2017.01.030. РАЙНЕР А. ПРАВОВОЕ ГОСУДАРСТВО КАК ОСНОВА ЕВРОПЕЙСКОГО КОНСТИТУЦИОНАЛИЗМА. RAINER A. L’ÉTAT DE DROIT COMME FONDAMENT DU CONSTITUTIONNALISME ЕUROPéEN // REVUE FRANçAISE DE DROIT CONSTITUTIONNEL: NUMéRO SPéCIAL. - P., 2014. - DéCEMBRЕ, N 100. - Р. 769-776

ЕВРОПЕЙСКОЕ ПРАВО

2017.01.030. РАЙНЕР А. ПРАВОВОЕ ГОСУДАРСТВО КАК ОСНОВА ЕВРОПЕЙСКОГО КОНСТИТУЦИОНАЛИЗМА. RAINER A. L'État de droit comme fondament du constitutionnalisme Еигорёеп // Revue française de droit constitutionnel: Numéro spécial. -P., 2014. - Décembre, N 100. - Р. 769-776.

Ключевые слова: конституционализм; европейское конституционное право; правовое государство; индивидуализация.

Небольшая статья профессора университета в немецком городе Регенсбург посвящена особенностям развития европейского конституционного права на современном этапе. Она начинается словами: «Современный конституционализм в Европе характеризуется антропоцентрическим сближением посредством все увеличивающегося концептуального сходства на национальном, наднациональном и концептуальном уровнях, как и первостепенной ролью правового государства» (с. 769).

По мнению автора, первый аспект этого сближения выражается в индивидуализации (выделено автором) конституционного права, в необходимости эффективной защиты индивида и его основных прав - и по содержанию и в функциональном плане. Окончательный результат этой защиты включает устранение всех угроз, существующих в настоящее время и могущих существовать в будущем, независимо от ясности или неопределенности формулировок в конституционных текстах. Исходя из того, что конституция является «живым» инструментом, определяющим юридические основы на неопределенный период времени, защита индивида находится в постоянном развитии, приспосабливаясь к социальным изменениям, технологическому прогрессу, новым угрозам и т.д.

Основными средствами адаптации конституционного порядка к текущим изменениям являются конституционные реформы и

динамическая интерпретация текстов, в частности относящихся к сфере таких ценностей, как свободы и основные права, а также демократия, правовое государство, социальное государство (потому что социальные права существуют в большинстве стран), «открытость государства и т.д.» (с. 770). Названная интерпретация осуществляется судьями, в частности конституционными судьями, которые играют в этом процессе первостепенную роль. Таким образом, судья компетентен и даже обязан адаптировать и дополнять логичную систему ценностей для эффективной защиты индивида. Ему принадлежит право интерпретировать и формулировать конституционные гарантии и даже конкретизировать основной принцип личной свободы, присущий каждой демократической и плюралистической конституции, даже если она не содержит особых гарантий, которые могли бы быть адаптированы к новым условиям. Пункт 1 ст. 2 Основного закона Германии 1949 г. устанавливает: «Каждый имеет право на развитие своей личности, поскольку оно не нарушает прав других и не посягает на конституционный порядок или нравственный закон». Согласно практике Конституционного суда ФРГ названная норма содержит общий принцип личной свободы: если текст конституции не предоставляет специальных гарантий, то применяется указанная статья. Вследствие такого положения защита индивида всегда носит сложный характер. Судья анализирует наиболее близкие к рассматриваемой ситуации гарантии и, применяя динамическую интерпретацию, изыскивает средства расширить значение концепции, относящейся к этой гарантии. Таким образом, даже конституция не всегда содержит общие положения о личной свободе.

Сущностная эффективность защиты индивида, предоставляемая конституцией, соединена с функциональной эффективностью. Этот аспект относится к функционированию конституционных гарантий и, в частности, к определению пределов ограничения свобод и основных прав. По общему правилу в Европе такие ограничения могут осуществляться только законом, который должен иметь «главное содержание» гарантий и удовлетворять требованиям пропорциональности. Такая защита эволюционирует во времени в рамках европейского конституционализма, иногда имея различную терминологию (с. 771).

Вторая особенность существующего в настоящее время европейского конституционализма - появление в праве феноменов конституционализации и интернационализации. Институционали-зация означает взлет значения конституции и придание первостепенной роли конституционной юстиции. Наблюдение за конституционностью законодательства преобразует формальное правовое государство в сущностное правовое государство; конституционность законодательства обязывает государственные власти реали-зовывать во всех аспектах своей деятельности фундаментальные ценности справедливости, достоинства и свободы индивида.

Конституционализация является выражением новой концепции правового государства; она объединяет (unificateur), сплачивает «добрый порядок» в сообществе, определяемый конституцией, с защитой индивида. Благо индивида - основная часть названного «доброго порядка».

Конституция закрепляет наиболее значительные аспекты правового государства, а именно демократию, отношениями между государственными властями и индивидуумами, «правление права» (régne du droit); следовательно, она требует, чтобы государство все свои действия подчиняло праву и соблюдало надгосударственное право. Государство является базовой точкой конституционной архитектуры, объединяя базовые ценности конституционного порядка. Эти ценности группируются вокруг индивида и составляет основу его политического самоопределения, образуют коллективное право для реализации ценностей демократии и индивидуальное право индивида на защиту от незаконного посягательства государственных властей (с. 772). Таким образом, индивид находится в центре правового государства, которое обеспечивает его свободу в личных, экономических и политических действиях и гарантирует существование демократии в качестве права участия и институциональной ценности.

Демократия и правовое государство не могут противостоять друг другу; эти два института обусловливают друг друга. Конституция является базовым актом демократии; соблюдение конституции в правовом государстве есть реализация демократии. Следовательно, свобода и демократия являются опорой конституционного права. Демократия имеет конечной целью реализацию свободы индивида в качестве члена общества и обеспечивает его право политического

самоопределения. Отсюда следует, что функциональное единство основных ценностей государства на горизонтальном уровне возможно в правовом государстве как эпицентре этих ценностей (с. 773).

Существует и вертикальное функциональное единство правового государства и его базовых ценностей. «Открытое» государство является связывающим элементом горизонтального и вертикального «изменений» правового государства. В «вертикальное» единство входит «конституционный европейский блок», который включает национальные конституционные концепции, конвенционные акты, а для членов Европейского союза - наднациональные (сюпранациональные - supranational) концепции. Эти три европейских правопорядка конституционного права автономны, но взаимозависимы и в некоторой степени взаимодействуют друг с другом.

Автор считает, что традиционный термин «конституционное право» характерен и законен для национального правопорядка, тогда как наднациональные и конвенциональные правопорядки, основанные на договорах, составляют конституционное право функционального типа. Национальные основные права и свободы более достижимы только в рамках Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., которая в функциональном плане влияет на национальное конституционное право. Даже если эта Конвенция допускает некоторые разночтения регулирования в государствах - участниках этой Конвенции, она четко определяет содержание национальных прав и возможности их применения. Национальные конституции могут указывать на свою интерпретацию Конвенции, как это делает, например, п. 2 ст. 10 Конституции Испании 1978 г.: «Нормы об основных правах и свободах, признаваемых конституцией, должны рассматриваться в соответствии со Всеобщей декларацией прав человека, международными договорами и соглашениями по тем же вопросам, ратифицированным Испанией». Такая же обязанность возлагается на судебную практику в ФРГ.

В результате конституционный правопорядок открывается для внешнего, т.е. международного права, гармонизируя ценности. Французский конституционный совет подчеркивает, что значение правового государства не должно ограничиваться внутренним правом, оно должно интегрировать и внешнее право. Принцип правового государства связывает два правопорядка, позволяющих гар-

монизировать правовые концепции, поскольку существующие правовые механизмы предусматривают включение международного права во внутренний правопорядок. Правовое государство в результате усиливается за счет концептуальной связи между национальными и международными сферами права.

Защита прав человека в Европейском союзе усилилась и в результате принятия Хартии основных прав и свобод ЕС, имеющей обязательную юридическую силу для государств - членов ЕС и ставшей составной частью Лиссабонского договора. Хартия способствует концептуальной гармонизации на национальном и наднациональном уровнях и предоставляет некоторые возможности для интерпретации гарантий, которые не закреплены в конституциях стран Союза (с. 775).

В результате, по мнению автора, можно констатировать, что в Европейском союзе существует функциональное вертикальное единство конституционных правопорядков на трех уровнях, а именно на национальном уровне, на уровне Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и на уровне Хартии основных прав и свобод Союза.

В заключение автор еще раз подчеркивает, что «правовое государство образует фундамент и апогей конституционного правопорядка, центр основных ценностей государства - демократии и защиты индивида. Это «горизонтальное функциональное единство». Концепция государства, «открытого» для Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, гармонизирует с национальными ценностями. Наднациональный механизм Хартии об основных правах Европейского союза инкорпорируется во внутренний правопорядок. Правовое государство включает во внешнем своем значении эти феномены, которые приводят к «вертикальному функциональному единству» ценностей (с. 776). _

В. В. Маклаков

2017.01.031. МАШНИЦКИ Е. КОНТРОЛЬ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ИНСТРУМЕНТОВ, ИМПЛЕМЕНТИРУЮЩИХ ВТОРИЧНОЕ ПРАВО ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА.

МА8МСК1 I Коп1хо1а кош!у1;ису.|по8а 1ш1гитеп1;о'№ 1тр1етеп1:иуа-сусИ рга^ю росИо^е Шй Europejskiej // Раш1-№о 1 Рга-№о. -2015. - N 6. - 8. 67-81.