Роль механизмов семантической деривации в экспликации концепта «Время» в древнеанглийском языке

ОТО I ‘УЭ НЭЭЧ1ТИН

УДК 8ПЛ1Г01 ББК 81.2Англ-03

РОЛЬ МЕХАНИЗМОВ СЕМАНТИЧЕСКОЙ ДЕРИВАЦИИ В ЭКСПЛИКАЦИИ КОНЦЕПТА «ВРЕМЯ»

В ДРЕВНЕАНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

Е.А. Нильсен

Статья посвящена рассмотрению роли механизмов семантической деривации в репрезентации концепта «время» в древнеанглийском языке. Описываются основные когнитивные метафоры, входящие в структуру концепта в этот период, а также способы его языкового выражения. Делается вывод о том, что наибольшей значимостью в структуре образной составляющей концепта «время» в рассматриваемый период обладает метафорический блок «время - вместилище».

Ключевые слова: концепт, время, метафора, древнеанглийский язык, архаичное мышление.

Концепт онтологического времени относится к числу базисных в системе представлений человека о мироустройстве. Время является особо значимым для человеческого бытия, оно многогранно, многоаспектно. Этим и объясняется неугасающий интерес исследователей к проблемам репрезентации темпоральных концептов в английском языке, в том числе и на более ранних этапах его развития. В частности, исследованию лексико-семантической системы времени в древнеанглийском языке посвящена монография О.Г. Чупрыной [16]; лексические средства и композиционные приемы создания картины времени в древнеанглийском эпосе рассмотрены в работах Т.В. Бочкаревой [2]; мифопоэтическая символика слов со значением времени на материале древнеанглийского языка описана Л.А. Плахотнюк [10]; историко-семасиологическое исследование существительных, выражающих понятие «время» в древнеанглийском языке, проведено Н.Л. Жабицкой [4]. Очевидно, что анализ средств и способов репрезентации концепта «время» в древнеанглийском языке давно занимает умы лингвистов и не теряет своей актуальности по сей день.

Поскольку у человека нет специального органа для восприятия времени [1, с. 51; 6, с. 62],

ему, начиная с древнейших эпох, приходится искать способы отображения в языке этого абстрактного понятия посредством механизмов семантической деривации, к которым ученые относят метафору, метонимию, синекдоху, литоту, гиперболу, катахрезу [7]. При этом многие исследователи семантической эволюции слов в английском языке отмечают, что основными приемами семантической деривации являются метафора [7, с. 4; 13] и метонимия [9]. Некоторые лингвисты, посвятившие свои труды описанию средств выражения времени в языке, пишут о том, что метафора играет наиболее существенную роль в развитии способов репрезентации времени. Так, К.Г. Красухин отмечает, что время, как любая нематериальная вещь, выражается в языке при помощи материальных метафор [6, с. 63].

Метафора, способная совмещать в себе абстрактное и конкретное, то есть логические сущности разных порядков, и синтезировать такого рода сведения в новые концепты, может рассматриваться как механизм, который приводит во взаимодействие познавательные процессы, эмпирический опыт, культурное достояние народа, его языковую компетенцию. Это свойство метафоры позволяет ей отобразить в языковой форме чувственно не воспринимаемые объекты и сделать наглядной картину мира - создать ее языковую модель, вос-

принимаемую за счет вербально-образных ассоциаций составляющих ее слов и выражений.

Как пишет В.И. Постовалова, «картина мира не есть зеркальное отображение мира и не открытое “окно” в мир, а именно картина, то есть интерпретация, акт миропонимания... она зависит от призмы, через которую совершают мировидение» [11, с. 55]. Роль такой призмы, по мнению В.Н. Телия, наиболее успешно выполняется метафорой, поскольку она способна обеспечить рассмотрение вновь познаваемого через уже познанное, зафиксировать в виде значения языковой единицы. В этом переосмыслении образ, лежащий в основе метафоры, играет роль внутренней формы с характерными именно для данного образа ассоциациями, которые предоставляют субъекту речи широкий диапазон для интерпретации обозначаемого и для отображения сколь угодно тонких «оттенков» смысла [12, с. 179].

Механизмы семантической деривации в древних языках имеют специфику, которая объясняется тем, что «познавательные процессы людей, живущих в условиях менее сложных социально-исторических укладов, включаются в иную деятельность и строятся существенно иначе, чем познавательные процессы, известные нам по нашему собственному опыту... <...> Ведущее место в них занимают не отвлеченные, вербально-логические, а конкретные, наглядно-практические операции, и именно они кладутся в основу существенных связей между предметами» [8, с. 53].

Многие лингвисты отмечают, что в древних, в частности в германских, языках в основе метафоры лежит первоначальное отождествление предметов/явлений/эмоций и т. д. [5; 14].

Рассмотрим специфику основных когнитивных метафор, входящих в структуру концепта «время» в древнеанглийском языке, а также роль механизмов семантической деривации в экспликации данного концепта в этот период. Основным источником для отбора языкового материала в исследовании послужил словарь древнеанглийского языка под редакцией Дж. Босворта.

Наиболее продуктивной моделью семантической деривации в древнеанглийский период в рамках концепта «время», как показывают материалы нашего исследования, является «время - вместилище» или «время - кон-

тейнер», в котором аккумулируются определенные события, действия, обстоятельства, имеющие важное значение для носителей языка. Так, например, лексема dwg, по данным словаря древнеанглийского языка, имела не только значение «a day», но и «the daily service of the early English church», как в предложении Dauid cwwp seofon sipon on dwg ic sang pe, Drihten, to lofe... (Bosworth, р. 193). Поскольку в результате христианизации Великобритании церковные обряды стали играть важную роль в жизни жителей страны, день стал ассоциироваться с таким значимым событием, как ежедневная служба в церкви, включающая конвенциональные атрибуты и действия - чтение псалмов и песнопения во славу Господа.

Среди темпоральных лексем, содержащих в своей семантике элементы религиозного характера, можно назвать также fwsten-dwg (fast-day) / fasten-tid (fast-tide or time) / fulluht-tid (time of baptism, baptismal time) / gang-dagas (Perambulation days, the three days before Ascension day or Holy Thursday, Rogation days when the boundaries of parishes and districts were traversed) / ge-bed-dagas (prayer-days) / mwsse-tTd (a time at which mass was said) / palm-sunnandwg (Palm Sunday) / sweotolung-dwg (Epiphany) / teodung-dagas (Tithing-days, days amounting to a tithe of the year, a term applied to the thirty-six week days in the six weeks of Lent from the first Sunday in Lent until Easter-day) / twelfta (ord. num. Twelfth, in reference to Twelfth night, the twelfth day after Christmas, Epiphany, the first of January) / twelfta-nihte (ord. num. Twelfth, in reference to Twelfth-night, the twelfth day after Christmas, Epiphany, the first of January) / peorf-dxg (a day on which unleavened bread was to be eaten) / uhtan-tima (the time of nocturnes) / ymbren-dwg (an Ember day) / ymbren-wicu (a week in which Ember-days fall) и др. (Bosworth). Все эти слова номинируют определенные отрезки времени, наполненные событиями, важными как для служителей церкви, так и для простых христиан - дни поста, Крещение Господне, Вербное воскресенье, время крещения и т. п.

Действие механизмов метонимизации можно проследить в словосочетаниях eagan beorht и eagan bryhtm, переводимых в словаре древнеанглийского языка как «an eye’s

glance, a moment» и «an eye’s twinkle, a moment» соответственно (Bosworth, р. 226). В семантике словосочетаний содержится указание на то, что время измеряется действием, которое можно успеть совершить за названный отрезок времени, а именно, момент, миг равен отрезку времени, за который можно успеть моргнуть или мельком взглянуть на что-то.

В результате метонимии у существительного hungor-gear появляется значение «a year of famine» (ibid., р. 567). По-видимому, во времена англосаксов голодные годы случались довольно часто, что вызвало необходимость образования лексической единицы, способной называть такой период времени, характерной чертой которого был недостаток продуктов питания и связанные с этим обстоятельством страдания людей.

В словаре древнеанглийского языка зафиксированы и другие единицы, номинирующие отрезки времени, наполненные неприятными событиями, несчастьями, страданиями, оплакиванием умерших, горем, невзгодами, бедствиями: earfop-hwil (a time of hardship) / earfop-prag (the time of tribulation) / heofung-dwg (a day of mourning) / heofung-tid (a time of mourning) / langung-hwil (a time of longing or weariness) / orleg-stund (a time of trouble, time when the unfavourable decree of fate is carried out) / prwc-hwil (a time of suffering, a hard time) / prowing-tid (1. the time at which a person suffered; 2. the anniversary of the time when someone suffered) / prowing-tima (a time of suffering) / un-tima (adj. unhappy, unfortunate, ill-timed) / wrwc-fxc (a time of misery) и др. (Bosworth). Очевидно, что жизнь англосаксов была полна тягот, лишений, войн и борьбы за выживание, что нашло отражение, в частности, в темпоральной лексике.

Поскольку германские племена часто находились в состоянии войны, существовала необходимость обозначения средствами языка отрезков времени, наполненных военными действиями. К таким номинациям относятся gefeoht-dxg

(Bosworth, р. 338), передававшей представление о годе как о святом или заполненном событиями мирной жизни.

Ряд темпоральных лексем номинировал отрезки времени, наполненные радостными событиями - праздниками, пиршествами, например: freols-dwg (a feast day, festival day) / freols-gear (a feast-year, jubilee) / heahreols-tid (the time of a high festival) / m&rsung-tma (a time of celebration, glorification) / mxsse-dxg (a festival) / symbel-dwg (1. a feast day, a day of a banquet; 2. a festival) / weorpung-dwg (a day for the bestowing of honours or offices; a day for worship or celebration) / wyn-dwg (a day of gladness, a joyous time) и др. (Bosworth).

Многие лексические единицы обозначали одновременно и событие, и время, когда это событие произошло, или время, удачное или неудачное для какого-либо события, например: byre (an event, the time at which anything happens, a favourable time, an opportunity) / cerr (a turn, time, an occasion, affair) / mal-dwg (an agreement, covenant, settlement or a day on which terms are fixed, a day when the dowry was settled) / un-tima [1. a wrong time, an improper time; 2. a bad time, an unhappy condition of things, a mishap (in a wrong time)] и др. (Bosworth). Такое совмещение в семантике одной лексемы разных с точки зрения современного человека значений связано с особенностями архаичного сознания, для которого события, время, когда они происходили, а также их неотъемлемые атрибуты были неразрывно связаны между собой и, как следствие, зачастую передавались одной лексической единицей.

В семантике некоторых слов эксплицируются не только событие и время, когда оно произошло, но и противоположные коннотативные оттенки значения, например у существительного ssel, среди значений которого в словаре древнеанглийского языка указаны: 1. Time, occasion; 2. a fit time, season, opportunity, the definite time at which an event should take place; 3. time as in bad or good times, circumstance, condition; 4. a time of misery; 5. happiness, good fortune, good time, prosperity (Bosworth, р. 810). Таким образом, ssel может обозначать временной отрезок, вмещающий в себя определенное событие, и это событие как таковое; время, подходящее для свершения чего-либо, и возможность этого свершения; плохие или хорошие времена, обстоя-

тельства или условия; время горя и страданий; счастье и процветание. Помимо этого, как отмечает в своих работах О.Г. Чупрына, в рамках англосаксонской парадигмы семантика sail обладает признаком кульминационности, она связана с триумфом героев и высшей точкой потенциала дружинного мира [16, c. 90]. Значение существительного sal является достаточно широким. Однако необходимо учитывать: принципиальное отличие древнеанглийских слов с широкой семантикой от современных заключается в том, что широта их значения обусловлена не высокой степенью абстракции, обобщения,

а, напротив, недостаточно высоким ее уровнем. «В этом случае можно говорить о невысоком уровне такого вида абстракции, который получил в логике название конструктивизации, когда в процессе познания действительности происходит выделение отдельных сторон явления, превращение непрерывного в дискретное, текучего в жесткое. Этот процесс отвлечения от зыбкости границ, текучести отдельных сторон, превращения их в жесткие конструктивные объекты мог длиться тысячелетиями, и не окончен еще и сейчас, поскольку процесс абстрагирования находится в постоянном развитии» [3, c. 26].

Анализ представленного в словаре древнеанглийского языка фактического материала позволил установить, что 75 % древнеанглийских лексических единиц, номинирующих время и содержащих в своей семантической структуре метафорические и метонимические сдвиги, можно отнести к группе «время - вместилище» или «время - контейнер». Помимо рассмотренных выше слов в нее входят siring (the early dawn, day-break) / ge-byre (the time at which anything happens, a favourable time) / ge-mynd-dwg (a commemoration day, day of birth or of death) / geola (the Yule or Christmas month, December) / ge-swinc-dwg (a labour-day, day of foil) / lsn-dagas (the days granted to a man in which to live, the time during which a man lives) / mid-winter (mid-winter, Christmas) / reste-dwg (a day of rest, a day when no work is done) / resten-gear (a year in which no work is done) / rip-tima (harvest-time) / rot-hwil (a time of refreshing) / sin-niht (continual night, perpetual darkness) / swig-tima (a time of silence) / ping-gemearc (measurement of time by events, by years, by feet) / prag, prah (1. a time, season; 2. in reference to the condition of things at any

time, time as in good, bad, hard times; 3. adverbial uses) / tid (tide, time, hour) / weder-dmg (a day of fine weather, a fine day) / weorc-dmg (a work day, any day of the week but Sunday) / wic-dmg (a day of the week, a week day, a day on which business may be done) / wol-dwg (a day of pestilence, a day of death) (Bosworth) и др.

В памятниках письменности древнеанглийского периода также можно найти примеры экспликации модели «время - вместилище» или «время - контейнер». Так, например, в переводе Церковной истории Беды (Historia Ecclesiastica gentis Anglorum) на уэссекский диалект, датируемом примерно 890 годом, время (tide) представляется как вместилище определенных событий, явлений, состояний и т. д. В частности, в следующем примере отрезок времени tide вмещает в себя период жизни человека (поэта Кэдмона), когда он стал больным и пожилым, что повлекло за собой определенные последствия и было связано с описанными далее событиями: Wws he se mon in weoruldhade 3eseted od pa tide pe he wxs 3elefedreylde (Historia, р. 20) - Был он, тот человек, в мирскую жизнь помещен до того времени, пока не стал слабее и старше (перевод наш. - Е. Н.). Еще в одном предложении из этого же произведения tide вмещает ряд действий Кэдмона, подчиненных следующему сценарию: во время пира будущий поэт видит, как к нему приближается арфа, встает из-за стола и уходит: Pa he pwt pa sumre tide dyde, pwt he forlet pwt hus pws 3ebeorscipes... (Historia, р. 21) - Когда он это тогда некоторое время делал, что он покидал тот дом того пира (перевод наш. - Е. Н).

Еще одной частотной моделью метафо-ризации в рамках концепта «время» в рассматриваемый период является «время - пространство» или «отрезок времени». Как отмечают лингвисты, время в англосаксонской парадигме могло отождествляться с пространством, поскольку архаичное сознание не разделяло их и принимало пространство за время, и наоборот [15, c. 20; 16, c. 8].

Тесная взаимосвязь пространства и времени прослеживается в семантике многих лексических единиц древнеанглийского языка. Так, по данным словаря англосаксонского языка прилагательное midd может обозначать середину как пространственного, так и временного отрезка; лексемы ufer(r)a и ufe-

weard способны в одних контекстах указывать на нахождение чего-либо выше чего-то другого в пространстве, а в других контекстах -на следование какого-либо события после какого-то другого на временной оси; предлог to-foran передает значение «перед» в пространственном или временном плане в зависимости от контекста и т. п. Прилагательное wid имело значение «широкий», с его помощью могли описывать размеры объектов, обширные пространства, далекие путешествия и длинные отрезки времени: wid - 1. in reference to the dimensions of an object - wide, of a certain width; 2. of that which is spread over a wide surface; 3. Wide, having no limit near, open; 4. Of travel, that traverses many lands, far and wide;

5. Of the duration of time - long, lasting long, in phrases equivalent to ever, always) (Bosworth).

Данные лексикографических источников свидетельствуют, что 18 % древнеанглийских лексических единиц, номинирующих время и содержащих в своей семантической структуре результаты действия механизмов семантической деривации, можно отнести к группе «время - пространство» или «отрезок времени». В частности, в нее входят следующие слова: her (adv. here, at this time, in this world) / hwil (a while, space of time) / lang (length of time) / on (prep. adv. 1. expressing local relations, rest upon and contact with an object;

2. expressing temporal relations, marking a point of time - on, in, at; on-ecnesse - for ever) / rum (1. local room, space; 2. temporal, space oftime; 3. time, which allows unhindered or unhurried action, opportunity) / ryne-prag (a space of time) / scortlic (adj. short, of time, not lasting) / scortness (1. shortness of time;

2. a short account, an epitome) / to-foran (prep. before 1. of place, in front of, in present of 2. of time, previous to) / ufer(r)a (1. local, upper, higher, upmost, highest; 2. temporal, later, after) / ufe-weard (1. local, upper, generally may be translated by «upper part of» the noun which it qualifies: the lower and upper parts of the neck are green; 2. temporal - later part of a time) и др. (Bosworth).

Время в архаичном сознании могло представляться и как движение, дорога. Такого рода семантический сдвиг актуален для носителей английского языка по сей день, что подтверждается, в частности, исследованиями Дж. Ла-коффа, М. Джонсона и М. Тернера [17; 18], в которых отмечается, что одной из базовых метафор в английском языке является «время -

это движущийся объект» [18]. При этом будущее может восприниматься как движущееся по направлению к нам, либо время может мыслиться статичным, а человек - движущимся сквозь время. Таким образом, метафора «время - это движущийся объект» («время - движение») распадается на две составляющие: «время - путник» и «время - путь/дорога».

В англосаксонском языке примером метафорического переноса «время - путь/дорога» может служить существительное ellor-slp, которое обозначало уход в мир иной, смерть (а joumey elsewhere, departure, death) (Bosworth, р. 247). Такой перенос значения представляется возможным отнести к метафорическому блоку «жизнь есть путь/дорога», предложенному в книге Дж. Лакоффа и М. Тернера «More than Cool Reason: a Field Guide to Poetic Metaphor» [18], который можно рассматривать как вариант блока «время - путь/дорога». В этом случае смерть представляется конечной точкой такого путешествия. В древнеанглийском языке этот день, день смерти, обозначался существительными ende-dæg (the last day, the day of one’s death) и ende-dogor (the final day, day of one’s death) (Bosworth). Однако, несмотря на то, что смерть ставит точку в нашем путешествии по мирской жизни, для сознания англосакса, тяготеющего к циклической модели времени, она означала и начало нового пути, нового витка жизни, возвращение к истокам. Поэтому, например, в поэме «Бео-вульф» встречаются такие строки:

Sigemunde gesprong

æfter deaddæge dom unlytel (Beo. 884-885) -Слава Сигмунда немало выросла

после смерти его (пер. В. Тихомирова) (Беовульф, с. 71).

Великий воин, павший в битве, как бы заново возрождается после своей смерти в песнях и сказаниях о его героических подвигах. Он приобретает новую жизнь после своей безвременной кончины.

К блоку «время - путник», являющемуся вариантом блока «время - движение», можно отнести следующий пример из Книги Бытия Эльфрика, датируемой примерно 1000 годом: Рй 3esihst Pæt ic ealdi3e, and ic nat hwænne mine da3as азапе beoP (Old Testament, с. 32) - Ты видишь, что я старею, и я не

знаю, когда мои дни пройдут (перевод наш. - Е. Н.). Здесь дни жизни Исаака предстают перед читателем в роли путников, которые идут по дороге жизни, приближая человека к его смертному часу.

Некоторые древнеанглийские лексические единицы, номинировавшие время, совмещали в своей семантике различные модели метафори-зации. Так, наречие и предлог ofer/ofor можно отнести к двум блокам: «время - пространство» и «время - путь/дорога». В словаре древнеанглийского языка их значение описано следующим образом: ofer, ofor - prep. adv. 1. Generally with the idea of rest: above, over; denoting extension over etc. 2. Marking time - beyond (beyond the time).

3. Generally with the idea of movement: denoting motion in a definite direction across, to the other side of an object; denoting extension through a space; denoting motion from below, over, above etc. (Bosworth, р. 729). Как свидетельствуют данные лексикографической статьи, наречие и предлог ofer/ofor могли описывать расположение объектов в пространстве как находящихся выше чего-либо, местоположение событий на временной оси как следующих за чем-либо и в то же время обозначать движение в определенном направлении.

Примеры совмещения моделей метафо-ризации «время - пространство» и «время -путь/дорога» встречаются и в памятниках письменности рассматриваемого периода. Так, в поэме «Беовульф» главный герой бросается в пучину вод, чтобы спасти славного Хродгара, и стремится достичь морского дна, чтобы встретиться в схватке со злобной матерью Гренделя. Расстояние, которое при этом должен преодолеть Беовульф, описывается в поэме следующим образом:

Da was hwil dxges,

ar he pone grundwong ongytan mehte (Beo. 1495-1496) -был переходу дневному равен

путь через бездну (пер. В. Тихомирова) (Беовульф, с. 100).

В приведенном примере указание на расстояние осуществляется с помощью лексических единиц, обозначающих время.

В древних памятниках письменности можно встретить и случаи персонификации времени. Например, в строках 1789-1790 по-

эмы «Беовульф» так описывается наступление ночи:

Nihthelm geswearc

deorc ofer dryhtgumum (Beo. 1789-1790) -Шлем ночи сгустил тьму над воинами (перевод наш. - Е. Н.).

Ночь, как древний воитель, накрывает своим шлемом, выкованным из тьмы и мрака, уставших воинов, пировавших в чертогах Хродгара. Она, как всесильный господин, над которым человек не властен, навевает дремоту и валит с ног даже самых доблестных воинов, непобедимых в яростных битвах.

В некоторых древнеанглийских лексических единицах персонификация времени заложена ингерентно. В частности, композит eald-dagas (ancient days) (Bosworth, р. 227) состоит из двух частей: «старый» и «дни». Таким образом, дни, как и люди, в представлениях архаичного человека могут со временем становиться старше и мудрее.

Анализ языкового материала позволяет сделать вывод о том, что механизмы семантической деривации, а именно метафорические и метонимические сдвиги значения в рамках семантической структуры слов, репрезентирующих концепт «время» в древнеанглийском языке, сыграли важную роль в развитии способов выражения рассматриваемого концепта. Результаты исследования основных когнитивных метафор, входящих в структуру концепта в этот период, а также способов его языкового выражения дают основание полагать, что специфика архаичного мышления проявлялась в восприятии времени прежде всего как вместилища важных для человека действий и событий, таких как религиозные обряды, военные походы и сражения, радостные или печальные события и т. п. Значимыми для выражения рассматриваемого концепта были такие модели метафоризации, как «время - пространство» и «время - движение», поскольку человек зачастую измерял пространство в терминах времени и наоборот. В произведениях исследуемого периода встречается персонификация времени, его олицетворение как грозного господина, имеющего власть над людьми и неподвластного их воле. Эти образные переосмысления позволяют приблизиться к по-

ниманию особенностей восприятия окружающего мира носителями древнеанглийского языка, а следовательно, к пониманию особенностей менталитета представителей той эпохи и осмыслению ее культурного своеобразия.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Арутюнова, Н. Д. Время: модели и метафоры / Н. Д. Арутюнова // Логический анализ языка: Язык и время: Посвящается светлой памяти Н. И. Толстого / РАН. Ин-т языкознания ; отв. ред.: Н. Д. Арутюнова, Т. Е. Янко. - М. : Индрик, 1997. -С. 51-61.

2. Бочкарева, Т. В. Картина времени в «Бео-вульфе» : автореф. дис. ... канд. филол. наук : 10.02.04 / Бочкарева Татьяна Валентиновна. - М., 1999. - 22 с.

3. Горский, Д. П. Вопросы абстракции и образования понятий / Д. П. Горский. - М. : Изд-во Акад. наук СССР, 1961. - 351с.

4. Жабицкая, Н. Л. Историко-семасиологическое исследование существительных, выражающих понятие «время» в древнеанглийском языке : автореф. дис. ... канд. филол. наук : 10.02.04 / Жабицкая Наталья Львовна. - Киев, 1974. - 18 с.

5. Красавский, Н. А. Динамика эмоциональных концептов в немецкой и русской лингвокуль-турах : автореф. дис. ... д-ра филол. наук : 10.02.20 / Красавский Николай Алексеевич. - Волгоград, 2001. - 40 с.

6. Красухин, К. Г. Три модели иноевропейс-кого времени на материале лексики и грамматики / К. Г. Красухин // Логический анализ языка: Язык и время: Посвящается светлой памяти Н.И. Толстого / РАН. Ин-т языкознания ; отв. ред.: Н. Д. Арутюнова, Т. Е. Янко. - М. : Индрик, 1997. - С. 62-77.

7. Лапшина, М. Н. Семантическая эволюция английского слова / М. Н. Лапшина. - СПб. : Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1998. - 159 с.

8. Лурия, А. Р. Психология как историческая наука / А. Р. Лурия // История и психология. - М. : Наука, 1971. - 381 с.

9. Нильсен, Е. А. Лексико-семантическое поле звукообозначений в английском языке (синхронный и диахронический аспекты) : дис. ... канд. филол. наук : 10.02.04 / Нильсен Евгения Александровна. -СПб., 2001. - 233 с.

10. Плахотнюк, Л. А. Мифопоэтическая символика слов со значением времени на материале древнеанглийского языка : автореф. дис. ... канд. филол. наук : 10.02.04 / Плахотнюк Людмила Алексеевна. - М., 1996. - 14 с.

11. Постовалова, В. И. Картина мира в жизнедеятельности человека / В. И. Постовалова // Роль человеческого фактора в языке. Язык и картина мира. - М. : Наука, 1988. - С. 8-69.

12. Телия, В. Н. Метафоризация и ее роль в создании языковой картины мира / В. Н. Телия // Роль человеческого фактора в языке. Язык и картина мира. - М. : Наука, 1988. - С. 173-205.

13. Телия, В. Н. Предисловие // Метафора в языке и тексте. - М. : Наука, 1988. - С. 3-10.

14. Феоктистова, Н. В. Формирование семантической структуры отвлеченного имени (на материале древнеанглийского языка) / Н. В. Феоктистова. - Л. : Изд-во ЛГУ, 1984. - 188 с.

15. Фрейденберг, О. М. Миф и литература древности / О. М. Фрейденберг. - М. : Наука, 1978. - 605 с.

16. Чупрына, О. Г. Представления о времени в древнем языке и сознании (на материале древнеанглийского языка) : монография / О. Г. Чупрына. -М. : Изд-во «Прометей» МИГУ, 2000. - 150 с.

17. Lakoff, G. Metaphors we live by / G. Lakoff, M. Johnson. - Chicago : Univ. of Chicago Press, 1980.- 242 p.

18. Lakoff, G. More than Cool Reason: a Field Guide to Poetic Metaphor / G. Lakoff, M. Turner. -Chicago : Univ. of Chicago Press, 1989. - 230 p.

ИСТОЧНИКИ И СЛОВАРИ

Беовульф - Беовульф. Старшая Эдда. Песнь о Нибелунгах. - М. : Худож. лит., 1975. - 751 с.

Beo - Beowulf / ed. with Introduction, Bibliography, Notes and Glossary and Appendices by W. I. Sedgefield. - Manchester : Univ. Press, 1910. - 300 p.

Bosworth - An Anglo-Saxon Dictionary Based on the Manuscript Collections of the Late Joseph Bosworth, D.D... / ed. and enlarged by T. Northcote Toller, M.A. - Vol. 1-5. - Oxford : Oxford Univ. Press, 1882-1892.

Historia - Historia Ecclesiastica gentis Anglorum // Смирницкий, А. И. Хрестоматия по истории английского языка с VII по XVII в. с грамматическими таблицами и историко-этимологическим словарем : учеб. пособие для студ. филол. и лингв. фак. вузов / А. И. Смирницкий. - 4-е изд., испр. и доп. - М. : Академия ИЦ, 2008. - 304 с.

Old Testament - ^Elfric’s Old Testament Translations // Смирницкий, А. И. Хрестоматия по истории английского языка с VII по XVII в. с грамматическими таблицами и историко-этимологическим словарем : учеб. пособие для студ. филол. и лингв. фак. вузов / А. И. Смирницкий. - 4-е изд., испр. и доп. - М. : Академия ИЦ, 2008. - 304 с.

THE ROLE OF SEMANTIC CHANGES IN «TIME» CONCEPT EXPLICATION IN ANGLO-SAXON

E.A. Nilsen

In the present article the role of semantic changes in «time» concept explication in Anglo-Saxon is described along with the means of its representation. It is proved that the most common and important cognitive metaphor of this period in Anglo-Saxon is «Time as a container».

Key words: concept, time, metaphor, Anglo-Saxon language, archaic mentality.