Мотивационно-смысловые основания дифференциации типов учителей-манипуляторов

12. Эльконин, Д.Б. О структуре учебной деятельности / Д.Б. Эльконин // Избранные психологические труды. Проблемы возрастной и педагогической психологии. - М.: Международная педагогическая академия, 1995.- С. 157-167.

О.И. Ефремова

МОТИВАЦИОННО-СМЫСЛОВЫЕ ОСНОВАНИЯ ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ ТИПОВ УЧИТЕЛЕЙ-МАНИПУЛЯТОРОВ

Аннотация. В статье дан обзор современных исследований по проблеме психологического манипулирования в педагогическом труде. С учетом доминирующих мотивов и смыслов педагогического труда выделяется два типа учителей-манипуляторов: прагматический и защищающийся. В статье рассматриваются подтипы каждого из них.

Ключевые слова: психологическое манипулирование, мотивы, смыслы, психологическая защита, макиавеллизм.

O.L Ephraimova

THE MOTLVATLONALLY-SENSES GROUNS FOR DIFFERENTIATION OF TYPES OF THE TEACHERS-MANIPULATORS

Abstract. The article provides an overview of the current research of the problem of psychological manipulation in the teacher's work. On the basis of the dominant motives and senses in the pedagogical work there are distinguished two types of teachers-manipulators: a pragmatic and defending. There are considered subtypes of each types in the article.

Keywords: psychological manipulation, motives, senses, psychological defense, Machiavellism.

Проблема психологического манипулирования как скрытого вида психологического воздействия, который используется манипулятором для реализации его целей, не совпадающих с целями адресата, изучалась многими зарубежными [1, 21, 22, 25 и др.] и отечественными исследователями [2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 15 и др.]. Одним из направлений исследования проблемы выступает изучение макиавеллизма личности - склонности манипулировать другими людьми в межличностных отношениях [10]. Данное направление представлено во многих зарубежных публикациях последних лет [23, 26, 28, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39].

Проблема психологического манипулирования в деятельности учителя освещается лишь в отдельных работах [1, 4, 6, 7, 8, 14, 15, 21], в частности, отражены аспекты манипулирования в сфере общения педагога и ученика (А. Б. Добрович, Э. Шостром), в детско-родительских отношениях (Э. Берн), в педагогическом целеполагании (О. И. Ефремова, А. Н. Поддьяков). Изучение психологического манипулирования в педагогической деятельности косвенно осуществлялось в контексте исследования профессиональных деструкций педагога (Э. Ф. Зеер, Э. Э. Сыманюк [9], Л. М. Митина [12] и др.), синдрома профессионального выгорания (Т. И. Ронгинская [16], Т. В. Форманюк [20] и др.).

Представим обзорно состояние психологических исследований по проблеме манипулирования в обучении и воспитании детей. Э. Шостром [21] рассматривает отдельные примеры техники психологического манипулирования учеником со стороны учителя, Э. Берн [1], изучая технику психологического манипулирования в детско-родительских отношениях, использует специфическую терминологию трансактного анализа и только косвенно касается конкретных вопросов образовательной практики. Косвенно в практике семейного воспитания изучается манипулирование в детско-родительских отношениях некоторыми современными зарубежными исследователями (M. Apostolou, I. Papageorgi [22] и др.), доказывается сходство манипулятивных техник, применяемых родителями и детьми (A. Butkovic, D.Bratko [25]). А.Б. Добрович [4] раскрывает суть и технику реализации манипулятивного уровня педагогического общения. Последствия педагогического манипулирования учащимися без специального рассмотрения самих манипуляций достаточно ярко представлены благодаря работам Э. Эриксона [29], А.Б. Орлова [13]. Так, Э. Эриксон показывает, что подчеркивание педагогом посредственности ученика противодействует решению задачи четвертой стадии взросления - обретению учеником чувства компетентности. А.Б. Орлов акцентирует внимание на противодействии интересам ученика со стороны учителя-манипулятора. Стиль поведения учителя-манипулятора был предметом специального научного исследования Л.И. Рюмшиной [18], включающего, в частности, анализ путей предупреждения педагогического манипулирования посредством социально-психологического тренинга.

Г. Грачев и И. Мельник [3] рассматривают психологическое манипулирование как специальное или непреднамеренное применение разнообразных приемов и средств влияния на поведение другого человека, а также на его состояния, цели, отношения в интересах манипулятора. Ав-

торы подчеркивают, что манипулятивное воздействие могло бы не иметь места при условии достаточной осведомленности адресата о его целях, способах, ситуации применения.

Е. Л. Доценко [5] подчеркивает такой признак психологического манипулирования, как скрытое возбуждение у другого человека мотивов, не совпадающих с его актуально существующими целями и желаниями. Манипуляция может осуществляться намеренно или неосознанно, целенаправленно или спонтанно, но во всех случаях она имеет скрытый характер: подвергаются сокрытию или не осознаются мотивы и цели манипулятора, средства реализации психологической выгоды с помощью мастерства и сноровки в осуществлении манипулятивных действий.

Ж. Г. Гаранина [2] отмечает, что в основе манипулятивной позиции лежит эгоцентрическая направленность, которая влияет на восприятие субъектом социальной ситуации и построение способов взаимодействия в ней на основе собственных представлений в целях личной выгоды и получения одностороннего выигрыша. Автор констатирует статистически значимую связь между эгоцентризмом и предпочтением субъектом манипулятивных воздействий.

Э. Шостром [21] исследует манипулирование как показатель психологического неблагополучия субъекта, стремящегося управлять другими людьми, при этом манипулятор в недостаточной мере осознает степень ответственности за свои действия. Причины манипуляции Э. Шостром рассматривает, опираясь на исследования известных психологов (Ф. С. Перлз, Э. Фромм, Э. Берн, А. Эллис и др.), в контексте психологических проблем личности и ее межличностных отношений. Так, в числе причин манипулирования Э. Шостром вычленяет внутриличностные конфликты, недоверие другим, ощущение беспомощности, неспособность к любви, неадекватное стремление получать одобрение всех и каждого. Характеристиками психологического манипулирования, по Э. Шострому, являются неискренность и обман партнера по общению, а также самообман относительно целей манипулирования, осознание только тех аспектов взаимодействия, которые манипулятору выгодно акцентировать, закрытость, недоверие собеседнику и самому себе, непрерывный и напряженный контроль ситуации. Самоактуализацию личности, свободно раскрывающей свой внутренний потенциал, Э. Шостром считает антиподом манипулирования. Актуализаторам свойственны такие качества, как открытость, честность, свобода самовыражения, принятие трудностей и недостатков как преходящих, временных; рефлексия своих действий и принятие ответственности за них, доверие себе и другим.

Л. И. Рюмшина [18] рассматривает манипуляцию как одну из онтологических (ценностно-смысловых) форм общения наряду с диалогом и игрой. Манипуляция, по мнению автора, формируется из стремления субъекта доминировать над другими, а также контролировать себя и окружающий мир. Партнер по общению оценивается по критерию полезности, а не значимости. Для манипулятора характерно игнорирование нравственных и социально предписанных отношений. Манипулирование разрушительно влияет на отношения, вызывает внутреннее напряжение и тревогу у манипулятора, неудовлетворенность отношениями у его партнеров.

В. Ю. Борев и А. В. Коваленко показали, что техника манипулятивного воздействия подразумевает трансляцию ценностных установок, выгодных манипулятору и мобилизацию на необходимые ему действия, при этом информация строится таким образом, чтобы объект манипулирования воспринимал ее некритически и не понимал характера действий манипулятора [цит. по: 17].

А. Н. Поддьяков [14] отмечает, образовательная практика часто выступает ареной борьбы конфликтующих субъектов, преследующих разнонаправленные цели (в том числе - безнравственные, антисоциальные), в эгоистических или узкогрупповых интересах она может дезориентировать обучаемых в предметных областях, а также в области норм общественной морали. Автор апеллирует к теории К. Бенсона [24] об ориентации и дезориентации как культурных орудиях формирования личности, служащих соответственно добру или злу, и работе Г. Дэниэлса [27], считающего, что российские авторы недостаточно учитывают широкий социокультурный контекст образовательной практики, отношения власти и общества, социальных институтов, задающий противоречивые ориентиры. Для анализа образовательной практики, по мнению А. Н. Поддьякова, применима также теория конфликтующих структур В. А. Лефевра [11], поскольку транслируемая педагогом информация может дезориентировать ученика, если это соответствует интересам учителя.

А. Б. Орлов [13] вычленяет и анализирует различные типы педагогических «центраций», которые могут характеризовать авторитарную, моносубъектную или диалогическую, гуманистическую позицию учителя. Моносубъектная позиция, которая зачастую приводит к психологическому манипулированию учеником, реализуется в следующих типах центраций: на интересах самого учителя, администрации, родителей, коллег, на методической стороне преподавания. Гуманистическую позицию учителя отражают центрации на интересах ребенка и на проявлении сущности всех субъектов образовательного процесса. В наших исследованиях [6, 7, 8] раскрыты ма-нипулятивные деформации педагогической деятельности учителя, реализующего центрации моносубъектного подхода.

Педагогическая направленность выступает как система ценностных ориентаций учителя, определяет иерархию профессиональных мотивов и побуждает к ее реализации в педагогической деятельности и общении (Л. М. Митина [12]). Педагогическая направленность определяет стремление учителя заниматься педагогической деятельностью, реализовать в ней личностные смыслы, совершенствовать ее, обусловливает структурирование и развитие личности учителя как специалиста. Если профессиональная направленность реализует антигуманные, узколичные мотивы и смыслы учителя, педагогическая деятельность приобретает манипулятивный характер.

В исследовании Л. И. Рюмшиной [18] в числе наиболее значимых инструментальных ценностей многих учителей наряду с этическими ценностями (честность, терпимость к недостаткам) были выявлены конформные ценности (исполнительность, самоконтроль, ответственность), весьма характерными были общая манипулятивная направленность, внутренняя конфликтность и самоценность; для преодоления манипулятивной направленности потребовалась специальная кор-рекционная работа.

В западной психологии широко распространен термин «макиавеллизм», обозначающий склонность человека к манипулированию другими людьми в сфере межличностных отношений (В. В. Знаков [10]). В последние годы данный термин стал использоваться и отечественными психологами (С. Л. Братченко, В. В. Знаков и др.). Макиавеллистская стратегия поведения, по мнению исследователей (М. Амес, А.Н. Кидд, Р.В. Блюмстейн и др.; [цит. по: 10]) предполагает лесть, обман, подкуп, запугивание.

Западные психологи, как отмечает В. В. Знаков [10], выделяют два типа макиавеллистской личности. Для ярко выраженного типа характерны следующие личностные качества: ум, смелость, амбициозность, склонность к доминированию, настойчивость, эгоизм, стремление выглядеть неэгоистичным в коммуникативных ситуациях. Слабо выраженному типу свойственны такие проявления, как трусость, нерешительность, податливость влиянию, честность, сентиментальность, надежность.

Анализируя типы манипуляторов в профессиональной деятельности учителя, также можно выделить две основных группы макиавеллистски ориентированных педагогов; эти группы будут близки по своим характеристикам к отмеченным выше типам явно и слабо выраженной макиавел-листской ориентации. Типы педагогов-манипуляторов выделяются нами не только на основе описания эмпирически наблюдаемых выборок, но и с учетом доминирующих в профессиональной деятельности мотивов и смыслов. На основе теоретической рефлексии представленных в специальной литературе типологий и учета мотивационно - смысловых оснований деятельности педагога-манипулятора представим классификацию типов учителей-манипуляторов.

Психологическое манипулирование в деятельности учителя подразумевает реализацию корыстных или защитных мотивов манипулятора, несущих психологический смысл личной выгоды. В зависимости от преобладания у педагога корыстных или защитных мотивов можно выделить два типа макиавеллистской личности: прагматический и защищающийся. Для обоих типов характерно стремление к поддержанию у значимых лиц представлений о профессиональной компетентности манипулятора.

Прагматический тип педагогов-манипуляторов преимущественно реализует психологический смысл утилитарной выгоды, например: выгодно повышение статуса в педагогическом коллективе, квалификационного разряда, получение стимулирующих доплат, обеспечение льготных условий труда, завоевание авторитета у учащихся и их родителей с целью самоутверждения, а иногда - и для получения определенных услуг от них. Мотивами, явно проявляемыми в педагогической деятельности и общении, выступают самоутверждение, самооправдание, достижение психологического превосходства, переадресовка ответственности, освобождение от нежелательного труда. С учетом характера конкретных мотивов манипулятора могут проявляться разновидности прагматического типа, которые можно обозначить как «ловкий карьерист», «стремящийся к признанию», «отлынивающий» («лентяй»).

«Ловкий карьерист» ориентирован на получение материальной выгоды, высокого статуса в педагогическом коллективе, обеспечение удобных условий труда (например, работа в классе малой наполняемости, в классе с сильными учениками, только в определенные дни недели), на благосклонность начальства, признание не всегда заслуженных успехов учителя. Такой карьерист заискивает перед начальством, преувеличивает свои заслуги, умалчивает о просчетах и неудачах, создает коалиции среди педагогов с целью получения поддержки, демонстративен, иногда он может быть незаметен, но всегда склонен использовать любой шанс для продвижения и достижения выгоды, обходя коллег и подавляя при этом муки совести.

«Стремящийся к признанию» преимущественно ориентирован на моральное удовлетворение, получаемое от восхищения и уважения со стороны коллег и учеников, на достижение статуса более знающего, компетентного, талантливого, чем другие педагоги, на искреннее признание его заслуг, иногда мнимо превосходящих заслуги коллег. Такая мотивация прагматичного педаго-

га-манипулятора реализуется, в частности, в ориентации на внешний эффект, не всегда целесообразный для достижения целей обучения и воспитания, иногда - даже мешающий решению образовательных задач, на занимательность, яркую наглядность, фееричность. Другое проявление макиавеллизма данного подтипа - псевдоинновационная активность. Педагоги заявляют о внедрении новых образовательных программ, не будучи достаточно компетентными для работы с ними, чем создают неоправданные трудности для учащихся и их родителей. Ученикам предлагаются непосильные «творческие» задания, планы проектной деятельности, к выполнению которых педагог их не готовит, и которые зачастую он сам качественно выполнить не в состоянии. Если же эти «творческие» задания выполняют родители или репетиторы учащихся, успехи педагог склонен приписывать себе. Характерны учебные перегрузки школьников, которые помогают учителю продемонстрировать их творческие, но оплаченные неоправданно высокой ценой нервного напряжения и физического истощения, успехи.

«Отлынивающий» («лентяй») стремится, прежде всего, к минимизации усилий в педагогической деятельности, к освобождению от напряжения, неизбежного в труде педагога, к отдыху при сохранении впечатления полноценного и напряженного труда. Такие педагоги склонны имитировать бурную деятельность, заниматься подтасовкой, формально выполнять образовательную программу. При этом они много говорят о своих планах, достижениях, преувеличивают заслуги, декларируют несуществующие результаты. Зачастую характерен либерально-попустительский стиль педагогического общения с учениками, воспитанниками, предполагающий негласный сговор: педагог не замечает их лени, оплошностей, они не выдают его просчетов и недоработок. «Отлынивающие» педагоги в случае ответственных поручений часто притворяются радеющими о деле и потому не решающимися принять поручение в силу недостаточной подготовленности к его выполнению.

Защитный тип отличается преобладающей выраженностью смыслового содержания психологический защиты, использованием разнообразных копинг-стратегий в целях самоуспокоения и достижения чувства безопасности, сохранения уровня самооценки в ситуациях возможного или реального неуспеха. Копинг-стратегия - это приспособительный тип реагирования на ситуацию, несущую психологическую угрозу, это система целенаправленных адаптивных действий в данной ситуации. Учитель-манипулятор может использовать, например, стратегии избегания, приспособления, компромисса (по К. Томасу). Главное мотивационное основание проявления защитного типа макиавеллизма - снятие психологического напряжения, стремление к избеганию неудач. Знаменитый чеховский персонаж - учитель гимназии Беликов («Человек в футляре»), действующий по принципу «как бы чего не вышло» - яркий представитель этого типа манипуляторов. Разновидностями данного типа выступают «помощник», «конформист», «иждивенец».

«Помощник» оказывает услуги коллегам, поддерживает учеников, льстит их родителям, чтобы добиться их поддержки и исключить негативные мнения, что даст ему внутреннюю стабильность и чувство покоя. При этом услуги, поддержка, лесть учителя не оправданы педагогической ситуацией, а обусловлены исключительно поиском чувства безопасности. В межличностном общении характерна описанная В. Сатир [19] стратегия миротворчества. Учитель стремится помогать другим и поддерживать их, зачастую проявляя лицемерие, не чувствуя желания помогать и поддерживать. Он надеется, что роль доброго и сердечного помощника обусловит встречную поддержку и гарантию от осуждения и возможных неприятностей.

«Конформист» склонен соглашаться (иногда - лицемерно) с любым мнением начальства, авторитетных коллег, учеников, воспитанников, родителей (особенно имеющих высокий социальный статус), принимать их сторону, поддерживать их. Он умеет «не замечать» промахи начальства и коллег, забывать нежелательную информацию, при необходимости - пассивно промолчать или выступить в защиту. Он никогда не отказывается от поручений, но может выполнять их весьма формально, демонстрируя, однако, старание и лояльность.

«Иждивенец» искусно вымогает помощь, поддержку и сочувствие у начальства, коллег, учеников, воспитанников. Исподволь стимулирует других выполнять часть его работы, взывая к пониманию, воздействуя на жалость, ссылаясь на занятость, состояние здоровья и т.д. Он склонен делегировать (переадресовывать) свои функции коллегам, ученикам, родителям. В отличие от «лентяя» (разновидность прагматического типа), мотивами подобного поведения у него выступает не избегание работы вообще, а именно избегание неуспеха, негативных оценок.

Возможно, данная типология педагогов-манипуляторов может быть расширена и конкретизирована. Ее можно дополнить некоторыми типами и разновидностями манипуляторов, выделенными Э. Шостромом [21]. Так, из числа выделенных автором типов макиавеллистов, среди педагогов встречаются грозный «диктатор», предусмотрительный, осторожный и все контролирующий «калькулятор», строгий и мстительный «судья», вызывающий снисходительность «мученик». Тем не менее, эти и другие проявления макиавеллизма могут быть отнесены к разновидно-

стям прагматического (например, «диктатор», «судья») или защитного типа («калькулятор», «мученик»).

Для анализа типов педагогов-манипуляторов можно использовать также типологию стратегий поведения в общении, предложенную американским психологом и психотерапевтом В. Сатир [19], выделившей четыре варианта неконструктивного взаимодействия между людьми, которые могут рассматриваться как психологическое манипулирование: миротворчество, агрессия, расчет, отстранение.

Миротворчество как стратегия взаимодействия реализуется через заискивание, постоянные уступки, попытки заслужить одобрение партнера, угодить ему, отказ от споров и безоговорочное принятие критики в свой адрес. У неопытных и неуверенных в себе учителей зачастую проявляется стратегия миротворчества. Попустительство ученикам используется как способ завоевать их расположение.

Стратегия агрессии или обвинения противоположна миротворчеству. Она проявляется как постоянное оппонирование, подавление, жесткость, надменность, агрессивное неприятие позиции партнера, нетерпимость к инакомыслию. Педагогический автократизм в его обвинительно-агрессивной форме характеризует недоверие к возможностям учащихся, к другим субъектам образовательного процесса (родителям, коллегам), их подавление в процессе общения, излишнюю требовательность и критичность.

Стратегия расчета предполагает холодную рассудительность, внешнюю безэмоциональность, рациональное построение программы избегания любых угроз при внутренней уязвимости. Предварительное «просчитывание» особенностей предстоящего общения и излишний рационализм при организации взаимодействия скрывает педагогическую неуверенность и тревожность учителя, подавляет личностное самораскрытие учащихся (родителей, коллег) в общении с педагогом.

Отстраненность как стратегия взаимодействия направлена на нивелировку фрустрирую-щих ситуаций, их игнорирование. При этой стратегии наблюдается расфокусированность внимания, неадекватность реакций по отношению к ситуации, суетливость, странность поведения. Общение с учащимися в подобной манере вызывает у них снисходительное отношение к учителю. Его оценивают как странного, что может стать барьером для восприятия даже очевидных достоинств педагога как носителя знаний и культурных образцов поведения.

Каждая из названных стратегий свидетельствует о неуверенности и недостаточной коммуникативной компетентности педагога. Адекватной является лишь стратегия гибкости, уравновешенности, подразумевающая свободу самовыражения, открытое высказывание собственной точки зрения, поиск конструктивных путей преодоления возникающих в педагогическом общении препятствий, внутреннюю гармонию, проявляющуюся в поведении.

Описанные выше типы педагогов-манипуляторов зачастую не встречаются в чистом виде, а пересекаются друг с другом, трансформируются друг в друга, сочетаются в одном человеке.

ЛИТЕРАТУРА

1. Берн, Э. Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений; Люди, которые играют в игры. Психология человеческой судьбы: Пер. с англ. - СПб.: Питер, 1992. - 526 с.

2. Гаранина, Ж.Г. Особенности манипулятивного психологического воздействия // Психология общения XXI век: 10 лет развития: Материалы Международной конференции -10 октября 2009 года: в 2-х томах. Том 1. М.: Обнинск: ИГ-СОЦИН, 2009. С. 209-211.

3. Грачев, Г., Мельник, И. Манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия. М.: Алиса, 2005. - 224 с.

4. Добрович, А.Б. Воспитателю о психологии и психогигиене общения. М.: Просвещение, 1987. - 207 с.

5. Доценко, Е.Л. Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита. . - СПб.: Речь, 2003. - 304 с.

6. Ефремова, О.И. Психология профессиональной деятельности и личности учителя: учебное пособие / под ред. Е.В. Казанцевой. Таганрог: Изд-во Таганрог. гос. пед. ин-та имени А. П. Чехова, 2012.

7. Ефремова, О.И. Психологическое манипулирование в педагогической деятельности учителя. Таганрог: Изд-во Таганрог. гос. пед. ин-та имени А. П. Чехова, 2013. - 172 с.

8. Ефремова, О.И. Субъекты образовательного процесса как жертвы учителя-манипулятора // Вестник Таганрогского государственного педагогического института. - 2014, №2. С. 236-241.

9. Зеер, Э.Ф., Сыманюк, Э.Э. Психология профессиональных деструкций: Учебное пособие для вузов. - М.: Академический проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2005. - 240 с.

10. Знаков, В.В. Методика исследования макиавеллизма личности. - М.: Смысл, 2001. - 20 с.

11. Лефевр, В. А. Конфликтующие структуры. - М.: ИП РАН, 2000. - 134 с.

12. Митина, Л.М. Психология труда и профессионального развития учителя. - М.: Издательский центр «Академия», 2004. - 320 с.

13. Орлов, А.Б. Психология личности и сущности человека: Парадигмы, проекции, практики. М.: Издательский центр «Академия», 2002. - 272 с.

14. Поддьяков, А. Н. Ориентировочная и дезориентирующая основы деятельности: иерархии целей обучения в конфликтующих системах // Вопросы психологии, 2002, №5. С. 79-89.

15. Психолого-педагогические факторы возникновения, предупреждения и преодоления дезадаптации детей и подростков в образовательных учреждениях разных типов / Молодцова Т.Д., Ефремова О.И., Вараксин В.Н. и др./ В авторской редакции. Таганрог: Изд-во Таганрог. гос. пед. ин-та, 2007. - 212 с.

16. Ронгинская, Т.И. Синдром выгорания в социальных профессиях //Психологический журнал, 2002.- том 23. № 3, С. 85-95.

17. Руденский, Е.В. Социальная психология: Курс лекций. М.: ИНФРА-М; Новосибирск: НГАЭиУ, 1997. - 224 с.

18. Рюмшина, Л.И. Эмпирическое изучение стилей поведения педагогов // Вопросы психологии, 2000, № 1. С. 142-149.

19. Сатир, В. Вы и ваша семья. - М.: Апрель-пресс, 2007. - 288 с.

20. Форманюк, Т.В. Синдром «эмоционального сгорания» как показатель профессиональной дезадаптации учителя // Вопросы психологии, 1994, № 6. - С. 57- 64.

21. Шостром, Э. Анти-Карнеги или человек-манипулятор: Пер. с англ. - Минск: Полифакт, 1992. - 128 с.

22. Apostolou. M, Papageorgi I. Parental mate choice manipulation tactics: exploring prevalence, sex and personality effects // Evolutionary Psychology : an International Journal of Evolutionary Approaches to Psychology and Behavior. 2014, 12(3): Pages 588-620.

23. Barlett C.P., Barlett N.D. The young and the restless: Examining the relationships between age, emerging adulthood variables, and the Dark Triad // Personality and Individual Differences. Volume 86, November 2015, Pages 20-24.

24. Benson C. The cultural psychology of self: Place, morality and art in human words. L.; N.Y.: Routledge, Taylor and Francis Group, 2001. - 263 р.

25. Butkovic, А., Bratko D. Family study of manipulation tactics // Personality and Individual Differences/ Volume 43, Issue 4, September 2007, Pages 791-801.

26. Dahling. J.J., Whitaker B.G., Levy P.E. The Development and Validation of a New Machiavellianism // Journal of Management Volume 43, Issue 3, August 2007, Pages 541-551.

27. Daniels. H. Vygotsky and pedagogy. L.; N.Y.: RoutledgeFalmer, Taylor and Francis Group, 2001. - 198 р.

28. Delroy. L.P., Kevin M. W. The Dark Triad of personality: Narcissism, Machiavellianism, and psychopathy // Journal of Research in Personality. Volume 36, Issue 6, December 2002, Pages 556-563.

29. Erikson. E. H. Theories of Development: Concepts and Applications 5th ed. Upper Saddle River, NJ: Pearson-Prentice Hall. 2005. - 109 р.

30. Fehr. B., Samsom. D. The Construct of Machiavellianism: Twenty Years Later - Advances in personality assessment/ Books.google.com. 2013. - 136 p.

31. Hodson. G., Hogg S. M., MacInnis C. C. The role of "dark personalities"(narcissism, Machiavellianism, psychopathy), Big Five personality factors, and ideology in explaining prejudice //Journal of Research in Personality. 2009. Volume 43. №. 4. Pages. 686-690.

32. Jakobwitz. S., Egan V. The dark triad and normal personality traits // Personality and Individual Differences. Volume 40, Issue 2, January 2006, Pages 331-339.

33. Kessler S. R. et al. Re Examining Machiavelli: A Three Dimensional Model of Machiavellianism in the Workplace //Journal of Applied Social Psychology. - 2010. - Volume 40. №. 8. Pages. 1868-1896.

34. Liu C. C. The relationship between Machiavellianism and knowledge sharing willingness //Journal of Business and Psychology. 2008. Volume 22. №. 3. Pages 233-240.

35. Paal. T., Bereczkei. T. Adult theory of mind, cooperation, Machiavellianism: The effect of mindreading on social relations // Personality and Individual Differences. Volume 43, Issue 3, August 2007, Pages 541-551.

36. Rauthmann. J. F. "The Dark Triad and interpersonal perception: Similarities and differences in the social consequences of narcissism, Machiavellianism, and psychopathy // Social Psychological and Personality Science. 2012. Volume 3. № 4. Pages 487-496.

37. Rauthmann. J. F., Kolar G. P. How "dark" are the Dark Triad traits? Examining the perceived darkness of narcissism, Machiavellianism, and psychopathy //Personality and Individual Differences. 2012. Volume 53. №. 7. Pages. 884-889.

38. Shiou-Yu Chen Relations of Machiavellianism with emotional blackmail orientation of salespeople // Social and Behavioral Sciences. Volume 5, 2010, Pages 294-298.

39. Zagenczyk. T. J. et al. Psychological contracts as a mediator between Machiavellianism and employee citizenship and deviant behaviors //Journal of Management. 2014. Volume 40. №. 4. Pages 1098-1122.

Н.Н. Кабиров, Н.Е. Ляхова

ВЫБОР ТЕМАТИКИ И ОТБОР СОДЕРЖАНИЯ ЭЛЕКТИВНЫХ КУРСОВ ПО АЛГЕБРЕ

Аннотация. Статья посвящена вопросу выбора тематики и отбора содержания обучения математике в рамках элективных курсов по алгебре в профильной школе.

Ключевые слова: профильное обучение, элективный курс по математике, содержание обучения.

N.N. Kabirov, ^Е. Lyakhova

THE CHOICE OF SUBJECTS AND THE SELECTION OF THE CONTENT OF ELECTIVE COURSES IN ALGEBRA

Annotation. The article focuses on the choice of themes and the selection of the content of mathematics teaching in the framework of elective courses at profile school.

Keywords: specialized education, elective course in mathematics.

Введение в образовательный процесс современной школы профильного обучения, включающего в себя три компонента: базовые, профильные предметы и элективные курсы, поставило перед учителем задачу самостоятельного проектирования элективных курсов. При этом перед ним возникает две проблемы.