Эффективность управления природными ресурсами при развитии морехозяйственных комплексов и приморских территорий

4. Содействие со стороны СМД и органов исполнительной власти приморских субъектов Российской Федерации выходу региональных предприятий на внешние рынки и реализации коллективных маркетинговых инициатив, использование госзаказа как инструмента поддержки кооперационных кластерных проектов, организация методического обеспечения.

В целом имплементация кластерной политики обеспечивает диверсификацию экономики и сглаживание узковедомственных конфликтогенных интересов, способствует упрочнению межотраслевых, межрегиональных и международных связей (включая трансграничные), содействует реиндустриализации и становлению сервисной экономики, интенсификации ГЧП, что в совокупности ведет к устойчивому социально-экономического росту и сбалансированному пространственному развитию. Кластерный подход нацелен на комплексное развитие морехозяйственного потенциала и

позволяет за счет повышения эффективности и рационализации основных видов морской деятельности обеспечить существенный рост экономики приморских регионов и повышение уровня благосостояния населения, формируя синергетическую систему хозяйственных отношений. Однако его реализация неизбежно столкнется с многочисленными трудностями, на преодоление которых может быть направлено опережающее развитие некоторых системообразующих, базовых отраслей региона (стратегических секторов и инфраструктур). Представляется, что в таком ракурсе отраслевое развитие отнюдь не противоречит концепции комплексности, а наоборот, содействует ей. Отраслевые срезы единой (интегральной) морехозяйственной политики, обладающие высоким мультипликативным эффектом, как раз и способны образовать собой ядро специализаций региона и стать локомотивом его комплексного развития.

ЭФФЕКТИВНОСТЬ УПРАВЛЕНИЯ ПРИРОДНЫМИ РЕСУРСАМИ ПРИ РАЗВИТИИ МОРЕХОЗЯЙСТВЕННЫХ КОМПЛЕКСОВ И ПРИМОРСКИХ ТЕРРИТОРИЙ

Батурова Г.В., к.э.н., зав. сектором регионального развития Центра «Мировой океан» ФГБНИУ «Совет по изучению производительных сил» (СОПС) Минэкономразвития России и РАН, ответственный секретарь Секции по вопросам государственночастного партнерства Научно-экспертного совета Морской коллегии при Правительстве Российской Федерации.

В настоящее время в России формируется новый инструмент повышения эффективности управления и развития морехозяйственного комплекса и использования природоресурсного потенциала Мирового океана - программы комплексного развития приморских территорий и прибрежных акваторий. В статье рассматривается зарубежный опыт пространственного планирования морепользования, базовые принципы внедрения и возможные результаты реализации программ комплексного развития приморских территорий и прибрежных акваторий, включая широкое использование принципов «зеленой экономики» с определением, оценкой и учетом стоимости услуг экосистем, в том числе потенциальной их ценности в долгосрочной перспективе.

Ключевые слова: программа комплексного развития приморских территорий и прибрежных акваторий, морское пространственное планирование, социально-экономическое развитие, зеленая экономика, услуги экосистем.

MANAGEMENT OF NATURAL RESOURCES MARINE ECONOMIC COMPLEX IN DEVELOPMENT AND COASTAL AREAS

Baturova G., Ph.D., head of division for marine affaires regional development in «World Ocean» Center, Federal Governmental and Academic Institute «Council for the Study of Productive Forces», executive secretary of the Section on Public Private Partnership at the Scientific and Expert Council of the Maritime Board at the Government of the Russian Federation

Currently in Russia, a new tool to improve the efficiency of management and development of marine economic complex and the natural resource potential of the oceans - a program for integrated development of coastal areas and coastal waters. The article deals with international experience of spatial planning oceans, basic principles of implementation and the possible results of the programs for the integrated development of coastal areas and coastal waters, including the widespread use of the principles of «green economy» with the identification, evaluation, and the cost of ecosystem services, including the potential of their value in the long term.

Keywords: program for integrated development of coastal territories and marine areas, maritime spatial planning, social and economic development, green economy, ecosystem services.

В течение последнего десятилетия Президентом Российской Федерации, Правительством Российской Федерации, Морской коллегией при Правительстве Российской Федерации приняты основополагающие документы и решения, направленные на совершенствование и комплексное развитие морской деятельности нашей страны. На решение этой задачи прямо нацеливают поручения Правительства Российской Федерации. Так, например, в Стратегии развития морской деятельности Российской Федерации до 2030 года поставлена стратегическая задача, связанная с разработкой и реализацией программ комплексного развития приморских территорий и прибрежных акваторий (КРПТПА) в качестве самостоятельного компонента комплексных стратегий и программ социальноэкономического развития приморских субъектов Российской Федерации и программ развития приморских муниципальных образований. Дальнейшее нормативное закрепление эта практика нашла в планах реализации стратегий социально-экономического развития Уральского и Южного федеральных округов, утвержденных распоряжениями Правительства Российской Федерации в апреле 2012 года. При этом эффективное решение таких задач может быть увязано с морским пространственным планированием (МПП) как пространственным отображением этих программ. Таким образом, МПП представляет собой аналог схем терпланирования для аква-

торий (своего рода схемы акваториального или бассейнового планирования).

В целом проблематика комплексного развития морской деятельности, включая имплементацию морского пространственного планирования, чрезвычайно актуальна. Бесспорным лидером здесь в настоящее время выступает Европейский союз, где в отдельных странах (Германия, Швеция, Дания и др.) она прорабатывается уже более десятилетия на национальном уровне, причем инициатором разработки соответствующих законодательных, нормативных правовых, стратегических и программных документов зачастую выступает частный бизнес, побуждающий государственные структуры к установлению партнерских отношений в океанопользовании. В настоящее время наблюдается резкий всплеск интереса (в первую очередь со стороны деловых кругов) к этим процессам в Европе, Северной Америке, Австралии и Китае, что обусловлено интенсификацией морехозяйственной деятельности, объективно ведущей к росту конфликтов между участниками и интересантами, а также появлению новых ее видов, таких, например, как морской туристско-рекреационный бизнес, аква- и марикультура или возобновляемая энергетика морского происхождения. В странах экономического авангарда повсеместно происходит разработка соответствующих стратегических и программных решений, законодательное и нор-

мативное правовое закрепление практики комплексного развития морской деятельности с использованием МПП.

До недавнего времени в Российской Федерации аналогичная работа не велась ни на техническом, ни на законодательном уровнях, а нормативная методическая база морского пространственного планирования попросту отсутствовала. На сегодняшний день проблематика МПП находит поддержку в Морской коллегии при Правительстве Российской Федерации, Минэкономразвития России, Минрегионе России, других федеральных органах исполнительной власти.

В рамках действующей с 1992 года программы VASAB (Vision and Strategy Around the Baltic Sea) проводится работа по гармонизации подходов к МПП на межнациональном уровне, с целью выработки единых принципов и технологий морского пространственного планирования в различных странах Балтийского региона. Поскольку Россия входит в регион стран Балтийского моря, а в 2012 году - председательствует в VASAB, она также интенсифицирует свое участие в этой работе, чтобы содействовать интеграции в общую морскую экономическую систему, с одной стороны, и обеспечить свои национальные интересы - с другой. Однако, несмотря на то, что Российская Федерация подписала большую часть международных соглашений по Балтийскому морю, поскольку практическая работа в области МПП в нашей стране только начинается, существующее положение дел привело к существенному отставанию нашей страны в этих вопросах от прилежащих и противолежащих государств бассейна. Более того, детальные и масштабные разработки в области перспективного использования Балтийского моря выполняются странами Евросоюза самостоятельно, исходя из собственных интересов. В скором времени это может привести к ситуации, что развитие акваторий большинства омывающих Россию морей (арктические моря, Японское море) будет спланировано за рубежом, а Российской Федерации придется потратить значительные усилия для отстаивания своих национальных интересов, даже казалось бы бесспорных. Кроме того, зачастую, вследствие отсутствия в России законодательных и нормативных правовых основ МПП, не исключено, что в своих разработках зарубежные партнеры начнут распространять на акватории, находящиеся под юрисдикцией Российской Федерации, собственные законодательные нормы, в частности законодательство Евросоюза, под действие которого наша страна никак не подпадает. В отдельных случаях, для оптимизации использования исключительной экономической зоны некоторые страны (например, Норвегия), пользуясь пробелами в международном законодательстве, производят планирование акваторий нейтральных (международных) вод. При этом предполагается, что в ближайшие годы опыт пространственного планирования Балтийского моря будет распространен в первую очередь на акватории Северного ледовитого океана.

Ожидаемый экономический эффект от внедрения МПП при этом связывается с тремя возможностями: (1) повышением эффективности государственного управления морской деятельностью; (2) уменьшением транзакционных издержек и (3) улучшением инвестиционного климата для ускорения развития морехозяйственного комплекса. Так, по оценкам Департамента Европейской Комиссии по морской политике и рыболовству, уменьшение транзакционных издержек за счет внедрения МПП на 1% может дать к 2020 году по разным сценариям положительный экономический эффект от 170 млн. до 1,3 млрд. евро. Всего к 2030 году за счет снижения транзакционных издержек планируется получить экономический эффект порядка 400 млн.-1,8 млрд. евро, а за счет улучшения инвестиционного климата только в сфере развития ветровой энергетики и марикультуры - от 155 млн. до 1,6 млрд. евро1.

В этой связи разработка и осуществление программ КРПТПА будет содействовать повышению эффективности государственного управления морской деятельностью России за счет сглаживания конфликтных интересов между субъектами национальной морской политики, видами морской деятельности или отраслями морехозяйственного комплекса. МПП должно способствовать рационализации эксплуатации океанических ресурсов, комплексному развитию морского сегмента региональной и глобальной экономики, социально-экономическому росту приморских регионов и территорий. Среди положительных последствий имплементации МПП на экспертном уровне зачастую отмечается также возможность активизации диффузии перспективных институциональных, организационных и технологических инноваций, интенсивного их внедре-

ния в морскую деятельность, массированного привлечения в морехозяйственный комплекс инвестиций, предотвращения загрязнения морской среды, расширения знаний о природе Мирового океана на основе тесного сотрудничества национальных правительственных структур, представительных институтов гражданского общества, науки, бизнеса и коренных народов, этноформирующие виды деятельности которых ориентированы на использование морских пространств и ресурсов. Помимо сглаживания конфликтных и потенциально конфликтогенных интересов субъектов морской политики, как на межгосударственном, так и на внутристрановом уровнях, в рамках КРПТПА и МПП решаются вопросы экологической совместимости хозяйственной деятельности и социально-экономического развития приморских территорий и прибрежных акваторий. При этом такие программы и схемы позволяют вписать и погрузить региональные стратегии социально-экономического развития в более широкий контекст (макрорегиональный, общероссийский, глобальный), учесть не только внутренние (эндогенные), но и внешние факторы, в том числе случайные (джокеры), выявить драйверы устойчивой социально-экономической динамики, обеспечить переход от площадного к узловому (кластерному) управлению.

При безусловном примате первоочередного решения региональных и трансграничных социально-экономических проблем программы КРПТПА могут быть ориентированы на широкое использование принципов «зеленой экономики» с определением, оценкой и учетом стоимости услуг экосистем, в том числе потенциальной их ценности в долгосрочной перспективе, включая обеспечивающие (вода, сырье и т.д.), регулирующие (контроль погоды, наводнений и других природных катаклизмов, болезней и т.д.), социокультурные (природные красоты, духовные, культурные и рекреационные выгоды) и поддерживающие (первичная продуктивность, трофические связи, круговорот питательных веществ, способность к ассимиляции загрязнений и т.д.) услуги. 10-ая Конференция стран-участниц Конвенции ООН по биоразнообразию, прошедшая в Нагое (Япония) в октябре 2010 года, приняла, без преувеличения, исторические решения, ознаменовавшие радикальные, тектонические сдвиги в философии и культуре мировой финансовой системы (банковское дело, кредиты, страхование, финансовые рынки, рынки квот природных ресурсов и т.д.). Согласно им, должна принципиально измениться стратегия и тактика инвестиций, что прервет доминирование краткосрочных капиталовложений. Подписанный Протокол по генетическим ресурсам устанавливает правила по их стоимостной оценке и распределению выгод от использования при создании новых лекарств, косметики и т.д. В странах, где эти ресурсы сохранились, получаемые прибыли могут исчисляться астрономическими суммами. Была уточнена и «цена позеленения» экономики, заключающаяся в ежегодном приросте «зеленых» инвестиций с достижением к 2050 году 2,5% от глобального ВВП (в настоящее время этот показатель намного ниже 1%). При этом подавляющую часть капиталовложений планируется привлечь с использованием потенциала частного сектора (из приблизительно 11% общемирового ВВП, что составляет стоимость современных глобальных экстерналий, более трети относится к деятельности трех тысяч наиболее крупных компаний). Конференция в Нагое поставила перед бизнесом серьезную задачу - научиться измерять и учитывать в своей деятельности ценность услуг экосистем и рекомендовала в этих целях применять результаты исследований по экономике экосистем и биоразнообразия - TEEB, выполненных по инициативе ЮНЕП в 2008-2010 гг. (при этом разработка проекта «Экономика экосистем и биоразнообразия - ТЕЕВ», направленного на выявление реальных выгод от услуг экосистем и биоразнообразия и оценку экономических потерь от их утраты была одобрена лидерами стран G-8 на саммите в Хайлингендамме в июне 2007 года). Некоторые из стран БРИКС, в частности, Бразилия и Индия, равно как и 14 корпораций (Energias de Portugal, Eskom, Mondi, Rio Tinto, US BCSD, GHD, Holcim, Lafarge, AkzoNobel, Syngenta, Veolia Water, Weyerhaeuser, Eni, Hitachi), разработавшие под эгидой Всемирного Бизнес-Совета по устойчивому развитию (WBCSD), учрежденному в 1992 году 200-ми промышленными компаниями, «Руководство для оценки услуг экосистем корпорациями» и апробировавшие его в промышленных условиях, уже объявили о готовности к реализации этих рекомендаций на практике.

Таким образом, при реализации программ КРПТПА целесообразно задействовать потенциал государственных корпораций, а так-

1 Study on the Economic Effects for Maritime Spatial Planning. //Report of Directorate-General for Maritime Affaires and Fisheries. - April 2010.

же финансовых институтов развития (Государственная корпорация «Банк развития и внешнеэкономической деятельности (Внешэкономбанк)», Инвестиционный фонд Российской Федерации, Венчурный фонд Российской Федерации (ОАО «Российская венчурная компания»), ОАО «Российский инвестиционный фонд информационно-коммуникационных технологий» и т.д.). В этой связи представляется целесообразным широкое распространение практики разработки и реализации программ комплексного развития приморских территорий и прибрежных акваторий в качестве самостоятельного компонента комплексных стратегий и программ социальноэкономического развития федеральных округов и макрорегионов, приморских субъектов Российской Федерации, а также программ развития приморских муниципальных образований.

В первую очередь нашей стране необходимо законодательное и/или нормативное правовое закрепление практики разработки и реализации программ комплексного развития приморских территорий и прибрежных акваторий с использование схем морского ак-ваториального (пространственного) планирования, что предоставляет широкий простор законотворческой деятельности. Кроме того, целесообразна разработка Концепции морского пространственного планирования в Российской Федерации, включая методические указания по формированию соответствующих «морехозяйственных блоков», обеспечивающих комплексный подход к развитию морс-

кой деятельности, в стратегиях социально-экономического развития федеральных округов и приморских субъектов Российской Федерации, а также программ КРПТПА и схем МПП. На решение такой задачи, кстати, нацеливают и поручения Морской коллегии при Правительстве Российской Федерации (например, п. 1.4 Протокола совещания Морской коллегии при Правительстве Российской Федерации у Заместителя Председателя Правительства Российской Федерации, председателя Морской коллегии при Правительстве Российской Федерации С.Б.Иванова от 4 мая 2011 г. № 1(15)). Кроме того, в рамках совершенствования системы стратегического и территориального планирования актуализируется задача разработки типовых «морехозяйственных блоков», программ КРПТПА и схем МПП в методических указаниях по формированию стратегий социально-экономического развития федеральных округов, приморских субъектов Российской Федерации и схем территориального планирования. Администрации (правительства) приморских субъектов Российской Федерации в этом случае смогут обеспечить в соответствии с поручением Морской коллегии «включение программ комплексного развития приморских территорий и прибрежных акваторий в качестве самостоятельного компонента комплексных стратегий и программ социально-экономического развития субъектов Российской Федерации и программ развития приморских муниципальных образований».

КОНЦЕПЦИЯ РЕФОРМИРОВАНИЯ АКТИВОВ И БИЗНЕС-ПРОЦЕССОВ ВЕРТИКАЛЬНО-ИНТЕГРИРОВАННОГО ХОЛДИНГА

Голубев М.П., д.э.н., профессор, член правления Гильдии Инвестиционных и Финансовых Аналитиков

В статье рассмотрена концепция реформирования активов и бизнес-процессов вертикально-интегрированного холдинга, определены процессы изменений, а также для целей анализа и выработки правил и способов построения целевой модели бизнеса и требуемого имущественного комплекса разработана классификация активов.

Ключевые слова: реформирование активов, классификация активов, бизнес-процессы.

THE CONCEPT OF REFORMING THE ASSETS AND BUSINESS PROCESSES, BUT THE VERTICAL-INTEGRATED BUSINESS

Golubev M., Doctor of Economics, Professor, Board member of the Guild of Investment and Financial Analysts

The article deals with the concept of reforming the assets and business processes of vertically integrated holding company, processes of change, as well as for the analysis and formulation of rules and methods to build trust business model and the required property complex classification of assets.

Keywords: reform of assets, classification of assets, business processes.

Важнейшая задача реструктуризации холдингов — изменение подхода к управлению инвестициями, так как управление инвестициями — ключевое звено в стыковке стратегического планирования и операционного менеджмента.Изменения должны затронуть всю структуру управления инвестициями — основные бизнес-процессы, особенно в сфере разграничения полномочий между корпоративным центром, дивизионами и дочерними предприятиями, применяемые методы планирования и отбора проектов, процедуры мониторинга и контроля, систему стимулирования руководителей предприятий (рис. 1).

В качестве процедур, которые, по мнению автора, решают большую часть задач, реализуя минимаксную стратегию повышения эффективности холдинга, рассматриваются «пакеты решений» (по основным компонентам управления, структуре собственности, схемам финансирования и т.д.). Пакет — это, по сути, «законченная и самодостаточная» модель холдинга, имеющего необходимые связи, ресурсы. Таким образом, предлагается реализовывать «пакет» за «пакетом», не устраивая «революционных» преобразований, зачастую парализующих функционирование холдинговых структур на несколько лет. Разработка таких «пакетов» предусматривает со-

СТРАТЕГИЧЕСКИЙ МЕНЕДЖМЕНТ

. Éô тВДСіїкруфм?

> Квд*ы последствия ДЛЯ ДОМДО4ЫК ПОТОС»?  Каковы налоговые последствия?

ОПЕРАЦИОННЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ

- Ка* форміате* иашл прибыл*?

• Расставлен ли приоритеты при распределении финансовых ресурсов?

. Оптимальна ли сдегема амртрвннето уцета?

. правимо іьвкЛрашсисіеїш сценки ісанесім

Рис. 1. Процессы изменений