Мировоззренческие смыслы акмеологии

функциональных систем (способности) - системные качества. При этом в свойствах системы могут проявляться и проявляются свойства элементов, ее составляющих (специальные задатки).

Способности человека — это овладение познающим субъектом своими познавательными способностями через рефлексию и овладение операционными механизмами в плане конкретных психических функций и конкретной деятельности.

Для творчества необходимо, по крайней мере, присутствие трех интеллектуальных способностей:

а) синтетической способности видеть проблемы в новом свете и избегать привычного способа мышления;

б) аналитической способности, позволяющей оценить, какие идеи стоят того, чтобы за них браться и их разрабатывать, а какие нет;

в) практически-контекстуальной способности убедить других в ценности идеи, иными словами, продать творческую идею другим.

Литература

1. Грейсон Дж. Американский менеджмент на пороге 21 века. М., 1991. 319 с.

2. Сластенин В. Гуманистическая парадигма и личностно-ориентированная технология в педагогическом образовании. М., 1999. 187 с.

3. Асмолов А. Г. Психология личности: Принципы общепсихологического анализа. М., 2002.

4. Карипбаев Б. И. Акмеологические концепты образования. Научный журнал «Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук». Москва. № РИНЦ, 0,043, 2015. № 12 (ч. 1). С. 97-99.

5. Митина Л. М. Психология развития конкурентоспособной личности. М. Воронеж, 2002.

6. Акмеология: Учебник / Под общ. ред. А. А. Деркача. М., 2002.

Worldview meanings of acmeology Karipbaev B. Мировоззренческие смыслы акмеологии Карипбаев Б. И.

Карипбаев Байжол Искакович /Karipbaev Bayzhol - доктор философских наук, профессор, кафедра философии и теории культуры, факультет философии и психологии, Карагандинский государственный университет имени академика Е. А. Букетова, г. Караганда, Республика Казахстан

Аннотация: в статье исследуются проблемы, связанные с анализом места и роли акмеологии как нового направления в казахстанской науке, в общем гуманитарном дискурсе в формате высшей школы.

Abstract: the article examines the problems associated with the analysis of the place and role of acmeology as a new direction in Kazakhstan's science in general humanitarian discourse in format of the higher school.

Ключевые слова: дискурс, практика, рефлексия, акмеологичность, креативность, человеческий фактор.

Keywords: discourse, practice, reflection, acmeology, creativity, human factor.

Акмеологическое измерение системы высшей школы требует мировоззренческого осмысления основных факторов формирования личности, мотивированной к успеху, профессиональной социализации в рамках системы высшего образования в Казахстане.

В современном научном сообществе слишком большое значение придается позитивистским, прямым методам выхода из возникающих ситуаций социального диссонанса. При этом игнорирование гуманитарных дискурсивных практик, социокультурной составляющей может привести к необратимым последствиям. Социогуманитарный дискурс в этом смысле может стать тем безусловным человеческим основанием выхода из кризиса во всех его проявлениях. Поэтому столь важное место в современном социогуманитарном знании отводится вопросам гуманизации образования. Современному образованию нужны такие ценностные ориентации, которые бы действительно расширяли возможности каждого человека, делая его самоцелью. Но не внешние условия - стимулы, а внутренние мотивы -установки, благодаря которым человек не мог и не хотел бы быть редуцирован к потребностям общественного производства, не терял бы себя как свободную индивидуальность, а становился ею. Человеческий фактор не может быть сведен к отдельному индивиду (анонимному в своей усредненности), а есть человек во всем богатстве его общественно-деятельностной сущности. Проблема в том и заключается, чтобы эмпирически отдельный индивид по созданию всех необходимых условий выступил как духовно конкретный человек в деятельности, общении и творчестве. Исходя из этого, под активизацией человеческого фактора следует понимать не только движение к отдельному индивиду через предоставление ему условий, выработку стимулов, формирование мотивов деятельности, но и становление индивида как личности, освобождение «внутреннего человека». Первое означает создание объективных предпосылок активизации человеческого фактора, второе - раскрытие самих возможностей человека, его духовный подъем. Таким образом, существование человека должно обернуться сущностью, свобода - необходимостью, бытие -сознанием. В сегодняшней действительности - подчеркивает Н. В. Мотрошилова -«философско-теоретические размышления о цивилизации уже никак нельзя отделить от выработки отношения к ней, причем отношения действенного, помогающего активному усвоению и преобразованию цивилизационного опыта человечества и цивилизованию ... собственной страны» [1, с. 19]. А это, в свою очередь, требует выведения опыта цивилизации «на более высокий, чем сегодня, более сознательный, рациональный, гуманный уровень» [1, с. 21].

Согласно М. К. Мамардашвили, цивилизация лишь постольку способна стать «обществом свободных производителей» (и, следовательно, людей способных научиться если не полностью устранять, то сдерживать и предотвращать процессы социального абсурда), поскольку человек, причем в самых повседневных, по видимости элементарных производительных, организационных, коммуникативных действиях, не будет надеяться на невозможное - «перескочить через труд свободы, через бремя развития самого себя» и через труд напряженного, последовательного, максимально точного мышления». Цивилизационное развитие органично связано со способностью воплощать в индивидуальных усилиях по овладению тем или иным видом деятельности социально необходимое. Антицивилизационный процесс начинается тогда, когда человек с безразличием относится к собственному делу. Призыв вести себя цивилизованно означают не что иное, как призыв к выходу за пределы той проблемной ситуации, которая кажется нам неразрешимой с точки зрения уже имеющегося опыта. Противостоять проявлениям «естественной дикости» человеческой природы, которая может принимать вполне респектабельные формы, можно только посредством воспитания гражданина, имеющего и реализующего право мыслить своим умом. Правопорядок как результат цивилизационного развития возможен именно потому, что закон существует не сам по себе, а в человеческих

индивидах и в понимании ими своего дела. «Возможность обойти индивида исключена не в силу гуманистического предпочтения и заботы о человеке, а в силу непреложного устройства самого бытия, жизни. Только на уровне сущностного равенства индивидов может что-либо происходить» [2, 401]. Поэтому выход из наличных кризисов цивилизационного развития требует не только коренного изменения доминирующих в современной политике и экономике идеалов господства, ориентированных на силовое преобразование объектов, но и выработки новой методологии, способной предложить иную фундаментальную стратегию цивилизационного развития, учитывающую активное сознательное деятельное участие как можно большего числа людей в ее реализации. Такое участие, в нашем понимании, достижимо только путем развития критического мышления молодых людей, когда основным способом разрешения кризисных ситуаций становится умение самого человека выбирать наиболее разумный способ достижения своего индивидуального и социального благополучия, противодействуя всевозможным деструктивным вызовам современной цивилизации. Поэтому обществу необходимо формирование новой культуры деятельности, важнейшим условием которой является овладение рефлексивной способностью в мышлении. Поскольку, прежде всего, данная способность позволяет любому из участников социально значимой деятельности подключаться к ней на различных этапах, начиная уже с процесса определения мотивов и целей самой деятельности, объективно лишая тем самым его возможности быть «обреченным» на роль пассивного исполнителя чужой воли.

Известная поговорка гласит «все новое — это хорошо забытое старое». И эта формула вполне применима и к акмеологии. Дело в том, что основные принципы и методы этой науки были разработаны еще в Античности, в трудах греческих философов [3]. Более того, акмеология в то время широко применялась в практике полисов. Не секрет, что эллины жестко отделяли свою культуру от культуры варваров, свободных граждан от рабов. При этом они не были настолько глупы, чтобы не замечать физиологического сходства первых и последних. Причина в ином. Греки критерием равенства брали не натуру (природу), а культуру. То есть, не имело значения, что от рождения человек был наделен антропометрическими данными. Значение имел лишь факт трансформации природной обусловленности в культурную свободу. И трансформация эта осуществлялась через образование. Под образованием греки понимали комплекс из 7 искусств (наук), овладение которыми делало человека свободным гражданином полиса. При этом каждое из искусств (наук) было акмеологично по своей природе, поскольку было направлено на постижение гармонии мира.

1) Грамматика — гармония слов;

2) Логика — гармония мыслей;

3) Риторика — гаромния речи;

4) Арифметика — гармония чисел;

5) Геометрия — гармония фигур;

6) Астрономия — гармония небесных тел;

7) Музыка — гармония звуков [4].

В этом комплексе свободных искусств воплощалась греческая идея пайдеи. Пайдея означала синтез трех видов совершенствования: соматического (телесного), психического (душевного, мир чувств) и пневматологического (духовного, мир мыслей). Если переводить это на современный язык, можно сказать, что реализация пайдеи означает формирование физически здоровой, нравственной и разумной личности. Принцип пайдеи — это основной принцип акмеологии [5].

Акмеологическая сущность воспитания, научения, образования состоит не в том, что преподается (хотя это тоже очень важно), а в том, как это преподается. Другими словами: цель преподавания — это не насильственное вбивание готовых знаний в неокрепшую голову ученика, а призыв к добровольному делу познания под руководством тех, кто более опытен в этом деле. Греки не зря называли свой

комплекс наук искусствами. Слово «искусство» предполагает свободную деятельность, одновременно оно подразумевает индивидуальность выполнения этой деятельности. Овладев одним и тем же музыкальным искусством, научившись играть на одном и том же музыкальном инструменте, исполняя одно и то же произведение, два музыканта сыграют его совершенно по-разному. Почему? Потому что они обучались этому искусству, постигая его смысл, обретая понимание его сути, а не бездумно заучивая технику и прочие внешние аспекты. Акмеологизация как внедрение реальной общественной практики будет означать радикальное реформирование основных принципов и механизмов социальной деятельности. Если продолжать логику противопоставления, то на смену обществу потребления с его идеологией консьюмеризма придет гражданское общество, основой которого будет целостное образование граждан. Метафорически ярко и в то же время точно принцип акмеологического образования выразил Плутарх. Он писал: «Ученик — это не сосуд, который надо наполнить, а факел, который надо зажечь» [6]. Мы уже отмечали ранее, что «то неоспоримое обстоятельство, что студент, лишенный навыков саморазвития, вряд ли станет в будущем профессионалом высокого класса» [7, с. 344].

Если абстрагироваться от поэтической легкости положения Плутарха и интерполировать ее смысл в конкретную практику, выяснится, что это весьма трудоемкий процесс. Во-первых, потому что требует от преподавателя такой же «зажжённости». Во-вторых, такой принцип требует индивидуального подхода к каждому ученику, а в наличных условиях современного образования — это практически невозможно.

Поэтому проблема невозможности подлинной акмеологизации общества упирается не в отсутствие содержательной концепции, а в наличие социальной инерции и нехватку профессионалов, способных качественно выполнять такую работу. Имеет место старая, как мир, проблема. Соотношение теории и практики. Люди ошибочно полагают, что неисправна теория, иначе почему так плоха практика? Но все дело в том, что теория попросту искажается.

Когда речь идет о необходимости акмеологизации вообще, а в образовательной системе в частности, мы подразумеваем идею пробуждения в человеке -студенте спящих способностей к саморазвитию. Если презентованное знание им осмыслено, отрефлексировано, понято и принято, оно становится действительно силой (Ф. Бэкон). То есть суть акмеологизации состоит в этом смысле в создании такой атмосферы, такого окружения, в котором человек САМ создает свое знание. В таких условиях он самоактуализируется.

Литература

1. Мотрошилова Н. В. Цивилизация и варварство в эпоху глобальных кризисов. М.: ИФРАН. «Канон +» РООИ « Реабилитация », 2010. 480 с.

2. Мамардашвили М. К. Сознание и цивилизация // Путь в философию. Антология. М.: ПЕР СЭ; СПб.: Университетская книга, 2001. 445 с.

3. Деркач А. А. Психолого-акмеологические основания и средства оптимизации личностно - профессионального развития конкурентоспособного специалиста // Акмеология, 2013. № 1 (45). С. 11-16.

4. Рыбкин И., Падар Э. Системно-интегративный коучинг: концепты, технологии, программы. М.: Институт Общегуманитарных Исследований, 2009. 448 с.

5. Дьюи Д. Демократия и образование. М.: Педагогика. Пр. 1. Современная европейская философия (XX век). (1979) [Лекции] // Логос, 1992. № 2.

6. Шелер М. Положение человека в Космосе (пер. А. Ф. Филиппова) // Проблема человека в западной философии: Переводы / Сост. и послесл. П. С. Гуревича. Общ. ред. Ю. Н. Попова. М.: Прогресс, 1988. 245 с.

7. Карипбаев Б. И. Акмеологическая компонента в системе высшего образования (проблемы, опыт, перспективы). Международный журнал экспериментального образования. Москва. РИНЦ-0,532, 2015. № 11 (часть 3). С. 343-345.

The contradictions in the views of Russian conservative philosophers (Nikolay Strakhov, Konstantin Leontiev and Petr Astafiev) on philosophical and literary value of L. N. Tolstoy Avdeev O.

Противоречия во взглядах представителей русского консерватизма (Н. Н. Страхова, К. Н. Леонтьева и П. Е. Астафьева) на философское и литературное значение Л. Н. Толстого

Авдеев О. К.

Авдеев Олег Константинович / Avdeev Oleg - кандидат философских наук, кафедра истории русской философии, философский факультет, Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова, г. Москва

Аннотация: в статье анализируются несовпадения во взглядах Н. Н. Страхова, К. Н. Леонтьева и П. Е. Астафьева на литературное наследие и философское мировоззрение Л. Н. Толстого, а также факты печатной и личной полемики между ними по этому вопросу. При этом анализируется публицистическое и эпистолярное наследие указанных авторов. В статье делается вывод о нефундаментальном характере противоречивой оценки Л. Н. Толстого в русском консерватизме. Abstract: the article analyzes the controversy in the views of Nikolay Strakhov, Konstantin Leontiev and Petr Astafiev on the literary heritage and the philosophical worldview of Leo Tolstoy and the facts of their personal and printed polemics on this issue. Author analyzes the journalistic and epistolary heritage of these authors. The conclusion the article confirms the non-fundamental nature of the controversial appraisal of Leo Tolstoy in Russian conservative philosophy.

Ключевые слова: история русской философии, русский консерватизм, консерватизм, Н. Н. Страхов, К. Н. Леонтьев, П. Е. Астафьев, Л. Н. Толстой.

Keywords: history of Russian philosophy, Russian conservative philosophy, conservatism, Nikolay Strakhov, Konstantin Leontiev, Petr Astafiev, Lev Tolstoy.

DOI: 10.20861/2304-2338-2016-70-001

Близость социально-политических взглядов ряда представителей отечественной консервативной общественной мысли второй половины XIX века (в том числе: в оценке роли православия и самодержавия в российской государственности, в поиске новых путей сохранения русской идентичности, в оценке значений индивидуальности в истории, философском органицизме, цивилизационной интерпретации исторического процесса, известной, по терминологии Н. Я. Данилевского, как культурно-исторический подход и т. п.), Н. Я. Данилевского, Н. Н. Страхова, К. Н. Леонтьева, П. Е. Астафьева, А. А. Григорьева и других, а также наличие у их социально-политических и публицистических текстов философской основы, позволяет рассматривать их как отдельное течение в русской мысли. При этом это течение не является «идеальной» исследовательской конструкцией, но представляет собой вполне реальный круг общения, объединенный не только комплексом идей, но и личными связями, дружескими или же враждебными отношениями (которые, впрочем, никогда не ставились выше идейной близости), близостью к редакции