Коллекция произведений Д. В. И К. П. Шевелевых в собрании музея Шевелевых (г. Каргополь Архангельской обл. )

УДК 745+069

Е. В. Шевелева

Коллекция произведений Д. В. и К. П. Шевелевых в собрании музея Шевелевых

Д. В. и К. П. Шевелевы, старшие представители династии каргопольских игрушечников, способствовали возрождению традиции и промысла во второй половине XX в. В статье приведены новые факты их биографии, дан краткий анализ основных периодов творчества мастеров и стилистических особенностей их произведений на материале коллекции игрушек из собрания частного музея, которая лишь сейчас вводится в научный оборот.

Ключевые слова: народное искусство, каргопольская глиняная игрушка, творчество Д. В. и К. П. Шевелевых, коллекция Музея мастеров Шевелевых и каргопольской глиняной игрушки

Elizaveta Sheveleva The collection of clay toys by Dmitry and Klaudia Shevelevy from Museum of Shevelevs

Dmitry and Klaudia Shevelevy, who were senior representatives of the Kargopol dynasty of craftsmen, contributed to the revival of tradition and trade in second part of 20th century. The article presents new evidence of their biographies, a brief analysis of the major periods of creativity and stylistic features of their works based on the collection of toys from the collection of a private museum, which has only now came into the scientific usage.

Keywords: folk art, Kargopol clay toys, Dmitry and Klaudia Shevelevy's creativity, a collection of the Museum of masters Shevelevs and Kargopol clay toys

Частный музей мастеров Шевелевых и каргопольской глиняной игрушки, который расположен в Каргополе, в доме № 30 на улице Гагарина (быв. Шелковня), является памятником регионального значения. В 1976 г. музей был внесен в Свод памятников истории и культуры Архангельской области. Официальное открытие музея состоялось 13 июня 2003 г.

Однако замысел его создания возник еще в 1994 г., когда на основе нескольких объединенных семейных коллекций в Московском музее народного и декоративно-прикладного искусства на Делегатской (МНДПИ) прошла выставка «Творчество семьи Шевелевых: от ремесла к искусству»1. Стало очевидно, что семейное собрание представляет интерес для широкой публики. Организация музея началась в 2001 г., после смерти главы рода Дмитрия Васильевича Шевелева, по инициативе его сыновей-худож-ников Владимира, Валентина и Виталия. Тогда же Администрация муниципального образования «Каргопольский район» передала в долгосрочную аренду нашей семье два помещения в этом же доме, где была создана мастерская практического ремесла и постоянно действующая выставка изделий современных мастеров. Экспозиция Музея, состоящая из мемориальной части, нескольких выставочных помещений и мастерской, была оборудована в 2003 г. при поддержке гранта Президента РФ. В 2004 г. Музей получил официальный юридический ста-

тус автономной некоммерческой организации. В 2007 г. на средства семьи проведен реставрационный ремонт здания, на месте холодных сеней появился просторный зал для проведения временных художественных выставок.

За пять лет, с июня 2003 г. по сентябрь 2008 г., в Музее Шевелевых побывали 6500 посетителей (в год в среднем около 1300 человек), для которых проводятся экскурсии, лекции, мастер-классы, а также летние творческие пленэры для студентов ряда российских вузов, международные семинары по керамике. Музей работает для широкого круга людей, предлагая программы для детей, студентов и взрослых, для гостей Каргополя и местных жителей, для всех желающих прикоснуться к традиционному ремеслу. Кроме того, здесь ведется научно-исследовательская и издательская работа с использованием собственного собрания, а также научного архива.

Одна из главных целей Музея - сохранение и популяризация традиционного искусства Каргополя и его окрестностей. Он удачно дополняет выставки народного искусства Кар-гопольского историко-архитектурного музея-заповедника, экспозицию глиняной игрушки в Каргопольском центре ремесел «Берегиня». Коллекции Музея Шевелевых позволяют проследить не только историю известной династии мастеров, но и каргопольского гончарного и игрушечного промысла в целом. Здесь широко

представлены игрушки всех ведущих мастеров: И. В. и С. Е. Дружининых, У. И. Бабкиной, С. И. Рябова, одиннадцати представителей пяти поколений семьи Шевелевых, а также живопись Вал. и Вит. Шевелевых, ткачество Н. А. Крехалевой и Е. В. Шевелевой, традиционные берестяные изделия С. Г. Канашева и В. В. Шевелева, работы кузнеца-художника Г. Г. Зуева и др. Важно, что сохранен подлинный интерьер кухни-мастерской с рабочим столом, за которым лепили игрушку, и русская печь, где ее обжигали.

В настоящее время начато составление полного каталога коллекций игрушки, формирование которых, как и коллекций гончарной посуды, традиционного текстиля, бересты, изделий из кованого железа, росписи по дереву, происходит с середины 1960-х гг. Ныне в состав фондов Музея Шевелевых входят коллекции Владимира Дмитриевича и Валентина Дмитриевича Шевелевых. Также внушительными коллекциями игрушек обладают Виталий Дмитриевич и Василий Валентинович Шевелевы. Первая находится в Геленджике Краснодарского края, вторая - в Каргополе.

Данная статья посвящена коллекции игрушек старших представителей династии, Дмитрия Васильевича и Клавдии Петровны Шевелевых, из собрания частного каргопольского музея. Поводом к ней послужили как отсутствие монографической научной работы об их творчестве2, так и двойной юбилей, к которому в Музее Шевелевых была подготовлена новая выставка. В 2008 г. исполнилось сто лет со дня рождения Д. В. Шевелева (7 ноября (25 октября по ст. ст.) 1907 - 20 ноября 2000) и девяносто пять лет со дня рождения К. П. Шевелевой (13 мая 1913 - 25 августа 1974).

Они родились в семьях однофамильцев в деревне Токарево в одиннадцати километрах от Каргополя, ныне не существующей, но известной, подобно другим селениям по Пудожскому тракту (Гринево, Печниково, Ананьино), как центр местного гончарного промысла. Наряду с Ульяной Ивановной Бабкиной, Сергеем Егоровичем Дружининым и Семеном Ивановичем Рябовым Шевелевы стояли у истоков возрождения каргопольского промысла в 19601970-е гг. Родители К. П. Шевелевой, Петр Анти-пович и Ольга Дмитриевна (по деревенскому прозвищу Клиновы), крестьянствовали и занимались гончарством. У них научились ремеслу трое из четверых детей и будущий зять. Дмитрий Васильевич вспоминал, как ездил в конце 1920-х гг. вместе с Петром Антиповичем по ярмаркам всего уезда с посудой и глиняными игрушками. Однако этот период завершился наступлением массовой коллективизации.

Поженившись, чтобы Клиновых не раскулачили (семья Тарасихиных считалась бедняцкой), Дмитрий и Клавдия переехали в Каргополь. Началась совсем другая жизнь, в которой не нашлось места ремеслу, знакомому с детства. Д. В. Шевелев стал работником Государственного банка, участвовал в Финской, затем в Великой Отечественной войне. К. П. Шевелева - мать троих сыновей, будущих художников, и хозяйка купленного в 1946 г. дома на улице Гагарина, где ныне находится Музей.

В промысел мастера вернулись только в 1964 г. по предложению искусствоведов из НИИ художественной промышленности (Москва), а в 1967 г. в Каргополе был создан цех по производству глиняной игрушки, филиал предприятия «Беломорские узоры». Его организатором и директором стал Александр Петрович Шевелев (1910-1980), старший брат Клавдии Петровны. Д. В. и К. П. Шевелевы некоторое время работали надомниками цеха, затем стали делать игрушку самостоятельно. Изделия пользовались спросом у многочисленных туристов, приезжающих в Каргополь, отправлялись в другие города, а также приобретались Художественным фондом СССР и музейными экспедициями. С 1967 г. оба мастера являлись участниками многих районных, зональных и всесоюзных выставок.

Клавдия Петровна занималась игрушкой до конца 1973 г., затем она тяжело заболела и умерла в августе 1974 г., в возрасте 61 года. Д. В. Шевелев пережил ее на 36 лет и ушел из жизни после короткой болезни, отметив 93-летие.

Можно с уверенностью сказать, что мастера вырастили два поколения последователей. К. П. Шевелева учила делать игрушки жену старшего сына Валентина, Анну Федоровну, и их детей, Василия и Ольгу. Автор этой статьи начала лепить под руководством деда, Д. В. Шевелева, в возрасте четырех лет. В середине 1970-х гг. Дмитрий Васильевич и Валентин Дмитриевич возрождают приемы работы на ручном гончарном круге, а также технику обварки, что позволило сохранить местные традиционные гончарные приемы, к тому времени почти забытые: гончары цеха «Беломорские узоры» использовали только электрические гончарные круги. В Музее Шевелевых хранится несколько гончарных изделий Д. В. Шевелева 1970-х гг., а также корчага со свинцовой поливой конца 1920-х гг., сделанная, когда мастер работал вместе со своим будущим тестем. Уже в 1980-е гг. Дмитрий Васильевич становится старейшим мастером промысла. Обладая замечательной памятью, он оставил множество ценных свидетельств о промысле и жизни края. Его дом оказался центром притяжения не только для

всей многочисленной семьи, но и для многих творческих людей: народных мастеров, художников, искусствоведов, музейщиков, коллекционеров, журналистов и фотографов.

Игрушки Д. В. и К. П. Шевелевых находятся в собраниях многих российских государственных музеев3 и в частных коллекциях в нашей стране и за рубежом (в Греции, Германии, Италии, Франции, США и др.).

К сожалению, в собрание Русского музея поступило лишь небольшое количество ранних игрушек Д. В. и К. П. Шевелевых, что позволило И. А. Колобковой, автору статьи о карго-польском игрушечном промысле в сборнике «Народное искусство Каргополья», приуроченном к одноименной выставке 2006 г., сделать весьма неубедительное заключение о творчестве мастеров в целом: «Это наивные, рыхлые по пластике, пестро и натуралистически раскрашенные самодеятельные скульптурки на грузных подставках... В силу художественной недостаточности работ К. П. и Д. В. Шевелевых (курсив мой. - Е. Ш.) в собрании ГРМ их хранится не более двух десятков»4. Столь однозначный вывод сделан по небольшой и приобретенной единовременно, а не на протяжении ряда лет коллекции. По одному этому обстоятельству он не может быть объективным и скорее свидетельствует о крайней узости взгляда исследователя, способного судить о почти десятилетнем периоде творчества К. П. Шевелевой и о сорокалетнем - Д. В. Шевелева на основании всего лишь нескольких игрушек, привезенных из экспедиции 1964 г. К тому же о жизни мастеров автор, видимо, знает немного, о чем говорят такие грубые фактические ошибки, как неправильные даты жизни мастеров. Например, по мнению автора, Д. В. Шевелев ушел из жизни в 1980 г., тогда как в действительности это год смерти брата Клавдии Петровны, А. П. Шевелева5.

Коллекции игрушек К. П. и Д. В. Шевелевых в Музее начали формироваться благодаря их сыновьям. Во второй половине 1960-х гг. все трое учились на художественно-графическом факультете Костромского педагогического института им. Н. А. Некрасова. Вал. Д. и Вл. Д. Шевелевы целенаправленно отбирали игрушки родителей для своих коллекций, фотографировали и зарисовывали образцы6, поскольку материал по каргопольской игрушке входил в их дипломные работы. Братья и сами нередко помогали родителям лепить и расписывать игрушку. Изделия пользовались большим спросом, раскупались быстро, и много отобрать в собственное собрание не удавалось. К. П. Шевелева, уступая просьбам туристов, говорила сыновьям: «Я

вам, ребята, еще наделаю.». Однако не успела. Д. В. Шевелев плодотворно работал и в 1980-е гг., а в 1990 г. подготовил для всех сыновей «на память» подписную коллекцию всех основных своих игрушек, причем каждый сюжет был представлен в трех экземплярах с отличающейся росписью. Каждая игрушка была подписана7, чего ранее Д. В. Шевелев почти не делал. Следует отметить, что и К. П. Шевелева редко подписывала свои работы, в основном также поздние8.

Таким образом, на сегодняшний день в фондах Музея Шевелевых9 хранится 65 игрушек К. П. Шевелевой, 137 - Д. В. Шевелева. Необходимо выделить в отдельную группу и их совместные работы, выполненные в период с 1965 по 1973 г., не менее 40 штук. Примерно треть коллекции экспонируется.

Творчество Д. В. и К. П. Шевелевых 19651973 гг. можно разделить на три периода. Самые первые работы, действительно, отличала пластическая робость и наивность, что можно легко объяснить как неуверенностью мастеров, которые вернулись в промысел после почти полувекового перерыва, начав «с чистого листа», так и стремлением приблизить изображение к реальности. Фигурки 1965 г. напоминают скорее скульптурную пластику малых форм, нежели игрушку, в их основе - повествовательные сюжеты, ясно отраженные в названиях: «Девочка, читающая книгу», «Старик, прибивающий набойку на сапог» и др. Роспись этих ранних игрушек дробная, чересчур детализированная. Это заметно тем более, что роспись делалась по предварительной побелке: сам по себе прием вполне традиционный, происходящий от нестойкости самодельных красок, требующих грунта, перекрывающего темную красную глину. Таких ранних игрушек сохранилось немного, в коллекции Музея Шевелевых их пять. Несколько подобных работ хранятся также в КИАХМ, Архангельском областном музее изобразительных искусств.

Однако уже к 1967-1969 гг. характер работ мастеров меняется. Они если и не вовсе лишаются детализации, то форма, пластика и роспись приобретают гораздо более обобщенный характер. Меняется и круг сюжетов. Причины подобных изменений легко объяснимы, в том числе и требованиями производства на предприятии «Беломорские узоры». Игрушки утрачивают истинную игровую функцию, становятся сувениром, предназначенным для взрослых. Появились композиции, утвержденные прейскурантом, когда сюжеты были разбиты на «группы». От сложности и количества, кроме того, зависела оплата работы. Тем не

менее, Шевелевы работали не с утра до вечера в коллективной мастерской, а у себя дома, и потому имели возможность не слишком «гнаться за валом», хотя в ряде игрушек этого периода, собранных Вал. Д. Шевелевым, ощущается некоторая «серийность», выраженная в отработанном приеме лепки, с минимумом элементов росписи, сделанной откровенно «на скорую руку», что, однако, не всегда является показателем качества работы или отсутствия оного. В этот период К. П. Шевелева проходит и через увлечение заимствованиями некоторых сюжетов и деталей, подмеченных в игрушках других мастеров: так, показательна ее версия игрушки «Охотник на птиц». Вл. Д. Шевелев покупает аналогичную группу у У. И. Бабкиной. Это именно группа, т. е. отдельно слепленная фигурка охотника и отдельно - дерево с птицей и двумя собаками на маленькой пластине. К. П. Шевелева делает вольную копию, с фигурами на большей пластине, и даже дерево выкрашено в похожий ярко-зеленый цвет. Однако характерные индивидуальные черты и здесь весьма ощутимы: типаж старика-охотника с длинной бородой, расписанной «по-токаревски», только черными штрихами, в отличие от цветных бород, которые наводила У. Бабкина; «веселые» птицы и собаки, более тщательно детализированные в росписи.

Д. В. Шевелев старался слепить за один раз десяток одинаковых по сюжету игрушек, например, только кукол или коней, которых особенно любил. Это вовсе не означало слепого тиражирования, напротив, позволяло довести прием до совершенства, помогало соблюсти пропорции, в конечном итоге самому получить удовольствие от выверенной, точной работы. Дед обладал развитым пространственным мышлением и хорошим глазомером, будучи еще и профессиональным столяром, и можно полагать, что оба ремесла, которыми он часто занимался в течение дня попеременно, удачно дополняли друг друга. Бабушка же проявляла большую эмоциональность, была более свободна как в выборе сюжетов, так и в росписи, и в самом отношении к игрушке. Для нее игрушка, как прежде, предназначалась для ребенка (именно играя в них, росли внуки), но и она сама играла своими фигурками, сочиняла по ходу работы присловья или истории, к тому же для нее игрушка была еще способом воспоминаний о прежней жизни в деревне. Свидетельством тому может служить, например, та тщательность, с которой она воспроизводит в росписи особенности местного костюма, прежде всего женского: орнаментацию золотных платков и кокошников, прическу, способ ношения пояса «на передник под казачок», способ декорирования подола юбки многорядными лентами и кружевом и пр.

Один из любимых сюжетов супругов Шевелевых - санные и тележные возки с «поезжанами» - выразительная живая зарисовка из старого быта, а также востребованная сувенирным производством «тройка», автором которой был, по-видимому, А. П. Шевелев. В Музее Шевелевых находится коллекция из семи троек Д. В. Шевелева 1975-1991 гг. и два более ранних образца этого сюжета, сделанные, видимо, совместно с К. П. Шевелевой. Не напрасно именно в этот период появляются сказочные персонажи: полканы, которых первой начала делать У. И. Бабкина, «медвежахи» - очеловеченные медведицы, придуманные К. П. Шевелевой10.

Между тем, супруги Шевелевы придерживались и традиционных форм и образов, по-прежнему лепили собачек, коней, козликов, баранов, воронов, медведей, изображения людей, баб и мужиков. Следует заметить, что эти фигурки, как правило, невелики по размерам (высота - от 5 до 14 см), легко ложатся в ладонь, ибо сделаны «по руке», пропорции которой и являются модульными. Иногда для выставок Д. В. Шевелев лепил более крупные игрушки, высотой до 17-20 см, что легко объясняется размерами больших витрин и подиумов, на которых изделие меньшего размера теряется.

К началу 1970-х гг. форма игрушек становится уверенной и точной, цвет - более ярким. Мастера расписывали фигурки плотной, хорошо кроющей поверхность глины темперой, казеиново-масляной или поливинилацетатной, которые не смешивались между собой. Иногда использовалась гуашь с добавлением, в зависимости от того, каким видом темперы пользовались, разведенного казеинового клея или ПВА, которые фиксировали нестойкую краску. Клавдия Петровна проявляла особое видение колорита, нарядного, праздничного, связанного не только с цветами природы, но и традиционного каргопольского текстиля и костюма. Она крайне редко раскрашивала игрушки чистым готовым цветом, чаще всего, смешивая краски, подбирала тон сама.

Элементы росписи К. П. и Д. В. Шевелевых состоят в основном из разнообразных сочетаний геометрических мотивов: прямых и наклонных линий, дуг, крестов, кругов, точек. Однако роспись не несет символического начала, это исключительно декор, причем нередко передающий особенности костюма персонажа или конской упряжи. Дмитрий Васильевич, по воспоминаниям родных, говорил: «До нас так делали, и мы так красим, а почему - кто знает».

Еще одна характерная особенность росписи игрушек К. П. Шевелевой - черты лица, отмеченные черной и красной краской, с наве-

денным на щеки румянцем. Последняя деталь буквально вменяется в вину каргопольским мастерам, начиная с У. И. Бабкиной, ибо в ней видится «лубочная натуралистическая раскраска с обязательным кукольным румянцем, совершенно не свойственная строю старой кар-гопольской игрушки»11. Во-первых, последняя сводится автором исключительно к игрушкам классика промысла И. В. Дружинина, не приведено ни одного примера дореволюционной игрушки12. Во-вторых, лубок не предполагает натурализма, это искусство, построенное на условности, возникающей нередко на стыке городской и крестьянской традиции13. В-третьих, именно румянец был показателем здоровья, жизненной силы русской крестьянки14, и уже в XIX в. это совершенно естественная деталь кукольных лиц, сделанных из разных материалов, от тряпичных до расписных деревянных15. Почему в каргопольской игрушке эта деталь должна быть табуирована, не ясно.

Нередко игрушки Шевелевых этого периода подвергаются критике (в основном, Л. Ф. Крестьяниновой16, И. Я. Богуславской17 и ее последовательницей И. А. Колобковой18) за чрезмерную яркость цветов и «нетрадицион-ность» их сочетаний, и в качестве главного и единственного аргумента вновь приводятся лишь игрушки И. В. Дружинина. Однако почему-то совершенно не учитывается, что само понятие «чистота традиции» по отношению к каргопольской игрушке до сих пор более чем условно: в игрушке XIX - начала XX в., расписных образцов которой почти не сохранилось, яркости было нелегко добиться по техническим причинам. Самодельные краски были нестойкими, потому чаще фигурки покрывались яркой зеленой свинцовой поливой или обваривались в мучной болтушке до появления контрастных черных пятен. Объявленный не без основания апологетом замечательный мастер И. В. Дружинин мог расписывать игрушки не только довольно яркой темперой, приобретавшей со временем, особенно при хранении на свету, приглушенный «пастельный» оттенок, столь близкий эстетическому чувству критиков, но бронзовой и алюминиевой краской, которая в высшей степени не характерна для традиционной старой каргопольской игрушки: если предположить, что она могла быть доступна мастерам до революции, то, будучи покупной, сильно удорожала бы копеечный товар. Вместе с тем именно яркая игрушка прежде всего привлекает внимание покупателя, особенно ребенка - об этом известно любому, кто сталкивался с возрастной психологией или с технологиями рекламы. Стоит ли удивляться стремлению к на-

сыщенному цвету, когда такая техническая возможность представилась мастерам? Помимо того, полихромия и яркость были характерны для других видов местного традиционного искусства: костюма, текстиля, росписи по дереву, которые часто были источниками вдохновения для К. П. Шевелевой.

Дмитрий Васильевич в 1990-е гг. расписывал игрушки все реже, объясняя это обстоятельство нетвердостью руки и плохим зрением. В Музее хранятся доски, на которых в последние 20 лет Д. В. Шевелев красил игрушки. Случайные брызги краски на них напоминают палитру, верхний слой которой - более темный и сдержанный. В последние годы мастер предпочитал использовать технику обварки, а в 1996 г. экспериментировал с меловым ангобом. Одна из наиболее интересных его работ - корова, выполненная в этой технике, обладает монументальными пропорциями и особым настроением.

Следует отметить, что мастера нередко работали совместно, при этом Дмитрий Васильевич лепил, а Клавдия Петровна расписывала игрушки. В коллекции Музея Шевелевых есть ряд таких работ. Подобное «разделение труда» было не редкостью в крестьянских промыслах начала века, известно, что так поступали ранее И. В. и Е. А. Дружинины19, а позднее Вал. Д. и А. Ф. Шевелевы. Последние, при отсутствии подписи, даже сами с большим трудом могут определить, кто из них именно делал игрушку.

В некоторых работах Д. В. и К. П. Шевелевых можно увидеть черты портрета и автопортрета. Интересна в этом отношении фигурка гончара за кругом конца 1970-х - начала 1980-х гг., сделанная Дмитрием Васильевичем. Черты игрушечного гончара напоминают то ли Петра Антиповича, то ли Валентина Дмитриевича, очень похожего на своего деда. В игрушках К. П. Шевелевой сходство еще более заметно, будь это семейная пара на скамейке или две выразительные куклы конца 1960-х гг.: девица с длинной косой в перевязке или крепкая хозяйка в ярком платке, упершая руки в крутые бока, в которую, кажется, превратилась первая со временем. Иногда даже животные наделяются автопортретными чертами: таковы ее медвежа-хи, заботливые матери или бабушки с пирогами и несколькими медвежатами.

Таким образом, творчество Д. В. и К. П. Шевелевых, богато представленное в собрании Музея Шевелевых, занимает важное место в истории и развитии каргопольской глиняной игрушки второй половины XX в. Оно не застыло в жестких рамках, игрушки обладают рядом ярких, узнаваемых особенностей, прежде всего, особой пропорциональностью, эмоционально-

стью, праздничностью мироощущения, что не противоречит лучшим образцам промысла. Мастера оказались родоначальниками целого направления в современной каргопольской игрушке, представленного ныне творчеством нескольких младших представителей семьи.

Примечания

1 Эта выставка стала возможной благодаря содействию Ю. С. Мелентьева, бывшего министра культуры СССР, коллекционера и знатока народного искусства.

2 Творчество Д. В. и К. П. Шевелевых широко освещено в научно-популярной литературе, газетножурнальных публикациях (библиография составляет около двух сотен статей и изданий), однако в специальной искусствоведческой литературе до сих пор не была предпринята попытка детального анализа и объективной оценки их места и роли в истории промысла. Из наиболее значимых работ необходимо назвать монографию Г. П. Дурасова «Каргопольская глиняная игрушка» (Л.: Художник РСФСР, 1986. 245 с.), где этим мастерам посвящены 2 страницы текста и опубликованы 11 их игрушек из коллекции В. Д. Шевелева.

3 Каргопольский историко-архитектурный и художественный музей-заповедник (КИАХМ), Музей игрушки в Сергиевом Посаде, Архангельский областной музей изобразительного искусства, Музей деревянного зодчества «Малые Корелы», Вологодский историко-архитектурный и художественный музей-заповедник, Челябинский областной музей, Московский музей народного и декоративно-прикладного искусства на Делегатской (МНДПИ), Государственный Русский музей и др.

4 Колобкова И. А. Глиняная игрушка // Народное искусство Каргополья: сб. ст. / под ред. И. Я. Богуславской. СПб., 2006. С. 48.

5 Там же. С. 48.

6 Вал. Д. Шевелев передал в Музей Шевелевых альбом карандашных и акварельных рисунков родительских игрушек, который датируется концом 1960-х гг., еще один альбом, по его словам, был сделан им в начале 1970-х гг. по просьбе А. П. Шевелева

и находится сейчас в фондах каргопольского филиала предприятия «Беломорские узоры».

7 Монограмма на обороте игрушки черной или белой краской - «Д. 90 г.», реже буква Д, тисненная по сырой глине.

8 Монограмма на обороте игрушки КПШ, подписанная краской или тисненная в сырой глине.

9 Включая только игрушки из коллекций Вл. Д. и Вал. Д. Шевелевых.

10 Подробнее об этом см. Шевелева Е. В. Реальный и фантастический мир в сюжетах каргопольской глиняной игрушки // Искусство и фантастика: сб. ст. / науч. ред. А. В. Корнилова. СПб.: СПбГУКИ, 2007. (Тр. СПбГУ-КИ; т. 174) (Баепйа аг^Б = Наука искусства; вып. 1). С. 115-122.

11 Колобкова И. А. Указ. соч. С. 47.

12 Фрагмент поливной игрушки, датированный концом XIX в., найденный несколько лет назад в Каргополе, представляет мужскую голову, тщательно детализированную палочкой, вплоть до черт лица, ушных отверстий, коротких волос и даже лысины на голове.

13 Шевелевы, будучи крестьянами по происхождению, большую часть жизни проводят именно в городе. Проблема взаимовлияний крестьянской и городской культуры на Каргополье, роль этих процессов в каргопольской глиняной игрушке и место в них, в частности представителей династии Шевелевых, требуют особого рассмотрения.

14 Мужики и бабы. Мужское и женское в русской традиционной культуре. СПб., 2005. С. 180-181.

15 Подробнее см. Дайн Г. Л. Русская народная игрушка. М., 1981; Дайн Г. Л. Русская народная игрушка в собрании Загорского Музея игрушки. М., 1989; Дайн Г. Л., Дайн М. Б. Русская тряпичная кукла. М, 2007; Русская народная игрушка в собрании ГРМ: кат. выст. / под ред. И. Я. Богуславской. СПб., 2003.

16 См.: Беслеева Л. И., Крестьянинова Л. Ф. Современное народное искусство. Л.: Художник РСФСР, 1975.

17 См.: Народное искусство Каргополья: сб. ст. / под ред. И. Я. Богуславской. СПб., 2006.

18 См.: Колобкова И. А. Указ. соч.

19 Дурасов Г. П. Каргопольская глиняная игрушка. Л., 1986. С. 53.