К истории Свердловского горного института(продолжение)

ИСТОРИЯ УНИВЕРСИТЕТА

К ИСТОРИИ СВЕРДЛОВСКОГО ГОРНОГО ИНСТИТУТА

Чрезвычайная комиссия, работавшая в Москве, поставила перед Главпрофобром целый ряд вопросов, от решения которых зависело дальнейшее существование Уральского горного института. Комитет с большим интересом отнесся к судьбе института. На заседании 26 мая 1920 г. было принято решение об образовании «при Главпрофо-бре комиссии под председательством Ф. В. Ленгника для детального рассмотрения всех его нужд и требований» [1]. На следующем заседании комиссии решено: ходатайствовать перед Наркомздравом об освобождении из-под госпиталей помещений старого и нового епархиальных училищ (старое епархиальное училище - ныне техникум пищевой промышленности по ул. Декабристов; новое - ныне

2-й учебный корпус института) и духовного училища (часть здания СИНХ, на углу ул. 8 Марта и Народной Воли - теперь надстроено) и передачи их институту.

Внимание Главпрофобра к институту было вызвано тем, что перед краем встали задачи подготовки кадров не только для горнодобывающей, обрабатывающей и других отраслей производства, но и учителей, агрономов, врачей и т. д. В марте 1920 г. в Совет Уральского горного института обратилось Управление Пермской железной дороги с просьбой открыть путейский факультет [2]. Совет отнесся со всей ответственностью к этой просьбе. На заседании его выступили почти все присутствующие. Мнения были разные: и «за», и «против». Путейцы нужны были и в горной промышленности. Поэтому вопрос не был чужд коллективу. Но трудные материальные условия, нерешенность проблемы с кадрами преподавателей вынудили совет отказаться от решения открыть путейский факультет. Поэтому и Губнаробраз, и институт склонялись к предложению об откры-

тии университета.

«Кто родил мысль об университете, - писал проф. Казанский в газете «Уральский рабочий» 7 января 1921 г., - установить трудно, ибо она давно носилась в воздухе». В марте 1920 г. по инициативе Губисполкома состоялось совещание представителей Ревсовета Трудовой армии, Губернского комитета партии, Уральского горного института, Губна-робраза, профессионального союза, УОЛЕ. От института с поддержкой предложения об университете выступил проф. Я. А. Шохат. Совещание обратилось с этой просьбой в На-ркомпрос; поддержал эту просьбу и Главпро-фобр. Дорогу университету в Москве пробивал заместитель Наркома просвещения М. Н. Покровский. Он вел переговоры с Луначарским, Лениным [3]. В Екатеринбурге многое сделал для организации университета Б. В. Дидковский.

Борис Владимирович Дидковский высшее образование получил в Женеве, куда эмигрировал после участия в одном из студенческих выступлений. Живя за границей, он не прерывал связи с Россией, с революционной деятельностью - печатал листовки, переправлял нелегальную литературу. В 1913-1914 гг. работал на Николо-Павдинском месторождении. Вступил в партию в 1917 г. Принял участие в пролетарской революции и гражданской войне. Был начальником советских войск в Усолье-Чердынском районе.

После окончания гражданской войны заведовал Уральским горным Комитетом и отделом геологии и промышленной разведки в нем. В 1920 г. вошел в оргкомитет Уральского университета и был одним из первых его ректоров, членом совета горного факультета. Впоследствии занимал ряд руководящих должностей в Уралплане, Уральском геологическом управлении и др. Был членом ВЦИК.

Начало в номере 4 (32), 2013 г., с. 101.

№ 3(35), 2014

87

Никогда не порывал связи с институтом. Читал лекции горнякам по поискам и разведке в 20-е годы, а в середине 30-х годов заведовал кафедрой общей и динамической геологии.

Коллегия Научного сектора Наркомпро-са 25 июня 1920 г. приняла постановление «Об учреждении в Екатеринбурге Уральского университета..., разрешение вопроса о самом моменте открытия академических факультетов университета передать совету Уральского горного института, считая последний базой, вокруг которого с изменением физических условий будет разрастаться университет» [4]. В организационный комитет вошли академик Ферсман, председатель екатеринбургского горисполкома Лукоянов, представители Уральского горного института тт. Маковецкий, Матвеев, Смирнов. «Считать членов организационного комитета членами совета Уральского университета в течение 1-го академического года... Организацию совета Университета возложить на организационный комитет» [5].

На основании решения научного сектора Наркомпроса В. И. Ленин подписывает декрет об учреждении Уральского университета. В декабре 1920 г. было организовано правление университета, в которое вошло 8 коммунистов [6]. Весть об открытии в Екатеринбурге Уральского университета была встречена с большим удовлетворением всем коллективом института. Так как организовать работу двух вузов в Екатеринбурге не было возможности, Уральский горный институт входил в университет. В горном институте в то время были следующие факультеты:

1) геолого-разведочный (248 студентов, 7 профессоров, 11 преподавателей), размещался в доме бывшего горного начальника (ныне горбольнице № 2;

2) горный факультет (130 студентов, 3 профессора, 5 преподавателей), находился в доме бывшего страхового общества «Якорь» (набережная рабочей молодежи). Здесь были организованы кабинеты: горного искусства, каменноугольного дела, газового анализа и вентиляции рудников, бурового и горно-разведочного дела;

3) металлургический факультет (163 студента, 5 профессоров, 13 преподавателей), размещался в здании нового епархиального училища [7].

Нелегко складывалась жизнь нового университета, особенно вновь организованных факультетов. Нужны были научные кадры. Не каждый ученый мог бросить столичные вузы и ехать на периферию. Да и условий для нормального быта и работы университет предоставить еще не мог. Преподавательские кадры горного института как-то уже сложились, и его кафедры и факультеты сразу начали вести нормальную деятельность. В начале 1921

г. институт перевели в здание бывшей 2-й женской гимназии - ныне первый учебный корпус. Здесь же поселились и преподаватели. Под общежитие студентов в конце 1921 г. был получен Ново-Тихвинский монастырь. Материально же коллектив института был обеспечен неудовлетворительно. Минимум зарплаты профессора и преподавателя, 50 % студентов получали стипендию, которую выделял горный совет ВСНХ. Студенты-стипендиаты должны были раз в три месяца отчитываться перед горным советом о ходе учебы и успеваемости. Остальное обеспечение выделял Главпрофобр. Был введен строгий контроль за посещаемостью занятий, выполнением учебных планов. Деканаты по решению Совнаркома должны были информировать об этом Главпрофобр еженедельно. Вещевое довольствие студентам выделял также Глав-профобр. На человека в год полагалось: 9 пудов картофеля, 6 пудов овощей, 1 сапоги, 2 комплекта белья, 1 костюм, ремонт обуви за год 4 пары, стирка белья 20 шт. в месяц и т.

д. [8]. Организация всех этих дел возлагалась на правление вуза, в которое входили и студенты. Студенты, не получающие стипендии, очень бедствовали.

В стране, да и в Екатеринбурге в те годы была безработица. Устроиться на работу было нелегко. Поэтому решили создать в университете кооператив, при котором начал работать мыловаренный завод, сапожная и портновская мастерские. Работали здесь студенты и служащие университета. Заказы поступали от предприятий. Кроме того по заказам проводились разного рода лабораторные анализы. В лаборатории производили молибдено-аммониевую соль, сернокислый магний и т. п. [9]. Все произведенное обменивалось на нужные университету и студентам товары и предметы [10].

88

Известия Уральского государственного горного университета

Но это было только частичное решение материальной проблемы. В декабре 1921 г. состоялось расширенное заседание Уралбю-ро ЦК РКП(б). Было принято постановление, обязывающее хозяйственные органы оказать помощь университету. Уралпромбюро обязано было выделить средства на учреждение стипендий горнякам. Вскоре стипендию выделили Золоторудный трест, Гормет и Урал-платина [11].

Кроме материальных трудностей были трудности и другого порядка: нет учебных планов и программ, книг и учебников, нет полного единства во взглядах на учебный процесс у профессорско-преподавательского персонала. Подобное положение наблюдалось не только в Екатеринбурге, но и во всей республике. Поэтому на Всероссийской конференции РКП(б) был поднят вопрос о необходимости овладения высшей школой. До сих пор она была оторвана от государства, от задач, стоящих перед ним. Задачи высшей школы понимались многими преподавателями слишком узко - готовить «спецов». «Если такая позиция удовлетворяла старое общество, то теперь, когда страна начала строить социализм, высшая школа должна была слиться с общими процессами, происходящими в стране и превратить интересы народного хозяйства в свои задачи. По этому поводу на страницах «Уральского рабочего» выступил профессор горфака А. А. Гапеев с работой «К вопросу об овладении высшей школой» (3 сентября 1922 г.). Он писал: « Не узкие спецы нужны теперь нашей стране, а «деятели жизни», владеющие идеологией современности, политически грамотные, сознательные граждане общества... Нельзя допустить, чтобы инженер, окончивший университет, был политически неграмотен».

Началось широкое вовлечение студентов в строительство высшей школы. Создаются студенческие академические секции по специальностям. Они избирали исполбюро из

3-5 человек, устанавливали связь с академсекцией вуза и работали в контакте с профессорско-преподавательским персоналом по улучшению преподавания: контролировали проведение занятий, содействовали комплектованию библиотеки и оборудования лабораторий, устраивали дополнительные лекции и

консультации по трудно усваиваемым предметам [12].

Так как преподавание политических дисциплин не было налажено, в целях привлечения студентов к политобразованию была создана комиссия политпросвета, председателем которой стал Ф. Г. Кирюхин, членами - И. П. Липилин и И. Г. Липкович [13]. В музее истории института есть фотография, на которую сняты члены комиссии. На обороте фотографии написано: «Пусть наша организационная работа в Университете, как членов маленькой ячейки великой партии рабочего класса, послужит лишь революционным прологом к работе в производстве, и пусть сознание нашей личной дружбы, возникшей в борьбе за общие цели, укрепит в нас чувство мощного единства с трудящимися всего мира и поддержит в тяжелой борьбе за коммунистическое будущее» (И. Липилин, 10 мая 1922 г.).

Передовая часть профессуры и студенчества активно проводит в жизнь политику государства в отношении высшей школы. Партийный и профсоюзный актив факультета принимает участие во всех сторонах жизни. Но это отражается на учебе. Большинство студентов, имея недостаточную довузовскую подготовку, отставали. Некоторые активисты, как писал Шабанов в газете «Уральский рабочий» 26 июля 1922 г., отходят от работы в организации и даже выходят из партии и комсомола, ибо успешно сочетать работу на производстве с учебой и общественной деятельностью они не в состоянии. Собрание ячейки техфаков 25 января обсудило отчет Попова -секретаря ячейки горфака об учебе коммунистов. Было принято решение о нормировании и равном распределении общественной работы. На выполнение общественных поручений определялось 6 часов в неделю. Установлен контроль за успеваемостью студентов-ком-мунистов. Неуспевающие заслушивались на заседании ячейки [14].

По инициативе ячейки РКП(б) создаются марксистские кружки; к пропаганде науки в коммунистическом клубе привлекаются научные работники. Так, проф. П. К. Соболевский читал лекции о происхождении солнечной системы и миров; проф. А. В. Шубников - о кристаллах. Эти лекции рассматривались как

№ 3(35), 2014

89

база, на которой будет строиться преподавание марксистской теории. Профессура юрфака выступила инициатором чтения лекций на естественнонаучные темы для рабочих на фабриках и заводах [15]. Лекции сопровождались показом картин через проекционный фонарь; маятник, подвешенный к потолку, демонтировал вращение Земли [16].

Комсомольская ячейка взяла шефство над ячейкой РКСМ электростанции «Луч». Студенты стали руководить кружками, делали доклады на политические и научно-естественные темы [17].

В апреле 1922 г. в Уральском горном институте (в первые годы в составе университета был институт, позднее факультеты) открылся студенческий клуб. Вступительное слово произнес ректор Л. Лазарев, затем выступили проф. А. А. Гапеев и студенты. В клубе вышел первый номер студенческой стенной газеты, которая стала выходить два раза в месяц. «Горняки давно уже лелеяли надежду открыть свой клуб, объединиться и проявлять свои творческие силы. И вот, невзирая на тяжелое положение УГУ, на отсутствие средств студенчество осуществило свою мечту, - писала газета «Уральский рабочий» 22 апреля 1922 г. При клубе начали работу кружки: литературно-художественный, научный, спортивный и др. На одном из заседаний клуба студент Францев прочел свою пьесу «Былое». Пьеса вызвала оживленный обмен мнениями».

Созданная в начале 20-х годов профячейка в 1923 г. отметила годовщину своей деятельности. В ней было 82 члена - 32,5 % рабочих; 37,5 % крестьян, 25 % интеллигенции. Главной задачей ячейки было материальное обеспечение студентов, организация политического и профессионального воспитания путем привлечения членов союза в кружки клуба, организация лекций и докладов, участие в академической работе факультета. Члены союза имели преимущественное право пользования лабораториями, кабинетами, библиотекой. Профячейка установила связь с производственными профорганизациями и через них обращалась к руководителям промышленных предприятий об оказании материальной помощи студентам и выделении средств на оборудование лабораторий и кабинетов.

О том, как производственные руководители и рабочие отзывались на этот призыв, свидетельствует тот факт, что после лекции проф. А. А. Гапеева, организованной профсоюзом на Дегтярских рудниках, состоялось собрание, на котором рабочие решили половину дневного заработка отчислить в помощь студентам [18]. По инициативе профсоюза горняков лаборатории прикреплялись к предприятиям. Началась взаимная помощь факультета и предприятия [19]. Профессора и преподаватели читали лекции, консультировали производственников по научным и практическим вопросам - производственные организации выделяли оборудование и средства на его приобретение. На гранильной фабрике и Березовском руднике создаются бюро по связи с производством. В него вошли студенты Мельников, Зуйко, Ермилова.

Зимой 1924 г. объявляется двухнедельник пролетарского студенчества. Это время зимних каникул. Уезжающие по домам студенты должны были развернуть работу по ликвидации неграмотности, читать лекции и проводить беседы на политические и антирелигиозные темы, разъяснять политику партии и позиции кулачества, которое начинало поднимать голову против мероприятий Советской власти. Для успешного ведения этой работы нужно было помочь местным властям в организации изб-читален, союзов молодежи, организовать подписку на газеты и журналы, проводить вечера, спектакли, средства от которых пойдут в помощь студентам. Участие в двухнедельнике принимали и преподаватели. П. К. Соболевский, К. К. Матвеев читали лекции в клубах предприятий. Коммунистическая ячейка Нижне-Сергинского завода вместе со студентами организовала субботник по разгрузке вагонов. Деньги от субботника были перечислены в помощь студентам [20].

За время двухнедельника только в Екатеринбурге было прочитано 69 лекций: 32 на естественнонаучные, 10 на научно-технические, 7 на общественно-политические темы, и 20 - о высшей школе. На них присутствовало 3890 человек. Было дано 60 спектаклей и концертов, лаборатории горфака посетило 3000 человек [21].

Производственники привлекались и к обсуждению задач факультета. Так в июне 1924

90

Известия Уральского государственного горного университета

г. на совещании по пересмотру программ присутствовали представители промышленности и хозяйственных органов. Принято решение упрочить связь с производством, провести специализацию студентов с учетом нужд промышленности. Совещание обратилось к инженерно-техническим работникам производства принять студентов на практику, организовать ее и помочь студентам в овладении производственными навыками [22].

Несмотря на все принятые меры, условия жизни и учебы студентов, работа преподавателей оставалась трудной. На общем собрании партийной ячейки техфаков 25 января 1922 г. выступил секретарь ячейки горфака Н. М. Попов. Он сообщил о том, что появились отрицательные настроения у профессуры и преподавателей из-за недостаточной оплаты их труда, плохом оборудовании кабинетов, отсутствии жилья. Н. М. Попов говорил о неудовлетворительной учебе студентов-ком-мунистов, загруженных работой на производстве и в учреждениях, выполнением общественных поручений. Подобные настроения были особенно неприятны и опасны в годы дискуссии, затеянной троцкистами. Партийная организация принимает меры к организации политической учебы не только членов партии, но и беспартийных студентов и преподавателей. Создается кружок по изучению истории Октябрьской революции и значении в ней РКП(б) [23].

Начали работу 2 марксистских кружка, которые посещали до 100 человек. Кружком по изучению истории профессионального движения руководили ответственные работники Уралбюро ЦК горнорабочих тт. Миков и Федоров [24].

Много сделала стенная газета «Красный горняк». Она выходила еженедельно.

Эти и другие меры дали свои плоды. Положение стало меняться. Большую роль в изменении настроения коллектива сыграли и выступления наркома просвещения А. В. Луначарского. Он посетил институт, выполняя почетную обязанность члена совета Уральского горного института, которой он был удостоен по предложению партийной ячейки еще в 1919 г. 1 июня 1923 г. А. В. Луначарский выступил в актовом зале горфака (1-й учебный корпус) с речью «Интеллигенция и револю-

ция», а 3 июня присутствовал в кабинете марксизма-ленинизма на заседании профессоров и преподавателей. Он подробно ознакомился с лабораториями, кабинетами, библиотекой.

В результате настойчивой политической работы среди студентов и преподавателей постепенно менялось настроение коллектива. В ноябре 1922 г. ректор университета Б. В. Дид-ковский говорил: «Рабфак и большая часть молодого студенчества в массе идут открыто за власть советов, укрепление ее и деловую работу. В старом студенчестве уже обнаружился перелом и раскол, его надо углублять. Многие беспартийные преподаватели, даже отдельные профессора, частью убедившись в целесообразности и полезности советского строя для трудящихся масс, частью в силу печальной для них неизбежности уже втягиваются и начинают работать как надо».

По общественному уровню массовой работы, связи с производством, активности во всех мероприятиях горфак поднялся на одно из первых мест в университете [25].

В декабре 1923 г. состоялось собрание ячейки техфаков. Обсуждался вопрос о новых задачах партийного строительства. Собрание постановило: «1. Считать резолюцию ЦК и ЦКК по вопросу о внутрипартийной демократии правильной. 2. Признать фракции и фракционные группировки внутри партии вредными» [26].

В отчетном докладе областного комитета партии за 1924-1925 гг. отмечалось, что «...серьезный поворот может быть отмечен также и в настроении высококвалифицированной части интеллигенции области, профессуры и научных работников уральских вузов...» [27].

В 1923 г. горфак посетили американские сенаторы. Их сопровождал Б. В. Дидковский, тогда ректор Уральского университета. Очень много внимания сенаторы уделили организации и составу правления президиума факультета, порядку выбора и утверждения должностных лиц, влиянию центра на развитие и работу высшей школы и т. д. Их интересовал вопрос состава студентов, их партийной принадлежности, материальной обеспеченности и т. д. [28].

К началу 1923/1924 учебного года на факультете было 315 студентов, но после проверки успеваемости 63 человека были

№ 3(35), 2014

91

исключены. Распределения студентов по кур- организациях и материальному обеспечению сам, отделениям, годам приема, членству в даны в табл. 1-4.

Распределение студентов по курсам и отделениям

Таблица 1

Курс Отделение Всего

геологоразведочно е рудничное

i 83 73 156

II 45 39 84

III 7 1 8

IV - 4 4

Распределение студентов по годам приема

1917 1918 1919 1920 1921 1922

4 5 9 82 27 31

Таблица 2

Распределение студентов по членству в общественных организациях

Профсоюза РКП(б) РКСМ

160 12 15

Таблица 3

Распределение студентов по материальному обеспечению

Число студентов Число стипендий Урал %

частных государственных

252 51 47 35 52,7

Таблица 4

Горный факультет был наиболее обеспеченным. Над ним шефствовал Союз горнорабочих. В знак благодарности за поддержку в приветствии к 5-летию Союза коллектив факультета писал: «Союзу горняков - лучшему шефу, другу и товарищу от горного факультета, его научных работников и студенчества -привет!» [29]. В 1923/1924 году на горный факультет было принято 94 студента, членов и кандидатов партии - 6, комсомольцев - 7. Заявлений было подано 110. В то время прием проходил по путевкам профсоюзов. По положению направлять на учебу должны были главным образом передовых рабочих. Но в практике этой работы были и нежелательные явления. Часто в вуз попадали не те, кто хотел учиться, а те, кто мог учиться; выбора по профессиональной ориентации не было. Пользуясь тем, что командированного все равно зачисляли, некоторые и не готовились к занятиям. Кроме того, часто направлялись на учебу служащие, так как среди рабочих мало кто мог учиться в институте. Эти люди, как говорили тогда, «засоряли вуз». В 1926 г. практика командирования в вуз профсоюзными организациями была отменена ВЦСПС и вве-

дены новые правила с учетом подготовленности, персонально, через приемные комиссии. Это решение ВЦСПС было поддержано профсоюзными организациями на местах [30].

В начале существования Уральского университета в нем было 5 институтов: горный, политехнический, медицинский, педагогический, сельскохозяйственный. Но сохранить этот состав не удалось. В июне 1922 г. в Москве проходило совещание ректоров всех вузов, на котором решался вопрос о сокращении сети вузов республики. Надо сказать, что в центре к Уральскому университету относились очень не внимательно, «...ибо он ничем не проявлял себя. К нему существовало какое-то недоверие, и удивлялись, что он еще существует» [31]. Вскоре центр сообщил, что Уральский университет, как молодой вуз, снимается с госснабжения. А положение таково: 700 млн руб. долга, пожарами разрушены помещения горного и медицинского факультетов. Негде жить ни преподавателям, ни студентам. 5 апреля 1922 г. на заседании Уралэкономсовещания с докладом о положении университета выступил Л. А. Лазарев. «Ввиду создавшегося положения, - сообщил

92

Известия Уральского государственного горного университета

он, - вынуждены были закрыться четыре факультета: инженерно-лесной, медицинский, сельскохозяйственный и педагогический. Дальнейшее существование высшего научного центра на Урале зависит от того, будет ли университету оказана постоянная финансовая и материальная поддержка со стороны местных хозяйственных организаций. За два года существования университет стянул к себе 125 высококвалифицированных научных работников, оборудовал лаборатории и научные кабинеты и встал на твердую почву. В настоящее время университет имеет 246 научных сотрудников, 1015 студентов, 109 человек технического и хозяйственного персонала. Кроме того есть 15 сотрудников при фундаментальной библиотеке, насчитывающей около 100 тысяч томов. Если допустить хотя бы временное закрытие университета, научные силы его распылятся, и в будущем вновь создать университет будет чрезвычайно трудно» [32].

При обмене мнениями выяснилось определенное желание всех советских организаций сохранить Уральский университет как областной научный центр. Необходимая на содержание университета сумма исчислялась в 13 тыс. рублей золотом, считая по

мартовской валюте. Экономическое совещание признало существование университета на Урале необходимым и решило принять возможные меры к его сохранению. Содержание его возлагалось на областные и местные учреждения. В университете остались только три факультета: горный, химико-металлургический и рабочий. В связи с этим 9 мая 1925 г. Совнарком РСФСР переименовал университет в Уральский политехнический институт.

Законом, утвержденным в 1914 г., не было определено количество и состав факультетов. По сохранившимся документам, относящимся к 1919 г., были созданы факультеты: геологоразведочный, рудничный, химикометаллургический, механико-металлургический, инженерно-лесной [33]. Когда институт вошел в Уральский университет (на первых порах в составе университета числились не факультеты, а институты), в горном институте остались факультеты: геологоразведочный, рудничный и металлургический [34]. В 1925 г., после переименования университета в Уральский политехнический институт, горный институт вошел в Уральский политехнический институт (УПИ) факультетом с двумя отделениями: рудничным и геолого-разведочным [35].

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИМ СПИСОК

1. ГАСО, ф. 227, оп. 1, д. 2, л. 4.

2. ГОСА, ф. 1918, оп. 1, д. 265, л. 15.

3. Уральский рабочий. 7 января 1921 г.

4. ГАСО, ф. 1918, оп. 1, д. 268, л. 18.

5. ГАСО, ф. 1918, оп. 1, д. 268, л. 1.

6. Уральский рабочий. 3 декабря 1920 г.

7. Уральский рабочий. 7 января 1921 г.

8. ГАСО, ф. 227, оп. 1, д. 20, лл. 5, 86.

9. Уральский рабочий. 15 января 1922 г.

10. Уральский рабочий. 15 января 1922 г.

11. Уральский рабочий. 22 декабря 1921 г.

12. ГАСО, ф. 227, оп. 1, д. 20, л. 172.

13. ГАСО, ф. 227, оп. 1, д. 20, л. 148.

14. ПАСО (парт. архив Свердл. обл.), ф. 303, оп. 1, д. 4, л. 2.

15. Уральский рабочий. 9 февраля 1923 г.

16. Уральский рабочий. 11 февраля 1923 г.

17. Студент-рабочий. 1923. № 3. С. 10.

18. Уральский рабочий. 11 марта 1922 г.

19. Студент-рабочий. 1923. № 3.

20. Уральский рабочий. 3 и 10 января 1924 г.

21. Студент-рабочий. 1924. № 7.

22. Уральский рабочий. 24 июня 1924 г.

23. ПАСО, ф. 10, оп. 1, д. 248, л. 153.

24. Студент-рабочий. 1923. № 3.

25. Студент-рабочий. 1923. № 3.

26. ПАСО, ф. 10, оп. 1, д. 248, л. 123.

№ 3(35), 2014

93

27. Уральский рабочий. 3 декабря 1925 г

28. Уральский рабочий. 21 августа 1923 г.

29. Уральский рабочий. 9 декабря 1924 г

30. Уральский рабочий. 19 января 1926 г.

31. Студент-рабочий. 1923. № 3. С. 2.

32. Уральский рабочий. 7 апреля 1922 г.

33. ГАСО, ф. 1151, оп. 1, д. 12, л. 27.

34. Уральский рабочий. 7 января 1921 г.

35. ГАСО, ф. 227, оп. 1, д. 356, л. 8.

Материалы подготовил директор музея истории УГГУ Поленов Ю. А.

94

Известия Уральского государственного горного университета