Война императора Валента с тервингами

И.Е. Ермолова

ВОЙНА ИМПЕРАТОРА ВАЛЕНТА С ТЕРВИНГАМИ

В статье анализируются связи Римской империи с готскими племенами тервингов в 70-х годах IV в. в контексте общих тенденций государственной политики по отношению к варварам.

Ключевые слова: Римская империя, варвары, готы, тервинги, война, торговля, ограничения.

Во второй половине IV в. Римская империя вынуждена была в основном обороняться, воюя на своей территории. Только изредка в этот период римляне совершали заграничные походы. Трехлетняя борьба императора Валента с тервингами является одним из таких интересных эпизодов истории Римской империи. Эти события также привлекают внимание исследователей достаточно редкой возможностью провести сравнительный анализ источников, а также заметной ролью готских племен в поздней античности.

Отношения римлян с готами, начавшиеся еще в III в., в IV в. складывались по-разному. Заметной датой в них был 332 г., когда император Константин, разгромив готские племена в нескольких сражениях1, заключил с ними мирный договор, дискуссии о значении которого продолжаются до сих пор. Споры ведутся, во-первых, о том, насколько велики были успехи - покорил ли император Го-тию, и, во-вторых, можно ли считать договор 332 г. новшеством, зафиксировавшим особые отношения с данными варварскими племенами и положившим начало такому явлению, как использование федератов в римском войске. Категорично настроенные ученые полагают, что достижения Константина сильно преувеличены и не подтверждаются современными ему свидетельствами, а исследователи Нового и новейшего времени подпадают под влияние римской

© Ермолова И.Е., 2013

имперской пропаганды2. Другие предлагают учитывать представления римлян, которые считали любой народ, покоренный римской армией (неважно: нанесенным настоящим поражением или только страхом перед римским оружием), частью империи, даже если провинциальная организация не была устроена и оставался прежний социальный порядок3. Это положение хорошо подтверждает фрагмент сочинения Евнапия из Сард, в котором он пересказывает речь императора Юлиана, обращенную к воинам: «...он доказывал, что следует считать своею собственностью ту землю, которая занята без боя и труда. Неприятельской страной должно по необходимости считать страну, принадлежащую воюющим; своей собственной -ту, которая принадлежит уступившим»4. Римляне относились к таким народам как к зависимым. Аммиан Марцеллин, повествуя об удачной деятельности цезаря Юлиана в Галлии, с большим удовлетворением пишет, что он обращался с германскими regesque pro mancipiis5.

Что касается проблемы федератов, то в последние десятилетия договор 332 г. не выделяют как инновацию, как считал Т. Момм-зен6, и готов - среди других современных им варваров, так как какие-то специальные отношения посредством данного соглашения не были установлены7.

Конкретные условия договора 332 г. восстановить сложно. Аноним Валезия сообщает, что Константин взял заложников (Anon. Val. VI. 31), Евсевий пишет, что он прекратил ежегодные выплаты готам и последние начали служить римлянам (Eus. V. C. IV. 5).

A priori считается, что последующие 30 лет отношения римлян с готами зиждились на соглашении 332 г. Но император Юлиан, например, в одном из своих сочинений полемически замечает, что Константин платил варварам8. Неясно, входили ли готы в число названных варваров, а если входили, то получали ли они плату регулярно или в каких-то отдельных, особых случаях9. По свидетельству Аммиана Марцеллина, такое, по-видимому, могло иметь место в зависимости от различных обстоятельств, а не по договору: в 36O г. Констанций «вызывал вспомогательные отряды скифов за деньги или просьбами (mercede vel gratia)» (Amm. Marc. XX. 8. 1). Впоследствии неудачный претендент на узурпацию власти Мар-целл «предполагал, что ему удастся за небольшую плату привлечь на свою сторону три тысячи готов, посланных на помощь Проко-пию» (Idem. XXVI. lO. 3). Вместе с тем, вероятно, в течение продолжительного времени накануне кампании Валента против тервин-гов выплаты готам были регулярными, поскольку Фемистий, философ, который в отличие от своих собратьев по профессии прини-

мал активнейшее участие в общественной и государственной жизни империи10, безмерно гордился тем, что в результате этого похода они были отменены. «Да, невероятное это было зрелище, давно уже не случавшееся: римляне давали мир, а не покупали его. Никто не увидел ни золота, отсчитанного варварам, ни стольких-то талантов серебра, ни кораблей, наполненных одеждами, ни того, что прежде мы делали непрестанно, пожиная нелегко дающееся спокойствие от набегов и платя ежегодную дань; не стыдясь делать это, мы отвергали само название "дани"»11.

Сложен вопрос и о свободной торговле готов с римлянами накануне войны 367-369 гг., которая тоже была отменена. Хотя, если верить Фемистию, такая привилегия могла быть включена в соглашение 332 г. Последний сообщает, что Валент «отнял у них возможность совершать беспрепятственно торговые операции и иметь рынки - то, чем по предыдущему мирному договору они имели право заниматься безопасно и где им заблагорассудится»12.

Так или иначе, поскольку условия соглашения 332 г. детально не известны, трудно понять: были ли какие-то пункты, не зафиксированные сохранившимися источниками; либо этот договор не соблюдался так уж строго и жизнь вносила свои коррективы; либо его условия официально менялись с течением времени.

Реальные взаимоотношения готов с Римской империей в течение этих 30 лет бывали различными, и современные ученые, задавшиеся вопросом о причинах конфликта Валента с тервингами, оценивают их по-разному. Давняя точка зрения состоит в том, что задунайские готы постепенно усиливались и с начала 60-х годов серьезно угрожали римским провинциям, прежде всего Фракии, вызывая ответную реакцию римлян13. Сейчас наиболее последовательно во всех своих работах этой линии придерживается П. Хи-зер, который особый акцент ставит на недовольстве готов условиями соглашения 332 г. и считает, что готская враждебность к этому договору стала реальной причиной войны Валента14. Этот новый нюанс представляется несколько сомнительным: неужели правовое оформление отношений с могущественным соседом было так важно для племен готов или каких-то других племен? Как правило, они просто использовали благоприятную для них ситуацию и совершали набеги на римскую территорию, когда могли.

Есть и другая, практически противоположная, интерпретация событий 50-60-х годов: отношения с готами не были столь уж напряженными - то воевали, то торговали. Набеги случались, но небольшие, незначительные, поэтому в войне 367-369 гг. готы не виноваты. Инициатором ее был Валент, прервавший положение

относительно мирного взаимодействия, чтобы усилить свои позиции как императора и удовлетворить политические притязания своего агрессивного брата15.

Юлиан во время своего недолгого правления «во всех городах Фракии и пограничных крепостях исправлял укрепления и заботился всячески о том, чтобы расположенные по берегу Истра для отражения набегов варваров войска, которые, как он услышал, несли свою службу бдительно и храбро, не имели недостатка в оружии, одежде, провианте и не страдали от задержки уплаты им жалования... близкие к нему люди советовали напасть на соседних готов, часто проявлявших коварство и вероломство» (Amm. Marc. XXII. 7. 7-8). И хотя по версии Аммиана Марцеллина император «отвечал, что ищет лучшего врага» (Ibid.), но в письме фракийцам, оправдывая поборы с них на содержание фракийской армии, он писал: «Вы сами, конечно, скоро почувствуете, что она охраняет для вас мир и безопасность»16. О дипломатических отношениях Юлиана с готами сообщает Либаний: «Не менее значителен его поступок с теми из скифов, которым, уличив их в мелочном препирательстве во время мирных переговоров, он приказал удалиться и позаботиться о войне, и спустя долгий промежуток времени римлянин пригрозил вар-вару»17. Евнапий утверждает, что император Юлиан во время персидского похода предвидел грядущие события «и потому писал он в одном письме: "Скифы теперь спокойны, но, может быть, не всегда будут спокойны"» (Eun. Fr. 27. 1), что Х. Вольфрам рассматривает как предсказание, данное задним числом18.

Аммиан Марцеллин свидетельствует, что и после прихода к власти Валентиниана и Валента готы не были так уж миролюбивы и набеги их были не так уж безопасны, как считает Н. Ленски. «В это время по всему римскому миру, словно по боевому сигналу труб, поднялись самые свирепые народы и стали переходить ближайшие к ним границы. Фракию грабили разбойнические шайки готов» (Amm. Marc. XXVI. 4. 5). «По окончании зимы Валент спешил в Сирию и уже вступил в пределы Вифинии, как вдруг он получил донесение пограничных начальников о том, что племя готов, которых в ту пору оставили в покое, что и усилило их буйный дух, объединилось и собирается проникнуть в соседние местности Фракии. Получив это известие, император, желая беспрепятственно продолжать намеченный путь, приказал двинуть в достаточном количестве конницу и пехоту в места, подвергшиеся опасности вторжений варваров» (Idem. XXVI. 6. 11).

Но это не значит, что у Валента не было заинтересованности в небольшой победной (как он, вероятно, надеялся) войне. Воен-

ные успехи чрезвычайно укрепляли императорскую власть, а в IV в. особенно ценились победы над варварами19, да и Валентини-ан, активно действовавший против германцев на западе, возможно, действительно оказывал давление на брата.

Таким образом, истина, как обычно, вероятно, лежит посредине: вряд ли можно возложить вину за развязывание войны 367369 гг. на одну из сторон.

Поводом к началу военных действий послужила посылка тер-вингами вспомогательных войск восставшему против Вален-та Прокопию20. Количество воинов, отправленных Прокопию по его просьбе, разнится в источниках: Аммиан Марцеллин говорит о 3 тысячах (Amm. Marc. XXVI. 10. 3), Зосим - о 10 (Zos. IV. 7. 2). Все исследователи склоняются к меньшей цифре, считая сведения Зосима преувеличенными. Успели ли тервинги принять участие в восстании? Скорее нет, чем да: ни один из авторов ничего не сообщает об их деятельности под руководством Прокопия. Когда он был побежден (Amm. Marc. XXVII. 5. 1), готы находились довольно далеко от него (Idem. XXVI. 10. 3). После гибели Прокопия все тер-винги из этого отряда, или какая-то их часть, были захвачены войсками императора Валента и распределены по городам вдоль Дуная (Eun. Fr. 37; Zos. IV. 10. 1).

Ход военных действий последовательно описывает Аммиан Марцеллин. Интересно, что тервинги получили предупреждение о начале карательной экспедиции. Неясно, было ли это официальное объявление войны или следствие их разведывательной деятельности, так как Аммиан сообщает, что Валент «...in eos signa commovit motus adventantis iam praescios»21. Вероятно, зная заранее о приближении врагов, тервинги успели уйти в горы, а все усилия римлян, затраченные на переправу через Дунай и их поиски, не дали результатов (Amm. Marc. XXVII. 5. 3).

В период кампании 367 г. была проведена локальная операция, чтобы достичь хотя бы какого-то военного успеха. По сведениям Аммиана Марцеллина, Валент отправил в рейд магистра пехоты Аринфея cum praedatoriis globis22, и они захватили несколько семей тервингов, не успевших укрыться. У Зосима сохранился гораздо более красочный рассказ, видимо, о том же событии, но концовка его явно поспешна, так как впереди были еще два военных сезона. «Поскольку они не осмеливались сойтись [с римлянами] в рукопашной, но укрылись в болотах и совершали оттуда скрытные нападения, [Валент] приказал солдатам оставаться в стране и, собрав сколько было можно челяди (oíketikóv) и стражей (fu1ak»v), которым он [раньше] поручил охрану пожитков, пообещал неко-

торую [сумму] золотом тому, кто принесет голову врага. Охваченные жаждой наживы, проникнув в леса и болота, все сразу же стали убивать тех, кто им встречался; и, показывая головы зарезанных, получали положенное [вознаграждение]; когда таким образом было убито большое число [врагов], оставшиеся стали просить императора о мире» (Zos. IV. 11. 2-3). Названные Зосимом исполнители данной акции (челядь и обозная стража) удивляют, но и Ам-миан Марцеллин тоже употребил довольно странный для военного отряда термин (грабительские шайки). Может быть, император Ва-лент послал с Аринфеем добровольцев-головорезов, которым действительно было обещано вознаграждение.

В следующем 368 г. подготовка к очередному походу на земли тервингов оказалась напрасной вследствие слишком большого разлива Дуная, сделавшего переправу через него невозможной. Ам-миан Марцеллин пишет, что Валент «оставался на одном месте до глубокой осени в постоянном лагере, который разбил близ одного селения карпов» (Amm. Marc. XXVII. 5. 5). Но Фемистий свидетельствует, что император гораздо более деятельно провел лето, занимаясь укреплением оборонительных сооружений вдоль реки: «из сторожевых пунктов (xrov fpoupirov) одни он учредил впервые, другие, разрушенные, восстановил, а некоторым добавил недостающее: где были поприземистей - высоты, толщины [стен], где этого недоставало; воды в изобилии, где прежде были в ней стеснены; [создавал] повсюду запасы продовольствия и пристани на близлежащем море; [обеспечил наличие] воинов по списку и гарнизонных солдат, соответствующих [комплектному] числу; оружие наступательное и оборонительное и военные машины - все было выяснено с предельной тщательностью» (Them. Or. X. 136a-b). На это же время приходится активное фортификационное строительство на западе: «Валентиниан. надстраивал стены крепостей и укреплений, ставил на подходящих и удобных местах сторожевые башни (tur-resque assiduas) по всему пространству Галлии, а кое-где и за рекой воздвигал сооружения на самых границах с варварами» (Amm. Marc. XXVIII. 2. 1). Видимо, императоры согласовывали свои действия, а может быть, Валент проводил работы по настоянию брата, так как полагают, что он занимал подчиненное по отношению к Валентиниану положение23. Исследователи считают, что Валент в основном укреплял существующие сооружения, новых построил немного24, хотя Фемистий с воодушевлением рассказывает о стараниях императора по возведению башни в очень труднодоступном месте (Them. Or. X. 137-138a-b).

На третий год войскам Валента удалось переправиться на левый берег Дуная у Новиодуна25 и сразиться с готами. В кампании 369 г. тоже есть неясные моменты. Аммиан Марцеллин пишет, что римляне сначала напали на гревтунгов (Amm. Marc. XXVII. 5. 7), живших восточнее тервингов, а потом уже воевали с Атанарихом, вождем последних. Ю.А. Кулаковский видит в данном сообщении ошибку античного автора26. Часть ученых истолковывают данное известие следующим образом: гревтунги обитали на восточном берегу Днестра и иногда (в частности, когда они столкнулись с Вален-том) совершали походы на территорию, ограниченную низовьями этой реки, Дуная и Прута27. Х. Вольфрам полагает, что Валент наткнулся на гревтунгов, так как они пришли на помощь тервингам, как последние пытались помочь первым в 376 г. против гуннов28. П. Хизер с большой долей сомнения считает, что речь идет об одних и тех же событиях29, т. е. косвенно допускает подчиненность грев-тунгов Атанариху, что никакими источниками подкрепить нельзя.

Решительной победы Валенту добиться не удалось, но обстоятельства требовали от обеих сторон прекратить конфликт. Тервин-ги были истощены. Римский поход 367 г. нанес им большой урон, половодье 368 г. не позволило восполнить потери урожая предыдущего года30, а «запрет всяких торговых отношений ввергал варваров в крайний недостаток в самом необходимом» (Amm. Marc. XXVII. 5. 7). Римляне также уже потратили немало средств на эту войну, и внимания Валента настоятельно требовала персидская угроза (Idem. XXVII. 12; Zos. IV. 11. 4). Поэтому император положительно ответил на просьбы тервингов о мире, отправив к Атанариху для согласования условий договора посольство в составе магистров конницы и пехоты Виктора и Аринфея (Amm. Marc. XXVII. 5. 9) и Фемистия (Them. Or. X. 133a), по совету которого были закончены военные действия (Idem. Or. X. 133b).

Внешнее оформление встречи Валента и Атанариха свидетельствует о компромиссе, на который была вынуждена пойти римская сторона, хотя Фемистий старательно рисует картину якобы несомненного превосходства императора над своим оппонентом (Them. Or. X. 134d). Обычно варвары, которых в результате военных действий вынуждали подчиниться, должны были явиться на римскую территорию для утверждения мира (Amm. Marc. XXVII. 13. 5; XIX. 11. 7). Только в сложных и опасных ситуациях римские императоры сами переправлялись на противоположный берег, как сделал это Юлиан в 357 г. во время борьбы с хамавами31, а Валентиниан в 374 г. - с аламаннами (Idem. XXX. 3. 5). Заключение мирного договора 369 г. проходило на середине Дуная, и красноречие Фемистия

не в силах затушевать данное обстоятельство. Такой вариант переговоров был избран Валентом, поскольку Атанарих, iudex тервин-гов (Idem. XXVII. 5. 6; Them. Or. X. 134d), «заверял, что он связан страшной клятвой и заветом отца своего никогда не ступать на римскую землю» (Amm. Marc. XXVII. 5. 9). П. Хизер осторожно предполагает, что легенда о клятве вождя тервингов появилась, чтобы помочь императору Валенту «сохранить лицо»32, хотя остальные исследователи не сомневаются в достоверности этого сообщения и пытаются объяснить происхождение клятвы. Одна из возможных интерпретаций заключается в том, что верховному вождю тер-вингов было запрещено покидать территорию племени33. Согласно другому истолкованию, отец Атанариха, который был взят заложником (Anon. Val. VI. 31) и затем почтен статуей в Константинополе (Them. Or. XV. 191a), такой клятвой стремился сохранить лояльность сына к римлянам, но когда Валент нарушил равновесие в отношениях с готами, Атанарих издевательски воспользовался этим заветом34.

По соглашению 369 г. римляне, как обычно, получали заложников (Amm. Marc. XXVII. 5. 10), переставали выплачивать тервин-гам fópov ё t»oiov35, приграничная торговля с ними была ограничена двумя специально выделенными поселениями, вместе с тем им было позволено «пользоваться тем, что им принадлежит (та oféxepa amoT^ KappoOoGai)» (Them. Or. X. 133c). Последнее положение довольно расплывчато, непонятно, что имел в виду Фе-мистий.

Прекращение ежегодных выплат Фемистий преподносит в своей речи в качестве свидетельства очевидного преобладания Вален-та над своими врагами, но у данного пункта договора была и другая сторона: тервинги, очевидно, освобождались от поставок вспомогательных войск, что современные исследователи рассматривают как уступку готам и их достижение36.

По поводу ограничения торговли с тервингами Фемистий пишет следующее: «...хотя оба народа получали выгоду от торгового оборота, он устроил эмпории только в двух построенных подле реки городах. То был знак того, что, заключая договор с варварами, он диктует им все условия, - и вместе с тем мера предосторожности, чтобы преступникам было труднее скрываться, коль скоро [пространство], отведенное для сношений с [варварами], будет замкнуто в определенных местах» (Idem. Or. X. 135c-d). Еще раз подчеркнув преобладание римлян, оратор отмечает, что урон, по-видимому, понесут обе стороны, но мера эта необходима. Н. Лен-ски, со ссылкой на более ранних исследователей данного вопроса,

предполагает, что Валент разрешил торговать в городах Дафна и Новиодун37, там, где он переправлялся через Дунай в 367 и 369 гг. Возможно, выше по течению реки примерно в это же время были введены такие же правила торговли. Во всяком случае, в Панно-нии в 371 г. было построено новое укрепление под названием Commercium специально для торговли с окрестными племенами38. Чтобы обезопасить римские границы, еще Марк Аврелий в договорах с различными варварскими народами устанавливал определенные места и дни для торговли либо запрещал им посещать рынки39.

Общую благожелательную оценку результатов соглашения 369 г. современниками, в частности Аммианом Марцеллином, П. Хизер относит на счет пропагандистских речей Фемистия40, но, во-первых, Аммиан, как представляется, перечисляет некоторые пункты договора, не выражая свое отношение к нему (Amm. Marc. XXVII. 5. 9-10), во-вторых, правомерен вопрос: слышал или читал историк придворного философа? В «Деяниях» Фемистий не упоминается ни разу, в том числе в составе посольства к Атанариху. Возможно, Аммиан Марцеллин не знал о сочинениях Фемистия, когда писал свое произведение.

Вероятно, следует согласиться с мнением Н. Ленски, что деятельность Валента в целом и результаты его войны с тервинга-ми отвечали требованиям целенаправленной политики как можно большей закрытости Римской империи, проводившейся Валенти-нианом41. В нее входил строгий контроль за пересечением речной границы варварами с помощью патрульных судов (Idem. XXXI. 5. 3) и усиления оборонительных сооружений вдоль нее, хотя пограничной фортификации достаточное внимание уделяли и предшествующие императоры42, в частности Юлиан (Idem. XXII. 7. 7). Успешность политики уменьшения контактов с готами подтверждается археологическими данными. На годы правления Валента и Валентиана приходится примерно в пять раз меньше римских монет, найденных в областях расселения готов, чем на время императоров Констанция II и Юлиана43. Ограничение торговли с тер-вингами, вероятно, сыграло в этом определенную роль в совокупности с категорическим распоряжением 374 г.44 препятствовать передаче или продаже золота варварам45. Видимо, в русле политики как можно более жесткого разграничения римлян и варваров в те же годы появилась конституция, под страхом смерти запрещавшая провинциалам любого пола и положения заключать браки с варварами46.

Примечания

1 Eus. V. C. I. 8. 2; IV. 5. 1 (Eusebius. Vita Constantini // Eusebius. Werke / Hrsg. von F. Winkelmann. Bd. 1. B., 1991); Aur. Vict. Caes. XLI. 12 (S. Aurelii Victoris. Liber de Caesaribus / Coll. et adjec. R. Gruendel. Leipzig, 1970); Eutr. X. 7. 1 (Eutropius. Breviarium ab urbe condita / Rec. C. Santini. Leipzig, 1979); Oros. VII. 28. 29 (Orosius Paulus. Historiarum adversum paganos libri VII / Rec. C. Zangemeister. Lipsiae, 1889); Anon. Val. VI. 34 (Origo Constantini imperatoris sive Anonymi Valesiani pars prior / Ed. Th. Momm-sen // Monumenta Germaniae Historica. Auctores Antiqquissimi. T. 9. Chronica Minora saec. IV-VII. Vol. 1. Berolini, 1892. P. 1-11).

2 Lenski N. Failure of Empire. Valens and the Roman State in the Fourth Century A. D. Berkeley; Los Angeles, 2002. P. 122.

3 HeatherPJ. Goths and Romans. 332-489. Oxford, 1991. P. 112-113.

4 Eun. Fr. 18. 1: ...%rapav...räj avagKaTov eivai pole|miav t^v тюу po1e|iowxrav ^yeTo9ai Kai vo|miXew, olkeiav 8e t^v хюу papaKe%raphKOTwv (Eunapius. Text and Translation // The Fragmentary Classicising Historians of the Later Roman Empire: Eunapius, Olympio-dorus, Priscus and Malchus / Ed. and transl. R.C. Blockley. Vol. II. Liverpool, 1983. Перевод С.Ю. Дестуниса здесь и далее по изд.: Византийские историки: Дексипп, Эвнапий, Олимпиодор, Малх, Петр Патриций, Менандр, Кандид, Ноннос и Феофан Византиец. Рязань, 2003). См. также: Eun. Fr. 18. 6; Pan. Lat. III(XI). 5. 4; IV(VIII). 1. 4; 10. 4; IX(XII). 21. 5; 22. 6; 23. 2; 25. 2 (XII Panegyri Latini / Ed. W. Bährens. Lipsiae, 1911); Lib. Or. XVIII. 75 (Libanii Opera / Rec. R. Foerster. Bd. 1-4. Lipsiae, 1903-1908).

5 Amm. Marc. XXV. 4. 25: «с царями, как с рабами» (Ammiani Marcellini. Re-rum gestarum libri qui supersunt / Ed. W. Seyfarth. Vol. 1-2. Leipzig, 1978. Перевод здесь и далее по изд.: Аммиан Марцеллин. Римская история / Пер. с лат. Ю.А. Кулаковского и А.И. Сонни. СПб., 1996).

6 Mommsen Th. Das römische Militärwesen seit Diocletian // Mommsen Th. Gesammelte Schriften. Bd. VI. Berlin, 1910. S. 228-229.

7 Heather PJ. Op. cit. P. 110; Lenski N. Op. cit. P. 122; Stallknecht B. Untersuchungen zur römischen Aussenpolitik in der Spätantike (306-395 n. Chr.). Bonn, 1967. S. 16ff. Проблема федератов в Римской империи чрезвычайно сложна и заслуживает отдельного рассмотрения. См., напр.: Ермолова И.Е. Римская империя и федераты в IV в. // Новый исторический вестник. 2001. № 2(4). С. 33-44.

8 Julian. Caes. 329a: ...¿j xotij ßapßapot>j...f6pouj yap йояер ¿тетеХеке1 (Julianus. The Works of the Emperor Julian: In 3 vol. / With an Engl. transl. by W.C. Wright. Cambridge, 1969-1990).

9 Lenski N. Op. cit. P. 124.

10 Daly LJ. The Mandarin and the Barbarian: The Response of Themistius to the Gothic Challenge // Historia. 1972. Vol. 21. № 2. P. 352-353; Hehegus T. John Vanderspoel, Themistius and the Imperial Court: Oratory, Civic Duty, and Paideia from Constantius to Theodosius. Ann Arbor: University of

Michigan Press, 1995 // Bryn Mawr Classical Review. URL: http://bmcr. brynmawr.edu/1997/97.08.18.html

11 Them. Or. X. 135a-b (Themistii Orationes quae supersunt / Rec. H. Schenkel, opus consumm. G. Downey et A.F. Norman. Vol. I—II. Leipzig, 1965-1971). Выражаю глубокую благодарность А.С. Ванюкову за возможность использовать его неопубликованные переводы Фемистия и Зосима.

12 Them. Or. X. 135c: йоте ot>84 е тад еmpopiag айтоТд ot>8e тад ágopág, ад еpi TÁj кротеpag e!p»vh j ек- aSeiag eí%ov opoi ßo-Ыошто POieTöOai, v%v е к- é Xouoiag е^еш афАкеу.

13 Курбатов Г.Л. Восстание Прокопия (365-366 гг.) // Византийский временник. 1958. Т. XIV. С. 8-9.

14 Heather PJ. Op. cit. P. 116-117; Idem. The Goths (The Peoples of Europe). Oxford, 1996. P. 61; Хизер П. Падение Римской империи / Пер. с англ. А.В. Короленкова, Е.А. Семеновой. М., 2011. С. 116.

15 Вольфрам Х. Готы. От истоков до середины VI века (опыт исторической этнографии) / Пер. с нем. Б.П. Миловидова, М.Ю. Некрасова; Под ред. М.Б. Щукина, Н.А. Бондарко, П.В. Шувалова. СПб., 2003. С. 101-102; Lenski N. Op. cit. P. 117, 125, 127; Dam R. van. Noel Lenski, Failire of Empire. Valens and the Roman State in the Fourth Century A. D. Berkeley: University of California Press, 2002 // Bryn Mawr Classical Review. URL: http://bmcr.brynmawr.edu/2003/2003-07-44.html.

16Julian. Ep. 27. 428 d. (Пер. Г.Л. Курбатова).

17 Lib. Or. XII. 78. Пер. С. Шестакова по изд.: Либаний. Речи / Пер. С. Ше-стакова. Т. 1-2. Казань, 1916.

18 Вольфрам Х. Указ. соч. С. 98: prophetia ex eventu.

19 Lenski N. Op. cit. P. 138.

20 Eun. Fr. 37; Zos. IV. 10. 2 (Zosimus. Opera / Ex rec. I. Bekkeri. Bonnae, 1837).

21 Amm. Marc. XXVII. 5. 2: Валент «выступил в поход на них, уже знающих о движении приближающегося» (Ю.А. Кулаковский переводит: «Готы получили о том заблаговременно сообщение»).

22 Amm. Marc. XXVII. 5. 4: буквально «с грабительскими шайками» (Ю.А. Кулаковский переводит: «с летучими отрядами»).

23 Dam R. van. Op. cit.

24 Lenski N. Op. cit. P. 131.

25 Noviodunum - близ совр. города Исакча на правом берегу нижнего Дуная (Вулпе Р. Верхний вал Бесарабии и проблема грейтунгов к западу от Днестра // Материалы и исследования по археологии Юго-Запада СССР и РНР. Кишинев, 1960. С. 272).

26 Аммиан Марцеллин. Указ. соч. С. 388, прим.

27 Рикман Э.А. Этническая история населения Поднестровья и прилегающего Подунавья в первых веках нашей эры. М., 1975. С. 337; Altheim Fr. Greutungen // Beiträge zur Namenforschung. 1956. Bd. 7. S. 88.

28 ВольфрамХ. Указ. соч. С. 103-104. Неясно, на чем основывается Х. Вольфрам, утверждая, что нашествие гуннов тервинги и гревтунги отражали совместными усилиями, в источниках таких сведений нет.

29 Heather PJ. Goths and Romans... P. 117, n. 108.

30 Вольфрам X. Указ. соч. С. 103-104; Lenski N. Op. cit. P. 132.

31 Eun. Fr. 18. 6. Аммиан Марцеллин в данном случае опускает подробности переговоров (Amm. Marc. XXVII. 8. 5), вероятно, не желая ронять достоинство своего любимого героя.

32 Heather PJ. Goths and Romans. P. 120.

33 Вольфрам X. Указ. соч. С. 99, 102; Захаров Г.Е. Переход через Дунай как пересечение границы готского мира: к проблеме обращения готов в арианство // Древнейшие государства Восточной Европы. 2009 год. Трансконтинентальные и локальные пути как социокультурный феномен. М., 2010. С. 374.

34 Lenski N. Op. cit. P. 126.

35 См.: сн. 11. В перевод монографии Х. Вольфрама закралась ошибка: «die Foederatenzahlungen eingestellt» переведено: «установлены выплаты для федератов» (Вольфрам X. Указ. соч. С. 104), в то время как: «die Zahlung einstellen - приостановить платежи» (Немецко-русский словарь / Под ред. А.А. Лепинга, Н.П. Страховой. М., 1958. С. 324).

36 Вольфрам X. Указ. соч. С. 104-105; Хизер П. Указ. соч. С. 116; Heather P.J. Goths and Romans. P. 116; Idem. The Goths. P. 62; Lenski N. Op. cit. P. 137.

37 Lenski N. Op. cit. P. 135.

38 ILS. 775: Iudicio principali dominorum nostrorum Valentiniani Valentis et Gratiani principum maximorum, dispositione etiam illustris viri utriusque militiae magistri Equitii comitis, Foscanus praepositus legionis primae Mar-tiorum una cum militibus sibi creditis hunc burgum, cui nomen Commer-cium, qua causa et factus est, a fundamentis et construxit et ad summam manum operis in diebus XXXXVIII consulatus d. n. Gratiani Augusti bis et Probi viri clarissimi fecit pervenire (Inscriptiones Latinae selectae / Ed. H. Dessau. Vol. I. Berolini, 1892). См.: Brogan O. Trade between the Roman Empire and the Free Germans // Journal of Roman Studies. 1936. Vol. XXVI. P. 202; Колосовская Ю.К. Правовые основы торговли римлян с варварами // Торговля и торговец в античном мире: Доклады «круглого стола» 29 января 1997 г. М., 1997. С. 100.

39 Dio LXXI. 11. 3; 15. 1; 19. 2 (Dio's Roman History / With an Engl. transl. by E. Cary. In 9 vols. Vol. IX. Cambridge, 1982).

40 Heather PJ. Goths and Romans. P. 119.

41 Lenski N. Op. cit. P. 136.

42 Вольфрам X. Указ. соч. С. 100. Представляется, что П. Хизер (Хизер П. Указ. соч. С. 128) и Н. Ленски (Lenski N. Op. cit. P. 136) несколько преувеличивают заслуги Валента и Валентиниана в этой сфере.

43 Lenski N. Op. cit. P. 136, n. 126. К интерпретации археологических данных всегда следует подходить с большой осторожностью, они довольно часто «сопротивляются ассимиляции с нарративом» (O'DonnelJ. P.J. Heather, Goths and Romans. 332-489. Oxford, 1991 (= 1992); Heather P., MatthewsJ. The Goths in the Fourth Century. Liverpool, 1991 // Bryn Mawr Classical Review. URL: http://bmcr.brynmawr.edu/1992/03.02.12.html.

44 Thompson E.A. Romans and Barbarians. The Decline of the Western Empire. L.; Madison, 1982. P. 309.

45 CJ. IV. 63. 2: Non solum aurum barbaris minime praebeatur, sed etiam si apud eos inventum fuerit, subtili auferatur ingenio. Si ulterius aurum pro manci-piis vel quibuscumque speciebus ad barbaricum fuerit translatum a merca-toribus, non iam damnis, sed suppliciis subiugentur, et si id iudex repertum non vindicat, tegere ut conscius criminosa festinat (Codex Justinianus // Corpus juris civilis / Rec. P. Krueger. Vol. 2. Berlin, 1906).

46 CTh. III. 14. 1: Nulli provincialium, cuiuscumque ordinis aut loci fuerit, cum barbara sit uxore coniugium, nec ulli gentilium provincialis femina copul-etur. Quod si quae inter provinciales atque gentiles affinitates ex huiusmodi nuptiis exstiterint, quod in iis suspectum vel noxium detegitur, capitaliter expietur. Interpretatio. Nullus Romanorum barbaram cuiuslibet gentis uxo-rem habere praesumat, neque barbarorum coniugiis mulieres Romanae in matrimonio coniungantur. Quod si fecerint, noverint se capitali sententiae subiacere (Codex Theodosianus // Theodosiani libri XVI / Ed. Th. Mom-msen et P. M. Meyer. Vol. 1-2. Berlin, 1905).