Медиареальность как феномен современной культуры

иностранных художников. Систематизацией этой коллекции впоследствии занимался А. Н. Бенуа. При его непосредственном участии были отобраны пятьсот работ из этой коллекции и подарены княгиней в 1898 году открывающемуся Русскому музею, в то время как первоначально в музее насчитывалось 1880 экспонатов.

Большой страстью Марии Клавдиевны было собирательство предметов русской старины. «Любя страстно русскую природу, я в душе была чисто русским человеком. Все, что касалось моей страны, меня глубоко трогало и волновало» (3, с. 179). Профессор Владимир Ильич Сизов по просьбе княгини просмотрел экспонаты, собранные ею ранее, и написал программу, позволившую иметь представление о том, какими вещами нужно пополнить коллекцию. Следуя его указаниям, Мария Клавдиевна при помощи знатока русской старины И. Ф. Барщевского собрала богатейшую коллекцию, которая дважды выставлялась в Париже. Для размещения собранных сокровищ в 1905 году было специально построено красивое здание музея «Русская старина». В 1911 году княгиня передала коллекцию вместе с домом Московскому археологическому институту, с условием, чтобы музей оставался в городе Смоленске. В этом же году «последовало Всемилостивейшее соизволение на присвоение звания почетной гражданки города Смоленска, согласно ходатайства об этом местной городской думы, княгине М. К. Тенишевой» (2, с. 494).

Таким образом, вся меценатская деятельность княгини была направлена на процветание России и являлась выражением традиции служения своей Родине. Лучшие традиции отечественного меценатства, к которым, безусловно, относится деятельность М. К. Тенишевой, представляют большую ценность не только для современной России, но и для всего мира.

Примечания

1. Лейкинд О. Л. Художники русского зарубежья: библиографический словарь / О.Л. Лейкинд, К.В. Махров, Д.Я. Северюхин. - СПб., 2000. - С. 563-564.

2. Талашкино: [сборник документов] / сост. Л.С. Журавлева. - Смоленск, 1995. -545 с.

3. Тенишева М. К. Впечатления моей жизни / М.К. Тенишева. - Л.: Искусство, 1991. - 287 с.

4. Смоленский музей-заповедник // КП 35771/18.

А. А. Ковалев

МЕДИАРЕАЛЬНОСТЬ КАК ФЕНОМЕН СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЫ

В данной статье выдвигается и путем историко-культурного анализа обосновывается идея о том, что каждая из трех «волн цивилизации» породила свою реальность, отличную от физической («первой реальности»). Таким образом, медиареальность является уже «четвертой реальностью». Ключевые слова: теория и история культуры, медиареальность, массмедиа, «четвертая реальность».

In this article it is put forward the idea that each of three «waves of a civilization» has generated the type of the reality which is distinct from physical («the first reality»). That, the media reality is already «the fourth reality». And this idea proves by the contemporary cultural analysis. Keywords: theory and history of culture, a media reality, mass media, the fourth reality.

Медиареальность представляет собой одну из важнейших новаций современной культуры. Но еще важнее то, что она во многом формирует и даже, выражаясь компьютерным языком, форматирует сознание современного человека, в частности таким образом, что кажется уже более реальной, чем сама исходная действительность. Все это делает проблему медиареальности - ее происхождения, сущности и перспектив развития — в высшей степени актуальной.

Чтобы разобраться с сутью данного явления, мы начнем с выявления смысла термина «медиареальность», так как он непосредственно связан с содержанием соответствующего понятия. Первая часть термина — «медиа» — происходит от латинского «media(um)», что в буквальном переводе означает «нечто среднее, находящееся посреди, середину, центр», а также — «средний размер», «средний уровень» и т.д. В различных европейских языках данный термин получил еще особые производные смыслы: «средство», «посредник», — нечто, через что передается, а также «человек, легко поддающийся влиянию». В физическом смысле под этим термином может пониматься просто среда, опосредующая некие влияния. В английском языке у него возникли еще такие производные значения, как «способ», «деньги», «средство коммуникации». Именно в последнем смысле — в словосочетании массмедиа (mass media) — термин «медиа» получил особо широкое распространение в культуре ХХ века, обозначая весь комплекс средств массовой коммуникации — газеты, журналы и, особенно, электронные (радио, телевидение, компьютеры и компьютерные сети), которые, стремительно расширяя сферу своего воздействия, позволяют ныне распространять информацию уже в глобальных масштабах. Если радио потребовалось 40 лет, чтобы собрать 50 миллионную аудиторию, то телевидение достигло этого за 15 лет, Интернет же — всего за 4 года. Именно электронным массмедиа принадлежит ведущая роль в формировании медиареальности.

Особо отметим, что в XIX веке, в связи с распространением спиритизма, в широкое употребление вошел термин «медиум», под которым понимали человека — посредника между миром духов (умерших людей) и миром живых. Позднее его стали распространять на шаманов, колдунов, экстрасенсов и т.д. И здесь тема «медиа» — «посредника» уже непосредственно смыкается с проблемой «реальности», поскольку подразумевает существование нескольких (хотя бы двух) ее видов, между которыми, собственно, и осуществляется связь.

Первая реальность — это физический мир, в котором сам человек существует как природно-телесный объект, подчиняющийся физическим, химическим, биологическим и прочим естественным законам. Эта реальность весьма устойчива, и на протяжении всей истории человечества она практически не изменялась.

А вот иная реальность (или реальности) порождается самим человеком. Ее можно назвать «миром культуры», или, используя выражение В. И. Вернадского, «ноосферой», то есть сферой взаимодействия разума и природы. Мир культуры создается человеком, но он же одновременно есть и созидающий человека, но не в качестве биологического организма, а в качестве субъекта культурно-исторической эпохи: потребителя, носителя и творца культуры. Эта реальность определяет всю человеческую жизнь: даже при удовлетворении биологических (первичных) потребностей (в еде, сне, сексе и т.д.) человек ведет себя не как животное, а именно как человек, причем определенной культуры и эпохи. Не случайно сами способы удовлетворения этих потребностей и их оценки меняются от эпохи к эпохе, от одной цивилизации к другой.

Само создание ноосферы связано со способом приспособления человека к миру — не путем изменения человеческого организма, а путем приспособления природы к человеку, создания особой промежуточной среды, постоянно расширяющейся по мере развития цивилизации. Именно в этой среде создается «другая реальность», но ее искусственный, «сотворенный» характер обычно даже не осознается: в процессе социализации каждый индивид застает ее уже во многом готовой, она, наряду с природой, есть обязательная составляющая «мира человека», в котором он вырос, к которому привык, и потому весь этот мир предстает для него как «естественный». И только утрата его (особенно во время катастроф), ставящая человека лицом к лицу с природой, позволяет понять, насколько человек ныне зависит от этой промежуточной среды.

Медиареальность — это часть современной культуры, причем являющаяся специфическим порождением высокоразвитой цивилизации, прежде всего европейской и североамериканской. Ее влияние на современную жизнь настолько велико, что ее часто называют «второй реальностью». Однако, как нам представляется, эта реальность на самом деле не вторая, а уже четвертая в процессе культуроге-неза. Но, чтобы это осознать и понять ее новизну и специфику, необходим историко-культурный анализ.

Как справедливо указал один из первых медиатеоретиков Вилем Флюссер (4), история человечества - это история воображения, история создания образов. Но данные образы, создаваемые для того, чтобы что-то сообщить о «первой реальности», часто становятся экраном, который как раз и закрывает эту реальность от субъекта. Данное высказывание можно считать справедливым не только для медиареальности и современной эпохи. По сути дела, с тем же явлением мы имели дело и в прошлом, даже в ранних пластах культуры.

Как нам представляется, прослеживается явная связь между «тремя волнами» в развитии цивилизации, выделенными Э. Тоффлером (3), и тремя типами реальности, порождаемыми человеком и не совпадающими с «первой реальностью». Эти «три волны» есть: 1) аграрная, появившаяся благодаря неолитической революции, 2) промышленная, порожденная промышленной революцией, и 3) информационная, связанная с появлением электроники и электронных СМИ. И каждая из этих «волн» создает свою особую искусственную реальность в рамках ноосферы.

Уже в первобытной культуре возникают представления о существовании «иной реальности» - «мира потустороннего», это сакральный или мистико-рели-гиозный мир. Представления о «потустороннем мире» получают развитие во всех древних и средневековых цивилизациях, его описания мы находим в мифах, священных текстах и в художественной литературе. В европейской культуре вершиной такого описания является «Божественная комедия» Данте Алигьери. Эта реальность, населяемая духами и богами, ангелами и демонами, а также душами умерших людей, обладает множеством особых свойств, которые принципиально отличают ее от обыденной реальности, причем не только природной, но и куль-турно-профанной.

М. Элиаде, один из крупнейших культурологов ХХ века, замечает: «в той или иной форме всегда существует прорыв между сакральным и профанным и переход от одного к другому, причем прорыв и переход составляют саму суть религиозной жизни» (5, с. 142). В связи с этим отметим, что согласно соответствующим поверьям, некоторые живые люди могут входить на время в эту «иную реаль-

ность» или созерцать ее, аналогично — существа «иного мира» могут появляться или проявляться в обыденном мире и действовать в нем. Но еще важнее то, что эта «вторая реальность» оказывает весьма существенное влияние на всю обыденную жизнь большинства людей, определяя картину мира, в рамках которой они живут, их систему ценностей (высшей из которых становится обретение блаженства в загробном мире, так что земная жизнь начинает рассматриваться всего лишь как подготовка к загробной), мораль, право, обычаи и т.п. Представления о существовании этой «сакральной реальности» сохраняются и сейчас, хотя с приходом «второй», а тем более, «третьей волны» цивилизации, ее влияние на обыденную жизнь заметно уменьшилось.

В истории человечества на протяжении тысячелетий шло формирование еще одной реальности, порождаемой искусством, ее можно назвать «художественной». До Нового времени искусство было теснейшим образом связано с «сакральной реальностью», чаще всего отображая именно ее. Но в эпоху Возрождения начинается десакрализация, «обмирщение» культуры, художественная культура постепенно приобретает светский характер, впоследствии этот светский характер стал доминирующим. И во «вторую волну» цивилизации «художественная реальность» вполне уже может претендовать на звание «третьей реальности», поскольку принимает заметно самостоятельный характер. Ее выдуманные персонажи обретают «кровь и плоть» и иногда даже начитают приниматься за существующих в «первой реальности» (классический пример: письма, которые до сих пор приходят Шерлоку Холмсу на Бейкер-стрит, 221-б, или, скажем, нападение зрителей Орлеанского театра на актера, игравшего Отелло). Хорошо известны и многочисленные примеры влияния произведений искусства на жизнь людей, вспомним, например, о волне самоубийств в XIX веке, которая прокатилась по Европе после выхода в свет «Страданий молодого Вертера» В. Гёте. В ХХ веке особо сильное влияние на зрителей стало оказывать кино: не случайно различные представители общественности, психологи и педагоги неоднократно поднимали вопрос о недопустимости в фильмах сцен насилия, жестокости и т.п.

Уже в искусстве барокко заметно стремление художников сделать «третью реальность» частью «первой»: эта тенденция прослеживается в таких приемах, как совмещение вылепленной руки или ноги ангелочка с его изображением на картине, как бы «протыкающим» рамку изображения, или в появлении картин, где изображен художник, рисующий картину, которую зритель как раз видит на полотне (например, «Менины» Веласкеса), но особенно явной она становится в ХХ веке, когда, скажем, часть действия спектакля или некоторые декорации переносятся в зрительный зал, а еще более очевидной — в таком феномене современного искусства, как перфоманс. В теоретическом плане «вершиной» этого подхода стала концепция «искусства для искусства», широко распространенная в XIX — начале ХХ века.

В ХХ веке «третья волна цивилизации» принесла два весьма существенных и взаимосвязанных явления: становление массовой культуры и электронных средств массовой коммуникации, благодаря чему и рождается медиареальность -«четвертая реальность». Так же как «вторая» и «третья», она противостоит «первой» и порождает свои способы связи с ней. При этом значительно возрастает роль посредников — массмедиа. Как отмечал М. Маклюэн в своей книге «Постижение массмедиа» (1), сам характер или «форма» телевизионного сооб-

щения, накладываясь на передаваемую информацию, существенно изменяет его: сообщение, переданное по телевизору, становится «телегенным». Ныне, благодаря массмедиа, субъект наблюдает уже не события, а наблюдения за событиями, «на всех уровнях произошло слияние двух ранее разделенных сфер - мира и картины мира — до неразличимости» (2, с. 39).

Примечания

1. Маклюэн М. Постижение массмедиа / М. Маклюэн. — М., 2003.

2. Савчук В. В. Медиафилософия: формирование дисциплины / В. В. Савчук // Меди-афилософия. Основные проблемы и понятия. — СПб., 2008.

3. Тоффлер Э. Третья волна / Э. Тоффлер. — М., 1999.

4. Флюссер В. За философию фотографии / В. Флюссер. — СПб., 2008.

5. Элиаде М. Структура символов / М. Элиаде // Метафизические исследования. — СПб., 1999. — Вып. 10.