Прямая речь

Александр Шохин, председатель Координационного совета предпринимательских союзов, в 1991-1994 и в 1998 годах вице-премьер России:

— В принципе я бы разменял стабфонд на снижение налогового бремени. Одна из задач стабфонда, на мой взгляд,— быть подушкой безопасности для налоговых реформ. И в этой связи было бы разумно использовать его часть на снижение налогового бремени, нежели на конкретные проекты. Но сами меры по снижению налогового бремени должны быть направлены на расширение налоговой базы и стимулирование деловой активности, а не на затыкание выпадающих доходов.

Игорь Юргенс, первый вице-президент инвестиционной компании "Ренессанс Капитал", вице-президент РСПП:

— Я бы не стал залезать в стабфонд ради снижения налогов. Особенно когда волна неприятия народом плоской шкалы налогов уже неостановима. Зачем при наметившемся повышении собираемости налогов и на фоне серьезных социальных событий снижать налог, а потом вытаскивать недостающие средства из стабфонда? Есть другие пути, например, вывести тот же ЕСН из тени, что повысит его собираемость, или убрать различного рода наезды проверяющих структур.

Александр Лившиц, заместитель гендиректора компании "Русский алюминий", в 1996 году министр финансов:

— Не надо метаться! Идеальный вариант использования стабфонда — полностью расплатиться с долгами Парижского клуба. Сейчас нам важны не ставки налогов, а процедуры, которые зашли слишком далеко. Сегодня эти процедуры привели к тому, что бизнес стал раскладывать ясак по мешкам, чтобы было чем расплачиваться при набегах фискальной конницы.

Борис Титов, председатель общественной организации "Деловая Россия":

— Стабфонд нужно использовать в виде гарантии для бюджета по снижению налогов. Налоги душат бизнес, поэтому у нас до 60% бизнесменов в тени. Снижение налогов позволит им выйти из тени, и тогда удвоение ВВП может быть реальным. Не надо бояться, что в бюджете возникнет дефицит. Наоборот, налоговые поступления в бюджет только увеличатся. Стабфонд тратить просто не придется, он будет гарантией, что бюджетники, пенсионеры не пострадают. А Кудрин просто не хочет брать на себя ответственность. У него антикризисное мышление, он готовится к худшему, вместо того чтобы идти к лучшему.

Георгий Боос, заместитель председателя Госдумы, в 1998-1999 годах министр по налогам и сборам:

— На мой взгляд, деньги должны работать на развитие экономики страны, а не копиться в стабфондах.

Виктор Христенко, министр промышленности и энергетики:

— Практически мы уже приступили к выработке предложений по возможному снижению налогового бремени. А стабфонд должен играть роль подушки безопасности, нацелен на поддержание финансовой стабильности. Вместе с тем часть дополнительных доходов бюджета могла бы быть направлена в аналогичный фонд, например, Фонд развития. Его средства можно было бы использовать для поддержки крупных инфраструктурных проектов, которые отвечали бы интересам развития отраслей, и государство могло бы компенсировать отсутствующие у банковской системы возможности долгосрочного кредитования подобных проектов.