Компаративный анализ концепций национального возрождения России в политической философии П. Б. Струве и И. А. Ильина

УДК 1 (470) "19" : 32

О. Л. Гнатюк

Компаративный анализ концепций национального возрождения России в политической философии П. Б. Струве и И. А. Ильина

В статье сравниваются концепты нации и типов национализма, разработанные в традициях национального и консервативного либерализма (П. Б. Струве) и русского духовного консерватизма (И. А. Ильин). Рассмотрены представления Ильина и Струве о перспективах национального возрождения России. Дана классификация русского национализма начала XX века.

The article deals with the comparative analysis of conceptions of nation and types of nationalism, elaborated in Russian political Philosophy by P. Struve, the famous theoretician of conservative liberalism, and I. Il'in, the great theoretician of spiritual conservatism. The article presents the views of P. Struve and I. Il'in about Russian national revival. The author gives a classification of Russian nationalism of the early XX century.

Ключевые слова: П. Б. Струве, И. А. Ильин, нация, национализм, типологии русского национализма, консервативный либерализм, духовный консерватизм.

Key words: I. A. Il'in, P. B. Struve, nation, nationalism, classifications of Russian nationalism, conservative liberalism, spiritual conservatism.

В XXI веке продолжаются дискуссии об оптимальной для России национальной идее, истинном и ложном национализме, моделях либерализма и консерватизма. Слова «нация», «национальное самосознание», «национальное возрождение» обрели легальный статус. В обращении к Федеральному Собранию 12 декабря 2013 г. президент РФ В. В. Путин заявил о необходимости защиты традиционных ценностей и предложил считать «ядром» национальной идеи России консервативные ценности. В своем послании Федеральному Собранию 4 декабря 2014 г. президент цитировал И. А. Ильина, подчеркивая, что для самобытного развития России актуальными остаются именно ценности консерватизма.

Для осмысления этих важнейших проблем политической философии, для поиска аналогий современным явлениям в прошлом актуальным остается компаративный анализ идей о сущности нации, видах национализма, перспективах национального возрождения Рос-

© Гнатюк О. Л., 2017

сии двух выдающихся русских мыслителей конца XIX - первой половины XX вв.: П. Б. Струве (1870-1944) и И. А. Ильина (1883-1954). П. Струве - академик РАН по отделу политэкономии, редактор, общественно-политического деятель, до 1915 г. был членом партии кадетов (вышел из нее из-за разногласий по национальному вопросу). Его философские взгляды эволюционировали от критического марксизма и критического позитивизма - к научно-критической метафизике. Он разработал концепцию национального либерализма и консервативного либерализма, был сторонником «идеи личной годности». И. Ильин - неогегельянец, христианский антрополог, философ «волевой идеи», сторонник «единого и нераздельного Российского Государства», «монархического сознания» и монархической государственности, «идеи ранга». По содержанию политико-философских взглядов - представитель религиозно-философского консерватизма. Оба мыслителя враждебно восприняли Октябрьскую революцию и большевизм, жили в эмиграции. Ильин в 1922 г. был выслан, провел в эмиграции 32 года: 16 лет в Германии, 16 лет в Швейцарии. Струве в эмиграции - с 1920 г., жил в Праге, Берлине, Белграде, Париже. Оба предлагали программы экономического, политического и духовного русского национального возрождения [1, с. 92-95]. Они критиковали национальное обезличение, отстаивали своеобразие русского народа, самобытность его культуры.

Ильин настаивал, что «надо не стыдиться своего национального бытия, а нести его с горделивым духовным достоинством», что судьба, национальная идея, и культура России - в том, чтобы «создать новую восточнохристианскую культуру, новую русско-национальную творческую идею и новое русско-национальное самосознание как разумение закона своей жизни» [9, с. 406, 409].

Проблемы идеологии, которая бы отражала национально-государственные интересы России, права человека и нравственные ценности как гуманитарные абсолюты, были разработаны теоретиками русского консервативного либерализма конца XIX - первой половины ХХ в.: Б. Н. Чичериным, П. Б. Струве, С. Л. Франком, С. Н. Булгаковым, Н. П. Полторацким, Н. С. Тимашевым и др. Политическая философия русского консервативного, государственниче-ского, умеренного либерализма оформилась в пореформенный период как программа модернизации России без «вестернизации» и без утраты смыслообразующих традиционных ценностей, связанных с национальной идентичностью. Как альтернатива реакционному консерватизму, радикальному марксизму и западному экономическому и политическому либерализму модель русского консерватив-

ного либерализма представляла собой синтез универсального (правового идеала либеральных ценностей европейской политической философии) и локального, почвенного. Различные версии консервативного либерализма - «охранительный» либерализм Б. Н. Чичерина, национальный и консервативный либерализм П. Б. Струве, «соборный» консервативный либерализм С. Л. Франка, «христианский либерализм» С. Н. Булгакова были ориентированы и на либеральный способ экономической и политической модернизации, и на культурные традиции, историческую преемственность. Консервативно-либеральная модель цивилизационной идентичности России предполагала перевести «биполярность» отечественной политической истории («или западничество, или самобытность») в новую «формулу»: «русская цивилизация против русского варварства», «синтез «всестороннего западничества со своеобразием национального развития» [2; 3]. Различные версии политической философии русского консервативного либерализма содержали социально-экономическую программу, перспективы развития институтов гражданского правового общества, варианты решения национального вопроса, внешнеполитическую доктрину. Все варианты консервативного либерализма отстаивали модель: сильного, эффективного правового государства; его хозяйственное могущество: экономический суверенитет (право на частную собственность и свободную предпринимательскую деятельность); национальный суверенитет (право каждого народа России на свою культуру, национальные традиции, язык, религию); государственный суверенитет (защита экономической, политической, культурной самостоятельности и территориальной целостности). В концепциях консервативного либерализма главными были либеральные ценности: утверждение и реализация незыблемых свобод и прав личности, «прикрепление» идеи охранения, постоянной, константной идеи-содержания к правам каждой личности. В содержании понятия «консервативный либерализм» либеральные ценности представляют собой, образно говоря, общий знаменатель, инвариантную составляющую в различных концептах консервативного либерализма.

Сущность консервативного либерализма Струве - это двуосновная аксиологическая структура, «сближение и слияние» ценностей и идей либерализма и консерватизма; это форма либерализма и в то же время - вариант реформистского духовно-ценностного консерватизма. По Струве, основными идеями консервативного либерализма являются идеи собственности и Отечества, «личной годности», умеренной, но сильной власти, «консервативной» и «культурой демократии», «свободы лица», традиций и реформаторства, наследства

(почвы) и творчества (личности), «железный инвентарь нового политического и культурного сознания русского человека: идеал государственной мощи и идея дисциплины народного труда - вместе с идеей права и прав» [2, с. 188-196].

«Сквозными» ценностями духовного консерватизма по Ильину являются следующие: взгляд на общество как на органическую, целостную систему; необходимость «охранения» существующих обычаев и национальных традиций; приоритет культуры перед политикой, приверженность религиозному традиционализму; сильная, здоровая национальная государственность, обеспечивающая закон и порядок; христианская социальная политика солидаризма на основе национальной идеи и сильной власти; православие как духовно-нравственный фундамент общества; возрождение русской интеллигенции как носительницы русской идеи; сохранение традиционных институтов и духовных основ общества - православной церкви, семьи, родительства, отцовства, института частной собственности [2, с. 193, 279-280].

Концепты Струве и Ильина о нации

По Ильину, нация «есть духовно своеобразный народ»; каждый народ есть «по своему духу некая прекрасная самосиянность». Идея родной нации есть «творческое единение людей в общем и сообща творимом лоне - в национальной духовной культуре, где все достояние нашей родины (и духовное, и материальное, и человеческое, и природное, и религиозное, и хозяйственное) - едино для всех нас и общее всем нам. Национальное обезличение есть великая беда и опасность в жизни человека и народа [9, с. 208, 199-200].

В 1948 г. в «Наших задачах» Ильин отмечал, что для понимания русской нации надо иметь в виду, что «Россия есть единый живой организм природы и духа: географический (русский народ оказался на отовсюду открытой равнине, организм больших рек и удаленных морей); стратегический (организм, вечно вынужденный к самообороне); религиозный (отстаивая свою национальность, Россия боролась за свою веру и религию, служила не только всем православным народам, но и всем народам мира; в религии, как и в культуре, русский организм творил и дарил, но не искоренял, не отсекал и не насиловал); языковой, культурный (духовный организм России создал свой особый язык, свою литературу и искусство, русский народ оказался естественно ведущим народом, «культуртрегером», народом-защитником, а не угнетателем); правовой и государственный (реципированное русское право); хозяйственный (все части территории

России связаны друг с другом взаимным хозяйственным обменом или «питанием»); антропологический («расовый синтез», осуществляющийся в истории России и включивший в себя все основные народности ее истории и территории, в результате чего получилось величавое «единообразие в различии»). Этому организму предстоит выработать новую государственную организацию» [4, с. 431-435].

Струве, как и Ильин, отрицает расовое, этническое и «антропологическое» понимание национальности: «национальность не есть цвет кожи... это духовные притяжения и отталкивания, которые «живут в душе», в культуре, и которые невозможно измерить «антропологическими приборами». Для него важнее не «класс», а «нация», которая есть не социально-экономическое понятие, а «культурная общность», «духовное единство», создаваемое общностью культуры. Национальное сознание так же образует нацию, как сознание классовое - класс. «В основе нации лежит культурная общность в прошлом, настоящем и будущем, общее культурное наследие. Ценность и сила нации есть ценность и сила ее культуры, измеряемая. культурным творчеством» [12, с. 103, 104]. Для бытия нации решающее значение имеет та «выражающаяся в национальном сознании настроенность, которая создает из группы лиц одного происхождения, одной веры, одного языка и т. п. некое духовное единство. Нация конституируется национальным сознанием». С государством связана именно нация, а не класс, ибо она - более широкая и общая категория по сравнению с классом. Национальная идея скрепляет государство, придавая ему целостность, единство и стабильность: нация - «объединяющая», интегрирующая категория, тогда как класс- «разъединяющая», поэтому важнейшей задачей является «воспитание индивидов и масс в национальном духе» [16, с. 473-476]. Государственность для Струве - это государство-нация в единстве, плюс национальный дух, национальное единство.

Формированию концепции консервативного либерализма Струве предшествовали идеи о национальном либерализме, который он обосновывает для сближения принципов классического европейского либерализма с национальными традициями в условиях «догоняющей» модернизации России. Он размышляет о двуединстве «истинного либерализма» (неотъемлемых прав личности) и «истинного национализма» (уважение прав каждой личности национально-государственного целого на выбор прогрессивных форм национальной жизни), двуединстве национального либерализма и «национального европеизма». Для Струве «либерализм в его чистой форме» и есть единственный вид «истинного национализма», понимаемого как

«подлинное уважение и самоутверждение национального духа, т. е. признания прав его живых носителей и творцов на свободное творчество и искание, созидание и отвержение целей и форм жизни». Таким образом, особенностью либерализма Струве было обоснование необходимости именно национального либерализма, понимаемого как «истинный национализм», ибо оба замыкаются на безусловное признание прав «зиждителя национального духа» - человеческую личность. Разъясняя сущность парадоксального, на первый взгляд, понимания национального либерализма, Струве отмечал, что «всестороннее западничество отнюдь не отрицает своеобразия национального развития. Истинные ревнители национального величия, истинные патриоты - те, кто веруя в силу и крепость свободно зиждущего национального духа, стремятся снять с него все путы, утвердив незыблемую основу достойного национального существования - «отвержденные» в праве права личности» [11, с. 303, 542, 555].

Исторически национальный либерализм особенно необходим в переломные эпохи, когда существует угроза целостности государства и когда особо важен интегрирующий национально-государственный патриотический идеал. Чем более «переломна» эпоха, тем более должны сближаться национальные и либеральные начала. Идеи Струве о национальном либерализме, развитые в концепции «Великой России», не поняли некоторые из его современников, считали его националистом и даже обвиняли его в «зоологическом патриотизме» (П. Н. Милюков, Е. Н. Трубецкой, Б. А. Кистяковский). В отличие от монархиста Л. А. Тихомирова, для которого нация возможна при господстве православно-монархического сознания, для Струве нация может раскрыть свой культурный потенциал в условиях демократии. В то же время, идеи Струве нашли поддержку со стороны ряда социальных мыслителей - С. Н. Булгакова, И. А. Ильина, С. Л. Франка, С. А. Котляревского, А. С. Изгоева, П. Н. Савицкого и др.

Таким образом, оба философа, Струве и Ильин, рассматривают нацию не в примордиалистской традиции, а в традиции конструктивизма: нация есть общность, главная ценность которой - политическое и культурное единство.

Ильин и Струве о сущности и типологии национализма

Термин «национализм» укореняется в русском языке и используется в политической публицистике в 1880-90-х гг. По мнению историка С. М. Сергеева, в начале ХХ в. обнаружили себя различные направления русского национализма: традиционалистское (создание Русского собрания - первоячейки будущих «черносотенных» органи-

заций); национальный либерализм (Струве); радикальное или «интегральное», имевшее антидемократический и этнократический характер (статьи бывшего народника М. О. Меньшикова в «Новом времени»). Русский национализм не является особой идеологией, а представляет собой служебный идейно-эмоциональный комплекс, который могут использовать в своих целях любые идеологии. Национализм не выдвигает какого-то особого проекта общественно-политического устройства, а есть «субидеология», важный, но не единственный элемент всякой влиятельной идеологии [10, с. 9-10, 11, 12-13, 15].

Для Ильина (как и для Струве) неприемлемы интернационализм, отрицающий родину и национальную культуру, и грубый «антинационализм» ведущих и ведомых народов. Для Ильина национализм и патриотизм неотделимы от государственного правосознания и международного права. Сущность истинного национализма состоит в том, что он есть «национализм духовный, который идет не только от инстинкта национального самосохранения, но и от духа, и любит родное-великое и свое-священное». «Национализм есть любовь к духу своего народа и притом именно к его духовному своеобразию, духовное единство своего народа, патриотическое самосознание. Национализм есть «верная любовь личного «я» к тому единственному для него национальному «мы», которое одно может вывести его к великому, общечеловеческому «мы». Человек может найти общечеловеческое только так: углубить свое духовно-национальное лоно до того уровня, где живет духовность, внятая всем векам и народам» [5, с. 196-198, 211, 213, 214-215]. Для Ильина высшей формой национализма является христианский национализм, единение людей на основе национального инстинкта, данного от природы и от Бога, возникающее из их духовной однородности, сходного душевно-духовного уклада, из единой судьбы, связующей людей в жизни и смерти, из одинакового созерцания, из единого языка, из однородной веры и совместной молитвы. Христианский национализм есть восторг от созерцания своего народа в плане Божием, в дарах Его Благодати, в путях Его Царствия» [6, с. 323, 326]. В 1950 г. Ильин отмечал, что для практического воплощения русского национализма, инстинктивного и духовного, который сможет вернуть Россию после революционного перерыва и мучительного коммунистически-интернационального провала к свободному самостоянию, необходимо национальное государство, ограждающее русскую национальную культуру [7, с. 359-360].

В типологии национализма Струве выделяет: (1) последователь-

Vy X V/ Vy Vy vy KJ

ныи, здоровый, идейный русским либерализм, «истинным национализм», или конституционализм, который во главу угла ставит национально-государственные приоритеты и конституционно-демократические права и свободы личности, «твердо стоит на государственной почве, и который есть живое отстаивание национального быта во всей его полноте»; (2) реакционный национализм - антисемитизм, антиполонизм, антиарменизм, ete., подавляющий права нерусских народов [12, с. 149].

По его мнению, в отношении к индифферентным или враждебным нациям есть два вида национализма. Первый - национализм свободный, творческий, открытый и в лучшем смысле «завоевательный» (его классическими носителями являются англо-саксы; те же черты носила и римская государственность). Только такой национализм может создать настоящее «imperium». Национализм первого типа должно проводить русское государство, ибо он «есть свидетельство силы и здоровья большой нации».

Другой национализм - национализм скованный, пассивный, закрытый, замкнутый, «оборонительный». Классическими историческими «носителями оборонительного национализма были в свое время евреи». Национальная культура у национальностей, сложных по этническому составу, какой является и русская национальность -«всегда многосоставная, плод сложного и длительного ассимиляционного процесса». Русская национальность и культура, также, как американская, еще «творится», она еще in the making». Официальный же национализм ведет не к национально-государственному объединению, а к национальному автономизму и федерализму. Русская национальность создала государство и играет в нем первенствующую роль. «Великому народу, создавшему могущественное государство, не только нравственно приличествует, но и интересам его здоровья отвечает лишь открытый, мужественный, завоевательный национализм, провозглашающий и осуществляющий свободное состязание национальностей. Не ради гуманности русский народ должен держаться такой политики, а из чувства национального самосохранения и самоутверждения» [12, с. 297-298, 302-303].

Таким образом, в типологии национализма Струве выделяет следующие виды: истинный (здоровый); официальный; завоевательный; пассивный (оборонительный). Сам он был сторонником истинного национализма - государственного, культурного, полагая, что такой национализм зиждется на культурном обосновании понятия нации, на «государственной почве» и тождественен национальному либерализ-

му (национальному европеизму). В статье «Интеллигенция и национальное лицо» (1909) он отмечал: «Есть Российская империя и есть русский народ. Ни один русский не скажет про себя, что он "российский человек", а наирадикальнейшая партия (РСДРП) применила к себе это официальное, ультра-"государственное", ультра-"имперское" обозначение. Это значит: она хочет быть безразлична, бескровна в национальном отношении». Выступая против обесцвечивания русской интеллигенции в космополитическую российскую, он отнюдь не занимает шовинистической позиции: «инородцев» нельзя сделать русскими, а можно лишь восприять в единое «российское лоно».

Будучи национальным либералом, Струве предлагает решать национальный вопрос политико-правовым путем. Как национальный, а впоследствии - консервативный либерал он отстаивает ценности духовных основ нации, государства, порядка, права и свободы. Необходимо размежевать две области: правовую и государственную. Есть области, в которых действуют национальные чувства «притяжений и отталкиваний». Например, еврейский вопрос формально есть вопрос правовой и в этом плане его решать легко. Трудно его решить потому, что «сила отталкивания от еврейства в самых разных слоях русского населения велика». Более того, «сознательная инициатива отталкивания от русской культуры еврейской «национальной» особенности принадлежит не русской интеллигенции, а тому еврейскому движе-

__/Т ^ с

нию, которое известно под названием сионизм. Я и всякий русский, мы имеем право на наше национальное лицо. Решение национальных вопросов может быть основано на моральных и политических принципах и не должно зависеть от чувств» [12, с. 370-374].

В годы Первой мировой войны в полемике со своими оппонентами по украинскому вопросу (М. П. Чубинским, П. Н. Милюковым, Н. А. Гредескулом, Ф. Ф. Кокошкиным, Е. Левицким) Струве отрицает «национальный автономизм и федерализм, раздробляющий национально-государственное единство», и разъясняет свою позицию по национальному, в частности, - по украинскому вопросу. Он отмечает: «слову «общерусский» я придаю значение не этническое, не государственно-политическое, а культурно-национальное». Происхождение полемики по украинскому вопросу было инициировано сепаратистской, русофобской статьей галицко-украинского депутата Е. Левицкого, проповедовавшего раздел России с целью основания «самостоятельной Украины», «оттеснение Московитской России от Черного моря» и выражавшего проавстрийскую агрессивную ориентацию всех «украинских» партий в Галиции. Вследствие принадлежности Галиции к Австрии, ее оторванности от русской национальной

культуры, она взрастила «украинство» как государственный и культурный сепаратизм; «идея областной самобытности малорусского народа превратилась в идею национальной самостоятельности украинского народа». «Русский либерализм обязан предостерегать своих малорусских сограждан от путей, по которым австрийские и украинские политические руководители призывают «во имя будущности украинского народа» стать на сторону Австро-Венгрии против России как величайшего врага украинского народа». Суть спора по украинскому вопросу сводится к «спору о соотношении между общерусской культурой и культурой малорусской». Струве был сторонником предоставления полной свободы малорусской печати и частных школ с малорусским языком преподавания - свобод, вытекающих из общих принципов либерализма [14]. Не имея ничего против украинских стремлений поддерживать «местные» особенности быта и языка, он был противником искусственного «заострения» интеллигенцией этих «областных» тенденций до политического и культурного партикуляризма. Аналогичные мысли мы находим у И. А. Ильина в «Наших задачах», у Г. П. Федотова в «Судьбе Империй», у представителя второй волны эмиграции историка Н. И. Ульянова в «Происхождении украинского сепаратизма».

Ильин и Струве о задачах национального возрождения России

В чем же состоит смысл, сущность исторической задачи возрождения, России, ее духовного пути? По Ильину, на это указывает русская национальная идея, которую русский народ обнаруживал на протяжении всей своей истории. Это идея свободного созерцающего сердца, терпимости, присущей от природы свободы, государственного инстинкта, духовной лояльности и христианского терпения. Такова русская идея: свободно и предметно созерцающая любовь и определяющаяся этим жизнь и культура. Нам нет спасения в западничестве. «Мы Западу не ученики и не учителя. Мы ученики Богу и учителя себе самим. Перед нами задача: творить русскую самобытную духовную культуру - из русского сердца, русским созерцанием, в русской свободе, раскрывая русскую предметность. И в этом - смысл русской идеи» [4, с. 436, 438, 439-441].

Основная социальная идея русского народа такова: «общество как церковь, как духовная общность, как свободное многообразие в любовном единстве, как мистическое Тело Христа». Своеобразными чертами русского народа являются темперамент, естественность, сердечность, широта, простота и приспособимость. Русский чело-

век - человек души и сердца, плохой делец, но братский человек. «Русский всечеловек есть носитель нового солидаризма. Отступает «прометеевский человек», пытающийся обойтись без Бога, судьба которого - секуляризация, а жизненное ощущение - героизм. Наступает эпоха «иоанновского человека» - человека любви и свободы, мессианского человека, чувствующего свое призвание осуществить в мире высший божественный порядок, образ которого он таинственно носит в себе [9, с. 380-381, 392-393, 395, 399]. В 1952 г. Ильин отмечал: «Когда русские патриоты говорят о возрождении России, то они представляют себе восстановление достойной государственной формы, возобновление осмысленного хозяйства, основанного на частной собственности, и возрождение свободной русской культуры» [8, с. 58].

В целях духовного возрождения России Ильин оставил конкретную культурную программу формирования глубокого, духовно верного, творческого национализма, который необходимо прививать с детства. Для этого нужно обогащать русских детей следующими сокровищами: язык, пробуждающий самосознание и личностную память ребенка; песня - первый душевный вздох и стон; пение превращает пассивный аффект в активную эмоцию; молитва - сосредоточенная и страстная обращенность души к Богу; сказка дает ребенку первое чувство героического, заселяет душу ребенка национальным мифом, хором образов, ведение и ведовство, юмор и мудрость; жития святых и героев, образы национальной святости и национальной доблести; поэзия, таящая в себе благодатно-магическую силу; величавая и трагическая история русского народа -источник живого научения, мудрости и силы; армия - волевая сила русского государства, оплот моей родины; территория - пространственный простор страны, национально-государственное наследие России. Все это заложит в русском ребенке духовную почвенность и хозяйственный патриотизм [5, с. 201-208].

Струве, идеи которого Н. А. Бердяев относил к русскому «ренессансу духовной культуры, ренессансу философскому и литературно-эстетическому», мечтал о возрождении России - «возрождении всеобъемлющем, проникнутым идеями нации и отечества, свободы и собственности [15. с. 1]. В традиции консервативно-либеральных ценностей он также подчеркивал необходимость духовного возрождения России: «Есть две идеи, которые могут образовать духовный стержень русского национального возрождения. Это идея религиозно-церковная и идея национальная» [13, с. 230].

Сегодня, как и в начале прошлого столетия, национально-государственные проблемы стали в России наиболее острыми. Актуальность и глубина идей наших выдающихся мыслителей о нации, национализме, национальном возрождении могут помочь в поиске правильного пути их решения, избежать повторения совершенных ошибок.

Список литературы

1. Гнатюк О. Л. Русская политическая мысль начала ХХ века: Н. И. Кареев, П. Б. Струве, И. А. Ильин. - СПб., 1994.

2. Гнатюк О. Л. П. Б. Струве как социальный мыслитель. - СПб., 1998.

3. Гнатюк О. Л. Консервативный («охранительный») либерализм Б. Н. Чичерина // Философские традиции и современность. - 2013. - № 2 (4).

4. Ильин И. А. Россия есть живой организм // Русская идея / сост. М. А. Маслин. - М., 1992.

5. Ильин И. А. Путь духовного обновления // Ильин И. А. Собр. соч.: в 10 т. Т. 1 / сост. и коммент. Ю. Л. Лисицы. - М., 1993.

6. Ильин И. А. Основы христианской культуры // Ильин И. А. Собрание сочинений: в 10 т. Т. 1. - М., 1993.

7. Ильин И. А. О русском национализме Наши задачи. Статьи 1948-1954 гг. // Ильин И. А. Собр. соч.: в 10 т. Т. 2. Кн. 1. - М., 1993.

8. Ильин И. А. О возрождении России // Ильин И. А. Собр. соч.: в 10 т. Т. 2. Кн. 2. - М., 1993.

9. Ильин И. А. О национальном признании России (Ответ на книгу Шубар-та) // Ильин И. А. Собр. соч.: в 10 т. Т. 7. - М., 1998.

10. Нация и империя в русской мысли начала ХХ века / сост. С. М. Сергеев. - М., 2004.

11.Струве П. На разные темы. (1893-1901): сб. ст. - СПб., 1902.

12. Струве П. Patriótica. Политика, культура, религия, социализм: сб. ст. за пять лет (1905-1910). - СПб., 1911.

13. Струве П. Экономическая проблема «Великой России». Заметки экономиста о войне и народном хозяйстве // Великая Россия: сб. ст. по военным и политическим вопросам. Кн. II. - М., 1911.

14.Струве П. Ответ моим оппонентам // Биржевые Ведомости. - 1914. 6/19 декабря. - № 14538.

15.Струве П. Дневник политика - 225 // Россия. - 1927, 26 ноября. - № 14.

16.Струве П. Исторический смысл русской революции и национальные задачи / Из глубины. Сборник статей о русской революции // Вехи. Из глубины. -М., 1991.