Роль социума в формировании самоотношения личности бездомного человека

УДК 159.922.27, 159.923.2 РОЛЬ СОЦИУМА В ФОРМИРОВАНИИ САМООТНОШЕНИЯ ЛИЧНОСТИ БЕЗДОМНОГО ЧЕЛОВЕКА

Кочеткова Т.Н.

Предметом предлагаемого теоретического исследования является оценка роли социума в формировании самоотношения личности бездомного человека.

Цель работы заключалась в объективном отражении проблемы бездомности и отношения к ней социальных институтов.

Основным методом исследования выступил анализ источников, посвященных проблеме бездомности.

Теоретический анализ проблем, с которыми сталкиваются бездомные люди, позволил прийти к заключению, что в современном обществе по отношению к данным представителям существует стигматизация и дискриминация. Из-за негативных стереотипов, созданных в СМИ, положение бездомных людей только усугубляется. Для решения проблемы бездомности необходимо не только абстрагируясь от ее представителей объективно отражать ее суть, но и инициировать изменение общественного мнения к данной категории незащищенных граждан, видя в них полноценных людей и субъектов собственной жизни.

Ключевые слова: бездомные люди; социальные стереотипы; объект дискриминации; самоотношение.

THE ROLE OF SOCIAL MEDIUM IN FORMING OF CONSIDERATION FOR HIMSELF BY HOMELESS HUMAN BEING

Kochetkova T.N.

The subject of a brought forward theoretical research is the evaluation of the society’s role in forming of consideration for himself by a homeless human being.

The purpose of the work is in the objective reflection of the problem of homelessness and the social institutes’ treatment of it.

The basic method of the research is the analysis of the sources of information devoted to the problems of homelessness.

The theoretical analysis of the problems which are met by homeless people made it possible to come to the conclusion that in the contemporary society these representatives experience stigmatization and discrimination. Because of the negative stereotypes created by mass communication media the status of homeless people is only getting worse. For solving the problem is necessary not only to reflect its essence abstracting its representatives, but to initiate the revision of the social opinion to this particular category of unprotected citizens without treating them as full valued people and subjects of their own life.

Keywords: homeless people, social stereotypes, object of discrimination, consideration for himself.

В подавляющем большинстве работ, посвященных проблемам обездоленных людей, оказавшихся в силу разных причин бездомными, последним априори присваиваются негативные черты, как представителям социально незащищенных и потенциально опасных для остального социума групп. В научной литературе и СМИ их нередко именуют «лишними людьми», «бомжами», «социальными аутсайдерами», «маргиналами» и пр., что «дает основание» исследо-

вателям экстраполировать проявления девиантного поведения ряда представителей бездомных людей на остальных респондентов, попавших в ее число.

Неоднозначность трактовок для наименования этих групп можно увидеть на примере работы Н.М. Римашевской, И.А. Дискина, посвященной структуре социальной адаптации людей к новым социально-экономическим условиям, в которой низшие ступени представлены в порядке убывания их удельного веса группами «аутсайдеров», «маргиналов» и «криминалитетов». Если аутсайдеры отличаются низкой адаптацией и социальной активностью, невысокими доходами и ориентацией на легальные способы их получения, то маргиналы характеризуются исследователями как люди с низкой адаптацией, асоциальными и антисоциальными установками в своей социально-экономической деятельности. В отличие от них криминалитет обладает высокой социальной активностью и адаптацией, вполне рационально действующей вопреки легальным, сложившимся нормам хозяйственной и социально-экономической деятельности [2]. Более жесткую оценку маргинальности дает в своей работе О.Н. Галса-намжилова, полагая, что маргиналы являются «социально избыточным материалом», результатом институционального кризиса и ценой социального изменения, приводящего к появлению «лишних людей» [7].

А.С. Бреславский изучал явление создания гомогенного социального портрета изгоев, которыми в данном исследовании выступили дети из неблагополучных семей и их неуспешные родители. Дискурсный анализ привел исследователя к выводу о том, что ради единства негативного общественного мнения из него исключаются понятия, сопряженные с жалостью, поддержкой, позитивным вниманием, а созданный образ звучит пренебрежительно, но произносится с опаской [5].

Постараемся проанализировать причины, которые позволяют ряду исследователей и сторонним наблюдателям не только нивелировать различия между людьми, потерявшими жилье, в единую группу, но и стигматизировать ее.

Несмотря на то, что оценить масштаб проблемы бездомности не представляется возможным, поскольку сегодня существует лишь приблизительная оценка численности людей, попавших в сложную жизненную ситуацию, неравнозначны причины, которые привели людей к потере жилья. Согласно классификации бездомности, предложенной В.В. Волковым, бездомными людьми являются не только граждане, которые фактически оказались проживающими на улице, но те, кто имеют реальные и вероятные шансы для увеличения выборки бездомных людей (речь идет о латентной и потенциальной бездомности) [6].

Так, список лидирующих причин бездомности венчают мошеннические сделки с недвижимостью, принудительное выселение из занимаемого жилья, невозможность получить жилье после освобождения из мест лишения свободы, нарушение прав выпускников детских домов, семейные обстоятельства, заставившие наиболее незащищенного члена семьи не только психологически дистанцироваться от нее, но и отказаться от права на использование своей части жилплощади. Ничтожную часть этой выборки составляют люди, которые стали бездомными по собственному выбору, который наиболее часто вызван психическими расстройствами или дромоманией [1; 3; 8; 18; 20-23].

В середине девяностых годов, когда общество еще не воспринимало бездомность как социально-экономическую проблему, а возможность потерять жилье - как реальную опасность, С.А. Сидоренко было проведено исследование, которое выявило парадоксальную амбивалентность общественного сознания. Базируясь на полученные результаты, автор заключил, что около половины респондентов серьезно опасаются оказаться за чертой бедности в результате безработицы, однако страх перед обнищаем не перерастал даже в гипотетическую угрозу бездомности [20].

Неоднородность выборки людей, оказавшихся без собственного жилья, проявляется в различных аспектах. Согласно данным, представленным в работах В.В. Волкова, Ю.В. Кирик, С.А. Стивенсон, С.В. Шпат, Е.П. Юликовой,

В.Ф. Склярова, Н.М. Платоновой, Н.Ю. Клюевой и др., в ней превалирует муж-

чины. Исследователи единодушны в том, что независимо от гендерной принадлежности, все они являются одинокими людьми, для которых семейная жизнь или осталась в прошлом, или собственной семьи никогда не было, и лишь незначительная часть людей, отчуждаемых от общества, создают семьи уже оказавшись в чрезвычайно сложных для жизни условиях (в данном контексте речь не идет о бездомных семьях, т.к. ее представители являются отдельной темой для научных исследований; проблемы данной группы на сегодняшний день не только не решаются, но практически и не озвучиваются).

Возраст респондентов колеблется от 23 до 65 лет (представители более зрелого возраста имеют больше шансов для устройства на проживание в домах престарелых и прочих социальных учреждениях подобного типа), иногда приводятся сведения о совсем молодых людях, возраст которых варьирует от 18 до 40 лет [8; 24]. Преобладающее число респондентов имеет незаконченное среднее или среднее образование, меньшая часть выборки получила среднее специальное и среднее техническое образование; также был выявлен незначительный контингент бездомных людей, имеющих не только высшее образование, но и ученые степени. Среди нынешних бездомных людей немало тех, кто служил в армии, участвовал в боевых действиях, был в «горячих точках», ликвидировал последствия чернобыльской аварии [1; 6; 8; 12; 13; 16; 22; 23; 28].

Противоречивы данные и о структуре данных сообществ: чаще всего приводятся сведения о хаотичности этих групп и самоизолированности ее представителей не только от общества, но и друг от друга. Отсутствие иерархичности С.А. Сидоренко объясняет невозможностью иметь стабильное место проживания, позволяющее формировать структуры устойчивых отношений и накапливать ресурсы. Причиной дистанцированности в группе автор считает крайнюю скудность ее ресурсов, что и приводит ее представителей к индивидуальному выживанию [21]. Вместе с тем, встречаются сведения о том, что в таких группах существует жесткая иерархия, поскольку большая часть ее представителей находилась в местах лишения свободы [13; 26]. Судя по всему, раз-

личия в интерпретации результатов вызваны изучением выборок, которые отличались друг от друга не только количеством респондентов, но и возрастом, полом, уровнем образования, причинами, повлекшими за собой утрату прав на жилье.

Положение людей, оказавшихся в силу разных причин без крова, становится практически катастрофическим, т.к. зачастую дополнительными, отягощающими факторами их существования являются: разрыв социальных связей с референтным окружением, алкогольная или наркотическая зависимость, отсутствие документов, что делает практически невозможным получение полноценной социальной и медицинской помощи, легальной работы, временного жилья, пригодного для проживания. Согласно европейской статистике, для бездомных, по сравнению с «нормальными популяциями», характерно в 4 раза больше депрессий и в 6 раз больше самоубийств [18].

Работа, проводимая А.П. Верховодько, Т.Г. Малышевой с гражданами без определенного места жительства, позволила авторам сделать заключение о том, что для большинства из них (90%) положение в состоянии алкогольного опьянения предпочтительнее бездомности в трезвом виде [1]. Ценностную роль алкоголя в жизни бездомных людей С.А. Стивенсон объясняет его функциями, которые условно можно назвать компенсаторной и социализирующей.

Компенсаторная функция позволяет им временно уйти от реальности, справиться с тревогой, голодом, физической болью. Социализирующая функция стимулирует людей, отверженных социумом, к активности, для того чтобы заработать на выпивку. Кроме того, ее проявление состоит в том, что символично она позволяет человеку идентифицировать себя с представителями всего социума как части ее культуры. Однако потребление алкоголя выступает лишь псевдосредством для интеграции бездомного в общество, поскольку не только истощает его материальные ресурсы, но и стимулирует физическую и психическую деградацию [23].

Согласно социальным стереотипам бездомные люди обитают на свалках, не работают, добывают деньги преступным или полулегальным путем. «Бомжи и попрошайки обостряют криминогенную ситуацию в стране, увеличивают число потенциальных преступников» [28, с. 138]. Чаще всего данные взгляды строятся лишь на визуальном наблюдении за поведением людей без определенного места жительства, настоящая жизнь которых закрыта для простого обывателя.

Источником дохода большинства бездомных являются случайные заработки от неспециализированной работы, не востребованной у других социальных групп: сбор и продажа бутылок, разгрузка машин, уборка вагонов, мелкая торговля, продажа газет, сезонные работы, связанные со строительством или сельским хозяйством. Для бездомных стабильная занятость становится практически невозможной, т.к. она связана с жестким графиком, необходимостью вступать в длительные отношения с людьми, чему препятствует пролонгированная дезадаптация, сопровождающаяся процессами дезидентификации и оформляющейся негативной самоидентификации [21].

Данные результаты в целом согласуются с исследованием проведенным Ф.Н. Завьяловым и Е.М. Спиридоновой. Авторы пришли к заключению, что основным источником получения денежного дохода бездомных людей являются случайные заработки. Небольшая часть опрошенных респондентов имеет постоянную, но низкооплачиваемую работу. Примерно треть выборки в качестве немаловажных источников дохода назвала сбор стеклотары, металлолома и других видов вторсырья, а также талоны на питание, получаемые в службе социальной помощи. Лишь пятая часть выборки получает пенсию по старости и инвалидности. Незначительная часть доходов может быть получена от продажи собранных грибов и ягод, в виде помощи от родственников, пособия по безработице, разовой оплаты за наемный труд [8].

В масштабном пилотажном исследовании, проведенном в 7 российских регионах, также было установлено, что основными источниками дохода без-

домных людей являются сбор и сдача вторсырья, временная работа. В тоже время менее регулярными, но используемыми вариантами подработки являются милостыня (наиболее часто ее реципиентами являются бездомные люди пенсионного возраста), постоянная неофициальная работа, пенсия и пособия [22].

Отношение общества к бездомным людям чаще носит враждебный или безразличный характер. Больше половины небездомных респондентов не видят вины общества и государства в проблеме бездомности, забывая о том, что в нестабильных социально-экономических условиях никто не застрахован от данного бедствия. С.А. Стивенсон отмечает, что чем реже опрошенные встречались с бездомными, тем терпимее был их выбор мер для работы с социальными аутсайдерами.

В опросе 3000 респондентов, сделанном в 1994 г., по выяснению действий, которые обществу необходимо принять в отношении к бездомным 5% считают, что их нужно предоставить самим себе, 10% заявили, что их необходимо ликвидировать, 20% - изолировать от общества, хотя 55% сказали, что им необходимо оказывать помощь [20]. Наиболее частые высказывания о применении репрессивных мер к бездомным принадлежали зрелым людям. Негативное отношение социума к данной социальной группе С.А. Сидоренко объясняет низким уровнем образования и социально-профессиональным статусом опрошенных.

Хотя о проблеме бездомности обсуждения, в большей степени, носящие мизантропный характер, ведутся, ее разрешение продолжает оставаться иллюзорным. Подтверждением сказанному является увеличение числа людей, оставшихся без жилья, пригодного для проживания, длительный стаж проживания бездомных людей на улице или в местах, непригодных для нормальной жизни, что приводит к тому, что они становятся не только жертвами физического и психологического насилия со стороны населения и, в том числе, должностных лиц, но и носителями опасных заболеваний, лечить которые они не в состоянии ввиду недоступности для них медицинской помощи [22].

Создается впечатление, что решать проблему бездомности «пытаются» те 35% интолерантных респондентов [20], которые являются представителями социальных институтов, призванных помогать людям, оказавшимся в сложных жизненных ситуациях. Неужели реальным выходом из сложившейся ситуации может быть только суицид, убийство или запущенное заболевание? Как верно подмечено в работе С. Микуть, в России решение проблемы бездомности видится в ее «уничтожении», которое осуществляется посредством бездействия и безразличия государственной системы [15, с. 52 ].

В исследовании Е.П. Юликовой, В.Ф. Склярова людям, занимающимся изучением проблемы бездомности и бродяжничества, задавался вопрос: «Кто должен решать проблемы бездомных?». 54% экспертов считают, что государственные структуры высшего уровня, 20% - местные власти, 10% - милиция, 8,7% - органы социальной защиты населения, 7,2% - специальные организации.

На тот же самый вопрос 47% бездомных людей ответило, что поскольку это общегосударственная проблема, то ее решением должны заниматься государственные органы и службы, 14% считают, что защиту их интересов должны представлять специальные службы (ассоциации) для защиты обездоленных людей, 8 % - органы социальной защиты, 7% - местные органы, 7% - милиция, а 2% (лица с хронической патологией) считают, что бездомных защищать не нужно [28].

А.С. Бреславский в своем исследовании отмечает, что людьми проблемными, с позиции большинства представителей социума, не интересуются административные институты, организационно-финансовую поддержку которых они не хотели бы потерять. Однако внимание более широкого сообщества, из которого они исключены, не является для взрослого населения настолько значимым [5].

Доминирующая часть людей, оказавшихся в сложной жизненной ситуации, с глубоким недоверием относится к социуму и общественным институтам,

понимая, что нужной им помощи и защиты они не смогут получить иногда даже в экстренных случаях. С точки зрения бездомных людей, наиболее благоприятно у них складываются взаимоотношения с социальными и медицинскими работниками, а наиболее напряженными они называют свои контакты с сотрудниками милиции [22].

В социологическом исследовании О.Н. Халак, участниками которого выступили сотрудники МВД, исправительных учреждений и группы социальной защиты исправительных учреждений по проблеме бездомности, было выявлено, что большая часть их представителей имеет негативные экспектации в отношении бездомных людей. По мнению всех респондентов 72% бездомных ранее неоднократно совершали преступные деяния, 18% - совершили впервые, 10% - ранее не совершали. Сотрудники из группы социальной защиты высказали мнение, согласно которому 82% осужденных, являющихся бездомными, ранее неоднократно совершали преступные деяния и привлекались к уголовной ответственности. Автор исследования приходит к заключению, что доминантная часть выборки из числа сотрудников социальной защиты полагает, что бездомные представляют опасность для общества, при этом 9,5% респондентов являются сторонниками карательных мер для решения проблемы бездомности. Среди сотрудников милиции и исправительных учреждений данные показатели оказались еще выше [25].

Сходную позицию высказывает Е.В. Ринн, констатируя, что негативное отношение к бездомным людям, непонимание специфики их проблем, свойственно не только обывателям, но и социологам, представителям социальных и государственных структур, от которых зависит принятие ответственных решений, связанных с получением обездоленными людьми медицинской и социальной помощи, разработка адекватных ситуации законопроектов и социальных программ, формирование объективного общественного мнения [19, с. 74-83].

Искаженные сведения о бездомных людях, многократно усиленные печатными СМИ, делают невыносимым их положение, усиливая социальную дис-

танцию и дискриминацию людей, и без того стоящих на краю пропасти. И.З. Карлинский делает акцент на том, что негативный образ бездомных в СМИ формируется и используется в политических, экономических, самооправда-тельных и сочетанных целях [11, с. 103.].

Яркой иллюстрацией к сказанному является исследование, проведенное М.З. Ярмиевым. Задачей автора являлось изучение феномена бедности на основе анализа информации, представленной центральными и региональными СМИ. Тщательный анализ источников позволил исследователю сделать ряд важных заключений: СМИ связывают бедность, в первую очередь, с работой или ее отсутствием, болезнью, деньгами, пьянством, одиночеством, преступностью. Реже, в связи с бедными или малоимущими, упоминаются независимость, здоровье, стыд, успех (карьера), зависимость, гордость; крайне редко - инициативность, лень и трудолюбие. Когда речь идет о помощи бедным (малоимущим, нищим и пр.), то бедные выступают ее объектом. Например, им помогают или им требуется помощь; их грабят; они лишены работы; от них отвернулась удача. Если их действия описываются, то в сослагательном наклонении - они рады бы помочь, но не могут. Они выступают субъектами лишь порицаемых действий - пьянства или мелкого воровства.

Центральная и региональная пресса единодушны в описании негативного стереотипа бедного человека. СМИ приписывает ему пьянство, девиантное или преступное поведение (или близость к людям ведущими асоциальный образ жизни), безынициативность, леность, тунеядство. В то же время бедные одиноки, что, как правило, связывается со старостью, у них плохое здоровье, они несчастны и неудачливы. М.З. Ярмиев заключает, что стереотипный характер данных образов очевиден ввиду их внутренней противоречивости, связанной с антиномиями российского общественного сознания [30, с. 67-72].

Сходные выводы делает и Т.И. Заславская, констатируя, что за годы реформ в стране успела сформироваться специфическая культура бедности, циклически замкнутая на собственное воспроизводство негативных смыслов и

ценностей. Привыкание к худшим условиям приводит в итоге к смирению, и вместо недовольства своим положением люди пассивно бездействуют [9, с. 518].

Базируясь на бытующее в социуме негативное мнение о бездомных людях как асоциальных элементах, логично было бы предположить, что в ответ на всеобщее презрение они будут не только эпатировать общественное мнение, демонстрируя окружающим девиантное или делинквентное поведение, но даже не станут принимать его в расчет. В действительности этого не происходит. Бездомный человек, попавший в беду, старательно пытается найти выход из сложившихся обстоятельств, но вместо этого вокруг него лишь создается «порочный круг» неразрешимых проблем, которые только усугубляют его шаткое положение. Подавляющая часть представителей этой выборки заявила, что они обязательно справились бы со своей бедой, если бы помощь им была оказана своевременно.

Безжалостная статистика говорит о том, что стаж бездомности свыше 6 месяцев приводит к необратимым последствиям в психике, что становится причиной не только многочисленных болезней, но и каркасом для развития личностных деформаций. В России средний стаж бездомности составляет 7 лет, нередко люди проживают на улице свыше 10 лет [4; 11; 14; 19].

Отчаявшись найти поддержку в государственных и муниципальных учреждениях по защите прав населения, люди еще продолжают рассчитывать на помощь близких и окружающих людей. Однако и здесь вместо содействия они сталкиваются с глухой стеной непонимания и отвергнутости. Не желая мириться с социальным злом, люди пытаются устроиться на работу, которая позволила бы им получить крышу над головой, однако в работе им нередко отказывают по причине отсутствия документов, прописки, места проживания, реже - ввиду алкогольной или наркотической зависимости, или, в лучшем случае, предоставляют низкооплачиваемую работу, доходы от которой не позволяют людям снять качественное жилье.

Постоянный стресс бездомных людей вызван неудовлетворением витальных потребностей в нормальном отдыхе, еде, безопасности. Отношение подавляющего большинства окружающих резко меняется с толерантного на агрессивное, когда им становится известно о неопределенном статусе людей, оказавшихся в сложной жизненной ситуации. Как и много веков назад, когда общество не знало методов борьбы с психическими заболеваниями и активно физически и морально подавляло больных людей, старательно подчеркивая малейшие отличия в своем поведении и статусе, современные бездомные люди так же дискриминируются.

В статье О.Н. Яницкого, посвященной оценке риска в современной России, делается вывод о шаткости и непредсказуемости повседневной жизни, вызванной утратой «онтологической безопасности» постсоветского человека. Слабость социальных институтов, превращение непосредственной среды жизни во враждебную и опасную, порождают страх и апатию, способствуя накоплению деструктивного потенциала. Самоотождествление личности с социальным хаосом приводит к деформации ценностей, освобождению от моральных ориентиров и этических ограничений, раскалыванию человеческого «Я» и кризису личностной идентификации [29]. Негативный груз маргинального статуса социум пытается нивелировать, используя для этого доступные и безопасные объекты. Беззащитный во всех отношениях статус бездомных людей делает их удобным объектом для социальной дискриминации.

Даже при огромном желании бездомный человек не сможет дистанцироваться от негативного отношения общества, которое постоянно ему напоминает о его уязвимости. Вначале люди стремятся отстраниться физически и психологически от стигматизируемых социумом групп, но по прошествии времени неуспешного разрешения своих проблем, они вынуждены идентифицировать себя с социальными изгоями, т.к. их опыт существования является образцом для выживания в суровом обществе.

С.В. Шпат отмечает, что по мере снижения социального статуса групп внутри страты социальных аутсайдеров, наблюдается распад системы социальных ценностей. Их деформация вызвана, в первую очередь, не возможностью строить планы на будущее, а элементарным выживанием, поэтому и живут бездомные люди сегодняшним днем.

Отражение степени адаптации, психической регуляции, как и представления о собственном статусе, оформляются в виде отношения личности к себе [10]. В диссертационном исследовании И.А. Петровой было выявлено, что угрожающая неопределенность, как правило, сопровождается негативными эмоциональными переживаниями, вызывая неприятие и отчуждение, что воспринимается как источник возможных неудач. В силу того, что эти состояния обладают инерцией и повторяемостью, они фиксируются в памяти, итогом же становится экстраполяция частного негативного события на все отношение к будущему, что обеспечивает ему негативную непрерывность психологического времени [17].

Н.М. Платонова к числу характерных психологических особенностей бездомных относит низкую самооценку, нередко - презрение к себе, отсутствие временных перспектив (существует только «здесь и сегодня»), культивируемое недоверия ко всем окружающим [18].

Н.Ю. Клюева пришла к заключению, что, несмотря на самоотчуждение бездомных людей, они не считают себя до конца заблудшими и надеются на перемены к лучшему.

Анализ проблемы бездомности в России приводит к неутешительным выводам:

1. Подавляющая часть бездомных людей является трудоспособным населением молодого и среднего возраста, тем не менее, исключенных с рынка легального трудоустройства.

2. Внешний вид ряда представителей бездомных людей иногда позволяет провести параллель с киническим образом жизни. Вместе с тем, за види-

мым сходством нет подлинного стремления обрести независимость от социума, напрочь исключив себя из него.

3. Девиантные проявления поведения бездомных людей являются попыткой привлечь к себе хотя бы негативное внимание, что позволяет им почувствовать свою субъектность. Социальные нормы человек соблюдает только в том случае, если он надеется на возвращение в социум.

4. Бездомность как социальное бедствие не связана напрямую с образованием, социальным статусом, коммуникативными связями. Обрести негативную стигму бездомности может абсолютно любой гражданин, например, по причине природного бедствия.

5. Не существует гомогенности внутри групп бездомных людей. Причины бездомности многолики.

6. Дискриминация социумом бездомных людей вызывает у них социальную апатию, экстернальность, негативное самоотношение, что нередко становится причиной агрессии, которую они направляют против себя или подавляющих их обидчиков.

7. Качественная смена ценностей происходит при стаже бездомности от по-лугода. Их деформация приводит к замещению экзистенциальных ценностей дефицитарными. Одной из приоритетных ценностей бездомного человека становится возможность помыться и постирать белье, т.к. чистая одежда позволяет легче перенести холодные времена года.

8. Длительное пребывание в сложной жизненной ситуации заставляет человека искать пользу и в своих проблемах. Например, обморожение, а в дальнейшем - ампутация конечностей, становится для бездомного основанием для получения пособия и места в социальном приюте.

9. Научные источники должны не только отражать положение бездомных людей, но прежде всего, видеть в них нуждающихся людей и субъектов. В подавляющем большинстве научных исследований присутствует позиция отчужденного и отчуждаемого статуса бездомного человека.

10.Необходимо менять общественное мнение на проблему бездомных людей, отражая ее объективно. Формирование в социуме культуры помощи, меценатства сделает помощь бездомным людям не обременительной обязанностью, а почетной миссией. Безусловно, решать на глобальном уровне проблему бездомности должны государственные структуры, но реальное смещение ее с мертвой точки произойдет тогда, когда каждый человек внесет свой минимальный вклад, оказав посильную помощь нуждающемуся человеку.

11.Воспитание подрастающего поколения добрым примером, литературой, отражающей проблемы бездомности, поможет не только постепенному формированию культуры толерантности, эмпатии и рефлексии, но и выступит каркасом для сближения разных поколений, поиска оснований для акцентировании внимания на сходстве и нужности позиций старшего поколения для становления духовного развития подрастающих потомков.

Список литературы

1. Алексеева Л.С. Бездомные в России // Социологические исследования. 2003. № 9. С. 56-62.

2. Анохин А.М. Девиация в структуре социальной адаптации // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2006. № 4 (32). С. 368-373.

3. Антонова Н.С. К характеристике причин бездомности в современной России // Вестник бурятского государственного университета. Сер. Психология, социальная работа. 2009. Вып. 5. С. 220-224.

4. Бездомность в вопросах и ответах. Интервью с Максимом Егоровым, председателем РБОО «Ночлежка» (Санкт-Петербург), сопредседателем Координационного совета Межрегиональной Сети «За преодоление социальной ис-ключенности» // Бездомность в современной России: проблемы и пути их решения: Вестник Межрегиональной Сети «За преодоление социальной исклю-ченности»: Вып. 1: Сборник / Сост. А. Варсопко, Е. Ринн. СПб., 1996. С. 16-23.

5. Бреславский А.С. Отверженные и равнодушные: дискурсивное производство дистанций в сельском сообществе // Журнал исследований социальной политики. 2008. Том 6. № 4. С. 457-482.

6. Волков В.В. Бездомность в современной России: проблема типологии бездомных // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2010. № 4 (1). С. 366-370.

7. Галсанамжилова О.Н. К вопросу о структурной маргинальности в российском обществе // Журнал социологии и социальной антропологии. 2006. Т. 9. № 4.

8. Завьялов Ф.Н., Спиридонова Е.М. Уровень и образ жизни бомжей // Социологические исследования. 2000. № 2. С. 63-69.

9. Заславская Т.И. Российский социум на рубеже веков. Современное российское общество: проблемы и перспективы // Общественные науки и современность. 2004. № 5. С. 5-18.

10. Игнатова Е.Н., Куликов Л.В., Розанова М.А. Социальные и социально-психологические аспекты стрессоустойчивости личности // Теоретические и прикладные вопросы психологии. Вып. 1. Ч.2 / Ред. А.А. Крылов. СПб., 1995. С. 87-96.

11. Карлинский И.З. Бездомные в зеркале российских СМИ // Бездомность в современной России: Материалы Всероссийской студенческой конференции. СПб., 2009. С. 98-106.

12. Кирик Ю.В. Научное обоснование оптимизации медицинского обслуживания лиц без определенного места жительства (на примере города Хабаровска): автореф. дис. канд. мед. наук. Хабаровск, 2008. 24 с.

13. Клюева Н.Ю. Изучение личности бездомного человека // Вестник ТвГУ. 2011. Выпуск 2. С. 215-228.

14. Кузьменко Е.Ю. Они живут рядом с нами // Бездомность в современной России: Материалы Всероссийской студенческой конференции. СПб., 2009.

С. 36-41.

15. Микуть С. Социально-психологический портрет бездомных // Бездомность в современной России: Материалы Всероссийской студенческой конференции. СПб., 2009. С. 48-54.

16. Осинский И.И., Хабаева И.М., Балдаева И.Б. Бездомные - социальное дно общества // Социологические исследования. 2003. №1. С. 53-58.

17. Петрова И.А. Психологические эффекты пребывания личности в неопределенной жизненной ситуации (на примере ситуации ненадежной работы): автореф. ...к.пс.н. Краснодар, 2011. С. 25.

18. Платонова Н.М. Бездомность в современной России: причины и следствия // Ученые записки СПбГИПСР. 2009. № 1 (11). С. 56-60.

19. Ринн Е.В. Социальные и правовые аспекты проблемы бездомности в России (краткий обзор результатов исследования) // Бездомность в современной России: Материалы Всероссийской студенческой конференции. СПб., 2009. С. 74-83.

20. Сидоренко С.А. Бездомность: создание социального дна //Социальные и гуманитарные науки. Социология. Выпуск 3. М., 1995. С. 140-151.

21. Сидоренко С.А. Московские бездомные - первые шаги в изучении проблемы // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 1995. № 4. С. 46-49.

22. Социальные и правовые аспекты исследования проблемы бездомности в России. По материалам межрегионального исследования. СПб., 2007. 72 с.

23. Стивенсон С.А. О феномене бездомности // Социологические исследования. 1996. № 8. С. 26-33.

24. Федотенко И.В. Проблема бездомности на примере Ростовской области // Бездомность в современной России: Материалы Всероссийской студенческой конференции. СПб., 2009. С. 66-72.

25. Халак О.Н. Социальная работа с бездомными в исправительном учреждении // Бездомность в современной России: Материалы Всероссийской студенческой конференции. СПб., 2009. С. 8-14.

26. Шаховская У.А., Шефтель О.Б. Бомж // Психологическая наука и образование. 2002. № 2. C. 93-106.

27. Шпат С.В. Особенности социально-психологической адаптации представителей различных групп социальных аутсайдеров: автореф. дис. канд. пси-хол. наук. Томск, 2006. 28 с.

28. Юликова Е.П., Скляров В.Ф. Социальная защита бомжей // Социологические исследования. 1994. № 10. С. 137-139.

29. Яницкий О.Н. Риск в современном обществе. Россия как общество риска: методология анализа и контуры концепции // Общественные науки и современность. 2004. № 2. С. 5-15.

30. Ярмиев М.З. Репрезентация бедности как социальной проблемы в российских СМИ // Социологические исследования. 2008. № 4. C. 67-72.

References

1. Alexeeva L.S. Alekseeva L.S. Bezdomnye v Rossii [Homeless in Russia]. Sotsiologicheskie issledovaniya, no. 9 (2003): 56-62.

2. Anokhin A.M. Deviatsiya v strukture sotsial'noy adaptatsii [Deviation in the structure of social adaptation]. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta MVD Rossii 32, no. 4 (2006): 368-373.

3. Antonova N.S. K kharakteristike prichin bezdomnosti v sovremennoy Rossii [To the characteristic of reason of homelessness in contemporary Russia]. Vestnik buryatskogo gosudarstvennogo universiteta. Ser. Psikhologiya, sotsial'naya rabota, no. 5 (2009): 220-224.

4. Bezdomnost' v voprosakh i otvetakh. Interv'yu s Maksimom Egorovym, predsedatelem RBOO «Nochlezhka» (Sankt-Peterburg), sopredsedatelem Koor-dinatsionnogo soveta Mezhregional'noy Seti «Za preodolenie sotsial'noy is-klyuchennosti» [Homelessness in the questions and answers. Interview with Maxim Yegorov, Chairman of RBOO «Nochlyezhka» (St Petersburg), co-chairman of Coor-

dinator council of Inter-regional Net «For overcoming social exclusion»]. Issue 1: Collection / A. Varsopko, E. Rinn. SPb., 1996. pp. 16-23.

5. Breslavskiy A.S. Otverzhennye i ravnodushnye: diskursivnoe proiz-vodstvo distantsiy v sel'skom soobshchestve [Rejected and indifferent: discursive execution of distances in the village community]. Zhurnal issledovaniy sotsial'noy politiki 6, no. 4 (2008): 457-482.

6. Volkov V.V. Bezdomnost' v sovremennoy Rossii: problema tipologii bezdomnykh [Homelesness in contemporary Russia: the problem of typology of homeless people]. Vestnik Nizhegorodskogo universiteta im. N.I. Lobachevskogo 1, no. 4 (2010): 336-370.

7. Galsanamzhilova O.N. K voprosu o strukturnoy marginal'nosti v ros-siyskom obshchestve [To the question about structural marginality in Russian society]. Zhurnal sotsiologii i sotsial'noy antropologii 9, no. 4 (2006).

8. Zav'yalov F.N., Spiridonova E.M. Uroven' i obraz zhizni bomzhey [The level and manner of life of tramps]. Sotsiologicheskie issledovaniya, no. 2 (2000): 63-69.

9. Zaslavskaya T.I. Rossiyskiy sotsium na rubezhe vekov. Sovremennoe rossiyskoe obshchestvo: problemy i perspektivy [Russian society at the turn of the century]. Obshchestvennye nauki i sovremennost, no. 5 (2004): 63-69.

10. Ignatova E.N., Kulikov L.V., Rozanova M.A. Sotsial'nye i sotsial'no-psikhologicheskie aspekty stressoustoychivosti lichnosti [Social and Socio-psychological aspects of stress stability of a personality]. Teoreticheskie i prikladnye voprosypsikhologii, no. 1. Part 2 (1995): 87-96.

11. Karlinskiy I.Z. Bezdomnye v zerkale rossiyskikh SMI [Homeless in the mirror of Russian mass media]. Bezdomnost' v sovremennoy Rossii: Materialy Vserossiyskoy studencheskoy konferentsii [Homelessness in contemporary Russia: Proceedings of All-Russian students’ conference]. SPb., 2009. pp. 98-106.

12. Kirik Yu.V. Nauchnoe obosnovanie optimizatsii meditsinskogo obslu-zhivaniya lits bez opredelennogo mesta zhitel'stva

[Scientific substantiation of optimization of medical service of people without permanent place of living (by way of Khabarovsk example)]: author's abstract by PhD of medicine. Khabarovsk, 2008. 24 p.

13. Klyueva N.Yu. Izuchenie lichnosti bezdomnogo cheloveka [Studying of personality of a homeless person]. Vestnik TvGU, no. 2 (2011): 215-228.

14. Kuz'menko E.Yu. Oni zhivut ryadom s nami [They live next to us]. Bezdomnost' v sovremennoy Rossii: Materialy Vserossiyskoy studencheskoy konferentsii [Homelessness in contemporary Russia: Proceedings of All-Russian students’ conference]. SPb., 2009. pp. 36-41.

15. Mikut' S. Sotsial'no-psikhologicheskiy portret bezdomnykh [Socio-psychological portrait of homeless people]. Bezdomnost' v sovremennoy Rossii: Materialy Vserossiyskoy studencheskoy konferentsii [Homelessness in contemporary Russia: Proceedings of All-Russian students’ conference]. SPb., 2009. pp. 48-54.

16. Osinskiy I.I., Khabaeva I.M., Baldaeva I.B. Bezdomnye - sotsial'noe dno obshchestva [Homeless are the social bottom of the society]. Sotsiologicheskie issledovaniya, no. 1 (2003): 53-58.

17. Petrova I.A. Psikhologicheskie effekty prebyvaniya lichnosti v ne-opredelennoy zhiznennoy situatsii (na primere situatsii nenadezhnoy raboty) [Psychological effects of a person’s staying in indeterminate vital situation (by way of unreliable work situation example)]: author's abstract by PhD of Psychology. Krasnodar, 2011. p. 25.

18. Platonova N.M. Bezdomnost' v sovremennoy Rossii: prichiny i sledstviya [Homelessness in contemporary Russia: reasons and consequence]. Uchenye zapiski SPbGIPSR 11, no. 1 (2009): 56-56.

19. Rinn E.V. Sotsial'nye i pravovye aspekty problemy bezdomnosti v Rossii (kratkiy obzor rezul'tatov issledovaniya) [Social and legal aspects of the problem of homelessness in Russia (a short survey of the research results)]. Bezdomnost' v sovremennoy Rossii: Materialy Vserossiyskoy studencheskoy konferentsii [Home-

lessness in contemporary Russia: Proceedings of All-Russian students’ conference]. SPb., 2009. pp.74-83.

20. Sidorenko S.A. Bezdomnost': sozdanie sotsial'nogo dna [Homelessness: making of social bottom]. Sotsial'nye i gumanitarnye nauki. Sotsiologiya, no. 3 (1995): 140-141.

21. Sidorenko S.A. Moskovskie bezdomnye - pervye shagi v izuchenii problemy [Moscow homeless people - the first steps in examination of the problem]. Monitoring obshchestvennogo mneniya: ekonomicheskie i sotsial’nye peremeny [Monitoring of social opinion: economic and social changes], no. 4 (1995): 46-49.

22. Sotsial'nye i pravovye aspekty issledovaniya problemy bezdomnosti v Rossii. Po materialam mezhregional'nogo issledovaniya [Social and legal aspects of the research of the homelessness problem in Russia. According to the proceedings of inter-regional research]. SPb., 2007. 72 p.

23. Stivenson S.A. O fenomene bezdomnosti [About phenomenon of homelessness]. Sotsiologicheskie issledovaniya, no. 8 (1996): 26-33.

24. Fedotenko I.V. Problema bezdomnosti na primere Rostovskoy oblasti [The problem of homelessness on the example of Rostov region]. Bezdomnost' v sovremennoy Rossii: Materialy Vserossiyskoy studencheskoy konferentsii [Homelessness in contemporary Russia: Proceedings of All-Russian students’ conference]. SPb., 2009. pp. 66-72.

25. Khalak O.N. Sotsial'naya rabota s bezdomnymi v ispravitel'nom uchre-zhdenii [Social work with homeless people in the correctional institution]. Bezdomnost' v sovremennoy Rossii: Materialy Vserossiyskoy studencheskoy konferentsii [Homelessness in contemporary Russia: Proceedings of All-Russian students’ conference]. SPb., 2009. pp. 8-14.

26. Shakhovskaya U.A., Sheftel' O.B. Bomzh [Tramp]. Psikhologicheskaya nauka i obrazovanie, no. 2 (2002): 93-106.

27. Shpat S.V. Osobennosti sotsial'no-psikhologicheskoy adaptatsii pred-staviteley razlichnykh grupp sotsial'nykh autsayderov [Special features of socio-

psychological adaptation of representatives of different groups of social outsiders: author's abstract by PhD of Psychology]. Tomsk, 2006. 28 p.

28. Yulikova E.P., Sklyarov V.F. Sotsial'naya zashchita bomzhey [Social defence of the tramps]. Sotsiologicheskie issledovaniya, no. 10 (1994): 137-139.

29. Yanitskiy O.N. Risk v sovremennom obshchestve. Rossiya kak obshchestvo riska: metodologiya analiza i kontury kontseptsii [Risk in the contemporary society. Russia as the society of risk: methodology of analysis and the contour of conception]. Obshchestvennye nauki i sovremennost', no. 2 (2004): 5-15.

30. Yarmiev M.Z. Reprezentatsiya bednosti kak sotsial'noy problemy v rossiyskikh SMI [Representation of poverty as a social problem in Russian Mass Media]. Sotsiologicheskie issledovaniya, no. 4 (2008): 67-72.

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ

Кочеткова Татьяна Николаевна, доцент кафедры психологии, кандидат психологических наук

Дальневосточный государственный гуманитарный университет ул. К. Маркса, 68, г. Хабаровск, 680000, Россия psydv@ya. ru

DATA ABOUT THE AUTHOR

Kochetkova Tatyana Nikolaevna, associate professor at Psychology department, candidate of psychological science

Far-East Humanities State University

68, K. Marksa street, Khabarovsk, 680000, Russia

psydv@ya. ru

Рецензент:

Борзова Татьяна Владимировна, кандидат психологических наук, доцент, старший научный сотрудник кафедры психологии ДВГГУ