О гражданско-правовой ответственности за нарушение условий договора титульного страхования

УДК 347.440

Н. В. Петров

О ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА НАРУШЕНИЕ УСЛОВИЙ ДОГОВОРА ТИТУЛЬНОГО СТРАХОВАНИЯ

В рамках широкой темы «Договор титульного страхования» автор рассматривает один из аспектов юридической ответственности за нарушение сторонами положений названного договора. Автор вступает в заочный дискурс по данному вопросу с позицией ряда отечественных цивилистов.

Ключевые слова: страхование, юридическая ответственность, правоприменительная практика, санкции, правоотношения, страховщик, страхователь.

N. V. Petrov

ON THE CIVIL LIABILITY FOR BREACH OF TITLE INSURANCE CONTRACT

Within a wide framework of «contract of title insurance», the author examines one of the aspects of legal liability for violation the provisions of the said agreement by the parties. The author challenges the position of a number of national civil law specialists.

Key words: insurance, legal liability, legal practice, sanctions, legal relationship, legal insurer, the insured person.

Правовой институт страхования на сегодняшний момент стоит в одном ряду с самыми эффективными механизмами защиты имущественных интересов участников гражданского оборота. В современном отечественном гражданском праве страхование не рассматривается как один из способов защиты интересов добросовестного приобретателя, однако правоприменительная практика значительного количества государств с развитой правовой системой показывает, что страховая защита от нежелательных последствий, обусловленных «подводными камнями» в юридической истории приобретаемого имущества, является действенным средством защиты интересов добросовестного приобретателя. Подобный вид страхования в юридической и экономической литературе именуется титульным страхованием.

Сложность в установлении нормативного регулирования отношений по титульному страхованию объясняется тем, что в науке гражданского права в настоящее время практически нет конкретных рекомендаций, основанных на научных исследованиях дан-

ного правового феномена, находящегося на стыке двух востребованных в современной юридической науке направлений, одно из которых касается разработки механизмов защиты интересов добросовестных приобретателей имущества, а второе - совершенствования правового регулирования страховых отношений.

К сожалению, договорные отношения, в том числе и вытекающие из договора титульного страхования, нередко нарушаются. Нарушение сторонами условий договора, т. е. невыполнение или ненадлежащее выполнение ими своих обязанностей, чревато определенными негативными последствиями, которые охватываются категорией «гражданско-правовая ответственность за нарушение условий договора». Однако в рамках этой категории, несмотря на ее значительный возраст, не утихают научные дискуссии, особенно те, которые касаются таких феноменов, как «санкция», «ответственность», «меры ответственности» и их соотношения [9, с. 25-29; 6, с. 14-15].

Говоря о термине «санкция» (от лат. sanction - строжайшее постановление), сле-

дует отметить, что данный термин может рассматриваться как минимум в четырех значениях: 1) как утверждение высшей инстанцией какого-либо нормативного акта, придающее ему силу закона; 2) как часть правовой нормы, в которой указываются правовые последствия ее нарушения; 3) как мера воздействия; 4) как одобрение, разрешение.

Рассматривая специфику гражданско-правовой ответственности за нарушение условий договора титульного страхования мы полагаем, что категорию «гражданско-правовая ответственность» нельзя отождествлять с категорией «обязанность». Обязанность - это то, что тот или иной субъект (сторона) обязательства должен выполнить в силу возникающего правоотношения. А вот если та или иная обязанность стороны правоотношения не будет выполнена надлежащим образом, то в этом случае возникают все основания говорить об ответственности за невыполнение или ненадлежащее выполнения обязательства.

Обсуждая сущность страховых правоотношений, следует отметить, что надо различать такие, «хотя и близкие по экономическому происхождению, но принципиально разные по юридической природе понятия „убытки как мера гражданско-правовой ответственности" и „страховые убытки"» [2, с. 181]. Думается, что совершенно правы те авторы, которые полагают, что в последнем случае убытки рассматриваются лишь как стоимостное (денежное) выражение ущерба, возникшего у страхователя в результате наступления страхового случая [1, с. 318]. При наступлении страховых убытков нет оснований говорить о правонарушении со стороны субъектов страховых правоотношений, вытекающих из договора титульного страхования. Это предопределяет недопустимость рассмотрения выплаты страхового возмещения как меры гражданско-правовой ответственности, ибо выплата страхового возмещения есть не что иное, как исполнение страховщиком своей обязанности по договору страхования (в нашем случае - титульного страхования). Полагаю, что страховая выплата, направленная на возмещение убытков от наступления страхового случая, это прежде всего один из наиболее эффективных, востребованных и динамично развивающихся способов защиты имущественных прав страхователя.

Обращаясь к проблематике гражданско-правовой ответственности, заметим, что нам импонирует точка зрения О. С. Иоффе и поддерживающих его ученых, которые рассматривают гражданско-правовую ответственность как санкцию за правонарушение, вызывающую для нарушителя отрицательные последствия в виде лишения его субъективных прав либо возложения новых и дополнительных гражданско-правовых обязанностей [4, с. 97].

Рассматривая виды гражданско-правовых санкций, В. С. Белых и И. В. Кривошеев предлагают одним из оснований классификации считать их содержание. В зависимости от данного критерия ими разграничиваются имущественные и организационные санкции. В качестве имущественных санкций названные авторы видят взыскание неустойки, возмещение убытков, уплату процентов по денежным обязательствам, конфискацию имущества. К категории организационных санкций вышеназванные авторы относят такие меры защиты, как: признание права; восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий нарушающих право или создающих угрозу такого нарушения; признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки; признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащита права; присуждение к исполнению обязанности в натуре; компенсация морального вреда; прекращение или изменение правоотношения; неприменение судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону. Говоря о классификации санкций по целям (выполняемым функциям) В. С. Белых и И. В. Кривошеев предлагают выделять санкции пресечения, санкции восстановления и санкции обеспечения [5, с. 58].

В целом автор данной статьи согласен с вышеуказанной позицией, однако думается, что такую категорию, как компенсация морального вреда, не следует относить к разряду организационных санкций, ибо законодатель четко указывает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (см. п. 1 ст. 1101 ГКРФ). Данное указание явно свидетельствует об

отнесении компенсации морального вреда к категории имущественного воздействия на его причинителя, что, несомненно, следует относить к санкциям имущественного характера, направленным на нивелирование негативных последствий, возникающих на стороне кредитора [3, с. 22; 5, с. 58; 10, с. 42].

Рассматривая специфику применения санкций в рамках правоотношения, вытекающего из договора титульного страхования, прежде всего необходимо обратить внимание на те санкции, которые следует относить к мерам гражданско-правовой ответственности. Традиционными формами гражданско-правовой ответственности, которые вполне применимы к нарушителю страховых обязательств, являются взыскание неустойки и возмещение убытков, причем законодатель специально оговаривает отдельные случаи, когда нарушившая условия договора сторона несет ответственность в форме возмещения убытков.

Анализ правового положения страховщика и страхователя (выгодоприобретателя) позволяет сделать вывод, что законодатель достаточно определенно разграничивает отказ страховщика от осуществления страховой выплаты и освобождение страховщика от возмещения страховых убытков (п. 3 ст. 962, ст. 963 ГК РФ).

Так, нормы п. 3 ст. 962 ГК РФ определяют, что страхователь по договору титульного страхования несет ответственность за непринятие им разумных и доступных в сложившейся обстановке мер, направленных на уменьшение возможных страховых убытков. Если будет установлено, что страхователь умышленно не принял вышеназванные меры, то страховщик освобождается от возмещения страховых убытков.

Весьма похожая правовая конструкция отражена и в нормах ст. 963 ГК РФ, где применительно к титульному страхованию определено, что страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя или выгодоприобретателя. При этом нормы абз. 2 п. 1 ст. 963 ГК РФ определяют, что грубая неосторожность страхователя или выгодоприобретателя является основанием для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения только в том случае, когда это

предусмотрено специальным законом. Именно на это в своё время обратил внимание Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в постановлении от 24 июня 1997 г. [7].

Анализ норм Гражданского кодекса РФ, посвященных страхованию, позволяет сделать вывод, что конструкция освобождения от страховой выплаты достаточно активно используется законодателем. Помимо рассмотренных автором норм ст. 962, 963 ГК РФ освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения происходит и в случае невыполнения страхователем правил суброгации вследствие отказа от своего права требования к лицу, ответственному за убытки или допущение иного действия (бездействия), из-за которого осуществление этой обязанности стало невозможным. Данное правило достаточно четко прописано в п. 4 ст. 965 ГК РФ.

Рассматривая основания освобождения страховщика от осуществления страховых выплат в пользу страхователя (выгодоприобретателя), мы видим весьма интересную картину. Достаточно часто такие основания освобождения от страховой выплаты не связываются с какими-либо нарушениями страхователем (выгодоприобретателем) условий договора. Указанное не позволяет утверждать, что такое освобождение является гражданско-правовой санкцией, направленной против страхователя (выгодоприобретателя).

Ю. Б. Фогельсон полагает, что освобождение от страховой выплаты можно рассматривать в качестве основания прекращения гражданско-правовых обязательств по аналогии использования термина «освобождение» в контексте ст.415 ГК РФ [8, с. 190]. Однако полагаем, что такое утверждение недостаточно корректно. Следует согласиться с точкой зрения В. С. Белых и И. В. Кривошеева, отмечающих, что в рамках ст. 415 ГК РФ термин «освобождение» применяется не просто к обязательству вообще, а рассматривается как один из вариантов прощения долга. Что же касается использования термина «освобождение» в контексте норм гл. 48 ГК РФ, то в данном случае ни о каком прощении долга речь не идет. Ведь при наступлении страхового случая страхователь (выгодоприобретатель) не совершает каких-либо действий, свидетельствующих о прощении страховщика [2, с. 188-189].

Говоря о проблематике применения гражданско-правовых санкций в рамках конструкции титульного страхования, хотелось бы обратиться к нормам ст. 958 ГК РФ. В них определено, что договор страхования может быть досрочно прекращен, если после его вступления в силу возможность наступления страхового случая отпала, и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай. Применительно к титульному страхованию в качестве оснований для досрочного прекращения страховых отношений законодатель устанавливает гибель застрахованного имущества по причинам иным, чем наступление страхового случая. Кроме того, законодатель в п. 2 ст. 958 ГК РФ предоставляет страхователю (выгодоприобретателю) право в любое время отказаться от договора страхования, если к моменту отказа возможность наступления страхового случая не отпала по обстоятельствам, указанным в п. 1 ст. 958 ГК РФ.

Законодатель устанавливает правило, в соответствии с которым в вышеназванных случаях при досрочном прекращении дого-

вора страховщик имеет право на невозврат либо всей страховой премии (при досрочном добровольном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования, либо части страховой премии (если невозможность наступления страхового случая отпала и существование страхового риска прекратилось по обстоятельствам иным, чем страховой случай), которая должна быть пропорциональной времени, в течение которого действовало страхование. Однако следует учитывать, что хотя нормы второго абзаца п. 3 ст. 958 ГК РФ определяют общее правило о невозврате уплаченной страховой премии в случае досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования, договором могут быть предусмотрены другие варианты развития событий.

Таким образом, применение санкций в рамках договора титульного страхования направлено на защиту субъективных прав добросовестного участника страховых правоотношений, а также на обеспечение стабильности и нерушимости страховых обязательств.

Литература

1. Агеев Ш. Р., Васильев Н. М., Катырин С. Н. Страхование: теория, практика и зарубежный опыт. М.: Эксперное бюро. 1998. 373 с.

2. Белых В. С., Кривошеев И. В. Страховое право. М: Норма, 2001. 352 с.

3. Горшенков Г. Г Превентивный эффект компенсации морального вреда // Российская юстиция. 2006. № 5. С. 19-20.

4. Иоффе О. С. Обязательственное право. М.: Юридическая литература, 1975. 880 с.

5. Климович Е. С. Размер денежной компенсации морального вреда в случае нарушения прав гражданина // Закон. 2007. № 8. С. 87-92.

6. Павлова Е. В. Гражданско-правовая ответственность по договору страхования: автореф. дис. ... канд. юрид. наук: Коломна: Коломенский государственный педагогический университет, 2004. 180 с.

7. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24 июня 1997 г. № 249/97 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. № 10.

8. Фогельсон Ю. Б. Комментарий к страховому законодательству. М.: Юристъ, 1999. 284 с.

9. Хохлов В. А. Гражданско-правовая ответственность за нарушение договора: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук, Самара: Самарская государственная экономическая академия, 1998. 41 с.

10. Чутов С. А. Проблемы компенсации морального вреда // Законы России: опыт, анализ, практика. 2008. № 1. С. 73-74.

11. Смирнов А. В., Калиновский К. Б. Комментарий к УПК РФ. 5-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2009. 480 с.

References

1. Ageev Sh. R., Vasil'ev N. M., Katyrin S. N. Strakhovanie: teoriya, praktika i zarubezhnyi opyt (Insurance theory, practice and foreign experience). M.: Ekspernoe byuro. 1998. 373 p.

2. Belykh V. S., Krivosheev I. V. Strakhovoe parvo (Law of insurance). M: Norma, 2001. 352 p.

3. Gorshenkov G. G. Preventivnyi effekt kompensatsii moral'nogo vreda (The preventive effect of recompense of non-pecuniary damage) // Rossiiskaya yustitsiya. 2006. No. 5. P. 19-20.

4. loffe O. S. Obyazatel'stvennoe pravo (Law of obligations). M.: Juridicheskaja literatura, 1975. 880 p.

5. Klimovich E. S. Razmer denezhnoi kompensatsii moral'nogo vreda v sluchae narusheniya prav grazhdanina (The size of non-pecuniary damage compensation in case of violation of civil rights) // Zakon. 2007. No. 8. P. 87-92.

6. Pavlova E. V. Grazhdansko-pravovaya otvetstvennost' po dogovoru strakhovaniya (Civil law sanctions under the insurance contract): avtoref. dis. ... kand. yurid. nauk: Kolomna: Kolomenskii gosudarstvennyi pedagogicheskii universitet, 2004. 180 p.

7. Postanovlenie Prezidiuma Vysshego Arbitrazhnogo Suda RF ot 24 iyunya 1997 g. № 249/97 (Resolution of the Presidium of the Supreme Commercial Court of the Russian Federation, 24 June 1997, № 249/97) // Vestnik Vysshego Arbitrazhnogo Suda Rossiiskoi Federatsii. 1997. No. 10.

8. Fogel'son Yu. B. Kommentarii k strakhovomu zakonodatel'stvu (Comments for law of insurance). M.: Yurist. 1999. 284 p.

9. Khokhlov V. A. Grazhdansko-pravovaya otvetstvennost' za narushenie dogovora (Civil responsibility for breach of contract): avtoref. dis. ... d-ra yurid. nauk, Samara: Samara state ekonomic academy, 1998. 41 p.

10. Chutov S. A. Problemy kompensatsii moral'nogo vreda (Issue of non-pecuniary damage compensation) // Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika. 2008. No. 1. P. 73-74.

11. Smirnov A. V., Kalinovskii K. B. Kommentarii k UPK RF (Comments for CPC). M.: Prospekt, 2009. 480 p.

УДК 342.57

И. В. Решетникова

ПРИНЦИПЫ ФОРМИРОВАНИЯ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОБЩЕСТВЕННЫХ ПАЛАТ СУБЪЕКТОВ, РАСПОЛОЖЕННЫХ НА ТЕРРИТОРИИ СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА

Научное изучение принципов формирования и деятельности общественных палат имеет не только теоретическое, но и практическое значение. Поскольку общественные палаты субъектов играют большую роль в формировании гражданского общества России, выбранная тема исследования является актуальной. В статье приведен анализ

принципов общественных палат субъектов Северо-Кавказского федерального округа.

Ключевые слова: общественная палата, субъект Российской Федерации, гражданское общество, принципы формирования общественных палат, принципы деятельности общественных палат.

I. V. Reshetnikova

PRINCIPLES OF FORMATION AND ACTIVITIES OF PUBLIC CHAMBERS IN NORTH CAUCASUS FEDERAL DISTRICT

Scientific research of formation and activities principles of public chambers is of both theoretical and practical significance. Since the public chambers are of great importance for the formation of civil society in Russia, the topic under consideration is relevant. The article

analyzes the principles of public chambers of subjects of the North Caucasus Federal District.

Key words: public chamber, subject of the Russian Federation, civil society, principles of formation of public chambers, principles of activities of public chambers.

Статус общественных палат в субъектах РФ очень разнообразен и нередко отличается от статуса Общественной палаты Российской Федерации, что вполне объясняется региональными особенностями страны. Именно эти особенности и имеют влияние как на саму организацию палаты, так и на ее деятельность. При этом оговоренные осо-

бые положения, которыми руководствуются и от которых не отступают палаты, можно уместить в одну систему и назвать их принципами.

Принципы общественной палаты субъекта Российской Федерации - это наиболее общие, концептуальные положения о порядке формирования, об организации деятель-