Понятие подозрения как института уголовно-процессуального права России

Демин Дмитрий Владимирович

Понятие подозрения как института уголовно-процессуального права России

В статье анализируются позиции ведущих ученых-процессуалистов в вопросе определения понятия «подозрение». Подозрение рассматривается как предположение о причастности лица к совершению преступления и как институт уголовно-процессуального права. Автором делается вывод о соответствии подозрения критериям, предъявляемым к правовым институтам.

Ключевые слова: уголовный процесс, правовой институт, норма права, подозрение, подозреваемый.

The concept of suspicion as an institution of criminal procedure law of Russia

The article analyzes the positions of leading scientists-processors in the definition of «suspicion». Suspicion is regarded as an assumption of a person's involvement in the Commission of a crime and as an institution of criminal procedure law. The author makes a conclusion about the compliance of the suspicion criteria applied to legal institutions.

Key words: criminal process, legal institution, rule of law, suspicion, suspect.

В настоящее время в уголовно-процессуальной науке господствующей является точка зрения, в соответствии с которой подозрением следует считать предположение возможности совершения незаконного поступка (преступления). Такое предположение не является обвинением, а значит, обладает иной информационной характеристикой с позиции аргументированности, достаточности.

В связи с этим, закладывая основу перспективного юридического понимания подозрения, укажем, что статус подозрения имеет характер предположения причастности лица к преступлению.

В уголовном судопроизводстве отсутствует должное внимание к понятийному аппарату института подозрения. На наш взгляд, процессуальное значение подозрения явно занижено, что не оправдано его назначением, действительным содержанием, востребованностью на практике [1, с. 14]. Обратимся к воззрениям ученых, которые занимаются исследованием проблем определения подозрения в уголовном процессе.

Б.А. Мирзаев отмечает, что термин «подозрение» применяется в основном в теории уголовно-процессуального права, но не в правовых

термина «подозрение». Он предлагает определить его так: подозрение - это основанное на доказательствах и положениях пп. 1-4 ч. 1 ст. 46 УПК РФ утверждение следователя (дознавателя) о совершении конкретным лицом расследуемого преступления [2, с. 16].

Практика применения понятия «подозрение» отражает его суть и отдельные признаки. И.В. Овсянников пишет, что первоначально необходимо сформулировать подозрение в отношении определенного лица, затем определить процессуальный статус подозреваемого, после чего возможно при наличии законных оснований применить к подозреваемому меры пресечения [3, с. 42-45].

Спорным является момент появления подозрения, например, В.Н. Махов полагает, что основания для подозрения лица в совершении преступления и его задержания могут быть получены только в ходе допроса заподозренного [4, с. 46-48]. Однако с подобной позицией трудно согласиться: основания подозревать то или иное лицо в совершении преступления могут быть самыми разными, более того в ходе допроса у заподозренного появляется реальная возможность изложить свою картину произошедшего.

В.В. Кальницкий отмечает, что постановление о привлечении в качестве обвиняемого можно и нужно рассматривать как уведомление о возникшем подозрении [5, с. 23-30].

41

Б.Я. Гаврилов предлагает заменить институт предъявления обвинения на процессуальные нормы о привлечении лица в качестве подозреваемого [6, с. 20-23]. Но указанная позиция необоснованно отодвигает момент, когда у лица, вовлеченного в сферу уголовного судопроизводства, появляется право знать, в чем оно подозревается.

Возвращаясь к определению понятия «подозрение», заметим, что в теории уголовного процесса используются различные словосочетания: «институт подозрения» [7, с. 23-26], «институт подозреваемого» [8, с. 80-82], «подозрение» [9, с. 54].

Полагаем, что в рамках уголовно-процессуального права уместно говорить именно об институте подозрения. Подозрению в уголовном процессе свойственны основные уголовно-процессуальные понятия в их своеобразии, показывающие специфику рассматриваемого института и подтверждающие право на его существование [1, с. 75].

Прежде всего, в УПК РФ уже закреплены нормы, которые регламентируют отношения, возникающие при реализации способов легализации подозрения в уголовном деле, т.е. при возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица (раздел 7 УПК РФ), при задержании лица по подозрению в совершении преступления (гл. 12 УПК РФ), при применении или избрании меры пресечения (гл. 13 УПК РФ), при уведомлении лица о подозрении в совершении преступления (ст. 223.1 УПК РФ).

Совокупность норм, регламентирующих подозрение, и составляет институт подозрения, поскольку первым признаком уголовно-процессуального института является наличие автономной группы норм, содержащей правила реализации подозрения в уголовном процессе, однако ее недостаточно для полноценного правового регулирования, что вызывает потребность в восполнении правовых пробелов [10, с. 125].

Существование рассматриваемого института предполагает уголовно-процессуальные отношения, реализуемые субъектами и участниками подозрения в определенном порядке при наличии установленных законом оснований. Например, задержание лица по подозрению в совершении преступления в соответствии со ст. 91 УПК РФ влечет возникновение определенного рода отношений, на-

правленных на выполнение установленных законом правил. Так, дознаватель, следователь обязан уведомить об этом кого-либо из близких родственников подозреваемого, а при их отсутствии других родственников или предоставить возможность такого уведомления самому подозреваемому (ч . 1 ст. 96 УПК РФ). Возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица также влечет определенные действия: составление постановления, направление копии прокурору (ст. 146 УПК РФ). Применение меры пресечения в виде заключения под стражу подозреваемого в уголовном процессе сопряжено с реализацией соответствующих правил: обращение в компетентный орган, его рассмотрение и разрешение (ст. 108 УПК РФ). При оформлении уведомления о подозрении дознаватель должен направить его копию подозреваемому (ст. 223.1 УПК РФ).

В свете изложенного наблюдается автономность и специфичность отношений, которые приводят к существованию отдельного института - института подозрения. Таким образом, второй признак уголовно-процессуального института - это наличие адресных уголовно-процессуальных отношений, нацеленных на качественную реализацию подозрения.

Институт подозрения реализуется в определенной уголовно-процессуальной форме, что свидетельствует о наличии третьего признака. Уголовно-процессуальная форма подозрения заключается в формировании подозрения, его отражении в уголовном деле путем соблюдения порядка вовлечения лица в уголовный процесс в качестве подозреваемого при осуществлении действий, установленных законом, и оформляемых при этом документов. Обращение к решению Конституционного Суда РФ от 19 ноября 2013 г. № 24-П показывает возможность и необходимость реализации подозрения в своей специфической уголовно-процессуальной форме. По мнению Суда, подозрение подлежит установлению только в надлежащем, обязательном для суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, дознавателя и иных участников уголовного судопроизводства процессуальном порядке. На данный момент отсутствует унифицированная форма реализации подозрения, которая рассредоточена в различных процессуальных порядках применения способов, посредством которых второстепенно легализуется подозрение.

42

Уголовно-процессуальные функции подозрения как четвертый признак рассматриваемого института выполняют участники уголовного судопроизводства, которые расследуют дело и иным образом принимают в нем участие. На наш взгляд, правильнее было бы говорить о субъектах и участниках института подозрения. Ведь из всего многообразия лиц (следователь, потерпевший, свидетель), которые так или иначе могут участвовать в реализации подозрения в уголовном процессе только некоторые из них (например, следователь, дознаватель) могут придать этому институту официальный характер. Иные лица оказывают содействие в формировании подозрения в уголовном процессе [8, с. 80]. К таким лицам относятся, например, свидетель, сообщающий информацию, позволяющую подозревать лицо в совершении преступления, подозреваемый, информирующий следователя о соучастнике преступления.

Институту подозрения свойственна и своя система гарантий как пятый признак уголовно-процессуального института. Уголовно-

1. Антонов И.А. Уголовно-процессуальная реформа: отступления от концептуальных положений и крушение надежд // Вестн. Краснодар. ун-та МВД России. 2014. № 4(26).

2. Мирзаев Б.А. Назначение уголовного судопроизводства: проблемы законодательной регламентации // Рос. следователь. 2010. № 14.

З.Овсянников И.В. Можно ли наделить лицо процессуальным статусом подозреваемого путем применения к нему меры пресечения до предъявления обвинения? // Закон и право. 2004. № З.

4. Махов В. Свидетель - не подозреваемый// Законность. 2001. № 1.

5. Кальницкий В. В. Привлечение в качестве обвиняемого: современная характеристика и предпосылки реформирования // Уголовное судопроизводство. 2007. № 3.

6. Гаврилов Б.Я. Совершенствование досудебного производства в свете реализации основных положений УПК РФ // Уголовный процесс. 2005. № 1.

7. Давлетов А., Войт В. Институт подозрения нуждается в совершенствовании // Законность. 1996. № 7.

процессуальные гарантии института подозрения представляют собой совокупность способов, приемов и методов, посредством которых обеспечивается законность и обоснованность подозрения в уголовном процессе. Среди них возможность обращения к защитнику (ст. 16 УПК РФ) и обжалования решений суда, прокурора, следователя, дознавателя в части подозрения (п. 10 ч. 4 ст. 46 УПК РФ), право давать показания по поводу подозрения (п. 2 ч. 4 ст. 46 УПК РФ), право на реабилитацию (глава 18 УПК РФ).

Таким образом, подозрение как правовой институт - это совокупность уголовно-процессуальных норм, регламентирующих общественные отношения, возникающие в процессе раскрытия и расследования преступлений, между субъектами, уполномоченными осуществлять уголовное преследование, и иными лицами, закрепляющих гарантии законности и обоснованности подозрения и направленных на установление истины по уголовному делу.

1. Antonov I.A. Criminal procedure reform: deviations from the conceptual provisions and frustration // Bull. of Krasnodar University of Russian MIA. 2014. № 4(26).

2. Mirzaev B.A. Appointment of criminal proceedings: problems of legislative regulation // Ros. investigator. 2010. № 14.

3. Ovsyannikov I.V. Is it possible to give a person the procedural status of a suspect by the application of a preventive measure before being charged? // Law and regulation. 2004. № 3.

4. Makhov V. Witness - not a suspect//Legality. № 1. 2001.

5. Kalnitsky V. V. Indictment: modern characteristic and reforming conditions // Criminal proceedings. 2007. № 3.

6. Gavrilov B.Ya. Improvement of pre-trial proceedings in the light of the implementation of the main provisions of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation // Criminal procedure. № 1. 2005.

7. Davletov A., Voight V. Institute of suspicion needs to be improved // Legality. 1996. № 7.

8. Lozovsky D.N., Fidelsky S.V Topical issues, arising at the repeal of theinvestigator's decision to initiate a criminal case by the head

43

8. Лозовский Д.Н., Фидельский С. В. Дискуссионные вопросы, возникающие в ходе отмены постановления о возбуждении уголовного дела руководителем следственного органа // Вестн. Краснодар. ун-та МВД России. 2014. № 4.

9. Клюков Е.М. Мера процессуального принуждения. Казань, 1974.

10. Демин Д.В., Алексеев И.М. К вопросу об институциализации подозрения // Общество и право. 2016. № 3.

11. Обзор практики Конституционного Суда РФ за третий-четвертый квартал 2013 года //Доступ из справ. правовой системы «<КонсультантПлюс».

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ

Демин Дмитрий Владимирович, адъюнкт кафедры уголовного процесса Краснодарского университета МВД России; e-mail: Kaspar555@mail.ru

INFORMATION ABOUT AUTHOR

D.V. Demin, Adjunct of the Chair of Criminal Procedure of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; e-mail: Kaspar555@mail.ru

ИЗДАНИЯ КРАСНОДАРСКОГО УНИВЕРСИТЕТА МВД РОССИИ

Уголовная политика и культура противодействия преступности : материалы Междунар. науч.-практ. конф., 15 сент. 2017 г : в 2 т. / редкол.: К. В. Вишневецкий, И. А. Паршина, И. В. Танага, П. В. Максимов, А. З. Хун. - Краснодар : Краснодарский университет МВД России, 2017. - Т. I. - 316 с.

В сборнике опубликованы материалы Международной научно-практической конференции «Уголовная политика и культура противодействия преступности», состоявшейся в Краснодарском университете МВД России 15 сентября 2017 г

Для профессорско-преподавательского состава, докторантов, адъюнктов, курсантов, слушателей, студентов образовательных организаций и сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации.

of the investigative authority // Bull. of Krasnodar University of Russian MIA. 2014. № 4.

9. Kluykov E.M. The measure of procedural coercion. Kazan, 1974.

10. Demin D.V., Alekseev I.M. On the issue of institutionalization of suspicion // Society and law. 2016. № 3.

11. Review of the Constitutional Court of the Russian Federation for the third or fourth quarter of 2013 // Access from legal reference system «ConsultantPlus».

44