«Московский Телеграф» и журнальная полемика второй четверти XIX века

«МОСКОВСКИЙ ТЕЛЕГРАФ» И ЖУРНАЛЬНАЯ ПОЛЕМИКА ВТОРОЙ ЧЕТВЕРТИ XIX ВЕКА

О.Л. Гайдученя

Исследование посвящено некоторым аспектам журнальной полемики второй четверти XIX в., в центре которой находился журнал «Московский телеграф» и его издатель Н.А. Полевой. Участниками полемики были видные писатели и журналисты эпохи - Ф.В. Булгарин, Н.И. Греч, П.И. Шаликов, С.Е. Раич.

Ключевые слова: периодика, журнальная полемика, Н.А. Полевой, Ф.В. Булгарин, Н.И. Греч, журнал «Московский телеграф», журнал «Северный архив», газета «Северная пчела».

Задача настоящей статьи - рассмотреть один из эпизодов истории русской журналистики второй четверти XIX в., а именно журнальную полемику вокруг журнала «Московский Телеграф» и его издателя - купца-самоучки Н.А. Полевого, литератора, критика.

Судьба Николая Полевого очень интересна, но в то же время трагична. Его любили и ненавидели, он всю жизнь боролся: против недоброжелателей, против несправедливости, против аристократии - и в жизни, и в литературе.

Судьба «Московского Телеграфа» не менее интересна. В течение всех лет издания журнал находился в эпицентре журнальной полемики и под пристальным вниманием современников и властей.

Антагонистами Полевого выступили известнейшие в то время журналисты, редакторы и издатели самых читаемых периодических изданий - журналов «Сын Отечества» и «Северный архив», а также газеты «Северная Пчела» Н.И. Греч и Ф.В. Булгарин.

В 1823-1824 гг. Полевой активно сотрудничал в изданиях будущих оппонентов. Греч был одним из его покровителей и наставников, Булга-рин приглашал его в газету «Северная пчела». Но Полевой, к тому времени уже вынашивавший планы собственного издания, сотрудничать с Булгариным не спешил. Когда же в Петербурге прошел слух о готовящемся проекте «Московского Телеграфа», Булгарин в письме к Полевому яростно убеждал его «отступиться» от издательских замыслов, предлагал «снять вместе откуп журнальный» и пугал затруднениями, связанными с изданием журнала1.

Но Полевой был непреклонен, он отказался от «дружеских» советов и в 1825 г. открыл «Московский Телеграф». Греч и Булгарин на страницах собственных изданий практически сразу начали настоящую травлю начинающего журналиста. Как заявляют советские исследователи, «причина этой полемики была, в сущности, проста: шла борьба за гегемонию в литературной жизни»2. С одной стороны, с этим мнением можно согласиться. С другой же, острота полемики, а также тот факт, что молодой, начинающий журналист вряд ли сразу, с первого номера, мог составить конкуренцию маститым издателям, заставляет предположить иную причину вдруг вспыхнувшей вражды.

Во многом инициатором полемики оказался сам Полевой. Уже в первом номере «Телеграфа», в разделе «Критика», он поместил свои рассуждения о том, что есть Идеальный Журнал, подразумевая под ним, по-видимому, собственное издание: «...что лучше всего для публики, если журналист успеет сохранить средину между важностью книги и легкостью дамских журналов - дело не легкое»3.

Сравнивая с этим идеалом другие издания, он находил, что ни одно из них ему не соответствует. Коллегам по цеху следовало указать на их недостатки, и именно для этого, согласно Полевому, существовала критика: «Критика - пробный камень дарований и благонамеренности журналиста», - утверждал он4.

В своих оценках Полевой часто был резок, даже груб, безапелляционно высказывал собственное мнение, иногда приводя доводы и аргументы, а иногда просто основываясь на представлении. Вполне естественно, что литераторы и журналисты были оскорблены резкой критикой молодого купца, объявившего себя журналистом. Поэтому каждый, желавший отстоять свое оскорбленное самолюбие, имел возможность опубликовать очерк или просто письмо к издателю «Московского Телеграфа» в «Сыне Отечества», «Северном Архиве» или же «Северной Пчеле».

Но больше всего Полевому досталось от самих Греча и Булгарина. В номерах 80 и 82 «Северной пчелы» за 1825 г. печатаются знаменитые «Письма бригадирши, или Горе от Московского Телеграфа», открывшие целую серию фельетонов, памфлетов, эпиграмм, в которых злобно высмеивались мелкие ошибки и промахи Полевого (автором их, по-видимому, был Булгарин). Полевому вспоминают не только критические высказывания, но и купеческое происхождение, водочный завод в Курске, доставшийся в наследство от отца, называют его самого «общипанным заводчиком», а «Московский Телеграф» сравнивают с «кубом» и «спиртом»5.

Поначалу полемика была односторонней: Полевой вообще не желал делать свой журнал ареной для «журнальных сшибок». «Признаюсь, - утверждал он на страницах журнала, - некогда заниматься мне перебранками, в которых прав не правый, но многоречивый, громкого-лосый»6.

«Чем возбудил негодование их Телеграф? - вопрошал Полевой. -Благосклонным принятием публики, вниманием первоклассных писа-

телей, помещавших в нем свои сочинения. - Чем возбудил я негодование их? Состязанием с ними трудами своими, может быть оцененными публикой и доставившими мне право участвовать в трех Ученых Обще-ствах!..»7.

Недоумение Полевого по поводу нападок на «Телеграф» многие исследователи склонны оправдывать его собственной самонадеянностью. Отчасти это действительно так: в пылу журнальных споров он порой забывал о беспристрастности. Но нельзя забывать и о другом. На конфликт этот, несомненно, влияли личные отношения издателя «Телеграфа» с коллегами и антагонистами.

Жесткая критика со страниц изданий Греча и Булгарина заставила Полевого в конце концов изменить свою позицию. В «особом прибавлении» к № 2 «Телеграфа» он говорит, что «исключение антикритик. невозможно»: собственно для «антикритик» журналист и создает это «особое прибавление к Телеграфу, не входящее в счет листов, составляющих каждый нумер оного. В этом прибавленье да будет полное раздолье литературной полемике»8.

В исследованиях советского периода утверждается, что Полевой был обязан вступить на путь полемики, обстоятельства вынудили его9.

Греч утверждал на страницах «Сына Отечества», что «антикритики» Полевого выходят за границы литературной полемики, что он чуждается литературных споров, нигде не показывая собственного мнения, а прибегает к хитрости. «Для сей цели выбрал он средство новое, но очень простое: ему стоит только вооружиться терпением. Подождав несколько месяцев, он уверен, что читатели почти совсем забыли рецензию, писанную против него, привязывается к нескольким выражениям, вырванным из статьи, рассыпает полную горсть знаков вопрошения и. торжествует»10.

Греч обратился к Полевому с открытым письмом, где заявлял, что несмотря на свое «уважение» к издателю «Телеграфа», «обязан был вступаться за товарища и сотрудников моих, обязан был отражать несправедливые нападения на издания наши, обязан был давать место антикритикам - и впредь постараюсь исполнять сии обязанности»11.

В «Письме» Греч выявлял также «Причины нападений на Московский Телеграф», откровенно издеваясь над выстроенной Полевым схемой идеального журнала и обвиняя последнего в неприличных насмешках над многими литераторами. И напоследок Греч, видимо, не без доли иронии, вспоминает о том, что он и Булгарин предлагали Полевому сотрудничать в их изданиях и вновь повторяет это предложение12.

Вскоре Греча и Булгарина поддержали и другие периодические издания. В их числе - «Дамский журнал» П.И. Шаликова, который вел против Полевого ожесточенную борьбу в течение почти пяти лет (1825-1829 гг.). В первом номере «Телеграфа» Полевой высмеял сентиментальность, чувствительность и бездарность стихотворцев, произведения которых заполняли страницы «Дамского журнала». Самолюбие Шаликова было задето. Полевой же стал прилагать к своему журналу картинки и заявил, что начал делать это чуть ли не первым. Шаликов

усмотрел в таком шаге покушение на свою монополию на «Парижския моды» и начал критиковать издателя «Телеграфа». «Дамский журнал» с очевидным удовольствием издевался над купеческим происхождением Полевого, над водочным заводом, называл его «винокур», «торгаш», «трехгильдейный бирюч литературный», «мещанин, торгующий напитками, вылезший из мрачной глубины погреба»13.

Полевой «в долгу» перед Шаликовым не остался. Переняв у оппонентов привычку считать ошибки, в 14 части «Московского Телеграфа» за 1827 г. он опубликовал целую таблицу ошибок на французском языке, сделанных в 9 книжке «Дамского журнала» за тот же 1827 г.14 В 1828 г. в статье «Новости и перемены в русской журналистике на 1829 год» Полевой отметил, что «высокая ученость удел не Дамского Журнала...»15.

Полемика с Шаликовым - безусловно, журналистский промах Полевого. Помещать на страницах «Телеграфа» картинки «Парижских мод», столь пестуемых князем, было делом явно неблагодарным и заранее проигрышным, тем более что сам Полевой осуждал увлечение журналов модами16.

В 1829 г. к числу врагов «Телеграфа» примкнул издатель журнала «Галатея» С.Е. Раич. Князь П.А. Вяземский писал, что «Галатея» напоминала ему «московских баб, торгующих на перекрестках гнилыми яблоками: тот же говор, те же ругательства»17.

Журнальные споры продолжались почти десять лет, и все это время и Полевой, и его антагонисты показывали завидное упорство в отстаивании своей точки зрения. Втягиваясь в раздоры, Полевой не знал, да и не мог даже предполагать масштабов, до которых он развернется. Полемика превратилась в перебранку, ничего общего не имевшую с литературными спорами по существу дела. Журналисты не уступали друг другу в лицемерии, а интеллектуальный уровень полемики был крайне низок. Издатель «Телеграфа» испортил отношения со многими собратьями по перу. Ожесточенная полемика для Полевого и его журнала стала «началом конца». В апреле 1834 г. по личному распоряжению Николая I «Московский Телеграф» был закрыт.

Примечания

7

1 Московский Телеграф. 1825. Ч. 4. С. 32. Письмо это не сохранилось и известно только из публикации его Полевым.

2 Очерки по истории русской журналистики и критики. Л., 1950. С. 271.

3 Московский Телеграф. 1825. Ч. 4. С. 136.

4 Там же. С. 138.

5 Северная пчела. 1825. Ч. 62. С. 34.

6 Московский Телеграф. 1825. Ч. 5. С. 23. Там же.

8 Очерки по истории русской журналистики и критики. С. 273.

9 Очерки по истории русской журналистики и критики. С. 271.

10 Сын Отечества. 1825. Особое прибавление № 1. С. 3.

11 Греч Н.И. Открытое письмо к г. Полевому // Сын Отечества. 1825. Ч. 104. С. 23.

12 Там же.

13 Там же.

14 Дамский журнал. 1829. Ч. 25. С. 16.

15 Московский Телеграф. 1828. Ч. 23. С. 9.

16 Там же. С. 149.

17 Цит. по: Очерки по истории русской журналистики и критики. С. 273.