Россия выходит на Шелковый путь

Экономические инициативы Китая по инфраструктурной модернизации Евразии открывают для России возможность включиться в масштабный процесс экономического моделирования на всем континенте, но при этом не препятствуют реализации собственных концепций и проектов трансъевразийского масштаба.

Накануне празднования Дня Победы в Москве, 8 мая, главы России и Китая среди прочих двусторонних соглашений подписали документ, который может надолго определить внешнеполитический курс российского государства. Владимир Путин и Си Цзиньпин выпустили совместное заявление, в котором говорится о синхронизации интеграционных процессов в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС), куда входят Россия, Казахстан, Белоруссия, Армения и Киргизия, с китайским проектом "Экономический пояс Шелкового пути". Как заявил после церемонии глава российского государства, экономические проекты ЕАЭС будут "гармонично дополнять" китайские интеграционные инициативы. "По сути, речь идет о выходе в перспективе на новый уровень партнерства, подразумевающего общее экономическое пространство на всем Евразийском континенте",— отметил Владимир Путин.

Коридорная геополитика

Для понимания важности этих заявлений следует пояснить, что упомянутое название китайского проекта лишь одна из двух частей масштабного замысла КНР под названием "Один пояс — один путь". Этот концептуальный суперпроект способен за полтора десятилетия преобразить экономическую карту современного мира. В рамках данной концепции путь — это масштабное развитие "Морского Шелкового пути", соединяющего Китай и Европу через Индийский океан. Несмотря на то что уже сейчас в грузовых контейнерных перевозках на этом маршруте обращается около $1 трлн, экономика Китая и сопредельных стран требует радикального развития портовой инфраструктуры и новых судоходных путей. Центральным проектом морского Шелкового пути может стать строительство судоходного канала через Малайский полуостров в Таиланде, что сократит расстояние между портами Юго-Восточной Азии и Европы на 1-1,2 тыс. км и избавит от прохода через Малаккский пролив.

Сухопутная часть суперпроекта Шелкового пути — "Экономический пояс" — еще более масштабный инфраструктурный проект, ориентированный на строительство высокоскоростных транспортных сетей на территории всего евразийского континента, сопряженных с созданием новых центров промышленного роста и социального благополучия. Проект предусматривает инфраструктурное развитие сразу нескольких экономических коридоров между Азией и Европой, из которых лишь в одном — Северном — предполагается участие России. Он проходит по линии от Пекина по территории Западного Китая, Казахстана и далее по территории России до Балтийского моря с ответвлением на Белоруссию, Польшу и Германию. Основу этого пояса составят железнодорожные и автомобильные магистрали, плотность которых на всей протяженности коридора должна существенно возрасти, генерируя возможности для комплексного экономического развития прилегающих территорий.

В основу китайского трансконтинентального суперпроекта легли еще несколько стратегических осей, вдоль которых должны развиваться инфраструктура, промышленность, расти городские агломерации и межкультурное взаимодействие. Крупнейший в истории Евразии инфраструктурный бум запланирован по линиям Бангладеш--Китай--Индия--Мьянма, Китай--Пакистан (Белуджистан), Китай--Таджикистан--Иран и другим направлениям от Пекина до Западной Европы. Самый длинный сухопутный пояс экономической мощи Евразии, согласно китайской концепции, протянется от Пекина до самого Лондона, что потребует использования возможностей и преимуществ развитой транспортной инфраструктуры Европы, включая тоннель под Ла-Маншем.

Встречным курсом

С китайской инициативой тесно связан и идет как бы навстречу по Шелковому пути российский проект "Транс-Евроазиатский пояс Razvitie" (ТЕПР), приверженцем и соавтором которого является президент ОАО "Российские железные дороги" Владимир Якунин. Отечественная концепция во многом отличается от китайской, но весьма созвучна по подходам с китайским суперпроектом Шелкового пути и имеет ту же геополитическую направленность на интеграционные процессы в пределах евразийского континента. Российский Шелковый путь традиционно тяготеет к железнодорожным магистралям, но при этом предполагает развитие вдоль них всех остальных видов инфраструктуры: трубопроводной, электроэнергетической, телекоммуникационной, промышленной и социальной. Так или иначе уже реализуемые отечественные проекты коренной модернизации БАМа и Транссиба и проекты развития скоростного пассажирского движения имеют своей основной предпосылкой появление вдоль этих транзитных каналов целых кластеров промышленных предприятий и городских агломераций.

""Пояс Razvitie" — это не транзитный коридор, безразличный к территории, по которой он проходит,— поясняет суть российского мегапроекта Владимир Якунин.— "Пояс Razvitie" отличается от понятий "страновой мост" и "коридор развития" — в данном случае они включаются внутрь этого концепта, интегрируются в нем и выступают в виде отдельных аспектов". По его словам, Россия занимает 30% территории Евразии и благодаря этому объективно является "коммуникационным ядром" между странами Азии и экономическими центрами в Европе. Она находится в центре транспортных и энергетических интересов трех больших регионов — Западной Европы, Северной Америки и Юго-Восточной Азии — и может за короткий срок стать центральным элементом этой суперсистемы экономического и социального развития, к которой будут также тяготеть Индия, Иран, арабский мир, постсоветские республики Азии.

Инфраструктурная планета

Если реализуется целый ряд инвестиционных проектов в рамках единой концепции, можно достичь более высокого эффекта от инвестиций, равно как и защитить экономику от опасных перекосов, излагает основные принципы современного инфраструктурного планирования руководитель московского филиала японского Исследовательского института Номура Ивао Охаси. Он отмечает, что сегодня весь мир озабочен вопросами транспортных коридоров. "Европейская концепция предполагает принцип четырех свобод: свободного перемещения товаров, людей, услуг и капитала. В Азии разработана и воплощается в жизнь концепция единого свободного транспортного пространства "Бесшовная Азия" (Seamless Asia)",— рассказывает эксперт.

По мнению Ивао Охаси, концепция ТЕПР, предложенная группой российских ученых и экономистов, как раз один из таких комплексных проектов, сформированных на современных принципах экономической науки. "Первая и самая очевидная цель ТЕПР — развитие транзитного потенциала России за счет перевозок грузов и людей между Европой и Юго-Восточной Азией по своей территории. Вторая — развитие промышленности и городских агломераций в пределах тяготения транзитных транспортных магистралей",— отмечает он, подчеркивая, что не стоит увлекаться решением одной задачи в ущерб решению другой.

"Это для России и большой риск,— отмечает господин Охаси.— Чем дольше транзитный коридор действует, тем больше будет оборот товаров с большой добавленной стоимостью между Европой и Азией. Этот процесс не будет приводить к генерации добавленной стоимости товаров, произведенных на территории России, хотя спрос на российское сырье у западных и восточных стран по-прежнему останется. Так что в этом случае зависимость экономики России от спроса на сырье в других странах сохранится",— предостерегает Россию японский эксперт. Именно поэтому крайне важно развивать промышленность в рамках "Экономического пояса", стремясь обеспечить развитие не только конечных пунктов транспортных магистралей, но и городов на всем протяжении этого пути, которые станут самостоятельными центрами потребления и производства товаров, говорит Ивао Охаси.

Китайская доминанта

По мнению авторов проекта ТЕПР, российские инфраструктурные инициативы не противоречат и не конкурируют с концепцией китайского Шелкового пути, а дополняют ее, хотя лидерство Китая в процессе инфраструктурного переустройства Евразии выглядит бесспорным. Кому как не крупнейшей экономике региона, доказавшей на практике свои экстраординарные возможности, быть локомотивом процесса создания инфраструктурной сети в масштабах всего континента. Кроме того, китайскому бизнесу, перешедшему на новый уровень эволюции, становятся тесны национальные границы — он ищет возможности для прорыва в глобальный экономический процесс, к которому усиленно готовился все последние годы. Во многом международные эксперты связывают возрождение Шелкового пути с желанием Китая потеснить гегемонию США и других западных стран в глобальном геополитическом пространстве, привлекая на свою сторону все большее число государств континента через интеграционные экономические проекты.

Между тем официальные лица КНР при каждом упоминании о проекте Шелкового пути не устают подчеркивать его сугубо мирный и партнерский характер. "Мы готовы сотрудничать со всеми заинтересованными партнерами и международными организациями, в первую очередь крупнейшими нашими соседями в лице России и Индии, объединенными усилиями, сообща выступать за взаимный выигрыш в XXI веке. Это не соло Китая, это общий симфонический концерт всех наших партнеров",— отметил на одном из брифингов глава МИД Китая Ван И. Министр добавил, что Китай готов также "развивать сотрудничество со всеми государствами, расположенными вдоль этого маршрута".

России в этом глобальном евразийском экономическом оркестре предстоит сыграть если не первую скрипку, то уж точно не остаться на подпевках. Пусть еще не определены доли учредителей в инфраструктурном банке и не подписаны обязывающие документы между всеми государствами, но функциональная составляющая российской территории на трассе нового Великого шелкового пути очевидна даже при беглом взгляде на карту континента. Экономика нашей страны наиболее развита в европейской части и в целом обеспечена инфраструктурой автомобильных и железных дорог, электроэнергетическим и коммунальным хозяйством. Здесь высоки доля городских агломераций и плотность населения в целом, благодаря чему Россия имеет достаточно устойчивые экономические связи с Европой, подкрепленные многолетним успешным сотрудничеством с западными соседями.

Для общего развития

Теперь же Россия имеет шанс стать связующим мостом на пути экономического сотрудничества с восточными странами, замкнув на своей территории разорванные сегодня инфраструктурные звенья глобальной бизнес-сети в масштабах всего континента. Так или иначе, этому стратегическому выбору подчинены практически все уже реализуемые отечественным правительством инфраструктурные и бизнес-проекты, каждый из которых органично вписывается в контекст обсуждаемых в Азии интеграционных экономических процессов.

Одним из таких первых проектов развития можно назвать создание Объединенной транспортно-логистической компании (ОТЛК), бизнес которой будет основан на развитии транзита грузов из Китая через территорию России, Казахстана и Белоруссии в адрес европейских потребителей. Суть проекта — собрать активы в сфере контейнерных перевозок стран Таможенного союза в единую производственную компанию, которая будет предоставлять логистические решения фактически на всем протяжении нового Великого шелкового пути.

Как поясняют в компании, помимо преимуществ на уровне железнодорожной отрасли, которые будут получены благодаря эффекту масштаба и консолидации производственных и финансовых ресурсов в объединенной компании, создание ОТЛК будет иметь и позитивный макроэкономический эффект. Согласно расчетам, проведенным с участием Boston Consulting Group, за счет развития перевозок и дополнительной загрузки смежных отраслей, таких как транспортное машиностроение, строительство, производство материалов и других, к 2020 году будет обеспечен дополнительный вклад в ВВП РФ в размере $5 млрд и создано больше 17 тыс. рабочих мест, отмечают в пресс-службе ОТЛК, добавляя, что положительный эффект почувствуют и экономики других стран Таможенного союза.

Еще один масштабный проект, который будто создан для инфраструктурного сотрудничества России и Китая,— первая высокоскоростная железнодорожная линия Москва--Казань, которая затем будет продолжена до Екатеринбурга и Челябинска, чтобы впоследствии уйти на территорию Казахстана и достигнуть Пекина. Создаваемая таким образом новая транспортная система длиной около 7 тыс. км повлечет резкое увеличение коэффициента мобильности как российского, так и китайского населения. А одно только это по всем экономическим законам будет способствовать развитию экономических связей и радикальному росту количества бизнес-проектов, реализуемых на территории крупнейшего континента планеты.

Российские проекты развития железнодорожной инфраструктуры органично вписываются в китайский суперпроект "Нового шелкового пути"