Метаинтерпретация при этом понимается в узком смысле как обусловленная познавательной потребностью человека и осуществляемая в рамках коммуникации концептуальная модификация знаний об онтологии значимого фрагмента действительности, зафиксированных в процессе интерпретации, с целью установить факт данности/новизны этих знаний для последующей их передачи в ходе общения [Виноградова 2013; 2014]. Важно подчеркнуть, что коммуникативное членение предложения в разрезе метаинтерпретацион-ного процесса понимается нами как когнитивно-языковая деятельность говорящего на этапе создания им предложения, когда в ходе этой деятельности говорящий закладывает в предложение некую модель членения на данное и новое знания, чтобы адекватно передать информацию слушающему.

В структурном плане, в результате процессов интерпретации и метаинтерпретации сложное предложение одновременно отражает концепт гиперсобытия в виде пропозиционального комплекса и некоторую «матричную концептуальную структуру» [Болдырев 2011а] в виде ментальной метарепрезентации, в которой аргументам и базовым предикатам пропозиционального комплекса приписываются роли в связи с факультативным действием той или иной разновидности интерпретирующей функции языка и обязательным действием функции определения статуса знания.

Изучение процессов метаинтерпретации, раскрывающих когнитивно-языковые основы коммуникативного членения сложного предложения, позволяет расширить представление об этом предложении как формате языкового знания. Для полноты представления о рассматриваемой семанти-

ко-синтаксической единице как формате языкового знания в метаинтерпретационном аспекте необходимо уточнить, какие отношения складываются между данным и новым знаниями, а также какие принципы регулируют эти отношения.

Данное и новое, прежде всего, находятся в отношениях релятивности, т.е. в содержательном плане они понятны только в результате соотнесения друг с другом, как, например траектор и ориентир по Р. Лэнекеру. Данное, известное -это старая информация, сумма знаний, которая, по мнению говорящего, находится в сознании слушающего в момент продуцирования предложения говорящим. Данное включает пресуппози-тивные, фоновые знания говорящего и слушающего, касающиеся и миропонимания, и способов его репрезентации в языке. В соответствии с этими способами репрезентации данное объективируется в языке. Новое - это та информация, которая может быть названа новой только в соотношении с данным и которая в текущий момент речи добавляется как недостающая к вышеназванным знаниям посредством фокусирования на ее утверждении в предложении за счет определенных языковых средств.

С другой стороны, данное и новое находятся в отношениях «системное - динамическое». Данные знания можно назвать много раз подтвержденной, имеющей регулярный характер, устоявшейся языковой и неязыковой информацией в концептуальной системе человека, которая во многом строится с учетом коллективного или разделенного знания. Новое знание подразумевает информацию, имеющую переменный характер, которая, прежде всего, формируется либо вследствие перестройки концептуальной системы человека, ее конфигурации, либо на стыке концептуальных систем коммуникантов, т.е. в плане концептуального решения больше носит индивидуальный характер.

Вместе с тем, данное знание является инфе-рентным, поскольку представляет собой выводное или фоновое знание как результат многочисленных концептуализаций мира в языке, а новое знание следует считать интерпретативным вследствие того, что оно есть конфигурация выводного или фонового знания, актуальная непосредственно в процессе речевой деятельности.

В связи со сказанным выше данное и новое знания правомерно рассматривать как регулируемые принципом концептуальной репрезентации смыслов, проявляющимся во взаимодействии так называемых тематических и операционных кон-

цептов [Болдырев 20116; 2013; 2014]. Данное знание в целом отражает тематические концепты как результат количественного и качественного накопления языковых и неязыковых знаний в процессе всей познавательной деятельности человека как социума. Эти концепты имеют коллективный характер, но могут отличаться на уровне сознания отдельного индивида, а также они служат основой формирования категорий разнообразных объектов и предполагают множество способов языковой репрезентации. Тематические концепты организуются в концептуально-тематические области, отражающие определенные сферы опыта человека. Новое знание в целом отражает операционные концепты, а именно: ситуативные смыслы, которые являются результатом той или иной конфигурации тематических концептов в ходе общения.

Если учитывать тот факт, что a priori в силу действия принципов апперцептивного усвоения знаний, иконичности и естественности речи в процессе коммуникации развертывание информации имеет проспективный характер, при подаче информации говорящий обычно предусматривает переход от известного к новому. При этом открывающая часть, например, сложноподчиненного предложения используется говорящим для введения того или иного положения дел, а завершающая часть того же предложения используется им с целью показать, как это положение дел конкретизируется, обобщается, оценивается, эмоционально воспринимается и т.д. Преимущественный порядок языковой репрезентации профилируемого положения дел - от главного предложения к придаточному. Если считать, что сложноподчиненное предложение представляет собой способ вербализации одновременно двух событий, которые на ментальном уровне складываются как когнитивные ситуации, структурируемые в виде пропозиций, то верно следующее. Событие 1, концептуально осмысляемое как когнитивная ситуация 1, отражает так называемый тематический концепт, реконструирующий коллективное или разделяемое говорящим и слушающим знание о мире в языке. Каким может быть конкретное проявление данного тематического концепта, показывает когнитивная ситуация 2, отражающая событие 2, которая наделяется статусом операционного концепта. Схематично это можно показать так: КС 1 [ТК 1 (данное)] - ПС (переход) - КС 2 [ОК 1 (новое)], где КС - когнитивная ситуация, ТК - тематический концепт, ПС - пропозициональная связка, ОК - операционный концепт.

Например, в предложении She looked as if she might explode at any moment [BNC] данное знание, демонстрируемое через когнитивную ситуацию 1 (объективированную в языке посредством типичных для выражения известной информации субъекта в форме личного местоимения третьего лица (she) и предиката в форме прошедшего времени глагола (looked)), отражает тематический концепт СОСТОЯНИЕ ЧЕЛОВЕКА. Пропозициональная связка в виде союза as if через когнитивный механизм сравнения способствует конкретизации тематического концепта с помощью демонстрирующего когнитивную ситуацию 2 и объективированного в языке через she might explode at any moment операционного концепта СОСТОЯНИЕ НЕГОДОВАНИЯ/ ЯРОСТИ, который, с учетом подобной конкретизации, указывает на новое знание.

Принимая во внимание тот факт, что одна из концептуализируемых когнитивных ситуаций (передаваемая придаточным предложением) теряет автономное профилирование и представляется «сквозь призму» другой когнитивной ситуации (передаваемой главным предложением) [Langacker 1991: 435-437], а также тот факт, что когнитивная ситуация в сознании человека обычно структурируется в виде пропозиции, включающей базовый предикат и предопределяемый предикатом набор аргументов, в прототипическом ракурсе регулятором особенностей языковой реализации операционного концепта справедливо считать базовый предикат тематического концепта.

Поскольку сложное предложение репрезентирует, по меньшей мере, два события внутри гиперсобытия, и каждое событие может быть референтно связанным со своей концептуально-тематической областью, можно утверждать, что в отношении коммуникативного членения сложного предложения при проспективном и ретроспективном порядке разворачивания информации (от известного к неизвестному и наоборот) при задействовании когнитивных механизмов концептуального развития и концептуальной деривации верны следующие основные когнитивные модели:

1. КС 1 [ТК 1 (данное)] - ПС (переход) -КС 2 [ОК 1 (новое)]

2. КС 1 [ТК 1 (данное)] - ПС/(ПС) (переход) - КС 2 [ОК 2 (новое на основе ТК 2)]

3. КС 1 [ОК 1 (новое)] - ПС (переход) - КС 2 [ТК 1 (данное)]

4. КС 1 [ОК 1 (новое на основе ТК 1)] -ПС/(ПС) (переход) - КС 2 [ТК 2 (данное)].

Примерами, передающими вышеуказанные модели коммуникативного членения сложного предложения с учетом взаимодействия тематических и операционных концептов, могут быть соответственно:

This is a place where you are unlikely to spend much money [BNC].

He had been her dressmaker since the early thirties and they knew each other very well [BNC].

A short life and a gay one for me, and I'm willing to pay for my pleasure, if it is necessary [COCA].

John must have gone, for nobody answers the call [Кобрина и др. 2000: 427].

Следует отметить, что модели 1 и 3 больше задействуются говорящим при продуцировании сложноподчиненных предложений, а модели 2 и 4 -при создании сложносочиненных предложений, связь между частями которых может быть максимально ослабленной, что обозначено в схемах 2 и 4 посредством (ПС). Отметим также, что, если тематический и операционный концепты принадлежат одной концептуально-тематической области, то отношения данного и нового преимущественно являются концептуально метонимическими. В то же время, сочетание тематических и операционных концептов разных концептуально-тематических областей влечет установление иных отношений между этими концептами.

Поскольку новизна знания может состоять в установлении собственно связи между известными с точки зрения говорящего вещами [Lambrecht 1994: 59], нельзя не отметить, что пропозициональная связка, находящаяся на стыке двух когнитивных ситуаций и регулирующая их отношения, может выступать в качестве профилируемого операционно-связующего концепта по отношению к сразу нескольким концептуально-тематическим областям, передаваемым этими ситуациями. Тогда, правомерно выделить когнитивную модель следующего вида: КС 1 [ТК 1 (данное)] - ПС (новое) - КС 2 [ТК 2 (данное)].

Например, в сложноподчиненном предложении I did it because you are my brother ранее известные, но прежде не связываемые знания о событии осуществления действия и событии о статусе говорящего по отношению к слушающему, в момент речи объединяются в интегрированное целое на основе профилирования отношений причинности. Ведущий когнитивный механизм, сопровождающий подобное профилирование - де-фокусирование или подавление концепта, а имен-

но в данном случае - подавление сразу двух когнитивных ситуаций.

Из отношений данного и нового (релятивности, системности/ динамичности, инферентно-сти/ интерпретативности) выводится не только принцип концептуальной репрезентации смыслов, проявляющийся во взаимодействии тематических и операционных концептов, но и принцип концептуальной иерархизации смыслов, заключающийся в нижеследующем.

Иерархизация смыслов, важная для передачи данного и нового знаний посредством сложного предложения, в целом основана на обобщении связей и упорядочении отношений между референтами - участниками событий и самими событиями, которые устанавливаются говорящим в процессах познания мира в языке. В момент речи в сознании говорящего ментальные репрезентации референтов выстраиваются согласно их состоянию активации [Chafe 1987: 26]: активные концепты находятся в фокусе сознания говорящего, доступные или полуактивные концепты размещены в периферическом сознании, являются частью фоновых знаний, неактивные концепты находятся в долговременной памяти говорящего.

Степень активации концептов, прежде всего, обусловлена активностью и доступностью самих референтов, т.е. степенью их маркированности в разрезе фигуро-фонового плана восприятия мира. Кроме того, задействованными здесь оказываются формальные возможности их кодирования в языке (для референтов-участников событий, например, это способы выражения языкового знания об определенности/ неопределенности, агентивности/ неагентивности, единичности/ множественности, прономинальности/ номинальности, одушевленности/ неодушевленности, конкретности/ абстрактности и т.д.). Так, активные концепты отражают информацию об активных, т.е. маркированных или высвеченных референтах, которым на языковом уровне присущи определенность, агентивность, множественность, про-номинальность, одушевленность, конкретность. Эти концепты преимущественно относятся к сфере данного, известного знания. Неактивные концепты отражают информацию о неактивных, т.е. затемненных референтах, которым на языковом уровне присущи неопределенность, неагентивность, единичность, номинальность, неодушевленность, абстрактность. Эти концепты преимущественно относятся к сфере нового, неизвестного, неиспользо-

ванного знания. В свою очередь, доступные концепты находятся в средней позиции по отношению к другим вышеназванным концептам. Они могут стать более или менее активными в определенном текстуальном или ситуационном контексте.

Референты-участники событий являются неотъемлемой частью референтов-событий, в нашем случае объективируемых в формате сложного предложения. Представление и тех, и других посредством концептов с разной степенью активации во многом продиктовано способностью говорящего как субъекта познания устанавливать концептуальные связи между референтами. Проецирование этих связей в языке с целью информирования слушающего о некотором положении дел возможно, например, посредством обозначения говорящим анафорических связей, необходимых для организации мысли с помощью отсылки к уже упомянутому ранее в едином речемысли-тельном акте (см.: [Магировская 2014: 80-81]). В разрезе коммуникативного членения сложного предложения установление анафорических связей позволяет говорящему указать на степень активации участников через отношения «антецедент -анафор», а также способствует упрощению порядка номинации как участников событий, так и самих событий.

Принцип иерархизации смыслов, регулирующий процесс передачи данного и нового знаний, охватывает и особенности структурного взаимодействия концептов событий, комплексно объективируемых сложным предложением. Эти особенности выражаются в таких отношениях между концептами событий, имеющих пропозициональное строение, как

1) характеризация (один из аргументов концепта одного события получает дополнительную характеристику в виде концепта другого события на основе когнитивных механизмов сравнения, генерализации, конкретизации и др.),

2) заполнение (структура концепта одного события предполагает возможность закрытия условно открытой позиции аргумента за счет концепта другого события на основе когнитивного механизма спецификации/ заполнения контуров),

3) контрастирование (в структурно-содержательном плане концепты событий оказываются рассогласованными на основе, например, когнитивного механизма отрицания; при этом концепт одного события выступает в качестве базы контраста для другого концепта события) и др.

Характеризация предполагает, что либо данное, либо новое получает дополнительное концептуальное развитие, заполнение влечет подвижность данного и нового знаний, а контрастирование - наслоение данного и нового:

I must now confess something which I kept back from you in Chapter 3 [BNC] (характеризация (указатель - союзное местоимение which) на основе конкретизации нового (точка отсчета - неопределенное местоимение something)).

The beauty of our proposal is that it doesn't weaken the football program [COCA] (заполнение (указатель - открытая позиция предикативного члена) на основе спецификации нового (точка отсчета - глагол-связка is)).

Three potential board members were identified but he declined to claim them [COCA] (контрастирование (указатель - союз but) на основе рассогласования данного и нового (точка отсчета -главное предложение)).

Следует подчеркнуть, что иерархия смыслов с учетом концептуального взаимодействия участников событий и самих событий в целом выстраивается в результате применения говорящим когнитивной операции концептуальной деривации, что создает «каркасный» смысл всего сложного предложения, отражающего познаваемое говорящим в рамках процесса метаинтерпретации. При этом базовый уровень подобной иерархии формирует известное или данное знание.

В заключение представим резюме вышесказанного.

1. Для языковой объективации сложных фрагментов действительности - гиперсобытий -в процессе интерпретации как языковой когнитивной активности говорящий использует свои представления о сложном предложении как формате языкового знания. Под форматом языкового знания следует понимать форму представления и организации знаний о мире в языке, форму осмысления языкового знания как итога познания говорящим системы и структуры языка.

2. По своей концептуальной структуре и содержанию сложное предложение является многокомпонентным и, одновременно, интегративным форматом языкового знания. Разнообразие и выбор языковых средств, используемых говорящим для конструирования сложного предложения, предопределяется, прежде всего, тем, что предложение есть проекция трех функций языка - когнитивной, коммуникативной и интерпретирующей.

3. Одной из разновидностей интерпретирующей функции языка является функция определения статуса знания, которая задает когнитивную схему коммуникативного членения любого предложения и представляет собой концептуальную основу формирования категорий средств обозначения данного и нового знаний в конкретном языке. Функция определения статуса знания выступает в качестве надстройки по сравнению с другими разновидностями интерпретирующей функции языка и раскрывает метаинтерпретаци-онный аспект языковой познавательной активности человека. Изучение процессов метаинтерпре-тации в проекции на сложное предложение позволяет расширить представление об этом предложении как формате языкового знания в разрезе коммуникативного членения предложения.

4. Данное и новое знания связаны отношениями релятивности, системности/ динамичности, инферентности/ интерпретативности, а процесс их передачи посредством сложного предложения регулируется, по меньшей мере, двумя принципами -концептуальной репрезентацией смыслов в виде тематических и операционных концептов и концептуальной иерархизацией смыслов, основанной, прежде всего, на том, что в момент речи в сознании говорящего ментальные репрезентации референтов событий внутри гиперсобытия и их участников выстраиваются согласно их состоянию активации.

Список литературы

Болдырев Н.Н. Концептуальная основа языка // Когнитивные исследования языка. Вып. IV.: Концептуализация мира в языке: монография. М.; Тамбов: Ин-т языкознания РАН; Издательский дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2009. С. 25-77.

Болдырев Н.Н. Интерпретирующая функция языка // Вестник Челябинского государственного университета. 2011а. № 33 (248). Филология. Искусствоведение. Вып. 60. С. 11-16.

Болдырев Н.Н. О метаязыке когнитивной лингвистики: концепт как единица знания // Когнитивные исследования языка. Вып. IX. Взаимодействие когнитивных и языковых структур: сборник научных трудов. М.; Тамбов: Ин-т языкознания РАН; Издательский дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2011б. С. 23-32.

Болдырев Н.Н. Актуальные задачи когнитивной лингвистики на современном этапе // Вопросы когнитивной лингвистики. 2013. № 1. С. 5-13.

Болдырев Н.Н. Концептуально-тематические области языковой картины мира и их интерпретирующая функция // Когнитивные исследования языка. Вып. XVII. Актуальные проблемы взаимодействия мыслительных и языковых структур: сборник научных трудов. М.; Тамбов: Ин-т языкознания РАН; Издательский дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2014. С. 33-39.

Виноградова С.Г. Коммуникативное членение английского сложного предложения в когнитивном аспекте // Вопросы когнитивной лингвистики. 2013. № 4. С. 5-13.

Виноградова С.Г. Проблема коммуникативного членения сложного предложения с когнитивной точки зрения // Когнитивные исследования языка. Вып. XVII. Актуальные проблемы взаимодействия мыслительных и языковых структур: сборник научных трудов. М.; Тамбов: Ин-т языкознания РАН; Издательский дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2014. С. 39-47.

Выготский Л.С. Избранные психологические исследования, М., 1956.

Кобрина Н.А. и др. Грамматика английского языка. Морфология. Синтаксис. СПб.: Издательство Союз, 2000.

Магировская О.В. Репрезентация субъекта познания в языке: монография. М.; Тамбов: Издательский дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2008.

Магировская О.В. Дискурс как результат интерпретативной конфигурации знаний // Когнитивные исследования языка. Вып. XVII. Актуальные проблемы взаимодействия мыслительных и языковых структур: сборник научных трудов. М.; Тамбов: Ин-т языкознания РАН; Издательский дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2014. С. 76-83.

Флейвелл Дж. Когнитивное развитие и ме-тапознание // Горизонты когнитивной психологии. М.: РГГУ, 2012. С. 151-161.

Фурс Л.А. Синтаксически репрезентируемые концепты: монография. Тамбов, 2004.

BNC - British National Corpus. URL: http: //corpus.byu.edu>bnc

Chafe W.L. Cognitive Constraints on Information Flow // Coherence and Grounding in Discourse, 1987. P. 21-52.

COCA - Corpus of Contemporary American English. URL: http://corpus.byu.edu>coca

Diessel H. The Acquisition of Complex Sentences. Cambridge: Cambridge University Press, 2004.

Fauconnier G. and M. Turner. Mental Spaces: Conceptual Integration Networks // Cognitive Linguistics: Basic Readings / ed. by Dirk Geeraerts. Walter de Gruyter GmbH & Co. KG, 2006. P. 303-371.

Haiman J. and Sandra A. Thompson. 'Subordination' in Universal Grammar // Berkeley Linguistics Society. 1984. 10. P. 510-523.

Lambrecht K. Information Structure and Sentence Form: Topic, Focus, and the Mental Representations of Discourse Referents. Cambridge: Cambridge University Press, 1994.

Langacker R.W. Foundations of Cognitive Grammar. Vol. II. Descriptive Application. Stanford: Stanford University Press, 1991.

Langacker R.W. Grammar and Conceptualization. Berlin; N.Y.: Mouton de Gruyter, 2000.

Langacker R.W. Cognitive Grammar: A Basic Introduction. N.Y.: Oxford University Press, 2008.

Lehmann C. Towards a Typology of Clause Linkage // Clause Combining in Grammar and Discourse. Amsterdam: John Benjamins, 1988. P. 181-225.

S.G. Vinogradova

COMPOSITE SENTENCE AS LINGUISTIC KNOWLEDGE FORMAT: INTERPRETATIVE PERSPECTIVE

The paper proceeds from the fact that to verbalize complex fragments of reality (hiperevents), in the process of interpretation as a linguistic cognitive activity the speaker configures his or her knowledge about a composite sentence-utterance (further on - sentence) as a specific linguistic knowledge format. A linguistic knowledge format is a form that fixes the presentation and organization of the knowledge about the world as a result of the speaker's language structure and system cognition.

In its conceptual structure and content, a composite sentence is a multi-component and an inte-grative linguistic knowledge format. The variety and choice of linguistic means used by the speaker to construct a composite sentence is primarily predetermined by the fact that a sentence is a projection of the three functions of any language: cognitive, communicative and interpretative. The interpretative language function can find its manifestation in the function of determining the status of knowledge that defines the cognitive scheme for the communicative sentence perspective and represents a conceptual

basis for the formation of the categories of linguistic means aimed at marking the given and new knowledge. The function of determining the status of knowledge reveals metainterpretation as an aspect of the linguistic cognitive activity. Metainterpretation is understood in its narrow sense as a conceptual modification of the knowledge about some particular fragment of reality expressed by some sentence.

The study of metainterpretation projected on a composite sentence allows us to broaden the idea of this syntactic unit as a linguistic knowledge format in the context of communicative sentence perspective. The given and new knowledge being linked by the relations of relativity are systemic and dynamic, inferential and interpretative respectively. The process of their transfer through a composite sentence is governed by at least two principles: the conceptual representation of meaning in the form of thematic and operational concepts and the conceptual hierarchy of meaning based on the fact that at the moment of speaking in the speaker's consciousness mental representations of the referents within the hiperevent line up according to their state of activation.

Key words: composite sentence, linguistic knowledge format, interpretation, metainterpretation, communicative sentence perspective, knowledge, cognitive, conceptual.