Режимы легитимации органов государственной власти

Легитимность государственной власти интерпретируется нами как качественная характеристика национального публично-правового пространства, связанная как с юридико-политическими, так и с экономическими, социально-культурными и иными особенностями функционирования органов власти, конкретизирующими по своей сути содержание механизмов воспроизводства (преемственности) властно-правового порядка данного общества. Другими словами, легитимность отражает соответствие (делегитимность - несоответствие) функционирующей государственной власти, уровней, моделей и специфики властных отношений в системе личность - общество -государство национально-культурной мыследеятельности. Легитимность, следовательно, выступает и как цель функционирования всех властных институтов и структур, их уполномоченных представителей, и как результат этого функционирования, отражая определенное качественное состояние властно-правового взаимодействия в обществе.

В свою очередь, режим легитимации государственной власти, отдельных органов и должностных лиц представляет собой комплексный системный феномен, содержащий оценку реально существующих властно-правовых отношений, формирующийся в процессе практического взаимодействия общества и государства. Складывающиеся в этом взаимодействии оценки, образы, социально-политические представления, психологические ощущения обеспечивают «символический капитал» как отдельных органов власти, так и доверия в целом к системе государственной власти.

В этом плане действие режима легитимации направлено не только на обоснование (самообоснование, социальное признание и т.п.) властно-управленческой активности, юридических и социальных результатов деятельности отдельных органов власти, но и структурирование разновекторных практик публично-правового взаимодействия между разными субъектами, не имеющими непосредственного контакта, сглаживая различия поведенческих контекстов [6, с. 276277]. Поэтому в рамках практического исследования функционирования органов государственной власти и уровня их легитимности достаточно важным является рассмотрение форм, средств и технологий самого процесса легитимации (или иначе -содержания режима легитимности).

Сегодня проблематика режима легитимации органов государственной власти остается практически не разработанной в специализированной литературе. В настоящей статье предлагается общий теоретико-методологический анализ основных видов таких режимов. Типы господства, выделенные М. Вебером, представляют собой идеальные стратегии легитимации и являются, по сути, статическими (стратегическими) принципами легитимизации органов власти и политикоправового порядка в целом.

В свою очередь, режимы, как мы уже отметили, - это комплекс средств, методов и инструментариев оправдания функционирования властных институтов и структур, а также отражают оценку реально существующих властных отношений, формирующихся в процессе мыследеятельности субъектов и их взаимодействия по поводу реализации общего блага, национального интереса и др. Данные режимы показывают «истинное состояние дел», реальные практики власти и их восприятие общественным сознанием. Интегрируя накопленные исследования в этой области, с нашей точки зрения, можно выделить следующие режимы легитимации власти:

Либерально-демократический режим связан с легитимацией публично-властных институтов через концепцию «общего блага». При этом данная идея оправдания государственно-правового управления базируется на том, что вся деятельность институтов оценивается с точки зрения воплощения и обеспечения такого блага: «Государственно-правовое сообщество, любой общественный институт считается легитимным, если они служат благу соответствующей общности. Если решающим фактором полагается благо, то о легитимизации права на принуждение уместно говорить лишь тогда, когда каждому затронутому лицу оно приносит выгоды больше чем ущерба» [2, с. 109]. Аксиоматика данного режима предполагает, что общественное благо представляет собой качественно иную реальность, нежели простая совокупность индивидуальных воль. В то же время отправным пунктом, «единицей» легитимации выступает индивидуальное проявление свободного суждения.

Для операционализации перехода от индивидуального к коллективному (общественному) используется принцип «арифметического большинства» (различные формальные демократические

процедуры). Этот принцип становится универсальным для всех либерально-демократических режимов и связан как с выбором легитимных представителей народа, так и с формированием юридико-политических институтов, принятием легитимных решений в рамках коллегиальных структур. В этом плане различные демократические, например, голосования, «это не “уста истины”, а современная форма античного оракула, просто потому, что сфера политики есть по преимуществу сфера конъюнктуры и игры мнений, а не догматических откровений» [5, с. 61].

Технократический режим легитимации базируется на идее эффективности государственного (шире - публично-правового) управления. Его главной идейной основой является рассмотрение публичной политики как особого искусства («публичного менеджмента»), требующего специфических навыков, знаний и умений, осуществляемого специализированной социальной (элитарной) группой. Степень легитимности функционирующих публично-правовых институтов ставится в зависимость от уровня удовлетворенности общественных интересов и потребностей. В данном случае процесс легитимизации в большей степени зависит не от юридического кодирования общественного взаимодействия, а, напротив, от управленческих знаний и умений политической элиты. При этом утверждается, что настоящая власть - «это власть знаний» (Ж.-Л. Шабо), «Мнение технократов» (Ж. Эллюль) и т.п. Очевидно, что данный режим легитимации сочетает в себе варианты экономизма и элитарности. Главными легитимирующими основаниями в данном режиме становятся политическая и экономическая целесообразность (эффективность).

Идеологический режим легитимации осуществляется посредством признания и веры в правильность, исключительность определенных идей политико-правового развития, которые провозглашаются и реализуются властными институтами. Здесь публичный идеал общественного устройства отодвигается в неопределенное будущее, выступает энергетическим стимулом для социально-правовых и административных преобразований настоящего. Это своего рода диктатура отвлеченных принципов и метафизических начал. И поэтому «власть почти сливается с идеологией... становится невидимой, растворяясь в многочисленных клетках социального организма. государство в качестве идеала, беспредельно расширяется, оно поглощает все автономные образования: как и идеология, государственность естественно стремится к тотальности» [3, с. 497].

Идеациональный режим легитимации. Понятие «идеациональность» введено русским социологом П.А. Сорокиным и использовалось им для обозначения такой властно-правовой организации, при которой ведущей доминантой функционирования публично-правовых институтов служил традиционалистский тип организации, а вертикаль ценностно-нормативной иерархии устремлена из земного мира к сверхчувственному и к ее абсолютной доминанте - Богу [1, с. 104]. Идеациональная легитимация опирается на идеациональную этику, для которой характерно пренебрежительное отношение к социальным ценностям, материальным благам, богатству, телесным удовольствиям. Земное устройство рассматривается ею как нечто второстепенное, инструментальное (т.е., например, публично-правовые институты призваны реализовывать, обеспечивать сущности более высокого порядка - гармонии, справедливости, истинности и т.д.).

Идеациональному правосознанию характерно некритическое доверие к существующей институционально-властной системе, не дозволено сомневаться в правомерности ее существования [4]. В свою очередь, легитимность существующих публичных институтов власти зависит от соответствия их деятельности принципам духовно-нравственной нормативности, ценностнорелигиозным догматам, стандартам и пр. Представители власти в этой системе руководствуются, помимо юридических предписаний, еще и духовно-религиозной этикой, а многие юридико-политические процедуры имеют вид священных ритуалов. Таким образом, «в государствах идеациональной ориентации легитимностью обладают лишь те правители, чья родословная восходит к богам, а также те, кто имеет прямую божественную санкцию на правление» [1, с. 105].

Идеократический режим легитимации базируется на совокупности объективно существующих исторических факторов, которые интерпретируются с помощью системы идеалов и идей. Легитимность власти в этом плане обусловлена служением этой общей идее, выработанной в ходе внутренней, духовной государственно-правовой жизни общества.

С точки зрения Н.С. Трубецкого, принцип идеократической государственности заключается в наличии общности миросозерцания, особой системы убеждений, оформляющих верховную идею нации («идею-правительницу»). Смысл бытия и оправданность государственной власти, таким образом, заключаются в организации особого «идеологического» образа жизни народа, поддержании и сохранении оригинальности, индивидуальности национальной культуры, в полной мере соответствующей духу народа, его истории и социальному опыту. В этом смысле Н. Трубецкой последовательно отстаивал неразделенность государственной идеологии и социально-культурной жизни народа, а также и подчиненность всех духовных и материальных устремлений людей верховному правителю как выразителю общей верховной идеи.

Представители идеократического подхода были уверены в том, что истоки легитимности власти заключены не во «внешней правде», а в «правде внутренней», где отношения и связь властвующих и подвластных зиждется на нравственном убеждении, а не на формальной юридической норме, покоится не на правовых гарантиях, а на истинно нравственном целом. «Вся сила в идеале, - говорят они, - да и что значат условия и договоры, как скоро нет силы внутренней» (Н.Н. Алексеев).

Таким образом, социальные субъекты вступают во властные отношения публично-правового характера, уже будучи включеннымми в формы властного взаимодействия на уровне социальных общностей (общин). Поэтому здесь власть воспринимается не столько как межличностное отношение субъектов, их групп, а, скорее, как общая социокультурная форма, выраженная в публично-правовых институтах. В этом плане интегративность и легитимность институционально-властной организации социума обеспечивается не поиском консенсуса между борющимися разновекторными и разнохарактерными политическими силами на основе консенсуса и в правовых процедурах, а, напротив, в духовно-нравственном воспитании членов различных общин в контексте социальноправового служения общенациональному единству.

В заключение отметим, что, конечно, в реальной практике публично-правового взаимодействия могут формироваться смешанные режимы легитимации органов государственной власти и должностных лиц, сочетающие разнообразные технологии оправдания властно-управленческой активности, ее социальных и юридических результатов.

Литература

1. Бачинин В.А. Политология: Энциклопедический словарь. СПб., 2005.

2. Дибиров А.-Н.З. Теория политической легитимности. М., 2007.

3. Исаев И.А. Política hermetica: скрытые аспекты власти. М., 2003.

4. Турсункулов А.Б. Национально-культурная легитимация и легализация институтов российской государственной власти: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2006.

5. Chabot J.-L. Introduction a la politigue. P., 1991.

6. Giddens A. Goffman as Systematic Social Theorist / Ervin Goffman: Exploring the Interaction Order. Boston, 1988.