Правовые аспекты военно-политического сотрудничества России и Армении в контексте организации Договора о коллективной безопасности

11. Салагай О. О. Некоторые международно-правовые и сравнительно-правовые аспекты дееспособности лиц, страдающих психическими заболеваниями // Медицинское право. 2010.№ 1. С. 12-18.

12. Международная и внутригосударственная защита прав человека: учебник / под ред. Р. М. Валеева. М.: Статут, 2011. 830 с.

13. О порядке установления размеров стипендий и социальных выплат в Российской Федерации: Федеральный закон от 7 августа 2000 г. № 122-ФЗ (ред. от 29.12.2012) // Российская газета. 2000. 11 августа.

14. Об образовании в Российской Федерации: Федеральный закон от 29 декабря 2012 г. № 273-Ф3 (ред. от 13.07.2015) (с изм. и доп., вступ. в силу с 24.07.2015) // Российская газета. 2012. 31 декабря.

15. Полубинская С. В. Международно-правовые гарантии прав лиц с психическими расстройствами // Международное право и международные организации. 2013. № 4. С. 145-168.

16. Овсюк А. М. Конвенция ООН о правах инвалидов — важный договор для защиты уязвимых групп населения // Юрист-международник. 2007. № 3. С. 20-26.

УДК 355.02

А. А. Агабабян .

Правовые аспекты военно-политического сотрудничества россии и Армении в контексте организации договора о коллективной безопасности

A. A. Agababyan. Legal aspects of a military and political cooperation of Russia and Armenia in the context of the Collective Security Treaty

Organization

Автор статьи рассматривает основные этапы формирования Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), ее функции, стратегию, проблемы целей и единства, работу по урегулированию различных конфликтов и развитие доктриналь-но-правовой основы миротворчества. В статье показано, как уже на начальном этапе существования Республика Армения связала вопросы обеспечения собственной национальной безопасности с системой коллективной безопасности при доминирующем участии Российской Федерации. Внешнеполитическая многовекторность в области охраны границ и обеспечения военной безопасности РА обусловлена принципом ком-плементарности. Армения в обозримом будущем не намерена подавать заявку на

The author considers the main stages of forming of the Collective Security Treaty Organization (CSTO), its function, strategy, problems of the purposes and unity, work on settlement of various conflicts and development of the doctrinal legal basis of peacemaking. In article it is shown how at the initial stage of existence the Republic of Armenia has connected questions of ensuring own national security with the system of collective security with the dominating participation of the Russian Federation. The multi-vector of foreign policy in the field of protection of borders and ensuring military safety of RA is caused by the principle of a complementarity. Armenia in the near future will not intend to submit the application for membership in NATO and is aimed to follow strict-

Армен Артурович Агабабян — аспирант Института философии, социологии и права Национальной академии наук Республики Армения (Республика Армения, г. Ереван). © Агабабян А. А., 2017

членство в НАТО и нацелена неукоснительно следовать обязательствам в отношении России и других партнеров по СНГ как в двустороннем формате, так и в рамках ОДКБ.

Ключевые слова: коллективная безопасность; сотрудничество; коалиционные действия; военная политика; стратегическое партнерство; принцип комплементарности; охрана границ; вооружение; взаимообусловленность интересов.

Контактные данные: Республика Армения, 0010, г. Ереван, ул. Арама, д. 44; (374-10) 53-05-71; armen.agababyan.93@mail.ru.

ly liabilities concerning Russia and other partners in the ciS both in a bilateral format, and within the cSTo.

Keywords: collective security; cooperation; coalition actions; military policy; strategic partnership; principle of a complementarity; protection of borders; arms; intercondition-ality of interests.

Contact details: Arama Str. 44, Erevan, Republic of Armenia, 0010; (374-10) 53-05-71; armen.agababyan.93@mail.ru.

После распада СССР дипломатические отношения между Республикой Армения и Российской Федерацией были установлены 3 апреля 1992 г. За годы, прошедшие с момента установления дипломатических отношений между двумя странами, проделан большой объем работы по динамичному развитию взаимовыгодного сотрудничества во всех сферах жизнедеятельности, включая военно-политическую область. Армяно-российские отношения охватывают основные сферы сотрудничества между двумя государствами — политическую, военную, экономическую, энергетическую, научную, культурную и др.

В связи с новыми политическими реалиями и необходимостью создания правовой основы для вооруженных формирований правопреемника бывшего СССР — России, находящихся на территории Республики Армения, между Арменией и Российской Федерацией был заключен Договор о правовом статусе Вооруженных Сил Российской Федерации, находящихся на территории Республики Армения от 21 августа 1992 г. Это было началом армяно-российского военного сотрудничества, которое на сегодняшний день превратилось в прочное стратегическое партнерство.

Сейчас между странами заключено большое количество межгосударственных, межправительственных и межведомственных договоров и соглашений, включая основополагающий Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи от 29 августа 1997 г. [1], а также Договор о российской военной базе на территории РА от 16 марта 1995 г. [2] и Соглашение между РА и РФ по вопросам совместного планирования применения войск (сил) в интересах обеспечения совместной безопасности от 27 сентября 2000 г. [3].

Военное сотрудничество между Арменией и Россией призвано решать следующие задачи в сфере безопасности РА:

• обеспечивать вооружение, материально-техническое оснащение и подготовку командных кадров Вооруженных Сил Республики Армения;

• содействовать обеспечению военной безопасности РА и баланса сил в регионе.

Данное военное сотрудничество развивается в настоящее время по трем основным направлениям:

• коалиционные группировки;

• объединенная система противовоздушной обороны;

• сотрудничество двух стран в рамках ОДКБ.

Исходя из необходимости создания качественно новой системы региональной безопасности и такой военно-политической структуры, которая явилась бы не

просто эффективной и действенной, но могла бы снизить военно-технические и экономические издержки, а также эскалацию вооруженных конфликтов на постсоветском пространстве, представителями Армении, Казахстана, Кыргызстана, России, Таджикистана и Узбекистана 15 мая 1992 г. в Ташкенте был подписан Договор о коллективной безопасности [4], ставший примером создания организации региональной безопасности в полном соответствии со ст. 52 Устава ООН1.

Это был период переосмысления конфронтационной парадигмы эпохи холодной войны «Восток — Запад», поиска параметров формируемой концепции сотрудничества вновь образованных независимых государств. Данный процесс осуществлялся на подступах к еще не выкристаллизовавшемуся видению современной модели «глобальной и неделимой безопасности». Одновременно с ликвидацией Организации Варшавского договора и трансформацией ранее сложившегося двухполюсного мира Евро-атлантический альянс развернул поиск своей новой ценностной и безопасностно-архитектурной идентичности [5].

В контексте этих системных вызовов и неопределенности этапа переходных политических процессов, их нередко вихревого характера и возможной обратимости заключенный Договор о коллективной безопасности был призван обеспечить плавный отход постваршавского континуума от позиций биполярного противостояния. Вместе с тем, однако, требовалось уберечь его от новых симметричных угроз регионального масштаба, признаки которых уже широко проявлялись на значительной части территории бывшего Варшавского договора, более не спаянной рамками общих норм и оборонного единства.

В настоящее время можно уверенно констатировать, что в целом Договор о коллективной безопасности не только успешно решил стоявшие перед странами-участницами задачи, но и аккумулировал стратегический потенциал, необходимый для саморазвития в соответствии с динамикой изменений во внутренней и внешней безопасностных средах. Вместе с тем стоит отметить, что ДКБ является по форме и содержанию классическим оборонным пактом, заключенным группой государств для объединения усилий по коллективной защите от вооруженного нападения на любое из них. Логика этого документа содержала фрагменты инерционного блокового мышления, свойственного временам холодной войны [6]. Особенности постперестроечного периода не позволили учесть всю полноту разнообразия стратегических интересов новых независимых государств и при создании доктринальных основ консолидации нового пространства — Концепции коллективной безопасности (1995). В тогдашних условиях поиск способов предотвращения глобальной и локальных военных катастроф отодвинул на задний план необходимость системного учета в ней всего разнообразия действующих факторов: цивилизационного, политического, экономического, социального, оборонного, информационного, культурного и т. д., что в известной степени ограничило видение горизонтов развития и долгосрочных перспектив построения будущей ОДКБ.

1 Устав Организации Объединенных Наций не препятствует заключению региональных соглашений или созданию органов для решения вопросов поддержания мира и безопасности, которые эффективны для региональных целей при условии, что такие соглашения и деятельность указанных органов совместимы с целями и принципами ООН. Ее члены, заключившие такие соглашения или создавшие такие органы, должны приложить все усилия для мирного разрешения возникающих споров при помощи указанных инструментов до передачи этих споров в Совет Безопасности ООН. Совет Безопасности должен поощрять мирное разрешение местных конфликтов и противоречий в рамках таких региональных соглашений либо при помощи таких региональных органов по инициативе заинтересованных государств или по своей собственной инициативе.

В 2002 г., спустя десять лет после подписания основного Договора, путем трансформации пакта о коллективной самообороне в международную региональную организацию была создана Организация Договора о коллективной безопасности [7; 8]. Основной ее целью на данном этапе по-прежнему оставалось коллективное обеспечение военной безопасности. Далее, начиная с 2005-2006 гг., наметилась тенденция преобразования ОДКБ в многофункциональную организацию по обеспечению коллективной безопасности путем сотрудничества не только в военной, но и в других областях, включая противодействие комбинированным симметричным и асимметричным угрозам [9]. Для реализации новых задач в 2009 г. был создан новый инструмент — Коллективные силы оперативного реагирования (КСОР), совместные военные силы стран — участниц ОДКБ [10].

Созданная на базе Договора о коллективной безопасности ОДКБ позиционирует себя в качестве многофункциональной организации безопасности нового типа. В рамках организации выделяются три региона коллективной безопасности: Восточно-Европейский, Кавказский и Центрально-Азиатский. Подобная географическая разновекторность дает повод говорить об отсутствии единой системы безопасности и выдвигать предложения о двустороннем развитии военных связей России с ближайшими партнерами, Белоруссией и Арменией, непосредственно на двусторонней основе, поскольку ОДКБ в последние годы основную деятельность разворачивает на центрально-азиатском направлении.

И все-таки ОДКБ к началу второго десятилетия существования сделала очень многое. В ее рамках сотрудничество развивается по двум основным направлениям: противодействие традиционным внешним военным угрозам и борьба с новыми вызовами и угрозами, такими как терроризм, экстремизм, торговля наркотиками, нелегальная миграция, киберпреступность и пр.

В текущий период становится все более очевидным, что для перехода к комплексной модели безопасности, охватывающей важнейшие сферы обеспечения жизнедеятельности государств-членов и соответствующей мировым стандартам, необходим пересмотр концептуального подхода к развитию данной системы. Совет коллективной безопасности и Секретариат ОДКБ стали больше внимания уделять стратегическим перспективам обновления Организации. На первый план выходит стратегический прагматизм, ориентиром которого может стать выгодное для всех участников обновленное видение безопасност-ной архитектуры ОДКБ, исключающее инерцию блокового мышления, а также паллиативность решений по интеграции Организации в систему глобальной безопасности.

При этом следует сознавать, что по мере углубления сотрудничества с ООН, межгосударственными структурами европейской безопасности, СНГ, ШОС, ЕврАзЭС, а равно создания собственных миротворческих сил и КСОР Организация коллективной безопасности фактически перешагнула рубеж региональной системы безопасности и уверенно ступила на путь эффективного участия в формировании новой безопасностной архитектуры глобального масштаба [11]. Подтверждает это разворачивающееся широкое сотрудничество Организации с ООН и принятие главами государств на Совете коллективной безопасности ОДКБ 10 декабря 2010 г. документов, которые определили главные ориентиры развития системы общей безопасности участников. В решении «О мерах по подготовке стратегических и концептуальных документов по совершенствованию и развитию системы коллективной безопасности ОДКБ» поставлена уже конкретная задача по разработке необходимых документов, а именно: Стратегии коллективной безопасности, новой Концепции развития

системы коллективной безопасности, Системы стратегического и оперативного планирования [12].

Под влиянием стремительно меняющихся условий одной из ключевых становится проблема осмысления практики обеспечения коллективной безопасности и более гибкого понимания принципа консенсуса. Применяемый в ОДКБ, как и в большинстве других межнациональных организаций, принцип принятия решений основан на консенсусе (безальтернативном общем согласии) [13] и связан с фундаментальными основами политики и права, базирующимися на принципах суверенитета и равноправия государств — членов данной организации. Странам, создавшим Международную организацию коллективной безопасности, необходима гарантия равноправного участия в принятии жизненно важных решений для реализации своих интересов в сфере безопасности.

Вступая в систему коллективной безопасности, государства добровольно отказываются от некоторой части своих суверенных прав и в дальнейшем рассчитывают на то, что смогут компенсировать указанные потери обеспечением собственной безопасности на более высоком уровне — за счет объединения политических, военных и прочих ресурсов участников организации. При этом не следует исключать возможности таких ситуаций, когда мнение меньшинства может не совпадать с позицией большинства и войти в противоречие с жизненно важными или стратегическими интересами не только этого большинства, но и организации в целом.

Подобные примеры известны из практики как НАТО, так и самой ОДКБ. НАТО имеет солидный опыт строительства системы коллективной безопасности и ныне, с учетом уроков недавней истории, уже допускает внедрения таких механизмов принятия решений, которые обеспечивали бы проявление «коалиционной воли» части членов в рамках международного права и в соответствии с политикой, целями и задачами альянса. Следует отметить, что элементы принятия решений в подобном редуцированном формате частично были апробированы в практике коалиционного сотрудничества государств НАТО.

В случае ОДКБ принятие решений «в усеченном формате» стало бы действенным инструментом для преодоления патовых ситуаций в случаях, когда меньшинство не желает принимать участия в определенных коалиционных действиях, однако не против их реализации. Дополнительным универсальным ресурсом для разработки и претворения в жизнь принципа «коалиционной воли» может стать один из системообразующих принципов — региональное построение системы коллективной безопасности. Дополненный принципом консенсуса, он открывает возможность принятия более гибких решений в отношении отдельных регионов коллективной безопасности.

Важно определение роли, места и назначения военного компонента в системе обеспечения коллективной безопасности. Несмотря на трансформации глобальной и региональной внешних сред, а также подчас частичную замену другими составляющими, военный компонент продолжает сохранять свое значение и в условиях доминирования политического фактора остается системообразующим. Поэтому при обновлении целей и задач Организации модернизацию военной составляющей системы безопасности необходимо производить взвешенно, с обеспечением потенциальной ресурсной базы для гарантированного наращивания сил до необходимого уровня при критическом изменении баланса вызовов и угроз.

Таким образом, для обеспечения перехода к более эффективной комплексной системе коллективной безопасности ОДКБ необходима разработка новой

стратегической концепции, которая учитывала бы неделимость многофункциональной безопасности и безальтернативность ее обеспечения путем международного сотрудничества. Необходим поиск взаимовыгодных решений для всех государств — членов ОДКБ, а также других партнеров из субъектов глобальной безопасности.

Обеспечение надлежащего уровня коллективной безопасности предполагает определение базовых параметров и условий ее интеграции в систему глобальной безопасности. Речь идет о совместимости ОДКБ с сообществом субъектов международной безопасности с точки зрения стратегических принципов, целей, интересов и приоритетов, трактовки значения и роли политического, военного и других компонентов сочетаемости организационных форм, структурных компонентов и функций Организации. В связи с этим особо важное значение приобретает оптимальное определение содержания, пропорций и взаимоотношений между этими составляющими в обновляемой архитектуре коллективной безопасности ОДКБ.

Для продвижения такой интеграции необходимо выстраивать новые отношения с НАТО — более опытным актором, имеющим устоявшуюся ключевую роль в системе глобальной безопасности и базирующимся на общем для обеих организаций коллективной безопасности евразийском пространстве [14]. Ряд инициатив ОДКБ нацелен на установление сотрудничества с Североатлантическим альянсом, однако последний проявляет настороженность при решении приоритетных для себя задач по обеспечению безопасности в зоне ответственности ОДКБ как части общего евразийского пространства. НАТО предпочитает сотрудничество в двустороннем формате по формуле «28 + 1» [15]. При этом в новой стратегической концепции альянса особое значение придается продвижению сотрудничества в рамках Совета «Россия — НАТО».

Активизация работы Совета в свете решений Лиссабонского саммита Североатлантического альянса может стать исходным плацдармом для обсуждения и апробации вариантов сотрудничества между ОДКБ и НАТО. Не секрет, что роль и потенциал России являются стержневыми для ОДКБ, и умелое использование данного обстоятельства может способствовать развитию сотрудничества на уровне организаций. Несмотря на тормозящие процесс расширения взаимного доверия инерционность мышления, конспирологические стереотипы, скепсис, следует поддерживать сдвиги в перезагрузке сотрудничества в индивидуальных и коллективных форматах Россия — НАТО, США — ОДКБ, НАТО — ОДКБ.

Армения готова к расширению отношений во всех сферах коллективной безопасности в рамках СНГ, формированию совместной системы ПВО, охране границ общими силами. Несомненно, что ликвидация российской военной базы, тем более прекращение военной помощи со стороны России, приведет к изменению ситуации в регионе. В свете указанного правомерно говорить о стратегическом курсе армянского руководства на укрепление и развитие союзнических отношений с Россией [16].

Членство в ОДКБ гармонично сочетается с полноформатным диалогом между важнейшим стратегическим партнером Армении — Российской Федерацией и не менее важными партнерами — США и НАТО. Знаменательно, что Россия в результате консенсуса внутри НАТО и взаимодействия со всеми странами — членами Североатлантического альянса пользуется возможностью на равноправной основе принимать участие в вынесении стратегических оценок и подготовки решений по ряду актуальных международных проблем. Создаются благоприятные условия углубления военно-политического сотруд-

ничества и для союзников России, включая интересы расширения национальных ресурсов в борьбе с глобальными вызовами. Является принципиально важным, что стремление Российской Федерации и ее стратегических союзников к углублению многостороннего сотрудничества со странами НАТО в рамках «Партнерства во имя мира» не противоречит их обязательствам, предусмотренным Договором о коллективной безопасности и двусторонними российско-армянскими правовыми актами, на которых основано стратегическое партнерство между Республикой Армения и Россией.

В основном без прямых заявлений, но вместе с тем достаточно ясно представители Североатлантического альянса дали понять, что они готовы пойти на сближение настолько, насколько этого пожелает Армения. При этом заходить «слишком далеко» Ереван намерен едва ли. РА является не только ближайшим военно-политическим союзником Российской Федерации на Кавказе, но и одним из наиболее активных членов Договора о коллективной безопасности.

Интересы глобальной безопасности в стремительно развивающемся мире не исключают также перезагрузку отношений между Россией и НАТО, США и ОДКБ, НАТО и ОДКБ, сотрудничество и более тесная интеграция между которыми обеспечили бы снижение рисков активизации целого ряда общемировых и региональных угроз. Такой подход отражает возможность сближения этих субъектов глобальной и региональной безопасности под влиянием стратегии перезагрузки американо-российских взаимоотношений, а также расширения поиска путей взаимопонимания, взаимодополнения стратегических концепций развития. Успешность выработки новой концепции коллективной безопасности ОДКБ в значительной мере будет определяться системностью использования передовой современной методологии науки о безопасности, апробированных интенсивно модернизирующимися ОДКБ и НАТО, их конкретными членами, в первую очередь наиболее влиятельными — такими как Россия и США [17].

Совет и Секретариат ОДКБ готовы к разработке проекта новой стратегической концепции на базе синтеза новейших теоретико-методологических и научно-прикладных достижений современной политологии безопасности. Здесь представляется полезным учесть опыт разработки проекта Стратегии национальной безопасности Республики Армения при научной координации Института национальных стратегических исследований Министерства обороны РА в тесном сотрудничестве с ведущими безопасностно-политологическими центрами Москвы, Вашингтона и Брюсселя.

Надежный армяно-российский военный союз в системе безопасности ОДКБ служит также обеспечению устойчивого регионального военно-политического баланса на Южном Кавказе. В этой связи нужно подчеркнуть тот факт, что в 2011 г. ряд государств — членов ОДКБ ратифицировал протокол о внесении изменений в регламент ОДКБ, касательно отмены принципа принятия решения только в случае достижения консенсуса. С этого момента если какой-то участник выступает против определенного решения или воздерживается, то лишь освобождается от ответственности за его последствия [18]. Это нововведение сделало ОДКБ значительно гибче в вопросах обеспечения безопасности государств-членов и напрямую касается Армении. В контексте вопроса был конфликт в Нагорном Карабахе.

Хотя ОДКБ, по словам Генерального секретаря Организации Н. Бордюжи, и не намерена вмешиваться в процесс урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта, поскольку механизмы по его решению запущены в рамках другой международной структуры — Минской группы ОБСЕ, в то же время: «Мы

мониторим ситуацию, мы ее отслеживаем, понимая, что Армения — наш союзник». И в случае эскалации конфликта и возникновения кризисной ситуации между его сторонами, «у нас есть потенциал, связанный с применением сил или оперативных подразделений по противодействию. Но сегодня говорить, в какой форме может быть оказана помощь, я не могу, поскольку нужно это говорить исходя из конкретной обстановки. Но я еще раз повторяю, Армения получит всю необходимую помощь как полноправный член ОДКБ» [19]. Здесь был важен даже не сам факт гипотетически возможного вовлечения в боевые действия, в первую очередь, размещенных на территории Армении ВС РФ, а возникновение нежелательного для Москвы политического кризиса ОДКБ, когда другие государства — члены организации, скорее всего, заняли бы (в основном по экономическим (нефтегазовым) и конфессиональным причинам) нейтральную позицию по отношению к военному конфликту между Азербайджаном и Арменией.

Исходя из представленного анализа, можно обобщить, что армяно-российское сотрудничество соответствует долгосрочным стратегическим интересам обоих государств. В сложившихся военно-политических условиях Республика Армения руководствуется необходимостью надежных гарантий обеспечения своей безопасности, и в этом плане роль армяно-российского стратегического партнерства трудно переоценить. Военное и военно-политическое сотрудничество с Россией, в том числе размещение на территории РА российской военной базы, созвучно интересам Армении и служит надежной основой ее безопасности. Равным образом армяно-российские отношения не менее важны в многостороннем формате. Позиции Армении и России совпадают либо близки в отношении большинства ключевых международных проблем. РА поддерживает Россию и в вопросах укрепления СНГ. Тесное сотрудничество России и Армении и в рамках ОДКБ является сегодня существенным фактором обеспечения стабильности на Южном Кавказе, а армяно-российский военный союз, существующий в рамках системы безопасности ОДКБ, служит обеспечению военно-политического баланса в этом регионе.

Литература

1. Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Российской Федерацией и Республикой Армения [Электронный ресурс]: подписан в г. Москве 29 августа 1997 г. URL: http://www.lawrussia.ru/texts/legal_555/doc555a808x659.htm (дата обращения: 12.01.2017).

2. Договор между Российской Федерацией и Республикой Армения о российской военной базе на территории Республики Армения [Электронный ресурс]: подписан в г. Москве 16 марта 1995 г. URL: http://www.lawrussia.ru/texts/legal_673/doc673a332x809.htm (дата обращения: 12.01.2017).

3. Соглашение между Российской Федерацией и Республикой Армения по вопросам совместного планирования применения войск (сил) в интересах обеспечения совместной безопасности [Электронный ресурс]: совершено в г. Сочи 27 сентября 2000 г. URL: http://www.mid.ru/foreign_policy/international_contracts/2_contract/-/storage-viewer/ bilateral/page-190/46828 (дата обращения: 12.01.2017).

4. Договор о коллективной безопасности [Электронный ресурс]: совершено в г. Ташкенте 15 мая 1992 г. // МОЦИП ОДКБ, Армения. URL: http://www.odkb-armenia.am/doc03. php (дата обращения: 12.01.2017).

5. Кокошин А. Реальный суверенитет в современной мирополитической системе. Изд. 3-е, расшир. и доп. М.: Европа, 2006.

6. Manfred Wörner: NATO Visionary [Электронный ресурс] / by Ryan C. Hendrickson assessing the legacy of Manfred Wörner, NATO's seventh Secretary General, ten years

after his death // NATO Review. 2004. URL: http://www.nato.int/docu/review/2004/ issue3/english/history.html (дата обращения: 21.01.2017).

7. Устав Организации Договора о коллективной безопасности [Электронный ресурс]: совершено в г. Кишиневе 7 октября 2002 г. // МОЦИП ОДКБ, Армения. URL: http:// www.odkb-armenia.am/doc01.php (дата обращения: 12.01.2017).

8. Соглашение о правовом статусе Организации Договора о коллективной безопасности [Электронный ресурс]: совершено в г. Кишиневе 7 октября 2002 г. // Там же. URL: http://www.odkb-armenia.am/doc02.php (дата обращения: 12.01.2017).

9. Декларация государств — членов Организации Договора о коллективной безопасности о дальнейшем совершенствовании и повышении эффективности деятельности Организации [Электронный ресурс]: подписана в г. Минске 23 июня 2006 г. URL: http:// www.odkb-armenia.am/doc10.php (дата обращения: 12.01.2017).

10. Процесс создания КСОР ОДКБ осуществляется — Назарбаев [Электронный ресурс] // РИА Новости — Россия Сегодня. URL: http://www.rian.ru/politics/20090614/174328972. html (дата обращения: 21.01.2017).

11. Выступление Генерального секретаря Организации Договора о коллективной безопасности Н. Н. Бордюжи на заседании СБ ООН по тематике взаимодействия ООН и региональных организаций в поддержании международного мира и безопасности (Нью-Йорк, 13 января 2010 г.) [Электронный ресурс]. URL: https://www.un.int/russia/new/ MainRootrus/Statements/security%20council/2010/Statement130110ru.htm (дата обращения: 21.01.2017).

12. В Москве проходит встреча глав государств — членов ОДКБ [Электронный ресурс]. URL: http://www.zakon.kz/192814-v-moskve-prokhodit-vstrecha-glav.html (дата обращения: 21.01.2017).

13. Принятие решений на основе консенсуса в НАТО. Основополагающий принцип // Официальный сайт НАТО (на рус. яз.). URL: http://www.nato.int/cps/ru/natohq/ topics_49178.htm (дата обращения: 12.01.2017).

14. О перспективах развития отношений России и НАТО [Электронный ресурс] / Е. Бу-жинский [и др.]; под общ. ред. И. Юргенса и С. Кулика; Ин-т совр. развития. Октябрь 2010. URL: http://www.riocenter.ru/files/MiniBook_NATO.pdf (дата обращения: 21.01.2017).

15. Котанджян Г. К вопросу о перспективе диалога НАТО — ОДКБ // Политическая экспертная сеть КРЕМЛЬ^й. URL: http://www.kreml.org/opinions/98314439?mode=print (дата обращения: 21.01.2017).

16. Минасян С. М. Процесс формирования системы коллективной безопасности в рамках СНГ: история и перспективы // Вестник Армяно-российского университета. 2003. № 1. С. 46-53.

17. Hillary Clinton's "smart power"? [Электронный ресурс] // Times Online. January 13, 2009. URL: http://www.timesonline.co.uk/tol/news/world/us_and_americas/ article5511343.ece (дата обращения: 21.01.2017).

18. Саркисян С. Политика ОДКБ и ШОС в регионе Южного Кавказа [Электронный ресурс]. URL: http://www.catu.su/analytics/296-politika-odkb-i-sco-v-regione-yuzhnogo-kavkaza (дата обращения: 21.01.2017).

19. Голос Армении: газета. 2012. 25 февраля [Электронный ресурс]. URL: http://www. golosarmenii.am/ru/20232/home/16924/ (дата обращения: 21.01.2017).