Гуманизм порядка формирования государственных органов: конвергенционный подход

Н. В. КЕШИКОВА

кандидат юридических наук, доцент, Байкальский государственный университет экономики и права

ГУМАНИЗМ ПОРЯДКА ФОРМИРОВАНИЯ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОРГАНОВ: КОНВЕРГЕНЦИОННЫЙ ПОДХОД

Для создания новой теории, интерпретирующей гуманистические основания порядка формирования государственных органов, осуществлена экстраполяция идеи конвергенции. С помощью конвергенционного подхода проанализированы направления сближения объективной и субъективной форм гуманизма порядка формирования государственных органов. Рассмотрен гуманизм порядка формирования государственных органов с учетом его общего цивилизационно-культурного начала, а также его особенной этнонациональной, политико-правовой и национально-государственной основы. Сделаны выводы о том, что конвергенционный гуманизм порядка формирования государственных органов является феноменом глобализирующейся человеческой цивилизации, а ось «субъективный — объективный» гуманизм представляют собой естественные полюса его развития. Благодаря действию субъективной и объективной форм как основных механизмов конвергенционного гуманизма он может позиционироваться в качестве радикального и естественного средства преодоления кризисных явлений в сфере институционализации и воспроизводства государственных органов, что является еще одним доказательством становления нового интегрального порядка формирования государственных органов.

Ключевые слова: конвергенция; глобализация; конвергенционный гуманизм; порядок формирования государственных органов.

УДК 342.5

N. V. KESHIKOVA

PhD in Law, Associate Professor, Baikal State University of Economics and Law

HUMANISM IN THE GOVERNMENT BODIES FORMATION ORDER: A CONVERGENCE APPROACH

Extrapolation of an idea of convergence with an intent to create a new theory interpreting the humanistic foundations of the government bodies formation order is carried out. The directions for rapprochement of objective and subjective forms of humanism in the government bodies formation order are analyzed by means of the convergence approach. The paper considers such phenomenon as humanism in the government bodies formation order with the consideration of its general civilizational and cultural principles, along with its ethnonational, political, legal, national and state foundations. It was concluded that convergence humanism in the government bodies formation order is a phenomenon of globalizing human civilization, while the axis «subjective-objective» humanism implies natural poles of its development. Owing to the fact that subjective and objective forms are the main mechanisms of convergence humanism, it can be considered as a drastic and natural remedy intended to overcome crisis phenomena in institutionalization and reproduction of government bodies. Such concept proves establishment of a new integral order of the government bodies formation.

Keywords: convergence; globalization; convergence humanism; government bodies formation order.

Современный цивилизационный процесс характеризуется, в отличие от начала ХХ в., мощными конвергенционными, объединительными тенденциями на всем мировом пространстве [27]. По мере глобализации различные социально-экономические формации движутся от полюсов к некоему центру, вступая в диалог, творчески заимствуя друг у дру© Н. В. Кешикова, 2014

га и приспосабливая к своим нуждам наиболее эффективные механизмы развития. В связи с этим весьма остро встает вопрос о создании новой теории, интерпретирующей гуманистические основания порядка формирования государственных органов как по своей сути политико-правовой, но обладающей рядом специфических особенностей деятельности.

Именно теория конвергенции поможет нам провести анализ гуманистических оснований такого порядка, где конвергенция послужит одним из подходов к исследованию. При этом мы полагаем оправданной экстраполяцию идеи конвергенции в исследуемое предметное поле, что позволит проанализировать тенденции сближения форм гуманизма порядка формирования государственных органов и их взаимопроникновение по отношению друг к другу. Осуществляя этот анализ, мы будем соблюдать максимум корректности в исследовании гуманизма данного порядка с применением идеи конвергенции, учитывать не только его общее цивилизационно-культурное начало, но — что очень важно — и особенное: этнонациональные, полити-

ко-правовые и национально-государственные его основы. Хотя в центре содержания современной глобализации имеет место нарастание общего, универсального в ценностно-антропологических основаниях и конституционно-правовых стандартах современной цивилизации, тем не менее решающее значение приобретает сохранение и развитие всего богатства национально-культурных особенностей гуманизации политико-правовой системы. Но такая постановка вопроса, естественно, ни в коей мере не должна привести к противопоставлению национальных и универсальных гуманистических ценностей политико-правовых систем современной цивилизации [3, с. 37], так как процессы политико-правовой универсализации гуманистических оснований порядка формирования государственных органов объективно нуждаются в конституционных оценках на уровне национальных политико-правовых систем. Вместе с тем современные гуманистические ценности порядка формирования государственных органов естественным образом — не только в силу глобальных последствий, но и по своей природе, в силу единых общечеловеческих начал — выходят далеко за пределы собственно национальных политико-правовых систем. Более того, неотъемлемым элементом универсальной тенденции глобализации является конвергенция, сопровождающаяся взаимным переплетением, диффузией субъективных и объективных начал гуманизма в жизнедеятельности конкретного общества и государства, обусловленная трансформацией системы универсальных Известия ИГЭА. 2014. № 2

принципов развития всего человечества в сторону их антропологизации. Вследствие чего в современном мире главным является также установление баланса между гуманистическими ценностями аксиосферы порядка формирования государственных органов публичного характера, с одной стороны, и личными, частными ценностями бытия человека в ее составе — с другой. Тем самым актуализируется «остро критиковавшаяся у нас во времена СССР теория конвергенции» [8, с. 451]. Постулаты так называемой теории конвергенции первоначально перенесены из биологической науки в социально-политическую, а впоследствии — в юридическую теорию. Изначально термин «конвергенция» был заимствован новой социокультурной теорией из биологии, где он означал приобретение относительно далекими по происхождению организмами похожих форм и строения в условиях сходных сред обитания. В науке конвергенция в наиболее широком смысле понималась как сближение различных политических, экономических, социальных, философских и культурных систем, в западной науке понятие конвергенции интерпретировалось преимущественно в контексте «подвижной» истории, т. е. в аспекте разного рода взаимных влияний, воздействий, взаимодействий, культурных обменов и т. п. Она «обрела статус концепции, или теории, в самый разгар холодной войны между Востоком (странами коммунистического блока) и Западом, когда их противостояние достигло своего грозящего военной катастрофой апогея» [26]. Категория «конвергенция» исследовалась и успешно применялась в середине XX столетия Дж. Гелбрейтом, Р. Ароном, П. Сорокиным, Я. Тинбергеном [5; 7] и другими для создания теории «синтеза» капиталистической и социалистической систем» или слияния капитализма и социализма [4; 9, с. 745-749; 14]. В отечественной науке в начале 1990-х гг. этим понятием в значении реально происходящего исторического процесса сближения капиталистической и социалистической мировых систем, осуществляющегося в результате встречных плюралистических изменений в экономической, политической, социальной и идеологической сферах, оперирует А. Сахаров [19, с. 15-17]. Он рассматривает конвергенцию как установку современной цивилизации, позволяющую ей надеяться на

самосохранение и развитие [17]. В настоящее время складывается общецивилизационная закономерность социализации экономической жизни и гуманизации политико-правовой действительности. Она базируется фактически на синтезе либеральной и социалистической тенденций развития идей теории посткапитализма и постиндустриализма, в которых сам «синтез» предполагает вовсе не «механическое сочетание элементов разных социально-экономических и идеологических систем, а создание принципиально новой системы ценностей» [12]. Поэтому, на наш взгляд, именно конвергенционный подход наиболее адекватно отражает исследуемый нами процесс взаимодействия субъективной и объективной форм гуманизма порядка формирования государственных органов.

Привнесение идей теории конвергенции в юридическую науку связано с тем, что в мире нет совершенных политико-правовых явлений, и поскольку каждое из них имеет свои положительные и отрицательные стороны [20, с. 3-5], то следует задуматься о формировании таких «синтезированных» феноменов, которые бы «включали» в себя все присущие каждой из них только позитивные элементы [16]. Нет нужды воссоздавать некогда бывшую или заново создавать не имевшую аналогов в прошлом какую-то свою, особую, отдельную форму гуманизма, кому-то ее милостиво даровать, куда-то насильственно внедрять [26]. Гуманизм есть, как есть жизнь человека. Он есть всегда, во всем и везде. Он неотделим от человека, принадлежит каждому и существует в разных формах. И если субъективная и объективная формы гуманизма будут развиваться по пути сближения, возникновения у них сходных признаков, в результате становится возможным их сотрудничество и взаимопроникновение, приводящее к становлению конвергенционного типа гуманизма порядка формирования государственных органов. Этому процессу явно будет содействовать глобализация, происходящая в настоящее время в мире, так как в научном сообществе сложился доминирующий взгляд на глобализацию как всеобъемлющий и однонаправленный процесс конвергенции и унификации, в русле которого на пике индустриализма теория конвергенции исходит из представления о «едином индустриальном обществе».

Именно общая технологическая основа этого общества предопределяет конвергентное развитие социальных систем как частей единой глобальной надсистемы, объективно стремящихся к слиянию [18, с. 18]. Фактически не находятся в состоянии конфликта сосуществовавшие на протяжении длительного периода глобализация и национальное государство. Мало того, государства являются движущей силой глобализации, государства все чаще и все эффективнее объединяются при принятии совместных решений по тому или иному вопросу посредством соглашения [11]. Глобализация сопряжена с многоплановыми и поливекторными конвергенционными процессами, сближением и синтезом самых разных по своей природе, способами и формами институционализации и функционирования политико-правовых систем. Однако их результатом, как доказывает, в частности, история Римской империи, не станет «однородная» всемирная политико-правовая система, произойдет не слияние, а именно сближение разных политико-правовых явлений, которое поспособствует их взаимодействию и взаимопроникновению, но сохранит их национально-государственную идентичность. Это относится в полной мере и к политико-правовым институтам, отражающим гуманистические устремления человечества, каким представляется порядок формирования государственных органов [10, с. 96]. В нашем случае при использовании термина «конвергенция» речь идет о возможностях восприятия гуманизмом такого порядка различных форм гуманизма в целом

считать неопровержимыми [25]. К таким постулатам современной цивилизации относятся гуманистические представления. Цивилизация — не застывшее явление, вместе с ней развиваются, приобретают разные формы и виды идеи гуманизма, но при этом сохраняются их общие цивилизационно-культурные корни. Процесс конвергенции объективной и субъективной форм гуманизма порядка формирования государственных органов будет основываться на единстве интеллектуального содержания идей гуманизма в целом и станет исходной причиной и решающей мировоззренческой составляющей гуманизма порядка формирования государственных органов, «предвосхитив глобальный перелом в человеческой цивилизации, чем обеспечит становление новой цивилизационной однотипности современного гражданского общества» [1, с. 225-226].

В этом своем качестве гуманистические начала создают благоприятные условия для правового осознания гражданами и их объединениями необходимости и полезности конвергенции такого порядка, формирования устойчивой целевой ориентации на активное политико-правовое участие в реализации преимуществ конвергенционного гуманизма. Политико-правовые потенции гуманистических начал конвергенции порядка формирования государственных органов могут быть продуктивными только при условии адекватного публично-правового обеспечения их реализации. Становление публичных начал конвергенции политико-правовых систем в этом контексте требует нового осмысления сущности и социального назначения публичности в государственно-организованном обществе. Эту составляющую конвергенций нельзя сводить только к обеспечению государственных интересов, которые, кстати сказать, зачастую являются в процессе и механизме порядка формирования государственных органов интегративной формой отражения частных интересов. Следует исходить из того, что «публичность представляет и общие интересы людей разных сообществ и объединений, объективированные условия нормального существования и деятельности людей, их организации, предприятий и общества в целом, коллективную самоорганизацию, саморегулирование и самоуправление» [23, с. 25] в сфере институционализации

Известия ИГЭА 2014. № 2

и воспроизводства государственности. При этом формирование и разумное сочетание частных и публичных начал конвергенции исследуемого порядка не должно осуществляться только на уровне унификации отдельных групп правовых норм. Представляется, что конвергенция порядка формирования государственных органов должна проводиться, прежде всего, «на уровне принципов (основных начал) правового регулирования» [13]. Их обоснование, формирование и законодательное закрепление позволит выявить сущность, содержание, цели, направления и перспективы правового обеспечения и гарантирования установленного порядка формирования государственных органов. Поэтому настолько важна заявленная нами проблематика.

Процесс конвергенции гуманизма данного порядка будет основан на преобладании произрастающих из одного общего — цивилизационно-культурного — корня («цивилизации, поставившей историческую проблему соединения общества и индивида» [6]) тенденций сотрудничества и сближения элементов содержания объективного и субъективного гуманизма в систему над процессами их дифференциации, различения и индивидуализации. Подобный подход позволяет рассматривать ось «субъективный — объективный» гуманизм названного порядка как естественные полюса его развития исходя из внутреннего потенциала цивилизации определенного типа и адекватного ему легализованного национальным государством и легитимированного конкретным обществом механизма соединения человека и общества. Тем более, что одна из существенных тенденций современности — сближение процессов развития общества и индивидов. Прежде прогресс первого, как правило, осуществлялся за счет вторых. В настоящее время поступательное движение социума во многом зависит от человека. О действительном прогрессе общества можно судить по степени обеспеченности и уровню развития его членов. «Отражение данного факта — разработанный экспертами ООН индекс развития человеческого потенциала, служащий критерием оценки развития различных стран» [24, с. 424]. Это в полной мере соответствует представленной нами гуманистически ориентированной интегративной парадигме порядка формирования

государственных органов, основанной на интегральном взаимодействии личности, общества, культуры и государства [10, с. 84-85].

Сообразно ей конвергенция гуманизма порядка формирования государственных органов «вширь» (в направлении объективной его формы) — лишь отчасти осознанный и постепенно осознаваемый большинством этап на пути к конвергенции такого гуманизма «вглубь» (в направлении формы субъективной), замене многообразия внешнего и зачастую искусственного многообразием сущностным, внутренним, естественным. Процесс этот на самом деле должен вести не столько к однообразной бюрократической унификации порядка формирования государственных органов, сколько к качественному очищению всегда единого для человечества его гуманистического начала.

Конвергенция гуманизма порядка формирования государственных органов осуществляется также на основе принципа национальной самоидентичности, что надлежит понимать сегодня в нескольких практических смыслах. Во-первых, как процесс выявления архетипических сущностей порядка формирования государственных органов — поля политико-правовой деятельности в сфере институционализации и воспроизводства государственности, как встречу индивидуального сознательного (субъективной формы гуманизма) с коллективным бессознательным (объективной формой гуманизма). Во-вторых, как разгерметизацию внутри- и междисциплинарных отсеков гуманизма указанного порядка, как «рядоположение и взаимообогащение средств, методов и способов восприятия его искусственно разделенных сфер» [26]. В-третьих, конвергенция гуманизма порядка формирования государственных органов как процесс его цивилизационно-культурной и этно-национальной самоидентификации влечет за собой постоянное соотнесение любого рода действий и решений, производимых в ранееозначенных смыслах, с состоянием политико-правовой среды конкретного государственно-организованного общества и политико-правовой системы национального государства в целом.

Тем самым принцип национальной самоидентичности, положенный в основу процесса гуманизации порядка формирования государственных органов, отражает объективную

необходимость современного общества сознательно сочетать в сфере институционализации и воспроизводства государственности процессы сохранения его этно-национальных архетипов и национально-государственных политико-правовых ценностей с развитием в сторону универсализации в русле антрополо-гизации политико-правовой действительности.

В этом случае сближение субъективных и объективных начал гуманизма указанного порядка оформит его не в качестве некоего смешанного типа, а в виде синтезированного механизма, придающего ему новое качество. Такое сближение состоит в том, что главной целью гуманизма порядка формирования государственных органов становятся отличающиеся друг от друга процессы сохранения и развития всех позитивных начал той и другой его формы. Сохранение означает такое состояние конвергенции гуманизма исследуемого порядка, которое обеспечивает его внешнюю и внутреннюю стабильность, удовлетворение жизненно важных потребностей бытия человека и главное — сбережение цивилизационно-культурного общего и этнонационального особенного в сущности самого порядка формирования государственных органов. Что касается развития, то оно предполагает переход гуманизма данного порядка на качественно новый уровень, проявляющийся в реализации более высоких потребностей и политико-правовых интересов человека, общества и государства в процессе и механизме порядка формирования государственных органов. И поскольку современная политико-правовая система характеризуется высокой интегрированностью, постольку трансляции результатов и методов субъективной и объективной форм гуманизма порядка формирования государственных органов являются элементом механизма его развития, а привлечение позитивных зарядов обеих форм — необходимое условие такого развития. При этом актуализация тех или иных средств гуманизации определяется, в первую очередь, философско-методологическими идеями, политико-правовыми ценностями, целями и задачами конкретных типов, видов, способов формирования государственных органов, востребованных в рамках конкретной политико-правовой системы. Ограничения в применении тех или иных средств форм гуманизма задают-Известия ИГЭА. 2014. № 2

ся природой национального государства и права, логикой развития политико-правовой системы общества и, наконец, цивилизационно-культурной обусловленностью и национальной самоидентичностью порядка формирования государственных органов.

В результате субъективная и объективная формы как основные механизмы гуманизма порядка формирования государственных органов превращаются из самодовлеющих институтов в средства, взаимно ограничивающие негативы друг друга, высвечивающие позитивный заряд и способствующие тем самым реализации общих поставленных целей. Объективные процессы их сближения как фактор инновационного развития порядка формирования государственных органов предполагают сознательные и целенаправленные усилия по взаимодействию и диалогу различных культур, цивилизаций, а также непосредственно субъектов и участников указанного порядка. Обособление той или иной формы гуманизма может усилить замкнутость самого порядка формирования государственных органов, негативно сказываясь не только на его динамике, но и сохранении его этнонациональной самоидентичности и культурно-цивилизационной обусловленности и может, в конце концов, обернуться стагнацией сферы институционализации и воспроизводства государственности.

В этом ракурсе конвергенция гуманизма порядка формирования государственных органов позиционируется в качестве радикального и естественного средства преодоления кризисных явлений в ходе их формирования и является еще одним доказательством становления нового интегрального порядка формирования государственных органов. Такая конвергенция выполнит функцию защитного механизма, который будет предохранять сферу институционализации государственности, воспроизводства государственно-организованного общества от различного рода разрушительных потрясений и предоставит возможность для дальнейшего существования и полноценного развития, но уже в трансформированном виде. Конвергенционные процессы приведут к трансформации элементов субъективного и объективного гуманизма

го государства — единство в многообразии. Это принцип, уходящий корнями в историю русской нации и государства [21, с. 133-145]. Аналогично государству конвергенционный тип гуманизма данного порядка, изначально разнородный по составу, обретет «единство в разнообразии» [22, с. 463-489], путем сближения, взаимопроникновения ценностей объективной и субъективной форм гуманизм порядка формирования государственных органов станет всеохватывающим и плодотворным. Хотя по природе они не одинаковы, тем не менее, они уже не являются взаимоисключающими, и благодаря их постоянному взаимодействию каждая из форм гуманизма обогатит друг друга.

Следовательно, конвергенционный

гуманизм порядка формирования государственных органов является феноменом глобализирующейся человеческой цивилизации, «поставившей историческую проблему соединения общества, индивида и государства, при условии приоритета индивида» [6], служащей источником уникальной индивидуальной политической свободы и политической демократии, детерминированной сближением политико-правовых систем и культур, взаимодействие которых происходит на основе солидарных интересов, целей и общих ценностей. В результате этого в конечном счете сохраняется самобытность национальных политико-правовых систем и культур и одновременно обеспечивается их сотрудничество и взаимодействие. Конвергенция объективной и субъективной форм гуманизма порядка формирования государственных органов способствует равновесному сохранению и обогащению ценностей того и другого, а также содействует «достижению устойчивого, стабильного, гармоничного развития» [15] данного порядка. Сама же концепция конвергенционного гуманизма предстает теоретической основой аксиологической модели порядка формирования государственных органов и, будучи таковой, помогает понять и спрогнозировать дальнейшую его эволюцию на глобальном и локальном уровнях. В свою очередь принцип конвергенционного гуманизма выступает ведущим фактором возникновения и функционирования конституционных правоотношений в сфере институционализации и воспроизводства государственности и нормативной

регуляции порядка формирования государ- формирования правовых норм и институтов

ственных органов. Государственно-правовое конституционного права и одновременно

регулирование этих общественных отноше- возводит его в ранг одного из общеправовых

ний оформляет идею конвергенционного принципов политико-правовой системы рос-

гуманизма в качестве руководящего начала сийского общества.

Список использованной литературы

1. Алексеев С. С. Право на пороге нового тысячелетия: некоторые тенденции мирового правового развития — надежда и драма современной эпохи / С. С. Алексеев. — М. : Статут, 2000. — 256 с.

2. Безрукова В. С. Интеграционные процессы в педагогической теории и практике / В. С. Безрукова. — Екатеринбург : Север, 1994. — 152 с.

3. Бондарь Н. С. Конституционализм как социокультурное явление современного глобалистского мира /

Н. С. Бондарь // Диалог культур и партнерство цивилизаций: становление глобальной культуры : X Междунар. Лихачевские науч. чтения, 13-14 мая 2010 г. — СПб. : СПбГУП, 2010. — С. 37-40.

4. Брегель Э. Я. Современные буржуазные теории о слиянии капитализма и социализма: (Критический анализ) / Э. Я. Брегель, М. Б. Митин, В. С. Семенов. — М. : Наука, 1970. — 243 с.

5. Всемирная история экономической мысли : в 6 т. Т. 5 : Теоретические и прикладные концепции развитых стран Запада / отв. ред. Ю. Я. Ольсевич. — URL : http://www.booksite.rU/fulltext/eco/nom/iks/1.htm.

6. Евстигнеева Л. Второе дыхание теории конвергенции / Л. Евстигнеева, Р. Евстигнеев // Вопросы экономики. — 1999. — № 4. — С. 44-60.

7. Жданов В. Л. Теория идеологической конвергенции / В. Л. Жданов // Обозреватель-Observer. — 2013. — № 7. — С. 73-79.

8. Запесоцкий А. С. Экономика и культура: к вопросу о характере взаимосвязей / А. С. Запесоцкий // Диалог культур и партнерство цивилизаций: становление глобальной культуры : X Междунар. Лихачевские науч. чтения, 13-14 мая 2010 г. — СПб. : СПбГУП, 2010. — С. 449-451.

9. История политических и правовых учений / авт. кол. : П. С. Грацианский, В. Д. Зорькин, Л. С. Мамут и др. ; под ред. В. С. Нерсесянца. — 2-е изд., перераб. и доп. — М. : Юрид. лит., 1988. — 816 с.

10. Кешикова Н. В. Философско-методологические основы порядка формирования государственных органов / Н. В. Кешикова. — Иркутск : Изд-во БГУЭП, 2012. — 124 с.

11. Клочкова Ю. А. Влияние современной конвергенции на политико-правовые институты: теоретико-методологический анализ правового и политического взаимодействия / Ю. А. Клочкова // История государства и права. — 2012. — № 13. — С. 2-4.

12. Кондрашова Л. И. Глобализация и альтернативы общественного развития / Л. И. Кондрашова // Глобализация: синергетический подход / под общ. ред. В. К. Егорова. — URL: http://spkurdyumov.ru/globalization/ globalizaciya-i-alternativy-obshhestvennogo-razvitiya/.

13. Коршунов Н. М. Концептуальные основы конвергенции правовых систем евразийских государств в условиях глобализации / Н. М. Коршунов // Евразийский юридический журнал. — 2011. — № 5 (36). — С. 8-9.

14. Коршунов Н. М. Частное и публичное право: проблемы формирования основ современной теории конвергенции / Н. М. Коршунов // Журнал российского права. — 2010. — № 5. — С. 66-72.

15. Марченко М. Н. Право Европейского союза. Вопросы истории и теории / М. Н. Марченко, Е. М. Дерябина. — М. : Проспект, 2010. — 308 с.

16. Меняева М. П. Социокультурная реальность на рубеже XX-XXI веков в контексте концепции конвергенции П. А. Сорокина : дис. ... канд. культурологии / М. Н. Меняева. — Челябинск, 2003. — 173 с.

17. Новикова Л. И. Цивилизация перед выбором. НТП — альтернативные модели цивилизации / Л. И. Новикова // Философские науки. — 1990. — № 7. — С. 23-35.

18. Сафонов А. Л. Глобализация как дивергенция: кризис нации и «ренессанс» этноса / А. Л. Сафонов, А. Д. Орлов // Вестник Бурятского государственного университета. — 2011. — № 6. — С. 17-23.

19. Сахаров А. Конвергенция, мировое сосуществование / А. Сахаров // 50/50: Опыт словаря нового мышления / под общ. ред. М. Ферро, Ю. Афанасьева. — М. : Прогресс, 1989. — 560 с.

20. Скворцов В. Н. Доктрина конвергенции и ее пропаганда / В. Н. Скворцов. — М. : Политиздат, 1974. — 64 с.

21. Сорокин П. А. Общие черты и различия между Россией и США. Из истории развития межнациональных отношений в России (фрагменты из книги «Россия и Соединенные Штаты», 1944). Гл. 2. Благоприятные факторы: социально-культурные сходства / П. А. Сорокин // Социс. — 1993. — № 8. — С. 133-145.

22. Сорокин П. А. Основные черты русской нации в XX столетии / П. А. Сорокин // О России и русской философской культуре. Философы русского послеоктябрьского зарубежья. — М. : Наука, 1990. — С. 463-489.

23. Тихомиров Ю. А. Публичное право / Ю. А. Тихомиров. — М. : БЕК, 1995. — 496 с.

24. Фетисов В. Я. Инновационное развитие как способ сохранения общества и роль образования в этом процессе / В. Я. Фетисов // Диалог культур и партнерство цивилизаций: становление глобальной культуры : X Междунар. Лихачевские науч. чтения, 13-14 мая 2010 г. — СПб. : СПбГУП, 2010. — С. 564-565.

25. Чиркин В. Е. Конвергенция правовых систем и несовместимость некоторых институтов в диалоге цивилизаций / В. Е. Чиркин // Диалог культур и партнерство цивилизаций: становление глобальной культуры : X Междунар. Лихачевские науч. чтения, 13-14 мая 2010 г. — СПб. : СПбГУП, 2010. — С. 420-424.

Известия ИГЭА. 2014. № 2

26. Чучин-Русов А. Конвергенция культур / А. Чучин-Русов. — М. : Магистр, 1997. — 40 с.

27. Юровицкий В. М. Деньги в глобальной мировой политике / В. М. Юровицкий // Деньгономия для всех: Книга для чтения по теории денег. — URL : http://yur.ru/money/dengonomia/Vk8b.htm.

References

1. Alekseev S. S. Pravo na poroge novogo fysyachelefiya: nekoforye fendenfsii mirovogo pravovogo razvi-fiya — nadezhda i drama sovremennoi epokhi [Laws on the verge of a new millennium: some trends in the world law development — hope and drama of the modern era]. Moscow, Statut Publ., 2000. 256 p.

2. Bezrukova V. S. Infegrafsionnye profsessy v pedagogicheskoi feorii i prakfike [Integration processes in educational theory and practice]. Ekaterinburg, Sever Publ., 1994. 152 p.

3. Bondar N. S. Constitutionalism as a sociocultural phenomenon of the modern globalized world. Dialog kulfur i parf-nersfvo fsivilizafsii: sfanovlenie globalnoi kulfury: X Mezhdunarodnye Likhachevskie nauchnye chfeniya, 13—14 maya 2010 g. [Dialogue of Cultures and Partnership of Civilizations: emergence of a global culture: 10th Likhachev International Scientific Conference, May 13-14, 2010]. Saint Petersburg, SPbGUP Publ., 2010. Pp. 37-40 (in Russian).

4. Bregel E. Ya., Mitin M. B., Semenov V. S. Sovremennye burzhuaznye feorii o sliyanii kapifalizma i sofsializma: (Krificheskii analiz) [Modern bourgeois theories of capitalism and socialism merger: (Critical Analysis)]. Moscow, Nauka Publ., 1970. 243 p.

5. Vsemirnaya isforiya ekonomicheskoi mysli [The world history of economic thought]. Vol. 5. Available at: http: //www.booksite.ru/fulltext/eco/nom/iks/1.htm.

6. Evstigneeva L., Evstigneev R. The second wind of convergence theory. Voprosy ekonomiki — Issues of Economics, 1999, no. 4, pp. 44-60 (in Russian).

7. Zhdanov V. L. The theory of ideological convergence. Obozrevafel — Observer, 2013, no. 7, pp. 73-79 (in Russian).

8. Zapesotskii A. S. Economy and culture: to the issue of interaction nature. Dialog kulfur i parfnersfvo fsivilizafsii: sfanovlenie globalnoi kulfury: X Mezhdunarodnye Likhachevskie nauchnye chfeniya, 13—14 maya 2010 g. [Dialogue of Cultures and Partnership of Civilizations: emergence of a global culture: 10th Likhachev International Scientific Conference, May 13-14, 2010]. Saint Petersburg, SPbGUP Publ., 2010. Pp. 449-451 (in Russian).

9. Gratsianskii P. S., Zorkin V. D., Mamut L. S., Nersesyants V. S. (ed.) Isforiya polificheskikh i pravovykh uchenii [The history of political and legal doctrines]. 2nd ed. Moscow, Legal literature Publ., 1988. 816 p.

10. Keshikova N. V. Filosofsko-mefodologicheskie osnovy poryadka formirovaniya gosudarsfvennykh organov [Philosophical and methodological foundations of government bodies formation]. Irkutsk, Baikal State University of Economics and Law Publ., 2012. 124 p.

11. Klochkova Yu. A. The impact of modern convergence on political and legal institutions: theoretical and methodological analysis of legal and political interaction. Isforiya gosudarsfva i prava — The hisfory of sfafe and law, 2012, no. 13, pp. 2-4 (in Russian).

12. Kondrashova L. I. Globalization and social development alternatives. In Egorov V. K. (ed.) Globalizafsiya: sin-ergeficheskii podkhod [Globalization: a synergetic approach]. Available at: http://spkurdyumov.ru/globalization/ globalizaciya-i-alternativy-obshhestvennogo-razvitiya/

13. Korshunov N. M. Conceptual foundations of Eurasian states legal systems convergence in the context of globalization. Evraziiskii yuridicheskii zhurnal — The Eurasian Law Journal, 2011, no. 5 (36), pp. 8-9 (in Russian).

14. Korshunov N. M. Private and public law: issues of forming the basis of the modern theory of convergence. Zhurnal rossiiskogo prava — The Russian Law Journal, 2010, no. 5, pp. 66-72 (in Russian).

15. Marchenko M. N., Deryabina E. M. Pravo Evropeiskogo soyuza. Voprosy isforii i feorii [The European Union law. Historical and theoretical issues]. Moscow, Prospect Publ., 2010. 308 p.

16. Menyaeva M. P. Sotsiokulturnaya realnost na rubezhe XX-XXI vekov v kontekste kontseptsii konvergentsii P. A. Sorokin. Diss. Kand. [Sociocultural reality in 20th - 21st centuries in the context of the convergence concept of Sorokin. Diss. Cand.]. Chelyabinsk, 2003. 173 p.

17. Novikova L. I. Civilization faces a choice. Scientific and technical progress — alternative models of civilization. Filosofskie nauki — Philosophical Sciences, 1990, no. 7, pp. 23-35 (in Russian).

18. Safonov A. L., Grlov A. D. Globalization as divergence: crisis of the nation and renaissance of the ethnos. Vesf-nik Buryafskogo gosudarsfvennogo universifefa — The Herald of Buryaf Sfafe Universify, 2011, no. 6, pp. 17-23 (in Russian).

19. Sakharov A. Convergence, the world coexistence. Ferro M., Afanasiev Yu. (ed.) S0/S0: Opyf slovarya novogo myshleniya [50/50: Experience of the new thinking dictionary]. Moscow, Progress Publ., 1989. 560 p.

20. Skvortsov V. N. Dokfrina konvergenfsii i ee propaganda [The doctrine of convergence and its propaganda]. Moscow, Politizdat Publ., 1974. 64 p.

21. Sorokin P. A. Obshchie cherfy i razlichiya mezhdu Rossiei i SShA. Iz isforii razvifiya mezhnafsionalnykh of-noshenii v Rossii (fragmenfy iz knigi «Rossiya i Soedinennye Shfafy», 1944). Glava 2. Blagopriyafnye fakfory: sofsi-alno-kulfurnye skhodsfva [Common features and differences between Russia and the United States. From the history of interethnic relations in Russia (excerpts from the book «Russia and the United States», 1944). Chapter 2. Favorable factors: socio-cultural similarities]. Sofsis — Sofsis, 1993, no. 8, pp. 133-145 (in Russian).

Известия ИГЭА 2014. М 2

22. Sorokin P. A. The main features of the Russian nation in the 20th century. O Rossii i russkoi filosofskoi kulfure. Fi-losofy russkogo posleokfyabrskogo zarubezhya [About Russia and Russian philosophical culture. Russian philosophers abroad after the October]. Moscow, Science Publ., 1990. Pp. 463-489 (in Russian).

23. Tikhomirov Yu. A. Publichnoe pravo [Public law]. Moscow, BEK Publ., 1995. 496 p.

24. Fetisov V. Ya. Innovative development as a way to preserve the society and the role of education in this process. Dialog kulfur i parfnersfvo fsivilizafsii: sfanovlenie globalnoi kulfury: X Mezhdunarodnye Likhachevskie nauchnye chfeniya, 13—14 maya 2010 g. [Dialogue of Cultures and Partnership of Civilizations: emergence of a global culture: 10th Likhachev International Scientific Conference, May 13-14, 2010]. Saint Petersburg, SPbGUP Publ., 2010. Pp. 564-565 (in Russian).

25. Chirkin V. E. Convergence of legal systems and incompatibility of some institutions in the dialogue of civilizations. Dialog kulfur i parfnersfvo fsivilizafsii: sfanovlenie globalnoi kulfury: X Mezhdunarodnye Likhachevskie nauchnye chfeniya, 13—14 maya 2010 g. [Dialogue of Cultures and Partnership of Civilizations: emergence of a global culture: 10th Likhachev International Scientific Conference, May 13-14, 2010]. Saint Petersburg, SPbGUP Publ., 2010. Pp. 420-424 (in Russian).

26. Chuchin-Rusov A. Konvergenfsiya kulfur [Convergence of cultures]. Moscow, Magistr Publ., 1997. 40 p.

27. Yurovitskii V. M. Money in the world global politics. Dengonomiya dlya vsekh [Talking on money issues: a conversation for everybody]. Available at: http://yur.ru/money/dengonomia/Vk8b.htm.

Информация об авторе

Кешикова Наталья Владимировна — кандидат юридических наук, доцент, кафедра теории и истории государства и права, Байкальский государственный университет экономики и права, г. Иркутск, ул. Ленина, 11, e-mail: nvkeshikova2011@mail.ru.

Author

Keshikova Nafaliya Vladimirovna — PhD in Law, Associate Professor, Chair of Theory and History of State and Law, Baikal State University of Economics and Law, 11 Lenin St., 664003, Irkutsk, Russia, e-mail: nvkeshikova2011@mail.ru.

Известия ИГЭА. 2014. М 2