«В данной конструкции консенсус невозможен»

«Газпром», столкнувшийся с падением экспорта, хочет увеличить доходы от продажи топлива на внутреннем рынке. Для этого компания предлагает либерализовать оптовые цены на газ для промышленных потребителей в отдельных регионах, ввести их сезонную дифференциацию и запустить систему коммерческой балансировки. Насколько это необходимо рынку? И что из себя представляет либерализация? Эти и другие вопросы экономический обозреватель “Ъ FM” Константин Максимов обсудил с доцентом Финансового университета при правительстве РФ Леонидом Крутаковым.

Фото: Эмин Джафаров, Коммерсантъ

— Я надеюсь, вы видели материал наших коллег. Фактически «Газпром» предлагает начинать либерализацию цен на газ на внутреннем рынке. Что об этом думаете?

— Видел, конечно. Наверное, либерализовывать рынок надо, может быть, это хорошая идея, хотя я не сторонник ресурсной либерализации. Но что она подразумевает? Равные условия. Значит, их надо обеспечивать не только в доступе к внутреннему потребителю, но и, например, в газовой инфраструктуре. А сегодня монополистом по поставкам и хранению в подземных хранилищах топлива у нас является «Газпром».

— Проще говоря, надо бы предоставить доступ к трубе и к резервуарам, но «Газпром» хочет либерализовать рынок, а вот доступ к трубе давать не очень?

— Да. И было бы логично, наверное, вывести это в некую отдельную компанию и, может быть, как в случае с «Транснефтью», подчинить ее государству, которое будет устанавливать тарифы. Поскольку сегодня тариф на хранение газа фактически запретительный для независимых. Так, если ты произвел топлива больше, чем можешь реализовать на рынке, тебе негде его хранить, ты должен продать его «Газпрому» и, понятно, с дисконтом, потому что тебе некуда девать эти объемы. При этом надо отметить, что 70% инвестиций компании за последние годы были направлены не на развитие внутренней трубопроводной системы, системы хранения газа, инфраструктуры, а в экспорт. Сегодня независимые производители отказывают в доступе к трубе и к ПХК, потому что нет мест. Мы это не развили и, судя по всему при монопольном владении развивать и не будем. Во-вторых, необходимо либерализовать доступ к ресурсам.

— Я хочу поговорить с вами о рыночных условиях и вопросах конкуренции. Ведь понятно, что если речь о возможной либерализации завел сам «Газпром», то будет прямая конкуренция с независимыми поставщиками. Помимо «Газпрома» таких главных игрока на рынке два — «Роснефть» и НОВАТЭК. Как может складываться потенциальная конфигурация? И не получится ли так, что в итоге при обсуждении не будет единой позиции или какого-то компромисса для того, чтобы потом перейти к неким конкурентным взаимодействиям и конкурентным вариантам?

— Думаю, в данной конструкции, в которой существует наша газовая инфраструктура, консенсус невозможен, поскольку «Газпром» обладает колоссальными преимуществами перед остальными. Да, он лишился определенных экспортных объемов, при этом выручка практически сохранилась. Куда деть эти объемы? Ну часть переориентируется на Китай, а часть компания хочет бросить на внутренний рынок. «Газпром» задавит независимых производителей, конечно, с условием монополии на инфраструктуру, на хранение и на трубы, куда он не пускает других, он просто будет диктовать свои правила. Что может происходить с ценами в условиях монопольного превосходства «Газпрома»? Боюсь, может случиться немецкий сценарий.

— Скажите, пожалуйста, а известна некая позиция ФАС? Ведь когда мы говорим про монопольность рынка, то должны в эту систему уравнений включить еще и регулятора.

— В статье “Ъ” отражена какая-то позиция ФАС о том, что без решения вопросов монопольной зависимости от транспортировки решать вопрос либерализации рынка продаж невозможно.

— Там скорее говорится о том, что нет достаточных объемов продажи на бирже в данных условиях.

— На биржу можно загнать какие-то дополнительные объемы, но ведь газ на полку не поставишь. Есть подземные хранилища, есть трубы. Вот, НОВАТЭК, например, со сжиженным газом работает. Там чуть проще — там чуть независимо от трубопроводной системы. Кстати, «Газпром» говорил о том, что НОВАТЭК добивает его экспортную долю в Европе. Поэтому говорить о консенсусе в таких условиях, наверное, немножко странно. Повторюсь, либерализация означает выравнивание условий. Нельзя оставить монопольное превосходство «Газпрома» в инфраструктуре, в доступе к ресурсам, в экспортной монополии. Многие преференции на внутреннем рынке ему предоставлялись под экспортную функцию, а теперь он хочет это использовать на внутреннем.

— Если бы вам предложили разработать схему либерализации, вы бы начинали с оптовой или с розничной части? Опираясь на то, что если внутренний рынок, то можем начинать с крупных потребителей, с которыми проще договариваться, либо давить на то, что с первым шагом в сторону либерализации начнет меняться ценообразование, в том числе и для населения.

— Я бы начал с вывода инфраструктуры из-под контроля «Газпрома» по примеру Китая, ЕС, Америки, где тоже долго решали проблему с трубами. Потому что при нынешней структуре рынка либерализация обернется монополизацией.