Реформирование ювенальной юстиции в России в XXI веке

УДК 343.121.5

Л.А. Шестакова* РЕФОРМИРОВАНИЕ ЮВЕНАЛЬНОЙ ЮСТИЦИИ В РОССИИ В XXI ВЕКЕ**

В статье рассматриваются этапы формирования ювенальной юстиции в Российской Федерации в начале XXI века. Автор приходит к выводу о том, что перспективным направлением реформирования ювенальной юстиции является упрощение процессуальной формы производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних путем использования компромиссных и восстановительных технологий.

Ключевые слова: уголовное судопроизводство, восстановительное правосудие, медиация, ювенальная юстиция.

По мнению политологов, Российская Федерация при нынешнем соотношении обширных территорий и стремительно сокращающихся людских ресурсов нежизнеспособна. Среди ученых нет пока единого мнения о главном факторе эффективного реформирования, но большинство исследователей делает акцент на человеческом потенциале и главное — его молодежной составляющей. Стоит согласиться с утверждением Е.Г. Слуцкого о том, что политика человеческих ресурсов в России должна иметь целью в том числе формирование и реализацию эффективной единой ювенальной политики РФ в отношении семьи, детства и молодежи, выступающей главным средством воспроизводства молодежной составляющей человеческого потенциала с заранее заданными качествами и свойствами, отвечающими ориентирам экономики будущего [1]. Как известно, система права состоит не из равнозначных и абсолютно независимых отраслей права, а из взаимосвязанных и непосредственно входящих в нее как в сложную систему. Следовательно, каждой отрасли права и каждой отдельной норме конкретной отрасли присущи все основные свойства системы права в целом. В научной литературе советского периода в системе права вполне обоснованно были выделены генетические связи [2, с. 10—17], которые показывают связь правовой системы государства с политическим, экономическим, социальным строем государства, обусловленность права ими. Таким образом, общий курс политики государства на охрану, семьи, детства и молодежи как важного для государства ресурса обусловил и на-

сыщение различных отраслей права «ювенальными» нормами. Не стало исключением уголовное и уголовно-процессуальное право1.

В 1991 г. в Верховном Совете РСФСР рабочей группой ученых и представителей правоохранительных ведомств был подготовлен проект закона «О судах по делам семьи и несовершеннолетних». Предполагалось, что данные суды возьмут на себя рассмотрение гражданских дел, связанных с воспитанием и содержанием детей, судебные разбирательства дел о преступлениях и административных правонарушениях несовершеннолетних, а также рассмотрение дел о преступлениях взрослых лиц, в результате которых, нарушается нормальное развитие детей (насилие в семье, вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность и др.). В 1994 г. сотрудниками Института государства и права Российской академии наук Э. Мельниковой и Г. Ветровой был подготовлен проект закона «О ювенальной юстиции в Российской Федерации», который фактически воспринял все основные положения аналогичного проекта закона 1991 г. По инициативе Государственного комитета РФ по молодежной политике в 1999 г. коллективом Института международного права и экономики им. Грибоедова (В. Ермаковым и др.) также был предложен проект Федерального закона «Основы законодательства о ювенальной юстиции Российской Федерации». В целях апробирования в реальных условиях Концепции о ювенальных судах предлагалось проведение в России правового эксперимента в двух вариантах — автономного от общего правосудия (самостоятельные

* © Шестакова Л.А., 2014

Шестакова Любовь Александровна (lyuboshestakova@yandex.ru), кафедра уголовного процесса и криминалистики, Самарский государственный университет, 443110, Российская Федерация, г. Самара, ул. Акад. Павлова, 1.

**Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ проекта проведения научных исследований («Компромисс как форма судопроизводства по уголовным делам: традиции, заимствования, перспективы»), проект № 13-13-63003.

1 При рассмотрении проблем ювенальной юстиции в рамках настоящего исследования мы будет исходить из уголовно-юрисдикционного понимания ювенальной юстиции и определять ювенальную юстицию как систему органов, применяющих в своей деятельности специальные правила обращения с несовершеннолетними по поводу имеющего место правонарушения, преступления несовершеннолетнего.

суды) и как его подсистемы (коллегия судей в общих судах). Эксперимент по второму варианту с разным успехом был инициирован в ряде городов России — Москве, Санкт-Петербурге, Ростове-на-Дону, Саратове и др. Тем не менее 8 октября 2010 года Государственная дума РФ отклонила во втором чтении проект Федерального конституционного закона «О внесении дополнений в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации»» в части, касающейся создания ювенальных судов. За отклонение проголосовало более 400 депутатов. Таким образом, попытка создания в Российской Федерации целостной ювенальной юстиции не удалась. Сначала вопрос был отложен, а потом и вовсе свернут.

О вновь возникшем законодательном интересе к ювенальной юстиции уже в контексте применения восстановительных технологий можно говорить с 2012 года. 1 июня 2012 года вышел официальный документ — указ Президента Российской Федерации «О национальной стратегии действий в интересах детей на 2012—2017 гг.». В п. 4 раздела VI «Создание системы защиты и обеспечения прав и интересов детей и дружественного ребенку правосудия» Национальной стратегии предусматривается в том числе развитие сети служб примирения в целях реализации восстановительного правосудия и организация школьных служб примирения, нацеленных на разрешение конфликтов в образовательных учреждениях, профилактику правонарушений детей и подростков, улучшение отношений в образовательном учреждении. В свою очередь, в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года, которая утверждена распоряжением Правительства РФ от 17.11.2008 г. № 1662-р (ред. от 08.08.2009), на странице 37 также говорится о пятом направлении развития социальных институтов и социальной политики — развитии сектора негосударственных некоммерческих организаций в сфере оказания социальных услуг, в том числе: формирование и развитие механизмов восстановительного правосудия, создание службы пробации, обеспечивающей социально-психологическое сопровождение лиц, освободившихся из мест лишения свободы, и реабилитационное насыщение приговоров судов, в части реализации принудительных мер воспитательного воздействия, реализация технологий восстановительного правосудия и проведения примирительных процедур.

Отметим, что даже без закрепления на федеральном уровне допустимости применения по уголовным делам ювенальных технологий, они стали применяться в отдельных регионах, районах и судах, «вклиниваясь» в официальную процедуру отправления правосудии по уголовным делам.

Однако анализ юридической печати показал, что в большинстве регионов внедрение ювенальных или восстановительных технологий пошло по пути, далекому от уголовного процесса и его нужд, и «переквалифицировалось» в работу со школьными конфликтами, а также во внеучебную воспитательную работу с молодежью. Так, в 2005 г. в Волгограде в рамках проекта по внедрению ювенальных технологий сто двадцать волонтеров из двадцати четырех школ Волгограда прошли семинар-тренинг «Детские службы примирения», организованный клубом ЮНЕСКО «Достоинство ребенка» в рамках проекта «Школа — территория примирения». Суть проекта заключается в создании механизмов распространения новой образовательно-воспитательной технологии предупреждения, досудебного и внесудебного разрешения школьных конфликтов при помощи особых воспитательных мер [3]. В 2009 г. в Самарской области стартовал проект «Детские службы примирения в Самарской области». Результатом стало появление детских служб примирения в городах Самаре, Новокуйбышевске, Кинеле, Отрадном, в пос. Георгиевка и Красный Яр. Несколько лет назад 4 детских и молодежных организаций Борского, Камышлинского, Кинельского, Кинель-Черкасско-го районов приняли участие в проекте «Мир наших прав» (повышение правовой грамотности среди детей и подростков). В 2010 г. стартовал проект «Детские службы примирения в Самарской области» на средства Фонда поддержки детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации (г. Москва). Однако сразу же после завершения проекта прекратили свое существование службы примирения в нескольких учебных заведениях. С сожалением стоит отметить, что на начало 2013 г. все руководители школьных служб примирения в городах Отрадном и Новокуйбышевске были уволены. Остались дети, которые самостоятельно пытались мирить сверстников без поддержки кураторов. Большая текучесть кадров среди кураторов школьных служб примирения приводит к большому отсеву служб. Зачастую администрация не находит замены куратору. Так угасли службы в трех поселках Пестравка, Красный Яр, Георгиевка. Таким образом, можно констатировать, что функционирование в Самарской области школьных служб примирения поставлено под угрозу. Можно отметить не более четырех субъектов Российской Федерации, где инициативы в области ювенальной и восстановительной юстиции служат на благо именно уголовно-процессуальной деятельности (по нашему убеждению, это такие регионы, как Санкт-Петербург, Москва, Ростовская область, Пермский край).

Отметим, что практика создания ювенальной юстиции «снизу» без какого-либо законодательного закрепления или без детального закрепления

в законе имела место во многих зарубежных странах. Причем не только в странах англосаксонского права, где регулирование общественных отношений на уровне законов вообще не предусмотрено, а именно в странах континентальной системы права, столь близких к правовой системе России. Практика общественных организаций в таких зарубежных странах постепенно перерастала в законодательное закрепление использования ювенальных или восстановительных технологий. Однако в России такая практическая деятельность столкнулась с непреодолимыми проблемами организационного плана, негативным отношением прокуратуры, отдельных ведомств или должностных лиц на уровне субъектов РФ. Так, в Пермском крае, где результаты внедрения ювенальных технологий были наиболее заметны, использование восстановительных и ювенальных технологий в последние годы снизилось в связи со сменой руководства отдельных ведомств, требованиями достижения определенных показателей от медиаторов, введения различных отчетов и должностных инструкций, которые фактически блокировали деятельность социальных служб и ведущих примирительных программ [4]. Таким образом, повсеместное внедрение ювенальных и восстановительных технологий, по нашему убеждению, возможно только после их законодательного закрепления и «введения» в процедуру расследования и судебного рассмотрения уголовных дел в отношении несовершеннолетних в официальном порядке.

Ознакомившись с этапами развития ювенальной юстиции в Российской Федерации, сформулируем авторское видение дальнейших направлений реформирования правосудия по делам несовершеннолетних. В минимальных стандартных правилах ООН 1985 года, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, записано, что при рассмотрении дел несовершеннолетних правонарушителей следует по возможности не прибегать к официальному разбору дела компетентным органом власти», то есть судом, трибуналом, советом, комиссией и т. д. (пункты 11.1 и 14.1 Правил). Данному требованию отвечает ориентация на использование в уголовном процессе восстановительных технологий, в основе которых лежит идея о необходимости примирения сторон конфликта, возникающего в результате противоправного деяния, с целью восстановления нормального порядка, существовавшего до совершения деяния, удовлетворения интересов стороны, которой деянием причинен вред, а также исправления и ресоциализации лица, совершившего деяние. В правовых системах восстановительное правосудие и восстановительные технологии имеют вполне реальное воплощение в различных процедурах, в основе которых лежит

компромисс (обмен взаимовыгодными уступками между участниками правоотношения). К таким процедурам можно отнести медиацию, трансакцию и др., которые зачастую являются диверсионными, т. е. имеют целью решить уголовно-правовой конфликт, не допуская его в систему официального правосудия. В российском праве аналогичные производства именуются компромиссными (не все компромиссные процедуры являются восстановительными, но эту проблему мы не будем рассматривать в настоящей статье). Под компромиссными производствами следует понимать вид особой уголовно-процессуальной формы, в которой уголовно-правовой конфликт разрешается путем допускаемого законом обмена сторонами обоюдовыгодными уступками (ст. 25, 28, 28.1, 427, 431, 432 УПК РФ, а также главы 32.1, 40, 40.1 УПК РФ). Появление указанных производств в российской правовой системе стало возможным благодаря изменившимся взглядам на сущность уголовного процесса «защитительная» функция уголовной юстиции получила приоритет над «карательной»; целью уголовного судопроизводства признано разрешение уголовно-правового конфликта; первейшей его задачей — защита как лиц, потерпевших от преступления, так и от незаконного обвинения, осуждения, ограничения их прав и свобод; средством достижения цели и решения задач — справедливая уголовная процедура, соответствующая по процессуальным и материальным затратам фактической и юридической сложности дела.

Признавая верность утверждения о том, что формирование и развитие современных моделей ювенальной юстиции разных стран осуществляется в рамках восстановительной парадигмы, представляется методологически верным обратиться к рассмотрению компромиссных процедур с точки зрения возможности их применения и при отправлении правосудия по делам несовершеннолетних в России. Именно применение компромиссных процедур, имеющих в качестве основных целей примирение сторон, достижение процессуальной экономии, по нашему убеждению, является логичной перспективой развития производства по делам несовершеннолетних в России [5]. Данные меры по своему содержанию имеют воспитательный характер и направлены не на наказание; а на исправление несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого. Это вполне соответствует современным мировым и европейским стандартам осуществления уголовного судопроизводства в отношении несовершеннолетних, которое должно носить преимущественно реабилитационно-воспитательный характер и обеспечивать их безопасность и благополучие, содействовать их хорошему физическому и умственному состоянию.

Библиографический список

1. Слуцкий Е.Г. Наука и проблемы молодежи. Регион Россия: проблемы дисбалансов в «обществе риска» и ювенальная политика // Вопросы ювенальной юстиции. 2007. № 1. Доступ из СПС «Консуль-тантПлюс».

2. Черданцев А.Ф. Системообразующие связи права // Советское государство и право. 1974. № 8. С. 10—17.

3. В волгоградских школах начнут работать службы примирения // Новости Украинского Центра разрешения конфликтов. 2006. 30 октября.

4. Брылева Е.А. Из опыта Пермского края по внедрению ювенальной юстиции как одной из гарантий правопорядка // Вопросы ювенальной юстиции. 2013. № 1. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

5. Шестакова Л.А. Проведение медиации до возбуждения уголовного дела: перспективы для России // Основы экономики, управления и права. 2013. № 6 (12). С. 115-119.

L.A. Shestakova*

REFORMATION OF JUVENILE JUSTICE IN RUSSIA IN THE XXI CENTURY

In the article the stages of formation of juvenile justice in the Russian Federation at the beginning of the XXI century are viewed. The author concludes that the promising direction of juvenile justice reform is to simplify the procedural form of criminal proceedings against minors through the use of compromise and restorative technologies.

Key words: criminal justice, restorative justice , mediation , juvenile justice.

* Shestakova Lyubov Alexandrovna (lyuboshestakova@yandex.ru), the Dept. of Criminal Procedure and Criminalistics, Samara State University, Samara, 443011, Russian Federation.