2005. 03. 005. Языкознание в теории и эксперименте: сб. Науч тр. : (по материалам юбил. Конф. «Актуал. Пробл. Общ. И Вост. Языкознания») / под ред. Каплуна М. И. И др. - М. : Пробел-2000, 2002. - 640 с

Устанавливается, что корень чек- в русском и других славянских языках, сопровождаемый суффиксами -1-, -/- и рядом других, выступает во многих глаголах, относящихся в прямом значении к действиям «бить», «ломать», «разрушать», а также в словах, называющих орудия этих действий и ассоциируемых с данными глагольными значениями через принцип звукоподражания. Например: рус. диалект. чакать «стучать, колотить», болг. диалект. чакна «ударить, сломать», макед. диалект. чокотка «прут», словен. свк1]ай «щебетать, чирикать», ср. также рус. защелка и щелкать для обозначения птичьего пения. Совмещение значения «бить» со значениями, характеризующими с повышенной экспрессивностью действие выпивки, - семантическая закономерность, характерная не только для глагола с корнем чек-, ср. вдарить по пивку, рубануть четвертинку, удариться в запой.

Глагол дербалызнуть, имеющий сходную семантику («сильно ударить» и «напиться») во многих русских говорах и в просторечии Москвы и Петербурга, является, по мнению В.Н. Топорова, сложносостав-ным, имеющим корни дерб- и лыз-, которые функционируют и раздельно, ср. рус. дерябать «больно ударять» и «сильно выпивать», лызнутъ «ударить» и «быстро побежать». Поэтому данный глагол может пониматься как тавтология, усиливающая экспрессивно-оценочный смысл действия. Корень лыз- имеет соответствия не только в славянских , но и в других индоевропейских языках, как лтш. lйzt «ломать», арм. ¡ысапвш «несокрушимые оковы». Таким образом, устанавливается общее смысловое ядро рассматриваемых корней, которые, по предположению автора, могли выступать в определенных контекстах как своего рода поэтическая формула.

Е.О. Опарина

2005.03.005. ЯЗЫКОЗНАНИЕ В ТЕОРИИ И ЭКСПЕРИМЕНТЕ: Сб. науч тр.: (По материалам юбил. конф. «Актуал. пробл. общ. и вост. языкознания») / Под ред. Каплуна М.И. и др. - М.: Пробел-2000, 2002. - 640 с.

Книга посвящена 80-летию известного лингвиста-востоковеда Михаила Кузьмича Румянцева и приурочена также к 40-летию Лаборатории экспериментальной фонетики Института стран Азии и Африки при МГУ им. М.В. Ломоносова, которой М.К.Румянцев - создатель и организатор ЛЭФ - бессменно и плодотворно руководит все эти долгие годы. Книга представляет собой сборник научных статей учеников и коллег М.К. Румянцева по широкому кругу проблем общей теории языка и речи,

освещает актуальные вопросы фонетики, фонологии, грамматики, лексикологии на материале индоевропейских, восточных и африканских языков. Особое внимание в книге уделено экспериментальной фонетике.

Благодаря разносторонней проблематике книга может быть интересна не только языковедам, но и всем филологам, так или иначе соприкасающимся в своей деятельности с языком и речью.

Авторами статей сборника являются: В.М. Алпатов, М.С. Андронов, Л.П. Блохина, Е.В. Васильченко, В.А. Виноградов, В.Ф. Выдрин, М.В. Гордина, Н.В. Громова, К.И. Долотин, Б.А. Захарьин, Л.В. Златоус-това, Л.Г. Зубкова, В.Б. Иванов, М.И. Каплун, A.M. Карапетьянц, Р.Ф. Касаткина, В.Б. Касевич, Е.Ф. Киров, С.В. Кодзасов, И.М. Логинова, Е.В. Маевский, В.Г. Михайлов, Л.Н. Морев, В.И. Подлесская, Б.В. Поспелов, Р.К. Потапова, В.В. Ремарчук, М.К. Румянцев, И.М. Румянцева, Н.Д. Светозарова, К.Я. Сигал, Н.В. Солнцева, Ю.А. Сорокин, М.В. Софронов, Тань Аошуан, С.С. Хромов, Е.И. Шутова, Ю.В. Щека, Р.Я. Янсон.

Книга открывается статьями М.И. Каплуна «Слово о профессоре М.К. Румянцеве» и Л.Г. Зубковой «Труды М.К. Румянцева в общелингвистическом контексте», которые представляют М.К. Румянцева как ученого, гражданина и человека и освещают основные вехи его научного пути. Так, статья Л.Г. Зубковой содержит обзор основных общеязыковедческих идей, выдвинутых М.К. Румянцевым в ходе его экспериментальных исследований звукового строя китайского языка. Л.Г. Зубкова отмечает, что для М.К. Румянцева характерен системный, синтезирующий, интегративный подход к исследованию языка, что отражается и на его понимании самой структуры языкознания: утвердившееся противоположение общего и частного языкознания, теоретической и прикладной лингвистики, фонетики и фонологии на современном этапе развития науки М. К. Румянцев считает устаревшим и рассматривает современное языкознание как единую в своей основе науку. Системный подход М.К. Румянцева к объекту исследования, по словам автора, проявляется также в философском осмыслении им языка-речи в единстве физического и психического, субстанционального и несубстанционального, континуального и дискретного.

Статья М.К. Румянцева «Из истории Лаборатории экспериментальной фонетики ИСАА при МГУ» представляет краткий обзор 40-летней истории данного научного подразделения. В статье отмечается, что одной из ведущих тем Лаборатории можно считать машинное моделирование (синтез) звучащей речи с целью ее лингвистического и психолингвистического изучения. М.К. Румянцев пишет, что собственно лин-

гвистическими и психолингвистическими являются задачи получения в синтезе правильной речи на данном языке, приемлемой для ее орфоэпических норм. Основной трудностью машинного производства речи им представляется задача приближения искусственной речи к своему естественному прототипу - речи человеческой. М.К. Румянцев подчеркивает, что в принципе искусственная речь не должна отличаться от речи человеческой, только тогда она будет вполне удовлетворять всем требованиям, которые к ней предъявляются. Отличительной особенностью ЛЭФ ИСАА при МГУ является то, что исследования по машинному моделированию звучащей речи осуществляются в ЛЭФ на материале не только русского, но и целого ряда восточных и африканских языков: китайского, персидского, сингальского, хинди, йоруба и др. Изучение ориентальной фонетики в ЛЭФ ИСАА при МГУ при помощи машинного синтеза речи фактически сформировало новое направление в экспериментальной и прикладной лингвистике.

Лейтмотивом еще одной статьи М.К. Румянцева «Языкознание общее и языкознания частные (современный облик)» стало убеждение ученого, что «современное языкознание, именуемое в традиции общим, является единой наукой о человеческом языке, его устройстве и функционировании в обществе, наукой, покрывающей все языковое пространство, работающей на материале всех известных современной науке языков» и что «частных языкознании как отдельных, замкнутых в себе, языкознанческих курий в современном языкознании уже нет» (с. 94).

Статья В.М. Алпатова «О сосуществовании исконной, китайской и английской подсистем в системе современного японского языка» представляет взгляд нового времени на японский язык. Определяя сегодняшний японский язык как «смешанный», В.М. Алпатов отмечает, что история японского языка достаточно сложна: до недавнего времени ученые спорили о том, является ли данный язык алтайским или австронезийским, позднее на него оказал большое воздействие китайский язык, а в последнее столетие стало невозможным не учитывать влияние английского языка; все это и позволило автору говорить о смешанном характере современного японского языка.

В статье М.С. Андронова «Дравидийские числительные: системы счисления как вехи истории» представлен взгляд на один из разделов индийского языкознания. Автор отмечает, что дравидийские языки, на которых в основном говорят в странах Южной Азии, распространены на огромной территории, протянувшейся от Белуджистана и Афганистана

на северо-западе до мыса Кумари и северной части Шри-Ланки на юго-востоке. В статье приводятся факты того, что десятичной системе счисления, используемой в современных дравидийских языках, предшествовала восьмиричная система, а той (в свою очередь) - система только из четырех начальных числительных. Сравнение лингвистических данных с данными истории и археологии, по мнению автора, позволяет разработать хронологию перехода этих систем одна в другую, что по времени совпадает со стадиями дезинтеграции протодравидийского общества и его языка.

В статье Л.П. Блохиной «Просодическая организация спонтанной речи» анализируется роль просодической организации спонтанной монологической и диалогической речи, а также раскрываются ее функциональные возможности. Автор указывает на важность правильного и эффективного употребления концепта «нормальная просодическая организация» при интерпретации результатов анализа спонтанной речи. Автор подчеркивает ведущую роль просодии в организации диалогических текстов и особенно ту роль, которая отводится просодии в выражении невербальных реакций на замечания слушающего.

Е.В. Васильченко в статье «Пространство звуковой среды цивилизации и пространство музыкального текста как его антропологическое, физико-акустическое и символическое порождение (К вопросу о фонологии языка и музыки)» пишет, что пространство звуковой среды любой цивилизации является наиважнейшим феноменом, характеризующим специфику звукомузыкального текста. На примере нескольких цивилизаций автор показывает, что основными нормативными признаками звуко-музыкального текста являются антропологические, физико-акустические и символические порождения среды. Автор пытается объяснить, почему идея нормальной звуковой ориентации личности в реальном и символическом пространстве в процессе исторической эволюции цивилизации постоянно находится в центре интересов многих исследователей-культурологов.

В.А. Виноградовым представлена работа «Между тоном и акцентом: Просодика спряжения в луганда», в которой приводятся красноречивые факты того, что в тональных языках такие просодические характеристики, как тоны, также органично вовлекаются в системы словообразования и формообразования, как это делает в индоевропейских языках ударение.

В статье В.Ф. Выдрина «Гуро: Язык в процессе расщепления тонов» говорится, что данный язык, который входит в южную группу семьи манде (нигер-конго), ранее описывался как язык с двумя уровнями тонов. Анализ автором личных местоимений во фразовых контекстах показал, однако, что на современном этапе в гуро происходит формирование оппозиций из трех уровней тонов.

М.В. Гордина в статье «Теория слога во французской лингвистике XVIII в.» отмечает, что в середине XVIII столетия во Франции появилась новая теория слога, которая во многом не совпадала со старой традицией. Наиболее полно эта теория была отражена в работах Н. Бозе и его сторонников; основная идея этой теории заключалась в том, что сочетания согласных возникают как результат очень быстрого произнесения цепочки открытых слогов, так, что гласный, без которого согласный, по определению, не может существовать, практически исчезает. Автор отмечает, что взгляды ряда французских лингвистов XVIII в. на образование сочетаний согласных в целом согласуются с теорией слога XX в.

В работе Н.В. Громовой «Омонимия как тональный реликт (На материале языка суахили)» приводятся факты того, что в языке суахили существует значительное количество лексических омонимов. Так, иногда одна и та же звуковая последовательность может передавать пять и более разных сем, не связанных ассоциативно. Источником омонимии может быть распад былой полисемии, заимствование иноязычных слов, случайное звукосовпадение и т.п. Н.В. Громовой показано, что в языке суахили можно ; обнаружить все эти приемы.

В статье К.И. Долотина «Диагностика типа коммуникативной установки озвученного текста по параметрам его квазиритмических структур» отмечается, что «проблема диагностики коммуникативной установки озвученного текста актуальна как в области экспериментальных исследований речи, так и в области прикладного языкознания, в частности, при обучении озвучиванию текстов с заданной коммуникативной установкой. Выработка объективных критериев и методов прогнозирования коммуникативной установки текста по его акустическим параметрам может быть полезной для понимания механизмов порождения текста с той или иной коммуникативной установкой, а также механизмов формирования его эмоциональной окраски и смысловых акцентов» (с. 204).

В работе Б.А. Захарьина обсуждаются основные достижения древнеиндийских фонетистов в их характеризации гласных санскрита. Автором на целом ряде примеров демонстрируется, что аналитико-

таксономический принцип, который лежит в основе ряда описаний, резко контрастировал с функциональным подходом, практиковавшимся Па-нини и его последователями, которые сознательно «уходили» от грамматических различий к фонетическим манифестациям, а не в обратном направлении.

Статья Л.В. Златоустовой «Русская просодия в стихе и пении» нацелена на то, чтобы показать некоторые количественные и качественные характеристики силлаботонического стиха и его влияние на исполнение музыкального произведения.

В статье В.Б. Иванова (совместно с Я.И. Борисенко) «Мелодические и долготные маркеры в русском и персидском текстах» говорится, что исследование русской и персидской речи показало различный характер назначения просодических вертексов в связной речи. Так, например, наиболее мощным проявлением ударения в русской речи является долгота звучания гласного, затем следует частота основного тона. В персидской речи на первое место ставится частота основного тона, а потом -интенсивность; для маркирования же фразового ударения имеет большое значение длительность паузации между синтагмами.

В работе A.M. Карапетьянца «Возможность интерпретации слога как основной фонетической единицы китайского языка» обсуждается вопрос о базовой фонетической единице в современном китайском языке. После сопоставления всех возможных признаков основной фонетической единицы с признаками китайского слога делается вывод, что статус фонемы в современном китайском языке отводится слогу.

В научной «зарисовке» Р.Ф. Касаткиной «Об одной инновации в просодической системе русского языка» показано, что одной из ярких примет русской просодической системы в наше время является возможность акцентуации некоторых морфем и служебных слов. Отмечается, что данный просодический феномен приводит к целому ряду изменений на сегментном фонетическом уровне.

В статье В.Б. Касевича и Н.А. Осьминкиной «Контекстная предсказуемость лексических и грамматических единиц / характеристик русского письменного текста (в сопоставлении с китайским) излагаются результаты экспериментальной работы, построенной по методике close texts, которая предполагала заполнить теми или иными языковыми единицами специально созданные в тексте лакуны. Эксперименты, в которых принимали участие русские и китайские студенты, показали, что последние были более успешны в восстановлении информации относи-

тельно основных категорий (частей речи), что, по мнению авторов, может быть объяснено особой ролью, которую играет эта информация в грамматике изолирующих языков.

Статья Е.Ф. Кирова «Основания коммуникативной фонологии» отмечает, что в последние годы начала складываться парадигма коммуникативной лингвистики как самостоятельной научной дисциплины, опирающейся на соссюровское разделение языка и речи и «представление о речи как специфическом лингвистическом феномене, фонетически реализующем языковые единицы» (с.327). Это, по мнению автора, и дает основание для коммуникативных исследований в области фонологии.

В работе С.В. Кодзасова «Типология просодии слова и данные дагестанских языков» констатируется, что за последние десятилетия в области исследования просодии слова достигнуты значительные успехи, которые касаются как накопления эмпирических и экспериментальных данных, так и развития просодической теории, особенно теории акцентной эволюции. Однако опыт работы с языками разной ареальной и генетической принадлежности убеждает автора в неполноте существующих представлений о пространстве комбинаторных возможностей в области просодии слова. Особенно показательны в этом отношении, с точки зрения автора, многочисленные языки Дагестана, обнаруживающие большое просодическое разнообразие. С.В. Кодзасов представляет новые экспериментальные данные по просодии слова дагестанских языков, которые позволяют продемонстрировать целый ряд возможных путей акцентной эволюции.

И.М. Логинова в статье «Типологическая характеристика слова и построение лингводидактической модели обучения» указывает, что согласно современным научно-методическим концепциям, лингвистически обоснованное обучение иностранному языку, в частности его фонетическому аспекту, строится в соответствии с системой изучаемого языка при ориентировке на родной язык учащихся и при сопоставлении систем иностранного и родного языков. Автор высказывает убеждение, что «объектом исследования должны быть не только состав и система фонем, но и особенности реализации фонематических единиц в речи, обусловленные как фонетическими законами, так и спецификой артикуляторной базы языка» (с. 351).

В статье Е.В. Маевского «Типология письма и понятие идеографии» говорится, что для теории и типологии письма большой интерес представляет японская система письма в силу своей значительной слож-

ности. Эта система традиционно интерпретируется как симбиоз двух разных наборов письменных знаков: это кана (силлабограммы), именуемые обычно фонографическими, или фонетическими, символами, и кандзи (иероглифы), обычно называемые идеографическими, или лого-графическими, символами. Автор считает, что такое противопоставление универсально и может быть применено, хоть и с оговорками, также и к другим языкам и письменностям.

В работе В.Г. Михайлова «Модель слухового восприятия звучащей речи» предложена модель восприятия, действующая на основе сегментации речевого потока на значимые единицы, звуковые образы которых включают в себя в качестве основных признаков переходные характеристики (фазы экскурсии и рекурсии), признаки паузации и ритмические структуры. Автор приводит данные о восприятии звонких и глухих синтезированных согласных, соотношении между восприятием некоторых видов речевого воздействия и акустическими параметрами. Как указывает автор, акустические параметры в отличие от акустических коррелятов не обладают в общем случае собственными критериями интерпретации значения сегментов, однако их изучение позволяет выявить существенные закономерности звучащей речи, необходимые для успешного применения фонетических знаний в области речевых исследований.

Статья Л.Н. Морева «Порядок слов в октантно-предикатных структурах изолирующих языков Восточной и Юго-Восточной Азии» представляет собой исследование синтаксических структур в китайском, вьетнамском, кхмерском и тайском языках, которое показывает, что основным фактором, ответственным за порядок слов в октантно-предикатных структурах указанных языков, является иконичность, за которой стоит лексическая прозрачность так называемых пропозиций.

В статье В.И. Подлесской «Условно-предположительные конструкции в японском языке: Грамматика и дискурс» отмечается, что в современном японском языке имеется, по крайней мере, четыре способа выразить условное значение: с помощью одной из двух инфинитных форм предиката - с показателем -tara и с показателем -Ьа - или с помощью одного из двух союзов - to или nara в сочетании с финитной формой предиката. Автор пишет, что обнаружение тонких различий в значении и употреблении японских условных конструкции - это одна из трудных и далеко не решенных задач японистики. В.И. Подлесская полагает, что один из возможных подходов к этой проблеме состоит в том, чтобы выделить прототипи-ческое значение каждой их четырех конструкций и описать их распределе-

ние в терминах предпочтительности в тех или иных контекстах. В настоящей статье в рамках этого подхода предпринимается попытка уточнить прототипическое значение условной инфинитной формы с показателем -Ьа и показать, какими семантическими и прагматическими параметрами определяется использование этой формы в дискурсе.

Статья Б.В. Поспелова «К вопросу о лингвистической и экстралингвистической информативности микроструктуры речевого вокализма «поясняет, что гласные звуки в речевом потоке несут так называемую речево-кальную информацию, составляющую часть общеречевых сведений лингвистического и экстралингвистического характера. Физическими коррелятами такой полиинформации выступают акустические параметры и характеристики речевого сигнала: спектральные, мелодические, временные и энергетические. Однако носителем речевокальной информации может быть не только сам гласный звук, но и его отдельные участки. Таковым, в частности, является интрасегментный интервал, соответствующий одному мгновенному периоду частоты основного тона. Поскольку из таких периодов складывается весь вокалический сегмент, он получил название базисного элемента гласного звука. В статье выясняется вопрос, можно ли рассматривать те или иные акустические параметры базисного элемента в качестве возможных коррелятов фонематической информации о принадлежности гласного к тому или иному звукотипу.

Статья Р.К. Потаповой «Реконструкция "портрета" говорящего по его лингвоакустическим характеристикам» посвящена проблемам новой, бурно развивающейся в последнее время как за рубежом, так и в нашей стране области прикладной фонетики - судебной фонетике. Статья представляет обширный обзор приоритетных направлений данной научной дисциплины, в частности, в сфере воссоздания «портрета» личности говорящего по его звучащей речи.

В статье В.В. Ремарчука даются сведения из истории вьетнамского фонетического письма. Она так и называется «Из истории вьетнамского фонетического письма на латинской основе».

В работе И.М. Румянцевой «О психической сущности языка и речи: Традиции и современность» показана эволюция психологического подхода к речеязыковому феномену. В статье отмечается, что «вплоть до XX века сохранялось целостное рассмотрение речевой способности человека, восходящее к идеям В. фон Гумбольдта и В. Вундта, когда ученые тесно связывали речь и язык и понятия «психология речи» и «психология языка» употреблялись синонимично. С разграничением Ф. де Сос-

сюром языка и речи (речь он считал явлением преходящим и неустойчивым, а язык - явлением социальным с системной организацией) психология речи была строго отде-лена от языка, и последний передан в ведение лингвистики» (с. 481). Однако установленные рамки, по мнению автора, оказались тесными для полных и непредвзятых речевых исследований, и поэтому в 50-е годы XX в. искусственно созданный барьер между исследованиями языка и речи был преодолен: возникла психолингвистика - отрасль науки, направленная на сближение и соединение лингвистических и психологических данных. Автор полагает, что «новый виток к сближению лингвистической и психологической науки на рубеже конца XX - начала XXI в. можно рассматривать как закономерность, предопределенную историческим развитием данных наук» (с. 497). И.М. Румянцева считает, что «сегодняшняя психолингвистика практически стирает границы между собой и психологией речи, так как современный уровень прикладных психолингвистических задач требует многостороннего, комплексного их решения» (с. 497).

Тема статьи Н.Д. Светозаровой «Некоторые проблемы терминологических соответствий в области просодики и интонации» связана с многолетним лекционным курсом автора по просодии и интонации в английском, немецком и французском языках, а также в русском и некоторых других славянских языках. Автор указывает, что системы терминологии в области просодии и интонации в рамках разных частных языкознаний имеют множество различий, что вызывает трудности при переводе. В статье проводится анализ таких различий и выдвигается тезис о необходимости создания нового словаря просодических терминов.

В статье К.Я. Сигала «К вопросу о прототипических свойствах сочинительных союзов (существует ли в русском языке союз плюс?)» рассматриваются функции гомолексемы плюс в качестве сочинительного союза в русском языке. Автором предпринимается попытка прототипи-ческого подхода к синтаксическим словам и их классам.

В работе Н.В. Солнцевой «Некоторые вопросы неологизмов в китайском и вьетнамском языках» отмечается, что в последние годы лексические системы в китайском и вьетнамском языках «переживают» большие изменения благодаря появлению в них значительного количества неологизмов. Солидная группа таких неологизмов представлена аббревиатурами, некоторые проблемы которых и обсуждаются в данной статье.

Статья М.В. Софронова «Гортанные в тангутском языке» описывает пути реконструкции произнесения гортанных звуков в тангутском языке. Автор констатирует, что для определения артикуляторных характеристик тангутских инициалей необходимо изучение не только имеющихся фонетических транскрипций, но и источников внутренней реконструкции тангутской фонетики.

Автор статьи «Еще раз о лексическом ударении в китайском языке» Тань Аошуан напоминает читателям, что проблема наличия / неналичия в китайском языке словесного ударения была убедительно решена в 70-х годах уже прошлого столетия фонетическими экспериментами М.К. Румянцева, предложившего рассматривать просодическое устройство слова в тональных языках не в терминах словесного ударения, а в терминах словесной ритмики, которая определяется как фактором выделенности слога (как в индоевропеистике), так и фактором слогового тона. Тем не менее, как отмечает Тань Аошуан, современные исследования постоянно возвращаются к вопросу о лексическом ударении в китайском языке. Такая тенденция, по мнению автора, приводит к ошибкам двоякого рода: 1) к смешиванию понятий фразового и словесного ударения; 2) к неоправданному маркированию всего многосложного слова вместо одного слога.

Статья С. С. Хромова «Интонация предикации и номинации в языках различного морфологического типа (йоруба, китайском, суахили, русском)» направлена на разработку системного подхода к анализу интонационного рисунка высказывания для нужд практического преподавания иностранных языков. Автор предпринимает попытку интегрального описания универсальных, типологических и индивидуальных свойств интонационных систем в языках различной генеалогии.

Предметом работы Е.И. Шутовой «К характеристике парадигмы правонаправленной сочетаемости глагола в китайском языке» явились постпозитивные синтаксические связи глагола, рассматриваемые автором в их сопоставлении с препозитивными синтаксическими связями.

В статье «Функциональная лингвистика и реальный язык» ее автор Ю.В. Щека приходит к выводу, что функциональная лингвистика по сути представляет собой лишь еще одну ветвь структурной лингвистики, поскольку не изучает реального языка, т.е. языка функционирующего.

Статья Р.А. Янсона «О некоторых этапах эволюции системы ини-циалей в бирманском языке» констатирует, что «в настоящее время бир-манистика располагает данными о состоянии фонологических систем двух крайних периодов письменной истории языка -

древнего (Х11-Х111 вв.) и современного. Эти две системы существенно различаются, что естественно для такого отрезка времени» (с. 610). Автором предпринимается попытка проследить этапы эволюции бирманских инициалей. Р.А. Янсон приходит к выводу, что современная система инициалей бирманского языка сформировалась уже к концу XVI столетия.

Заключает юбилейный сборник работа Ю.А. Сорокина, которая представляет собой переводческую версию ряда литературных миниатюр выдающегося китайского писателя Сюй Дишаня (1893-1941).

М.Х. Шахбиева

2005.03.006. ПОТАПОВА С.Ю. НОМИНАЦИЯ ЛИЦА В ОБИХОДНОМ ДИСКУРСЕ. - Ярославль: МУБиНТ, 2003. - 267с.

Светлана Юрьевна Потапова - д-р филол. наук, директор ин-та лингвистики Междунар. ун-та бизнеса и новых технологий в г.Ярославле, специалист в области лексикологии, коллоквиалистики и ономастики немецкого языка.

В монографии, состоящей из введения, четырех глав и заключения, исследуются коллоквиальные аспекты именований лица в современном немецком языке.

Как подчеркивается во «Введении», номинация в сфере неофициальных личных имен и прозвищ характеризуется ярко выраженной праг-магической направленностью, проявляющейся прежде всего в эмотивно-сти таких номинативных знаков, т.е. « в их способности отражать в своей структуре эмоциональное отношение субъекта номинации к обозначаемому объекту» (с.5). Исследование неофициальных именований лица (НИЛ) осуществляется в рамках антропонимической парадигмы.

В главе первой «Ономасиологические аспекты неофициальных именований лица» под НИЛ понимается «любое именование лица, созданное в результате свободного имятворчества вне официального процесса номинации, в том числе и прозвищного характера, преследующее сугубо прагматическую цель - выражение межличностных отношений (возвеличивание личности, желание унизить человека, создание иронического эффекта и т.д.)» (с. 14). Являясь составной частью лексической системы языка и ее антропонимикона, НИЛ обладают некоторыми общими свойствами с официальными именами, но также и некоторыми особенностями. К общим ономасиологически признакам официальных и неофициальных именований лица С.Ю Потапова относит «этноязыч-