Давид Ибн Марван ал-Мукаммис. Двадцать глав. Главы 5–6

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 13. ВОСТОКОВЕДЕНИЕ. 2013. № 2

ПУБЛИКАЦИИ

Давид ибн Марван ал-Мукаммис.

ДВАДЦАТЬ ГЛАВ. ГЛАВЫ 5-6

Мы завершаем публикацию перевода глав из трактата, посвященных сотворенности и сущности мира. Глава 5 — центральная и самая длинная в этом разделе, ибо именно в ней окончательно доказывается, что мир и все, что в нем сотворено. В противоположность этому глава 6, очень короткая, выглядит как дополнение к разделу, чтобы реализовать концептуальную композицию, выбранную автором, стержнем которой являются четыре аристотелевских вопроса. Ведь два из них вошли в эту короткую главу. Однако при всей краткости этой главы в нее включено очень важное для всей средневековой религиозной мысли положение — мир создан, чтобы человек мог через него познавать Бога. Это положение, которым завершается шестая глава и весь раздел, как бы перекидывает мостик к следующему разделу — о Творце.

Глава 5 [Субстанции и акциденции мира — новосозданы]

1) Нам надлежит теперь исследовать следующие вопросы. Являются ли субстанции и акциденции мира вечными, бывшими всегда, и ничто из них не является новосозданным? Или же субстанции мира — вечные, бывшие всегда, а акциденции — новые? Или же акциденции его — вечные, бывшие всегда, а субстанции — новые? Или же и субстанции, и акциденции мира — новые, которых не было, и ничто из них не является вечным, бывшим всегда?

2) Это демонстрирует следующая таблица.

Исследование субстанций и акциденций мира может привести к одной из четырех возможностей

Либо субстанции и акциденции мира — вечные, бывшие всегда, и ничто из них не новосоздано, но это — неверно.

Либо его субстанции — вечные, бывшие всегда, а его акциденции — новые, но и это — неверно.

Либо акциденции его — вечные, бывшие всегда, а его субстанции — новые, но и это — неверно.

Либо и субстанции, и акциденции его — новые, которых не было, и ничто из них не вечно, и это — истина.

3) Теперь мы готовы дать разъяснения, необходимые для установления истинности того, что мы полагаем истинным, и опровержения того, что мы считаем ложным, и Бог — помощник.

Мы рассуждаем так. Допустим, некто признает, что мир состоит из субстанции и акциденции, что субстанция — самодостаточна и существует не благодаря чему-то другому и не пребывает в чем-то ином, а акциденция пребывает в другом и соотнесена с ним, не самодостаточна. Если он вместе с тем полагает, что они обе — вечные, бывшие всегда, то он утверждает невозможное. Мы покажем, что неизбежные следствия из его слов противоречат сказанному им, чтобы его собственным языком было выражено признание его несостоятельности.

4) Ему следует сказать: «Расскажи нам о субстанции, которая принимает противоположные акциденции, например, здоровье и болезнь. Принимает ли она их вместе, одновременно и в одном и том же состоянии, или же она каждую из них принимает по отдельности?».

Если он скажет, что субстанция принимает вместе, одновременно и в одном и том же состоянии, тогда он вынужден признать, что человек бывает здоровым и больным одновременно и в одном и том же состоянии, что он бывает недвижимым и движущимся одновременно и в одном и том же состоянии.

Тогда человек может быть спящим и бодрствующим, живым и мертвым, стоящим и сидящим, отступающим и наступающим, молчащим и говорящим в одном и том же состоянии и одновременно.

Однако я не знаю никого, кто бы принимал и утверждал это мнение1.

5) Если же он скажет, что субстанция принимает каждую из акциденций по отдельности, ему следует сказать: «Ты говоришь, что акциденции вечны и пребывали всегда, что субстанции тоже вечны, и что ничто из них не новосоздано, чтобы чего-то не было, а потом оно стало, а также что субстанция принимает противоположности не вместе, а по отдельности, одну за другой. Тогда из твоих слов следует, что акциденции одновременно и вечны и пребывали всегда и новосозданы, так что их не было. Такое утверждение явно несостоятельно и абсурдно».

Если же он спросит: «Откуда это следует?», ему следует сказать: «Если бы субстанция принимала противоположности вместе, то каждая из них могла бы быть вечной, такой, что была всегда, однако это утверждение абсурдно. Если же субстанция не принимает обе

1 Ср.: Аристотель. Метафизика. Кн. 9. Гл. 2, 1046Ь 16; Он же. Категории. Гл. 5, 4а 10-30. Как указывает Струмза, арабские теологи, такие как Матуриди и Бакиллани, тоже приводили абсурдность соединения противоположностей в одной и той же субстанции как аргумент в данном контексте.

противоположности вместе, то каждая из них оказывается новосо-зданной. Ведь каждая из них исчезает (упЫсй) и после нее возникает (у скс1шИ) другая. И исчезновение одной означает возникновение другой, а исчезновение второй — возникновение первой. Например, движение возникает после того, как исчезает покой, а покой возникает после исчезновения движения. То же самое относится к болезни и здоровью, сну и бодрствованию, речи и молчанию, наступлению и отступлению и всему подобному этому. А раз дело обстоит так, значит, акциденции новосозданы, и их сначала не было, а потом они стали.

Таким образом, оказались несостоятельными два утверждения. Первое — утверждение того, кто говорит, что и субстанция мира и его акциденции — все это вечно и было всегда.. .2

6) Ведь только одно из двух может быть установлено: либо что и субстанция и акциденции — новые, либо что и акциденции мира вечны и субстанция его вечна, но мы выше показали абсурдность утверждения, что акциденции мира вечны. А если дело обстоит так, то и вопрос о новизне субстанции решен со всей очевидностью. Мы изложили то, что хотели бы услышать сказанным по этому вопросу, в другой книге, в главах которой мы дали определение акциденции. Это наша книга об акциденциях согласно логике3. Однако мы и здесь изложим вкратце то, что говорили там.

7) Мы говорим, что акциденция названа «акциденцией» именно потому, что она существует благодаря другому и находится в ином. Будь это не так, ее не назвали бы «акциденцией». В этом — указание на то, что она новосоздана. Субстанция тоже новосоздана в силу того, что здоровье в ней возникает после того, как его не было, и болезнь возникает в ней после того, как ее не было. Подобных примеров много. А раз установлено, что субстанция принимает акциденции, значит, установлено и то, что и они новосозданы, ведь принятие их субстанцией и есть их возникновение, например, принятие телом болезни и принятие динаром печати и тому подобное. А так как все субстанции мира принимают акциденции, значит, установлена и их новосозданность. Вопрос этот ясен, если только оппонент не заупрямится, игнорируя свой разум, и не войдет в свой собственный глаз, как говорит пословица4.

2 Как указывает Струмза, далее отсутствует одна или несколько страниц. Вероятнее всего, они были посвящены опровержению возможности сочетания вечных субстанций и сотворенных акциденций, см. итог всей дискуссии в конце главы (§ 5:41).

3 Струмза указывает, что реконструкция всего этого пассажа в какой-то степени гипотетична. Трудно сказать, о каком именно сочинении идет речь.

4 Мне остается только согласиться со Струмзой, которая говорит, что это изречение ей неизвестно.

8) Допустим, что некто из тех, кто отрицает, что акциденции новосозданы, говорит, пытаясь умничать: «Акциденция, которую ты считаешь новой (haditha), существовала потенциально (bi-l-quwwa) прежде, чем возникла актуально (bi-l-fi'l)».

Однако мы продемонстрируем их новосозданность и придем5 к истине.

Лишь одна из пяти возможностей может реализоваться в акциденции, которая существовала потенциально, а потом возникла актуально:

Либо она существовала потенциально всегда и всегда пребудет потенциально, и ее актуальное существование невозможно.

Либо она существовала актуально всегда и всегда пребудет актуально, и ее потенциальное существование невозможно.

Либо она всегда существовала актуально и становится потенциальной.

Либо она всегда существовала потенциально и становится актуальной.

Либо ее существование, и потенциальное, и актуальное, ново-создано.

9) Это демонстрирует следующая таблица.

Лишь одно из пяти возможно в акциденции, которая существовала потенциально, а потом возникла актуально

Либо она всегда существовала потенциально и всегда пребудет потенциально, и ее переход в актуальное состояние невозможен, и это — неверно.

Либо она всегда существовала актуально, и ее потенциальное существование невозможно, и это — неверно.

Либо она всегда существовала актуально и становится потенциальной, и это — неверно.

Либо она всегда существовала потенциально и становится актуальной, и это — неверно.

Либо ее потенциальное и актуальное существование одинаково новосозданы, и это — истина.

10) Мы исследуем все эти допущения и завершим демонстрацию того, какое из них — истина, а какое — ложь.

Мы говорим: первое допущение, утверждающее, что акциденция всегда пребывала потенциально и всегда пребудет потенциально и что ее переход в актуальное бытие невозможен, — явно несостоятельно. Ведь то, что пребывает потенциально, — безгранично6 и никакое имя или прозвище к нему не относится явно.

5 Глагол, стоящий в оригинале, переводчику неизвестен и переведен в соответствии с общим контекстом.

6 Арабское выражение lam yantahi «бесконечно, безгранично» реконструировано Струмзой с большими сомнениями и оговорками. Предложенный ею перевод — «неопределенно».

Как сказал Аристотель, потенциальное не имеет имени, так как никакое имя явно не соотносится с потенциально сущим7. Те акциденции, что мы наблюдали, пребывают актуально и имеют имена и прозвища, по которым их узнают, называют и обозначают, например, «белизна» и «чернота», «сладость» и «горечь», «жара» и «холод», «влажность» и «сухость». В нашем обсуждении и в нашей дискуссии с оппонентом по поводу его отрицания новосозданности акциденции после того, как он признал ее, речь шла об актуально существующих акциденциях, и ни о чем ином.

11) Я не знаю никого, кто утверждал бы подобное. Ведь если кто бы то ни было признает, что нечто существует в нем потенциально, то тогда возможно и то, что оно актуализуется, т. е. что его пребывание в актуальности не невозможно. Так, ребенок может стать писцом, плотником или строителем, ибо все это в нем потенциально. Не невозможно, чтобы то, что есть в нем потенциально, перешло в актуальность. Именно поэтому и говорят, что оно в нем потенциально.

Однако то, чем он не является потенциально, тем он не может стать, и то, чего в нем нет, то не может появиться. Так, мы говорим, что ребенок не является потенциально книгой, и не допускаем, что в нем может проявиться книжность8. В этом — опровержение допущения тех, кто утверждает, что якобы акциденции потенциально пребывали всегда и всегда останутся пребывающими потенциально.

12) Допущение, что акциденции всегда пребывали актуально и всегда останутся пребывающими актуально, и их потенциальное бытие невозможно, — тоже явно несостоятельно.

Ведь мы вместе, и мы, и наш оппонент, который утверждает это, признали, что субстанция может принимать как некую акциденцию, так и ее противоположность. Живое тело принимает здоровье и болезнь, всякое тело может принимать движение и покой, и тому подобное.

Мы признали и то, что субстанция не принимает их одновременно и в одном и том же состоянии, но, напротив, принимает противоположности по отдельности, каждую из них в свое время и в своем состоянии, а не вместе и сразу. В этом — утверждение новосозданности одной противоположности по исчезновении другой, и исчезновения одной противоположности при возникновении другой.

Если же дело обстоит так, то допущение того, кто утверждает, что якобы акциденции всегда пребывали актуально и всегда пре-

7 Струмза отмечает, что найти похожую цитату у Аристотеля не удалось.

8 В оригинале — с1-кШЫуус «книжность, качество книги, сущность книги, то, что делает книгу книгой».

будут актуально, оказывается несостоятельным точно так же, как и предыдущее допущение.

13) Что касается того, кто утверждает, что акциденции всегда пребывали актуально и что они переходят в потенциальность — то это вывернутое наизнанку допущение и утверждение, обратное тому, что осознается и понимается9. Ведь все, кто признает актуальность и потенциальность, утверждают, что вещь была потенциальной, а потом актуализовалась, а вот что она пребывала актуально, а затем стала потенциальной, они не утверждают. Можно сказать, что ребенок потенциально был писцом или торговцем, а когда вырос и выучился, то стал этим актуально. Однако не говорят, что он был этим актуально, а затем стал этим потенциально. Такое допущение явно несостоятельно.

14) Что касается того, кто утверждает, что акциденции пребывали потенциально всегда и что они могут перейти в актуальное состояние, то это утверждение, клянусь жизнью, есть такое допущение, которое подходило бы для сторонника вечности (ёаЬтТ) или манихея. Мы остановимся на этом утверждении и не ограничимся краткими замечаниями или примером для читателя. Целью нашей будет выявить и показать все следствия данного понятия и допущения и опровергнуть его, Бог — помощник, дающий понимание.

15) Мы говорим, что есть только два возможных допущения относительно утверждения, что акциденции всегда пребывали потенциально и что они могут переходить в актуальное состояние. Либо можно утверждать, что они всегда пребывали потенциально, а когда актуализовались, то перестали существовать потенциально. Либо можно утверждать, что они всегда пребывали потенциально и, даже перейдя в актуальное состояние, они остались в своем предшествующем состоянии потенциально сущего.

16) Если некто утверждает, что они всегда пребывали потенциально и что, перейдя в актуальное состояние, они также сохранили и потенциальность, то он должен принять и то, что мы сейчас охарактеризуем. Он будет вынужден признать, что, если акциденции остались потенциальными, одновременно став актуальными, то это значит, что потенциальное и актуальное бытие у них совпадают, а подобное утверждение абсурдно.

Если бы это было возможно для того, что начинается заново (yasta'nif), я имею в виду, что они, став актуальными, оставались бы потенциальными, как и прежде, то было бы возможным и то, что они в прошлом всегда пребывали одновременно и потенциально и актуально.

9 Струмза указывает, что имеется в виду интуитивное знание и понимание, и переводит текст соответственно этому толкованию.

Однако это допущение неприемлемо, и мы никогда не слышали, не видели и не знаем никого, кто бы утверждал подобное.

17) Ведь абсурдно утверждать, что человек может быть одновременно и безбородым и бородатым на том основании, что борода у безбородого существует потенциально, а когда она отрастает, то переходит в актуальное бытие.

Точно так же абсурдно полагать, что ребенок может быть, оставаясь ребенком, также и взрослым мужем на том основании, что мужественность присутствует в ребенке потенциально, а когда он возмужает, то она становится актуальной.

Из этого ясно, что утверждение, что нечто может существовать одновременно и потенциально и актуально, абсурдно.

18) Если это допущение оказалось несостоятельным, остается одно, а именно, что потенциальное и актуальное бытие не могут совпадать. А раз дело обстоит так, то и утверждение того, кто говорит, что акциденции, которые всегда пребывали потенциально, перейдя в актуальное состояние, остаются вместе с этим также и в прежнем потенциальном состоянии, хотя и они и стали актуальными, также несостоятельно.

19) Если же он скажет, что нечто, пребывавшее потенциально всегда, перестает быть потенциальным, перейдя в актуальное состояние, ему следует сказать: «Если возможно, чтобы пребывающее всегда прекратилось, а вместо него было создано нечто другое, тогда вечно пребывающее входит в категорию того, чего прежде не было. А если это возможно, значит, также возможно, чтобы то, чего прежде не было, вошло в категорию вечно пребывавшего».

Это — абсурдное заявление и неприемлемое притязание. Положим, что вечно пребывавшее, а именно, потенциально сущие акциденции, может иметь конец. А об акциденциях, перешедших в актуальное состояние, говорится, что они могут иметь конец, поскольку имеют начало. Тогда получается, если следовать аналогии с этим рассуждением, что потенциально сущее тоже должно иметь начало, раз оно имеет конец.

20) Если дело обстоит так, значит, утверждение того, кто говорит, что акциденции, бывшие потенциальными, вечно пребывали потенциальными, а когда они стали актуальными, то перестали быть потенциальными, — ложно.

Если же он скажет: «Я считаю возможным, чтобы нечто, бывшее всегда, имело конец, а то, чего прежде не было, новосозданное, не имело конца», ему следует сказать: «По аналогии с данным рассуждением, ты обязан признать, что мир, с его субстанциями и акциденциями, если он, согласно твоему взгляду, пребывал всегда, может иметь конец, так что его больше не будет. Если же он, для тебя, новосоздан, и его прежде не было, то тогда он, значит, может

существовать вечно. Что же тогда отличает тебя от сторонника утверждения вечности (ёаЬт), или утверждения, что субстанция вечна, всегда пребывала и всегда пребудет, или что акциденция вечна, пребывавшая всегда потенциально, как ты говоришь, и актуально?»

21) Таким образом, четыре допущения оказались ложными. Я имею в виду:

- слова того, кто утверждает, что акциденции потенциально пребывали всегда и пребудут всегда и что стать актуальными они не могут;

- а также слова того, кто утверждает, что они всегда пребывали и всегда пребудут актуально и что невозможно, чтобы они могли оказаться пребывающими потенциально;

- а также слова того, кто утверждает, что они всегда пребывали актуально и что они могут стать, после актуального состояния, потенциальными;

- а также слова того, кто утверждает, что они всегда пребывали потенциально и что они могут стать, после потенциального состояния, актуальными.

Остается лишь пятое допущение, так как в нашем анализе (taqsТm) ничего другого не осталось. Это — утверждение того, кто говорит, что и потенциально сущие акциденции новосозданы, равно как и актуально сущие тоже новосозданы.

22) К числу доказательств ложности предыдущих четырех допущений относится и то, что данное, пятое допущение верно. Ведь новорожденный, когда он создается из сгустка человеком, вместе с ним создаются и возможность и сложная потенциальность, так что, когда положенные сроки завершатся, появляется как актуальное то, что было в нем потенциально. Например, рост его первых зубов, когда он еще грудной, выпадение их, когда он еще ребенок, и рост других зубов, достижение зрелости в отрочестве, рост бороды, когда он становится зрелым мужем, седина в волосах в старости. Все это новосоздано вместе с его созданием, и ничто из этого не было пребывавшим извечно.

23) Теперь мы перейдем к полемике с теми, кто утверждает, что субстанции мира вечны и пребывали всегда, а акциденции его новосозданы, а прежде их не было.

Мы говорим, что относительно субстанции, вмещающей в себя акциденции, верно одно из шести допущений.

Либо она было вечно пребывающей, изначально без всяких акциденций, а уж потом были созданы акциденции.

Либо акциденции были вечно пребывающими, изначально без всякой субстанции.

Либо субстанция была вечно пребывающей, и все акциденции были вместе с ней.

Либо субстанция была вечно пребывающей с некоей акциденцией, затем эта акциденция, которая была вечно пребывающей в субстанции и с ней, кончилась, и вслед за этим в субстанции последовали сотворенные акциденции, одна за другой.

Либо субстанция была вечно пребывающей, а акциденции следовали в ней, друг за другом и друг перед другом. Не было ни первой, вечной, всегда пребывавшей акциденции, ни сотворенной акциденции, которой не предшествовала бы другая акциденция.

Либо и субстанция и акциденция новосозданы, и ни то, ни другое не является вечным, что всегда пребывало и всегда пребудет.

24) Это демонстрирует следующая таблица.

Одно из шести допущений приложимо к субстанции и акциденции

Либо субстанция была вечно сущей и изначально без всяких акциденций, а затем были созданы акциденции, и это — неверно. Это утверждают те, кто верит10 в первоматерию (ксуШа)п, а также дуалисты.

Либо акциденции были вечно сущими, но без субстанции, и это — тоже неверно.

Либо субстанция была вечно сущей вместе со всеми и каждой акциденцией, и это — неверно.

Либо субстанция и какая-то акциденция были вечно сущими, а затем та акциденция, что была вечно пребывающей в ней, кончилась, и после этого в субстанции последовали сотворенные акциденции, и это — неверно.

Либо субстанция была вечно сущей, а в ней сменялись акциденции, одна за другой, одна за другой, и не было ни первой, вечной, всегда бывшей акциденции, ни новосозданной акциденции, которой не предшествовала бы другая акциденция, и это — неверно.

Либо ни субстанция, ни акциденция, ни одна из них, не является вечной, бывшей всегда и будущей всегда, и это — истина.

25) Нам теперь подобает разобрать эти допущения, выделенные нами, вид за видом, и показать несостоятельность того, что мы полагаем несостоятельным и ложным, и установить истинность того, что мы утверждаем как истину.

10 В оригинале ус&пи букв. «считает (делает) своей религией, верит как в религию».

11 Мукаммис в седьмой главе (7:6) отождествляет «сторонников первомате-рии» с гностической сектой сабиев, в чем он совпадает с некоторыми арабскими теологами. Как мы увидим ниже, детальное опровержение этого течения мысли в рукописи отсутствует.

Что касается первого учения, которое утверждает, что субстанция была вечно сущей, а акциденций изначально не было, а потом уже были созданы акциденции, то те, кто разделяет его.. .12

26) «... и орудие и пространство и время, поскольку, хотя Он и сделал то, что сделал, и произвел его из первоматерии, Он не нуждается ни в орудии, с помощью которого Он бы делал и производил, ни в пространстве и времени. Ведь такова характеристика бессильных временных деятелей, которые производят то, что производят, лишь с помощью орудия и лишь в определенное время и в определенном месте».

27) Им следует сказать: «Аналогично, их отдельность не исключает смешивания, и оба сущих объекта, побыв некоторое время отдельными, затем смешаются и, пробыв смешанными некоторое время, снова разделятся, так что ни одно из состояний, смешение или отдельность, не более заслуживает считаться вечным, чем другое».

И то же самое они говорили выше и о движении и покое. Однако это противоречит их утверждению и учению, ведь их учение утверждает, что два бытия вечно пребывали разъединенными, и между ними не возникали ни движения, ни смешивания, только бытие и бытие, которые до этого смешения не делились на части и не будут делиться после этого, когда два бытия разъединятся и разделятся.

28) Если же они скажут, что движение и покой имели начало, которое было одним из них и что оно было новосоздано, им следует сказать: «Тогда вы вынуждены признать, что оба бытия были прежде создания первого из двух, т. е. движения и покоя, ни покоящимися, ни движущимися, но это выходит за рамки разумного. Будь это возможным, тогда возможно было бы, чтобы два бытия были ни разъединены, ни соединены, ни объединены, ни разделены. И это выходит за рамки того, что согласно с разумом, и расходится с тем, что в пределах понимания».

29) Дуалисты вынуждены принять одно из тех допущений, которые мы перечислим:

Либо утверждать, что два бытия извечно пребывали движущимися, а потом стали покоящимися, точно так же, как они извечно были разъединены, а потом смешались.

Либо говорить: «Они были извечно покоящимися, а потом пришли в движение, точно так же, как они извечно были разъединены, а потом смешались».

12 В оригинале отсутствует как разбор позиции «сторонников вечности», так и начало разбора взглядов дуалистов.

Либо утверждать, что они извечно были движущимися, покоящимися и снова движущимися, и у этого нет известного начала или старта.

Либо же утверждать, что они были ни в движении, ни в покое.

Если это то, что они говорят, то им придется принять и то, что мы упомянули выше, и даже более того.

30) Затем им следует сказать: «Скажите нам о следующем: Два бытия не могут не быть одним из четырех:

- либо каждое из них, поскольку оно тело, не является ни легким, ни тяжелым;

- либо они оба легкие, но ни одно из них не легче другого;

- либо они оба тяжелые, но ни одно из них не тяжелее другого;

- либо одно из них — тяжелое, а другое — легкое».

31) Если они скажут: «Оба они ни тяжелые, ни легкие», то они выкажут пренебрежение разумом и игнорирование очевидного. Ведь всякое тело, которое мы видели, является либо тяжелым, как земля или вода, либо легким, как огонь и воздух и тому подобное. В этом случае им придется допустить, что ни одно из них не смешано с другим, ни отдельно от него, ни в согласии с другим, ни в конфликте с ним, что ни одно из них не лучше другого и не хуже его, что ни одно из них не светлее другого, ни темнее его, что ни одно из них не ниже другого и не выше его. Если они допускают и утверждают все это, если они принимают это и выдвигают это как предмет веры, то они опровергают свои собственные утверждения относительно смешения и раздельности, согласия и враждебности, т. е. конфликта, освещенности и темноты, высокого и низкого положения в пространстве.

32) Если же они скажут: «Они оба — легкие, но ни одно из них не легче другого», то они опровергают себя во многих аспектах.

Во-первых, если ни одно из них не легче другого, то говорить о легкости бессмысленно. Ведь если «тяжелого» не существует, раз ничего не существует, кроме этих двух бытностей (кам>пауп), и они оба легкие, одинаковые по легкости, т. е. по весу, то и говорить о легкости, как мы указали, бессмысленно.

Во-вторых, если они оба легки, и ни одно из них не тяжелее другого, ибо они оба одинаковы по легкости, значит, не существует ни тяжелого, ни легкого.

Осадив их, оспорив их и предупредив их, что у них не остается ни тяжелого, ни легкого, мы получили то, что опровергает изначальное существование двух бытностей, опровергает их слова о разъединении и смешении, опровергает их утверждения о добре и зле, о свете и тьме.

Если же они скажут, что они оба тяжелые, но ни одно из них не тяжелее другого, то и тогда не существует больше ни тяжелое, ни легкое.

33) Если они скажут, что одно из них — легкое, а другое — тяжелое, скажем им: «Тогда одно из двух: либо легкий из двух объектов является темным, а тяжелый — светлым, либо наоборот, т. е. легкий является светлым, а тяжелый — темным».

Если они скажут, что легкий объект является темным, а тяжелый — светлым, то у них выходит, что свет — внизу, а темнота — вверху. Но это расходится с их учением, ибо их вера указывает, что свет — вверху, а темнота — внизу.

34) Если же они скажут, что темным является тяжелое, а светлым — легкое, им следует сказать: «Тогда расскажите нам об этих двух объектах. Когда они смешались, то каждый из них остался в своем центре, или же Добро опустилось, а Зло — поднялось?».

Если они скажут: «Каждый из них остался в своем центре», впадут в абсурд, ибо если каждый из них остался в своем центре, то им не встретиться, так как средней точкой встречи не может быть ни один из центров.

Если же они скажут: «Свет опустился, а темнота поднялась», они отойдут от своего учения. Свет оказывается тяжелым, а темнота — легкой. Ведь они же сами утверждают, что свет опускается, а темнота — поднимается. Согласно как представлениям и наблюдениям, так и аналогическому рассуждению поднимается только легкое, а опускается только тяжелое, если только не под воздействием принуждения, как, например, в случае камня, который бросили вверх.

Наше краткое изложение завершено, а Бог дарует понимание и помощь. В нашем рассуждении — указание для того, в ком тоже есть понимание, кто тоже любит истину и стремится наставить свою душу, и у Бога мы просим удачи.

35) .. .13 Сказанное до сих пор является опровержением двух оставшихся допущений. Это — утверждение того, кто говорит, что субстанция пребывала изначально с одной извечно сущей акциденцией, а затем эта акциденция перестала быть, и после этого возникли другие акциденции, а также утверждение того, кто говорит, что акциденции изначально сменяли друг друга в субстанции, и что этому нет ни начала, ни конца.

36) Кто-то из тех, кто признает акциденции, но полагает, что они извечно сменяли друг друга в субстанции, и что этому нет ни начала, ни конца, может сказать по поводу нашего утверждения, что раз акциденции новые (НаЛ^а), а субстанция никогда не бывает без них, значит, субстанция — новосоздана (mиhdath), следующее:

«Если субстанция должна быть новосозданной на том основании, что она не обходится без обновления (hadath), то она должна

13 Обсуждение всех остальных возможностей, перечисленных выше, не сохранилось.

быть также и сущей в чем-то ином на том основании, что она не обходится без сущего в чем-то ином».

Мы скажем: «Это не обязательно в силу того, что мы сейчас изложим, а именно:

То, что субстанция сопряжена с акциденциями (ти^апф, раз она не может быть без них, не означает, что субстанция должна пребывать в чем-то другом, раз акциденция пребывает в чем-то другом.

Точно так же из того, что субстанция должна быть новосо-зданной, раз она не может быть без обновления, не следует, что субстанция должна пребывать в чем-то другом, раз акциденция пребывает в чем-то другом.

Аналогично, из того, что тело должно быть или здоровым или больным, поскольку оно не может быть без здоровья или болезни, не следует, что тело должно быть сущим в чем-то другом, раз болезнь и здоровье пребывают в чем-то другом.

Вовсе не обязательно, чтобы субстанция пребывала в чем-то другом, если акциденция пребывает в чем-то другом».

37) Он может сказать: «Если новосозданность субстанции следует из того, что она неотделима от акциденций, которые новосозда-ны, то это означает, что и акциденция должна быть само-сущей, так как она неотделима от субстанции, которая является само-сущей».

Мы же скажем: «Тело (Дут) должно обладать длиной, поскольку оно не может быть без длины, но из этого не следует, что длина должна иметь длину, ширину и толщину, раз она неотделима от тела, что имеет длину, ширину и толщину.

Точно так же тот факт, что акциденция не может не пребывать в том, что само-суще, не означает, что и акциденция само-суща.

Аналогично, из того, что тяжесть и легкость не могут не пребывать в теле с длиной, шириной и толщиной, не следует, что тяжесть и легкость — это тела с длиной, шириной и толщиной.

Точно так же, из того, что субстанция не может быть без акциденций, которые новосозданы, следует, что и субстанция новосоздана, однако из того, что акциденция не может не пребывать в субстанции, которая само-суща, не следует, что акциденция само-суща».

38) Если же он скажет: «Если из того, что субстанция неотделима от акциденций, которые новосозданы, следует, что и субстанция новосоздана, тогда получается, что акциденция — вечна и пребывала всегда», мы скажем: «Субстанция иногда в движении, иногда — в покое, но из этого не следует, что движение иногда в движении, а иногда — в покое, или что покой иногда в движении, а иногда — в покое».

Мы также скажем: «Из того, что субстанция не может быть без того, что новосоздано, следует, что она новосоздана, но из вечности субстанции не следует, что и акциденции вечны. Однако Боже упаси

нас от того, чтобы утверждать, что субстанция — вечна. Она — новосоздана, и ее не было, а потом она стала. Нашей целью здесь и является утверждение того, что субстанция — новосоздана, так как же ты можешь допускать, что мы обязаны принять твой контраргумент, исходящий из того, что субстанция — вечна».

39) Если же он скажет: «Если мы должны принять, что субстанция создана вместе с созданием акциденции, тогда, следовательно, субстанция должна прекратиться с прекращением акциденции. Однако дело обстоит совсем не так. Мы можем наблюдать, как в субстанции создается акциденция, а другая исчезает в ней, и снова акциденция исчезает, а другая создается. Субстанция же не исчезает с исчезновением исчезнувшей акциденции и не создается с созданием созданной».

Но ведь мы и не утверждали, что субстанция создается с созданием каждой акциденции, которая создается в ней, или что она исчезает с исчезновением каждой акциденции. Мы говорили иное, а именно, что субстанция была создана с созданием первой акциденции в ней, поскольку существование субстанции без акциденций невозможно, а также что субстанция может исчезнуть с исчезновением последней акциденции в ней, поскольку существование субстанции без какой бы то ни было акциденции невозможно. Следуя той же логике, мы говорим, что субстанция исчезает с исчезновением последней акциденции, которая обосновалась в ней, а затем исчезла, как говорим, что субстанция возникает с возникновением первой акциденции, которая обосновалась в ней, а затем исчезла14.

40) Если же он скажет: «Субстанция была создана в начале, когда была создана и какая-то из акциденций. Зачем же тогда в ней следуют друг за другом другие созданные акциденции, а мы не можем быть свидетелями ее создания вместе с их созданием и их исчезновения вместе с их исчезновением?», мы скажем: «Эти ново-созданные акциденции следуют друг за другом в ней, чтобы указать нам на то, что они никогда не может быть без них. И хотя каждая из них новосоздана, субстанция не предшествует им всем. А раз субстанция не предшествует им всем, значит, она новосоздана. Если бы субстанция существовала с той акциденцией, что была создана вместе с ней, и мы бы не наблюдали, как в ней возникают и из нее исчезают новосозданные акциденции, мы бы и не знали, что в ней есть акциденция. Тогда мы не могли бы отличить акциденцию от

14 Струмза указывает, что Мукаммису было бы достаточно сказать, что субстанция создается вместе с созданием первой акциденции в ней, ибо тот факт, что первая акциденция тоже в свое время исчезает, не имеет отношения к предмету дискуссии, однако это утверждение составляет параллель к весьма существенному положению о последней акциденции.

субстанции, ни заметить, что акциденция, равно как и субстанция, новосозданы».

41) Если же он скажет: «Ты допускаешь, что субстанция была создана вместе с созданием какой-то из акциденций, которая является первой акциденцией, которая, как ты говоришь, создана вместе с созданием субстанции. Однако ты не допускаешь, что субстанция была создана вместе с созданием всех акциденций. Почему тогда ты не допускаешь, что акциденция была сотворена вместе с созданием одной из субстанций, а не вместе с созданием всех субстанций?», мы скажем: «Но мы именно это и говорим. Мы утверждаем, что первая акциденция была создана вместе с созданием субстанции и параллельно созданию субстанции, а не то, что каждая акциденция после этого, которая возникла в субстанции, возникла параллельно ее возникновению. Аналогично мы утверждаем, что субстанция была создана вместе с созданием и параллельно созданию первой акциденции, что была с ней и в ней, а не то, что она создавалась с созданием каждой акциденции, которая была создана в ней после этого. Тем не менее все эти акциденции в ней, а не каждая сама по себе. Ведь мы видели, что акциденции возникают и исчезают, одна за другой, а субстанция никогда не бывает без них».

42) То, что мы сказали до сих пор, — ответ на то, что было направлено против нас сторонниками вечности, утверждающими, что якобы субстанции — вечные, бывшие изначально, а акциденции изначально сменяют друг друга в них, одна за другой и одна перед другой.

Пятая глава завершена.

Глава 6 [Качество и обоснование мира]

1) В главах третьей, четвертой и пятой этой книги мы кратко изложили вопрос о сущности мира и выделили разные учения и мнения. Мы ясно показали верность верного учения и ложность ложных взглядов.

Итак, получается следующее:

- мир состоит из субстанции и акциденции;

- субстанция и акциденция — новосозданы, их не было, а потом они стали;

- субстанция была сотворена вместе с первой акциденцией, а за ней потом последовали и другие акциденции;

- субстанция и акциденция не существуют отдельно друг от друга;

- субстанция — не вечна.

Все это привело к заключению, что мир — новосоздан, а не вечен.

Перейдем теперь к другим темам, рассматриваемым в этой книге, а именно к третьему аспекту исследования мира.

К настоящему моменту мы уже показали, что истина — в руке того, кто говорит, что мир существует, и что существование его твердо установлено.

Затем мы исследовали сущность мира и установили, что мир состоит из субстанции и акциденции, а также что и то, и другое — новосоздано.

Обратимся же теперь к качеству мира и исследуем, каким он существует.

2)

Мы говорим, что мир таков, каким мы его описываем, и утверждаем, что его субстанции самодостаточны и что его акциденции пребывают в его субстанциях, что сферы его вращаются, и что тела, появляющиеся на них, — двух видов: тела тяжелые, подобные земле и воде, и тела легкие, подобные огню и воздуху, что земля — как диск, а небо — как свод.

3) Среди земных животных есть те, что ползают, есть те, что ходят, есть те, что летают. Вода окружает иных животных, среди которых есть обладающие покровом, т. е. раковиной, и есть те, у которых раковины нет. Человек выделяется тем, что наделен речью, все же остальные животные речью не обладают. Растения бывают разных видов. Есть растения питательные, как, например, пшеница и другие злаки, а также виноград и прочие плоды. Есть растения лечебные, как, например, миробалан, скамния, колоцинт15. Есть растения полезные иным образом, например кедр обычный и ливанский.

Вот что мы можем сказать о том, каким существует мир.

4) Теперь перейдем к четвертому аспекту, а именно, как мы говорили, зачем мир есть и зачем он нужен.

Мы говорим, что мир существует для человека, наделенного речью, цивилизованного, наделенного разумом и знанием. Он существует, чтобы человек мог воспитываться с его помощью, чтобы он мог размышлять о нем, увидеть в нем доказательство наличия Творца и дойти до осознания повелений Господа, обращенных к нему, чтобы он мог достичь Его награды, Его садов, Его благодати.

Глава шестая завершена.

Перевод Д.В. Фролова

Сведения об авторе: Фролов Дмитрий Владимирович, чл.-корр. РАН, докт. филол. наук, проф., зав. кафедрой арабской филологии ИСАА МГУ имени М.В. Ломоносова. E-mail: dvfrolov@yandex.ru

15 Два последних растения мне не удалось опознать, и я не уверен в том, как точно называются эти растения по-русски. По-английски их названия Струмза дает как ясаттоту и со1осутЛ.