Проблемы декриминализации деяний в сфере экономической деятельности

7. Кузнецова Н. Ф. Проблемы квалификации преступлений: лекции по спецкурсу «Основы квалификации преступлений» / науч. ред. В. Н. Кудрявцев. М., 2007.

8. Ляпунов Ю. Состав преступления: гносеологический и социально-правовой аспекты // Уголовное право. 2005. № 5.

9. Малков В. П. Состав преступления в теории и законе // Государство и право. 1996. № 7.

10. Наумов А. В. Понятие и особенности техники уголовного закона // Вестник ДВЮИ МВД России. 2012. № 1.

11. Питецкий В. В. Оценочные понятия в советском уголовном праве: дис. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1979.

12. Тимошенко Ю. А. Уголовная ответственность за нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ (ст. 246 УК РФ). СПб., 2010.

13. Трайнин А. Н. Общее учение о составе преступления // Избранные труды. СПб., 2004.

1 4. Уголовное право России. Общая часть / под ред. Л. Л. Кругликова. М., 1999.

15. Филимонов В. Д. Норма уголовного права. СПб., 2004.

qualifying crimes» / ed. by V. N. Kudryavtsev. Moscow, 2007.

8. Lyapunov Yu. Ingredients crimes: the episte-mological and socio-legal aspects // Criminal Law. 2005. № 5.

9. Malkov V. P. The offense in theory and law // State and right. 1996. № 7.

10. Naumov A. V. The concept and technology especially the criminal law DVYUI // Herald of the Russian Interior Ministry. 2012. № 1.

11. Pitetsky V. V. Evaluation of the concept in the Soviet criminal law: dis. ... PhD in Law. Sverdlovsk, 1979.

12. Tymoshenko Y. Criminal responsibility for violation of environmental regulations in the production of works (art. 246 of the Criminal Code). St. Petersburg, 2010.

13. Trainin A. N. The general doctrine of the elements of the crime // Selected Works. St. Petersburg, 2004.

14. The criminal law of Russia. Generalities / ed. by L. L. Kruglikova. Moscow, 1999.

15. Filimonov V. D. Criminal law. St. Petersburg, 2004.

УДК 343.37 ББК 67.408

© 2015 г. С. С. Витвицкая, В. А. Соколов

ПРОБЛЕМЫ ДЕКРИМИНАЛИЗАЦИИ ДЕЯНИЙ В СФЕРЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

В статье исследуются проблемы обоснованности и целесообразности ослабления уголовно-правовой репрессии за преступления в сфере экономической деятельности. Анализируются санкции норм главы 22 УК РФ, предусматривающие обязательные работы, дается их критическая оценка с точки зрения соблюдения требований криминализации, рассматриваются проблемы стабильности уголовной политики Российской Федерации в сфере охраны экономической деятельности. Формулируются рекомендации по совершенствованию уголовного закона и практики его применения.

Ключевые слова: декриминализация, криминализация, уголовно-правовая охрана, преступления в сфере экономической деятельности.

PROBLEMS OF DECRIMINALIZATION OF ACTS IN THE SPHERE

OF ECONOMIC ACTIVITY

In article problems of validity and expediency of weakening of criminal and legal repression for crimes in the sphere of economic activity are investigated. In it the proanalizirovany sanktion of standards of chapter 22 of the criminal code of Russian Federation providing obligatory works their critical evaluation from the point of view of observance of requirements of criminalization is given, problems of stability of criminal policy of the Russian Federation in the sphere ofprotection of economic activity are investigated, recommendations about improvement of the criminal law and practice of their application are formulated.

Key words: decriminalization, criminalization, criminal legal protection, crimes in the sphere of economic activity.

Одной из тенденций современной уголовно-правовой политики является ослабление уголовно-правовой репрессии в сфере экономической деятельности. Для либерализации уголовно- экономиче ского законодательства используются различные методы, среди которых и декриминализация деяний.

Декриминализация определяется в научной литературе как «отмена, исключение уголовной ответственности за те или иные деяния, ранее признававшиеся преступлениями, в том числе перевод этих деяний и категорию менее значительных правонарушений (административных, дисциплинарных и др.)» [1, с. 18-19]; «исключение деяния из числа преступлений» [2, с. 25]; «исключение уголовной ответственности за ранее преступные и наказуемые деяния» [3, с. 306].

На наш взгляд, погрешности этих определений заключаются в том, что в них не отражено специфическое содержание декриминализации при рассмотрении ее в динамике (в виде процесса) и в статике (результата этого процесса).

С данной точки зрения более правильным представляется определение, сформулированное А. И. Коробеевым. Этот ученый рассматривал декриминализацию как процесс установления оснований отпадения общественной опасности деяний, признания нецелесообразности уголовно-правовой борьбы с ними и отмены их уголовной наказуемости [4, с. 56]. К сожалению, в дефиниции, предложенной А. И. Коробеевым, произошла подмена результата декриминализации результатом депенализации.

По нашему мнению, декриминализация представляет собой констатацию утраты необходимости, допустимости и целесообразности уголовной ответственности за то или иное деяние, переставшее обладать достаточным уровнем общественной опасности, и исключение деяния из числа преступных [5, с. 167-168].

В процессе декриминализации нельзя ориентироваться на чисто формальные критерии. Основаниями декриминализации следует считать: 1) отсутствие у деяния общественной опасности, что предполагает признание его правомерным; 2) переоценку общественной опасности деяния и признание целесообразности реагирования на него путем применения альтернативных видов социального воздействия (в том числе административно-правовыми, гражданско-правовыми мерами); 3) необходимость приведения уголовно-

го законодательства в соответствие с Конституцией Российской Федерации, международно-правовыми актами и нормами позитивного законодательства.

Начало процессу декриминализации экономических деяний положила реформа 2003 года. Из Уголовного кодекса Российской Федерации были исключены нормы о преступлениях небольшой и средней тяжести: заведомо ложной рекламе (ст. 182) и обмане потребителя (ст. 200).

Полагаем, что ст. 182, относящая заведомо ложную рекламу к преступлениям небольшой тяжести, была исключена из Уголовного кодекса необоснованно. Законодатель нередко недооценивает общественную опасность деяний в сфере экономической деятельности. В этом легко убедиться, использовав метод математических просчетов уровня общественной опасности деяния и соразмерных им санкций, разработанный профессором С. В. Бородиным [6, с. 7389]. На наш взгляд, вредоносность заведомо ложной рекламы может быть чрезвычайно высока. Достаточно взять в качестве примера недобросовестную рекламу ценных бумаг. Введение инвесторов в заблуждение относительно предполагаемой доходности ценных бумаг способно причинить им огромный имущественный ущерб и даже дестабилизировать ситуацию на рынке ценных бумаг. Не менее опасны и другие виды заведомо ложной рекламы (товаров народного потребления и др.). Поэтому административно-правовые меры не соответствуют уровню общественной опасности заведомо ложной рекламы. Сведение же содеянного к причинению имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ) в условиях отсутствия специальной уголовно-правовой нормы означает недооценку необходимости охраны интересов конкурирующих хозяйствующих субъектов, инвесторов, потребителей. Уместно будет отметить и то, что в уголовном законодательстве ряда зарубежных стран имеются нормы, регламентирующие ответственность за недобросовестную рекламу (ст. 282, 283 УК Испании, ст. 329, 330, 334 УК Голландии, ст. 9 УК Швеции, ст. 221, 222 УК КНР). Таким образом, в условиях достаточно высокой общественной опасности заведомо ложной рекламы, возможности позитивного воздействия специальной уголовно-правовой нормы на общественно опасное поведение декриминализация этого деяния представляется неверной.

Что касается обмана потребителя, то исключение ст. 200 из главы 22 УК РФ является оправданным. Обман потребителя без квалифицирующих признаков (на сумму, превышающую одну десятую часть МРОТ, но не достигающую даже одного МРОТ) не обладал достаточной общественной опасностью, чтобы признаваться нуждающимся в уголовно-правовом преследовании. По мнению инициаторов реформы, установление уголовной ответственности за это преступление небольшой тяжести свидетельствовало о недостаточной целенаправленности уголовной репрессии, влекло за собой негативные демографические и экономические последствия прежде всего в виде роста количества лиц, лишенных свободы за указанное преступление.

В 2010 году было декриминализировано лжепредпринимательство (ст. 173 УК РФ). Для этого имелись определенные причины. Дело в том, что при описании объективной стороны лжепредпринимательства были допущены серьезные нарушения принципов криминализации. Редакция диспозиции ст. 173 УК РФ практически исключала возможность установления причинно-следственной связи между деянием - фактом создания (официальной регистрацией) коммерческой организации и последствием в виде крупного ущерба [7, с. 46; 8, с. 18; 9, с. 210]. К тому же в то время правоприменители нередко квалифицировали лжепредпринимательство по совокупности с преступлениями, которые указаны в ст. 173 УК РФ как цели лжепредпринимательства (ст. 176, 199, 165 УК РФ и др.). Однако в этом случае необоснованно удваивалась уголовная ответственность: фактически одно и то же деяние оценивалось дважды, а именно как лжепредпринимательство и как другое преступление. Тем самым нарушался принцип справедливости.

Учитывая недостатки указанной нормы, законодатель исключил ст. 173 из УК РФ. Однако после декриминализации этой формы девиантного экономического поведения возник существенный правовой пробел, поскольку использование лжеорганизаций является весьма распространенным приемом при совершении самых разнообразных преступлений (на рынке ценных бумаг, в сфере кредитования, налогообложения и др.). А. Н. Ляскало отмечает, что фирмы-однодневки продолжают широко применяться в отечественной предпринимательской практике, как правило, в следующих целях:

1) незаконное обналичивание и транзит денежных средств;

2) хищение денежных средств, перечисленных в качестве оплаты поставки товаров,

выполнения работ, оказания услуг, в том числе в рамках государственных (муниципальных) контрактов;

3) хищение денежных средств, предоставленных банком в качестве кредитных ресурсов;

4) оптимизация налогообложения посредством:

- создания фиктивных расходов и получения вычетов по косвенным налогам без соответствующего движения товаров (работ, услуг);

- увеличения добавленной стоимости товаров, уменьшения налоговой нагрузки на производственные подразделения;

5) легализация (отмывание) денежных средств и иного имущества, приобретенных преступным путем [10, с. 23-28].

Очевидно, осознав это, законодатель уже в следующем году ввел в главу 22 УК РФ ст. 173-1 и 173-2. Статья 173-1 «Незаконное образование (создание, реорганизация) юридического лица» устанавливает ответственность за создание организации через подставных учредителей и руководителей. Статья 173-2 «Незаконное использование документов для образования (создания, реорганизации) юридического лица» предусматривает наказание за предоставление и приобретение документов, удостоверяющих личность (паспортов), для создания организации с целью совершения преступлений в сфере финансов, сделок с денежными средствами и другим имуществом [11]. Эффективность применения этих норм оставляет желать лучшего. Как отмечает А. Ильин, при наличии минимальной судебной практики Интернет пестрит объявлениями о продаже готовых фирм и об «альтернативных ликвидациях» (путем реорганизации). Цены на такого рода услуги, при сопоставлении их с 2012 годом, выросли.

С точки зрения законодательной техники в указанных нормах сконструированы усеченные составы. Момент окончания этих посягательств законодателем смещен на этап «приготовления». Представляется, что криминализация предварительной преступной деятельности в сфере экономики противоречит концептуальной уголовно-политической идее экономии уголовной репрессии. Утилитарные соображения относительно легкой выявляе-мости и фиксации подобных деяний не должны приниматься во внимание. К тому же, как считают некоторые специалисты, формулировки ст. 173-1 и 173-2 УК РФ дают массу возможностей для злоупотребления и легко могут использоваться для того, чтобы «надавить» на нужное лицо [12].

Следует отметить, что ранее в уголовно-

правовой литературе предлагались разные способы изменения состава лжепредпринимательства. Интересный вариант реформирования ст. 173 УК РФ предлагал С. И. Жов-нир. Он отмечал, что правомерно будет при распространенности использования лжепредприятий для различных видов преступной деятельности ставить вопрос не о реконструкции нормы, пытаясь объять необъятное, а о внесении квалифицирующего признака в составы преступлений, предусмотренные ст. 165, 176, 199 УК РФ и другими: «с использованием официально зарегистрированного юридического лица...» [13, с. 102].

С этим предложением, в принципе, можно согласиться, сделав некоторые поправки для составов налоговых преступлений. Криминологический анализ показывает, что неуплата налогов с использованием лжеорганизаций, зарегистрированных на подставных лиц, довольно распространенное явление. Недобросовестные предприниматели осуществляют сделки через фирмы «однодневки» в целях фиксации сокрытия прибыли, получения вычетов по косвенным налогам без соответствующего движения товаров (работ, услуг), увеличения добавленной стоимости товаров, уменьшения налоговой нагрузки на производственные подразделения. Именно способ - заключение ничтожных (мнимых или притворных) сделок - должен выступать в качестве квалифицирующего признака в ст. 198199-1 УК РФ, а в ст. 199-2 УК РФ - в качестве криминообразующего.

В 2011 году была декриминализирована экономическая контрабанда (ч. 1 ст. 188 УК РФ). Одновременно законодатель включил в Уголовный кодекс статьи, предусматривающие ответственность за контрабанду предметов, изъятых или ограниченных в гражданском обороте (ст. 226.1, 229.1 УК РФ).

Перед этим в доктрине уголовного права велась оживленная дискуссия относительно уместности существования нормы об экономической контрабанде. Так, некоторые авторы считали ч. 1 ст. 188 УК РФ излишней, поскольку ущерб от данного преступления охватывался ст. 194 УК РФ [14, с. 390; 15, с. 14].

В следственно-судебной практике того времени незаконное перемещение через таможенную границу Российской Федерации товаров или иных предметов в целях уклонения от уплаты таможенных платежей квалифицировалось как по ч. 1 ст. 188 УК РФ, так и по ст. 194 УК РФ.

Казалось бы, декриминализация экономической контрабанды (ч. 1 ст. 188 УК РФ) была логичным выходом из этого положения.

Однако круг общественных отношений, взятых под охрану ч. 1 ст. 188 и ст. 194 УК РФ, не совпадал. Часть 1 статьи 188 Уголовного кодекса Российской Федерации охраняла общественные отношения, складывающиеся по поводу государственного регулирования порядка перемещения через таможенную границу денег и денежных инструментов, товаров и иных предметов. Цели этой нормы заключались не только в наполнении бюджета, но и в создании препятствий для отмывания денег, защите национального производителя путем поддержания высоких цен на импортные товары, а также внутреннего рынка от недоброкачественной и контрафактной продукции.

Поэтому после исключения из Уголовного кодекса Российской Федерации части 1 статьи 188 некоторые общественные отношения остались без охраны. В этой связи следует одобрить решение законодателя, установившего в 2013 году ответственность за контрабанду наличных денежных средств и (или) денежных инструментов (ст. 200.1 УК РФ).

Спустя полтора года Федеральным законом от 31 декабря 2014 года № 530-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части усиления мер противодействия обороту контрафактной продукции и контрабанде алкогольной продукции и табачных изделий» в Уголовный кодекс Российской Федерации была внесена очередная новелла - статья 200.2 «Контрабанда алкогольной продукции и (или) табачных изделий». Эта норма предусматривает ответственность за незаконное перемещение через таможенную границу Таможенного союза алкоголя и табачных изделий в крупном размере [16].

После введения в Уголовный кодекс статьи 200.2 опять возник вопрос о том, как надлежит квалифицировать содеянное в случаях, когда контрабандист, перемещая через таможенную границу алкогольную продукцию и (или) табачные изделия, стремится избежать уплаты таможенных платежей.

Рассматривая сходную проблему конкуренции ч. 1 ст. 188 и ст. 194 УК РФ, некоторые авторы настаивали на необходимости квалификации содеянного в этих случаях по правилам совокупности преступлений [17, с. 28; 18, с. 24-25]. В то же время существует мнение о том, что применение виновным хотя бы одного из способов, характеризующих контрабанду, для того чтобы избежать уплаты таможенных платежей, свидетельствует о наличии в действиях виновного состава не уклонения от уплаты таможенных платежей, а контрабанды [19, с. 575]. Другие ученые считают, что

контрабанда и уклонение от уплаты таможенных платежей посягают на разные объекты, имеют разную направленность умысла, действия по уплате таможенных платежей и по перемещению не совпадают во времени. Поэтому исключается как возможность «поглощения» контрабандой неуплаты таможенных платежей, так и идеальная совокупность данных преступлений и признается возможность лишь их реальной совокупности.

Таким образом, законодательно разрешить вопрос о конкуренции ст. 200.2 УК РФ и ст. 194 УК РФ путем исключения одной из этих норм не представляется возможным. Если мы декриминализируем контрабанду, описанную в ст. 200.2 УК РФ, то экономические интересы государства, касающиеся пополнения доходной части бюджета за счет таможенных платежей, будут вполне обеспечиваться ст. 194 УК РФ. Однако иные общественные отношения, складывающиеся по поводу государственного регулирования порядка перемещения через таможенную границу указанных товаров, останутся без уголовно-правовой охраны.

Литература

1. Основания уголовно-правового запрета. Криминализация и декриминализация / отв. ред. В. Н. Кудрявцев, А. М. Яковлев. М., 1982.

2. Тер-Акопов А. А. Уголовная политика Российской Федерации: учебное пособие. М., 1999.

3. Лопашенко Н. А. Основы уголовно-правового воздействия: уголовное право, уголовный закон, уголовно-правовая политика. СПб., 2004.

4. Коробеев А. И. Советская уголовно-правовая политика: проблемы криминализации и пенализации. Владивосток, 1987.

5. Витвицкая С. С. Проблемы установления уголовно-правового запрета в сфере экономической деятельности. Ростов н/Д, 2008.

6. Бородин С. В. Пути оптимизации выбора санкций при разработке проектов уголовных кодексов республик (юридический аспект) // Государство и право. 1991. № 8.

7. Яни П. С. Актуальные проблемы уголовной ответственности за экономические и должностные преступления: автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1996.

8. Досюкова Т. В. Уголовная ответственность за лжепредпринимательство: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1997.

9. Жилкин М. Г. Уголовно-правовая оценка последствий преступлений в сфере экономической деятельности: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2001.

Это недопустимо, поскольку цели данной разновидности государственного регулирования заключаются не только в наполнении бюджета, но и в защите национального производителя путем поддержания высоких цен на импортные товары, а также внутреннего рынка от недоброкачественной и контрафактной продукции. Указанные задачи исторически принято решать путем ограничения трансграничного перемещения тех или иных предметов, поскольку реализация соответствующих норм возложена на единую систему таможенных органов - нормы об ответственности за контрабанду сохраняют свое значение. Поэтому надо сохранить обе нормы. Для разрешения же спорных квалификационных вопросов целесообразно дополнить ч. 1 ст. 194 УК РФ словами «при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст. 200-2 УК РФ».

Подводя итог, следует подчеркнуть, что вопросы декриминализации деяний должны решаться более продуманно и последовательно, с учетом принципов законотворчества и требований законодательной техники.

Bibliography

1. Bases of a criminal and legal ban. Criminalization and decriminalization / ed. by V. N. Kudryavt-sev, A. M. Jakovlev. Moscow, 1982.

2. Ter-Akopov A. A. Criminal policy of the Russian Federation: manual. Moscow, 1999.

3. Lopashenko N. A. Bases of criminal and legal influence: criminal law, criminal law, criminal and legal policy. St. Petersburg, 2004.

4. Korobeev A. I. Sovetskaya criminal and legal policy: problems of criminalization and penalization. Vladivostok, 1987.

5. Vitvitskaya S. S. Problems of establishment of a criminal and legal ban in the sphere of economic activity. Rostov-on-Don, 2008.

6. Borodin S. V. Ways of optimization of a choice of sanctions when developing drafts of criminal codes of the republics. (legal aspect) // State and right. 1991. № 8.

7. Yanni P. S. Actual problems of criminal liability for economic and malfeasances: autor. dis. ... doct. jurid. sciences. Moscow, 1996.

8. Dosyukova T. V. Criminal liability for a lzhep-redeprinimatelstvo: autor. dis. ... cand. jurid. sciences. Moscow, 1997.

9. Zhilkin M. G. A criminal and legal assessment of consequences of crimes in the sphere of economic activity: dis. ... cand. jurid. sciences. Moscow, 2001.

10. Clicked A. N. Criminal liability for illegal op-

10. Ляскало А. Н. Уголовная ответственность за незаконные операции по обналичиванию и транзиту денежных средств // Российский следователь. 2014. № 17.

11. Ильин А. «Фирмы-однодневки». Два года прошло, но воз и ныне там... URL: http:// www.lawmix.ru/state/723

12. Статья 173-2 УК РФ: как в России охотятся на «ведьм». URL: http://darkmoney.cc/ yuridicheskie-voprosy-bezopasnosti-33/stat-ya-173 -2-kak-ohotyatsya-na-ved-m-v-uk-rf-19744/

13. Жовнир С. А. Уголовная ответственность за лжепредпринимательство: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2002.

14. Якимов О. Ю. О некоторых противоречиях в последних изменениях Уголовного кодекса Российской Федерации // Пять лет действия Уголовного кодекса: итоги и перспективы: материалы 2 Международной научно-практической конференции, 30-31 мая 2002 года. М., 2003.

15. Филимонов В. Нужна иная формулировка закона // Законность. 2000. № 10.

16. Федоров А. В. Изменения в законодательстве об ответственности за контрабанду: новые реалии и проблемы // Уголовное право. 2012. № 2.

17. Журавлева Е. К вопросу о разграничении контрабанды и уклонения от уплаты таможенных платежей // Уголовное право. 2005. № 2.

18. Тюнин В. И. Юридическая конструкция деяний в сфере экономической деятельности. СПб., 2000.

19. Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону. М., 2007.

УДК 343.97 : 343.85 : 343.573 ББК 67

© 2015 г. В. В. Мясников, А. В. Мясников

О НЕОБХОДИМОСТИ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ГОСУДАРСТВЕННО-

ПРАВОВОГО МЕХАНИЗМА ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ПРОВОКАЦИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ В СФЕРЕ НЕЗАКОННОГО ОБОРОТА НАРКОТИКОВ СОТРУДНИКАМИ ОРГАНОВ, ОСУЩЕСТВЛЯЮЩИХ ОПЕРАТИВНО-РАЗЫСКНУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Статья посвящена исследованию правовых позиций Европейского суда по правам человека, касающихся законности и обоснованности проведения оперативно-разыскных мероприятий в сфере незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ. Авторами высказывается ряд предложений, направленных на совершенствование оперативно-разыскного законодательства в сфере противодействия провокации преступлений со стороны сотрудников оперативных подразделений при проведении оперативно-разыскных мероприятий.

Ключевые слова: оперативно-разыскная деятельность, проверочная закупка наркотических средств, критерии провокации преступлений, основания проведения оперативно-разыскных мероприятий, правовые позиции Европейского суда по правам человека.

erations on cashing in and transit of money // Russian investigator. 2014. № 17.

11. Ilyin A. Of «short-lived firm». Two years passed, but things are right where they started ... URL: http://www.lawmix.ru/state/723

12. Art. 173-2 of the criminal code of Russian Federation: as in Russia hunt on «witches» of http:// darkmoney.cc/yuridicheskie-voprosy-bezopasnosti-3 3/stat-ya-173 -2-kak-ohotyatsya-na-ved-m-v-uk-rf-19744/

13. Zhovnir S. A. Criminal liability for pseudobusiness: dis. ... cand. jurid. sciences. Moscow, 2002.

14. Yakimov O. Yu. About some contradictions in the last changes of the criminal code of Russian Federation // Five years of action of UK: results and prospects: materials 2 International scientific and practical conferences, on May 30- 31, 2002. Moscow, 2003.

15. Filimonov V. Nuzhn other formulation of the law // Legality. 2000. № 10.

16. Fedorov A. V. Changes in the legislation on responsibility for smuggling: new realities and problems // Criminal law. 2012. № 2.

17. Zhuravleva E. To a question of differentiation of smuggling and evasion from customs payment // Criminal law. 2005. № 2.

18. Tyunin V. I. Yuridicheskaya a design of acts in the sphere of economic activity. St. Petersburg, 2000.

19. Lopashenko N. A. Crimes in the sphere of economy: the author's comment to the criminal law. Moscow, 2007.