Старение и долгожительство населения поволжского региона

5. Палычун В. Т., Крюков А. И. Оториноларингология: рук-во для врачей. 2001. С. 293-294.

6. Бабияк В. И., Накатис Я. А. Клиническая оториноларингология: рук-во для врачей. Спб.: Гиппократ, 2005. С. 498-499.

7. Овчинников А. Ю., Славский А. Н., Фетисов И. С. Хронический тонзиллит и сопряженные с ним заболевания // Русский медицинский журнал. 1999. Т. 7, № 7. С. 4-5.

8. Сыркин А. Л. Инфаркт миокарда. 3-е изд., перераб. и доп. Мед. информ.агентство, 2003. С. 18-19.

9. Asadollahi K. Hyperglycaemia and mortality // J. R. Soc. Med. 2007. Vol. 100. P. 503-507.

10. Lavi S. Hyperglycemia during acute myocardial infarction in patients who are treated by primary percutaneous coronary intervention: impact on long-term prognosi // International Journal of Cardiology. 2008. Vol. 123. P. 117-122.

11. Deedwania P. Hyperglycemia and Acute Coronary Syndrome. A Scientific Statement From the American Heart Association Diabetes Committee of the Council on Nutrition, Physical Activity and Metabolism // Circulation. 2008. Vol. 117. P. 1610-1619.

12. Митьковская Н. П., Данилова Л. И., Статкевич Т. В. Гипергликемия в остром периоде инфаркта миокарда // Медицинский журнал. 2009. № 4.

13. Cardiovascular effects of acute hyperglycaemia: pathophysiological underpinnings / A. Ceriello [et al.] // Diabetes and Vascular Disease Research. 2008. Vol. 5, № 4. P. 260-268.

14. Рыбакова М. К., Алехин М. Н., Митьков В. В. Эхокар-диография: практ. рук-во по ультразвуковой диагностике. М.: Видар, 2008. С. 122-123.

Translit

1. Rojtberg G. Е., Strutynskij A. V. Vnutrennie bolezni // Serdech-no-sosudistaja sistema. M.: Binom-press, 2007. S. 571-572.

2. Basinkevich B.A., Shahnovich R. M., Martynova V. R. Rol' hlamidijnoj, mikoplazmennoj i citomegalovirusnoj infekcij v razvitii ishemicheskoj bolezni serdca // Kardiologija. 2003. № 11. S. 4-9.

3. Gupta S., Kaski J. C. Chlamydia and coronary heart disease: an inflammatory idea? // Acute Coron. Synd. 1999. Vol. 2. P. 42-48.

4. Mattila K. J., Asikainen S., Wolf J. Age, dental infection, and coronary heart disease // J. Dent. Res. 2000. Vol. 79. P. 756-760.

5. Pal'chun V. T., Krjukov A. I. Otorinolaringologija: ruk-vo dlja vrachej. 2001. S. 293-294.

6. Babijak V. I., Nakatis Ja. A. Klinicheskaja otorinolaringologija: ruk-vo dlja vrachej. Spb.: Gippokrat, 2005. S. 498-499.

7. Ovchinnikov A. Ju., Slavskij A. N., Fetisov I. S. Hronicheskij tonzillit i soprjazhennye s nim zabolevanija // Russkij medicinskij zhurnal. 1999. T 7, № 7. S. 4-5.

8. Syrkin A. L. Infarkt miokarda: monografija: 3-e izd., pererab. i dop. Medicinskoe informacionnoe agentstvo, 2003. S. 18-19.

9. Asadollahi K. Hyperglycaemia and mortality // J. R. Soc. Med. 2007. Vol. 100. P. 503-507.

10. Lavi S. Hyperglycemia during acute myocardial infarction in patients who are treated by primary percutaneous coronary intervention: impact on long-term prognosi // International Journal of Cardiology. 2008. Vol. 123. P. 117-122.

11. Deedwania P. Hyperglycemia and Acute Coronary Syndrome. A Scientific Statement From the American Heart Association Diabetes Committee of the Council on Nutrition, Physical Activity and Metabolism // Circulation. 2008. Vol. 117. P. 1610-1619.

12. Mit'kovskaja N. P., Danilova L. I., Statkevich T. V. Giper-glikemija v ostrom periode infarkta miokarda // Medicinskij zhur-nal. 2009. № 4.

13. Cardiovascular effects of acute hyperglycaemia: pathophysiological underpinnings / A. Ceriello [et al.] // Diabetes and Vascular Disease Research. 2008. Vol. 5, № 4. P. 260-268.

14. Rybakova M. K., Alehin M. N., Mit'kov V. V. Jehokardio-grafija: prakt. ruk-vo po ul'trazvukovoj diagnostike. M.: Vidar, 2008. S. 122-123.

УДК 612.67/.68 (470.4) Авторское мнение

старение и долгожительство населения поволжского региона

А. Н. Данилов — ГБОУ ВПО Саратовский ГМУ им. В. И. Разумовского Минздравсоцразвития России, доцент, кандидат медицинских наук; В. А. Шульдяков — ФГБУ Саратовская областная клиническая больница, главный врач, ГБОУ ВПО Саратовский государственный социально-экономический университет, заведующий кафедрой менеджмента в медицине, доцент, кандидат медицинских наук; Л.И. Малинова — ФГБУ Саратовский НИИ кардиологии Минздравсоцразвития России, заведующая лабораторией атеросклероза и хронических форм ишемической болезни сердца, доктор медицинских наук; Л. Г. Ахмадуллина — ФГБУ Саратовский НИИ кардиологии Минздравсоцразвития России, аспирант; Т. П. Денисова — ГБОУ ВПО Саратовский ГМУ им. В. И. Разумовского Минздравсоцразвития России, профессор, доктор медицинских наук.

AGEING AND LONGEVITY IN VOLGA REGION POPÜLATION

A. N. Danilov — Saratov State Medical University, assistant professor, candidate of medical science; V. A. Shuldyakov — Saratov Regional Clinical Hospital, Head Doctor, Saratov State Socio-Economic University, Head of Department of Management in Medicine, Assistant Professor, Candidate of Medical Science; L. I. Malinova — Saratov Scientific Research Institute of Cardiology, Head of Laboratory of Atherosclerosis and Chronic Forms of Ischemic Heart Disease, Doctor of Medical Science; L.G. Ahmadullina — Saratov Scientific Research Institute of Cardiology, Post-graduate; T. P. Denisova — Saratov State Medical University n.a. V. I. Razu-movsky, Professor, Doctor of Medical Science.

Дата поступления — 18.05.2011 г. Дата принятия в печать — 05.06.2012 г.

Данилов А. Н., Шульдяков В. А., Малинова Л. И., Ахмадуллина Л. Г., Денисова Т. П. Старение и долгожительство населения Поволжского региона // Саратовский научно-медицинский журнал. 2012. Т. 8, № 2. С. 242-247.

В статье представлены результаты обследования долгожителей Поволжского региона, в том числе достигших видового предела продолжительности жизни. Определены основные антропосоциальные, клинические и лабораторно-инструментальные маркеры долгожительства в Поволжье.

Ключевые слова: старение, долгожительство, сердечно-сосудистая патология.

Danilov A.N., Shuldyakov V. A., Malinova L.I., Ahmadullina L.G., Denisova T. P. Ageing and longevity in Volga region population // Saratov Journal of Medical Scientific Research. 2012. Vol. 8, № 2. P. 242-247.

The results of complete clinical and demographic investigation of Volga Region population of long-livers have been presented. Anthropologic, social, clinical, laboratory and instrumental markers of longevity have been determined.

Key words: ageing, longevity, cardiovascular pathology.

Эталоном нормального процесса старения и сосудистой системы могут считаться лица, продол-

высоких адаптационных возможностей сердечно- жительность жизни которых является максимально

Ответственный автор — Денисова Татьяна Петровна. зафиксированной для данного биологического вида,

Аедл<Э+74(18040512),53591р1атов, Б. Казачья, 1°°, кв. 23. т.е. долгожители. Долгожительство как явление оста-

E-mail: denisovatp@mail.ru ется одним из самых загадочных в общемедицинской

практике. В особую категорию среди долгожителей выделяют лиц, чей паспортный возраст равен или превышает 100 лет Медико-социальные предпосылки долгожительства до настоящего времени остаются мало исследованными. Поволжье не относится к долгожительским регионам, что определяет особую значимость изучения феномена долгожительства, его маркеров и состояния кардиоваскулярной системы именно в этом регионе.

Обследовано 200 долгожителей Саратова. Район обследования включал два города, расположенных на противоположных берегах Волги — собственно город Саратов и город Энгельс с близлежащим пригородом. Из них 161 человек обследованы амбулаторно по месту жительства, для этого к долгожителям выезжала бригада врачей и медицинская сестра. Наблюдение людей с продолжительностью жизни, приближающейся к предельной видовой, в амбулаторных условиях (в привычной для человека среде) еще более повысило значимость полученных результатов. 39 долгожителей обследовались в условиях стационара в Саратовском областном госпитале для ветеранов войн и в ФГУ Саратовский НИИ кардиологии.

В основную группу исследования были включены лица, чей паспортный возраст был равен или превышал 100 лет. Интерес к данной возрастной категории появился только в последние годы. Группу сравнения составили лица в возрастном диапазоне от 90 до 99 лет включительно. Включение в исследование было добровольным, обследуемые были полностью информированы обо всех аспектах их участия, таким образом, полностью соблюдены требования Хельсинкской декларации.

Для унификации полученных в ходе обследования медико-социальных, психо-эмоциональных и клинико-эпидемиологических результатов использовалась система анкетирования с последующим занесением результатов в компьютер и формированием базы данных в аналитической форме, позволяющей хранить материал, оперативно проводить дальнейший анализ, при потребности моделировать и прогнозировать ситуацию. Биофизической базой построения информационно-аналитической системы явилось представление о физической сущности бытия, непрерывности процессов в живом организме и конечности его существования.

Изучались документальные и анамнестические данные диспансерного наблюдения долгожителей, частоты и причин их госпитализаций в стационары города. По медицинской документации фиксировались установленные диагнозы: ИБС, АГ, сахарный диабет, ишемическая болезнь мозга, патология почек, печени, когнитивные функции, результаты последнего медицинского обследования, изучались сведения о принимаемых лекарственных препаратах.

По медико-демографическим параметрам типичным долгожителем Саратова оказалась женщина, средний возраст которой составляет 96,3±4,6 года, получившая начальное образование, 31,5±7,1 года проработавшая в сельском хозяйстве и вышедшая на пенсию по собственному желанию. Факт преобладания женщин среди людей старших возрастных групп известен, в этом отношении Саратов не стал исключением. Среднестатичтическая женщина-долгожитель исповедовала христианство, один раз в возрасте от 18 до 25 лет выходила замуж и имела от 2 до 4 детей, достигших совершеннолетия, потеряла супруга более 10 лет назад, проживала одна или с кровными родственниками (детьми или внуками).

Среди долгожителей Саратова преобладали люди с начальным образованием, которые на протяжении всей жизни занимались физическим трудом.

У долгожителей Саратова выявлен достаточно высокий уровень качества жизни по физическим критериям, уровню независимости и медико-социальному подкритерию окружающей среды. В определении степени физической активности, степени самообслуживания и самооценки состояния своего здоровья вносили вклад как возрастные, так и гендерные отличия. Женщины оказывались лучше адаптированными к инволюционным изменениям, оказывающим влияние на степень независимости и состояние здоровья, причем указанный факт не имел возрастзави-симого компонента.

Полученные нами данные убедительно подтверждают влияние табакокурения на продолжительность и качество жизни, в то время как эпизодическое употребление минимальных доз спиртных напитков оказалось достаточно распространенным среди лиц, которых можно считать эталонными по адаптационным способностям организма.

Влияние наследственности на формирование долгожительства является спорным вопросом [1, 2]. Полученные данные свидетельствуют, с одной стороны, об отсутствии влияния долгожительства в роду на продолжительность жизни индивидуума. С другой стороны, влияние долгожительства по материнской линии поднимает вопрос о митохондриальной наследственности в определении феномена долгожительства. Отягощение анамнеза по сердечно-сосудистой патологии, встречаемое у почти трети долгожителей, также ставит под сомнение ведущую роль наследственного фактора в формировании феномена долгожительства у человека [1-3].

Проведенные патоморфологические [4] и эпидемиологические исследования [5] указывают на появление необычного спектра внутренней патологии у столетних людей.

В нашем исследовании у 75% долгожителей выявлен высокий уровень заинтересованности, они сохраняли интерес к культурно-философским проблемам и выражали желание общения, отмечали его дефицит. 65,8% респондентов отдали предпочтение общению с молодыми. 11,4% анкетируемых возраст партнера для общения не был важен. Из всех обследованных 21,7% долгожителей активно интересовались политическими проблемами, высказывая свою аргументированную точку зрения.

Отличительной особенностью обследованных долгожителей Саратова является их самореализо-ванность, доказанная по шкале «полученное образование — профессия — степень профессиональной реализации» при низком уровне определения социально-ролевой принадлежности, высокой заинтересованности, формирующей активную жизненную позицию.

Общение с долгожителями выявило большую скромность жалоб на свое здоровье, наиболее часто беспокоила общая слабость. Все обследованные предъявляли мало кардиальных жалоб, типичные ангинозные приступы беспокоили 1,9% долгожителей. Стенокардитические эквиваленты в виде отсроченного болевого синдрома, локализации боли в местах иррадиации стенокардитических болевых ощущений, аритмического ответа на стереотипную физическую нагрузку были у 1,2% опрошенных.

В 25,7% случаев обследованные выглядели моложе своего паспортного возраста: минимальная степень сенильных изменений кожи и ее дериватов

(у 10,7% долгожителей седина составила не более 15% волосяного покрова головы). Снижение тургора кожи, появление старческой гиперпигментации и ке-ратом отмечались у всех обследованных долгожителей. Выраженные периферические отеки нижних конечностей до уровня верхней трети голени выявлены у 7 пациентов. Суммарно пастозность и отечность стоп и голеней была у 7,8% долгожителей.

У 8,9% долгожителей были обнаружены ксанте-лазмы периорбитальной и супрааксиллярной локализации. Arcus senilis встречалась в 36,5% случаев. При осмотре грудной клетки обращало на себя внимание уменьшение илеокостального пространства практически у всех обследованных, в отдельных случаях до полного его исчезновения. Соотношение переднезаднего и бокового размеров грудной клетки уменьшалось у всех пациентов, форма грудной клетки приближалась к бочкообразной (46,7%). Расширение границ относительной сердечной тупости было в 19,6% случаев. Соотношение области абсолютной и относительной сердечной тупости не превышало физиологической нормы. Верхушечный толчок определялся у 64,1% долгожителей, при этом площадь верхушечного толчка не была увеличена, локализация совпадала с левой границей относительной сердечной тупости.

При аускультации сердца проводилось ранжирование звучности сердечных тонов по шкале: 0 соответствовал отсутствию тона, 5 — громкому звучанию. Сердечные тоны суммарно у всей выборки долгожителей имели звучность 2,3 балла. Правильное соотношение тонов сохранялось в 48,5% случаев, у остальных долгожителей имело место снижение звучности первого тона. В 8,9% отмечалось расщепление первого тона на верхушке. В 31,7% выслушивался систолический шум с эпицентром над проекцией аортального клапана, проводящийся на сосуды шеи, в 24,1% он сочетался с мягким систолодиастолическим шумом на верхушке и в точке Боткина — Эрба.

До настоящего времени нет аргументированной полной клинической характеристики старческого сердца. Нами установлены следующие клинические параметры сенильного сердца: маленькое, лежащее на диафрагме, «тихое» сердце. Эти признаки были основными для старческого сердца у долгожителей Саратова.

В конце ХХ столетия завершено исследование людей, достигших столетнего возраста (NECS). Согласно полученным данным, как и в нашем исследовании, основную долю составили женщины [5]. Однако новоанглийские столетние продемонстрировали отличное от наших результатов распределение параметра хорошего самочувствия среди мужчин и женщин [1]. Авторы связывают указанный факт с тем, что мужчины должны обладать более выраженными адаптационными способностями для достижения предельного для человека возраста [2]. Известно, что женщины обладают большей средней продолжительностью жизни. Для объяснения этого общеизвестного факта предлагаются следующие гипотезы. Первая связывает исключительную продолжительность жизни женщин с накапливаемым антиоксидантным эффектом эстрогенов, что, в свою очередь, способствует снижению заболеваемости сердечно-сосудистой патологии. Вторая гипотеза базируется на установленном преобладании физиологических железодефицитных состояний у женщин. Железо является мощным катализатором продукции свободных радикалов митохондриями [6]. Железодефицитные состояния, в сою очередь, ассоциированы со снижением уровней окисленных липопротеидов

низкой плотности и холестерина и, следовательно, со снижением риска сердечно-сосудистой патологии.

При анализе симптомов, клинических признаков и объективных признаков дисфункции сердца методом пересекающихся множеств вероятная ХСН была выявлена лишь у 11,9% долгожителей Саратова, что совпадает с данными зарубежных кардиологов (хельсинкское исследование).

Клинико-инструментальная картина ХСН у долгожителей малосимптомна, она практически не беспокоила больного, порождая минимум жалоб. Отечный синдром, как правило, характеризовался скудностью, его выраженность не коррелировала с тяжестью миокардиальной дисфункции. Среди обследованных долгожителей с ХСН преобладало нарушение преимущественно диастолической функции миокарда [7-12].

Поражала относительная «доброкачественность» течения ХСН на фоне практически полного отсутствия медикаментозной поддержки. В 73,48% случаев опрашиваемые не помнили день последнего визита к врачу, госпитализации или диспансерного осмотра.

Особая значимость проведенного исследования заключается в том, что Поволжский регион не отнесен к долгожительским, а по климатическим, экономическим и экологическим параметрам является достаточно жестким, требующим от жителей физиологической и социальной жизнестойкости.

Особый интерес вызывала оценка функциональной системы организма долгожителей, ее способность к фазовому переходу, как меры жизнестойкости биологической и биофизической системы. До последнего времени вопрос о возможности проведения плановой и поддерживающей терапии лиц старших возрастных групп оставался открытым и решался декларативно.

Наши данные свидетельствуют о целесообразности продолжительной профилактической медикаментозной и немедикаментозной терапии именно пожилых и старых людей, что полностью согласуются с данными [13, 14], которые доказали вклад превентивной программы у лиц пожилого и старческого возраста в улучшении качества жизни и здоровья.

Разработка теорий самоорганизации, порядка и хаоса, эволюции сложных систем оказалась весьма кстати для осмысления процессов старения. Многие существовавшие теории старения оказались лишь описаниями отдельных механизмов этого сложного комплексного процесса.

Молодой и старый организмы — это разные системы, с различными внутренними структурами и регуляторными процессами. Живые системы организмов благодаря обмену веществ и поступлению энергии из внешней среды, как открытые системы, обладают способностью временно противодействовать запрету, налагаемому термодинамическими законами природы. Если противодействие этим законам может осуществляться в пределах видовой продолжительности жизни каждого индивидуума, то почему же все-таки его существование конечно?

Прямой оценкой абсолютного «старения» любой системы, исходя из представлений о порядке, хаосе и законов термодинамики, могло бы быть определение уровня энтропии системы. Относительное изменение энтропии на протяжении жизни может служить термодинамическим критерием старения. На уровне физико-химических процессов ясно, что за степень «порядка» отвечают ферментные реакции, направляющие всю систему метаболизма в определенное русло, а за «хаос» отвечают обычные химические реакции, идущие во всех возможных направлениях. На более высоком — организменном уровне соот-

ношение порядок/хаос связано уже с процессами саморегуляции и сводится к процессам интеграции взаимодействий органов и систем между собой.

Несомненный теоретический и клинический интерес представляет изучение биофизических свойств системы человеческого организма на завершающем этапе бытия. Нами было проведено исследование важнейших физиологических параметров — глюкозы, креатинина, триглицеридов и холестерина крови у долгожителей в возрасте от 90 лет и старше.

Установлено, что к началу долгожительства уровень глюкозы крови достигал 6,56 ммоль/л, на протяжении последующего десятилетия происходило постепенное ее снижение. К началу 103-го года жизни концентрация глюкозы периферической крови достигала 3,88 ммоль/л. Аналогичной была динамика всех остальных изученных параметров, к возрасту 100-103 лет уровень триглицеридов, холестерина и креатинина крови снижался и достигал целевых значений.

Обращает на себя внимание наибольшая скорость возрастзависимого снижения глюкозы и триглицеридов в сравнении с аналогичными параметрами креатинина и холестерина. Триглицериды служат основным депо свободных жирных кислот, последние наряду с глюкозой, являются основными «топливными» субстратами в организме долгожителей. Максимальная мобилизация источников энергообеспечения в период завершения жизненного пути, вероятно, является одним из механизмов долгожи-тия или мерой функционального резерва организма. Тем более что в настоящее время может считаться доказанной роль глюкозы в повышении «жесткости миокарда и артериальных стенок». Таким образом, снижение уровня глюкозы на всем протяжении периода долгожительства можно считать еще одним компенсаторным механизмом антистарения [15, 16].

Фрагменты фазовых портретов на плоскостях: «временная зависимость параметра — скорость его изменения» по уровню основных топливных систем организма (глюкоза и триглицериды), важному показателю пластических процессов (холестерин) и основному показателю работы выделительных органов (креатинин) в многомерном фазовом пространстве выявили сохранение способности к фазовому переходу системы человеческого организма в период долгожительства.

До возраста 100-103 лет система пытается закрепиться в устойчивом положении, после достижения человеком 103-летнего возраста ее положение становится крайне неустойчивым. Выявленное обстоятельство может свидетельствовать о резервах адаптационных способностей у долгожителей и жизнестойкости, а это определяет возможность проведения в период долгожительства не только ургентной, но и плановой терапии заболеваний. Обращает на себя внимание величина стандартного отклонения изученных параметров, которая обнаруживает их выраженное снижение в основной группе (столетних), по сравнению с группой сравнения. Указанный факт свидетельствует о снижении уровня физиологического «люфта» регуляторных систем у лиц, чей возраст превышал 100-летний рубеж.

Координаты особых точек важнейших физиологических параметров долгожителей попадают в интервал от 101,8 до 102,9 года. Выявленный факт в сочетании с установленным снижением «запаса прочности» регуляторных систем рельефно выделяет «критический» биологический возраст индивидуума, превышение которого в условиях жизни в Саратове сопряжено с физиологическим угасанием всех адаптационных способностей организма.

Выявление относительной жизнестойкости долгожителей, как свойства биофизической системы, снимает все сомнения о целесообразности поддерживающей терапии в этом возрасте, так как противодействовать второму закону термодинамики можно только за счет внешних влияний на систему.

При проведении дисперсионного анализа среди подгрупп долгожителей с документированными диагнозами стенокардии напряжения, перенесенного инфаркта миокарда и хронической сердечной недостаточности были установлены статистически достоверные отличия по следующим параметрам: возраст в подгруппе (р=0,04), уровень общего холестерина (р=0,05), уровень триглицеридов (р=0,002) и максимальная степень АДФ индуцированной агрегации тромбоцитов (р=0,028), уровень АД (рис. 1, 2).

Рис. 1. Взаимосвязь концентрации общего холестерина, оценки самочувствия и возраста у долгожителей Саратова

Рис. 2. Взаимозависимость концентрации триглицеридов, оценки самочувствия и возраста у долгожителей Саратова

Таблица 1

Корреляционные зависимости между возрастом и важнейшими физиологическими константами

Вариационный ряд 1 Вариационный ряд 2 Spearman R p-level

Возраст Общий холестерин -0,4 0,0053

Возраст Триглицериды -0,4 0,0029

Возраст Глюкоза -0,5 0,00006

Возраст Креатинин -0,4 0,048

Возраст ПТИ -0,3 0,039

Возраст АПТВ -0,4 0,003

Глюкоза ЧСС 0,3 0,028

Эритроциты Qt 0,4 0,017

Гемоглобин Qrs 0,3 0,049

Гемоглобин Qt 0,4 0,009

СОЭ Qt -0,5 0,0036

Таблица 2

Признаки, включенные в конечную дискриминантную функцию

Признак Wilks' Lambda p-level

Возраст 0,371 0,007

Триглицериды 0,496 0,0003

Эритроциты 0,268 0,049

Тромбоциты 0,305 0,051

Степень внутрисосудистой агрегации тромбоцитов 0,372 0,006

Основываясь на наличии множественных функ- ший вклад) следующие признаки: степень внутри-

циональных связей между исследуемыми параме- сосудистой агрегации тромбоцитов (-0,88), уровень

трами, было принято решение об оценке вклада из- триглицеридов (-0,53) и количество тромбоцитов

ученных признаков в отнесение долгожителей к той (0,54), а со второй функцией следующие признаки:

или иной группе по степени самочувствия — одного возраст (-0,603) и эритроциты (0,53). Оценка коэф-

из основополагающих показателей для оценки каче- фициентов первой канонической функции позволила

ства жизни. В конечном итоге самочувствие как ком- сделать вывод о преимущественном вкладе степени

понент качества жизни является интегральным по- внутрисосудистой агрегации и уровня триглицеридов

казателем уровня здоровья обследуемого пациента. в формирование хорошего самочувствия долгожите-

Для решения поставленной задачи использовался лей Саратова (рис. 3).

пошаговый дискриминантный анализ, результатом которого стала оценка коэффициентов математической модели — линейной дискриминантной функции:

У = ax1 + a2x2 + ax +  + anxn + C где x.: — наиболее информативные из анализируемых п ризнаков, а: — коэффициенты, C — константа.

Дискриминантная функция классифицировала долгожителей по трем группам уровня самооценки самочувствия с общей вероятностью 82,4%. Значение p составило <0,002.

Выделены 2 канонические дискриминантные функции с уровнем R 0,854 и 0,105 и p=0.000 и 0,761 соответственно. В пространстве дискриминантных функций (ROOT 1 и ROOT 2) центроиды выборок по параметру самооценки самочувствия образовали две группы: «хорошее самочувствие» и «удовлетворительное — плохое самочувствие».

Таким образом, значимой для дальнейшего анализа является первая каноническая функция (ROOT1). Анализ матрицы факторной структуры показал, что наиболее сильно с первой функцией коррелированны (и соответственно вносят наиболь-

ф D‘ J -1 L l; с a

. ^ В * *V * V э' v ~ 1 и ы, ” ^ 3 > JZ V: п С " # ^СГ* О у .

.1 -а и 1 * | '*-

Пии! I

Рис. 3. Вклад степени внутрисосудистой агрегации тромбоцитов и уровня триглицеридов в кардиальное здоровье долгожителей Саратова

Установлена распространенность кардиальных факторов риска у столетних жителей Саратова: большинство из них никогда не курили, 53% долгожителей никогда не употребляли спиртные напитки, 40% употребляли эпизодически, 6,7% употребляли до 2 раз в месяц. Все долгожители имели достаточную физическую и эмоциональную активность. Более чем в половине случаев среди обследованных долгожителей указаний на долгожительство в роду не было. 44% долгожителей указывали на долгожительство по материнской линии и 1,4% на долгожительство по отцовской линии. Полученные данные подтверждают влияние на долголетие табакокурения и физической активности и не решают вопрос о влиянии на продолжительность жизни долгожительства у одного из родителей.

Основными медико-социальными предпосылками долгожительства в Саратове являются: женский пол, постоянная физическая активность, умеренность в удовлетворении своих потребностей, отсутствие вредных привычек, благожелательность к окружающим. Кардиальными предпосылками долгожительства в Саратове являются целевой уровень триглицеридов, низкая степень внутрисосудистой агрегации тромбоцитов, оптимальный уровень АД.

Любой биологический вид — только этап в развитии биосферы. Регуляторные влияния поддерживают целостность организма как единой системы и тем самым обеспечивают ее устойчивость до определенного времени. Продлить время устойчивости системы человеческого организма — это миф или реальность? На этот вопрос призвана ответить медицинская наука.

Библиографический список

1. Perls Т., Kunkel L. M., Puca A. A. The genetic of exceptional human longevity // J.Am. Geriatr. Soc. 2002. Vol. 50. P. 359-368.

2. Perls Т., Terry D. Genetics of exceptional longevity // Experimental Gerontol. 2003. Vol. 38. P. 725-730.

3. Perls T., Terry D. Understanding the determinants of exceptional longevity // Ann. Intern. Med. 2003. Vol. 139. P. 445-449.

4. First autopsy study of an Okinawan centenarian: absence of many age related diseases / A. M. Bernstein, B. J. Willcox,

H. Tamaki [et al.] // J. Gerontol. 2004. Vol. 59A. P. 1195-1199.

5. Evert J., Lawler E., Bogen H., Perls T. Morbidity profiler of centenarians: survivors, delayers and escapers // J. Gerontol. 2003. Vol. 58A. P. 232-237.

6. Stohs S. J., Bagchi D. Oxidative mechanisms in the toxicity of metal ions // Free Radic. Biol. Med. 1995. Vol. 18. P. 321-336.

7. Lakatta E. G. Age-associated cardiovascular changes in health: impact on cardiovascular disease in older persons // Heart Fail. Rev. 2002. Vol. 7, № 1. P. 29-49.

8. Lakatta E. G. Age-related alterations in the cardiovascular response to adrenergic-mediated stress // Fed. Proc. 1980. Vol. 39. P. 3173-3177.

9. Lakatta E. G. Arterial and cardiac aging: major shareholders in cardiovascular disease enterprises. Part III: Cellular and molecular clues to heart and arterial aging // circulation. 2003. Vol. 197. P. 490-497.

10. Lakatta E. G. Cardiovascular aging in health // Clin. Geriatr. Med. 2000. Vol. 16, № 3. P. 419-444.

11. Lakatta E. G. Changes in cardiovascular function with aging // Eur. Heart J. 1990. 11 Suppl. P. 22-29.

12. Lakatta E. G., Levy D. Arterial and cardiac aging: major shareholders in cardiovascular disease enterprises. Part I: Aging arteries: a «set up» for vascular disease // Circulation. 2003. Vol. 107. P. 139-146.

13. Andrawes W. F., Bussy C., Belmin J. Prevention of cardiovascular events in elderly people // Drugs Aging. 2005. Vol. 22, № 10. P. 859-876.

14. Pugh K. G., Wei J. Y. Clinical implications of physiological changes in the aging heart // Drags Aging. 2001. Vol. 18, № 4. P. 263-276.

15. Aronson D. Cross-linking of glycated collagen in the pathogenesis of arterial and myocardial stiffness of aging and diabetes // J. Hypertens. 2003. Vol. 21. P. 3-12.

16. Aronson D. Pharmacological prevention of cardiovascular aging — targeting the Maiklard reaction // Br. J. Parm. 2004. Vol. 142. P. 1055-1058.

Translit

1. Perls T., Kunkel L. M., Puca A.A. The genetic of exceptional human longevity // J.Am. Geriatr. Soc. 2002. Vol. 50. P. 359-368.

2. Perls T., Terry D. Genetics of exceptional longevity // Experimental Gerontol. 2003. Vol. 38. P. 725-730.

3. Perls T., Terry D. Understanding the determinants of exceptional longevity // Ann. Intern. Med. 2003. Vol. 139. P. 445-449.

4. First autopsy study of an Okinawan centenarian: absence of many age related diseases / A. M. Bernstein, B. J. Willcox, H. Tamaki [et al.] // J. Gerontol. 2004. Vol. 59A. P. 1195-1199.

5. Evert J., Lawler E., Bogen H., Perls T Morbidity profiler of centenarians: survivors, delayers and escapers // J. Gerontol. 2003. Vol. 58A. P. 232-237.

6. Stohs S. J., Bagchi D. Oxidative mechanisms in the toxicity of metal ions // Free Radic. Biol. Med. 1995. Vol. 18. P. 321-336.

7. Lakatta E. G. Age-associated cardiovascular changes in health: impact on cardiovascular disease in older persons // Heart Fail. Rev. 2002. Vol. 7, № 1. P. 29-49.

8. Lakatta E. G. Age-related alterations in the cardiovascular response to adrenergic-mediated stress // Fed. Proc. 1980. Vol. 39. P. 3173-3177.

9. Lakatta E. G. Arterial and cardiac aging: major shareholders in cardiovascular disease enterprises. Part III: Cellular and molecular clues to heart and arterial aging // Circulation. 2003. Vol. 197. P. 490-497.

10. Lakatta E. G. Cardiovascular aging in health // Clin. Geriatr. Med. 2000. Vol. 16, № 3. P. 419-444.

11. Lakatta E. G. Changes in cardiovascular function with aging // Eur. Heart J. 1990. 11 Suppl. P. 22-29.

12. Lakatta E. G., Levy D. Arterial and cardiac aging: major shareholders in cardiovascular disease enterprises. Part I: Aging arteries: a «set up» for vascular disease // Circulation. 2003. Vol. 107. P. 139-146.

13. Andrawes W. F., Bussy C., Belmin J. Prevention of cardiovascular events in elderly people // Drugs Aging. 2005. Vol. 22, № 10. P. 859-876.

14. Pugh K. G., Wei J. Y. Clinical implications of physiological changes in the aging heart // Drags Aging. 2001. Vol. 18, № 4. P. 263-276.

15. Aronson D. Cross-linking of glycated collagen in the pathogenesis of arterial and myocardial stiffness of aging and diabetes // J. Hypertens. 2003. Vol. 21. P. 3-12.

16. Aronson D. Pharmacological prevention of cardiovascular aging — targeting the Maiklard reaction // Br. J. Parm. 2004. Vol. 142. P. 1055-1058.

УДК: 616.12-008.46-615.835.14 Оригинальная статья

влияние адаптации к периодической барокамерной гипоксии на систолическую и диастолическую функции сердца при хронической сердечной недостаточности

М. К. Дмитриева — ГБОУ ВПО Оренбургская ГМА Минздравсоцразвития России, кафедра сестринского дела, ассистент.