Критический норматив

Стагнация банковского сектора в первом квартале 2012 года обусловлена не только провалами отдельных крупных игроков, но и выжидательным поведением большинства банков, не стремящихся наращивать объемы бизнеса любой ценой.

Активы банковского сектора за первые три месяца 2012 года сократились на 0,2%. Показатель, фактически близкий к нулю и оставляющий открытым вопрос о том, каким станет этот год для российской финансовой системы. Конечно, первый квартал для банкиров традиционно является временем "зимней спячки": спрос на кредиты невысок, сильного притока клиентских средств также не наблюдается, в целом активного роста операций не происходит. Однако в этом году стагнация сектора объясняется не только сезонностью, но и совпадением ряда факторов, которые вынудили банки быть более осторожными и занять выжидательную позицию.

13 из 20 крупнейших российских банков показали снижение активов в первые три месяца 2012 года. При этом крупнейшие госбанки — Сбербанк и группа финансовых институтов под контролем ВТБ — в первом квартале опять оказались стратегическими антагонистами. Если Сбербанк стал лидером по темпам положительного прироста (+5,6%), то ВТБ поставил рекорд по быстроте сокращения объемов бизнеса (-9,2% по банку ВТБ и 9,6% по Банку Москвы). Основная причина сокращения активов ВТБ — возврат средств Банка России и Минфина, заимствованных для поддержания ликвидности в период прошлогоднего обострения ситуации на мировых финансовых рынках. Так, в частности, по сообщениям самого банка, за период с ноября по апрель ВТБ вернул только Минфину 400 млрд руб., заимствованных ранее на аукционах по размещению временно свободных денежных средств.

При этом у 12 из топ-20 банков также зафиксировано номинальное снижение депозитов физических лиц, что, впрочем, не свидетельствует об оттоке средств вкладчиков, а является отражением объективных тенденций. К традиционному фактору сезонности в первом квартале года добавилось укрепление рубля — по мере удорожания рубля номинальный размер валютных вкладов сократился, что и оказало влияние на итоговую динамику. Более того, продолжившаяся в первом квартале тенденция к снижению процентных ставок по вкладам (с декабря по апрель средневзвешенная ставка по рублевым депозитам сократилась с 5,7% до 5,3%) заставила вкладчиков искать более доходные способы вложения средств, что также привело к замедлению темпов прироста депозитов.

На затишье в банковском секторе повлияла и стадия политического цикла. Хотя результат президентских выборов был предсказуем, потенциальные кадровые перестановки, которые последовали и еще последуют вслед за вступлением в должность нового президента, способны оказать влияние на развитие многих банков. Речь идет не только о профильных министрах и руководстве Банка России, но и о чиновниках "на местах", традиционно играющих большую роль для банковского бизнеса в регионах. Конечно, речь прежде всего о средних и небольших кредитных организациях, бизнес которых зачастую зависит от местных правящих элит — как формально (размещение средств региональных и муниципальных бюджетов), так и неформально (личные контакты менеджмента и собственников с региональными чиновниками).

Практика показывает, что кадровые перестановки могут пройти незаметно, а могут обернуться разрушительными последствиями. Самый наглядный пример — Банк Москвы, финансовая устойчивость которого не вызывала больших вопросов до отставки Юрия Лужкова с поста мэра столицы. Через некоторое время после отставки для банка наступил "момент истины", стоивший государству 400 млрд руб.

Еще один фактор торможения банковской системы, который принято частично связывать с президентскими выборами,— отток капитала из страны. В 2011 году отток достиг $84,2 млрд, превысив показатель "кризисного" 2009 года. Первый квартал 2012 года не принес ожидаемой коррекции: из России было выведено еще $42 млрд. Масштабы квартального оттока капитала были настолько высоки, что даже высшему руководству ЦБ, всегда настроенному оптимистично, пришлось признать, что по итогам 2012 года сальдо также будет отрицательным.

Конечно, рекордный отток связан не только с настроениями иностранных инвесторов и их оценкой политической ситуации в России. В общей сумме оттока велик и объем кредитов, предоставленных нерезидентам (как правило, это те кредиты, которые крупнейшие банки выдают компаниям, имеющим российских собственников и зарегистрированным за рубежом). Кроме того, в связи с сохраняющейся неопределенностью относительно разрешения европейского долгового кризиса инвесторы продолжают сохранять осторожность, и "бегство капитала" с развивающихся рынков в общем-то не выглядит экзотикой. Тем не менее следует признать, что Россия теряет свою привлекательность для иностранного капитала из-за низкого уровня институционального развития и неочевидных экономических перспектив.

Впрочем, пока отток капитала имеет лишь ограниченное влияние на финансовую систему, а банковский сектор остается одним из наиболее прибыльных и инвестиционно привлекательных секторов российской экономики.

Подтверждение высокой инвестиционной привлекательности — растущие объемы прибыли, зарабатываемой банками. С этой точки зрения первый квартал можно признать весьма удачным: за первые три месяца банки заработали 267,8 млрд руб., что примерно на 25% лучше результата за аналогичный период прошлого года.

С другой стороны, банковский сектор традиционно характеризуется высокой концентрацией и несбалансированностью в распределении прибыли между разными группами банков. Скорее всего, в 2012 году продолжится тенденция усиления неравенства между различными группами банков. В 2011 году неравенство в распределении прибыли только усилилось — прежде всего за счет смещения акцента в сторону банков, контролируемых государством. Если в 2010 году рентабельность капитала для этой группы составила 14,8%, то в 2011 году этот показатель вырос до 20,6% (прежде всего, конечно, за счет рекордной прибыли уже упомянутого Сбербанка).

Следующая (после госбанков) наиболее рентабельная группа — банки с доминирующим участием иностранного капитала, которые, вероятно, выигрывают за счет более высокой эффективности.

При этом наименее рентабельной группой остаются средние и малые банки Московского региона. Это связано с высокой конкуренцией в данном сегменте: здесь банки вынуждены соперничать не только друг с другом, но и с более крупными игроками, предлагая клиентам более выгодные условия и принося в жертву свою собственную прибыль.

При этом задача повышения рентабельности в ближайшее время станет ключевой для всех групп банков. В предыдущем номере "Банка" мы уже писали о том, что одним из главных ограничений для развития банковского сектора в среднесрочной перспективе будет выступать достаточность капитала.

Среднее значение норматива достаточности (Н1) в первом квартале продолжило снижение и достигло 14,6% (при минимально допустимом уровне в 10%). У некоторых крупных банков норматив вплотную приблизился к критической отметке. А стабильно высокая прибыльность бизнеса — это как раз способ нарастить капитал, преодолеть это ограничение и выйти на новую траекторию роста. Текущее замедление темпов развития банковского сектора означает, что банки уже задумались о переходе от стратегии расширения баланса к стратегии управления балансом, предполагающей мобилизацию внутренних ресурсов для достижения более высокого финансового результата. А это означает, что в перспективе мы, возможно, будем иметь более устойчивый финансовый сектор, пусть и растущий меньшими темпами.