Особенности назначения наказания несовершеннолетним

Вестник Омского университета. Серия «Право». 2009. № 1 (18). С. 82-90. © В.М. Степашин, 2009

УДК 343

ОСОБЕННОСТИ НАЗНАЧЕНИЯ НАКАЗАНИЯ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИМ

В.М. СТЕПАШИН

Специальные правила назначения наказания несовершеннолетним стали предметом исследования в настоящей статье. Автор приходит к выводу, что рассматриваемые правила нуждаются в корректировке.

Начиная с XVII в. в отечественном законодательстве проявляется либеральный подход к репрессии в отношении несовершеннолетних. Новоуказные статьи Сыскного приказа (1666 г.) запретили применение некоторых видов наказания к «отрокам» до восьми лет. В Указе Сената от 23 августа 1742 г. запрещалось подвергать малолетних пыткам, сечению кнутом, смертной казни.

В 1765 г. Указ Екатерины II установил нижний порог возрастной невменяемости -недостижение 10-летнего возраста - и предусмотрел смягчение наказания «по мере их вин», дифференцированное для возраста 1014 и 15-17 лет. Эта идея получила развитие в дальнейшем, в частности в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., а также в последующем законодательстве. Так, несовершеннолетие виновного признавалось обстоятельством, уменьшающим вину и наказание, в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. (ст. 142) [1].

Согласно Декрету СНК от 14 января 1918 г. «О комиссиях для несовершеннолетних» (ст. 2) «дела о несовершеннолетних обоего пола до 17 лет, замеченных в деяниях общественно опасных, подлежат веденью комиссии о несовершеннолетних». Комиссия (по ст. 3 Декрета) не налагала мер уголовной ответственности, а либо освобождала несовершеннолетнего, либо направляла его в одно из убежищ Народного комиссариата народного призрения [2].

В 1919 г. имела место известная попытка перейти от идеи смягчения наказания к максимально возможной замене его воспитательными мерами.

Вопросы дифференциации уголовной ответственности несовершеннолетних затрагивались в ряде иных нормативных актов (Декрете ВЦИК от 27 июля 1922 г. «О дополнении ст. 33 Общей части Уголовного кодекса», Постановлении 4-й сессии ВЦИК IX созыва от 11 ноября 1922 г., которым в УК 1922 г. введены ст. 18 и 18-б, предусматривавших обязательное снижение наказания на 1/2 для несовершеннолетних от 14 до 16 лет и на 1/3 - от 16 до 18 лет - по сравнению с высшим пределом санкции).

Впоследствии - с принятием Основ 1924 г. - наметилась тенденция к унификации ответственности несовершеннолетних и взрослых.

Формализация пределов наказания несовершеннолетним регламентировалась в ст. 50 УК 1926 г. В частности, наказание в виде лишения свободы или принудительных работ понижалось несовершеннолетнему от 14 до 16 лет и от 16 до 18 лет соответственно наполовину и на одну треть. В 1926 г. редакция ст. 50 была изменена, однако дифференциация ответственности совершеннолетних и несовершеннолетних преступников сохранялась вплоть до 1935 г. - до отмены ст. 50 УК.

Идея усиления репрессий нашла воплощение в законодательстве 1935 г. (см.: Постановление ВЦИК и СНК СССР от 7 апреля 1935 г. «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних» и Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 31 мая 1935 г. «О ликвидации детской беспризорности и безнадзорности» [3]).

Основы 1958 г., а затем и уголовные кодексы республик СССР ограничили круг

применяемых к несовершеннолетним наказаний и сроки за них.

УК РФ 1996 г. - впервые в истории национального уголовного законодательства -содержит специальный раздел, посвящённый уголовной ответственности несовершеннолетних. Специфика ответственности лиц, не достигших восемнадцатилетнего возраста на момент совершения преступления, многоаспектна: для них введена усечённая, по сути, система наказаний и самостоятельный комплекс принудительных мер воспитательного воздействия, установлен особый порядок назначения наказания, предусмотрены дополнительные основания освобождения от уголовной ответственности и наказания, а также льготные условия досрочного освобождения от отбывания наказания, сокращены сроки давности и погашения судимости.

Иначе говоря, законодатель предусмотрел значительное смягчение правовых последствий совершения преступлений лицами, не достигшими восемнадцатилетнего возраста. В равной степени это относится и к применению наказания.

Идеи снижения рамок наказания несовершеннолетним неоднократно высказывались в литературе.

Как отмечал И.Я. Фойницкий, несовершеннолетие оказывает «значительное влияние на понижение наказания и даже на изменение природы карательных мер» [4].

Г.А. Кригер и А.Д. Соловьёв обращали внимание на то, что несовершеннолетние правонарушители значительно легче поддаются исправительному воздействию и поэтому применять к ним суровые меры наказания в подавляющем большинстве случаев нецелесообразно [5].

А.Б. Сахаров и М.М. Бабаев писали: «В силу возрастных особенностей несовершеннолетнего (организм его физически не окреп, психика лишена ещё тех черт устойчивости и выносливости, которые присущи более зрелому возрасту и т. д.), «нагрузка» избранного судом наказания становится для него более тяжелой, чем в случае применения того же наказания к взрослому» [6].

По мнению Л.Л. Кругликова и А.В. Васильевского, пониженная уголовная ответственность несовершеннолетних может быть обоснована и тем, что в этом возрасте

человек более восприимчив к социальному воздействию и его исправление возможно при помощи менее жёстких мер, чем это требуется по отношению к взрослому преступнику [7].

Р.Р. Галиакбаров отметил, что нормы раздела УК РФ об особенностях уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних «учитывают социально-психологические особенности несовершеннолетних, их недостаточную реакцию на окружающее, нередко искажённое представление о господствующей системе ценностей, приверженность групповым нормам, сравнительно лёгкое восприятие негативного влияния со стороны и т. п. Учитывается и то обстоятельство, что криминальная карьера подростков и несовершеннолетних в перспективе может оставить серьёзный след на всей дальнейшей судьбе человека» [8].

В. В. Мальцев акцентирует внимание именно на более гуманном отношении законодателя к несовершеннолетним. Эти цели могут быть достигнуты «более гуманными, максимально щадящими средствами» [9].

Н.К. Семернева выделяет такие особенности ответственности несовершеннолетних:

1) ограничение видов наказаний, которые могут назначаться несовершеннолетним;

2) порядок назначения наказания с учётом специфики субъекта и обстоятельств, способствовавших совершению преступления;

3) возможность в качестве альтернативного решения применить принудительные меры воспитательного характера [10].

Большинство указанных правил предполагают (но не всегда обеспечивают) смягчение несовершеннолетним наказания. Вместе с тем, - абсолютно справедливо отмечает Е.В. Благов, - совершенно нет особенностей назначения наказания несовершеннолетнему. То же самое можно сказать о принятии во внимание любого другого смягчающего и отягчающего обстоятельства, а также всех иных данных, имеющих отношение к назначению наказания. На самом деле в законе нужно было решить вопрос о том, следует ли принимать во внимание несовершеннолетие виновного в качестве смягчающего обстоятельства при назначении наказания в ограниченных пределах, предусмотренных ст. 88 УК РФ [11].

Итак, система наказаний для несовершеннолетних значительно отличается от общей (ст. 44 УК):

1. Более чем вдвое, сокращено количество применяемых видов наказаний. Из гуманистических соображений законодатель исключил возможность назначения несовершеннолетним лишения почётного звания или государственных наград, ограничения свободы, пожизненного лишения свободы и смертной казни. Другие же виды наказания (лишение права занимать определённые должности, лишение специального, воинского звания, классного чина, ограничение по военной службе и содержание в дисциплинарной воинской части) в силу специфики своего содержания в принципе неприменимы к несовершеннолетним.

2. Сроки (размеры) наказаний для несовершеннолетних сокращены по сравнению с установленными в ст. 46, 49, 50, 54, 56 УК. Не претерпели изменений лишь пределы наказания в виде лишения права заниматься определённой деятельностью. Непонятно, -пишет Е.В. Благов, - почему законодатель не ограничил в отношении несовершеннолетних размер лишения права заниматься определённой деятельностью и процент удержаний из заработка при назначении исправительных работ [12]. Не согласиться с данным замечанием нельзя.

Так, Рязанским районным судом Рязанской области 7 августа 1997 г. Кленьшин осуждён к штрафу в размере годичной заработной платы, равной 4 999 200 рублей. Президиум Рязанского областного суда удовлетворил протест председателя Рязанского областного суда, указав следующее: Кленьшин совершил преступление в несовершеннолетнем возрасте; суд назначил наказание, не приняв во внимание положение ч. 2 ст. 88 УК РФ о том, что несовершеннолетнему назначается штраф в размере заработной платы за период от двух недель до шести месяцев, поэтому наложенный на Кленьшина размер штрафа подлежит снижению до суммы заработка за шесть месяцев, т. е. до 249 тыс. рублей [13].

Кроме того, размеры (сроки) наказаний для несовершеннолетних, ограниченные ст. 88 УК, могут быть ниже установленных санкцией минимальных пределов. Например,

санкции десяти статей Особенной части УК предусматривают безальтернативное наказание в виде лишения свободы на срок от 12 до 20 лет (ч. 3 ст. 209, ст. 275, 277, 278, 279, ч. 2 ст. 281, ст. 295, 317, 357, 358). То, что субъект некоторых из приведённых составов преступлений является специальным, не исключает возможности привлечения несовершеннолетних к уголовной ответственности, например, за соучастие в совершении таких преступлений.

В подобных случаях (при отсутствии иных оснований смягчения наказаний) несовершеннолетнему (до корректировки уголовного закона в 2003 г.) назначалось наказание в виде лишения свободы сроком на десять лет, т. е. наказание приобретало характер абсолютно определённого, что противоречило требованию индивидуализации наказания. При этом суд назначал наказание без ссылки на ст. 64 УК. Отметим, что абсолютизация наказания была возможна и при осуждении несовершеннолетних за преступления, наказуемые лишением свободы сроком не ниже десяти лет (всего 5 составов преступлений: ч. 3 ст. 205, ч. 3 ст. 210, ст. 276, ч. 2 ст. 353, ч. 2 ст. 356 УК).

В соответствии с ч. 6.1 ст. 88 УК РФ, введённой Федеральным законом от 8 декабря 2003 г., «при назначении несовершеннолетнему осуждённому наказания в виде лишения свободы за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления низший предел наказания, предусмотренный статьей Особенной части настоящего Кодекса, сокращается наполовину». Тем самым удалось избежать назначения несовершеннолетним наказания, вид и размер которого был абсолютно предопределён. Остаётся, однако, непонятным, подлежит ли в таких случаях сокращению вдвое минимальное наказание в виде лишения свободы, установленное санкцией, если его срок составляет два месяца.

Следует отметить, что само сокращение нижнего предела лишения свободы до двух месяцев вызвало не только резкую критику как не отвечающее рекомендациям Международной ассоциации уголовного права [14] и не позволяющее достичь целей наказания, но и одобрение как подтверждение отказа законодателя от устоявшихся представлений о возможностях, которыми располагает лише-

ние свободы, и избрания курса на либерализацию уголовной ответственности [15].

3. Установлены дополнительные ограничения в применении некоторых видов наказания.

Указанные ограничения восприняты неоднозначно.

Так, И.А. Кобзарь полагает, что «определённые сомнения вызывает отказ законодателя от применения конфискации имущества и ограничения свободы» [16]. По мнению Е. Н. Азаряна, арест нецелесообразен для несовершеннолетних, правомерными же для них наказаниями являются обязательные и исправительные работы [17].

Резкие возражения вызвала новелла о возможности взыскания штрафа с родителей или иных законных представителей несовершеннолетнего с их согласия (ч. 2 ст. 88 УК РФ), вызвавшая многочисленные критические и, несомненно, справедливые возражения [18]. «С подобным, разумеется, категорически нельзя согласиться, - пишет Н. А. Лопашенко,

- поскольку такой шаг посягает не только на принцип личной ответственности, но и на принципы вины и справедливости. Позиция разработчиков законопроекта, а также законодателей, бездумно принявших такое положение, мягко говоря, вызывает удивление и недоумение» [19]. При этом «является загадкой указание ч. 2 ст. 88 УК РФ о том, что соответственно штраф назначается как при наличии у несовершеннолетнего осуждённого самостоятельного заработка или имущества, на которое может быть обращено взыскание, так и при отсутствии таковых» [20].

Помимо очевидной абсурдности такого нововведения, следует отметить и то, что оно породило ряд проблем в сфере исполнения штрафа. Остаётся неясным: 1) образует ли злостное уклонение от отбывания данного наказания неуплата штрафа в установленные сроки родителями или законными представителями несовершеннолетнего осуждённого;

2) возможна ли в таких случаях замена наказания более строгим несовершеннолетнему осуждённому, учитывая, что в его действиях не содержится никаких признаков уклонения от отбывания наказания либо препятствования тому; 3) допустимо ли при таких обстоятельствах возложение ответственности на родителей или законных представителей

осуждённого либо взыскание штрафа в принудительном порядке, предусмотренном

гражданским законодательством Российской Федерации.

Тем самым фактически создана законодательная основа обмана суда родителями (иными законными представителями) несовершеннолетнего преступника [21].

В контексте сказанного ещё более пристального внимания заслуживает п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 11 января 2007 г.: «Штраф, назначенный несовершеннолетнему, по решению суда может взыскиваться с его родителей или иных законных представителей с их согласия... Если родители или иные представите -ли несовершеннолетнего осуждённого уклоняются от уплаты штрафа, то его взыскание осуществляется в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации (исполнительный лист передаётся судебному приставу-исполнителю, который решает вопрос о взыскании штрафа в порядке исполнительного производства)». Безусловно, Пленум Верховного Суда может предложить толкование тех положений, что непосредственно закреплены в УК РФ или УИК РФ, но не должен - и не вправе - выполнять функцию устранения законодательных пробелов. Не случайно, после указания на «порядок, предусмотренный законодательством Российской Федерации» в скобках следует пояснение о существе такого «порядка», ибо его в природе не существует вовсе. Фактически, Пленум осуществил создание новой правовой нормы, то есть - явный выход за пределы своей компетенции.

Неясным остаётся вопрос и о возможности замены несовершеннолетним осуждённым наказаний в виде штрафа, обязательных либо исправительных работ лишением свободы. Так, в соответствии с ч. 6 ст. 88 УК РФ «Наказание в виде лишения свободы не может быть назначено несовершеннолетнему осуждённому, совершившему в возрасте до шестнадцати лет преступление небольшой или средней тяжести впервые, а также остальным несовершеннолетним осуждённым, совершившим преступления небольшой тяжести впервые». А. Бриллиантов в этой связи отмечает, что назначение указанным категориям несовершеннолетних лишения свободы

невозможно, а замена штрафа лишением свободы формально не запрещена, поскольку законодательных ограничений нет [22]. С данным подходом следует согласиться, если прибегнуть к филологическому толкованию упомянутой нормы, поскольку ч. 6 ст. 88 УК запрещает именно назначение лишения свободы. Однако представляется, что такой вывод противоречит генеральному курсу законодателя на либерализацию уголовной ответственности несовершеннолетних, стремлению избежать применения к ним лишения свободы, поэтому анализируемая норма, на наш взгляд, нуждается в корректировке.

Единственно верным вариантом разрешения данной проблемной ситуации видится исключение из действующего уголовного законодательства антиправового по сути положения о возможности взыскания штрафа с родителей или иных законных представителей несовершеннолетнего осуждённого.

Наказание в виде исправительных работ также не всегда беспрепятственно может быть применено к несовершеннолетним, несмотря на отсутствие прямых указаний на то в уголовном законе. Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. кардинально изменена как сущность данной меры государственного принуждения, так и сфера её применения.

Если ранее исправительные работы отбывались по месту работы осуждённого, то в настоящее время они отбываются в местах, определяемых органом местного самоуправления по согласованию с органом, исполняющим наказания в виде исправительных работ, и, соответственно, назначаются только лицам, не имеющим основного места работы. Подобное решение законодателя вызвало резкую критику и представителей науки уголовного права, и практических работников, полагающих необходимым вернуться к применению двух видов исправительных работ -в том числе по основному месту работы [23].

Однако в соответствии трудовым законодательством не допускается приём на работу лиц моложе 15 лет. Приём на работу лиц, не достигших пятнадцати лет, обучающихся в общеобразовательных учреждениях, образовательных учреждения начального и среднего профессионального образования, допускается лишь: а) для выполнения легкого труда, не причиняющего вреда здоровью и

не нарушающего процесса обучения; б) в свободное от учебы время; в) по достижении ими 14-летнего возраста; г) с согласия родителей, усыновителей или попечителя.

Значительная часть возникающих при этом трудовых отношений, как справедливо отмечал В.Н. Скобелкин, регулируется нормами трудового права, с некоторыми исключениями из его общих правил [24]. Таким образом, суд, применяя наказание в виде исправительных работ к несовершеннолетним, должен учитывать положения законодательства о труде.

В этой связи представляется необходимым внести дополнения в ч. 4 ст. 88 УК, изложив её в следующей редакции: «Исправительные работы назначаются несовершеннолетним осуждённым с учётом положений законодательства Российской Федерации о труде. Исправительные работы несовершеннолетним устанавливаются на срок от двух месяцев до одного года».

Как представляется, нецелесообразным будет назначение исправительных работ лицам, обучающимся в учебных заведениях на дневной форме обучения (для отбывания исправительных работ в этих случаях осуждённые будут вынуждены прекратить обучение, в противном случае исполнение исправительных работ становится невозможным, что подтверждает практика деятельности уголовно-исполнительных инспекций).

В литературе высказано мнение, что арест несовершеннолетним может быть назначен только в том случае, если это лицо ранее подвергалось лишению свободы условно или другим мерам уголовно-правового воздействия, не связанным с изоляцией от общества [25]. На наш взгляд, такой вывод не находит обоснования ни в уголовном, ни в уголовно-исполнительном законе: никаких ограничений применения ареста к несовершеннолетним, кроме достижения ими шестнадцатилетнего возраста, законодатель не предусмотрел.

В то же время вызывает возражения действующая редакция ч. 5 ст. 88 УК, в соответствии с которой арест назначается несовершеннолетним, достигшим шестнадцатилетнего возраста к моменту вынесения судом приговора. Как известно, преступность и наказуемость деяния определяются уголовным

законом, действовавшим во время совершения этого деяния (ч. 1 ст. 9 УК). Таким образом, к лицам, совершившим преступления в возрасте от четырнадцати до шестнадцати лет, арест не должен применяться - вне зависимости от времени вынесения приговора, поскольку на момент совершения преступного деяния уголовный закон исключал возможность применения такого наказания. Так же, например, решается вопрос о возможности назначения несовершеннолетним, достигшим к моменту вынесения приговора восемнадцати лет, смертной казни или пожизненного лишения свободы. Применительно же к аресту законодатель - вопреки прямому конституционному запрету и требованиям уголовного законодательства - придаёт обратную силу законодательным положениям о наказании. Отметим, что и в соответствии с

ч. 1 ст. 87 закон связывает признание лица несовершеннолетним с его возрастом именно ко времени совершения преступления.

В этой связи представляется необходимым внести изменения в ч. 5 ст. 88 УК, заменив слова «к моменту вынесения судом приговора» словами «ко времени совершения преступления».

Таким образом, к несовершеннолетним не могут быть применены отдельные наказания, хотя и предусмотренные за совершение некоторых преступлений, в том числе в качестве обязательных дополнительных. В таких случаях суд не назначает эти виды наказания, не ссылаясь при этом в резолютивной части приговора на положения ст. 64 УК, поскольку смягчение наказания происходит в силу правил ст. 88 УК [26].

Так, по постановлению Президиума Ставропольского краевого суда из приговора Невиномысского городского суда исключено дополнительное наказание в виде конфискации имущества, поскольку осуждённые совершили преступление в несовершеннолетнем возрасте, а конфискация имущества в соответствии со ст. 88 УК РФ к несовершеннолетним не применяется. Впоследствии Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ изменила также и вид режима отбывания наказания в исправительной колонии (к моменту вступления приговора в силу осуждённые достигли восемнадцатилетнего возраста) со строгого на общий [27].

Таким образом, смягчение наказания несовершеннолетним обусловлено прежде всего наличием усечённой системы наказаний для них. Однако из наказаний, предусмотренных для несовершеннолетних, лишь три - штраф, обязательные работы и лишение свободы -могут применяться беспрепятственно. Характерно, что из 54 норм о преступлениях, ответственность за которые наступает с 14 лет, большая часть предусматривают безальтернативные наказания в виде лишения свободы, и лишь ч. 1 ст. 214 не упоминает лишения свободы среди возможных наказаний.

Парадоксальность положения заключается в том, что отсутствие штрафа или лишения свободы среди мер наказания практически исключает возможность назначения наказания учащемуся несовершеннолетнему. В литературе уже обращалось внимание на невозможность определения наказания, например, за вандализм [28] (санкция ч. 1 ст. 214 УК РФ предусматривает наказания в виде штрафа, обязательных или исправительных работ и ареста; всего в УК РФ 16 норм с аналогичной конструкцией санкций).

В целом же приходится констатировать, что несовершеннолетие лица, совершившего преступление, не всегда смягчает наказание,

а, напротив, порой и ужесточает. При этом, как следует из п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 7 от 14 февраля 2000 г., при решении вопроса о назначении наказания несовершеннолетним суду следует обсуждать, прежде всего, возможность применения наказания, не связанного с лишением свободы. Суд вправе принять решение о назначении несовершеннолетнему наказания в виде лишения свободы лишь тогда, когда исправление его невозможно без изоляции от общества, обязательно мотивировав в приговоре принятое решение. К сожалению, действующее уголовное законодательство не позволяет в полной мере реализовать такие рекомендации. И. А. Кобзарь также приходит к выводу, что применительно к особенностям отдельных видов наказания несовершеннолетних встает вопрос о полноте предусмотренных возможностей для индивидуализации наказания [29]. Вместе с тем, одной лишь констатации наличия проблемы явно недостаточно: необходимо предложить варианты её правового разрешения.

Нейтрализовать выявленные последствия несогласованности норм Уголовного кодекса позволит, на наш взгляд, предоставление суду возможности в подобных ситуациях применять положения о назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией статьи Особенной части.

Максимальный срок (размер) наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за преступление, может превышать максимальный срок (размер) наказания для несовершеннолетних, установленный статьёй 88 УК РФ. В частности, 59 норм устанавливают в качестве наказания лишение свободы на срок свыше десяти лет, в том числе 19 из них предусматривают уголовную ответственность с четырнадцати лет.

Думается, в этих случаях пределы наказания в соответствии с требованиями ст. 62, 65 и 66 УК РФ должны определяться сообразно срока (размера) наказания, установленного санкцией статьи Особенной части, поскольку именно в санкции нормы находит отражение оценка общественной опасности преступления. Статья 88 УК РФ устанавливает общие ограничения пределов наказаний для несовершеннолетних с учётом возраста, положения в обществе последних, а также ввиду чрезмерной строгости для них общих пределов наказаний, т. е. положения ст. 88 УК РФ обусловлены совокупностью признаков, характеризующих несовершеннолетних как субъектов преступлений, без учёта общественной опасности деяний, совершённых ими.

Иную позицию занял Верховный Суд РФ. По его мнению, исчисление срока наказания несовершеннолетним следует производить, исходя из максимального срока наказания, предусмотренного ст. 88 УК [30]. Тем самым было признано, что положения УК об особенностях уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних существенно корригируют именно санкции норм Особенной части и что подобная корректировка санкций является императивной, не зависящей от судебного усмотрения.

Такое толкование закона представляется небесспорным, ибо из него, как ни парадоксально, следует вывод о невозможности совершения лицами, не достигшими восемнадцатилетнего возраста, особо тяжких

преступлений. В соответствии с ч. 5 ст. 15 УК особо тяжкими преступлениями признаются умышленные деяния, за совершение которых Уголовным кодексом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше десяти лет или более строгое наказание, однако в силу положений ст. 88 УК действующее законодательство такое наказание для несовершеннолетних не предусматривает [31].

На наш взгляд, положения ст. 88 УК призваны ограничить пределы применения к несовершеннолетним наказаний в том виде, в каком они представлены в гл. 9 УК. Во-первых, наказуемость (угроза применения наказания) является конститутивным признаком именно преступления, а не характеристикой лица, совершившего преступное деяние. Во-вторых, именно в санкции нормы Особенной части находит отражение характер и степень общественной опасности деяния, описанного в диспозиции. В-третьих, дифференциация ответственности несовершеннолетних обусловлена как соображениями гуманизма, так и презюмируемой меньшей степенью общественной опасности их личности; однако общественная опасность совершаемых ими деяний остается неизменной. Таким образом, положения гл. 14 УК носят в некотором смысле производный характер.

Думается, что при назначении наказания лицу, совершившему преступление в возрасте до восемнадцати лет, с применением ст. 62, 66, 69 и 70 УК РФ следует исходить из тех пределов наказания, которые установлены санкцией нормы. В том случае, если срок или размер наказания за преступление и после применения правил ст. 62, 66, 69 и 70 УК превышает максимальные пределы, установленные ст. 88 УК РФ, наказание подлежит сокращению (смягчению) в этих пределах.

В соответствии со ст. 96 УК все способы смягчения наказания, установленные для несовершеннолетних, могут быть применены и к лицам, совершившим преступления в возрасте от восемнадцати до двадцати лет, если суд признает исключительность случая, учитывая характер совершённого деяния и личность виновного.

Уголовный кодекс РФ предусматривает и другие способы смягчения наказания несовершеннолетним. Так, в силу п. «б» ч. 1

ст. 61 УК несовершеннолетие само по себе смягчает наказание, а в случае признания исключительным обстоятельством (ст. 64) оно может служить основанием для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за соответствующее преступление.

Судимости за преступления, совершенные лицом в возрасте до восемнадцати лет, не учитываются при признании рецидива преступлений [32].

Лицам, впервые совершившим преступление небольшой или средней тяжести в возрасте до 16 лет, а также остальным несовершеннолетним, совершившим преступления небольшой тяжести впервые, наказание в виде лишения свободы не назначается. При назначении же наказания в виде лишения свободы необходимо учитывать, что несовершеннолетним, совершившим тяжкие преступления в возрасте до 16 лет, независимо от времени постановления приговора как за отдельное преступление указанной тяжести, так и по их совокупности может быть назначено наказание на срок не свыше шести лет. Этой же категории осуждённых, совершивших особо тяжкие преступления, а также иным несовершеннолетним, достигшим шестнадцатилетнего возраста, максимальный срок лишения свободы за одно или несколько преступлений, в том числе по совокупности приговоров, не может превышать десяти лет.

При назначении наказания несовершеннолетнему за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления нижний предел наказания, предусмотренный соответствующей статьей Особенной части УК РФ, сокращается наполовину и при этом ссылки на ст. 64 УК РФ не требуется (например, за убийство, квалифицированное по ч. 1 ст. 105 УК РФ, несовершеннолетнему может быть назначено наказание от трёх до десяти лет лишения свободы; за разбой, предусмотренный ч. 2 ст. 162 УК РФ, - от двух лет шести месяцев до десяти лет лишения свободы) [33].

Таким образом, российское уголовное законодательство предусматривает различные способы смягчения наказания лицам, совершившим преступления в несовершеннолетнем возрасте, ориентирует суды на применение наименее строгих мер государственного принуждения, а также применение принудительных мер воспитательного воздействия, преду-

смотренных ст. 90 УК РФ, если таким путём может быть достигнуто исправление и перевоспитание несовершеннолетних. В то же время несогласованность некоторых уголовно-правовых норм требует корректировки последних в целях обеспечения реальной минимизации карательного воздействия на не достигших совершеннолетия лиц.

1. Российское законодательство Х-ХХ веков: в 9 т. Т. 6 / под ред. О.И. Чистякова. - М., 1988.

- С. 201.

2. Там же. - С. 21.

3. СЗ СССР. - 1935. - № 19, 32.

4. Фойницкий И.Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением. - М., 2000. - С. 94.

5. Кригер Г.А. Наказание и его применение. -М., 1962. - С. 32; Соловьёв А.Д. Вопросы применения наказания по советскому уголовному праву. - М., 1958. - С. 119.

6. Сахаров А.Б., Бабаев М.М. Особенности применения мер воздействия к несовершенно -летним преступникам // Вопросы борьбы с преступностью. - Вып. 8. - М., 1968. - С. 55.

7. Кругликов Л.Л., Васильевский А.В. Дифференциация ответственности в уголовном праве. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2003.

- С. 128.

8. Галиакбаров Р.Р. Уголовное право. Общая часть. - Краснодар, 1999. - С. 395.

9. Мальцев В. В. Принципы уголовного права и их реализация в правоприменительной деятельности. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2004. - С. 596-597.

10. Семернева Н.К. Особенности уголовной ответственности несовершеннолетних // Уголовное право. Общая часть / под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамовой. - М., 1997. - С. 481.

11. Благов Е.В. Применение уголовного права. -СПб.: Юридический центр Пресс, 2004. -С. 467.

12. Там же. - С. 470.

13. Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2000. -№ 2. - С. 23-24.

14. Кузнецова Н.Ф. Мнение учёных о реформе УК (или Риі рі^еєі?) // Уголовное право. -2004. - № 1. - С. 27.

15. Фролов А.С. Тенденции развития уголовного законодательства // Реформы в России: история и современность: сб. матер. межд. интер-нет-конф. - Омск: ОмГУ, 2004. - С. 87.

16. Кобзарь И. А. Уголовная ответственность и наказание несовершеннолетних по новому уголовному законодательству: дис. ... канд. юрид. наук. - М., 1998. - С. 166.

17. Азарян Е.Н. Преступление. Наказание. Правопорядок. - СПб.: Юридический центр Пресс, 2004. - С. 135.

18. См., например: Боровиков В. О совершенствовании института уголовной ответственности несовершеннолетних // Уголовное право.

- 2003. - № 4. - С.10; Лемперт И.Н. Правовая характеристика штрафа как вида уголовного наказания: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. - Красноярск, 2004. - С. 7, 17; Бриллиантов А. Изменения законодательства о наказании // Российская юстиция. - 2004. - № 5. -С. 38 (правда, А. Бриллиантов ошибочно заявляет о том, что ч. 2 ст. 88 УК РФ, «как и прежняя, содержит указание на необходимость наличия у несовершеннолетнего самостоятельного заработка или имущества, как условий назначения штрафа, но в то же время жёстко не связывает эту возможность с указанными обстоятельствами»); Жевлаков Э. Обновленное уголовное законодательство и проблемы его применения // Уголовное право. - 2004. - № 3. - С. 30; Благов Е.В. Указ. соч. - С. 470-471.

19. Лопашенко Н.А. Основы уголовно-правового воздействия. - СПб., Юридический центр Пресс, 2004. - С. 233.

20. Благов Е.В. Указ. соч. - С. 469.

21. Уткина С. С. Уголовное наказание в виде штрафа. - Томск: Изд-во Том. ун-та., 2004. -

С. 153.

22. Бриллиантов А. Изменения законодательства о наказании // Российская юстиция. - 2004. -№ 5. - С. 39.

23. Непомнящая Т.В. Система уголовных наказаний: перспективы реформирования // Реформы в России: история и современность: сб.

матер. межд. интернет-конф. - Омск: ОмГУ, 2004. - С. 92; Рогова Е.В. Исправительные работы и особенности их применения к несовершеннолетним: автореф. дис. . канд.

юрид. наук. - Красноярск, 2004. - С. 7, 13.

24. Скобелкин В.Н. Исполнение уголовных наказаний и трудовое право // Юридическая ответственность: ОмГУ. - Омск, 1998. - С. 70.

25. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. - М.: Норма-Инфра-М, 1998. - С. 189.

26. См., например, п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 7 от 14 февраля 2000 г. «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» // Российская газета. - 2000. - 14 марта.

27. Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2000. -№ 6. - С. 13-14.

28. Донченко А. Ненаказуемый вандализм // Российская юстиция. - 1998. - № 6.

29. Кобзарь И. А. Уголовная ответственность и наказание несовершеннолетних по новому уголовному законодательству: дис. . канд. юрид. наук. - М., 1998. - С. 179.

30. Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1998. - № 4. - С. 17.

31. При этом, например, в п. «в» ст. 93, п. «б» ст. 95 УК прямо говорится о совершении лицами, не достигшими восемнадцатилетнего возраста, особо тяжких преступлений.

32. См., например, дело Жукова: Бюллетень Верховного суда РФ. - 2000. - № 3. - С. 16.

33. См. п. 20-23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от января 2007 г.