СТАРООБРЯДЧЕСТВО ИЖЕВСКОГО ЗАВОДА В КОНТЕКСТЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ С ЗАВОДСКОЙ АДМИНИСТРАЦИЕЙ И ДУХОВЕНСТВОМ В ДОРЕФОРМЕННЫЙ ПЕРИОД

Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2024. Т. 11, № 1 (41). С. 23-28. УДК 94(470.51)«18»

Б01 10.24147/2312-1300.2024.11(1).23-28

Т. А. Васина

СТАРООБРЯДЧЕСТВО ИЖЕВСКОГО ЗАВОДА

В КОНТЕКСТЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ С ЗАВОДСКОЙ АДМИНИСТРАЦИЕЙ И ДУХОВЕНСТВОМ В ДОРЕФОРМЕННЫЙ ПЕРИОД

Статья посвящена старообрядцам Ижевского завода, крупного промышленного центра Вятской губернии. Предмет исследования составляют взаимоотношения заводской администрации, духовенства и местных раскольников - мастеровых и непременных работников. Положение староверов завода рассматривается в русле общей конфессиональной и семейной политики Российской империи, анализируются меры, принятые в отношении старообрядцев в заводском округе. Источником послужили материалы Центрального государственного архива Удмуртской Республики и Центрального государственного архива Кировской области. Выявленные документы позволили уточнить сведения о жизни раскольников при государственном предприятии военного ведомства в дореформенный период.

Ключевые слова: Вятская губерния; Ижевский завод; старообрядцы; единоверие; конфессиональная политика.

Тема раскола широко представлена в историографии. Так, библиографический указатель «Старообрядчество: история и культура» включает публикации 1900-2009 гг. [1]. Старообрядцы Вятской губернии стали объектом изучения уже в XIX в.: региональной прессой освещались обряды и быт староверов . В 1970-1980-х гг. Ю. М. Ивонин анализировал причины появления раскольников в крае, их социальный состав, специфику вероучения [2; 3]. В начале XXI в. продолжили изучение вятского старообрядчества В. А. Вет-лужских, Е. И. Кривошеина, А. А. Машков-цев, В. В. Машковцева, И. В. Починская, Е. П. Шемякина, Н. И. Бронников [4-9].

Исследователи отмечают, что отношение власти к старообрядцам характеризовалось чередованием жёстких и увещевательных мер [6, с. 31]. В первой четверти XVIII в. для раскольников были введены дополнительные налоги, ограничения на торговую и финансовую деятельность. Во второй половине XVIII в. наказ Екатерины II декларировал «дозволение верить по своему обряду»; в 1773 г. вышел указ Святейшего Синода о веротерпимости2, в 1800 г. изданы правила единоверия, в 1822 г. запрещено разрушать старообрядческие молельни, поповской об-

щине разрешено иметь священнослужителей. Со второй четверти XIX в. вновь наблюдается отказ от либерального курса конфессиональной политики [6, с. 32]. Согласно Уставу о предупреждении и пресечении преступлений, раскольники не преследовались за веру, им только запрещалось распространять свои убеждения3, но при этом ограничивалось избрание старообрядцев на общественные должности, духовным наставникам запрещалось именоваться священниками, не разрешалось строить новые и ремонтировать старые молитвенные дома и т. д. В 1842 г. все секты по степени вреда для общества были разделены на три группы. По Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. виновные в распространении раскольнического вероучения приговаривались к лишению гражданских прав и ссылке; «уклонившиеся в раскол» направлялись для «увещания» (увещевания, убеждения) к духовному начальству4. По указу Святейшего Синода 1858 г. у старообрядцев изымались рукописи, иконы с изображением «ересиархов», книги, если были напечатаны за границей или в западных губерниях, без указания типографии, имели «вредные пометки» или хранились в запрещённых часовнях5. «На-

© Васина Т. А., 2024

ставление для руководства при исполнительных действиях и совещаниях по делам до раскола относящимся» 1858 г. требовало от духовных и светских властей единодушия в деле искоренения сект, подтверждало запреты на все публичные формы раскольнических обрядов и требовало вести следствие в порядке общих уголовных дел6.

Законодательство также ориентировалось на поддержку семьи и устранение ересей, «внушающих отвращение от законных браков, разврат и скопление» . По высочайшему повелению 1839 г. не признавались «сводные браки», не узаконенные в православной или единоверческой церкви. В ревизских сказках 1850 г. супруги-беспоповцы указывались отдельно8. Чтобы легитимизировать браки старообрядцев, в 1840-х гг. был выпущен ряд постановлений, и к 1849 г. духовенство могло венчать раскольников без предварительного уведомления епархиальной власти9.

Для заводской администрации определялся круг задач: обращать староверов в православие «мерами благоразумия»; следить, чтобы наставники не проводили брачных, крестильных и погребальных обрядов; детей старообрядцев крестить в православной церкви и наблюдать за выполнением ими православных обрядов. Предписывалось действовать осторожно и осмотрительно, чтобы не вызвать «озлобления» раскольников, главные усилия направлять на предотвращение появления новых адептов10. Высочайшее повеление 1844 г. дозволило крестить детей мастеровых в единоверческих церквах11.

Появление старообрядцев при Ижевском заводе относится, вероятно, ко времени основания предприятия (1760 г.), подтверждением чему является медный мужской нательный крест, найденный в грунте на откосе пруда и датируемый XVIII в., а увеличение численности раскольников в начале XIX в. объясняется пополнением кадров мастеровых рекрутскими наборами [8]. К 1838 г. в заводском селении насчитывалось до 600 старообрядцев, преимущественно поповского согласия12. В течение 1840-1860-х гг., в связи с проводимой конфессиональной политикой, число приверженцев раскола сократилось. В 1841 г. ижевские старообрядцы составляли 2,8 % населения (359 человек), в 1860 г. -всего 0,7 % (158 человек)13. Одновременно

происходило увеличение численности единоверцев: с 0,8 % (144 человека) в 1841 г. до 0,9 % (208 человек) к 1860 г.14

Поповская община ходатайствовала о назначении в завод старообрядческого священника. В 1833 г. 87 мастеровых, 29 непременных работников и 96 крестьян Сара-пульского уезда в прошении к императору изложили своё намерение пригласить наставника из Иргизских монастырей15. Епархиальное начальство отказало ижевским староверам в просьбе, а заводское - предложило единоверческого иерея из Высоковской пустыни Костромской губернии либо Иргизско-го Нижне-Воскресенского монастыря .

Присоединение ижевских старообрядцев к единоверию продолжилось в 1838-1840 гг. Миссионерскую работу вело сарапульское и воткинское духовенство17. Раскольники -«общество блуждающих в невежестве» - отказывались от единоверия под разными предлогами, а именно: под видом единоверия администрация завода ведёт их к православию - в «яму, покрытую соломой»; иерей должен назначаться скитом, а не начальством; приглашать единоверческого священника из Сарапула дорого. По результатам следствия поддался убеждениям 51 человек; 15 мастеровых были преданы военному суду, в процессе 9 из них отреклись от раскола; у А. Демина и И. Бусыгина были найдены и уничтожены рукописные тетради с «разными суеверными мыслями» .

В 1842 г. протоиерей ижевского православного Александро-Невского собора В. Василевич доложил епископу Вятскому и Слободскому Неофиту, что после «увещаний» мастеровые А. Рябов, П. Обухов, Ф. и А. Кутявины и В. Иванов согласились принять единоверие, но с условиями: ижевская единоверческая Пророко-Ильинская церковь должна именоваться старообрядческой единоверческой; в ектениях произносить титул императора как при богослужениях в единоверческих церквах Пермской епархии; подчинение ижевского единоверческого священника епархиальному архиерею необходимо осуществить на основании «Пунктов о единоверии» митрополита Платона. В ответ епископ определил, что единоверческая церковь Ижевского завода будет функционировать «на точном основании правил для

всех единоверческих церквей не только в Пермской, но и в других епархиях без малейшего отступления»19. Помощь В. Василе-вичу оказывал протоиерей воткинского Благовещенского собора В. Блинов. Убеждая раскольников-мастеровых присоединиться к православию или единоверию, он отмечал, что отсутствие храма и священника оставляет старообрядцев без исповеди, причащения и христианского напутствия перед смертью, критически анализировал обряды, указывал на неблагодарность староверов по отношению к заводской администрации, которая специально для них устроила единоверческую церковь, и винил в нарушении апостольского повеления. Раскольники первоначально «предлагаемые им убеждения выслушивали хладнокровно», «на многие из предложенных увещаний не давали... никаких устных ответов, а на некоторые представляли. неосновательные возражения, и вообще не изъявили согласия на присоединение к православию и единоверию», а также просили не отвлекать от заводской работы беседа-ми20. Тем не менее по итогам 1842 г. приняли православие и единоверие 18 человек21.

В 1860 г. в прошении на имя министра внутренних дел С. С. Ланского ижевские раскольники вновь пытались отстоять свободу вероисповедания . Ходатайство преследовало цель получить разрешение на исполнение обрядов и «прекратить всякое преследование и угнетение, нарушающее наше общественное и семейное благосостояние, и водворить спокойствие и тишину между семействами нашими, с усердием и готовностью исполняющими возложенную на нас государственную службу.» . Но решения в пользу старообрядцев не последовало.

Таким образом, мерами воздействия на старообрядцев Ижевского завода, призванными ограничить влияние их вероучения, были беседы и убеждения, закрытие молитвенных домов и изъятие предметов культа. В 1837 г. ликвидирована моленная в избе мастерового А. Демина, в 1851 г. у мастерового Ф. Горностаева отобрана рукопись «Цветник», которая, по рецензии ректора Вятской семинарии и архимандрита Успенского Трифонова монастыря Амвросия, «между многими самыми безсмысленными, ложными и нелепыми вымыслами, содержит

в себе злую хулу не только на пастырей и прочих христиан православной церкви, но даже на самую Самодержавную Власть, и по своему возмутительному духу весьма вредна

24 о

и опасна» . За численностью староверов следила Управа благочиния, докладывая заводскому начальству об изменениях состава сект. Духовенство, используя силу убеждения, обращало мастеровых и их детей в единоверие и православие. Велась работа по легитимизации браков, так как, по мнению священнослужителей, сожительство негативно влияло на прихожан: «.Означенные раскольники чрез сводные браки не только поддержат раскол здесь, но заставят и прочих раскольников поповской секты переходить в безпоповщинскую вредную секту. которой раскольники отделяются совершенно от церкви, они не венчаются никогда уже в оной и не молятся за Императора.», - отмечал единоверческий священник В. Мислав-ский25. В результате этой политики к концу изучаемого периода число ижевских старообрядцев сократилось. Впрочем, возбуждение судебных дел об уклонении в раскол свидетельствует о том, что староверы продолжали тайно следовать своим убеждениям.

В целом в отношении раскольников в заводском округе действовали правила, принятые в Российской империи, и в период правления Николая I, особенно после катего-рирования сект, законодательство ужесточилось с целью защиты институтов самодержавия, православной церкви, семьи. Наибольшие опасения вызывали антицерковные движения, отвергавшие царскую власть; деятельность духовенства была направлена на устранение ересей, в семейной сфере - на укрепление авторитета официально признанных браков [10, с. 325, 338]. Старообрядческие общины, напротив, настаивали на сохранении специфики своего быта, особенно его обрядовой стороны, защищали самобытность как путем полемики с духовенством, так и подачи прошений, приводя в качестве аргумента значимость заводской работы как государственной службы.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Вятские губернские ведомости. Отдел II, ч. неофициальная. - 1859. - № 34. - С. 231-234; № 37. - С. 255-258; № 38. - С. 263-266.

ISSN 2312-1300

25

2 Центральный государственный архив Удмуртской Республики (ЦГА УР). Ф. 212. Оп. 1. Д. 1889. Л. 50-51.

3 ЦГА УР. Ф. 4. Оп. 1. Д. 1510. Л. 24-24 об.

4 Российское законодательство Х-ХХ вв. : в 9 т. - М. : Юрид. лит., 1984-1994. - Т. 6: Законодательство первой половины XIX в. - 1988. -С. 217-220.

5 ЦГА УР. Ф. 212. Оп. 1. Д. 7157. Л. 2-2 об.

6 ЦГА УР. Ф. 4. Оп. 1. Д. 1104. Л. 212-212 об.

7 ЦГА УР. Ф. 212. Оп. 1. Д. 4535. Л. 13.

8 Центральный государственный архив Кировской области (ЦГАКО). Ф. 237. Оп. 11а. Д. 1309. Л. 1.

9 ЦГАКО. Ф. 237. Оп. 12. Д. 1071. Л. 4-5.

10 ЦГА УР. Ф. 4. Оп. 1. Д. 215. Л. 76-79.

11 ЦГА УР. Ф. 4. Оп. 1. Д. 103. Л. 377.

12 ЦГА УР. Ф. 4. Оп. 1. Д. 348. Л. 85.

13 ЦГА УР. Ф. 4. Оп. 1. Д. 459. Л. 8; Д. 1257. Л. 55 об .-56.

14 Там же.

15 ЦГА УР. Ф. 4. Оп. 1. Д. 192а. Л. 46-47 об.

16 Там же. Л. 69-72 об.

17 Там же. Л. 28-28 об.

18 ЦГА УР. Ф. 4. Оп. 1. Д. 348. Л. 7-468.

19 ЦГАКО. Ф. 237. Оп. 5. Д. 204. Л. 1-2.

20 ЦГАКО. Ф. 237. Оп. 5. Д. 244. Л. 32-32 об., 53-53 об., 87-87 об.

21 Там же. Л. 123, 124.

22 ЦГА УР. Ф. 4. Оп. 1. Д. 1310. Л. 2 об.

23 Там же. Л. 3.

24 ЦГАКО. Ф. 237. Оп. 12. Д. 1216. Л. 2.

25 ЦГА УР. Ф. 4. Оп. 1. Д. 1104. Л. 132132 об.

ЛИТЕРАТУРА

1. Старообрядчество: история и культура : библиогр. указ. : кн. и ст. на рус. и иностр. яз. (1900-2009). -М. : Пашков дом, 2011. - 461 с.

2. Ивонин Ю. М. Старообрядцы и старообрядчество в Удмуртии. - Ижевск : Удмуртия, 1973. - 24 с.

3. ИвонинЮ. М. Христианство в Удмуртии. История и современность. - Ижевск : Удмуртия, 1987. - 116 с.

4. Ветлужских В. А. Из истории старообрядчества на Уржумской земле // Библиотечное краеведение в развитии провинциальной культуры России : материалы Всерос. науч. конф., посвящ. 100-летию со дня рождения Г. Ф. Чудовой. - Киров : [б. и.], 2004. - С. 190-198.

5. Кривошеина Е. И. Особенности школьного образования детей старообрядцев Вятской губернии в XIX - начале XX века // Материальная и духовная культура народов Урала и Поволжья: История и современность : материалы Междунар. науч.-практ. конф., посвящ. 520-летию вхождения Севера Удмуртии в состав Московского княжества. - Глазов : [б. и.], 2010. - С. 162-166.

6. Машковцев А. А., Машковцева В. В. Старообрядцы и сектанты Вятской губернии во второй половине XIX - начале ХХ века: взаимоотношения с региональными властями и православной церковью. - Киров : Радуга-ПРЕСС, 2015. - 219 с.

7. Починская И. В. Старообрядчество Глазовского уезда Вятской губернии XVШ-XIX вв. в контексте миграционных процессов // Известия Уральского федерального университета. Серия 2 : Гуманитарные науки. - 2020. - Т. 22, № 3 (200). - С. 58-71. - БОГ 10.15826/1эт2.2020.22.3.044.

8. Шемякина Е. П. Пути страданий за веру : к истории старообрядчества в Ижевске // Правозащитник. -2005. - № 2. - С. 29-34.

9. Бронников Н. И. Роль миграционных процессов в появлении и распространении старообрядчества на территории Вятской губернии в XVШ-XIX вв. // Историко-культурное наследие народов Урало-Поволжья. - 2018. - № 1 (4). - С. 41-44.

10. Русское православие : вехи истории / науч. ред. А. И. Клибанов. - М. : Политиздат, 1989. - 719 с.

Сведения об авторе

Васина Татьяна Анатольевна - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Удмуртский федеральный исследовательский центр Уральского отделения Российской академии наук

Адрес для корреспонденции; 426004, Россия, Ижевск, ул. Ломоносова, 4

E-mail; tatjasch@mail.ru

РИНЦ AuthorlD: 286188

ORCID: 0000-0003-0432-8671

WoS ResearcherlD: AAI-3011-2021

Информация о статье

Дата поступления 11 июля 2023 г.

Дата принятия в печать 22 января 2024 г.

Для цитирования

Васина Т. А. Старообрядчество Ижевского завода в контексте взаимоотношений с заводской администрацией и духовенством в дореформенный период // Вестник Омского университета. Серия «Исторические науки». 2024. Т. 11, № 1 (41). С. 23-28. й01: 10.24147/2312-1300.2024.11(1).23-28.

T.A. Vasina

THE OLD BELIEVERS OF THE IZHEVSK FACTORY IN THE CONTEXT OF THE FACTORY ADMINISTRATION AND CLERGY COOPERATION IN THE PRE-REFORM PERIOD

The author analyzes the Old Believers of the Izhevsk factory of the Vyatka province. The focus of this study is the interaction between the factory administration, clergy and Old Believers. The author studied the situation of the plant's Old Believers in the context of the confessional policy of the Russian Empire and made several conclusions. Firstly, the Old Believers appeared in the factory district probably at the end of the 18th - early 19th century, when workers were recruited for weapons industry. Secondly, the laws of the Russian Empire regarding the Old Believers also applied in the factory district. The legislation was tightened during the reign of Nicholas I, especially since the 1840s, when the harm of sects to society was determined. The purpose of the legislation was to protect the monarchy, the Orthodox Church and the family. The measures of influence on the Old Believers were conversations, sermons, prohibitions of public prayers, closure of prayer houses, confiscation of objects of worship, initiation of court cases. The clergy of the Izhevsk churches cooperated with the factory administration. As a result, the number of Old Believers decreased in the Izhevsk factory by the end of the studied period. In turn, the Old Believer communities preserved the specifics of social and family life and rituals, polemicized with the clergy, submitted petitions, cited as an argument the importance of factory work as a civil service.

Keywords: Vyatka province; Izhevsk factory; Old Believers; "edinoverie" (co-religionism); confessional policy.

REFERENCES

1. Staroobryadchestvo: istoriya i kul'tura [The Old Believers: History and culture], bibliographic index: books and articles in Russian and foreign languages (1900-2009), Moscow, Pashkov dom Publ., 2011, 461 p. (in Russian).

2. Ivonin Yu.M. Staroobryadtsy i staroobryadchestvo v Udmurtii [The Old Believers in the Udmurtia], Izhevsk, Udmurtia Publ., 1973, 24 p. (in Russian).

3. Ivonin Yu.M. Khristianstvo v Udmurtii: Istoriya i sovremennost' [Christianity in the Udmurtia : History and modernity], Izhevsk, Udmurtia Publ., 1987, 116 p. (in Russian).

4. Vetluzhskikh V.A. Iz istorii staroobryadchestva na Urzhumskoi zemle [From the history of the Old Believers in the Urzhum district]. Bibliotechnoe kraevedenie v razvitii provintsial'noi kul'tury Rossii [Library local history in the development of provincial culture of the Russia], collection of reports of the All-Russian scientific conference dedicated to the 100th anniversary of the birth of G.F. Chudova, Kirov, 2004, pp. 190198. (in Russian).

5. Krivosheina E.I. Osobennosti shkol'nogo obrazovaniya detei staroobryadtsev Vyatskoi gubernii v XIX -nachale XX veka [Features of school education of Old Believers children of the Vyatka province in the 19th - early 20th centuries]. Material'naya i dukhovnaya kul'tura narodov Urala i Povolzh'ya: Istoriya i sovremennost' [Material and spiritual culture of the peoples of the Urals and Volga region: History and modernity], collection of reports of the International scientific and practical conference dedicated to the 520th anniversary of the entry of the North of the Udmurtia into the Moscow Principality, Glazov, 2010, pp. 162-166. (in Russian).

6. Mashkovtsev A.A., Mashkovtseva V.V. Staroobryadtsy i sektanty Vyatskoi gubernii vo vtoroi polovine XIX- nachale XX veka: vzaimootnosheniya s regional'nymi vlastyami i pravoslavnoi tserkov'yu [The Old Believers and Sectarians of the Vyatka province in the second half of the 19th - early 20th century: relations with regional authorities and the Orthodox Church], Kirov, Raduga-PRESS Publ., 2015, 219 p. (in Russian).

7. Pochinskaya I.V. Staroobryadchestvo Glazovskogo uezda Vyatskoi gubernii XVIII-XIX vv. v kontekste migratsionnykh protsessov [The Old Believers of the Glazov district of the Vyatka province of the 18th -19th centuries in the context of migration processes]. Izvestiya Ural'skogo federal'nogo universiteta. Seriya 2: Gumanitarnye nauki [Proceedings of the Ural Federal University. Series 2: Humanities], 2020, vol. 22, no. 3 (200), pp. 58-71. DOI: 10.15826/izv2.2020.22.3.044. (in Russian).

8. Shemyakina E.P. Puti stradanii za veru: k istorii staroobryadchestva v Izhevske [Ways of suffering for faith: to the history of the Old Believers in the Izhevsk]. Pravozashchitnik [Human rights defender], 2005, no. 2, pp. 29-34. (in Russian).

ISSN 23.12-1300

27

9. Bronnikov N.I. Rol' migratsionnykh protsessov v poyavlenii i rasprostranenii staroobryadchestva na territorii Vyatskoi gubernii v XVIII-XIX vv. [The role of migration processes in the emergence and spread of the Old Believers in the territory of the Vyatka province in the 18th-19th centuries]. Istoriko-kul'turnoe nasledie narodov Uralo-Povolzh'ya [Historical and cultural heritage of the peoples of the Ural-Volga region], 2018, no. 1 (4), pp. 41-44. (in Russian).

10. Klibanov A.I. (ed.) Russkoe pravoslavie: vekhi istorii [Russian Orthodoxy: milestones of history], Moscow, Politizdat Publ., 1989, 719 p. (in Russian).

About the author

Tat'yana A. Vasina - PhD in Historical Sciences, Senior Research

Udmurt Federal Research Center of Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

Postal address: 4, Lomonosova ul., Izhevsk,

426004, Russia

E-mail: tatjasch@mail.ru

RSCI AuthorlD: 286188

ORCID: 0000-0003-0432-8671

WoS ResearcherID: AAI-3011-2021

Article info

Received July 11, 2023

Accepted January 22, 2024

For citations

Vasina T.A. The Old Believers of the Izhevsk Factory in the Context of the Factory Administration and Clergy Cooperation in the Pre-Reform Period. Herald of Omsk University. Series "Historical Studies", 2024, vol. 11, no. 1 (41), pp. 23-28. DOI: 10.24147/2312-1300.2024. 11(1).23-28 (in Russian).