ЭМПАТИЯ КАК ИНТЕРСУБЪЕКТНЫЙ РЕСУРС ВУЗОВСКОЙ АДАПТАЦИИ СТУДЕНТОВ В УСЛОВИЯХ ЦИФРОВИЗАЦИИ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ СРЕДЫ

Перспективы Науки и Образования

Международный электронный научный журнал ISSN 2307-2334

Адрес выпуска: https://pnojournal.wordpress.com/2022-2/22-02/ Дата публикации: 30.04.2022 УДК 37.015.3

М. М. Кдшдпов, А. А. Смирнов, Е. В. Соловьева

Эмпатия как интерсубъектный ресурс вузовской адаптации студентов в условиях цифровизации образовательной среды

Введение. Эмпатия является многомерным феноменом. В современных исследованиях эмпатии в контексте вузовской адаптации особое внимание уделяется рассмотрению развития навыков, способствующих быстрой адаптивности к изменяющимся условиям цифровизации образовательной среды. При этом подчеркивается низкий уровень готовности студентов к успешному взаимодействию в совершенно разных форматах обучения: дистанционном, гибридном. Цель работы - найти ресурсную сторону эмпатических способностей студентов при адаптации к вузу.

Методы. Исходя из традиций структурно-уровневого подхода, нами применены методы, позволяющие исследовать систему на трех уровнях: аналитическом, компонентном и структурном. В исследовании приняли участие 281 студент первого курса обучения. Использованы следующие методики для выявления психологических закономерностей: тест диагностики уровня эмпатических способностей (В.В. Бойко), методика «Адаптация студентов к ВУЗу» (М.С. Юркина), методика коммуникативной нетолерантности (В.В. Бойко), тест мотивов аффилиации (А. Мехрабиан).

Результаты исследования. Впервые установлено, что эмпатия является не только ресурсом адаптации студентов в вузе, но и анти-ресурсом (обнаружены положительные взаимосвязи между нетолерантностью и каналами эмпатии г=0,18, р<0,01). Ресурсностью обладает только конативная эмпатия, которая уменьшает воздействие коммуникативной нетолерантности и других дезадаптирующих личностных качеств (отрицательные взаимосвязь с общей нетолерантностью г=0,27, р<0,001). К конативным параметрам эмпатии можно отнести: проникающую способность в эмпатии, идентификацию и установки, способствующие эмпатии. Подсчет индексов когерентности и дивергентности структур дает возможность установить следующие показатели: индекс когерентности = 202, индекс дивергентности = 62, индекс организованности структуры = 140. Неоднородность проявлений эмпатии объясняется ее многоуровневой природой. Выявлено, что проникающая способность в эмпатии воздействует на мотивы аффилиации: значимо снижает страх отвержения и увеличивает стремление к принятию (р<0,01).

Заключение. Ресурсность конативной эмпатии заключается в том, что она оказывает фасилитирующее воздействие на характеристики личности, способствующее адаптации к вузу, и ингибирующее взаимодействие на негативные качества вузовской адаптированности, препятствующие развитию. Конструктивная ресурсность редуцирует развитие отрицательных сторон успешности деятельности.

Ключевые слова: метод познания, эмпатия, ресурсность, вузовская адаптация, структурно-уровневый подход, цифровизация образовательной среды

Ссылка для цитирования:

Кашапов М. М., Смирнов А. А., Соловьева Е. В. Эмпатия как интерсубъектный ресурс вузовской адаптации студентов в условиях цифровизации образовательной среды // Перспективы науки и образования. 2022. № 2 (56). С. 153-167. сЫ: 10.32744/р$е.2022.2.9

Perspectives of Science & Education

International Scientific Electronic Journal ISSN 2307-2334

Available: https://pnojournal.wordpress.com/2022-2/22-02/ Accepted: 12 November 2021 Published: 30 April 2022

M. M. Kashapov, A. A. Smirnov, E. V. Solovyeva

Empathy as an intersubjective resource of the university students' adaptation in the conditions of digitalization of the educational environment

Introduction. Empathy is a multidimensional phenomenon. When students adapt to university, the development of skills that contribute to rapid adaptability to changing environmental conditions is considered. Currently, students are required to be ready for successful interaction in completely different formats: distance, hybrid. The work is aimed at finding the resource side of students' empathic abilities when they adapt to the university.

Methods. Based on the traditions of the structural-level approach, we have used methods that allowed us to see the system at three levels: analytical, component and structural. The study has involved 281 first-year students. The following methods have been used to identify psychological patterns: the test of diagnostics of the level of empathic abilities (V.V. Boyko), the method of «Adaptation of students to university» (M.S. Yurkina), the method of communicative intolerance (V.V. Boyko), the test of affiliation motives (A. Mehrabian).

Research results. For the first time, it was established that empathy is not only a resource of adaptation of students at the university, but also an anti-resource (positive relationships between intolerance and empathy channels r=0.18, p<0.01 were found). Only conative empathy has resourcing, which reduces the impact of communicative intolerance and other maladapting personal qualities (negative relationship with general intolerance r=0.27, p<0.001). The conative parameters of empathy include: penetrating ability in empathy, identification and attitudes that promote empathy. The calculation of coherence and divergence indices of structures makes it possible to establish the following indicators: coherence index = 202, divergence index = 62, structure organization index = 140. The heterogeneity of the manifestations of empathy is explained by its multilevel nature. It was revealed that the penetrating ability in empathy affects the motives of affiliation: significantly reduces the fear of rejection and increases the desire for acceptance (p<0.01).

Conclusion. The resourcefulness of conative empathy rests on the fact that it has a facilitating effect on the parts contributing to adaptation to higher education, and inhibiting interaction on the negative qualities of university adaptability that hinder development. Constructive resourcing reduces the development of negative aspects of the success of the activity.

Keywords: method of cognition, empathy, resourcefulness, university adaptation, structural-level approach, digitalization of the educational environment

For Reference:

Kashapov, M. M., Smirnov, A. A., & Solovyeva, E. V. (2022). Empathy as an intersubjective resource of the university students" adaptation in the conditions of digitalization of the educational environment. Perspektivy nauki i obrazovania - Perspectives of Science and Education, 56 (2), 153167. doi: 10.32744/pse.2022.2.9

_Введение

Vеждународные инициативы в области образования направлены на интернационализацию. Целью Организации объединенных наций (ООН) является к 2030 году достичь более доступного и качественного образования, улучшающего жизнь всего общества [28]. Ключевой концепцией справедливого образования является его протяженность в течении всей жизни человека. Предполагается введение новых методов работы для мобильности и гибкости обучения, включая цифровизацию [24]. Многие университеты объединяются для усиления взаимодействия студентов: создают условия для международной мобильности, например, сеть университетов ип^егэ^аэ 21.

С помощью междисциплинарного контента ЮНЕСКО в области межкультурного взаимодействия и повышения глобальной гражданственности у обучающихся важно формировать знания, навыки и ценностные жизненные установки, которые будут способствовать увеличению конкурентоспособности и ресурсности их мышления, быстрой адаптивности и гибкости всех людей. Подобные навыки будут обеспечивать устойчивое развитие каждого, что соответствует целям ООН [22].

На генеральной конференции, которая состоялась в Париже 22 ноября 2019 года, среди целей в области устойчивого развития были обсуждены важные направления, в частности, четвертая цель - Образование-2030: «это обеспечение всеохватного и справедливого качественного образования и поощрение возможности обучения на протяжении всей жизни для всех».

Миссией государства может стать воспитание личности, способной отражать современные ценности: экологичной, осуществляющей умеренные самоограничения, умеющей грамотно распределять ресурсы. Необходимо развивать внутриличностную ресурсность и межкультурную эмпатию у каждого обучающегося.

В настоящее время особую актуальность приобретают проблемы адаптации студентов к новой форме обучения в условиях цифровизации образовательной среды. Многие исследователи, изучающие проблему эффективности обучения, подчеркивают неоднозначность готовности студентов к цифровым методам обучения и социального взаимодействия [13]. В инновационных решениях принято находить именно индивидуальные образовательные траектории обучения. Индивидуальный подход становится основной тенденцией современного образования. Исследователи выделяют не только когнитивные составляющие обучения, но и операциональные, и психоэ-моциальные составляющие, подчеркивая тем самым важность субъективно-личностного отношения к обучению.

В.Л. Назаров, Д.В. Жердев, Н.В. Авербух в своей работе делают важное замечание: «И все же системам образования развитых стран не удается справиться с задачей подготовки людей к жизни в условиях цифровой революции» [12, с.159]. Подобная «революция» затронула разные стороны обучения. Можно выделить технические и экономические трудности, например: нагрузка на семейный бюджет, недостаточная техническая осведомленность педагогов, родителей и детей, сложность реализации интернет-коммуникаций связи с нестабильным соединением, недостаточным техническим оснащением и пр. [12]. Методические ограничения дистанционного образования заключаются и в том, что многие инструменты цифровой среды не учитывают

психологических особенностей человеческой психики. М.Ю. Сидорова утверждает, что установка на то, чтобы студента адаптировать к обучению в цифровой среде - не верна. Нужно действовать иначе, и адаптировать информационные технологии под человеческую природу [16]. Не целесообразно упрощать человеческую психику и ее многомерность. Существует ряд и других проблем, связанных именно с социальными взаимоотношениями.

Во-первых, ограниченная передача, как когнитивного слоя информации, так и эмоционального, и поведенческого уровней - только через цифровую форму работы. Стороны обучения получают недостаточное количество мотивирующего объема общения. В таких условиях происходит неизбежное увеличение нагрузки на педагогов и студентов, а также уменьшение эффективности общения и социальных коммуникаций. «Заметим, что отсутствие в интернет-коммуникации «химии живого взаимодействия» в отзывах по результатам режима самоизоляции встречается систематически у всех участников образовательного процесса» [12, с.184].

Во-вторых, проблема понимания другого обострилась. В настоящее время многие ученые ставят перед собой вопросы ценностей человека: понимания, свободы, любви, творчества, где грани между цифровым и реальным миром? (В.А. Лекторский, 2021) [11]. Поэтому важно найти методы экономной реализации человеческих ресурсов для раскрытия творческого потенциала студента. Важно, понять, какие навыки уместно развивать в изменяющихся условиях, как понимать других субъектов образовательного взаимодействия, как устанавливать социальные отношения. Подобная проблема является фундаментальной, поэтому многие российские ученые поднимали вопросы противостояния упрощенному пониманию психической жизни. Так, например, М.С. Роговин писал, что только человек может быть единственным объектом психологии, его жизнь, а не абстрактные понятия, которые хоть и являются «строительными лесами» для изучения личности, но не используются вне контекста её как таковой [14].

Эмпатия является методом познания другого человека (А.А. Бодалев, Т.Д. Каряги-на, И.В. Федоров) [1; 20]. Многомерность феноменов психики исследована М.А. Холодной на примере интеллектуальных способностей. Нельзя говорить только о линейности процессов, упрощая естественную организацию психики. Важно понимать, что личностные способности имеют «расщепления» на полюсах выраженности [21]. Это необходимо учитывать при построении программы формирования профессионально-важных качеств студентов. Эмпатия тоже является многоуровневым образованием, которое проявляется и многомерно. Традиционно выделяются следующие уровни эмпатии: аффективный, когнитивный, конативный, которые в свою очередь могут демонстрировать различную эффективность при одной выраженности определенного качества. Важно понять особенности функционирования каждого уровня, и его ресурсных сторон.

Эмпатия является ресурсом социальных взаимоотношений. Под ресурсом М.М. Кашапов понимает умение использовать свои способности для достижения наиболее эффективного решения проблемы с наименьшими затратами. Одним из механизмов ресурсности мышления является, по его мнению, экспликация, обеспечивающая реализацию надситуативного мышления посредством приобретения субъектом ценных личностных и профессиональных новообразований [10]. В межличностном взаимодействии часто эмпатические установки и переработка информации происходят во внутреннем плане, являются скрытыми, имплицитными от партнеров по общению. Именно экспликация способствует успешному установлению контактов. Реализация

ресурсности мышления способствует изменению межличностного взаимодействия и создания акме-событий, то есть таких «поворотных» моментов жизни, которые меняют её в ситуации преодоления кризиса [9]. Следует отметить, что связь надситуа-тивного мышления с эмпатией образует важную составляющую ресурсного подхода, поскольку благодаря эмпатии субъект способен установить надситуативный уровень обнаружения проблемности посредством выхода за временные и пространственные рамки познаваемой и преобразуемой ситуации. В этом случае происходит непредвзятое видение партнера вне заданных условий [8]. Важно эмпатическую активность реализовывать для нахождения новых смыслов именно в ресурсных ее проявлениях, таких, которые существуют как зрелые, развитые стороны эмпатии. Именно выход на надситуативный уровень мышления позволяет эмпату находить оптимальные способы разрешения конфликтных ситуаций [7]. Благодаря надситуативному уровню мышления в условиях реализации эмпатической активности субъект может регулировать процесс метапознания как возможность осознавать и контролировать собственное поведение. Метакогнитивные навыки позволяют дифференцировать наиболее успешные стратегии поведения при эмпатическом взаимодействии. Следовательно, ресурсность - это умение перестраиваться и находить новые способы решения проблемы - общаться с другими вопреки обстоятельствам, использовать эмпатические способности во благо. Тесная связь эмпатии прослеживается с успешной адаптивностью студента, который может не только изменяться под условия среды, но и изменять их (E. Anderman, G. Sinatra, D. Gray) [16].

Необходимо понять конструктивные стороны проявления эмпатических способностей для эффективного обучения студентов. А именно, что будет способствовать наилучшей адаптации и взаимодействию при развитии эмпатии.

На наш взгляд, это означает, что эмпатия не является однородной, одномерной. Анализ работ зарубежных и российских исследователей позволяет нам интерпретировать данные, т.е. включить их в систему знаний.

Зарубежные исследователи чаще говорят о том, что эмпатия имеет разные виды, и эти виды имеют иерархическое строение - уровни. О ресурсной стороне эмпатии существует множество работ: в период пандемии при цифровизации образовательной среды. Одна из обобщающих зарубежных работ включает в себя анализ 52 статей и различных концептуальных моделей изучения эмпатии (J. Eklund, M. Meranius, 2021) [26]. Было выявлено, что чаще всего исследуют четыре вида эмпатии: эмпатия как понимание, эмоциональная эмпатия (сопереживание), а также совместные переживания эмпатии или эмпатия как разделенный акт переживания. Таким образом, в исследованиях встречаются описания эмпатии: как процесса, направленного на эмоции (сопереживание, аффективная эмпатия), на понимание другого (познание), идентификации с другим (обмен опытом), но и также нахождение различий (я-другой, дифференциация с другим, даже «объективность» и самопознание) [26]. Четвертый вид эмпатии, основан на мнении, что эмпат понимает четкую границу между собой и другим: кто источник этой эмоции, мысли и т.п. Также важно понимать, что эмоциональная эмпатия — это не всегда процесс «сверху вниз», т.е. когнитивно осмысленный процесс. Чаще бывает, что именно тело провоцирует эм-патическое сопереживание, которые можно назвать физическими переживаниями, как автоматическое ощущение чувств в своем теле (так называемый процесс «снизу вверх»). В итоге авторы подчеркивают, что необходимо нахождение баланса при эмпатическом взаимодействии: близости и дистанции [26].

Все исследования подтверждены экспериментальной проверкой через изучение активности мозга. Авторы (M. Schurz, J. Radua, и др. 2021) построили иерархическую модель, в которой выделили следующие уровни: когнитивный, аффективный и промежуточный (прим. пер. интермедиальный, средний, или связующий) [29]. В современных зарубежных исследованиях часто ставится вопрос о стратегическом регулировании эмпатической активности (E. Weisz, M. Cikara, 2020) [31]. Насколько ее компоненты действуют сообща или изолированно? Также выделяют компоненты: эмоциональной и когнитивной эмпатии. Доказано, что эмпатия часто имеет просо-циальный эффект и способствует закреплению социальных норм (S. Pfattheicher, L. Nockur, и др. 2020) [27]. Также эмпатия повышает жизнестойкость и ресурсность (R. Taylor, A. Thomas-Gregory, A. Hofmeyerb, 2020) [30]. Установлено, что эмпатия может быть, как и в цифровой среде, так и в развивающейся виртуальной реальности (M. Buj^, M. Salminen, и др. 2020) [25]. Следовательно, возможно развитие эмпатии и при цифровизации образовательной среды.

Российские современные исследователи изучают наиболее фундаментально проблемы понимания и познания, чем сам феномен эмпатии. Чаще можно увидеть именно многоаспектно, многогранно развитые концепции вопросов понимания, познания, мышления, сознания, которые затрагивают межличностную, интерсубъектную форму этих явлений. Эмпатия в российской литературе чаще имеет более узкое значение, но несмотря на это, мы считаем, что можно расширить трактование эмпатии до метода познания другого. Мы, основываясь на работах Е.А. Сергиенко, В.В. Знакова, В.Д. Ша-дрикова, А.В. Карпова, М.А. Холодной и др., сделали вывод о том, что в настоящее время понимание и познание другого изучается в продуктивном развитии, т.е. это такая субъективная реальность, которую можно развивать, формировать у личности. Важно преобразовывать эмпатию в конструктивную активность, раскрывать эмпатические способности.

Подводя итоги анализа зарубежных и российских трудов исследователей, можно заметить, что эмпатию важно разделять на уровни, и понимать, что есть уровни успешные при выполнении деятельности, которые являются ресурсными для общения, обучения.

_Материалы и методы

Поставленная проблема была решена с опорой на структурно-уровневый подход в рамках системного. Реализация данного подхода позволяет рассмотреть феномен эмпатии на аналитическом, компонентом, структурном уровнях. Анализ проведен с целью разработки концепции ресурсности мышления как технологии реализации творческого потенциала субъекта в условиях цифровизации образовательной среды.

Выборка. Исследование проведено на студентах первого курса, факультетов: экономического, юридического и психологического. Общее число испытуемых -281 человек.

Методики исследования. Исследование проводилось в первом семестре обучения-с помощью следующих методик.

1. Тест В.В. Бойко диагностики уровня эмпатических способностей. Данная методика позволяет диагностировать параметры эмпатии, тем самым выявить уровневое деление эмпатического взаимодействия. Включает в себя следующие шкалы: эмоцио-

нальный, рациональный и интуитивный каналы эмпатии; установки, способствующие эмпатии; проникающую способность в эмпатии, идентификацию. Есть обобщающая шкала - общий уровень эмпатии [2].

2. Методика М.С. Юркиной «Адаптация студентов к ВУЗу». Методика использована с целью изучить взаимосвязь эмпатических способностей с вузовской адаптированно-стью студентов, а именно по трем основным видам адаптации: профессиональным, дидактическим и социальным.

3. Коммуникативная нетолерантность В.В. Бойко. Тест диагностирует девять компонентов: неприятие индивидуальности, использование себя как эталона, категоричность, консервативность, неумение скрывать чувства, стремление переделать партнера, желание сделать партнера удобным, неумение прощать ошибки, нетерпимость к дискомфорту, плохое приспособление. Все компоненты объединены в общий уровень коммуникативной нетолерантности.

4. Тест мотивов аффилиации А. Мехрабиана содержит в себе две шкалы: шкала стремления к людям и шкала боязни быть отвергнутым.

Результаты исследования многомерности эмпатии описаны в предыдущих наших работах. В результате статистической обработки с помощью программы Statistica были установлены: корреляционная матрица взаимосвязей, а также структура и ее базовые качества с помощью рангового критерия корреляции Спирмена и структурных весов А.В. Карпова [5]. Выявлены значимые различия групп выраженности качества проникающей способности в эмпатии (далее - ПСвЭ), где при наличии нормального распределения использовался параметрический Т-критерий Стьюдента, а при отсутствии нормального распределения использовался непараметрический и-критерий Манна-Уитни. Разделение по выраженности ПСвЭ определено с помощью линейного дискриминантного анализа Фишера, чтобы получить три достоверно различающиеся группы: низкий уровень ПСвЭ (N=72), средний уровень ПСвЭ (N=162) и высокий уровень ПСвЭ (N=47).

_Результаты исследования

Установлено, что эмпатия является не только фасилитирующим феноменом вузовской адаптации студентов, но и ингибирующим, то есть снижающим адаптированность обучающихся [18; 19]. Выявлено, что каналы эмпатии, отвечающие за переработку информации, негативно воздействуют на компоненты вузовской адаптации студентов. Поэтому стало важным исследовать именно межличностную сторону эмпатического взаимодействия: существуют ли ресурсные стороны эмпатии?

Доказано, что подобная картина наблюдается и при возможных межличностных отношениях. Установленная нами закономерность проявляется и в данном исследовании. Можно заметить, что эмпатия условно разделяется на два вида: перцептивная и конативная. Перцептивная эмпатия отвечает за сбор и преобразование информации извне: рационально, эмоционально и интуитивно. Конативная эмпатия отвечает на изменения себя в ответ на воздействия из внешней среды и преобразует уже самого субъекта эмпатического общения. Данные виды можно еще назвать: экстернальной и интернальной эмпатией, в зависимости от локуса контроля их действия. Выявлено, что именно конативный вид эмпатии является интерсубъектным ресурсом студентов при вузовской адаптации.

Таблица 1

Взаимосвязи перцептивных и конативных параметров эмпатии со сторонами

межличностного взаимодействия

Стороны межличностного взаимодействия Параметры эмпатии Общая эмпатия

Перцептивная эмпатия Конативная эмпатия

РЭ ЭЭ ИЭ СЭ ПС И

Коммуникативная нетолерантность (КН) Общая КН 0,11* -0,27***

1 -0,21***

2 -0,24***

3

4 -0,18**

5 0,11* -0,16**

6 0,18** 0,11* -0,20***

7 0,11* -0,20***

8 -0,17** -0,20*** -0,13*

9 0,12* -0,24***

Мотивы аффилиации СП 0,13* 0,16** 0,20*** 0,16** 0,24***

СО 0,36*** -0,23***

Обозначения: Общий уровень КН - коммуникативной нетолерантности, 1 - Неприятие индивидуальности, 2 - Использование себя как эталона, 3 -Категоричность, консервативность, 4 - Неумение скрывать чувства, 5 - Стремление переделать партнера, 5 - Желание сделать партнера удобным, 6 - Неумение прощать ошибки, 7 - Нетерпимость к дискомфорту, 8 - Плохое приспособление, СП - Стремление к принятию, СО - Страх отвержения, РЭ - Рациональный канал эмпатии, ЭЭ - Эмоциональный канал эмпатии, ИЭ - Интуитивный канал эмпатии, СЭ - Установки, способствующие эмпатии, ПС - Проникающая способность в эмпатии, И - Идентификация.

Полученные данные дают основание утверждать, что взаимосвязи имеют гете-рохронный характер (см. табл. 1). Интерпретация результатов будет представлена в разделе Обсуждения. На аналитическом уровне исследования мы наблюдаем, что с коммуникативной нетолерантностью как стороной межличностного взаимодействия эмпатия имеет прямые и обратные взаимосвязи. Положительные взаимосвязи имеют строго перцептивные каналы эмпатии, а отрицательные - установлены у конативных параметров эмпатии. Наблюдается явное разделение на два вида эмпатии. Представляется целесообразным исследование компонентного уровня, который характеризуется не только единичными взаимосвязями и их соединениями, а также определенной закономерностью наличия и отсутствия связей. Кроме того, интерес представляет результат, свидетельствующий об отсутствии взаимосвязи. Например, компонент коммуникативной нетолерантности (под номером три) - консервативность, отделен от структуры эмпатии, он совершенно ортогонален.

Мы объясняем подобную обособленность консервативности через эмпатическую флексибильность, гибкость процесса познания. Нами в дополнительном исследовании с помощью методики Т. Адорно и его коллег «Шкала Фашизма» установлено, что компонент консерватизма снижается при увеличении эмпатии (выборка студентов, N=125) [17; 18]. Именно на высоком уровне общей эмпатии консерватизм имеет достоверное снижение среднего значения. Можно предположить, что эмпат действует в условиях неопределенности как раз адаптивно, устраняя ригидные установки. В опи-

саниях процесса эмпатического познания есть что-то наподобие феноменологической редукции (Э. Гуссерль, В. Дильтей). Эмпат «выносит за скобки» все свои предубеждения, связанные с субъектом познания, и воспринимает его как бы вновь. В итоге, эм-патия не связана с консерватизмом, они просто раскрываются в психике через разные механизмы экспликации.

Изучая структурный анализ сторон межличностного взаимодействия, мы определили базовые качества структуры по методике, предложенной А.В. Карповым, где веса положительных и отрицательных значимых взаимосвязей, расставляются по рангам от большего к меньшему весу [5]. Стоит обратить внимание на расположение крайних качеств. В базовых качествах структуры компонент консервативности занимает ранговое последнее место, а проникающая способность в эмпатии первое - системообразующее качество. Второе и третье места в иерархии взаимосвязей занимают мотивы аффилиации. Интуитивный канал эмпатии на 4 месте по рангу взаимосвязей. Подсчет индексов когерентности и дивергентности структур дает возможность установить следующие показатели: индекс когерентности структуры = 202, индекс дивергентности структуры = 62, индекс организованности структуры =140. Данный анализ структуры позволил понять, что структура не является полностью однородной.

Также при рассмотрении взаимосвязей мы исследовали и мотивы аффилиации, чтобы понять глубинные механизмы межличностного взаимодействия студентов. Можно увидеть, что намечаются две достоверные тенденции. 1. Первая заключается в том, что эмоциональный канал эмпатии положительно связан с двумя мотивами аффилиации студентов: со стремлением к принятию и со страхом отвержения (см. табл.1). 2. Вторая проявляется в дихотомическом разделении взаимосвязей на два полюса именно конативных параметров эмпатии: они положительно содействуют мотиву Стремление к принятию, а также они снижают мотив Страх отвержения.

СО; 130.7

105 100

Ни зкнй уровень ПСвЭ Средний уровень ПСвЭ Высокий уровень ПСвЭ

-*-СП СО

Рисунок 1 Изменение мотивов аффилиации при различной выраженности проникающей способности в эмпатии

Обозначения: СО - страх отвержения, СП - стремление к принятию.

Было решено детальнее изучить проникающую способность в эмпатии, а именно, что происходит при выраженности этого качества. Можно наблюдать (см.рис.1), что изменения мотивов при выраженности проникающей способности напоминает

перекрестное взаимодействие компонентов по В.Н. Дружинину [3]. Многие переходы уровней являются достоверными (р<0,01). С низкого уровня на средний уровень выраженности ПСвЭ - мотив страх отвержения снижается достоверно. Со среднего на высокий уровень ПСвЭ - мотив Страх отвержения изменяется значимо. С низкого на высокий уровень ПСвЭ - мотив стремление к принятию достоверно увеличивается. Все полученные результаты являются достоверными и подтверждены дополнительными пилотажными исследованиями.

_Обсуждение результатов

Полученные нами данные о позитивной роли конативной, поведенческой эмпатии согласуются с теоретическими представлениями российских авторов. Это не просто эмпатическое восприятие, но и развертывание процесса эмпатии, осуществление его во внешнем плане - конативно.

Е.А. Сергиенко (2020) в изучении модели психического замечает, что именно развитие речевых навыков в дошкольном возрасте способствует становлению понимания других у ребенка [15]. Понимание психического мира других развивается за счет проговаривания чувств, мыслей и состояний людей, которых ребенок воспринимает. Это своеобразная экспликация, развертывание процесса эмпатии. Мы предполагаем, что эмпат должен обладать определенной категориальной структурой, способной к изменению семантических полей. Важно научиться не просто воспринимать информацию за счет перцептивных каналов эмпатии, но и обрабатывать её, преобразовывать, даже озвучивать - эксплицировать, т.е. проявлять во вне, конативно. Проявление эмпатического взаимодействие во вне играет ключевую роль в его успешном осуществлении.

В.В. Знаков (2020) указывает, что в любой модели понимания важной составляющей всегда являлась антиципация, предвосхищение будущего (и даже прошлого!) результата [4]. Направленность антиципирующей интенции, как замечено в книге В.В. Знакова, есть и ретросказания, как восстановления прошлого по неполным рассказам, что возможно, как раз при помощи эмпатии.

Мы согласны с автором и понимаем, что каналы эмпатии являются лишь сбором информации, ее своеобразным «приемником», который не способен к четкому реагированию на изменения, это не является целью каналов эмпатии. Именно конативные параметры эмпатии заключаются в направленности интенционального прогнозирования - изменения себя в ответ на изменения другого, с предугадыванием наперед. В итоге, эмпат создает возможность ответа «заранее», как бы синхронизируясь с партнером по общению. Это происходит на внешнем поведенческом уровне, а внутренне - можно предположить срабатывает механизм, о котором писал О.К. Тихомиров - эмоционального предвосхищения, эмоции часто предшествуют правильности решения, значит, перед согласованным ответом будут консонансные (конгруэнтные) эмоции [4]. Хоть мы и не можем точно предугадать поведение человека, ведь не можем упростить всё до цепочки S-R (стимул-реакция), но предсказать изменения средней переменной «Т», т.е. внутреннего содержания другого, эмпат все же может.

Полученные нами данные согласуются с мнением В.Д. Шадрикова (2021), который подчеркивает ключевое значение именно переработки смыслов, а не просто принятии слов: «Содержание психики выражено в мыслях. Мысли могут быть выражены

субъектом в слове. В этом случае понимание может рассматриваться в понятиях, заключенных в словах» [23, с. 92]. Таким образом, при эмпатическом познании важна категоризация мыслей другого. Чтобы понимать другого успешно, важно не просто принимать информацию, но и уметь эффективно и верно категоризировать понятия, наделенные личностным смыслом.

А.В. Карпов (2021) вводит понятие феноменологического сечения как «демаркационной линии» сознательного и неосознаваемого. Он пишет, ссылаясь на фразу «психическое трагически невидимо» (Ж. Миллер, Ю. Галантер, К. Прибрам), что психике недоступно познание себя целиком: «Сами же - осознаваемые и, следовательно, различаемые процессы - суть производные от субъективной, а не от объективной реальности; все они и ее фрагменты, и «каналы» доступа к ней, и средства ее консти-туирования. Это, конечно, не означает, что они не представлены и как объективная реальность; однако как таковая они, по-видимому, имеют существенно иное содержание, нежели то, которое открывается сознанию и представлено как субъективная реальность» [6, с. 396].

Это подчеркивает значение полученных нами данных. Похожие рассуждения применимы к феноменологии эмпатии, как психической реальности. Мы говорим о том, что как раз те самые «каналы» эмпатии проходят между границей осозна-вания и неосознавания, именно поэтому так сильно затруднено их функционирование в объективной реальности. Можно экстраполировать, что каналы эмпатии больше являются субъективно феноменологическими, а конативные параметры эмпатии - это объективные проявления эмпатии, которые можно зафиксировать стороннему наблюдателю.

Наше исследование неоднородной ресурсности эмпатии открывает возможность по-новому посмотреть на способности к эмпатии. М.А. Холодная (2020) замечает, что интеллектуальные способности не могут быть одномерными, как и любые психические качества. Нужно понимать, что природа психических явлений многомерна. При рассмотрении эмпатии мы опираемся именно на этот взгляд, поскольку важно представлять «расщепление» эмпатии на продуктивную и непродуктивную составляющие [21]. Расщепление, выявленное М.А. Холодной при исследовании интеллекта, обнаружено нами и на эмпатии, когда при высоких значениях эмпатических способностей было установлена высокая дисперсия показателей: адаптированности (успешности обучения), подверженности фашизму, буллингу, сексуальной аддикции и т.п. Следовательно, нет единой функции изменения эмпатии и роста ее продуктивности. Таким образом, критерием «расщепления» продуктивности эмпатии является ее возможность контроля, осознавания [19; 21].

Исходя из полученных результатов, мы можем сделать следующие выводы. Анализ эмпатии как интерсубъектного ресурса студентов при вузовской адаптации и статистическая обработка результатов дали возможность установить закономерность разделения на уровни эмпатических способностей. Полученные нами данные можно интерпретировать следующим образом. Разделение на два вида эмпатии нами произведено не случайно, а выбор был сделан на основании: осознанности и контроля. Мы предполагаем, что есть разные механизмы ресурсности эмпатической активности. Именно регулируемая эмпатия является ресурсной для студентов, а та часть, которая слабо поддается контролю, становится препятствием для раскрытия потенциала студента.

Заключение

Конативная эмпатия является фасилитатором межличностного взаимоотношения студентов при адаптации к вузу.

1. Проведенный анализ структурно-уровневой организации эмпатических способностей позволил установить, что эмпатия является интерсубъектным ресурсом студентов при вузовской адаптации. Ресурсность конативной эмпатии заключается в том, что она оказывает фасилитирующее воздействие на стороны, способствующие адаптации к вузу, и ингибирующее взаимодействие на препятствующие развитию негативные качества вузовской адаптированности. Это можно назвать конструктивной ресурсно-стью, то есть таким видом ресурсности, который редуцирует развитие отрицательных сторон успешности деятельности.

2. Выявлено, что не все эмпатические способности способствуют эффективному межличностному взаимодействию. Именно конативные параметры эмпатии (проникающая способность, идентификация, установки эмпатии) являются интерсубъектным ресурсом, т.е. обеспечивающим успешное межличностное взаимодействие студентов.

3. Перцептивные каналы эмпатии являются препятствующими качествами (ингибиторами) в процессе адаптации студентов в вузе при межличностном взаимодействии, т.е. не обладают ресурсностью. Их можно даже назвать анти-ресурсными параметрами эмпатии.

4. Данное разделение на виды: перцептивные и конативные параметры - обусловлено разной степенью осознавания и регуляции процессов. Повышение эффективности познания других достигается, как мы можем предположить, за счет повышения именно респонзивности системы качеств личности, т.е. умению субъекта изменять себя в ответ на внешние воздействия [20]. Важно обучить студентов категоризации смыслов и их экспликации. Субъект не только воспринимает информацию, особенно в цифровом мире, но и умеет ее применять с целью прогнозирования, предвосхищения поведения другого. Эмпатические способности могут стать ресурсом при вузовской адаптации в социальном взаимодействии, если научиться проявлять их на конатив-ном уровне.

_Финансирование

Исследование выполнено за счет гранта Российского научного фонда № 22-2800602. https://rscf.ru/project/22-28-00602/

ЛИТЕРАТУРА_

1. Бодалев А.А. Психология межличностного общения. Рязань: РВШ МВД РФ, 1994. 90 с.

2. Бойко В.В. Энергия эмоций в общении: взгляд на себя и на других. Москва: Информационно-издательский дом «Филинъ», 1996. 472 с.

3. Дружинин В.Н. Экспериментальная психология: Учебное пособие. Москва: ИНФРА-М, 1997.

4. Знаков В.В. Психология возможного: Новое направление исследований понимания. Москва: Издательство «Институт психологии РАН», 2020. 257 с.

5. Карпов А.В. Метакогнитивные детерминанты психического выгорания в профессиональной деятельности // Перспективы науки и образования. 2019. № 6 (42). С. 322-337. doi: 10.32744/pse.2019.6.27

6. Карпов А.В. Структура и сущность субъективной реальности: монография. В 2 томах. Т. I. Сенсорика. Процессы. Сознание. Ярославль: Филигрань, 2021. 627 с.

7. Кашапов М.М., Серафимович И.В. Надситуативное мышление как когнитивный ресурс субъекта в условиях профессионализации // Психологический журнал. 2020. Т. 41. № 3. С. 43-52.

8. Кашапов М.М., Серафимович И.В. Надситуативность мышления как ресурс реализации событийно-когнитивных компонентов субъекта на разных этапах профессионализации психологов // Известия Иркутского государственного университета. Серия: Психология. 2018. Т. 26. С. 63-76.

9. Кашапов М.М., Шаматонова Г.Л. Ресурсность мышления как основа конструирования акме-событий: теоретико-методологический аспект // Известия Иркутского государственного университета. Серия: Психология. 2017. Т. 22. С. 10-20.

10. Кашапов М.М. Понимание ресурсности в контексте профессионализации мышления субъекта // Методология современной психологии. 2020. № 11. С. 116-130.

11. Лекторский В.А. Глобальная цифровизация как экзистенциальный вызов // Человек в глобальном мире: риски и перспективы / Российская академия наук, Институт философии. Москва: Канон+, 2021. С. 20-31.

12. Назаров В.Л., Жердев Д.В., Авербух Н.В. Шоковая цифровизация образования: восприятие участников образовательного процесса. Образование и наука. 2021; 23(1), С. 156-201. doi: 10.17853/1994-5639-2021-1156-201

13. Носкова А.В. и др. Цифровизация образовательной среды: оценки студентами России и Вьетнама рисков дистанционного обучения // Высшее образование в России. 2021. №. 1. doi: 10.31992/0869-3617-2021-30-1156-167

14. Роговин М.С., Залевский Г.В. Верифицируемое и интуитивное познание психического // СПЖ. 2001. № 14-15. URL: https://cyberleninka.rU/article/n/verifitsiruemoe-i-intuitivnoe-poznanie-psihicheskogo (дата обращения: 05.12.2021).

15. Сергиенко Е.А., Уланова А.Ю., Лебедева Е.И. Модель психического: Структура и динамика. Москва: Издательство «Институт психологии РАН», 2020. 503 с.

16. Сидорова М.Ю. Почему мы не договоримся с онлайнизаторами [Электрон. ресурс] // Правмир. 26.08.2020. Режим доступа: https://www.pravmir.ru/pochemu-my-ne-dogovorimsya-s-onlajnizatorami/?fbclid=IwAR1Ky5 H2i5xZ5B1_CXYAOxxlWMMACKMaY9wvgrwDwq1B-oqUKmdgm75cvQI (дата обращения: 05.12.2021).

17. Смирнов А.А., Соловьева Е.В. Взаимосвязь антидемократической подверженности и каналов эмпатии у студентов // Вестник Костромского государственного университета. Серия: Педагогика. Психология. Социокинетика. 2021. Т. 27, No 1. С. 71-76. doi: 10.34216/2073-1426-2021-27-1-71-76

18. Смирнов А.А., Соловьева Е.В. Структура антидемократической подверженности при уровнях общей эмпатии студентов // Научный журнал, 2021 г. Ярославль: «Ярославский психологический вестник», No 1 (49), 2021. С. 38-47.

19. Смирнов А.А., Соловьева Е.В. Эмпатия как метод познания психического. Теоретический аспект // Научный журнал, 2021 г. Ярославль: «Ярославский психологический вестник», No 2 (50), 2021. С. 61-68.

20. Федоров И.В. Предположения о респонзивной природе эмпатии // СПЖ. 2014. №53. URL: https://cyberleninka. ru/article/n/predpolozheniya-o-responzivnoy-prirode-empatii (дата обращения: 05.12.2021).

21. Холодная М.А. Многомерная природа показателей интеллекта и креативности: методические и теоретические следствия // Психологический журнал 2020. Том 41. № 3 C. 18-31 [Электронный ресурс]. URL: http://ras.jes. su/psy/s020595920009342-2-1 (дата обращения: 05.12.2021). doi: 10.31857/S020595920009342-2

22. Цели устойчивого развития в Российской Федерации. 2020: Краткий статейный сборник / Росстат - Москва,

2020. 79 с.

23. Шадриков В.Д. Понимание: концептуальные модели. Москва: Издательство «Институт психологии РАН»,

2021. 209 с. doi: 10.38098/mng.2020.28.39.001

24. Buckner, E., Stein, S. What Counts as Internationalization? Deconstructing the Internationalization Imperative. Journal of Studies in International Education. 2020; 24(2). pp. 151-166. doi:10.1177/1028315319829878

25. Bujk, M., Salminen, M., Macey, J., Hamari, J. (2020). "Empathy machine": how virtual reality affects human rights attitudes. Internet Research, Vol. 30, No. 5, pp. 1407-1425. doi: 10.1108/INTR-07-2019-0306

26. Eklund, J., Meranius, M. (2021). Toward a consensus on the nature of empathy: A review of reviews. Patient Education and Counseling, Vol. 104, No. 2, pp. 300-307. doi: 10.1016/j.pec.2020.08.022.

27. Pfattheicher, S., Nockur, L., Bоhm, R., Sassenrath, C., Petersen, M. (2020). The Emotional Path to Action: Empathy Promotes Physical Distancing and Wearing of Face Masks During the COVID-19 Pandemic. PsycholSci, No. 31(11), pp. 1363-1373. doi: 10.1177/0956797620964422.

28. Ramaswamy, M., Marciniuk, D., Csonka, V., Colo, L., Saso L. Reimagining Internationalization in Higher Education Through the United Nations Sustainable Development Goals for the Betterment of Society. Journal of Studies in International Education. 2021; 25(4). pp. 388-406. doi: 10.1177/10283153211031046

29. Schurz, M., Radua, J., Tholen, M., Maliske, L., Margulies, D., Mars, R., Kanske, P. (2021). Toward a hierarchical model of social cognition: A neuroimaging meta-analysis and integrative review of empathy and theory of mind. Psychological Bulletin, No. 147(3), pp. 293-327. doi: 10.1037/bul0000303

30. Taylor, R., Thomas-Gregory, A., Hofmeyer, A. (2020). Teaching empathy and resilience to undergraduate nursing

students: A call to action in the context of Covid-19. Nurse Education Today, Vol. 94, No. 104524. doi: 10.1016/j. nedt.2020.104524

31. Weisz, E., Cikara, M. (2021). Strategic Regulation of Empathy. Trends in Cognitive Sciences, Vol. 25, No. 3, pp. 213227. doi: 10.1016/j.tics.2020.12.002

REFERENCES

1. Bodalev A.A. Psychology of interpersonal communication. Ryazan, RVSH of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation Publ., 1994. 90 p.

2. Bojko V.V. The energy of emotions in communication: a look at yourself and others. Moscow, Information and Publishing House «Filin», 1996. 472 p.

3. Druzhinin V.N. Experimental psychology: A textbook. Moscow, INFRA-M Publ., 1997.

4. Znakov V.V. Psychology of the possible: A new direction of understanding research. Moscow, Publishing house «Institute of Psychology of the Russian Academy of Sciences», 2020. 257 p.

5. Karpov, A.V.

6. Karpov A.V. Structure and essence of subjective reality: monograph. In 2 volumes. T. I. Sensorika. Processes. Consciousness. Yaroslavl, Filigree Publ., 2021. 627 p.

7. Kashapov M.M. Understanding resource capacity in the context of professionalization of the subject's thinking. Methodology of modern psychology, 2020, no. 11, pp. 116-130.

8. Kashapov M.M., Serafimovich I.V. Suprasituative thinking as a cognitive resource of the subject in the conditions of professionalization. Psychological Journal, 2020, vol. 41, no. 3. pp. 43-52.

9. Kashapov M.M., Serafimovich I.V. Suprasituativity of thinking as a resource for the realization of event-cognitive components of the subject at different stages of professionalization of psychologists. Izvestiya Irkutsk State University. Series: Psychology, 2018, vol. 26, pp. 63-76.

10. Kashapov M.M., Shamatonova G.L. Resourcefulness of thinking as a basis for constructing acme events: theoretical and methodological aspect. News of Irkutsk State University. Series: Psychology, 2017, vol. 22, pp. 10-20.

11. Lektorsky V.A. Global digitalization as an existential challenge. Man in the global world: risks and prospects. Russian Academy of Sciences, Institute of Philosophy. Moscow, Canon+ Publ., 2021. pp. 20-31.

12. Nazarov V.L., Zherdev D.V., Averbakh N.V. Shock digitalization of education: perception of participants in the educational process. Education and science, 2021, vol. 23

13. Noskova A.V. et al. Digitalization of the educational environment: assessment by students of Russia and Vietnam of the risks of distance learning. Higher education in Russia, 2021, no. 1. doi: 10.31992/0869-3617-2021-30-1-156167

14. Rogovin M.S., Zalevsky G.V. Verifiable and intuitive cognition of the psychic. SPJ, 2001, no. 14-15. Available at: https://cyberleninka.ru/article/n/verifitsiruemoe-i-intuitivnoe-poznanie-psihicheskogo

15. Sergienko E.A., Ulanova A.Yu., Lebedeva E.I. Model of the mental: Structure and dynamics. Moscow, Publishing house «Institute of Psychology of the Russian Academy of Sciences», 2020. 503 p.

16. Sidorova M.Yu. Why we will not agree with the organizers / Pravmir. 26.08.2020. Available at: https:// www.pravmir. ru/pochemu-my-ne-dogovorimsya-s-onlajnizatorami/?fbclid = iwar1ky5h2i5xz5b1_ cxyaoxxlwmmackmay9wvgrwdwq1b-oqukmdgm75cvqi

17. Smirnov A.A., Solovyeva E.V. Interrelation of antidemocratic susceptibility and channels of empathy among students. Bulletin of Kostroma State University. Series: Pedagogy. Psychology. Sociokinetics, 2021, vol. 27, no. 1, pp. 71-76. doi: 10.34216/2073-1426-2021-27-1-71-76

18. Smirnov A.A., Solovyeva E.V. The structure of anti-democratic susceptibility at the levels of general empathy of students. Scientific Journal, Yaroslavl: «Yaroslavl Psychological Bulletin», 2021, vol. 1, no. 49, pp. 38-47.

19. Smirnov A.A., Solovyeva E.V. Empathy as a method of cognition of the psychic. Theoretical aspect. Scientific Journal, Yaroslavl: «Yaroslavl Psychological Bulletin», 2021, vol. 2, no. 50, pp. 61-68.

20. Fedorov I.V. Assumptions about the responsive nature of empathy. SPJ, 2014, no. 53. Available at: https:// cyberleninka.ru/article/n/predpolozheniya-o-responzivnoy-prirode-empatii

21. Kholodnaya M.A. Multidimensional nature of intelligence and creativity indicators: methodological and theoretical consequences. Psychological Journal, 2020. Vol. 41. No. 3 pp. 18-31. Available at: http://ras.jes.su/psy/ s020595920009342-2-1

22. Sustainable Development Goals in the Russian Federation. 2020: A short article collection / Rosstat. Moscow: 2020. 79 p.

23. Shadrikov V.D. Understanding: conceptual models. Moscow, Publishing House «Institute of Psychology of the Russian Academy of Sciences», 2021. 209 p. doi: 10.38098/mng.2020.28.39.001

24. Buckner, E., Stein, S. What Counts as Internationalization? Deconstructing the Internationalization Imperative. Journal of Studies in International Education, 2020, vol. 24, no. 2, pp. 151-166. doi: 10.1177/1028315319829878.

25. Bujic, M., Salminen, M., Macey, J., Hamari, J. "Empathy machine": how virtual reality affects human rights attitudes. Internet Research, 2020, vol. 30, no. 5, pp. 1407-1425. doi: 10.1108/INTR-07-2019-0306

26. Eklund, J., Meranius, M. Toward a consensus on the nature of empathy: A review of reviews. Patient Education and Counseling, 2021, vol. 104, no. 2, pp. 300-307. doi: 10.1016/j.pec.2020.08.022.

27. Pfattheicher, S., Nockur, L., Bohm, R., Sassenrath, C., Petersen, M. The Emotional Path to Action: Empathy Promotes Physical Distancing and Wearing of Face Masks During the COVID-19 Pandemic. PsycholSci, 2020, no. 31(11), pp. 1363-1373. doi: 10.1177/0956797620964422.

28. Ramaswamy, M., Marciniuk, D., Csonka, V., Coló, L., Saso L. Reimagining Internationalization in Higher Education Through the United Nations Sustainable Development Goals for the Betterment of Society. Journal of Studies in International Education, 2021, vol. 25, no. 4. pp. 388-406. doi: 10.1177/10283153211031046

29. Schurz, M., Radua, J., Tholen, M., Maliske, L., Margulies, D., Mars, R., Kanske, P. Toward a hierarchical model of social cognition: A neuroimaging meta-analysis and integrative review of empathy and theory of mind. Psychological Bulletin, 2021, no. 147(3), pp. 293-327. doi: 10.1037/bul0000303

30. Taylor, R., Thomas-Gregory, A., Hofmeyer, A. Teaching empathy and resilience to undergraduate nursing students: A call to action in the context of Covid-19. Nurse Education Today, 2020, vol. 94, no. 104524. doi: 10.1016/j. nedt.2020.104524

31. Weisz, E., Cikara, M. Strategic Regulation of Empathy. Trends in Cognitive Sciences, 2021, vol. 25, no. 3, pp. 213-227. doi: 10.1016/j.tics.2020.12.002.

Информация об авторах Кашапов Мергаляс Мергалимович

(Россия, Ярославль) Доктор психологических наук, профессор, заведующий кафедрой педагогики и педагогической психологии ФГБОУ ВО «Ярославский государственный университет им. П. Г. Демидова»

E-mail: smk007@bk.ru ORCID ID: 0000-0003-1968-090X

Information about the authors

Mergalyas M. Kashapov

(Russia, Yaroslavl) Doctor of Psychology, Professor, Head of the Department of Pedagogy and Educational Psychology P.G. Demidov Yaroslavl State University E-mail: smk007@bk.ru ORCID ID: 0000-0003-1968-090X

Alexsandr A. Smirnov

(Russian, Yaroslavl) PhD in Psychology, Associate Professor in the Department of Pedagogy and Educational Psychology P.G. Demidov Yaroslavl State University E-mail: asmirnov1970@bk.ru ORCID ID: 0000-0003-0512-411X

Смирнов Александр Александрович

(Россия, Ярославль) Кандидат психологических наук, доцент кафедры педагогики и педагогической психологии ФГБОУ ВО «Ярославский государственный университет им. П. Г. Демидова»

E-mail: asmirnov1970@bk.ru ORCID ID: 0000-0003-0512-411X

Elizaveta V. Solovyeva

(Russian, Yaroslavl) Student

P.G. Demidov Yaroslavl State University E-mail: solovyeva.ev205@gmail.com ORCID ID: 0000-0003-4393-7381

Соловьева Елизавета Валерьевна

Студент

ФГБОУ ВО «Ярославский государственный

университет им. П. Г. Демидова» E-mail: solovyeva.ev205@gmail.com ORCID ID: 0000-0003-4393-73S1