Становление образовательного пространства в Бурятии с XVIII до начала XX века

Литература

1. Black, P. Formative assessment issues across the curriculum: the theory and the practice // TESOL Quarterly. - 2009. -Vol. 43. - No 3. - P.519-524.

2. Brudzinski, M. The Dynamic Earth // Teaching Introductory Geosciences Courses in the 21st Century. - 2009. - No5. - P. 712.

3. Cartwright, R.; Weiner, K. Student Learning Outcomes Assessment Handbook. - Montgomery County, Maryland: Montgomery College Publishing. - 2009. - Р.71.

4. Frye, R., McKinney G.R. Tools and techniques for course improvement. - Western Washington University. - 2007. - P. 39.

5. Hawley, W.D. The Hand book of Student learning assessment. - Washington D.C. : Middle States Commission on Higher Education Laboratory. Р.35.

6. Johnson, S.D., Thomas, R. Technology Education and the Cognitive Revolution // Educational Psychologist. - 1992. - Vol. 51 (4). - P.7-12.

7. Pierce, W. The Year of Critical Thinking at Prince George’s Community college: An integrated professional development program // Critical Thinking: Unfinished Business. Ed. Ch. McMahon : Jossey-Bass. - Vol. 130. - 2005. - P. 79-85.

8. Resnick, L.B. Learning in school and out // Educational Researcher. 1987. - Vol. 16. - No 9б. - P.13-20.

Лазарева Ирина Николаевна, старший преподаватель кафедры английского языка Дальневосточного государственного университета. Е-mail: lazar irina@mail.ru

Lazareva Irina Nikolaevna, senior teacher of department of English language, Far Eastern State University.

УДК 94:37

И. А. Маланов

СТАНОВЛЕНИЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ПРОСТРАНСТВА В БУРЯТИИ С XVIII ДО НАЧАЛА XX ВЕКА

В статье рассматривается развитие образовательного пространства Бурятии с XVII до начала XX в. Автором дается своя трактовка понятия «образовательное пространство», выявляется специфика, определяются факторы и условия его развития.

Ключевые слова: образовательное пространство, формирование личности, образовательная система.

I.A. Malanov

THE FORMATION OF EDUCATIONAL SPACE IN BURYATIA FROM 18 TO THE BEGINNING OF 20th CENTURY

The article describes the development of educational space of Buryatia region in 18-20 centuries. The author gives his own interpretation of the concept «educational space», reveals specificity determinants and conditions for its development.

Keywords: educational space, formation of a person, educational system.

Развитие современного общества протекает в эпоху цивилизационных перемен, сочетающих в себе, с одной стороны, высочайший динамизм, а с другой - глобальный характер, обусловленные революционными изменениями в области высоких технологий.

Что ждет человечество в ближайшей перспективе? На этот вопрос пока еще никто не может ответить достаточно определенно. Вместе с тем система образования, как и другие социальные институты, вынуждена работать во внешней среде, характеризующейся высокой степенью неопределенности, и готовить растущего человека к будущей жизни.

Все вышеуказанное создает предпосылки для пересмотра методолого-теоретических основ и технологий современного образования, сложившихся за трехсотлетнюю историю индустриального образования. Однако, как показывает история человеческой цивилизации, революционные процессы всегда негативно отражаются на ее поступательном развитии. Данная закономерность присуща и развитию образования как одного из важнейших социальных институтов общества.

Приоритетной идеей общественного развития является идея его устойчивого развития, предполагающая также тщательный исторический анализ цивилизационного развития. Данный подход вполне применим для определения перспектив развития образовательного пространства региона. Развитие образования любого региона России имеет свою специфику, определяемую особенностями историкокультурного, социально-экономического, геополитического развития. Не является исключением и процесс развития образовательного пространства Бурятии.

Рассматривая вышеуказанный феномен, необходимо определить его сущность. Образовательное пространство есть часть социального пространства, где взаимодействуют различные объекты, влияющие на образование. Образовательное пространство, таким образом, есть совокупность институтов и организаций, непосредственно или опосредованно детерминизирующих образование как процесс формирования исторически адекватного субъекта и как совокупность специфических образовательных институтов и уровней.

Исходя из данного определения, попытаемся рассмотреть особенности развития образовательного пространства Бурятии в данный исторический период.

Задолго до появления первых государственных школ местное население Бурятии обучалось грамоте у частных учителей, и их усилиями некоторые представители бурятского этноса получили неплохое образование для своего времени, хорошо владея разговорной и письменной русской и монгольской грамотой, а также различными профессиями: учителя, врача, писаря, священнослужителя, переводчика и др.

Так, например, еще в 1790 г. учителем монгольского языка в Иркутском главном народном училище работал Федор Санжихаев, в 1805 г. о первом бурятском враче Дамбе Хуреганове упоминается в труде «Описание Иркутской губернии», в 1881 г. смотрителем Онинского бурятского приходского училища и учителем монгольского языка работал Донжин Доржиев, сумевший впоследствии добиться высокого, для представителя малочисленного народа, государственного чина титулярного советника, а также в «Трудах православных миссий» 1885 г. выпуска написано о православном священнике Николае Баторове и о первых переводчиках православной библии на монгольский язык Номто Унагаеве и Бадме Моршунаеве (2).

Одним из первых основателей частного обучения в Бурятии, по мнению историков, следует считать уроженца Забайкалья, известного в свое время монголиста А.В. Игумнова, открывшего в Верх-неудинске частное училище, где он обучал детей бурятских родоначальников русскому языку, а детей русских купцов - монгольскому языкам. Об уровне преподавания свидетельствует тот факт, что под руководством В. Игумнова изучали монгольский язык будущие известные востоковеды преподаватели Казанского университета О.М. Ковалевский и А.В. Попов.

Наряду с частными училищами во второй половине XIX в. получило большое распространение частное обучение, осуществляемое так называемыми «хожалыми» учителями. Такие учителя ходили из дома в дом и за небольшую плату, а иногда за еду и кров над головой, обучали детей и взрослых грамоте.

Рассматривая историю развития образования в Бурятии, нельзя не отметить большую заслугу декабристов в деле распространения грамотности и просвещения в среде местного населения.

Еще в казематах Петровского Завода (ныне г. Петровский Завод Читинской области), будучи на каторжных работах, декабристы создают знаменитую впоследствии казематскую школу, «...где дети местных жителей, начиная от достаточных чиновников до неимущих ссыльных, получали соответственно потребностям каждого, приличное образование, начиная от высшего классического до начального ремесленного» (5, с. 332). Обучение в школе было поставлено на довольно высоком уровне, выпускники ее не раз поражали своей хорошей подготовкой экзаменаторов высших учебных заведений России.

По выходе на поселение многие декабристы продолжали заниматься обучением детей, распространяя знания и культуру среди местного населения.

В начале ХХ в. в Иркутской губернии, в том числе и в местах проживания бурятского населения, довольно широкое распространение получили так называемые вольные школы, которые были организованы и в местах проживания бурят. Такие школы открывались по инициативе местного населения или самого учителя. Это были частные школы с небольшой платой за обучение и поэтому доступные простым людям. Вольные школы не придерживались учебного плана официальной школы и их программа обучения была более широкой и имела более светское направление.

Распространению просвещения в Предбайкалье и Забайкалье, как отмечалось выше, также способствовала инициатива конфессий, получивших распространение на этой территории.

Начало миссионерской деятельности русского православного духовенства среди бурят относится ко второй половине XVII в. В 1725 г. при Иркутском Вознесенском монастыре была открыта, как написано в трудах православных миссий, «мунгальская школа» (монгольская школа). Учащиеся набирались из детей духовенства в возрасте от 7 до 15 лет (8).

«Мунгальская» школа просуществовала до 1737 г. и была закрыта из-за увольнения из школы по

политическим мотивам учителя монгольского языка. Школа, по-видимому, особой роли в развитии миссионерства не сыграла, т.к. православная миссия в Забайкалье была закрыта в 1741 г. С этого времени в миссионерской деятельности Русской православной церкви наступила некоторая пауза вплоть до второй половины 19-го столетия, когда миссия возобновила свою работу.

Этой паузой воспользовались представители католической церкви. С 1819 г. почти до 1840 г. среди бурят Забайкалья жили английские миссионеры Юилль, Сван и Сталибрас, прибывшие сюда по поручению лондонского библейского общества для христианизации бурят. С этой целью они обучали детей русскому, английскому и даже латинскому языкам. Миссионеры занимались переводом на монгольский язык Священного писания, составлением словаря и грамматики, печатали на станке с монгольским шрифтом книги религиозного содержания, раздавая их бесплатно местным жителям.

По-мнению современников, оценивавших результаты деятельности английских миссионеров, в распространении христианства и просвещения они не добились каких-то впечатляющих результатов.

Вместе с тем было бы несправедливо отрицать, что англичане вообще не оставили никакого следа в деле просвещения бурятского населения. Из обучающихся у английских миссионеров наиболее известен учитель Троицкосавской войсковой русско-монгольской школы Иринчин Ванчуков, «который был образован английскими миссионерами и по отзывам хорошо знал русскую словесность» (1, с.74) Кроме него известны «. трое бурят, учившихся у миссионеров, знали русскую и монгольскую грамоту, были наборщиками у миссионеров и двое из них очень порядочно писали по-русски» (3, с.76). Можно предположить, что были и другие ученики миссионеров, у которых их стараниями был пробужден интерес к образованию.

С 1859 г. деятельность миссионеров Русской православной церкви в среде бурят возобновляется.

В 1862 г. при Посольском монастыре, на юго-западном берегу озера Байкал открывается миссионерское училище для подготовки из способных мальчиков будущих священников. Программа обучения в училище была довольно обширной. В старших классах учащиеся изучали священную историю, пространный катехезис, объяснительное богослужение, церковное пение, арифметику, русскую грамматику, географию, русскую историю, книжный монгольский язык и чистописание. Учителями монгольского языка были буряты Роман Цыремпилов и Иван Чагдуров (3, с.129).

Число школ духовного ведомства неуклонно росло, т.к. выражало изменение в «просветительской» политике царского правительства в начале 80-х гг. XIX в., боявшегося, что светская школа способствует зарождению в народных массах опасных для устоев самодержавия революционнодемократических настроений.

Местное бурятское население крайне отрицательно относилось к миссионерским школам, потому что не видело в них пользы из-за плохой постановки учебного дела, низкой квалификации учителей, неудовлетворительных условий, в которых находились дети.

Большим доверием и безусловной популярностью у бурят пользовались буддийские школы. Буддизм проник на территорию нынешней Бурятии из Тибета через Монголию в конце XVII - начале XVIII в. в результате исторически сложившихся этнокультурных, социально-экономических связей между бурятским и монгольским народами. Буддизм дал мощный толчок социальному и культурному развитию бурятского народа, став своеобразным мостом, соединившим Бурятию с культурной традицией востока - Индии и Тибета, Монголии и Китая. Одной из таких традиций, получивших развитие в Бурятии, являлось буддийское образование. С середины XIX в. при бурятских дацанах открываются первые богословские школы.

Наибольшей популярностью пользовались буддийские философские школы цаннита (чойра), которые первыми были открыты при Цугольском (с 1850 г.), Гусиноозерском, Агинском (с 1861 г.), Аннинском (с 1858 г.) дацанах (4, с.419). Обучение цанниту каждого ламы стало обязательным. Без этого образования дальнейшее продвижение по должностной иерархии было невозможно. На девятом году обучения сдавался экзамен на звание габжа. Происходила своего рода защита диссертации. Высокие звания лхарамбы и дорамбы, соответствующих степени доктора философии, можно было получить только в Лхасе в процессе экзамена (диспута) на общем Хурале цаннит-дацанов известных тибетских монастырей: Брайбун, Г алдан, Сэра. Среди обладателей степени лхарамбы был известный бурятский просветитель и общественный деятель, учитель Далай-ламы XIII Агван Доржиев.

Сугубо религиозные школы джуд в бурятских дацанах появились позднее философских, а в 1869 г. в Цугольском дацане началось изучение индо-тибетской медицины, такие школы назывались манба, позднее они получили развитие в других дацанах Забайкалья. С 1878 г. при дацанах были открыты школы дуйнхор и зурхай, где готовили буддийских астрологов. Во всех дацанских школах по-

мимо религиозных предметов изучали монгольский и тибетский языки. Все дацаны имели свои библиотеки, где наряду с богословской имелась и национальная литература, а также при дацанах велось издательское дело (4).

Количество хувараков (учащихся) в дацанах Забайкалья в конце XIX в. достигало 6-7 тысяч человек, в то время когда в шести официально существовавших тогда правительственных училищах обучалось не больше 150 человек. Даже в первые неспокойные годы Советской власти дацанских школ и учеников в них было гораздо больше светских. В 1929 г. в 73 дацанских школах обучалось грамоте около 4 тысяч хувараков (1).

Таким образом, буддийские дацаны являлись подлинными центрами культуры, науки и образования для бурятского народа, и несмотря на гонения и репрессии со стороны государства в советское время, буддизм в наши дни приобрел еще большее признание среди людей, став неотъемлемой частью их культурной и духовной жизни.

Государственное образование на территории расселения бурят начало развиваться в связи со школьными реформами 1786 г. Так, в Верхнеудинске 13 февраля 1793 г. было открыто малое народное училище, дававшее начальное образование, которое являлось первой школой в Забайкалье и на Дальнем Востоке и третьей по всей Восточной Сибири (6, с.207). В 1803 г. в нем обучалось всего 28 человек. В 1806 г. Верхнеудинское малое училище согласно реформе 1894 г. было преобразовано в уездное училище, с повышенной программой обучения из двух классов с двумя учителями. Училище размещалось в частном доме, пожертвованном Верхнеудинским купцом Шевелевым, т.к. правительство не отпустило средств для постройки отдельного здания (9, с.3).

15 сентября 1812 г. было открыто уездное училище в г. Троицкосавске (ныне г. Кяхта).

Контингент учащихся в Верхнеудинском и Троицкосавском уездных училищах в течение первой половины XIX в. не превышал 110-112 человек. Учебный план уездных училищ был весьма обширен и включал много предметов, которые учащиеся без начальной подготовки за два года обучения не успевали усвоить, а поступающие, как правило, были неграмотными. Учитывая, что методика обучения, в то время применяемая в уездных училищах, была далеко от совершенства, то можно понять, почему в училищах процветало второгодничество и отсев учащихся.

Дальнейшее развитие государственное образование получило согласно «Уставу учебных заведений, подведомственных университетам» 1804 г. Первое приходское училище было организовано по инициативе и за счет средств местного бурятского населения провинциального города Балаганска Иркутской губернии 20 июля 1804 г. В 1806 г. было открыто второе бурятское приходское училище при Онинской (ныне п. Хоринск) степной конторе уже на территории Бурятии по инициативе Хорин-ского главного тайши Галсана Мардаева.

Вслед за первыми двумя приходские училища открываются и в других населенных бурятами местах. К концу первой половины XIX в. их уже насчитывалось одиннадцать.

Бурятские училища содержались в основном за счет местного населения или за счет благотворительности отдельных лиц и поэтому, не имея постоянного финансирования, просто вынуждены были закрываться. Особое место среди открытых в первой половине XIX в. училищ занимает основанная в июле 1832 г. Троицкосавская (ныне г. Кяхта) войсковая русско-монгольская школа. Учащиеся школы находились на полном пансионном обеспечении и наряду с общеобразовательной подготовкой получали военную подготовку.

Русско-монгольская войсковая школа просуществовала 49 лет и было преобразована в Селенгин-ское городское училище в 1888 г. Среди бурятских училищ она была единственной, имевшей более обширную программу, чем приходские училища, внесла заметный вклад в подготовку большого количества грамотных людей, служивших писарями, урядниками в бурятских казачьих полках, а также работавших переводчиками в пограничных управлениях Забайкалья, учителями приходских училищ.

Русско-монгольскую школу окончили: дипломат И.П. Шишмарев, участник заключения Айгунь-ского договора с Китаем и первый русский консул в Монголии; монголист Будапжап Кутухтуев, переводчик при Новой Пекинской духовной миссии; первый бурятский ученый Доржи Банзаров, автор ряда блестящих работ по монголистике.

Во второй половине XIX в. наблюдается некоторый рост приходских училищ, школ повышенного типа и женских училищ, чему способствовали реформы в образовании 60-х гг., вызванные развитием капиталистических отношений и революционно-демократическим движением в обществе того периода.

Только в Верхнеудинском округе за период с 1860 по 1890 г. было открыто 15 приходских и два

женских училища, которые содержались за счет крестьянских обществ или частных благотворителей.

В это время на территории Бурятии получило развитие женское образование. Так, в 1861 г. в Верхнеудинске было открыто женское трехклассное училище, в 1862 г. в Троицкосавске была открыта женская прогимназия на средства, пожертвованные Кяхтинским купеческим обществом.

Важным событием в истории развития образования в Бурятии второй половины XIX в. было открытие 14 декабря 1867 г. в улусе Зунгарском Балаганского ведомства Иркутской губернии первой женской школы у бурят, которая впоследствии получила название Мариинской женской школы. В первый же год в школу были приняты 22 девочки в возрасте от 8 до 11 лет.

Были открыты женские отделения при Идинском бурятском приходском училище - в улусе Бохан и при Аларском - в улусе Аларь. В 1872 г. было открыто Селенгинское женское училище (6).

Обучение в женских училищах проводилось по программе начальных приходских училищ. Сверх программы приходских училищ девочек обучали ручному шитью, вязанию и вышиванию.

Развитие промышленности и развивающиеся торговые отношения России с соседними странами требовали подготовки профессиональных кадров. В 1831 г. по инициативе известного русского ученого и путешественника Иакинфа Бичурина в Троицкосавске открывается училище китайского языка. В училище была набрана группа мальчиков - детей купцов и приказчиков. Первым преподавателем стал сам И.Бичурин, он же подготовил и издал в 1835 г. в г. Санкт-Петербурге учебник китайской грамматики. Уже менее чем через год И. Бичурин в присутствии комиссии подверг своих учеников экзамену, в ходе которого учащиеся могли изъясняться с китайскими купцами и знали более ста иероглифов, встречающихся в названиях товаров и деловых бумаг.

В первое десятилетие училище давало отличные результаты. Но уже в конце 50-х гг. качество подготовки упало, а училище просуществовало до 70-х гг. XIX в.

В 1876 г. в Троицкосавске было открыто первое в Восточной Сибири Алексеевское реальное училище, дававшее учащимся практикоориентированное образование, с преподаванием более расширенного круга предметов, а также английского, немецкого языков и коммерческих наук, что давало выпускникам основу для дальнейшего технического образования. В 1882 г. была учреждена Троицко-савская ремесленная школа имени статского советника Я.А. Немчинова с пансионом на 20 сирот. Школа помещалась в здании, пожертвованном Немчиновым и на средства с капитала им же пожертвованного. В этом образовательном учреждении обучали помимо общеобразовательных предметов портняжному, сапожному и столярному ремеслу.

При некоторых приходских училищах, в том числе бурятских, существовали ремесленные отделения и классы. Так, на 1 января 1913 г. на территории расселения бурят имелись ремесленные отделения при двух городских и тринадцати начальных училищах, а классы ручного труда - в 6-ти городских училищах и в 31 начальной школе.

В ремесленных отделениях обучали детей в основном столярному, слесарному, столярнотокарному, слесарно-кузнечному, сапожному, портняжному, скорняжному ремеслам. В классах ручного труда производились столярные работы по дереву, выпиливанию, плетению корзин и т.п.

В 1872 г. открылась Иркутская учительская семинария для подготовки учителей для школ Иркутской губернии, Якутской, Забайкальской, Амурской областей. Со времени открытия семинарии с 1872 по 1919 г., т.е. за 47 лет работы, ее окончили всего 55 человек-бурят.

В 1889 г. была открыта Читинская учительская семинария, среди воспитанников которой тоже были буряты.

В 1913 г. Верхнеудинская городская дума возбудила ходатайство об открытии в городе учительской семинарии, которая после длительной переписки с начальством все-таки была открыта, но только гораздо позже, в 1919 г.

С 1900 по 1911 г. в связи с активизацией экономической жизни в регионе возникла острая необходимость в грамотных кадрах, что отразилось на увеличении численности учебных заведений и учащихся в них. Так, только по Верхнеудинскому и Баргузинскому округам за этот период количество приходских училищ возросло с 16 до 64, число учащихся увеличилось в большинстве училищ до 30 и более, а в некоторых насчитывалось более ста детей.

Значительно увеличилось и число школ повышенного типа: в 1906 г. было открыто Верхнеудин-ское реальное училище, в 1904 г. - Верхнеудинская и в 1912 г. - Троицкосавская женские прогимназии, которые впоследствии были преобразованы в женские гимназии, также были открыты высшие начальные училища: второе в Верхнеудинске - в 1916 г., в Петрово-Заводске - в 1908 г., в Агинске и Кабанске - в 1911 г., в Мысовке - в 1915 г., второе в Троицкосавске - в 1916 г.

Несмотря на страстное желание населения развивать образование, неоднократно поднимавшее вопрос об увеличении сети начальных школ, открытия училищ повышенного типа, у бурят вплоть до установления Советской власти не было ни одной средней школы, в русских же школах их обучалось немного. Так, в 1888-1890 гг. в школах повышенного типа обучались всего 27 бурят из почти 300 тысяч (6, с. 356).

Конец XIX - начало XX в. характеризуется оживлением в экономической, культурной и политической жизни Бурятии. Особенно большое стимулирующее влияние на развитие экономики Сибири и Бурятии оказало строительство Великой Сибирской железной дороги.

Объективный ход развития жизни выдвигал перед бурятами необходимость не только овладения русской разговорной речью, русской грамотностью, но достижения более высокого уровня образования, чем дает начальная школа. Развитие национального самосознания, необходимость отстаивания национальных, экономических, правовых и политических интересов выдвигали перед бурятами задачу создания своей национальной интеллигенции.

Для решения этих задач необходимо расширение сети начальных и создание школ с повышенной образовательной программой.

В 1905 г. были проведены съезды бурят Забайкальской области и Иркутской губернии, где были единодушно выдвинуты требования о введении всеобщего обязательного бесплатного обучения детей школьного возраста, о преподавании бурятского языка, выделении казенных стипендий для учащихся бурят в средних и высших учебных заведениях, открытии школ и учительской семинарии. Эти решения были поддержаны съездом бурятских учителей и деятелей образования, состоявшимся в мае 1906 г.

Под давлением мощного общественного движения правительство вынуждено было увеличить сеть бурятских приходских училищ. За период с 1900 по 1917 г. их число по Иркутской губернии и Забайкальской области увеличилось с 35 до 170 единиц. Тем не менее бурятское население было хуже обеспечено школами, чем русское население. Так, по данным переписи населения, в 1911 г. в Восточной Сибири на 100 человек у русских приходилось 3,78 учащихся, а у бурят - 0,8 (6, с.358).

Таким образом, анализ развития образовательного пространства Бурятии в вышеобозначенный период позволил нам сделать следующие выводы.

1. Становление образовательного пространства Бурятии во многом определялось геополитическим положением региона, находившегося на пересечении экономических, культурных, социальных связей с соседними территориями и странами Азиатско-Тихоокеанского региона. Данное положение региона детерминировало его образовательное пространство, ориентированное на освоение как восточной, так и западной культуры.

2. Образовательное пространство Бурятии, как показывает анализ, развивалось не столько усилиями государства, а в большей степени по инициативе местного населения, которому было нужно выживать в условиях развивающихся экономических, социальных и культурных отношений в регионе. А для этого необходимо было создать условия для получения образования представителями молодого поколения бурятских родов. Именно лидеры родов, так называемые ревнители просвещения, первые учителя, прогрессивно настроенные русские просветители и представители бурятской интеллигенции способствовали развитию образования в регионе в начальный период его культурного развития.

3. Уже в начале становления образовательного пространства в Бурятии была велика роль частного обучения. Именно усилиями частных учителей некоторые представители бурятского этноса получили неплохое образование для своего времени, и это помогло им получить профессиональное образование и социализироваться. Кроме того, благодаря «хожалым» учителям местное население имело возможность приобщиться к грамоте.

4. Велика роль христианской православной и буддийской конфессий в развитии образовательного пространства Бурятии. Причем конфессиональные образовательные учреждения способствовали не столько повышению образовательного уровня населения, сколько приобщению людей к многовековой духовной культуре конфессий. Наверное, без преувеличения православные храмы и буддийские дацаны можно назвать подлинными центрами культуры, образования и науки в обозначенный период исторического развития региона этнической Бурятии.

5. Государственная инициатива в развитии образовательного пространства Бурятии во многом сковывалась политическими соображениями правительства и, соответственно, недостаточным финансированием училищ, открытых на территории региона, которые иногда содержались за счет населения, или «ревнителей» просвещения, то есть тех состоятельных людей, которые на свои средства содержали образовательные учреждения.

6. Развитие экономики региона в конце XIX - начале XX в., связанное с освоением его природных недр, во многом способствовало развитию образовательного пространства Бурятии. Так, в это время открываются учебные заведения повышенного типа: прогимназии, реальные училища, высшее начальное училище и др. Вместе с тем профессиональное образование в Бурятии вплоть до начала советского периода не получило большого развития в силу недостаточного развития экономики региона, в основном державшейся на натуральном сельском хозяйстве.

7. Объективный ход развития региона способствовал развитию национального самосознания бурятского народа и выдвинул задачу создания своей национальной интеллигенции. Именно в этот период на средства, собранные бурятскими родами, наиболее способные их представители посылаются в образовательные центры России. Из их числа собственно формируется слой передовой бурятской интеллигенции, сыгравшей решающую роль в социально-культурном развитии Бурятии и близлежащих регионов.

Процесс становления образовательного пространства Бурятии в обозначенный исторический период определялся, как уже отмечалось вначале, особенностями историко-культурного, социальноэкономического, геополитического развития региона. И, несмотря на относительную отдаленность, этот период во многом определяет развитие образовательного пространства региона Бурятии и в настоящее время.

Литература

1. Андреев В.И. История бурятской школы (1804-1962). - Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1964.

2. Елаев Н.К. Бурятия. История, проблемы и опыт национализации. - Улан-Удэ: Изд-во Бурят. пед. ин-та, 1994. - 124 с.

3. Известия Сибирского отд. Русского Географического Общества. 1871. Т.1. № 4-5.

4. Историко-культурный атлас Бурятии. - М.: ИПЦ «Дизайн. Информация. Картография», 2001. - 606 с.: ил., карт.

5. Максимов С.В. Сибирь и каторга: в 3 т. - СПб., 1871. Т. 1.

6. Очерки истории культуры Бурятии. Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1972.

7. Труды православных миссий Иркутской Епархии. 1885. Т. III.

8. Труды православных миссий Иркутской Епархии. 1886. Т. IV.

9. Труды Ученой архивной комиссии. Вып. 3. - Иркутск, 1916.

Маланов Иннокентий Александрович, кандидат педагогических наук, доцент кафедры педагогики Бурятского госуни-верситета. Тел. (301-2) 210411.

Malanov Innokentiy Aleksandrovich - candidate of pedagogical sciences, associate professor of department of pedagogy, Buryat State University.

УДК 355.231.1:37

АЛ Микерина

ОРГАНИЗАЦИЯ УЧЕБНО-ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ПРОЦЕССА В КАДЕТСКИХ КОРПУСАХ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX в.

В статье рассматривается организация учебно-воспитательного процесса в 1-м Кадетском корпусе в I половине XIX века, созданная М.С. Перским, те изменения, которые были им привнесены в уже существующую систему образования и воспитания кадетов. Дается подробный анализ 12-балльной системы оценок знаний и поведения кадетов, деления классов на степени и введенного контроля над качеством преподавания.

Ключевые слова: учебный процесс, учебный год, успеваемость, оценка знаний, преподавание, поведение, процедура наказания, выпускной список.

A.L. Mkerina

ORGANIZATION OF EDUCATIONAL PROCESS IN CADET SCHOOLS IN THE FIRST PART OF 19th CENTURY

The article deals with the organization of educational process in cadet school №1 in the first part of 19th century, formed by M.S. Permskiy, and the changes that he brought into the existing system of education and training of cadets. In the article a detailed analysis of 12-pointed system of estimation of knowledge and behavior of cadets, class division into levels and control over quality of teaching is presented.

Keywords: educational process, academic year, academic performance, knowledge estimation , teaching, behavior, procedure of punishment, graduation list.