Кто сможет выиграть от президентской налоговой льготы?

Кто сможет выиграть от президентской налоговой льготы?

Прямая речь

Агван Микаелян, гендиректор компании "Финэкспертиза":

— Как глава компании, вплотную работающей с законодательством, я не понимаю, как можно вводить налоговые льготы одним решением, пусть даже президентским. Это очень серьезная процедура, и без принятия поправок в Налоговый кодекс здесь не обойтись.

Также не совсем понятно, о чем именно идет речь: отнесены ли к производственной сфере услуги, а если отнесены, то все или только какие-то определенные? Если же говорить о социальной сфере, то это определение еще более размыто. Далее, реальная деятельность предприятия далеко не всегда включает все виды, прописанные в его уставе. И установить виды реальной деятельности предприятия будет крайне сложно.

Механизм предоставления данной льготы мне также непонятен: сначала получить индульгенцию и не платить или же заплатить, а потом воспользоваться компенсацией? Честно говоря, я вообще не представляю, кто может выиграть от этих президентских льгот.

Олег Москвитин, старший юрист коллегии адвокатов "Муранов, Черняков и партнеры":

— Конкретный механизм отбора получателей льгот пока не анонсирован. Признаки малого предпринимательства закреплены в ФЗ от 24 июля 2007 года "О развитии малого и среднего предпринимательства в РФ". Для обоснованного применения льгот организация или предприниматель должны будут соответствовать критериям закона. Здесь все относительно просто, если не считать, что проверяющие любят читать требования закона совсем не так, как они написаны.

Сложнее с отнесением того или иного предпринимателя к работающему в социальной или производственной сфере. Действующее законодательство не содержит четкого определения ни того, ни другого. Законодателю потребуется либо дать такое определение, либо привязаться к ОКВЭД, из которого хоть как-то можно понять, что относится к производству, а что — к социальной сфере.

Далее можно было бы установить, что право на льготы имеет не всякий, кто зарегистрировал за собой такие виды ОКВЭД, а лишь тот, кто реально осуществляет их. Это обоснованно, но создает серьезные риски споров между налогоплательщиками и проверяющими. Избежать большого количества споров можно лишь одним способом. Осенью законодатель ввел льготы по социальным взносам и комфортный порядок их постепенного повышения для IT-компаний. При этом право на преференции получили лишь те, кто имеет госаккредитацию при Минкомсвязи. Возможно, такая же аккредитация нужна и малому бизнесу. Но в этом случае чиновникам придется обработать десятки, если не сотни тысяч предприятий и предпринимателей.

Андрей Шубин, руководитель отдела экспертизы и аналитики ассоциации малого бизнеса "Опора России":

— Действующее законодательство не содержит никаких требований, позволяющих выделить малый бизнес в производственной и социальной сферах. Никаких специальных документов малому бизнесу, которые подтверждали бы осуществление деятельности именно в данных сферах, не выдается. По нашему мнению, предоставление льгот по страховым взносам должно быть привязано к ОКВЭД. Здесь, правда, сложности с определением социальной сферы: ОКВЭД специально не выделяет виды экономической деятельности, относящиеся к ней.

Наибольшую же пользу установление пониженного размера страховых взносов принесет предприятиям обрабатывающей промышленности. В этой сфере задействовано более 10% малого бизнеса. Однако и для них повышение страховых взносов произойдет в 1,85 раза.

Сергей Хмелев, гендиректор Московской ассоциации предпринимателей:

— Я считаю, что от щедрости президента не выиграет никто, ни одно малое предприятие. Просто не сможет.

Во-первых, льгота коснется лишь малых предприятий, счастливым образом отнесенных к производственной и социальной сферам. Кем отнесенных? Пока механизма нет, а есть лишь намеки на то, что быстро примут соответствующий закон. Но пока его нет, у меня есть нехорошее подозрение, что процедура определения везунчиков будет осуществляться кем-то уполномоченным. То есть по коррупционной схеме.

Но дело даже не в этом. Допустим, что закон вступит в действие завтра. Перестройка работы налоговых инспекций на местах займет как минимум год. Потому что налоговики в России работают не по законам, а по инструкциям, то есть по подзаконным актам Минфина. Полгода пройдет, чтобы по валу судебных исков стало понятно, какие инструкции необходимо изменить. И еще полгода на то, чтобы их реально поменять.

Таким образом, президентская инициатива выглядит не как льгота, а как отсрочка смертного приговора. Вас обязательно расстреляют, но через два года, причем первый год вы будете доказывать, что достойны отсрочки.

Не важно, кому из малых предприятий повезет на этом историческом отрезке. Принципиально важно понимать, что даже не тотальное применение повышенных до 34% ставок ЕСН приведет к самоликвидации сначала невезучих предприятий, а через два года — и многих везунчиков, не сумевших должным образом мимикрировать. Поскольку малый бизнес не потянет таких обременений: по грубым подсчетам, пропадает 20% прибыли. И чтобы не сгинуть, малому бизнесу в очередной раз придется изобрести далекий от легального способ выживания в тени. Никак не получается выполнить план по сдаче государству шерсти, не снимая при этом шкуру.