Социальная напряженность как этап в процессе развития конфликта

Особое значение в идентификационных процессах принадлежит формированию чувства «патриотизма» современной молодежи, что предположительно является неотъемлемым элементом в целом гражданской идентичности.

Исследования, которые были проведены Горшковым М.К. и Шереги Ф.Э. выявили тот факт, что среди молодежи, ощущающей себя гражданином Российской Федерации, доля осознающих себя патриотом России в полной мере составляет 36,1%, а не отождествляющих себя патриотом или не определившихся в своей патриотической позиции - 22,7%. Эти показатели среди первых «своей национальности» составляют соответственно 22,8% и 35,9% [4, с. 79].

Таким образом, считать сформированное чувство «патриотизма» у современной молодежи результатом процесса гражданской идентификации не стоит. Однако, патриотизм, на наш взгляд, является одним из элементов гражданской идентичности в целом.

Шикова Р.Ю. отмечает, что в основе гражданской идентичности лежит идентификация с обществом, государством, страной. Гражданство ассоциируется с государством, гражданственность с Родиной, Отечеством и патриотизмом [5].

Соглашаясь с мнением Вилковой И.В., отметим, что становление идентичности гражданской фиксируется не только фактом осознания гражданской принадлежности, но и в большей степени тем отношением, которое к ней проявлено, и принятием данного факта, как значимого в жизни человека. Базовым идентифицирующим механизмом является патриотизм, как чувство приверженности гражданской общности, признание ее значимой ценностью.

Вопрос о факторах, влияющих на формирование гражданской идентичности, является достаточно проблематичным. Современные исследователи предпринимают попытки выявления факторов влияющих на формирование гражданской идентичности, среди которых называют: общее историческое прошлое, общую культуру, самоназвание гражданской общности, переживание совместных эмоциональных состояний. Однако, рассматривая, формирование гражданской идентичности современной молодежи в условиях поликультурного, полиэтничного региона, стоит отметить, что рассматриваемые факторы могут влиять, как на формирование гражданской идентичности, так и на формирование этнической идентичности.

Библиографический список

Понятие гражданской идентичности в понимании современных молодых людей может замещаться понятием этнической идентичности, хотя данные понятия отождествляться не могут.

Понятие гражданской идентичности молодежи полиэтнично-го региона зачастую отождествляется с понятием этнической, национальной идентичности, что подтверждается данными исследования, проведенного Горшковым М.К., Шереги Ф.Э., согласно которым 69% опрошенной молодежи ощущают себя гражданами Российской Федерации, а для 21% молодежи, гражданская идентичность затруднена этнической принадлежностью, поэтому 11,1% из них ощущает себя «представителями своей национальности» и 9,9% «гражданами своей республики» [4, с. 74].

Анализируя существующие определения понятия «этническая идентичность» приходим к выводу, что этническую идентичность, целесообразно рассматривать как отождествление себя с определенной этнической общностью, нацией. Это так же является результатом процесса соотношения себя с этнической общностью, которое предполагает эмоционально-ценностное значение, придаваемое человеком своей этнической принадлежности.

Согласно определению Т.Г. Стефаненко «Этническая идентичность - составная часть социальной идентичности личности, психологическая категория, которая относится к осознанию своей принадлежности к определенной этнической общности» [6].

Рассматривая гражданскую идентичность молодежи поли-этничного региона, стоит предположить, что этническая идентичность является элементом гражданской идентичности в том случае, когда гражданская идентичность определяется как общероссийская гражданская идентичность. Общероссийскую гражданскую идентичность, мы предлагаем рассматривать как процесс отождествления молодежью полиэтничного региона себя с «представителями своей национальности», «гражданами своей республики» в составе Российской Федерации. Другими словами, сформированное у молодежи чувство принадлежности своей этнической общности, нации к России.

Таким образом, этническая идентичность молодежи полиэтничного региона, может рассматриваться как элемент гражданской идентичности в целом, однако, данное предположение на наш взгляд нуждается в эмпирическом подтверждении.

1. Краткий словарь по социологии / под общ. ред. Д.М. Гвишиани, Н.И. Лапина; сост. Э.М. Коржева, Н.Ф. Наумова. - М., 1988.

2. Tajfel, H. Social identity & intergroup relations. Cambridge. - Paris, 1982.

3. Вилкова, И.В. К вопросу об определении сущности понятия гражданская идентичность // Гуманитарные научные исследования. -2012. - № 6 (июнь) [Э/р]. - Р/д: http://human.snauka.ru/2012/06/1386

4. Горшков, М.К. Молодежь России: социологический портрет / М.К. Горшков, Ф.Э. Шереги. - М., 2010.

5. Шикова, Р.Ю. Гражданская общероссийская идентичность (социологический аспект) // Вестник Адыгейского государственного университета. Сер. 1: регионоведение: философия, история, социология, юриспруденция, политология, культурология [Э/р]. - Р/д: http:/ /cyberleninka.ru/article/n/grazhdanskaya-obscherossiyskaya-identichnost-sotsiologicheskiy-aspekt

6. Стефаненко, Т.Г. Этнопсихология. - М., 1999.

Bibliography

1. Kratkiyj slovarj po sociologii / pod obth. red. D.M. Gvishiani, N.I. Lapina; sost. Eh.M. Korzheva, N.F. Naumova. - M., 1988.

2. Tajfel, H. Social identity & intergroup relations. Cambridge. - Paris, 1982.

3. Vilkova, I.V. K voprosu ob opredelenii suthnosti ponyatiya grazhdanskaya identichnostj // Gumanitarnihe nauchnihe issledovaniya. - 2012. -№ 6 (iyunj) [Eh/r]. - R/d: http://human.snauka.ru/2012/06/1386

4. Gorshkov, M.K. Molodezhj Rossii: sociologicheskiyj portret / M.K. Gorshkov, F.Eh. Sheregi. - M., 2010.

5. Shikova, R.Yu. Grazhdanskaya obtherossiyjskaya identichnostj (sociologicheskiyj aspekt) // Vestnik Adihgeyjskogo gosudarstvennogo universiteta. Ser. 1 : regionovedenie: filosofiya, istoriya, sociologiya, yurisprudenciya, politologiya, kuljturologiya [Eh/r]. - R/d: http://cyberleninka.ru/ article/n/grazhdanskaya-obscherossiyskaya-identichnost-sotsiologicheskiy-aspekt

6. Stefanenko, T.G. Ehtnopsikhologiya. - M., 1999.

Статья поступила в редакцию 18.04.14

УДК 316.48

Lugovаya O.M. SOCIAL TENSION AS A STAGE IN CONFLICT DEVELOPMENT. In the paper social tension as manifestation of one's dissatisfaction and as development of a social conflict is considered; the characteristic of a social conflict is described; the main stages of development of social tension are given.

Key words: social tension, social conflict, development of a social conflict, conflict sources.

О.М. Луговая, канд. пед. наук, доц. каф. социальной работы Северо-Кавказского федерального университета, г. Ставрополь, E-mail: lugolis@yandex.ru

СОЦИАЛЬНАЯ НАПРЯЖЕННОСТЬ КАК ЭТАП В ПРОЦЕССЕ РАЗВИТИЯ КОНФЛИКТА

В статье рассматривается социальная напряженность как проявление неудовлетворенности, как процесс развития социального конфликта; характеристика социального конфликта; приводятся основные этапы развития социальной напряженности.

Ключевые слова: социальная напряженность, социальный конфликт, процесс развития социального конфликта, источники конфликта.

Конфликты, необходимые и неизбежные в любом, в том числе и российском обществе, в силу ряда объективных и субъективных обстоятельств, могут приобретать деструктивный характер, нарушая стабильность общества и ставя под сомнение ход социально-экономических преобразований. Обострение традиционных для нашего общества социальных коллизий дополняется противоборством социальных интересов, ранее не имевших «выхода на поверхность» общественной и государственной жизни. Увеличивается разрыв между растущим благосостоянием отдельных групп населения и понижением уровня жизни большинства, между характером и структурой спроса и предложения на рынке труда и т.д. Социальный конфликт это особый тип взаимодействия социальных субъектов, один из самых древних способов взаимодействия существ, способных к самосознанию. Разрешение конфликта, регулирование и локализация социальной напряженности предполагает изучение не только состава и структуры этих социальных явлений, но и их источников, процессов их становления, взаимопревращения, последовательности и соотнесенности в социальном пространстве. Выход социального конфликта на уровень общества, преодолевающий его уникальность и ситуативность, приобретает большую вероятность по мере генерализации разнородных интересов, способной вовлечь в противоборство значительные массы людей, превратить поиск выхода из конкретной конфликтной ситуации в «революцию растущих притязаний» со стороны широких слоев общества. Именно поэтому стратегическим направлением изучения социального конфликта представляется обращение к субъектности, выявление активного начала в социальном действии, неразрывно связанного с интересом и способом его осознания действующим субъектом. Источником конфликта может выступать не только индивид или социальная общность, но и социальный институт [1].

На сегодняшний день в российском обществе практически отсутствуют интегрирующие идеи, общезначимые ценности, проекты, стратегии развития, поддержанные обществом в целом. С этой точки зрения, существующие в нем социальные конфликты, могут быть описаны как моменты развертывания противоречий между ценностями, интересами, потребностями двух или более социальных субъектов. В основе процесса аккумулирования потенциала социальной напряженности, конфликтного потенциала лежит неудовлетворенность, возникающая как результат несоответствия, рассогласования ценностей, интересов, потребностей различных социальных субъектов и первый шаг на пути осознания ими реального противоречия. Следует подчеркнуть, что в основании явления социальной напряженности наряду с неудовлетворенными потребностями и лежит несвоевременное или неадекватное (или то и другое одновременно) удовлетворение нужд и потребностей отдельных социальных общностей, групп. Следовательно, основой перехода от ситуации, описываемой термином «социальная напряженность» к конфликтной ситуации и далее к открытому конфликту выступает несвоевременное или неадекватное удовлетворение нужд и потребностей, трансформирующееся в процесс увеличения подавленных базовых инстинктов большинства населения, а также невозможность даже минимального их удовлетворения. Один из центральных этапов превращения противоречия в конфликтное взаимодействие - идентификация лиц, групп, организационных структур, блокирующих деятельность, движение к намеченным целям. Трансформация неудовлетворенности в субъек-тно-субъектное отношение позволяет рассматривать ее как явление социальной действительности - социальную напряженность. В определенном смысле, можно сказать: если неудовлетворенность выступает как сущность рассматриваемого типа отношений, то напряженность - их явление в социальной действительности, обнажение, обострение которого происходит в форме социального конфликта [2].

Таким образом, нарастание социальной напряженности и вызревание условий для социального конфликта происходит в процессе становления субъектно-субъектных отношений неудовлетворенности, выявления и идентификации контрагентов отношений неудовлетворенности как реальных или потенциальных виновников определенного дефицита ресурсов, власти, авторитета. Противоречие между возрастающими потребностями людей и возможностями их удовлетворения, можно рассматривать одновременно как основание, причину и результат того, что человек, социальная общность развиваются не во всей своей целостности, а в какой-либо одной только определенности. Несовпадение, рассогласованность в развитии различных сторон явления, различие в темпах и интенсивности этого развития периодически обостряет проблему соответствия потребностей и возможностей их удовлетворения, приобретающую при определенных условиях кризисные черты. Необходимо иметь в виду также и то обстоятельство, что объективный недостаток, фрагментарность знаний субъектов потенциального конфликтного взаимодействия друг о друге имеет следствием "расплывчатость очертаний" субъекта этого отношения, позволяющую увидеть лишь то, как его поддерживает, возвышает или же унижает тот всеобщий тип, к которому мы его причисляем. Проблема заключается в том, на основании какого фрагмента конструируется тип [3; 4].

Из сказанного выше следует: чем объективнее отношение к данному субъекту, тем больше шансов, что в качестве такого фрагмента может быть использован именно тот, который выражает, представляет его сущность, существенные характеристики. Природа конфликта, предполагающая субъективный характер средств его разрешения, предопределяет необходимость выявления и учета не только сущностных, уникальных характеристик субъектов, выступающих в качестве сторон конфликта, но и особенностей конкретной ситуации, в которой он протекает. Группы, осознающие, в той или иной мере, противоположность своих интересов, должны постоянно соприкасаться, контактировать между собой. Наличие трудностей, препятствий, возникающих в процессе подобных контактов актуализирует кон-фликтогенную ценность присутствия в структуре того или иного социального явления (образования) компонентов, способных информировать, извещать стороны потенциального конфликта о состоянии, намерениях друг друга. Социальная напряженность, рассматриваемая как одна из составляющих социального конфликта, проходит в своем развитии несколько этапов:

1. Осознание потенциальными субъектами конфликтных отношений различий в отношениях с объектом этих отношений.

2. Обособление, отграничение, снижение интенсивности связей и контактов.

3. Осознание противоположности своих отношений с объектом потенциального конфликтного взаимодействия по сравнению с другим субъектом (субъектами) подобных отношений.

4. Осознание неразрешимости сложившихся субъектно-субъектных отношений по поводу объекта потенциального конфликта в рамках существующих институтов и установлений.

5. Конфликтная ситуация, представляющая собой момент завершения процессов взаимного прояснения позиций, «персо-нализации» ответственности, одновременно выступающая завершающим этапом процесса осознания неразрешимости сложившихся отношений в рамках существующих институтов и установлений.

6. Открытый конфликт - полное или частичное разрушение существующих связей, отношений, институтов, нарушение установившихся в рамках данной социальной общности норм, правил, традиций [5].

Противоречия и их осознание в форме определенных различий между субъектами социальных отношений не всегда ведут

к конфликту, напряженности. Социальный конфликт может быть представлен как некая пограничная ситуация, чреватая переходом социальной системы, в которой он происходит, в состояние, слабо поддающееся прогнозированию и, чаще всего, непредусмотренное конфликтующими сторонами. Пограничность ситуации социального конфликта, его уникальность, ситуативность, непредсказуемость последствий ставят проблему изучения объективного процесса его становления, поэтапного развития.

Этот процесс включает в себя следующие этапы:

• усиление неудовлетворенности различных социальных субъектов условиями своей жизнедеятельности;

• обнаружение причинно-следственной связи между характером объекта неудовлетворенности и деятельностью других социальных субъектов, вызывающее социальную напряженность;

Библиографический список

• усиление социальной напряженности, трансформирующейся в конфликтный потенциал;

• аккумулирование конфликтного потенциала и его переход в открытый социальный конфликт [5].

В связи с этим, особое значение приобретает этап становления и развития социальной напряженности, в рамках которого сохраняется возможность не только прогнозирования и управления социальным конфликтом, но и выявления факторов снижения конфликтогенной активности, способной любой элемент социальной неудовлетворенности превратить в открытый социальный конфликт. Таким образом, анализ процесса становления социального конфликта подчеркивает ключевое значение исследования явления социальной напряженности, позволяющего прогнозировать социальный конфликт и, в определенной мере, управлять им.

1. Сорокина, Е.Г. Конфликтология в социальной работе. - М., 2009.

2. Ратников, В.П. Конфликтология. - М., 2007.

3. Анцупов, А.Я. Конфликтология / А.Я. Анцупов, А.И. Шипилов. - СПб., 2008.

4. Анцупов, А.Я. Конфликтология в схемах и комментариях / А.Я. Анцупов, С.В. Баклановский. - СПб., 2009.

5. Ломанн, Ф. Разрешение конфликтов с помощью НЛП. - СПб., 2007.

Bibliography

1. Sorokina, E.G. Konfliktologiya v socialjnoyj rabote. - M., 2009.

2. Ratnikov, V.P. Konfliktologiya. - M., 2007.

3. Ancupov, A.Ya. Konfliktologiya / A.Ya. Ancupov, A.I. Shipilov. - SPb., 2008.

4. Ancupov, A.Ya. Konfliktologiya v skhemakh i kommentariyakh / A.Ya. Ancupov, S.V. Baklanovskiyj. - SPb., 2009.

5. Lomann, F. Razreshenie konfliktov s pomothjyu NLP. - SPb., 2007.

Статья поступила в редакцию 14.04.14

УДК 378 + 37.0 + 316.7

Masilova M.G., Bogdan N.N. SOCIAL ORIENTATION AS A COMPONENT OF MANAGERIAL COMPETENCE OF THE HEAD. The article deals with the analysis of a social component of the managerial competence of the head. Clusters of competencies that ensure the success of management are considered. The importance of social orientation in the managerial competence and a type of control of an individual leader are substantiated.

Key words: socially oriented management culture, social orientation of the head, managerial competence, social and personal competencies.

М.Г. Масилова, канд. социол. наук, доц. каф. управления персоналом и трудового права ФГБОУ ВПО «Владивостокский гос. университет экономики и сервиса», г. Владивосток, E-mail: marina.masilova@vvsu.ru; Н.Н. Богдан, канд. социол. наук, доц. каф. управления персоналом Сибирского института управления филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, E-mail: bogdan-nn@mail.ru

СОЦИАЛЬНАЯ ОРИЕНТИРОВАННОСТЬ КАК СОСТАВЛЯЮЩАЯ УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ КОМПЕТЕНТНОСТИ РУКОВОДИТЕЛЯ

Статья посвящена анализу социальной составляющей управленческой компетентности руководителя. Рассматриваются кластеры компетенций, обеспечивающие успешность управленческой деятельности. Обосновывается значимость социальной ориентированности в управленческой компетентности, направленности личности руководителя и типа управления.

Ключевые слова: социально ориентированная культура управления, управленческие компетенции, социальная ориентированность руководителя, социально-личностные компетенции.

Современный период формирования управленческой модели в России ознаменован становлением социально ориентированной культуры управления. В ее основе лежит не прагматический подход к решению социальных проблем, названный А.Г. Асмоловым «культурой полезности» (для такой культуры характерно отношение к человеку с точки зрения пользы, которую он приносит организации и обществу), а гуманистический, с позиции «культуры достоинства», самоценности человека для общества [1].

В настоящее время запрос на высокий уровень управленческой компетентности выражается в требованиях, предъявляемых к личности руководителя: способности к обеспечению оптимальных моделей организации жизни и профессиональной деятельности, эффективному использованию и развитию внутреннего потенциала, гибкости, адаптируемости к изменяющимся

условиям, способности находить нестандартные решения управленческих задач.

Компетентность в целом как своего рода сплав профессиональных знаний, умений, навыков, мотивации и других личностных составляющих представляет собой разносторонние способности человека, пронизанные комбинацией практического опыта. Компетенция в данном контексте (от лат. competere -соответствовать, подходить) - это личностная способность специалиста решать определённый класс задач. При этом профессиональные задачи могут быть конкретно-специфичными или инвариантно-типичными. В литературе описано множество классификаций компетенций. Для разной деятельности выделяют различные виды компетенций (Н.В. Кузьмина, А.К. Маркова, Л.А. Петровская и др.). Чаще всего выделяются профессиональные (профессионально-ориентированные) и общие