Институт древнеиндийского диспута: нормативный аспект

УДК 1.16

СЕ. Крючкова ИНСТИТУТ ДРЕВНЕИНДИЙСКОГО ДИСПУТА:

НОРМАТИВНЫЙ АСПЕКТ

Аннотация. В статье рассматривается знаменитый институт индийского диспута, вобравший в себя лучшие достижения древнеиндийской духовной культуры. Показано, что религиозно-философская традиция была определяющим фактором древнеиндийского социально-культурного контекста, в котором шло развитие искусства аргументации на протяжении веков. В статье осуществлен анализ категорий теории спора, показана их перекличка с современными концепциями.

Ключевые слова: индийский диспут, доказательство и опровержение, спор по правилам, уловки в споре.

Svetíana Kryuchkova DISPUTE ANCIENT INDIAN INSTITUTE:

NORMATIVE ASPECT

Abstract. The article deals with the famous Indian Institute of dispute, which absorbed the best achievements of the ancient Indian spiritual culture. It is shown that religious and philosophical tradition was the determining factor of the ancient Indian socio-cultural context in which art was a development argument for centuries. The article presents the analysis of the theory of categories of dispute, shows their roll with modern concepts.

Keywords: indian dispute, proof and rebuttal, argument by the rules, tricks in the dispute.

В Древней Индии существовали неординарные формы познания мира, позволявшие человеку, с одной стороны, с помощью недискурсивной практики медитативного созерцания, а также обращения к священным текстам, прийти к интуитивному постижению Истины, и тем самым, выйти за пределы социального пространства, прекратив цепь перерождений, почувствовать себя частью Вселенной, с другой, - «вписаться» в сакрализованную брахманами иерархическую систему общества, обрести внутренне цельное индивидуальное существование через реализацию религиозного идеала кармического воздаяния. Правильное знание было залогом будущего освобождения (мокши). И в этой перспективе для человека, философски ориентированного, особое значение приобретало умение мыслить, выражать свою точку зрения, что предполагало овладение искусством аргументации, подразумевающим освоение логики и риторики. Таким образом, дискурс в целом, и аргументативный дискурс в частности, в Древней Индии были глубоко онтологически укоренены.

Важной составляющей древнеиндийского социально-культурного контекста была практика постоянных публичных диспутов на религиозно-философские темы, в ходе которой искусство аргументации совершенствовалось, соответственно шло и теоретическое осмысление феномена спора. Несмотря на традиционализм, древнеиндийской философской мысли, как это ни парадоксально, во многом удалось избежать догматизма, она развивалась достаточно свободно в силу конкуренции между школами, выросшими на комментариях ведической литературы. Даже в отношении к священным текстам не было единообразия: одни мыслители признавали авторитет Вед, другие нет, но, главное, большинство из них обосновывало свое отношение с помощью вполне рациональных аргументов. То есть, откровение в Древней Индии достаточно рано стало предметом рационального дискурса, с помощью которого представители разных школ боролись за умы потенциальных приверженцев, особенно знатных и состоятельных.

Спецификой древнеиндийской философии был полиморфизм, выражавшийся в наличии в ней разных моделей реальности - монизма, дуализма, плюрализма, что неизбежно вело к возникновению своего рода теоретической (и практической) конкуренции. Яркой формой ее проявления были публичные диспуты, в ходе которых совершенствовалось аргументационное «оружие», а также появля-

© Крючкова С.Е., 2014

лись новые виды аргументации, что требовало разработки нормативности, представленной первоначально в виде ограничивающих процедурных правил. Диспутальная практика требовала логической убедительности рассуждений, что способствовало развитию диалектики как искусства ведения дискуссий. Показательно, что философские тексты в Древней Индии резко отличаются от священных, они «построены исключительно по законам мышления и логики: сначала, как правило, выдвигается тезис, потом точка зрения оппонента (пурвапакша), его опровергающая, наконец вывод (сидханта), подтверждающий тезис» [5, с.13]. При этом изложению собственных взглядов обязательно предшествуют общие постулаты теоретико-методологического характера.

Наиболее активно религиозно-философские диспуты велись в У-Н вв. до н.э., когда основные ортодоксальные индуистские школы (ньяя, чарвака, вайшешика, санкхья, йога, миманса и веданта) были постоянно вынуждены отстаивать собственные взгляды в полемике с неортодоксами. Все это вело к разработке необходимого методологического аппарата, ядром которого, по мнению известного индолога В.К. Шохина, являлись систематизация понятий (аналитика) и критика суждений (диалектика), которые в отличие от Древней Греции, где они активно использовались в философском дискурсе, «применяются в Индии прежде всего к предметам еще не философским» [11, с. 23]. Особенно значим в этом отношении так называемый «шраманский период» - эпоха «брожения умов», занявшая весь У в. до н.э.

Публичные споры чаще всего происходили между двумя противниками, один из которых задавал вопросы, а другой отвечал. Но был и такой вид спора, который устраивался в собраниях. Он мог вестись одним человеком (чаще всего это был странствующий чужак) против определенной группы (готры). Такой чужак, имевший узаконенное право вызвать практически любого человека на словесный поединок, не всегда был идейный одиночка. Чаще всего им был руководитель одной из готр, который стремился к более широкому распространению своей системы толкования Вед с целью привлечения большего числа сторонников [1, с. 23]. Эта религиозная и философская борьба, в которой участвовали и женщины, занимала Индию «гораздо более оборонительных или наступательных войн» [8, с. 24].

Развитию искусства аргументации способствовал также феномен учительства, передачи знания путем устной речевой традиции новообращенному. Обучением занимались жреческие школы эристов, школы брахманистской локаяты, а также школы при буддийских монастырях, число которых к VII в. нашей эры насчитывалось свыше тысячи. Помимо чтения и комментирования древнеиндийская педагогическая мысль разрабатывала методику беседы ученика и учителя, которая в определенных ситуациях и, как правило, на высшей ступени обучения для выяснения истины допускала даже дискуссию между ними [9, с. 188], что предполагало обучение искусству аргументации. В обучении практиковались межшкольные теоретические диспуты, в которых постепенно выкристаллизовывалось нормативное ядро. Дискуссионность являлась не только педагогическим приемом, но имела более глубокие онтологические корни: она вырастала из диалогического стиля буддийского философствования как такового. Многие древнеиндийские мыслители разрабатывали методики по использованию диалектических приемов, составляли учебные тексты, содержавшие образцовые рас-сужденческие схемы, обязательные для произносящих речь. Создание таких руководств - «самграха» (сумма, свод) - было распространенным явлением, так как многие школы стремились создавать свои учебные пособия по полемике со школами оппонентов, причем не только с теми, которые существовали в данный момент, но и с теми, кто уже прекратил свое существование [3, с. 12].

Первые свидетельства об интересе древнеиндийских мыслителей к процессам аргументации восходят к Ведам, где в учении о вечности слова нашло отражение внимание к лингвистическому аспекту речей. Одна их самых ранних попыток осмысления искусства спора принадлежит Медхатитхи Гаутаме (середина VI в. до н.э). Также в древнем героическом эпосе «Махабхарата» («энциклопедии

древнеиндийской жизни») можно найти упоминание об искусстве убеждать. В ходе описания различных публичных дискуссий оно предстает как единство обоснования и опровержения, что станет в дальнейшем характерной чертой древнеиндийского диспутального канона.

Терминологическая «аморфность» затрудняет для исследователей реконструкцию генезиса ключевых понятий, выработанных в диспутальной практике. Так, в разных школах и в разное время искусство аргументации называлось по-разному. Раннее название искусства спора (цель которого -достижение истины) - «анвикшики». В конце ведического периода (VII - начало У в. до н.э.) появляется термин «ваковакья», им обозначают как искусство спора, причисляемое к числу обязательных для изучения брахманами предметов, так и вопросно-ответные процедуры. Одновременно с ним использовался и термин «брахмодья» для обозначения дискуссии-состязания в знании Вед. Встречались также термины «ньяя-шастра», «хету-шастра», «прамана-шастра», «прамана-видья», «вада-видья» и др. Термин «анвикшики» становится со временем все более широким, он трактуется «как общеметодологическая дисциплина - та, что осуществляет исследование посредством аргументации в различных областях знания и деятельности; ... как умение правильно рассуждать и действовать, говорить и действовать» [4, с. 68]. Со временем им будут означать не только эпистемологию, но и логику. Наряду с ним часто использовался также термин «тарка», которому придавались разные, хотя и близкие значения. Чаще всего им обозначали аргументацию, спор, позднее доказательство, как «от противного», так и путем сведения к противоречию, а также гипотетический аргумент. Этот термин входит составной частью в имена, которыми также пользовались для обозначения теории полемики -«тарка-шастра» («шастра» - наука, учебник), «тарка-видья» («видья» - знание), или учения о ведении публичных диспутов - «тарка-вада» («вада» - учение, спор, дискуссия) [4, с. 187, 195-196]. Использовались также и другие термины, например, философ ортодоксальной индуистской школы ведийской экзегезы - миманса - Кумарила Бхатта - использует для обозначения аргументации в сочинении «Бхаттика» термин «юкти» [5, с. 9].

Указание на необходимость усвоения «анвикшики» можно найти в таком раннем источнике, как «Законы Ману», где обосновывалась важность усвоения этого искусства для правителей, выступавших арбитрами в публичных спорах. Главное внимание в них уделялось не логическим, а организационно-процедурным аспектам, а также проблемам, связанным с выбором предмета спора (обычно это были государственные вопросы) и диспутантов.

Наибольший вклад в развитие идей аргументации внесла школа ньяи, в фокусе внимания которой была не онтология, а теория мышления. Первоначально категории ньяя разрабатывались как система элементов диспута, поэтому тексты ранней ньяи «содержат подробный свод по ведению диспутов, т.е. учение о диалектике» [12, с.80]. Со II в. н.э. ньяя становится образцом для многих школ. Именно ей принадлежит создание нормативной теории аргументации, оказавшей влияние на представителей других школ, которые не только заимствовали логические идеи ньяиков, но и делали их объектом критики. Особенно этим отличались буддисты.

Первую значимую попытку выработки общего аргументационного канона с целью упорядочивания идей «анвикшики» связывают с именем легендарного Готамы-Акшапады, жившего в VI в. до н.э. Он считается автором «Ньяя-сутры» - древнейшего трактата школы ньяя, включавшего 538 сутр, изложенных в пяти книгах. В них основное место занимают сутры, описывающие правила ведения публичных споров. Работа Готамы по систематизации знаний в области логики и аргументации будет гораздо позднее продолжена в трудах «трех Д» (Э.Л. Заболотных) - идейных противников ньяи, буддистов Дигнаги и его последователей Дхармакирти и Дхармоттары, которые будут в VI-VII вв. н.э. разрабатывать прамана-ваду, составной частью которой явится теория аргументации.

Наиболее развернуто базовые категории школы ньяя представлены в классическом комментарии «Ньяя-бхашья» Ватсьяяны, где идеи аргументации выступают в виде общих методологических

принципов. Общий диспутальный канон, являвшийся в системе ньяя систематизирующим принципом, включает в себя 16 последовательных категорий, знание которых является необходимым условием вступления на путь блага - освобождения:

1) источники достоверного знания (прамана);

2) предметы достоверного знания (прамейя);

3) сомнение (саншая);

4) цель (прайоджана);

5) пример (дриштанта);

6) доктрины (сиддханта);

7) члены силлогизма (аваява);

8) рефлексия (тарка);

9) удостоверение в истинности (нирная);

10) дискуссия (вада);

11) софистика (джалпа);

12) эристика (витанда);

13) псевдоаргументы (хетвабхаса);

14) словесные ухищрения (чхала);

15) псевдоответы (джати);

16) причины поражения в споре (ниграхастхана) [4, с. 176].

Набор представленных категорий разнороден, только 4,6,7, 10-12, 14-16 относятся к теории аргументации. При этом термины, используемые в каноне ньяи «используются как ключи, вводящие нас в конкретную текстовую ситуацию» [6, с. 374].

Первый элемент аргументации - прайоджана, что означает требование определения практических целей дискуссии, т.е. того, какой результат хотелось бы получить, а чего хотелось бы избежать. Если положительный результат маловероятен, то от дискуссии необходимо отказаться. Сиддханта (шестая категория) требует изначальной фиксации доктринальных позиций обеих сторон-участников. Седьмая - аваява - является центральной категорией, так как именно в ней идет речь о доказательстве, моделью которого выступал пятичленный силлогизм, основанный на «теории проникновения», лежавшей в основе суждений и отношений между объемами понятий в них входивших. Этот знаменитый силлогизм, приведенный в «Ньяя-сутрах» Готамы-Акшапады, обычно сравнивают с трехчленным силлогизмом Аристотеля. Он включал в себя тезис («на холме есть огонь»), основание («потому он дымится»), пример («как в очаге»), применение («холм дымится, а это не может не сопровождаться огнем») и заключение («следовательно, на этом холме есть огонь»). Каждая часть этого умозаключения ставилась в соответствие простым актам познания - восприятию, выводу, уподоблению как установлению связи слова с предметом, которое оно обозначает, и словесному свидетельству. Так тезис - «на том холме есть огонь» соответствовал словесному свидетельству-заверению; 2) основание - выводу («потому что там есть дым»); 3) пример - восприятию («где дым, там и огонь, например, в очаге на кухне»; 4) применение - уподоблению («и здесь такой же случай»; 5) заключение - подытоживанию («стало быть, это все так и есть»). Эта форма аргументации проинтерпретирована как силлогизм [10, с. 311-312]. Таким образом, ньяя активно разрабатывала логический аспект аргументации - учение о доказательстве. Считается, что этот известный пятичленный силлогизм ньяиков имеет корни еще в так называемом предлогическом периоде, в частности, в учении джайнов о десятичленном силлогизме, разработанном на основе инвариантных правил ведения диспутов. Затем Готама, по преданию, сократил его до пяти суждений. Но есть и противоположные мнения, согласно которым это джайны усложнили силлогизм ньяиков.

Восьмая категория (тарка) - предполагает уже не доказательство, а опровержение, точнее, правила опровержения гипотез, которые выдвигались, но для принятия которых, по мнению Ватсьяя-ны, не было обнаружено достаточных оснований. Девятая категория связана с удостоверением в истинности (нирная) - этот элемент аргументации представляет собой консенсус, который должен быть достигнут после последовательных доказательств и опровержений. Если он достигнут в силу превосходства одной позиции, то сомнение устраняется и цель достигнута. Далее идут категории, обозначающие три различных вида аргументации: десятая категория (вада) - дискуссия, проходящая по всем правилам, и следующая в рассуждении логической процедуре; одиннадцатая - джалпа - обозначает спор без правил, цель которого доказать противнику абсурдность его утверждений, используя при этом любые средства, в том числе и некорректные, например, всяческие словесные уловки, которые в западной традиции получили название «софизмов»; двенадцатая (витанда) - наиболее известный вид агрессивного спора, это аргументация-критика, не предполагающая изложение своей позиции.

Самой важной из этих форм была вада - диспут по правилам, представляющий собой цепь элементарных логических построений, результатом которых было получение истинных знаний или устранение сомнения в их истинности, а также подтверждение предыдущих истинных знаний. Ватсь-яяна описывает этот вид под именем «конструктивная дискуссия». В его описании последняя предстает как «совокупность высказываний, принадлежащая разным выступающим, снабженная средствами обоснования каждого из [выдвинутых] положений и имеющая своим завершением одно из положений как установленное» [2, с. 124]. Спор этого вида всегда начинался с процесса «предъявления оружия» (знания канона), затем устанавливался общий базис и определялся предмет спора. Только после этого начинался собственно спор, в ходе которого каждый из участников оспаривал утверждения противника. Это оспаривание обязательно должно было иметь мотив. Центральное место занимало собственно доказательство, т.е. вывод (анумана); оно должно было проводиться с соблюдением всех правил. Вывод в системе ньяя представал, таким образом, не только логическим процессом, но и процессом аргументации, в котором соединялись воедино процессы доказательства и опровержения. Итогом такого спора, который был возможен лишь в внутри школы ньяя, являлась доказанная истина [7, с. 24].

Большинство характеристик вида «джалпа» совпадает с спором «вада», но есть и специфические особенности, показывающие, что именно этот вид и есть публичный спор. К его характеристикам относят следующие: «1) для нахождения ошибок у противника можно применять диспутальные уловки (чхала, джати, ниграхастхана); 2) основной целью спора является поражение противника; 3) утверждение истины подразумевается, но это цель побочная; 4) обязательное присутствие судьи, шаги доказательства записываются» [1, с. 30]. В этом споре логико-рационалистические процедуры комбинировались с эвристическими приемами, которым в традиции ньяя уделялось серьезное внимание.

В агрессивном споре «витанда» вообще могли не применяться логические умозаключения. Ради победы, которая была целью этого спора, использовался целый арсенал некорректных приемов, вплоть до изощренных психориторических методов интеллектуального уничтожения противника. Также применялись некоторые «дологические» приемы, такие, например, как «ложное уклонение от спора», «косвенное допущение обвинения» и даже различные угрозы скрытого характера.

Тринадцатая категория - хетвабхаса - рассматривает псевдоаргументы, четырнадцатая - чхала, и пятнадцатая - джати, связаны с ошибками и уловками, используемыми для опровержения позиции оппонента, такими как подмена тезиса и псевдоответ. Последняя категория (ниграхастхана) была одним из главных вопросов в противостоянии ньяи и буддистов относительно теории спора. Эта категория имеет корни еще в спорах брахманов с нигилистами - шраманами. Ниграхастханы возник-

ли как ограничения на использование уловок (софизмов и паралогизмов) во внутренних брахманиче-ских спорах, они рассматривались как предпосылки поражения в споре, так как их применение автоматически наказывалось поражением. В основном ниграхастханы являются формально-логическими ошибками, связанными либо с тезисом, либо с аргументами. Но были и аргументативные ошибки, имевшие корни еще в шраманском периоде, например, такие как перемещение к другой, не относящейся к предмету теме, бессмысленность, невразумительность, несвязность и др.

Таково содержание нормативной аргументативной доктрины школы ньяя, включавшей в себя большой круг методологических и логико-гносеологических проблем. Ее высоко оценивали многие мыслители, разделяя мнение Ватсьяяны, считавшего что она - «светоч всех наук, средство для всех действий, опора всех [социальных] норм (dharma), и возвеличена среди других наук» [2, с. 124].

Библиографический список

1. Базаров А.А. Институт философского диспута в тибетском буддизме / А.А. Базаров. - М.: Наука, 1998. -184 с.

2. Ватсьяяна Пакшиласвамин. Ньяя бхашья (перевод Д.В.Оленева) // История философии. - 2000. - № 7. -300 с.

3. Канаева Н.А. Проблема выводного знания в Индии / Н.А. Канаева. - М.: Восточная литература, 2002. -326 с.

4. Канаева Н.А. Индийская философия древности и средневековья / Н.А. Канаева. - М.: ИФ РАН, 2008. -255 с.

5. Лысенко В.Г. Как я понимаю индийскую философию // Философский журнал. - 2010. - № 1. - С. 5-17.

6. Лысенко В.Г. Ранняя буддийская философия. Философия джайнизма / В.Г. Лысенко [и др.]. - М.: Наука, Восточная литература, 1994. - 382 с.

7. Маковельский А.О. История логики / А.О. Маковельский. - М.: Кучково поле, 2004. - 480 с.

8. Мюллер Ф.М. Шесть систем индийской философии / Ф.М. Мюллер. - М.: Академический проект, 2009. -432 с.

9. Образовательные системы Востока и Запада в эпоху Древности и Средневековья / Под ред. Т.Н. Мату-лис. - М.: Изд-во РУДН, 2003. - 531 с.

10. Парибок А. Ньяя // Индуизм. Джайнизм. Сикхизм: Словарь. - М.: Республика, 1996. - 577 с.

11. Шохин В.К. Индийская философия. Шраманский период / В.К. Шохин. - М.: Ладомир, 1997. - 432 с.

12. Щербатской Ф.И. Избранные труды по буддизму / Ф.И. Щербатской. - М.: Наука, 1988. - 426 с.