Лихтенштейн: секреты процветания

СФЕРА ЭКОНОМИКИ

Леонид ХОДОВ

ЛИХТЕНШТЕЙН: СЕКРЕТЫ ПРОЦВЕТАНИЯ

Одно из самых маленьких государств мира - княжество Лихтенштейн, занимающее 160 кв. м альпийских гор и долин между Швейцарией и Австрией, в течение последних трёх веков часто привлекало внимание европейской общественности.

В начале XVIII века Европа с интересом наблюдала, как дальний родственник Габсбургов - правящей династии Австро-Венгерской империи - князь фон Лихтенштейн, приобретя графство Вадуц и имение Шелленберг, объявил свои земли самостоятельным княжеством.

От бизнеса на почтовых марках и богатых иностранных путешественниках — к налоговому убежищу

В XIX веке княжество всё чаще посещают богатые английские туристы, путешествующие по Альпам; становятся известными богатейшие собрания картин, фарфора, серебра и оружия, находящиеся в княжеском дворце в столице — г. Вадуц. В конце века княжеская династия открывает золотую жилу - она начинает печатать почтовые марки, которые филателисты всего мира с удовольствием покупали и продолжают покупать.

В ХХ веке княжество сменило политическую ориентацию с распавшейся Австро-Венгрии на Швейцарию, ввело во внутреннее обращение швейцарский франк (далее - шв. фр.) и начало строить горнолыжные курортные посёлки и туберкулёзные санатории для богатых пациентов.

Производственных факторов, которые могли бы обеспечить альпийской стране экономический подъём - природных ресурсов, ёмкого рынка, массового притока дешёвой квалифицированной рабочей силы, как в Германии или Австрии, в Лихтенштейне не было, а горнолыжный и познавательный туризм был

© Ходов Леонид Григорьевич - профессор Академии народного хозяйства при

правительстве РФ.

ограниченным источником дохода. Во-первых, сезон был недолгим, а во-вторых, разбогатевшие немцы, англичане и скандинавы, погуляв по столице княжества с населением менее 10 тыс. человек и посетив музей, отправлялись дальше на прекрасно оборудованные курорты в соседних швейцарских, итальянских и австрийских Альпах. Немногими природными ресурсами княжества были удобное географическое положение - нахождение вблизи от богатых и густонаселённых стран, а также некоторые возможности для развития туризма: заснеженные склоны зимой и весной, идиллические картины альпийских лугов, свежие мясные и молочные продукты, замечательные виды, возможности конных и пеших прогулок.

Выпуск почтовых марок почти полтора столетия поддерживал бюджет Лихтенштейна. Почтовое ведомство проводило искусственную политику создания дефицита на некоторые марки. Например, какая-то марка выпускалась массовым тиражом, а одна из марок этой серии почти не поступала в продажу. Вскоре эта марка становилась среди филателистов дефицитной и дорогой. Почта княжества начинала её продавать, когда считала, что цена достигла желательного уровня. Кроме марок выпускались открытки и художественные альбомы с репродукциями картин княжеского собрания произведений искусства, календари.

Одна из задач, вставших перед правительством княжества после Первой мировой войны, состояла в недопущении наплыва беженцев из развалившейся Австро-Венгрии, находящейся в кризисном состоянии Германии и охваченной гражданской войной России. Однако некоторым беженцам всё-таки удалось осесть в Лихтенштейне, и они с благодарностью отплатили ему за это. К таким беженцам относилась семья баронов Фальцфайнов, бывших владельцев огромного образцового имения и заповедника Аскания Нова на Украине. Потомки этой переселившейся семьи внесли значительный вклад в развитие культуры и международных гуманитарных связей княжества, в том числе и с нашей страной. Они вернули в Россию ряд произведений искусства. Фотография нынешнего главы рода представлена в Петропавловском соборе в Санкт-Петербурге.

Во время Второй мировой войны Лихтенштейн, так же как и Швейцария, сохранял нейтралитет. В годы послевоенного восстановления Европы и возникновения в ней противоборствующих военно-политических систем внешняя политика страны продолжала оставаться изоляционистской. Лихтенштейн иногда называли "музеем феодальной Европы".

Для государственного бюджета был характерен постоянный дефицит. По своим размерам бюджет уступал аналогичным показателям маленького германского города. Доходы лихтенштейнского бюджета в 1960 году составляли 6,1 млн шв. франков, а расходы - 9,7 млн1. У княжества росли долги.

1 Amt fuer Volkswirtschaft, Lichtenstein.

Процветание, основанное на сбежавшем иностранном капитале

Во второй половине 1960-х в экономике соседей Лихтенштейна сложилась следующая ситуация: потрясённое войной народное хозяйство ФРГ, Италии и Австрии было полностью восстановлено, безработица рассосалась, уровень жизни в этих странах поднялся, валюта, по крайней мере в ФРГ и Австрии, была устойчивой. Однако одновременно с высокими темпами экономического роста и накопления в этих странах росли налоги, не в последнюю очередь из-за роста международной напряжённости и военных расходов, увеличивающихся затрат на европейскую интеграцию.

Пришедшие к власти во многих западноевропейских странах социал-демократические партии начали проводить социальные реформы, а это потребовало новых бюджетных ассигнований и соответственно повышения доходов бюджетов, то есть налогов.

Перед разбогатевшими западноевропейцами остро встал вопрос: как уберечь капитал и доходы от растущего налогообложения? В Европе был такой налоговый оазис - соседняя Швейцария. Там свято хранили банковскую тайну иностранных вкладов, иностранных юридических и физических лиц, поместивших капитал в этом государстве, облагали налогами, но меньшими, чем в соседних крупных странах. Швейцария не несла заметных военных расходов, её бюджет был безупречен, и она могла установить не слишком высокие налоги со сбежавшего из других стран капитала.

Правительство Лихтенштейна решило пойти по такому же пути, зачастую превосходя Швейцарию по предоставляемым иностранному капиталу налоговым льготам. Ни одна из соседних крупных держав таких льгот никогда бы обеспечить не смогла, так как льготы для иностранных компаний внутри страны не могут быть большими, чем для отечественных юридических лиц. Особые льготы можно предоставить офшорным компаниям, которые имеют право заниматься хозяйственной деятельностью только за границей страны регистрации. Но тогда офшорного налогообложения могли бы потребовать и отечественные предприятия, занимающиеся внешнеэкономической деятельностью.

Иностранный капитал совсем не угрожал экономике княжества. С национальными производителями этот капитал не конкурировал, внутренний рынок был совершенно незначительным. Регистрирующиеся иностранные компании собирались разбогатеть за рубежом и не платить высокие налоги в стране своего происхождения, а платить чисто символические налоги в Лихтенштейне. А частные вкладчики хотели просто минимальных налогов с доходов на депозиты. Такая налоговая политика никаких дополнительных расходов не требовала, но неизменно обеспечивала поступления в бюджет княжества. Правда, эти поступления были лишь частью недоплаченных налогов в бюджеты государств происхождения капиталов.

После введения налоговой системы, в соответствии с которой зарегистрированные иностранные компании обязаны были платить кроме однократного ре-

гистрационного сбора ежегодно 0,1% от своих активов (но не меньше 1000 шв. фр.) в год1, в княжестве наступило время длительного процветания.

Налоговая реформа проводилась под непосредственным руководством князя Ханса-Адама II, обладающего несравнимо более широкими полномочиями, чем любой монарх в Западной Европе. История показала, что это была не последняя его реформа, коренным образом повлиявшая на хозяйственное развитие страны.

Одновременно с налоговыми реформами правительство стало проводить либеральную внешнеэкономическую политику, стремясь получить выгоды от развивающейся европейской интеграции. Княжество, расположенное на правом берегу верхнего Рейна, стало активно участвовать в сотрудничестве прирейн-ских государств. Как известно, Рейн и его притоки протекают по территории восьми богатейших стран мира - кроме Лихтенштейна это Швейцария, Австрия, Германия, Франция, Люксембург, Нидерланды и Бельгия. Благодаря строительству на территории ФРГ канала, соединившего Рейн с Дунаем и позволяющего проходить большегрузным судам от Северного моря до Чёрного, возникла огромная транспортная артерия, позволяющая дёшево перевозить грузы по всей Европе. Выгоды от этого получил и Лихтенштейн.

Вместе со Швейцарией он вошёл в европейское экономическое пространство, объединившее страны-участницы ЕС и ЕАСТ, в основе которого лежит реализация четырёх экономических свобод: передвижения на территории Западной Европы товаров, труда, услуг и капитала, а также обеспечение сотрудничества в других областях - научных исследованиях, развитии образования, охране окружающей среды и социальной политики. Кроме того, Швейцария и Лихтенштейн заключили с ЕС секторальные соглашения в области транзита товаров, воздушного, железнодорожного и автомобильного транспорта, взаимного участия фирм в торгах на государственные закупки и подряды, научно-технического сотрудничества и передвижения граждан.

Торгово-политический режим княжества заметно отличается от внешнеэкономической политики стран ЕС. Лихтенштейн не участвует в многочисленных интеграционных организациях, фондах, в унификации и выравнивании налогов, строго регулируется приток рабочей силы из-за рубежа, в том числе и из соседних стран. Ни одно государство в Европе (кроме Ватикана) не платит в международные организации так мало членских взносов на тысячу зарегистрированных граждан, как Лихтенштейн. Тем не менее экономика альпийского княжества, с точки зрения свободы передвижения товаров, услуг и капиталов - одна из самых либерализированных в мире.

Превращение Лихтенштейна в налоговый оазис и офшорную территорию сыграло двоякую роль в хозяйственной судьбе княжества. Оно вызвало процветание на чужих деньгах, с одной стороны, и недовольство правительств и общественности ряда государств-соседей - с другой.

1 Б1е Б1еиег т Бигора. Мие^ег, 2001.

В течение нескольких десятилетий страна находилась в состоянии экономического процветания. Число занятых возросло с 5,5 тыс. человек в 1950 году до 27 тыс. в 2002-м главным образом в результате роста финансово-управленческих услуг. Тысячам иностранных фирм, зарегистрированным в альпийском княжестве, понадобились постоянные представительства, служащие, юристы. Среди граждан Лихтенштейна не осталось безработных, почти все семьи получали платежи за регистрацию по их адресам иностранных фирм. Наряду с 10 тыс. граждан в стране работают 19 тыс. иностранцев . Для многих квалифицированных европейских специалистов работа в финансовых учреждениях Лихтенштейна была заветной мечтой. Опытная секретарша в компании доверительного управления получала около 160 тыс. шв. фр. в год - существенно больше, чем менеджер среднего звена на Уолл-стрит или в лондонском Сити.

Иностранцы, занятые в Лихтенштейне, в основном не переселялись в княжество: в нём просто не было столько места, была чрезвычайно дорогой аренда жилья, а о приобретении участка под застройку не могло быть и речи. Квадратный метр незастроенной земли стоил в 2003 году в среднем 2000 шв. фр. (1300 евро). Иностранцы в Лихтенштейне - это в большинстве своём жители соседних районов Австрии и Швейцарии. Граждане других стран, занятые на лихтенштейнских фирмах, нередко живут в соседней Австрии. Уровень квалификации у иностранцев, как и у коренных жителей княжества, как правило, высок, так как неквалифицированной работы в стране мало.

Быстро росли макроэкономические показатели: валовой внутренний продукт возрастал ежегодно примерно на 10%, достигнув в 2000 году, при практически постоянной численности лихтенштейнских граждан, 4,3 млрд шв. фр., то есть примерно 127 тыс. шв. фр. на душу населения. В 1970 году бюджет был профицитным, но его доходы составляли около 70 млн шв. фр., в 1980 году -уже 200 млн, в 1990-м - почти 400 млн. Ежегодные поступления в бюджет превысили 800 млн2, а расходы не составляли и 600 млн шв. фр. Княжество буквально преобразилось. Правительство вкладывало значительные средства в инфраструктуру. Финансовые, юридические и консалтинговые компании построили сотни прекрасных зданий. В основе этого экономического мини-чуда лежал массовый приток иностранного капитала и, как следствие, высокий уровень занятости, высокая зарплата, высокая прибыльность, прежде всего в банковском секторе, высокие цены на недвижимость, низкие налоги, значительные поступления в государственный бюджет. Только за пять лет - с 1995 по 2000 год - сумма вкладов в лихтенштейнские банки возросла более чем в два раза, достигнув 113 млрд шв. фр. или 3,3 млн на душу населения3.

1 Amt fuer Volkswirtschaft. Lichtenstein, 2004.

2 Ibid.

3 Данные FAZ-Institut, 2004.

Регистрация иностранных фирм в налоговых убежищах, помещение физическими лицами своего капитала в странах с символическим налогообложением процентов и дивидендов по мере нарастания разницы в уровнях налогообложения приобретали всё большие масштабы и стали вызывать всё большее недовольство у правительств европейских государств, откуда капитал перемещался в Лихтенштейн.

До 40% крупных европейских фирм имеют свои дочерние компании в офшорных зонах. Механизм офшорных операций широко известен по учебникам и из средств массовой информации (см., например, публикации по делу ЮКОСа). Однако если транснациональные корпорации освобождали от налогов миллиардные операции через свои фирмы на Багамских и Каймановых островах, в британских офшорных зонах и на Кипре, то у средних и мелких компаний, а также у физических лиц была возможность, может быть, в меньших масштабах тоже сильно сэкономить на налогах, не прибегая к вывозу своего капитала за пределы маленькой Европы. Налогообложение прибылей иностранных юридических и физических лиц в некоторых странах ЕС (Австрии, Бельгии, Люксембурге и Нидерландах, а особенно в государствах, не входящих в интеграционное объединение, - Швейцарии и Лихтенштейне) позволяло собственникам капиталов из Германии, Франции и Италии недоплачивать крупные суммы в бюджеты своих стран.

Если в далёкие заморские офшорные зоны капитал надо переводить в безналичном виде, а такие переводы легко контролировать, то в соседние страны, где высокий уровень необлагаемого налогами дохода сочетается с низкими налоговыми ставками, можно было просто привезти наличные деньги и поместить их в банк в течение нескольких часов.

Западноевропейские державы объявляют войну налоговым убежищам

В 1970 и 1980-х годах почти каждый скандал в Германии, Австрии, Италии по поводу укрытия средств от налогообложения был так или иначе связан с Лихтенштейном. Дело дошло до того, что поездка в г. Вадуц вызывала подозрение у налоговых чиновников. Массовый вывоз средств с целью неуплаты налогов на родине вызывал раздражение правительств и недовольство честных налогоплательщиков.

В связи с низкими темпами роста экономики в Западной Европе и возникновением устойчивых бюджетных дефицитов правительства стран ЕС были вынуждены заняться поисками дополнительных источников дохода. По инициативе министра финансов ФРГ в рамках еврозоны были проведены переговоры по вопросам налогообложения доходов иностранных капиталов и принято решение о том, что с начала 2004 года доходы с капитала, в какой бы из стран ЕС он ни был помещён, будут известны налоговым органам государств, резидентами которых являются собственники капитала. Был введён всеобщий контроль и налоговое принуждение на капиталы резидентов ЕС на всей территории интеграционного объединения.

Настала очередь стран-налоговых убежищ, не входящих в ЕС. Из них больше всего иностранного капитала сосредоточено в Швейцарии и Лихтенштейне. Министры финансов стран объединённой Европы начали с ними переговоры с общих позиций. Альпийским государствам был предложен выбор из двух моделей.

1. Обязать свои банки передавать информацию о помещённых в них капиталах, зарегистрированных фирмах, принадлежащих резидентам ЕС, и их доходах налоговым органам стран происхождения капитала.

2. Ничего не сообщать о капиталах и доходах юридических и физических лиц объединённой Европы, но взимать с их доходов налог, который будет постепенно год от года повышаться и достигнет 35%.

Четверть собранных сумм достанется налоговым органам стран размещения иностранного европейского капитала, остальное будет переведено в бюджеты стран происхождения1 .

Лихтенштейн и Швейцария не могли противостоять давлению остальной Европы и приняли вторую модель, чтобы сохранить тайну вкладов, являющуюся важной составной частью правовой системы этих стран.

Частичное спасение наследства

Отстояв тайну вкладов, Лихтенштейн и Швейцария пытаются сохранить остатки своей привлекательности для собственников капитала из стран ЕС, но вековая слава двух альпийских государств как надёжных и выгодных мест укрытия денежных средств от налогов сильно померкла.

Новый порядок налогообложения европейского капитала особенно больно ударил по экономике Лихтенштейна. Если у Швейцарии наряду с банковскими операциями всегда было ещё несколько опор национальной экономики: развитая фармацевтика, точная механика, приборостроение, доходы от транзита иностранных товаров и пассажиров, от нахождения на территории страны множества международных организаций, то у маленького княжества всего этого не было.

Первая задача, вставшая перед Лихтенштейном после так называемой налоговой капитуляции перед ЕС, - сохранить максимум возможного от былой привлекательности для иностранного капитала. Сохранить удалось следующее.

Во-первых, новые налоговые правила распространялись только на капитал резидентов стран ЕС; на доходы от вложений компаний и граждан других государств они не распространялись, а в княжестве есть компании и депозиты, происходящие из США, Латинской Америки, нефтяных монархий Персидского залива и России.

Во-вторых, закрытие налоговых убежищ для западноевропейского капитала в Европе ещё не означает их повсеместной ликвидации. Остаются десятки офшорных территорий во всём мире, в первую очередь островные государства в

1 Ходов Л.Г. Конец банковских офшоров в Европе // Современная Европа, 2004. № 2.

Тихом океане, Бермудские острова, Гонконг. Эксперт по налогам известной консультационной компании "Прайс - Уотерхауз" выразил сомнение в перспективности этих территорий как сферы привлечения европейского капитала. Он считает, что "вкладчикам не хватает доверия к этим адресам, ореола стабильности и надёжности, которые многие годы были неотъемлемой чертой Швейцарии, Бельгии, Люксембурга и Лихтенштейна"1. Поэтому в княжестве остаётся надежда, что часть консервативных вкладчиков, не склонных к риску, всё-таки смирятся с налогами и оставят свои вклады в соседнем Лихтенштейне.

В-третьих, лихтенштейнские банки пытаются стать европейскими агентами самого политически устойчивого и экономически стабильного развивающегося налогового рая - Сингапура. Затраты на обслуживание иностранных банковских вкладов в Сингапуре низкие. С доходов по депозитам иностранцев налоги не взимаются. Банки Лихтенштейна - традиционные партнёры в экономии на налогах собственников капитала из ФРГ, Франции, Италии и скандинавских стран - подчёркивают, что вклады по-прежнему принимают они и они же несут ответственность за доверенные суммы, переведя их на счета своим аффилированным компаниям в Сингапур2.

Однако перечисленные обстоятельства - это всего лишь остатки прежней роскоши. Основными собственниками капитала, вложенного в банки княжества, были не латиноамериканцы и граждане Саудовской Аравии, а европейцы. Несмотря на надёжность и сохранение банковской тайны, в Лихтенштейне стремление минимизировать налоговые платежи с доходов так же естественны в рыночной экономике, как и стремление к присвоению прибыли, поэтому отток иностранного капитала из бывшего налогового убежища совершенно закономерен. Наконец, несмотря на посредничество в офшорном бизнесе, платежи иностранных офшорных компаний всё больше будут поступать властям Сингапура, Багамских и Бермудских островов, а не правительству Лихтенштейна.

Справедливость приведённых соображений подтверждается фактами. С самого начала наступления правительств западноевропейских государств на налоговые убежища и офшорные зоны в Западной Европе иностранные вклады в банках Лихтенштейна начали сокращаться. После достижения максимального уровня в 113 млрд швейцарских франков в 1999 году, в 2001 году они составляли 106 млрд, в 2002-м - 96 млрд, а в 2004 году, по оценкам экспертов, немногим более 80 млрд шв. фр.3

Уход офшорных компаний из княжества привёл к сокращению доходов государственного бюджета и к исчезновению профицита.

Перед страной встала вторая задача, носившая стратегический характер: что делать, чтобы не допустить превращения Лихтенштейна в горнолыжно-

1 Ходов Л.Г. Сингапур - налоговое убежище европейских банковских вкладов // Проблемы Дальнего Востока. 2004, № 2.

2 Там же.

3 Данные РА2-1шйШ, 2004.

курортную страну, поддерживающую свой бюджет выпуском коллекционных почтовых марок.

Перестройка по-лихтенштейнски

Коренное изменение в экономической стратегии княжества началось в конце недавно ушедшего века. Уменьшающиеся возможности получения доходов от иностранных компаний и обслуживания депозитов частных лиц ведёт к ускорению развития промышленности. Если в соседних европейских странах материальное производство всё более теряет свои позиции в пользу услуг, то в Лихтенштейне наблюдается обратная тенденция. С 1992 по 2002 год численность занятых в промышленности возросла почти на 15%, ещё быстрее она увеличивалась с 2002 до начала 2005 года - примерно на 7% при постоянном росте производительности труда. Промышленность, долгое время находившаяся в тени финансовых услуг, стала играть ведущую роль в экономике страны. Более 42% ВВП в 2004 году было создано в промышленности, менее 30% в сфере финансов и немногим менее 25% в торговле и сфере нефинансовых услуг. Интересно отметить, что на небольшой территории княжества 5% ВВП произведено в сельском и лесном хозяйстве, причём занято в нём всего 1,3% самодеятельного населения1.

Рост численности и доли занятых в промышленности (45% самодеятельного населения в Лихтенштейне по сравнению с 32% в Германии) выглядит особенно парадоксально, если принять во внимание незначительные размеры внутреннего рынка княжества, высокий уровень заработной платы в промышленности -в среднем более 6000 шв. фр. в месяц (валовая) и недоступно высокую цену земли - около 2000 шв. фр. (1300 евро) за кв. метр2.

Реакцией на эти объективные экономические условия стала генеральная линия развития промышленности, основывающаяся на следующих положениях.

• Ориентация исключительно на экспорт, который, по некоторым оценкам, в 2005 году приблизится к 5 млрд шв. фр. В расчёте на душу населения это в 11,5 раза больше, чем в ФРГ. Такие размеры экспорта возможны только при наличии огромной сети сбытовых филиалов, но самое главное, огромного числа зарубежных предприятий, связанных с заводами в Лихтенштейне подетальной специализацией. На промышленных предприятиях, принадлежащих лихтенштейнскому капиталу за рубежом, занято втрое больше работающих, чем в самом княжестве.

Именно поэтому территория мини-государства выглядит совершенно про-мышленно не освоенной. Не дымят трубы, нет огромных складов, не разгружаются вагоны и грузовики с топливом и сырьём.

• В стране развиваются почти исключительно отрасли высокой технологии. Одна из ведущих фирм - 1уоо1аг У1уаёеП - входит в лихтенштейнскую

1 Frankfurter Allgemeine Zeitung, 17.05.2004.

2 Ibid.

группу Веп1а1есИшк, являющуюся мировым лидером в исследованиях и внедрении новейших технологий в области зубного протезирования и крупнейшим в Европе производителем дентина - материала для искусственных зубов. На предприятиях концерна работает почти 19 000 человек, в том числе 2 250 в Лихтенштейне. Самая известная фирма княжества - Нйй, специализирующаяся на производстве высокопрочных режущих инструментов, от наконечников свёрл для часовой промышленности до резцов и фрез для обработки бетона, камней - от драгоценных до строительных. На Нйй работает около 15 000 человек, из них 10% - в Лихтенштейне. Известный технологический концерн Ипах18 Ба^еге - одна из ведущих в мире фирм по производству покрытий для СО.

• В связи с поздней индустриализацией и сосредоточением промышленности в отраслях высоких технологий в Лихтенштейне немного малых и средних предприятий. Почти все заводы входят в международные промышленные группы.

• Ограниченный допуск в страну низкоквалифицированной рабочей силы, перенесение всех видов производств, требующих много сырья и труда низкой и средней квалификации, за рубеж, отказ от производства на территории княжества не только полуфабрикатов, но и комплектующих и получение их из-за рубежа.

Государственное стимулирование промышленности

Вступивший на престол в августе 2004 года князь Алоиз продолжает политику своего отца по развитию "процветающего острова высоких технологий в центре Европы". Налоговая система предусматривает дифференциацию ставок налогообложения по отраслям производства. Минимальная ставка налога на прибыль - 10% - устанавливается для самых капиталоёмких и экспортно-ориентированных предприятий.

Самый высокий налог на доходы физических лиц - 18%.

В целом налоговая нагрузка в Лихтенштейне (доля совокупных налогов в чистом социальном продукте) чрезвычайно низкая. Она составляет всего 22%1.

Правительство может позволить себе ограничиться умеренными налогами и предоставлять промышленности налоговые льготы по следующим причинам:

1. Бюджет княжества освобождён от целого ряда расходов, типичных для любой другой страны. В Лихтенштейне вообще нет армии, маленькая полиция, которая в основном занимается преследованием финансовых злоупотреблений.

2. В княжестве нет собственного университета. Молодые люди едут учиться по соседству в одно из лучших в мире учебных заведений по подготовке банковских специалистов в г. Санкт-Галлен в Швейцарии или в германские и австрийские университеты. Обучаясь даже в самых дальних из них, студенты могут в конце недели приезжать домой.

1 Amt fuer Volkswirtschaft, Lichtenstein, 2004.

В Лихтенштейне нет специализированных клиник. Для граждан, обычно имеющих высокий доход и прекрасно застрахованных, не представляет проблемы отправиться в лучшие швейцарские и германские больницы.

3. Несмотря на уменьшение привлекательности Лихтенштейна как офшорной зоны и места помещения капитала физических лиц в целях минимизации налогообложения, в княжестве осталось ещё довольно много иностранных вложений. Их собственники не спешат полностью расставаться с альпийским мини-государством из-за соблюдаемой здесь тайны банковских вкладов, из нежелания переводить средства в заморские налоговые убежища или по какой-либо другой причине. Во всяком случае, иностранный капитал представляет собой до сих пор значительную, хотя и заметно сократившуюся налоговую базу для казны. Налоги с доходов иностранных юридических и физических лиц составляют

примерно половину поступлений в бюджет Лихтенштейна.

* * *

Было бы неправильным представлять состояние экономики Лихтенштейна исключительно в розовых тонах. Вялая хозяйственная конъюнктура в западноевропейских странах - главных финансовых и торговых партнёрах альпийского княжества - не могла не отразиться на его экономике. Возникают проблемы с экспортом, в 2003 году иностранцев приехало меньше, чем ожидалось. Впервые доля зарегистрированных безработных в самодеятельном населении составила 2% (неслыханно низкий показатель для Европы, но необычно высокий для Лихтенштейна). Однако правительство и деловые круги ищут свой путь развития страны, в первую очередь делая ставку на экспортоориентированные отрасли высокой технологии.

"Деиндустриализация, происходящая в других европейских странах, - это не наш путь", - заявил руководитель ведомства экономики правительства Лихтенштейна Х. Бюхель1. А президент концерна Нйй М. Хилти, являющийся одновременно президентом Торгово-промышленной палаты княжества, сказал о лихтенштейнских фирмах: "Почти все мы добились успеха, потому что отыскиваем и заполняем ниши на мировом рынке. Мы давно научились, как удерживать за собой мировой рынок высокооплачиваемых и дорогих товаров"2.

1 Frankfurter Allgemeine Zeitung, 17.04.2004.

2 Там же.