Феномен архитектуры нового тысячелетия

10. Словарь иностранных слов в русском языке. - М. : ЮНВЕС, 1995. - 830 с.

11. Большой энциклопедический словарь общедоступных сведений по всем отраслям знания. Т. 2. - СПб. : Типография тов-ва «Просвещение», 1903. - 794 с.

12. Мохначева, М.П. Журналистика и историческая наука. Кн. 1. / М.П. Мохначева. - М. : РГГУ, 1998. - 383 с.

13. Архитектор-подрядчик // Наше жилище. - 1895. - № 9. - С. 13-15.

14. Равич, Г. Опрощенное зодчество / Г. Равич // Наше жилище. - 1895. - № 2. - С. 14-17.

15. Барановский, Г. Принципы строительной этики. Строительное хозяйство / Г. Барановский // Наше жилище. - 1895. - № 1. - С. 7-10.

16. Гражданская архитектура. Части зданий. Т. I. Составил инженер-архитектор М.Е. Романович. - СПб., 1903. - 580 с.

17. В.А. Шретер // Зодчий. - 1901. Ноябрь. - Вып. XI. - С. 143-164.

18. Космачевский, Г. Запросы времени / Г. Космачевский // Зодчий. - 1916. - № 16. -С. 157-159.

19. Письмо в редакцию // Зодчий. - 1915. - № 52. - С. 538.

20. Хроника. Петроград // Зодчий. - 1915. - № 43. - С. 432.

21. О праве именоваться архитектором // Зодчий. - 1916. - № 7. - С. 70-73.

22. Струков, П. К вопросу о праве именоваться архитектором / П. Струков // Зодчий. -1916. - № 13. - С. 133.

23. Общественные задачи архитектуры // Зодчий. - 1900. - № 1. - С. 11-12.

24. VIIIМеждународный конгресс архитекторов в Вене // Зодчий. - 1908. - № 33. - С. 307-308.

25. Звание инженера и архитектора в Германии // Зодчий. - 1906. - № 2. - С. 9-10.

26. III Съезд Русских Зодчих // Строитель. - 1900. - № 3-4. - С. 124.

O.V. BOGDANOVA

TO THE SEMANTICS OF THE WORD «ARCHITECT»

The article considers the definition of the word «architect» in its pre-revolutionary and modem interpretation. The question «Who can be called an architect?», very actual in the XlXth -XXth centuries, is examined on the basis of many explanatory dictionaries and magazines of periodical press.

УДК 72.03

А.А. ВОЛЕГОВА, аспирант,

А.А. БАРАБАНОВ, канд. архит., профессор,

УралГАХА, Екатеринбург

ФЕНОМЕН АРХИТЕКТУРЫ НОВОГО ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ

В статье рассматриваются актуальные вопросы современной архитектуры, исследуется зарождение новейшей архитектуры как следствие изменения научной парадигмы конца ХХ в. Показаны множественные связи архитектуры с другими науками, их взаимное влияние друг на друга и на мировоззрение человека. Актуальной темой является зодчество в век цифровых технологий и компьютерного моделирования, обеспечивающих новые пути формообразования, а значит, и новые формы творческого выражения. В статье раскрыты современные технические и философские концепции в архитектуре и урбанистике, в основе которых лежит новый принцип целостности.

© А.А. Волегова, А.А. Барабанов, 2008

Предпосылки к зарождению новых форм в архитектуре и урбанистике

С наступлением XXI века - эпохи глобализации, века существования сложного многопланового пространства - очень остро стоит вопрос: в какую сторону дальше развиваться архитектуре, каковы пути ее развития? Для ответа на этот вопрос необходимо понять внутреннюю логику и внутренние смыслы формирования архитектурного пространства, проанализировать общечеловеческое видение мира. Воспроизведение видения мира в архитектуре возможно только на пересечении различных областей знаний, поскольку этот аспект очень многогранен и неоднозначен.

Использование космологии в архитектуре и градостроительстве было всегда, однако в современную эпоху оно вышло на новый, более сложный уровень. Попытаемся проанализировать это. Для начала рассмотрим внешний аспект архитектуры нашего времени.

Начало XXI в. провозглашает лозунг «Глобализация!». Глобализация, в одном из своих значений, - это возможности нового периода, направленность на универсальную коммуникацию. Начало эпохи характеризует наличие коммуникационных сетей, а именно: связи различного характера (интернет, мобильный телефон и т. д.). Можно констатировать, что подвешенное состояние тела и места обозначается терминами «нематериальный», «виртуальный», которые отражают контакт на расстоянии, но при этом расшатывают целостность восприятия, изменяют отношение между смыслом, чувством и представлением, являющими собой ключ к архитектуре. Таким образом, в нынешнюю эпоху формируется новое отношение между смыслом, знаком и означаемым.

Развитие цивилизации нашего времени, необходимость присутствия в одном месте нескольких функций сразу привело к появлению общественной архитектуры огромных размеров и новой масштабности.

Итак, от осознания изменившегося облика современной архитектуры и урбанистики перейдем к рассмотрению их внутренней сущности и причин, вызвавших эти изменения. Можно заметить, что в наше время наметилась тенденция к космогонической архитектуре постмодернизма, пришедшей на смену техногенной архитектуре модернизма. Возможно, это объясняется тем, что всякое положение человека предполагает его включенность в Космос, во Вселенную, организованную самым совершенным образом, и человек, как во все времена, стремится творить сам для себя «космосы» - храмы, дома, города [7, с. 83].

Говоря о космологии и космогонии в архитектуре и градостроительстве древних, а также религиозных обществ, мы выделяем следующие основные положения: сотворение мира становится архетипом всякой созидательной деятельности человека, а архитектура появляется из мифа, ритуала посредством сакрализации пространства, таким образом, дом, храм, дворец, поселение и т. д. становятся «центром», путем освящения, сакрализации пространства. Соответственно, они находятся в общей точке - метафизическом «центре» Космоса [8, т. I, с. 35]. Вертикальная ось - символ сообщения между собой миров по вертикали. Архитектура моделирует взаимодействие между небом и землей,

выраженное в символике «квадратуры круга», в которой «круг генерирует квадрат» [1, с. 328]. В результате такого слияния форм мир выражен в своем микрокосмическом характере - человеческом существе в своей гармоничной форме, которая располагается в центре этого мира как его объединенный синтез. Можно говорить о том, что архитектурная форма в древности является изображением космоса в своем динамическом продвижении от центра. Эти принципы, возможно, не так прозрачно, но присутствуют как в архитектуре, так и в градостроительстве всех последующих веков. Они присутствуют там и сегодня, но воспринимаются под призмой новой целостности [2, с. 146].

Если мы касаемся современного урбанизма, можно говорить о том, что город становится системой или организмом, который выражает множественность содержания и связей, сосуществующих вместе в одной урбанистической структуре. Технические инновации, научные достижения, демографический рост, экономическое развитие, формирование новых культурных моделей -все это вместе определяет новые формы и модели пространства. Современный город - это структура, которая сама себя прочитывает, она не фиксирована, а изменяется, мутирует. В этом отношении прочитывается общность с космосом, представляющим собой сущность, которая внезапно может переходить на качественно более высокий уровень организации.

С позиции сегодняшнего дня возможно пересмотреть историю архитектуры и градостроительства наряду с историей сознания и историей идеологий. Становится ясно, что сегодня имеет место унификация стилей жизни и существования согласно мировому масштабу [9, с. 126]. Однако все это в рамках космогонической архитектуры, то есть архитектуры и урбанистики как самоорганизующихся систем, которые, согласно основным положениям теории

Ч. Дженкса [3], содержат в себе глубину, многовариантность, сложность, наличие богатых внутренних связей, подобно Вселенной. Синергетическая парадигма рождает множество новых понятий, формирующих определенное представление о современной модели познания мира. Под синергетикой понимается теория самоорганизации, эволюции, образования новых качеств.

Итак, рассмотрев вкратце тенденции современной архитектуры и урбанистики на фоне смены эпох, необходимо выявить причины изменений, установить принципы формирования нового многопланового пространства, уяснить внутреннюю логику и внутренние смыслы формирования архитектурного пространства, проанализировать общечеловеческое видение мира и воспроизведение его в архитектуре.

Ультрасовременные тенденции архитектуры, появление неокосмологии

Наиболее актуален вопрос о том, что же движет архитектурой непосредственно сегодня, каковы ее тенденции на завтра. Разбираясь в этом, отталкиваться нужно от современных особенностей и условий жизни. Чтобы понять феномен происходящего в XXI в., нужно как минимум заглянуть на век назад, с целью определить предпосылки для таких кардинальных изменений.

Говоря о науке и искусстве как о способах познания мира, несложно заметить, что пути их развития переплетаются. Наука и искусство - это взаимодополняющие сферы жизни: наука может заимствовать идеи в искусстве, а искусство - предопределять новые направления, открытия в науке. Архитектура, находясь на пересечении этих понятий, тем более очень чутко реагирует на изменения в жизни общества. Она во все времена отражала тенденции времени, содержа в себе различные сферы культуры и науки, философии, искусства, техники, политики той или иной эпохи. Контекст каждого времени выражался в образах, формах, запечатленных для потомков.

В течение всего XX в. было сделано множество научных открытий, повлиявших на смену научной парадигмы в конце века, в основе которой - смена детерминизма теорией хаоса, рождение нового представления о целостности. Изменения в науке XX в. шли параллельно с изменениями в других творческих сферах деятельности человека, среди которых можно назвать математику, литературу, музыку, искусство, архитектуру. Открытием в математике стало появление нелинейной геометрии, в физике - квантовой механики, в литературе - утверждение и в прозе, и в поэзии новых форм, в искусстве - появление абстрактного искусства, супрематизма, сюрреализма, где художник пытается выразить посредством графики и живописи процессы, человеческие эмоции, состояния. В музыке - поиск новых гармоний, ритмов.

Развитие техники XX в. очень быстрыми темпами дало огромное количество скоростного транспорта (наземного, водного и воздушного). Это стало определяющим фактором того, что изменилось и восприятие мира человеком. Пространство больше не воспринимается статичной законченной картинкой: при движении на скорости оно читается фрагментами, быстро сменяющими один другой. Вид при полете в воздухе - еще одна ипостась восприятия пространства. С одной стороны, так мы убеждаемся в его многомерности, с другой стороны, видим его при движении дискретным. Оживленные магистрали современных городов, мегаполисов, а особенно перекрестки - узлы наибольшего скопления транспорта - формируют сеть коммуникаций, которая в наше время может быть трактована как отдельный организм, где постоянно пульсирует жизнь.

На протяжении всего XX в. архитектура планомерно менялась в такт все ускоряющемуся техническому прогрессу и изменениям в восприятии картины мира человеком. Четкие формы модернизма и конструктивизма постепенно заменились сначала деконструктивизмом, затем хай-теком, минимализмом и постмодернизмом. С появлением новых знаний устанавливались новые, все более сложные принципы формообразования, где форма каждый раз транслировала новые смыслы через образы.

В 1970-1980-х гг. появилась новая грамматика архитектуры, когда она стала транслировать сложные многоуровневые смыслы на метаязыке, что композиционно выражалось в наложении друг на друга разных композиционных сеток и в формировании сложных объемов, выполненных с применением новых разноплановых материалов. Иными словами, это можно назвать коллажем деконструктивизма.

К концу предыдущего столетия пришло осознание того, насколько техногенным стало окружение, в частности, урбанистическое. Архитекторы-современники подспудно начали искать новую архитектуру, и она родилась благодаря новой науке, поскольку явственно назрела необходимость окружения, близкого человеческой природе.

Рождение новой парадигмы в науке как начало появления новой архитектуры

Новейшие архитектурные произведения обладают высоким художественно-эстетическим уровнем и зачастую представляют собой сложные образные структуры, выражая в непростых формах значения нового уровня, но при этом они по-прежнему основаны на классических архитектурных принципах. На самом деле, изменения в архитектуре начинаются со смены основ миропонимания, изменений в мировоззрении и философии общества. Сегодняшняя архитектура эпохи глобализации - не исключение, ее основные черты - неоднородность, многослойность, появление мультимасштаба, мегаформ как синтеза форм различного порядка. По мнению Ч. Дженкса, такие изменения в парадигме архитектуры были вызваны, в первую очередь, изменением парадигмы науки, которая вытеснила науку линейную, механическую, и стала комплексной наукой. А комплексная наука - это совокупность наук о сложных системах, таких как фрактальная геометрия, нелинейная динамика, неокосмология, теория самоорганизации (синергетики) и др. [3]. Таким образом, увидев мир в целом, человек изменил взгляд на Вселенную: мир перестает быть линейным, и приходит понимание того, что Вселенная на всех уровнях -от атома до галактики - находится в процессе самоорганизации [Там же]. Согласно такому подходу, Вселенная является более свободной и открытой системой, чем предполагали предыдущие открытия ученых в этой области.

При этом следует отметить, что большие изменения во всем научном мировоззрении повлекло открытие во 2-й половине XX в. французским ученым Б. Мандельбротом фракталов и фрактальной теории. Согласно этой теории, в природе присутствует свойство самоподобия, когда целое состоит из частей, являющихся его точными или приблизительными копиями, при этом такое подобие характерно главным образом для природных объектов и природных процессов, но и не только [4, с. 177]. Фрактальная теория присутствует во многих науках: физике, биологии, музыке, социологии и т. д. Фрактал, являясь сложной, нерегулярной структурой, образует очень логичную систему своих самоподобий, в чем легко убедиться, глядя на какой-нибудь природный фрактал - будь то снежинка или лист папоротника [6, с. 32]. Во многом, благодаря этому открытию, у ученых конца прошлого столетия возник интерес к хаосу, нерегулярным формам и процессам, которые содержат внутри себя свою особенную систему порядка, основанную на определенных закономерностях. Таким образом, с открытием самоорганизующихся систем-фракталов на смену детерминизму приходит теория хаоса.

Можно говорить о том, что сегодня формируется новый взгляд на мир -синергетическое видение мира, поскольку происходит изменение мышления

человечества, предполагающее сосуществование в сложных эволюционирующих структурах старого и нового. Очевидна смена представлений о существовании от стабильности и устойчивого развития к представлениям о нестабильности и метастабильности; от образов порядка к образам хаоса, содержащим в себе и упорядоченные структуры (порядок в беспорядке); от эволюции к коэволюции, взаимосвязанной эволюции сложных систем; от независимости и обособленности к связности; от размерности к соразмерности - к фрактальному самоподобию образований и структур мира [5]. Таким образом, старые категории не исчезли, но изменился угол зрения человеческого восприятия. То есть в новой, синергетической картине мира доминирует коэволюция, когерентность, взаимодействие и соподчиненность элементов мира, междисциплинарная, межпрофессиональная и межкультурная коммуникации. Синергетика предполагает нелинейность и открытость будущему.

Смена основ миропонимания неизбежно влечет за собой перемены в архитектуре, не случайно архитектура нынешней эпохи - это, прежде всего, архитектура коммуникаций.

Представляя собой до сих пор идею, объединяющую все новые направления, «теория сложности» 1980-х гг., основанная на постмодернистских размышлениях о «сложности» 1960-70-х гг., является ключом к объединению стилей, направлений, эпох, масштабов и т. д. Таким образом, на стыке противоположных вкусов и разнонаправленных интересов проявляется и становится очевидной глубинная сущность нашей реальности [9, с. 291].

С момента своего появления в конце 1990-х гг. такая позиция сразу же находит отражение и в архитектуре, в частности, в музее Гуггенхайма в Бильбао архитектора Ф.О. Гери (рис. 1), в Национальном центре науки и технологии в Амстердаме (Р. Пьяно) (рис. 2), в Музее еврейского народа в Берлине (Д. Либескинд) (рис. 3).

Рис. 1. Фрэнк О. Гери. Музей Гуггенхайма, Рис. 2. Ренцо Пьяно. Национальный центр

Бильбао, Испания (1991-1997) науки и технологий, Амстердам,

Голландия

Рис. 3. Д. Либескинд. Музей еврейского народа, Берлин, Германия

Проекты этих произведений создавались с помощью компьютерного моделирования, а в дальнейшем и их производство велось на базе компьютерных технологий. Это привело к появлению совершенно новых форм, невозможных в других условиях. Сегодня, конечно, создается уже значительно больше архитектурных произведений, использующих эту концепцию и новейшие цифровые технологии. Чтобы убедиться, что между наукой и архитектурой существует параллель, основанная на смене образа мысли, необходимо разобраться для начала в нелинейной парадигме науки.

В настоящее время, в век компьютерного моделирования, взгляд человека на мир пересекается с виртуальным пространством, соответственно происходят изменения в процессах, определяющих изменения в архитектуре.

Если говорить о гармонии в целом, то идея о возможности зашифровать искусство в цифры присутствовала у цивилизованного человечества всегда, например, греческий ордер был строго рассчитанной математически системой пропорций, идеальной для человека. Одно из объяснений этому - соразмерность пропорций ордера пропорциям человека (рис. 4).

Рис. 4. Заимствование человеческих пропорций в ордере и архитектуре

Ещё архитекторы Возрождения вдохновлялись пропорциями человеческого тела. Согласно Леону Батисте Альберти (1404-1472), каждая часть здания должна согласовываться с остальными, равно как у одушевлённого существа каждая часть тела согласуется с другими [9, с. 28, 29]. Для Франческо ди Джорджио Мартини (1493-1502) связь с человеческим телом расширяется до организма урбанистического. Его высказывания гласят, что мерой правильного города является мера и форма человеческого тела, имеющего прекрасные пропорции [Там же]. Проекты городов таких архитекторов и теоретиков, как Филарете, Бернардо Росселини и др., являются планами, геометрически урегулированными, что утверждает связь между городом и космической гармонией.

В последующие эпохи объективистского подхода, когда за основу измерения длины был принят метр, можно сказать, что человек был отброшен на второй план, хотя принципы гуманизма его интересы провозглашали самыми важными на свете.

В конце XX в., благодаря появлению и развитию цифровых технологий, возможность зашифровать искусство и архитектуру проявилась при помощи технологии 3-мерного моделирования. Так, с приходом компьютерного моделирования взгляд человека на мир пересекается с виртуальным пространством, соответственно происходят изменения в процессах, определяющих изменения в архитектуре. Процессы формирования как современной, так и античной архитектуры на основе природных принципов космической гармонии графически отображены на рис. 5.

Применяя язык сложных трансформаций формы и открывая таким образом ее новые значения, архитектор поднимает вопрос о роли метафоры, образности в архитектуре, это ведет к появлению новых смыслообразов.

Компьютерные технологии, даровавшие архитектуре выход в неевклидово пространство, и наличие четвертой координаты измерения - времени, навсегда изменили возможности архитектуры в целом. Происходит моделирование объекта как некого организма, основанного на идее самоорганизации эволюционирующей системы [4, с. 308]. На базе этой модели архитектура радикально трансформируется, изменяется ее концепт - она больше не статична, в ней заложены возможности к самоорганизации, самосозиданию, самовос-производству. Таким образом, архитектура нового тысячелетия - это синергетическая система.

Причины появления новой архитектуры можно систематизировать следующим образом:

1. Множество открытий в науке XX в., приведших к появлению новой комплексной науки, по-новому описывающей мир.

2. Приход эпохи глобализации, характеризующейся огромным количеством информации, множеством функций, возможностей, мульти- и мегамасштабами, постоянной и повсеместной коммуникацией всевозможными способами.

3. Появление новых возможностей компьютерного проектирования.

4. Необходимость новой архитектуры, отвечающей новым условиям современности, выполняющей новые функции и отражающей новую образность.

5. Новые пути формообразования, обеспеченные новой технологией 3-мерного моделирования, что сопровождается новым уровнем свободы действий.

6. Новые формы творческого выражения.

7. Формирование нового типа эстетического сознания.

Называть новую архитектуру виртуальной, учитывая, что она запроектирована с помощью 3-мерного моделирования, было бы не очень правильно, поскольку она существует и виртуально, а при возведении в реальном мире -она уже реальна. Поэтому более уместным следует считать термин неокосмо-генная архитектура. Такой термин возник по причине того, что архитектура, отражая взгляд человека на мир, на эволюцию мира, не утратила этого свойства, но при этом сложилось новое миропонимание на базе пересечения реального и виртуального пространств в современной жизни. Можно говорить о новой вехе в понимании, описании и изображении мироздания.

<££й--

Архитектура - синергетическая система, синхронизируемая с темпами жизни и эволюции живой природы как следствие новой научной парадигмы, нового представления человека о природе и Вселенной

& а

\\TVl,

Формирование гармоничной архитектуры

Рис. 5. Формирование античной и современной архитектуры на основе принципов природной гармонии

Изначально человек был частью природы, общего процесса, происходящего в мире. Сегодня человек связан с миром еще одним способом - коммуникацией, транслирующей необъятные потоки информации. В современной архитектуре, созданной с помощью компьютера, создаются новые формы

и, как следствие, образы в силу технологии создания, а также измененного представления о порядке и целостности. Новейшие примеры в этой области характеризуются перетеканием одного объекта в другой путем постоянной деформации, вовлечением зрителя в процесс информации, наличием интерактивности в архитектурной среде, стиранием границ пространства природного и искусственного.

Новую урбанистическую картину создают не только формы, на базе новейших принципов формообразования, но и некие объемы, в которых протекают невидимые, но значимые процессы. Своеобразная информационная оболочка, равно как и ее наполнение, незримо присутствует. Реальная и виртуальная архитектура существуют одновременно и пересекаются друг с другом, формируя при этом новый тип эстетического сознания, когда изменение чувств и эмоций связано с исчезновением границ, попыткой понять новую целостность. Границы стираются как при проектировании, так и в реализации задуманного, поскольку современные технологии позволяют создать практически все. Прежние представления о тектонике, статичности отошли в прошлое - в этом принципиальное отличие архитектуры нового тысячелетия от архитектуры, скажем, деконструктивизма или постмодернизма 1980 - начала 1990-х гг.

Таким образом, архитектура не только реагирует на новую парадигму, но и сама открывает новое знание. Технические открытия расширяют область архитектурной мысли, архитектура же, ставя перед наукой все новые и новые задачи по реализации причудливых, невиданных ранее образов, стимулирует науку на новые изобретения в строительных конструкциях, современных строительных материалах и т. д.

Любая архитектура создается для человека, а человек - это живая система, то есть система в системе. Залогом гармоничного сосуществования и эволюции такой структуры является постоянный диалог между ними и с окружением-мирозданием, в котором обе системы сосуществуют [4, с. 380]. Такой диалог, скорее всего, будет диалогом на языке формы, поскольку любая архитектура должна быть прочувствована, трактована и понята человеком на подсознательном уровне, так же, как он воспринимает и осознает природу. А в любую эпоху, даже если взять нашу действительность или недалекое будущее, в основе заложена не материальная структура архитектурной формы со своим конструктивом, функцией и типологией, а ее образное и смысловое содержание и выражение. Тем более в XXI в., когда глобальная культура требует от архитектуры раскрытия скрытых смыслов и фантастической выразительности, а с расширением медиасредств, т. е. с появлением нового инструментария для новой архитектуры, - это и есть для нее неизбежное будущее.

На основании проанализированного пути архитектуры была создана теоретическая модель трансформации архитектуры (рис. 6), которая раскрывает непрерывное взаимодействие архитектуры и внешнего мира, отражая процесс развития архитектуры под влиянием на ее космогенные свойства раз-

личных процессов, среди которых основополагающими являются техногенный, имеющий научно-техническую основу, и антропоморфный, основанный на понимании природы и себя как части природы.

имеющии научнотехническую основу

основанный на понимании природы и себя как части природы

процесс синхронизации,

возникший с появлением глобализации, цифровых технологий, искусственного интеллекта

Рис. 6. Модель развития и трансформации архитектуры

В модели фиксируется путь архитектуры от зарождения до наших дней, который условно подразделен на четыре этапа: на первом этапе, охватывающем III в. до н. э. - IV в. н. э., архитектура порождена мифологическим сознанием человечества и является по сути своей космогонической и космологической; следующий этап - довольно протяженный: V в. - конец XIX в. и характеризуется тем, что в архитектуре основополагающими становятся образное и функциональное начала, присутствуют архетипы космогонической и космологической архитектуры; архитектуру XX в. можно по праву считать космогенной - она порождена космогенным сознанием человека, а в период с конца XX и по сегодняшний, недавно начавшийся XXI век, архитектура становится неокосмогенной. На этом этапе подключается процесс синхронизации, приводящий в резонанс глобализацию, цифровые технологии и искусственный интеллект, с одной стороны, и космологию, онтологию, природу и природный интеллект - с другой. В модели показано, как процессы, влияющие на архитектуру, уплотняются со временем.

Появление виртуального пространства заново сформировало представление человека о мире в целом. В новой парадигме начала XXI в. фундаментальным является сдвиг представлений от универсума объектов к универсуму относительности [4, с. 263]. Это происходит на фоне смещения ментальности человечества: от отдельных самостоятельных наук к междисциплинарным связям, от линейных отношений к сложным нелинейным с сетевыми связями. Виртуальное пространство можно определить как саморегулирующееся, децентрализованное, синтезирующее. Кроме того, виртуальный мир - это новая форма коммуникации, новое средство для выражения человеком себя, новое миропонимание. В архитектуре существенно то, что виртуальность предполагает уход от привычных категорий и ценностей к новым, вследствие чего ар-

хитектура становится более абстрактной, а архитектор, в свою очередь, получает большую свободу экспериментирования. Именно по этой причине кардинально меняется образность как в виртуальной, так и в реальной архитектуре. Таким образом, с приходом новых технологий началось формирование новой эстетики, эстетики так называемой свободной формы, где идеи динамизма, текучести, синергии становятся главенствующими. Более того, категория времени становится активным элементом формообразования в архитектуре [4, с. 275], и это закономерно, поскольку размерность человеческого тела тоже включает 4-ю координату (времени или движения), а значит, она должна присутствовать в обитаемом пространстве. Из этого следует, что нелинейный подход в проектировании, использующий динамические и эволюционирующие системы, приводит к большей сложности как архитектурную форму, так и архитектурное окружение. Однако для того, чтобы создавать современную архитектуру гармоничной и эффективной, необходимо пользоваться методами, отражающими современные методы познания мира и новейшие представления космогонии и космологии. Архитектурная концепция начала нового тысячелетия включает в себя представления макромира и микромира, которые в реальной жизни как бы невидимы, но технологии трехмерного моделирования позволяют их обнажить. Таким образом, в неокосмогенной архитектуре воспроизводится пространство, скрытое от обывателя. При этом в культурном сознании человечества утверждаются пространство и время в новой глубокой связи. Перед архитектором стоят глобальные задачи - осмыслить пространственно-временной континуум в новом представлении и ощущении человечества, создать новую архитектуру, отвечающую тенденциям времени. И в этих поисках будущего неокосмогенной архитектуре закономерно и неизбежно отводится главенствующая роль.

Библиографический список

1. Барабанов, А.А. Чтение города / А.А. Барабанов // Семиотика пространства: сб. науч. тр. / под ред. А.А. Барабанова; Междунар. ассоциации семиотики пространства. - Екатеринбург : Архитектон, 1999. - 687 с.

2. Баркова, Э.В. Пространственно-временной континуум как форма целостности культуры: к постановке проблемы / Э.В. Баркова // Сборник к 80-летию проф. М.С. Кагана. -СПб. : Санкт-Петербургское философское общество. - 2001. - Вып. 4. - С. 136-150.

3. Дженкс, Ч. Новая парадигма в архитектуре / Ч. Дженкс // Проект International. - 2003. -№ 5. - С. 98-112.

4. Добрицына, И.А. От постмодернизма - к нелинейной архитектуре: архитектура в контексте современной философии и науки / И.А. Добрицына. - М. : Прогресс-Традиция, 2004. - 416 с.

5. Князева, Е.Н. Синергетический вызов культуре [Электронный ресурс]/ Е.Н. Князева. -Режим доступа: http://www.asadov.ru/intellarch/nonlinear1rus.htm.

6. Тихоплав, В.Ю. Гармония Хаоса, или Фрактальная реальность / В.Ю. Тихоплав, Т.С. Ти-хоплав. - СПб. : Весь, 2003. - 352 с.

7. Элиаде, М. Священное и мирское / М. Элиаде; пер. с фр., предисл. и коммент. Н.К. Гра-бовского. - М. : Изд-во МГУ, 1994. - 144 с.

8. Элиаде, М. Трактат по истории религии: в 2 т. / М. Элиаде; пер. с фр. А.А. Васильева. -СПб. : Алетейя, 2000.

9. D'Alfonso, E. Architettura / E. D’Alfonso, D. Samsa. - Milano : Arnoldo Mondadori, 2001.

A.A. VOLEGOVA

PHENOMENON OF ARCHITECTURE IN THE NEW MILLENIUM

The problems of modern architecture are considered in the article. The development of contemporary architecture, as a consequence of changing the scientific paradigm of the XX century, is investigated. The article shows multiple relations between architecture and other sciences. One of the themes in this article is the art of building in the time of digital technologies and computer modeling. New ways of working with architectural projects gives opportunities for creating the new architectural forms, and developing new esthetic vision. The contemporary technical and philosophical concepts in the urban architecture are revealed as well.

УДК 711.52:658.6

Н.В. ПЕРЕВЕРЗЕВА, аспирант,

УралГАХА, Екатеринбург

ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ МОТИВЫ КАК ОСНОВА ФОРМИРОВАНИЯ ЦЕНТРАЛЬНОЙ ТОРГОВОЙ ЗОНЫ

Центральная торговая зона - это особый тип пространства городского центра. Формирование подобных территорий - территорий высокого социального спроса - зависит не только от градостроительных факторов. В статье рассматривается социальный портрет такого явления, как центральная торговая зона, выраженный через потребителя и мотивы его поведения.

На территории крупных городов концентрируются как самые крупные, универсальные, так и специализированные предприятия торговли, культурноразвлекательные учреждения и предприятия общественного питания. Формируются торговые центры, организуются участки пешеходных улиц, что направлено на удовлетворение потребностей населения.

В новых социально-экономических условиях, при увеличении многообразия видов и форм обслуживания, отвечающих запросам населения, появился новый вид деятельности - хождение по магазинам, или шопинг (от англ. Shop -магазин, лавка), который провоцирует формирование особой интегрированной зоны на основе центрального торгового пространства города.

Шопинг - это популярное и модное явление наших дней, которое содержит в себе не только классическое понимание совершения покупки, это своего рода развлечение, целый обряд, вошедший в современную жизнь [1].

Появление в центрах городов новых крупных объектов массового притяжения (универмагов, универсамов, супер- и гипермаркетов, многофункциональных зрелищно-развлекательных комплексов и т. д.) стало причиной концентрации значительных транспортных и пешеходных потоков и практического исчерпания территориальной и функциональной емкости центров.

© Н.В. Переверзева, 2008